Новолодская Нина, Кукурузный Джо

За гранью мира. Купол

Глава 1

Мужчины остановились на тропе и, не теряя лишнего времени, спешились. Аран передал поводья одному из стражей, что моментально оказался рядом, и снова посмотрел на молодого мага, словно предлагал ему продолжить прерванную ранее речь.

— Вот тут мы остановились, — повторил Маркус, тот самый парень, что был в отряде Тари и, в отличие от нее, вернулся обратно. — Пришлось, так как лошади начали с ума сходить.

— С ума? — Аран постарался сосредоточиться на его словах и вникнуть в то, что тот ему говорил. — А сейчас они?..

— Да, сар, спокойны. Но тогда это было просто безумие! Они не желали идти дальше…

— Ну хорошо. — Аран оглянулся туда, где, внимательно следя за ним, замерли еще несколько человек из его импровизированного исследовательского отряда. — Давай дальше.

Конечно, секретарь был категорически против того, чтобы комендант покидал крепость и, уж тем более, отправлялся на поиски девушки. А в том, что он решил попасть на то самое место, где пропал командир первого отряда и два ее странных приятеля, а до того бесследно исчез весь третий отряд, Мо Керон не сомневался. Он сделал все возможное, чтобы не позволить коменданту покинуть крепость: загружал работой, бесконечно вызывал того, обнаружив очередной редкий артефакт в библиотеке, заставлял мага часами слушать отчеты подчиненных. Только Аран, постоянно проваливающийся в свои бесконечные думы о Тари и рвущийся на ее поиски, оказался совершенно бесполезен. Сдавшись, Керон отпустил Арана, взяв, правда, с того слово вернуться к заходу солнца того же дня, ведь несмотря на все, что уже произошло, оказались они тут не просто так.

Аран тряхнул головой, распутывая в голове очередной клубок бесконечных «как, почему и куда», и решительно зашагал вперед. Пройдя по тропе за молодым воином еще какое-то время, он замер, ошарашенно взирая на выжженное огнем пространство перед ними. За спиной раздались удивленные вздохи и тихие комментарии стражей, также остановившихся на краю пепелища.

— Что это, низшие раздери, такое? — прошептал он, наконец делая шаг вперед.

— Сар, подождите! — Маркус схватил мужчину за плечо, вынуждая его притормозить.

— Что?

— Простите, сар… — Парень явно смутился, но тут же выдохнул и продолжил: — Сар, вы уверены, что стоит туда идти? Все же… сари Тарина и Йода… Кариме… Они же про…

— Именно поэтому, — прорычал Аран, сбрасывая руку стража со своего плеча, — именно поэтому мы туда и пойдем. Чтобы они все… вернулись.

Последнее слово он произнес после небольшой паузы, словно сам боялся поверить себе. Только Аран не мог не верить, не надеяться. Он так долго искал ее, столько всего совершил, чтобы приблизиться хоть немного! Еще неделю назад он и не смел надеяться на то, что когда-нибудь сможет ее увидеть вновь. Три дня назад он стоял прямо перед ней, усилием воли заставляя себя оставаться на месте и не касаться ее. Не спугнуть. Ведь Тари и так ненавидела его, презирала за то, что он сделал, считала ничтожеством. А теперь снова ее потерял. Из очередного оцепенения его вывел мелькнувший вдали отблеск.

— Что там? — Маг приподнял руку, прикрывая глаза от лучей солнца и стараясь рассмотреть то, что привлекло его внимание.

— Кажется, насекомые?.. — неуверенно произнес один из парней, явно новичок.

— Это маяки! — Маркус вскрикнул удивленно. — Маяки Кариме! Они все тут…

— Маяки? — Аран повторил за ним и тут же вспомнил магические огоньки, вернувшиеся в библиотеку в день исчезновения Тари. — Так много…

— Да, точно! — Маркус сделал шаг вперед и поравнялся с комендантом. — Кихиро постоянно отправлял маяки. От самого начала тропы. Они с командиром еще останавливались и что-то обсуждали… Кажется, маяки все тут. Но откуда?

Мужчины, не сговариваясь, рванули вперед, перебираясь через поваленные стволы и поднимая за собой в воздух столбы пепла. Уже через несколько секунд они добрались до центра выжженного пространства и замерли перед зависшим в воздухе роем ярких магических искр. Протянув руку вперед, Аран призвал один из них, и тот, отделившись от общей группы, аккуратно опустился на его раскрытую ладонь. Пара мгновений, и он просто исчез, не оставив после себя ничего. Мужчина призвал следующий маяк, затем еще и еще. Они растворялись на его ладони без следа, пока не пропали все.

Только после этого Аран обратил внимание на то место, где они оказались. Мужчины перевели взгляд с торчащих из земли и покрытых черной сажей пней на край глубокой ямы, на дне которой виднелись останки нескольких человек. Маркус издал странный булькающий звук и отвернулся, спеша отойти от находки как можно дальше. Аран же, испытав в первую секунду шквал эмоций: от абсолютного ужаса и до леденящего внутренности отчаяния, тут же взял себя в руки. Тари исчезла в компании Кариме и Ворда, а маяки ассурийца только что роились тут, явно сигнализируя о том, что парень жив. А значит, жива и Тари. Отчего-то в этом он был уверен на все сто процентов.

— Это третий, — опускаясь на корточки и рассматривая обезображенные тела, просипел Аран.

— Что? — справившись с собой, Маркус развернулся и сделал шаг ближе к коменданту. — Что вы сказали?..

— Эти двое, судя по форме, из пропавшего третьего отряда. — Маг внимательно осмотрел края ямы. — А та самая сфера, она была прямо тут?

— Да, — сипло ответил парень, — прямо тут… Сар, вы думаете, это Керик?..

— Пока я ничего не думаю. — Аран нахмурился и запрокинул голову, всматриваясь в синее небо. Затем поднялся, отряхнул брюки от осевшей на них пепельной пыли и развернулся к Маркусу. — Надо сообщить обо всем в крепость.

— А это? — Страж неуверенно махнул рукой в сторону жуткого зрелища.

— Законсервировать. — Мужчина прикрыл глаза, ощущая приближение собственных маяков, чуть ранее отправленных им вперед для обследования территории и сбора всей доступной информации. — Законсервировать все. Я возвращаюсь в крепость.

Он развернулся и направился в сторону группы замерших на краю пепелища стражей.

— Разойтись по периметру! — крикнул он, обращаясь к ним. — Начать консервацию. Информацию записать и предоставить в канцелярию. Все понятно?

— Да! — прогремел нестройный хор голосов, и мужчины рассредоточились по краю леса, вскидывая руки и посылая в воздух окрашенные в разные цвета импульсы.

Спустя десяток секунд Аран и Маркус присоединились к ним. Сначала в воздухе появился луч, ударивший в центр пострадавшей от огня площадки, поднимая новые клубы пепла. Затем из него во все стороны метнулись молнии. Они ударяли в землю прямо под ноги магам и растекались полупрозрачной массой, формируя магическую защиту. Десять минут спустя огромный, искрящийся радужными разводами купол повис над пепелищем, закрывая его от любого вмешательства извне.

Стражи отступили в сторону и внимательно следили за дальнейшими действиями коменданта. Аран же, наоборот, сделал шаг ближе, практически касаясь купола. Приблизив ладонь к расходящейся радужными разводами поверхности, пустил импульс, стараясь одновременно заблокировать доступ к этому месту извне и считать любую доступную куполу информацию изнутри.

Прикрыв глаза, он словно в дурном сне увидел дергающуюся, перескакивающую с одного действия на другое картинку. Вот в центре пепелища прямо перед большим, похожим на огромное яйцо куполом появились Тари и рыжий великан, вот черноволосый ассуриец обходит его… Дальше пошли помехи, изображение постоянно перескакивало, показывая то что-то новое, то снова возвращаясь к тому, как троица ступила на выжженную огнем землю.

Мужчина изо всех сил старался влить как можно больше силы и заставить купол показать все, перестав, что называется, «троить», только с каждой секундой сил оставалось все меньше, а голова начинала болеть все сильнее, норовя в очередной раз окунуть его в омут бесконечной проклятой боли.

И вот наконец что-то изменилось, изображение будто скакнуло вперед, и маг охнул, увидев новую сцену из прошлого: Тари на земле, рядом с ней Ворд и Кариме, а перед ними стоит странный человек. Высокий, в необычной блестящей одежде, частично напоминающей ему древние латы, с яркими волосами. Этот мужчина, а в том, что это именно мужчина, Аран не сомневался, оказался невероятно злым. Яростно вскинув руку, он резко опустился на одно колено и ударил кулаком в землю. Картинка дернулась, снова перескочила вперед, на этот раз маг увидел того же самого человека, только уже с мечом в груди. А потом все исчезло, просто пропало, словно и не было ничего, а сар Мэхор с трудом оторвал ладонь от купола. Руки уперлись в землю, не давая ему упасть грудью на траву, и он с удивлением осознал, что стоит на коленях, хотя когда и как опустился, вспомнить не мог.

— Сар Мэхор! — раздалось совсем рядом. — Сар Мэхор?.. Вам нужна помощь?

Аран молчал, продолжая таращиться в пустоту и все еще стараясь принять все им увиденное. Яснее не стало, но по крайней мере, слова вернувшихся стражей полностью подтвердились. Но что было дальше? Куда пропали те трое, что остались на пепелище? Куда делись это странное, виденное им яйцо и тот самый мужчина в белой форме и с яркими волосами и… что дальше… как же больно… боль… она пронзала его голову, лишая не только возможности мыслить, но и полностью выключая для него весь окружающий мир. Опуская на самое дно, там, где казалось, кроме этой боли, ничего больше нет.

— Сар Мэхор? — из темноты снова послышался взволнованный и ужасно раздражающий голос стража. — Сар?.. Что с вами?

— Воды… — Магу пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы просто выдохнуть следующее слово: — дай…

— Да, конечно! — Маркус перестал бубнить, давая Арану возможность насладиться этими мгновениями чистой и незамутненной боли. Секунды спустя губ коснулся прохладный металл походной фляги. — Вот. Сар Мэхор?.. Эй, тут есть лекари? Парни, хоть один?

Дальше кто-то что-то отвечал, но Аран знал, что никто из них ему не поможет. Лишь возможность отдохнуть и набраться сил, чтобы блокировать эту боль обезболивающим действием магии, была действенной.

Приложив просто невероятные усилия, мужчина смог подняться на ноги и, схватив Маркуса за плечо, прошипел:

— Возвращаемся. — Сглотнул набежавшую слюну и с не меньшим трудом прошептал: — Отведи меня… лошадь, надо…

Как они добрались до оставленных на полпути лошадей, он уже не помнил, как не мог вспомнить, каким образом оказался верхом, как они спускались по тропе, как возвращались обратно и как его вносили на руках в крепость. Очнулся Аран уже на следующий день ближе к обеду. Голова все еще болела, но уже совсем не так, как вчера.

— Когда же она сдохнет? — тихо, но тем не менее очень зло произнес Мо, появляясь в зоне видимости Арана, лежащего кровати в отведенной ему комнате.

— Не стоит так говорить, Мо. Она же не виновата в этом. — Маг медленно протянул руки коснулся пальцами висков и осторожно помассировал. — Уверен, она бы никому не пожелала подобного.

— И тем не менее, вы разделяете ее боль.

— Мо! — предостерегающе прорычал маг.

— Каждый день принимаете ее часть на себя! А что взамен? Оно вообще того стоило?! Ведь нет!

— Хватит! — Аран яростно выкрикнул, не желая более продолжать этот разговор.

— Это был мой осознанный выбор! Я дал согласие на этот союз! И поверь, оно стоит того!

Он резко сел на кровати, хотя знал, что это только добавить ему неприятных ощущений. Сжимая голову ладонями, глянул быстро на Мо Керона и тут же отвернулся, натолкнувшись на нечитаемый взгляд молодого секретаря.

— Они просто обманули вас, сар. Признайте это уже. — Помолчал, готовый к новому яростному потоку слов от Арана, но не услышав их, добавил: — Но кажется, не только вас… Зачем они поддерживают жизнь в ее теле? Зачем заставляют вас делить это с ней?

— Любовь, Мо.

— Что? Да при чем тут любовь? Я не спрашиваю, что двигало вами, сар! Я спрашиваю, зачем они поступают так и с ней?..

— Они любят свою дочь, Мо! Как ты не понимаешь?! Любят и надеются, бесконечно надеются, что смогут найти способ помочь ей. Вернуть здоровье, силу… вернуть ее… себе… Как и я, не могут, просто не способны отпустить…

Мо лишь крепче сжал кулаки и промолчал. Этот разговор был у них с магом далеко не первым и каждый раз заканчивался одинаково: Аран просто отказывался услышать доводы Керона. Он отгораживался от любых увещеваний секретаря и моментально замыкался в себе.

— Я не желаю больше это обсуждать, лучше доложи, что тебе удалось найти, пока меня не было.

Мо прищурился, явно решая для себя: то ли поспорить с начальством еще, в сотый, кажется, раз пытаясь уговорить его отказаться от этой связи, то ли все же пожалеть измученного болью мужчину и закрыть тему. Но он так ничего и не успел ни сказать, ни сделать: сначала раздался вой сигнальных маяков, расставленных по периметру крепостных стен, а уже секунду спустя его накрыло волной битого стекла, что еще недавно было большим, в пол, окном.

Пригнувшись, парень выставил щит, прикрывая лицо от фонтана острых брызг, и только секунду спустя вспомнил, что практически опустошенный сар Мэхор оказался совершенно не готов к атаке. Он вскинулся и, не убирая ладоней от лица, оглянулся на мужчину. Аран сидел на краю постели, также выставив в защитном жесте руки и спрятав лицо в сгибе локтя.

— Какого драного?.. — выругался он сквозь зубы и осторожно выглянул из-за локтя. Предмет, что влетел в окно и разнес его на мелкие кусочки, поблескивая хромированным боком, замер в центре комнаты. Круглый, размером не больше яблока шар издал странный жужжащий звук и затих, зависнув на месте.

— И… ч-что мне делать? — послышался откуда-то со стороны странного явления еле различимый голос.

— Тари? — одними губами, практически не издав ни звука, произнес маг.

Мо, не заметив этого, медленно развел руки в стороны и уже готов был послать импульс, вырубающий любое проявление магии на несколько метров вокруг, но комендант вскрикнул, выставляя вперед руку:

— Нет! Стой!

Сар Керон моментально среагировал, замерев.

— Просто стой и говори, — странный, приглушенный голос словно отвечал на вопрос, а значит, ему не послышалось, — система просканирует твое физическое тело и воссоздаст голографическое изображение. Получатель увидит твою проекцию так же, как вы видите мою.

Мужчины удивленно переглянулись, тараща друг на друга глаза, а шар в это время зажужжал чуть громче, немного приглушая следующую фразу, но им все равно удалось разобрать слова.

— Почему нельзя просто послать маяк?

— Кариме?! — ошарашенно выдохнул Аран.

Хотя он и слышал голос ассурийца всего пару раз, но не мог не узнать его.

Тишина, за которой последовал вздох, и снова незнакомый мужской голос:

— Потому что электромагнитное поле, что окружает это место, достигает нескольких километров в радиусе. Ваши маяки просто не пересекут его, — сказали недовольным тоном, — любая магия — это лишь способность мозга влиять на внешнюю среду. Волны, которые вы испускаете, способны менять окружающий мир, но при должном воздействии их легко можно заглушить.

— Волны? — практически шепотом вставил Керон.

— Приступаем, — снова незнакомый голос, чуть металлический, будто неживой.

А затем случилось просто невероятное: в самом центре шара засияла белая искра. Секундой позже она превратилась в луч света, расширяющийся на конце и обретающий очертания человеческой фигуры, что стала терять свою прозрачность, становясь с каждой секундой все более плотной. Еще несколько мгновений, и перед ними уже стояла Тарина Лексан. Полупрозрачная, словно призрак, и глядящая куда-то в сторону, она шевелила губами, обращаясь к неведомому собеседнику, затем посмотрела прямо на Арана, и наконец он услышал:

— Аран, кхм… — Девушка облизала губы, словно они пересохли. — Т-то есть сар Мэхор… Я обращаюсь к вам как командир отряда…

Мо ошарашенно выдохнул и шагнул к призраку красноволосой девушки, протянул руку, словно желал коснуться ее. В эту секунду комнату наполнил странный треск и шорох, заглушившие ее голос. Картинка дернулась, словно распадаясь на части.

— Стой! — выкрикнул Аран. — Назад!

Сар Керон безропотно подчинился, снова отступая. Шум тут же стих, а призрак девушки восстановил свою форму. Она что-то говорила, но маг не слушал, слышал, но никак не мог сосредоточиться на словах. Вглядывался в знакомые черты, прислушивался к ее голосу и был не способен ни отвести взгляд, ни пошевелиться. Абсолютно все отошло на задний план: боль, слабость, неудобства, страх… Все исчезло, как только он понял, кто именно стоит перед ним.

Спустя какое-то время из этого гипнотического оцепенения его вывело уже слышанное ранее жужжание и нечеловеческий голос, произнесший:

— Конец записи. Воспроизвести запись повторно?

Образ его Тари растворился в воздухе, опаляя его сознание взволнованным и полным надежды взглядом девушки, что исчез также, как все остальное.

Глава 2

Выступать решено было на рассвете следующего дня. Хотя перед этим нам и пришлось поспорить.

— Нужно дать сару Мэхору время связаться с главами и собрать силы! — Не согласиться с Кариме было трудно.

В распоряжении Арана оставалась всего пара дней с учетом того, как быстро мы доберемся до такаров.

— У него есть время, — отрезал привратник, и я тут же вмешалась в их спор, вставая на сторону ассурийца. Конечно, привратник знал гораздо больше нас о тех существах, в чье гнездо мы собираемся залезть, зато Кихиро знал все о возможностях наших воинов.

— Кихиро прав, — я оглядела представленную нам карту, — если эти твари давно ждут подходящего случая, у нас не будет возможности сгруппировать свои силы по всему периметру.

Синеволосый покачал головой.

— Мы опустим купол обратно, как только преодолеем границу. — Наткнувшись на наши скептические взгляды, он, словно сдаваясь, продолжил: — Хорошо, и сколько, по-вашему, нужно времени, чтобы собрать воинов?

Я глянула на стоящего рядом Ворда, ведь именно он разбирался в таких вещах лучше нас всех.

— Месяц, а то и два, — тот мрачно повел плечом, — границы-то немалые.

— У нас нет месяца! — Привратник нервничал, это было удивительно и странно. Его обычная невозмутимость дала трещину, словно хотела отколоться от привычного хладнокровия. — Вы, кажется, не поняли всей серьезности ситуации. Вот-вот защита падет, и тогда ничто и никто уже не будет стоять между вами и такарами, — он ткнул пальцем в сторону. — Нам нужно послать сигнал как можно быстрее! Иначе все будет закончено гораздо раньше, чем этот ваш сар получить одобрение глав…

— Знаешь что… — Кихиро двинулся к привратнику, и я забеспокоилась. Повторения конфликта между ними мне совершенно не хотелось. Тем более я сомневалась в том, что ассуриец сможет победить. — Тебе стоило подумать обо всем этом раньше. Намного раньше.

Я успокаивающе положила ладонь на плечо Кариме. Он был напряжен как струна, но я все же чуть сжала руку, обращая внимание парня на себя.

— Придется рискнуть, Кихиро.

На его лице заходили желваки, я видела, как он хочет возразить. А потому воспользовалась «запрещенным приемом» и тут же ощутила прилив стыда:

— Командир я, и мне решать.

Кариме втянул носом воздух, его глаза потемнели от ярости, но он удержал себя в руках.

— Остается открытым вопрос: как проникнуть к такарам? — Ворд присоединился- таки к обсуждению и кивнул на вражеский купол.

Действительно, вопрос оказался хорошим. Правильным. Снять их защиту не представлялось возможным, а другого пути я не видела.

— Мы убьем разведчиков. — Синеволосый махнул руками, приблизив к нам изображение пустыни и стана такаров.

— Разведчиков? — Мы переглянулись, так как слышали об этом впервые.

— Два раза в месяц они высылают своих разведчиков, — словно не замечая нашей растерянности, продолжал привратник, а мы наконец увидели их.

Край сферы поднялся, являя нашему взору окраину города. Не знаю, чего я ожидала, слушая рассказ синеволосого, но когда привратник показывал нам цель назначения, мы видели лишь саму цитадель на пустом фоне «голограммы». Но теперь перед нами лежал раскинувшийся город. И такого мы не ожидали: высокие, блестящие здания, покрытые стеклом и чем-то очень похожим на металл. Они переливались на солнце, отбрасывая тысячи бликов. По воздуху носились летательные штуковины вроде той, что рухнула на границе, но компактнее и более вытянутой формы.

— Что это? — услышала я удивленный голос Кихиро.

— Это их мир, — мрачно отозвался привратник, — полный железа и огня.

Картинка немного сместилась, а мужчина продолжил: — Они регулярно проверяют состояние почвы, берут пробы воды, следят за нами. Всюду расставлены датчики теплового слежения. Два раза в месяц две разведывательные капсулы вылетают и возвращаются с образцами почвы и того, что может уже на ней прорасти.

Из странного сказочного города и правда показались два летательных аппарата. Через некоторое время они оба вернулись и снова скрылись за куполом.

— Мы собьем их, перепрограммируем систему управления и вернемся вместо такаров. По моим подсчетам следующий патруль появится через сорок два часа, меньше чем через двое суток.

Даже ребенку сразу бы стало очевидно, что наше вторжение такары довольно быстро обнаружат и тогда убьют уже нас. Идея мне нравилась все меньше, и кажется, Кариме оказался прав — это самоубийство.

— Нет, если будем действовать по плану, — отозвался на мои мысли привратник.

Я даже не обратила внимания на очередную бесцеремонность этого существа. Именно существа, так как человеком я его воспринимать уже не могла.

— Так себе план. — Кихиро скрестил руки на груди. — Если у них там все еще более… — он покрутил пальцем в воздухе, подбирая слова. — …мощное, чем тут у тебя, они поймут, кто мы, в два счета.

— Главное, действовать сообща. — Синеволосый свернул карту, невозмутимо смотря прямо на ассурийца. — И слушать меня.

Я сделала глубокий и излишне громкий вдох и обвела взглядом ребят, как бы прося прощение за свое решение, так как уже не оставалось никаких сомнений — мы шли на верную смерть.

Рассвет застал нас на поросшей мелкой травой площадке перед башней. Это был небольшой инструктаж перед вылетом, больше похожий на демонстрацию новых игрушек толпе детишек. По крайней мере, я себя именно так и чувствовала, слушая наставления привратника.

Для любого воина, солдата или патрульного подобные вещи стали бы просто находкой. Даже Кихиро был впечатлен, хоть и старался возвести себя в ранг самой невозмутимости.

Мы встали полукругом, наблюдая, как сверху, со стороны западной башни, к нам спускался летающий аппарат.

— Это флайер, — пояснил привратник.

Флайер имел уже виденную нами ранее форму капли. Только «хвостик» у нее смотрел вверх. Прозрачная передняя часть была выпуклой, сужаясь к заднему основанию, и просто отъезжала, открывая доступ внутрь, где уже располагались два сиденья, одно за другим. Управлялись они как вручную, так и голосом, что было просто восхитительно. Каждый флайер подчинялся только своим пилотам, и нам с Кихиро пришлось пройти первичную идентификацию. Сканер, как объяснил привратник, ввел наши данные по сетчатке глаза и голосовому тембру, и теперь я поняла его слова о перепрограммировании такарских флайеров. Мне было немного странно, как быстро я адаптировалась ко всему новому. Технологии больше не пугали, наоборот, я действительно чувствовала, что могу ими управлять с помощью своей энергии и воли.

— Система будет четко выполнять все ваши приказы, в ней содержится вся необходимая информация. Геоданные, навигатор… Она также способна сканировать местность. Управление интуитивное. To есть это и правда было потрясающе, все, что говорил призрак, с легкостью откладывалось в моей памяти, словно я и раньше все это знала.

— Флайеры также оснащены оружием, — сбоку и спереди выдвинулись черные продолговатые штыри с отверстиями в центре, — не самым мощным, которое в настоящей бойне вряд ли выдержит, но отстреливаться можно. И все же…

Он повернулся к Йодеру.

— В кабине лежит оружие, достань его.

Ворд перегнулся через сиденье и извлек довольно громоздкую штуку, похожую на палку с двумя короткими рукоятями снизу.

— Лучеметы. Стреляют высокозарядными частицами, способными прожечь любую поверхность. Просто целитесь и жмете на спусковой курок. Если цель перед вами, то промахнуться просто невозможно.

Мы молча переглянулись, ощущая себя просто невероятно глупо. Привратник, будто не замечая наших взглядов, продолжал говорить. В его руках появилась точно такая же, как и у Ворда, штуковина. Он развернулся вполоборота, демонстрируя нам свое оружие и показывая, как именно надо стоять, как держать и куда ставить пальцы. Мгновение, и из ствола, как он назвал эту часть лучемета, вырвалась прямая струя странного яркого зеленого света. Она врезалась в каменную стену башни и легко прошла насквозь, проделав в ней черную дыру. Ворд восхищенно присвистнул. Он подошел к стене и провел пальцем по отметине, рассматривая.

— И так со всем?

— Абсолютно. Если только такары не создали материал, способный отразить удар.

Я забрала у Ворда оружие и прицелилась. Пальцы ощутили легкую вибрацию, почти незаметную, когда лучемет выстрелил новой порцией света. И правда, ничего сложного.

— Что это? — Ворд выудил из флайера короткую прозрачную трубку с закругленными концами. Внутри, словно подвешенный в воздухе, висел тончайший стержень не толще человеческого волоса.

— Эхолокационная бомба среднего радиуса действия. Поражает только живые организмы, ее сила удара способна вывести из строя работу всех информационных проводников.

Кихиро подошел ближе, рассматривая странное подсвеченное изделие.

— И это значит…

— Она выведет локальную систему из строя. Даже флайеры потеряют возможность подниматься в воздух.

На огромной ладони Йодера колба смотрелась вовсе крошечной и было трудно поверить, что она может нанести столько ущерба.

— Мы с сари установим ее на одной из башен, — привратник протянул руку, выводя голограмму прямо на ней, — на самом верху. Когда Тарина проберется внутрь, произойдет взрыв, и это даст ей время.

— Почему она? — Кихиро почти заслонил меня собой, вызывая тихое раздражение.

— Потому что только ей это под силу. Вас обоих, — привратник демонстративно оглядел моих напарников, — пришлось бы две недели обучать всему, у нее же это в крови. Само ее ДНК запрограммировано на это.

Я решила уже не спрашивать, что за ДНК. И без этого было о чем подумать, к тому же я была полностью согласна с ним. Это моя работа как командира. Не моих людей. Хотя страшно было до ужаса.

— Кариме, — моя рука твердо отстранила ассурийца в сторону, — он прав, и это не обсуждается. Вы подождете нас снаружи и прикроете. Патрульный флайер такаров будет только один, как я понимаю, и значит, лететь придется нам с привратником.

Тот кивнул в ответ, а Кихиро неодобрительно поджал губы, но ничего не сказал.

— Еще кое-что запомните. Надо постоянно быть на связи. В своих флайерах вы найдете гаунтлеты, просто приставьте их к запястью, и они сами застегнутся на вас. Также к ним прилагаются наушники, вставляются в уши, это позволит слышать друг друга на любом расстоянии. Главное, не снимайте гаунты. А сейчас, — привратник сделал жест рукой, указывая нам отойти дальше, — вы должны научиться ручному управлению флайер.

Стараясь ловить и впитывать каждое слово, мы с Вордом и Кариме безропотно приступили к обучению. Неизвестные слова, понятия, вещи, совершенно фантастические и, кажется, нереальные. Все это появлялось в нашей общей реальности и поражало в самое сердце, взрывало сознание. Нельзя было останавливаться ни на секунду: только вперед, только новый кивок и новое действие. Неудача, и все с самого начала. Трудно сказать, сколько времени мы провели за штурвалами.

— Просто потяни его на себя! Теперь медленно опускай. Вот так.

Невероятно, но техника слушалась меня, или это мне было легко совладать с ней, но уже минут через пять я легко лавировала между верхушками деревьев, огибая башню. У Ворда и Кариме дело продвигалось медленнее, хотя Кихиро тоже не приходилось жаловаться. Но Йодер был явно не создан для подобных аппаратов, истинное дитя природы. Его флайер кидало и швыряло из стороны в сторону, а про виражи и говорить нечего. Наконец его полет стал более-менее стабильным и ровным, если можно так сказать. По крайней мере, мы перестали бояться, что в очередной заход его просто шарахнет о землю и вместо летательного аппарата останется лишь груда искореженного металла.

Это было ново, совсем по-другому, чем все то, к чему мы привыкли. Кихиро и Ворд отнеслись к происходящему настороженно, оно и понятно. Но больше ассуриец не перечил и не спорил, хотя его недовольный и настороженный взгляд говорил за него.

— Кихиро, Йодер, — я остановила их перед самой посадкой, — я не хочу тащить вас туда. И сейчас я говорю не как ваш капитан, вы можете и должны отказаться.

Я с замиранием сердца ждала от них ответа. Лишиться двух напарников — значит уменьшить шансы на успех, но и промолчать я не могла. Слишком много эти ребята значили для меня, слишком многое мне отдали. Учили, поддерживали, делили.

— Ты сама сказала, Тари, это наш долг, — прогремел Йодер, — так о чем может быть речь?

— Кроме того, — добавил Кариме, поправляя пряжку, — кто будет прикрывать тебя? Тот синий, что ли? Не смеши, командир. — Он лукаво улыбнулся, глядя на меня из- под удивленно вскинутых бровей. — Куда ты без нас? К тому же ты обещала сдохнуть вместе с нами в одной канаве.

Мои губы растянулись в благодарной улыбке облегчения, и я, не удержавшись, на секунду прикрыла глаза. Они со мной. Как всегда.

Наконец мы погрузились в флайеры. Ручное управление оказалось совсем не сложным, мы дали пару контрольных кругов над башней, чтобы еще раз проверить, что все в порядке и никаких проблем с управлением нет. Кроме того, бортовой компьютер здорово упрощал нам работу, предупреждая даже об изменении температуры снаружи. На моем правом запястье красовался браслет управления электромагнитным полем и защитным куполом. Привратник прочитал мне целую лекцию, прежде чем надеть его. Как ни странно, я все запомнила с первого раза, чем вызвала удивленные взгляды у друзей. Да я и сама себе ежесекундно удивлялась, а странное чувство, что все правильно и так, как и должно быть, немного пугало. Самую малость.

Флайеры легко взмыли вверх, не издав ни звука, и плавно понесли нас вперед. Внизу остались верхушки деревьев и шпили цитадели, и я бы с удовольствием полюбовалась этим совершенно невероятным видом, если бы не наша миссия.

— Как вы там, сари? — голос привратника через переговорник в моем ухе звучал еще более механически, чем обычно.

— Все в порядке, — отозвалась, наблюдая за горизонтом.

— Ты помнишь, что нужно делать?

Я кивнула, но сразу сообразила, что он меня не видит.

— Помню.

Все оказалось так, как и говорил синеволосый. Мы не видели пустыни за пределами нашего мира, только непроходимые леса, покрытые густыми зарослями. Вековые деревья простирались на километры, кое-где высились горы, но ничто не говорило о пустоши за границами. Мы, жители этого мира, никогда не рвались дальше, не искали края земли. Мы всегда знали, что туда нам не нужно, там ничего нет, просто грань, за которую нельзя переступать. Возможно, если бы с той стороны кто-то появился, то это и пошатнуло бы устоявшиеся веками убеждения. Только оттуда так еще никто и не пришел. Пока.

Все, что мы видели и знали, было лишь внешним показателем, ширмой.

Мой навигационный браслет просигнализировал красным, когда мы приблизились к краю купола. Оба флайера неподвижно зависли в воздухе, не двигаясь дальше.

— В чем дело? — Кихиро подался вперед, и я почувствовала его дыхание на своей щеке.

— Подлетели к границе. — Я взглянула на браслет. Данные показывали, что невидимая стена на расстоянии вытянутой руки от нас, но впереди был только голубой горизонт и все тот же лес.

— Я ничего не вижу. — Ассуриец, как и я, всматривался через стекло, отгораживающее внутреннее пространство флайера от внешнего мира. Я мысленно махнула рукой и собралась уже набрать код деактивации защитного поля, как внезапно кое-что увидела. Сначала я приняла это за блики через стекло, солнечные отблески, но потом поняла, что ошиблась. Это были не блики. Прямо перед нами мерцала невидимая граница, время от времени переливаясь радужными всполохами. Только внимательно приглядевшись, можно было заметить эти «помехи». Кариме тоже увидел купол.

— Почему мы никогда прежде не натыкались на эту преграду?

— Не знаю, — прошептала я, почти любуясь на грань, на протяжении тысячелетий разделяющую нас от реальности. И снова в голове закружились все те мысли, что роились там секунды назад.

— Потому что не должны были, — ответил за меня синеволосый. Ответ меня озадачил, но все вопросы я решила оставить на потом. — Сари?

Я набрала код деактивации, и через секунду из браслета донеслось уведомление: «Деактивация завершена».

Мерцание исчезло, и флайеры беспрепятственно полетели дальше, оставив за собой вновь сомкнувшийся занавес. А там…

Под нами лежала выжженная земля.

Глава 3

Пустая, потрескавшаяся серо-желтая, с редкими торчащими кустарниками, похожими на высохшие скелеты, земля. Трудно представить, что когда-то здесь была жизнь. Все, что осталось, это какие-то растения, которые мужественно пробивали себе путь через радиацию и выгоревшую почву. Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, словно собственной кожей ощущая боль планеты, ее агонию и медленную смерть. Люди, животные, деревья, птицы — все это погибло за секунды, превратившись в ничто, будто никогда и не существовало.

— Высшие… — голос Кихиро был непривычно тих. — Что же вы наделали…

Впереди высился второй купол, но в отличие от нашего, он мерцал сильнее, словно плотность его была выше. Если защитные поля вообще имеют плотность. Что-то подсказывало мне, что причина была в достаточном количестве энергии. Молчание привратника на мои мысли только подтвердило эту догадку. Получается, что у такаров такой проблемы, как у нас, нет? Как же они умудрились сохранить столько энергии за стол долгое время? И опять никто мне не ответил.

Прикидывая расстояние, я поняла, что с флайерами нам крупно повезло, на летающих аппаратах мы пересекли эти километры за считанные минуты.

To тут, то там из земли выступали тонкие металлические подпорки с овальными штуками сверху. «Тепловые датчики!» — Я заволновалась. Они ждали нас и ожидали нападения, а что если мы просчитались по-крупному?

— Привратник, ты уверен в тепловых глушителях? — Я лавировала между шестами, стараясь не задеть ни один. — Может, стоит подняться выше?

— Нет, — раздалось в ухе, — выше нас засекут визоры. Все в порядке, сари, если до сих пор не начали обстрел, значит, не заметили.

Я хмыкнула. С его логикой не поспоришь, и все же я старалась ничего не упустить из виду.

— Не подлетай слишком близко, — голос синеволосого прозвучал несколько напряженно, — облетим их со стороны и засядем за теми насыпями.

Впереди виднелись довольно большие холмы из песка и мелкого шлака, должно быть, нанесенного ветрами. Они вполне могли стать укрытием для наших аппаратов, так что мы обогнули купол на довольно большом расстоянии, чтобы не попасть в поле их видимости и бесшумно приземлились за насыпями. Очень хотелось увидеть чужой мир поближе, хотя такая возможность мне скоро и представится. Но скорость полета была слишком высокой, а радиус нашего обхода большим, так что я смогла уловить сквозь плотную стену только здания. Очень много высоких зданий.

Флайеры подняли небольшие клубы пыли, мягко опускаясь на желтоватую поверхность. Уровень радиации судя по показателям на панели и правда был минимальным, но я помнила, какой урон она могла нанести, так что я запретила выходить и Кихиро и Йодеру без масок. Выбравшись наружу, первая ступила на потрескавшуюся почву. Легкий ветерок сыпал песок на мои сапоги, и даже сквозь ткань одежды я ощущала, что он довольно горячий. Следом показались ассуриец и Ворд. Кариме опустился на колено, касаясь пальцами земли.

— Осторожно, Кихиро. — Я предостерегающе двинулась к нему. — Мы не знаем, насколько оставшийся процент радиации вреден для нас.

Парень бросил на меня нечитаемый взгляд, но с колен поднялся и отряхнул ладони.

— Ты начинаешь говорить, как он, — бросил кивок в сторону привратника, — и это меня пугает.

Почему-то меня задели его слова, Кихиро словно разделил нас на два лагеря, и мне это не нравилось. Но сейчас было не время и не место выяснять отношения, так что я резко развернулась и направилась к пригорку с визором в руках.

— Просто будь осторожнее, — сухо кинула парню на ходу.

Замечательная эта вещь — визор. Никогда бы не подумала, что в мире существуют такие. Он мог уменьшить абсолютно любое расстояние так, будто предмет стоит прямо перед тобой. Незаменимая штука в походах, да и в самом патрулировании по сути. Я улеглась прямо на горячий песок, разглядывая блестевший вдалеке серебристый купол. Теперь я могла видеть немного больше, чем в полете, но все равно завеса очень многое скрывала. По бокам от меня расположились Ворд и, что удивительно, привратник.

— Что скажешь? — Йодер тоже рассматривал сферу.

— Скажу, что шансов у нас маловато. Мы спланировали, как попасть внутрь, но как потом выбраться? Твой план слабоват. — Я посмотрела на привратника. Накануне мы в деталях обсудили и побег, и все прочее, но чем больше я смотрела на очертания города сквозь завесу, тем больше начинала сомневаться. Не очень хорошее качество для капитана, однако я не хотела рисковать жизнями своих друзей попусту.

— Всегда есть погрешности, — синеволосый оглянулся вокруг, будто убеждаясь, что за нами не следят, — но мы должны сделать все, что в наших силах. Абсолютно все, сари, — с нажимом повторил он, глядя мне прямо в глаза.

И это привело меня в некое смятение. Мы прилетели сюда с твердым намерением рискнуть собой ради победы, но только сейчас я осознала, что не могу пожертвовать своими друзьями. Неужели я совершила ошибку и поторопилась?..

Меня разбудил Ворд, его широкая ладонь мягко трясла меня за плечо.

— Что такое? — Я схватилась за оружие. Привратник выдал нам лучеметы, разрезающие камни, как масло. Но я все равно оставила при себе свои кинжалы, как и Кариме с Йодером.

— Их разведчики вылетели пару минут назад.

— Ночью? — Я вскочила на ноги и бросилась к флайеру.

— Все идет даже лучше, чем я предполагал, — отозвался привратник. И я прекрасно его поняла.

— Активировать систему защиты. — Я взялась за штурвал, поднимая аппарат в воздух.

— Защита активирована. — На панели один за другим включались сигнализаторы, указывающие уровни повышения камуфляжного состояния флайера. — Плазменный кастер в исправности, включена система невидимости в оптическом диапазоне. Включена система невидимости в радиодиапазоне. Активирую режим ночного видения.

Я бросила быстрый взгляд на другой флайер, в котором летели Привратник и Ворд. Как и предполагала, он исчез прямо в воздухе. Теперь нас смогут обнаружить только высокочастотные визоры, но они не предусмотрены в таких маленьких аппаратах, как наши. Или как в патрульном флайере катаров.

Мы низко зависли над землей, вглядываясь в зеленоватый экран монитора. К нам и правда приближался такарский патрульный флайер, я видела его очертания на экране. Но он отличался от наших аппаратов. Более плоский, с двумя загнутыми назад крыльями, он был больше похож на боевую машину, чем на исследовательский носитель. Он достиг нас за пару минут и пролетел мимо, так и не заметив. Я двинулась следом, несильно набирая скорость и видела, как привратник сделал то же самое, обогнув такар с другой стороны. Теперь мы летели по обе стороны, бок о бок с вражеским аппаратом. Миновав равнины с их кустарниками-гигантами, вылетели к руслу реки. Вернее, это был маленький, крошечный ручеек, протекающий по трещине. Неизвестно, откуда он брал начало, но увидеть здесь воду было просто удивительно. Я решила, что такары собираются взять пробу воды, когда их флайер начал сбрасывать скорость и снижаться.

— Приготовься, — тихо шепнула я Кихиро, не сводя глаз с катаров.

Они приземлились в паре метров от узкого ручья, аппарат мягко коснулся земли и двигатели заглохли. Мы висели неподалеку, не спеша последовать их примеру. Я напряженно сжимала в руках лучемет, следя за вражеским флайером. Лобовой слайдер плавно скользнул назад, открывая выход, и мы с Кариме замерли.

Мы ожидали увидеть кого угодно, монстров с голограммы, чудовищ на двух лапах и с парой голов, но оказались совершенно не готовы к реальности, просто обрушившейся на нас. Из флайера вышли… люди.

Обычные люди, как мы с Кихиро, в обтягивающих серых костюмах и с цилиндрическим предметом в руках. В отличие от нас, масок на них не было. Видимо, они не боялись заражения. Мы с ассурийцем растерянно переглянулись.

— Это люди, — одними губами прошептал он. Я кивнула.

— Привратник, — мой голос дрогнул, — они не катары. Ты уверен?..

Синеволосый не дал мне договорить, их аппарат внезапно появился в режиме видимости и стал стремительно снижаться. Мне ничего не оставалось делать, как последовать его примеру. Люди заметили нас практически сразу, они кинулись обратно, но флайер привратника и Ворда перекрыл им путь, опустившись прямо между ними и их капсулой. Мы с Кихиро оказались позади, тем самым полностью лишив патрульных возможности бежать. Они прекрасно поняли это, оглядываясь на нас и поднимая оружие.

— Лучше не стоит, — я спрыгнула на землю, — нас больше, и вы окружены.

Люди молчали, только смотрели настороженно, не опуская оружия. Только я не замечала в них агрессии. Подала знак Кихиро, чтобы тот не открывал огня.

— Вы понимаете меня? — Возможно, они не знали нашего языка, что было весьма вероятным. Но к моему большому удивлению, один из них медленно кивнул, опуская дуло лучемета вниз.

— Тари, — Кариме подошел ближе, бросая на меня взволнованный взгляд.

— Они понимают тебя, — голос Ворда тоже был полон изумления, — что будем делать, командир?

Мой мозг пытался анализировать происходящее. Разумеется, под куполом такаров на момент трагедии оставались люди, но мы-то были уверены, что все они погибли, были уничтожены этими чудовищами. Только прямо перед нами стояло живое опровержение этой теории: люди, живые и вполне здоровые, еще и явно говорящие или как минимум понимающие наш язык. Что же там у них происходит?

— Не… — Слово «стрелять» прервал выстрел. Желто-зеленый луч прошел сквозь голову первого патрульного, мгновенно оставив после себя черную зияющую дыру.

— Не стрелять! Не стрелять! — Я отшатнулась, стараясь не попасть под обстрел. Напарник погибшего патрульного развернулся, вскидывая свой лучемет, но через мгновение и он упал навзничь. Из ран погибших не сочилась даже кровь, только тонкая струйка дыма поднималась из прожженных дыр.

— Какого низшего?! — я накинулась на привратника, опускающего уже ненужное оружие. — Ты должен был слушать мои приказы! Ты убил их!

— Иначе они бы убили нас, — холодно отозвался синеволосый. — Моя задача охранять тебя, несмотря ни на что, сари, а этим существам нельзя доверять.

— Каким существам?! — Кихиро готов был ударить его, если бы мог. Его трясло от злости, едва сдерживаясь, он подошел почти вплотную к привратнику. — Это были обычные люди.

— Только с виду, — синеволосый спокойно смотрел на ассурийца, чуть сощурив глаза и поджав губы, стараясь удержать маску и не выдать ни капли презрения. — Неизвестно, что с ними сделали такары. Рисковать не имело смысла.

Кихиро молчал, только гуляющие желваки выдавали его злость и гнев.

— Нужно двигаться дальше, — подошедший Йодер положил сильную ладонь на плечо другу, успокаивая, — нам нельзя останавливаться. Не сейчас.

Я присела, сдерживая приступ тошноты и осматривая тела, ища хоть какие-то признаки генетического вмешательства, как говорил привратник, но ничего такого не находила. Самые обычные: две руки, две ноги. Пропорционально сложенные тела, высокие лбы, темные волосы. Ничего необычного. Возможно ли, что такары просто использовали их в качестве рабов? Я поднялась.

— Впредь я хочу, чтобы все подчинялись моим приказам. — Я посмотрела на привратника. — Это касается всех.

— Прошу прощения, сари. — Но сожаления в его голосе не было.

Кихиро обошел синеволосого.

— Я бы сказал тебе, что ты можешь делать со своими извинениями.

Синий не ответил, он указал на тела.

— Пора приниматься за дело. Снимайте комбинезоны.

В восторге я не была, но это тоже являлось частью нашего плана. Поэтому я молча с помощью Йодера раздела одного из патрульных и принялась раздеваться сама. Все тактично отвернулись, но мне было не до стеснения, я быстро переоделась, влезая в эластичную ткань, которая тут же облепила мою фигуру, словно сшитая на заказ.

— Готово. — Я застегнула тонкую, едва заметную молнию до самого горла и только после этого осознала, что не испытала с застежкой никаких проблем. Хотя видела я ее первый раз в жизни.

Насчет привратника можно было не волноваться, он визуализировал образ другого патрульного на себя, так что теперь выглядел точно как убитый. Мне даже стало немного не по себе при виде точной копии мертвого мужчины.

— Пора двигаться. — Я направилась к патрульному флайеру, лишний раз напоминая себе следить за синим, чтобы тот не стал причиной новых проблем. Меня злило его неповиновение и убийство невинных, а то, что несчастные были невинными жертвами, я даже не сомневалась. Они просто делали свою работу.

— Делай, что должен.

Система управления такарского аппарата немного отличалась от нашей, больше «тачпадов», больше навигационных указателей, даже штурвал был другой формы. Мужчина коснулся панели, и мы услышали механический голос, объявляющий о входе в систему. Из пальцев привратника потянулись тонкие, едва заметные нити, похожие на волны. Они проникали внутрь панели, перепрограммируя всю матричную память, заставляя систему считать своими пилотами нас. В первое мгновение, когда эта информация пронеслась в моей голове, я чуть не подавилась воздухом, но секунду спустя справилась с удивлением, заталкивая мысли об этом как можно глубже. Словно искра вспыхнула в моем мозгу — это не мои мысли.

— Пожалуйста, займите место пилота для дальнейшей идентификации, — наконец произнес приятный женский голос, похожий на человеческий, лишенный механических ноток, присущих моему вынужденному напарнику. Мы сели в кресла, расположенные рядом друг с другом, а не один за другим.

— Пожалуйста, назовите себя.

Как и у нас на борту, все реагировало только на тембр голоса. Это было не лишено своих минусов, если, например, у вас простуда или вы ранены в ходе боя, то воспользоваться своим флайером вряд ли удастся. Но вот если придется срочно бросаться в погоню или еще хуже — скрываться от нее, тогда не придется проходить сканирование сетчатки глаза или еще что-то в этом роде. Для таких незначительных летательных машин это самое то, думаю.

Так как было только два места, лететь должны были мы с синеволосым. Йодер и Кихиро оставались ждать нас на границе.

— Я не видел у патрульных ни браслетов, ни других предметов дистанционного управления. Значит, все находится здесь, — синеволосый постучал пальцем по панели, — и еще. Хорошенько запомните все, что я говорил.

Я кивнула, пристегивая широкий ремень безопасности.

— Я все помню.

— Мы будем ждать здесь. — Ворд чуть сжал мой локоть. — Будь осторожна, Тари.

Я снова кивнула, пытаясь ободряюще улыбнуться. Кариме хотел что-то сказать, видела по его глазам, но промолчал. Просто смотрел мне прямо в глаза.

— Тогда встретимся на границе, как договаривались.

Глава 4

Мы летели прямо к куполу такаров. Сердце колотилось как сумасшедшее по мере нашего приближения. Мы, должно быть, безумцы, раз согласились на подобное без подкрепления, без защиты, направляемся прямо в самое сердце вражеского стана.

Я глянула на панель управления.

— Убрать защитное поле.

Переливчатая сфера опустилась вниз, открывая нам доступ, и вновь поднялась, стоило только флайеру пересечь границу. Взору предстал совершенно другой мир, полный неизведанного и необычного. Мы пролетали над верхушками деревьев, таких же зеленых и высоких, как у нас, и нигде ни следа разрухи и запустения. Только впереди высились пики зданий, сверкающих, словно увиденные мной ранее звезды. Когда закончилась казавшаяся бесконечной линия зеленых лесов, я увидела город, что был наполнен огнями и светом, манящим взгляд и ослепляющим меня даже отсюда.

— Ты говорил, они разрушают все, к чему притрагиваются. — Я глянула на привратника, ни один мускул не дрогнул на его лице, он равнодушно глянул вниз.

— Так оно и есть. Ты уверена, сари, что все, что ты видишь, не есть обман зрения? Посмотри на меня, я реален для тебя и в то же время не имею физического тела. Не все, что видит глаз, является непреложной истиной.

Я не успела ответить, в наушнике раздался небольшой треск, словно шум издалека.

— Триста ноль девять, вы пересекли защитное воздушное пространство. Вернитесь в Центр дпя обработки данных.

Привратник переключил флайер в режим автопилота.

— Система, покажи кратчайший путь до Центра.

На экране появилась карта, обрисованная темно-зеленым контуром, на которой двигалась красная точка. От нее тянулась такая же линия, лавируя между многочисленными квадратами, пока не остановилась на мигающем треугольнике.

— Кратчайший маршрут до Центра проложен.

— Увеличь масштаб. — Нужно было убедиться, что мы на правильном пути. У нас был только один шанс сделать это, ошибиться нельзя. Хотя идея и казалась сумасбродной с самого начала.

Мигающий треугольник стремительно менял очертания, на глазах превращаясь в полноценное здание. Перед нами была цитадель, под которой, согласно словам синеволосого, находился корабль такаров. Значит, именно там был централизованный технический и исследовательский пункт. Именно он был нашей конечной целью.

Внизу замелькали огни, мы пересекли зеленый ландшафт и подлетели к окраине города. Меня почти ослепило количество света самых разных оттенков и яркости, словно под нашими ногами был тот самый космос, где каждая светящаяся точка означала будущую эволюцию. Вблизи здания оказались еще выше, чем думалось мне ранее, многие из них были сделаны будто из цельного стекла с металлическими перегородками. Я никогда ничего подобного не видела, да и представить такое не могла.

Под нами пролетало множество флайеров, разнообразие их размеров и форм поражало: эллипсообразные, вытянутые, плоские, даже квадратные. Некоторые имели строгие плавные линии, другие выглядели словно ярмарочные коробки с конфетами. Башни, больше похожие на скульптуры, уходили своими пиками высоко в небо, и мне были видны обрывки облаков, тонким туманом зацепившиеся за зеркально-стальные перекрытия.

Я прикрыла на минуту глаза, давая им отдохнуть. Теперь у меня появилось еще больше вопросов, чем было до этого. Определенно, здесь жили люди, но мы думали, что такары перебили их или превратили в рабов, а их мир представлялся мне разрушенным клочком земли, где ползали одни акриды.

— Так и есть, — сухо ответил на мои мысли привратник, — они рабы. И не знают этого, не живут, а существуют.

Я ничего не ответила, его слова объяснили не так уж много, а мне до рези в животе захотелось узнать этот мир, поговорить с теми, кто населял его. И мне не нравилось, что синеволосый все время лез в мою голову.

Пока я рассматривала город под нами, флайер подлетел к казалось самому монументальному сооружению, какое я когда-либо видела. Оно высилось над всем вокруг словно темный страж в зеркальных доспехах и было в нем что-то мрачное. Я подумала, что при свете солнца все выглядит, должно быть, еще величественнее и внушительнее.

Его огибала широкая стальная лента, на которой легко поместилось бы штук двадцать патрульных флайеров в ширину. «Мост», — догадалась я. Он был подвешен на высоте около тысячи метров над землей, соединяя одну башню с другой, совершенно идентичной своему близнецу. Мы сделали небольшой полукруг, облетев башни, и увидели третью, главную — Цитадель, являющуюся центром этих трех исполинов. Она была раза в два шире и наверняка выше и казалась одним гигантским зеркалом, отражающим пролетающие мимо аппараты.

— Это она, — негромко проговорил привратник, набирая высоту. — Ты помнишь все, о чем мы говорили?

— Да, — тронула кулон на шее, обеспечивающий мне маскировку. Идти туда предстояло без оружия, что немало напрягало и вызывало оправданные опасения. Но и спрятать его под обтягивающим комбинезоном не представлялось возможным, так что оставалось надеяться на удачу.

Где-то в районе солнечного сплетения появилась пустота, наполненная странной болью, мешающей дышать и думать. Казалось, что миллионы бабочек шевелят своими невесомыми крыльями, касаясь стенок живота и заставляя все внутри содрогаться. Страх. Ужас. Вот что это было.

— Я останусь на крыше, будем держать связь. — Он бросил взгляд на подобранный в пустыне контейнер для проб, брошенный патрульными на берегу той самой недоречки-ручья. — Давай назад.

Мы развернулись и двинулись к одной из двух башен-близнецов, флайер коснулся отливающей медью поверхности, и я выскользнула наружу. Площадка размашистой спиралью уходила вниз, огибая здание, чей пик треугольником возвышался над ней метров на пятнадцать. У его основания была дверь, ведущая, возможно, вниз. Именно возле нее я и прикрепила контейнер, зафиксировав каким-то клейким веществом. Внутри контейнера была помещена световая бомба дальнего радиуса действия, которая должна дать мне время, чтобы спуститься под Цитадель. Взрыв отвлечет систему наблюдения, а начавшийся хаос поможет мне скрыться в толпе.

— Полетели. — Измененное лицо привратника было сосредоточенным и напряженным, он и сам понимал, что план далек от идеала, но другого просто не было. Я вырулила к главной башне, ища взглядом место для посадки.

— Там я не смогу тебе помочь, разве что советом. — Мужчина глянул вниз. — Они заметят, что я всего лишь проекция. Я не смогу влезть в главное управление, система меня сразу обнаружит. И не смогу прикрыть тебя, я ничего не смогу. Тебе придется все сделать самой.

Я кивнула, пристраивая машину на похожей на соседнюю площадке.

— Не волнуйся. Я справлюсь.

Наверное, я врала даже самой себе, но мне не хотелось думать об альтернативном исходе. Я должна была, просто обязана справиться.

— Согласно карте лаборатория находится на первом уровне. Все, что тебе нужно, это спуститься на уровень ниже. Вот это карта, так я буду видеть тебя. — Он отвернул мне рукав на запястье и надел гаунтлет.

— Я все помню! — нервно огрызнулась в ответ, а рука механически потянулась проверить кинжалы. — Низшие… Все, я пошла.

Нога уже ступила на площадку, когда привратник схватил меня за плечо, чуть сжав. Я обернулась.

— Ты сможешь, сари. Я знаю.

У меня получилось выжать кривую улыбку в ответ.

Дверь, ведущая вниз по «пожарной лестнице», как гласила табличка, была не заперта. Когда привратник указал мне путь, я спустилась на два пролета, ни разу не задумавшись о том, почему я смогла понять, что именно написано на табличке.

— Сейчас должен быть вход в общий коридор, оглянись, — раздалось уже не в голове, а в правом ухе с закрепленным крохотным передатчиком.

Там и правда оказалась еще дверь, на которой стояли крупные цифры 135. Высшие, это что, количество уровней? Я приоткрыла ее, осторожно выглядывая. В коридоре было пусто. Но вдоль стен размещались стеклянные комнаты, огороженные друг от друга странными перегородками, похожими на жидкий металл. Я вышла, тихо прикрыв за собой дверь. Люди за стеклянными стенами занимались своими делами, сидя перед широкими, от пола до потолка, экранами. Никто не обращал на меня внимания, так что я беспрепятственно шла по начищенному полу, в котором тусклыми пятнами отражались продолговатые лампочки, закрепленные на потолке.

— Привратник, куда дальше? — прошептала.

— Иди прямо, — голос синеволосого звучал глухо, но его было прекрасно слышно,

— Там должен находиться лифт, по одному через каждые пять боксов.

Я не стала терять время и спрашивать, что это значит. Боксами наверняка назывались эти стеклянные помещения, с лифтом разберемся на месте. И оказалась права; отсчитав пять комнат, я наткнулась на металлические створки, довольно широкие и раза в два выше человеческого роста. Ручки я не видела, только одну-единственную сенсорную кнопку наподобие тех, что имелись во флайере.

— Я… кхм… я, кажется, у лифта.

— Нажми на кнопку вызова, когда двери откроются, зайди и выбери нужный уровень.

Я сделала, как он велел, и через секунду створки разошлись, открывая мне пустую кабину. Я шагнула внутрь, осматриваясь. Все вокруг было сделано из стали и стекла. Все выглядело величественным и безумно красивым.

Внутри лифта лился прямо с потолка прохладный голубоватый свет. Справа находилась панель управления, как я поняла, но очень странная. На ней были не цифры, которые могли бы обозначать уровни, только непонятные мне знаки и закорючки. Я нажала на желтый кружок с цифрой «один».

Двери закрылись и… ничего не произошло. Было такое ощущение, словно я просто стою на месте. Двинувшись вперед, коснулась ладонями тонкой полосы, разделяющей раздвижные двери. Осторожно хлопнула по хромированной поверхности, затем еще и еще, впадая в панику. Ловушка захлопнулась, лишив меня возможности выбраться.

— Сари? Все в порядке? Я вижу, как ты спускаешься вниз.

Я замерла, услышав его голос, и ошалело огляделась. Все-таки мы с этим железным шкафом двигались. Испытав невероятное облегчение, уткнулась лбом в прохладную поверхность и истерично всхлипнула. Низшие, вчера привратник рассказывал о подобных конструкциях!

Он оказался прав, такары были весьма и весьма умны, если построили здесь такой город практически на камнях. И по правде говоря, меня это начинало беспокоить все больше. Если раньше я считала этих существ в большей степени все же животными с ограниченными способностями, то теперь осознала всю опасность войны с ними. Обладают ли керсы подобными технологиями? Не устарели ли они за тысячи лет, находясь в подвешенном состоянии на орбите планеты? И самое главное, почему такары до сих пор не обнаружили их? Могут ли они выйти в космос? Вопросы, вопросы… Ответы покажет лишь время.

Мои мысли прервали разъезжающиеся двери и в металлический шкаф вошел мужчина. Я сделала шаг назад, прижимаясь спиной к стене и словно прячась под невидимую тень. Внутри все напряглось, пружина, сжатая с самого начала, вновь задрожала.

«Не паникуй!» — Я медленно, очень медленно выдохнула, стараясь не выдать себя странным поведением. Вошедший едва взглянул на меня, безразлично скользнув по мне взглядом. Видимо, подобные патрульные в комбинезонах никого не удивляли. Вошедший выбрал «сто первый». Он повернулся ко мне спиной, держа в руках плоский темный экран.

По большому счету, в его одежде не было ничего странного: брюки и рубашка. Я разглядывала его спину с таким интересом, будто передо мной стоял представитель другой цивилизации, а мое напряжение если и не ушло совсем, растворяясь, то стало не таким концентрированным.

Не знаю, с какой скоростью мы спускались, но наверняка очень высокой. Не прошло и двух минут, как система объявила, что мы уже на пятидесятом. К счастью, больше никто в лифт не вошел, и когда лифт все же достиг сто первого уровня, я осталась в кабине одна.

— Все хорошо?

— Да. — Без привычного оружия я ощущала себя обнаженной, мои ладони привыкли к легкости кинжалов и теперь все было… странно и неправильно.

Мне казалось, прошла целая вечность, когда наконец двери раскрылись на первом уровне. Этот коридор отличался от уже виденного ранее только отсутствием прозрачных стен, правда, людей в боксах находилось значительно больше и половина из них была одета в такие же комбинезоны, как на мне, или в белых халатах. Они безразлично скользили по мне взглядами, тут же возвращаясь к своим делам.

— Направо.

Привратник вел меня коридорами мимо стандартных межкомнатных окон, за которыми как муравьи копошились люди. В другое время мой ум сгорал бы от любопытства, желая приоткрыть завесу тайн, которые были от нас скрыты, но сейчас на подобные желания не было времени. Я следовала словам привратника, стараясь невозмутимо и беспристрастно реагировать на все, что происходило вокруг, пока не пришла куда нужно. Передо мной оказалась уже знакомая с виду дверь с простой табличкой, изображающей ступени лестницы. Как я и ожидала, она вела вниз. На подуровневый этаж, куда просто так на лифте я спуститься не могла. Эти двери не запирались и не имели автоматического замка или чего-то в этом духе. Запасной выход на случай пожара или чрезвычайной ситуации должен быть простым и доступным, если систему перемкнет и все другие пути будут заблокированы.

Спускаться пришлось довольно долго. Мне уже начало казаться, что конца у этой лестницы нет, как увидела очередную серую дверь с теми же непонятными знаками, что и в лифте.

— Я на месте.

— Отлично. — Чем ниже был уровень, тем глуше и дальше звучал голос привратника. — Я активирую бомбу. У тебя будет около пяти минут, прежде чем они обнаружат пропажу, и всего три минуты, чтобы найти передатчик. Ты хорошо запомнила?

— Да. — Я сделала глубокий вдох и принялась отсчитывать. — Пять… четыре… три… два… один.

Глава 5

Я не слышала взрыва, но его почувствовало мое тело. Словно мощная невидимая волна ударила меня в солнечное сплетение, впечатав в стену, к которой я и так прижималась изо всех сил. Желудок сжался, к горлу подступила тошнота, а голова, казалось, вот-вот разлетится на куски. Сердце ускорило свой ритм, и я начала задыхаться, как тогда в лифте. Легкие просто не успевали качать воздух и насыщать кислородом бежавшую по венам кровь.

Я прикрыла уши руками, потому что на мгновение мне показалось, что барабанные перепонки просто лопнут. И даже не почувствовала, как из носа потекла тонкая красная струйка. Эхолокационная бомба, разрывающая ультразвуком на своем пути все живые ткани, превратила людей в заминированной башне в кровавый фарш и на четыре минуты выключила в ней всю систему безопасности.

— Они не люди… они не люди… они не люди… — беззвучно шептала я, стараясь отгородиться от чувства вины за их смерть.

Взрыв породил цепную реакцию и за сотые доли секунды замыкание, как вирус, пробежало по видимым и невидимым проводам, прекратив и застопорив всю работу в системных блоках. Лифты встали, компьютеры отключились, перестали работать вентиляционные шахты, не запускался даже запасной генератор. И это была моя лазейка.

— Сари? Сари! — через гул в ушах до меня не сразу долетел голос привратника. — Ты в порядке?

— Да, — коротко выдохнула, поднимаясь на ноги, — я вхожу.

Дверь, как и ожидалось, была заперта и отпиралась только изнутри. Над ней размещался небольшой глазок видеонаблюдения, которое теперь тоже вышло из строя. Я затарабанила в гладкую поверхность, едва ли не сотрясая ее.

Через секунду дверь открылась и в проеме показалась рука, держащая наготове оружие. Я ухватилась за запястье, блокируя возможность нажать на спуск, вклинилась всем корпусом между косяком и полотном. Согнув колено, толкнула дверь ногой, распахивая ее настежь. Мой кулак попал ему в горло, травмируя трахею, а следующим движением я выхватила чужой пистолет и, не давая себе времени на раздумье, выстрелила. Человек упал как подкошенный, половину его лица просто снесло, оставив изуродованное месиво. Это оружие работало гораздо грубее, чем лучемет, из которого мы убили патруль.

Я отвернулась, быстро перешагивая через тело и врываясь внутрь. Система безопасности должна была предупредить всех о возможности повторения взрыва и организовать срочную эвакуацию, но так как все локальные сети дали сбой, единственное, что говорило о происходящем, был мигающий красный свет под потолком, отвратительно бьющий по глазам.

«Если хочешь выжить — стреляй первой!» — сказал привратник, и я так и сделала. Три охранника внутри, минус один у входа, уже убитый мной, и шесть человек в белых халатах. Ученые опасности не представляли, но они могли поднять тревогу, в то время как каждая свободная минута была на вес золота. Двое оставшихся охранников вскинули лучеметы при виде меня, а я тут же нырнула вниз, прикрывшись приборными панелями, расположенными по кругу в центре комнаты.

Стрельба сразу же прекратилась, видимо, боялись повредить оборудование. Люди тоже попадали вниз, кто-то побежал к двери. Это было плохо. Я нырнула в сторону и, заметив движение, прострелила колено первому бугаю в форме. Он глухо вскрикнул, падая, а следующий выстрел пришелся уже в его правый глаз.

— Сари?!

— Я немного занята, — тяжело дыша прошипела я сквозь зубы. — Не сейчас…

С моим лучеметом творилось что-то неладное, я повертела его из стороны в сторону, не понимая в чем дело. Чутье взвыло, подсказывая, что опасность близко, я вся подобралась, пробираясь между стойками. Замерла за одной из них, прислушиваясь к осторожным шагам в тяжелых ботинках. Я заметила его носок прежде, чем весь ботинок целиком, и этого было более чем достаточно. Перехватив лучемет на манер дубинки, замахнулась и изо всех сил ударила прикладом по коленной чашечке солдата, выбивая ее ко всем низшим.

Он даже не вскрикнул, падая, и в любой иной ситуации это бы меня даже восхитило. Я снова занесла над ним оружие и, не давая ему опомниться, молниеносно нанесла еще один удар в висок. Одного сильного удара в нужную точку было вполне достаточно, чтобы если не убить, то лишить человека сознания. Из его уха и носа потекли ниточки крови. Я отвернулась, теперь обратив свое внимание на спрятавшихся ученых.

— Все в порядке. Я снова тут…

— У тебя мало времени! — Привратник был, по-моему, напряжен еще больше, чем я. — Уходи оттуда.

Я забрала лучемет у мертвого солдата и еще раз огляделась. Один из спрятавшихся кинулся из своего укрытия к двери.

— Не стоит, — направила на него лучемет, — я выстрелю.

Мой тон говорил сам за себя, и угроза, звучавшая в нем, подействовала безотказно. Бежавший замер на полпути, поднимая руки в знак повиновения, совсем молоденький, почти мальчишка. Я направилась к нему, бросая предупредительные взгляды на остальных. Кажется, до них дошло, что я решительно настроена.

— Что вам нужно? — трансер добросовестно справлялся со своей работой, складывалось ощущение, что я знаю чужой язык с колыбели. — Прошу, не убивайте, я простой научный сотрудник.

Ну конечно, «простые научные сотрудники» сидят в скрытой системе управления? Я схватила его за ворот, таща к многочисленным сенсорным кнопкам и прочей малопонятной атрибутике.

— Передатчик.

— Что? — Я едва успела подхватить его, когда он споткнулся. Провела ладонью над гаунтлетом, включая голограмму, на которой медленно вращался передатчик. Мне не приходилось его видеть, но привратник постарался, справедливо полагая, что глаз специалиста довольно быстро распознает детали. И кажется, так и было. Парень на секунду замер, потом бросил на меня короткий взгляд. Он Замотал головой так активно, что мне показалось, она вот-вот оторвется.

— Я не знаю, о чем вы… Я не…

Молча приставила лучемет к его голове, убивать больше не хотелось, но если он не оставит мне выбора…

— Я могу перебить вас всех. Мне плевать. Говори, где передатчик, — медленно и четко произнесла я, пытаясь донести до глупого мальчишки смысл.

Парень побледнел, его зрачки расширились. Ему было страшно, я видела, но губы, сжатые в тонкую линию, говорили за него.

— Хорошо, — я отвела руку в сторону и выстрелила не целясь. Зеленовато-желтый луч пробил дыру в металлической обшивке, — я убью их одного за другим. На твоих глазах.

Навела оружие на одного из его коллег, собираясь снова выстрелить.

— Хорошо, хорошо, не делайте этого, — голос парня дрогнул.

Конечно, многие скажут, что нет ничего страшнее, чем собственная смерть или угроза этой смерти. Но по-настоящему страшным может быть только осознание того, что ты стал причиной чужой смерти. Осознание и бесконечное разрушающее, заставляющее гнить заживо чувство вины перед теми, кто погиб по твоей вине.

— Пошевеливайся! — рыкнула я.

Он поспешно стал набирать что-то на панели управления, на экране перед ним замелькали цифры и непонятные знаки.

— Тари! Уходи оттуда немедленно! Ты слышишь меня? Система перезагрузилась, сейчас тебя обнаружат все видеорегистраторы!

— Я слышу. Дай мне минуту. — Справа от нас в стене раздвинулись небольшие створки. Я потащила парня туда.

— Нет у тебя минуты! — привратник почти кричал, взрывая мою голову. — Беги!

Я кивнула на многочисленные провода и заклепки в образовавшийся нише. Парень набрал код на одной из створок и из дебрей тонких проводов показался небольшой стальной ящичек размером с указательный палец, тонкий и плоский, как десяток бумажных листов.

— Привратник, он у меня, — выдохнула, забирая передатчик с подставки. — Я выхожу.

Уже подбегая к двери, я почувствовала неладное. Мой затылок обдало холодом и волоски на коже под эластичным комбинезоном встали дыбом. Я резко обернулась и меня ослепил яркий луч.

Тело, закаленное долгими тренировками, отшатнулось в сторону, и на том самом месте, где я была секунду назад, на стене остался выжженный след от лучемета. Моя рука, рука командира патруля, не дрогнула, повинуясь инстинктам. Почти не осознавая произошедшего, я выстрелила в ответ, видя перед собой цель, грозившую мне опасностью. И не промахнулась. Мои кинжалы всегда поражали цель, я не ошиблась и на этот раз. Молодой ученый упал навзничь, выронив из рук лучемет. На его груди расползалось кровавое пятно.

— Глупец! — рыкнула я, чувствуя горечь на языке с привкусом досады.

«Ты убила невинного».

«Снова».

«Я подумаю об этом потом».

Едва я выскочила на пожарную лестницу, как включилась система оповещения.

— Несанкционированное вторжение. Несанкционированное вторжение.

Завыла сирена, возвещающая, должно быть, обо мне. Ноги понесли вверх, позади послышался крик и топот — главные двери теперь были открыты, и охрана прорвалась внутрь.

— Куда?! Куда дальше? — Я нагнулась, поместив тонкий передатчик сбоку в ботинок, фиксируя его между берцем и эластиком штанины.

— Пятый этаж, второй кабинет справа.

Но уже скоро преследователи стали меня нагонять. Их было человек пять, но я знала, что за ними следует подмога, время поджимало. Я перегнулась через перила, открывая огонь по поднимавшимся солдатам, они отпрянули к стене, но двоих я все же зацепила. Мимо меня пролетели желтоватые лучи, плавя перила лестницы. Не давая им опомниться, я перемахнула вниз, сбивая с ног того, что был посередине. Мой приклад пробил прозрачный щиток шлема, разбивая переносицу солдата, и не убирая лучемет, я выстрелила, снеся другому и шлем, и полголовы в придачу.

— Тари!

— Почти на месте, — прохрипела я, взбегая вверх и рывком распахивая дверь на пятый этаж.

Люди в спешном порядке покидали уровень, направляясь к лифтам, и выглядели они не самым лучшим образом. Видимо, и на них подействовала волна взрыва. Стены здесь тоже были полупрозрачными, так что через них я прекрасно видела большие, от пола до потолка, окна, у которых, казалось, не было даже рам.

В нужном мне кабинете никого не было, все покинули свои рабочие места. Я подошла к окну и ощупала его, это было не стекло, а какой-то более плотный материал. Удары на него не подействовали, так что пришлось снова воспользоваться лучеметом. От выстрела на стекле образовалось аккуратное круглое отверстие и больше ничего, ни трещин, ни разломов. Я отошла на несколько шагов назад, целясь получше, и лучом «вырезала» круг на прозрачной поверхности.

— Торопись! — За окном завис флайер с поднятым слайдером.

С силой ударила в центр образованного лучом круга, выбив его, и отбежала назад, готовясь к прыжку. За моей спиной раздались громкие голоса, и я рванула вперед, выпрыгивая в зияющую дыру. Схватилась за держатели на нижней части слайдера, и флайер резко дернулся с места, унося меня от летящих в мою сторону смертоносных потоков высокозарядных частиц.

— Давай, сари, влезай! Скорее!

Я подтянулась и буквально ввалилась в кабину, хрипя и тяжело дыша. Слайдер тут же опустился, отрезая нас от громкого гула улиц и погони. Откинулась на спинку кресла, переводя дух, меня трясло, но организм быстро адаптировался, что не могло не радовать.

— Он у тебя?

Я кивнула, оттягивая конец ткани на лодыжке.

— Они летят за нами. — Система безопасности разрывалась, указывая на приближающиеся треугольники на экране. Я отключила автопилот и взялась за штурвал. — Активировать оружие.

— Оружие активировано.

На борту патрульного флайера имелось встроенное оружие, довольно мощное, чтобы преследовать врага. Только его было недостаточно, чтобы оторваться от десятка летящих за нами аппаратов. Но надо было попытаться, ничего другого не оставалось. Автоматическое наведение зафиксировало прицелы на трех такарских боевых флайерах.

— Огонь по всем целям, — отрывисто приказал привратник, и из выдвинувшихся боковых турелей вырвались желтые лучи. Сбить удалось только один, его движущийся треугольник исчез с радара, но если наше вооружение и могло нанести какой-то вред хорошо оснащенным такарским флайерам, то все же незначительный. Нужен был новый план. Я глянула на мелькавшие под нами огни.

— Держись крепче! — выкрикнула, пристегиваясь широким ремнем. — Мы полетим ниже!

Флайер нырнул вниз, огибая пролетающие мимо машины. Тяжеловесные такарские аппараты, рассчитанные на погоню на открытой местности, последовали за нами, врезаясь в попадающиеся на пути кары. Мы петляли между ними, чудом уворачиваясь. Впереди маячили сооружения, тонкие как иглы. Неподалеку высились более масштабные, украшенные разноцветными огнями и широкими мигающими вывесками, к ним я и направила флайер.

— Что ты делаешь?

— Хочу избавиться еще от парочки, если повезет. — Я прибавила скорость, не меняя направления. Мое дыхание сбилось, пальцы начало покалывать от возбуждения и напряжения. Приближающаяся преграда непостижимым образом манила словно магнит, я неотрывно смотрела на нее, сжимая штурвал управления.

— Двести метров до столкновения, — система монотонно отсчитывала расстояние,

— сто пятьдесят метров до столкновения. Сто метров до столкновения…

Еще немного, совсем немного…

— Семьдесят метров до столкновения.

— Просто уходи! Не рискуй понапрасну!

На хвосте у нас висели еще как минимум семеро, они окружали, приспособившись лететь между мешающихся каров.

— Двадцать метров до столкновения…

Я резко потянула штурвал на себя, поднимая нос и выравнивая флайер буквально в десятке сантиметров от гладкой поверхности. Мы рванули вверх, оставив позади менее маневренных преследователей, и тут же прогремел взрыв.

— Надеюсь, эта штука очень маневренная, — прошептала я, краем глаза наблюдая за оставшимися преследователями. У края крыши я вывернула штурвал, поднырнув под широкую вывеску и едва задевая ее. От мимолетного касания во все стороны посыпался дождь искр и через мгновение раздался оглушительный треск. Мигающая огромными буквами доска заискрилась и накренилась, потеряв опору, — такары влетели в нее на полном ходу, протаранив своими мощными бортами.

Двое обогнули крошащуюся конструкцию, снова пытаясь нас окружить. Впереди темнели очертания деревьев. Открывать по нам огонь прямо над городом они не решались, но я знала, стоит лишь покинуть его границу, и мы станем легкой мишенью.

Глава 6

Аран ворвался в собственный кабинет и с разгона смахнул со стола все бумаги, что еще пару дней назад Мо удалось спасти от огня сара Мэхора. Осторожно протерев столешницу рукавом форменной куртки, он аккуратно водрузил в центр стола стальной шар, поверхность которого была испещрена тонкими, неглубокими канальцами.

Еще в спальне ему удалось совладать с этой штуковиной, и он имел возможность несколько раз подряд посмотреть то, что подготовила для него Тари. Его Тари… Он снова и снова заставлял этот магический артефакт запускать изображение заново и вслушивался в каждое ее слово, вглядывался в каждый жест, жадно впитывал ее образ. И хотя им с девушкой в прошлом не удалось провести достаточно времени вместе, да что говорить, два месяца, за которые он успел построить храм чувств, а затем разрушить его до основания, уничтожить все то прекрасное, что было в ней…

— Нет! — Аран со злостью стукнул кулаком по столу и от отчаяния застонал. — Нет… не сейчас… только не сейчас!

Он сцепил зубы и попытался унять боль внутри, ведь сейчас сар Мэхор должен посвятить все свое внимание именно артефакту, а еще тем словам, что произнесла Тари. Понять и передать их выше, правителям. Ведь если она права, даже если в ее словах лишь капля истины — они в огромной опасности, весь их мир, большой и бескрайний, грани которого они так и не смогли раздвинуть — все это, вся их жизнь под угрозой.

— Ладно, — он сжал пальцы в кулаки и повторил, — ладно, хорошо. Итак…

Потянулся к шару, покрутил его осторожно так и этак, ведь он все еще боялся касаться артефакта и не понимал его принципа действия до конца. Нашел выемку, так сильно напоминавшую ему контур глаза, и направил ее в сторону центра кабинета.

— Э-э-э… — Аран застыл на секунду, снова припоминая слова из инструкции, что оставила для него Тари. — ОКО, воспроизвести запись. Кхм-кхм, коло… колоро… Низшие, голограмму визуазилир… визуализировать!

Шар зажужжал, приподнялся на несколько сантиметров над поверхностью столешницы и из центра его «глаза» выстрелил луч света. Посреди кабинета появилось чуть подрагивающее изображение Тари. Девушка, а точнее, ее образ снова начал свой рассказ.

— Ост… остановить запись! — Аран повторил новый приказ из тех инструкций, что оставила ему сари Лексан, и изображение застыло.

Аран снова сжал кулаки, сдерживая порыв, и сделал шаг вперед, подходя ближе к замершей в неестественной позе девушке. Склонился, вглядываясь в ее чудесные совершенно невероятного цвета глаза, что навсегда, кажется, оставили след в его сердце. Втянул носом воздух, желая насладиться любимым ароматом, но ничего не почувствовал — призрачное изображение было не способно дать ему желаемого.

Протянул руку, пытаясь коснуться ее кожи, и тут же отдернул, сжав пальцы. Вздохнул и отошел от призрака командира патруля.

— Сар?! — Мо Керон осторожно проскользнул в кабинет и замер за спиной коменданта.

— Мо, наладишь связь со столицей?

— Конечно, сар! Сейчас…

Пока Мо торопливо выставлял на небольшом столике в углу кабинета необходимые артефакты, Аран отошел к окну и, сцепив за спиной руки, терпеливо ждал. Ждал, хотя знал, что это процесс небыстрый. Ждал, хотя ждать уже просто было нельзя. Каждая секунда могла оказаться последней, ведь ни он, ни Мо не могли знать, как давно было создано то обращение. Вчера? Позавчера? Три дня назад?

— Мо, а что с книгой?

— Пока не нашли, сар. — Мо аккуратно распределил кристаллы на столике, выстраивая их в правильном порядке.

Дальше необходимо было установить канал связи, ка что могло уйти от пяти минут до часа.

— Куда же она могла деться?.. Ты вообще уверен, что она именно тут?

— Да. Абсолютно. Мы ищем, сар, но… — Мо снова замолчал. Кажется, что надежда, успевшая вспыхнуть совсем недавно, с каждым днем таяла, рассыпалась, словно сделанная из песка, проскальзывала золотистыми ручейками между пальцев.

— Мы проверили все, практически все, что могли, и я уверен, что она должна быть где-то тут.

— Сари сообщила о том, что обнаружила библиотеку почти год назад, думаешь, надежда еще есть?.. А если все уже давно вынесли? Растащили?

— Сар Мэхор, — парень, не отрываясь от дела, обратился к своему шефу, — там не тронуто практически ничего. To есть я хочу сказать, конечно, сама сари читала и перебирала книги… Мы нашли следы, но только ее и ассурийца. Кстати, девушка довольно много читала, похоже, ей это по-настоящему нравилось… To есть я хотел сказать, нравится!

— Да, она читала взахлеб. А если это Кариме? Он мог найти книгу и забрать ее.

— Нет, сар, мы обыскали его комнату, — голос Мо прозвучал несколько смущенно.

Аран снова развернулся и уставился в окно, вспомнил, как последний раз смотрел в него, как следил за удаляющейся фигуркой. Тари была такой уставшей, невыспавшейся…

— Mo! — Аран бросился к двери, на ходу перемахнув через край стола. — Настраивай! Я скоро вернусь!

— Сар! — парень дернулся и резко развернулся, желая остановить шефа. — Куда вы?! Стойте! Низшие, сар Мэхор! Да куда же вы!..

— Книга, Мо! Она может быть у нее! Слышишь?!

— Да с чего вы?.. Сар, связь может появиться в любую секунду! Сар!

Но Аран уже не слышал его, он выскочил из кабинета и побежал по коридору в сторону личных покоев Тари. Конечно, очень хотелось сделать это давно, но Аран просто не мог заставить себя войти туда, коснуться ее вещей, вдохнуть ее личный аромат, коим, он был уверен, пропитана ее комната.

В то утро Тари выглядела очень усталой, темные круги, тусклые и воспаленные красные глаза… Он был уверен, что она спала всю ночь… Она не спала…

Одно движение, и он заставил входную панель отъехать, пропуская его внутрь комнаты. Аран знал, что выросшая в приюте, а потом в военной школе девушка тяготела к порядку и минимализму. Вот и сейчас комната встретила его чистотой и простотой. Никаких валяющихся тут и там вещей, пачки листов на столе, сложенные в аккуратные стопки, одинокое старинное зеркало, напротив него кровать и старое, потертое кресло. Вот к креслу в первую очередь и бросился Аран. Явно собираясь в спешке, Тари скинула туда ворох вещей. Перевернув их, маг ничего не нашел, а потому переместился к столу. Папки, ящики, набитые отчетами и, к его удивлению, рисунками, выполненными карандашом или чернилами, пара странных сундучков. В одном монеты, в другом огрызки грифельных стержней.

Последней надеждой оставалась кровать. Постель была переворошена, и приподняв край одеяла, Аран охнул, а затем рассмеялся.

— Тари! — Сжав в руках искомое, он рванул обратно.

А ведь он видел, отметил сразу, что девушка выглядела не очень хорошо. Понял, что она не спала всю ночь, и переживал из-за того, что именно он стал причиной ее бессонницы. Волновался и винил себя, уверенный в том, что Тарина попала в переделку и, возможно, пострадала из-за этого. Но оказалось, девушка просто провела всю ночь, читая, пожалуй, самую ценную книгу в истории Ассура. Догадывалась ли она, какую ценность держала в руках?

Неожиданно маг замер посреди коридора и приподнял фолиант, рассматривая его обложку.

— А почему ты читала именно ее, Тари? Что такого ты нашла в ней? Чем привлекла твое внимание эта книга?

— Са-а-ар… — послышалось с дальнего конца темного коридора. — Сар Мэхо-ор!

Аран рванул с места и в два шага оказался у входа в собственный кабинет, где уже происходило формирование визуальной связи с правителем Ассура. Мо замер у стены, весь его вид выражал еле сдерживаемый гнев. На кого сейчас злился юный маг? На Арана или на Правителя?

— Сар! — Аран ввалился в кабинет и закрыл дверь, держа книгу в сцепленных за спиной руках так, чтобы ее было не видно. — Сар…

— Какого Низшего у вас там происходит? — Мужчина в неприметной форме темно- синего цвета тряхнул стопкой листов, зажатых в его руке.

Аран скривился, тут же сообразив, что именно держит мужчина — отчет об их с Кероном работе и наверняка о местных «проблемах».

— Сар, — Аран снова обратился к мужчине, — отбросьте все то, что занимает сейчас ваше время. Сар, у нас с саром Кероном для вас просто невероятно важные новости.

— Это может подождать, сар Мэхор! Сейчас мне важно понять, что…

— Сар, это не может ждать ни минуты! — Аран вскинул ладонь, останавливая уже готового возмутиться мужчину. — Мо, давай!..

Несколько секунд потребовалось сару Керону на то, чтобы переставить несколько кристаллов.

— А это кто? — тихий голос правителя Ассура прозвучал в кабинете слишком громко. — К-кто это, сар Мэхор?

— Сейчас, минутку. — Аран бросил взгляд на Мо и, получив его подтверждающий кивок, громко и четко произнес:

— Начать запись с начала! — Шар на столе зажужжал и призрачное изображение Тарины дернулось, зарябило и пропало, а секунду спустя в тишине кабинета раздалось:

— И… ч-что мне делать?

— Просто стой и говори, система просканирует твое физическое тело и воссоздаст голографическое изображение…

<b><center>***</center></b>

Теперь флайер мчался между строениями, формы которых поистине поражали воображение, стараясь не задеть летящие кары. Скоро огни под нами стали редеть. Мы вылетели за жилые кварталы так внезапно, словно кто-то просто обрубил череду меняющихся огней, зеркального стекла и металла. Нас выбросило в гущу растительности, хотя я и не сразу это поняла, деревья оказались далеко внизу, и я стала снижаться. Нужно было спрятаться между ними, листва могла скрыть нас, давая спасительные минуты.

— Они просто сбросят на нас бомбы, — предугадав мой маневр, откликнулся привратник.

— y тебя есть идея получше? — Такары быстро нас догоняли, наверстывая упущенное. — Еще немного, и нас просто размажут, а так хотя бы есть шанс.

Теперь мы были как на ладони, и наш флайер вовремя скрылся за стволами деревьев, когда пулеметная очередь осветила небо. Огибать и петлять между деревьями было еще труднее, чем среди зданий, но форма флайера в виде листа помогла и в этот раз. Такары вели нас сверху, и как и сказал синий, вскоре с неба обрушился огненный дождь. Зеленые кроны вспыхнули как факелы, вокруг стало светло как днем. Листва чернела и обугливалась, трещал кустарник, сквозь пелену дыма и огня мы ничего толком не видели.

— Низшие! — выругалась я, стараясь выправить флайер и провести его в столбе гари и дыма. Во время очередной атаки нас все же подбили, задев правое крыло, и флайер основательно накренило.

— Система, просканируй повреждения!

— Сканирование аппарата, — подтвердили, и на экране появилось трехмерное изображение флайера, предоставляя нам круговой обзор. Красными импульсами отмечались наши будущие проблемы.

— Сканирование завершено. Неисправность правого двигателя, возможно замыкание общей сети питания.

Это было очень плохо. Мы могли не дотянуть до границы, где нас ждали Кихиро с Вордом. Привратник мог запустить двигатель, но не починить его. Зато могла я. Наверное.

— Включить автопилот. — Я повернулась к синеволосому. — Мы не долетим до границы с такими неполадками, нужно что-то делать. Ты можешь с моей помощью все починить?

Тот окинул взглядом наш флайер на экране.

— Думаю, да. Выбора все равно нет.

Привратник приложил ладонь к приборной панели, выпуская из себя уже знакомые нити энергии. Мне показалось, что они идут из меня самой, словно я проникала с ними внутрь, прямо по проводам неслась к очагу расплавленных и прогоревших деталей. Внезапно я почувствовала еще кое-что.

Я ощущала сам флайер, будто стала частью его, каждую выемку, каждую плату. Я слышала беззвучный шум двигателей, считывала информацию, как если бы сама была системой. Я стала искусственным разумом, способным охватить все и сразу, и видела причину каждой неисправности. Более того, я могла ими управлять. Теперь это казалось так же просто, как шевельнуть пальцем. Нужно только захотеть.

Перед моими глазами бежали цветные ленты дорог, постепенно превращающиеся в разрозненные обрывки, потом в обрезки смазанных фигур, и наконец я смогла различить бесконечную вереницу цифр. Набор кодов, несущих в себе информацию, которой можно управлять. Управлять каром, космическим кораблем, всем миром или просто флайером. Мне понадобились сотые доли секунд, чтобы найти поврежденный двигатель и запустить его, просто перестроить молекулы, восстанавливая их цельную цепочку. Были и другие неисправности, но лететь с ними мы могли, так что я не стала тратить на них энергию, у меня была другая цель. Все мое тело превратилось в сплошные нейроны, я двинулась ко второму двигателю, запуская их на полную мощь. Мы понеслись с такой скоростью, что даже мощные такарские флайеры остались далеко позади над верхушками горящего леса.

— Сари?.. Тарина?.. Ты слышишь меня?

Я медленно, страшно медленно открыла глаза, и яркий свет бритвой прошелся по ним. Голова казалась сплошным пульсирующим центром боли, тело было словно ватное, покрытое пленкой пота под комбинезоном. Надо мной склонился озабоченный привратник.

— Что случилось? — Мой голос охрип как после долгой болезни.

— Ты вошла в локальную систему управления и смогла не только починить флайер. Мы оторвались от такаров. Это… это потрясающе! Я думал лишь использовать твою энергию…

Я прикрыла глаза ладонью, пытаясь защитить их от света.

— Высшие… почему так светло? Уже утро?

Синий ответил не сразу.

— Утро? Нет, Сари, ты была без сознания всего пару минут, не больше. Мы летим к куполу. Подобная… конфигурация вымотала тебя, исчерпав почти все твои силы. Ты можешь взяться за штурвал?

Я выпрямилась, едва сдерживая вздох, ужасно хотелось спать и руки еще мелко тряслись от усталости. Пальцы сомкнулись на штурвале. Была и правда еще ночь, а купол проступал не дальше, чем в полукилометре от нас.

— Кажется, к ним прибыла подмога.

Радар зафиксировал приближающиеся флайеры, теперь их было больше двух.

— Сколько до границы? — Я поежилась, прогоняя озноб и стараясь сосредоточиться на реальности.

— Триста метров.

— Поднять купол!

Снаружи нас дожидались ребята, но вести к ним врагов было не самым лучшим выходом, требовалось срочно избавиться хотя бы от некоторых из них. Не думаю, что флайеры керсов были оснащены хотя бы наполовину так, как этот. Энергия, что ускорила двигатели, зависела и шла от меня, но теперь я почти теряла сознание от бессилия, и это сказывалось на всем. Флайер стал замедляться, на хвосте опять замаячили приближаюшиеся такары и снова начали нас обстреливать.

— Поднять купол! — повторила команду.

— Купол поднят.

Граница, разделявшая земли, была столь отчетливой, будто ее прочертили. Линия трав и буйных кустарников резко обрывалась, а дальше шла пустыня. И едва нос флайера коснулся ее, как я до белых костяшек сжала штурвал.

— Опустить купол!

Сфера закрылась молниеносно, мы едва успели проскочить, что не скажешь о такарских машинах. Я не слышала ни взрыва, ни грохота, только ослепительная вспышка, растекшаяся по невидимой стене. Как только мы оказались за гранью, появилась связь с Кариме и Йодером. Привратник поменял проекцию, вновь становясь таким, каким я привыкла его видеть.

— Ворд! Кариме! — Голова кружилась все больше, перед глазами плавали мутные пятна.

— Тари! Высшие, наконец! Ты в порядке? — Как же я была рада его слышать!

— Да. Надо уходить! Поднимайте флайеры. За нами погоня.

На радаре снова показались такары, теперь вся надежда была на слепую удачу. Прятаться было негде, кругом одни пески, и вряд ли нашего оружия хватит, чтобы отбиться от врагов.

— Уже, Тари! — Я узнала голос Йодера.

Над насыпями взмыли знакомые серебристые капли, и я описала полукруг, указывая им следовать за мной.

— Вижу, у нас гости? — прогудел Ворд, пристраиваясь рядом с Кихиро.

— Здесь от них отделаться будет непросто, — отозвался вместо меня привратник.

Наш флайер был быстрее, лучше оснащен и приспособлен для погони, его управление в целом позволяло развивать достаточную скорость, необходимую для патрульной машины. У Ворда и Кихиро дела обстояли хуже. Ясное дело, что керсы давно не обновляли аппараты, вся механика на них была устаревшей и годилась разве что для стандартного полета. Очень скоро они остались позади, накрытые шквальным огнем такар, и попытались уйти с линии обстрела, но я понимала, что все это только дело времени. Такары рано или поздно собьют их.

— Кихиро! Уходи влево! Влево! Низшие… Ворд! — Я развернула флайер, целясь в двух первых такаров. — Огонь по всем целям!

Вражеские аппараты разве что немного накренило, один и вовсе увернулся от летящих зарядов. Парни летели по кривой, сбивая такаров с прямой, но последних было слишком много, наш ответный обстрел не приносил больших результатов, но у Йодера и Кариме хотя бы появился шанс. Один из такаров ушел вбок, опережая Кариме, из его хвостовой части выдвинулись два файера, но прежде чем я успела что-либо крикнуть, между ним и Кихиро влез Йодер. Его флайер буквально снесло термобаллистической ракетой. Раздался оглушительный взрыв.

— Ворд!!! — Я рванула к нему, пытаясь увернуться от целящихся в нас преследователей и в то же время подобраться поближе. Кариме тоже сменил траекторию, направляясь на подмогу другу. Флайер великана рухнул рухнул на землю, протаранив в ней длинную колею и, поднимая столб пыли, замер, практически перевернувшись на лобовой слайдер. Половина его расплавилась, обнажив нутро кабины.

— Низшие! Йода! — Кихиро еще что-то кричал, но я не слышала. Мой взгляд был прикован к неподвижному аппарату в облаке оседающей пыли и дыма.

— Что ты делаешь?!

Я кинулась на помощь к сбитому напарнику, не обращая внимания на привратника.

— Стой, сари! Нас всех убьют!

Мне было плевать, все, что я знала — моему другу нужна помощь. Йода подставился, совершенно осознанно подставился, спасая ассурийца. Откровенно пожертвовал собой, и сейчас я готова была последовать его примеру, но сделать все возможное, чтобы спасти самого великана.

Я не даже успела ответить синеволосому, как перед моими глазами словно в замедленном действии второй такарский корабль смял Кариме, выпустив по нему точечный огонь.

— Кихиро! Низшие! Взять в цель! Огонь!

Но моя помощь была уже бесполезна, оба флайера лежали грудой покореженного железа, а во мне также корежилась мысль о том, что я потеряла своих людей. Своих друзей. Я потеряла каждого из них.

— Сари, нам надо улетать! У нас еще есть шанс.

Я оглянулась на привратника. Как командир, я не могла их бросить. Как друг, не стала бы этого делать ни за что на свете.

— Забирай и улетай, я остаюсь, — моя рука потянулась к щиколотке, доставая передатчик.

— Нет, сари! Тарина!

Но я уже откинула слайдер, выпрыгивая из летящего флайера. Упала на песок, прокатившись несколько метров, и это спасло меня от ушибов и многочисленных переломов. Из-за недавнего выброса энергии меня еще вело и в голове стоял легкий гул, но я отчетливо слышала гул приближающейся машины такаров. Яркий свет ударил в глаза и на миг ослепил, я автоматически потянулась к оружию, но ни лучемета, ни моих кинжалов при мне не было. Я с трудом смогла подняться на колени, щека горела, словно по ней провели наждаком, но в остальном все было цело. Неподалеку дымились флайеры Ворда и Кариме, и все, что мне нужно было знать, живы ли они.

Я, плюнув на «гостей», поднялась с колен на ноги и побежала в сторону искореженной груды металла. Раздался странный свистящий звук и в метре от меня что-то вонзилось в землю, поднимая фонтанчик песчаных брызг. Я дернулась в сторону, но не остановилась. Новый свист и новый фонтан, теперь уже ближе ко мне, но с другой стороны. Я снова сменила траекторию, огибая это место и возвращаясь на прежний курс. Пара новых залпов не остановила меня, лишь заставила попетлять, уворачиваясь. А вот яркий луч, взрезавший почву прямо передо мной и наполнивший воздух странной вонью, остановил буквально в десятке метров от корабля Йоды.

Мои ладони поднялись вверх, показывая полную капитуляцию, и такары зависли, взяв меня в круг. Они опустились, обдав все вокруг тепловым вихрем, а через секунду застыли железнобокими изваяниями. Свет прожекторов слепил глаза и не давал толком ничего разглядеть, но до меня донесся едва слышный шелест отъезжающих слайдеров. Показались высокие фигуры, явно не принадлежащие людям, и я подняла голову, разглядывая их.

Передо мной были те самые существа, которых нам показывал привратник, но в то же время не совсем они. На двух ногах, скорее, лапах, с мощными торсами, прикрытыми военной амуницией и со шлемами на головах. Один из них, должно быть, командир подразделения, вышел вперед, пока другие держали меня на прицеле. Мои мысли снова метнулись к сбитым друзьям, но через такарские машины я не могла их разглядеть, только в ночное небо поднимался белый хвост дыма.

— Сопротивление бесполезно, — низким рыком донеслось из темноты.

Козырек шлема поднялся, и в меня вперились два голубых глаза, отливающих почти льдом, узкие вертикальные зрачки следили за каждым движением, словно высчитывая потенциальную угрозу.

— Там мои люди… — прохрипела я на одном дыхании. — Прошу вас…

Некоторое время такар молчал, и я вспомнила, что они не понимают нас. Но потом он коротко кивнул одному из подчиненных, и двое направились к сбитым флайерам. За привратника я не волновалась, едва мои ноги коснулись земли, он был уже на пути к Ассуру, спасая передатчик и, возможно, всех нас. С колотящимся сердцем я ждала, когда такарский солдат проверит сбитые машины.

«Пожалуйста, Высшие!» — взмолилась, щурясь от яркого света и запаха оплавившегося металла.

— Один жив, — наконец кивнул мне командир, и мое сердце пропустило удар.

Это был Кариме. Солдат буквально притащил его на себе, сбросив, как щенка, возле меня. Я кинулась к парню, ощупывая его и проверяя на наличие повреждений и ран, но к счастью, Кихиро отделался только ушибами и легким шоком. У него оказалась рассечена правая бровь и из носа текла струйка крови, но он был цел. И жив.

— Как ты? — Я сжала плечо ассурийцу. Кихиро уже стоял на коленях рядом со мной и судя по глазам был немного дезориентирован. Он помотал головой, скривившись.

— Йода… — Парень хрипло закашлялся.

Я посмотрела на такарского командира, и прежде чем он ответил, у меня внутри все похолодело, словно заранее предчувствуя беду.

— Второй мертв.

Кариме дернулся так резко, что я только инстинктивно успела его удержать, не давая совершить глупость. Казалось, земля ушла из-под ног, все закружилось, сливаясь в один сплошной хоровод свистопляски, но мир перестал звучать. На меня обрушилась тишина, оглушив, придавив неподъемным осознанием потери. Наверное, я продолжала держать или хвататься за Кихиро, потому что меня грубо вздернули на ноги, толкая к такарским аппаратам. Парень рванул в мою сторону, но один из солдат что-то ему рявкнул, на что Кариме лишь неверяще на него воззрился и развернулся лицом к одному из кораблей.

Тело не слушалось, откуда-то издалека доносились голоса других такаров, и я заставила себя посмотреть на них. Мне указали на спину ассурийца и приказали следовать за ним. Но я не могла сделать ни шагу. Я должна была увидеть это — осуждение в его глазах, потому что он предупреждал, но я пошла на риск. А в итоге потеряла своего напарника, своего друга, практически своего старшего брата. Свою опору и поддержку.

Гибель Ворда была на моей совести, командир отвечает за своих людей, за то, чтобы все они вернулись домой живыми. Но теперь Йодера больше нет. Где-то на периферии сознания мой разум говорил мне, что сейчас не время убиваться и винить себя, если выживу — времени появится предостаточно. И все оно будет посвящено этому ужасному, разрушающему чувству — вине за чужую смерть. Только легкие никак не могли сделать вдох, будто все внутри замерло. Остановилось.

Ощутив сильный толчок в спину, я наконец отмерла и сделала первый шаг.

— Прости меня, прос… ти… — Я подняла взгляд на Кихиро. Мы сидели в такарских флайерах, закованные в наручники, друг напротив друга. Кариме был бледен как полотно, глаза приобрели сероватый оттенок, губы сжались в тонкую полоску. Он оторвал взгляд от солдат, устроившихся рядом в специальных креслах, и тяжело посмотрел на меня.

— Мы знали, на что идем, Тари…

— Молчать! — рык конвоира не дал ему договорить, и мы просто смотрели друг на друга, молча, без слов переживая общее горе.

Легкий толчок известил о посадке, трап плавно опустился и когтистые лапы сомкнулись на моем локте, поднимая и подталкивая к выходу. Я вздрогнула, ощутив, как свежий ветер мягко кинул мне в лицо мелкие капли дождя, вокруг пахло мокрой травой. Мы оказались перед главной Цитаделью, на широкой асфальтированной площади с огромным фонтаном посередине.

Я попробовала оглянуться, чтобы рассмотреть то, на что не обратила внимания в первый прилет, но дернулась, заметив краем глаза темную тень, нависнувшую надо мной. За секунду до того, как вскрикнула от острой боли, пронзившей голову, услышала такой же вскрик, принадлежавший Кихиро.

Глава 7

Когда я наконец распахнула глаза, то никак не могла понять, где нахожусь, и вспомнить, что произошло накануне. Во рту пересохло, все тело ломило, словно меня долго и упорно били. Застонала, стараясь перевернуться на бок и хотя бы на ощупь выяснить, где именно я оказалась.

Рядом раздался странный шорох, скрип, а затем стон и тихое:

— Низшие…

— Кихиро? — тихо, боясь ошибиться, прошептала я, приподнимаясь на одном локте и таращась в темноту. — Кихиро?..

— Сари… — новый стон и новый шорох. — Тари, где ты? Ничего не вижу, арх, как ты себя чувствуешь? Ты… ты в порядке?..

— Да, — выдохнула, осторожно проверяя руки и ноги.

Хотя слабость была ужасной, но в целом, чувствовала я себя неплохо, даже несмотря на странную тяжесть в мышцах. Удивительно, но это ощущение больше походило на результаты долгой тренировки, но никак не пыток или чего еще похуже.

Аккуратно вытянула вперед руку, стараясь вспомнить, откуда именно раздавался голос ассурийца, и наткнулась на гладкую, прохладную поверхность.

— Кихиро?.. — спросила в пустоту, а рука продолжала исследовать невидимую преграду. — Кихиро, ты меня слышишь?

— Да. — Он охнул, что-то скрипнуло, а затем раздался чуть приглушенный звук удара. — Драные древние!

Странное ругательство и голос, полный досады, вырвали у меня мимолетную улыбку, правда никем не замеченную, и потому я, на этот раз изменив направление движения ладони, осторожно коснулась стены слева. В том, что передо мной именно стена, судя по всему выполненная из того самого материала, что разделял помещения внутри цитадели, я уже не сомневалась.

— Где ты? — раздалось совсем рядом, причем настолько, что я просто обязана была почувствовать движение воздуха, но ничего не изменилось. — Ничего не вижу… Что это?.. камень?..

— Думаю, — ответила ему тихо, так как осознала, что мы разделены, — это преграда, тут такие используют… похожа на огромное стекло… Как в окнах нашей крепости, только очень большое и наверняка очень прочное…

Мою речь прервал глухой удар, за ним еще один. Ладони ощутили легкую вибрацию после очередного удара, и я отпрянула назад, потеряв опору и с грохотом рухнув на пол.

— Тари! — Удары прекратились, а взволнованный голос ассурийца прервался новой серией ударов.

Замерев в странной позе с задранными вверх ногами, не смогла сдержать истерический смешок.

— Ты не пострадала? — Новая серия ударов и новый обеспокоенный крик парня: — Тари!

— Нет, я нет… — хихикнула, спустив ноги на пол, и, смешно кряхтя, поднялась на колени. — Только моя гордость… Кихиро, прекрати стучать, это бесполезно…

— Что? — Он замер. — Я уверен, что…

— Хватит, я, кажется, видела уже такие стены, они… их не разрушить просто так… Кихиро… ты слышишь меня?..

Ассуриец молчал, а удары продолжали сыпаться, отдаваясь тихим гулом. Поняв, что сейчас что-то говорить ему бесполезно, и пока парень просто не выпустит пар, не успокоится, я осторожно поднялась на ноги и на ощупь начала исследовать пространство. Спустя почти десять минут, когда Кихиро то ли выдохся, то ли наконец осознал тщетность своих попыток, осмотр был завершен. Это оказалось небольшое, не более четырех квадратов, помещение с одним-единственным предметом, расположенным у стены, за которой находился ассуриец. Топчан или лавка, на которой я пришла в себя, была узкой и, похоже, выполнена из того же материала, что и стены с полом.

Устроившись на ней и прислонившись спиной к гладкой поверхности, я просидела так еще какое-то время.

— Кихиро… — наконец позвала притихшего парня. — Кихиро, кхм…

В горле сильно першило и, честно говоря, это была еще одна причина, по которой я не начала разговор ранее. Поняв, что с ним все относительно в порядке, просто не могла заговорить снова. Тоска, просто уничтожающее меня изнутри чувство вины, боль от потери близкого, давно уже ставшего мне кем-то большим, чем просто друг или подчиненный. Йодер Ворд… Каждую секунду в этой странной, непроглядной тишине мне казалось, что я слышу его голос. И с каждой секундой это давление на меня усиливалось, становилось невыносимым…

— Кихиро… — кажется, я готова была снова услышать удары, только бы услышать хоть что-то, заглушить эти фантомы в голове. — Мне… мне жаль, очень… прости меня… это моя вина, я хотела… я просто хотела убежать как можно дальше, спрятаться от… и единственным способом мне казалось безрассудное, отчаянное стремление куда-то…

— Хватит, — раздалось совсем рядом, и я встрепенулась от неожиданности, снова услышав, но не ощутив его присутствие.

Внутри все застыло от этого тихого голоса. Чувство вины накатило с новой силой, такое удушающее, на глазах выступили слезы, и мне было уже плевать, видит их кто-то или они также сгинут со мной в этой непроглядной темноте.

— Хватит винить себя, Тари. — Я замерла, с трудом веря его словам, интонации, тону, в которых не было ни грамма обвинения или злости. Лишь грусть. — Хватит брать на себя то, что не ваше, сари. Йода был воином, настоящим воином, не то, что мы… Он знает, знал… что такое смерть, и когда он… Да за что тебе винить себя?! А?!

Неожиданный, полный ярости крик ассурийца вновь заставил меня вздрогнуть.

— Кихиро, он…

— Он сделал свой выбор и ценой жизни спас меня… Низшие, как же я себя ненавижу! Меня! Не смей впутывать во все это свои чувства, слышишь?! — Последовал новый удар в стену. — Он знал, что такое смерть, знал, поверь мне. Его… ты же знаешь о его команде? Да?

— Д-да… — ответила тихо, тут же вспомнив о том, кем Йода был раньше. — Помню.

— Тогда погибла его невеста, ты знала?

— Что?.. — я с трудом сдержала вскрик и ошарашенно выдохнула: — Нет…

— Ее имя написано на его сердце во всех смыслах, Тари… — Шорох и скрип. Похоже, Кариме снова опустился на лавку. — Было написано… Он знал смерть в лицо и это был его выбор. Уж если кому и винить себя, то только мне… Эти машины… все эти механизмы… они чужды нам… Из-за них все… И привратник… он причина того, что произошло. Я уверен.

Я молчала, осмысливая и обдумывая его слова. Кем я себя вообразила? Близким Йодеру Ворду человеком? Да я даже не знала имен тех людей из его команды, хотя каждое из них оставило след на его теле. Как я могла называться его другом, если ни разу не догадалась посмотреть и задуматься о том, что написано на его груди как раз напротив сердца?

— Каллиста. — В тишине голос парня прозвучал особенно странно. — Ее звали Каллиста.

— Красивое… — хрипло ответила ему, стараясь ничем не выдать слезы, навернувшиеся на глаза и уже прочертившие две влажные дорожки на щеках. — Очень…

— Да… очень старое имя. Удивительно, что девушка носила такое. Хотя если она была из древнего клана и они хранили свои знания, то…

— Ты знаешь его значение? — Я удивленно обернулась, хотя так ничего и не видела, кроме сплошной тьмы.

— Прекраснейшая, — голос Кариме был тих, но я все равно расслышала его.

— Ты знаешь значения имен чужих кланов? Серьезно? Я думала, что вы…

— Что мы?

— Просто вы ну очень закрытые и не пускаете в свой мир чужих людей и чужие знания…

— Это не так, Тари. — Новый шорох. Кажется, Кариме сменил позу. — мы не отгораживаемся от внешнего мира, но трепетно храним каждую горсть знаний, что получаем. Думаешь, меня просто так отпустили «в мир»? О нет, просто, вернувшись, я смогу добавить в копилку знаний свою долю…

— Кихиро… — Я вытерла ладонью слезы и влагу под носом и задала тот самый вопрос, что все это время крутился у меня на задворках сознания. — Кихиро, ты понимал их?

— Что? — Скрипнула лавка, кажется, он сел.

— Ты же понимал их слова. Ты делал то, что они говорили… ты… но ведь ты не использовал переводчик. — Я облизала вмиг пересохшие губы. — Но как?..

— Я… знаешь, у нас есть легенда… я думаю… то есть я уже давно подозревал, но не был уверен, а теперь… Это не легенда, кажется, это история… настоящая история. И этот синеволосый…

— Кихиро, о чем ты? — На этот раз я полностью развернулась и прижалась плечом к прохладной поверхности стены, за которой находился ассуриец.

— У нас есть легенда, она рассказывает о том, что произошло много, очень много лет назад… Она… как бы тебе объяснить… она, то есть ее участники сильно отличаются от того, что я видел, и потому я не сразу все это сопоставил, и опять же, Тари, остается много информации, что я не смог…

— Кариме! Низшие тебя раздери, говори уже!

— Ее рассказал отец, когда мне исполнилось семь лет. — Новый шорох, затем скрип, и я почему-то подумала, что он тоже устроился поудобнее. — Когда-то наш мир был совсем другим и люди в нем жили другие. А земли настолько обширные, что путь с одного конца земли до другого занимал годы. Не было магии, совсем.

Тогда на нашу землю пришли чужие. Прекраснейшие из когда-либо виденных, однако они принесли с собой смерть и разорение, провозгласили себя богами и отняли у нас все.

Но пришли они не одни. С ними на землю Ассура спустились и другие существа. Они мало походили на прекрасных богов и прислуживали тем. Их звали демонами. Однажды в дом моей семьи постучался незнакомец, закутанный с ног до головы в плащ, с ним был ребенок и сумка, в которой хранились тайные знания.

— Сумка с тайными знаниями? — переспросила, не сумев сдержать улыбку.

— Не перебивай!

— Прости. — Я чуть изменила положение. — Продолжай.

— Итак, однажды в наш дом постучал незнакомец. Им оказался один из демонов. Израненный, потерявший много сил и крови, он попросил спасти ребенка, сказав, что в его крови хранится невероятная сила. Сила, способная изгнать богов с земли Ассура. Истинные пообещали помочь этому демону, а он взамен попросил спрятать и сохранить самое ценное — книги, что оказались в его сумке. Пять совершенно одинаковых книг. Демон прожил среди людей, скрываясь много лет, а потом просто исчез. Все.

— Все? — неверяще переспросила ассурийца.

— Да. Все. Это же легенда.

— Но ты же сам сказал… И что в них было? В книгах? И куда делся ребенок, что в нем было такого особенного?

— Подумай, Тари.

— Кихиро… ты же уже что-то придумал, просто расскажи мне!

— Боги спустились на землю… Керсы. Они прекрасны, что уж тут скрывать, возьми хотя бы привратника… демоны — это такары. Только это сильно отличается от того, что показывал нам этот синий призрак. И еще, Тари, к чему я вел. Книги и язык.

— Это невозможно… — прошептала в ответ и сильно-сильно зажмурилась.

— Я понимаю. Не все слова, точнее сказать, я не понимаю практически ничего… И в то же время понимаю. Разговоры. Отдельные слова, иногда даже фразы….

— Подожди, — я прикусила губу, — те книги, о которых ты говорил… Та копия, оригинал которой хранится в библиотеке истинных…

— Она самая, — подтвердил мою догадку ассуриец. — Одна из пяти.

Низшие! Все это время разгадка была у нас под самым носом, другое дело, что мы не смогли понять ее.

— В них все сокрыто, — прошептала я. — Вот где ответы.

Кихиро, кажется, усмехнулся.

— Думается мне, что их ты получишь уже в ближайшем будущем.

Я хотела расспросить его подробнее о книге. Проведя столько времени, изучала ее, но все же она осталась для меня загадкой.

В это время одна из боковых стен поднялась вверх, оказавшись дверной панелью. На нас смотрел такарский солдат, экипированный как те, что сбили наши флайеры. Только кожа была немного темнее, видимо, такары отличались даже друг от друга, так сказать, как и мы, люди. Как я отличалась от Йоды или сам Йода от Кихиро. Солдат жестом показал следовать за ним. Мы с Кихиро обменялись друг с другом быстрыми взглядами и, не говоря ни слова, поднялись. Едва вышли из камеры, как позади нас встал конвой из двух солдат. Спрашивать, куда нас ведут и что с нами сделают, было бесполезно, вряд ли солдаты стали бы распинаться перед нами. Так что оставалось только довериться судьбе. Хотя какой она может быть у диверсантов?

Мы свернули налево, остановившись у кабины лифта. Неужели камеры для задержанных находились в той же самой Цитадели? Они что, хранят все яйца в одной корзине? Но прикинув, решила, что это не совсем так. Скорее всего, это что- то вроде временных «боксов», сомнительно, чтобы пыточные располагались в подобном здании. А есть ли у такаров вообще пыточные? Я подавила вздох. Если дело обернется настолько плохо…

Солдат нажал на кнопку, и кабина незаметно тронулась с места.

Глава 8

Лифт поднял нас на предпоследний этаж. Кихиро немного прихрамывал, но держался неплохо, учитывая, как его тряхнуло последней атакой. Иногда у него мутнел взгляд и каждый раз я пугалась, что это последствия аварии. Но ни солдаты, ни наручники не позволяли мне сделать хоть что-то, только один из сопровождающих поддерживал Кариме мощной лапой. Мысли о возможном побеге и быть не могло без оружия, я видела, как у Кихиро забрали даже его кинжал из сапога. Без плана и без подмоги нереально. Так что оставалось ждать развязки, в нашем случае — приговора и его исполнения.

Двери открылись, впуская нас в длинный коридор без единого кабинета, кроме одного на другом конце. Все так же подталкиваемые сзади, мы шли к массивным дверям из красного дерева.

Я покосилась на Кариме, продолжая за него беспокоиться. Идти ему было нелегко, но первоначальная бледность сошла, это уже хорошо. Надеяться на что-то было глупо, но все же я надеялась.

В кабинете, также отделанном деревом, располагался длинный стол со стеклянной темной столешницей, несколько стульев и пара не очень удобных на вид кресел. У окна спиной к нам стояло существо. Наверное, вдвое выше и больше уже виденных нами такарских солдат. На нем тоже было что-то вроде лат, но более усовершенствованных, из неизвестного мне темного материала, с тонкими пластинами в области лопаток.

Вперед выступил такарский командир, что-то прорычав на своем языке, состоящим, казалось, из одних отрывистых слогов. Он отошел в сторону, давая нам пройти, в то время как солдаты так и остались у дверей, не опуская оружия.

— Должен признаться, не ожидал столь дерзкого нападения, — существо повернулось к нам, разглядывая своими льдистыми глазами.

Те чудовища, которых нам показывал привратник, не имели ничего схожего с людьми, это были монстры, звероподобные твари, наделенные интеллектом. Но этот… В нем было что-то человеческое, какие-то неуловимые черты, проглядывающие в линии носа, пусть и похожего больше на волчий, и в линиях по- кошачьи высоких скул, и даже в разрезе раскосых глаз. Клыки не выдавались вперед, словно у дикого зверя, но были заметно обозначены, едва приподнимая верхнюю губу, чуть вытянутые уши прилегали близко к мощной голове, на которой красовалась иссиня-черная грива. Некоторое время мы без слов разглядывали друг друга, оценивая и присматриваясь. Я хранила молчание, не зная, чего ожидать дальше. Кариме хрипло дышал рядом, чуть приваливаясь на одну ногу, ему нужна была медицинская помощь. Но мы продолжали смотреть с такаром друг на друга.

— Мое имя Радолос. Я, если желаете знать, глава всего этого народа.

— Люди не ваш народ, — хрипло процедила я.

Такар вскинул широкую бровь, словно выражая удивление и недоверие.

— Трансер, я полагаю? — Такар чуть повернул голову, словно желая разглядеть Кихиро. — У меня такой же, мы называем их статерами. Прошу вас, — он сделал пригласительный жест, — на столе перед вашим напарником лежит еще один. Пусть человеческий язык у нас общий, но боюсь, с ним у нас могут все же возникнуть проблемы, учитывая количество прошедших лет.

Я вспомнила рассказ Кариме о демоне. Он ведь изучал такарский, но знать об этом Радолосу было необязательно. По крайней мере, не сейчас.

— Трансер, Кихиро, — тихо, стараясь выразительно приподнять брови, проговорила я, указывая на маленькие темные кружочки.

Ассуриец послушно потянулся к ним.

— Вы правы. — Такар прошел вперед, усаживаясь на массивный стул во главе стола, его когтистые лапы свободно легли на подлокотники. — Люди не мой народ, но они добровольно вверили мне свои жизни. Присаживайтесь.

— Неужели? — Я проигнорировала его последние слова.

Идти на открытую конфронтацию не хотелось, меня больше интересовал вопрос — зачем мы здесь? У нас хотят выведать наши планы? Что именно им нужно? Я смотрела на Радолоса и не видела в нем той животной жестокости, какую представляла по рассказам привратника. От такара веяло мощью, нечеловеческой силой, но не жестокостью. Неестественно голубые глаза смотрели пронзительно, но спокойно. Перед нами был представитель разумной цивилизации, а не дикий монстр с неуемной жаждой крови.

— Мы никого не принуждаем принять нас силой. — Такар чуть откинулся на спинку, демонстрируя широкую грудь в плотных пластинах.

Кариме не ответил, но я всей кожей ощущала его желание вмешаться, и прежде чем он успел сказать хоть что-то, шагнула вперед, незаметно прикрывая его от взгляда Радолоса.

— Что Вам нужно от нас?

— Для начала вы бы все же заняли свои места. — Одна бровь такара чуть приподнялась, словно демонстрируя нам нашу же собственную упрямость как глупость. — Нам стоит многое обсудить. Твоему другу лучше присесть.

Даже мне пришлось признать некую правоту в его словах. Хочет поговорить, значит? Кажется, нас ожидает новая порция информации. Я оглянулась на ассурийца, он чуть заметно кивнул, устало опускаясь на ближайший стул. Я незаметно прикусила губу изнутри и тоже села.

— Замечательно. Назовите себя.

Может, такар, сидящий перед нами, и хотел показать своеобразное дружелюбие или что-то в этом роде, но в его хриплом голосе то и дело прорывались повелительные нотки. В конце концов, он был в своем праве.

— Меня зовут Тарина Лексан, а это мой напарник — Кихиро Кариме.

Ассуриец не сводил глаз с Радолоса, и что-то настораживало в нем. От меня ускользала тонкая нить понимания — я что-то пропустила, и это меня злило.

— Может, хватит играть в эти игры? — мой голос, слава Высшим, не дрожал. — Мы с Вами знаем, почему я здесь и что произошло. Мы видели это собственными глазами. Войну, которую Ваш народ развязал, и что последовало за этим. Но сейчас вы говорите загадками, пытаясь сбить нас с толку или перетянуть на свою сторону? Выведать, что нам известно? Чего Вы хотите?

Ноздри такара раздувались, и я могла поклясться, что вижу гуляющие желваки под темной жесткой кожей. Но все исчезло так же внезапно, как и появилось, будто слетела невидимая маска. Через мгновение перед нами снова сидел собранный и хладнокровный такарский лидер, лишенный каких-либо эмоций.

— Да, я понимаю, для чего вам передатчик, поэтому у нас мало времени. — Радолос чуть заметно повел рукой и над столом вспыхнула голограмма с панорамой космоса. — Судя по всему, вам ничего не известно.

— Помимо того, что вы чуть не уничтожили эту планету? — Кихиро хрипло закашлялся, он кивнул на панораму. — Мы все это уже видели.

— Допускаю. — Такар встал, направляясь обратно к окну. — Но вы не видели предыстории. Я не хочу вас убивать. — Он чуть повернулся так, что нам был виден его профиль, словно высеченный из камня. — Нам не нужна новая война. Поэтому выслушайте меня, а потом сами решайте — чему верить. И кому. Могу предположить, что часть из увиденного и услышанного вами — правда, но очень часто ее мешают с ложью. Подобная смесь способна сбить с толку любого. Так делали всегда, весьма действенный способ. У нас своя история, о которой ваш проводник-керс, я уверен, это был он, не упомянул. Прошу вашего внимания. — Радолос опять стоял к нам спиной, сцепив пальцы в замок за спиной.

Голограмма расширилась, охватывая почти всю комнату, и мы оказались в самом центре Вселенной. Мимо нас пролетали планеты размером с мяч, окруженные каменными поясами, мерцающими звездами в ореолах туманов, разбрызганных самыми яркими красками, какие только могло представить воображение. Целые группы звезд, образовавшие спирали, сквозь которые кисейным шлейфом проходила дорожка, терявшаяся на другой стороне галактики.

Мы неслись между точками, пульсирующими вдали, превращающимися в раскаленные печи, взрывающимися ярким ослепляющим светом, освещая все вокруг. Моя генетическая память хранила сотни воспоминаний о временах, мной не пережитых, о знаниях, которые были заложены в самых отдаленных уголках моего сознания. Мой дом всегда был здесь. Даже ничего не зная о своей семье, я понимала, что принадлежу этому миру. Но теперь, даже не коснувшись этой странной загадки под названием «космос», я больше ничего не знала. Я потерялась. Моя душа открыла нечто выходящее за рамки всего привычного и обыденного, непоколебимого. Где он теперь, мой дом?..

Глава 9

Нас несло вперед, через мириады рождающихся и умирающих звезд, опустошенных и молодых планет, чье время уже прошло и чье только начиналось. Их солнца гасли и рождались, пролетая мимо как тени умерших. Наконец картинка остановилась, замерев перед белоснежной планетой, словно собранной из резных кусочков, усеянной остроконечными пиками ледяных вершин и изрезанной кривыми извилинами таких же белых рек. Вокруг широким кольцом вращались глыбы льда, образуя причудливое скопление обледенелых камней, вызывая удивление вперемешку с восхищением.

— Наш дом, — голос Радолоса звучал непривычно для нас глухо, — Танаракс. Планета, покрытая вечными снегами, где даже вулканы извергают ледяную воду.

Пространство вокруг изменилось, перенеся нас на поверхность Танаракса. Стояла ночь и огромная луна, занявшая полукругом почти весь видимый горизонт перед нами, освещала непривычным молочным светом бескрайние снежные просторы, уходящие вдаль к обледенелым горам. Казалось, ничто не могло выжить в подобных условиях, но среди практически вымершей ледяной пустыни нам были видны сооружения, словно сошедшие со страниц старых книг. Башни с квадратными бойницами, занесенными снегом.

— Мой народ научился здесь выживать. — Такар подошел ближе, разглядывая знакомый ему мир вечной мерзлоты. — Мы построили наш мир под землей, оставив на поверхности только форты для навигации и управления слежением. Танаракс находился в одной из самых отдаленных галактик. Хотя, — он невесело усмехнулся, — это зависит от вашего местоположения. Никто никогда не связывался с нами, поблизости не было разумных существ, только едва остывшие звезды, на которых и кислорода-то для жизни не хватало. И мы наивно полагали, что никто нас не найдет. Но как я говорил, все в мире относительно.

Голограмма погрузила нас в недра планеты, где под толщей спящей земли существовала целая цивилизация. Искусственные светила, медленно проплывающие по своду красноватого купола, а внутри — настоящий город, раскинувшийся бесконечными рядами пиков и шпилей. Повсюду летали кары, как те, что я уже видела здесь, но более мягкой формы, словно обтекаемые потоками воздуха. Где-то зеленели отдельно расположенные группы деревьев, и я даже рассмотрела пару маленьких, крошечных домиков с зеркальной черепицей, совсем обычных, будто крестьянских.

Недалеко от укрепленных форпостов земля разошлась, поднялись подвижные панели и оттуда стали вылетать космические корабли. Даже в таких масштабах можно было оценить их размеры. Каждый — фактически небольшая крепость, несущая на себе капсулы-переносчики.

— Мы стали посещать другие галактики в поиске нового жилья, солнца, плодородной почвы, живых организмов. Исследования занимали годы, а то и десятки лет, но не давали результатов. Все, что мы находили, было непригодным для нас. Чтобы обжить некоторые планеты, понадобились бы тысячелетия. Не было ни воды, ни ультрафиолета, зачастую обычного кислорода, только ядовитая смесь химических испарений.

Мимо нас проплывали корабли, кочуя из одной туманности в другую, и мы уже не видели исчезнувший в бескрайнем пространстве белый шарик Танаракса.

— Проведя десятилетия в поисках, такары возвращались домой, везя с собой только разочарование. Но когда приблизились к планете, радары зафиксировали мощный всплеск гамма- и бета-лучей, возникающих при сильном всплеске энергии или мозговой активности. Другими словами, на Танараксе что-то происходило, на сигнал никто не отвечал. Едва корабли вошли в атмосферу, как перед ними предстала картина гибели нашего дома. Форт-посты были разрушены до основания, их вообще больше не существовало, вместо них образовался кратер радиусом в несколько тысяч километров.

Теперь это видели и мы с Кихиро. Ребристая и неровная поверхность Танаракса исчезла, словно провалилась куда-то вниз, осталась только черная зияющая пропасть, из которой минутой позже вырвался столб огня, такой мощный, что мы инстинктивно прикрылись руками, защищаясь от ненастоящего жара.

— Они не просто уничтожили наш дом, там стало невозможно жить они уничтожили саму жизнь. — Такар неподвижно стоял, не сводя глаз с изуродованной планеты, над которой промелькнули серебристые корабли и вниз посыпался дождь. Дождь, состоящий из длинных, как иглы, ракет. Каждая из них вонзалась острием в чудом сохранившуюся почву с потемневшим снегом или исчезала в жерле бушующего огня. И тут мы увидели ее, расползающуюся черноту, накрывающую все вокруг радиационным покрывалом. Я коснулась пальцами губ, сдерживая восклицание. Все повторялось, мы это уже видели. Скоро от белоснежной поверхности не осталось ничего, только чернота в окружении холодных звезд и оранжево-зеленого тумана. Из самой ее глубины поднялись несколько такарских кораблей, направляясь мимо нас.

— Все на Танараксе погибли. Кроме тех, кто был на кораблях и кого захватчики взяли в плен. Мы бросились за ними в погоню и в открытом космосе завязался бой.

Такарские космолеты довольно быстро нагоняли вражеские, обстреливая их со всех сторон, но серебристых гигантов было слишком много, они выпускали из себя целый рой боевых капсул и флайеров.

— Вы хотите сказать, что керсы напали на вашу планету? — Кариме уставился на Радолоса, словно глазам своим не верил. Ошибки быть не могло, мы видели, как уже знакомые нам корабли буквально уничтожили Танаракс, забросав его радиоактивными бомбами. Словно им было недостаточно просто оставить там одни развалины, они хотели выжечь сам шанс на существование такаров. Но стоило ли верить тому, что говорил и показывал такар?

— Мы должны вам верить?

Кихиро словно мысли мои прочитал. Я пока хранила молчание, пытаясь уловить ложь или неискренность в происходящем. Разумеется, у Радолоса была причина лгать нам, но ведь передатчик все равно уже у привратника, он успеет связаться со своими в любом случае. Оставалось только одно: такары надеются, что мы будем на их стороне, будем сражаться против керсов.

— К сожалению, от вашей веры здесь ничего не зависит. — Радолос хмуро перевел взгляд на Кихиро и продолжил: — Так получилось, что мы попали в петлю и совершили гиперпрыжок, поэтому оказались в вашей галактике и на вашей планете. Мы не собирались уничтожать ее, но так получилось. Одну из наших капсул сбила именно бомба, содержащая высокий уровень радиации, как видите, керсы пленных не берут. — Он невесело оскалился.

— Более того, у них врожденная потребность в уничтожении всего сущего. Они кочуют от планеты к планете, стирая все на своем пути. Их дом — сами корабли.

После того как нам пришлось поднять защитный купол, мы стали учиться выживать в новом мире. У всего происходящего есть своя положительная сторона. — Радолос смахнул голограмму, возвращая нас в реальность. — Убирать его было нельзя, наш купол пробить невозможно, не существует такого оружия, способного проделать в нем брешь. И керсам это хорошо известно, они пытались обстрелять нас сверху с тех флайеров, что еще были способны летать. Но на фоне планетарной катастрофы пришлось забыть наши распри. Время шло, мы развивались, строили новую цивилизацию, учили людей и делились с ними нашими технологиями и знаниями. Керсы же ждали. Ждали, застряв на орбите, пока энергия купола не истончится и он сам не падет. Мы знали, что они ставят опыты над захваченными такарами, ведь энергия заканчивалась и у них, но ничего не могли поделать.

Мы потеряли практически все космолеты, кроме трех, но они бы не выстояли против керсов. К тому же нам не хватало ресурсов, чтобы объявить им войну, мы смогли построить здесь технологичный мир, но этого недостаточно. И сейчас вы сами отдали им в руки победу. — Такар замолчал, словно рассказ обессилил его. Он стоял неподвижно, все также сцепив руки за спиной, и внезапно я почувствовала всю его боль и скорбь по своему народу. Могли ли эти ужасающие существа, больше похожие на сказочных чудовищ, быть мирными и здравомыслящими? И можно ли верить их словам? Я посмотрела на Кихиро. Он тоже был сбит с толку, в его глазах я видела тень недоверия.

— Допустим, это правда, — мой голос чуть дрогнул. — Что вы хотите от нас?

Такар указал мне на окно, широко проведя рукой.

— Допустим? Разве вы увидели здесь разруху и смерть, Тарина Лексан? Мы с людьми мирно сосуществуем вот уже больше тысячи лет. Отдали в их руки свои жизни, взяли на себя ответственность, но… — Он коснулся лба, будто его мучила головная боль. — К сожалению, я не могу убедить вас в правдивости моих слов, если вы сами не захотите им поверить. Вы правы, мне от вас кое-что нужно. Наши датчики зафиксировали выброс мощной энергии, когда вы скрывались от погони. Судя по всему, исходил он именно от вас. Я прав?

Мне ничего не оставалось, как кивнуть. Повторяться не имело смысла, но зато теперь я поняла смысл всего сказанного и, кажется, догадалась, что ему от меня надо.

— К чему Вы клоните?

Кихиро думал о том же, он настороженно посмотрел на меня, почему-то показалось, что парень даже быстрее, чем я, сложил все недостающие кусочки картинки.

— С помощью твоей энергии и силы можно сбить большую часть космических кораблей или просто отключить их, вышвырнув за пределы орбиты.

— Хотите, чтобы я помогла вам? Но кто может гарантировать, что все это, — я неопределенно махнула рукой, — не очередная ложь? Не способ перетянуть нас на свою сторону и уничтожить керсов?

— Тари… — негромкий голос Кариме прервал мой поток обвинений. Напарник выглядел еще бледнее, но его глаза блестели каким-то неестественным блеском.

— Что? Тебе плохо? — Я было метнулась к нему, желая обогнуть бесконечный стол, но тот внезапно поднял ладонь, останавливая меня.

— Нет. Просто… Просто послушай. Я думаю, это все правда.

Повисло молчание. Не то чтобы вопросы в моей голове не вызывали некоторого сомнения, но теперь верить кому-то вообще представлялось делом нелегким. Кариме с самого начала недолюбливал привратника, не был ли он теперь слишком субъективным? С другой стороны, та легенда… Низшие! Неужели все это ложь?

— Хорошо, — сдалась я, — хорошо.

Радолос молчал, наблюдая за нами. Некоторое время молчал и Кихиро. Наконец он глубоко вздохнул.

— У моего народа… вернее, среди определенного числа семей ходит легенда про демонов, в незапамятные времена сошедших с неба вместе с богами. Она гласит, что вначале была война между ними и небеса разверзлись огнем и черным дождем, поглотившим всю землю. Но богам удалось спасти часть ее, и они смогли поработить демонов, подчинить их силу себе. Но однажды одному из них удалось сбежать и он прибыл к моему прапрадеду. С ним был ребенок, чья сила способна уничтожить всех богов, он нес в себе великие знания. Этот ребенок… От него пошел Тайный клан избранных, в чьих жилах течет кровь Первородного. Того самого ребенка.

Я смотрела на Радолоса, а он разглядывал Кихиро, и на мгновение у меня создалось впечатление, что они общаются. Не знаю как и на каком уровне, но от меня опять что-то ускользало.

— Интересно, — задумчиво произнес такар, — значит, с демоном был ребенок. Должно быть, он принес еще кое-что?

Ассуриец медленно кивнул.

— Знания, канувшие в лету. И язык.

— Вы изучали этот язык, Кариме Кихиро?

Парень чуть пожал плечами.

— Как и все в моем роду, но многое утеряно. До нас дошли только обрывки, так что мои знания слишком поверхностны.

Радолос улыбнулся почти покровительственно, но в нем явно чувствовалось удовлетворение.

— Кажется, у нас с вами гораздо больше общего, чем казалось вначале.

— А мне кажется, — я устало провела ладонью по лбу, — что пора расставить все приоритеты. Хватит нам загадок.

To же самое я могла бы сказать и привратнику, и что-то мне подсказывало, что такая возможность еще выпадет.

— Но вы ведь и сами уже догадались, Тарина, не так ли?

Из моей груди вырвался вздох, признавать правду всегда тяжело. Особенно если эта правда способна разрушить все твое представление о правде и лжи. To, во что верила с самого начала. To, что было после. To, что должно быть потом. Кто ты теперь, Тарина Лексан? И где она, твоя правда?

— Если легенда не врет…

Низшие, конечно, не врет! И теперь ты в этом уверена, сари!

— To демон был представителем вашего вида.

Я сказала это. Словно точку поставила в своих сомнениях.

— Но тот ребенок… Кто был он?

Радолос довольно потер руки-лапы, его глаза вновь полыхнули ледяным огнем.

— Интересный вопрос… скажите, Тарина, вы знали своих родных?

Я запнулась. Кихиро смотрел на меня, и на секунду стало действительно страшно.

— Н-нет, — я прокашлялась. — Нет. Я выросла в приюте. Что вы хотите сказать?

— Керсы ставили опыты. Над такарами и над людьми. — Радолос постукивал длинными когтями по гладкой темной поверхности. — Им нужны были сверхсущества, способные генерировать огромное количество энергии. Обычные люди и средние такары на такое не способны, получить эту энергию из земли или каких-то местных ресурсов — также невозможно. Остается один выход — использовать существ, населяющих территорию. Но только тех, в чью сущность это будет заложено намеренно. Интерес вашего спутника-керса к вам был неслучаен, ваши способности заметны невооруженным глазом. Тарина… — Он замолчал, и у меня сердце пропустило удар, — Если вы не потомок Тайного клана, то в любом случае вы ребенок, выведенный в одной из их лабораторий.

Вот так. Вот и все. Всю жизнь я мечтала узнать, кто моя семья и что с ней стало, а получается, что у меня ее никогда и не было. Я просто кусок мяса, в который вмешались извне. У меня нет прошлого, все оказалось обманом. Меня не существовало, я была создана для того, чтобы снабжать кого-то энергией.

Прикрыв глаза, попыталась унять бешеное биение сердца в груди. Я нисколько не сомневалась в правдивости слов Радолоса. Сказанное привратником подтверждало их, я дитя Ока. Вот кого керсы называли детьми Ока — таких, как я!

— Тари… Тари!

Голос Кариме вывел меня из ступора. Он взволнованно вглядывался в мое лицо, готовый, кажется, перемахнуть через стол, если я упаду в обморок.

— Я в порядке, — выдавила из себя, — все в порядке. Просто… просто…

— Просто Вы догадывались о подобном, — мягко закончил за меня Радолос, и я была благодарна ему за это. Стальной иней пропал из его глаз, сменившись теплым голубым светом. Почти как небо. Я кивнула.

— Остается еще много вопросов, — сказал задумчиво такар и поднялся, — по поводу вашего, Тари, происхождения и появления. Не думаю, что Вы из Тайного клана. Иначе бы за вами следили и вы не росли в приюте. Все необходимое Вы узнаете у керса, который сопровождал вас.

— Он даже не полностью керс, — рассеянно отозвалась я. — Просто проекция.

Радолос склонил голову.

— Но все равно способен пролить свет на очень многое.

— Получается, Тари одна из них, — задумчиво протянул Кихиро. — Ты представляешь, какая сила в тебе скрыта?

Я ничего не ответила. Честно говоря, лучше бы этого всего не было вообще.

— Я с самого начала чувствовал, что синий лжет, — ассуриец хмыкнул. — Гад.

В голове крутились мысли, опережая друг друга. Радолос рассказал нам очень много, но и это было далеко не всей правдой.

— Но ведь есть и другие, верно? — Должен же быть кто-то еще, такие, как я. Из этого Тайного клана. Мы с такаром одновременно посмотрели на Кариме. Но тот только покачал головой.

— Наверно. Об этом мне ничего не известно. Возможно, их имена держатся в тайне, а может, и вовсе нет никого, кроме тебя, сари. Так или иначе, но я слышал только легенду.

Я вздохнула, откидываясь назад. Кажется, нам с привратником предстояло о многом поговорить. Мои размышления прервал вошедший человек. На нем была темная униформа странного покроя, отливающая слабым серебром, с нашивками на плечах. Это был именно человек, а не такар. Он прошел мимо нас, даже не взглянув, четко чеканя шаг, и склонился к Радолосу, что-то негромко говоря ему. Мы с Кариме подобрались, напряженно следя за ними. Радолос кивнул, на его лице не дрогнул ни один мускул.

— Должен прервать наш разговор. К тому же вам, — он чуть повернулся к Кихиро,

— нужен врач.

— И что дальше?..

Мне вновь пришлось затолкать свои чувства в ящик и вернуться к насущным проблемам.

— Дальше вы оба отправитесь домой. С вами полетит мое доверенное лицо, вы представите его своему правителю и расскажите все. Потом…

Такар замолчал.

— Потом нас ждет война.

Все повторялось. Вновь история, вновь война. Только теперь горизонт очистился, представляя нашему взору более четкие линии и формы.

— Должен же быть способ остановить привратника? — Я встала следом. — Проекцию керса. И не допустить битву.

Радолос покачал головой.

— Боюсь, слишком поздно. Передатчик у него, он уже наверняка в пункте управления кораблями. Ему потребуется время, чтобы подключить, синхронизировать и перезапустить систему. Все же наша техника различается. И это даст нам шанс собрать силы и отразить удар. Но медлить все равно нельзя.

К Кихиро подошел солдат и застыл изваянием за спиной парня.

— Отправляйтесь на осмотр, Кихиро Кариме. Не волнуйтесь за него, Тарина Лексан. Вы встретитесь на взлетной площадке.

Я ничего не сказала, только встревоженно проводила ассурийца взглядом. У самой двери он слабо улыбнулся мне одними губами.

«Все хорошо».

«Ладно».

— А Вас проводят к месту взлета. По дороге устроят небольшую поездку по городу. Считайте это небольшим дополнением к моему рассказу.

— Но ведь у вас есть план? — Уходить я не спешила.

— Мы готовы отразить нападение, Тарина. Важно, чтобы ваш народ тоже был подготовлен. Вот что главное. Как только вы поднимете купол, мы придем на помощь.

Он говорил твердо и уверенно, тем самым передавая уверенность и мне. За что я была тоже благодарна, этого мне сейчас ох как не хватало.

— Есть еще кое-что. — Уже на пороге я снова обернулась. — Наш друг… погиб в пустыне. Мы бы хотели забрать его тело.

Радолос прикрыл веки.

— Разумеется. Но не сейчас. Не переживайте, мы забрали его оттуда. И вернем его для дальнейших почестей. Мне жаль, что все так получилось.

На мои глаза набежала влага, пришлось стиснуть зубы, чтобы не расплакаться прямо там.

— Мне тоже…

Я убила людей. На ум пришли не вооруженные солдаты, а тот молоденький мальчишка-ученый с прожженной дырой в груди от лучемета. И еще те люди в башне, где мы установили эхолокационную бомбу…

— С ними все в порядке.

Я вскинула голову, уставившись на Радолоса. Неужели и этот лез в мои мысли? Но такар только приподнял уголок губ, в очередной раз грустно улыбаясь. В эти секунды он был похож на человека более, чем кто-либо.

— У вас все на лице написано, Тарина. Мы госпитализировали людей из соседней башни с повреждениями различной степени сложности. Они живы.

Я выдохнула.

— Кроме того парня…

— Мы все ошибаемся. — Он двинулся ко мне, и я неосознанно сделала шаг назад, когда надо мной выросла его мощная фигура. На мое плечо легла его огромная рука. — И иногда наши ошибки стоят другим жизни. Мы ничего не можем с этим поделать. Единственное, что в наших силах — сделать все, чтобы эти потери были не напрасными.

Глава 10

Едва я переступила порог кабинета, как ко мне подошел человек. Самый обычный, высокий мужчина в темном обтекаемом костюме, подобном тем, что были на солдатах, но более легком. Его виски уже тронула седина, но фигура выглядела подтянутой, и он явно держал себя в хорошей физической форме.

— Здравствуйте, Тарина Лексан. Я капитан Холлер. Прошу Вас.

Мы прошли в лифт. Конвой незаметно исчез, оставив нас с капитаном одних, видимо, потребность в них отпала.

— Радолос не посвятил меня в свои планы, — сухо заметила я, даже не стараясь скрыть свое недовольство, и ехидно добавила: — Может, Вы знаете, что на повестке?

К его чести, Холлер никак не отреагировал на сарказм в моем голосе.

— Все предельно просто, мы отправимся в ваш город… простите, вы не указали его название.

— Ассур.

Кнопки на панели мигали, указывая этаж.

— В Ассур, — кивнул тот. — Вы соберете армию, и мы опустим оба купола.

Я молчала, вся в сомнениях, что действительно так просто.

— У Вас, должно быть, много вопросов, — ровным голосом прокомментировал капитан, и я невесело усмехнулась его «прозорливости».

— Ну, скажем так, кое-что уже понятно. — Моя рука погладила кулон, и я добавила:

— Как и то, что люди тут явно не рабы.

Холлер обернулся, удивленно глянув на меня, но его лицо тут же превратилось в невозмутимую маску.

— Нет, — бросил он, — но вы и сами все увидите.

Город встретил нас утренними лучами, которые пронизывали, казалось, все. Они искрились на гладких поверхностях стекол, отражаясь слепящими бликами, терялись за верхушками деревьев, виднеющихся вдали. Мне показалось, что я очень давно не видела солнечного света, целую вечность. Я зажмурилась, вдыхая свежий воздух, наполненный ароматом цветов и свежей зелени.

Оглянулась на охранников, замерших по двум сторонам от входа. Такая же пара стояла у входа в соседнюю башню. Охрана не обратила на нас никакого внимания, словно и не было никого. Внизу у ступеней нас ждал небольшой флайер, Холлер назвал его джетом. Он сделал приглашающий жест, пропуская меня вперед. Я прошла по мостику, который сразу поднялся, закрывая вход. Справа высилась вторая башня, в которой я заложила бомбу, и если что-то там и было не так, то все уже привели в норму. Не было видно ни раненых, ни чего-то другого, указывающего на недавний волновой взрыв.

Внутри джета мы сели рядом, и я, следуя примеру капитана, застегнула ремень.

— У Вас будет возможность разглядеть город сверху, мы полетим со средней скоростью, через полчаса нас на взлетной площадке будет ждать военный джет с вашим напарником на борту.

Я убедилась в его словах, как только аппарат поднялся в воздух; ночью, уходя от погони, у меня не было возможности оценить красоту Танаракса как следует. Теперь же я могла практически полностью сосредоточиться на ней, и даже больше. В свете солнца город выглядел еще величественнее и прекраснее. Из окна мне были видны зеленые насаждения, парки самых разных форм с причудливыми фонтанами. Джет без спешки огибал здания, чьи фасады в основном были из затемненного или зеркального стекла, конструкции создавали эффект жидкого серебра, местами плавно перетекающего в другую архитектурную форму. Мой взгляд зацепился за здание, разительно выделяющееся среди всего остального красной кирпичной кладкой и резными башенками. Оно стояло полукругом, внутри двора мне были видны люди, образовавшие одну темную массу.

— Это образовательное учреждение, — пояснил Холлер, сидевший у другого окна и наблюдавший за мной, и добавил, видя мое немного растерянное лицо, — Академия.

— О, ясно. — Я снова повернулась к окну. — Для кого?

Капитан ответил не сразу. Видимо, мой вопрос удивил, потому что его голос звучал именно так.

— Для всех. Для людей и для такаров, мы не делаем между нами различий.

— Вот как, прямо-таки идеальный мир, — пробормотала я, но капитан услышал.

— Так было не всегда, — он сдержанно вздохнул. — Вначале был хаос.

Теперь мы плавно огибали… Я даже не знала, как это назвать. Это было здание высотой в сотни этажей, но поразило меня не это. По всем его четырем сторонам вниз спокойным каскадом стекала вода, словно прирученный водопад, образуя у основания пруд, по которому от здания тянулись дорожки.

— Это настоящая вода?

— Разумеется. — Холлер коротко глянул в мою сторону. — Такары принесли с собой удивительные знания, они могли построить все что угодно. Но любовью к искусству они не отличались.

Мимо нас пролетело несколько флайеров, город просыпался.

— У них все высокотехнологичное и удобное, — продолжил капитан. — Мы привили им чувство прекрасного, если можно так выразиться. Со временем наши возможности росли, росли и знания.

Рядом пролетело еще несколько каров.

— Обычно город не спит всю ночь, — он кивнул на обгоняющие нас флайеры. — Вы сами имели возможность это наблюдать. Но нам пришлось ввести комендантский час на одну ночь и запретить полеты по воздуху.

Я решила промолчать о том, что времени убедиться в чем-либо у меня не очень-то и было, когда на хвосте висели такарские солдаты. Меня интересовало кое-что другое.

— Скажите, капитан, — я поерзала, пытаясь сформулировать свою мысль, — такары когда-нибудь делали… ммм… нечто подобное, как керсы? Я имею в виду искусственно созданных людей? Или других существ?

Мужчина внимательно посмотрел на меня, словно раздумывая над ответом, хотя лицо так и осталось неподвижным.

— Мы не ставим опыты ни над людьми, ни над любыми другими живыми существами ради демонстрации собственного превосходства.

— Вот как? — Я резко повернулась к нему. — А ради чего тогда?

Высшие, неужели все повторяется? Неужели очередная ложь?

— Ради развития. Мы созидаем, чтобы победить болезни, разруху и смерть.

— Разумеется, — процедила я, — примерно то же самое мне говорил керс.

Холлер отвернулся к окну.

— Вы своими глазами видите, что за мир мы построили вместе. Люди и такары. А что имеете вы?

Вопрос повис в воздухе. Я не нашлась, что ответить, да и не было надобности. Он был прав. Наш народ застрял в прошлом, пользуясь магией как величайшим даром, не имея шанса развиваться в полную мощь.

— Жизнь создать нетрудно, если знать, как это сделать. Зная буквы и их сочетания, можно написать книгу.

Я призадумалась, разглядывая под нами зеленые парки.

— Но это противоречит самим законам природы. — Моя рука коснулась кулона на шее. Я сама осознанно меняла свою внешность, тем самым изменяя части своей сущности. Капитан неопределенно кивнул.

— Вы судите слишком поверхностно. Рождение жизни — это лишь случайная вероятность, подчиняющаяся определенным законам. Подчините себе хаос и будете править миром.

— Не хочу я править миром, — буркнула я, — только хочу знать, кто я и в чем мое предназначение.

Некоторое время мы молчали. Джет пролетел мимо высокого застекленного здания, через огромные окна мне были видны люди, снующие по этажам. С сумками и коробками. Я успела рассмотреть многочисленные стеллажи и полки с самыми разнообразными вещами. «Торговая лавка!» — догадалась я, почти восхищенно провожая все взглядом. Пусть я к подобному была равнодушна, но не отметить обилие товаров не могла.

— Ваше появление, как и предназначение, — вдруг подал голос Холлер, — результат цепочки событий, чье начало было спонтанным. Поэтому вы здесь. И поэтому вам суждено сделать то, что предначертано.

Отлично. Знать бы еще, что именно. Или как там он сказал? К чему меня приведут все эти события.

— Все становится проще, когда узнаешь природу вещей. — Впервые за весь разговор тонкие губы капитана тронуло нечто вроде полуулыбки.

Остаток пути мы проделали молча. Я просто наблюдала за городом сверху, пробегая взглядом по удивительным строениям. Некоторые из которых упирались в небо идеальными куполами, другие высились стальными шпилями. Вскоре мы прибыли на взлетную площадку, я поняла это по многочисленным джетам, стоящим внизу на расчерченных белым широких полосах. Позади них под стеклянными крышами стояли десятки разнообразных флайеров: от компактных каров до мощных военных махин.

— Это ангары, — пояснил Холлер, — в основном, для средних машин. Тяжелая боевая техника находится в закрытых зонах.

Со своего места я увидела внизу Кариме, стоящего у флайера. Когда мы приземлились, я едва не сбежала по трапу, торопясь удостовериться, что с ним все в порядке.

— Сари! — Он расслабленно вздохнул. Кажется, не я одна дергалась. Я приветственно сжала его плечо, оглядывая. Кихиро явно больше не хромал, да и болезненная бледность прошла.

— Что они с тобой сделали?

Парень хмыкнул и пожал плечами.

— Сунули в какую-то штуку, задвинули ее. Внутри был… голубой свет, и через мгновение боль ушла, — он покосился на Холлера, — словно и не было ничего.

— О, — только и вымолвила я. В целом, каша магия тоже позволяла лечить раны, но до известной степени. Если вынуть сердце из человека, то никакая сила ему уже не поможет. Возможно, такары преуспели в этом? Рядом остановился Холлер.

— Капитан Холлер, — он коротко кивнул ассурийцу, — Прошу всех на борт. Времени остается все меньше, нужно торопиться в Ассур.

Мы переглянулись с Кариме, в его глазах зажегся знакомый огонек.

— О да, нужно потолковать кое с кем! — сказал он зло и зашагал по трапу. Я шла следом, глядя на его напряженную прямую спину, и думала о том, что наша встреча с привратником не сулит последнему ничего хорошего.

Глава 11

Как только мы заняли свои места, джет взмыл в воздух, оставив далеко внизу верхушки высоких деревьев, и двинулся вперед, стремясь к краю купола. К нам подошел один из солдат, вручил оружие. Я уже видела подобное и даже стреляла из него, когда была в центре управления такаров. Оно не особо отличалось от лучеметов, но было легче и удобнее в перехвате и работало, как я поняла, по тому же принципу.

— Это бластеры, — пояснил капитан со своего места, — очень надеюсь, вам они не понадобятся, но как говорится, при солдате должно быть оружие.

Я взяла в руки бластер, теперь у меня была возможность рассмотреть его поближе.

— Не думаю, что наши люди будут по нам стрелять.

Холлер лишь пожал плечами, будто говорил: «На все воля высшего», и развернул на экране сложную схему, полную уже виденных мной ранее знаков и фигур.

— Если вы передали своим… — он замолчал, будто подбирая слова. — …правителям информацию о возможном нападении с нашей стороны, то боюсь, что на границе нас ждет не очень теплый прием.

Мы с Кариме встревоженно переглянулись, так как такого поворота событий не предусматривали. To, что по нам начнут палить свои же, казалось абсурдным, но ведь они и правда совершенно точно решат, что мы враги.

— Мы не станем стрелять по своим, — тихо, но довольно зло прорычал Кариме.

Он весь напрягся, словно ожидал чего-то, но Холлер даже не обернулся.

— Выбора может не остаться. Будем считать, что до этого не дойдет.

Успокоило это не слишком сильно, оставалось лишь надеяться, что мы успеем сесть раньше, прежде чем по нам нанесут удар.

— Что с куполом? — Я выглянула в окно, всматриваясь вдаль.

Как и у флайера, у джета была приличная скорость, и я знала, что вот-вот станут видны верхушки деревьев.

— Хороший вопрос, — капитан указал на панель, — мы извлекли микрочип из сбитого флайера керсов. Того самого, в котором летели ваш напарник, — он глянул на Кариме, и мы оба вздрогнули при упоминании Йодера.

— Нам удалось восстановить систему голосового управления, к сожалению, только локальную, но этого вполне хватит, чтобы убрать защитное поле.

— Лихо вы, — пробормотал Кихиро, бросая на меня горький взгляд. Он вспомнил о Йодере. Из-за нарастающих, как снежный ком, проблем воспоминания о потере друга словно стерлось по краям, но стоило отвлечься, и боль возвращалась, засев где-то между ребер.

— У нас лучшие специалисты.

Я снова подумала о том молоденьком ученом, погибшем от моей руки. Сегодня его тоже будет кто-то оплакивать. Только, в отличие от Йодера, он не шел на осознанный риск. Для него это была просто работа.

Такарский джет нес нас над землей, расчерченной кривыми линиями разломов и трещин. Земля, над которой мы проносились, смазывалась в массу, лишенную каких-либо красок или жизни. Солнечные лучи превратили местность в одну сплошную желтую массу, где местами тоскливо темнели голые кустарники, но сейчас я не могла различить и их.

Мы летели, словно те самые загадочные существа, о которых гласили легенды. Внезапно в памяти всплыла книга из библиотеки цитадели. Та самая, оригинал которой хранится у Истинных, и та, о которой втолковывал мне Кихиро. Рисунок на странице и тисненая обложка имели кое-что общее, кое-что, связывающее их с привратником. Око.

Я встрепенулась, появилось такое ощущение, словно меня вот-вот вынесет из джета. Кихиро удивленно оглянулся.

— Все в порядке?

Мне удалось кивнуть. Нужно срочно поговорить с Араном. Если кто и мог разобраться во всем этом, то именно он. Но самое страшное, что я совершенно точно больше никому не могла доверять. Даже Холлер сейчас имел свои цели. Прикидывался нашим другом и соратником, но совершенно точно желал достичь еще каких-то целей, кроме тех, что уже озвучил.

Некоторое время мы молчали, каждый думал о своем, напряжение так и витало вокруг. Меня волновала встреча с Араном, но сейчас это вызывало не табун привычных мурашек, а буквально сковывало конечности, лишало воздуха, мешало думать. Приближалась развязка, и неизвестно, чем закончится противостояние двух сил? Не будет ли это окончательным концом? На фоне грядущей битвы все казалось таким… несущественным. Так много было не сказано и в тоже время слишком много лишнего произнесено. Что если шанса все исправить больше не будет?

— Подлетаем к куполу. — Голос Холлера вывел меня из раздумий.

Впереди и правда проступили очертания леса, с каждой секундой становившиеся все явственнее и четче. Я неосознанно сжала ручки кресла, снова пытаясь разглядеть невидимые границы поля.

— Кариме, займите место второго пилота. Система среагирует на Ваш голос. — Холлер что-то быстро делал на экране, легко ориентируясь во всех этих стрелках и всплывающих квадратах. Кихиро пересел вперед, тоже вглядываясь в едва мерцающую в свете солнца рябь.

— В прошлый раз мы смогли увидеть его только на очень близком расстоянии. — Ассуриец пристегнул ремень. — Но ваш мерцал сильнее.

Джет немного набрал высоту, чтобы не зацепить кроны при подлете.

— Все дело в мощности. — Холлер надел переговорник. — Наш скан позволяет видеть любой ее всплеск. Пристегнитесь и приготовьтесь, через несколько минут будем на месте.

Пограничный лес приближался, я опознала знакомую землю, на которой выросла, единственную, которую знала до сегодняшнего дня.

Мы были всего в нескольких метрах от поля, когда джет сбросил скорость.

— Сейчас! — скомандовал Холлер, и Кариме подался вперед.

— Поднять купол!

Завеса исчезла, и мы влетели на территорию некогда бескрайнего Ассура.

— Добро пожаловать домой, — пробормотал Кихиро и добавил уже громче, обращаясь к капитану: — Нужно сесть, наверняка сейчас появится патруль. Видите что-нибудь?

Я перегнулась вперед, но на экране ничего не было.

— Каков радиус определения… угрозы?

Капитан бросил на меня взгляд из-за плеча.

— Излучения гамма- и бета-лучей? Около…

Договорить он не успел, на скане внезапно появились две пульсирующие красным точки, по краям которых расползалось багровое сияние.

Глава 12

Они почти не двигались, замерли на месте, но энергия, испускаемая их телами, росла на наших глазах. Радиус свечения, отмечаемый сканом, становился все больше. К двум точкам на экране быстро присоединялись и другие, ничего не излучавшие, только мутно мелькавшие на радаре.

— Справа и слева! — Я ткнула пальцем в экран.

Холлер резко вывернул штурвал, стремясь уйти с линии перекрестного огня.

— Просто садитесь! — выкрикнул Кихиро. — Они увидят нас, и все будет нормально. Ну же!

Капитан обернулся и зыркнул на ассурийца, а затем будто принял какое-то решение. Он надавил на штурвал, опуская его, и начал снижение, лавируя между верхушками деревьев и отыскивая подходящее место.

— Низшие, — прошептала я, наблюдая за быстро приближающимися точками на экране, — мы не успеем…

— Успеем! Ну же! Быстрее! — выкрикнул Кариме, он выглянул, словно хотел рассмотреть патруль.

— Некуда! Тут некуда садиться! — Холлер зарычал.

— Давай же! — Кариме будто не слышал его, он всматривался в верхушки деревьев, словно мог рассмотреть то, что было скрыто за густой растительностью.

— Мы сможем. Низшие!

— Вправо! — рявкнула я, но было уже поздно.

Джет задел верхушку сосны, подпалив ее вырывающимся из сопла двигателя огнем, а в следующую секунду по нам ударила первая волна магии. Корабль дернулся, норовя перевернуться в воздухе, меня подбросило в кресле и только широкий ремень смог удержать от падения. Удар был мощный, но видимо создатели джета были готовы ко всему. Обшивка выдержала, и вопреки моим страхам, при атаке джет не разнесло на куски. Техника тоже пока справлялась, только свет под потолком замигал красным, а автоматический голос сообщил о полученном уроне. Если бы Холлер открыл огонь, то уничтожил бы их всех, но мы знали, что этого допустить нельзя.

— Что за?.. — Капитан выровнял джет и снова оглянулся, а выражение его лица стоило многого.

— Мы не так уж слабы, сар! — ответил Кариме на его невысказанный вопрос, и в голосе ассурийца наконец появились знакомые нотки, полные довольства и ликования.

Второй удар достиг нас через несколько секунд после его слов. Я видела, как из гущи деревьев вырвался яркий синий свет, сбивая машину с устойчивой траектории. Джет накренило и экран исказило в помехах, я знала, что следующего удара аппарат не выдержит.

— Держитесь! Посадка будет жесткой! — голос Холлера потонул в скрежете металла и вое сигнала тревоги, буквально оглушив. Система как могла защищала экипаж от внешних атак, но очень недолго. Капитан не стал дожидаться очередного удара, опускаясь прямо посреди леса и ломая стволы сосен и дубов. Кариме что-то прокричал, обращаясь к капитану, но я ничего не расслышала. Только крепче вцепилась в широкий ремень, фиксирующий мое тело, и зажмурилась. Когда сядем, у нас будут считаные секунды на все.

Джет рухнул камнем вниз, ломая стволы и вырывая с корнем деревья. Нас с Кариме дернуло вперед, двигатели тяжело ухнули и затихли, подняв клуб земляной пыли и дыма. Раздражающий красный свет слепил глаза, вызывая головокружение. Я сделала глубокий вдох, стараясь унять пляшущие перед глазами блики. Дрожащими пальцами слепо нащупала кнопку и нажала, расстегивая ремень. И только после этого соскользнула с кресла на пол.

— Все живы? — Холлер хрипло закашлялся.

Я, стараясь не терять драгоценное время и просто не отвечая ему, поднялась на дрожащих ногах и двинулась к выходу, необходимо было как можно скорее выбраться из джета.

— Сари? — Ассуриец, тоже успевший расстегнуть страховочные ремни, поднялся со своего места и рванул следом за мной. — Сари!

— Опустите трап. Нужно, чтобы они как можно быстрее увидели нас…

— Там еще патрульные. — Холлер вытащил бластер, но-таки выполнил мое требование, и трап с легким жужжанием опустился на землю. Я бросила на капитана предостерегающий взгляд, но тот лишь удобнее перехватил оружие другой рукой.

— Не волнуйтесь, это для острастки.

— Лучше Вам послушать меня и оставить это здесь, — Кариме встал рядом со мной. — Мы не будем стрелять. В любом случае.

Трап опустился, и мы медленно двинулись вперед на выход.

Пространство вокруг джета выглядело кошмарно: поваленные и вырванные с корнем деревья, даже пыль еще не успела толком осесть. Все это до ужаса напоминало то, что мы видели в горах, в тот день, когда все началось. Когда наш с Кариме мир перевернулся с ног на голову.

Ассуриец ступал рядом со мной практически нога в ногу и внимательно всматривался в заросли. Мы остановились неподалеку от упавшего джета, медленно огляделись, но никого видно не было. Только мы с Кариме знали, что они там, в глубине леса и подняли ладони, показывая, что не вооружены.

— Меня зовут сари Лексан! — громко и отчетливо крикнула я. — Я командир регулярного патруля на границе Ассура и неизведанных хребтов.

Некоторое время стояла тишина, мне показалось, что даже ветер стих, потом зашелестела листва и из чащи вышли воины. Они двигались молча, но настолько слаженно, что я с трудом смогла сдержать вздох восхищения. Кариме, как и я, стоял молча, только чуть передвинулся, стараясь защитить меня в случае неудачи. Со спины нас прикрывал Холлер.

Воины все шли и шли, пока полностью не окружили и нас и подбитый джет. Удивительно, но их возглавляли сразу двое магов в военном обмундировании и темных плащах. Я обернулась, находя взглядом Холлера. Тот застыл на середине трапа, оружия при нем, слава Высшим, не было.

— Мое имя Кихиро Кариме! — громко произнес напарник, обращаясь непосредственно к этим двоим.

— Мы знаем, кто вы.

Вперед выступил один из магов с короткими светлыми волосами и небольшим шрамом на правой щеке.

— И о вас, сари, наслышаны. Объясните, кто это? И что это? — Он кивнул на Холлера. Солдаты, державшие мечи наготове, даже услышав наши имена, не опустили оружие. Они настороженно осматривали нас, переводя взгляды с меня и Кариме на замершего за нашими спинами капитана и дымящийся джет. Конечно, для этих людей, как и для нас с ассурийцем в свое время, этот аппарат выглядел словно диковинный зверь.

А я думала лишь о том, как бы покороче, но убедительно донести суть дела до этих ребят.

— Назовите себя.

Светловолосый маг недовольно молчал, сверля нас зеленым взглядом.

— Это Тирус, — внезапно отозвался второй, — а я Эребар. Мы прибыли из Такке, чтобы защищать границы. Теперь скажите нам, что тут произошло?

— Кажется, вы пытались нас прикончить! — Кариме, раздраженный их неторопливостью, выступил вперед. — Мы направлялись в Ассур, чтобы встретиться с саром Мэхором. С нами капитан Холлер, у него очень важные сведения. Очень, — выделил он последнее слово.

Наши новые знакомые колебались, не особо доверяя нам и решая, что делать дальше. Тирус неприязненно молчал, сверля нас немигающим взглядом, а Эребар думал о чем-то своем, его взгляд, в отличие от напарника, быть немного рассеян. И меня вдруг осенило — они общаются между собой. Я слышала, что существуют люди с такими способностями, хоть и не встречала их лично.

— Нам нужно к сару Мэхору. — Времени на обсуждения не было и меня тоже начинало раздражать их бездействие.

Эребар повернулся, он вообще казался более спокойным, чем его напарник, и обратился ко мне:

— Прошу прощения, сари. Мы, как и все отряды вдоль границ Ассура, были предупреждены о вашем возможном появлении, только, как вы понимаете, всего нам не сообщили. И мы уж никак не предполагали, что с вами будет кто-то еще, тем более… — Он склонил голову к правому плечу, заглядывая мне за спину. — …что-то еще.

Я кивнула и незаметно выдохнула. Кажется, ситуация была под контролем.

— Капитан Холлер с нами и полностью под нашей ответственностью. Времени нет, сар Эребар…

— Хорошо, — на этот раз маг принял решение быстро. Он сделал знак воинам, и те наконец опустили мечи. — Мы дадим вам сопровождающих, на всякий случай.

Кихиро положил мне на плечо руку, и я немного расслабилась, потом развернулась и направилась обратно в джет.

— Схожу возьму бластеры.

Когда я вернулась, Кариме и Холлер уже стояли в окружении пяти солдат, держа под уздцы лошадей. Высшие, сейчас, как никогда, джет был нужен.

— Эй, капитан, а нельзя как-то починить эту штуку? — Я постучала по борту корабля. — У меня есть опыт.

Но Холлер только головой покачал, при этом внимательно следя за воинами, окружающими машину и с интересом ее рассматривающими.

— Не в этот раз. Чтобы поднять его в воздух, понадобится больше энергии, чем Вы способны сейчас продуцировать, Тари.

— А… — Я бросила выразительный взгляд на магов, замерших неподалеку и снова погрузившихся в своего рода транс.

— Нет… — Холлер окинул быстрым взглядом Эребара и Тируса. — Их бы тоже не хватило. Потом придется долго восстанавливаться. Нет, лучше воспользоваться лошадьми.

— Прекрасно, — недовольно пробормотала я, легко взбираясь на пегую.

Кажется, я уже привыкла ко всем благам, коими окружили нас привратник и такары. Все это время Тирус, продолжавший молчать, смотрел рассеянным взглядом словно сквозь нас, но я буквально кожей чувствовала его неприязнь и неодобрение. Чем именно мы ему не угодили, было непонятно, но разбираться было недосуг. Солнце почти стояло в зените, и нашей главной целью был Ассур. И Аран, конечно.

Очень скоро Эребар со вторым магом и их подчиненные скрылись в чащобе, растворяясь среди густо растущих кустарников и теряясь в тени мощных вековых стволов. А мы двинулись дальше, намереваясь как можно быстрее попасть в пункт назначения.

Путь до Ассура оказался долгим, или это я уже привыкла преодолевать огромные расстояния в считанные минуты? Сейчас, склонившись вперед и удерживая поводья своей лошади, я подумала о том, что и такарский мир наверняка гораздо больше, чем мне представлялось, ведь нам удалось побывать лишь на его окраине…

А каков мир за призрачными стенами обоих миров? Каков мир за пределами всей нашей земли? Каков он там, за пределами неба? И нужен ли он нам, такой огромный и такой бескрайний?..

— Тари! — Кихиро немного сбавил скорость и сейчас шел параллельно со мной. — Тари, ты понимаешь, — ему приходилось кричать, чтобы я могла хоть что-то услышать за оглушающим храпом лошади и топотом копыт, — что нас могут не пустить?

— Да!

— Убить?

— Да!

— Сумасшедшая! — выкрикнул он и снова выдвинулся вперед, ведя нашу скромную группу.

Его место тут же занял Холлер. Правда, в отличие от ассурийца, капитан ничего не говорил и ничего не спрашивал.

Глава 13

Все произошедшее в последние дни перевернуло мой мир с ног на голову. Теперь многие вещи, что еще вчера могли показаться нереальными, невозможными, просто невероятными, стали восприниматься как само собой разумеющееся. To, что раньше заставило бы волноваться, сегодня казалось обычным, даже нормальным. Я перестала волноваться из-за мелочей, считая их несущественными.

Именно поэтому я была совершенно точно уверена, что больше нас никто не остановит, ни один патруль не позволит себе задержать нашу группу, заставляя терять драгоценное время. Я была совершенно уверена, что сразу после нашего отбытия Эребар отправил маяк, и Аран нас уже ждал.

Солнце еще не стояло в зените, когда мы наконец добрались до края леса. Лошади скакали уже несколько часов без передышки, и я была несказанно рада, когда бесконечные нестройные ряды деревьев закончились. Хотя нам с Кариме было и не привыкать к лошадям, но от усталости у меня уже зудели мышцы, а иногда перед глазами начинали плясать редкие мушки.

Останавливаться было нельзя, и я подгоняла пегую как могла, стараясь не загнать бедное животное насмерть. Мои путники не отставали, хотя я постоянно оглядывалась на капитана, чтобы удостовериться, что тот не свалился со своей гнедой кобылы. Я не сомневалась в его выдержке, но знала, что с непривычки у него могли начаться судороги или, почуяв слабость седока, лошадь могла взбрыкнуть и понести не туда.

Я покосилась на двигавшегося рядом ассурийца и отметила, насколько он напряжен и сосредоточен. И в очередной раз отметила, как же ярко в этом парне ощущается скрытая сила, подгоняемая злостью и решимостью. А вот Холлеру явно было нелегко. Судя по всему, раньше ему не приходилось двигаться верхом так долго, а потому сейчас он выглядел бледным и уставшим, но наравне с нами, упрямо сжав губы, продолжал двигаться к цели.

Нам приходилось постоянно петлять между деревьев, и это сильно все усложняло. Так что, когда линия леса оборвалась и перед нами предстала гладь равнины, мы наконец смогли позволить себе остановиться и дать небольшую передышку лошадям. Хотя солнце с каждым часом и поднималось все выше, согревая мерзлую землю, она все равно была покрыта тонким слоем крупчатого снега.

Ассурийские леса, наполовину переплетенные голыми ветвями, а наполовину буйствующие темно-зеленой листвой, сочетали в себе словно два разных мира. Посередине зимы здесь можно встретить амиссы, удивительной красоты голубые цветы, растущие прямо из сугробов. Поэтому не было ничего удивительного, что раскинувшаяся равнина местами зеленела молодой порослью.

Приближалась весна, и глядя на еще державшиеся остатки снега, я на секунду вспомнила безжизненную пустыню за пределами границы. Странно, но у такаров я снега тоже не видела, словно у них сейчас другое время года. Мог ли купол повлиять не только на нашу жизнь, но и на погоду, каким-то непостижимым образом преобразовав ее? Будто наше время отставало от такарского.

Лошади под нами перебирали копытами от перевозбуждения, выдыхая едва заметные облачка пара.

— Цитадель вон за теми холмами. — Кариме указал вперед. — Если ускоримся, то уже через полчаса будем на месте.

Я ничего не ответила, лишь молчаливо согласилась с напарником, потом оглядела Холлера.

— Вы как, капитан, в порядке?

Вид у него был неважный, но он лишь коротко кивнул в ответ. Меня устроило и это.

— Мы больше не встретили ни одного патруля, — хрипло проговорил он, явно этим удивленный.

Кихиро метнул на него резкий взгляд.

— Они знают о нас, даже не сомневайтесь. Пусть Вас не сбивает с толку отсутствие марширующего парада в честь нашего прибытия. — Ассуриец тронул поводья. — Осталось только пересечь равнину, и ваши ожидания будут вознаграждены!

— Я, как и любой из нас, горжусь своим домом, Кариме, но нам пора выдвигаться,

— решила пресечь рвущееся наружу чувство превосходства, что так неожиданно проснулось в ассурийце. Я видела, как напрягся Холлер, готовый в любую секунду ответить парню, вновь ощутившему уверенность на родной земле. — Так что побереги свои силы, очень скоро они всем нам понадобятся. И вы, капитан, соберитесь, осталось немного.

Пришпорив лошадь, я рванула вперед, выбивая из-под копыт комья земли. Скоро ко мне присоединились и мужчины. Мчаться по открытой местности было предсказуемо легче, в нос бил запах просыпающейся почвы и еще один, очень знакомый мне густой, немного влажный. Так пахла Цитадель: камнем и оружием, и теперь ветер нем его нам навстречу через всю равнину, пробуждая внутри странное, трепещущее чувство, проходящее волнами дрожи по всему телу.

Как и предсказывал Кихиро, довольно скоро мы достигли подножия холмов. Между ними к самой Цитадели вела довольно широкая тропа, так что места должно было хватить нам всем.

— Боюсь, я не смогу слезть с этой лошади, — пробормотал слева Холлер, кривясь при каждом вынужденном движении.

Но ни я, ни Кариме ему не ответили. Мы замерли, вглядываясь в уходящую вдаль тропу. Словно радары, установленные в джетах такаров, мы ощутили, как что-то неуловимо изменилось: воздух наполнился незнакомой ранее тревожностью, стихли звуки и, кажется, даже легкий ветер пропал, что секунды назад трепал мои волосы.

Я подняла руку, призывая своих спутников к тишине. Взгляд скользил по склонам, стараясь зацепиться хоть за что-то. Наконец до нас долетели еле различимые звуки

— к нам кто-то приближался. Мы с ассурийцем переглянулись, уголок его рта пополз вверх.

— Ну вот, капитан, а Вы жаловались на отсутствие сопровождения. — Он усмехнулся, бросая взгляд на Холлера.

Тот в очередной раз скривился и еле слышно прокряхтел:

— Что Вы имеете в виду?

Никто ответить ему не успел, да и нужды в этом не было. На тропе показалось несколько всадников, которые, должно быть, уже давно поджидали нас в укрытии. Во главе небольшой группы находился Аран.

Глава 14

Мы смотрели друг на друга, не отрываясь. Его взгляд жадно блуждал по моему лицу, и я с большим трудом заставила себя отвести глаза.

— Тари!

Голос Мэхора едва не заставил меня подпрыгнуть в седле, и я снова одернула себя, с раздражением отмечая, как сильно хотела услышать его, как жадно ловила взглядом каждое его движение.

— Сар, — отозвался Кихиро, обращаясь к коменданту подчеркнуто официально, тем самым возвращая меня в суровую действительность.

Аран тоже будто очнулся, он дернул головой и окинул ассурийца острым взглядом, затем кивнул.

— Я… — он прокашлялся, снова обращаясь ко мне: — Мы ожидали вас, но не знали откуда и как…

Он заглянул мне за спину и, заметив капитана, застыл. Снова внимательно осмотрел нашу троицу, будто еще надеялся увидеть кого-то другого.

— А где Ворд?

Ком встал в горле. Именно сейчас я особенно остро ощутила то, как мне сильно не хватает Йоды, ведь прошло слишком мало времени, рана была слишком свежей.

— Он… — Я сглотнула, стараясь протолкнуть вставший в горле ком. Прочистила горло, но ответ все равно вышел слишком хриплый и оттого звучал еще более жалко: — Ворд погиб.

Слова повисли в воздухе. Во взгляде Арана мелькнуло сочувствие, но он быстро взял в себя в руки, снова превращаясь в высокородного.

— Мне жаль, Тари…

На нас смотрели его люди, на нас смотрел Кихиро, и даже Холлер стал свидетелем этой сцены. Все это мне совершенно не нравилось.

— Мне тоже. Но на данный момент у нас есть дела, не требующие отлагательства.

— Я, разозлившись на себя и взяв в руки, указала на нашего спутника. — Это капитан Холлер, он из Тенаранкса, города, что расположен под другим куполом.

Аран, как и сопровождающие его воины, уставились на капитана так, словно вообще не ожидали увидеть человека на его месте. Оно и понятно. Несколько часов назад и я не подозревала об этом.

— Капитан, это Аран Мэхор, — сказала я и снова обратилась к коменданту: — Сар, многое изменилось. Все изменилось, я объясню по дороге.

И тронула поводья, первой двинувшись в путь. Всадники сара Мэхора посторонились, пропуская меня, и мы направились к Цитадели. Рядом со мной во главе группы пристроился Аран, за нами след в след шли Кихиро и Холлер, слева, справа и за ними — люди Мэхора. Я ощутила, как на затылке зашевелились волосы, когда, следуя еле заметному жесту Арана, его воины взяли капитана на мушку. Нет, практически ничего не изменилось, только я ощутила чуть заметное напряжение в воздухе, словно волна статики прошла от макушки до пят.

— В этом нет необходимости, — тихо произнесла я, не сомневаясь, что он меня услышит. — Капитан, как и сила, что он представляет, на нашей стороне. Он не опасен ни для тебя, ни уж точно для меня. К тому же с ним Кихиро…

— Позволь мне самому решать, что опасно, а что не опасно на той территории, что отдана под мою защиту. К тому же однажды я уже послушал и потерял тебя там, где ты была, как казалось, в полной безопасности. И поверь, совершив очередную ошибку, я научился доверять только себе. А сейчас мне бы хотелось узнать, что, к Низшим, произошло? С самого начала, Тари…

Аран подъехал слишком близко, практически касаясь моего бедра своим, и, склонившись ко мне, сжал мою руку, лежащую на бедре. Я не могла вымолвить ни слова, как и отдернуть свою кисть, вырывая ее из его крепких, горячих пальцев. Сейчас бы это выглядело по-детски, а этого я допустить не могла. Отвернулась, сглатывая очередной ком и стараясь взять под контроль собственные чувства, но так и не смогла.

С одной стороны, внутри все кричало от восторга и радости, что, как мне казалось, уже остыли на фоне произошедших с нами событий. Но теперь я поняла, что стала воспринимать Арана даже острее, тело и душа жаждали его прикосновений, даже таких простых. Разум боролся с чувствами и явно проигрывал в этой битве. Не знаю как, не знаю почему, но я, повинуясь непреодолимой внутренней силе, развернула руку ладонью вверх, позволяя ему переплести наши пальцы. Еще пару секунд я молчала, просто наслаждаясь, а потом постаралась максимально коротко и понятно рассказать ему все. Думала, что не смогу сосредоточиться, но, к собственному удивлению, отметила, насколько ясно и свободно могу излагать свои мысли, как я собрана и спокойна.

Рассказ в любом случае занял бы немало времени, так что я старалась быть краткой, но при этом не пропустить ничего важного. Никто меня не перебивал, только иногда Аран задавал короткие уточняющие вопросы.

Самой сложной, однако, оказался тот момент, когда мне пришлось рассказать, как погиб Йодер Ворд. Многие знали его и в крепости, и вне ее. Рассказать и о себе. Я все думала, можно ли обойтись без этого, но поняла, что придется все объяснить. Нужно было сообщить все, хотя я страшилась его реакции. Боялась того, что он отвернется от меня, поняв, какое я на самом деле чудовище: искусственно созданная жизнь, чуждая и этой земле, и этому миру. Кокон, наполненный странной, неправильной силой, способной поднять в воздух джет и слиться разумом с неживым чужим организмом. Если Аран и был изумлен, то хорошо это скрыл, чего не скажешь о его воинах, прожигавших взглядами мой затылок, словно у меня там рога выросли.

Наконец перед нами выросли башни Цитадели, укрепленные стены и бойницы. Лошади были вымотаны, как и мы трое, но ни о каком отдыхе и речи не шло, хотя я бы не отказалась поспать часов двадцать, будь моя воля.

Тяжелые ворота поднялись, пропуская нас внутрь, и на меня обрушился шум и лязг металла: люди готовились к войне. Всюду сновали патрульные и простые солдаты, я увидела даже пару магов, сумев самостоятельно их определить. Стоило нам въехать, как взоры всех находящихся внутри обратились в нашу сторону.

— Сари! Сари Лексан! Сари! — раздалось с разных сторон.

Один из капитанов пограничного патруля рванул в нашу сторону, но Аран тут же поднял руку, предупреждая дальнейший поток слов и останавливая молодого мужчину.

— Все потом, главы городов собрались здесь, им тоже нужно все рассказать.

Я кивнула, спешиваясь с уставшей лошади. Больше всего мне хотелось рухнуть на кровать и послать все к низшим, но, увы, такую роскошь не мог позволить себе ни один из нас. Холлер последовал моему примеру с явным облегчением и некоторой заминкой слезая вниз.

— Тебе нужно отдохнуть, — тихо проговорил Аран, подойдя почти вплотную, так что мне пришлось сделать шаг назад, сдерживая собственные порывы. Я покачала головой.

— Не сейчас. Соберите всех, сар. Керсы могут ударить в любое время.

Он промолчал, обдумывая мои слова, но не согласиться с ними не мог.

— Хорошо. Валас!

К нему тут же подбежал молодой патрульный, совсем недавно поступивший на службу. Он окинул меня благоговейным взглядом.

— Сар. Сари! — И отдал честь.

— Передай главам, чтобы они собрались в большом зале через пять минут.

— Хорошо.

Парень кинулся исполнять поручение.

— Нам вина, воды, что-нибудь… — я не успела договорить, как Аран уже снова позвал кого-то. Нам принесли фляжки с холодной водой, и я с наслаждением сделала первый глоток. Совершенно выжатый Холлер не отставал от меня.

— Думаю, главы должны нам многое объяснить. — Рядом тут же оказался Кихиро, внимательно рассматривая Арана и поигрывая флягой в руке.

Мэхор бросил на него недовольный взгляд.

— Не нужно намеков, я сам многого не понимал до сегодняшнего дня. Сейчас важнее другое — найти привратника. Для этого необходимо отправить отряды к той крепости, где вы его обнаружили. — С этими словами Аран двинулся к замку.

— Вряд ли он все еще там, — отозвался шедший за нами капитан. — Пункт управления кораблями должен быть в другом месте, иначе бы атака уже началась. К тому же без книги, что была у сари, мы ничего не найдем.

Аран оглянулся и, обведя нас всех взглядом, остановил его на молчавшем до этого момента Холлере.

— Что?

И тут было самое время хлопнуть себя по лбу. Я совсем забыла, что местные не понимали языка наших новых соседей. И если у Холлера был переводчик, то Мэхор похвастаться этим не мог и теперь стоял, непонимающе разглядывая нашего спутника. Тот быстро сориентировался и достал откуда-то из своих многочисленных карманов плоскую коробочку. Крышечка отъехала в сторону, являя нам несколько пар блестящих трансеров.

— Прикрепи одно к раковине уха, — я кивнула на протянутую коробочку, — это вещь помогает понять их язык. Адаптируется к любому диалекту.

Я коснулась своего уха, демонстрируя ему, как именно крепится устройство. Аран послушно взял один кружок, некоторое время с подозрением разглядывая его, потом все же последовал моему совету.

— Холлер прав, — сказала я и зашагала дальше, — не думаю, что привратник сидит в своей крепости и ждет нас, тем более, если бы ее так просто было обнаружить, наши патрули уже давно бы ее заметили.

— И где же его искать?

Со мной поравнялся Кихиро.

— Это мы и обсудим на совете.

Глава 15

Совет Глав Трех городов или просто Совет Трех собирался только по исключительно кардинальным причинам, последний раз это случилось пятьдесят лет назад, когда на нас обрушилась засуха. Урожай горел, животные дохли на берегах пересохших водоемов, люди погибали от голода. Пришлось приложить немало усилий, чтобы исправить все и вновь оживить наши земли. И вот спустя столько времени они опять собрались, на этот раз даже не в столице Ассура, а здесь, на границе мира. Мне было не совсем понятно почему, но это не имело особого значения. Главное, что они прислушались к Арану, не сочтя ни мои слова, ни доводы наверняка ошарашенного увиденным коменданта пустым трепом.

Хотя, с другой стороны, возможно, они ожидали чего-то подобного. Если верить Кихиро, то посвященные его семьи знали о давно похороненной тайне, даже если и считали это легендой. Я вполне допускала, что нечто подобное было ожидаемо, ведь несмотря ни на что, среагировали они слишком быстро и слишком «хорошо».

С этой идеей и в сопровождении Арана, Кихиро и Холлера я добралась до большого зала. Мы остановились перед высокими дверьми и дорогу нам преградил тот самый Валас. Он вновь уставился на меня, прожигая странным, полным обожания взглядом. Аран недовольно рыкнул, а откуда-то сбоку раздалось хмыканье Кариме. Я, сдержав улыбку, незаметно пихнула ассурийца в бок.

— Простите, сар, — парень смущенно покраснел, — главы уже ожидают вас.

— Отлично! — Аран без церемоний отодвинул Валаса в сторону и распахнул тяжелые двери.

В центре облицованного камнем помещения со сводчатым потолком стоял круглый стол, вокруг него и расположились представители Сашата, Ероки и Ассура вместе со своими военачальниками и высокопоставленными военными магами. Стены зала не были украшены гравюрами или полотнами, как в залах Ассура, лишь факелами и оружием. И опять при нашем появлении в первую секунду воцарилась абсолютная тишина, а все взоры обратились на нас. Я почувствовала себя немного неуютно, на этот раз обожания ни в чьих глазах не было, только настороженность. Я инстинктивно подалась назад и ощутила, как на мое плечо опустилась ладонь. Кариме таким привычным и практически родным жестом сжал мою руку, придавая сил и уверенности.

— Уважаемые сары! — Аран решительно обогнул стол, потом указал нам на пустые стулья, при этом резанув острым и злым взглядом Кариме. Мы медленно проследовали к столу и заняли предложенные места.

— Позвольте представить вам моих людей: Сари Лексан, Кихиро Кариме и… — Аран на секунду запнулся. — Капитан Холлер. Он прибыл к нам из соседних земель. Как вам уже известно, такарских.

Поднялся гул. Сильнейшие мира сего с негодованием зарокотали, возмущаясь и перебивая друг друга.

— Как такарских?!

— Наших врагов?!

— Почему он не в цепях?!

— Вы сами утверждали, что они несут смерть!

Холлер только скривил губы, что было достаточным проявлением эмоций со стороны вояки. Аран хлопнул ладонью по столу так неожиданно, что я чуть не подпрыгнула. Сразу повисла тишина.

— Прошу простить меня, сары, но времени на споры у нас нет. Поэтому позвольте мне все объяснить.

— Что объяснять, Мэхор? — недовольно отозвался Алем, высокий седовласый мужчина, сохранивший широкий разворот плеч даже в столь преклонном возрасте. Алем Сандар был владыкой Ассура, его род один из древнейших, уже несколько десятилетий наследовал кресло правителя. — Разве ты уже не объяснил нам все? Разве мы не видели сари Лексан, чей образ совершенно невероятным образом настаивал на том, что такары наши враги и…

— Простите, сар Сандар, но все оказалось не так. И мы сейчас все поясним. Тарина!

Мое имя прозвучало как выстрел. Я встала, держась за край стола и ощущая под пальцами гладкую поверхность отшлифованного дерева. И снова мне пришлось пересказывать нашу историю. Радолос не дал нам ничего, что могло бы подтвердить мои слова, вроде голографического проектора, как у привратника. Но я понимала, что присутствие капитана Холлера должно говорить само за себя.

Алем Сандар был самым старшим среди правителей, и по мере моего рассказа его глаза становились все более задумчивыми. Возможно, он один из первых поверил мне. Остальные же, Морис Таллаский из Ероки и Квитус Рейхард из Сашата, смотрели так, словно это я угрожала их власти. Действительно ли они видели во мне угрозу? Настоящую или будущую?

Когда я закончила свой рассказ, в зале повисла тишина.

— Вам также придется поведать нам кое-что. — Кариме облокотился локтями на столешницу. — Мой род давно знает легенду о звере, но мне кажется, что вы, уважаемые главы, можете пролить на эту историю больше света.

— Это сейчас не столь важно, — сдержанно отозвался Морис, — куда важнее знать, можем ли мы доверять этим… такарам. — Он метнул взгляд на Холлера.

— Он прав. — Квитус встал. — Откуда нам знать, что такары не поджидают нас за границей купола со своим войском, чтобы напасть? Мы не можем полагаться только на их посланника, он может быть шпионом.

— Но ведь вы не можете отрицать, что именно керсы начали все это? — Я тоже поднялась со своего места. — Вы же знаете легенду…

— Нельзя полагаться на какую-то легенду. — Квитус метнул в меня неприязненный взгляд. — Прошли сотни лет. Слова потеряли смысл, легенды потеряли истину.

— Но на нынешние факты вы ведь в состоянии полагаться? — не сдавалась я. — Мы с Кихиро лично видели город такаров, люди там не являются их рабами, более того, они построили удивительный мир, о котором мы можем только мечтать.

— Это не довод! — прогремел Морис. — Никто не может ручаться за их честность.

— Наши войска стоят у границ, нельзя верить этим животным!

— Вдруг это всего лишь уловка и обман?!

Аран поднял руку, требуя тишины.

— Я прошу вас, сары…

Тут встал Холлер. И хотя вид у него был все еще бледный и немного уставший, но спина оказалась такой же идеально ровной, как и в нашу первую встречу.

— Тарина, переведите им мои слова.

Я кивнула, и он продолжил:

— Я прекрасно понимаю, что у вас нет веских оснований доверять нам. Мы прожили порознь слишком много лет. За это время мой народ немало вытерпел, прежде чем нам удалось достигнуть понимания, а затем и расцвета. Как и вы, я глубоко ценю нашу историю. Нашу общую историю, в которой мы когда-то были единым народом. И не стал бы предавать ее ни за что на свете. — Он оглядел всех.

— Мы вам не враги. Все, чего мы хотим — это воссоединения и мира, чтобы возродить наш общий дом из пепла. Оживить его.

Холлер замолчал и дал мне возможность перевести присутствующим его короткую речь. Если они и поверили, то не до конца. Аран встретился со мной взглядом.

— Сары, допустим, что легенда — правда. В этом случае, что бы вы решили?

Все молчали. Тут Алем глянул на меня и на секунду показалось, что он подмигнул.

— В этом случае, сар Мэхор, — правитель Ассура прокашлялся, — вся эта история выглядит более чем правдоподобной. И все же позвольте задать Вам вопрос. Вы доверяете им? Такарам?

Аран колебался лишь мгновение. Он снова посмотрел через стол на меня.

— Я доверяю сари Лексан. Я бы доверил ей не только свою жизнь, но и жизнь всех ассурийцев. — От его слов у меня перехватило дыхание и тут же позорно вспотели ладони. — И если она говорит, что небо синее, значит, так и есть.

И опять все уставились на меня, а я, кажется, уже начала привыкать к повышенному интересу к собственной персоне.

Алем удовлетворенно хлопнул в ладони.

— Что ж, пусть будет так. Друзья мои, боюсь, нам придется довериться словам сара Мэхора и наших отважных воинов.

— При всем моем уважении… — начал Квитус, однако не успел договорить, прерванный Алемом.

— При всем моем уважении, Квитус, ты должен признать, если бы такары хотели, они бы давно нашли способ пробраться сюда. А теперь в сторону пустые споры, сары, пора поговорить о насущном.

Как ни странно, но противоречить старейшему из правителей на этот раз никто не стал. Даже Квитус послушно сел на свое место. Аран еле заметно хмыкнул, хотя вид имел при этом совершенно невозмутимый.

— Раз все сошлись во мнении, — он выделил последние слова, — осталось найти привратника-керса и забрать у него этот… пе-ре-дат-чик, это в лучшем случае. А в худшем — придется вступить в бой.

Я покачала головой.

— Откровенно говоря, шансы у нас небольшие, но я уверена, что нам в любом случае придется вступить в бой.

— Какова численность такарских войск?

— Почти сто тысяч солдат, плюс боевые джеты и оружие дальнего поражения. — Холлер снова был в своей стихии. Но мне пришлось остудить его энтузиазм.

— Керсы вполне могут похвастать тем же самым. К тому же у вас нет кораблей, способных летать так же высоко, как флайеры керсов. Они просто разобьют нас сверху.

— Как высоко вы можете… взлететь? — вмешался Аран.

Теперь мы разговаривали втроем, и я не утруждала себя переводом слов Холлера для остальных.

— Восемь-девять тысяч метров над уровнем моря.

— Этого недостаточно, — задумчиво отозвался Аран.

Я его понимала. Я видела пики-восьмитысячники на пограничных территориях. Эти горы уходили верхушками в облака, но при атаке сверху все равно такая высота была бесполезной. Керсы истребят нас, как коршуны воробьев.

— Есть еще один вариант. — Холлер обвел собрание взглядом. — Найти керса- привратника и задать программу самоуничтожения всем кораблям-боеносителям. В головном центре управления вполне можно осуществить подобное.

— Хорошо. — Кариме постучал пальцами по столу, ловя непонимающие взгляды Арана и глав городов.

И если вторые не понимали речи капитана и могли только делать выводы о нашем разговоре, основываясь на наших с Араном и Кариме словах, то сам сар Мэхор терялся, когда мы использовали новые незнакомые ему понятия и названия. — И где нам искать его? Где этот центр управления?

Теперь замолчали мы все, ответа не знал никто.

— Есть предположения? — Аран повернулся к Алему. Тот только поджал губы. — Не может быть, чтобы древние роды ничего не знали об этом.

— Аран, все, что мы когда-либо знали, давно поросло былью. От наших знаний остались только легенды да старые книги. Если что и рассказывали, то лишь как сказки. Но если ты настаиваешь, спроси у своего помощника, юнца Кирона. Кстати, не вижу его здесь.

Аран удивленно вскинул брови, но сказать ничего не успел. Дверь с грохотом распахнулась и на пороге показался тот самый секретарь Мэхора. Кажется, врываться без стука было его отличительной особенностью, и не важно, насколько высокопоставленные люди сидели по ту сторону.

— Я здесь, сар Сандар!

Мальчишка вихрем влетел в зал, что-то неся в руках. Присмотревшись, я с изумлением поняла, что это книга. Та самая книга, если судить по корешку, что я изучала так долго и оставила в собственной спальне.

— Простите. Простите. Мое почтение, уважаемые сары.

— Мо, — прошипел Аран, и я невольно улыбнулась, — паршивец, что ты творишь? Ты подслушивал?

Не обращая внимания на возмущенные взгляды и пламя, изрыгаемое Мэхором, Мо остановился, только когда оказался между Араном и Алемом Сандаром, чуть склонив голову в знак уважения.

— Я прошу прощения, у меня безотлагательное дело.

— Какое дело? — снова прошипел Аран.

— Это! — Мо положил на стол книгу. — Кажется, я все понял.

Я едва не вскочила со своего места. Неужели ему удалось расшифровать то, над чем я билась безуспешно столько времени?!

— О, еще бы, — улыбнулся Алем, — забыл тебе сказать, Аран, что твой помощник принадлежит к одному из древнейших родов, между прочим, куда старше моего.

Мы с Кариме переглянулись. В глазах остальных присутствующих, кроме капитана и Кариме, читалось явное уважение и чуть ли не благоговение. Я снова хмыкнула, наконец поняв, почему этот парень привык открывать все двери чуть ли не пинком ноги. Абсолютно все.

— Вот как… И почему я не знал? — Аран прикоснулся к книге.

— Потому что это ветвь потомственных магов. Ты же знаешь, мы не афишируем эти семьи.

Это была правда. Кровь, в которой находится магическая сила, держалась в строжайшем секрете. Такие маги могли учиться, как все, работать на мелких должностях и скрывать свои способности много лет, пока не наступал критический момент. Но имелось одно существенное «но». Они являлись не просто магами, которые лечили раны или помогали возводить дома.

Это были великие маги, наделенные силой, сопоставимой с мощью самой земли. Я знала об этом, но мне никогда не доводилось видеть ни одного из них, и я, как, впрочем, и все остальные, думала, что их не существует и рассказы о великих — только слова. Последний, кто явил свою силу, был маг Луар, вызвавший дождь в засуху пятьдесят лет назад. Больше о них не слышали. И вот перед нами стоял один из них. Из Избранных.

Кихиро посмотрел на меня, затем перевел взгляд на Холлера, его взгляд говорил сам за себя. Мо Кирон был не просто великим магом, вполне вероятно, он являлся потомком того самого ребенка, однажды принесенного сбежавшим такаром.

— Мо, дружище, — Кариме махнул ему рукой, — ты пропустил самое интересное.

— Отнюдь! — Парень выхватил книгу из рук Арана, чуть опять не вызвав драконий гнев. — Все, что вы рассказали, есть в этой книге. Иносказательно, конечно.

— Так! — рявкнул Аран, не выдержав, и махнул рукой. — По порядку, Мо! И еще, даже не думай, что это все дает тебе какие-то привилегии!

Тот даже не вздрогнул.

— Я и не прошу. Сар, я тоже знаком с легендой о звере. Мне говорили, что в моих жилах течет его кровь. Разумеется, это не совсем так… — Застыв на пару мгновений, он скривился и продолжил: — Хорошо. Если кратко, то получается, что мой род берет свое начало в том самом спасенном ребенке.

Я потрясенно выдохнула.

— И если всему верить, то я последний в этой ветви. Наши магические способности передаются только по мужской линии, так что сами понимаете…

— Не совсем.

— Другими словами, — Мо открыл книгу, — своей магией мы обязаны керсам, как бы ужасно это ни звучало. Они совершали над людьми те самые… эксперименты, о которых сообщила сари. И тот ребенок передал своим детям, то есть нам, свои способности. Но со временем наша кровь перемешивалась с обычной, ее сила становилась все слабее, и только прямой потомок мог нести в себе полную мощь. Было три таких рода, как три наших города. Два исчезли, это произошло около ста пятидесяти лет назад, моя ветвь — последняя. Думаю, сари Лексан уже догадалась об этом?

Глава 16

Он смотрел прямо на меня, а я молчала. Слова просто застревали в горле, не имея возможности выйти. Мысли о том, кто я и откуда, кем были мои родители, будоражили меня с самого детства. Нет, конечно, я понимала, что таких, как я, сирот в нашем мире сотни, если не тысячи. Но даже от них я неуловимо отличалась, даже среди таких же была иной.

А теперь я на секунду засомневалась, что если мы с Мо одной крови? Хотя тут же отбросила эту мысль, ведь он сказал, что сила передается по крови и только по мужской линии. Странная надежда, секунду назад вспыхнувшая глубоко внутри, моментально угасла. В голове всплыли слова привратника: «Ты дитя ОКА, Тари».

В отличие от Мо, у которого имелись родители, а возможно, и братья с сестрами, мое появление на свет было результатом чьих-то игр в бога. Я распахнула глаза — оказывается, я успела зажмуриться, не в силах вынести его взгляд. Мы снова посмотрели друг на друга, и Мо сочувственно улыбнулся.

— К сожалению, большие знания — большие печали. Но! — Он поднял палец вверх, привлекая к себе всеобщее внимание. — Я сложил вместе все, что знал сам и что услышал от сари. Теперь многое встало на свои места!

— Почему ты мне не сказал, что можешь расшифровать книгу?! — Аран снова налетел на своего помощника коршуном.

— Потому что было мало фактов, — парировал молодой секретарь. — Не забывайте, сар, что сначала сари сообщила нам совсем другое! Концы не сходились с концами, мне необходимо было самому убедиться во всем!

— И ты решил подслушать Совет Трех?

— Мне нужно было сопоставить факты! — повторил Мо невозмутимо.

Я переводила взгляд с одного на другого, как, впрочем, и все присутствующие в зале. Отношения между этими двумя были странными, но при этом довольно близкими. В какую-то секунду я вновь позавидовала Мо, захотелось быть там, быть им. Такой, как он.

— Так, хватит! — Я решила, что пора заканчивать с разговорами. Обогнула стол и приблизилась к мужчинам, встав рядом с Мо.

— Что ты нашел?

Он ловко распахнул книгу на той самой странице, где я обнаружила зашифрованный рисунок с парящим оком. Теперь я снова видела его: секретарь не пожалел копию древней рукописи и заштриховал уже весь лист, так что на нем довольно четко выступили линии скрытого изображения.

— Вы ведь нашли его, верно? Вы видели его?

Я кивнула, скосив глаза на Мо.

— Вот оно. Око! — Он ткнул пальцем в парящую фигуру. — Это и есть то, что мы ищем, — корабль с главным центром управления.

Алем склонился с другой стороны, с интересом рассматривая рисунок.

— Хочешь сказать, эта штука в небе настоящая? И этот ваш керс засел в ней?

Мо, состроив довольную физиономию, кивнул.

— Не буду утомлять вас долгими рассказами. Если кратко — керсы владели этими землями довольно долго, сотни лет до того момента, пока окончательно не исчезли. Не говоря уже о том, что продолжительность жизни любого керса была в десятки раз больше, чем человеческая. Люди считали их богами. Высшие — так мы называли этих существ. Наша цивилизация стояла на месте, не развивалась, и это также было только им на руку. Нас держали даже не за рабов, а как обычный скот.

Но время шло, энергия в их кораблях заканчивалась и нужно было что-то делать. Наверное, именно тогда ограниченные в возможностях и озабоченные поисками источников энергии керсы придумали превратить людей в эти самые живые источники. Теперь мы стали настоящим скотом. Полагаю, попыток было много. Одна из них описана в книге, вернее, это некий ключ к центру управления. Вот, смотрите… — Мо провел пальцем, обводя контур ока. — Им удалось создать первых носителей энергии. Они взращивали нас, позволяя плодиться, чтобы увеличить численность источников. И теперь корабль мог установить связь с такими людьми…

— Он подключался к живым людям, как в джетах… я… как привратник… — прошептала совершенно ошарашенная осознанием того, что именно вижу.

— Да, сари, все верно, теперь корабль мог подключаться к ним на расстоянии. Эти люди, подопытные, тоже обладали такой способностью. Некоторые из известных нам магов до сих пор обладают неким подобием этой силы, они также могут связываться друг с другом на расстоянии. Можете называть это ментальной связью. Видите вот тут линии, поднимающиеся от стоящих внизу людей? Это и есть нечто вроде потока, который перехватывали керсы. Но потом что-то пошло не так.

— Это волны… — Мой голос был глух, но названия явлений будто сами собой всплывали в голове.

Парень перевернул страницу. To, что было там изображено, оказалось мне также знакомо. Лежащие на земле тела, мужчины и женщины. Вероятно, они были истощены, больны или умирали, над лицом каждого из них маленьким кружочком был нарисован нимб.

— Все подопытные погибли. Эти круги над их лицами указывают на критическую потерю силы или энергии. Мы дали этому свое название — «душа покидает тело».

Я всматривалась в знакомые картины, теперь они обретали для меня совсем другой смысл.

— Но как это поможет нам отыскать привратника?

Юноша снова перевернул страницу, возвращаясь к предыдущему изображению.

— Я понял кое-что важное — ничто не исчезает бесследно и одно всегда переходит в другое. Наука керсов мудреная и на первый взгляд непонятная… Но я много думал и…

— Да ладно, когда только успел? — Аран не смог удержаться от ехидного комментария, но Мо, к моему удивлению, лишь улыбнулся и продолжил:

— Думаю, какие из моих способностей можно использовать.

— О чем ты? — снова спросил Аран, но теперь его голос, как и взгляд, был совершенно серьезным.

— Я уверен, что смогу связаться с этим кораблем.

Мо замолчал, совершенно по-детски закусив нижнюю губу. В зале повисла уже опостылевшая мне тишина. А ведь я считала, что удивить меня уже невозможно. Но этот юнец несколькими фразами вышиб меня из реальности. Возможно ли такое? Неужели все это происходит на самом деле?

— Чего же мы ждем? — один из главнокомандующих с ярким именем Морок поднялся, блеснув отличительным знаком на груди. — Понять все это довольно сложно, но одно ясно. Если ты можешь найти его, так чего мы ждем?

— Мы не знаем, сможем ли победить даже один корабль керсов. — Аран выпрямился, говоря это. — Хватит ли у нас сил? Не говоря уже о том, чтобы посылать ребенка в первых рядах!

— Я не ребенок! — возмутился Мо.

— Тоже мне дитятко! — одновременно с ним вставил свое слово молчавший до этого момента Кариме.

— Аран, мальчик мой, — Алем покачал головой, — у нас в арсенале Высший маг и девочка, чья сила могла бы поспорить даже с его. Поверь, все, что ты мог видеть ранее, лишь кроха его истинных возможностей. А на что способна эта девочка, я даже представить не могу!

Сар Мэхор бросил очередной странный взгляд на парня, и мне показалось, что он даже напуган чем-то. Неужели Аран знал о Мо нечто такое, что было способно заставить его так разволноваться. Затем он посмотрел на меня, на этот раз, кроме явного страха, в его глазах читалась ярость. Ярость и неверие, а еще отрицание и готовность отстаивать свое решение. Одной секунды мне хватило, чтобы понять, что он не хочет рисковать мной, но разве я его спрашивала?

— Нам… нужно срочно собрать в цитадели всех свободных магов. Остальных, сильнейших, распределить по столицам, простым людям тоже понадобится защита.

Мо кивнул, захлопывая книгу.

— Думаю, если мы объединимся с сари, то все станет еще проще. А капитан Холлер поможет нам на самом корабле с управлением. Думаю, в любом случае… Уж кто-кто, а он в этом разбирается лучше всех!

Казалось, еще секунда, и пространство вокруг Арана запылает огнем, настолько сильно он был напряжен.

— Подожди-ка! — Кариме направился к нам, вклиниваясь между мной и Мэхором, одновременно с этим заставляя меня отступить назад, практически упираясь спиной в грудь Мо. — Ты собираешься использовать ее? Она и так натерпелась у такаров…

Слава Высшим, ассуриец промолчал, поймав мой предупреждающий взгляд. Но Мо опять невозмутимо окинул моего напарника взглядом снизу вверх.

— Если сможете сделать это вместо нее, милости прошу.

Кариме, кажется, заскрежетал зубами, но промолчал, а я с облегчением выдохнула. Вставать еще и между этими двумя я было не готова.

— Тогда и правда, чего мы ждем?

Секунду спустя мир вокруг нас словно ожил: зал наполнился громким гулом голосов, захлопали двери, некоторые из магов, что до этого момента молча сидели за столом и следили за нашей дискуссией, повскакивали со своих мест и стали раздавать указания подчиненным. Я слышала топот ног и даже лязг оружия. Незаметно для всех Мо Керон коснулся моей совершенно ледяной ладони и сжал, грустно улыбнувшись.

И я ощутила это: некую связь, будто мы с ним частички одной мозаики. Такие разные, такие непохожие и одновременно с этим столь необходимые друг другу. Мы часть единого целого, и без нас, оно будет несовершенным, неправильным.

Ошарашенно охнув, я выдернула руку из его ладони и, прижав ее к груди, отшатнулась. Кариме уже отошел в сторону, а потому я попала прямиком в крепкие объятия Арана. Мо, кажется, тоже оказался напуган странной «искрой понимания», проскочившей между нами. Он в примирительном жесте приподнял ладони, будто извиняясь или стараясь успокоить меня.

— Что… что ты сделал? — над ухом тут же прогремел голос коменданта. — Мо, Низшие, что ты?..

Парень нахмурился и опустил ладони, моментально беря себя в руки и успокаиваясь.

— Это…

— Это не он! — тут же пресекла любые споры. — Это мы оба… Он прав… вместе мы… — Я пыталась, но никак не могла подобрать правильные слова, способные объяснить ту мысль, то знание, что вспыхнуло между нами, а Мо снова улыбнулся, на этот раз понимающе, а я осознала, за что именно Аран так привязан к нему.

Глава 17

Я повела плечами, стараясь вывернуться из рук Арана, что так и продолжал удерживать меня. Конечно, я могла сделать это в любой момент, но врать самой себе была не готова — я не хотела этого делать и молилась высшим, чтобы он сам отпустил меня. Словно услышав, Мэхор разжал пальцы на моих плечах и, резко выдохнув, шагнул в сторону.

— Кхм, ты хочешь сказать, — кашлянув, продолжил он прерванный разговор, а затем с сомнением перевел взгляд с Мо на меня, — что вы сможете вместе найти это… ОКО, каким-то особым образом почувствовав его на ментальном уровне?

Мо призадумался. Воспользовавшись заминкой, я решила внести ясность в намечающийся план.

— Послушайте, я не уверена, что это хорошая идея. Вдруг как только мы найдем его, то и он, так сказать, сможет обнаружить нас?

— А ты думаешь, он не знает, где мы? — голос Кариме прозвучал громко и четко.

Я дернулась, осознав, что все лишние звуки, служившие фоном и оттенявшие наш диалог, стихли. Зал погрузился в тишину, и сейчас каждое наше слово гремело под сводами потолка. Сглотнув, я покачала головой.

— Дело не в этом… Меня волнует другое, а что, если он сможет нас… э-э-э… отключить? Так же, как мы можем связаться с кораблем, так и привратник найдет способ уничтожить эту связь? Разрушить ее и… нас?

Я потянулась к лежащей на столе книге и снова перевернула страницу, возвращаясь к той иллюстрации, на которой были изображены погибающие люди. Мо не ответил. Он задумчиво покусывал нижнюю губу, потом поднял на меня глаза. И слов не требовалось, чтобы понять, что он согласен со мной.

— Я как-то упустил этот момент…

Аран вздохнул и неожиданно сильно стукнул кулаком по столу, а мы вновь вернулись к началу.

— Но ведь должен быть какой-то выход? — спросил один из продолжавших сидеть за столом Глав.

Мо озадаченно почесал затылок, и мне стало жаль парня, настолько растерянным он сейчас выглядел. От того Мо Керона, что бесстрашно ворвался в зал и столь же смело вел себя еще каких-то пять минут назад, не осталось и следа. Но так рисковать было нельзя.

— Выхода, может, и нет, — неожиданно подал голос Алем, — ко я думаю, что есть вход.

— Что?

— Вход. Дверь…

— Портал! — радостно воскликнул Мо, и все присутствующие, как один, воззрились на него. — Ну конечно, сар! Ну конечно! И как я сам не догадался?!

Алем только снисходительно улыбнулся.

— Полагаю, парочка должна сохраниться…

— Так! Стоп! Может, вы и нам наконец объясните, о чем идет речь? — Аран одним движением руки отодвинул в сторону стопку бумаг, лежавшую перед ним, и теперь сверлил взглядом правителя Ассура.

Я вполне понимала его удивление и в какой-то степени гнев. Как много всего было скрыто от нас, о скольких вещах мы даже не догадывались? Алем не успел ответить, за него это сделал вездесущий секретарь Мэхора.

— С давних времен существовали четыре портала. Надобности в этих артефактах не было, да и считалось, что незачем людям ни знать о них, ни пользоваться. За тысячи лет два из были навсегда утеряны, как и знания о них, но остальные еще сохранились.

— И где они? — нетерпеливо рыкнул Аран.

— Согласно хроникам, один из них расположен в Ероке, ко времени добираться до него у нас нет. А второй тут, в Ассуре. На землях его рода. — Мо ткнул пальцем в Кихиро.

Аран перевел ошарашенный взгляд на Кихиро. Я также уставилась на друга и напарника, который и сам выглядел потрясенным.

— В каком смысле? — Ассуриец опустил руки, что еще мгновение назад были скрещены у него на груди.

— Ты знаешь историю своего рода, Кихиро Кариме? — Алем откинулся на высокую спинку стула, с интересом разглядывая моего напарника.

Тот медленно кивнул, не отрывая напряженного взгляда от правителя Ассура.

— Как и все. Но…

— Ваша летняя усадьба у реки Мерок. Ее специально построили в том месте, чтобы защищать тайну портала. Ваш род существует, чтобы охранять это место. Неужели ты не знал?

Кихиро молчал. Его взгляд не выражал ничего хорошего, на лице заиграли желваки. Он был наследником одного из старейших родов, именно его кровь считалась истинной, но сейчас выяснилось, что его не посвятили в главную семейную тайну. По какой-то причине от него это скрывали или не хотели посвящать, и теперь ассуриец вполне справедливо злился.

— О, ну конечно же! — Алем снисходительно улыбнулся. — Истинный наследник слишком рано сбежал из дома и не достиг достаточно высокого ранга, чтобы нести столь тяжелое бремя…

— Вот как, то есть вот он достиг?.. — он ткнул в сторону Мо пальцем, а после короткой паузы, пробормотал: — Такое чувство, что все все знают, кроме меня.

При этом Кихиро прожигал взглядом молодого секретаря Арана.

— О, это не так важно, — отмахнулся Алем, — могу заверить тебя, что, не случись эта война, о портале и вовсе могли забыть. Не стоит брать в руки то, в чем ты не уверен и что не можешь правильно использовать. Но сейчас… сейчас пришло время стряхнуть с него пыль веков.

— Как много от нас еще скрыто? — Аран выпрямился и внимательно посмотрел на Мо Керона.

Нет, ему не было необходимости обращаться к правителю, ведь он, как и я, понимали, что сар Алем вряд ли раскроет перед нами свои тайны, а вот Мо… Секретарь странно застыл, будто пойманный врасплох, и отвел взгляд. Его скулы заалели, как и кончики ушей.

— Больше ничего, сар Мэхор, — наконец выдал он, закусив губу, словно десятилетка, поднял глаза и смело встретил взгляд начальника.

— Хорошо. И где искать этот портал? — Аран отвернулся и посмотрел на Кариме, хотя вопрос был адресован не ему.

— Под усадьбой есть подземный ход… туннель, обращенный на восток и ведущий на другую сторону реки. Там должна быть развилка, уходящая на юг, что вскоре утыкается в тупик. За ним и находится вход…

Сар Мэхор потер виски, прикрытые длинными темными прядями, кажется, стараясь унять боль.

— Тогда нужно выдвигаться, и немедленно, но…

— Подождите, есть еще кое-что. — Капитан Холлер, что до этого момента сохранял молчание и предпочитал не встревать в наш разговор, поднялся с места и, извлекая из своего безразмерного кармана очередную стальную коробку, произнес:

— Это портативные защитные поля. — Он смотрел то на меня, то на Арана, при этом будто игнорируя остальных. — Они помогут защитить ваши города.

— Что? — Аран перевел взгляд, полный сомнения с мужчины на меня, словно ища объяснения его словам.

— Это портативные поля, — повторил капитан и продолжил: — Они помогут противостоять энергетическим ударам. Время работы устройств не так уж и велико, но они могут сдержать напор какое-то время. Их необходимо передать в крупные центры, города, я запрограммирую их, и они сработают самопроизвольно. Нужно лишь собрать гражданское население в одном месте. Всех тех, кого требуется защитить: детей, женщин, стариков…

Мужчина положил коробочку на стол и толкнул вперед. Блестящий квадрат проскользил через всю поверхность и угодил прямо в руки Арана.

— Отлично. Эти поля точно выдержат атаку?

Холлер кивнул.

— Пока не истечет положенное время.

Аран помолчал, слушая краткие указания Холлера, а затем вкратце перевел слова капитана для остальных. Никто ничего не сказал, но в воздухе витала настороженность.

— Сар Мэхор, — обратился один из магов, с сомнением покосившись на непонятный для него предмет, — вы уверены? Мы ведь не знаем точно, чего хочет этот такар, возможно, это ловушка, чтобы захватить врасплох, а затем поработить наших людей…

— Я уже достаточно ясно высказался по этому поводу, сар Рейнар, — довольно резко прервал его Аран. — Уверен, сейчас мы должны думать не об этом, к тому же повторюсь: сари Лексан доверяет ему, а я доверяю сари.

— Ко всему прочему, сар Рейнал, — продолжил его речь Кариме, — поверьте, мы не так уж и слабы! Группа магов сумела сбить джет, на котором мы добрались до границы.

Аран поднял плоскую коробку выше, и крышка точно так же, как и у футляра с трансерами, бесшумно открылась. Внутри лежали три округлые переливчатые пластины с отверстием посередине.

— Отправьте своих людей в Сашат и Ероку, — Мэхор аккуратно передал по одной пластине каждому из правителей, — не теряя времени, прямо сейчас. Нам здесь нужны сильнейшие маги, а если это сможет защитить остальных, то мы, безусловно, воспользуемся этим шансом! Думаю, основной удар придется именно на Ассур. Скорее всего, привратник знает, что мы все собрались здесь, и попытается одним махом закончить эту войну. — Аран повернулся ко мне. — Мы должны знать о чем-то еще?

Я метнула взгляд на Кихиро.

— Да. Думаю, да. — Аран на секунду прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, похоже, стараясь справиться с очередным приступом ярости. — В крепости, где мы нашли привратника, было… еще одно существо.

— Что за существо?

Я покачала головой и на этот раз вздохнула сама.

— Не знаю. Оно было огромное. Очень. И как будто каменное. Огромное каменное существо.

— Каменное?

— Простите, что у нас не было времени поздороваться и это проверить, — язвительно влез в диалог Кариме. — Мы там выжить пытались! Но насколько мы поняли при первой встрече, тварь представляла собой сплошную каменную глыбу. Хотя в груди у нее имелось вот такое отверстие. — Кариме развел руки в стороны на уровне грудной клетки, показывая размеры того самого отверстия. — Там был словно сгусток энергии.

Совет зашумел словно потревоженный улей.

— Что это было?

— Как с ним бороться?

— Что теперь делать? Думаете, оно способно причинить нам вред?

— О да! — Кариме истерически хмыкнул. — Я уверен в этом и еще в том, что оно там не одно!

— Сары! — Мэхор пропустил мимо ушей и тон, которым говорил Кихиро, и резкие слова ассурийца. — Тише! Это существо не одно?

Я неуверенно пожала плечами и вновь посмотрела на напарника, ища у него поддержки.

— Мы видели только одного… живого. Я думаю, их больше, еще одно такое же стояло рядом, только оно не было… активным, живым… Но не уверена на сто процентов…

— Низшие, — пробормотал Алем, — только этого не хватало. Еще один из их безумных экспериментов?

— Возможно. — Мо задумчиво забарабанил пальцами по книге, а потом излишне воодушевленно затараторил: — Уверен, мы разберемся и с ними. Проникнем к Оку, возьмем управление в свои руки и…

— Все не так просто. — Я с сомнением поглядела на Мо.

— Есть еще один вариант. — Керон пожевал нижнюю губу, а мы все неотрывно смотрели на него, ожидая продолжения. — Мы можем попробовать связаться с этими существами через Око и использовать их как оружие против врагов. Нам в любом случае терять нечего!

— Ты серьезно? — Аран повернулся к нему всем корпусом. — Не слишком ли много… сил будет затрачено?

Мэхор коротко взглянул на меня.

— Мы справимся, сари гораздо сильнее, чем вы думаете.

Я молилась, чтобы мои щеки не пылали слишком ярко, и ощутила на себе все тот же лукавый взгляд Алема. Смущение, испытанное секунды назад, полыхнуло и превратилось в злость.

— Хорошо, — после короткой паузы согласился Аран, — в таком случае ты, Мо, сари Лексан, Кихиро, я и капитан отправляемся к порталу. Маги ждут сигнала, и как только начнется вторжение, вы атакуете их… корабли. Или что там будет спускаться сверху. А если на нас нападут и те существа, о которых говорила Тари…

— Големы, — внезапно подал голос Мо, — я вспомнил, это големы.

— Големы, — кивнул Аран. — До тех пор пока мы не возьмем их под контроль, часть людей будет сдерживать големов. Делайте все возможное, но не подпускайте их к близко к городам. Защитные поля, может, и крепкие, но неизвестно, как долго они способны сдерживать атаку. Все ясно?

В ответ он получил молчаливые кивки.

— Тогда за дело!

Все вокруг снова пришло в движение, и я, поддавшись суматохе, развернулась и направилась за спешащим к выходу Кариме, как вдруг меня схватили за руку и потянули в другую сторону.

— Что за?..

— Тари, идем…

Глава 18

— Тари… — Аран потянул меня в другую сторону, заставляя следовать за ним.

— Нет, сар Мэхор, стойте! Нам нужно со всеми… — Я уперлась ему в плечо и прямо на ходу попыталась выдернуть руку из его ладони. — Подожди! Аран! Отпусти же меня!..

Последние слова я практически шипела ему в спину, торопливо переступая ногами по каменному полу темного уходящего вглубь крепости коридора и стараясь при этом как можно меньше привлекать общее внимание. Но не оглянулась, когда услышала обеспокоенный окрик Кариме и перебившего его ответ Мо.

Не знаю, почему я шла за ним, не знаю, почему он не отвечал мне. Кажется, мы старались сохранить видимость какого-то противостояния. Или это только я?

Свернув за угол, Мэхор неожиданно замер, и я на полном ходу влетела в него. Тут же шарахнулась назад и тоже застыла.

— Аран, — произнесла тихо, отчего-то боясь потревожить повисшую между нами тишину.

Все звуки смолкли. Больше я не слышала ни топота чужих ног, ни громких выкриков, принадлежавших магам, ни ехидного смеха Кариме, что еще минуту назад сопровождал наше с Араном отступление, ни восторженных восклицаний Мо. Ничего, лишь только мой еле слышный голос; оглушающий стук сердца, моего или Арана, я не могла понять, и наше громкое дыхание.

— Аран, — повторила тише, и потянула на себя руку, что все еще находилась в плену его сильных и обжигающе горячих пальцев. — Аран…

Что именно я хотела сказать, осталось тайной даже для меня, так как в следующее мгновение он отпустил мою руку, молниеносно развернулся ко мне лицом и словно дикий зверь рванул вперед. Я думала, он размажет меня по стене, просто впечатает в каменную кладку, вышибая из груди весь воздух, или поцелует, да так жадно, что я и пикнуть не успею.

Но Мэхор, вопреки ожиданиям, просто обнял, но так сильно, что я на секунду задохнулась. Мгновение, и его хватка ослабла, давая мне возможность глотнуть немного воздуха, перемешанного с ароматом его тела.

— Тари… — наконец произнес он хрипло. — Моя… моя Тари…

И снова повисла тишина, нарушаемая лишь громкими ударами наших сердец.

— Тари… я боялся… что больше никогда не увижу тебя… не мог дышать, не мог думать… я так сильно боялся, что больше никогда не смогу просто обнять тебя… просто…

— Аран… — перебила его, но тут же замолчала, не в силах что-то ответить на это.

Я тоже боялась и тоже не могла представить, что больше никогда не увижу его, не услышу его голос, что не смогу ненавидеть его и любить, потому что любить будет некого… Только, в отличие от его, мои последние несколько дней выдались слишком насыщенными. Тех минут, что я позволяла себе тратить на мысли о нем, было слишком мало, но оттого они казались еще ценнее. А еще я вспомнила Йоду и то, что мне рассказал о нем Кариме. О той боли, что, должно быть, ежедневно и ежесекундно испытывал наш рыжий великан.

Только теперь я понимала в полной мере, как сильно он страдал от того, что, в отличие от меня, у него не было даже надежды хоть когда-то где-то увидеть свою любовь, просто знать о том, что она где-то есть, живая и, возможно, счастливая.

Слезы непроизвольно выступили на глазах, когда я окончательно поняла, насколько ценными были эти секунды.

— Послушай, Аран, я…

— Т-ш-ш, — прошептал он снова, согревая мою макушку своим горячим дыханием,

— давай постоим так. Позволь мне просто подержать тебя в объятиях, запомнить твое тепло, аромат твоих волос, твоей кожи…

Аран прижался ко мне щекой, а я боялась пошевелиться, стоя в кольце его рук, но последние слова заставили меня нервно хмыкнуть.

— Надеюсь, ты не хоронить меня собрался?..

— Замолчи, — на этот раз ответил он чуть зло, — не смей даже думать об этом…

Мы снова замолчали. Я стояла в кольце его рук и слушала, как бьется сердце сара, ощущала, как его грудь вздымается при каждом новом вдохе. И удивлялась.

Вначале я была уверена, что он потащит меня как минимум в собственные покои, а как максимум набросится прямо тут. Уверена в том, что в итоге не сильно бы сомневалась и сопротивлялась ему. Слишком сильными были мои чувства и слишком горьким послевкусие нашего расставания. Хотелось урвать, украсть у этого мира хоть немного того сара Мэхора, что когда-то меня покорил. Снова ощутить ту легкость, что дарили его тело и его улыбка. Но он сдерживался, хотя сквозь все его практически каменное спокойствие я подмечала и судорожно сжимающиеся пальцы, и легкую дрожь, то и дело проходящую волнами по его телу, и твердое во всех смыслах желание…

Но при всем этом он продолжал стоять, не позволяя себе ничего лишнего. А я молчала, наслаждаясь этими секундами, хотя они уже давно превратились в минуты.

— Тари… — Все же тишина надломилась под его усталым и каким-то отчаянным тоном. — Тари, я должен многое тебе объяснить…

Я даже улыбнулась, мгновенно поняв, что этот серьезный и опытный во всех смыслах мужчина, кажется, настолько взволнован, что даже сказать ничего не может, кроме одного:

— Тари, я хочу…

— Ну же, сар Мэхор… — пробубнила ему куда-то в район груди.

— И правда, Аран, уже пора что-то вразумительное сказать девушке!

От звука этого голоса мы оба вздрогнули. Я попыталась отстраниться, но не смогла, так как все еще находилась во власти рук коменданта. Сам Аран уже мгновение спустя выпустил меня из своих объятий, но лишь для того, чтобы одним движением попытаться спрятать меня за своей спиной.

— С-сар?.. — проблеяла я, обращаясь к тому, кто сейчас с легкой насмешкой взирал на нас с Мэхором. — П-простите…

И хотя в коридоре было достаточно темно, я отчетливо видела лицо немолодого мужчины, как, впрочем, и он наши с Араном.

— Вам, сари Лексан, нет никакой необходимости извиняться.

— Но… — Я закусила губу и взглянула на Арана, сейчас стоящего прямо передо мной и явно старающегося оградить меня от мужчины.

Я, конечно, понимала, что Мэхор, как и я, оказался застигнут врасплох, что было удивительно, но то, что он даже спустя некоторое время явно старался закрыть меня от чужого внимательного взгляда, удивляло.

— Сар, — просто обратился он к правителю Ассура. — Сар, я…

— Ох, мальчик мой, — Алем шагнул ближе, — ну же, хватит прятать ее от меня. Неужели ты думаешь, что я не насладился в полной мере ее видом во время собрания? Да и сам понимаешь, я давно знаю об этой девушке все, что мог бы знать…

— Сар, я прошу вас…

— Ну же, сынок, дай и мне уже познакомиться поближе с этой крошкой. Сари, могу ли я обращаться к вам по имени?

— Ч-что? — выдохнула совершенно ошарашенно, но кивнула, готовая позволить правителю Ассура все, что он захочет. — Да, конечно, сар… Алем.

— Все мы тут свои. — Он простодушно махнул рукой. — Ну-ка, ну-ка, мальчик мой,

— он вновь обратился к Арану, — хватит уже ее прятать от меня. А ты, девочка, можешь обращаться ко мне и без этого самого «сар».

— Не могу… — Я мотнула головой, понимая, что к этому человеку никогда не смогу обращаться только по имени.

Внутри меня бушевала буря чувств, таких разных и таких пугающих. Странно, что совсем недавно я довольно спокойной восприняла сам факт того, что буду находиться в одном помещении со столь высокопоставленными людьми как он. А сейчас, когда мы оказались тут втроем, вдруг ужасно разволновалась.

— Сар, я… — снова начал Аран, и я наконец обратила внимание на то, как он напрягся при появлении Алема. — Я бы не хотел…

Безусловно, он уже, должно быть, не раз общался с этим человеком и не испытывал, как я, смущения и страха. На мгновение мне показалось, что между двумя мужчинами есть определенная связь, и именно она заставляет уверенного коменданта испытывать что-то вроде смущения и, самое удивительное, страха не перед самим правителем Ассура, а перед его решением относительно меня.

От удивления я даже вздрогнула, так как осознание этого было столь ясным и столь твердым.

— Я не причиню ей вреда, мальчик мой, — неожиданно тихо и как-то устало произнес Алем. — Я не имею права на это, хотя как отец и надеялся, что произойдет чудо… Тем более теперь, когда она стала тем самым ключом, что способен открыть нашему народу путь к свободе.

— Что? — прошептала практически неслышно, переводя напряженный взгляд с одного мужчины на другого. — Я не понимаю, что…

— Сар! — хоть возглас Мэхора и был громким, твердым и даже немного яростным, я распознала в нем оттенки отчаяния и страха.

— Что? — не выдержал Алем и, сделав шаг назад, прислонился спиной к каменной стене коридора. — Я как отец… я имею право… мальчик, имею право знать, кому ты отдал свое сердце… ведь сердце — это все, что ты просил у меня… только его… и оно оказалось самым ценным… если бы тогда я знал!.. Если бы понимал, что всю ту жажду и страсть, что ты испытываешь к ней, ты мог бы испытывать к моей девочке… Если бы понимал, что подобные чувства могут сдвинуть этот мир с мертвой точки… Если бы я любил мою жену так же сильно… Уверен, что и наша девочка была бы сейчас с нами… Если бы только…

— Что мертво, то мертво, сар, — голос Арана был полон сочувствия, — и оно не может дать жизнь другому мертвому. Пора отпустить ее так, как она уже отпустила нас всех.

Аран поднял руку и коснулся пальцами своего виска. Чуть сдвинул пряди темных волос, скорее нервно, чем в жесте успокоения, и я наконец увидела то, что было скрыто от меня ранее: брачный орнамент. Яркий узор потускнел, потеряв свои краски и практически не выделяясь змейками шрама.

Алем дернулся как от удара, охнул, ноги правителя дрогнули, и он начал оседать на пол, чуть заваливаясь набок. Мы с Араном, не сговариваясь, рванули вперед, стараясь его подхватить и не позволить упасть.

— Сар! Сар Алем, держитесь! Сейчас я позову кого-нибудь! — Аран крепко сжал плечо правителя, одновременно удерживая того прислоненным к стене, и прикрыл глаза.

Я присела с другой стороны, осторожно касаясь лица мужчины.

— Сар Алем, вы слышите меня, что с вами? — Его веки дрогнули, и он приоткрыл их, смотря на меня, но будто не видя.

Даже в темноте я отчетливо видела, насколько побледнела его кожа, а губы приобрели мертвенно-синий цвет.

— Девочка моя, доченька… — чуть слышно прошептал он и снова закрыл глаза.

— Старый пройдоха! — неожиданно зло рыкнул Аран. — Какого низшего ты тут устроил? Решил по-быстрому пристроить меня на свое место?! Ничего у тебя не выйдет!

— Не будь таким жестоким, мальчик мой. — Голос правителя прозвучал неожиданно твердо.

— Я?! — Аран схватил меня за руку и потянул вверх, заставляя подняться. — Ну знаете! Это уже просто!.. Это выходит за все рамки!

— Да что, к низшим, тут происходит?! — на этот раз не выдержала я.

— Ничего особенного, Тари, ты имеешь возможность наблюдать, как правитель Ассура симулирует…

— Что? — я неверяще уставилась на пожилого мужчину, потом перевела взгляд на Арана. — Ты… ты сказал, что сар Алем хочет пристроить тебя на свое место? Что это значит? И твоя… твой…

Я нервно облизала губы и протянула руку к его лицу, отодвигая в сторону прядь темных волос. Он был там — поблекший брачный орнамент. Безжизненная печать вдовства.

Я дернулась, когда пальцами коснулась кожи и попыталась отдернуть руку, но Аран не позволил. Быстрым движением он обхватил мою ладонь и только сильнее прижал ее к своему виску.

— Я свободен, Тари. Теперь я свободен навсегда.

— Это грубо, мальчик мой! — послышалось недовольное со стороны правителя.

Он уже поднялся на ноги, опираясь о стену, и теперь выглядел лучше. Бледность сошла с его лица, губы порозовели. Только скулы мужчины были ярко-красными, по лицу стекали капли пота, а голос дрожал.

— Вы обещали мне свободу. В выборе собственного будущего и того, как я его проведу!

— Ты уже сделал когда-то выбор, — со вздохом произнес правитель.

— И заплатил за него сполна! Я сделал все, что мог!

— Я понимаю, но…

— Сары! Прекратите уже! — не выдержала и зло прорычала.

Я сумела вырвать руку из пальцев Мэхора и теперь спрятала ладони под мышками, предварительно скрестив руки на груди.

— Если вы не желаете посвящать меня в происходящее, то позвольте уйти! Тем более что наш мир вот-вот рухнет под гнетом чудовищного и явно сошедшего с ума существа, а вы только и можете, что перекидываться непонятными комментариями и пустыми взаимными упреками!

Я даже хмыкнула, неожиданно поняв, почему Аран вел себя довольно свободно с этим человеком. Секунду назад и я хотела послать его к Низшим и уйти.

— Думаю, этот разговор не для столь странного места, сари. — Из-за угла выглянул Мо.

Молодой человек улыбнулся мне открытой мальчишеской улыбкой, затем кивнул правителю и с обожанием уставился на Арана.

— Мо! — прорычал его шеф. — Ты! Ты давно уже тут?!

— Ну что вы, сар Мэхор! Я вот только что… — он тряхнул головой, указывая, откуда тут появился. — …пришел. И я все же предлагаю всем переместиться в более подходящее место. Негоже правителям Ассура в коридоре разговоры разговаривать.

Аран зарычал от досады и с силой сжал кулаки, а потом развернулся ко мне, склонился и, опустив одну руку на затылок, впился в мои губы своими. Действовал он столь яростно и быстро, что я лишь успела отметить одно его действие за другим, но вот отреагировать хоть сколько-нибудь просто не захотела. Мне уже было все равно, что происходит вокруг и как мы выглядим со стороны. Сейчас я даже не думала о том, что всего несколько дней назад он был женатым мужчиной, чужим, не моим. Что когда-то предал меня, использовал лишь для того, чтобы досадить брату.

— Ну хватит! — возмутился правитель Ассура. — Совести у вас нет! Аран!..

Но Мэхор даже не шелохнулся, продолжая яростно вжимать меня в свое тело, обняв второй рукой за талию, и только промычал что-то прямо в рот.

— Пожалуй, сар, нам пора… кхм… с вами… — закашлявшись от смущения, протянул Мо.

Кажется, правитель что-то ответил ему недовольное, но я уже не слышала его слов за шумом крови в ушах.

Когда Аран смог от меня оторваться, то, тяжело дыша, прошептал:

— В тот самый первый день, когда я увидел тебя там, на кухне в доме родителей… я…

— Нет, не надо… — взмолилась, не желая вспоминать, не желая знать…

— Надо, Тари… — Он осторожно погладил меня по голове, зарываясь пальцами в волосы на макушке и осторожно массируя. — Я напился, потому что подписал соглашение с Алемом. В тот момент я был зол, считал, что мое сердце уничтожено, а мое будущее лишено чувств… Алем… его семья сочла меня достойным преемником. Они предложили соединиться браком с его дочерью и войти в семью, чтобы в будущем стать претендентом на место правителя… Я согласился, но понимал, что это чистый расчет. А потом встретил тебя и в мою хмельную, наполненную болью и отчаянием голову пришла ужасная по своей сути идея — отомстить Ринару… Отомстить тому, по чьей вине я был вынужден продать себя….

Я слушала его сбивчивую речь и испытывала ужас. Пыталась понять, о чем он говорит, и осознать, что ждет меня дальше. Дернулась, желая отстраниться, но Мэхор не позволил. В секунду пространство вокруг нас вспыхнуло алым и мы оказались в огненном коконе. Жар нарастал, как и злость в голосе мужчины:

— Я поступил ужасно, кошмарно! Такому нет оправдания, хотя я и пытался оправдать сам себя, говоря, что Ринар поступил еще хуже… Но… я чудовищно обидел ту единственную, что смогла показать мне, что мир не так ужасен и жесток. Ту, что за несколько дней смогла вернуть моему сердцу свободу и вдохнула в меня жизнь.

Пока он говорил, я старалась вывернуться из его рук — молча, не издавая ни звука. Но Аран был опытным и, безусловно, более сильным, чем я. К тому же стена огня, окружавшая нас, пугала не меньше его слов. А потому я решила использовать единственное доступное мне средство. Вцепившись пальцами в пластины, украшавшие его куртку на груди, сосредоточила на них всю свою злость и пустила электрический импульс. Аран вскрикнул, озаренное огнем лицо искривила маска боли, но он не выпустил меня. Пламя вокруг нас затрещало, становясь сильнее, так и норовя заставить плавиться каменные стены.

Я взвыла, понимая, что он собирается терпеть ту боль, что сейчас испытывает. Терпеть до самого конца, каким бы это конец ни был. Я остановила бьющие в него разряды, понижая их мощь. Аран чуть расслабился, тяжело дыша, продолжая крепко прижимать меня к себе.

— Позволь… мне нужно… нужно объяснить… так тяжело… я же поверил тебе… твоему посланию… безоговорочно… позволь и… мне… ты должна поверить…

Глава 19

Я ничего не ответила, лишь ткнулась лбом ему в грудь, окончательно сдаваясь. Прошло несколько долгих минут до того момента, как Аран начал снова говорить. Но я не торопила его, проявляя невиданную щедрость.

— Когда я встретил тебя, моей единственной целью была месть, — Мэхор говорил медленно, словно подбирал каждое слово и взвешивал его. — Тогда я считал, что все женщины такие, как она. Думал, что смогу отомстить Ринару за то, что он отобрал у меня Алексу, просто отобрав тебя, окрутив, подчинив… но так и не смог понять, когда сам оказался в полном подчинении… начал верить в собственные слова и совсем забыл о том, что меня ждет впереди.

— Алексу?.. — ошарашенно прошептала я, — Адалик?..

Аран лишь коротко кивнул, а у меня в голове, наконец, все встало на свои места.

Я сидела на краю кровати в выделенной нам с Ринаром комнате и нервно постукивала пальцами по коленям. Вот уже почти три недели мы с напарником жили в доме его родителей. После того как я получила травму, Рин практически все время проводил с «друзьями», оставляя меня тут. И если в первые дни это было просто невыносимо, то потом все изменилось.

В доме, кроме меня, находился его старший брат Аран. В самом начале показалось, что он меня невзлюбил — чего только стоили его прожигающий взгляд и кривая, полная отвращения ухмылка. Но потом все изменилось, и я поняла, что сильно ошибалась в этом человеке.

Каждый день я удивлялась, насколько они похожи и в то же время разные. Ринар был младше брата почти на десять лет. Как я поняла, он у родителей поздний и невероятно любимый ребенок. Я сразу отметила, с каким странным выражением лица Аран иногда смотрел на то, как их родители общались с младшим сыном, и только со временем осознала, что для них Рин навсегда останется ребенком, в то время как Аран будет взрослым и старшим.

Также меня удивляло то, что вопреки ожиданиям, Аран не высказывал никакой ненависти или негатива к младшему брату, спокойно реагируя на все его подначки и «уколы», хотя из рассказов Рина сделала вывод, что они не ладят, а за последнюю пару лет их отношения совсем испортились.

Пока думала обо всем, что произошло за последние дни, я не заметила, как оконная створка скрипнула и медленно распахнулась.

— Тари, эй, Та-ари, — раздалось с той стороны, — да помоги же мне!

Подскочила на месте, приблизилась к окну и осторожно выглянула. Ринар висел с той стороны, крепко держась за край рамы, но при этом не в силах сдвинуться с места. Пояс его форменных брюк зацепился за край деревянного штыря, и если бы Рин просто подтянулся, то остался бы без штанов. Помочь себе сам он тоже не мог, слишком неудобно был расположен штырь.

Я хрюкнула, сдерживая смех и удивляясь, как он умудрился не зацепиться ранее? Ведь Ринар столько раз уже пробирался в дом этим путем.

— Хватит ржать, помоги же!

— Хорошо, хорошо! Сейчас!

Я высунулась из окна, склонилась, упираясь бедрами в раму, и с трудом освободила парня из ловушки. Спустя мгновение после этого он спокойно подтянулся на руках и, что-то бубня себе под нос, ввалился в комнату.

— Двигай!

Он нетерпеливо отпихнул меня в сторону и практически с разбегу завалился на кровать.

— Блаже-енство! Эй, Тари! — Он кряхтя перевернулся на бок. — Не скучала сегодня?

Я, кажется, даже вспыхнула от смущения. А взглянув на парня, смутилась еще больше. Сейчас я испытывала целую бурю чувств, что сводили меня с ума, лишали сна и сил, практически душили. Я смотрела на Ринара и видела в нем копию его старшего брата. Именно в нем, в Рине, а не наоборот. Я даже не удивилась, осознав эту мысль, просто отметила ее так же, как и ту, что изводила меня вот уже неделю. Аран так похож на столь долго и слепо обожаемого мной Ринара, но в то же время он совершенно другой — внимательный и спокойный, хотя за этим его спокойствием угадывалась невероятная, практически огненная страсть. Он искуснее в любом деле и знает ответы практически на все вопросы.

Конечно, в нем не было ни той неутомимой живости, что ключом била в его младшем брате, ни безудержного отчаяния. Аран казался внешне спокойным и очень терпеливым, но за фасадом этой какой-то взрослой степенности было спрятано что-то невероятно живое, постоянно рвущееся наружу и словно требующее, чтобы его раскрыли.

Вначале мне пришлось в одиночку сидеть в чужом доме, так как родители Рина и Арана уезжали по делам, а сам напарник смывался из дома. Тогда я всего два раза встретилась с Араном Мэхором. И оба раза он был очень внимателен и дружелюбен. Узнав, что мне скучно, сначала предложил попрактиковаться на ножах во дворе, но поймав мой скептический взгляд, очень внимательно посмотрел прямо в лицо и неожиданно развернулся спиной.

— Идемте, Тари.

Я удивленно застыла, так как это самое «Тари» у него вышло настолько правильно и привычно, хотя до этого так меня звал только Ринар, из его уст мое имя всегда звучало немного насмешливо.

— Ох, я прошу прощения, сари Тарина. Просто дома мы всегда обращаемся к родным по имени, — по-своему истолковал мое молчание Аран.

A я снова зарделась и опустила взгляд, так как обман, придуманный Рином, сильно меня смущал. И вообще претило врать родителям Рина, столь сердечно принявшим нас у себя дома, а теперь еще и старший брат отнесся ко мне со всем вниманием и заботой, а я…

— Ну что вы, сар Мэхор, я просто… Зовите как вам удобно, я просто удивлена…

— Хорошо, Тари. — Он обернулся и бросил на меня лукавый взгляд. — Тогда и вы зовите меня по имени.

Мужчина протянул руку и мотнул головой, указывая направление.

— Ну идем?

— Куда мы?

— Туда, где, я просто уверен, вам понравится!

Несмело дав ему руку, я последовала за вмиг приободрившимся молодым мужчиной.

— Я заметил, с какой жадностью вы рассматривали книги в гостиной и, кажется, уже успели прочитать их все.

— Почему вы так решили? — Чуть прихрамывая, я следовала за ним.

— По тому, как ловко и смело вы дискутировали на вчерашнем семейном ужине, используя материалы, изложенные в одной из работ Переота, а это, поверьте, очень редкое издание, и чтобы его достать, пришлось побегать! А самое главное, ужасно нудное! Если уж вы прочли его, вам должно быть очень скучно.

— Простите, я не знала, что это ваши книги. Не хотела трогать чужие вещи, просто подумала, что если они там, то…

— Тшш! — прервал он мою речь, как раз когда мы остановились рядом с дверью темного дерева в незнакомой мне части дома, что принадлежала исключительно чете Мэхор.

Аран осторожно взялся за ручку и распахнул передо мной дверь, за которой оказалась невероятная сокровищница: библиотека, где две из четырех стен были полностью заняты полками с книгами.

— Высшие! Что это… — выдохнула я ошарашенно. — Невероятно! Но откуда? Столько?! Я могу?.. Можно мне?.. — Я протянула руку, указывая на полки с книгами, а Аран сделал пасс рукой, одновременно приглашая меня внутрь и зажигая настенные светильники.

— Нужно! Это библиотека отца. Он собирал книги десятилетиями, как, впрочем, и его отец. И отец его отца… Когда-нибудь и я продолжу эту традицию.

— А Ринар?.. — не смогла я промолчать.

— А он, кажется, даже не подозревает о существовании этого кабинета, — сар Мэхор рассмеялся. — Прошу! Как будущей родственнице открываю вам доступ к семейным тайнам!

На следующий день, после того как родители Ринара вновь уехали из дома, а сам он торопливо последовал за ними, я отправилась в библиотеку. Там-то меня и обнаружил Аран Мэхор.

— Тари, вы тут? — удивленно замер он проеме двери. — А я думал, вы…

Я застыла на стуле, растерянно хлопая глазами, так как не предполагала встретить здесь кого-то, уже привыкла, что днем дом пустовал.

— Я… да, — наконец выдала вслух.

— Ринар вновь бросил вас одну, Тари, и, кажется, решил поступать так до конца каникул?

— Я… — вновь не нашлась с ответом, лишь молясь Высшим, чтобы не раскрылось истинное положение дел.

— У н-него дела… — промямлила я. — А у меня…

— Нога, — закончил за меня Аран, улыбнулся открыто и дружелюбно. — А вы, Тари, любите птиц?

— Птиц? — Я даже выпрямилась на стуле.

— Птичек. Ма-а-аленьких таких… птенцов…

— П-птенцов? — кажется, я совершенно перестала понимать его. — Наверное…

— А хотите я вам покажу кое-что?

— Что? — Я даже смогла улыбнуться, правда все еще с трудом понимая, что он от меня хочет.

— Что-то! — Я не удержалась и рассмеялась, так как сейчас Аран Мэхор очень напоминал Рина. — Это совсем рядом, так что устать не успеете! Идемте! Вам понравится!

Не знаю почему, но я лишь кивнула и с готовностью поднялась с места. Возможно, все дело было в том, что в доме невыносимо скучно, а возможно, меня подкупил сам Аран Мэхор.

В тот день он отвел меня на заросший тиной пруд, что располагался неподалеку, и показал утиное семейство с десятком очаровательных утят. Долго рассказывал о самом пруде, о том, сколько интересных вещей они с Рином отыскали на его дне, когда летом проводили время в родительском доме. Аран рассказывал так интересно, что я и не заметила, как за этими историями пролетел целый день.

В следующий раз он позвал меня в лес, показывал и рассказывал про местных животных, историю этих мест, о той ее части, конечно, что дошла до наших дней.

Каждый раз, когда я оставалась одна, Аран оставлял все свои дела и уделял какое- то время мне. Это не всегда были поездки или прогулки, чаще всего он занимал одно из кресел в библиотеке и рассказывал что-то о книге, что я в тот момент читала.

Так, день за днем, мы сближались, все больше времени проводя вместе. Я рассказывала ему о нашей с Рином жизни, а Аран — об их детстве. Но самым удивительным было то, как мы с ним, не сговариваясь, умудрились сохранить в тайне эту связь. К моменту возвращения четы Мэхоров и Ринара мы уже ничем не напоминали ту сплоченную общей тайной парочку, коей и являлись. Единственное, что изменилось, — Аран перестал посещать семейные ужины.

Постепенно наша странная связь превращалась во что-то совершенное иное. Теперь я не могла заснуть, если вечером перед входом в нашу с Рином комнату замечала в дальнем конце коридора блеск темных глаз. Аран словно провожал меня ко сну, иногда в темноте я могла рассмотреть, как его губы шевелятся, и была уверена, что в этот момент он шепчет: «Спокойной ночи, Тари».

Я улыбалась ему в ответ, также желая ему сладких снов. А потом падала в постель и не могла уснуть, ожидая возвращения своего «жениха».

— Сначала я просто наблюдал за тобой, — говорил Аран, продолжая крепко удерживать меня в своих объятиях, — наблюдал словно охотник за дикой уткой, опустившейся на гладь лесного озера. Изучал тебя, узнавал. Видел, как ты смотришь на него, как живешь им, как дышишь им… Низшие, как я ненавидел тебя в те минуты, как желал уничтожить и его, и тебя… Тебя даже больше — за то, кем ты была для него, как смотрела, как впитывала каждое его движение, каждый его жест… Ненавидел каждую каплю твоих чувств к нему…

Я дернулась, стараясь вывернуться из кольца его рук, но Аран лишь сильнее сжал объятия, рискуя сломать мои ребра. Его речь ускорилась, стала более страстной, дикой и сбивчивой. Он перескакивал с одной мысли на другую. А я хотела лишь одного — чтобы он замолчал.

— Спустя пару дней я уже знал, что и как сделать, где поставить сети, как касаться тебя, как переключать внимание с этого маленького ублюдка на себя, как заставить все твои мысли, все твои чувства, столь невинные и столь страстные, обратить ко мне. Я мечтал разбить тебя на его глазах как хрупкую статуэтку.

Я молчала, лишь сильнее напрягая мышцы и стараясь вывернуться. Но Аран будто знал, предвидел любое мое движение и пресекал его, вынуждая меня отступать, замирать, прислушиваться снова и снова.

— Я не понял, когда этот дикий водоворот ненависти и зависти закрутил меня, перевернув мои чувства с ног на голову, когда ненависть к Ринару превратилась просто в ревность, когда желание разрушить тебя, показав ему всю твою хрупкость, превратилось в желание отобрать, завладеть тобой навсегда. Присвоить тебя. Окружая тебя собой, своими стремлениями, желаниями, мечтами, я терял себя… в тебе…

— Аран, хватит, прекрати! — Я наконец нашла в себе силы, чтобы попытаться остановить его, заставить замолчать и не разрушать тот хрупкий мир, что возник между нами.

— Тшш… — Он чуть встряхнул меня и неожиданно толкнул спиной вперед, прижимая к стене, затем склонился ниже, заглядывая в мои глаза. — Я хотел разбить, разрушить тебя так, как уничтожили когда-то меня, хотел превратить тебя в такой же гниющий, полный ненависти и зависти труп, как и я. Считал, что все, к чему я прикоснусь, будет предано тлену, но ты… Твои искренние чувства… они… они дали жизнь чему-то глубоко внутри меня, чему-то такому, что я считал уже давно уничтоженным…

— Прекрати говорить все эти слова!.. Хватит!

— Нет, перед тем как… я должен сказать! Пусть ты меня больше никогда не захочешь видеть или слышать, я буду знать, что сказал… я… я планировал… я знал наперед, как сделать тебя своей и… да, я сделал и наслаждался победой, как сам думал… Наслаждался, пил как вино твою любовь, купался в твоем обожании… Видел, как твоя невинная, но при этом отчаянная влюбленность в Ринара трансформируется в любовь… ко мне… Я хотел остановиться… Просто сломать тебя, кинуть исковерканной куклой ему под ноги… слепой идиот… ведь я видел, как он относится к тебе, видел, с каким пренебрежением он кидает тебя мне в руки, словно подачку голодному псу…

— Молчи….

— Нет, Тари, ты помнишь тот день? Помнишь, как десятки раз до того самого утра просыпалась в моих объятиях? Как целовала меня вечерами, стоя у двери вашей с «ним» спальни, а потом, под покровом ночи, пробиралась в мою комнату? И я помню… И проклинаю себя за то, что позволил тогда забыть… забыть свою ненависть и отчаяние, забыть… и поверить в ту сказку, в которую ты обратила мой мир…

— Все эти слова… они ни к чему теперь… делают только хуже! — воскликнула я, отталкивая от себя Арана.

Мое лицо пылало, плечи вздрагивали, а грудь вздымалась на каждом яростном вдохе.

— Я помню каждую минуту моего прошлого, Аран. Помню каждый твой взгляд, каждое твое прикосновение. Помню ту минуту, когда осознала, что меня тянет к тебе, что я хочу находиться рядом с тобой… Помню, как ты меня целовал, как… как…

Я прикрыла ладонью глаза, пряча выступившие слезы.

— Я помню все. И как Ринар взял с меня слово никому не говорить о нашей с ним договоренности, и как ненавидела себя каждую секунду, что была вынуждена скрывать от тебя правду… Ты хотел отомстить тому, кто увел у тебя невесту… сделать с ним то же самое, что сделал он. Ты исполнил свое желание, но превратился в чудовище, Аран…

Мэхор дернулся от моих последних слов как от удара. Отшатнулся, вжимаясь спиной в каменную стену напротив.

— Но Рин был большим чудовищем, чем ты… Ведь он все видел… Привез меня, глупую, слепую дурочку, что до самого конца была ему отчаянно преданна… Играл нами словно куклами, заставляя поступать так, как хотел того он сам… Ждал, а потом, когда ты уже готов был отпраздновать победу, просто рассмеялся тебе в лицо, бросив меня к твоим ногам как дешевый приз…

— Тари… я был слеп… После того как ты… после того утра, когда нашу связь раскрыли… Когда Рин кидал все те слова, называя меня идиотом, когда насмехался надо мной, раскрывая ваши истинные отношения… Тари… я наконец испытал облегчение…

— Что? — Я непонимающе уставилась на него.

— Вздохнул с облегчением, когда понял, что не отнимаю тебя у него. Когда осознал, что ты никогда не была его… Понимаешь?

— Нет…

— Тогда я понял, что по воле высших не стал последней тварью, отобравшей невесту у брата… пусть я был лишь его марионеткой… пусть играл по его правилам… Но я остался в каком-то смысле чист перед ним…

— И что, — я издевательски хмыкнула, не сумев сдержать обиду, — тебе стало легче?

— Нет… — он мотнул головой и отвернулся. — Но… я понял, что не успел стать такой же циничной тварью, как он… Не стал хуже него…

— Ты женился… — неожиданно я сменила тему разговора, просто не в силах больше выносить его слова.

— Да… но… после того как ты сбежала и вернулась в Академию, я много… много раз пытался связаться с тобой, но так и не смог… Меня не пускали ка территорию, послания возвращались, а ты… ты не выходила за границу территории… время шло… а я… я же подписал то соглашение… Тари… я… Это дело чести семьи Мэхор…

Голос Арана прозвучал странно, и это заставило меня вновь взглянуть на него.

— Ни одной женщины я не касался с того момента… Никто не вызывал ни капли желания в моем теле и ни грамма жизни в моем сердце… Жена… Дочь Алема впала в беспамятство еще в детстве. Она упала с лошади и ударилась головой… ее тело продолжало жить и магия в нем бурлила, но сознание не возвращалось, и она… Она будто жила и не жила одновременно… Они искали способ, а ты понимаешь, что ресурсы у Алема практически безграничные…

Я нахмурилась, слушая и сдерживая дрожь. Дочь правителя Ассура и Аран?.. Он что же?.. Он…

— Алем надеялся, что я смогу стать достойным преемником, а я… Я хотел забыться, похоронить себя в работе… Стал его правой рукой, познакомился с Мо… Алем уговорил меня принять брачную вязь, делить ее чувства, ее магию, но это было больно… Поверь, я испытывал муки, сравнимые лишь с муками разбитого сердца… Я принял и в полной мере разделил боль с Камелией, стараясь искупить свою вину перед другой… Мне казалось, что это достойное наказание за мой поступок… — На этих словах он усмехнулся, но так обреченно…

— А потом я наконец смог найти твои следы… смог вырваться из водоворота проблем и забот и… Я не касался ни ее, ни кого-то еще… Я не смог… Но теперь…

— Он снова коснулся виска. — Она отпустила меня… кажется, я достаточно сделал и… испытал, чтобы искупить свои грехи…

Я одновременно испытала и облегчение от его слов, и злость.

— Я ненавидела тебя, Аран, за то, что ты хотел сделать со мной. Ненавидела и любила. Сильно, по-настоящему… Но его, Ринара, я ненавижу сильнее… А сейчас я больше не хочу никого ненавидеть, слышишь?.. Я хочу остановить ту гадину, что разрушила жизни сотен тысяч людей, и поверь, когда я сделаю это… все эти дрязги, вся эта грязь… отношения, предательства, твой братец, из-за которого я забралась на самый край мира… все это покажется нам такой ерундой…

— Тари… — ошарашенно прошептал он.

— Да, а потом после всего… мы с тобой снова поговорим, и ты расскажешь мне все… Еще раз… если это будет нам все еще нужно.

После этого я просто оттолкнулась от стены и шагнула к нему. Руки взметнулись в привычном жесте, обхватывая лицо Арана. Я лишь пару мгновений любовалась его совершенно невероятными, полными отчаяния и надежды глазами, а потом потянулась и поцеловала, вкладывая в этот поцелуй все те чувства, что испытывала все это время: и злость, и радость, и отчаяние предательства, и надежду, любовь…

Оторвавшись от его губ, сделала шаг назад, пряча руки за спиной.

— На этом мы поставим точку, Аран Мэхор. Точку между нами… Но… — Я несколько секунд наблюдала за тем, какие чувства мелькали в его глазах, а затем добавила: — Сначала закончим с этим выродком, а потом решим, как жить дальше.

Глава 20

Река Мерок огибала все три города, беря начало в неприступных горах, и уходила далеко в бескрайние степи. Летняя усадьба семьи Кариме стояла почти на самом берегу, утопая в тенистой зелени старых дубов и ясеней. Огромное двухэтажное здание было увито плющом, от тяжелых ворот к дому вела дорожка, выложенная булыжником. Добрались мы быстро, благо лошади были свежие. Я попала туда впервые, так что меня все интересовало. Поместье так и дышало историей, даже скульптурный фонтан посередине двора, изображающий танцующих фей, нес в себе своеобразный налет ностальгии.

Несмотря на буйную растительность, погода стояла еще прохладная. Так что в поместье никого не было, кроме прислуги, встретившей нас у ворот.

Мы спешились и быстрым шагом направились в дом.

— Принесите нам фонари, кирки и лопаты, — приказал Кихиро слугам.

— Я знаю про подземный ход, — признался он, когда уже вел нас просторными коридорами, увешанными фамильными портретами. — В детстве часто играл там. Представлял, что сражаюсь с чудовищами, — он невесело усмехнулся. — Кто бы знал… Нам сюда.

В туннеле пахло землей и немного сыростью. Мы не рискнули использовать какую- либо магию, не зная, как она отразится на самом портале. Так что приходилось освещать дорогу обычными масляными фонарями.

— Вот он.

Мы оказались в тупике. На вид обычная земля, более рыхлая, чем на полу, но все же достаточно плотная и твердая.

— Сколько нужно копать? — Аран поставил фонарь на пол.

Мо покачал головой.

— Не знаю. Думаю, тут должен быть проход.

— Тогда начинаем. — Я занесла кирку и ударила ею в стену.

Работали по двое, время от времени сменяя друг друга. Людям, встретившим нас у входа, Кихиро сразу же велел отправляться в Ассур под защиту магов. Работа двигалась не сказать, чтобы быстро, это злило и выматывало.

Я вытерла мокрый от пота лоб.

— Нужно быстрее, так дело не пойдет.

— Если используем магию, можем потревожить портал, и неизвестно чем это закончится. Занесет еще куда-нибудь, — выдохнул Мо, а Аран мягко отстранил меня в сторону, принимаясь за работу. — Придется вручную.

Кихиро остановился, переводя дух. Он, как и мы все, был покрыт слоем грязи и пыли.

— Эй, малой, чего смотришь?

Я, как и все, воззрилась на Мо. К моему величайшему удивлению, парень густо покраснел, и это было заметно даже в полумраке туннеля. Мо поспешно отвернулся, беря в руки кирку.

— Я смотрел на дыру, — неуверенно отозвался секретарь, — которая, к слову, не очень-то и увеличивается.

— Так внеси свой вклад. — Кариме сделал приглашающий жест, и парень послушно сменил его.

— Ты чего? — прошипела я напарнику, когда тот прилип к фляге с водой, заботливо оставленной для нас кем-то из слуг.

— А он чего? — ворчливо огрызнулся ассуриец, утираясь грязной ладонью. — Глаз с меня не сводит с самого начала. К чему бы, а, сари?

У меня едва челюсть не упала. Ничего подобного я не замечала, все мы были заняты войной. Но Кариме только рукой махнул, снова делая глоток воды. Я и сама пыталась не анализировать все, что произошло между нами с Араном в коридоре замка. Просто что-то изменилось, словно стена, стоявшая между нами, рухнула, и мы вновь, как в первый раз, знакомимся друг с другом. Смешно звучит, конечно. Словно два школьника, Высшие.

— Не задирай парня, — предупредила я.

Мо мне нравился, молодой еще, но было в нем что-то такое, особенное. Кровь, что ли, давала о себе знать? Кихиро язвительно ухмыльнулся, но промолчал. Вскоре мы снова поменялись. Я уже потеряла счет времени, тело ныло, даже несмотря на постоянные тренировки. Махать киркой оказалось делом нелегким. Я даже подумала, что мы тут так всю войну провозимся, как при очередном ударе киркой почувствовала, что за очередным слоем земли ничего нет.

— Кажется, добрались, — прошептала я, удваивая силы.

Мы принялись буквально выгребать землю руками, и вскоре перед нами предстал черный провал. Аран поднял фонарь повыше, стараясь рассмотреть что-нибудь, и первый шагнул в темноту.

Помещение, в которое мы попали, оказалось небольшой пещерой, едва способной вместить кого-то еще, кроме нас четверых. Портал оказался похож даже не на арку, хотя именно так я его себе представляла, а огромную, в полный рост, раму для зеркала, похожее висело в моей комнате в замке. Мастера, создавшие этот странный предмет, украсили его каменными цветами и переплетениями ветвей какого-то неизвестного растения. Мы переглянулись. Кихиро протиснулся вперед и обошел портал с другой стороны, рассматривая его при свете фонаря.

— Это оно?

Я огляделась, кроме этой штуки, в пещере больше ничего не было.

— Похоже на то.

— А разве оно не должно быть, — Кариме нарисовал в воздухе какую-то загогулину, — немного другим? Сиять, ну или испускать свечение?

Мо нетерпеливо сунул мне в руку свой фонарь и тоже протиснулся к порталу.

— Ты сказок начитался? — Он провел ладонью по переплетениям, словно проверяя их ка ощупь.

— Хорошо, ну и как им пользоваться? — Я тоже разглядывала высохшие ветви, создавшие эту витиеватую арку.

— Как и любым порталом. — Мо взял меня за руку. — Нужно сконцентрироваться и представить пункт назначения.

Кариме хмыкнул, обходя нас и слегка пихая Мо плечом.

— Неужели? И как это сделать, умник, если мы ни разу не видели это самое Око, и нет никакой гарантии, что оно выглядит именно так, как на твоей картинке?

Секретарь ничего ему не ответил, только отодвинулся подальше.

— Сари, — обратился он ко мне, явно пытаясь игнорировать ассурийца, — предлагаю найти корабль и связаться с ним так, как вы это делали там, когда были на той стороне. — Мо махнул рукой, словно указывая куда-то за границу купола. — По моим представлениям это должно помочь нам… Мы создадим мост, а портал сыграет роль дверей.

— Но ведь Тари уже объясняла, насколько эта связь может быть опасной, — вмешался Аран, — надо найти другой выход.

— Другого выхода нет, сар. Нам нужно только найти его, установить связь, и в тот же момент мы войдем в портал. А когда керс поймет, что у нас получилось синхронизироваться с его кораблем, то мы окажемся уже там.

Я закусила губу, понимая, что Мо прав, и это самое правильное решение. Так что я лишь кивнула в знак согласия, тем более что мы уже были тут, нашли портал, а значит, каждый из нас подсознательно готов сделать этот шаг. Возможно, решающий.

— Времени на споры у нас нет. Нужно приступать, давай, Мо.

Мэхор недовольно замолчал, но попыток нам помешать больше не делал.

— Стой, умник. — Ассуриец указал на портал. — А нам что делать?

— Ничего, — негромко откликнулся Мо, — просто шагните в него, когда мы подадим знак. Сари… можно на «ты»? — Он посмотрел на меня, я с готовностью кивнула, а затем еще раз спросил: — Тари, ты готова?

Инструкции, как действовать, у меня не было, так что оставалось положиться на инстинкт, как это уже было в подбитом флайере. Я глубоко вдохнула всей грудью и закрыла глаза. Сначала не было ничего, лишь тишина. Потом я ощутила уже знакомое покалывание на кончиках пальцев, ненавязчивое и легкое тепло, поднимающееся по моим венам вверх. Воздух стал будто плотнее и гуще, словно патока. Или это реальность стала словно тягучий мед?

Казалось, что я могу потрогать ее, если захочу. Она все уплотнялась, обвивая меня и касаясь моей кожи, как горячие потоки. Все плотнее и плотнее, постепенно растягиваясь, преобразовываясь и обретая форму. Где-то в глубине сознания я решила, что в этот раз все немного по-другому. Горячие волны становились все яснее, все законченнее, я почти видела их и осязала. Они вытягивались вокруг меня, кружа в немыслимом вихре, но я могла разглядеть каждую деталь.

Совсем скоро они полностью трансформировались в тонкие нити мягкого серебристого оттенка, и я чувствовала каждую из них, словно они все были частью или продолжением меня самой. Я оглянулась, понимая, что покачиваюсь в самом центре огромной серебристой паутины без конца и края. Она опутывала все, и я, будто своеобразный паук, ощущала каждую вибрацию в ней, а каждый ее миллиметр был мне знаком.

Где-то горел слабым голубоватым светом сбитый джет, я «слышала» его тактильно, его двигатель еще функционировал и даже подлежал починке. В разброс едва светились странные серые точки, очень слабые и чуть заметные, но энергия в них все еще была. «Прощупав» их, я поняла, что это. Сбитые тысячи лет назад корабли керсов, теперь похороненные под толщей воды или покрытые слоями вековых пород. От одной из них, что была чуть ярче других, быстро отделялись непонятные свечения. Я сконцентрировалась на них, желая проверить, что это такое.

Они явно были не живыми, от них не исходило тепло, как и от других механических предметов на паутине. Странные волны, исходившие от них, колебали нити, вызывая у меня непонятное ощущение. Я прислушалась. В них ощущалась огромная сила и еле сдерживаемая мощь, готовая вырваться на свободу. Я усмехнулась, неожиданно осознав, что это или все же «кто». Сомнений быть не могло, это были наши старые знакомые — големы. И их было много. Очень. Двадцать или тридцать.

А потом я нашла его. Ярко-красный пульсирующий сигнал, достаточно мощный и излучающий колоссальное количество энергии, по сравнению со всем остальным в этой странной паутине. Я чувствовала, что Мо тоже это видит, хотя совсем перестала ощущать его присутствие. И словно из непроглядного тумана донесся его голос, зовущий меня за собой, и прежде чем поняла, что происходит, я шагнула вперед, просто перестав существовать.

Глава 21

В следующее мгновение я ощутила, как мое тело рассеялось мельчайшими частичками, а секунду спустя это ощущение сменилось другим — словно меня пронзили насквозь миллионы солнечных лучей. Я полностью лишилась слуха и зрения.

Я была и в то же время меня больше не было.

Что-то мощное, подталкивая в спину, несло меня вперед. Ощущения были такие, будто ты пытаешься всплыть, но никаких усилий делать и не нужно. Плотность воды такая, что она сама вытолкнет тебя наверх. И когда столкновение с поверхностью, приближающейся все быстрее, казалось неизбежным, я попыталась прикрыться руками, инстинктивно защищаясь от удара.

Все изменилось в сотые, нет, в тысячные доли секунды. Я не чувствовала тверди под ногами, меня еще немного кружило, перед глазами все вращалось и казалось, что я все еще падаю куда-то или же, наоборот, взлетаю… А потом я почувствовала чьи-то руки, поддерживающие меня.

— … Тари!.. Низшие… Тари!

Сквозь толщу тумана до меня доносились знакомые голоса. Я прикрыла глаза ладонями, так как бивший в лицо свет был невыносимо ярок.

— Ты меня слышишь? Да что же с ней?! Капитан, помогите мне, Мо…

— Не кричите, сар. Она не глухая, просто ей понадобится какое-то время на восстановление.

Я подняла руку, призывая всех успокоиться. Реальность снова вставала на свое место, оттесняя призрачные видения на задний план.

— Я… я в порядке. В порядке…

— Тари…

— Все нормально, Аран. — Только теперь я поняла, что полулежу в объятиях Мэхора, осторожно поддерживаемая им под спину.

Облизав пересохшие губы, оглядела остальных. Ребята явно выглядели лучше, чем я, должно быть, синхронизация отразилась на мне несколько по-другому, чем даже на Мо. Я поднялась, с облегчением чувствуя, что колени не дрожат, да и тело уже почти полностью адаптировалось.

— Неужели у нас получилось?

Я вновь огляделась. Место, куда мы попали, совершенно точно можно было назвать коридором, его стены плавно переходили в потолок, образуя полукруг, и были выполнены из незнакомого тускло поблескивающего материала. Пол под нами состоял из сплошных решеток, под которыми зияла темнота, а в потолки были вделаны длинные продолговатые лампы, испускающие неприятный сине-белый свет.

— Проникновение на борт! — Мы вздрогнули от уже знакомого нам с Кихиро скрипучего голоса. — Неидентифицированные субъекты в секторе шесть.

Механический голос повторил это еще дважды, а свет погас, сменившись красными мигающими огнями.

— Кажется, теперь керс знает о нас, — пробормотал Мо.

— Куда идти? — Кихиро обнажил свои мечи. — Я готов встретиться с этим ублюдком.

— Нужно найти пульт управления. — Хранивший молчание все это время Холлер, кажется, наконец попал в свою среду. Он указал в сторону. — Как можно скорее, пока система не заблокировала все шлюзы!

Мы кинулись к одной из дверей, но было уже поздно. Она не открывалась, не отъезжала в сторону и вообще не подавала признаков жизни. Рядом светилась панель идентификации, что-то подобное я уже видела в башне такаров.

— Тарина, нужна ваша с парнем помощь! — Холлер постучал по панели. — Один из вас должен подключиться к общей системе и очистить нам путь до пульта управления, а другой — попытаться удержать защитный блок. Керс наверняка постарается заблокировать нас тут как в ловушке!

Я кивнула, бросив взгляд на Мо. Парень был напряжен, его лоб покрыла испарина, но огонь, совершенно безумный и жадный огонь полыхал в его глазах. Мы, не сговариваясь, действуя будто синхронно, шагнули к двери. Я приложила ладонь к поверхности панели.

На этот раз все прошло намного быстрее: не успела я обратиться к системе, а меня разом подхватило и внесло, словно ураганом. Вены и жилы слились и стали продолжением многочисленных проводов, перебегая от одной командной точки к другой. Я слилась с этим кораблем, он меня словно заполнил изнутри, а обшивка стала моей второй кожей. Теперь я четко ощущала — он слушался меня. Он был мной. Я могла видеть его целиком. И я видела.

Привратник сидел в кресле навигатора. Его лицо, некогда принадлежавшее прекрасному лживому богу, что оказался настоящим демоном, сейчас выражало крайнюю степень шока. Пальцы метались по приборной доске, переключая рычаги, двигая ползунки. Его панические, лихорадочные движения развеселили меня. Оказывается, проекция способна бояться.

— Тебе это не поможет, — пророкотала я чужим голосом и с удовольствием отметила, как синеволосый вздрогнул, — мы пришли за тобой!

Он обернулся, и я поняла, что привратник больше не является проекцией. Передо мной был живой керс из плоти и крови.

Мо не мог долго сдерживать попытки синеволосого заблокировать систему, так что я отомкнула все шлюзы, ведущие в рубку, тем самым открыв нам путь. Я распахнула глаза, снова возвращаясь в реальность.

— Мо, сколько ты сможешь продержаться?

Парень поднял веки и уставился на меня невидящим и каким-то прозрачным взглядом.

— Я дам вам время добраться до него, там Холлер возьмет управление в свои руки, а я отключу систему защиты, — медленно ответил он.

Я сжала его плечо.

— Хорошо. Мо, не перегори, ты нам нужен.

Он едва кивнул, продолжая смотреть сквозь меня. Не теряя времени даром, мы направились к рубке. Коридоры чуть изгибались, корабль и правда напоминал форму глаза, а спиральные отсеки в итоге вели в самый центр ОКА, к энергетическому блоку.

Мы мчались вперед, странная связь с кораблем помогала, не давая и шанса заблудиться. Один коридор сменялся другим, плавные повороты перетекали в новые переходы. Но в какой-то момент я ощутила странную тягу, словно что-то звало меня, манило, молило свернуть с намеченного пути, и это было нечто новое. Я резко затормозила, и мне в спину чуть не влетел бегущий следом Кихиро.

— В чем дело, Тари?

— Не знаю… — Я нервно оглянулась, мазнув взглядом по остановившимся в шаге от нас Арану и капитану. — Не уверена…

— Что, Тари? — Аран нахмурился.

— Мне нужно… низшие, мне нужно…

Договорить я просто не сумела, так как жуткое, тянущее чувство накрыло с головой, практически лишая меня возможности сопротивляться. Я дернулась, сделав судорожный вдох, и, развернувшись, рванула в боковой коридор, уводящий прочь от того места, где мы остановились.

— Тарина, стойте! — позади раздался голос капитана, и я снова застыла. Оглянувшись, поняла, что и Кихиро, и Аран бросились за мной, а вот Холлер даже не шелохнулся.

— В чем дело? — Кариме шагнул ближе.

— Тарина, куда вы? — вместо ответа спросил капитан. — Нам не туда… Я уверен, что…

— Нужно… Туда… — выдохнула сквозь шум в голове, теперь превратившийся в практически различимые слова.

«Сюда… Спеши… Скорее…»

Дернув головой, снова бросилась вперед. Не знаю откуда, но во мне росла стойкая уверенность — я просто обязана прислушаться к этому голосу, что вновь и вновь повторял одно: «Поспеши!..»

Секунда, другая, и все стихло так же неожиданно, как и началось. Голос пропал, тяга исчезла, и я наконец расслышала слова Мо, доносящиеся откуда-то сверху:

— Тари! Не туда! Вернись!

— Тари, Низшие, да в чем дело?! — Аран нагнал меня и, схватив за руку, развернул к себе лицом. — Ты с ума сошла? Куда ты мчишься?!

— Н-не знаю… — чуть заикаясь, протянула я, ошарашенно разглядывая место, в котором мы оказались.

Прямо перед нами серебром отливали три гладкие стены, создающие странный тупик.

— Дальше бежать некуда, — продолжил Мэхор, осторожно выпуская мою руку. — Надо вернуться, капитан остался на там, но если появится этот керс…

— Нет, подожди, — я подняла руку, заставляя его замолчать и прислушиваясь к тем звукам, что раздавались вокруг. — Мо! Ты знаешь где мы?

— Я не знаю, Тари, — прогремел секретарь металлическим голосом корабля, — я вас не вижу, тут словно пятно темное, не могу прорваться, вернитесь обратно к капитану!

— Идем, — на этот раз Кихиро позвал меня. — Мелкий дело говорит!

— Нет-нет! Вы не понимаете! Тш-ш! Тише! — Я снова попыталась призвать их к молчанию, стараясь уловить что-то невероятно важное, что-то ускользающее от меня. Не просто же так я ощутила то, что ощутила. И не просто так «оно» привело меня сюда. — Тише…

Несколько долгих мгновений, и я торопливо развернулась, замирая прямо перед одной из стен. Сделала шаг ближе, чуть склонилась, практически прикасаясь к ней кончиком носа, и резко выкинула вперед руку. Та, не встретив никакой преграды, прошла сквозь иллюзию и исчезла за ней.

— Тари! — позвал Кихиро.

— Низшие! — одновременно с ним выкрикнул Аран.

— Туда! — протянула я и смело шагнула в неизвестность.

Место, в котором мы оказались, поразило меня до глубины души: темный зал, заставленный неизвестными приборами, какими-то огромными, наполненными булькающей жидкостью колбами с некогда прозрачными стенами. Тут и там мигали разноцветные лампы, создающие в этом месте особо жуткую атмосферу.

— Что за… — протянул Кариме, выступая из-за иллюзорной преграды и останавливаясь рядом со мной. — Что это?..

Он сделал шаг вперед, приближаясь к одной из огромных емкостей. Протянув руку с зажатым в ней мечом, аккуратно тыльной стороной провел по стеклу, очищая его от многолетнего слоя пыли.

— Твою!.. — выкрикнул ассуриец и шарахнулся назад, отталкивая меня.

Прямо на нас из темной жижи смотрело какое-то существо. Секунда, и я поняла, что существо мертво. Оно не шевелилось, а распахнутые мутные глаза уже явно не один год взирали на мир застывшим взглядом.

— Низшие, что за… — произнес Аран, также преодолевший иллюзию и вставший рядом. — Что это?

Он шагнул к сосуду и заглянул внутрь.

— Это… не человек… что за?.. — сделав шаг в сторону, он приблизился к другой емкости и также смахнул с нее слой грязи, мешавший разглядеть скрытое внутри.

— Тут тоже что-то есть… Не уверен… Низшие, оно мертво?..

— Высшие! — рявкнул Кариме уже из глубины зала. — Что это за место?

А я так и стояла, боясь пошевелиться, в голове испуганной стаей носились миллионы мыслей. Я лихорадочно старалась сопоставить все свои знания и то, что видела тут. И вновь я услышала то, что заставило меня встрепенуться и выйти из странного оцепенения: «Скорее… поспеши…»

— Куда?!

«Поспеши…»

— Куда?! — новый яростный крик, и я рванула вперед туда, где за словами неизвестного я различала полные ужаса и ярости голоса Арана и Кихиро.

— Низшие! Хватай ее! Нельзя, чтобы она увидела!

— Нет, Тари, стой! — кто-то из них перехватил меня, не позволяя увидеть то, что оказалось скрыто в самом центре зала. Он приподнял и попытался развернуть, не давая увидеть, но я все-таки увидела это.

Нет, не это — ее.

— Отпустите меня! — закричала, цепляясь руками в того, кто меня удерживал, и давая мощнейший электрический разряд. Мне нужно было туда, к ней, потому что я увидела! И одного перехваченного взгляда фиолетовых глаз мне хватило.

— Отпусти!

Аран застонал, сильнее стискивая меня в объятиях и падая на пол, все так же не позволяя мне обернуться. Я прекратила рыпаться и, тяжело дыша, словно пробежала не один километр, прошептала:

— Отпусти меня, я уже знаю. Уже знаю… Я смогу…

Он разжал хватку, все еще удерживая пальцами мою куртку.

— Не надо, Тари…

— Надо… Она звала меня… Привела сюда…

Я осторожно высвободилась из его хватки и поднялась с коленей, медленно развернулась и не смогла сразу посмотреть туда, откуда за мной пристально следил тот самый фиолетовый взгляд. Я глядела на Кариме, что сейчас не сводил глаз с той, что привела нас сюда. Его совершенно белое лицо, дрожащие губы, словно он пытался что-то сказать, но не мог, лихорадочно сжимающие меч пальцы. Все это пугало меня сильнее, чем-то, на что он таращился. И именно сейчас я остро ощутила страх того, что мой напарник и друг больше не сможет смотреть на меня как прежде, он всегда будет видеть перед собой то существо, что сейчас находилось там. Перед ним.

«Та-ари… — протянуло существо, напоминая мне нашу первую встречу с привратником. — Прошу… помоги…»

От этих слов я резко развернулась и наконец вперилась взглядом в ее лицо. Я старалась не смотреть на странное приспособление, больше похожее на увитый лианами и трубками с жидкостями пьедестал. Он стоял прямо в центре и от него во все стороны раскинулась паутина перепутанных проводов, а на самой верхушке, примерно на уровне пояса, на этой штуке сидело изуродованное, покрытое наростами и странными пятнами тело. Точнее, это должно было быть тело… Прекрасное юное тело, но… Правая сторона груди, плечо, рука, лицо — все это принадлежало девушке, поразительно похожей на меня, а левая… Рука была изуродована и больше походила на деформированную конечность кузнечика или какого-то огромного жука; ноги, будто вывернутые коленями назад, казались похожи на лапы диких цапель, населявших южные окраины Ероки. Лицо являлось искривленной маской, внушающей такой ужас, что я с трудом удержала внутри то, что успела выпить и съесть ранее, когда мы разгребали проход к порталу. И среди всего этого месива ярким огнем горел фиолетовый взгляд.

Она раскрыла свой жуткий, перекошенный рот, но не издала ни звука. Только в моей голове прогремело: «Помоги мне, сестра…»

— Что?.. — еле слышно выдохнула, все еще испытывая ужас и отвращение от увиденного.

«Столько лет боли… помоги… ты сможешь… убей меня… все мертвы… я сама всех… но себя не могу…»

— Нет! — Я шарахнулась назад и чуть не упала, налетев на все еще приходящего в себя Арана. — Нет!

«Ты должна!.. Я скрывала тебя… но он… смог… помоги… я больше не хочу! Я не могу!..»

Я зажала рукой рот и всхлипнула.

«Прошу!..»

Она качнулась вперед, протягивая ко мне свою изуродованную мутацией руку, и Кихиро наконец отмер, бросаясь наперерез этому существу. Он замер прямо передо мной, скрестив мечи и не позволяя ей коснуться меня.

— Нет! — рыкнул он и тут же получил мощнейший удар, который, тем не менее, сумел удержать.

Девушка издала какой-то непередаваемый утробный рык и занесла руку-лапу для нового удара. Я шарахнулась в сторону, позволив Кариме маневрировать на довольно ограниченном пространстве.

Аран уже поднялся с пола и, поймав меня в свои объятия, оттолкнул в другую сторону, а я только и успела краем глаза заметить, как, вновь развернувшись, существо обнажило спину, где у него в сложенном виде, прижатая к телу, была еще одна конечность, увенчанная острым шипом.

— Аран! — выкрикнула я, желая предупредить его, но опытный воин уже успел и сам заметить опасность, чудом увернувшись от атаки.

Я рванула руку к поясу, высвобождая свои клинки, и тут же бросилась вперед. Первый кинжал полетел прямо в цель, но был молниеносно отбит. Охнув, я поняла, что лезвие словно о камень чиркнуло по коже существа и отлетело в сторону, разбивая одну из колб, наполненных мутной жидкостью. Второй клинок постигла та же участь: отрикошетив от бока мутанта, он влетел в стоящую за ее спиной стойку с какими-то плавающими в синем киселе шарами. Стекло звякнуло и все содержимое выплеснулось на пол, наполняя воздух невыносимой острой вонью. Я еле сдержала рвотный позыв и призвала свое оружие обратно.

Аран и Кариме в это время методично наносили удары, что не причиняли ей никакого вред, и, сменяя друг друга, теснили существо вглубь зала. Шаг за шагом они заставляли ее отступать, путаясь в проводах, разбросанных по полу. Работали парни удивительно слаженно, сменяя друг друга, нанося один удар за другим.

— Стойте! Хватит! — Я кинулась к ним.

— Это нужно уничтожить! — вскрикнул, а точнее прорычал Аран. — Это! Оно…

— Да! — раздалось рядом. — Я согласен… Это все необходимо уничтожить! Низшие! Урод! Ненавижу! Уничтожу эту мразь! А потом и синего ублюдка! Уничтожу!..

«ДА…» — прошелестело в голове, а девушка-монстр качнулась назад, уходя от очередного удара и прижимая деформированную лапу к себе. — «Сделайте это… И уходите… Время! На исходе… Ну же! Слабые, никчемные! Убейте же меня! Не ждите!»

— Нет!

«Да! Это все меня не убьет! А я хочу умереть! Я хочу исчезнуть, расплавиться и не знать, забыть! Ну! Помоги мне, сестра!»

— Какого низшего оно делает? — Аран отскочил и уставился на существо, что сейчас замерло и снова смотрело прямо на меня. Мгновение и оно развернулось, а затем с силой ударило по очередной колбе, разбивая ту вдребезги. Новый рык, новый разворот, и на пол вновь льется мутная жижа, а зал оглашает жуткий то ли вой, то ли рык отчаяния и ярости.

«У-ме-реть!»

— Огонь! Оружие бесполезно! — прохрипела я, поняв, что они ее не смогут одолеть, ведь все предыдущие удары, точно попавшие в цель, так и не нанесли существу никакого вреда. — Аран, огонь… Она жаждет смерти…

— Что? — тяжело дыша, выдал он, опуская руку с топором, но продолжая следить за тем, как существо разносило лабораторию.

— Оно… она хочет умереть, — выдохнула я, также внимательно следя за приступом отчаянной ярости. — Она много лет тут… она… хочет умереть… Нужен огонь. Твой огонь!

— Легко! — Он щелкнул пальцами, разжигая алое пламя. — Все, что эта тварь пожелает! Уходим!

Кариме, ничего не говоря, подхватил меня за руку и потянул назад в сторону стены, откуда мы появились. Аран отступал, внимательно следя за беснующимся чудовищем и распаляя магию все сильнее, превращая пламя в своей руке в алчное чудовище, способное уничтожить все вокруг.

Я так же, словно загипнотизированная, смотрела на жертву экспериментов керса, замершую в дальнем углу зала, в котором, кажется, больше не осталось ни одной целой колбы. Пол был залит, тут и там валялись покрытые слизью и мутными разводами трупы неизвестных существ и исковерканных, изуродованных тел, в которых, тем не менее, угадывались человеческие черты. — Я тоже… я могла быть… тут… Я такой же монстр… как она… я не человек… я…

«Нет, сестра! Ты не такая! Ты прекрасна! Мы Спрятали тебя… Но… он сильнее… Он нашел… а теперь прошу, ну же! Я не могу больше терпеть боль… прошу…»

— Уходим! — Аран толкнул нас к призрачной стене и выпустил шар нестерпимо горячего пламени.

Я закричала и прикрыла лицо, так как, в отличие от того огня, что он использовал, чтобы меня удержать, это было яростным, жалящим, готовым уничтожить все, до чего оно могло дотянуться.

— Ну же! Скорее!

Отдернув руку от лица, я только успела мельком заметить за пеленой голодного и дикого пламени, моментально охватившего помещение, ту, что навсегда останется в моей памяти. Ее яркий фиолетовый взгляд и боль, и облегчение, наполнявшие его.

«Спасибо-о-о-о!..» — дикий вопль взорвал мою голову и стих, стоило лишь нам вывалиться в коридор. Мир вокруг тут же наполнился новыми звуками и полным паники голосом Мо:

— Тари! Высшие! Сар, куда вы подевались?! Ответьте! Ну же!

— Нет! — хрипела я, все еще ловя отголоски страданий той девушки. — Нет, больно! Ей так больно!

— Мо! Мы тут! Ты видишь нас? Мо?!

— Наконец! Ку да вы пропали?! Пожар в пятой лаборатории! — прогремел механический голос. — Уходите, я локализую это место, капитал Холлер ждет вас!

— Уходим! — Аран дернул меня, помогая подняться, а Кариме толкнул в спину, заставляя двигаться вперед. — У меня есть пара вопросов к капитану и пара дел к синему уроду! Ну же!

Я рванула вперед, отбрасывая мысли и запирая воспоминания об увиденном в этой лаборатории глубоко внутри себя. Сейчас, двигаясь вперед, я отчего-то четко вспомнила лицо капитана и его слова.

— Вы знали! — закричала я, как только за очередным изгибом коридора увидела Холлера. Он, заметив нас, явно расслабился и даже прислонился плечом к стене. Налетев на него фурией, схватила за грудки и встряхнула: — Вы знали! Что они творили с нами! Вы знали, какие ужасные вещи они делали?!

— Да… Не совсем, но… Догадывались. Что вы нашли? — Он облизал губы и посмотрел на мужчин за моей спиной. — Что там?

— Вы знали! — рыкнула я снова и отпустила его, отталкивая. — Знали! Как вы могли нас бросить… Всех нас…

— Я догадывался… Тари, мы изучали планы, и я… значение знака я понял уже после того, как вы ушли… — Он приподнял руку и коснулся пальцами странного символа, расположенного на правой стене. — Лаборатория… Я… Вы уничтожили то, что там было? Мо сообщил про пожар…

— Да, — ответил за меня Кариме, — нам пора двигаться дальше, времени в обрез, а малец и так уже на пределе… Эй, мелкий, слышишь меня, что дальше?

— Вперед! — услышали мы голос Мо, льющийся отовсюду. — Дальше по коридору и больше никаких остановок! Вы почти на месте. Но он ждет вас, будьте осторожны.

— Вам нужно еще кое-что знать, — предупредила я, остановившись перед шлюзом в рубку. — Он сделал это, Кихиро… Привратник снова жив.

— Ненадолго, — тихо прорычал ассуриец, удобнее перехватывая клановые мечи,

— не придется возиться дважды.

Дверь шлюза поднялась, и из рубки хлынул яркий синий поток, мы едва успели отпрянуть к стене. Холлер вытянул руку вперед, целясь в привратника, из-под его форменного рукава показался край широкого серебристого браслета, что тут же выпустил тонкие нити, обвивая сжатый кулак и, судя по всему, трансформируясь в какое-то оружие. Капитан выпустил шароподобную молнию, но керс ловко увернулся, скрывшись в глубине отсека.

— Осторожно, не повредите управление! — Я оттолкнулась от стены и рванула внутрь, падая на пол и тут же переворачиваясь на спину, чтобы оглядеться. Привратника нигде не было, а значит, тут есть еще выходы.

— Эй, капитан, — Кихиро двинулся следом, также проскальзывая в рубку, — какого низшего вы скрывали от нас это? Может, стоило поделиться этими штуками? — Ассуриец постучал клинком по своему запястью, намекая на необычное устройство у Холлера. Тот же невозмутимо направился к панели управления, усаживаясь в капитанское кресло.

— Вы же маги, зачем вам оружие людей?

— Правда? — прошипел Кариме. — Не могу поверить, что вы признали это!..

— Хватит! — Аран снял с пояса два острых топора. — Нужно найти привратника!

— Я его вижу. — Холлер нажал на какие-то кнопки. — Он в энергоотсеке. Вниз по лестнице.

Капитан указал на один из экранов. Там, в огромном светлом помещении, мы заметили высокую мужскую фигуру, быстро идущую в сторону ряда небольших одноместных флайеров. Кажется, он намеревался покинуть корабль, а значит, тут его больше ничто не держало. Но почему? Вряд ли столь могущественное и опасное существо решило просто сбежать, испугавшись нас.

— Куда идти?

— Туда! — Капитан махнул рукой в сторону дальнего угла, где за одним из высоких кресел, должно быть, и скрывался второй выход из рубки. Мужчины, не сговариваясь, развернулись и направились в ту сторону, и я уже собралась было присоединиться к Арану с Кариме, но тут мой взгляд зацепился за что-то на одном из огромных мониторов. Странно знакомые очертания, полосы и линии, непонятное движение где-то на самом краю сознания…

Прямо под нами лежал Ассур, прекрасно просматривающийся отсюда. Прямо над ним огромным мыльным пузырем переливался на солнце защитный купол. Но привлекло мое внимание совсем другое… Что-то происходило у линии горизонта, дальше, на фоне гор и ластящегося к их подножью леса. Вернее, что-то двигалось оттуда по направлению к нам. Деревья валились в стороны, будто расступаясь в стороны, а затем падали как карточные домики. Я прищурилась, силясь разглядеть происходящее, а когда поняла, ахнула от ужаса.

Мо был прав. Огромные каменные человекоподобные статуи, существа с вытянутыми головами и руками спускались с гор и шли прямо к нам, расчищая себе путь среди лесной чащобы.

— Что это? — одними губами прошептал Холлер, так же, как и я, замерев и боясь пошевелиться.

Казалось, что сквозь вой и шум корабля мы могли расслышать треск вековых деревьев, расшвыриваемых в стороны огромными, мощными каменными руками.

— Големы. — Я оглянулась, гадая, когда появится Мо. — Где здесь корабельная связь?

Но капитан не ответил, он что-то проверял на экране радара.

— Теперь големы не единственная наша проблема. — Холлер увеличил изображение.

И я поняла, что кошмар только начинается. Я помнила, что это, знала, что именно он мне показывает, и от осознания происходящего мне стало жутко. Десятки, нет, сотни точек загорались и сверкающими звездами отделялись от тех груд космического мусора, что окружал нашу планету, и устремлялись к ее поверхности. Какие-то из них были совсем крошечные, какие-то более крупные.

На нас неравномерной линией надвигались десятки боевых носителей керсов. Холлер гулко сглотнул, в нервном жесте облизал губы и свернул изображение.

— Сколько у нас времени? — Я поискала глазами Кариме и Арана среди десятка изображений, разбросанных на огромном экране. Они уже находились внизу, но судя по всему, камеры в энергоблоке были установлены не везде.

— Минут пять в лучшем случае. — Капитан взялся за штурвал. — Я попытаюсь отключить автопилот и посадить корабль. Это не все. С юга к нам летят наши корабли, Тари. Купола больше нет.

Я сжала свои кинжалы.

— Началось.

В рубку ввалился Мо, кажется, его мотало. Он торопливо, чуть путаясь в ногах, приблизился к нам и вгляделся в изображения на экране, оценивая ситуацию.

— Они уже здесь!

— Я уберу нас с линии огня. — Холлер, уже более-менее освоившись в управлении и сумев взять корабль под свой контроль, направил его в сторону цепочки гор. — Мы находимся вне зоны видимости, можем открыть обстрел, но тогда керсы смогут нас обнаружить. Тотального нападения нам не отразить.

— Делай, что решил.

Капитан развернул огромный корабль, оставляя чуть позади гигантов, продиравшихся сквозь чащу, словно каменные ледоколы. Затем на горизонте появились такарские военные джеты. Сначала мы приняли их за стаю птиц, но с каждой секундой они становились все ближе, заполоняя собой все пространство.

— Осторожно!

Кому именно оказались адресованы слова Холлера, было непонятно, но в следующее мгновение с неба тяжелым дождем обрушился огненный дождь. Он лился отовсюду, рассыпаясь сотнями искр по защитному куполу над Ассуром. На наших глазах несколько такарских кораблей отбросило в сторону, они отрекошетили, сбивая по пути и другие.

— Держитесь!

Я одной рукой вцепилась в спинку кресла, а другой схватилась за какую-то планку над головой. ОКО был достаточно большим и ударные волны от взрывов едва ли могли навредить ему, но Холлер пытался увернуться от огня и летящих в нас обломков.

Такары наконец изменили направление движения, уравнивая позиции. Они резко поднялись вверх, и вскоре мы увидели керсов. Вернее, их серебристые корабли- бомбардировщики, почти закрывшие собой солнечный свет. Они спускались, встречая на своем пути достойное сопротивление.

К громадинам керсов стали прибывать одноместные истребители, напоминающие огромный рой ядовитых шершней. Такарские джеты очень быстро перемешались с вражескими аппаратами, которые старались не подпускать слишком близко к земле, где их, однако, уже ждали маги. Тут и там гремели взрывы, огромные корабли рассыпались на куски, озаряя небо синим пламенем и осыпаясь на землю.

Нескольким серебристым флайерам удалось прорваться сквозь оборону, и они стрелами помчались вниз, сбрасывая огненные реки на город. Навстречу им полетели голубые молнии и огненные шары, оставляя за собой едва заметный след. Они врезались в бомбардировщики керсов, сбивая с траектории полета. Какие-то из них камнем падали вниз, уже на земле превращаясь в груду пылающих обломков, другие сгорали прямо в воздухе. Один за другим маги создавали шаровые молнии, направляя их в небо и перехватывая керсов на пути к земле.

Вскоре все заволокло дымом и гарью, и среди непролазного серого тумана как молнии сверкали магические огни и громыхали взрывы.

— Мне нужно туда, я смогу, давайте, капитан! — Мо сел в кресло второго пилота. — И постарайтесь не убить нас всех.

— Пристегнись! — рыкнул Холлер.

Мо недоуменно оглянулся на капитана, но быстро смекнул, застегивая на себе широкий ремень.

— Тари!

Я оторвала взгляд от экрана и посмотрела на него. Мо был бледен и будто осунулся, выглядя еще моложе и сейчас напоминая измученного и перепуганного мальчишку, коим по сути и являлся.

— Привратник не должен выжить. Если он поднимется сюда, у нас не будет времени и возможности его остановить.

— Я поняла.

Мо кивнул, прикрывая глаза, а когда снова их распахнул, его зрачки оказались совершенно белыми.

Я провела большим пальцем по рукояти кинжала. Нужно идти в энергоотсек, ведь то, что ни Аран, ни Кихиро до сих пор не вернулись, было дурным знаком. Перед тем как покинуть рубку, я успела заметить, как ближайший к нам голем поднял четырехпалую руку, на лету ловя один из керских флайеров. Другой, вырвав дерево прямо с корнем, размахивал им вокруг себя словно дубиной и сшибал истребители. Мо был там и явно развлекался. Серебристые носители сталкивались, налетая друг на друга, засыпая горящими обломками летящих ниже. Все происходило так быстро, что совсем скоро стало не разобрать в столбе дыма, где корабли такаров, а где — керсов.

Бросив последний взгляд на воздушную битву, я развернулась и, выйдя через запасной выход, кинулась вниз по винтовой лестнице.

Глава 22

Кариме отскочил в сторону, нанося размашистый удар одним из своих клинков и тут же разворачиваясь вокруг своей оси, а вторым совершая какое-то хитрое рубящее снизу вверх движение. В руках керса, словно живой, извивался хлыст, его искрящиеся грани жидким металлом перетекали из серого в слепящее серебро. Он плясал вокруг высокого, красивого мужчины, подчиняясь воли его рук и, я была уверена в этом, его желаний. Привратник, вернее, теперь уже его живое воплощение, ловко взмахнул хлыстом будто погонщик, и тонкий конец, метнувшись вперед, обвился вокруг кисти ассурийца, заставляя последнего разжать пальцы. Кихиро зарычал от боли, а меч звякнул о металлическую решетку пола.

Керс вновь размахнулся, на этот раз плеть заставила Кихиро отшатнуться, и он влетел спиной в стальные перила мостков. В это время справа к привратнику приблизился Аран с обоюдоострыми топорами. Он что-то произнес, но за свистом рассекающих воздух лезвий разобрать слова было невозможно. Металл засиял серебром, а вдоль стальной кромки желтым светом зажглись древние знаки, служащие защитой при атаке врага. Синеволосый крутанулся на месте, одновременно меняя положение и отступая, а хлыст вновь затанцевал над его головой подобно смертоносной змее, чтобы мгновение спустя полететь в сторону Мэхора.

От столкновения кончика хлыста и одного из топоров во все стороны посыпались искры, а звон, кажется, на пару секунд оглушил присутствующих. Аран сделал выпад, надвигаясь на керса и заставляя того отступить еще на несколько шагов. Под натиском воина привратник двигался по мостку, окружающему сферической формы реактор, спрятанный под защитным полем.

Купол реактора излучал тусклое голубоватое сияние, которого еле хватало на то, чтобы осветить пространство вокруг. В первое мгновение я удивилась, почему привратник не использует против ребят что-то из своего, безусловно, богатого арсенала. Понимание пришло быстро, словно вспышка — длительное отсутствие питания и использование большей части энергии на отправку сигнала на орбиту сделали свое дело: ОКО работало не в полную мощь, и чтобы запустить корабль такого размера, понадобился бы не один передатчик. Вот почему привратник не использовал другое оружие вроде того же лучемета, коим он так щедро одарил меня во время нашей вылазки за грань. Повреди он защитную обшивку реактора, что и так еле-еле справлялась со своей задачей — и мы просто камнем рухнем вниз.

Аран бросился вперед, совершая одно размашистое движение за другим, и когда хлыст обернулся вокруг рукояти одного из топоров, второй, перехваченный у основания, полетел прямо в керса. Но тот ловко увернулся, и лезвие скользнуло буквально в миллиметре от его головы, вонзившись в обшивку за спиной. Живой конец хлыста тут же выпустил топор и метнулся в самого Арана, в мгновение ока обвив его шею. Я кинулась вперед, высвобождая свои кинжалы и тут же посылая их в привратника. Повинуясь моей воле, они нацелились прямо в горло. Но керс вовремя обернулся и успел сгруппироваться, выставив руку и одновременно уходя от удара Кариме, внезапно выросшего за его спиной. Один из кинжалов пролетел мимо, звякнув о металл, а второй, с неприятным хрустом вспоров материал костюма привратника, вонзился в его руку. Мужчина рыкнул и, метнув жуткий, дикий взгляд в мою сторону, развернулся. Тонкая, еле заметная цепочка, соединявшая рукоятку с лезвием, натянулась, и синяя искра, посланная мной в оружие, заискрилась на ее гранях. Второй клинок, упавший к его ногам, получив такой же разряд, дернулся словно живой и рванул обратно, как по маслу входя в паз на рукоятке, зажатой между моими пальцами.

— Тар-ри, — вновь прорычал привратник, будто осуждал меня, и одним движением выдернул лезвие из руки, обрывая цепочку.

Тонкое лезвие отлетело в сторону, став бесполезным куском металла. Все это произошло за какие-то пару мгновений, за которые Кариме не успел нанести синеволосому никакого особого урона. Тот же, в свою очередь, уйдя от очередной атаки парня, одной рукой перехватил ассурийца выше локтя, дернул на себя, загораживаясь им как щитом от моей новой атаки. Инстинктивно взмахнув рукой, отозвала кинжал к себе, и тот, вновь звякнув металлом о металл, вернулся в паз рукояти.

Кихиро отреагировал секундой позже, ударив керса локтем в горло. Привратник шарахнулся назад, выпустив из рук рукоять своего хлыста. Кариме крутанулся на месте и рубящим движением разрезал воздух в том месте, где только что стоял привратник. Новый взмах заставил керса отступить еще, снова и снова, пока тот не уперся спиной в перила. Увернувшись от очередного удара, мужчина слишком сильно отклонился назад и, перелетев через перила, рухнул на нижний уровень. Ассуриец последовал за ним, ловко перемахнув через металлические поручни. Я же бросилась к Арану, что пытался подняться, опираясь на рукоять своего топора. Он тяжело дышал, а вокруг шеи проступил красный след от ожога.

— Все в порядке, — прохрипел Аран, вставая на колени, а затем поднимаясь в полный рост.

Я коснулась пальцами обожженной кожи, краем уха улавливая шум драки внизу.

— Нужно помочь Кариме. — Аран сжал мою ладонь. — Керс силен, очень силен…

— Значит, необходимо на него напасть всем одновременно! — Аран подхватил валявшийся рядом хлыст, и мы одновременно рванули вперед, так же, как и Кариме, перемахнув через металлические перила и приземлившись уровнем ниже. Кариме продолжал теснить привратника, пока тот отбивался, вооружившись одним из упавших вниз топоров Арана.

Ассуриец наступал, нанося рубящие удары и выбивая фонтаны искр. Его движения завораживали своей необычной и смертельно-опасной красотой. Керс отразил очередной выпад и легко вскочил на поручни, развернулся в воздухе и рубанул наотмашь. Лезвие топора едва не вонзилось в плечо парня, но тут Аран выбросил кнут вперед, выбивая оружие из рук синеволосого. В следующую секунду хлыст обхватил его горло, роняя привратника на пол. Керс схватился одной рукой за конец хлыста, а второй потянулся к поясу. Полы его одежды разошлись, и на боку я заметила знакомый предмет — лучемет, но только меньшего размера. Мой кинжал тут же отреагировал, полетев в керса, и вновь упустил свою цель, по касательной скользнув по краю металлического хвоста кнута.

Керс действительно был очень силен, раз ему удалось подняться на колени, сопротивляясь силе Мэхора и боли, причиняемой удавкой на шее. Аран сильнее потянул на себя кнут, и синеволосый схватился за поручень, отдернув руку от лучемета. Его лицо исказилось до неузнаваемости, почти потеряв весь человеческий облик. В то же мгновение Кариме размахнулся, его меч сверкнул почти огненным желтым светом и прошел через плоть и кость привратника, отделив его голову от туловища. Кровь фонтаном хлынула из разрубленных сосудов и артерий, заливая решетчатый пол и стекая сквозь него. Голова упала на пол, сделав пару оборотов и замерев прямо передо мной, опаляя взглядом мертвых глаз. Я отвернулась, подавляя чувство отвращения и тошноты. Верные кинжалы вернулись в ножны, успокаиваясь и замирая. До меня донесся глухой стук падающего тела.

<b><center>***</center></b>

— Ты в порядке? — Теплая ладонь Арана коснулась моей спины, и я вздрогнула.

— Да… Все нормально. — Сглотнула кислый ком, застрявший в горле, и обернулась. — Кихиро?..

Ассуриец, что сейчас склонился над мертвым телом синеволосого, выпрямился и посмотрел на меня. На лице и одежде виднелись капли крови, а весь его вид выражал усталость и долю брезгливости.

— Кто бы мог подумать, что этот тварь окажется такой сильной? — Он вытер лицо.

Аран забрал свой топор, возвращая его в крепление на спине.

— Нужно возвращаться к капитану и Керону… боюсь, смерть этого… уже ничего не решает…

Аран и Кариме шли впереди, они уже миновали второй уровень, когда резкий и мощный толчок заставил нас схватиться за перила. Что-то громыхнуло, и мне показалось, будто ОКО сейчас рассыплется на куски.

— Нужно торопиться! — прокричал Кариме сквозь шум и грохот и, хватаясь за перила, рванул дальше.

Холлеру невероятными усилиями удавалось удерживать корабль в устойчивом положении, но в нас то и дело попадали обломки уничтоженных флайеров. Они словно огромные огненные шары падали вниз, врезаясь в землю, стирая с ее поверхности небольшие дома, расположенные на окраинах Ассура. Маги старались гасить рожденные огненным дождем пожары, вызывая водные лавины, а потому все пространство над городом и его окраинами было похоже на фантазию безумного создателя: огонь, молнии, гром и потоки воды, черные клубы дыма — все перемешалось.

— Что тут? — Аран склонился вперед, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь дым и гарь.

Холлер кивнул на Мо, который все еще управлял големами.

— Справляемся… Керс? Мертв?..

— Мертвее не бывает, — мрачно отозвался Кариме.

Он с интересом рассматривал Мо, наполовину отключившегося от реальности. Я села в одно из соседних кресел, пристегиваясь. Остальные последовали моему примеру.

— Надо помочь ему, я иду туда…

— Нет! — Аран перегнулся вперед, хватая меня за плечо. — Мо справится и без тебя. Он уже справляется.

В целом, Мэхор был прав, големы сбивали керсов как комаров. Величественные каменные монстры с горящими в груди синими шарами взмахивали своими огромными руками, порой за один удар уничтожая сразу несколько кораблей.

— Холлер, сажайте корабль. Здесь есть оружие? Мы можем отстреливаться?

Капитан покачал головой, выискивая взглядом место для посадки.

— Боюсь, нет, энергии недостаточно. Мы даже как следует взлететь не можем, только сесть. Или, скорее даже, упасть…

— Постарайся не убить нас всех, — пробормотала я, решив все же присоединиться к Мо с его собственной армией каменноголовых «солдатиков».

— Да, капитан, постарайтесь не убить нас. Ах-ха-ха-ха!..

Я вздрогнула всем телом и оглянулась. Аран дернулся как от удара, сильнее сжимая пальцы на моей руке и причиняя этим боль. Позади нас стоял керс, вернее, его проекция… Привратник

— Какого?.. — Кихиро потребовалась всего пара секунд, чтобы сориентироваться. Он отмер и принялся лихорадочно расстегивать ремень, что всего несколько секунд назад застегнул. — Как? Ты же сдох!

— Я способен существовать вне сознания моего мозга. — Привратник усмехнулся, наблюдая за ассурийцем. — Не утруждай себя, истинный… Уровень моего заряда на исходе, скоро система просто сотрет меня.

Призрак повернулся ко мне. Похоже, проекция керса говорила правду, выглядел он явно плохо. Образ некогда сильного, высокого и божественно прекрасного мужчины все время дергался, тело становилось то прозрачнее, то вновь обретало почти живую плотность. Пару раз казалось, что привратник вот-вот рассыплется на части, но он вновь собирался, подавляя шум и помехи системы.

— Ушло слишком много энергии, чтобы послать сигнал… — Проекция задрожала.

— Но ты, Тари, можешь все исправить. О, ты неиссякаемый источник силы!

— Заткнись! — Кариме вскочил, хватаясь за меч, но что он мог ему сделать?

— Подумай, Тари, ты можешь стать одной из нас, настоящим богом! Потуги этого скота, — синеволосый махнул рукой в сторону уже поднявшегося с места Арана и замершего в своем кресле за его спиной Холлера, — никчемны…

Я уже не смотрела на него, все равно ничего не видела. Войти в систему управления ОКОм во второй раз было еще проще. Мне не хотелось слушать керса, я не желала знать ничего из того, что он говорил, но теперь я прямо-таки чувствовала каждое его слово.

— Мы столько времени потратили, столько непростительных ошибок совершили, выводя идеальное создание. И вот она, ты… Люди не заслуживают жизни, Тари! Они паразиты! Уничтожают все, к чему прикасаются. Мы видели сотни, десятки сотен цивилизаций, и все они одинаковы в своем невежестве и гордыне. Они словно черви копошатся в своем дерьме и знают лишь одно — бесконтрольно плодиться… Мы — те, кто способен управлять ими, Тари. Только мы можем привнести порядок в их никчемную короткую жизнь!..

Я знала, была уверена в том, что проекция привратника напрямую подключена к блоку питания кораблем. Даже тут он вытягивал энергию, словно паразит присасывался ко всему, чего касался. На протяжении многих лет ему удавалось существовать за счет корабля-цитадели, где мы его и нашли. Но потом энергии стало не хватать, и передатчик помог ему внедриться в систему ОКА. Без тела и сознания он, может, и смог бы существовать, но без энергии — нет. Его инициализация была полностью загружена в базу данных ОКА. И я внедрилась в параметры, но мгновение спустя услышала уже над самым ухом:

— Мы почти стали богами, Тари…

А в следующую секунду мое тело ощутило неимоверный, практически убивающий во все живое холод. Леденящее внутренности чувство накрыло неожиданно, и уже прямо в голове я расслышала:

— Мы стали ими!

Прямо перед моими глазами мелькала вереница цифровых столбцов, каждая из них — прямая команда. Я с неимоверным трудом сгруппировала нужный шифр, словно это было для меня привычной ежедневной рутиной.

— Я твой бог, Тари… — гремело в голове, а моя рука, повинуясь желанию керса, что уже однажды с легкостью управлял мной, потянулась к поясу.

— Тари! — закричал Аран где-то рядом.

— Стоять! — прогремел привратник моим голосом. — Не двигайся, раб!

— Раб?! Тари, что…

— Низшие! — ошарашенно пролепетал Кариме.

— Высшие, истинный, высшие! — с усмешкой моим голосом воскликнул привратник. — Не двигаться!

Я в это время уже обнажила клинок и приставила его к собственному горлу. На контрасте убийственного холода кожу опалила боль и жар крови, тонким ручейком побежавшей вниз.

— Тари, нет! — Аран рванул меня за руку, вырастая прямо передо мной и выдергивая меня из системы. — Нет!

— Не смей, — зашипел керс, брызгая слюной, — касаться меня, если хочешь, чтобы она жила… пока…

Мэхор также резко отпустил мою руку, из-за чего я не удержала кинжал, и его лезвие сильнее вонзилось в кожу, причиняя боль.

— Она моя… Мое дитя, мое творение, я ее бог! — кричал он моим голосом, в то время как я сама лихорадочно искала связь с системой, но странные помехи мешали, откатывая все мои попытки взять под контроль не только свое тело, но и всю систему в целом. — А теперь отойди и не мешай мне, и тогда, возможно, я позволю вам наблюдать, как боги сделают этот мир своим, завершат то, что мы начали сотни лет назад…

— Нет, — произнесло ОКО моим собственным голосом, — вы не боги, всего лишь такие же паразиты, о которых ты говорил ранее. Вы чума. Болезнь. Гнойный нарыв…

Цифровое поле вновь загорелось передо мной, сменяясь десятками цифр, перетекающих в новое изображение. Одна секунда, другая, и я ощутила что-то странное, знакомое, что-то такое родное и в ту же секунду чужое. Где-то рядом, будто вытяни руку и сможешь коснуться. Где-то тут…

— Тари… — прошелестело на самом краю сознания. — Тари, будет больно… всем бывает больно…

— Готова… — ответила система, прогремев над головами мужчин моим голосом. — Я готова… Давай… ну же!..

— Что? — захрипел привратник. — Что за?..

Голос Мо прорывался сквозь систему, сквозь сознание самого керса, блокирующее мою связь с ОКОм. Я уже не слушала его, всем своим существом готовясь к вторжению Керона. Секунда, и он ударил. Именно так я ощутила то, что он сделал: сильнейший удар в спину, заставивший призрака, захватившего мое тело, вылететь из меня, выпуская наконец из своих леденящих кровь лап, опрокинул меня прямо на Арана. Мэхор подхватил меня одной рукой, второй выбивая кинжал из моих пальцев.

Уже в следующее мгновение я, расслабившись в его объятиях, вновь отпустила сознание, стараясь отыскать в системе тот уголок, в котором сохранилась кроха информации о привратнике. Та кроха, что была способна управлять мной, кораблем и, возможно, всем флотом керсов. Наконец я увидела то место в бесконечном потоке сменяющихся цифр, где спрятался этот паразит. Один за другим я начала вычленять лишние знаки из кода, уничтожая воспоминания о том, каким был этот лживый бог при жизни.

— Тари!!! — Я распахнула глаза и сквозь марево кода увидела синеволосого.

Его лицо исказилось, словно перекрученная бумага, он попытался что-то сказать, но… Голографическое тело некогда мощной программы управления превратилось в цепочку знаков, как остовы эфемерного скелета. Они рассыпались, словно сотворенные из энергетического песка

— Тари! — новый крик, сотрясший стены. — Нет! Та-а-а-а… Та-а-а-а…. р-р-р-ри-и-и- и…

Я поморгала, стараясь полностью восстановить зрение и теперь видела этот мир. Видела, как его рука взметнулась, будто мужчина хотел мне что-то сказать… Но не прошло и пары секунд, как его образ окончательно рассеялся. Аран и Кариме что- то кричали, Холлер вцепился в рычаги управления и, кажется, сыпал ругательствами, проклиная всех керсов.

Я не спешила полностью выходить из системы, так как необходимо было еще кое- что сделать. Я прекрасно помнила, как именно керсы практически уничтожили эти земли, и снова допустить подобное не могла. Стараясь не обращать внимания на то, что происходило вокруг, прикрыла веки, отгораживаясь от внешнего мира.

— Пристегнитесь, — прогремело под потолком, и я начала аккуратно поднимать корабль.

— Что происходит? — встревоженно рыкнул Аран, я ощущала его беспокойство, но заниматься этим мне было некогда. Я всем своим цифровым телом почувствовала, что Холлер выпустил штурвал из рук.

— Она управляет кораблем!

Теперь я могла подсоединиться к блоку питания и системе энергоснабжения и даже, более того, могла сама стать реактором и заставить все двигатели работать. Мои жилы, моя кровь, мои кости — все превратилось в сплошную текучую и переменчивую, но в то же время невероятно сильную и устойчивую материю. ОКО слушалось меня. Я внедрилась в систему вооружения, трансформируя корабль в боевой режим. Пусть привратник и был уничтожен, но керсы, словно очнувшиеся от зимней спячки пчелы, вырвавшиеся из потревоженного улья, продолжали наступать, и впереди маячила одна большая проблема. Нельзя допустить, чтобы они снова превратили этот мир в безжизненную пустыню. Нужно было что-то решить с той «черной чумой», что захватчики несли в чревах своих кораблей.

Глава 23

Привести орудия в боевую готовность не составило труда. Сначала я подняла рельсотроны, наладив автоматическое наведение. Пушки и турели потребляют много энергии, так что пришлось запустить генератор на всю мощь. Серебристые флайеры керсов летели вниз подобно стрелам и ни один лазер или ракета не смогли бы взять их в прицел, так что я пустила в ход боевых дронов. Они вылетали из открытых шлюзов, направляясь к своим непосредственным целям и сбивая керсов на лету. Воздушное пространство очень быстро наполнилось новыми взрывами и дождем из догорающих обломков. Один из дронов подлетел на достаточно близкое расстояние к вражескому флайеру, прежде чем был сбит другим, но все же он успел передать мне заснятую картинку. В боевом флайере керсов не было пилота, это были самые обычные беспилотные бомбардировщики, управляемые центрально. Это упрощало дело.

Мне пришлось выйти из системы ОКА, автопилот отключился, но дроны продолжали выполнять поставленную перед ними задачу — атаковали корабли керсов, что попадали в атмосферу планеты. Когда я смогла сфокусировать взгляд, то поняла, что надо мной склонился встревоженный Аран, он держал меня за руку, словно я могла сбежать или исчезнуть.

— Тари… Тари, ты как? Нужно обработать рану, слышишь?

Я кивнула, высвобождая свою ладонь и поднимаясь на ноги.

— Все нормально, в этом нет необходимости…

— Смотри, с нашим умником что-то не так! — Кариме взволнованно прикоснулся к плечу Мо, обращая на него мое внимание.

Я нахмурилась, разглядывая Керона. Парень побледнел, на лбу выступила испарина, а тело вздрагивало, словно его мучил сильный жар.

— Пора вытаскивать его оттуда! — Ассуриец ткнул пальцем в огромный экран, где в данный момент тройка уцелевших големов продолжала упорно размахивать горящими головешками, что еще совсем недавно были вековыми деревьями, росшими на окраине Ассура. Я чувствовала себя нормально благодаря его помощи, но видимо для Мо все было сложнее или просто по-другому. Ведь несмотря на нашу похожесть, мы все равно слишком разные. Сколько сил он потратил на то, чтобы освободить меня от привратника, и сможет ли теперь вернуться обратно?

— Мо, — я склонилась к парню с другой стороны и прошептала на ухо, хотя не была уверена, что он меня слышит: — Давай, Мо, продержись еще немного. Я приду за тобой, я не брошу тебя, как и ты меня не бросил…

— Что ты собираешься делать? — Аран развернул меня к себе, крепко удерживая за подбородок и требуя ответа.

Я закусила губу, выворачиваясь из его пальцев.

— Хочу взорвать их всех, к низшим…

Кихиро выпрямился, отвлекаясь от Мо.

— Ты ведь помнишь, что случилось в прошлый раз?.. Те взрывы…

— Разумеется. Но… у меня есть план. Холлер, — я обратилась к капитану, — нам понадобятся ваши защитные поля. Сколько можете достать?

Он задумался, прикидывая.

— А сколько нужно?

— Не знаю. Чем больше, тем лучше.

— Думаю, около двух сотен наберется.

— Ха! — Я готова была рассмеяться. — Скорее всего этого хватит. Я подключусь к их флайерам, они беспилотники и управляются системой, а значит, сделать это будет легче. И направлю их обратно на орбиту. Наверняка у керсов там станции, откуда и ведется управление.

— Так и есть, — отозвался Холлер, — судя по имеющимся данным, там их как минимум пять. И все с силовыми полями.

— Ими и займутся беспилотники. — Я всмотрелась в мониторы. Там были показаны орбитальные станции керсов со всеми характеристиками и данными.

— Все флайеры снабжены лучевыми пушками, шрапнелями и даже рельсотронами. Если атакуют все вместе, есть шанс снести их генераторы к низшим. Навигационные системы в норме, так что вполне можно задать нужную траекторию и конечную цель.

— И что потом? — Кариме кивнул на пылающий снаружи огонь. — Ты знаешь, что случится, если эти станции с кораблями и оружием войдут в?.. — Он взмахнул обеими руками, изображая, как именно масса кораблей обрушится на нас. — Ат- атмосферу.

— Мы им не позволим. Флайеры понесут на себе защитные поля, которые активируют сферы вокруг станций. Они защитят внешнюю среду от взрыва и радиационного выброса. Иными словами, мы посадим керсов в банку, бросим внутрь бомбу и закроем намертво. А потом отправим в космос.

Я замолчала и переводила взгляд с одного мужчины на другого. Аран буравил меня странным взглядом, Кариме готов был испепелить на месте, а капитал, поджав губы, кажется, просчитывал варианты. Да, план неидеален, я и сама понимала это. Но ничего другого в запасе не было.

— Тари, эти поля не вечны. Они выдержат взрыв подобной силы, но вечно сдерживать радиацию они не смогут.

— Я знаю… знаю, но космос огромен, найдите ближайшую к нам планету без признаков жизни или разумного существования. Мы отправим их туда.

Холлер колебался недолго, пара долгих секунд, и он торопливо защелкал значками на панели, выводя на экран схему нашей галактики.

— Вот она. Отмечена здесь как GH106479. Там урановые бури, она непригодна для любой из форм жизни.

— Вот их новый дом.

— Ты уверена? — Аран нахмурился. — Это большой риск.

— Есть идеи получше? Это наш единственный шанс. Холлер, свяжитесь со своими, пусть вышлют разведчиков с нужным оборудованием и этими штуками, способными создавать поля. Их необходимо закрепить на дронах, а я буду отправлять их обратно. Поторопитесь, капитан.

Я снова опустилась в кресло и откинулась на спинку, закрывая глаза. Теперь сил от меня требовалось вдвое больше, да еще и распределить их необходимо на два фронта. Я не могла понять, сколько прошло времени — лишь одна секунда или целых пять минут. Голоса вокруг стихли, погружая меня в пучину тишины.

Ощутив уже знакомую легкость, я разделила свое сознание. Одна его часть осталась тут, в ОКЕ, и занималась поисками склада боеприпасов. Потратив некоторое время на то, чтобы разобраться с планом расположения отсеков, я смогла обнаружить ящики с минами, бомбами, снарядами с гравиуправлением. Мое внимание привлек фугас, как отдельная бомба, с радиусом поражения в 300 метров. Вполне сойдет. Я дала команду перенаправить все в отдел сборки и реконструкции капсул.

Другая часть меня собирала бомбардировщики керсов, раскиданные по всей паутине, дрожащей и вибрирующей от каждого нового взрыва. Они серебряными каплями лежали повсюду, те, что выходили из строя, просто гасли, как маяки в темном море. Такары перестали преследовать и бомбить их, видимо, Холлер уже успел связаться со своими. Теперь нужно взять флайеры под контроль и поднять их в верхние слои атмосферы, вне досягаемости атак Мо и магов.

Паутина вновь завибрировала, от нее стали отделяться и подниматься тонкие нити, похожие на мелкие щупальца. Они обхватывали каждый бомбардировщик, словно пытаясь поглотить. Сливаясь с флайерами, нити проникали в каждый сантиметр обшивки, в двигатель, в систему управления. Скоро серебристый цвет бомбардировщиков керсов сменился на голубоватый. Я ощущала, как система навигации попыталась самонастроиться, но судя по всему керсы уже поняли, что управление перехвачено.

Мне удалось практически сразу заблокировать все попытки перехвата управления из космоса. Задав конечный пункт назначения, отправила первые двадцать флайеров, снабженных такарскими разведчиками. Сеть выдавала сигнал, что должен был восприниматься простым сбоем или ошибкой в навигационной системе. Первой станцией согласно бортовому навигатору значилась «Навис». Беспилотники были способны развивать предельную скорость до двухсот километров в минуту, что позволяло им уходить от возможного преследования в случае обнаружения, и они были малы в размере, что делало их универсальными помощниками.

Дроны-разведчики прибыли быстро, прикрепляясь к флайерам с внедренными электромагнитными и силовыми полями. Но оставалась еще часть беспилотников, которым я дала команду остаться в боксах для реконструкции. К тому времени ОКО поднялось на необходимую высоту, оставив всех за пределами досягаемости. Шум громких голосов прорывался сквозь туман, в котором находилось мое сознание, но отвлечься я не могла. Нужно было спешить, пока керсы не поняли, в чем дело. Привратник не выходил на связь с ними, и это могло стать проблемой.

Боевые флайеры влетали в отсеки, где механические аниматроны принимались за свое дело. Огромные роботизированные машины, похожие на пауков-гуманоидов, перемещались, устраняя внешние и внутренние неполадки, а также прикрепляя к носителям фугасные бомбы. По шесть на каждый. Корабль вмещал в себя пятьдесят флайеров за раз, так что я надеялась, что этого хватит, чтобы разнести генераторы на станции и вывести их технику из строя

Один за другим, пересобранные бомбардировщики вылетали из боксов, сигналя об ошибках в системе управления и покидая атмосферу. Вслед за ними отправлялись те, что несли в себе защитные поля. Оставалось последнее, но самое трудное: необходимо было отправить станции на обнаруженную планету, только силы мои были уже на исходе.

Глава 24

Казалось, что я полностью слилась с системой. В какой-то момент просто перестала отличать, где начиналась я и где заканчивалась реальность. Мне даже доставляло определенное удовольствие мыслить по-иному: без эмоций и без сожалений, лишь алгоритмическая последовательность действий.

Может, привратник был прав, это и есть высшая ступень эволюции, к которой он так стремился? Но там, за пространственным меридианом, остался Аран. И Кариме, и Мо, и Холлер, который рискнул своей жизнью, прибыв в наши земли. И погибший Йодер. Правильно или нет, но нужно делать выбор и следовать ему, потому что нести ответственность за свои поступки — значит, быть готовым умереть за них.

Не было сил выйти из системы. Я лишь хотела этого, а потом меня выбросило оттуда, как инородное тело. Кажется, я стала падать вниз, потому что кто-то подхватил меня. Сильные руки обняли и прижали так, что стало трудно дышать. Я пыталась возразить, но слова застревали в горле и воздуха не хватало.

— Ей нечем дышать, — это был Кариме, — отпусти ее, надо освободить грудь, дать доступ воздуху… Низшие, ну же!

При этих словах я все же разлепила глаза, не хотелось, чтобы все присутствующие пялились на меня. Слабо отпихнув от себя Арана, попыталась сесть. Голова кружилась, во рту было сухо как в степи.

— Тари! — раздалось сразу со всех сторон.

Я поморщилась. Голоса едва не оглушили, так что я вывернулась из рук Мэхора и схватилась за склонившегося надо мной Мо.

Парень был неестественно бледен, его лицо покрывали капельки пота, кожа по цвету сравнялась с иссушенной землей.

— Надо задать пункт назначения, — прохрипела я. — Мо, пункт назначения…

— Что?..

— Все флайеры отправлены обратно. — Холлер отвлекся от экрана. — Думаю, она имеет в виду орбитальные станции.

Я опять притянула к себе парня, почти касаясь кончика его носа своим.

— Я рада, что ты смог, но нам надо взломать их систему управления, они не должны…

Мо сразу понял, в чем проблема. Попасть на орбиту самому невозможно, на это у нас сил не хватит. Только если с помощью чего-то, например, одного из отправленных флайеров. Потом удержать систему, которая после взрыва будет похожа на фарш, и отправить станции по заданному курсу к необитаемой планете. Но самое главное, это вернуться обратно. Пересечь защитное поле.

— О чем она? — Аран взволнованно прикоснулся к моему лбу, одновременно стараясь вклиниться между мной и парнем. Керон же вскочил на ноги и неуверенной походкой направился к своему креслу. Посылать его ТУДА было не самой лучшей идеей, ведь после того что он устроил с големами, а потом и со мной, сил у него, должно быть, совсем не осталось. Но я просто не могла сделать это в одиночку.

— Я готов. — Мо откинулся в кресле, принимая удобную позу.

Кариме все же склонился надо мной, бесцеремонно оттесняя Арана в сторону, и расстегнул молнию на костюме. Затем он развернулся и, схватив Мо за руку, потянул, привлекая к себе внимание.

— Поподробнее.

— Времени нет. — Секретарь выдернул свою руку из хватки ассурийца.

Далеко внизу один за другим начали вспыхивать яркие синие и красные огни. Судя по всему, маги продолжали вести бой, но уже на земле.

— Сейчас… я…

Язык все еще не слушался, но я пыталась восстановить себя как можно быстрее. Слишком хорошо понимала, что без меня Мо мог сам не выбраться оттуда.

— Все понятно, Тари. Я понял. — И снова было удивительно и странно, как мы с ним друг друга понимали.

На этот раз мое погружение больше походило на падение. Долгое и отчего-то болезненное. Меня разрывало на части, такое ощущение, что я попала в эпицентр урагана. С большим трудом удавалось контролировать себя, но потом что-то изменилось. Мое сознание, будто подхваченное кем-то, смогло найти опору в этом бушующем море «неизвестного». Все стало определеннее и легче, я снова видела цель и знала, что и как делать. Поток понес меня вперед, и прежде чем произошла синхронизация с одним из флайеров, я уже поняла, что именно произошло. Мо нашел меня, синхронизировался и помог подключиться к системе.

У этого парня был настоящий, невероятный дар.

Я восстановила локальную систему управления. Чтобы вытащить Мо за пределы силового поля, которое будет установлено вокруг станций, понадобится своего рода мост, связывающий две стороны. Нечто, что сможет преодолеть барьер щита.

Околоземная часть космического пространства светилась ровным голубым светом, местами вспыхивали непонятные огни зеленого и красного цвета. Если бы в этот момент у меня были чувства, я бы сочла, что ничего прекраснее не видела.

На границе мой флайер переключился на аэродинамическое маневрирование. Распространение звука стало невозможным, началась область баллистического полета, для управления которым требовались реактивные двигатели. Я прощупала уже знакомую мне паутину сети, ища на ней Мо. Мой аппарат отставал от остальных, и было видно, что флайеры почти пришвартовались к станциям. Как я и надеялась, керсы еще не разобрались, в чем дело, им и в голову не могло прийти, что некто или нечто могло управлять их машинами. Скорее всего они решили, что задача частично выполнена, и получив повреждения системы, машины вернулись в центр.

Пришлось заблокировать любую передачу данных вовне, удерживая машины в локальной выстроенной нами с Мо сети, чтобы керсы не смогли получить информацию или картинку с поля боя. Мо тоже был рядом со мной, он едва успел внедриться в систему одной из баз, как раздался взрыв. Происходящее напоминало морской прибой, во время которого волны, неистово бьющие в скалы, стараются разрушить их. Я замерла, наблюдая за этим безумством.

Флайеры влетали в боксы, подрывая их изнутри. Я просканировала сеть, обнаружив Мо. Сосредоточившись и посылая импульс, передала ему задачу по установлению конечной точки, также направив ее по остальным системам. Многочисленные взрывы спровоцировали отшвартовку кораблей, что словно спелые яблоки отделялись от огромных космических станций. Каждый такой взрыв провоцировал все новые и новые вспышки. Паника охватила этот огромный муравейник, позволяя все большему количеству жертв попадать в расставленную нами паутину.

Она дрожала под мощными толчками, натягиваясь и вибрируя. Было такое ощущение, словно я сама оказалась в эпицентре непрекращающихся взрывов. Будь у меня физическое тело, мои бы зубы искрошились, а мозг растекся как патока. Удерживать управление становилось все труднее, и если бы не Мо, то выбраться не смог бы ни один из нас. Я направила флайеры к удаляющимся силовым шарам, мерцающим в холодном свете. И тут, среди сотен вспышек, я заметила направляющийся в мою сторону шаттл, что лавировал среди груд космического мусора. Это был не флайер, а именно одноместный шаттл, его стальные бока подсвечивались синими огнями взрывов. Он приблизился на минимальное расстояние, становясь своего рода проводником.

Я включила плазменное оружие, самое мощное из имеющегося. Едва шаттл преодолел расстояние, необходимое для исполнения нашего плана, флайер открыл огонь.

Все остальное произошло в доли секунды. Мо понадобилось буквально мгновение, чтобы трансформировать импульс магии в информационный поток. Точно так же, как информация проходит по сетям кораблей, передаваясь от одного существа к другому, от одной системы в другую. Поток прорвался сквозь, казалось, неприступный защитный барьер, запуская механизм уничтожения. По внутренней грани защитной сферы растеклось красно — черное марево. А потом меня отключили.

Глава 25

— Он тянет, Мо… тянет…

— Тари!.. Стойте!

В голове все крутилось, не давая сконцентрироваться, меня уносило прочь от ОКА, от планеты, от всего и от всех… Я стремительно неслась туда, где был сконцентрирован поток плазмы, туда, где черной ненасытной дырой собиралась вся боль и алчность этих существ.

Боль, превратившаяся в жадные, беспощадные поиски, затягивала словно паутина. Пытаясь освободиться, я все больше погружалась в систему кораблей керсов. Боль становилась невыносимой, перед внутренним взором все плыло, заливаясь красным маревом. И сквозь эту пелену я искала выход, стараясь ухватиться за знакомые черты, то и дело мелькавшие где-то на периферии.

— Больно, Мо… — шептала я. — Больно… я не вижу… Мо… не вижу, не хочу… видеть…

Мир вокруг задрожал, и я распахнула глаза, ощутив эти колебания. Мир внутри системы наложился на мою реальность, превращая картинку в какой-то совершенно невероятный калейдоскоп образов и иллюзий. Я видела тусклые вспышки звезд и одновременно рубку ОКА, миллиарды бесконечных потоков цифровых кодов… и тут же сквозь них проступал лик Керона, смотрящего на меня своими глазами-бельмами.

— Больно, мне больно, Мо…

— Сейчас тебе будет легче, Тари… Слышишь?..

— Мо! — раздалось над самым ухом, и сквозь кровавое марево я заметила знакомый блеск черных глаз ассурийца. — Вытащи ее! Вытащи! Ей же больно!.. Мо…

— Т-ш-ш! — Мо оскалился.

Сквозь поток слепящих меня цифр и кодов, вереницы планет и галактик я увидела, как Аран оттаскивает от нас Кариме, хватает Холлера, выдергивая того из кресла, и падает на пол, а потом Керон, прожигая пространство невидящим взглядом, вскинул руки над головой, и вселенная взорвалась.

Будь я компьютером, слово «отключение» подошло бы к моему состоянию идеально. Когда окружающий тебя мир, каким бы ты его ни знал, по щелчку погружается в темноту, по-другому произошедшее и не назовешь. Сознание, или кем ты становишься на этом этапе существования, улетело в открытый космос вслед за обломками станций, плывущих внутри гигантских пузырей непроницаемых защитных полей. Наверное, это и есть свобода.

Возвращение — всегда через боль. Через рождение к смерти. Умирая, мы страдаем, страдает наше тело, потому что жизнь, дышащая в наших клетках, цепляется за нас. Именно она причиняет нам страдания, не смерть. Смерть — это миллиарды мерцающих звезд, которые теперь открыты для тебя. Безграничные миры во Вселенной, о которых ты прежде и не подозревала; знания, ведомые только Высшим. Разве это должно пугать?

Меня манила эта безграничная темнота, разбавленная далекими огнями. Где-то там был мой дом, колыбель, и теперь он звал меня по имени. Космос обещал раскрыть все свои тайны, что самому человечеству не постичь никогда. Передо мной проносились века эволюции и деградации, войны и смерть, ядерные взрывы и зарождение новой жизни. Планеты, покрытые льдом и радиоактивными осадками; звезды, которым еще только предстояло стать планетами, давно потухшие, но еще несущие нам свой свет сквозь время и пространство.

Я видела нашу планету такой, какой она была еще до прихода керсов и такаров, цвета чистого изумруда с голубыми лужами океанов. Видела ее до нашего появления, за много-много лет до начала всех времен. Я что-то почувствовала, до безумия знакомое, но никак не могла вспомнить, что это. И мне хотелось понять, очень… Это «что-то» зацепилось за мое сознание как ниточка, тянувшая меня назад.

Я не знала, почему это так для меня важно и было ли вообще, но следовала вслед за нитью, уводящей меня все дальше от молчаливых звезд, расположенных в сотнях парсеков друг от друга. Позади остались проносившиеся мимо кометы, их свет становился все тусклее, приобретая серебристый оттенок. Тепло уходило, уступая место неприятному холоду и боли. Нить вела меня вниз, превращаясь в тяжелый якорь, цепляющийся за столь неудобное и громоздкое тело. Мои легкие разрывались, наполняясь воздухом. Жизнь снова возвращалась ко мне.

Я не без усилий открыла глаза, фокусируя взгляд. Аран всматривался в мое лицо, нервно кусая почти синие губы, столь сильно выделяющиеся на его совершенно сером лице. Мне захотелось истерически рассмеяться, когда поняла, сколько раз за этот бесконечно долгий день я уже приходила в себя полулежа в его руках. Тяжело сглотнула кислый ком, наждачным шаром прокатившийся по горлу и царапающий его до крови.

— Тари! Высшие!

— Клубника, — прохрипела я.

— Что? — Рядом показались не менее бледные Кариме и Мо. Значит, парень жив. У меня словно камень с души упал.

— Что с ней? — раздались встревоженные голоса.

— Клубника.

Теперь я вспомнила, что именно меня зацепило в молочном спиралевидном тумане, что так захотелось вновь ощутить… Центр нашей галактики пах как клубника.

Наверное, мы снижались. В голове было восхитительно пусто, боль уже отступила и мышцы снова понемногу наливались силой. Но мне не хотелось ни вставать, ни выбираться из объятий Арана. Мо вполголоса рассказывал о том, как меня вынесло, когда он проник в систему флайера через плазменный поток. Они не знали, где я и что со мной произошло, была ли то смерть… Только мое сердце не билось. Я слушала парня вполуха, гораздо приятнее было просто ощущать сильные руки Мэхора.

— Все кончено, Тари. — Я вздрогнула, когда Мо дотронулся до моей ладони, несильно сжав ее. Только теперь до меня дошел смысл его слов, все действительно закончилось. Я посмотрела на Мо, потом на Арана. — Все хорошо, Тари, все хорошо.

Его теплые пальцы коснулись моей щеки, и я вдруг поняла, что плачу.

— Да… я… просто… — Все же пришлось сесть, вытирая слезы. — Кхм, отличная работа, капитан.

Холлер обернулся и сдержанно кивнул, но его глаза улыбались, и я не смогла не улыбнуться ему в ответ, наконец ощутив долгожданное облегчение.

Мо расслабленно опустился на свое место, пристегиваясь и пытаясь что-нибудь рассмотреть внизу среди пылающих деревьев. Я тоже последовала его примеру, Аран помог занять мне свое кресло и заботливо застегнул ремень, ненароком вновь коснувшись щеки. Я поймала усмехающийся взгляд ассурийца, и захотелось дать ему подзатыльник. Но он уже отвернулся, склонившись к Мо, и легонько щелкнул того по носу.

— Впечатляюще для того, кто обычно перебирает бумажки.

Мо громко фыркнул и отвернулся. Он повернул руку ладонью вверх, и на ней заклубилось зеленое пламя. Ремень, что висел с двух сторон от Кариме, взвился живыми змеями и защелкнулся на талии ассурийца. Но этого показалось недостаточно, и лямки ремня с усилием затянулись, причиняя ему неудобство. Кариме взвыл, а довольный Мо рассмеялся.

Мои силы возросли, интересно, смогу ли я так же? Я подняла руку, мне не потребовалось даже концентрироваться — по кончикам пальцев пробежал ток, как миниатюрная молния заиграв между ними.

Глава 26

Корабль снижался, и чем ниже мы опускались, тем явственнее видели урон, нанесенный Ассуру керсами. Всюду дымились обломки флайеров и джетов. Големы, некогда величественные громады, теперь напоминали груды камней.

Кроны деревьев еще полыхали, но маги продолжали бороться с огнем, так что, в основном, мы видели почерневшие ветви. Конечно же, были жертвы и среди воинов, и среди магов, и среди обычных людей. Всегда тяжело нести подобную весть семьям погибших. Осознание, что твой сын, муж, отец или брат погиб за свободу, малое утешение. Людям еще предстояло разобрать завалы, чтобы отыскать тела и похоронить их с должным почетом и достоинством…

Мы не разговаривали. Вид разрушений удручал, и посадка проходила в полной тишине, изредка нарушаемой только сухими командами Холлера. Наконец ОКО, подняв столб пыли, заглушил двигатели, опустившись на свободное место. Я поднялась. Аран хотел было помочь, но силы уже полностью вернулись, и мои ноги твердо держали меня на земле. Чего не скажешь о душе. Она будто еще витала где-то за пределами реального мира, из нее все еще не выветрился дух абсолютной свободы и власти…

Я качнула головой, давая Арану понять, что его помощь сейчас будет лишней, и бросила быстрый взгляд на Мо. Этот парень восхищал меня с каждой секундой все сильнее. Он поднялся со своего места и ответил что-то колкое Кихиро, что, кажется, снова поддел его острым словом. Затем тряхнул, как я совсем недавно, головой, и на его лицо упали пряди волос, скрывая от всех покрасневшие щеки. При выходе из корабля я случайно заметила, что среди густых прядей затесалась одна серебристая. Замерев, я заставила остановиться и его. Потянулась, выуживая седые волоски из общей массы.

— Это… но как же, Мо… я… мне жаль…

— Ничего, Тари, это с непривычки, — пожал тот плечами и улыбнулся. Каждый из нас принес «оттуда» что-то свое.

Едва мы спустились, как в небе показался военный эсминец такаров. Люди, кинувшиеся нас приветствовать, замерли в нерешительности. Страх еще не выветрился, ведь второго удара мой народ не переживет. Корабль приземлился чуть в стороне, чудом не задев расположенные рядом строения. Рядом опустились несколько джетов, из которых высыпало человек двадцать воинов. После того как они выстроились в своего рода шеренгу, из корабля показался Радолос. Его могучий рост поразил не только меня. Аран инстинктивно схватился за топор, но я мягко сжала его руку, Кариме же опустил ладонь на плечо Мо и прошептал, чуть склонившись к его уху:

— Малышу уже страшно?

Тот дернулся и отступил, стараясь избавиться от его излишней близости.

Люди перед нами расступались, с подозрением оглядывая огромного такара в окружении солдат.

— Тарина! — голос правителя такаров прозвучал излишне торжественно. Радолос поклонился. — Позвольте выразить Вам и Вашим друзьям мое почтение и благодарность. To, что вы сделали, несравнимо ни с чем.

Аран нахмурился, я почувствовала, как ему хочется заслонить меня от двухметрового существа. Но больше всего удивило то, что, кажется, все вокруг поняли его слова. Люди были поражены и напуганы, но именно его внешностью, а не чем-то еще. Я хмыкнула, протянув про себя: «Технологии…»

— Мы сделали это вместе. — Я прижала руки к груди, тоже выражая свое почтение.

— Уважаемый Радолос, позвольте представить вам моих друзей и соратников: это сар Мэхор. Он… э… главнокомандующий.

Я все же засомневалась, представляя Арана, так как боялась ошибиться в его должности.

— Рад наконец познакомиться, — такар протянул когтистую лапу. — Мое имя Радолос.

Передав таким образом бразды правления в руки Арана, я хотела поскорее скрыться от всеобщего внимания, ведь скоро сюда подоспеет ассурийская делегация в полном составе во главе с тремя правителями и, конечно же, с пугающим меня саром Алемом. Впереди было немало работы, а переговорами и расшаркиваниями пусть занимаются те, кого должность обязывает.

— Тарина. — Я скривилась и нехотя остановилась. — Не спешите. Я думаю, Вы будете счастливы кое с кем встретиться…

Удивленная его словами, я замерла и проследила за вытянутой рукой Радолоса, который отошел в сторону. От изумления я потеряла дар речи, даже показалось, что глаза меня обманывают. По трапу такарского корабля спускался живой и невредимый… Ворд. Это был он и в то же время совершенно другой Йодер. Темные брюки такарского образца и жилет на голое тело позволяли мне рассмотреть его. С рук и груди исчезли все татуировки, кожа была абсолютно чистой, с нее даже загар сошел. Я смотрела на своего друга и не могла сделать и шагу, в горле встал горячий ком. Он спускался к нам, неуверенно улыбаясь, словно не ожидал теплого приема или боялся, что мы его не узнаем. Первым очнулся ошеломленный Кихиро.

— Йодер! — Ассуриец кинулся к нему, стискивая в объятиях. — Высшие, мы думали ты… что ты…

— Мертвый, — хрипло закончила я за напарника. Я сама слышала это, а сейчас он стоит перед нами.

Ворд хлопнул Кариме по плечу.

— Я и был таким. Но наши новые знакомые немного подлатали меня. Тари?

Я нерешительно приблизилась к Йодеру, коснулась его лица, изучая скулы, брови, нос… Провела по рыжим волосам.

— Низшие. Это и правда ты.

Он раскатисто расхохотался, с силой обняв меня, едва не сломав кости в страстном порыве. И впервые с момента окончания всего этого кошмара я ощутила настоящую, ничем не замутненную радость. Это Йодер, мой друг и напарник, наставник и брат, он снова с нами!

— Ты изменилась, Тари, — пробормотал он мне в макушку и пристально заглянул в глаза. Я собиралась сказать, что все мы немного изменились, но нас прервал Радолос.

— Нужно как можно быстрее отыскать раненых и погибших. Возможно, кого-то еще удастся спасти. Хоть вы и отличаетесь от моего народа, — говоря это, такар указал на стоящих поодаль людей, — но мы можем и вам оказать помощь. Постараемся сделать все возможное.

Я сжала ладонь Ворда.

— Поговорим позже.

Он кивнул.

— Конечно, сари.

Мы оглянулись по сторонам. Повсюду валялись поваленные обугленные стволы, обломки разбитых дронов, флайеров, джетов. Черный дым и копоть поднимались в небо. Но мы знали, что это просто след темного прошлого, скоро его сотрет сильный западный ветер и принесет с собой новую весну.

<b><center>***</center></b>

— Кошмар, Йода, куда делись твои ритуальные рисунки? — Кариме отхлебнул из фляги и скривился. — Ты похож на младенца.

Йодер как-то стеснительно пожал могучими плечами. Должно быть, он и правда чувствовал себя непривычно без своих татуировок.

— Эти крохи приняли мои рисунки за изъян. Как и загар. — Он потер переносицу.

— Какие еще крохи? — Кариме потянул нас в сторону.

— Те, что теперь существуют внутри меня. Такие… м… — Ворд явно вспоминал нужное слово. — Микроскопические ро-бо-ты.

— Они запихнули в тебя роботов?! — Кихиро хлопнул друга по грудной клетке. Йодер угрюмо вздохнул, для него эти рисунки имели особое значение.

— Не волнуйся. Они не совсем роботы, не такие… Но они удивительно хорошо справляются со своей работой. Эти малыши сильнее истинных магов… Они с легкостью восстанавливают утраченные конечности, латают раны и вообще… Мне сказали, что мой мозг еще был жив, а тело уже мертво… Не понимаю как, но… я снова могу жить, пусть и так… Жаль, что они не появились раньше, возможно, тогда и…

Йода замолчал, а мы с Кариме переглянулись, также испытывая сожаление. Я дернулась, поняв, что нам необходимо поговорить о чем-то другом.

— Вот как, а я-то думала, что все повидала.

— С ума сойти! — Кихиро отсалютовал мне, и мы снова замолчали.

Мы сидели под, кажется, единственным уцелевшим на многие километры деревом. Уставшие, грязные, но живые. И после грохота битвы опустившаяся тишина казалась даром небес.

Аран так и не сумел больше вырваться и подойти ко мне, хотя я видела, как он несколько раз намеревался это сделать, но потом и вовсе отбыл в Ассур вместе с Радолосом и другими правителями. Поняв, что не увижу его еще какое-то время, я расслабилась и позволила себе откинуться на траву. Мимо прошел Мо и замер невдалеке, внимательно разглядывая остатки вражеского джета. Парень даже не взглянул в нашу сторону, а я удивленно хмыкнула, сообразив, что он не поехал в город с Араном. Видимо, Кариме был того же мнения.

— Эй, умник!

Мо вздрогнул и обернулся, и по его глазам стало понятно, как сильно он устал. Наверное, Кихиро тоже заметил этот взгляд, потому что вдруг осекся и продолжил уже более миролюбиво:

— Иди сюда. — И он протянул парню флягу. — Держи!

Мо нерешительно вздохнул, но послушно приблизился и опустился на траву рядом. Сделал глоток и закашлялся, ведь вместо воды Кариме умудрился где-то добыть вина, коим теперь так щедро поделился с Кероном.

— Маленький еще. — Ассуриец беззлобно усмехнулся и потрепал Мо по взъерошенным волосам. Секретарь шмыгнул носом, его щеки зарумянились то ли от вина, то ли от неожиданной похвалы, и он правда стал похож на выпускника академии.

— Как думаете… — Он поболтал остатками вина на дне фляги и сделал быстрый глоток, после чего вновь скривился. — Что будет дальше?

Никто ему не ответил. Я закинула руки за голову, рассматривая голубое небо, за которым скрывался бескрайний космос. Где-то запели птицы, которые вернулись туда, где прежде жили. Мы построим новые дома и посадим новые деревья, они совьют в них новые гнезда. Все продолжится, как должно, потому жизнь всегда пробьет себе путь подобно молодым побегам, пробивающимся через камни и песок. Таковы законы бытия.

— А дальше мы будем жить.

Эпилог

Аран сидел у себя в кабинете, разбирая бесчисленные чертежи и схемы. С появлением компьютеров, щедро предоставленных такарами, любые проблемы подобного рода решать стало не в пример легче. Но кое-что все еще делалось на бумаге, больше по привычке, чем от недоверия к такарам. К тому же еще далеко не все данные были загружены в общую сеть, так что иногда приходилось вновь углубляться в шуршащий ворох разноразмерных листов.

К слову и к общему возмущению Арана, всем этим должен был заниматься его непосредственный помощник, который в последнее время вконец обнаглел и появлялся в кабинете только с очередным известием о новом исследовательском полете.

Купола над их землями больше не было, теперь перед Ассуром открылся совершенно незнакомый мир, который еще только предстояло узнать. Патрули вылетали на разведку каждые три дня и каждый раз возвращались с одной и той же скудной информацией о пустыне, уходившей далеко на север. Каждый такой вылет расширял границы территорий Ассура еще на несколько десятков километров. Там, за гранью нового, еще незнакомого мира, неровной цепочкой высились горы, верхушки которых покрывали белоснежные шапки снега.

Такары планировали запустить спутники на орбиту, но раньше это не представлялось возможным из-за базировавшихся там станций керсов. Теперь планета была свободна от захватчиков и оставалось обжить ее по новой. Кое-кто опасался, что после того как керсы покинут эту часть космоса, такары отправятся на поиски нового дома, забрав с собой все столь щедро дарованные нам блага. Но Радолос уверил, что они уже давно дома и желают лишь сделать его лучше.

За последние полгода технологии настолько прочно и легко вошли в нашу жизнь, что теперь казалось удивительным, как мы жили раньше. Нет, конечно, система еще давала сбои, а старое поколение магов вообще отказывалось иметь с ней дело, в отличие от молодежи, всецело отдавшейся реалиям нового мира.

А в итоге главы трех городов возложили на Арана, как на будущего преемника, всю ответственность, так что ему приходилось отдуваться самому. Тари предпочла не вмешиваться, лишь иногда давала советы, хотя самому Арану хотелось видеть ее чаще. Ей тоже по душе пришлись исследовательские экспедиции, где она пропадала неделями, оставляя Мэхора наедине со всеми этими заботами.

Одно его успокаивало — рядом с ней всегда были Ворд и Кариме. Аран сам не понял, в какой момент он перестал видеть в ассурийце врага и соперника, начав целиком и полностью доверять этому невыносимому, дерзкому, хитрому красавчику…

Мужчина устало потер переносицу. Где опять носит этого мальчишку?! Две недели назад он подал запрос на нового помощника, ответ пришел быстро и едва не вывел его из себя: все люди нарасхват, кадров не хватает, ждите.

Просто уму непостижимо! И если…

— Сар Мэхор! — Неожиданно распахнувшаяся дверь прервала его невеселый ход мыслей.

На пороге, сияя как золотая монета, стоял Мо Керон с планшетом под мышкой. Аран лишь глаза закатил, в очередной раз осознав, что все, касающееся дверей, Мо воспринимал как-то по своему: «Вижу цель, не вижу преград», едва ли не снося последние с петель.

Аран поморщился и уже привычно недовольно буркнул:

— Когда тебя уже научат стучать? Где тебя носило?

Мо метнулся через всю комнату прямо к столу, подняв небольшой вихрь, и вместо ответа шмякнул перед комендантом планшет. Аран вновь поморщился, уже ожидая малопонятный и быстрый поток слов, готовый обрушиться на него.

— Сар Мэхор!..

— Нет, — коротко отрезал он, даже не дослушав до конца.

Секретаря это нисколько не смутило, он щелкнул по экрану, выводя карту, судя по всему, только присланную одним из перепрограммированных дронов-разведчиков.

— Но сар…

— Нет, — меланхолично повторил тот, скрестив руки на груди.

— У нас тут новые данные! Дроны передали их буквально пять минут назад: на севере в горах! Кажется, это люди! Тут заснято какое-то тепловое движение, но точно определить не успели, а мы с Тари думаем, это люди! — Мо задохнулся, выпалив все на одном дыхании и замолчал, набирая в легкие новую порцию воздуха.

— Нет.

— Но это же важно!

— Нет! — рявкнул, не выдержав, Аран. Низшие! Он что, издевается?! — Ты нужен мне здесь. Вот с этим, — комендант подтолкнул к парню папку бумаг, — и с этим, и еще вот с этим. Это твоя прямая обязанность, Мо! Для всего остального есть ученые, геологи, археологи, даже эти вот твои столь обожаемые дроны и прочая нечисть.

Парень благоразумно промолчал, пережидая грозу в виде искрящихся гневом глаз начальства.

— Хорошо, — вдруг покладисто согласился Керон. — Вы правы, сар. — Он взял первую папку, открывая ее.

— Серьезно? — Аран приподнял брови. Неожиданное и подозрительно быстрое согласие помощника только подкинуло зерна сомнения. Мужчина с прищуром наблюдал за секретарем, деловито разбирающим документы.

— Разумеется. Я все улажу!

Мэхор удовлетворенно вздохнул, откидываясь назад. Боги услышали его! И только он намеревался пройтись по крепости и размять мышцы, как громкий голос помощника буквально пригвоздил его обратно к стулу.

— Это в отдел инспекции, я свяжусь с ними. Пусть наведаются во второй квадрат и проверят все… Это схема будущего моста, сар, все что нужно — поставить подпись вот… здесь. Такарские архитекторы все предусмотрели, маги разделят реку на две части, одна из них пойдет к водохранилищу. И еще здесь подпишите. Это Вам не нужно, все необходимое по энергетике и машиностроению уже загружено в базу данных. Просто выведите на экран, вот так, и нажмите сюда. Можете пересылать необходимые данные прямо отсюда. Я покажу. Что это? Ах да, разрешение на строительство посадочных полос и ангаров для флайеров, выбирайте первый вариант. Недалеко от Такке, но и жилым районам не помешает. Я бы не советовал уходить слишком далеко за границу городов. Если только большие корабли…

Аран вырвал у секретаря бумаги. Его голова и так не знавшая ни сна, ни покоя в последние несколько месяцев, требовала немедленной… как теперь говорится? Перезагрузки!

— Хватит тараторить, — прорычал он и прикрыл уставшие глаза.

Воцарилось виноватое молчание. Не то что Мо не понимал, насколько была необходима его помощь коменданту, но имелись две весомые причины покинуть Цитадель. Первая — ему и правда хотелось узнать, что еще лежит за границами помимо пустыни. Специалистов здесь и без него хватало, а вот разведчики всегда нужны.

— Это так важно? Тебе не могут найти замену, Мо.

— Я подберу Вам кого-нибудь, — примирительно отозвался Мо. — Прошу Вас, сар. Это и правда очень важно. Для меня и для нас…

Аран молчал, отпускать помощника ему не хотелось, но и заставлять того работать из-под палки тоже не выход, того и гляди совсем без секретаря останется.

— Хорошо, — наконец сдался комендант. — Низшие с тобой. Что у тебя там?

Кирон едва не подпрыгнул, снова доставая свой планшет, на экране которого развернулась новая карта. Мелким пунктиром, как понял Мэхор, обозначались горы, о которых судачил Мо. Больше в пустыне ничего не было, если не считать мелководных ручьев.

— Первые два дрона ничего не нашли, но последний зафиксировал… это!

Мо включил видеозапись, на которой среди белоснежных покровов явно что-то двигалось. Хребты и утесы вкупе с плохой погодой не позволяли разглядеть нормально, но судя по тепловому визору, это что-то было определенно живым из плоти и крови. Красные размытые пятна мелькали между снежными насыпями, то появляясь, то пропадая, меняя диапазон цвета от желтого до почти зеленого.

— Дрон долго не выходил с нами на связь, — продолжил Мо, — а когда вернулся, то мы обнаружили кое-какие неполадки в его системе и вот эту запись. Сар, нужно туда лететь и все разведать. А если это люди?

Аран скептически хмыкнул, рассматривая движущиеся пятна на экране.

— За пределами купола сотни лет был высокий уровень радиации. Если в горах и есть нечто живое, то только мутанты.

Кирон с энтузиазмом хлопнул по столу, подняв в воздух ворох листов.

— Это и надо выяснить!

— Высшие! Успокойся, Мо. — Мужчина покачал головой. Помолчав несколько секунд, он вернул помощнику планшет.

— Хорошо. Но нужно взять подкрепление. Мало ли что там водится.

— Мы не будем приземляться, — тут же отозвался Мо. Тащить с собой целый отряд патруля ему не улыбалось, с солдатами всегда много мороки, да и терпения им явно не хватает. — Если только Тари…

— Нет, — процедил Аран, — только не Тари.

Едва у них все наладилось, не хватало снова ее куда-то от себя отпускать.

— Возьми Кариме.

— Что?

Аран удивленно оглядел секретаря. Он не замечал, чтобы между его помощником и ребятами Тари был какой-то разлад, но в данный момент Мо выглядел именно так.

— Возьми Кариме. Твои мозги нужны мне в целости и сохранности, и желательно функционирующие как прежде.

Парень явно колебался, он неуверенно переминался с ноги на ногу, что было ему совсем не свойственно. Но решив, что судьба и так оказалась к нему благосклонна, послушно попятился к двери.

— Хорошо, сар. Спасибо.

Комендант проводил его мрачным взглядом и уже в третий раз тяжело вздохнул, беря в руки очередную папку. Оставалось надеяться, что этот засранец и в самом деле пришлет кого-нибудь себе на замену и не потащит его Тари за собой. А вот хитрого, умного и не в меру деятельного Кариме пусть забирает и уже с ним исследует и открывает новые земли. Свои Аран уже открыл.

Конец

Content

Новолодская Нина, Кукурузный Джо
За гранью мира. Купол

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог