Литвин Светла

В капкане (СИ)

В капкане

Светла Литвин

Глава первая.

Сорин Андрей сидел в кабинете своего друга Воронцова Влада и нервно следил за временем на своих часах. Правая рука его уже давно лежала на столе так чтоб было видно циферблат. Андрей просто поминутно бросал взгляд на него и нервничал еще больше от того как размеренно медленно бегала секундная стрелка и еще медленнее меняла свое положение минутная.

Он понимал, что эта слежка за временем все равно ничего не решит, но на кону стояло слишком много чтоб успокоится и перестать заниматься ерундой. На часах было уже двадцать минут девятого вечера. Офис давно опустел, и он тут был, один не считая круглосуточной охраны.

В кабинет влетел взбешенный Влад и матерясь, швырнув кожаную папку на стол, снес ею пустую чашку из-под кофе, который пил Андрей.

Сорин проводил взглядом несчастную и услышав, как та звонко разбилась перевел взгляд на друга. Тот с остервенением стаскивал с себя галстук и расстёгивал верхние пуговицы давящей на горло рубашки.

– Ну так я и думал! И чего он хочет? – Андрей устало вздохнул и поднявшись с кожаного кресла прошел к бару доставая выпивку и два стакана.

– Сам как думаешь? Нет я конечно все понимаю, но сука! Половину!? – Влад выхватил у Андрея бутылку и сам налил себе полный стакан крепкого виски со злостью сунув бутылку обратно в руку Андрея и выдохнув опрокинул его в рот.

– Эта жадная ублюдина хочет сразу половину моей доли! Просто ни с хера собачьего! – продолжил Влад, когда алкоголь совсем не успокаивая, а только распаляя его гнев обжигая нутро скатился в желудок.

– Он понимает, что выбора у тебя нет, без этого разрешения на застройку…нам откровенно задница! А я тебе говорил, что не надо нам ввязываться в это. Складывают все яйца в одну корзину только полные идиоты. И мы теперь как ты понимаешь в их числе. – Андрей разлил виски по стаканам, и они с Владом выпили на этот раз вместе.

– Я помню ты мне еще говорил, что есть человечек, который может решить вопрос дешевле. - Влад прищурил свои карии, глаза и поставив пустой стакан на приемный стол прошел к своему рабочему.

– Говорил. С дуру. Ты понимаешь… Влад — это капкан! – Андрей посмотрел в потолок.

Он понимал, что выбора нет и зная Влада, так же понимал, что он лучше попадет в этот капкан нежели прогнется под зажравшегося чинушу.

– Давай подробнее. В чем суть? – Влад закинул гудящие ноги на стол и наблюдал за Андреем в ожидании пояснений.

Тот налил выпить до краев и опрокинув в себя алкоголь, нехотя объяснил, как им может помочь один человечек.

– Нужен лям! – Андрей запнулся и его тут же перебил Влад.

– Зелени? – удивившись малой цене если это в рублях.

– Да погоди ты! Не с того я начал. Ты думаешь, как его прижучат? Есть человек, у него есть досье на этого барана, я узнавал. Там вся подноготная, за которую ему десятка минимум светит. И чтоб она не попала в соответствующие органы, он тебе все за даром выдаст. – Андрей замолчал.

– И это за лям рублей? Зелени у нас с тобой даже на двоих нет сам понимаешь. – Влад скинул ноги и облокотился на стол попутно прикидывая сколько он выручит за продажу своей квартиры и дачи.

– Миллион рублей и вся твоя подноготная. – подвел итоговый ценник его друг.

– Это и есть тот самый капкан? Черная бухгалтерия покатит? – перестав продавать в мыслях свое имущество Влад расслабился.

– Если ты на это пойдешь, то рано или поздно и на тебя так же надавят. – Андрей понимал, что эти отговоры бессмысленны и лишь констатировал факт. По довольному лицу Влада было видно, он согласен даже на меньшее из зол.

– Будем решать проблемы по мере их поступления и сейчас наша проблема — это Платов! Звони этому своему человеку! Договаривайся о встрече! – Влад встал из-за стола и подошел к сейфу чтоб достать деньги.

– Наличку не возьмет. Только на счет! – уже набирая нужный номер сказал Андрей, наблюдая за действиями Влада.

Влад вздернул черную густую бровь, ухмыльнулся лениво бросая обратно пачку денег и закрыв сейф подошел к бутылке слушая как Андрей договаривается о встрече.

– Женя!? Здравствуйте. Мы готовы с вами встретиться. Когда вам будет удобно? – Андрей схватил со стола листик для заметок и размашисто записал на нем время и место встречи. – Спасибо! До встречи! – не успел он нажать отбой как Влад вырвал у него листок.

Присвистнул читая название своего любимого бара, он отхлебнул из стакана немного и довольно сел обратно в свое кресло, обтянутое белой кожей, посчитав это добрым знаком.

– Ну и чего ты расселся? Встреча сегодня! У тебя времени всего час, а тебе еще надо чернуху как-то оформить.

– До этого бара даже пешком пятнадцать минут. А чернуха у меня тут! – Влад достал из кармана пиджака флэшку на серебряной цепочке и покачал ей в воздухе опивая дорогой виски. – Сейчас только копию сделаю.

Он достал из ящика стола другую флэшку и включив ноутбук скопировал на нее все фалы. Файлы с его денежными махинациями по отмыванию денег и уходу от налогов на огромные суммы и попади эта флэшка куда не следует, ему и Андрею, да и еще десятку человек, которых он потянет за собой не поздоровится. Влад это понимал, но поступить иначе уже не мог.

– Сам разберешься? А то за мной уже приехали. – уставившись в свой телефон и печатая кому то смс негромко спросил Андрей.

–Иди! Про завтра не забудь!

– Не забуду!

Сорин пожал руку Владу и тут же с интересом уставившись в телефон покинул его кабинет. Влад вытащил обе флэшки с одинаковыми файлами на смачный срок в местах ни столь отдаленных и убрав их во внутренний карман пиджака, взглянув на часы тоже отправился на выход.

Позвонив своему водителю из лифта, приказав ему подъехать к бару «Пьяный страус» сам отправился до него прогуляться пешком. На улице был теплый июньский вечер и, хотя в классике было нестерпимо жарко, ему хотелось пройтись. Немного разогнать хмель, медленно покуривая, чтоб в ожидании Евгения, который решит его проблему, он смог еще немного выпить.

Любимый бар встретил его приятной прохладой по средствам мощного кондиционера и небольшой, но шумной компанией из трех прекрасных девиц, две из которых звонко смеясь давали на перебой советы рыжей грустной красотке.

Он кивнул давно знающему его вкусы бармену и отправился за дальний столик. Туда официант принес ему все тот же виски что он пил со своим другом в офисе. Влад расслабленно откинулся на спинку диванчика и медленно потягивая виски из стакана наблюдал из тени своего дальнего столика за веселой и беззаботной компашкой.

Особенно его внимание привлекла блондинка. Ходячий секс в коротком платье, которое он оценил, когда девушка вставала чтоб сфотографировать подруг с лучшего ракурса. А когда она немного приподняла руки вверх и платье без того короткое поползло наверх Влад расставил ноги пошире и заерзал от возбуждения. В своих мыслях он ее уже раздел и грубо примерял в туалете бара.

Блуждая глазами по ее стройным ножкам в туфлях на высокой платформе, он внезапно осекся, вспомнив что в бар пришел на встречу, а не девок снимать. Взглянул на часы, за наблюдениями он и не заметил, как его стакан опустел, а стрелка давно перевалила за десять часов. А ведь встреча была назначена на половину десятого. Телефона этого Евгения у Влада не было и махнув еще раз бармену он начал вызванивать друга, который договаривался о встречи.

– Ну и где это гандон!? – со злостью, закуривая сигарету спросил он Андрея.

– А сейчас! – хохотнув ответил Андрей и сбросил вызов.

Через пару минут Влад получил от официанта еще один стакан виски и чуть не поперхнулся, отпивая его. В его сторону, прямо к нему шла та самая блондинка, развязно переставляя заметно пьяные ноги.

– Владимир? Я Женя! – блондинка, не дожидаясь его ответа представившись плюхнулась на диванчик рядом с ним. – Вот счет. Где компроматик? – она была довольна его реакцией, широко улыбнулась ему и опустив взгляд на его пухлые губы облизнула свои отлично понимая, что он ее хочет и намеренно подливала масла в огонь.

Глава вторая.

Женя пришла в бар с подругами хорошенько отдохнуть и почесать язык перемывая кости их мужикам. Когда веселье было уже в разгаре ей поступил звонок от некоего Сорина. Он уже звонил ей интересовался не сможет ли она ему помочь прищучить Платова. На него у нее имелась еще наследственная папка. Так она называла папки с компроматом чуть ли не на половину всех сильных и влиятельных людей города и даже области, доставшиеся ей еще от отца. И она назначила встречу прямо тут. Ей не терпелось заполучить еще одну папочку. Женя вела некое соревнование с почившим отцом и, ей было охота победить его.

Охуевший по-другому и не скажешь Влад отставил стакан и хотел затушить зря тлеющую сигарету, но ее аккуратно забрала из его руки Женя сбросив пепел в пепельницу и томно прищурив светлые глаза довольно затянулась.

– Андрюха су-у-ка! – рассмеявшись над подставой друга протянул Влад, не ожидающий что за всем стоит девка.

– Сука! Да! – подхватив смех Влада повторила Женя. – Что с папочкой то? – она оглядела стол и заглянула за спину Влада в поисках папки, вдыхая по ходу резкий, терпкий мужской одеколон смешавшийся с табачным дымом и превратившийся в заводящий ее аромат.

– Вот. – Влад достал одну из флэшек и положив ее на стол забрал бумажку с номером счета убирая ее в карман.

– Нет, так дело не пойдет. Может у тебя на ней мультик с трахающимися гномиками. Мне на бумаге нужно, тебе что Сорин не подсказал? – улыбаясь Женя взяла со стола стакан Влада и залпом не морщась выпила.

– Женя!!! Ну куда ты пропала!? – две Женины подружки заскучав начали звать ее обратно.

Она затушила сигарету даже не повернувшись и не ответив им, так как потеряла всякий интерес к этой бабской пьянке. Весь ее интерес сидел сейчас на против нее, и она касалась своей коленкой его бедра. Коротко стриженный и крепко сложенный брюнет. Пожирающий, хищный взгляд, которого она ощущала на себе последние полтора часа. Ей нравились такие мужики. Опасные, смелые, с мощными крепкими руками. Которые берут что хотят даже не спрашивая.

– Ну пиздец! – он потянулся за сигаретой и выбивая в мыслях зубы Андрею закурил думая что все пропало.

– Ты на машине? – мельком глянув в сторону подруг спросила Женя и получив от затягивающегося сигаретой Влада положительный кивок взяла со стола флэшку и направилась к выходу подхватив по дороге под возмущенные вопли подруг сумку и отослав им воздушный поцелуй покинула бар.

Влад бросил на столик деньги за выпивку, провожая жадными глазами Женины бедра. Сейчас ему хотелось одинаково узнать, как такое вообще возможно и на кого она работает, решить проблему с разрешением на застройку и хорошенько поиметь эту сексуальную блондинку, которая чуть ли не кричит ему как она этого хочет.

Он вышел уже на прохладную ночную улицу, где на крыльце бара его ждала Женя.

– Прошу! – Влад махнул рукой в сторону своего огромного черного джипа, в котором давно скучал его водитель Петя и завидев начальника, тут же завел зверюгу.

Женя села на заднее и Влад, не томя еще стоя на улице у распахнутой двери авто сказал Пете ехать к нему домой. Женя не возразила. Он захлопнул дверь и обойдя машину так же сел на заднее рядом с ней. Он собрался ковать железо пока горячо.

Как только машина тронулась с места он резко нагнулся к ней проводя носом по ее щеке и положил руку ей на ногу крепко сжав ее коленку поднял на нее свой взгляд.

– Платье у тебя такое…, специально одела? – хриплым голосом спросил Влад, блуждая взглядом по ее идеальному личику.

Женя довольно улыбнулась подалась вперед и немного развела ноги. Влад, почувствовав это. Не прекращая разглядывать ее, повел свою руку выше по гладкой ноге сжимая ее со страстью ведя к паху, задев пальцами влажное от желания кружево нижнего Жениного белья, простонал. Но его стон показался Жене похожим на утробный рык дикого животного. Она сама, не выдержав этой его пытки начала жадно засасывать его губы и настойчиво засовывать язык ему в рот, заводясь еще больше от вкуса табака и виски на его губах и грубом языке. Влад просунул руку ей под ногу и не отрываясь от ее губ резко подтянув посадил на себя прижимая ее к себе сильнее. Ее платье задралось, руки обвили его мощную шею, пальцы врезали в короткие жесткие волосы.

Женя простонала ему в рот прикусывая губу, когда он уперся ей в промежность уже твердой эрекцией, дрожь пробежала десятый круг по ее телу и ее желание стало болезненным. Она была готова отдаться ему, прямо здесь и сейчас не взирая на водителя, который делал отличный вид что его и нет вовсе. Хотя Петя уже давно привык к такому и даже удивлялся сейчас про себя чего это босс медлит. Ведь обычно подъезжая к дому он уже выкидывал из окна использованный презерватив.

– Детка уже доедем скоро…, потерпи. – прошептал ей в губы Влад мельком оценивший сколько еще ехать до дома.

Отстранившись от ее губ перешел поцелуями к шее облегчая тем самым свое положение, но никак не ее. От горячего языка Женю повело, она с силой вжалась клитором в твердый член Влада и прижала его голову к своей шее издавая при этом такой стон что даже у бедного Пети все зашевелилось, и он прибавил скорости чтоб поскорее избавиться от этой парочки.

Сам же Влад невероятно сдерживался чтоб не отыметь ее прямо в машине по дороге домой как делал уже со многими девушками. Но его голову, не смотря на алкогольный дурман и животную похоть посетила гениальная идея, не предполагающая трахать эту малышку прямо на глазах у Пети.

Когда машина наконец то подъехала не паркуясь к дому, в котором жил Влад, Женя поняв это села обратно, живот ныл от желания, губы опухли.

– Завтра жду тебя в то же время! – выходя из машины сказал Влад своему водителю.

Он обошел машину и открыв дверь подал руку, помогая Жене выбраться из своего танка. Когда они оба зашли в лифт его двери закрылись и ему был задан нужный этаж, Влад впечатал Женю в зеркало, приподнял ее подхватывая под ягодицы, она обхватила его ногами, их языки соединились в диком, огненном танце страсти. И когда лифт остановился на нужном тринадцатом этаже, Влад так и понес Женю в свою квартиру. Без труда придерживая ее одной рукой, он большой и сильный, открыл дверь квартиры и сразу же понес свою добычу в спальню.

– Сил нет как хочу тебя… –возбужденно шепчет ей в лицо Влад, Женя лишь выдыхает со стоном не в силах даже ответить ему.

От этого стона ему сносит остатки крыши, и он опускает ее на кровать и не дав ей ни чего сделать тут же, повернув резко и грубо ставит на колени. Им сейчас обоим не нужны ни какие ласки. Ее платье задирается так что видно кружевные белые трусики. От этой позы и ожидания Женя внутри вся горит и прогибает сильнее спину.

Влад быстро скидывает жаркий и тесный пиджак, расстёгивает ремень и брюки и тратит еще немного времени на то чтоб одеть презерватив освободив свой возбужденный член внушительного размера. И приспускает наконец то с Жени, умирающей от нетерпения мокрые насквозь трусики, тут же хватает ее за талию и резко входит в нее до упора она хрипло вскрикивает, ощутив его в себе. Волна приятных ощущений как цунами накрывает их обоих.

Влад сжимает челюсти чтоб своим стоном не заглушать Женины. А она стонет от каждого его мощного толчка. И эти ее стоны сводят его с ума. Он заполняет ее полностью, сильно, грубо до самого возможного, сжимая пальцами податливые, упругие бедра.

– Я кончаю! Кончаю! – кричит Женя, подставляясь ему все больше и больше выдержавшая от сильного возбуждения совсем не долго, быстро доведенная до пика мощными толчками.

Влад от этих слов довольно рычит словно зверь и двигается лишь быстрее. Даже через мощные быстрые толчки ощущая, как она действительно кончает, содрогаясь всем своим телом. И не в силах больше стоять на четвереньках Женя падает на плечи.

Тогда Влад нехотя вышел из нее и уложив на спину, стянул с нее трусики сжимая их в руке поднес к лицу глубоко по животному вдыхая аромат ее желания и простонав от удовольствия он бросает их в сторону. Стягивает с нее платье и лишь мельком взглянув на ее возбужденную грудь, вдавливая ее в кровать снова резко входит, подтягивая ее к себе за поясницу и так вколачиваясь в нее лишь наращивая темп до ее второго победного.

Во второй раз Женя кричала что кончает уже кончая вместе с Владом. Она выгнулась с трудом придавленная его телом, впилась ноготками в его здоровенные плечи и продрожав всем телом обмякла. Влад же не готов был так быстро кончить, ему хотелось поиметь ее еще как минимум в пяти позах, но он просто не смог сдержаться. Эти ее стоны, аромат ее желания что еще призраком остался в сознании и то как она под ним выгнулась в исступлении, ее острые ноготки что впились в плечи, это все просто отключило его мозги, и мощная волна наслаждения накрыла его с последним таким же мощным толчком в дрожащее от оргазма Женино тело.

– Детка! Ты охренительна! – откинувшись на спину чтоб отдышаться заключил Влад.

– Я!? – Женя довольно потянулась и опираясь на руку легла на бок. – Я даже ничего не сделала. – она отодвинула край рубашки и провела пальчиком по дорожке из жестких черных волос, идущих по животу Влада от пупка до паха.

– У меня резинок еще до хера и вся ночь впереди. Еще успеешь. – глубоко дыша Влад не стал переубеждать ее в обратном.

Он резко поднялся с постели и отправился в душ оставив Женю одну.

Глава третья.

– Кофе хочешь? – Крикнул Влад в сторону спальни выходя из ванны, обмотавшись по пояс полотенцем.

– Черный! Без сахара! – крикнула ему в ответ Женя из его рабочего кабинета.

– Какого… черта!? – Влад не орал, он в принципе говорил громко и так что Женя услышала.

Он зашел в довольно минималистичный кабинет. В серо-белых стенах не было даже штор на окнах. Лишь сейф рабочий стол и офисный стул, даже не кресло. Влад редко и по минимуму работал дома и не видел смысла как-то организовывать сие пространство.

В этом минимализме голая Женя, сидя за столом с прямой спиной, на которой были всего лишь резкие прямоугольные очки в черной оправе, которая поблескивала в свете монитора, смотрелась очень даже в тему. Она с интересом просматривала информацию с флэшки, которую ей дал Влад, и даже не посмотрела на него.

– Ты ничего не попутала детка?

Стараясь держать себя в руках, спросил ее Влад. Он очень сильно сдерживался, считая такое поведение недопустимым для шестерки, даже для очень сексуальной шестерки в виде девки. Но несмотря на эту сдержанность он хотел, чтоб ее поставили на место. Если он не может, то хотя бы те, на кого она работает.

– Годится. Деньги переводи! – игнорируя вопрос Влада сказала Женя.

Вынув флэшку, она сняла очки и выключив ноутбук встала из-за стола и пошла на выход соблазнительная, голая. Но Влад сейчас этой наготы не замечал. Он напрочь забылся, когда его вывел из себя ее игнор. Женя зашипела от боли, когда он поймал ее на выходе у которого стоял, намотав на руку ее волосы и резко притянул к себе заставив смотреть в глаза и сам уставился в ее светлые глаза. Поражаясь до чего, же они светлые лунные. Такие до жути не человеческие что из далека было видно только черный зрачок. В этих едва сероватых почти белых глазах сквозило удивление и, как ни странно, отчетливый блеск удовольствия на грани безумного. И она не сопротивлялась, ее руки спокойно болтались вдоль тела, а сама Женя испытала очень сильное влечение к Владу.

– На кого ты работаешь!? Отвечай сука! – Влад натянул волосы сильнее при этом держа ее на расстоянии полусогнутой руки.

С левого Жениного глаза скатилась крупная слеза от больно натянутого волоса раньше, чем она звонко расхохоталась, выводя из себя Влада еще больше.

– Деньги переведи и получишь свое разрешение! – сказала Женя, отсмеявшись и так и не ответив на его вопрос.

Эта фраза далась ей очень тяжело. Не из-за ситуации, в которую она попала, а от того, как сильно хотела сейчас этого Влада. Без этой его дурацкой «Детки», такого настоящего, властного и беспринципного, плюющего с высокой колокольни на все моральные нормы. Она смотрела на его губы и вновь прикусывала свою.

Влад отпустил ее, стряхивая с руки, былые тонкие пряди, которые все-таки вырвал. Он отпусти не потому, что остыл или из-за так необходимого ему разрешения, а просто хотел за ней понаблюдать как за неведанной зверушкой. Он видел, как она мнется и смотрит на его губы кусая свои от явного желания словно весенняя безумная кошка. Ему до чертиков было интересно что она будет делать, получив свободу.

Он сделал от нее шаг назад и прислонившись к серой стене просто наблюдал, буравя ее напряженным взглядом от расширенных зрачков черным. Она тут же шагнула к нему и когда прижалась к его телу проводя языком по шее он понял, как он сам возбужден. До предела. Он хотел ее до исступления, почти теряя самообладание и она это чувствовала или читала его по себе. Наплевав на все ласки оставив лишь на его шее влажный холодящий разгоряченную кожу след и спустилась перед ним на колени откинув в сторону флэшку и очки вцепилась руками в его бедра.

Полотенце упало в ноги, и Влад задержал дыхание, когда сердце бухнулось в живот вместе с тем, как Женя жадно захватила его член в горячий влажный мягкий рот. Он зашипел вместо стона сжимая челюсти и опустив покрытые до удивления и несоответствия его состоянию истомой глаза и со сладостным упоением наблюдал как она, жадно почти задыхаясь до самого горла и при этом, не касаясь его руками и не беря слишком быстрого темпа. Влад собирает все ее белые волосы двумя руками и сжимая их начинает сам насаживать ее на свой член. На это Женя довольно впивается ноготками в его бедра удесятеряя ощущения. Он таранит ее рот грязно, безумно, не давая ей дышать, заставляя задыхаться и от желания, и от нехватки кислорода. И в конце концов до боли сжимая грубо ее волосы, рвано выдохнул и замер в последнем глубоком толчке в податливый Женин рот наполняя его своим терпким на вкус семенем.

Не скрывая своего удовольствия что, так грубо кончил ей в рот, который посмел ему не ответить на его вопросы не смог удержать своего желания накрыть ее порочные губы своими. Он отпустил ее волосы проводя ладонями по падающим на спину прядям и ухватив за подбородок потянул на верх глаза в глаза.

Женя успела прихватить с пола очки и флэшку и оказавшись на против желанных губ даже не взглянула на них.

– Деньги переведи. – глядя с интересом в его черные от больших зрачков глаза повторила Женя.

Тут же отстранившись от него, направилась в спальню оставляя повидавшего виды и далеко не ангела Влада в непонимании и оцепенении. Схватив платье, она натянула его одним движением и сунув ноги в туфли что валялись у постели, проигнорировав свои кружевные трусики, подхватила сумку и ушла, выводя Влада из его непонятного и неприятного для него состояния громко хлопнув тяжелой стальной дверью.

Она отчаянно хотела игры. Страстной, жестокой, извращенной, сумасшедшей стоящей рядом, на расстоянии вытянутой руки или даже идущей под руку с самим мракобесием. Чтоб чувства захлестнули, опалили огнем оголяя нервы. Чтоб ломало обоих, без всяких норм и запретов. И она ее начала. Забыв все правила работы, Женя делала то что хотела.

Забыв все чему учил ее отец. Не мешать личное и работу. Не давать шанса желающим, жаждущим мести и власти. Не подставлять мягкого живота тварям, которые только этого и ждут чтоб вцепиться и разорвать.

Глава четвертая.

Влад вышел из ступора. Подобрав полотенце вновь им обмотался и дошел до спальни. В пиджаке нащупал разом сигареты, телефон, и бумажку, на которой черной ручкой было написано двадцать цифр и внизу приписка 1000000 дважды подчеркнуто.

Такие деньги быстро не дойдут, а разрешение ему нужно было еще вчера, техника и так простаивала, и Влад и вся его компания несла огромные убытки. Поэтому он, закуривая по пути обратно в кабинет чтоб перевести деньги, набирал своего друга Сорина, не глядя на время, хотя было уже очень поздно. Но для него понятия неподходящего времени вообще не существовало, времени вообще не существовало если это не назначенная встреча, на которую следовало прибывать вовремя потому, что того требовало дело. Пожалуй, единственное на что Влад не плевал в своем цинизме в кубе.

–А…да алло! – ответил Андрей, когда его разбудил звонок Влада.

– Что это за девка, которую ты мне подсунул и на кого она работает!? – затягиваясь сразу на пол сигареты и попутно включая ноутбук и разглядывая бумажку с ходу спросил Влад.

– Ты сдурел!? – едва ли поняв со сна, о чем его друг говорит спросил Андрей.

– Сдуреешь ты если не сведешь меня с теми, на кого работает эта Женя.

– Влад ты чего? – Андрей уже вполне пришел в сознание ото сна, но все равно не понимал, чего от него хочет Влад.

– На кого работает Женя!? От куда ты вообще ее знаешь!? – чеканя каждое слово спросил Влад со злостью вбивая цифры счета в банковский шаблон для перевода.

– Влад, не знаю зачем тебе, да и знать не хочу, но она ни на кого не работает. Она и есть сама по себе. Это все? – Андрей спешил прервать разговор, не чуя сейчас чего-то хорошего от Влада.

– Как ты на нее вышел? – Влад не поверил Андрею.

Не могла такая дурная девчонка проворачивать такие дела самостоятельно, и наверняка за ней кто-то стоит.

– Виноградова помнишь? Вот он и посоветовал. Я выпивал с ним неделю назад, случайно встретились, выпили, разговорились. Рассказал ему, что нам этот ублюдок палок навтыкал. Ему тоже, и она решила его проблему. Он телефончик и дал.

– Ясно! – сухо ответив Влад нажал отбой.

Из разговора с Сориным он понял для себя лишь то, что тот просто сам не знает ничего. Он мог бы вызвонить Виноградова и расспросить его, но не был уверен, что и тот что-то знает, а палиться что он слил кому-то свою подноготную ему не хотелось. Не переставая думать о том, кто же прикрылся такой сукой, признавая, что дело девка провернула, красиво не прогнувшись под него ни разу, он нажал кнопку перевода и распечатал платежный документ.

В эту ночь вопреки обыкновению он смог уснуть хотя мыслей в голове было до хрена! Но послав все к черту он выпил с ходу сразу два стакана виски, закусив нарезкой из сыра который к собственному удивлению нашел в холодильнике, потому что еды в его холодильнике обычно не водилось, он рухнул в постель.

– Привет ко-о-тик. Дело есть. – протянула Женя.

Она уже была дома и лежа в горячей ванне, накидав туда всяких штучек типа бомбочек, соли и масел и попивала черный кофе с коньяком. Последнего в большой кружке было больше, чем кофе. Закусывая адский напиток черными маслинами.

– Опять!? – на том конце возмутился Платов.

Она его не разбудила, он и так не спал, проводя вечер, плавно перешедший в ночь за игрой в покер в одном из подпольных казино.

– Ну что я могу сделать если ты жадный до тоски и с тобой никто не хочет делиться. А ты, кстати, сколько с них со всех просишь то? И вот интересно и как? И что? Сколько еще несчастных обратиться ко мне пока до твоей тупой головы дойдет что нужно как-то поумерить свои аппетиты? – не скрывая своего злорадства вела рассуждения Женя, задавая Платову вопросы, на которые собственно и не ждала ответов.

– Давай ты просто скажешь фамилию и отстанешь от меня исчадье ада! – не ответив на Женины вопросы съязвил Платов, услышав, как она, на это звонко рассмеялась.

– Воронцов. Завтра же! – четко произнесла Женя, резко оборвав свой смех и отключилась.

Женя отложила телефон и сползла в воду по самую шею. Сейчас у нее на уме было дело поинтереснее. Чтоб как-то зацепить Воронцова она сбежала так и не получив свое. И чтоб заснуть это нужно было хоть немного поправить. Балуясь рукой в интимном месте под толщью воды, Женя представляла себе Влада. Как бы она хотела, чтоб он продолжил ее минет в кабинете. Чтоб подхватил ее под бедра и прижал к стене резко входя в нее. Откровенные фантазии и рука привели ее к оргазму. Слабо напоминающему те два к которым привел ее сам Влад. Женя глубоко вздохнула и ушла с головой под воду. В ушах шумела кровь бегучая по венам, и она слушала этот шум словно музыку своего тела. Выскочив из-под толщи воды лишь поняв, что задыхается. Она глубоко вздохнула и встала. Чтоб точно уснуть еще пять минут поливала себя ледяной водой из душа и пригревшись после под одеялом уснула.

Глава пятая.

Влад проснулся рано. На час раньше обычного, а вставал он обычно в пол седьмого утра, разбуженный рассветом, бьющим в голые окна без штор. За этими самыми окнами еще стояла темень и весь дом спал. Он принял душ и после сразу оделся как обычно в черную классику, но на этот раз вместо белой рубашки была черная.

Он всегда одевал ее, когда настроение было дерьмовее некуда, чтоб уж наверняка. А от сегодняшнего дня он уже даже в такую рань не ждал ничего хорошего. На кухне он приготовил себе черный кофе и поглядывая в окно и на часы медленно его пил. Так медленно что к приезду его водителя Пети к обычным семи утра, последний его глоток был холодным.

Все эти полтора часа в ожидании водителя, наблюдая за окнами пасмурный рассвет у него из головы не выходила Женя. Он злился от этого еще больше. Не понимая почему и зачем вообще думает о ней, когда рискует со дня на день потерять все и думать должен о деле, а не о дурной девке. Но мысли о ней покинули его лишь когда он сел, поежившись в машину.

– В офис? – спросил Петр.

– Давай на объект. – Владу нечего было делать на объекте, да еще и в такую гадскую погоду, но именно туда ему сейчас хотелось.

Он приехал на уже смело и самонадеянно начатую застройку элитного жилого комплекса в уверенности что они получат на нее разрешение и приостановленную в его отсутствии. На огромной огороженной высоким забором территории стройки все замерло. Рабочих не было лишь один сторож который и запустил Влада.

– И охота ж вам в такую погоду Владимир Сергеевич тут лазить. – сокрушался уже пенсионер Василич работающий сторожем не один год на многих объектах Влада. – Все же щас устряпаете! Вон грязищу какую развезло с дождя. Тоска! – мужик махнул рукой, не добившись от мрачного Влада даже словечка и скрылся в своем вагончике, в котором и жил круглосуточно.

Влад ходил по территории стройки под приличным дождем, утопая своими ботинками в глине, марая края брюк перемешанной со строительной пылью грязью и дождем и представлял на какой сейчас стадии все было бы если бы не возня с Платовым. Который тормозил стройку как мог, сначала морозил все бесконечными проверками, пока на прямой вопрос Влада чего тот хочет не заломил непомерный ценник. От фантазий и раздумий его отвлек звонок. Влад оступился, поскользнувшись на грязной доске и чтоб не упасть уперся руками в грязь. Матерясь, глядя на грязные руки, он выпрямился не зная, что делать. Телефон замолк и зазвонил вновь. Влад сплюнул и вытер руки о и так грязные брюки и аккуратно достал телефон чтоб не испачкаться еще больше.

– Да! – злобно ответил он, видя кто ему звонит.

– Ну что Володя, я в тебе не сомневался! – в трубку рассмеялся Платов.

– Не понял! – бухнул в трубку Воронцов.

– Ну это ничего, еще поймешь! Жду тебя сегодня в офисе к десяти утра со всеми документами! – Платов отключился.

Влад посмотрел на часы, потом на свои ноги и все еще не веря, но уже понимая, что Платов все-таки даст разрешение на застройку бросился к машине.

– Давай обратно домой! – сев в машину сказал Пете набирая Сорина.

– Дрыхнешь еще!? – услышав в трубку заспанное Андреевское «Алло».

– Нет, нет! – встрепенувшись в постели нагло врал Сорин.

– Дуй в офис и жди меня там! – Влад отключился, не дав даже Андрею задать вопрос.

Вернувшись домой, он махом скинул с себя грязную обувь и переоделся, полностью сменив не только грязные брюки на чистые, но и саму рубашку. Настрой его после звонка Платова резко сменился, и черная рубашка тоже сменилась на белую.

Ровно в десять ноль-ноль Влад стоял в приемной Платова.

– Проходите! Анатолий Дмитриевич вас ждет. – мило пригласила его секретарь вышедшая из кабинета Платова, распахивая дверь кабинета.

Влад, широко шагнув переступил порог кабинета, который так долго обивал до сегодняшнего дня.

– Документы. Давай быстрее у меня так-то уже должно быть совещание, а я тут с тобой вожусь! – протягивая руку к папке лениво затягиваясь сигаретой без приветствий сказал Платов.

– Садись, садись! – взяв папку из руки Влада Платов затушил сигарету.

Влад присел за стол переговоров и разглядывая Платова не мог понять его реакцию. Он совсем не выглядел мрачным и мельком кинув взгляд на Влада усмехнувшись подписал все необходимые бумаги.

– Надеюсь она тебя поимеет по полной! – сказал возвращая Владу уже подписанные документы.

– Я тебя не понял! О чем ты!? – Влад действительно не понял его и спросил с наездом готовый даже врезать этому сукиному сыну, который довольно потягиваясь встал из-за стола и пошел к двери.

– Что ты не понял? Ты в капкане Володя! Ты обратился к Загорской и даже не в курсе что к чему? – Платов мерзко рассмеялся и добавил; – Ты получил разрешение на застройку и теперь за это разрешение она будет иметь с тебя все что захочет! Прошу! – Платов раскрыл дверь приглашая Влада покинуть кабинет.

– Ну пока что она поимела тебя, а я поимел ее этой ночью! – поравнявшись с Платовым, не скрывая удовольствия ответил Влад.

Видя, как резко исказилось его лицо явно после слов о ночи добавил; – Ей понравилось. Она так сладко кончает. Ммм. – Влад зажмурился, довольно вспоминая эту ночь.

– От одного воспоминания встает! – открыв глаза он похлопал по плечу Платова, на котором не было лица и вышел из его кабинета с заветным разрешением.

У него не было времени обдумать реакцию Платова на его слова лишь понимал что его задело. Все его мысли теперь были заняты стройкой. Еще не дойдя до машины, он начал обзванивать бригадиров и собирать совещание. Нужно было нагнать упущенное за время простоя.

– Не мешаешь значит личное и работу да!? – разбудив Женю, обычно встающую к обеду, своим звонком возмутился Платов и не дав ей ничего сообразить и сказать добавил; - Ну и сука же ты Женя! Сука! – прокричал он ей в трубку и тут же отключился.

Точнее для нее он отключился, а на самом же деле Платов тупо разбил свой телефон запустив его в стену.

Женя посмотрела на время десять пятнадцать, она потянулась довольно в постели и выставив температуру на кондиционере на два градуса ниже до пятнадцати, укуталась в толстое тяжелое одеяло по самую шею и снова сладко заснула.

Глава шестая.

Две недели без выходных, Влад потратил на то, чтоб полностью вновь наладить работу стройки. Третья неделя началась с таким же завалом, но к вечеру понедельника дел почти не осталось. Влад, сидя за своим рабочим столом, после изучения платежных ведомостей, начал просматривать последний оставшийся договор, на аренду дополнительных строительных вагончиков. Еще не подписанный и он сейчас раздумывал над тем, что выйдет ему дешевле, аренда или все же купить собственные. Но их ведь нужно потом, после завершения стройки, где-то хранить.

Легкое постукивание по двери отвлекло его от раздумий. Он поднял голову чтоб сказать «войдите», но тут же встретился глазами с Женей. Несмотря на то, что она открыла дверь, не дождавшись ответа на стук, Женя все еще стояла на пороге.

Отодвинув договор в сторону, Влад кивком пригласил ее войти.

Женя приняла приглашение с непроницаемым лицом и размеренно прошла в кабинет.

– Что-то поздновато ты работаешь. – она оглядела кабинет Влада и присела на стол для переговоров, проигнорировав рядом стоящий стул, и без того короткое легкое платье еще больше открыло Владу ее ноги, по которым он тут же прошелся похотливым взглядом.

– Хороших денег, быстро не заработать.

– Я же зарабатываю.

– У меня нет разного рода досье, чтоб мне за них по миллиону платили.

– Досье тут не при чем. – Женя звонко рассмеялась.

– Зачем ты пришла?

– Я тут подумала, неплохо было бы мне вложить эти самые хорошие деньги в твое дело.

–Что? – Влад улыбнулся.

– Хочу поучаствовать в твоей стройке.

– Каким образом?

– Не знаю. Ты мне скажи. Я могу денег дать.

– Зачем тебе это нужно?

– Я так хочу! – в этом Женином заявлении не хватало только топнуть ножкой.

Влад звонко рассмеялся, поднял свое мощное тело с кресла и тяжелой походкой, все еще сомневаясь, что стоит, но не в силах сопротивляется своему желанию, подошел к Жене.

– Всегда делаешь что хочешь? – спросил он, прижимая за талию Женю, к своему твердому как камень телу минимум в два раза больше ее собственного, так близко, что она своим животом явно ощутила его желание.

– Всегда! – с вызовом ответила Женя, когда ее руки уже расстегивали его брючный ремень. Его прокуренный, низкий голос, мощные и большие руки и его желание, все это сводило ее с ума.

Влад шумно вздохнул. Он хотел ее до безумия. Никого и никогда так не желал. И его это пугало не меньше. Ведь в его жизни девушки были не более чем расходным материалом. Одни легко сменялись другими. С Женей же явно все было по-другому. Несмотря на то, как она легко отдалась ему едва зная, она не была дешевой девкой на одну ночь, которая за деньги готова на все. При этом явно испытывая животную страсть к нему, она не пыталась тупо завладеть им. Сделать своим и от Влада этого не то, что не требовала, а откровенно не ждала этого.

Между ними все было естественно, так, словно они уже давно завоевали друг друга и ни к чему им сейчас и потом, эти штампы завоевания.

Влад запустил руку в ее волосы, затем поцеловал ее шею, вдыхая дерзкий аромат ее духов и слушая ее будоражащие стоны, впервые, но отчетливо понимая что он весь ее и она получит от него все что захочет и не потому что у нее есть на него рычаг, а потому что он сам на это пойдет. Это понимание совсем ему не нравилось, но он ничего не мог с собой поделать.

Единственное что он сейчас действительно мог и хотел сделать, это овладеть Женей, прямо на собственном столе. Он провел руками по ее спине, опускаясь ими до талии и ниже, подхватив ее жестко под бедра, не заботясь о силе хватки, он уложил ее поперек стола. Женя сходила с ума от нетерпения, пока Влад возился с презервативом, стягивал с нее трусики и как только он резко проник в нее прижавшись бедрами к ее ягодицам до упора, это нетерпение разлилось по всему ее телу сладкой волной, в которой она тут же растворилась, закрывая глаза, выливая эту волну из себя таким же сладким стоном.

Влад проникал в нее без остановки, крепко, до боли впиваясь пальцами в ее бедра. Она двигалась на этом столе взад-вперед в такт его толчками. С открытым красным ртом из которого рвались стоны, Женя крепко схватилась за край стола, когда на нее накатил оргазм. Она громко кончала, заводя этим Влада еще больше, ее волосы были разбросаны по столу, она откидывала голову назад выгибаясь дугой.

Влад чувствовал, что долго не сдержится. Он неистово вколачивался в ее горячее лоно, одна его рука легла на ее шею, сжав ее урезая Жене воздух заставив ее смотреть ему в глаза. Глаза, в которых она увидела, как он наслаждается ощущением власти над ней. Кайфует от того, что он ею владеет.

— Кончи со мной, — сказал он охрипшим голосом, отпуская ее горло и позволяя ей вновь дышать.

Влад с силой вжался в ее бедра, и когда его накрыл оргазм, она достигла очередного исступления вместе с ним, ее тело сжимало его плоть так же, как он пульсировал в ней. Он навалился на нее будучи все еще в ней, придавив своим телом, сгребая ее обмякшее тело в свои крепкие объятия.

Шепнув ей хрипло на ухо;

— Я скучал.

Лишь на секунду пожалев о своем неожиданном признании, до тех пор, пока Женя, сдавленная им, не выдавила из себя;

— Я скучала.

Глава седьмая.

— Ты свихнулся?! — Андрей ворвался в кабинет Влада без стука.

— Пять процентов акций!? Зачем!? — он швырнул на стол документы, на передачу пяти процентов акций Евгении Загорской.

— Успокойся Андрей. Ты действительно не понимаешь? — Влад был спокоен лишь потому, что ожидал от Сорина именно такой реакции.

Ведь еще три недели назад, когда он узнал, что у него с Женей шуры-муры, его колбасило как никогда в жизни. Даже когда приостановили стройку он был на много спокойнее.

— Влад! Может начнешь думать той головой что у тебя на плечах, а не той, что у тебя в штанах!? У нее компромата на половину области и на тебя в том числе! Ты вообще знаешь с кем связался?! Ты же ей на хвост наступишь, а она сольет тебя к херам собачьим. А ты, между прочим, нас всех за собой потащишь! — он еще много чего хотел сказать еще, но Влад заткнул ему рот стаканом виски, выставленным на стол перед его носом.

Пока Андрей, не удержавшись его пил, Влад поторопился забрать слово себе.

— Знаешь такую поговорку? «Держи друзей близко, а врагов еще ближе.» Пять процентов акций это так, для отвода глаз. Права голоса она не имеет и потом, ты сам в курсе какие убытки мы понесли за время простоя, а продажи стартуют дай бог только следующим летом. А она хочет вложить деньги в стройку. Ну и последний аргумент, она не станет нас сливать. Смысл? Слить саму себя!? — Влад рассмеялся, покручиваясь в своем кресле.

— Смысл в том Влад, что она нас сольет и имея даже эти жалкие пять процентов, получит всю фирму. Пока мы с тобой будем на нарах отдыхать! Неужели тебе не ясно?! — продолжил он отдышавшись.

— Херни не неси! Она обыкновенная девка, которая так же, как и все хочет, чтоб ее качественно трахали. Почему бы тогда не совместить приятное с полезным, раз у меня это так хорошо получается? — Влад поерзал на кресле вспоминая, как жарко, сегодня утром будил Женю в своей постели.

— Потому что это тебе не твои шлюхи с баров. Ты ее обидишь, а зная тебя, ты ее точно обидишь, когда наиграешься, а она тебя сольет! И поверь мне, даже с этими пятью процентами, сольет и сама не замарается!

— Не сольет! А будет делать то, что я захочу! Я не собираюсь трястись за свой и ваши задницы, зная, что у какой-то девки есть на меня на меня компромат! Поэтому, нужно сделать ее не просто девкой.

— Ты больной! Ты Влад просто больной! — Андрей налил себе еще полный стакан виски и давясь выпил его залпом.

— Мне вот знаешь, что интересно, а почему, ее до сих пор не грохнули? Все трясутся и пляшут под ее дудку, и никто даже не попытался ее завалить?

— Грохни! Тогда все что у нее есть, окажется в прокуратуре. А ты, как заказчик и до суда не доживешь!

— Почему?

— Грохнет тебя кто ни будь из тех несчастных чье досье упадет прокурору на стол. Поверь мне, там их столько, что в сизо места на всех разом не хватит.

— А если, она сама умрет? Ну скажем, сердечко щелк и не выдержит? Мы что, тоже на нары отправимся? — не унимался Влад.

— Не знаю! Ее отец умер естественной смертью от пневмонии. Все его дело перешло к Жене. Но у нее никого нет на сколько я знаю. Надеюсь, ты не думаешь занять вакантное место? — интерес Влада пугал сейчас его еще больше, чем передача пяти процентов акций в пользу Жени.

— Почему бы и нет? — глаза Влада нездорово блеснули.

— Потому что ты может и ублюдок, но не настолько чтоб стать убийцей!

— Я не собираюсь ее убивать! Можно просто стать ее мужем! А что? Ради такого и жениться не грех!

Глава восьмая.

Женя легко и прочно вошла в жизнь Влада. Иногда он и не замечал ее присутствия в этой, своей жизни. До того она была под стать ему и не приносила никаких проблем. Но все чаще он стал замечать ее отсутствие. Что-то раздражало и нервировало его, когда ее не было рядом. Он никак не мог понять, что ни так.

Вот и сегодня был обычный пятничный вечер. Вечер, который решено было провести в клубе в приятной компании, выпить и расслабиться, пялясь на стройные ножки красоток что пляшут на танцполе. За вип столиком с Владом, сидел Андрей Сорин со своей юной девушкой Машей, которой похоже лишь вчера исполнилось восемнадцать. Еще к ним присоединился их общий друг Серега Петров со своей женой Ирой. Вся компания уже около часа весело проводила время. Вся кроме Влада.

Женя ушла на танцпол около пятнадцати минут назад, и он наблюдавший за ней, потерял ее из вида. Внутри царапалось что-то нехорошее. Голые ноги посторонних девок его уже не интересовали, он искал глазами белое Женино платье.

— Влад! Кончай ты уже ее пасти! — Сорин протянул ему рюмку и выпив с Владом добавил; — Не овца она! — пьяно закивал и вновь увлекся разговором о литье с Серегой, лапая при этом нежную коленку Маши.

Влад тяжело вздохнул. Ему сейчас тоже хотелось иметь под рукой Женину коленку, поэтому он не привыкший себе ни в чем отказывать, решительно встал с диванчика и спустился на танцпол. Бесцеремонно расталкивая танцующих, он искал глазами Женю, попутно вспоминая, когда упустил ее из вида. Выйдя из шумного зала, он набрал ее номер. Женя не брала трубку, но слыша где-то совсем рядом мелодию, как раз, когда он набирал ее, Влад пошел на этот звук…You don’t own me…I’m not just one of your many toys… слышалось все отчетливее.

К моменту как Влад подошел к двери какого-то подсобного помещения, где и разрывался Женин телефон, он уже слышал не только мелодию.

Женя, придя в клуб с Владом, немного посидев за столом с мужиками и их «курами»- так она называла их про себя, отправилась на танцпол. Она любила танцевать. Любила ловить на себе сальные мужские взгляды и завистливые бабские.

Этот раз ничем не отличался от сотен таких же. Женя томно прикрыла глаза, и вся отдалась ритмам музыки. Зная, что за ней наблюдает Влад, она танцевала для него. Танцевала и заводилась с каждой секундой все больше. От мысли что Влад смотрит, от случайных прикосновений рядом танцующих парней и девушек, от воздуха, который как ей казалось был пропитан похотью. Она уже хотела вернутся к Владу и утащить его в туалет, как ее крепко кто-то схватил за руку и утащил к выходу.

Уже будучи за дверьми, в более ярком свете коридора заведения, Женя смогла распознать в хозяине цепкой руки Платова.

— Куда ты меня тащишь? — спокойно спросила она, словно сейчас не происходило ничего особенного.

— Я хочу получить свое! — с этими словами он затащил ее в подсобку.

Женя звонко рассмеялась, запинаясь о коробку с какими-то инструментами.

— Какое твое!? Рассказать тебе, где твое? — сквозь смех спросила она Платова.

Его же лицо не выражало сейчас ничего кроме сумасшествия. Он жаждал получить Женю уже давно. Еще с тех пор, как она была юной школьницей и тогда он держался. Маленькая и он питал к ней самые нежные чувства, да и отца ее он откровенно боялся. Потом, когда она подросла и он сунулся к ее отцу в роли жениха, как идиот просил его ее руки и сердца. А он лишь посмеялся над ним и заявил, что работу с личным не мешает и дочери не позволит. Платов тогда отступил. Женился и даже обзавёлся детьми. Но со временем нежные, не найдя ответа, чувства, переросли в манию. Он не решался на серьезные шаги даже когда Женин папа умер. Он лишь специально доводил бизнесменов, которые к нему обращались. Ставил им непомерные условия, чтоб те шли в итоге к ней. Так он слышал ее голос чаще и иногда даже видел.

Но сейчас узнав, что она сошлась с Воронцовым, он потерял всякий страх. Желание овладеть Женей стало неуемным. Он не мог работать, спать и есть. Ему пришлось отправить жену с детьми в отпуск так как он не мог их видеть и слышать. Злясь и раздражаясь от того, что не получил желаемого.

— Ты мое! Мое! — он резко припечатал Женю к стене.

Трясущимися от волнения, но все же крепкими и цепкими руками он прошелся по ее ногам, кусая при этом ее шею. Именно в этот момент в Жениной руке затрезвонил телефон. Она по мелодии звонка понимала кто звонит, но ответит не успела. Платов вырвал его и откинул в сторону. Телефон приземлился на черный пакет, набитый чем-то мягким и продолжал названивать. Платов зажал одной рукой, Женины руки у нее над головой, прижимая ее к стене своим телом. Вторая его рука скользнула под трусики. Женя расставила шире ноги, совсем не пытаясь сопротивляется отчасти понимая, что силы неравны и смысла терять хладнокровие нет.

—Ну давай… Изнасилуй меня…Только сам тот факт, что ты меня сейчас трахнешь, не изменит того, что Влад меня имеет потому, как этого я захотела…— обдавая горячим дыханием его ухо, лениво сказала Женя.

Больно ударив Платова по самолюбию. Привела его в бешенство.

—Сука! Ненавижу! — Платов отпустил Женю и ударил кулаком в стену совсем рядом с её головой, но она даже глазом не моргнула.

— Да тут всё просто Толик. Ему я хочу отсосать, а тебе как-то не очень. Совсем не хочу! — Женя похлопала Платова по плечу усмехнувшись и подобрав телефон вышла из подсобки врезавшись прямо в грудь Воронцова.

От одного его взгляда ей стало ясно, он всё слышал. Влад подхватил ее под руку и зашел обратно в подсобку вместе с ней. Закрыв дверь, он отпустил ее. Платов испугался и сделал шаг назад к стене. Теперь Влад превосходил его по силе, как он всего минуту назад превосходил Женю.

—Не стоит. —глядя ему в глаза сказала Женя и они оба понимали одинаково о чём она.

— Не стоит говорить мне что делать. Поняла меня!?- Влад схватил ее больно за шею глядя в упор и лишь когда она моргнула соглашаясь, он отпустил ее.

— Девочку мою трахнуть хотел? — разворачиваясь с вопросом он врезал Платову по лицу.

Платов застонал, пошатнулся, схватившись за скулу. Влад тем временем вытянул свой брючный ремень и заведя ему руки за спину подтянул его к трубе что тянулась вдоль стены.

— А теперь смотри гнида! Смотри! — он сжал лицо Платова так, что тот послушно закивал, боясь за сохранность своей челюсти.

— Иди ко мне дорогая. — Влад протянул Жене руку и как только она подала ему свою, притянул ее к себе.

Теперь они оба стояли на против Платова. Влад утопил руки в ее волосах и держа ее за голову, сразу же прошелся языком от ключицы по всей Жениной шее и прикусил ей мочку. Она громко и протяжно застонала, прикрывая томно глаза. Телефон выпал из ее руки и она, получив свободу тут же нырнула под брюки и боксеры, ухватившись за твердую плоть. Влад проверил смотрит ли Платов и убедившись, что смотрит, да еще во все глазищи, собрал руками Женины волосы и заставил опуститься перед ним на колени.

— Начинай! — приказал Влад.

Хотя заставить Женю что-то делать против ее воли было невозможно. Она встала перед Владом на колени и немедля приспустила штаны с боксерами, высвобождая твердую плоть, только потому, что она сама этого дико хотела. Она прошлась языком по головке, все так же не касаясь члена руками, потом медленно ввела его в рот на всю длинну, утыкаясь носом в жесткий волос. Как только член Влада уперся в Женино горло, он хрипло выдохнул и сжав ее волосы и начал трахать ее в рот. Его яйца бились о Женину шею, когда он погружался слишком глубоко. Сквозь грубые толчки в ее рот, из него вырывались стоны. По ее ногам текли соки, и она сама была близка к оргазму, до того ее заводила вся эта ситуация, что ей даже не нужно было касаться себя руками.

— Ооо, дааа… аааа… — прорычал Влад, остановившись кончая в последнем глубоком точке.

—В машину иди! — он отпустил ее, но Женя встала, забирая свой телефон и стояла на месте упорно глядя Владу в чёрные от гнева глаза.

—Блядь! Сука! Иди в эту ебучую машину! На хуй я сказал! — он схватил её больно за руку и откинул с силой в сторону двери.

Он не понимал до сих пор почему так бесится и что его так злит. Чувство что рвало ему душу было ему до недавнего абсолютно не известно.

Женя резко дернула дверь на себя и выйдя, не спокойно пошла в машину она не переживала за Влада в том плане что он не справится в этом она даже не сомневалась, ей было страшно что он просто убьёт или покалечит к чёрту этого Платова.

Платова Влад не убил и даже не покалечил.

— Отвали от неё! Не доводи до греха! — оттирая правую руку от крови просил Влад, склонившись над Платовым, который сидел перед ним облокотившись на коробки с кровавым носом.

Когда Влад вернулся в машину сев в перёд, Женя, сидевшая на заднем, кинулась к нему вцепившись в его плечо спросила не думая, как это звучит;

—Он живой!? —на её лице была тревога, но она относилась не к Платову. Женя боялась за Влада.

—Что ты за тварь такая, а!? На хуй пошла! Проваливай из моей машины! — разозлившись до предела он сам вышел из машины, чтоб выкинуть из неё Женю.

Но она забилась в угол машины, не желая ее покидать и Владу пришлось залезть на заднее чтоб достать её.

— Тебя же посадят! — закричала, задыхаясь Женя, когда Влад потащил её за ногу из её укрытия.

Она скользнула по кожаному сидению и оказалась под ним.

—Петя погуляй! — хрипло крикнул Влад, понимая, что сейчас просто не может бороться со своим желанием.

Петя вышел и отошёл подальше с пачкой сигарет.

Влад зачем-то завел Женины руки за спину словно она бы сопротивлялась хотя он видел, как она хочет его губы, и он сам тоже хотел.

Поняв абсурдность своих действий, он отпустил ее руки, и она тут же притянула ими его за голову к своим губам.

Первым делом больно укусила его за нижнюю губу, за то, что он её не понял. Влад нависал над ней торопливо расстегивая ремень брюк, которым только что был связан Платов и даже не вспомнив про защиту резко вошёл в неё отодвинув пальцами в сторону напрочь мокрые трусики.

Женя протяжно простонала ему в рот словно волна, поддавшись ему на встречу так плавно, и нежно отдаваясь ему, что Влад не мог быть больше самим собой. Подхватив эту нежность он входил в неё размеренно наращивая по немного темп и ласкал её губы ,спустившись после к её шее,уже давно зная что шея её слабое место, он провёл по ней языком и Женя словно музыкальный инструмент меняя интонацию простонала блаженно, тут же в ответ выгибаясь и поддаваясь ему на встречу ещё больше, чтоб он смог быть в ней глубже.

Он отстранился чтоб посмотреть на её лицо. Женя блаженно закрыла глаза и из её открытого рта вытекали стоны, в такт его нежным толчкам в неё. Они не имели ничего общего, с теми рваными стонами,больше похожими на вскрики, когда они были оба как животные. Но лились и доводили до пика не меньше тех. Влад всего пару минут назад попытавшись вырваться из этого капкана, сейчас наступал в него уже второй ногой. Не зная о самом себе что, он вообще так может. Может быть таким нежным, быть человеком. Где-то глубоко в его сознании промелькнуло яркой вспышкой слово любовь и именно в этот момент они оба получили то, что хотели. Две струны натянулись до предела и лопнули одномоментно. Влад навалился на Женю,шумно вдыхая воздух провёл с нажимом носом по её шее и уткнулся лицом в её волосы.

Этой ночью они вообще не ложились спать. Утром выйдя на кухню, он курил сидя за столом, а Женя пила черный кофе стоя у плиты , глядя из далека в окно без штор. Чашка из ее рук выпала и разлетелась сразу же как только в стекле, со свистом и хлопком образовалась первая дырка. Женя тут же присела на пол натыкаясь ладошками на осколки от разбитой чашки.

Влад же вообще не понял, что случилось и кинулся к Жене. Именно в этот момент стекла кухонного окна разлетелись в дребезги щедро осыпая пол кухни мелкими осколками.

Глава девятая.

Только сейчас в голове Влада, пулей пронеслась мысль, что по окну стреляли. Он, матерясь схватил Женю под руку и поволок ее, согнувшись, в коридор стараясь не поднимать высоко головы.

— Пиздец! — сотрясаясь от смеха, сказала Женя, когда они сидели в коридоре на против друг друга, прислонившись спинами к стене.

— Платов? — дотянувшись до пиджака, доставая из кармана сигареты, спросил Влад.

— Не факт. — Женя перебралась поближе к Владу и взяла у него уже прикуренную сигарету.

Она медленно затянулась, прикрывая довольно глаза и выпустив дым прямо ему в лицо, вернув сигарету, решительно встала.

— Ты что!? — Влад хотел схватить ее за руку, но не успел.

— Меня не тронут.

Женя быстро отскочила от него и прошла в ванну. Влад из коридора наблюдал за ней, как она, шипя вынимает из ладони осколки от чашки.

— А меня?

— А тебя просто пугают. Хотели бы убить, убили бы.

После этих слов Влад поднялся и подошел к Жене.

— Зачем меня пугать? —спросил он, наблюдая как по Жениной ладони тонкими лесками-струйками бежит кровь.

— А ты не понимаешь? — хохотнув спросила она.

— Объясни.

Влад действительно не понимал. Зачем кому-то пугать его и чего они хотят этим добиться.

— Затем, что я с тобой.

— И что с того?

— Боятся.

— Блядь! Да ты можешь нормально объяснить!? Какого хера ты тут яйца мне крутишь!? — Влад схватил Женю за запястье, больно сжимая его до белых кончиков пальцев.

— Думают, что ты получишь от меня карт-бланш и еще немного завидуют что не с ними, а с тобой. Думаешь ты один такой умный?

Женя подалась вперед и улыбаясь с вызовом смотрела Владу в глаза, а они были черные от злости. Его грудь часто вздымалась, на шее стучала вздувшаяся вена. Он злился от того, что она его сейчас обвинила в том, в чем он действительно был виноват. Но это было так только в начале. Он же не знал, что девчонка затянет его как воронка. Так, что он захочет не просто ее трахать с приятной пользой для дела, но и дышать без нее не сможет спокойно. Почувствует на своей шкуре что такое ревность. Захочет закрыть ее, спрятать от всего мира и чтоб она была только в его власти. И злился, не находя слов, понимая, что у него видимо ничего не выйдет и в то же время боясь что выйдет. Эти качели в его голове выводили его из себя.

— Что, даже отрицать не будешь? — спросила смесь Женя, не дождавшись от Влада ни словечка.

— Только не говори, что ты не хотела. Сама ко мне пришла. — отпуская ее руку Влад отступил от нее освобождая проход.

Возможно, она сейчас уйдет и у него еще есть шанс выбраться из этого далеко не тихого омута, но все же с чертями. Не потому, что по окнам стреляют, а потому что ему было страшно даже представить, что будет дальше с ним. Только вот Женя решила иначе.

— Хотела. Я и сейчас хочу…— она шагнула ему на встречу скидывая со своих плеч его же рубашку, открывая ему голое тело.

И он шагнул ей на встречу. Просто молча ни сказав ни слова подхватил ее за талию и понес в спальню, из которой они выбрались меньше часа назад. Женя обвила его шею руками и обхватила его ногами. Его сердце забилось на максимум, а она смотрела томно ему в глаза, испытывая сладкие муки в ожидании исполнения ее самых пошлых желаний. Женя выгнулась простонав, когда по дороге в спальню Влад сам не выдержал и в нее проникли его пальцы. Он ласкал ее лоно с огромным желанием ворваться скорее в нее по-настоящему.

— Что за…— Влад убрал руку из Жени, как только переступил порог спальни, наступив на что-то острое.

Он огляделся, развернулся и поставил ее полную разочарования на пол в коридоре, потому что весь пол спальни, так же, как и пол кухни, был усыпан осколками.

— Что там? — Женя заглянула в спальню и присвистнула.

— Полный пиздец тут и там по ходу тоже!

Влад вышел из спальни вынув из пятки осколок стекла и оставляя на полу кровавый след прошел в свой кабинет. Там тоже зияло окно без стекла, а пол был щедро усыпан острым ковром из стекла. В гостиной и комнате, выделенной под тренажеры, было тоже самое.

Какое-то подлое блядство подумал Влад и пошел обратно за Женей, поняв, что она за ним не пошла. Нашел он ее в прихожей уже одетую.

— Собирайся. У меня поживешь, пока тут порядок наведут. — она сидела на пуфике с непроницаемым лицом.

Словно ее и не волновало, что случилось. Так будто просто дождь прошел, а не обстреляли все окна. Влад нашел сигареты и одев обувь чтоб не изрезать ноги окончательно, закуривая пошел собираться.

— Такси вызови. — крикнул он ей из спальни кидая в дорожную сумку рубашки.

— Я на машине!

Влад вздернул бровь, отлично зная, что сюда их привез Петя. И вообще ни разу не видя Женю за рулем авто. Он быстро накидал необходимую на пару дней одежду и вышел к Жене с огромным желанием разобраться на какой это вдруг, она, машине.

— У тебя есть машина?

— Есть. Парочка. — Женя лукаво улыбнулась и вышла из квартиры в открытую перед ней, Владом дверь.

Они спустились в подземный гараж, в котором Влад даже ни разу не был. Женя уверенно шла по парковке стуча каблучками, Влад шел за ней. Она остановилась у новенького, белого лексуса и присев перед передним колесом просунула руку под днище машины доставая оттуда ключ и открыла машину.

— Серьезно!? Ты вот так вот просто оставила на парковке тачку за восемь миллионов и положила ключ под нее!? — Влад, бросив сумку на заднее, сев в машину, пахнущую новизной кожи и дерева, спросил пораженный не то ли ценой машины, не то тем как она ее бросила.

— А что такого-то?! — довольно улыбнувшись спросила Женя, резко стартуя с места.

— Угнать же могли.

— Ну не угнали же, а он тут три месяца уже стоит. — ответила Женя, откровенно шокируя Влада, и проверив свободна ли дорога, выезжая на нее добавила; — На всякий случай.

— Кто ты такая девочка? — откинув голову назад на подголовник, ехидно спросил Влад, не ожидая от нее честного ответа.

— Главное, что девочка, а не мальчик. — Женя, рассмеявшись, и оправдав ожидания Влада, ушла от ответа.

Влад ни разу не был у Жени дома. Вообще даже понятия не имел, где она живет. Она либо приезжала в офис сама, либо он с Петей подбирал ее в разных частях города то у кафешек, то у торговых центров и после она всегда зависала у него в квартире. Постепенно захватывая как выяснилось не только полки в ванной комнате и шкафу, но и место на парковке.

Женя привезла его в свой загородный дом. Влад уже не удивился, когда увидел белые ворота и белый фасад дома. Женин любимый цвет и он редко даже в одежде, видел на ней что-то другого цвета.

Как только машина подъехала к воротам, они автоматически открылись, и на встречу заезжающей на территорию дома машине, вышел охранник в черной рабочей форме. Удивительно что не в белой с сарказмом подумал про себя Влад.

— Доброе утро Евгения Михайловна! — молодой парень широко и довольно улыбнулся, приветствуя Женю и заставляя тем самым Влада, чувствовать жгучее желание, выбить ему эти его ровные зубы.

— Доброе Ваня. Гараж открой. — не глядя на парня ответила Женя.

— Сей момент! — парень кинулся в маленький домик-пост и нажав нужную кнопку, открыл ворота гаража.

Женя резко заехала в большой гараж машин на пять сразу, но сейчас в нем, не считая лексуса, на котором они приехали, стояла лишь старенькая тойота тундра темного, серого цвета. Не Женина, подумал Влад, выходя из машины.

Женя проводила его в дом. Вся отделка и мебель Жениного дома тоже была белой и имела лишь редкие, отличающиеся оттенками белого детали.

— Бросай вещи тут пока! Пойдем на кухню.

Влад кинул сумку на белый диван в гостиной и пошел за Женей. На кухне пахло едой несмотря на раннее утро. И у плиты стояла полная женщина в фартуке, наливая на сковородку жидкое тесто.

— Тетя Маша! Доброе утро! —Женя подскочила к женщине и звонко чмокнула ее в щеку.

— Женечка! Почему не предупредила что приедешь? Да еще и с гостем? У меня тут только блинчики и омлет. Могу еще сыра и мяса нарезать.

— Тетя Маша, это Влад. Он пару дней тут поживет.

Тетя Маша с недоверием взглянула на Влада и неуверенно кивнув ему, вновь захлопотала у плиты, велев им с Женей идти мыть руки. Женя повела Влада сразу в свою спальню по дороге показывая, что есть, где. Наскоро сполоснув руки, она оставила Влада в ванной, а сама пошла переодеваться. Когда Влад вышел из ванны, перед ним предстала совсем другая Женя. На ней была белая пижама с розовым зайцем на кофте и туфли заменили плюшевые тапки, а голову венчала шкодная пальма из волос.

— Ты такая…—он схватил ее и с разрывающей его нежностью прижал к себе.

— Какая? — задыхаясь от сдавливающих объятий со смехом спросила Женя.

— Такая ммм…

— Какая?

— Не знаю. Но мне нравится.

Влад толкнул Женю на постель и тут же подмял ее под себя.

К завтраку они спустились только через час. Тети Маши уже не было, зато в столовой был накрыт для них стол с завтраком. Женя сложила ножки Владу на колени и откинувшись на спинку стула, попивая из большой чашки кофе, с аппетитом поглощала сначала омлет, потом блинчики с повидлом и йогурт. А Влад поймал себя на мысли что за три месяца их отношений он впервые видит, как она ест. Со страхом понимая, что это, и ее ножки на его коленях, волнуют гораздо больше, чем тот факт, что ему обстреляли окна в квартире. Что если бы не Женя рядом, он бы рвал и метал сейчас в поисках хотя бы исполнителя.

Глава десятая.

— Все! Идем спать!

Женя, поев встала со стула и повела Влада обратно в спальню. Признаться, он ужасно хотел спать ведь уже сутки не спал и не споря пошел за своей зайкой. Только сейчас за завтраком он смог подобрать слово, которое не пришло на ум в спальне при виде совсем другой Жени.

И они действительно завалились на кровать и заснули в обнимку. Только Влад заснул быстро, крепко и на долго, а Женя, подремав всего двадцать минут встрепенулась. Выбралась из-под тяжелой руки Влада и тихонько вышла из спальни.

Уже через десять минут, переодевшись, она села в машину и поехала в город. Она совсем не думала на Платова, но ехала именно к нему домой.

— Женя!? — Платов, с багровым лицом от синяков под глазами, открыл дверь своего дома будучи в шоке. Уж кого, а Женю после случившегося он увидеть даже не мечтал. Только трясся всю ночь что она сдаст его прокуратуре.

— Нет просто Мария блядь! Толик не беси! Кофе сделай мне и себе, разговор есть.

— Что-то случилось? — Платов поплелся за Женей на свою же кухню, так словно это он у нее в гостях.

— Ты с отцом моим в каком году познакомился? — спросила Женя, усевшись на высокий барный стул.

Несмотря на то, что Платов был женат и имел двоих детей, его дом не располагал уютом. Был таким же высоким и тонким как сам его хозяин. В нем так же было не за что зацепиться глазу. Серая, холодная гладь к которой даже хладнокровной Жене было неприятно прикасаться.

— Ммм с две тысячи девятого, а что? — он готовил кофе подрагивающими руками и сгорал в нервном любопытстве, к чему этот допрос.

— Маму убили в две тысячи пятом. Ты что-то знаешь об этом?

— Что случилось Женя?

Анатолий повернулся к Жене выставляя на барный стол две чашки кофе, налив в свою приличную дозу коньяка.

— Кто-то обстрелял окна в квартире Влада.

— Это не я!

Женя звонко рассмеялась, пугая Платова своим смехом еще больше.

— Я знаю, что это не ты. Поэтому и пришла к тебе.

— Ты что же, думаешь это как-то связанно с убийством твоей мамы?

— Я не думаю, я знаю. За полгода до ее убийства, в нашей квартире точно так же разом исчезли все стекла. Отец так и не смог узнать кто это сделал и зачем, что было дальше я не знаю. Маленькая была и меня не посвящали во все что происходило, а что-то явно происходило. Потом убили маму и все прекратилось.

— Но я тебе чем могу помочь? Я с твоим отцом только через четыре года познакомился и даже про стекла как ты не знал до сегодняшнего дня.

— Кто тебя привел к нему?

— Амиров Александр, но он умер уже.

— Ммм. — Женя потерла виски.

— Зачем тебе это?

— Чтоб отсечь всех тех, что появились после. Отец папки по годам не подписывал. Я знать не знаю и половины. Не знаю кто кого привел и на кого надавил. В этом плане мой папочка допустил ошибку и поплатился за это. А я платить так не хочу, я же всегда делаю лишь то, что хочу.

Женя встала и пошла на выход с мыслью систематизировать всю коллекцию и может тогда она вычислит того, кто лишил ее матери и вдруг объявился вновь. Именно сейчас, когда она по-настоящему счастлива и уж точно не собирается от этого счастья отказываться.

— Женя! Постой! Я хотел извинится и сказать тебе, я тебе не враг! — он остановил ее на пороге своего дома.

Лицо Платова было серо-бледным и багровые синяки смотрелись на нем страшно. Словно он не человек, а какое-то существо из преисподней и сейчас на голове появятся острые черные рога, а из-за спины хлыстом просвистит хвост с острием на конце. Именно таким сейчас его видела Женя, а людей она видела на сквозь. Влад например виделся ей каким-то огромным и грозным орком. Страшно благородным и нежным где-то глубоко внутри.

— Ну что ты Толик. — Женя лукаво улыбнулась и подойдя опасно близко, провела ладонью по его груди, что под рубашкой часто вздымалась под барабанную дробь его сердца. — Ты мне даже не враг. Ты для меня вообще никто. Пшик. Тебя не-е-е-т.

Она рассмеялась, походя на сумасшедшую и выскочила за дверь. Платов остался стоять в растерянности на месте не зная, что делать. Толи разнести квартиру в пух и прах, то ли догнать стерву и за волосы затащить обратно в дом, чтоб довести начатое сегодня ночью до конца. Но визг колес не оставил ему выбора. Он орал от злости и ненависти, громил все что попадалось под руку и успокоившись лишь в руинах собственного дома, грохнулся в эту кучу переломанной мебели и техники, с бутылкой водки. Выпив ее залпом, раскидавшись звездочкой глядя в высокий потолок, расплакался от безисходности, горько и громко словно маленький ребенок.

Глава одиннадцатая.

— Такие мне можешь даже не предлагать. Ты же знаешь, я не люблю белый шоколад и мое мнение будет предвзятым.

— Ну на тогда вот эту попробуй. Там апельсин и черный ром, по-моему, не плохо.

— Ммм. Такие да! Класс!

Не желая афишировать всем подряд о своих проблемах, Женя отправилась к Сурену. Лучший друг отца, кондитер. Она никогда не говорила с ним о делах, да и дел общих у них никогда не было. Он был для нее любимым дядей Суреном, который баловал ее сладостями всегда. Столько, сколько она себя помнила.

— Ну давай рассказывай, с чем пожаловала к старику.

Выслушав честного дегустатора, коим для него всегда являлась Женя, Сурен наконец то задал ей вопрос, которого она ждала.

— Ты можешь назвать мне хотя бы одного человека, с которым работал папа еще до того, как маму убили?

— Не могу.

— Почему?

— Как же ты на мать свою похожа. Такая же в задницу стрелянная.

Сурен рассмеялся и выйдя из-за прилавка, своего кафе-магазинчика позвал свою младшую дочку Нину.

—Нинка! Встань за прилавок.

Он подхватил Женю под руку и повел ее в небольшую комнатку, которая была одновременно комнатой отдыха для всего персонала и самим кабинетом для Сурена. С утра в кафе кипела работа и там им никто бы не помешал.

— Ты что-то странное про маму сказал? В смысле в задницу стреляная? — удивленно спросила Женя, когда они зашли в кабинет.

Маму она помнила обычной, стандартной домохозяйкой. Женя даже в детский садик не ходила, мама посвящала ей всю себя и чуть-чуть доставалось отцу, которого частенько не было дома.

Они прошли через всю комнату и сели за круглый стол, покрытый льняной тканью. Сурен положил сухие и загорелые руки на подлокотники плетеного кресла и наконец то заговорил.

— В прямом. Такая же дурная как ты. Платья носила покороче твоих. Послать могла любого. И вся эта тема, из-за которой ее и убили, к твоему отцу вообще не имела никакого отношения. Он обычный слесарь был. Тачки ремонтировал, а салон, мастерские это все Света ему организовала, он правда сам раскрутился.

— Отец мне об этом ничего не говорил. — выдержанно ответила Женя, хотя в голове у нее было полное несоответствие выдаваемой Суреном информации с воспоминаниями о маме.

— Перед тем, как ее убили, она все компроматы ему передала. Так что, не могу назвать никого, да и потом, я с твоим отцом дружил, работу мы не обсуждали. Хотя Миша тогда и землю носом рыл, но никого не нашли и даже смысла не понял. То и какую выгоду получил после ее смерти так и не известно.

— А отец? Что получил отец? — Женя задала вопрос не думая, но не удивила им Сурена.

—Да он вскрылся бы, если не ты. Теперь расскажешь, что случилось?

— Дядя Сурен, мы же с тобой тоже дружим! — Женя, хохотнув улыбнулась и подскочив, чмокнула его в сухую щеку.

— Ты хоть не вляпайся никуда! Я тебя хоронить не хочу!

Старик поднялся с места и пошел провожать Женю, что торопилась на выход.

— Дядя Сурен, если я скопычусь, ты меня не хорони.

— Почему?

— Дорого. — Женя рассмеялась.

— Ой дуреха ты Женька! Дуреха! Но знаешь, в чем я уверен?

— В чем?

— Вот ты, точно не пропадешь. — он, смеясь приобнял ее за плечи, желая расстаться на доброй ноте.

Сурен проводил Женю, всучив ей не хилый пакет ее любимых сладостей.

Женя была впервые растеряна, до такой степени что даже не могла вести машину. Три раза проскочив на красный, чуть не попав в аварию, она остановилась у парка, в котором гуляла еще маленькой девочкой, именно с мамой.

Женя села на лавку, на против детского городка и выудив из бумажного пакета свеженький эклер, откусила сразу половину. Набив рот пирожным, она пыталась выудить из закромов своей детской памяти хоть что то, что связало бы ее маму с тем, что сказал ей дядя Сурен. Но в голове всплывали лишь пышные банты что та ей завязывала и сахарная вата, которую они с мамой ели наперегонки. Как читала сказки перед сном и делала пену в ванной. Как выгоняла отца спать на диван и забирала ее к себе в кровать, когда Женя болела. Она не помнила маму в платье даже выше колена, не то, чтоб короче, чем у нее.

Женя верила своей памяти, и ее мама не могла быть такой как она, но и дяде Сурену она тоже верила. Так же сильно, как не верила в то, что ее нежная и заботливая мама оторва хлеще нее и что эти папки когда-то были ее, она не могла не верить дяде Сурену. Ему не было никакого резона врать. Он действительно был лишь хорошим другом, сначала ее отца, потом стал хорошим другом и ей.

Очнулась она лишь когда зазвонил телефон.

— Ну и куда ты пропала?

— Слушай Кать, щас вот вообще не до вас!

— Ммм. Ну я, конечно, все понимаю, любовь-морковь и все такое, но совесть тоже надо иметь! У Ленки же завтра день рождения!

— Ой Катюха, ври ей что хочешь, можешь даже сказать ей, что у меня лишай или вши! Только меня не будет.

— Ну это то понятно…— Женина подруга на том конце замялась.

— Лайм пойдет?

— Ленке больше в Таро нравиться!

— Хорошо. Позвони сама только.

— А я уже!

— Я истекаю от обильной кровопотери. Ты же мне уже руку по локоть откусила сучка-змеючка! — Женя рассмеялась.

— Так-то акула тогда! — смеясь ответила Катя.

— Угу. Стая акулья. Целую.

— Чмоки-чмоки.

Женя убрала телефон в сумочку и понимая, что сбитая с мыслей своей подругой, она ничего нового не надумает, пошла к машине. Вернувшись домой, она поднялась в спальню. Влад крепко спал. Женя, скинув одежду и белье, зная, что он захочет взять ее сразу же как проснется, пристроилась рядом с ним. С таким большим и уютно горячим. Влад даже будучи в крепком сне, тут же придавил ее своей рукой, прижимая к себе. Женино сердце разбежалось от удовольствия и закрыв глаза, она сладко уснула, оставляя все до тяжелого дня-понедельника.

Глава двенадцатая.

Влад проснулся первым. Ему снился кошмар. Словно он лежит на асфальте привязанный к кольям, за руки и ноги. Женя, смеясь как сумасшедшая ходит вокруг него и посыпает осколками стекла. Они попадают в рот и глаза и режут плоть опаляя ему кожу горячей кровью, он ощущает этот вкус крови во рту, что смешивается со стеклом. А он пытается вырваться, но не может. Что-то кричит, но начинает задыхаться от стекла, которое врывается в горло. Потом она садится в старенькую тойоту тундру темного, серого цвета, что стоит у нее в гараже, и начинает переезжать его со злорадным смехом.

Не придав неприятному сну никакого значения, он огляделся, в начале не понимая, где он. Вспомнил что, он у Жени, лишь поняв, что она лежит рядом, совсем голая и отлежала ему до коликов руку. Влад осторожно освободился, не торопясь будить ее, но уже с огромным желанием оказаться в ней. Он потянулся за брюками и пошарив в карманах в поисках презерватива, не найдя его, вдруг понял, что ему они уже не нужны.

Он конечно же думал о семье, что, когда ни будь женится и у него будут дети, но ни разу так и не смог подумать с кем. Сейчас же никого кроме Жени, в этой роли он не видел и не потому, что этого требовало дело, он сам этого хотел. И будя ее поцелуями по ногам и бедрам, поднимаясь к ее шее, провел по ней языком, чем окончательно разбудил.

Женя потянулась и именно в этот момент Влад подмял ее под себя, разведя ее ноги руками. Женя видела, как он входит в нее подаваясь вперед, она видела и чувствовала, что он без защиты. Несмотря на то, что у них в машине уже был спонтанный незащищенный секс, она занервничала.

— Влад! Ты кое-что забыл. — сказала она сквозь сладостные стоны от его толчков.

— Не забыл. Не хочу больше с резинкой.

Он впился в ее губы и сжав походя грудь провел рукой по ее животу. Женя свернула голову в сторону освобождаясь от губ и языка Влада.

— Что ты!? Не надо Влад! — она попыталась вырваться, но у нее не было ни каких шансов.

— Почему не надо!? Я сына хочу! Ты родишь его для меня.

Ему не понравилась ее реакция и он разозлившись, схватил ее за руки над головой и вдавил ее в матрас с такой силой, что теперь Женя не могла ни то что вырваться, а даже сделать вдох ей было тяжело и воздух едва наполнял легкие хотя бы на половину. Он входил в нее все быстрее и стремительнее грубо, со злостью что отражалась в его черных глазах. Злясь что насильно, что она больше не стонет, явно не получая сейчас никакого удовольствия. Но Влад был уже не в силе что-то изменить. Его одурманило чувство власти над Женей и желание подчинить ее своим желаниям, стало на столько сильным, что ему было плевать даже на то, чего желает она сама.

— Пусти! — из последних сил, на исходе кислорода в легких, задыхаясь выдавила она из себя, чувствуя, как он кончает в нее.

Влад приподнялся, опираясь на одну руку, с желанием смягчить всю эту жесть, нежным поцелуем. Но Женя тут же попыталась вырваться. Она хотела скорее попасть в душ, тут же жалея, что не пьет противозачаточные. Ребенок ей сейчас, после последних событий, был совсем ни к чему. Только вот Влад ничего не знал и так не думал. Он остановил Женю очень просто, вернув ее голову на место, схватив рукой за шею. Сдавливая ее до боли, перекрывая воздух, он навис над ней и когда она волком уставилась в его черные глаза, прошипел сквозь зубы;

—Потравишь, придушу сука!

Так, словно Женя уже беременна. Он медленно отпустил, сначала ее шею, потом саму Женю и отправился в душ оставив ее одну поняв, что подавил ее желание. Женя была просто в шоке и не торопилась в душ. Она натянула трусики, которые тут же намокли от спермы, что вытекала из нее, но она не обращала уже на это никакого внимания. Она хотела что-то сделать, куда-то пойти, но не смогла ничего кроме как лечь обратно в кровать и поджав коленки к груди, тяжело вздохнуть. В ее голове был полный винегрет, который предстояло разобрать на составляющие и понять, что есть что, в ближайшее время. И несмотря на не хорошие весточки из прошлого, первым ингредиентом был Влад и его отношение к ней.

Глава тринадцатая.

Разобраться хотя бы с Владом, Женя решила не медленно. Она встала с кровати и накинув легкий кружевной халатик, вышла из спальни и минуя дверь ванной, за которой шумела вода и был Влад. Поймав себя на мысли что, хочет туда к нему несмотря на весь его беспредел, Женя уже пробежала, а не прошла по длинному коридору.

Она зашла в свой рабочий кабинет. Он был таким же белым, как все, что окружало Женю. За картиной «Зимний пейзаж» Егорова, находился сейф. Женины ноготки пробежались по кнопочкам набирая код и с протяжным писком дверца открылась. Среди пачек с деньгами и драгоценностей, лежала та самая флэшка, которую Женя получила от Влада. Она не хранила компроматы дома, но именно компромат на Влада, так и не был переведен в папку и ее не получил человек Икс, который в случае чего, должен был передать все папки в прокуратуру.

Дорога обратно и вовсе не заняла у Жени много времени, и она совсем не сомневалась в правильности своего решения. Просто зашла в ванную комнату, когда Влад уже вышел из душевой кабины и вытирал капельки воды со своего крепкого тела. Она провела резцами по нижней губе, жалея, что не успела оказаться с ним в душе.

— Вот. Забирай. — Женя протянула Владу флэшку, и он ее сразу же узнал.

Влад прищурился, ухмыльнувшись и отбросив полотенце в сторону, все еще оставив на своем теле капли воды, схватил Женю одной рукой за талию, другой за затылок. Притянул ее настойчиво, но не грубо к себе, не обращая никакого внимания на эту флэшку.

— Не-е-ет девочка. — протянул он, улыбаясь и тут же поцеловал ее.

Настойчиво лаская ее языком, отстраняясь изредка чтоб укусить за губу, возбуждая ее и радуясь, как мальчишка тому, что она отвечает ему. Он отстранился и придержал Женю за волосы, когда она подалась вперед за его губами.

— Влад!

— Тсс. — он убрал руку с ее талии, зажав ее собой у раковины, за край которой она держалась руками откинув где-то рядом ненужную обоим флэшку. Влад приложил палец к ее губам заставляя молчать.

Его такие редкие карие глаза пробежались по Жениному личику изучая его изгибы и линии. А когда их взгляды встретились он продолжил.

—Молчи девочка моя и слушай меня! Ты замуж за меня выйдешь! И детей мне родишь! Слышишь!? — Женя кивнула. — Сына и дочку! — на это Женя не могла ничего сказать словами, только закрыла глаза на пару секунд говоря ему да глазами, понимая наконец, что к чему.

В этих словах было все отношение Влада к ней. Он по-настоящему любит, пусть и не скажет, и она для него большее, а не просто игрушка. Компромат сейчас тут тем более не при чем.

— Ты помниться в душ хотела. — Влад отпустил ее несмотря на свое явное желание, отступив подальше, давая ей на этот раз право выбора.

— Хочу! С тобой.

Они шагнули друг другу на встречу сливаясь губами и лаская друг друга языками. Доводя до сознания друг друга, что легче если и будет, то точно не скоро. Их желание быть едиными, было на столько сильным, что они ни думали сейчас о проблемах. Между ними с первого дня было все «слишком» и глупо было бы думать, что все так скоро станет тем, что хотя бы считается нормальным. И сейчас после всего они оба перестали сопротивляться своим чувствам и желаниям. Отдавшись в руки страсти, два пожара что когда то бушевали отдельно, слизывая языками своего пламени чужое, то, что им не суждено было, оставляя после себя пепелище.

Теперь они слились в одно пламя, сойдясь в одной точке, тут и сейчас на белой плитке в ванной. Когда все имеет значение, застревая на веки в пямяти. И белые длинные волосы что падают на плечи, дразня своими кончиками нежную кожу груди, капелька воды что, сбегая с черных коротких волос, смешиваясь с потом летит по загорелой коже крепкой шеи.Каждое касание, каждый вдох и выдох. Когда все чувства друг для друга, наружу словно вспоротое брюхо рыбы. Дыхание рвется от этих чувств и ощущений. Поцелуй между ними становится даже не грубым, а по настоящему жестоким с привкусом крови.

— Я тебя сейчас так…гхмм…ходить не сможешь…— хриплым голосом произнес Влад, глядя в ее глаза, отстранив за шею Женю, что словно взбесилась от его губ и кровавого вкуса во рту.

Она довольно, по сумасшедшему оскалилась словно по-настоящему безумна и это ее безумие нравилось Владу, оно уничтожало все его внутренние стоп-краны. Он схватил ее за ворот халата и тот треща под Женин стон возбуждения, тут же превратился в тряпочку что, скользнув лаская по ее ногам, упал на пол.

— И это тоже нахер! — рыча он стянул с нее трусики и затолкал Женю в душевую кабину впечатав ее в кафельную стенку.

Он напрочь перестал себя контролировать. Так и не включив воду, Влад подхватил ее под бедра и насадил на себя, рвано выдохнув под ее стон и тут же вдохнув глубоко, впился словно вампир в Женину шею, заставляя ее стонать и подаваться ему на встречу. Оставляя на ее коже следы от укусов и синяки от пальцев, которыми впивался в попытке проникнуть еще глубже и жестче, хотя больше уже было не куда. Женя же от ощущений потерялась, отдавшись Владу полностью и без остатка, она лишь могла впиваться ноготками в его плечи на пиках и стонать словно безумная. Приближаясь с каждым разом все быстрее к каждому следующему оргазму, заливая своими соками весь пах и член Влада. И когда от оргазма до оргазма ее отделяли всего пара толчков, в очередном, прошибаемом судорогой все тело, удовольствии, Влад глухо застонал вместе с ней, дернувшись в легкой судороге, кончил в нее. Вжимаясь в Женю, и прижимая ее собой к кафелю, что стал горячим, он укусил ее нежно за шею, довольный тем, что она приняла его на этот раз добровольно.

После он медленно опустил ее на ноги и Женя, рассмеявшись пошатнулась, и действительно не смогла не то, что ходить, даже стоять у нее не получилось.

— Душ отменяется. —Влад подхватил ее на руки и понес обратно в спальню.

Оставив мирную Женю на кровати, он вышел и вернулся через несколько минут, с намоченным в горячей воде полотенцем. Он нежно обтер ее, с наслаждением разглядывая ее тело в слабом свете настенной лампы. Не обращая при этом никакого внимания и не придавая значения всем следам, синякам и царапинам с кровоподтеками, укусам что оставил на ней своей грубостью. И довольно ощущая, как она еще подрагивает под его рукой, от испытанного наслаждения.Он отыскал свои сигареты и закурив, улегся на ее живот, прямо между ее ног.

Глава четырнадцатая.

Пока Влад наслаждался данной ему властью над Женей, в другой части города, от проливного дождя, под большим черным зонтом скрывались две мужские фигуры.

— Кто это?

Один мужчина, тот, что был пониже ростом, сплюнув в сторону, морщась от вида собственной обуви в грязи, посмотрел в котлован. Внизу, в неестественной позе лежало тело. В темноте, при слабом свете луны и единственного прожектора, который толком освещал лишь опасный край, было и не разобрать мужчина это или женщина. Даже лица было не различить, лишь яркий синий комбинезон что даже несмотря на дождь и грязь местами сиял чистотой, и оранжевая каска, которая съехала на затылок, говорили о том, что это рабочий.

—Бомж, вчера только в печень железо поймал. Можно было бы и подождать, но такой труп удачный. Воронцов долго расхлебывать будет, а дальше у нас что по плану было не помнишь?

Второй мужчина широкий в плечах и выше ростом, докурил сигарету и бросив под ноги утопил окурок ботинком в мокрой строительной грязи.

— Потом его избили. Тоже сразу хочешь?

— Нет. Подождем. Растянем. Сучка эта созреть должна.

Весь следующий день воскресения лил дождь. На стройке работа почти встала, так как техника безопасности не позволяла на таком этапе, проводить большинство работ. При таких плохих погодных условиях как ветер и дождь, только редкие рабочие были чем-то заняты, остальные же сидели по вагончикам. Кто-то спал, кто-то играл в карты и к котловану с утра никто так и не подошел.

Поэтому, только после обеда, тело обнаружил разнорабочий Синяк, который не поленился обойти пустующую стройку в непогоду, с целью чего-то выгодно умыкнуть и если не продать, то хотя бы пристроить для дачи. Увидев в котловане человека, сразу понял, что он на самом то деле уже труп. Слишком уж неестественная была у того поза.

Синяк, смачно матюгнувшись словно в сторону погибшего, который так не вовремя тут помер и не дал тем самым умыкнуть чего хорошего, закуривая, бодро зашагал в сторону сторожки. Со сторожем Василичем ему общаться было спокойнее чем с бригадиром, пусть он тут даже и ни при чем вовсе, но так было спокойнее.

— Василич! У тебя там это…труп кажись! — Синяк неуверенно вытирал ноги о коврик на пороге, сомневаясь, что стоит вообще заходить.

— Какой еще такой труп? Ты белочку словил? — старик слабо возмутился, отмахиваясь от рабочего словно от назойливой мухи. И несмотря на возраст, искренне веря, что трупы находят только в кино.

— Свеженький! Вот так вот на плите лежит. — Синяк зашел в сторожку и даже попытался изобразить как тот лежит на дне котлована.

— Пойдем! Покажешь. — сторож накинул на себя еще советский плащ-палатку и толкая в спину рабочего, вышел под дождь.

— Ну смотри Синяк, если там его нет…хотя нет, ерунда получается. — старик хотел пригрозить Синяку что если трупа нет, то он поговорит с бригадиром и его уволят, но вовремя спохватился как это глупо и лучше бы никакого трупа и не было.

Он махнул рукой, шагая за Синяком, стараясь ступать там, где не совсем жижа. Думая, что это самый поганый на его памяти объект. Самый проблемный и возможно пора уйти на покой, пока эти проблемы не коснулись его самого.

—Ну вот он. Лежит.

Они подошли к краю котлована. Василич матюгнулся, увидев тело и почесав под капюшоном затылок, пошел обратно в сторожку. Телефон то по глупости он с собой не взял, при этом также как Синяк, не желал связываться с бригадиром, предпочитая связаться сразу с Воронцовым.

Пока сторож Василич, уже не разбирая дороги, ступая в лужи и грязь, быстрым шагом шел в сторожку за телефоном, за городом, голые Женя и Влад оккупировали спальню.

Женя, полулежала на против Влада в кровати и придавив его ножкой чтоб не сбежал, зачитывала ему свои любимые стихи Лермонтова. Не наизусть, с книжки, но Владу нравилось ее слушать он и не думал сбегать. Не только слушая, но изучая ее, ему нравилось, как она выглядит в очках. На ней они смотрелись как что-то инородное. Так же как козел Тимур рядом с тигром Амуром, но очень ей шли и меняли ее кардинально.

—…Сердце глупое творенье,

Но и с сердцем можно жить,

И безумное волненье

Можно также укротить…

Беден! Кто, судьбы в ненастье

Все надежды испытав,

Наконец находит счастье,

Чувство счастья потеряв. *(Совет. Лермонтов М.Ю.)

— А еще вот это! — закончив зачитывать один стих, она тут же начинала зачитывать следующий, и Влад уже понял, что у Жени все любимые и зачитывает она их подряд.

— Белеет парус одинокой

В тумане моря голубом!..

Что ищет он в стране далекой?

Что кинул он в краю родном?..

Играют волны – ветер свищет,

И мачта гнется и скрыпит…

Увы! Он счастия не ищет

И не от счастия бежит!

Под ним струя светлей лазури,

Над ним луч солнца золотой…

А он, мятежный, просит бури,

Как будто в бурях есть покой! ** ( Парус. Лермонтов М. Ю.)

Женя уже перелистнула страничку и вздохнув полной грудью, хотела зачитывать очередное стихотворение, когда ее перебил настойчивый звонок. Влад никогда не игнорировал звонки и даже Женина ножка не могла его остановить. Он скинул ее ладонью не очень нежно, но Женю этим невозможно было обидеть. Ей наоборот нравилось, что Влад такой какой есть и точно не поменяется, а вот ее сможет поменять. Еще увидев его впервые, она уже это поняла.

Влад встал с кровати и взяв телефон с комода, матюгнулся увидев, что звонит Василич. На его памяти стрик звонил ему всего дважды и оба раза при более чем серьезных обстоятельствах. Первый раз, когда плита сорвалась с крана и погиб рабочий, на которого та грохнулась, второй раз, когда отцу Влада стало плохо на объекте и скорая увезла его со стройки при смерти.

— Алло! — Влад ответил на звонок, прижав к уху телефон плечом, натягивая боксеры, отлично понимая, что ему придется ехать на объект.

— Владимир Сергеевич! У нас в котловане труп! — с ходу выдал Василич, не видя смысла в долгих церемониях.

— Что случилось? Кто? — Влад одел брюки и накинув рубашку сел на кровать, понимая, что ему нужно успокоиться.

— А кто ж его знает то? Тихо было. Лежит на плите в раскоряку, да и кто не понятно. Его разнорабочий нашел. Делать то что?

—Бригадира найди и полицию вызовите и не топчитесь там. Я буду минимум через минут сорок. — Влад отключился и тяжело вздохнув, начал медленно застегивать рубашку.

— Что случилось? — Женя встала с кровати и тоже начала одеваться.

— Труп случился. — не понимая зачем, но сказал Жене правду, чувствуя, что это может быть важным, она должна знать.

Женя ничего не ответила. Она, одевшись, молча вышла из спальни. Влад догнал ее уже внизу, Женя стояла у стола и пила воду из бутылки.

— Машину дай мне. — Влад прошел мимо нее, сразу в сторону гаража.

— Я тебя подвезу, мне тоже в город надо.

— Тебе со мной нельзя, я эту возьму. — Влад направился в сторону Тундры.

— Она сломана. Садись. Я с тобой не поеду, но мне по пути. — Женя села за руль лексуса и открыла ворота гаража.

Влад сел рядом на пассажирское и набрал Сорина. Он хотел его предупредить, чтоб тот не совался сегодня на объект, хотя отлично знал, что его и по будням, туда не затащить.

— Что у нас в котловане!? —Андрей опешил от новости и встав с уютного дивана, заметался по дачному дому в поисках бутылки, разом забыв, где у него в доме бар.

— Труп! В общем я сейчас туда, а ты не суйся. — Влад отключился и весь ушел в размышления, от куда труп.

Он подумал в первую очередь о том, что это рабочие напились и чего-то не поделив, устроили разборки, возможно один из них и сорвался в котлован. Но мысли о том, как образовался труп, быстро сменились осознанием того, что сейчас на объект приедет полиция, начнутся разбирательства, допросы, работа встанет. А сейчас и так все не в их пользу, осень и частые дожди здорово тормозят работу и без этого чертового трупа. Пока он питал слабые надежды, что это не убийство, а всего лишь несчастный случай, Женя заехала на территорию автосалона Арго.

— Позвони мне. — она вышла из машины, не дожидаясь ответа от Влада, открыв большой зонт и стуча каблуками пошла к главному входу.

Влад проводил ее взглядом и вышел из машины, когда она скрылась за стеклянной дверью. Он обошел Женин автомобиль и сам сел за руль.

Влад еще был далеко от объекта, а Женя уже сидела в кабинете Трофимова Геннадия Петровича, директора автосалона Арго, который принадлежал еще ее отцу и достался ей по наследству. Узнав про труп на стройке Влада, ей больше было не к кому идти кроме как к нему. Только Трофимов, работавший с самого начала с ее отцом, мог все о таком знать.

Выслушав ее, уже немолодой мужчина, поднялся со своего места и подошел к панорамному окну своего кабинета. Из него отлично было видно весь салон, новенькие автомобили и снующих по огромной площади продавцов и покупателей. Трофимов помолчал, потому что вспоминать ему это все не хотелось, да и холодок, пробежавший по спине, не добавлял храбрости.

— Геннадий Петрович? Знаете что-то? — Женя поторопила его своим вопросом, не в силах ждать пока он там соберется с мыслями и все расскажет.

По его виду она сразу поняла, он явно что-то знает. На рассказе о трупе его и вовсе начало потряхивать и это явно не с проста.

— У меня тогда Лилька, родила. Дочка орала постоянно, колики и Лилька словно с цепи сорвалась. Прям выживала меня из дома. Вот и приперся тогда с утра пораньше на работу. Думал в кабинете своем покемарю часок-другой. — Трофимов замолчал, явно не желая рассказывать дальше, но видя вновь все сейчас перед глазами как в тот день, то, что старался все эти годы забыть.

Женя громко вздохнула, толкая своим вздохом директора к продолжению рассказа.

— Ну прошел через черный ход. Зашел в кабинет. Тут на окне тогда жалюзи были, я их прикрыть хотел, а он лежит почитай под окном. Видно, так хорошо было. Вместо лица месиво. На сырое тесто похоже, политое вареньем. — мужчину передернуло от того, как он хорошо все помнит, до мельчайших подробностей.

— Кто он то? — Женя уже начинала злиться, ей не сиделось на месте, она хотела узнать все быстро и начать принимать какие-то меры.

— Дворник наш! Хороший мужик был, хоть и бедолага. Я его сам на работу принимал, жить ему негде было. Вот он тут при салоне и трудился, а ночевал в подсобке.

— Его убили!?

— А сама то, как думаешь!? — Трофимов с укором глянул на Женю.

— Отца подставить хотели? — она, не обращая внимания на тон мужчины с удивлением спросила, хотя удивления не испытывала, а скорее уверенность.

— Мурыжили его знатно. Даже в сизо подержали, но у него алиби было. А того, кто убил, так и не нашли. — Трофимов вернулся на место и облокотившись на стол серьезно посмотрел на женю.

— Ты ведь хочешь знать кто это все делает? Так вот, я тебе так скажу девочка моя, менты это!

— Менты!? — Женя едва сдержала смех от бредовости слов мужчины.

— А что ты так? Кому еще выгода? Сама подумай!

— А я подумала. Так вот, по всему выходит, что кроме моего отца, выгоды никто не получил.

— Так-то оно так. Только расклад я думаю был такой, когда вся эта свистопляска началась, Света думала, как ты, что это кто-то из тех, на кого у нее компромат имеется. Когда Мишу избили, она все дела ему передала. Думала трогать его перестанут, и ты знаешь перестали.

— Я так не думаю! Я думаю, может отец все и устроил?! А что? Хорошо получилось, папки у него, все мамино имущество ему по наследству досталось. — Женя, не стесняясь, в открытую обвиняла родного отца.

— Тогда кто Влада твоего? — мужчина улыбнулся, увидев смятение в лице Жени.

— Я тебе говорю! Менты это! Они ж как думали, когда Свету убили, Миша подумает, что это кто-то из тех, на кого компромат имеется. Мол месть ей за все «хорошее» и сдаст все ментам. Лакомый кусок не правда ли? На пару звезд сразу тянет.

— Бред! Если бы они так хотели все получить, почему просто отца не убили? — Женя, не скрывая, раздражалась все больше, не видя никакой логики в мыслях Трофимова.

— А вот это мне не известно. Чтоб понять их логику, нужно быть ментом. Может не могли больше убивать на право и лево? Решили отсидеться.

— Ясно! Что ни хрена не ясно! Машину дайте мне!

— Из белых только BMW осталась.

— Да мне сейчас хоть москвич!

Трофимов рассмеялся и встал с места чтоб проводить Женю из салона лично.

— Ты, наверное, замену мне подыщи. На пенсию пора, однако. — неуверенно сказал мужчина, опираясь на дверь новенькой машины, в которую села Женя.

—Геннадий Петрович, какая пенсия?! На вас пахать можно! Все нормально будет! Вас это точно не коснется. — Женя закрыла дверь машины не дожидаясь возражений.

Трофимов отступил на пару шагов в сторону, давая машине уехать, думая про себя, что его уже коснулось, и еще как коснулось. Ведь вспоминать такое не легко и тем более знать, что все вновь повторяется.

Глава пятнадцатая.

Вопреки всем ожиданиям Влада, после недолгих разборок, по поводу неизвестного трупа на его объекте, которые его самого почти и не коснулись, все стихло. К началу зимы, строительство, наконец то подобралось к тем самым, давно упущенным срокам.

Влад ехал из офиса домой, когда его машину подрезал, преградив путь, черный наглухо тонированный микроавтобус. Именно в этот день он сам был за рулем, потому что Петя заболел и был на больничном и только успев матюгнувшись, резко затормозить, как тут же оказался на грязном асфальте. На него налетели с десяток мужиков, что мгновенно высыпались из тонированного микроавтобуса в черных костюмах с масками, скрывавшими лица. На Влада одним моментом обрушились удары ногами в тяжелых берцах, он только и успел прикрыть голову и лицо руками и прижать колени к беззащитному животу. Били сильно и куда придется, попадая и по рукам, ногам и спине, но не долго.

Как только дверь микроавтобуса захлопнулась, и машина тронулась, Влад убрал окровавленные руки от головы, в слабой попытке разглядеть номер, напрочь забыв про наличие у него в машине, видео регистратора. Номер у авто естественно был заблаговременно скручен, в чем Влад убедился, провожая его взглядом, в свете фар собственного джипа.

Кое как поднявшись, опираясь на машину и прислушиваясь по ходу к собственному телу, не сломано ли чего, Влад скинул с себя напрочь испорченное пальто. Он хотел отбросить его к обочине, но сил не хватило, и оно упало перед его ногами. Он едва пнул его со злости. На его памяти, он много раз так избивал неугодных ему людей, но его самого никогда так сильно не били и уж он тем более не валялся на земле, беззащитно прикрываясь руками, не в силе противостоять такому напору на одного.

Уже сидя в машине, в которую он еле забрался из-за боли в теле, глядя в зеркало заднего вида, Влад оценил последствия первого в его жизни избиения. Голову он прикрыл хорошо и лицо совсем не пострадало. Чего нельзя было сказать о руках. Они все были в бурой дорожной грязи, которая стала такой, смешавшись с его кровью.

Все еще заведенная машина урчала в ожидании движения и Влад, более-менее придя в себя, осторожно тронулся, сменив курс. Вместо своей квартиры, чувствуя, что ему нужна помощь, он отправился к единственному человеку, к которому мог явиться в таком виде.

Не подумав сразу, что стоило позвонить и не зная вообще, явиться ли Женя в эту квартиру или же поедет к себе в загородный дом, Влад стоял на пороге ее квартиры и безжалостно давил на кнопку звонка. С печалью вспомнив что телефон остался в машине, а спуститься к ней, за ним сил просто нет, он увидел перед собой любимую заспанную мордашку.

— Выходи замуж за меня скорее! Пока меня не убили, и ты станешь прекрасной, юной вдовой! — не думая ляпнул Влад в лицо Жене, шокируя ее не только своим видом, но и этой дурацкой фразой.

Она помогла ему зайти в квартиру, с непроницаемым лицом принимая все и его слова, и его вид. Это была ее специфическая особенность, которая иногда пугала ее саму. Принимать все не подавая вида, несмотря на ту бурю эмоций, которая, разгуливая в душе, сметала все на своем пути.

Настаивать на врачах и спрашивать у Влада, что случилось Женя не стала. Она лишь молча, под его айканье и оканье, обработала его ссадины и дав ему хорошую таблетку обезболивающего, уложила спать. Как только Влад уснул, Женя тут же сорвалась из дома, на ходу, набирая уже давно забытый номер.

— И это именно в такой день! — расплываясь в пьяной улыбке, Женю встретил Платов.

— Какой день? Ты дела то вести можешь вообще?! — строго спросила Женя, договорившаяся о встречи с Платовым, всего пол часа назад, когда тот был по голосу судя, еще трезвым.

Сейчас же, за столиком в ресторане, в гордом одиночестве, перед ней он предстал откровенно пьяным.

— День моего рождения! Разве ты не видишь все эти подарки и именинный пирог?! — изображая из себя ослика Иа, Платов развел руками.

— Ну с днем рождения тебя! Не подарок конечно! — Женя, садясь за столик, швырнула Платову прямо на тарелку с закусками беленькую, бумажную папку с завязками и черной печатью ДЕЛО №.

Улыбка с его лица тут же сошла на нет, он мгновенно протрезвел, отлично понимая, что перед ним лежит та самая папка, со всеми его незаконными делишками. Отданная им уже давно, еще Жениному отцу за помощь. Срок по ним, он бы уже не получил, так как истек срок давности, но потерял бы доверие, хлебное место при власти, да и информационная шумиха ему была не к чему.

— Что, женушка тебя наконец то на хер послала? — улыбаясь и не скрывая своего удовольствия, спросила Женя.

— Послала! — признался Платов и тут же добавил; — Это не я! Зачем ты мне это приперла? — он не знал, что ему делать с папкой и она так и зависла в воздухе, сжимаемая его рукой.

— Затем, что ты поможешь мне. — объяснила Женя свои действия, отмахнувшись от подошедшей к ней с меню официантки.

— А я то, что могу сделать? Я понятия не имею кто твоего Влада прессует. —нервно хохотнув, Платов положил папку на соседний стул и прикрыл ее для надежности своим пиджаком.

— Твою помощь мне, мы оговорим потом. Протрезвеешь, когда. Смотри по пьяни папку не профукай, а то тебя год будут СМИ поласкать. — искренне посмеявшись над Платовым, Женя встала из-за стола и пошла на выход.

Глава шестнадцатая.

Новый год отмечали в клубе. Влад сидел за вип столиком с друзьями и их девушками и не мог оторвать взгляда от Жени.

Она танцевала на танцполе под новогоднюю песню, в воздушном коротеньком белом платье. Оно разлеталось солнцем, когда она крутила своими бедрами в так музыке. Белые волосы, завитые в мелкие кудри, разлетались и подпрыгивали так же, как и платье. Женя была абсолютно счастливая, отдаваясь этому, местами бешенному, танцу.

Музыка кончилась, что-то начал говорить ведущий новогоднего шоу и она, подскочив к столу завизжав словно маленький ребенок хлопнула хлопушку. Конфетти выскочили одним залпом и разлетевшись блестящим фейерверком, медленно рассыпались на накрытый стол. Все хором возмущенно закричали; —Женя!!!

А она лишь счастливо расхохоталась, не обращая внимания на испорченные напитки, в которых плавал конфетти и на такие же цветастые закуски.

—Накажу! — засмеявшись вместе с Женей Влад схватил её за ногу и потянул на себя.

Она села к нему на колени, они недолго смотрели друг другу в глаза. Сердце Влада заходилось в этот момент в приступе невероятной нежности. А когда Женя нежно коснулась его губ, он прижал её с силой к себе. Так они долго целовались. За это время Андрей Сорин успел договориться и им заменили все закуски и обновили выпивку. Оторвались они друг от друга лишь когда ведущий громко начал отсчитывать двенадцать, под гулкий бой курантов, звучащий из сабвуферов.

Все подняли свои стаканы и бокалы и в ноль-ноль часов ноль-ноль минут, чокаясь кричали— Ура!!!

Через три дня после наступления нового года, Влад и Женя ехали на очередную вечеринку, на этот раз устроенную Сориным, у него на даче.

Послышался свистящий хлопок, затем еще серия и машину закрутило на скользкой дороге. В этой карусели, в окнах замелькали белые берёзы что тянулись к небу, оказываясь то с одной стороны, то с другой. Петя матерился не в силах затормозить. Тяжелый джип развернулся поперек и просто несся по скользкой дороге потеряв сцепление с асфальтом.

—На пол! — сообразив в чём дело Влад бросил Женю с силой на пол машины и хотел прикрыть её собой, но едва ли мог поместиться между рядами. Он просто навис над ней. По его спине покатилось стекло, выбитое ветками деревьев, в которые боком врезалась занесенная в кювет машина, потерявшая управление.

—Что это!? — Влад понял, что это покушение, но охренев откровенно тупил. — Женя выбирайся! —он спешно вылез из машины сам и помог выбраться Жене.

Оставив её в стороне от машины, они с Петей на пару обошли ее. Та, с простреленными колесами, и разбитая о стволы деревьев с правого бока, не подала признаков жизни, на Петину попытку ее завести.

— Вот сволота! По колесам только стреляли. — процедил сквозь зубы, сплюнув матерящийся Петя, осмотрев получше машину.

—Опять пугали! Твари! — Влад, матерясь не меньше Пети, набирал Сорина несколько раз подряд.

—Андрей! Нам машину обстреляли забери нас! —закуривая ошарашил Андрея.

—Хоть бы сказали, чего хотят то суки! Вы, где!? Я сейчас вас заберу! – буквально заорал он со злостью в трубку.

Но Влад уже не ответил ему. За разговором он повернулся в сторону Жени и просто не увидел её сразу. Она уже не стояла там, где он её оставил и лишь сделав свой широкий шаг вперед в ту сторону, он бросился туда, роняя свой телефон в снег. Женя лежала на снегу и на белой норке обжигая сознание Влада, алым, маленьким кругом растеклась кровь.

— Это что это? — хрипло и глухо вымолви Влад. — Петя! Скорую! – заорал Влад тут же с ужасом глядя на Женю, которая молча хлопала ресницами смахивая ими слёзы что стояли в её глазах.

Он не знал, что делать, упав перед ней на колени и боясь даже коснутся. Знал он только одно что всё очень и очень плохо.

— Как!? Сука как!? По колесам же! —задыхаясь спрашивал Влад не известно кого.

— Рану! Рану нужно зажать! — заорал Пётр, увидев в чем дело, подбегая к ним.

— Эээ…блядь! — то ли взревел, то ли взвыл Влад, быстро распахнув Женину шубу, пропитанную изнутри кровью, которая на морозе парила, отдавая Женино тепло в никуда, поднимаясь к небу. Все ее белое платье, объемные белые розочки из кружева стали алыми.

— Сука!!! — заорал он всё еще боясь прикасаться к месту, где из Жениного живота медленно вытекала кровь боясь сделать ей больно.

— Вот так! Влад крепко держи! — Петя вложил в его руку какую-то тряпку и придавил этой рукой пулевое отверстие. — Скорая едет уже! Я постараюсь Андрею объяснить, где мы. Влад ты говори с ней…ну чтоб сознание не теряла! —Петя отошёл от них.

Про сознание он сморозил полную чушь. Такое ранение в живот и такая большая потеря крови что даже он не имеющий с таким дел понял, Женя уже не жилец. Да и глянув на нее саму поймав на секунду её взгляд он осознал, что она и сама это понимает. Только Влад даже на мгновение не допускал такой мысли. Он просто понимал, что всё плохо, но даже и не думал о ее смерти.

— Теперь они отстанут от тебя. — тихо, дрожащим голосом произнесла Женя, положив ледяную руку поверх руки Влада.

— Тише! Молчи! — Влад придвинулся к ней ближе. — Молчи малышка моя и слушай меня! Ты замуж за меня выйдешь! Ещё детей мне родишь! Слышишь!? Сына и дочку!

Женя едва улыбнулась и по её щекам покатились слёзы что стояли жидким стеклом в ее глазах. Вот так он впервые увидел, как она плачет и от этих ее слез было еще тяжелее.

— И собаку заведём! Большую! Ты же хотела…хочешь собаку? — дрожащим голосом спросил её Влад.

— Белую…- тяжело сглотнув, но всё же с улыбкой ответила Женя.

— Двух заведём! Тебе белую, мне чёрную! — расщедрился Влад, не желавший заводить до этого момента ни каких собак.

Сейчас он готов был пообещать ей что угодно и готов был это всё выполнить в ближайшем будущем, но вместе с тем, как тряпка, которую он прижимал к её животу пропитывалась горячей кровью, до его сознания слабо доходило, что ничего этого уже не будет. А он хотел ещё наконец то сказать ей, как сильно её любит хотя она и так это знала, но его буквально оттащил Петя, давая возможность врачам, приехавшим неожиданно быстро, но так удачно, делать свою работу.

Один из врачей осмотрел Женю пока другие два с водителем принесли носилки. Её быстро погрузили в машину.

— Вы родственник? – спросил врач оторопевшего Влада.

— Муж! – соврал Влад.

— Садитесь в машину! С нами поедите. Бумаги заполнить поможете и это пулевое мы обязаны сообщить в полицию.

Влад кивнул и тут же кинулся в машину скорой сев на предложенное врачом место сжал Женину руку, из которой уже торчала капельница и она сжала его руку в ответ. Ее сильно трясло.

— Холодно. — дрожащими губами произнесла Женя.

Фельдшер, на немой вопрос Влада ответила сухо: — Не положено! — но тут же сжалился и накрыл Женю толстым, клетчатым одеялом.

Та прикрыла глаза и по руке Влад ощутил, что перестала дрожать, хотя его это пугало. По дороге Влад отвечал не на все вопросы врача поражаясь тому, как он оказывается мало знает о Жене.

А по приезду скорой в больницу, Женю тут же забрали в операционную оставив Влада в коридоре с кровавой шубой в руках. На белом мехе и белой подкладке кровавые следы были на столько яркими и угрожающими что Влад поспешил от неё избавиться, бросив ее на мусорное ведро, в туалете, где с остервенением отмывал липкие, багровые руки.

В недолгом ожидании он успел осмыслить все случившееся. Машину обстреляли по колесам и Женю он из нее вытаскивал целую и невредимую. Он сам поставил ее под пули у дороги. Сам! Но корить себя ему вышло не долго. Из операционной вышел панурый врач.

—Мне очень жаль! Слишком большая кровопотеря, пуля прям в артерию попала и везли долго, хотя шансов у нее все-таки не было…— врач мялся на месте и тяжело сообщил Владу о том, что Жени больше нет.

Сам же Влад не сразу понял, о чем тот ему говорит. А когда до него все же дошло, ощутил тяжелые удары пульса в висках, глаза застила слезная пелена. Он их прикрыл, но в голове продолжали извергаться вулканы и взрываться падающие метеориты. Его собственный мир давно сложенный и четкий взорвался уже во второй раз. Но если в первый раз он взорвался и перевернувшись на изнанку продолжил свое существование в видоизмененном виде после того, как в него ворвалась Женя, то сейчас с ее уходом, его мир взорвавшись разлетелся на миллиарды осколков и врезался ими же в его сердце, разум и душу.

Разрезая в клочья как безапелляционное, решительное словно само существование неба, луны и солнца доказательство того, что только единственно Женя и была для него этим самым гребанным миром.

Когда этот взрыв обратился в голое черное и молчаливое пепелище к нему вернулся слух и зрение. Он открыл глаза и видел, как в бреду в его ногах валялся врач под глазом которого наливался огромный синяк. Он не помнил даже когда его ударил и не понимал почему так саднит горло, абсолютно не помня, как только что орал на этого врача и грозил убить его, потому что тот ему врет.

Глава семнадцатая.

Хотя уже давно, все было готово к похоронам, тело Жени долго не отдавали, прикрываясь тем, что идет следствие и возможно понадобятся дополнительные экспертизы. Через две недели, Влад сидел в кабинете следователя, который вел это дело.

— Владимир Сергеевич мы всё выяснили и с вас сняты все подозрения. Сегодня уже был задержан стрелок. Боюсь у меня для вас не очень хорошие новости. — следователь почесал затылок медля всё рассказывать Владу изучая его состояние.

—Рассказывайте! Хуже мне уже точно не будет. — Влад протянул руку к графину с водой и налил себе полный стакан, выпил залпом.

А капитан медлил, будучи уверенным что, сейчас, рассказав ему всё, сделает ему ещё хуже.

— Мы выяснили и это совершенно точно, ошибки быть не может, все сходится и по звонкам и деньги перевела исполнителю именно Евгения.

— Что!? —Влад налил ещё стакан воды и буравил взглядом немолодого следователя, понимая его слова и понимая, что тот совсем не ошибся.

—Она сама спланировала и заказала своё убийство. Оплатила его за три дня до собственной смерти. У неё вообще, как с головой нормально? —не сводя глаз с чернеющего Влада спросил опер.

Влад не смог ему ничего ответить. Он пытался только начать дышать и не мог сделать вдох. А когда наконец то смог вдохнуть полной грудью, ощущения были такие, словно этот воздух рвет и так рваную в клочья душу врываясь в легкие мелкими осколками. Всё перестало разом иметь хоть какой-то смысл.

— И сразу уж чтоб вы всё пережили сегодня…в морге вам не скажут, но я думаю, что вы должны знать. — он помедлил чтоб понять слушает ли его Воронцов или ушел в полный ступор.

—Что еще?!—хрипло выдавил из себя Влад.

—Беременность. Возможно, это и стало всему причиной? Как думаете? — капитан облокотился на стол заглядывая Владу в лицо и как только Влад увидел его светлые глаза, отдаленно похожие на Женины, он вскочил со стула пошатнувшись и знал сейчас лишь одно, ему нужно выйти от сюда. На него давили стены, давил потолок и даже пол под ногами давил на него.

— Вам плохо!? Давайте скорую!? — капитан кинулся к телефону чтоб дежурный вызвал врача.

— Не надо! — хрипя крикнул Влад, махнув рукой и опираясь на стены пошел прочь, торопясь покинуть это место.

Место, где только что перестала существовать даже его выжженная пустыня. Он попал в вакуум, в котором даже обычный вздох давался с огромным трудом. После всего что узнал Влад он не мог перестать думать о том, знала ли Женя что беременна или же нет. И заказала бы собственное убийство зная, что убьет еще и ребенка. Их ребёнка. О том почему она так поступила вопросов не было он всё понял. Она защищала его и тому подтверждение сказанная ею фраза там на обочине, когда она уже знала, что умрёт.

” — Теперь они от тебя отстанут.”

Эта фраза эхом стучала в голове вместе с тяжёлыми ударами сердца и тяжёлыми мыслями знала или нет. Ему, хотелось верить, что нет. Что она просто глупая, запутавшаяся девчонка. Не выдержала, испугалась за него и рассталась со своей жизнью ради. Но зачем ему эта жизнь без неё!? Он не понимал.

От Влада действительно отстали. Ещё не прошли Женины похороны, а уже начались массовые аресты всех влиятельных людей области. Сорин затрясся как осиновый лист, понимая с первым арестом, что это папки с компроматами улетели куда следует сразу же после Жениной смерти. И трясся все сильнее с каждым новым арестом и лишь Влад был спокоен на этот счёт. Он знал на сто процентов что компромата на него среди этих папок нет и ему боятся нечего. Иначе зачем бы тогда так!?И даже если бы компромат на него всё же был, ему уже было не страшно он и так потерял всё то единственно важное, то, что имело смысл. В ночь перед её похоронами он не спавший все четверо суток просто вырубился и ему приснился сон.

Их новый год. Ставший первым, и он же последним. Единственным. Женя танцевала в клубе, где отмечали новый год. В том же белом воздушном платье вся такая воздушная словно сама душа и в итоге она рассыпалась, превратившись в конфетти, когда Влад хотел её прижать к себе. Проснувшись, он понял, что плакал во сне. Хотя во сне ему было хорошо, там он не помнил и не знал, что ее уже нет.Он встал с постели и достал из шкафа Женин халатик, впервые вспомнив о нем, он сжал тонкую, шелковую ткань, вдыхая ее аромат, который тот еще в себе хранил. Пальцы внезапно нащупали какую-то бумажку. Карманов у халатика не было, и бумажка была спрятана в широком, подвернутом рукаве.

Влад включил побольше света, закурив развернул бумажку, увидел перед глазами размашистый, Женин почерк. Глаза, еще влажные от слез побежали по строчкам.

Как хочется остаться!

Дышать с тобою рядом.

Соседствовать мечтами,

И прикоснуться взглядом.

С тобою встретить радость!

Пленить твои все чувства.

Как хочется остаться .

Остаться навсегда.*

Всё было белого цвета. Она любила, а Влад хоть и ненавидел теперь этот цвет не переставая вспоминать что она была в белом в день, когда её не стало, организовал все в белом. Белый гроб, на ней белое платье, белые туфли и белый памятник два ангела. Хотя ангелом она не была, но Владу было плевать ведь для него она как оказалось была всем.

На её похороны пришло очень много людей. Среди них Влад никого не узнал хотя особо и не разглядывал, лишь та рыжая из “Пьяного страуса” он ее запомнил только из-за цвета волос. Женю хоронили в открытом гробу, но Влад почти не смотрел на неё. Не хотел запоминать её мертвую. Лишь надолго зацепился взглядом за её живот.

Все хоронили одну Женю и лишь один Влад хоронил сразу троих. Любимую, их нерожденное детя и себя самого вместе с ними. Внезапно пошёл сильный мокрый снег и кто-то, поторопившись закрыл крышку гроба и его стали медленно опускать в яму. С первыми ударами комков мёрзлой земли о крышку гроба, у Влада сдали оголенные нервы. Он развернулся и медленно зашагал прочь с кладбища, за ним двинулся и Сорин с Петей. Не заметив, двух фигур, стоявших в стороне, прятавшихся в густых еловых ветвях, они ушли.

— И тебе его не жалко? — спросил Платов хладнокровную Женю, наблюдавшую за собственными похоронами.

— Жалко. — сухо ответила Женя, нервно жуя жвачку, спасавшую ее от токсикоза. —У пчелки в попке! — добавила тут же и рассмеялась.

От этого смеха у Платова в прямом смысле слова скрутились внутренности.

— Про ребенка то зачем надо было рассказывать? — Платов действительно ничего не понимал, но ему этого хотелось.

Он отчаянно пытался понять Женю, потому что, не понимая ее, ему было сложно ей помогать. Все что она творила сейчас с Владом, было жестоко. И даже при всей нелюбви к нему, он не хотел в этом участвовать.

— Чтоб он с дуру, пулю себе в лоб не пустил, благородно думая, что сама убилась я не зря! —договорив, Женя надула огромный, розовый пузырь и тут же его щелкнула, хищно затянув в рот.

В это же время, в прокуратуре, за рабочим столом несмотря на рабочий день, выпивали двое мужчин.

— Признаться, я сначала подумал, что это ты ее. Воронцову то смысла не было, про завещание он до сих пор не знает.

— Да за кого ты меня принимаешь!? Педофила того избить до смерти сам бог велел, а баб я не трогаю.

— Я вот что думаю, может она узнала, что это ее папаша мать убил и с дуру так поступила?

—Может и так. Тебе то не все ли равно? Нам погоны к звездам готовить, а не о всяких дурах думать! Хотя, жалко девку! Поумнее своей мамаши оказалась.

После Жениных похорон Влад вернулся домой. Сел на стул в своем кабинете, у окна, сорвав с него штору, которая появилась там после обстрела. Он провел в нем остаток дня и ночи. Застыв и встав лишь однажды, уже в лунном свете, чтоб достать из сейфа пистолет. Чей-то идиотский подарок на день рождения. Один раз он даже поднес дуло к виску, медленно повторяя про себя слово «трус». С каждым разом, все сильнее сжимая пистолет. Потом заорал так что сорвал опять горло и с силой отшвырнул от себя смертельную железку. Потому что в этот момент проскочившая мысль в его голове, о том, что смысла жить больше нет, сменилась мыслью о том, кто еще кроме него принесёт ей на могилу её любимые цветы? Он даже не стал пить, по обыкновению. Не просто пить, а вообще перестал даже выпивать. Боясь, что, начав просто больше не остановится.

Каждый день он тратил много времени на то, чтоб вспомнить, понять и запомнить о ней что-то еще. Что то, что будет дорого сердцу, то, что упустил, когда она была рядом. В любой момент к нему приходили очередные воспоминания рисуя ему новую Женю. Более полную, более настоящую.

Как-то сидя на кухне, ночью, с чашкой кофе, вспоминал как так же с ней и понял, что она никогда не пила кофе сидя. Всегда стояла с чашкой в правой руке и смотрела вдаль. В окно. И молчала. Она всегда молчала. Он этого не замечал тогда, но сейчас знал, что ему это в ней нравилось. И тогда он сидел на кухне один с очередным воспоминанием о ней и не хотел, не мог поверить, что её больше нет. Их больше нет. Он избегал, старался не думать, не вспоминать что их было уже двое. Но в эту ночь как не старался не смог. Снова гадал знала ли она и действительно могла ли так поступить, зная и могло ли это стать причиной…как спросил почему-то опер. Не хотел верить, что знала, не хотел верить, что могло. Потом гадал кто бы это был сын или дочь. Пытался представить игрушки, валяющиеся на полу, детский смех.

Дни и ночи стали напоминать ему банку, и он в этой банке и не мертвый и не живой. Сам с собой и уйти от самого себя некуда. Он не жил как привык своей жизнью, он не жил даже просто нормальной жизнью. Пламя потухло осталось лишь чёрное разъедающие, всепоглощающее разум и волю даже не пепелище, а то, что от него исходит, не давая дышать полной грудью. Он попал в нее как в капкан и теперь когда его не стало, просто погибал от зияющей кровавой раны.

*Алекс Луна - Руки к небесам.

Глава восемнадцатая.

Влад ушел в работу. В феврале, на его счет поступили сто тридцать тысяч рублей. Он не мог понять откуда эти деньги и поручил разобраться в этом Сорину, чтоб потом не оказаться опять чьим-то должником.

—Я все проверил. Это твои же деньги. Возврат налога в виде тринадцати процентов.

—С какого мне бы вернулись какие-то налоги?! — удивился Влад.

— С такого что в июне того года, ты перевел один миллион рублей детскому дому. Ну вот Николаева и оформила все как благотворительность. А за это возврат тринадцати процентов положен. — Сорин предпочел бы чтобы его друг сразу понял, о каких деньгах речь.

— Да не переводил я ничего! Что ты городишь!? Бред! — раздраженно ответил другу.

Влад встал из-за стола и нервно заходил по кабинету. Раньше он бы махнул, не глядя на время виски, но сейчас же метался от стены до стены.

— Ты знаешь…Ты же все равно если не вспомнишь, то раскопаешь. Так бы я ни слова… Этот тот миллион, который ты перевел, чтоб разрешение на застройку получить. – Сорин специально избегал Женино имя и вообще бы предпочел не напоминать обо всем Владу.

А тот нервно, истерично рассмеялся. Он вспомнил тот день, когда Женя сама пришла к нему в кабинет и на его подкол про миллионы, сказала ему что миллион не при чем. Действительно, получив от Жени многомиллионное наследство по завещанию, он понял, что этот миллион ей был ни к чему. Сорину от смеха Влада даже стало жутковато и неспокойно за друга, лучше б уж напился.

—Адрес этого дома детского есть? — спросил, резко оборвав смех и серьезно уставившись на Андрея.

— Есть. Детский дом «Солнышко», на Старовойтовой. Знаешь, где это? Давай я с тобой? — Андрей отчаянно не хотел оставлять Влада одного.

— Разберусь! Накладными лучше займись и Карташова вызови, по Жениным ресторанам вопросов выше крыши. — отдав распоряжения, Влад снял с кресла пиджак и забросив его на плечо, молча вышел из кабинета.

Сорин его не стал останавливать. Он вообще боялся лишний раз с ним говорить. Боялся, что ненароком заденет за живое. Видя, как он изменился и понимая, что время его ни хрена не лечит. И та рана что нанесла ему Женя до сих пор кровоточит. Он так переживал за Влада что даже устроил разгон дотошной бухгалтерше Николаевой, узнав откуда и как эти деньги попали на счет друга. Хотя после того, как к Владу явился адвокат и заявил, что все Женино имущество по ее же завещанию теперь его, этот налоговый возврат не играл особой роли.

До детского дома Влад доехал без всяких мыслей. Он не думал, не понимал и не пытался понять, зачем он туда едет. Когда подъехал к зданию, в глаза что-то бросилось. Что-то важное пролетело стрелой, сердце екнуло. Но мозг не успел ухватиться за нее и как Влад не старался, понять, что так дернуло сердце, не смог. Вышел из машины и прошел, торопясь в здание, чтоб не смотреть на маленьких детей, которые как раз гуляли на детской площадке.

К директору детского дома попасть удалось не сразу. Его не хотели пускать две перепугавшиеся работницы. Они встали плечом к плечу и на перебой голося, перекрыли подход к заветному кабинету, двумя парами пышных грудей.

Влад, раньше бы послал их к черту и спокойно бы получил что хотел. Но он совсем стал другим и стоя в стороне пытался лишь вставить слово, объяснить зачем он тут, хотя и сам слабо это понимал. Наверное, если бы не сама директорша, которая вышла в коридор поинтересоваться что за безобразие происходит, он бы так и не поговорил с ней.

— Я немного не поняла, Владимир Сергеевич, что вы хотели от меня узнать? Вы что то про благотворительность говорили. — добродушно спросила она, пригласив его в свой кабинет.

— Евгения Загорская. Вы о ней что-то знаете? — зайдя в кабинет, Влад наконец то понял, зачем он тут. Только для того, чтоб узнать что-то еще про Женю.

— Что-то знакомое. — женщина потерла виски вспоминая. —Нет. Не помню. Столько людей проходит и всех не упомнишь. —она смотрела на Влада сквозь очки и ждала еще каких-то вопросов.

— Я хотел бы помогать вашему детскому дому. — вопросов у Влада, как оказалось, совсем не было.

— Будем вам премного благодарны. — женщина расплылась в действительно благодарной улыбке.

— Мне номер счета нужен. Была бумажка, но она потерялась. —Влад так и стоял у двери и прошел немного вперед, лишь для того, чтоб дотянутся до листика с номером счета.

— Может вы оставите мне свой номер? Я могу предоставлять вам отчеты. — милым, лисьим голоском пролепетала директриса.

— Мне не нужны отчеты. Я вам верю. — сухо отрезал Влад.

Он вышел за дверь и тяжело зашагал по коридору, ощущая себя в жару, словно он в огне. Оказавшись на улице, он прихватил из подтаявшего на февральском солнце пригоршню снега и утерев им медленно лицо, зашагал к выходу. За забором стояло две машины. Его черный джип и тундра. Вот что полоснуло его по сердцу. Тундра что стояла на парковке перед детским домом, была другого цвета, но важным было не это. Важное он упустил еще два месяца назад. Горюя по Жене, не замечал ничего вокруг.

Влад добежал до машины и сев за руль, не жалея остывший двигатель, завел машину и сразу же рванул с места. Он не нарушал правила боясь так глупо разбиться, хоть и превышал скорость на определенных участках дороги. Он то плакал, то смеялся как дурачок, то сжимал со всей злости что в нем еще осталась руль и его глаза вновь из карих становились черными.

Добравшись до загородного дома Жени, он бросил машину у ворот и когда охранник которому он когда-то давно хотел разукрасить лицо, открыл ему дверь ворот, он рванул в гараж. Кроме белого лексуса и белой бэхи в нем не было машин. Той самой сломанной тундры в гараже не было, хотя она стояла там еще третьего января. Вот что Влад упустил. В горе о Жене ему и дела не было до этих машин.

— Ваня! — Влад позвал парнишку, топчась именно там, где стояла машина.

— Что-то случилось Владимир Сергеевич? — вежливо и учтиво спросил зашедший в гараж охранник, потиравший при этом нервно шею, остро ощущая, что может по ней получить от работодателя.

— Тундра, где? — каким-то сдавленным голосом, спросил Влад.

—Так Евгения Михайловна ее подарила. — расслабившись, задорно ответил Иван.

—Кому подарила? — спросил его Влад, уже чувствуя и не понимая, то ли ликует внутри, то ли бесится.

— Я точно не знаю. Она распорядилось отдать машину. Третьего января ее забрал мужчина. А что, что-то не так? — Ваня вновь занервничал, подумав, что накосячил.

— Как выглядел? Описать можешь? — спросил Влад, и вышел из гаража на улицу, так как отчаянно хотел курить.

— Мм. Я его особо не разглядывал. Ну обычный такой высокий, но пониже вас и худой. Да! — Ваня закивал для убедительности, хотя сам сомневался в том, что описывает правильно.

— Какие-то особые приметы есть? — затягиваясь сигаретой, спросил Влад, отлично понимая, что записей с камер уже нет.

— Он рыжий был. Точно! Мы тогда еще с парня…— Ваня хотел рассказать Владу как они посмеялись над его цветом волос, но он уже его не слушал.

Он быстро вернулся к машине, которую бросил у ворот даже не заглушив, еще и с открытой дверью. Его словно переклинило. Перезагрузка прошла моментально и за рулем сидел уже не старый Влад, но и далеко не убитый горем, совсем новый Влад.

В новом лице он вернулся в офис, нарушив по пути все правила какие только можно и превышая в несколько раз допустимые скорости. В его кабинете как раз сидел Сорин и Карташов, за большим столом для переговоров, они разложили документы и пытались вместе, с дуру, разобраться в документациях сразу на три ресторана.

— На хер это все! —Влад, сминая документы, смахнул все на пол.

— Что случилось то?! — выпихивая за дверь, шокированного работника, спросил Андрей.

— Наебала сука! — Влад ответил, смеясь и наливая себе полный стакан, самого крепкого виски, который у него был.

— Кто? Кого?! — Андрей ничего не понял, но попытался забрать у Влада бутылку.

— Отстань! — он вырвал у друга бутыль и отставив пустой стакан в сторону, сел в свое теперь уже черное кресло, жадно отпивая алкоголь прямо из горла.

—Ты можешь объяснит? Что случилось? — Сорин заметался в нерешительности между столом и баром, но все же плюнул и налил себе в стакан какого-то темного алкоголя из непонятной бутылки. Он, отпив и так и не поняв, что пьет, ром или бренди, сел за стол на против Влада.

— Эта сука всех наебала! — Влад ответил смеясь, но тут же резко меняясь в лице, которое не выражало ничего кроме злобы.

— Что она сделала? — нехотя спросил Андрей, понимая, что речь идет о Жене.

— Душу всю! — Влад надавил кулаком на грудь прихватывая рубашку и скрутил так, что отлетела пара пуговиц.

— Да ты можешь нормально объяснить, что случилось!? —теряя всякое терпение Андрей повысил голос.

— Сука эта! Женя! Живая! — ошарашил Влад Андрея, уже пьяным заявлением.

— Живая!? — смеясь, Сорин от чего-то сразу поверил несмотря на то, что переспросил, будучи все же в шоке.

— Придушу суку! Найду и придушу! — зашипел со злобой Влад, чувствуя, как гнев разъедает то, что осталось от истерзанной в хлам души.

— Что ты несешь то!? — не понимая реакцию Влада, Андрей вернулся к бару и захватив бутылку с непонятным напитком, сел обратно за стол.

—А что я!? Она! Так! Еще и с Платовым! Мм… — Влад зарычал, сжимая двумя руками бутылку силясь раздавить толстое стекло, представляя, что в руках Женина шея, оставляя эту попытку лишь чтоб выпить.

— Знаешь, я же все видел, это Женя, дурочка влюбилась и не замечала или наоборот умная и виду не подавала, что ты обращаешься с ней как с игрушкой. — внезапно, для самого Влада, друг не поддержал его.

Влад слушал молча, глядя исподлобья на Андрея и тот поняв это продолжил.

— Она же изначально для тебя была лишь вещью. Любимой, дорогой и качественной, приносящей тебе радость, но вещью! И знаешь, она может и не замечала этого, но знала об этом! Она ведь даже «убила» себя, там на трассе, потому что прекрасно понимала, что ты ее просто отставишь в сторонку. Как чемоданчик! Не защитишь, собой не прикроешь! Не знала бы, «убила» бы себя, где ни будь в другом месте, не в твоем присутствии. — Андрей говорил медленно и при этом, не глядя другу в глаза, несмотря ни на что он был его другом и больно делал ему нехотя.

— Заткнись… —на выдохе, почти проскулив выдавил из себя Влад, закрывая руками слезящиеся глаза.

Несмотря на его приступ злости, ему вдруг стало до смерти тоскливо от одной мысли, что Женя хоть секунду думала так же.

— Все! Хорош страдать! Налакался с непривычки то! — Андрей кое как выдрал пьянющего друга из кресла и водрузив его на свое плечо, повел на парковку, чтоб увезти домой.

Глава девятнадцатая.

По утру, еще толком не придя в себя, Влад принялся искать ту бумажку, что нашел в рукаве Жениного халата. Тогда, утопая в горе потери, он прочел ее и посчитал прощальной. Издевкой! Даже помнил сейчас, как обозлился на нее тогда и смял эту бумажку, но выкинуть точно не смог. При этом и абсолютно не помнил сейчас куда ее убрал. Первым делом, вытряхнул все шкафчики из комода и перерыл весь шкаф. Затем минуя ванну, несмотря на сухость во рту, двинулся в свой кабинет. Он разобрал неспеша и тщательно бумаги в ящиках стола, будучи уверенным что она точно где-то тут. Когда ее не оказалось в ящиках стола и на самом столе, Влад влез в сейф. С сейфа уже все полетело на пол и хаос, что Влад устроил в своей спальне, теперь поглотил и его кабинет.

После того, как и в сейфе не обнаружилось заветной записки ему стало плохо. Его сознание кричало ему оглушающе, что там что-то важное. Там не просто слова. Она не могла так глупо. Так тупо. Зачем это наследство!? Зачем эта записка? Зачем эта машина? Зачем это все!? Сердце стучало как бешенное, загоняемое липким и утягивающим в себя, как болотная тина, страхом. У Влада, началась самая настоящая, паническая атака. Сердце сжалось так, что в груди закололо, Влад и хотел вздохнуть, но от чего-то боялся. Ему казалось, сделай он сейчас вздох и сердце просто разорвется. Он, переступая через документы и деньги, что валялись на полу, выброшенные из сейфа, прошел опираясь о стены квартиры на кухню. Добрался до холодильника с мыслью, что вода ему поможет прейти в себя. Держась теперь за сам открытый холодильник, он кое как смог открыть бутылку с водой. Сил совсем не было, но это его уже не пугало. Он боялся не найти той записки отчетливо понимая, что уже и не вспомнит ни строчки.

Литровая бутылка воды, выпитая им за один раз, помогла ему немного успокоиться. Он закрыл холодильник и уперся лбом в дверцу смотря себе под ноги. Они сейчас казались ему чужими. Такие ватные и непослушные. Он отдышался и прислушавшись к сердцу, которое все-таки выровняло свой бег, выпрямился. Истерика и паника прошли. Влад рассмеялся над самим собой и шагнул к кухонному шкафу, что весел под потолком. За дверцей которого скрывалось одна вещица.

Серебряный портсигар. Женин подарок на новый год. Первый и последний. Одновременно слишком дорогой сердцу, чтоб избавиться от него совсем и приносящий Владу огромную боль и тоску, чтоб пользоваться им или просто видеть. Напоминая даже своим предназначением о том, как же красиво, Женя забрала у него первую сигарету. Завела его тогда до режущего предела этим жестом, а на самом деле, так просто и легко, украла его черствое сердце. Там то, на дне этого портсигара и лежала заветная бумажка.

Он ее спрятал тогда и забыл. Заколотил! Выкинул за пределы своей банки, в которой прятался от реальности. А она же была перед глазами, и тот капитан с ее, с Жениными, светлыми глазами, тогда выложил ему все на блюдечке, да с голубой каемочкой! Но Влад просто тонул в своем горе и не хотел всплывать на поверхность.

Прочитав Женины строчки еще раз, Влад сказал;

— Ты же всегда делаешь только то что хочешь! — он ударил себя кулаком в лоб и пересыпав сигареты в портсигар отправился первым делом в душ.

Уже через час он выследил Платова, не обращая внимания на звонки Сорина и другие, те, что по работе. Тот был на своем рабочем и на часах было еще рано, но к обеду Платов вышел из здания администрации и сев в свою черную ауди, двинулся в сторону выезда из города. Влад следил за ним отчетливо понимая, что только рыжий Платов сможет привести его к Жене. Не веря тому, что она скрыла все от него и выбрала в помощники этого ублюдка, Влад наблюдал за ним. Платов остановился у пекарни, на парковке которой стояла та самая, якобы сломанная тундра. Он забежал в пекарню разговаривая с кем-то по телефону, и Влад не сомневался, что тот говорит именно с Женей. Его разрывали очень сильные чувства и желания. От захватывающей дух нежности и счастья, до дикого и еле удерживаемого самим Владом, желания придушить, причем сразу обоих.

Платов вышел из пекарни с увесистым пакетом и ожидаемо вместо ауди пересел в тундру. Влад двинулся за ним, осторожно, боясь спугнуть. Ему необходимо было, во что бы то не стало, увидеть Женю со стороны. Не касаясь Платова и не выдавая себя для Жени, иначе был слишком высокий риск не совладать с собой и убить обоих не разобравшись.

Когда Платов съехал с трассы к обычному дачному поселку, Влад совсем отстал от него, упустив его из вида специально. Прокатиться по всему поселку и обнаружить приметную тундру у нужного дома не составило ему труда. Завидев вдалеке эту машину у участка с кирпичным домиком, из трубы которого к небу тянулся серый дымок, Влад тут же остановил свою машину. Добежав по дороге вдоль трех участков, он оказался перед окном домика и увидел Женю.

— Живая! — расплываясь в улыбке как дурачок, констатировал Влад и тут же прикрыл ладонью рот.

А они его не увидели. Женя активно рылась в пакете из пекарни, что вытаскивала и ее личико было озарено счастьем. Рыжий, как про себя его называл Влад, уносился из комнаты куда-то и возвращался обратно, то с чашками, то с тарелками. Они о чем-то весело разговаривали, но сквозь пластиковые окна, Владу не было слышно, о чем.

Когда рыжий припер в комнату и водрузил на круглый стол, большой, пузатый чайник, они оба уселись за него. Он разлил горячий чай по чашкам. Женя такая уютная в сером толсто вязанном, явно мужском свите, с высоким горлом и двумя косицами, впивалась в огромный кусок свежего пирога и о чем-то задорно беседовала с Платовым. Они смеялись. А когда Женя, бросила в Платова сушкой Влад и без того закусивший собственную ладонь до боли, не выдержал и рванул обратно к своей машине.

Глава двадцатая.

Все ночи, Женя плохо спала. При Платове она еще держалась, а вот когда оставалась в доме одна, на нее накатывала тоска. Все два месяца, с каждым днем все больше, она хотела расплакаться, но не могла. Лишь глаза жгло, и голова начинала болеть.

Все тревоги, что роились словно пчелы в ее душе, щекотя изнутри своими мерзкими крылышками, отступали лишь когда за окном показывалась знакомая тундра.

Женя ждала Платова не только потому что перед ним нужно было держать лицо, и она хорошо это делала, она ждала еще и вестей. Время шло, но ничего не происходило. Все ниточки что Женя оставила для Влада, потому что не могла сказать ему правду, остались им незамеченные.

Но она не хотела верить в то, что он не обратил на них внимания, не стал докапываться до истины. Не обратил внимания на то, что Платов так и остался никем, не тронут, хотя Влад точно знал, что компромат на него имелся.

Прошла еще неделя после того, как Влад стоял под окнами дачного домика и разглядывал Женю. Она опять плохо спала, отгоняя дурные мысли о том, что ошиблась. Заснувшую почти под утро, ее разбудил визг тормозов. Она еще не успела встать с постели, а в дом ворвался Платов.

— Что случилось? — когда Женя вышла из спальни, укутавшись в одеяло, Анатолий жадно пил из кувшина воду.

— Он все продает. — давясь произнес он.

— Все продает? — переспросила Женя, садясь в кресло, чувствуя, как кружиться совсем дурная голова.

— Все твое. — Платов поставил кувшин на стол и опустился перед Женей.

— Хватит ждать Женя. Он ничего не понял. — Анатолий взглянул на нее, пугаясь ее спокойного лица.

Она молчала. Не потому, что не знала, что сказать, замерла и боялась даже дышать, от того, как сильно скрутило низ живота. Там, под пледом она положила ладонь на живот что встал твердым шариком.

— О ребенке подумай. Тебе обследоваться надо, а не тут сидеть. — Анатолий говорил то, о чем Женя уже давно и не раз думала.

— Ты прав. Я…пойду…мне полежать нужно. — Женя резко встала несмотря на то, что все ей давалось с трудом.

Анатолий помог лечь ей в постель, налил ей чая.

— Ты постарайся поспать. Я заберу тебя, как только билет куплю. — Платов поцеловал Женю в макушку, чего она даже не заметила и нехотя вышел из дома.

Он любил ее несмотря ни на что. Пусть его любовь и потерпела большие изменения за последние месяцы, она была ему дорога. И если бы он не должен был молчать и скрывать то, что знает, то ехал бы не за билетом, а прямиком к Владу.

Уже вечером они стояли в аэропорту. Анатолий привез Женю почти к концу регистрации. По паспорту только перед Платовым стояла уже Маргарита, а не Женя. Жгучая брюнетка с ярким макияжем, длинная, прямая челка доставала до пышных ресниц. Шикарная черная шуба из норки доходила до самого начала высокого каблука. В руке у нее была только сумка, большего ей не требовалось.

— Отцу моему адрес передашь. Я сообщу. — Женя говорила спокойно и даже с легкой улыбкой.

— Передам. — Анатолий поражался Жениной выдержке, потому что даже ему было тяжело.

— Спасибо тебе за все! — Женя даже подошла к нему и обняла.

— Жень. Я больше не пустое место для тебя? — он готов был услышать что угодно, но ему необходимо было знать все наверняка.

— Ты мой личный дьявол хранитель. — Женя рассмеялась и взглянув напоследок на рыжего, резко развернулась и пошла к стойке регистрации.

Платов проводил ее взглядом, потом, как договорились дождался от нее сообщения что она уже в салоне самолета и покинул аэропорт. Он ехал, стоял в пробке, потом опять ехал, а перед глазами стояла уже бывшая жена. Лица собственных детей он даже вспомнить не смог. А ведь она его любила и возможно еще любит. На одной из улиц города он остановился и купил в ларьке простые цветы. Именно такие любила Карина. Он помнит.

Женя села в самолет. Он взлетел. Она ревела. Скрывшись в черных волосах, беззвучно открывала рот как рыба, сгорбившись над ладонями, в которые капали слезы. Тушь была хорошая и слезы были прозрачные.

— Девушка вам плохо? — к Жене обратилась стюардесса.

Она взглянула на нее и неожиданно для самой себя закивала. Держать лицо больше не нужно. Она больше не прежняя Женя и вообще уже не Женя.

— Сейчас. Я принесу вам успокоительного. — стюардесса погладила Женю по плечу.

Ей хватило одного взгляда, чтоб понять, тут дела сердечные. Сама ведь не раз так рыдала. Матеря про себя все мужское племя, стюардесса принесла для Жени успокоительный сироп.

— Вот. Выпейте и постарайтесь уснуть. Сон, от всего-лучшее лекарство.

— Я это…Беременным можно? — Женя, запинаясь, кое как могла говорить, но спросила.

— Вот гад! —стюардесса сама испугалась того, что у нее вырвалось и прикрыла рот рукой.

— Гад… — скуля согласилась Женя и не дождавшись ответа на вопрос все-таки выпила коричневый сироп, роняя слезы.

— Можно -можно! — запоздало ответила стюардесса и погладив Женю по плечу, тактично удалилась.

Потом весь полет она приглядывала за ней и даже заставила ее поесть, приведя всего лишь один единственный важный аргумент.

Женя поела. Утерла слезы, без надежд на то, что они последние. И вышла из самолета совсем другим человеком. В совсем другой стране.

Женя поселилась в гостинице. Первым делом отправилась в клинику, потому что так и не обследовалась ни разу. После посещения кабинета ультразвука, два дня ей было плохо по всем фронтам и морально и физически. Она не верила, плакала и никак не могла остановиться.

На третий день она буквально заставила себя спуститься в ресторан что находился на первом этаже гостиницы и позавтракать. После завтрака, она до обеда снова не выходила из номера. Но на два часа дня у нее была назначена встреча с риелтором. Ей нужен был дом.

В назначенное время Женя подъехала на желтом такси в хороший район. Первый дом, который она выбрала для просмотра был слишком дешев для этого района, именно поэтому выбор пал на него. Она перестала быть независимой финансово и всего того немногого что она оставила себе на всякий случай, к которому явно была не готова, было теперь жаль тратить на элиту.

У входа ее встретила девушка из России. Она поздоровалась с Женей и сразу же пригласила ее в уютный дом.

— Скажите сразу, почему так дешево? Тут что убили кого-то? — Женя не тешила себя пустыми надеждами, просто хотела знать наверняка.

— Нет! Что вы! — молодая девушка рассмеялась.

— А что тогда? Даже в районе похуже, такой дом будет стоить дороже. Еще и с мебелью. — Женя уже заглянула в гостиную, обставленную с уютом в теплых бежевых и коричневых тонах, особенно привлек ее внимание уютный широкий диван.

— Просто один бизнесмен срочно продает. За срочную продажу тут часто хорошие скидки. На втором этаже две спальни, кабинет, две ванны и детская. Она, кстати, тоже оборудована. Дом полностью готов к жизни. Только продукты закупить. — девушка так тараторила, что даже не заметила Жениного удивленного взгляда.

— Откуда вы знаете, что я беременна? Я вам этого не говорила. — внутренности Жени скрутило, она сохраняла внешнее спокойствие, но сама была на грани обморока.

— Черт! Ну я так и знала, что у меня ничего не выйдет. Вот! Вам просили передать, если вы вдруг откажитесь покупать этот дом. Только не говорите пожалуйста, что я облажалась. Мне уже заплатили за эту работу и денег уже нет. — девушка стояла перед перепуганной Женей и протягивала ей книгу.

Женя, не особо слушая что та тараторит, издалека пыталась разглядеть что сует ей девчонка, только без очков у нее не получилось. Она полезла в сумку, не сводя с девушки взгляда, словно боясь, что та нападет и нащупав рукой футляр с очками, достала их и прочла название книги. Не веря глазам, тут же выхватила родной сборник.

— Так не скажите? — робкая девушка вставала на носочки в нетерпении Жениного решения.

— Я покупаю этот дом. — Женя прошла мимо девушки и опустилась на диван не сводя глаз с собственной книги «Михаил Лермонтов Стихи и поэмы».

Той самой, с которой когда-то читала Владу стихи. Она ведь тогда думала, что он даже не слушал ее. Женя сняла очки, утерла слезы и открыла книгу там, где была закладка. Этой закладкой, была ее собственная записка, внизу которой была дописана еще одна строчка.

«Мы встретим нашу радость вместе»

После того как Влад унес ноги от кирпичного домика, чтоб не наделать глупостей, он поехал к тому самому следователю что вел Женино дело. Ехал и вспоминал как его звали, но не смог припомнить даже его имени. Он тогда ничего не видел вокруг, кроме всепоглощающего, едкого, дымящего пепелища.

— Да неужели догадался? — усмехаясь спросил его следователь, когда Влад наконец-то с большим трудом попал к нему в кабинет, устроив бучу на проходной из-за незнания его имени.

— Кто вы ей? У вас ведь ее глаза. — Влад ответил на вопрос вопросом.

— Скорее это у нее мои глаза. — рассмеявшись ответил он.

Влад молча буравил следователя своим карим взглядом, в ожидании, когда тот ему сам все расскажет.

— Ладно! Не буду мучить тебя, я смотрю Женька из тебя и так все соки выжала. Дочка она моя. В честь меня кстати названа. Я думал ты тогда все поймешь, но видимо шибко в тебя клин забила дочурка, ничего не видел и не слышал. Вирус стервы ей с молоком матери передался.

— Так ее отец же Михаил Загорский. — Влад не ожидал большего чем дядя или дальний брат.

— Так все думали. Светка, стерва с Мишей замутила, меня бросила. Только ушла от меня к нему с моим дитем под сердцем. Любовь, в рот ей дышло! Девочку Женей назвала, знала, что моя, а ему не сказала и мне не сказала. Все у них хорошо было, пока ее пугать не начали, я ей предлагал всех слить к черту, но она ему папки эти не передала. Компроматы я хранил, понимаешь? — следователь посмотрел на Влада с надеждой.

— Если честно, не особо. — Влад взглянул на него с тоской.

Оба мужчин, выглядели подавленно. На них свалилось слишком много событий и эмоций, которые не под силу было спокойно перенести даже таким сухарям как они.

— Женя что же, совсем тебе ничего не рассказывала? — удивился следователь, наливая себе и Владу, воды из кувшина.

Влад отрицательно качнул головой, понимая что это не она не говорила, а это он не спрашивал. Забирая у мужчины стакан, стыдливо спрятал глаза. Оба залпом ее выпили и Евгений продолжил.

— Загорский на встречу ко мне приехал. Увидел меня и все понял, имя опять же. Даже проверять ничего не стал, просто убил Свету и все! — на слове «все», следователь перевернул пустой стакан верх дном и с грохотом приземлил на стол.

— Как убил? Убил и даже не сел?! — Влад действительно был не в курсе этих событий, да и семья Жени мало его интересовала до сегодняшнего дня.

— А ты бы не убил? Он видимо подумал, что она ему изменила. Да даже если не изменила, а сам факт обмана, что чужую дочь растил. А не сел, потому что чужими руками все сделал. Алиби у него было железное, доказать, что это он заказчик тоже не получилось. И потом, мне, не слабо так по ребрам намекнули, открою рот…А у меня тогда уже семья и дети. На Женьку тоже сильно не серчай! Она как могла тебе подсказала. Прямо не могла сказать! Понимаешь, ты бы вел себя иначе, не поверили бы тебе, а из этого капкана, вырваться можно, только оказавшись в могиле. Сам видишь, что творится, кого не посадили, тот в СМИ прописался на годичное полоскание, со всеми вытекающими. За такое, не прощают. — следователь замолчал, в ожидании вопросов.

— Но как же, кровь с нее ручьем, я сам тряпкой зажимал. И в могилу ее опускали я сам видел. Как?! — Влад задавался этими вопросами тысячу раз, с того момента, как понял, что Женя жива.

— А как кино снимают? Пакетик искусственной крови, специальный заряд и платье на ней тогда было, если помнишь, с объемными розами, специально. Она только все боялась, что ты под платье сунешься. А хоронили, девочку, нашли похожую, грим приличный вот и вылитая Женя. — мужчина облегченно вздохнул, словно рассказав все Владу, скинул с себя тяжеленный груз.

— Что мне делать? — Влад впервые просил совета, думая, что сам может только навредить.

— Продавай все! Женя скоро уедет, она и так дольше уговоренного тебя ждет. — Женин отец потянулся за бумажкой, и написав на ней название того города, подал Владу.

— Я все сделаю. — Влад взял бумажку, поднимаясь с места.

— Главное, сделай ее счастливой! Я же приеду, проверю! — Евгений улыбнулся несмотря на строгость в голосе и протянул Владу руку.

— Будем вас ждать! — Влад пожал ему руку, как другу не меньше и вышел за дверь.

Глава двадцать первая.

Женя перестала плакать. Теперь каждый ее день начинался с ожидания и заканчивался ожиданием. Она понятия не имела, когда появится Влад и сколько ей его ждать, но с каждым днем это ожидание становилось невыносимее. При звонках в дверь, сердце начинало бешено колотиться, душа замирала в надежде что вот, она откроет дверь, а на пороге ее Влад. Она обнимет его и больше никогда не отпустит. Но на пороге появлялись лишь курьеры с различными Жениными заказами. Она расписывалась и забирала заказ, потом долго приходила в себя. Минуты муторного ожидания собирались в часы, часы в дни, дни в недели и уже оставляли за собой легкий след злости и раздражения. Которые Женя в свою очередь списывала на гормональную нестабильность.

В очередной раз открыв ноутбук, чтоб заказать продукты, Женя осеклась. Захлопнула его и решительно отправилась за покупками сама. Машины у нее не было, ей было жалко денег которых осталось не так много после покупки дома. К тому же дома она сидела безвылазно, боясь пропустить приезд Влада. Такси заказывать тоже не стала. До местного магазинчика было не так уж и далеко, и потом купить ей нужно было немного. Впервые за три недели, проведенные взаперти, Женя решила подышать свежим воздухом не только на террасе дома, но и за его пределами.

За окнами уже давно была весна. Теплая, сочно-зеленая, обещающая лишь хорошее, пахнущая теплым асфальтом и цветущим кленом. Женя шла по мощеной улочке, поглаживала небольшой животик, скрытый под уютным, трикотажным платьем песочного цвета. Она любовалась аккуратными домами и малахитовым, ровно-стриженным газоном и наслаждалась солнцем что слепило глаза. Ничуть не жалея, что не одела солнцезащитных очков, не желая больше защищаться от этого тепла и цвета.

Только сейчас Женя поняла, что вся ее прошлая жизнь была пластиковая, не настоящая, абсолютно безвкусная, холодная и безликая, как ее некогда любимый белый цвет. Только вот так, идя по неровной дорожке, боясь споткнутся, щурясь от яркого солнца и чем-то любуясь, самой идти в магазин за продуктами и можно ощутить настоящий вкус жизни.

В этот самый момент, Влад и торопился к той, которая изменила его жизнь. Перевернула верх дном, сломала, изменила, дала шанс понять, где пустое, а где живое. Он все продал, почти все. Оставив только, свое детище из-за которого произошла та судьбоносная встреча с его личной чумой, которой он был безнадежно болен. Вверив завершение проекта в надежные руки единственного друга Андрея Сорина.

Влад уже почти доехал до нужного дома, грызя себя всю дорогу за то, что не купил ей цветы. Сначала грыз, потом сам себя успокаивал мол какие к черту цветы, они такое пережили им сейчас не до цветов! Потом снова грыз что нехорошо как-то без цветов, тут же, сам себя убеждал, что потом будут и цветы, и конфеты и даже стихи ей напишет. Потом! Все потом! Сейчас только бы добраться до нее, прижать к себе и не отпускать больше никогда ни на шаг.

Его сердце ухнуло так, словно он катается на американских горках. Он свернул голову, не веря глазам. Он проехал мимо нее. Узнал ее несмотря на смену образа. Она шла по дорожке, а он проехал мимо. Влад резко затормозил и тут же сдал назад.

— Сука! — Влад выскочил из машины и кинулся к девушке что застыла всего в паре метров от него.

И хотя он уже все осмыслил и пережил за этот месяц, в его голове до сих пор был полный винегрет из сумасшествия, злости, уймы вопросов и счастья, огромного безграничного счастья, которое одеялом накрыло все плохое, когда он схватил её, вдохнул аромат её духов. Он не хотел её отпускать, но просто его самого не держали ноги. Ему казалось, что его просто разорвет от чувств, ведь человек просто физически не может чувствовать сразу так много всего и так сильно. Женя опять коснулась ногами асфальта, а Влад просто упал перед ней на колени вцепился руками в её трикотажное платье так сжимая его,что нитки трещали под его пальцами и уткнувшись лицом в её живот взревел. Взревел так, словно из раненного зверя наконец то достали медленно убивающую его стрелу. Причиняя при этом дикую боль, облегчение и спасая одновременно.

— Ну тише. Тише. Все позади. Нам нельзя привлекать к себе столько внимания. — Женя нежно провела руками по его волосам.

Потом он держал Женину руку, живую и теплую, и сама она прижималась к нему так сильно, что ему пришлось опереться на капот машины, чтобы не упасть.

– Женька, Женька, сука…, какая же ты су-у-ка… – хрипло, почти задыхаясь шептал ей в ее счастливое лицо касаясь горячими сухими губами, убирая со лба челку, чтоб разглядеть ее всю. – Женька, я больше не могу…

Он схватил ее грубо за ворот и так уже напрочь испорченного платья и затолкал в машину на заднее.

Там на заднем они набросились друг на друга словно два животных. Влад вжимал Женю в кожу сидений своим телом, перекрывая ей воздух. Кусал ее губы, шею, не в силах остановиться, а Женя отвечала ему тем же. Кусала его в ответ, царапала, до боли в кончиках пальцев хватала его за кожу. Влад впивался в ее бедра скользнув руками под платье. С безумием разорвал трусики делая больно и быстро ворвался в нее со стоном заполняя собой! В этом безумии не было ничего человеческого, нежного и ничего нормального, лишь острая необходимость по-звериному впиваться друг в друга, делать друг другу больно чтоб заменить этой сладкой болью, ту, горькую и острую как нож боль что они оба пережили. И она действительно приносила облегчение. Позволяла поверить в то, что это не сумасшествие, а реальность. Позволяла все забыть. Превращала ту боль в сон, страшный, но уже не опасный… С каждым касанием губ к губам, языком по языку, кожей к коже их раны затягивались. Теперь они обрели друг друга по-настоящему. Боль сменилась полной расслабленностью, сладким томлением.

Влад навис над Женей покрывая ее лицо поцелуями, не отрывая ладони от тела.

— Жень…– Влад нежно посмотрел на нее, и накрыв своей ладонью животик, спросил; – А это мальчик или девочка? – он улыбнулся в счастливом ожидании и нетерпении узнать, кто у них будет сначала, сын или дочь.

— Рано еще. Через неделю может быть скажут. – Женя озорно улыбнулась, чмокнув Влада в нос, выбралась из-под него и уселась поудобнее.

— А ты куда шла? —Влад привел себя в порядок, оглядывая пустую улицу в окно.

— За молоком и хлебом. — Женя вновь прильнула к Владу, уткнулась носом в его шею.

Они еще немного посидели в машине не в силах прервать этот тактильный контакт, потом была их первая совместная поездка в магазин за продуктами. Они, не переставая держали друг друга за руки выбирая продукты, оплачивая их, возвращаясь в машине домой. Потом, побросав пакеты с покупками, прямо в прихожей, так же держась за руки не сговариваясь, они ворвались в спальню. Влад, стянув с Жени платье, повалил ее на кровать и целовал. Долго и с наслаждением просто целовал каждый сантиметр ее тела невзирая ни на какие ее попытки перейти к чему-то большему. А когда все же уступил ей, то они любили друг друга на этот раз нежно, с глубоким чувством и трепетом.

Уже вечером, оставив засыпающую Женю в спальне, Влад вышел на террасу и довольно закурил. Он был по-настоящему счастлив и уже прикидывал в уме, в каком месте лучше всего построить детский городок с горками и качелями. И что завтра они с Женей непременно отправятся в приют за собакой, которую он ей обещал.

— Жень. Иди в дом. Не дыши этой дрянью. — строго сказал Влад, когда сзади его внезапно обняла Женя, прижимаясь к его спине своим маленьким животиком.

— Не могу ничего поделать с собою. — она прижалась к нему еще сильнее.

— Накажу! — нарочито строго произнес Влад, с улыбкой туша недокуренную сигарету.

— Вот. Смотри. — Женя протянула Владу снимок с ультразвука, когда он загнал ее в дом шлепнув по попке.

Влад долго смотрел на чёрно-белое, размытое фото. Находя в нем лишь слабо-напоминающие ребенка черты. Женя повисла у него на руке и с улыбкой наблюдала как он хмуриться, пытаясь понять, где же там его ребенок.

— Это голова. — она указала Владу пальчиком на фото и помедлив немного добавила; — И это голова. — не сводя с Влада глаз указала ему на такой же кружок на против.

Лицо Влада исказилось в какой-то страшной гримасе, потом глаза заблестели от слез.

— У нашего ребенка две головы?! — с ужасом произнес Влад, вглядываясь в фото и теперь отчетливо видя в нем то, что озвучил.

Женя хрюкнула от неожиданного заявления и повизгивая расхохоталась, уткнувшись лбом в плечо ничего непонимающего Влада.

— Влад, их просто двое. Два ребеночка понимаешь? — отсмеявшись, она смогла ему пояснить как все обстоит на самом деле.

— Два? — Влад переспросил, потерев глаз, смахивая щекотящую его слезу.

— Два! — уверенно ответила Женя и встав на носочки, поцеловала его во второй слезящийся глаз.

За окном уже набирал силу новорожденный день, а Женя еще нежилась в постели. Она впервые за долгое время так сладко спала и даже отсутствие Влада рядом, не смогло заставить ее встать. Женя просто лежала с закрытыми глазами и утыкалась носом в подушку сладко-пахнущую духами Влада.

Открыла глаза лишь потому, что ее щеки коснулось что-то нежно-шелковое. Возле нее стоял Влад с букетом тюльпанов. Он улизнул пока она спала и вернулся тихонько уже с букетом.

— Доброе утро девочка моя любимая. — Влад встал на колени перед кроватью и исцеловал всю сонную Женину мордашку, пока она не скрылась от него, смущаясь впервые, в букете розовых тюльпанов.

— Ты собаку хотела, я тебе обещал, так что вставай, поедем за питомцем. — Влад освободил от волос Женину шею и нежно коснулся ее губами, зная, что это заставит ее проснутся.

— Ты двух обещал! — Женя осторожно скинула букет на пол притягивая к себе Влада.

— Может пока одну? Вдруг сложно будет? — Влад слабо сопротивлялся, наблюдая как Женя с трудом выбирается из-под одеяла, в сладком предвкушении ее действий.

— Нет! Двоих! — Женя выбралась наконец то из одеяльного плена и села на Влада.

На ней не было трусиков, да и тело едва прикрывала прозрачная, кружевная рубашка. Она уже чувствовала, как он ее хочет и откровенно этим пользовалась, не предпринимая ни каких действий, которых Влад очень ждал.

Она поерзала бедрами в ожидании согласия, и они оба уже без слов понимали эту игру. Только вот Влад слишком соскучился по ней и не выдержав этой игры, завалил Женю на спину. Слишком долго для себя ласкал ее, прежде чем овладеть. А когда их накрыли волны сладкого удовольствия он снова признался ей в любви и услышал от Жени ответное признание.

Ближе к вечеру они вернулись домой с двумя пестрыми щенками. Пока Женя возилась с малышами, Влад съездил в магазин и купил для них все необходимое.

Он незаметно прокрался через гостиную на кухню и с упоением наблюдал как Женя возится с щенками. Его любимая, родная Женя, только уже совсем другая. На глаза навернулись дурацкие слезы, Влад матюгнулся утирая их. Он тихонько оставил на полу пакеты с мисками, кормами и игрушками и выбрался незамеченным на террасу закуривая сигарету.

На следующий день, Влад с самого утра уехал по делам. Он не планировал сидеть без дела, хотя средства позволяли. Женя же с удовольствием занималась домашними делами, щенками которых назвали Томом и Джерри и не вылазила с сайта будущих мамочек. Она пока ничего не спрашивала, тихонько сидела в засаде, и готовя ужин, изучала чужие посты, с удивлением отмечая, как местные пользовательницы любят плюнуть ядом в автора, даже в невинном посте про яблочное пюре.

От очередного поста про многоразовые подгузники Женю отвлек звук открывающейся двери. Щенки с лаем ломанулись встречать хозяина. Женя немного запоздала и когда подошла к прихожей, Влад уселся на полу и с удовольствием трепал малышей по загривкам. Те смешно валились на спинки подставляя пузики и не упускали возможности тяпнуть Влада за руку острыми, белыми молочными зубками.

— Привет. — Женя тоже не упустила своей возможности и наклонившись к Владу поцеловала его под щенячий кипишь между ними.

— Привет. Ты готовила? — улыбаясь ей, с удивлением спросил Влад.

Женя неуверенно кивнула. Готовить она не умела и училась с нуля, еще живя в дачном домике своего новообретенного отца. Но она была слишком самокритична и ей мало что нравилось, но варить вкусную, молочную кашу она научилась и спагетти с томатным соусом у нее получались неплохо. Именно их она и приготовила для первого семейного ужина.

— Тогда корми меня скорее, я жутко голодный. — Влад поднялся с пола, приобнял Женю и под нападения озорных щенков на ноги они пробирались в небольшую, уютную столовую.

Владу понравилось, как Женя готовит, он ее похвалил и после ужина поднялся довольный в свой кабинет, ему еще нужно было разобраться с кое какими документами. Он знал, что как только Женя разберется с посудой, она поднимется к нему и будет сидеть в кресле с телефоном или книгой, просто рядом.

Эпилог.

Спустя девять лет.

В спальне горел приглушенный свет, дом спал, и Женя уже нежилась в постели под шум воды, доносящийся из ванны. Глаза скользнули по фотографии дочерей, двух уже школьниц Агаты и Арины и двухгодовалых Дины и Лины и сердце зашлось от нежности.

— Жень…—Влад вышел из душа и забрался под одеяло к жене, которая лежала на животике, с удовольствием проводя кончиками пальцев по ее загорелой ножке.

Женя взбрыкнула, махнув ногой и глухо стукнула Влада в плечо.

— Девочка моя любимая, ну давай…— он, не обратив внимания на Женин пас ногой, закопошился в волосах освобождая для себя ее сладкую шею.

Поцелуй в шею—ключик, который открывал для него все дверцы. Только в этот раз маневр не сработал.

— Воронцов! Иди нахер! — Женя мотнула головой и скрылась под подушкой.

— Я отпуск возьму. Сам буду с девочками сидеть. Ну Жень… это точно последний раз. Я тебе обещаю. — Влад отодвинул подушку и на него строго уставилась Женя.

— Ну не получаются у тебя мальчики! Мне еще двух девочек родить, чтоб до тебя дошло?!Хочешь сына, роди его сам! — Женя снова уткнулась лицом в матрас прикрываясь подушкой.

Влад, конечно, здорово изменился, пережив страшное. Обретя по-настоящему ценное и став отцом четырех чудных девочек, которые вили из него веревки. Но кое-что в нем все же осталось от прежнего, беспринципного и властного Владимира Воронцова из бара «Пьяный страус» и это кое-что очень хотело сына.

Женя и пикнуть не успела, как оказалась под этим самым Владимиром. Одной рукой он зажал ее руки у нее над головой, второй порвал трусики и тут же овладел ею.

— Я сына хочу, и ты родишь его…— Влад начал говорить это с напором, но почувствовал, что Женя совсем не сопротивляется.

Он отпустил ее руки и подтянул к себе схватив за бедра. Она подалась вперед и потянулась к его губам. Поцелуй получился страстный, сладкий как само согласие.

— Но учти, если это опять будут две девочки…—Женя хотела поставить какое-то жесткое условие, но у нее просто перехватило дыхание от удовольствия.

Влад прошелся языком по ее шее и вместо угроз от жены, услышал лишь стон. Женя выгнулась, подставляя ему себя всю. Он любил ее в эту ночь жадно, долго, полностью растворяясь в ее стонах. Она отвечала ему взаимностью. Дрожала в его руках, ласкала его все с тем же желанием и страстью как в их первый раз.

А через девять месяцев, в местном госпитале, после трех часов Жениных мучений, Влад держал на руках их сына. Он прижимал к себе теплый комочек и уже не скрывал от Жени своих слез. Ведь от любимых счастливые слезы не прячут.

Content

Литвин Светла В капкане (СИ)

В капкане Светла Литвин

Глава первая.

Эпилог.