Максим Буданов

«Вызов»

Глава 1

Холодный утренний воздух обжигал легкие. В боку давно кололо и прижатая рука почти не помогала, но я продолжал бежать. Плотная завеса вязкого тумана скрывала всё дальше пяти метров. Бег из последних сил сквозь эту грязно-белую пелену рождал ощущение попадания в ночной кошмар. Изредка из тумана выныривали предметы, которые позволяли убедиться в реальности происходящего. Блеснули «спящие» голографические проводники-указатели — в столь ранний час на окраинах их не включали. Я бросил быстрый взгляд на часы и выругался — времени почти не оставалось. Неоправданно затянутое прощание с сестрой загнало меня в цейтнот.

Наконец из тумана выступила громадина древнего речного ангара — моя цель. Я разглядел прямоугольник, выделяющийся на фоне стены, и устремился к двери. Грохот моих ударов по жести отозвался внутри гулким эхом. В ожидании отклика я уперся рукой в стену и пытался отдышаться. Прошло полминуты. Я еще раз сверился с часами — время еще оставалось. Озадаченный, уже занес кулак, чтобы постучать снова, когда смотровое окошко с лязгом открылось. Оттуда меня сверлили холодные глаза.

— Чего тебе? — довольно недружелюбно осведомился человек.

— Принимаю Вызов, — ответил я условной фразой.

— Время вышло.

— Еще две минуты, — возразил я, показывая циферблат часов.

«Привратник» пробурчал что-то про придурков и захлопнул окошко. Лязгнули засовы и дверь открылась. В проеме стоял мужчина в камуфляже лет тридцати пяти, с бритой головой. По виду типичный наемник. Его лицо покрывала сетка шрамов, наводящая на кое-какие догадки. Он протянул руку:

— Номер.

Я протянул монетку, которую дал мне Лискер. Наемник повертел ее, презрительно сплюнул и отступил назад:

— Проходи быстрей, придурок номер 99.

Я бросил на него недовольный взгляд, но промолчал. Для споров о хороших манерах было не время и не место. За мной с грохотом закрылась дверь. Наемник бросил:

— За мной, — достал коммуникатор и сказал кому-то, — Тони, есть еще один.

Я молча следовал за ним. Некоторое время мы петляли по ангару, обходя наставленные ящики и какую-то рухлядь. Наконец, контейнеры закончились, мы подошли к огромным распахнутым воротам, за которыми поблескивала река. Бритый остановился и знаком приказал мне перейти в авангард. Я спустился на ветхий деревянный причал, тянущийся вдоль торца склада параллельно берегу. В конце пирса слегка покачивалась на воде посудина, покрытая тентом. Похоже, она застала еще времена царя Гороха. У лодки со скучающим видом стояли еще двое наемников. Приблизившись, я заметил, что и у них лица были покрыты паутиной шрамов. Один постучал пальцем по часам. Я тут же получил тычок в спину:

— Шевелись, мудило. Перед смертью не надышишься.

Я в гневе сжал зубы, нечеловеческим усилием сдержал порыв развернуться и заехать бритому в челюсть. В эту секунду мне было наплевать кто он, семибист или просто урод. Кажется, на моем лице прекрасно читалось это желание, наемники у лодки захохотали.

— Смотри теперь за спину, Ляксей! Нажил ты себе врага, — сквозь смех сказал владелец часов.

— Ничего, Тони, мы видали врагов и пострашнее, — отозвался из-за моей спины бритый, подхватив тон. — Спорим, этот в полтинник не войдет?

— Хочешь поставить на это? — спросил тот, кого звали Тони. Он оценивающе оглядел меня. — Принимаю. Парень, похоже, крепкий, — потом обратился ко мне. — Приглашение?

— У Ляксея, — я мотнул головой назад. Под новый взрыв хохота получил второй тычок.

— Кому-то и Ляксей, но точно не тебе, мудило, — бритый бросил монету смеющемуся Тони. Тот мельком посмотрел на нее, потом сверился с часами.

— Время вышло, сотый не явился, — сказал он. — Все на борт.

Я спрыгнул в лодку. Под тентом меня встретили настороженные взгляды дюжины человек, которые сидели вдоль бортов. «Собратья по несчастью». Вид у большинства был довольно жалкий. Впрочем, я вряд ли выглядел счастливее.

— Давай, садись уже, — от очередного толчка я полетел на лавку. В ярости я вскочил, чтобы сделать с наемником то, на что он давно напрашивался.

— Ну-ка, давай, посмотрим! — Ляксей своим лбом уперся в мой.

Проходящий Тони развел нас.

— Алексей, отвали-ка. А ты, — указал он на меня, — не начинай то, с чем не сможешь справиться, — увидев, что я собрался возразить, он оборвал меня, — Мне плевать! Нам платят, чтобы доставить вас, но мы можем доложить, что ты не явился. И умирать ты будешь долго и мучительно. — Тут на лице Тони мелькнуло нечеловеческое, хищное выражение, шрамы мгновенно налились кровью. Сомнений не осталось — это семибисты. Я молча опустился на лавку.

— Вот и молодец. Рад, что мы поняли друг друга.

Лодка почти бесшумно пошла вверх по течению. Путь занял около получаса, однако скорость ветхой посудины оставляла желать лучшего, и вряд ли мы покрыли больше пяти километров. Иллюминаторов в тенте не было, поэтому мы коротали время, думая о своем и украдкой изучая друг друга. Один игрок, похожий на священника, всю дорогу бормотал молитвы, перебирал четки и осенял себя крестным знамением. Кто-то жалобно вздыхал, размышляя о своей незавидной судьбе. Были и те, кто сохранял невозмутимость. Сильно выбивался из общей картины уныния энтузиазм какого-то юноши, который сидел напротив меня. Молодой парень, лет двадцати двух, всю дорогу вертелся и делился впечатлениями. Его сосед был полной противоположностью — каменное выражение лица, бесстрастный взгляд. Длинная черная коса и бронзовая кожа дополняли образ. «Только перьев не хватает». Я мысленно окрестил его «вождем». Гадая о причинах, по которым мои спутники вошли в игру, в которой запросто можно было погибнуть, я потерял нить рассуждений юноши и ушел в себя. Однако через некоторое время увидел, как «вождь» неожиданно потерял свою невозмутимость и вытаращился на собеседника. Я понял, что происходит что-то интересное и включил внимание.

— Как-как ты сказал? Приключение? Ты принял Вызов ради приключения?! — «Вождю» не хватало только отвисшей челюсти. Хладнокровный индеец исчез.

— Ну да, — кивнул юноша, — соревновательный дух, романтика…

От штурвала донесся хохот наемников.

Несколько секунд все молча смотрели на юношу.

— Да ты просто дурачок, — наконец объявил «Вождь». — Тебе сообщили, что ты можешь серьезно пострадать?

— Я был лучшим в колледже по боевой подготовке.

За шторой, отделявшей нашу часть лодки от кабины управления, хохот постепенно переходил в какое-то хрюканье. Кто-то между приступами смеха просил пощады.

— А вы зачем приняли Вызов? Вас не интересует приключение? — заинтересованно спросил юноша, обведя всех глазами.

— Нет, — сказал «Вождь» — у меня неоперабельный рак мозга. Для меня игра — единственный способ умереть относительно безболезненно, или найти мутаген.

— Мне вынесен тройной смертный приговор, — сказал кто-то с моей скамьи, — а я предпочитаю подохнуть один раз. А если повезет — пройду достаточно далеко, чтобы заработать пожизненную службу.

— По медицинским показателям, — сказал я, когда юноша посмотрел на меня, — из-за родных.

Лодка остановилась. Шторка откинулась, появился бритый, вытирающий рукавом слезы.

— Ну что, искатели приключений, — ухмыляясь, сказал он, — вот они и начинаются! Все на выход.

Мы вышли и осмотрелись. Место было мне знакомо — приходилось бывать тут лично. Кроме того, я бесчисленное множество раз видел его планы и фотографии. Перед нами лежал комплекс очистных сооружений у мертвого города.

Нас провели в управляющее здание. На нулевом этаже мы некоторое время петляли в тесных коридорах, скудно освещенных редкими светильниками, пока не остановились у какой-то двери. Из-за нее доносился восторженный голос, каким ведущие магазинов на диване пытаются впарить вам какую-нибудь хрень. Тони с кем-то перекинулся парой фраз по коммуникатору. Потом выстроил нас в ряд и хлопнул в ладоши:

— Так, заходим внутрь и не балуемся. За мной!

Он распахнул дверь, в коридор ворвался голос «ведущего». Мы прошли внутрь, щурясь от яркого света. В центре помещения в свете прожекторов кривлялся какой-то паренек, разряженный в разноцветные тряпки и нелепую шляпу. У уха этого субъекта торчала гарнитура. Шла видеотрансляция. Зрителями были представительные мужчины в костюмах. Их лица выводилось на экраны настенных мониторов. Рядом были расставлены диванчики со столиками, где в надменных позах развалилось несколько молодых людей.

— Это спонсоры-охотники, ставлю остаток жизни, — пробормотал идущий передо мной «Вождь». Одежда молодых людей, действительно, не подходила для коктейльной вечеринки.

— Последняя на сегодня группа игроков, встречайте! — проорал ведущий, показывая на нас. — Господа, разрешите Энрике представить вам каждого из участников.

Смотря в планшет, он продолжил орать, не оставив сомнений в том, что Энрике и он — одно лицо:

— Итак, участник номер 88! — тут Тони подтолкнул вперед юношу. — Интереснейший экземпляр, должен вам доложить! Взял псевдоним Билли Кид в честь легендарного стрелка прошлого. Прошел боевую подготовку колледжа, где стал лучшим, — сидящие на диванах молодые люди прыснули от смеха. — Специализацией можно считать револьверы. Причина, по которой Билл принял Вызов, — Энрике сделал паузу и завопил, — дух приключений и романтики. Поприветствуем Билли Кида, друзья! — Хлопая, ведущий кивнул Тони. Тот отправил Кида к выходу, где скучал очередной наемник.

— Господа! — возвестил деланно грустным голосом Энрике. — Номера 89, 93, 94 и 100 дезертировали, поскольку не явились, хотя и приняли Вызов. Их ждет наказание! — Вернувшись в восторженное состояние, он завопил. — Но давайте же продолжим знакомство с теми, кто не побоялся испытать свою судьбу и проверить свои силы! Итак, номер 90! — «Вождь» вышел вперед, не став ждать толчка Тони. — Человек, имеющий корни индейцев чероки. Настоящее имя решил не раскрывать. Взял псевдоним Вождь! Специализацией будем считать традиционное оружие индейцев, ха-ха-ха! Принял Вызов по состоянию здоровья. Поприветствуем Вождя!

Энрике зааплодировал. Вождь последовал за Кидом, по-прежнему сохраняя невозмутимость. Мне стало любопытно, действительно ли у него индейские корни. Надо спросить при встрече. В цвете кожи и в чертах лица есть что-то… Твою мать! Тычок кулаком в спину прервал поток моих мыслей. Я обернулся и встретился глазами с яростным взглядом Тони.

— Номер 99! — нетерпеливо выкрикнул Энрике. На порядок следования чисел, кажется, всем было насрать. Я вышел вперед.

— Итак, номер 99! Взял псевдоним Кори. Работал в японском ресторане, — и продолжил, улыбаясь, — может считаться экспертом по владению самурайским оружием. Заключил контракт с усложненной формой — принял Вызов из-за медицинских показаний семьи. Поприветствуем Кори!

Я отправился к выходу, гадая, кто пишет такую чепуху. Самурайское оружие, бред. Наверное, как Вождь из племени чероки. Впрочем, плевать.

Наемник у выхода указал направление, куда мне нужно было идти. Я шел по коридору и слышал нарастающий звук, характерный для большого скопления людей. Вскоре нашел источник шума. В помещении поменьше только что покинутого толпились уже представленные участники. В ожидании начала игры некоторые знакомились, другие в одиночестве переминались с ноги на ногу. Кое-где завязывались и потасовки.

Я поискал глазами знакомых. Никого не нашел и пошел сквозь толпу, надеясь наткнуться на Вождя. На мгновенье мне показалось, что в толпе мелькнуло лицо человека, которого здесь не должно было быть. Я с напряжением всматривался в скопление людей. Безуспешно — не нашел никого даже слегка похожего. Показалось. Что Грегу тут делать? Когда мы встречались в последний раз, жизнь не так сильно давила на него, чтобы принимать Вызов.

Тут я увидел Вождя. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на что-то поверх моей головы. Я обернулся и увидел незамеченную мной информационную панель у входе. На экране в эту минуту показывали мою карточку игрока. Я продрался к индейцу. Рядом вертелся Кид в своем обычном восторженном состояния. Мы с Вождем кивнули друг другу.

На панели мое лицо сменилось на физиономию «священника» с лодки. Он взял имя Пастор. На счетчике числа участников застыла цифра 81.

Кид, отвлеченный разговором с каким-то молодым игроком, наконец, увидел меня.

— Кори! — воскликнул он. — Давай к нам в группу! Вождь с нами и вот Волк тоже, — показал он на парнишку. Я оценивающе взглянул на того и попробовал понять, выбрал ли тот псевдоним «по приколу» или совершенно серьезно. Юноша усиленно изображал бывалого, нацепив на лицо маску безразличия ко всему окружающему. Стало быть, серьезно. «Ну, помянем», — подумал я.

— Ну, так что? — в нетерпении дергался Кид. — Идешь с нами?

— Нет, не идет. У него усложненный контракт, — раздался голос сзади. Я обернулся. Не показалось. Грег, ухмыляясь, протягивал руку. Я улыбнулся и дал свою.

— Не думал, что все так плохо, что ты пойдешь трудным путем, — сказал Грег.

— А ты? Почему появился тут так скоро? — спросил я.

— Ну, ты знаешь, дерьмо случается. Человек предполагает… — он пожал плечами.

— Не говори. Ты тоже с усложненным контрактом?

— О, нет, у меня не все так плохо, — сказал Грег. — Уже есть сквад, но мест нет, даже если бы можно было тебя взять, некуда.

— Ничего, может получится в дальнейшем, — без особой надежды сказал я.

— Буду надеяться, что ты справишься — хлопнул меня по плечу Грег. — Скоро начнется, — показал он на панель. «Число участников — 87». — Это всё, я знаю. Услышал кое-какие разговоры. Тринадцать дезертиров в этот раз… О, вот и последний, — показал он на игрока, входящего в зал. — Я пойду к команде. Удачи тебе! Следи за группой Гарибьюзи, — ухмыльнувшись, блондин растворился в толпе.

Карточку последнего участника сменил яркий восклицательный знак. Раздался тройной звуковой сигнал. Все глаза обратились на монитор. На экране возник мужчина средних лет в элегантном костюме. Лискер. Вербовщик. Это с ним я встречался, когда подписывал контракт. Лискер широко улыбнулся.

— Приветствую вас, игроки! — сказал он. — Вам посчастливилось попасть в число везунчиков, имеющих реальную возможность изменить свою жизнь, излечить болезни, получить работу, даже избежать смерти. В случае успеха вам будут предложены несколько главных наград на выбор. Вы сможете, например, даже получить визу в южные штаты. И, разумеется, все, что вы собрали в игре, останется при вас. Сейчас я вижу 87 человек. По правилам должно быть сто. Неявившиеся считаются дезертирами, и так или иначе их ждет наказание. Тринадцать свободных мест имеют право занять спонсоры или их представители. С привилегиями. Самое главное — в случае вашей победы в схватке с ними, они выкупают свою жизнь. Но только один раз. В качестве выкупа могут выступать ДНК-модификаторы, оружие, все, что у них будет с собой. После этого они либо выходят из игры, либо продолжают с угрозой погибнуть. В случае отказа сохранить жизнь спонсорам игрок теряет все привилегии, если такие имелись, выводится из состава сквада и получает максимально усложненный контракт. — Улыбка Лискера погасла. — Не буду лукавить, до сих пор ни один человек с максимально усложненным контрактом не добирался даже до конца первой зоны… Расскажу о зонах. В этот раз их будет пять. На данную минуту выбраны три первые. Оставшиеся две будут определены позже. Начнете вы в «Отстойнике». Это игровая территория смешанного типа, более безопасная часть которой лежит под землей. Вторая зона — «Урбан». Заброшенный мегаполис. Третья зона — «Трясина». Самая интересная зона, по мнению многих абсолютный хит.

— Жопа, — пробормотал Вождь.

— По правилам вы можете организовываться в команды — сквады. В каждом не более пяти человек. Вступление нового члена разрешается после потери старого. В первой зоне невозможно присоединение игроков с усложненным контрактом. Они сами по себе. — Лискер развел руками. — Перед стартом мы проводим так называемую лотерею — случайным образом каждому участнику достается стартовый бонус. Это может быть что угодно — снаряжение, оружие, хелс-модификатор, иногда простенький ДНК-модификатор.

— А где их активировать? — подал голос кто-то из толпы.

— В каждой игровой зоне есть точки активации. Но вам нужно их найти. Если не найдете в зоне, сможете активировать между локациями. Бонусы можно найти и случайно. Но основной способ добыть бонус — одержать победу над другим игроком. Получить награду за победу вы сможете у любого активатора.

— Победа засчитывается, если противник не может продолжать игру? — уточнил Кид.

— Если противник не сможет продолжать жить, — ответил Лискер. — Никто не призывает вас сражаться друг с другом. В первой зоне ваш главный противник — время. А стычки — просто способ получить бонус, чтобы играть с комфортом, пройти локацию быстро и безопасно.

— Ублюдки, — прошептал Вождь. — Те тринадцать уродов вряд ли собираются просто прогуляться.

Словно услышав его (а может и услышав), Лискер продолжил:

— Разумеется, спонсоры находятся в привилегированном статусе и могут атаковать вас, но мы проявили великодушие и обязали их не нападать под землей в первой зоне. То есть в катакомбах они вас не тронут.

— Они идут группой в 13 человек? — спросил кто-то.

— Нет, они разбиты на три независимых группы, так как правило максимального числа участников сквада исправлениям не подлежит.

— Правила они блюдут, ага, — пробормотал кто-то рядом, — чертовы лицемеры.

— Поскольку первая зона небольшая, на ее прохождение дается световой день. После заката в зону будут запущены очистители. В ваших интересах не задерживаться. Если вас не успеют зачистить и вы сможете достигнуть конца зоны после заката — также будете допущены к следующей. Каждому из вас будет выдан персональный графическо-голографический информатор, ПеГГИ. В него будут занесены базовые варианты пути, он будет давать вам информацию о статусах всех групп и участников. По мере прохождения будут добавлены возможности. Созданные группы сообщите о составе участников при получении ПеГГИ. Удачи, надеюсь увидеть вас у начала второй зоны!

Лискер отключился. Толпа зашевелилась, загудела. У стены вспыхнули надписи «Группы» и «Одиночки». Под ними появились голограммы брюнетки и блондинки.

— Прошу сформировавшиеся группы подойти ко мне, — сказала Брюнетка.

— Прошу идущих по сложному контракту и одиночек подойти ко мне, — сказала Блондинка.

Я отправился к блондинке. Меня опередил игрок, которому вынесли тройной смертный приговор. Ожидая очереди, я повернулся к Брюнетке. С ней общалась группа Грега. Он посмотрел на меня и подмигнул. Я улыбнулся и беззвучно прошептал «удачи». Он указал на меня пальцем — «и тебе». Тем временем смертник получил из устройства выдачи свое устройство и ушел. Я шагнул к Блондинке.

— Ваш номер, ваше имя? — осведомилась она.

— 99, Кори.

— Кори, вы идете по усложненному контракту, — сообщила блондинка. — Ваш игровой бонус будет определен случайно и будет выдан вам перед высадкой. Заношу данные… — несколько секунд молчания. — Вы можете забирать ваше устройство. Удачи, Кори. Проводник в коридоре укажет вам путь.

Из устройства выдачи появилось мои «часики». Я одел их и поторопился уйти. Гул начинал раздражать. За дверью стоял обещанный Проводник — голографический дворецкий, чрезвычайно похожий на бомжа. Он скривил губы в лучезарной беззубой улыбке и сделал приглашающий жест. После недолгой прогулки я оказался в комнате с шлюзами по периметру. Посередине стояло устройство, которое в эту минуту выдавало бонус тройному смертнику. Судя по его недовольному лицу, он был обманут в ожиданиях. Два наемника со скучающим видом стояли рядом.

— Давай, уматывай, — сказал один из них смертнику. Тот недобро покосился, но не ответил. Спрятал свой бонус в рюкзак и быстро вышел в шлюз, на котором значилась небрежно нарисованная двойка. Перед тем как исчезнуть в нем, смертник бросил на меня угрожающий взгляд.

— Ты, подходи, синхронизируйся и получай свой ништяк, — наемник был сама любезность. — И вали в любую дверь, для тебя игра началась.

Я приложил ПеГГИ к терминалу. «Привет, Кори!», «Ваш бонус», и после небольшой паузы (наверняка для создания пущего эффекта) — «СШГ х 2». В устройстве выдачи действительно находилась пара «флешек». Наемник хмыкнул.

— Ну, считай, тебе повезло, — объявил он, — тот, кто был перед тобой, получил модификатор, но черта с два он дойдет до активатора.

Недолго думая, я направился к двери, противоположной «двойке». Может и повезло, я иду туда, где с освещением туго. Освещать путь флешками я, конечно же, не буду, но сыграть против кого-то смогу вполне. У меня не было никаких иллюзий, я знал, что меня ждет в игре. «Не призываем вас нападать друг на друга». Разношерстная компания преступников, должников и загнанных в угол людей определенно будет вести себя агрессивно. Я все решил для себя, когда подписывал контракт. Я буду нападать, и буду убивать. Чтобы пройти как можно дальше. Ради тех, кто ждет моей помощи дома.

Глава 2

«Повезло». Не считал себя везунчиком. Хотя это зависит от того, с кем сравнивать. И все равно может получиться неоднозначно. Например, родители: с одной стороны им повезло, они жили во время относительного мира и благополучия. С другой, им пришлось разгребать огромную кучу дерьма, которую собрало их поколение и все предыдущие.

В 40-х годах случилось то, о чем предупреждали эко-ученые. Слишком долго слишком многое люди позволяли себе в отношении окружающей среды. Пришло время пожинать плоды — уставшая природа ответила изменением климата. Серия природных катаклизмов с последующим резким похолоданием привела к переселению жителей в южные области. Тем, впрочем, в скором времени угрожала та же участь. «К счастью», как говорили медийные лица, научный прогресс и знания находились на уровне, который позволил сначала замедлить наступление холода, а потом и вовсе остановить его. О большем напуганное человечество не смело мечтать. Как ученые смогли решить задачу оставалось тайной, все причастные хранили молчание. Последовали новые законы, был введен строжайший запрет на любые небиологические выбросы. За неделю образовались гигантские кладбища машин. Казалось бы, неминуемо должны были возникнуть транспортные проблемы. Но нет, как по мановению волшебной палочки мир заполнился техникой, работающей на электроэнергии. Легкость, с которой произошла замена, подтвердила то, о чем давно «молчали» — двигатель сгорания применялся лишние десятилетия исключительно из-за человеческой жадности.

Казалось, жизнь вернется под контроль. Об этом незамедлительно сообщили лидеры. Но тут последовала «мертвая трехлетка» — годы, когда на человечество обрушились старые и, к ужасу, новые болезни. Вернулись уже побежденные вирусы. Почти побежденные страшные онкологические заболевания вновь подняли голову. Добавились и неизвестные недуги. Медицина оказалась полностью не готова к такому. Болезни выкосили по меньшей мере треть населения планеты. «Было ощущение, что на какой-то безумной машине времени мы перенеслись в чумное средневековье, — рассказывал отец, — это было просто чудовищно, людей просто переставали хоронить. Многие большие города просто бросали. — Помолчав, отец добавил. — Единственный плюс был в том, что люди перестали изобретать новые способы уничтожения друг друга и бросили все силы на то, что было действительно важно».

Сокращение численности населения и переселение на юг стерли границы, и когда ситуацию кое-как взяли под контроль, отдельных материковых стран уже не оказалось. Правительства вымерли почти полностью, почему-то именно к власть имущим болезни были особенно прилипчивы. Это, кстати, было одним из основных доводов людей, которые придерживались иного мнения касательно произошедшего. При поддержке военных образовалась Федерация, которой стали управлять ученые. «Наконец-то экономисты и политологи могли принести ощутимую пользу», — ехидно говорил отец. Взяв власть, люди науки поменяли приоритеты. Разработки, направленные на уничтожение, были свернуты. Почти все силы были направлены против болезней и на поддержку экологии. Военных упразднили, полиция взяла на себя все функции, ранее выполняемые прочими силовыми ведомствами.

Разумеется, ходили разговоры, куда без них. Существовала теория о том, что болезни были намеренно выпущены учеными. Причин, как считалось, было несколько. Регуляция численности населения в большинстве стран, по словам ученых, оставляла желать лучшего. Как следствие — перенаселение и колоссальное количество выбросов. Которые и стала причиной катастрофического изменения климата. Поэтому, как считали сторонники заговора, ученые выпустили на свободу болезни, которые быстренько выкосили «лишнюю» треть жителей планеты вместе с неэффективными лидерами и управленцами.

Теория не казалась очень уж фантастической. Но к окончательному мнению я не пришел. Явных поводов быть недовольным не было. Не считая пока еще остающихся трудностей со здравоохранением, ученые проявляли себя довольно грамотными управленцами. «В конце концов, теперь законы принимаются людьми, производящими таблетки, а не теми, кому эти таблетки показаны», — говорил отец. Да, Федерация держала граждан в ежовых рукавицах, но разве это не было оправдано? С медиа-голограмм ученые сообщали: «Мы вас бережем».

С раком и заболеваниями органов с необратимыми последствиями все было сложно. Полностью избавить человечество от этих недугов у ученых не получалось. Прорывом было создание хелс-модификаторов — своего рода «лекарств». Приняв его, пациент получал «откат» болезни на более раннюю стадию, где он испытывал меньше проблем, боли или дискомфорта. Шло гиперобновление клеток, замена пораженных тканей. Эти модификаторы были относительно доступны, но для их получения приходилось постараться, или заплатить. Это было очередным доводом сторонников теории захвата. Расслоение общества не прекратилось, хотя во время пандемий, казалось, что к этому идет. Но «богатые остаются богатыми». И по мере развития событий, это становилось все более очевидным. Южнее перебирались обеспеченные люди, на север — те, у кого были проблемы и до пандемии. Соответственно, возможностей исцелиться у южан было побольше, а вероятность заболеть — поменьше.

Дальше — больше. Были созданы клон-модификаторы. Несмотря на сохранившийся мораторий на клонирование людей, ученые продолжали трудиться и создали модификаторы, запускающие клонирование органа прямо в теле пациента. «Старый» орган отключался, и либо удалялся хирургически, либо выводился организмом при метаболизме. Стоили такие модификаторы на порядок дороже, и только одной инъекцией дело не ограничивалось. Требовались активаторы — устройства, воспользоваться которым вы могли бы, если бы обладали крупной суммой. Плати за модификатор, плати за активацию. Гражданам северных штатов получить клон-орган было трудно. Смертность в северных областях оставалась большой. Поэтому многим известие о изобретении модификаторов третьего уровня, ДНК-модификаторов, показалось издевкой. Используя их, человек обретал дополнительные способности. В основном — управляемое усиление работы органов чувств. Ночное зрение, острейший слух. До северян полная информация так и не дошла, создатели не видели в этом смысла.

Существовали, конечно, лотереи, но там максимум, на что можно было рассчитывать, это клон-модификаторы. Лишь единожды кто-то выиграл ДНК-модификатор с правом бесплатной активации в течении трех дней или продажи. Выигравший продал приз какому-то южанину и сам перебрался с семьей ближе к экватору.

Мы с сестрой еще не родились в годы изменения климата, и «мертвую трехлетку» мы также не застали. Если исходить из этого, то да, мы везунчики. С другой стороны, большую часть юных лет наши родители жили на, пусть и перенаселенной, но теплой планете, пусть с болезнями, но без пандемий. «Чтоб ты жил в эпоху перемен» — старое китайское проклятие. Нам с Линой досталось сполна.

Родители познакомились уже после окончания пандемии. Поженились через месяц, не откладывая дело в долгий ящик. Это была любовь с первого взгляда, как нам объяснила мама. Почти одновременно появилась социальная программа — ожидающие ребенка пары могли рассчитывать на переезд южнее. Кажется, с решением проблемы перенаселенности (если вы сторонник теории заговора) немного перестарались. Основной удар прошел, как и всегда, по самым слабым. И если по поводу стариков долго не переживали, то молодой крови скоро стало не хватать.

Я был старшим. Лина появилась год спустя. Наше появление позволило семье очень близко приблизиться к благополучным южным регионам. Мы были южанами среди северян. Жизнь шла ровно, или так казалось нам с Линой, поскольку родители делали все, чтобы у нас было детство. Основные трудности долгое время были связаны только с уплатой налогов.

В самых северных областях все становилось хуже. Начала расти преступность вкупе с озлоблением на текущий порядок. Власти не обращали внимания на очаги недовольства до тех пор, пока мятежные настроения ограничивались разговорами в барах. После появления групп возмущенных, полиция периодически вызывала парочку особо ретивых представителей и проводила разъяснительные беседы. Обычно после такой беседы, подкрепленной к тому же штрафом, человек терял интерес к подрыву авторитета власти. Но не всегда. Всегда находились те, кому терять было нечего, и те, у кого обостренное чувство справедливости вступает в столкновение со здравым смыслом и побеждает.

Мятеж был вопросом времени. И он случился. Увы, восставшие не знали, насколько хорошо было готово к такому повороту Ученое Правительство. Они были уверены, что их выступление имеет большие шансы на успех. Мятежникам, многие из них успели послужить в настоящей армии, даже страшном сне не могло присниться, что «ученые крысы» смогут долго сопротивляться. Большинство из них всерьез делали ставку на то, что увидев, как серьезно они настроены, правительство тут же пойдет на уступки и выполнит любые требования.

В день выступления мятежники с криками подошли к административному зданию в одном из северных городов. Представители власти сделали вид, что внимательно слушают и… предложили разойтись по домам. Подогретые горячительными напитками мятежники отказались, продолжая распалять самих себя. Им сообщили, что при неподчинении всех ждет суровое наказание. Мятежники в ответ захватили здание администрации. Без какого-либо сопротивления. У местной полиции не было возможности повлиять на развитие событий и она, как казалось со стороны, была безучастна.

На следующий день прибыли два полицейских электрофургона и автомобиль репортеров. Пока съемочная группа странного вида готовилась к записи, толпа едва похмелившихся мятежников собиралась на площади, с высокомерным видом ожидая появления переговорщиков, которые должны будут умолять их остановить выступление. А они еще поторгуются.

Они были обмануты в своих ожиданиях. Из фургонов с символом Ученого Правительства выскочило два десятка существ, ранее в природе не встречавшихся. Немногие оставшиеся в живых очевидцы описывали их как оборотней. Детали у каждого рассказчика были свои, но в основном все сходились — чудовища молниеносно перемещались, своими длинными когтями и острыми зубами они с легкостью разрывали плоть и перегрызали кости. Около сотни людей было разорвано, прежде чем остальные сообразили в чем дело. Попытки сопротивления, было у мятежников и огнестрельное оружие, лишь ускоряли смерть. Кому-то удалось спастись бегством, кого-то оставили калекой в назидание остальным. Это было возможно самое эффективное усмирение мятежа в истории человечества. Прошло лишь десять минут, а на площади лежало около полутысячи трупов.

Стало ясно, что ученые продвинулись в биоисследованиях намного дальше, чем сообщали, что ДНК-модификация — не единственный туз в рукаве. Позже правительство позволило информации утечь в массы. Существ, разогнавших восстание, они называли семибистами. Эти чудовища получались при введении в организм человеку ОМ-модификаторов. ОМ, обратимая мутация, способность человека мутировать в нечто звероподобное и возвращаться в исходное состояние.

Аналитики у стоек баров смекнули, раз информацию выпустили наружу, значит есть еще что-то, не раскрытое. И название существ "семибист" — полузверь. Значит, существовала вероятность, что есть и "бист".

Было ли ученых что-то или не было, но своего они добились, больше мятежей не было.

Все эти события, конечно, не освещались медиа (зачем снимали экзекуцию оставалось загадкой). Вообще, эфир тогда ограничивался новостями и рекламой всяческих заманчивых и не очень предложений. В основном об усовершенствованных модификаторах начальных уровней — чуть дольше работает хелс, чуть быстрее срабатывает клон.

Жизнь шла своим чередом. Потом стали появляться недомолвки. Несколько раз после разговоров родителей за закрытыми дверями мы видели заплаканную маму. Отец стал хуже выглядеть. Когда я подошел, чтобы «поговорить по-мужски», он устало улыбнулся, обнял меня и сказал, что все хорошо. Якобы при сканировании у него обнаружили болезнь, но все под контролем. Дальнейшие расспросы не возымели никакого действия. И, наконец, это был год моего поступления в академию, счастливая жизнь закончилась. Весенним днем я сидел у себя в комнате и чатился с интересной мне девушкой. В дверь постучал отец с просьбой о разговоре с глазу на глаз. Это было необычно, раньше все, что отец хотел мне сказать, он мог говорить при всех. Пообещав девушке перезвонить, я свернул ее голограмму и предложил отцу войти. Сам с тяжелым предчувствием двинулся навстречу.

— Пап, что-то случилось?

Отец с рассеянным видом сел и предложил мне сделать то же самое. Я с тревогой ожидал его слов. Некоторое время он молча смотрел на меня, слегка улыбаясь.

— Сын! Я хотел сказать, что очень люблю вас всех. Ты должен помнить об этом. Мы с мамой старались изо всех сил быть хорошими родителями. Ты уже взрослый и должен понимать, что жизнь такова, что приходится чем-то жертвовать ради семьи и любимых. — Отец помолчал. — У мамы и Лины недавно было сканирование. Результаты мамы… — многозначительная пауза, — в общем, обычными хелсами можно только отсрочить развязку. Клонирование — наилучший выход.

— У нас есть деньги на это? — проглотив комок в горле, спросил я.

— На модификатор можно было бы наскрести. На активацию — нет, — прямо ответил отец. — Поэтому на некоторое время тебе придется стать главой семьи. В двух словах — мне предложили получить модификаторы и активировать их в любой день за участие в кое-каком мероприятии. Я согласился. Подробностей не скажу, потому что сам их не знаю. Кроме модификаторов вы будете получать кредиты каждый месяц, пока меня не будет… Да ладно, — отец, подбадривая, похлопал меня по плечу, — это ненадолго, полгода максимум.

Я прочел в его глазах другое. Но что можно было сделать. Я прекрасно понял, к чему он начал разговор о жертвенности. Он не верил, что вернется.

И он не вернулся, ни через полгода, ни через пять.

Модификаторы помогли справиться с болезнью мамы. И кредиты, как и сказал отец, перечислялись каждый месяц. Я закончил курсы полицейской академии, но работы не получил — силовиков хватало, оставили в запасе. По протекции знакомого отца пошел работать на кухню в ресторан восточной кухни, отказавшись от возможности получить высшее образование. Мама была этим крайне недовольна. Что поделать. Кредитов хватало, но я подозревал, что источник рано или поздно иссякнет. Повторения истории с отцом я не хотел. Оставить мать с сестрой было не на кого. А за высшим образованием я отправил сестру: «Станешь ученой — вытащишь нас из этого дерьма!»

Прошло пять лет с ухода отца. Каждую весну одного и того же числа мы готовили ужин на четыре персоны и проводили вечер за просмотром старых снимков и видео. Это были вечера воспоминаний и надежды. Хотя надежда теплилась только у мамы. Каждый год перед таким вечером я заходил в банк и получал кредитный перевод от таинственного мистера BG. В пятую годовщину кроме перевода меня ждало какое-то графическое уведомление. С тяжелым предчувствием я активировал его. Появилась голограмма девушки в деловом костюме.

— Добрый день! С сожалением вынуждены сообщить вам, что срок действия контракта № (она, не запинаясь, назвала многозначное число) истек и не может быть продлен. Кредитные переводы с настоящей минуты прекращаются. До свиданья, хорошего вам дня.

Голограмма исчезла, а я с трудом удержался от желания разнести ИИ-терминал к чертовой матери. Надпись «Ваш кредитный счет пополнен» повисела в воздухе и растаяла. Закрыв обращение, я вышел из банка. Хотелось кого-нибудь убить. Посмотрел на часы. До ужина есть время, пропустить пару рюмок успею. Нужно сбить негатив, чтобы мама и Лина ничего не заподозрили. Хотя у сестры просто нюх какой-то, все равно поймет, что у меня что-то не так.

В баре, куда я обычно захаживал, посетителей почти не было, рано. Плюхнувшись на табурет у стойки, я заказал двойное виски. В предвкушении глядя на наполняемый стакан, я услышал сигнал смартфона. С неохотой посмотрел на экран. «Лина прислала сообщение! Хотите прочитать сейчас?». Второй раз за час плохое предчувствие. Писать мне просто так не имело смысла, она знала, что я скоро буду дома. Я взял наполненный стакан в свободную руку, ткнул «читать». «Привет. Все готово. Пока тебя не было, решили просканироваться. Теперь ждем приема, домой можем опоздать». Ученые везде понатыкали автоматических сканеров, делающих ненужным первичное посещение врача. Любой желающий мог в удобное время просканировать организм за символическую плату. В случае, если сканер что-то находил, выдавалось направление к доктору.

Все еще держа стакан на весу, я быстро набил вопрос: «Мама?». Тут же увидел анимацию ответа. «И я», — и грустный смайлик.

— Да чтоб вас! — не удержался я. Швырнув смартфон на стойку, я одним глотком осушил содержимое стакана.

— У Вас какие-то проблемы? — на плечо опустилась тяжелая рука. Сделав знак бармену повторить, я обернулся. Увидел довольное лицо Грегори, приятеля из полицейской академии. Отличный парень, потерял родителей, вырос в семье родственников, и сейчас совмещал работу и учебу. Бар оставался местом наших дружеских встреч.

— Рад видеть, дружище, — я обнял блондина.

— Наверное, не так сильно, как мог бы? Плохие новости? — кивнув на смартфон, спросил Грег.

— Да, ничего хорошего, — мрачно ответил я.

— Бармен, мне того же! — крикнул он и, обращаясь ко мне, предложил. — Рассказывай.

Я без слов дал Грегори прочитать переписку с сестрой.

— Понятно, — протянул он. Мы, не сговариваясь, молча опрокинули стаканы.

Грегори и я были друзьями, не сказать, что закадычными, но доверяли друг другу все и он, конечно, знал историю моей семьи. Знал о болезни мамы и об уходе отца.

Некоторое время мы просто сидели. Потом Грег, оживившись, положил руку мне на плечо.

— Да ладно тебе, может там ерунда. Или сканер неисправен!

— Буду надеяться на это, — грустно сказал я, — иначе… Черт, я представления не имею, что иначе!

Грегори несколько секунд о чем-то думал, барабаня по стойке пальцами. Потом придвинулся ко мне вплотную.

— У меня есть один вариант на случай, если в жизни произойдет полная жопа. Сразу предупреждаю, — синие глаза его, не мигая, смотрели в мои, — это незаконно и опасно для жизни. Пока это скрывают, но я уверен, что легализация — вопрос времени. Впрочем, неважно. Это… некое подобие игры, — Грег подбирал слова, — Тебе же знакомо понятие Royal Battle? Что-то вроде этого. Поскольку жопа в моей жизни пока не наступила, точно правил я не знаю. Только принцип. Так вот, для участия ты должен подписать контракт. Что ты захочешь получить — твой выбор, в желаниях тебя не ограничивают. Но от твоих желаний будет зависеть сложность игры, ее условия. Я, повторяюсь, не знаю подробностей, но я знаю к кому обратиться. Ты хочешь знать? — Я кивнул. — Его фамилия Лискер. Ты можешь найти его по этому телефону, — Грег нацарапал на картонной подставке несколько строчек, — скажешь, что хочешь получить контракт.

Он отодвинулся, заговорщицкий вид пропал.

— Надеюсь, что тебе не придется этого делать, — с грустной улыбкой сказал он.

— Спасибо! — я спрятал подставку в карман, посмотрел на часы, встал. — Слушай, может заглянешь как-нибудь в гости?

— Пожалуй! — кивнул Грег.

Я пожал ему руку и вышел.

Дома еще никого не было, хотя я задержался. В ожидании я побродил в сети, сопоставляя цены на модификаторы с нашими доходами. Результаты выходили неоднозначными. Все зависело от серьезности проблем. Свернув голограмму, я предался невеселым размышлениям. Вспомнил разговор с Грегом, достал картонный кружок, уставился на дважды подчеркнутое слово «контракт». Из задумчивости меня вывел шум у входа. Я вышел навстречу женщинам. Взгляда в глаза сестры хватило, чтобы понять, что все плохо. Мама улыбнулась, увидев меня, обняла, поцеловала и отправила «мыть руки, сейчас будем ужинать». Усиленно делала вид, что все прекрасно и изображала пчелку, не забывая раздавать команды Лине. Поток непрекращающихся распоряжений служил лишь одной цели — не дать мне возможности задать вопросов. Я сделал вид, что уловка сработала. Но, улучив секунду, выразительно посмотрел на сестру. Она приложила палец к губам и кивнула на часы. «Молчи — у нас будет время поговорить». За ужином мы предавались воспоминаниям, смеялись, но я сидел как на иголках. Время после трапезы мы как всегда посвятили просмотру снимков и семейному видео.

Наступили сумерки. В какую-то минуту, собираясь включить свет, я обнаружил, что мама уснула. Приглушив звук видео, на котором в это мгновенье отец подкидывал маленькую визжащую Лину к потолку, я накрыл маму пледом и, выразительно посмотрев на сестру, вышел. Она последовала за мной в столовую и молча опустилась за стол, на который я поставил пару стаканов со льдом и бутылку. Я залил лед спиртным и опустился на стул напротив Лины. В молчании мы звякнули краями стаканов. Лина залпом осушила весь стакан. Скривилась, фыркнула. Потом положила свои руки поверх моих и начала тихонько смеяться и плакать одновременно.

Глава 3

Следующим утром я позвонил Лискеру. Узнав, в чем дело, он предложил встретиться в порту. Когда я спросил, где его там искать, получил ответ — ищите и обрящете. Я приехал в порт и некоторое время потратил на расспросы и беготню. Наконец поиски увенчались успехом, я настиг Лискера у контейнеров, где он, ругаясь, сверял данные с каким-то «прорабом». Меня он встретил довольно прохладно. Закончив с работником, он буркнул «за мной» и быстро направился в ближайшее здание. Вскоре мы оказались в какой-то комнатушке, он запер дверь и расплылся в улыбке.

— Добрый день, Кори! — тряс он мне руку. — Приношу извинения за оказанный прием, но людям незачем знать. Вы понимаете? — я кивнул. — Итак, чем могу помочь?

— Я хотел бы заключить контракт, — повторил я и по приглашению опустился на стул.

— Очень хорошо, — кивнул он, продолжая стоять. — Но знаете ли вы, что это значит?

— В общих чертах. Я получаю помощь в обмен на согласие участвовать в некой игре.

— Так и есть! — тут он наклонился ко мне и, обдав меня несвежим дыханием, внушительно сказал. — В этой игре можно серьезно пострадать. И даже погибнуть. Я не занимаюсь подсчетами, но думаю, что смертность превышает 25 %.

Я был уверен, что цифра умышленно занижена и этот господин в костюме просто не хочет упускать рыбку с крючка. Дурит меня располагающими речами и широкой улыбкой. Ну и ладно. В конце концов, есть ли у меня выбор?

— Пусть так, — сказал я.

— Ну, тогда в общих чертах о Вызове, — потирая ладони, начал Лискер. — Кори, вы знакомы с определением Королевская Битва? Уверен, что знакомы, — не став ждать ответа, продолжил он. — Так вот, Вызов в чем то похож на RB. В нем также участники, их сто, выпускаются на какую-либо локацию с определенным заданием. Но необязательно, чтобы в конце остался только один участник или команда (сквад). Все, кто сможет выполнить условия, считаются победителями. Игровых зон обычно три-пять. Если игрок доходит до конца одной из них, то он может выйти из игры, оставив себе все, что получил при прохождении…ну, кроме оружия. Вы понимаете, — развел руками Лискер, — найдут оружие у гражданина, выйдут на нас. Никому это не нужно… Ну и, разумеется, игрок получает то, что прописано в контракте. Новичкам я советую брать простейший контракт. Призовые, конечно, невелики. Но всегда можно продолжить и идти дальше. Вы можете изменить контракт прямо между зонами…

— Давайте не будем тянуть, — не выдержал я. — Мне нужны три клон-модификатора с правом активации в любое время. Их вы должны передать моей семье как можно быстрее. И еще годовую сборку хелс-модификаторов. Это минимум. В случае моей смерти моя семья должна получать ежегодные кредит-переводы.

— Буду откровенен, ты мне нравишься, Кори! Позволишь на «ты»? — Лискер стер с лица улыбку. — Такие запросы одобряются, но только если ты выберешь контракт на усложненное прохождение. Это означает, что выйти из игры ты сможешь только после третьей зоны. И в первой локации не сможешь вступить в команду. И бонусы на старте будут попроще, а может их и вообще не будет.

— Буду и я откровенен, — ответил я холодно, — мне не нравишься ни ты, ни твои потуги добиться моего расположения. Этот твой Вызов мне тоже не нравится, но у меня нет других вариантов, и я уверен, что ты это знаешь. Так что давай чертов контракт.

— Держи, — Лискер протянул руку.

— Что кроме рукопожатия?

— Зашифрованный видеоряд нашего разговора уйдет в банк исполнителя. — Он назвал известное имя. — Надеюсь, вопросов к этим людям нет? Подойдешь к ним, заключите фиктивное соглашение. О чем — их дело. Ты же не думаешь, что мы будем заключать официально незаконные соглашения?

Я пожал руку.

— Один совет, — задержал Лискер мою ладонь, — несмотря на твою неприязнь, а я понимаю ее причины, ты действительно мне нравишься. Считаю, из тебя может получиться хороший игрок, а при удаче и победитель. Но этого не случится, если ты пропустишь мои слова мимо ушей. Так вот, мой совет: милосердие, жалость, сострадание — все это ты должен засунуть в задницу. Стань тварью на время игры. Это всё.

* * *

И вот я здесь, в темноте старой канализации, где пахло как изо рта Лискера. Хотя справедливости ради надо отметить, что здесь запах был гораздо слабее.

Не имел представления, как глубоко находился. Едва я вышел из капсулы-лифта, как она с грохотом унеслась наверх. Привозила ли она участников на разные уровни или на один и тот же? Не было времени искать ответ на этот вопрос. Следующий участник мог быть лучше вооружен и настроен быстро получить бонус. Я осмотрелся, насколько позволяло это сделать скудное освещение. Стены и потолок канализационного тоннеля были выложены кирпичом, образуя низкий свод. Бетонный пол с уклоном к центральной канавке покрывала корка высохшего раствора дерьма. Освещением служили редкие тусклые светильники, почти не справляющиеся со своей задачей. В лучшем случае они служили маяками. Впрочем, когда глаза привыкнут…

ПеГГИ дала короткую вибрацию. Я активировал устройство. Выскочила голограмма, в центре которой была рамка с динамической историей событий. «…вступает в игру. Кори вступает в игру. Анжела, Матиас, Иван, Анастасия — сквад спонсоров #1 вступает в игру». На начало игры, кроме динамической истории, я мог изучить личный раздел или посмотреть карту. Последнее сейчас было самым важным. Однако меня ждало сильное разочарование. «Полная карта пока недоступна, пожалуйста, загрузите информацию с носителя или одержите одну победу», — сообщал информатор.

— «Мы не призываем вас атаковать друг друга!» — передразнил я Лискера.

Однако, какое-никакое подобие карты все же было. Устройство показывало короткий отрезок коллектора, где я (желтая точка) находился, и мигала стрелочка, указывающая направление, в котором мне следовало двигаться. В противоположной стороне мерцал значок тупика с надписью 23m. Держась рукой за стену, я осторожно пошел в сторону, куда показывал указатель. Графические стены послушно двинулись мимо точки. Некоторое время я шел автоматически, следя за голограммой. В конце концов, однообразие наскучило. Ответвлений так и не было, и я переключился на события. Участники продолжали прибывать. Вот и Грегори со своей командой. Когда количество участников в игре перевалило за полсотни, я вернулся на карту. Казалось, что я шел довольно долго, но ничего не менялось. Боже, да кончится ли этот тоннель?

С неопределенной стороны донеслись сильно приглушенные крики. Я замер, прислушиваясь. Звуки не повторялись. В моей части коллектора стояла гробовая тишина. Накладываясь на карту, выскочила надпись: «Первая победа! Мак убивает Десятника!», сопровождающаяся изображениями игроков. В Маке я узнал «тройного» смертника. Десятник не угадал с выбором шлюза.

Я продолжил путь. Полумрак, темный низкий свод потолка, полное отсутствие каких-либо звуков, кроме звуков собственных шагов, поневоле вызывали клаустрофобию. Воображение услужливо начало подсовывать картинки всякой жути. Даже не капала вода — тишина оглушала. Я остановился и слегка кашлянул, чтобы сбросить наваждение. И замер, резко повернув голову назад. Показалось, что оттуда долетел какой-то звук. Полагаться на зрение я не мог, но слух не обманывал. Далеко сзади кто-то шел. Я бросил взгляд на ПеГГИ и мысленно обругал себя. Какая беспечность! Работающее в трехмерном режиме устройство меня прекрасно демаскировало. Прикоснувшись к иконке «2D», я переключился на экран. Прислушался. Тишина. Если сзади кто-то и был, то сейчас он, вероятно, притаился, озадаченный исчезновением маяка. Я снова пошел вперед, нервно поглядывая на экран. Вибрация прошла по запястью. Загорелось оповещение в личном разделе. «Сообщение от О.Л. Будете читать?. Допустим. Я прикоснулся к конвертику. «Наконец-то отключил. Думал, что переоценил тебя». Так-так. Кажется, у меня появился персональный фанат. Новость приятная, но нужно было как-то разобраться с фанатом сзади. Сомнений, что меня преследуют, не осталось. Звук осторожных шагов периодически доносился до моих ушей. Я старался двигаться бесшумно, пытаясь удержать при этом то же расстояние между собой и преследователем. Было бы ошибкой ускоряться и отрываться в данную минуту. Сейчас у меня было преимущество, я знал, где он. Где же развилка, твою мать?

И вот, наконец, хоть что-то. Глаза уловили какое-то изменение впереди, выбивающееся из обычной картины. Приблизившись ближе, я смог разглядеть, что это. По неясной причине бетон пола вспучился и развалился, обнажив прутья арматуры. В надежде я подергал прутья. Тщетно. Я огляделся. Никаких идей и спрятаться по-прежнему негде. Ладно, будет другой шанс. Прихватив осколок бетона, я двинулся дальше.

ПеГГИ торжествующе завибрировала. «Все участники в игре!».

Коллектор в конце концов начал менять направление. Незначительный изгиб не позволил бы атаковать «из-за угла», однако в голове созрела идея. Повернув и убедившись, что поворот меня скрывает, я оставил первый светильник и быстро добежал до следующего. Прижав бетонный осколок к плафону, надавил на него. Стекло хрустнуло, свет погас. Я вернулся к первому светильнику, оставленному как ориентир, и, мысленно ругаясь, звук был громче, чем хотелось, раздавил и его. Теперь около сорока метров были погружены во мрак. Риск, конечно, оставался, другого решения я не видел. Расчет был на то, что преследователь не рискнет воспользоваться светом ПеГГИ и пойдет на свет далеких ламп. На случай, если план не сработает, я приготовил флешку.

Я вжался в стену напротив. Светильник, висящий до поворота, довольно четко обозначал границу «угла». Я ждал. Сердце билось все быстрее. Вертикаль поворота «сломалась», я увидел очертания человеческой фигуры. Преследователь замер, видимо озадаченный отсутствием освещения. Через мгновение он отпрянул, исчезнув за поворотом. Оттуда начал пробиваться рассеянный свет. Я ждал этого, сейчас он проверял по ПеГГИ нет ли близких ответвлений в тоннеле. Успокоенный увиденным, игрок появился снова. Без света информатора. Не раздумывая, он пошел вперед и его силуэт пропал из вида. Я слышал шорох шагов. Во рту пересохло, а ладони, напротив, вспотели так, что в какой-то миг я начал опасаться, что флешка выскользнет из руки. Когда услышал его напротив себя, я боялся даже мигать. Это была минута максимального напряжения. Потом шаги стали удаляться. Внутри меня поднялся такой ураган эмоций, что я с трудом подавил желание сделать какой-нибудь победный жест. Шаги стихали. Я напряженно всматривался в сторону дальнего фонаря, ожидая, когда его тлеющий огонек заслонит проходящий игрок. И, наконец, увидел то, что хотел. План сработал, по крайней мере, его первая часть. Мы поменялись местами, но противник этого не знал. Теперь на моей стороне будет эффект неожиданности. Я бесшумно последовал за ним, ступая на носки. Постепенно расстояние сокращалось. Тоннель теперь шел изгибами, что давало мне возможность временами включать ПеГГИ. Но при этом преследуемый слишком надолго исчезал из поля зрения. Поэтому я сократил свои обращения к карте.

Развязка наступила неожиданно. За очередным поворотом я буквально наткнулся на игрока, который остановился перед развилкой, изучая карту в ПеГГИ. Для меня это было меньшей неожиданностью, чем для него, поэтому осколок бетона пробил его череп прежде, чем он что-то сообразил. Коротко вскрикнув, игрок упал на бетонный пол. Никакой агонии, мгновенная смерть. Из пробитого черепа текла кровь. Я подавил небольшой приступ тошноты, не каждый день убиваешь человека, и присел, собираясь проверить пульс. Моя ПеГГИ торжествующе завибрировала. Я активировал экран. Искать пульс не было необходимости, в истории появилась надпись: «Победа! Кори убивает Эдварда. Число активных игроков — 98». Первая «победа». Адреналин.

Информатор выдал еще одну длинную вибрацию. «Два сообщения. Первое сообщение от О.Л., второе сообщение от BG. Хотите прочитать первое?». Я прикоснулся дрожащими пальцами к слову «да». «Браво! Немного неряшливо, но реверси — шедевр. Для воодушевления: прямо сейчас твоих везут на активацию. Они выживают. И хотели бы, чтобы ты жил тоже. Удачи, говнюк!».

Я и без одобряющих речей не чувствовал угрызений совести. Если они и были, то мигом испарились, как только я увидел в руке убитого здоровенный охотничий нож. Между прочим, предназначенный для моей тушки. Я открыл второе сообщение. «Участник Игры! Поздравляем с первой победой! Продолжай в том же духе! Карта локации «Отстойник» загружена в ПеГГИ. Бонус за победу ты можешь выбрать в местах выдачи и активации. Не забудь забрать трофей у побежденного».

Не забуду, будьте уверены. Освобождая рукоятку ножа от пальцев Эдварда, я поневоле представил, как оружие вонзается в мое тело. По спине пробежали мурашки. Я обыскал тело в надежде найти еще что-то полезное. Ничего, кроме пары пайков. Что ж, хотя бы нож. Оружие отличное. Конечно же, я предпочел бы стрелковое. Ну, не до жиру.

Ну, теперь можно посмотреть настоящую карту. Развилка, где нашел смерть Эдвард, представляла собой корявую букву Y. Стрелочка настойчиво предлагала следовать в правую ветвь. Левая, если верить значку на экране, заканчивалась тупиком. Я решил, что смогу спокойно изучить карту и составить маршрут, только если буду уверен, что никто не застанет меня врасплох. По данным ПеГГИ тупик был в минуте ходьбы. Действительно, пройдя по левому тоннелю метров сто, я увидел решетку, которая преграждала путь. На двери висела проржавевшая цепь с замком — дальше могли идти только экскременты. Рядом в стене оказалась неглубокая ниша, которую я незамедлительно занял. Перевел карту в трехмерный режим. Голограмма отличалась невероятно высокой детализацией, отображались все мелочи вплоть до неработающих светильников. Да и управление жестами было удобнее. Я уменьшил масштаб карты. Канализационная сеть оказалась довольно разветвленной, но не все ветки пересекались. Общее направление было одно — к Дохлограду. Прокручивая голограмму, я саркастически улыбнулся. Разумеется, канализация обрывалась. По моей ветке можно было преодолеть от силы треть пути. Выход на поверхность был неизбежен. Где будет ждать один из трех сквадов спонсоров, наверняка имеющих что-то посущественнее ножа и пары флешек… Но не все было так плохо. Путь по поверхности можно было сократить, если уйти в подземку. Но до нее еще нужно было добраться.

В раздумьях я прокручивал карту. Подсчитал все доступные мне выходы. Предположим, что засады спонсоров будут там, а не у подземки. Я насчитал пять точек подъема на поверхность. Не разделившись, их не проконтролировать тремя сквадами. Но нужно было исходить из худшего. Удача — дама капризная. Допустим, встреча со спонсорами неизбежна. Как можно им противостоять?

«Сквад спонсоров #1 одерживает победу. Анжела убивает Томаса. Иван убивает Смита. Иван убивает Сырника. Число игроков — 95», — выскочила надпись с мигающим указателем. Следуя его направлению, я прокрутил карту. У одного из выходов появились метки-черепа — оказывается, ПеГГИ могла показывать места убийств. Полезная информация. Жаль, что опасения подтвердились, засада на моем направлении.

Какой-то сквад поторопился выйти и ошибся. Я покрутил голограмму. У меня было два коротких пути. Один вел к группе Сырника. Ну, к тому, что от нее осталось.

«Сквад спонсоров #1 одерживает победу. Анжела убивает Руперта. Число активных игроков — 94».

Похоже, спонсоры действительно разделились. Здесь действуют только двое. Я поискал информацию об игроках и командах. В первом скваде состояли еще некие Матиас и Анастасия. А в скваде Сырника остался только один игрок. Псевдоним Плохиш. Новостей о нем пока не было. Наверное, забился обратно в коллектор.

Я вернулся к карте. Второй подъем наверх был неподалеку от первого, где развлекались Анжела с Иваном. Скорее всего, там будут остальные. Прочие пути на поверхность мне совершенно не нравились тем, что были гораздо длиннее. Я просто потеряю время и все равно могу столкнуться с остальными сквадами или с хорошо вооруженным игроком. Это мне не улыбалось.

Я решил, что пойду к выходу Сырника, а там буду действовать по обстоятельствам. Все равно большая часть пути проходила по одному тоннелю. Возможно, когда я дойду до развязки, появятся данные, которые изменят положение.

По пути ПеГГИ сообщала об очередных победах. И почти все в других ветках тоннелей. Беспокойство вызывала разве что метка-череп на альтернативном пути, который был отвергнут мной ранее. Но расстояние до меня было велико, и я рассчитывал, что ко мне игрок не сунется. Особенно после того, как посмотрит на карту и увидит, что рядом убивают спонсоры.

И все же я осторожничал, где-то был еще Плохиш. Однако подошел к развилке, но так и не нашел его следов. Я решил проверить «ветку Сырника» до конца и свернул на нее, держа нож наготове.

Я приближался к выходу. Черт, неужели мы с ним разминулись? Такое было возможно. Или он все же ушел от спонсоров по поверхности? Вот и последний поворот, за которым должен быть выход наверх. Я осторожно выглянул и сразу отпрянул, увидев окровавленного человека, который лежал у груды кирпича, перемешанного с землей. Сверху падал дневной свет и я успел заметить блеск оружия в руке игрока.

— Привет, — громко сказал я, — ты Плохиш, так?

— Да, — он зашелся в кашле, — а ты?

— Я — Кори.

— А-а, — продолжая кашлять, сказал Плохиш, — усложненный контракт. Тут дело дрянь, Кори.

— Я видел, — и не зная, что еще сказать, спросил: — Ты как?

— Я, кажется, всё, — безразлично сказал Плохиш, — если только у тебя нет с собой хелса…А лучше клона. Активатор-то здесь, рядом. Только есть одна проблема…вернее две, Анжела и Иван.

— Ясно. — Пришло время уходить. Патовая ситуация. Плохиш не мог двигаться из-за раны. Я тоже не собирался подставляться под ствол незнакомого человека. Доверять кому-то здесь? Вот уж нет.

Со стороны насыпи раздался долгий мучительный кашель. Я повернулся, чтобы уйти.

— Кори? Ты еще здесь? — тяжело дыша, позвал Плохиш.

— Чего тебе? — остановился я.

— Я хочу предложить сделку, — голос становился слабее. — В револьвере один патрон. Я отдам его тебе и ты сможешь выйти здесь, если захочешь. Мое условие — эта пуля должна достаться мне.

— Зачем тебе это? Почему не сделать это самому?

— Если меня убьешь ты, то сука снаружи лишится бонуса. Его получишь ты. И еще я попрошу помощи для одного человека там… вне игры. Если ты выберешься.

— И ты поверишь моему слову?

— Вариантов нет. Я сижу в луже крови, и она становится больше. Я хочу верить.

— Хорошо, Плохиш, — согласился я, — у тебя есть мое слово.

Раздался скрежет металла по бетону и из-за угла выехал револьвер. Я поднял оружие, выглянул. Игрок поднял руку, показывая, что безоружен. Другая бессильно лежала на полу.

Я приблизился. Плохиш был бледен как смерть и действительно почти плавал в своей крови. Я сделал движение, намереваясь осмотреть рану. Игрок слабо отмахнулся.

— Брось. Перед тем как… хочешь, что спросить?

— Как это случилось?

— Обычная жадность. — Плохиш уже шептал. — Я же говорил — рядом активатор. Посмотри на ПеГГИ, они проявляются на карте, когда ты рядом. У двоих из нашей группы были модификаторы. Мы могли бы стать серьезными претендентами, — он закашлялся, — заиграло нетерпение в жопе, а дальше все просто… ломанулись кучей, ну, нас и приняли. Троих положили сразу. У сучки гауссовка. Когда мы драпали, Руперт был впереди. И вдруг он просто упал. Я увидел, как пуля продырявила его, но звука не слышал.

— Может, глушитель?

— Нет, — хрипло возразил Плохиш, — тебе недоступна полная информация из-за твоего контракта. Сквады видят оружие, которое в игре.

— Говори, кому нужна помощь.

Он с усилием поднял руку и извлек из кармана фотомедальон. Включил изображение. Несколько секунд смотрел на него, потом поцеловал и отдал мне. Я спрятал безделушку. Проверил на месте ли патрон.

— Спасибо, — сказал он, протягивая руку. — Жаль, что не смогу угостить тебя.

Я пожал окровавленную руку.

— Мне тоже жаль, что так получилось, — я приставил револьвер к его голове.

— Удачи тебе, — прошептал он, закрывая глаза.

Я закрылся свободной рукой от неизбежных брызг и нажал на курок. За грохотом выстрела последовала вибрация ПеГГИ. «Кори победил Плохиша. Число активных игроков — 85».

Глава 4

Накрывая Плохиша, я подумал, что было бы здорово заглянуть в его информатор для просмотра недоступной мне информации. Увы, мне не удалось этого сделать. При включении ПеГГИ убитого на экране появилась надпись: «Носитель мертв. В доступе отказано». Жаль. Я включил свой информатор и перешел на карту. Вот «череп» Плохиша, вот еще один наверху, это Руперт. Я поискал активатор, о котором говорил убитый. Значок нашелся при увеличении масштаба — стилизованная под молнию буква А. До него было что-то около двух сотен метров. Забравшись на груду бетона, я осторожно выглянул наружу. Окинул местность быстрым взглядом. Большей частью редколесье и только подъем из коллектора располагался на проплешине. В нескольких шагах от меня лежал труп Руперта. Сразу за ним начинался пологий холм. Активатор находился где-то наверху, за кронами, я не видел ни его, ни потенциального «гнезда» снайпера. Между тем труп игрока доказывал, что моя позиция прекрасно простреливалась. Я поспешил убраться обратно, пока Анжела не решила отработать на мне выстрелы в голову.

ПеГГИ выдала последовательность вибраций. Активные действия начал третий сквад спонсоров. В результате трое убитых. Я был готов поспорить, что и там была засада у активатора, игроки пожадничали и погибли.

— Суки, — охарактеризовал я Лискера и остальных причастных к Вызову. Так много участников, велик ли шанс не встретится с кем-то у активатора? Я все более укреплялся в мысли, что активаторы в начале игры — ловушка для идиотов, своеобразный естественный отбор. Место для пристрелки оружия охотников.

Сквозь дыру начали падать капли — пошел дождь. Пасмурная погода была мне на руку. Воздух насытится влагой, потеряет свою прозрачность, и мне будет проще остаться незамеченным для охотников. Я решил, что обойду активатор. Кто желает, пусть пробует. Время, которое кто-то потратит на активацию, я использую на то, чтобы увеличить расстояние между собой и остальными игроками. Если не проиграю прямо сейчас.

Я выглянул из дыры. Прекрасно. Кроны дальних деревьев стали практически не видны за водной взвесью. Вряд ли сучка разглядит меня. Да и будет ли избалованная девчонка сидеть в засаде под дождем? Если будет, что ж, пожелаю ей воспаления легких.

Я накинул капюшон, торопливо выбрался из коллектора и рванул к деревьям. Добежав, я вжался в ствол первой попавшейся сосны и выглянул из-за нее. Никто меня не заметил, во всяком случае интереса к моей персоне никто не проявил. Великолепно. Я углубился в редколесье и взял курс на север, по дуге обходя холм с неприятностями.

По мере продвижения лес менялся. Лиственные деревья редели, вскоре остался только кустарник. В конце концов исчез и он, и теперь я шел в окружении куцых еловых стволиков, забитых тенью своих старших товарищей. Без маскирующей лиственной растительности я был как на ладони. Поэтому выбирал путь, проходящий по низинам и оврагам, но тревога не уходила. Единственным утешением было то, что и я мог заметить охотников или игроков. Впрочем, никто из них пока никак не проявлял себя.

Я петлял между стволами, постоянно сверяясь с картой. До подземки было еще довольно далеко. Вдруг на экране ПеГГИ я увидел какой-то всполох. Что это? Такое устройство должно бы быть защищено от воздействий. Мерцание повторилось. Если ПеГГИ накроется, мне придется играть без карты. Перспектива грустная, но, кажется, неизбежная, частота мерцаний возрастала. Я обреченно ожидал, когда информатор выдаст последний импульс и подохнет. К моему удивлению частота импульсов стала уменьшаться, а через несколько секунд мерцание вовсе прекратилась. Я остановился в недоумении. Огляделся. Нет, службу поддержки тут не найти. Следующая вспышка произошла в голове, а что, если мерцание не глюк, а программная фишка? Как игра «горячо-холодно», индикация, что поблизости есть нечто, заслуживающее внимания? Я вернулся на несколько шагов назад. Оп! Мерцание. Я продолжил двигаться, пока не нашел место, в котором частота импульсов была максимальной, осмотрелся. Тот же лес, однообразные стволы чахлых елок, разбавленные мощными мачтами сосен. Впрочем… Я направился к устрашающего вида сосне, у основания которой было что-то не то. ПеГГИ изменением частоты пульсации дала понять, что выбор верен. С западной стороны у дерева обнажились корни, переводинами накрывая яму почти в человеческий рост. Я спрыгнул в нее. Импульсы ПеГГИ были настолько часты, что мерцание стало практически незаметным. Я присел, достал нож и начал прощупывать дно. Сталь легко входила во влажную землю, но вскоре клинок уперся во что-то плотное. Я разрыл грунт и обнаружил черный цилиндр. Капсула-контейнер. Наверное, один из бонусов, которые, как обещал Лискер, раскиданы по зонам. Я собирался открыть капсулу, но остановился, мне показалось, что сквозь фон дождя пробился звук, похожий на хруст ветки. Я замер и с минуту прислушивался. Ничего, кроме шепота падающих капель. Воткнув нож в землю, вернулся к контейнеру и в предвкушении распахнул крышку. Внутри лежала карточка. С некоторым разочарованием я повертел прямоугольный кусок пластика в руке. На белой поверхности — значок беспроводной передачи и цифра «101». Больше ни намека. Ну, ладно. Я приложил карточку к ПеГГИ. Та отозвалась значком загрузки. Через несколько секунд выскочила надпись «Синхронизация успешна, доступ открыт». Я бегло просмотрел меню, безуспешно пытаясь понять, к чему же мне открыт доступ. Ничего не обнаружил и с легким раздражением бросил карточку к контейнеру.

И снова мне что-то послышалось. Я приподнялся, держась за корень, и осторожно выглянул. Нет, не послышалось. Через лес, сквозь водную взвесь, метрах в тридцати от меня двигались две фигуры. Женская и мужская. Мне удалось разглядеть винтовку Гаусса, висящую у девушки за спиной, и все сложилось. Анжела и Иван. Явно кого-то выслеживая, они крались на север, к подземке. Неужели меня? По времени не похоже, слишком долго. Если бы заметили у коллектора, меня либо застрелили там, либо настигли гораздо раньше. Так или иначе, а противопоставить было нечего, и я спрятался обратно. «Терпение — это лучшая добродетель, за неимением других», вспомнилось мне где-то услышанное изречение.

Рассудив, что планирование — лучший способ скоротать время, я активировал ПеГГИ. Впрочем, как оказалось, выбирать было не из чего — почти всё до подземки было «засажено» лесом. Рукотворные объекты попадались редко и обнаруживались только при большом увеличении. Я решил просто взять западнее. Кем бы ни были заняты сейчас спонсоры, они не упустят возможность устроить еще одну засаду у подземки. И было бы здорово, чтобы в нее угодил кто-нибудь другой. Я должен опередить их. Нужно двигаться быстрее, хоть это и рискованно.

Выглянув и не обнаружив никого в пределах видимости, я выкарабкался из ямы и пустился легким бегом на северо-запад.

Скоро вновь появился кустарник, поначалу редкий и чахлый, потом густой, набирающий силу, и я был вынужден продираться сквозь заросли. Влага, собравшаяся на листьях, превратила мою одежду в мокрые тряпки. В таких условиях было невозможно реагировать на изменение положения и я переключился на шаг. Если бездумно, как кабан, ломиться сквозь кустарник, то можно как кабан и закончить.

Где-то справа грохнул дробовик и тут же раздались пистолетные выстрелы. Я бросился на землю. Похоже, спонсоры настигли своих жертв. Охотник с дробовиком был недалеко от меня, пистолет отвечал дальше с северо-востока. Оттуда же доносились крики. Судя по всему, кроме пистолета у сквада не было огнестрельного оружия. Своих позиций стреляющие не меняли, второго охотника не было слышно. Я догадывался почему.

Мое предположение подтвердили неожиданно раздавшиеся автоматические выстрелы на позиции сквада, сменившиеся криками, похожими на мольбу о пощаде. Пока «дробовик» отвлекал все внимание на себя, его компаньон зашел с фланга. Судя по вибрации ПеГГИ и наступившей тишине, стрелок сквада был убит. Я активировал прибор. «Анжела победила Монегаска. Число активных участников — 80». Минус двадцать, а еще и полпути не пройдено. В скваде Монегаска было три члена. Уже два. Еще двое не прошли коллектор. Оставшиеся Изабель и Кристиан сейчас, скорее всего, закончат. Я включил карту. «Череп» Монегаска светился метрах в тридцати-сорока от меня. Недостаточно, чтобы чувствовать себя в безопасности. Растительность сыграет и за, и против, меня не увидят, но, скорее всего, услышат.

Оставалось ждать опять. Развязка не наступала. Спонсоры почему-то не торопились добивать сквад. До слуха долетал звук голосов, но слов было не разобрать. Наконец отчетливо прозвучало громкое приказание подниматься и идти. Зачем они спонсорам? В качестве обеда? Что ж, смогу спросить сам, потому что шли они в мою сторону. Я почувствовал легкую панику и заколебался, спрятаться или бежать? Подавил второй импульс и вжался в землю у куста. Вскоре показалась Изабель, идущая в авангарде. Непослушные пряди русых волос, выбившихся из пучка, налипли на усталое испуганное лицо. С несчастным видом она на автомате шла вперед и почти не смотрела по сторонам. Идущий следом Кристиан был более внимателен, обшаривал взглядом заросли, очевидно оценивая возможность побега. Показалось, что он меня заметил, кажется, даже подмигнул. Но не стал сдавать охотникам. Те шли вальяжно, чувствовали себя хозяевами положения. Иван, довольно высокий светловолосый парень, был похож на старшекурсника какого-нибудь престижного университета. Дорогая прическа, антибликовые спортивные очки, в целом холеный вид. Замыкала группу Анжела, которая могла считаться красоткой без косметики, и вполне могла быть студенткой того же университета, потрахиваясь на досуге со своим однокурсником. Предположение имело под собой основу, взгляд ее карих глаз не отрывался от ягодиц Ивана.

— Зачем все это? — подал голос Кристиан. — Почему не закончить все здесь и сразу?

— Закончим-закончим. Недолго осталось. Иди, — отмахнулся от ответа Иван.

Их скрыла листва и я перевел дыхание. Что тут «недалеко»? Что за игры ведут спонсоры? Я зашел в карту. Только на максимальном приближении нашел какое-то строение, стоящее северо-западнее. Что это, древний домик охотников, лесничего?

Я выждал пару минут и последовал за группой. Не чувствовал себя обязанным Кристиану за то, что он не раскрыл меня. На его месте я сделал бы то же самое и не ждал бы благодарности. Меня влекло любопытство и надежда, что представится возможность подложить студентикам какую-нибудь свинью.

Ориентируясь по следам, которые не могли не оставить четыре человека, я добрался до домика. Это был старый грубо исполненный сруб, но брошенным он не выглядел. С моей стороны было окно, и я не рискнул приближаться, опасаясь быть обнаруженным. Обойдя дом кругом, я обнаружил, что на северной стороне нет окон. Я подкрался к стене и двинулся по периметру в поисках места, откуда мог бы видеть или слышать происходящее внутри. Пока до меня доходил только гул мужского голоса. Оказавшись рядом с неплотно прикрытой дверью, я, наконец, смог разбирать слова.

— …вы это сделаете и мы вас отпустим, даже оставим оружие, — говорил Иван.

— Вы издеваетесь? — возмущенно воскликнул Кристиан. — Больные ублюдки!

— Инцест! Инцест! — радостно завизжала Анжела, хлопая в ладоши.

О чем речь вообще?

— Мы ублюдки? Да мы вам жизнь предлагаем, — возмутился, давясь от смеха, Иван, — а взамен всего-то предлагаем переступить через нравственный запрет. Который, как мы считаем, давно неактуален.

— Вот и трахай свою сестру, мудак! — в бешенстве крикнул Кристиан.

Иван с Анжелой начали смеяться.

Ого. Я быстро отыскал в ПеГГИ пленников. Кроме имен никаких данных. Сравнив их фотографии, я сделал вывод, что сходство определенно было.

— Такая вот дилемма, — отсмеявшись, сообщил Иван. — Ваше решение?

— Да чтоб вы сдохли, больные уроды! — закричала Изабель.

— Сделаем еще одну уступку, но последнюю — трахни ее, и мы не только оставим вас в живых с оружием, но и доставим до подземки, — проигнорировав выпад девушки, сказал «студент».

— Иди на хрен! — отрезал Кристиан.

— Считаю до трех, — сказал Иван. — Раз… два…

— Я люблю тебя, Изабель, — услышал я спокойный голос Кристиана.

От грохота чуть не вылетели стекла. За выстрелом последовали крики боли брата и ужаса сестры.

— Поживи еще немного, и посмотри, что я сделаю с твоей сетричкой, мать твою! — крикнул Иван.

Внутри началась какая-то возня. Анжела восторженно завизжала. Изабель кричала, звала брата. Донеслись звуки пощечин, треск рвущейся одежды. Крики девушки перешли в сдавленные рыдания.

Один занят, вторая тоже потеряла бдительность. Мой выход. Время выигрывать в первой локации.

Я приоткрыл дверь, осторожно заглянул. Внутри домика никакой мебели, четыре стены и все. Слева на дощатом полу скорчился Кристиан с прижатыми к окровавленному животу руками. Брат был либо без сознания, либо уже заканчивал свой Вызов. Правее лежала сестра, на которую навалился Иван. Девушка рыдала, делала слабые попытки вырваться. Анжела стояла между мной и насильником и отпускала подбадривающие комментарии. Дробовик «студента валялся на полу, как и Гаусс-винтовка. Опасность представлял только HK53, висевший у нее на плече, кстати, довольно злой SMG, как я помнил по академии. Руки охотницы были заняты какой-то дорогой на вид игрушкой, снимающей видео.

Лучшего случая не представится. Я подкрался к Анжеле. Дождался конца очередного вопля поддержки и зажал ей рот, прижав ее голову к своему плечу. Она вздрогнула, попыталась было вырваться, но тут же замерла, почувствовав холодную сталь ножа на горле. Скосив глаза, испепеляла меня взглядом.

— Минус попытка? — еле слышно спросил я ее.

Секунду она колебалась и я слегка надавил на нож. Анжела утвердительно закрыла веки. ПеГГИ завибрировала.

— Не ори, ты условно мертва. Нарушишь правила — их нарушу и я, — прошептал я, снимая с нее пистолет-пулемет.

Я зашел сбоку и, сделав разбег для лучшего эффекта, пинком по ребрам скинул Ивана с Изабели. Получилось как нельзя лучше, не ожидавший ничего подобного «студент», взвыв от боли, слетел с девушки и грохнулся на пол. Я с трудом удержался от того, чтобы добавить. Иван дернулся было за дробовиком, но остановился, увидев направленный на себя ствол HK53 и выражение моего лица.

— Минус попытка? Молю, скажи, что лучше сдохнешь! — вызывающе спросил я. Изабель, запахнувшись, с рыданиями поползла к брату.

— Ладно, минус попытка, — согласился охотник. — Но молись, чтобы тебя грохнул кто-то до того, как мы снова встретимся.

— Я буду мечтать о нашей следующей встрече, — возразил я. — Твою жалкую задницу и роскошную жопу твоей курицы, — кивнул я в сторону Анжелы, — спасли только правила. Валите отсюда к черту.

— Тогда увидимся, — Иван поднялся, с гримасой держась за ребра. Они с Анжелой взялись за руки и вышли.

Я посмотрел им вслед, с трудом сдерживая желание разрядить HK им в спину. Справился с порывом, обернулся к спасенным. Изабель успела найти в своих запасах хелс-модификатор и вводила его брату. Сделав это, она подняла на меня глаза.

— Спасибо.

— Я сделал это не для того, чтобы помочь вам. Я убрал этих двоих из локации, значит, обезопасил себя. Ну и заработал бонусы, трофеи. А то, что не стал убивать вас, это мой выбор, мое желание.

Зеленые глаза несколько секунд недоверчиво смотрели на меня. Изабель пыталась прочитать в моих глазах, что из сказанного правда. Пришедший в себя брат отвлек ее внимание.

— Черт, как больно, — застонал он. — Ты как, Изи? — девушка кивнула. — Напрасно ты потратила модификатор. Я не доберусь. Ты должна сделать это сама.

Девушка протестующе замотала головой, из глаз опять полились слезы.

— Как тебя зовут, дружище? — посмотрел на меня Кристиан.

— Кори.

— А-а, усложненный контракт. Жаль, — на лице Кристиана появилось разочарование, — я надеялся, что ты примешь сквад.

Я не ответил, отвлеченный вибрацией на руке. Новое сообщение от О.Л. гласило: «Ходишь по очень тонкому льду. Ты можешь их не убивать, действительно. Но и вступать с ними в дружеские беседы не имеешь права. Все контакты должны быть минимизированы, ты идешь по усложненному контракту, не забыл? Сейчас жюри решит выписать тебе предупреждение, и что? Догадываешься, кто явится, чтобы наказать тебя за второе?».

Догадываюсь. Два серьезных нарушения, и «за вами уже выехали». Чистильщики. Встреча с Тони или Ляксеем в их нечеловеческой ипостаси могла закончиться только моей смертью. Отнюдь не быстрой и легкой.

Я взял гаусс-винтовку и дробовик и, оставив HK (ну, вот не пожелал я взять этот трофей), молча вышел, бросив выразительный взгляд на Кристиана.

Не сомневался, что видел их в последний раз. Все просто, как любые брат и сестра они очень сильно привязаны друг к другу. Изабель не бросит Кристиана, а он не сможет дойти до конца «Отстойника». У меня были свои сестра и мать, нуждающиеся в помощи, поэтому переживать о судьбе других — лишнее. Я выбросил ненужные мысли из головы и сосредоточился на решении текущих задач, первой из которых было добраться до подземки живым. Со значительно возросшей огневой мощью это становилось более чем реально.

Я присел у раскидистого куста и проверил боезапас дробовика. Четыре в магазине, пять на стволе. Теперь гаусс-винтовка. Два заряда из четырех отстреляно. В запасе есть, по меньшей мере, один качественный выстрел. Оптика простая, без наворотов, как я люблю. Хотя вообще странно, что охотники не добавили хотя бы ПНВ.

Чувствуя приятную тяжесть дробовика в руках, я уверенно шел по локации. Спокойствие рождало посторонние размышления. Сейчас голову занимали мысли о том, почему Вызов еще не стал достоянием гласности. Ресурсы у организаторов были огромными, пусть оружие в основном было представлено старыми моделями, но и такое стоило уйму кредитов. А хелс-, клон- и ДНК-модификаторы? А слежение за игроками? За все время я не увидел ни одной камеры, но из сообщений О.Л. было понятно, что зрители видели всё. Тут не обошлось без пико-шпионов, которые стоили баснословных денег. А использование такой огромной территории? Разве возможно проводить такие забавы, сохраняя секретность? В конце концов я пришел к выводу, что правительство в курсе (по крайней мере, часть) и покрывает организаторов, получая от тех солидные откаты. Основная масса ученых наверняка против таких затей, и поэтому Вызов еще не вышел в медиа. Но выйдет, как только организаторы и толерантная часть правительства устранят влияние «гуманных» ученых. Выход в массы позволит заработать на порядки больше. В конце концов, ничего и никогда не меняется.

Кустарник расступился. Передо мной лежал долгий пологий подъем, в конце которого виднелась часть крыши какого-то строения. Судя по информации ПеГГИ, за вершиной холма шли железнодорожные пути, ведущие в подземку. Расстояние до вершины не превышало трехсот шагов, но отсутствие естественных укрытий делало восхождение по прямой крайне авантюрным предприятием. Я сняв винтовку и попытался оценить обстановку. На крыше здания никого не было, во всяком случае, я не заметил ничего подозрительного. Но это не значило, что там не было какого-то устройства наблюдения. Или стрелок отошел отлить. Я быстро осмотрел зеленый склон. Нет, не та ситуация, чтобы рисковать, лучше подняться в другом месте. Кромка леса на западе казалась ближе к вершине холма. Полной уверенности не было, потому что проклятый дождь не думал прекращаться и сильно затруднял обзор. Потенциальному стрелку с крыши работать в ту сторону будет сложнее. Даже с хорошей оптикой.

ПеГГИ дала длинную вибрацию. «Сквад спонсоров #2 достиг конца «Отстойника». Рекордное время, поздравляем!». Неожиданно и непонятно, но приятно. Многих игроков, наверное, сейчас мучил вопрос, что бы это значило. Охотники даже никого не убили. Но теперь в «Отстойнике» на пять хорошо вооруженных охотников меньше, это грело душу.

Держась кромки леса, я без приключений прошел полкилометра на запад. Вершина склона действительно оказалась значительно ближе. Я посмотрел на восток, выискивая верхушку здания. Безуспешно, даже с оптикой. Просто стена дождя. Ну и прекрасно. Я закинул винтовку на спину и сделал рывок к вершине холма. Притормозив в конце подъема, я осторожно выглянул.

Внизу поблескивала сырая поверхность рельсов. Слева стоял поезд, выгибающий хребет куда-то на север. Справа сквозь пелену дождя виднелся второй состав. Где-то дальше стояло здание, еще дальше — тоннель, ведущий к концу первой локации и бонусам. По руке прошла вибрация. Пора убраться с вершины, где мою персону могут заметить из зарослей. Я сбежал вниз и присел у колес головного вагона. Теперь можно посмотреть, что у ПеГГИ есть мне сообщить. «Изабель побеждает Стефано. Число активных участников 71». Я взглянул на карту. Череп побежденного светился недалеко от сруба. Значит, тащит брата, как я и думал. Еще вибрация. «Изабель побеждает Хуана. Число активных участников 70». Да там целый сквад, похоже. Я полистал данные о игроках. Предположение оказалось верным. В команде, нападающей на Изабель, числились еще Квадратный, Лимон, Портки.

Я тряхнул головой, выкидывая из головы взгляд зеленых глаз, который слишком уж там задержался. Глаза мамы и сестры были не менее прекрасны, не хотелось бы, чтобы они наполнялись слезами. «Выкинь все человеческое», всплыл Лискер в памяти.

Я побежал по рельсам ко второму составу. От конечного вагона уже можно было рассмотреть здание. Никаких архитектурных изысков — простая коробка серого бетона, четыре этажа, решетки на окнах. Вероятно, какое-то строение технического назначения, а поезда — часть парка. Обойдя состав слева, я двинулся под его прикрытием к четырехэтажке. Головной вагон стоял лишь в нескольких метрах от входа. Чуть дальше замер какой-то обслуживающий локомотив с краном-лебедкой. Я отметил, что все вокруг имеет вполне работоспособный вид. Отсутствие ржавчины на рельсах, блестящая лента колес вагончика. Контактный рельс на наличие напряжения я, конечно же, проверять не стал. Впрочем, ничего удивительного, «отстойник» первая локация, используется каждый Вызов и потому «обжита».

Важно было проверить здание. Рельсы тянулись на восток и уходили в тоннель под землю, но эти двести-триста метров нужно было пройти без прикрытия. И получить пулю в спину мне совершенно не улыбалось.

Я рывком преодолел расстояние, отделяющее меня от входа, и прижался к стене. Ничего. Ни звука бьющегося стекла, ни ругани, ни выстрелов. Осторожно тронул ручку двери. Не заперто. Я проскользнул внутрь. Там царил полумрак, однако не было сомнений в том, что здание давно не использовалось по назначению. Повсюду были следы грубого демонтажа оборудования, проведенного либо в спешке, либо мародерами. Оставалась кое-какая мебель, но и только. Я нашел лестницу и приступил к проверке. Крадучись, поднялся на второй этаж. Тот представлял еще более печальное зрелище, чем первый, здесь не было ничего кроме голых стен.

Выходы на третий и четвертый этажи неожиданно преградили решетки. Через прутья было видно нечто, покрытое чехлами из грубой ткани. Любопытства у меня это не возбудило. Я хотел удостовериться, что в здании нет стрелка. Оставалась крыша. Вернувшись на второй этаж, я нашел у восточной стены дверь, ведущую на внешнюю лестницу. Легонько толкнул ее стволом — открыто. Держа дробовик наготове, я осторожно поднимался марш за маршем, останавливаясь около окон и дверей. Все они оказались закрытыми. Вот и конец лестницы. Я аккуратно высунулся из-за парапета. Отлегло, засады в здании не было. Пустая плоскость кровли, пара торчащих труб вентиляции и ничего больше. Отверстия стоков в парапете не позволяли назвать позицию хорошей. Для ведения снайперского огня мал сектор обзора. А вести огонь сверху и остаться незамеченным было невозможно. Хотя при нынешних погодных условиях могут и не заметить, тем более, с бесшумной гаусс-винтовкой.

Я укрылся за парапетом и зашел в информатор. Итак, вот он вход в подземку. По линии до конечной контрольной точки километров восемь-десять. Доберусь за полтора-два часа, если, конечно, не случится форс-мажора. Я кинул взгляд на часы, времени еще вагон. Можно немного подкрепиться. Пошарив в рюкзаке, я достал припасенный на этот случай энергетический батончик и тут же отправил половину в рот.

ПеГГИ довольно долго не подавала признаков жизни. Последней была отмечена победа Изабель, около получаса назад. Сквозь хруст батончика я едва расслышал треск стрельбы. Я перестал жевать. Спустя секунду со стороны леса раздалась повторная дробь короткой очереди. Похоже на HK. Я быстро проглотил полупережёванную массу, запив ее хорошим глотком воды. Поднялся, прильнул к оптическому прицелу снайперской винтовки. Кто-то продирался сквозь заросли вдоль кромки леса. Через один из просветов я рассмотрел Изабель, почти волоком тащащую брата. Рука его обвилась вокруг ее шеи, ноги заплетались, большая часть веса приходилась на девушку. Невероятно, что она вот так прошла такое расстояние, и еще более удивительно, что она при этом отбивалась от падальщиков. В свободной руке SMG, короткими очередями которого она держала преследователей на расстоянии. Периодически в зарослях мелькали их фигуры. Остатки сквада. Огнестрельного оружия у них не было, иначе все давно бы закончилось. Они хотели взять девушку измором. Она вышла на опушку, не позволяя окружить себя, и теперь падальщики шли параллельно, перебегая от дерева к дереву. Я привел винтовку в боеготовность. На всякий случай, я не был уверен, что мне стоит вмешиваться. Да и девушка вроде бы справлялась.

Не справился Кристиан. Или раненого покинули последние силы, или он запнулся о кочку, но ноги его подкосились и он повалился на землю, увлекая за собой Изабель. Из леса к пытающейся выбраться из под брата девушке стремительно метнулись игроки. У несущегося в авангарде в руках блестело что-то вроде мачете. Я быстро прицелился и нажал на курок. Голова бегущего исчезла в кровавом тумане, а сам он после невероятного акробатического кульбита грохнулся на траву. Двое других тотчас сообразили, что к чему, и с еще большим энтузиазмом побежали в обратном направлении. Поднявшаяся, наконец, Изабель выпустила вслед яростную очередь. Мне показалось, что одного падальщика зацепило. Я активировал ПеГГИ. «Кори побеждает Квадратного. Число активных участников 69». Я снова прильнул к окуляру. Что ж, желание нападать у Лимона и Портков полностью пропало.

Я решил, что задержался дольше, чем следовало и пора бы уйти в подземку. Напоследок бросил взгляд на Кристиана с Изабель. Девушка пыталась поднять брата. Настроения бороться у него уже не было. Он что-то сказал сестре и она в гневе стукнула кулачком по земле, что-то ему выговаривая. Что бы это ни было, Кристиан зашевелился и начал подниматься.

Я закинул винтовку за спину, взял дробовик и побежал к лестнице. Уже спускаясь, почувствовал вибрацию. На площадке четвертого этажа глянул на экран и почувствовал раздражение. «Сквад спонсоров #3 одерживает победу. Мартинез убивает Лимона. Число активных участников 68». Твою мать. С чувством, что занимаюсь полнейшей хренью, я взлетел обратно на крышу. Направил винтовку в сторону восточной кромки леса. Долго искать не пришлось. Я увидел двоих уходящих в заросли игроков, видимо, преследующих Портки. Еще один спонсор нагнулся над трупом Лимона. Из чащи донеслись одиночные выстрелы. Портки, по звукам, уходил вглубь леса, в сторону сруба. Далеко он не уйдет. Время неожиданно стало поджимать. У кое-кого, правда, его вообще почти не было. Я перевел прицел на Изабель. Кристиан снова лежал, прижимая руку к животу, девушка стояла на коленях и держала его ладонь в своих. Плечи ее содрогались. Все ясно, Кристиан сдался. Силы кончились. Перед моими глазами встала картина плачущей Лины. Я был готов сделать все ради нее. Изабель не оставит Кристиана, останется с ним до конца. Я прицелился.

Вибрация. Не было нужды смотреть в информатор, я знал, что там написано. Пуля попала в сердце и Кристиан сразу затих. Девушка бросилась на тело брата. Оставалось надеяться, что прощание не затянется надолго.

Я опустил винтовку и собирался ретироваться. Но у кого-то были другие мысли на этот счет. Сильнейший удар в лоб, яркая вспышка, и я потерял сознание.

Глава 5

Я пришел в себя от упавшего на лицо солнечного света. С трудом разлепил веки. Изображение плыло, голова кружилась. Где я? Приподнявшись на локте, я тряхнул головой в попытке остановить картинку. Это было ошибкой, движение вызвало вспышку боли, от которой потемнело в глазах. Я приложил руку к голове и почувствовал под пальцами что-то липкое. Ладонь оказалась в крови. На глаза попалась валяющаяся винтовка, и память вернулась. Ощупав лоб еще раз, я решил, что легко отделался. Пуля по счастливой случайности прошла вскользь, нанеся рикошетящий удар и разорвав кожу над левой бровью. Зеркала не было, я надеялся, что этим все и ограничилось. Ну и сотрясением, конечно же. Будто в подтверждение этого меня вырвало. Отплевавшись, я прислонился к кладке вытяжной трубы. Почему меня не добили? Поленились? Решили, что я удрал? Этим предположениям очень не хватало убедительности.

Дождь закончился, пока я валялся без сознания, и «разбудившее» меня солнце уже касалось горизонта. Сколько же времени я провел в отключке? Ответы на вопросы должны быть в ПеГГИ. Многое стало ясно при попытке разбудить устройство. Надпись на экране сообщала: «Носитель мертв, доступ запрещен». Чувствовал я себя действительно паршиво, но мертвым определенно не был. Согласно исследованиям британских ученых, у мертвых не болит голова. Я хмыкнул. Глюк ПеГГИ сохранил мне жизнь, потому что дал всем ложную информацию. Оказывается, не такие уж эти устройства защищенные. Черт знает, что могло вызвать поломку. Большая часть дня прошла под дождем, да и падение вряд ли пошло на пользу. Я с сожалением посмотрел на информатор. Без карты, вслепую выбираться с локации, когда впереди минимум треть пути. Тут было чему огорчиться. Я попытался потыкать все, что можно, тряс его в надежде оживить. Никакого эффекта. Ну, делать нечего, пойду так. Я подтянул гаусс-винтовку и без особых церемоний снял оптику. Винтовка разряжена и не пригодится в подземке, вот и незачем тащить лишний вес. А прицел будет моей «подзорной трубой». Отбрасывая винтовку в сторону, я случайно ударил запястьем по кладке. По руке неожиданно прошла вибрация. О, значит и высоким технологиям нужно давать леща. ПеГГИ ожила, я воодушевленно наблюдал, как устройство прогружается. Наконец появилось привычное меню и закрутилось колесико «обновление информации». Вскоре вывалился длинный список новостей. Я пролистал его до полуденных событий. Вот: «Кори убивает Кристиана», ага, это известно и наверняка придется за это ответить… Следующее: «Сквад спонсоров #3 побеждает. Ахиллес убивает Кори». Понятно. Пока охотники преследовали Портки, их снайпер выцеливал меня. Прокрутив список ближайших к тому моменту событий, я не нашел сообщения о смерти Изабель. Видимо ушла. Я перешел в конец истории. «Сквад спонсоров #3 завершил прохождение первой локации», «Изменение статуса игрока Кори. Игрок жив. Число активных участников первой зоны — 4». Четыре? Черт, да все, кто мог, уже прошли зону! В мозг вонзилась фраза Лискера: «После заката в зону будут запущены чистильщики». Боже, Кори, ты осел! Я поднялся и доковылял до дробовика. Диск солнца уже на четверть вонзился в горизонт. Несколько жадных глотков из фляги, а затем душ из того, что оставалось, помогли прийти в себя. Я добрался до лестницы и услышал ровный гул. Такой звук характерен для работающего электродвигателя. Источник находился перед зданием и пока был не виден.

Соблюдая компромисс между осторожностью и скоростью передвижения, я добрался до площадки второго этажа и услышал голоса. Внизу шла беседа. Техперсонал, обслуживающий локацию? А, впрочем, кто бы ни был — у меня дробовик. Я вошел внутрь здания, выглянул в окно. Гул шел от технического локомотива, замеченного мной днем. Мой билет отсюда.

Я поспешил к лестнице и, уже не скрываясь, сбежал на первый этаж. Два человека, сидящие около раскуроченного оборудования, прервали разговор и повернули головы. На их лицах не читалось удивления. Почти полное равнодушие к появлению человека с ружьем. Я же, напротив, получил хороший заряд адреналина, когда заметил сетку шрамов на их лицах. Держа их в прицеле, я попятился к выходу. Пяткой распахнул дверь и выскочил наружу. В три прыжка преодолел расстояние до локомотива и запрыгнул в кабину. На пульте почти ничего лишнего, рукоятка управления как в фильмах. Я сдвинул рычаг вперед. Локомотив послушно тронулся. Из проплывающего мимо здания вышли наемники. Один из них показал на закатывающееся солнце и, ехидно улыбаясь, постучал пальцем по запястью — «время на исходе». Я не удержался и ответил невежливым жестом. Мой вагончик набирал ход и фигуры удалялись все быстрее. Кажется, до заката наемники действительно не собирались ни за кем гнаться. Я переключил внимание на дорогу. Приближался тоннель, уходящий вниз. Через полминуты локомотив ворвался во мрак подземки, где света головного прожектора едва хватало, чтобы разглядеть путь. Оставалось надеяться на встроенную автоматику, которая не позволит въехать во что-то неожиданное, или сбавлять скорость. Мне напротив хотелось ускориться, до заката оставалось всего ничего.

Я вошел в карту, до контрольной точки оставалось восемь километров. Не так много, учитывая, что у меня есть транспорт, но и не так мало. ПеГГИ уже вела обратный отсчет: «До захода солнца 4:56». Цифры спидометра дрыгались у отметки 60. Задачка получалась несложная. Если скорость не увеличить, то три заключительные минуты поездки пройдут при активности чистильщиков. Задачи которых, судя по встрече, здесь выполняют семибисты. Оставалось надеяться, что двое ближайших остались сзади и в тоннеле нет других.

Локомотив беспрепятственно скользил по трубе, время бежало все быстрее. Ближе к финишу начали чаще попадаться освещенные участки. Пролетая через какую-то станцию, я увидел человека, из последних сил бежавшего по платформе. Тот отчаянно размахивал руками, что-то кричал. До захода солнца оставалось несколько секунд.

Я решил, что ограничусь простым сочувствием. Я уже помог людям, поэтому сейчас нахожусь в заднице. Как тут не вспомнить напутствие Лискера.

ПеГГИ пискнула. Счетчик застыл на нулях, солнце зашло.

Тут же до слуха донеслась длинная очередь сзади. Я похолодел, по спине побежали мурашки. Человек на станции в кого-то стрелял. Я высунулся из кабины управления на площадку, напряженно вслушиваясь. Горло сдавили липкие пальцы страха, со станции, несмотря на расстояние, долетел нечеловеческий вой. Секунду спустя стрельба стихла. Наступившая тишина ужасала. Я почти физически ощущал смертельную опасность, надвигающуюся из черноты оставляемого позади тоннеля. Внутри начала подниматься волна паники. Я усилием подавил ее, ни к чему это, сейчас нужен был холодный разум, чтобы найти выход из положения. Первое, что приходило в голову, если бежать со смертью наперегонки, то лучше бежать быстрее. Очевидных способов увеличения скорости я не видел, а использовать метод бараньего тыка опасался, можно было добиться противоположного результата. Второе — оружие. Есть бесполезный револьвер и такой же нож. Дробовик эффективен в ближнем бою, но неизвестен уровень защиты семибистов, не говоря уже о том, что ближнего боя с ними совершенно не хотелось. Две флешки, полученные на старте, могут дать фору. Сколько еще ехать? По карте выходило, что до контрольной точки еще пара километров. Это две минуты, если сохранится скорость.

Размышляя, я не спускал глаз с части тоннеля, освещаемого задним прожектором. На границе светового пятна началось какое-то мельтешение. В кишечнике стало очень тесно. Я напряг зрение, молясь, чтобы это мне только привиделось. Нет. Через мгновение я увидел преследователей. И застыл, просто бездумно смотрел на них как кролик на змею. Прыгающего по шпалам семибиста в средневековье назвали бы оборотнем. Сохранив некоторую антропоморфность, он был, тем не менее, похож на волка. Разве что шерсть отсутствовала, но к чему она? Тело его покрывала серо-черная кожа с металлическим отливом. Возможно броня, но при этом сохраняла эластичность. Семибист чередовал человеческий бег с прыжками на всех четырех конечностях. Злобный оскал волчьей морды, испачканной кровью, не оставлял никаких сомнений о судьбе человека на станции. И моей тоже.

Второй семибист также имел бы успех в средневековье. Это была здоровенная летучая мышь. Размах крыльев твари достигал, наверное, четырех метров. Те же оскаленные зубы, отвратительное белое свиноподобное рыло, маленькие злобные глаза и огромные заостренные уши. Цвет этого гигантского нетопыря был таким черным, что имел объем, глубину, в которой терялся свет прожектора. Виднелись лишь контуры крыльев и ужасная бледная оскаленная морда. Наверное, семибист был хорош в роли ночного разведчика, способного все же и укусить.

Пока я пребывал в прострации, мутанты уверенно отыгрывали разделяющие нас метры. Когда я сбросил оцепенение, нас разделяло не более пятнадцати шагов.

Преодолевая животный страх, я выскочил на платформу локомотива и поднял дробовик. Нетопырь был чуть быстрее и опережал оборотня на пару метров. Определив его в качестве первоочередной цели, я прицелился в омерзительную морду и выстрелил. Грохот дробовика слился с негодующим визгом вампира. Дробью его отбросило назад, плавность полета сбилась. Однако видимых повреждений выстрел не нанес. Истерично работая крыльями, нетопырь пытался вернуться в авангард преследования.

Я прицелился в оборотня. Выстрел. Разгневанный рев. Как и в случае с мышью, дробь не нанесла семибисту повреждений. По телу прошло мерцание в местах попадания дроби. Силы выстрела хватило лишь на то, чтобы сбить его с шага. Нет, так не пойдет. Я дозарядил дробовик. Оставалось семь зарядов и до конца их не хватит. Чистильщики догоняли, нас вновь разделяли какие-то метры. Я опустился на колено и достал флешку. Установил на гранате минимальную задержку и легонько толкнул ее с платформы, одновременно отворачиваясь и закрывая уши ладонями. Почти успел. От вспышки уберегся, но легкую контузию получил. Семибистам повезло меньше, граната, как я и рассчитывал, рванула прямо перед ними. Нетопырь завизжал и слепо закувыркался в воздухе. Он упал на рельсы, попутно сбив дезориентированного волка. Кувыркающиеся тела пропали из светового пятна.

Неожиданно поезд начал сбавлять ход. Что за черт? Я вбежал в кабину. На спидометре светилась цифра 50. Проклятая автоматика. Взгляда на панель маршрута хватило, чтобы понять причину. Ломаная линия заканчивалась крестиком. Препятствие, завал, состав — не имело значения. Скорость снижалася. Уже 45. Сзади донесся торжествующий рев. Я достав вторую флешку и ногой распахнул дверь кабины. Оборотень несся в паре метров от локомотива. Могучим толчком он оторвался от земли и взвился в воздух. Не дожидаясь приземления, я швырнул гранату на платформу, сам нырнул вниз. Второй раз за минуту получил удар по перепонкам. Я выглянул на платформу. Семибист стоял, потеряв ориентацию в пространстве. Я выскочил, навел ствол дробовика в морду, закрытую черными когтистыми лапами. Удивляясь своему спокойствию, выдержал паузу и, когда мутант опустил конечности, нажал на спуск. Какая бы там защита ни была, мощь 12 калибра с расстояния в метр, это весомый аргумент. Под сводом тоннеля раздался оглушительный рев. Но теперь к гневным примешивались жалобные нотки. Перед тем, как оборотень слетел с платформы, я успел заметить, что выстрел нанес повреждения. Возможно, семибисты регенерируют, но некоторое время этот будет обходиться без одного глаза. Вскоре рычащий кусок ярости, бьющийся на рельсах, исчез из видимости. Я дозарядил дробовик и вернулся в кабину управления. Скорость упала до сорока километров в час. Нет, хватит. Оставалось еще около километра, и если ползти как черепаха, то твари обязательно догонят. Я осмотрел панель управления. Нашел кнопку с надписью AUTO. Я прикоснулся к ней, выскочила надпись: «Вы уверены, что желаете отключить автоматическую корректировку скорости?». Сзади раздался рев. Да что же ты никак не отстанешь? Выбрал «Да». Выскочившее уведомление привело меня в ярость. «Отключение автоматической корректировки может привести к столкновению. Вы абсолютно уверены в выборе?». «Да», твою мать! Кнопка AUTO погасла. Я выдохнул, с облегчением наблюдая, как растут цифры на спидометре.

Между тем сзади в луче прожектора вновь показался «оборотень», полморды которого было в кровавых лохмотьях. Пока скорость была недостаточна, он догонял. В течение нескольких секунд я в бессилии смотрел, как сокращалось расстояние между нами. Потом локомотив разогнался и волк злобно зарычал, он начал отставать. На спидометре светилась цифра 70. Завибрировала ПеГГИ. Сообщение от О.Л. «На такой скорости победа на уровне не будет иметь значения. Не притормозишь — войдешь в двухсоттонный поезд». Проклятье, нужен баланс. Я немного сдвинул рычаг на себя и цифра на спидометре начала уменьшаться. Я обернулся. Меньше минуты отделяет меня от победы, от столкновения или от когтей. Взгляд упал на раскачивающийся крюк крана-лебедки, установленной на платформе. В голову пришли консервные банки, привязанные к машине молодоженов. Я выскочил из кабины. Отпустить механизм удерживания троса было делом секунды. Молясь, чтобы крюк не зацепился за что-то прочное, я сбросил его с платформы. Сработало — крюк начал беспорядочно биться обо все, что попадалось в тоннеле, отскакивая от шпал, рельсов по немыслимым траекториям. Я еще немного стравил трос и, наконец, после очередного отскока крюк влетел в корпус семибиста, отбросив того к стене. Тут из кабины донеслись тревожные сигналы и я поспешил вернуться. Крестик неумолимо приближался, оставалось метров двести. Пора сбрасывать скорость, иначе я стану первым победителем, ошметки которого будут счищать на финише. Рычаг чуть на себя. Скорость снова начала падать. С платформы раздался металлический звон. Я посмотрел на лебедку. Ну что за непруха. Крюк все-таки за что-то зацепился и, натянув трос, сломал удерживающий механизм. Оборотень бежал вдоль натянутого троса, остатки которого с бешеной скоростью сматывались с бобины лебедки.

Я подскочил к крану, озаренный очередной идеей. Беглый взгляд на основание, отлично, не приварен. Болты, может, и не отстрелю, но изувечу. Четырьмя выстрелами в крепления я опустошил магазин дробовика. Увидел блестящую поверхность бобины и бросился на пол. Трос закончился, сильнейший рывок сорвал лебедку с платформы и бросил навстречу семибисту. Немалая масса металла впечатала оборотня в стену. Под аккомпанемент жалобного воя я вскочил и, бросившись к рычагу управления, рванул его на себя. Заскрипели тормоза. Но было поздно. Желто-зеленый хвостовой вагон, стоящего на контрольной точке поезда, был близко и приближался слишком быстро. Решение было принято за доли секунды. Я выскочил на платформу и спрыгнул на проносившийся мимо перрон. Сгруппировался и уменьшил тем самым число переворотов. Как по мне, получилось идеально, под колеса я не улетел. Впереди локомотив с ужасным грохотом влетел в хвост стоящему поезду.

Я торопливо поднялся, морщась от боли. Наспех ощупал себя, переломов вроде нет и ладно. Дробовик отлетел в сторону при падении. Я поднял его и похромал к лестнице, ведущей на верхний подуровень станции.

Рычание, снова раздавшееся в глубине тоннеля, заставило меня забыть о боли и взлететь наверх. Напротив лестницы меня ждала дверь, небрежно выкрашенная в черно-белые квадраты. Я, не останавливаясь, ворвался в нее и оказался в небольшой комнате. Мне навстречу шагнули два наемника с неизменными шрамами на лицах. Один из них поднял руки в успокаивающем жесте.

— Все-все! Успокойся, ты прошел зону, — сказал он. — Мы просто заберем оружие. Пока оно не понадобится.

Я всегда с осторожностью относился к чужим уверениям в «дружбе и преданности», но поскольку встречающие не проявляли враждебности, находились в человеческом облике, я позволил себе немного расслабиться. Второй наемник, в котором я узнал Тони, похлопал меня по плечу.

— Неплохая работа, — сказал он, улыбаясь, — но лучше избегай наших в зоне. Думаю, у парочки ребят к тебе большие претензии.

Первый засмеялся. Обобрав меня, наемники указали следующую дверь.

— Тебе туда, — сказал Тони. Увидев вопросительное выражение на моем лице, он добавил. — Все, что нужно, тебе расскажут там.

Я открыл дверь и оказался в большом зале. Все входящие игроки, как я понял, оказывались на сцене подобно стендаперам. Манерный Энрике, увидев меня, подскочил и включил свой словесный понос. Большинство зрителей на этот раз присутствовали лично. Они с комфортом расположились на роскошных диванах, почти все со спутницами, суть которых нетрудно было разглядеть. И все же оставались немногие спонсоры, связь с ними поддерживали через трансляцию.

— Уважаемые гости! — верещал Энрике, пока я разглядывал почтенную аудиторию. — Поприветствуем восставшего из мертвых! Перед вами — Кор-р-р-ри!

Он схватил меня за запястье и поднял руку. Некоторые спонсоры одобрительно посвистели, подавляющее большинство ограничилось ленивыми хлопками. Видимо искушенные более захватывающими зрелищами, они не считали мои похождения достойными внимания, или же просто вереница ободранных игроков их изрядно утомила. Мне, в свою очередь, было плевать на них. Энрике потащил меня в сторону панели, дублируемой здоровенным экраном сверху. Ведущий громко зачитал статистику.

— Итак, Кори! Одержаны четыре победы. Кроме этого, потрачены попытки спонсоров Ивана и Анжелы. В качестве выкупа получено их оружие. Бонусы за победы: первая победа над Эдвардом — ближний бой, преимущество в вооружении у противника — большой бонус. Вторая победа над Плохишом, добивание противника — малый бонус. Третья победа — Квадратный, выстрел в голову. Расстояние более ста метров, цель в движении — большой бонус. Четвертая победа — Кристиан, выстрел с расстояния более ста метров. Неподвижная безоружная цель. Средний бонус. И средний бонус за прохождение "Отстойника". Итог, два больших бонуса, два средних и один малый. Оружие, добытое на уровне, остается с тобой на следующем, если не поменяешь его на другое. Боезапас за счет заведения!

— Энрике! — послышалось из «зала». Мы обернулись. Голос принадлежал лысому господину средних лет со стильными усиками и бородкой. Глаза были скрыты за темными очками, несмотря на приглушенное освещение.

— Я желаю усложнить задачу игроку, — сказал он. — Патроны за бонусы. Я оплачу компенсацию за изменение правил. Двойную цену.

— Отлично, сэр! — крикнул Энрике. — Как угодно.

Лысый вложил сигару в рот, удовлетворенно кивнул. Его сосед услужливо чиркнул спичкой. Череда вспышек осветила лица, и я не особо удивился, узнав в соседе лысого спонсора Ивана. С ехидной улыбкой тот смотрел на меня.

Постаравшись ничем не выразить эмоций, я отвернулся к панели. Энрике вполголоса объяснил мне, что сейчас следует синхронизировать ПеГГИ с панелью, чтобы обменять бонусы.

— Выбор у тебя ограничен, дорогуша! — закончил он. — Почти всё разобрали до тебя, ты слишком долго добирался. Давай, действуй! — и он отошел к гостям.

Я открыл появившееся в ПеГГИ меню выбора наград. Действительно, многие позиции с призами были неактивны. Верхняя строка оставалась. К счастью, на нее ни у кого не хватило бонусов. Предлагался ОМ-модификатор со случайным обликом семибиста. Стоимость — семь больших бонусов. Сомнительно, чтобы кто-то когда-нибудь зарабатывал столько после первой зоны. Скорее всего, его поместили в меню, чтобы подразнить участников. Может, кто-нибудь и займется накопительством.

Я отключил видимость неактивных призов и покрутил список. М-да, скудный выбор. Впрочем, вот это интересно. Предлагался обмен двух бонусов на ДНК-модификатор органов чувств. Согласно общему описанию, можно получить улучшение зрения. После активации объект воздействия получал возможность отслеживать тепловое излучение. Попросту говоря, встроенный биологический тепловизор. В ночное время, в городе, где отсутствует освещение, такая способность была бы кстати. Я пролистал список доступных наград еще раз. Нет, больше ничего путного на большие бонусы не взять. Перестав колебаться, я вернулся к ДНК-модификатору и коснулся слова «обменять». Выскочила нарядная надпись, сообщающая об успешном обмене. Я вернулся в основной раздел, потратил один средний бонус на костюм, более подходящий для игры, чем мой, местами превратившийся в лохмотья, камуфляж. Согласно описанию, новый костюм обладал некоторой слабой защитой от холодного оружия благодаря прочному материалу «нового поколения, бла-бла-бла». Костюм адаптировался под фигуру человека после долгой носки и «обладал водоотталкивающими и термостатическими свойствами». В комплект также входил рюкзак из похожего материала, меняющий свой объем в зависимости от содержимого. Неплохо. Дальше я наткнулся на строчку «боезапас» и подумал, что сначала стоит определиться с оружием. Нашел в меню иконку с изображением стилизованного револьвера, коснулся ее. Вывалилась таблица. В левой колонке отображалось мое оружие. Сдав его, можно было получить доступ к оружию на замену из правой колонки. Тут я пожалел, что не забрал гаусс-винтовку. Во время бегства это казалось правильным, но теперь, когда семибисты остались позади… Ну, черт с ней. Дробовик, револьвер Плохиша, нож, оптический прицел. Пожалуй, дробовик в городе может оказаться неэффективным, например, если перестрелка случится на улице, а не в тесных коридорах. Нажал «сдать» и посмотрел, что стало доступно. Недовольный результатом, я сдал револьвер Плохиша, потом отправил в «ломбард» и нож. Выбор стал побогаче, но в основном предлагались легкие SMG. Хотелось чего-то помощнее, пусть в ущерб легкости и скорострельности.

— Бери SCAR, — неожиданно раздался знакомый голос за спиной. Я обернулся. Лискер стоял, держа стакан со спиртным и устрашающего вида сигару.

— Есть что праздновать? — поинтересовался я, указывая на стакан.

— Пожалуй, да, — улыбнулся Лискер. — Благодаря мудрой ставке я преумножил свой капитал, — и, понизив голос, добавил, — и щелкнул по носу кое-кого.

— Значит, сообщения идут от тебя, «О.Л»? — вопрос просто для порядка, в ответе я был уверен.

— Разумеется. Озмунд Лискер. Твой персональный фанат, — ответил он. — Но ты давай, не отвлекайся, меняй, что там у тебя осталось. У меня есть для тебя новости, которые поднимут твой боевой дух. Ну и презент.

Я вернулся к выбору. SCAR-L был неплохим вариантом. Возможно оптике, снятой с гаусс-винтовки, может найтись применение не только как биноклю.

— Ваши оружейники могут подготовить винтовку? Пристрелять оптику? — спросил я, не оборачиваясь.

— Результат все равно будет не очень, — ответил Лискер. — Это все-таки штурмовка. Но, конечно, они сделают, что возможно. Пройдешь «Урбан», получишь штурмовой прицел в подарок.

Ну, пусть будет SCAR. Оставшийся средний бонус я обменял на четыре полные обоймы. Возможности взять пятую не было, почти вся амуниция стала неактивной. Чтобы добить бонус, пришлось брать, что попало. Граната со слезоточивым газом стала последним дополнением. За малый бонус я взял пару хелс-модификаторов. Отсутствие «аптечек» чревато неприятностями, об этом напоминала боль от рассеченной кожи на лбу и гудящая голова.

— Закончил? — осведомился Лискер, увидев, что я деактивировал ПеГГИ.

— Да, давай твои новости.

— Пойдем. Отведу тебя к активатору. Там и расскажу.

Всю недолгую дорогу в комнату активации Лискер трепался о том, как он доволен, что выбрал меня.

— Ты обошелся очень дорого многим, — смеялся он, — на тебя почти никто не ставил. А вот «против» — многие. Кстати, то, что лысый лишил тебя халявных боеприпасов, это тоже чертовская удача. Он мог подложить тебе свинью гораздо жирнее. Анжела — его дочь, как и Анастасия. И они выходят на «Урбан», несмотря на то, что иммунитета больше нет. Благодаря тебе. Ты понимаешь, что на такой риск идут только очень разозленные люди?

— Пусть, — сказал я. — Они спят?

— Свадьба намечена на ближайший месяц, — ответил Лискер. Остановившись, он пристально посмотрел на меня. — Прими совет. Если сможешь, уклонись от встречи с ними. Если вдруг будешь держать их жизни в руках — лучше отпусти. Даже несмотря на то, что теперь имеешь право этого не делать. Бруно, тот лысый, человек взрывной. И мстительный. Понял?

— Угу, — равнодушно кивнул я. Лискер с сомнением посмотрел на меня, но все-таки не стал развивать тему дальше, и мы продолжили путь.

— Ну, вот. Прошу! — остановившись у какой-то двери, сказал он.

Войдя, я засомневался, что это то самое. Все было обыденно, никакой стерильности и технологичности, которую я представлял. В центре помещения лежала полупрозрачная капсула. В ней развалился наемник, изображающий из себя врача, белый халат и стетоскоп являли разительную противоположность грубому лицу, иссеченному шрамами. Из под халата выглядывал военный костюм.

— Что, очечков не нашлось? — не удержался я.

— Засунул их в очко такому же шутнику, — парировал наемник, — давай, ныряй.

Он вылез из капсулы, приглашая меня внутрь.

— Пока идет активация, загрузи ему это, — сказал Лискер. Обращаясь ко мне, продолжил. — Я отойду, отдам распоряжения насчет твоего оружия и прочего. Если закончишь раньше, чем я вернусь, потравите анекдоты.

Я забрался в капсулу. Полулежа, осматривал внутреннее устройство. На мой неискушенный взгляд, ничего высокотехнологичного. Материал, на котором я лежал, принял мою анатомическую форму. Надо мной наклонился «доктор» с инъектором, который почти не отличался от стандартных хелс-модификаторов, разве что выглядел посолиднее.

— Готов? — спросил наемник.

Я кивнул. Через секунду в шею вошла игла. Захлопывая крышку, «доктор» подмигнул мне:

— Процесс займет минут пять. Может быть неприятен. Это как повезет. И да, приятного просмотра.

Сквозь крышку я видел его силуэт, наемник что-то делал. Перед моим лицом появилась голограмма. На застывшей картинке, ожидающей пуска, замерли мама и сестра. Снаружи донесся глухой голос наемника.

— Чего? — громко переспросил я.

— Ничо! — громко ударил по ушам звук внутреннего динамика. — Включишь видео сам, когда захочешь. Запускаю активацию.

Я напрягся в ожидании необычных или болезненных ощущений. Однако ничего особенного не произошло. Только на мгновение закружилась голова. Полежав на всякий случай еще несколько секунд без движения, я запустил видеоряд, оставленный Лискером.

Судя по непринужденному поведению, мама и сестра не знали, что их снимают. На видео между тем порой показывались такие детали и на таком расстоянии, что не заметить обычную камеру бы невозможно. Значит, как и в Вызове, использовались пико-шпионы. Мама и сестра, видимо, направлялись на лечение. Помимо воли на моем лице появилась улыбка. Трудно было поверить, что я не видел их всего сутки, казалось, прошел минимум месяц… Черт возьми, куда все пропало?

— Эй, — заорал я, стуча по крышке капсулы, — уроды, вас не учили держать резервный источник питания на такие случаи?

— О чем ты, мать твою? — услышал я голос «доктора».

— Я ничего не вижу, — сообщил я взволнованно, поняв, что отключились мои глаза, а не оборудование.

— Такое бывает, — покровительственным тоном сказал наемник. — Не кипишуй, скоро все придет в норму.

В тревожном ожидания прошла минута. Зрение вернулась так же внезапно, как и пропало. Я облегченно выдохнул.

— Ссыкло, — раздался в динамике насмешливый голос.

Оставив этот эпитет без комментариев, я вернулся к видео.

На нем моя семья проходила активацию. Обстановка была поприятнее, чем здесь, но в целом активатор был тот же. Потом были кадры возвращения домой. Порадовал довольно посвежевший вид родных. Болезненность прошла. Затем на видео появился человек в белом халате, более подходящий на роль доктора, чем мой наемник. С умным видом поправляя очки, доктор рассказал о прошедших процедурах. «В общем и целом процедура активации прошла успешно, больные чувствуют себя хорошо, можно резюмировать, что на данном этапе проблема решена». Что, черт возьми, он имеет в виду под «данным этапом»? «К сожалению, в случае со старшей женщиной, можно прогнозировать скорое возвращение проблем, вероятно с другими органами. Так что повторные процедуры не исключаются. У девушки на данную минуту все хорошо, но вероятность развития таких же осложнений, хоть и значительно меньше, но все-таки есть». Доктор начал было развивать тему, уйдя в одному ему понятную терминологию, но монтажер посчитал, что это уже неважно. Доктор пропал и на его месте появился Лискер. «Как видишь, мы выполнили нашу часть контракта, твои родные в порядке. И времени у них довольно много. Но, — он поднял палец, — нельзя игнорировать то, что говорил доктор. Трудности не закончились. Я готов предложить тебе решение. Строго между нами, почти никто не считает тебя претендентом. Случаи выживших с сложными контрактами единичны и случайны. Однако, я считаю тебя звездой. Ну, скажем, не сложившейся еще. Но потенциал, чтобы ею стать у тебя есть. Даю тебе стимул. Ты хотел бы, чтобы твои родные не испытывали проблем до конца дней? Это возможно. Для начала выживи. По контракту ты можешь выйти после «Болота». Откажись, пройди все локации и сможешь провести такие же процедуры своей семье в следующий раз. Я постараюсь убедить Совет предложить тебе контракт сотрудника. Ты как минимум сможешь стать чистильщиком. Модификация, разумеется, за счет компании. Не спеши с ответом, время подумать есть. Удачи!». Картинка застыла, выскочила надпись: «ролик завершен». Я переключил внимание на внутреннюю отделку капсулы и обнаружил, что со зрением происходит что-то странное. Изображение подрагивало, палитра менялась.

Я закрыл глаза и погрузился в размышления. Лискер, конечно же, имеет свои соображения. Очевидно, что есть какой-то внутренний тотализатор и он, возможно, действительно поднял на мне неплохую сумму. Все эти похвалы, поцелуи в жопу, сочувствие… Не верю. Мало что изменилось, я выиграл только немного времени, активация родных не последняя, а значит, нужны будут еще модификаторы. Но он не давит, а предлагает хороший контракт. Но так ли он хорош, как кажется?

Поток мыслей прервала внезапная вспышка острейшей боли в голове. Не в силах сдержаться, я заорал. Болевой импульс за секунду пробежал по всему телу и исчез так же неожиданно, как появился.

Крышка поднялась, «доктор», ухмыляясь, смотрел на меня.

— Незачем так орать, держи свои восторги при себе! — сострил он. — Вылезай.

Я осторожно поднялся, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Все как обычно.

— Погоди-ка, — сказал наемник и выключил свет. — Что-нибудь видишь? Какие-то изменения?

Я вглядывался в темноту.

— Нет, никаких изменений.

— Ничего, — сказал наемник, — этому надо будет научиться. Контролировать новую способность. Побудешь в темноте подольше — научишься.

Он включил свет. В комнату вошел Лискер.

— Пошли, твои шмотки готовы. — сказал он. — «Урбан» ждет.

Я молча последовал за ним, а наемник опять развалился в капсуле активатора и бросил вслед:

— Удачи!

Глава 6

Наконец-то я смог избавиться от своего изодранного и уже начинающего пованивать камуфляжа. Зашвырнув его в угол комнаты, я облачился в свой новый костюм.

— Тебя устроило видео? — спросил Лискер. — Или есть какие-то вопросы?

Вопросы были, но, поскольку я был уверен, что прямых ответов не получу, то и задавать их счел бессмысленным. Молча рассматривал полученную штурмовую винтовку.

— Сделали, что смогли, — кивнул на оптику Озмунд, — но, сам понимаешь.

Я ограничился коротким кивком. Лискер, прищуриваясь от сигарного дыма, наблюдал, как я рассовываю запасные обоймы по разгрузке.

— Не буду повторять то, что было сказано, торопиться некуда — думай… О правилах в «Урбане» посмотришь информацию в ПеГГИ. Загрузится по прибытии… Погоди, — остановил меня он, видя что я закрываю рюкзак, — у меня есть для тебя подарок.

Я вопросительно посмотрел на него. Он достал какой-то предмет.

— Бруно может сколько угодно надувать щеки и изображать бога, но я считаю, что у его щенков и так преимущество перед обычными игроками. Кроме того, я, как твой персональный фанат, могу оказывать тебе небольшую поддержку. В «Отстойнике» ограничился советом. Пусть теперь будет что-то материальное. — он протянул мне устройство. По внешнему виду оно было очень похоже на мину направленного действия. — Это «часовой». Устройство слежения и оповещения. Но на мину он похож не случайно. Можно его использовать и таким образом, но лишь один раз, — улыбнулся он.

— Спасибо, — поблагодарил я его. Скрытые мотивы скрытыми мотивами, но помощь он оказывал, и благодарил я его от души.

Засунув «часового» в рюкзак, я вопросительно посмотрел на него.

— Готов? Неужели не хочешь пожрать?

— Хочу, — напряженный день закончился. На одном адреналине долго не продержишься, сейчас я чувствовал усталость.

— Перекуси в пути, — Лискер бросил мне сверток. На пакете был изображен радостный цыпленок с поднятым большим пальцем.

Снова следуя за Озмундом, я попал на какую-то замызганную лестницу. Кажется, игра в «Урбане» начнется с подземки. Лискер указал на стоящий у перрона короткий состав.

— Тебе туда. Удачи.

Повернувшись, он пошел обратно. Уже входя в раскрытые двери вагона, я услышал сзади голос Лискера.

— Кори! — Он стоял на верхних ступеньках. — Ты же помнишь, что запрет на вступление в сквады снят? — Я кивнул. — Выбор должен быть мудр и договариваться лучше, находясь в безопасных местах. Поспешный выбор может сильно осложнить прохождение. Сейчас ты тащишь себя. Попав в плохой сквад, ты будешь вынужден тащить еще трех-четырех идиотов. Всё!

Он ушел. Совет был хорош. Я вошел в поезд. Из кабины высунулся очередной наемник, с виду азиат.

— Располагайся, ехать минут десять.

Я плюхнулся на сиденье. С легким скрипом сомкнулись двери. Поезд мягко тронулся и, разгоняясь, покатил в темный зев тоннеля. Отставив штурмовку, я решил, наконец, отдать должное желудку. Из развернутого пакета вырвался и ударил в ноздри восхитительный запах приготовленного на гриле цыпленка. Чуть не уронив пакет, я оторвал первое, что попалось под руку, и вонзил зубы в мясо. Минуты не прошло, а я держал в руке обглоданную начисто кость. Утолив первый приступ голода, я уже без спешки оторвал следующую конечность. Вкусная еда радует человека. Конечно, птица с гриля, это не предел мечтаний, но сейчас она просто вернула меня к жизни. Вот вроде бы и понятно, что по-прежнему в жопе, но уже кажется, что не в такой глубокой, как раньше. Пропало ощущение безнадеги. Прикончив половину птицы, я завернул остатки и после некоторого колебания закинул в рюкзак. Пришло время ознакомиться с «Урбаном», получить информацию и проанализировать ее. После активации ПеГГИ тут же выскочил конверт с восклицательным знаком, требующий немедленного ознакомления. Открытый инфофайл вывел на экран уже начинающее надоедать лицо Лискера.

«Добрый вечер, игроки. Вы приступаете к прохождению второй интереснейшей зоны — «Урбан». Эта игровая территория представляет собой брошенный в результате эпидемии город. Территория велика. Как, наверное, многие из вас уже догадались, это место, известное как Дохлоград. И называние это не случайно. Но при этом полностью мертвым он никогда не был.

Вы начинаете с разных станций, некоторые — с одной, но с разницей по времени, исключающей ранний контакт. Целью по-прежнему будет достижение конечной точки, но, в отличие от предыдущей зоны, она не определена изначально и для каждого игрока может быть своя. Дойдя до этой точки вы будете эвакуированы — вас заберут. Информация о маршруте может быть получена в процессе игры. — Лискер поднял палец, акцентируя внимание на следующем предложении. — Получить информацию можно лишь одержав победу. Сделав это, вы получаете часть маршрута, а возможно и весь, до точки эвакуации. Если это только часть, то придется повторить успех.

Вас осталось значительно меньше, чем обычно на этом этапе, поэтому мы внесли некоторые дополнительные разрешения. Для побед вы можете уничтожать чистильщиков, присутствующих в зоне. Они не могут вас атаковать, пока вы не нападете на них. Мой совет — оставьте этот вариант на крайний случай. Наиболее гуманным будет другой вариант. В этом городе полно антропоморфных существ, которые могут вести себя довольно агрессивно. Как я говорил, город не мертв. Эти существа — вероятно результат какого-то эксперимента ученых. За убийство такого существа вам также станет доступна часть маршрута, но небольшая, поскольку, несмотря на агрессию, существа обычно плохо вооружены. Вот в все, что я должен был вам сообщить. Удачи!»

Я в задумчивости посмотрел на мелькающие огни тоннеля, переваривая информацию. Выделил в стекле свое отражение и автоматически дотронулся до лба. После активатора рана затянулась. Приятный бонус. Вернулся к ПеГГИ, вышел в главное меню. Первое, что мне хотелось выяснить, сколько это — «значительно меньше». Согласно информатору, число активных игроков в зоне «Урбан» — 44. Я присвистнул.

Выяснилось, что около десятка игроков воспользовались правом выйти из игры, достигнув конца первой зоны. Информатор завибрировал, сообщая о новом событии. Свежая новость гласила: «Игрок Кори входит в «Урбан». Число активных участников — 45». Поезд сбросил скорость. В окна ворвался свет огней очередной станции. Заскрипели тормоза. Вагон остановился. Высунувшийся из кабины наемник проорал, изображая кондукторов из старых фильмов:

— Конечная, освобождаем вагон!

Со скрежетом раздвинулись створки. Нехотя поднялся я с удобного сиденья. Эх, после вкусной еды отдохнуть бы. Закинув рюкзак на спину, я взял винтовку и вышел. Сзади захлопнулись двери, и вагончик с шумом сорвался с места, пропав в темном тоннеле. ПеГГИ выдала череду вибросигналов, вызвав сомнение в работоспособности устройства. Да что такое? Оказалось, все было оправдано. «Загружен файл «Часовой»». «Загружена карта «Урбан». «Доступен чат». «Доступны личные сообщения с игроками». Что-то новое. Ответив утвердительно на вопрос намерении войти, я попал в чат. Там было пусто, только оповещения о входе-выходе. Кажется, никто не жаждал общения. И, разумеется, все сохраняли инкогнито, оставляя никнеймы по умолчанию. Я стал «Игрок_045». Ну, класс. Анонимность — уровень бог. Закрыв окно чата, я вошел в карту.

В обычной жизни с развлечениями было туговато. Одним из любимых способов провести досуг для меня был доступ к кибербиблиотеке. Наслушавшись историй о жизни в городах до пандемии, я не преминул исследовать брошенные мегаполисы в составе виртуальных экскурсий. Уделяя основное внимание ближайшим. Дохлоград посещал не меньше ста раз и довольно неплохо ориентировался в городе. Разумеется, в том виде, каком он существовал до эпидемии. После того, как его бросили, он стал запретной зоной. Сначала из-за карантина. Когда с болезнями научились справляться, запрет снимать не стали. Ходили, впрочем, слухи о полулегальных экскурсиях. Ну и теперь понятно, какого рода круизы тут устраивают.

Несмотря на воцарившееся в городе запустение, основные ориентиры оставались на месте, поэтому я без труда определил свое местонахождение. Это был район, считавшийся до эпидемии зеленой зоной в закованном в бетон городе. Через располагавшийся неподалеку парк несла свои воды река. Неширокая, но достаточно глубокая для судоходства. Парк начинался южнее станции и простирался почти до границы мегаполиса. На границе с зеленой зоной, почти напротив подземки, располагался громадный развлекательный город для детей. На севере начинался район развлекательно-деловых застроек. Стекло и бетон. Сейчас меня и первые здания разделяла площадь, тянувшаяся на пару сотен метров, забитая скульптурами, фонтанами и прочей ерундой. Меня интересовало, здание располагавшееся за ней. Это был высокий отель, значительно возвышавшийся над другими строениями. Тот, кто занимает верхнюю позицию, имеет преимущество. Кроме того, это было ближайшее здание. Нужно было разработать стратегию в спокойной обстановке. В подземке я не чувствовал себя в безопасности. Чувствовалось какое-то напряжение. Возможно, это было подсознательно. Но в памяти был еще слишком свеж образ скачущего по шпалам семибиста. А может нехватало пару часов сна. Провалялся полдня в «Отстойнике», но свежести восприятия и тонуса в мышцах несколько недоставало.

Определившись с первоначальным планом действий, я взял SCAR наизготовку и отправился к выходу. По ступенькам пыльной лестницы я попал на верхний уровень станции. Единственный приличный источник освещения остался за спиной. Наверху не было даже искорки света. Каким образом я должен научиться «запускать» тепловидение оставалось загадкой. Впрочем, здесь от него не было бы толка. Поторопившись шагнуть в глубину зала, я тут же довольно ощутимо (и шумно) ударился обо что-то ногой. Я выругался, и, решив, что шумом демаскирую себя не меньше, чем светом, включил фонарик. Слабый луч выхватил из темноты наваленный пластик, металлические детали. Кое-где в лежащем хламе с трудом узнавались дорожные сумки и чемоданы. Вдоль стен лежали осколки частично отвалившейся плитки. Наконец я нащупал лучом зев эскалатора. Бесшумно лавируя между разбросанными на полу вещами, я добрался до первых ступенек, посветил в горло тоннелю. Конца не видать.

Подъем занял пару минут. Поднявшись, я оказался в брате-близнеце зала, оставленного уровнем ниже. За одним приятным исключением — здесь был выход на поверхность. Лестницу, ведущую наружу, и часть пола перед ней серебрил лунный свет. Я выключил фонарик, ставший ненужным. Сделал шаг к выходу и замер, судорожно сжав винтовку, на ступени упала длинная тень. Судя по форме, тень принадлежала человеку… ну или кому-то антропоморфному, кажется, так сказал Лискер? Я медленно приблизился к подъему, избегая пятна света на полу. Прислонился к стене, ожидая действий со стороны гостя. В его поведении чувствовалась неуверенность. Он поворачивал голову в разные стороны, как будто не мог определиться с направлением. Во мне крепла уверенность, что это не игрок. Нехарактерное поведение. Никакой осторожности. Такие игроки остались в "Отстойнике".

Похоже, переступая с ноги на ногу, я оказал предельно возможное для стены воздействие. Нескольких плиток с ужасным грохотом посыпались на пол. Человек наверху ухнул от неожиданности и молниеносно отпрыгнул от входа. Послышался быстро удаляющийся топот. Человек отличался удивительным проворством, я почти сразу бросился наверх, но успел увидеть только смутную тень, скрывшуюся за каким-то павильончиком парка развлечений.

Похоже, я встретил одно из населяющих Дохлоград существ, которых упоминал Лискер. Не зная, что они собой представляют, я воздержался от преследования. Тем более, его поведение шло вразрез со словами Озмунда, агрессии не было и в помине.

Предоставив незнакомца самому себе, я оценивающе осмотрел площадь. Было тихо. Поредевшие ряды скульптур серели под лунным светом, отбрасывая причудливые тени на плитку. Лавируя между сомнительными шедеврами городской скульптуры, я поспешил к гостинице, темное здание которой нависало над площадью. Лунный свет, хотя освещал путь, сильно нервировал. Игроков разводили по времени, но на сколько? Нельзя было поручиться, что где-нибудь рядом нет засады. В мертвом лунном свете моя фигура отлично просматривалась на практически лишенной укрытий площади. Поэтому я несся вперед, огибая скульптуры, подобно футболисту-дриблеру. Наконец, я достиг границы тени, отбрасываемой зданием, где мог чувствовать себя увереннее, а спустя секунды уже прижимался к стене, восстанавливая дыхание. По-прежнему стояла мертвая тишина, вокруг не было никакого движения, на площади замерли жуткие в лунном свете скульптуры. Не было даже ветра, который мог бы всколыхнуть редкую травку, пробивающуюся между щелями в плитке. Ощущение нереальности было запредельное.

Я двинулся вдоль стены. Двери, когда-то стеклянные, были распахнуты. Пол устилали крошки и мелкие фрагменты отделочных материалов. Проклиная все на свете, я прошел внутрь по хрустящему под ногами месиву. Уже через несколько шагов я был вынужден включить фонарик. Следуя по холлу, миновал стойку администратора, лифты. Створка дверей одного была приоткрыта. Терзаемый смутным предчувствием, я направил луч фонаря внутрь. Пусто. Просто нервы.

По мере продвижения вглубь здания мусора становилось меньше, и вскоре я мог ступать совершенно бесшумно.

Недалеко от лифтов обнаружился выход на лестницу. Я поднялся на первые ступени, и, выключив фонарик, вернулся в коридор. Замер, прислушиваясь и вглядываясь в темноту. Постояв с полминуты и так ничего и не услышав, включил свет и приступил к подъему. Не было желания и времени полностью осматривать каждый этаж, но я, тем не менее, выглядывал в коридор каждого этажа.

К десятому этажу начали сдавать нервы. Ни шороха, ни вибраций, абсолютная тишина, не считая моих осторожных шагов. Но вокруг ощущалась неуловимая враждебность. Я понимал, что это психология, но как убедить себя в безопасности, находясь в темноте, где даже луч фонарика больше пугает. Того и гляди осветит то, что ты не захочешь видеть. Например, загадочных существ Дохлограда, неизвестно что из себя представляющих. Или наткнуться на развлекающегося семибиста. Вынырнет из темноты страшная рожа — и попробуй не разрядить в нее весь магазин. Сами нападать не могут, но спровоцировать вполне. И попробуй потом докажи, что хотел поздороваться.

Я тряхнул головой, пытаясь выбросить начавшие преследовать меня образы и сконцентрироваться. Получилось отчасти. Решил, что исследование коридоров можно отложить до утра (или вообще проигнорировать), и взбежал на последний этаж. Там я повторил процедуру восстановления дыхания и прослушки. Снова ничего.

Коридора на последнем этаже почти не было, это был пентхаус. Короткий путь от лестницы был покрыт тем, что когда-то было ковром, и вел к широкой двустворчатой двери, похоже из настоящей древесины. Между створками чернела узкая полоска — дверь открывали, и, судя по глубоким царапинам, не прибегали к помощи ключа. Легонько толкнув стволом винтовки одну из створок, я проскользнул внутрь. Быстро осмотрелся. В центре большого помещения выделялась пафосная винтовая лестница, ведущая на крышу. Насколько я помнил виртуальные экскурсии, наверху должна быть терраса, что-то вроде сада, и, кажется, бассейн. Я был почти уверен, что это то самое место.

Осмотр помещения выявил почти полное отсутствие мебели и прочих предметов интерьера. Я прошелся по четырем комнатам, располагавшимся по периметру. Там тоже не было ничего интересного и я вернулся к двери. Нужно было попытаться как-то ее заблокировать. В очередной раз беспомощно обвел взглядом пустую комнату. Проклиная мародеров, ограничился в итоге куском провода, связав ручки дверей. На какое-то время это задержит незванных гостей. Позднее я планировал добавить «Часового».

Оставалась крыша. Выключив фонарик, в нем не было нужды, ступени прекрасно освещались рассеянным светом луны, я поднялся наверх, держа винтовку наизготовку. Ожидания оправдались, я оказался в терраске панорамного остекления, сохранившей даже элементы интерьера. Видимо мебель не проходила в лестничный проем и ее оставили. Повертев головой и не обнаружив никакой опасности, я поднялся. Луна прекрасно освещала поверхность крыши. Спрятаться на ней было почти негде. Сомнение вызывал только бассейн в дальней части. Чтобы полностью рассеять сомнения, я дошел до него. Ничего, кроме запаха застоявшейся воды. Уровень едва достигал половины. Немного расслабившись, я обошел крышу по периметру и вернулся под защиту терраски, поднялся неприятный ветерок.

Плюхнувшись на диван, я решил, что пора довести уровень безопасности до максимально возможного уровня. Активировав ПеГГИ, я отыскал полученное описание «Часового». Для понимания принципа управления хватило поверхностного изучения. Засунув в карман разгрузки прилагающиеся наушник-бипер и микромонитор, я спустился вниз. «Часового» установил у стены так, чтобы в сектор обзора попадал и вход, и ведущая на крышу лестница. Занимаясь установкой, почувствовал вибрацию ПеГГИ. Я уже научился различать сигналы по длине и знал, что это личное сообщение. Отложив прочтение «на потом», я продолжил заниматься своим интересным делом. Активировав наблюдение на «Часовом», я вышел в его сектор «обстрела» и присел на ступеньки, чтобы оценить работу устройства. Еще не достав бипер, услышал его комариное пищание. Оставив его в покое, я выудил один монитор. На рябящей картинке кое-как просматривались освещенные ступени лестницы и моя застывшая фигура. Я поднял руку и помахал. Мой двойник на экране повторил движение, пусть не плавно, но хотя бы без значительных задержек. Замечательно. Если кто-то и сможет бесшумно открыть дверь, то попадет в зону обнаружения часового.

Считая задачу обеспечения безопасности выполненной, я в хорошем настроении вернулся на террасу. Сбросив с плеч рюкзак и положив винтовку на столик, я развалился на диванчике. Теперь можно и стратегию поведения в локации разработать. Но сначала посмотреть, что за сообщение в личке. Взглянул на экран ПеГГИ, я удивленно поднял брови. «Игрок-32» прислал вам сообщение. Тема: Грег. Разрешить Игроку-32 присылать вам сообщения?». После моего разрешения на экран выскочило окно чата. Включив голосовой вариант сообщений, я услышал Грега.

— Рад, что ты выжил. С уважением, Гарибьюзи!

— Рад слышать тебя. Хотя не понимаю, почему ты еще в Вызове, зачем тебе вторая зона? — послал я ему сообщение.

Через минуту Грег ответил:

— У меня есть причина, которую я пока не готов озвучить. Извини, что не сразу ответил, шифруюсь от своих.

— Ерунда, я никуда не спешу. Что у тебя с местами в скваде? — спросил я.

— Ну, как сказать, — Грег замялся. — В «Отстойнике» мы потеряли одного. Но на освободившееся место мы взяли другого игрока, ты-то числился мертвым.

— Ну, ладно, если место опять освободится — зови.

— Ты, понимаешь, — Грег продолжал тянуть резину, — тебе не стоит идти в мой сквад. Вообще не стоит попадаться на пути.

У меня округлились глаза, вот это номер.

— Скажешь почему? — спросил я. — Давай, выкладывай!

— В общем, новый член моего сквада имеет к тебе серьезные претензии, — и, подчеркнув местоимение, он добавил, — она всерьез рассчитывает тебя грохнуть.

«А-а-а-а, — протянул я про себя, — ясненько, понятненько».

— Ну что же, — после некоторой паузы ответил я, — причины у нее действительно есть… Но это не помешает нам делиться информацией, так?

— Конечно, — ответил Грег, — между нами ничего не изменилось. Я уверен, что у тебя была причина поступить так. Есть даже кое-какие соображения. Подтвердишь или опровергнешь догадку?

— Скажем так, у меня была причина, которую я пока не готов озвучить, — ответил я его словами, — хотя, конечно, то, что я сделал — непозволительная дурь… Ну так что насчет интересной информации? Маршрут свой открыли?

— Из любопытного могу сообщить, что по всему городу раскиданы точки неизвестного назначения. У каждой свой номер, обычно трехзначный. Лискер ничего про них не говорил.

— Интересно, — я начал что-то припоминать. — Пробовали добраться до ближайшей?

— Были планы. Но там неподалеку оказались твои друзья. Ты же в курсе, что первый сквад спонсоров остался в игре?

— Слышал такое, — поморщился я. — Был контакт?

— Нет, на ПеГГИ прошла информация, что они кого-то там убили. Мы не успели дойти. И решили отступить, хотя она была против.

— Да. У нее есть основания желать смерти и им. И зачем это загадочное «она»? Говори прямо — Изабель.

— У нее слух как у летучей мыши. Что у тебя есть?

— Ну… я видел чистильщиков. Это семибисты, что, впрочем, было ожидаемо.

— О как! — протянул Грег. — Как отбился?

— Спасся бегством. Немного удачи, и вот я здесь.

Я вкратце рассказал Грегу о своем путешествии в подземке.

— Ты знаешь, — со смехом сказал он, — ты просто притягиваешь к себе новых друзей.

— Да, меня все любят, — в свою очередь рассмеялся я.

— Есть еще интересный момент, — сказал Грег. — Ты заметил, как быстро прошел первый уровень второй сквад спонсоров? По слухам, эта группа имеет какие-то дела в Дохлограде. Отстойник их не интересовал. Может, они из оппозиции к ученым.

— Ты считаешь она есть?

— Почему нет? Впрочем, это все догадки и слухи, — заключил Грег, — на истину не претендую… Ну что, все на этом?

— Да, пожалуй. До встречи. Отбой.

— Пока.

Я в задумчивости посидел пару минут. Затем открыл историю событий и отыскал информацию об убийстве, совершенном взводом Ивана и Анжелы. Тапнув по имени убитого, нашел на карте место, где тот погиб. Пара километров от меня. Совсем близко. Что там говорил Грег про точки с циферками? Покрутив карту, я нашел отметку. 099. Почему мне кажется это знакомым?

Хлопнул себя по лбу, вспомнив яму в редколесье «Отстойника». Какой был номер на карточке? После непродолжительного поиска в информаторе я нашел сообщение об открытом доступе к чему-то под номером 101. Жаль, не попал. С другой стороны, где 99, там и 101, возможно, что точки рядом. Складывалась интересная ситуация. У меня было жгучее желание сыграть на опережение и навалять скваду спонсоров. Совершив убийство, они раскрыли свое нахождение, но кто поручится, что остались там? Мне пришло в голову, что раз моя персона для них первоочередной приоритет, то они будут ждать, пока я не раскроюсь, «одержав победу». И когда это произойдет, они отправятся по мою душу. «А пускай», — начала созревать мысль.

Рассеянно крутя карту, я находил эти загадочные точки. Но не все. К моему неудовольствию не было и 101. Через некоторое время бесплодные поиски меня утомили и я деактивировал ПеГГИ. У меня оставалось еще одно неразрешенное дело. Я прошелся по комнатам. Удовлетворенный полной темнотой в одной из них, сел на пол и положил ладони на колени. Следующие пять минут я занимался попытками обнаружить тепло кистей рук. Ничего не происходило. Перед глазами была только темнота. Я в раздражении снова вошел в ПеГГИ и несколько минут пытался найти хоть какие-то намеки как пользоваться новой способностью. Безуспешно.

Уже отправившись наверх, чтобы вздремнуть до рассвета, я остановился, озаренный другой мыслью. Что, если тепла рук недостаточно для первоначального «запуска»? Что, если более нагретое тело удастся рассмотреть быстрее? Поискав в разгрузке, я выудил зажигалку. Щелкнул пьезоэлементом и минуту держал ее зажженной с закрытыми глазами. Когда жар стал невыносим, погасил пламя. Раскаленная сталь понемногу гасла в темноте. Вскоре свечение пропало. Вздохнув, я коснулся пальцем металла. Тут же отдернул его, температура все еще была высока. И как будто именно этого прикосновения не хватало, я, наконец, «прозрел». Разогретая часть зажигалки явно выделялась в темноте. Не вполне уверенный, что это то самое, я поднял руку. Мгновение, и я не смог сдержать радостного восклицания, я видел и ладонь. Это было волнующе. Как будто в цветовую палитру, к которой человек привыкает с рождения, добавился еще один цвет. В некотором роде он был близок к красному, но, естественно, это очень приблизительное описание. Четкость слаборазогретых «вещей» оставляла желать лучшего, но все же достаточно, чтобы иметь кое-какое преимущество. Я был уверен, что на расстоянии в несколько десятков метров смогу обнаружить противника. Была надежда, что способность со временем или опытом усилится.

Чувствуя радость ребенка, получившего новую игрушку, я забавлялся новой способностью. Нагревал предметы и рассматривал их, меняя расстояние и теплоту нагрева. Я провел за этим занятием не меньше часа, пока, наконец, не «наигрался», и направился назад на террасу. Пребывая в приятном волнении, я не сомневался, что не усну, и решил еще раз отдать должное цыпленку Лискера. На диванчике, становящимся все более родным, я с удовольствием съел еще четверть птицы. Завернутые в пакет остатки закинул под стол, надеясь, что до утра пища не испортится. Напившись воды, я вытянул ноги, насколько позволяла длина диванчика, и засунул в ухо бипер «Часового». Монитор поставил на стол, в качестве опоры использовав флягу. Лестница, освещенная луной, по-прежнему смутно отображалась на экране. Под боком лежал SCAR. Чувствуя себя уверенно, наверное, впервые за последние сутки, я закрыл глаза. Вместо баранов я стал просчитывать тактические варианты. Мысли однако путались, постоянно перескакивая с одного на другое. Тепловидение. Грегори. Изабель. Зачем я так подставился? Я ее не знаю… Интересно, в игре ли Вождь. Жив ли Кид… В конце концов, я провалился в сон.

Глава 7

Мешанина мыслей перешла в дикий коктейль кошмарных эпизодов и нелогичных происшествий. Снился Лискер, снилась мама и сестра, которые, по уверениям Озмунда, заболели сильнее. Снилось, что я иду на встречу с родными, но неожиданно они превратились в семибистов и набросились на меня. Я снова очутился на поезде и тщетно пытался увеличить скорость, давя на рычаг. Вагон бешено мчался по тоннелю, но монстры догоняли. В какой-то момент я увидел Кристиана, сидящего на полу в кабине. В груди его зияло отверстие от выстрела, но, как ни странно, он был жив и пытался мне что-то сказать. У меня не получалось разобрать его слова из-за шума локомотива. Жестами он попросил меня приблизиться. Приложив ухо к его губам, я вслушался. Неожиданно громко он закричал: «бип-бип-бип!».

Я подскочил на диване, проснувшись. В ухе продолжал истошно верещать бипер, усиливая дезориентацию от нахождения в незнакомом месте. В раздражении вытащив наушник, я, наконец, сообразил, где нахожусь. Быстро и бесшумно подготовил винтовку к стрельбе и схватил со стола монитор «Часового». На экране были видны только слабо освещенные ступени лестницы. Я сполз с дивана и подобрался поближе к спуску. Снизу доносились еле слышные звуки, шорохи. Предполагая, что кто-то пытается вскрыть двери, я отполз за диван, наиболее удаленный от выхода. Сориентировался по времени, проспал часа четыре. Я переключил внимание на монитор «Часового» и замер в ожидании. Пара томительных минут, и в кадре появился силуэт, крадущийся к лестнице. Насколько позволяла судить картинка, гость был не вооружен. И фигура была какая-то щупленькая. Я ждал. Подойдя к подножию лестницы, гость задрал голову наверх и замер в нерешительности, но потом все же покрался по ступенькам. Я встал на одно колено, положил монитор и уперся свободной рукой в пол. В напряжении, готовый к толчку, я не сводил глаз с экрана, ожидая, когда визитер полностью выйдет наверх. Дойдя до края лестницы, он остановился. Изучал обстановку, осторожно выглядывая на террасу. Видимо успокоенный моим отсутствием, он продолжил подъем. Наконец в кадре остались только ступни. Неожиданно он бросился вниз. В руках у него был мой рюкзак. Перескочив диван, я пустился вдогонку. С грохотом сбежав по ступеням, я увидел метнувшийся к дверям силуэт. К счастью, он не потрудился размотать проволоку с ручек дверей, лишь ослабив ее, и теперь пытался улизнуть в узкую расщелину, через которую пришел.

Схватив его за пояс, я рывком втащил его обратно и отшвырнул к стене. Угрожающе наставил на него винтовку и включил фонарик. Что за черт? Какой-то пацан. Луч света осветил лицо мальчишки лет пятнадцати. Тот выставил руки перед собой, будто пытаясь закрыться ими от света и от оружия. И по-прежнему держал мой рюкзак.

— Брось! — суровым тоном приказал я. Мальчишка повиновался. Пятясь, он оказался в углу. Вот он, страшный местный, тот самый «агрессивный», про которых заливал Лискер. Возможно, были постарше и поопаснее, но этот совершенно не тянул.

— Ты кто такой? — задал я вопрос. — Ты здесь живешь? В этом городе?

Мальчишка мотал головой, шепча на каком-то производном от общего языке. С некоторым трудом мне удалось идентифицировать фразу «не понимать».

Я сообразил наконец, что все еще держу его на прицеле. Открывать маршрут, убивая детей, я не собирался, поэтому закинул винтовку за спину и жестами попытался успокоить пацана. Переключил фонарик в режим светильника и поставил его на пол. Стараясь не делать резких движений, поднял рюкзак и достав оттуда сверток с остатками цыпленка, протянул мальчишке. Усмотрев в жесте угрозу, он вжался в стену.

— Не бойся, — я оторвал кусочек мяса, демонстративно положил его в рот и начал жевать. — Видишь?

Приблизившись к нему на расстояние, на котором по моему представлению у него не случился бы инфаркт, я положил пакет на пол и отошел. Сел прямо на пол, сделал приглашающий жест.

Наконец, любопытство победило страх настолько, чтобы приблизиться к источающему аромат угощению. Свое дело сделал и голод. В конце концов мальчишка схватил пакет и, утащив его в угол, принялся с жадностью поглощать цыпленка.

Я неспешно поднялся, отметив, что пацан снова напрягся, поднял рюкзак и, показав в сторону лестницы, как бы приглашая его, отправился наверх. Сопровождаемый настороженным взглядом, я поднялся на террасу. Плюхнулся на диван и приготовился встречать рассвет. Я умышленно оставил фонарь внизу и теперь с интересом наблюдал за гостем через экран «Часового». В голове промелькнула мысль, что я опять занимаюсь ерундой. Сначала Кристиан с Изабель, теперь какие-то покровительственно-отеческие чувства к пацану. Я вздохнул. Что ж, хоть попытаюсь сделать его полезным. Если не решит удрать.

Картинка с монитора показала, что именно это в первый момент и собирался сделать мальчишка. Однако, уже раздвинув створки дверей, он замер в нерешительности. Я улыбнулся, будучи уверен, что любопытство снова победит. В конце концов, когда-то и я был мальчишкой. Пацан подобрал фонарик и нерешительно пошел наверх. Я сделал вид, что разглядываю в информаторе что-то очень важное. Наконец периферическим зрением я увидел светом фонаря. Я посмотрел на гостя, смущенно стоявшего на верхних ступеньках, и жестом пригласил присоединиться. Осторожно поставив фонарь на столик, он присел на край дивана, готовый в случае необходимости дать деру.

— Ты живешь тут? — сделал я еще попытку. Как и раньше, мальчишка мотал головой, показывая, что не понимает вопроса.

Я загрузил карту и перевел ПеГГИ в 3D-режим. Выскочившая голограмма заставила гостя вздрогнуть, но, похоже, только от неожиданности. Наверное, где-то в городе он видел что-то подобное. Отыскав на карте гостиницу, я указал на нее. Он закивал и обвел руками крышу. На лице появилась робкая улыбка. Я ткнул в него пальцем и, перейдя на миниатюру города, указал на нее и вопросительно поднял брови. Мальчишка снова закивал. С опаской приблизившись, он ткнул пальцем в центральную часть карты. Я увеличил масштаб той зоны. Он обвел небольшую область и уставился на меня, кажется, давая понять, что живет именно там. Я кивнул. Он вновь начал разглядывать свой район. Мне показалось, что он особенно проявил интерес к оказавшейся там цифре 037. Я указал на номер, потом на его глаза. Мальчишка закивал — «да, видел». В голову пришло, что он мог видеть и другие цифры, в том числе не отмеченные на карте. Я похлопал себя по карманам. Не найдя ничего, что могло бы сойти за перо, я наклонился над стеклом стола и дыханием затуманил его. Пальцем вывел цифры 101. Вопросительно взглянул на мальчишку. Он снова закивал. Я поднял брови и еще раз уточнил: «ты сам видел?». Тот закивал так энергично, будто находился на рок-концерте. Я развел руками: «где?». Крутя карту в разные стороны, я попытался объяснить ему, что не могу найти цифру. Он жестом остановил меня. Сделал вид, словно что-то сжимает. Я уменьшил карту. Он немного подумал и уверенно указал часть, которую надо было рассмотреть. Я повиновался. После нескольких последовательных приближений-уточнений он с уверенным видом обвел здание, стоящее в километре от гостиницы. Никаких цифр на карте не было. Я вопросительно поднял брови и еще раз дал понять, что мне нужна цифра 101. Он даже с какой-то яростью ткнул в то же здание. Чувствуя себя дураком, я уставился на карту. На его лице мелькнуло понимание. Он с озабоченным видом осмотрелся. Потом указал пальцем на меня, потом на себя и похлопал ладонью по столу. Затем, проделав фокус с затуманиванием, написал на столе цифру 101 и похлопал по нижней части столешницы. А я похлопал себя по лбу. Конечно же. Цифра не отображается на надземном уровне города. Но есть же подвалы, канализация и бог знает, что еще.

Я показал большой палец и попытался объяснить, что мне надо туда попасть. Когда пацан понял, чего я хочу, то сильно побледнел и отрицательно замотал головой. Не понимая причин такого поведения, я развел руками. Он скорчил страшное лицо, оскалил зубы и сделал руками движения, как будто что-то разрывает. В общем, всеми способами показывал страшное чудовище. Я был почти уверен, что «речь» шла о семибистах. Чем они там занимаются было мне неинтересно. Лискер утверждал, что нападать без причины они не могли. Я показал мальчишке как мог, что понял, но решения идти не изменю. Жестами спросил, рискнет ли он провести меня хотя бы до входа. Не то, чтобы я сомневался в том, что найду спуск сам, просто с местным это было бы быстрее и безопаснее. Наверняка он знал лучшую дорогу.

Лицо пацана долго выражало сомнение, но, в конце концов, он с неохотой кивнул. Я показал, что мне нужна минута-другая и отправился к краю крыши. Рассвет уже наступил и солнечный свет возвращал краски покинутому городу. Я вскинул винтовку и осмотрел ближайшие окрестности, уделяя особое внимание зданиям, в сторону которых предстояло идти. Обнаружить кого-то за окнами не представлялось возможным, но, по крайней мере, крыши были чисты. Хоть какая-то информация.

Я поверил информатор. За ночь не случилось ничего заслуживающего внимания. Первый сквад никак себя не проявлял, как, впрочем, и все остальные игроки. Минуточку. Окно общего чата мигало, сигнализируя о новом сообщении. Я развернул его и саркастически улыбнулся. Игрок_26 написал: «Предлагаю награду за слив местонахождения Кори (Игрока_45). Награды: Оставим жизнь, поможем в прохождении, устроим бонус». Пока на эти великодушные предложения никто не ответил. А ты ранняя пташка, Анжела. Или Ваня. С утра уже в делах.

Я вернулся на террасу, по-быстрому собрался, уже привычным движением закинул рюкзак за спину, и сделал мальчишке знак: «Веди». Имея преимущество в темноте, я все же отправил пацана в авангард, поскольку был уверен, что его будет вести выработанная условиями жизни осторожность и чутье. Если их будет недостаточно, что же, хоть «разминирует». К счастью, мы выбрались из гостиницы без приключений.

Как и ожидалось, мальчишка прекрасно ориентировался в городе и вел меня к точке своими путями. Он умело обходил открытые места, закладывая крюки, останавливался и делал паузы, что-то высматривая перед собой или в зданиях рядом. Медленно крался и резко ускорялся там, где нужно. Следуя за ним, я думал, что такой подготовке в академии учили бы не один год и все равно не обучили бы достаточно хорошо. Потому что там есть право на ошибку, а здесь никогда не было. Я не исключал того, что он родился здесь — в Дохлограде. Он не был похож на плод каких-то экспериментов, как пытался представить Лискер. Это был обычный мальчишка, просто не знающий общий язык. Инстинкты, конечно, очень развиты. А как иначе? Похоже, не только игроки, периодически появляющиеся в городе, несли угрозу жизни местных. Семибисты тоже развлекались, как могли, возможно, чтобы утолить жажду крови, страсть охотников.

Итак, Лискер вводит игроков в заблуждение о природе местных. Зачем? Здесь и так всем насрать на всех. Вряд ли большинство игроков сохранило бы жизнь «существам» из гуманных соображений. А если они действительно проявляют агрессию и мешают ученым или основателям Вызова, то почему не провести тотальную зачистку? Ресурсы для этого имеются и у тех и у тех. Может быть местные нужны ученым и они держат закрытый город как клетку с белыми мышами. Создают иллюзию относительной свободы. Зачем тогда Лискер провоцирует их уничтожение?

«Слишком много вопросов. Начинаешь слишком много думать и теряешь концентрацию», — одернул я себя. Судя по карте, мы почти пришли. Мальчишка остановился у угла здания и, обернувшись, поманил меня. Я приблизился. Напротив нашего здания, за многополосной дорогой, чернела пасть въезда в подземную парковку. Именно туда указывал дрожащей рукой мой проводник. Я посмотрел на мальчишку. Нет, дальше он определенно не пойдет. Ну что ж, имеет право. Я махнул ему рукой и, убедившись, что на улице никого, перебежал дорогу.

Я уже подбегал к въезду, когда в одном из окон многоэтажки над парковкой мелькнуло лицо. Или показалось? Я взял паузу, потом выглянул и быстро обвел окна взглядом. Не увидев в них никаких признаков жизни, я отправился в гараж. Завибрировала ПеГГИ, но сейчас было не до нее, мое внимание было поглощено беспорядком вокруг. Дорога на въезд была свободна, выезд же был загроможден машинами, которые не смогли выбраться с территории парковки. Почти все они были в плачевном состоянии. Крыши были продавлены, как будто на них стадо подростков устроило дискотеку. Характерные параллельные царапины на поверхностях, когда-то глянцевых и блестящих, заставляли представлять монстров с когтистыми лапами. Наверное, так оно и было на самом деле.

По мере спуска в гараж льющийся сзади утренний свет тускнел. В конце концов мне пришлось воспользоваться фонариком. Присоединив его к винтовке, я продолжил путь. Дорога на въезд закончилась поднятым барьером и упершейся в него машиной. Кто-то сообразил, что можно покинуть парковку по въездной дороге, но не смог. Сдать назад ему не дали такие же умники. Воображение живо рисовало мне картины панической «эвакуации» из города. Хроники утверждали, что покинуть Дохлоград смогли в лучшем случае пятьдесят процентов жителей. Из тех, кто был жив в момент объявления эвакуации. Я начинал сильно сомневаться в достоверности этих сведений. Трудно было верить в такие цифры, когда в каждой машине был, по крайней мере, один скелет. Кажется, у этих людей даже не было шансов уйти пешком.

Я дошел до конца спуска и остановился. Передо мной лежало кладбище. Кладбище машин и их хозяев. Весь верхний уровень был забит железом. Я активировал ПеГГИ и включил карту. Цифры 101 здесь не было, но город пропал. На его месте виднелись разрозненные и иногда совмещенные подземные уровни, коммуникации. Я поднял глаза и пошарил вокруг лучом фонарика. Найдя съезд на следующий уровень, я отправился туда, с некоторым трудом маневрируя между машинами.

Уровнем ниже стало посвободнее, только несколько авто с нижних уровней скучковались у выезда. Немногие остались на парковочных местах. Их хозяева либо не добрались так далеко, либо не видели в этом смысла.

Меня снова окружали тишина и темнота. И так же как несколько часов назад в гостинице, это начинало сильно нервировать. Кругом был серый бетон, а радостные краски автомобилей, вырывающиеся из тьмы, скорее пугали. На полу, как и на машинах, попадались довольно глубокие царапины. Я почувствовал озноб, некоторые следы были явно свежими. Я сверился с информатором. Да где же она? И на этом уровне не было заветной цифры. Я приглушенно выругался и нехотя отправился к съезду на третий уровень.

Спустившись, я замер у выхода. Сердце бешено застучало в груди. На уровне не было ни одной машины, но пустым он не был. Пол скрывался под слоем обломков, костей, обрывков одежды. Но первым, что бросилось в глаза, были «теплые» коконы, висевшие под потолком, цепляющиеся за трубы коммуникаций, выступы. Уже понимая, что это может быть, я осторожно осветил ближайший «кокон». Обхватив когтистыми конечностями трубу, завернутый в плащ крыльев, вниз головой висел здоровенный семибист-нетопырь, подобный виденному в подземке. Увидев, что под действием света мышь начала шевелится, я поспешил убрать с нее луч фонарика. Посмотрел на карту. Наконец-то. Цифра 101 светилась на этом уровне. Находилась она, конечно же, у дальней стены.

Против воли меня била дрожь. Я двинулся к цели, обходя висящих «мышей», стараясь ненароком не попасть на них лучом света. Был ли у них просто тихий час или они находились в анабиозе, ожидая чьих-то указаний, кто знает. Соседство меня не радовало, и, несмотря на уверения Лискера, я не чувствовал себя в безопасности.

Обойдя очередной «кокон», я увидел свою цель. Дверь, похожая на массивные шлюзы какого-нибудь военного или космического объекта, сильно контрастировала с окружающей обстановкой. Под подсобку местного дворника совершенно не подходит. Скорее всего, она была установлена уже после опустошения Дохлограда. Учеными, создателями Вызова или кем-то еще. Я не дал себе труда размышлять на эту тему. 101 — вот все, что интересовало меня.

Я приблизился. Цифры были выгравированы на гладкой поверхности. Ниже выделялось считывающее устройство для карты. И все, больше взгляду было не за что зацепиться. Надеясь, что беспроводной интерфейс работает, я активировал ПеГГИ. Уже поднося запястье с информатором к считывающему устройству, я почувствовал, что что-то не так. Замер. Собственное дыхание показалось мне слишком громким. Чувствуя холодный пот внезапно и обильно выступивший по всему телу, я медленно повернулся. Надо мной нависал здоровенный нетопырь. Уродливую морду семибиста с маленькими черными глазами, полными ненависти, отделяли от моего лица только несколько дюймов. В ощеренной пасти поблескивали острые конические зубы.

С трудом проглотив застрявший в горле комок, я не своим голосом прохрипел:

— Я не нападаю — ты не нападаешь…

Не будучи уверенным, что семибисты понимают речь, я отвел в сторону винтовку, всеми силами изображая миролюбие. На мгновение показалось, что нетопырь не отреагирует, потом на его морде отобразилось какое-то подобие разочарования. Он фыркнул, обдав меня брызгами и смрадом своего дыхания, и, отскочив назад, с шумом взмахнул крыльями и повис под потолком. Завернувшись в плащ крыльев, он, тем не менее, продолжал злобно следить за мной.

Стараясь обойтись без резких движений, я вытер лицо и повернулся к двери. Практически сразу считывающее устройство отозвалось на ПеГГИ. Шлюз с мягким щелчком приоткрылся. Опасливо оглянувшись на семибиста, я проскользнул внутрь и тут же прикрыл за собой дверь. Прижался лбом к ее холодной поверхности и пару минут постоял с закрытыми глазами, переводя дух и собираясь с мыслями.

Я открыл глаза и обнаружил на стене простенькую панель, которая управляла освещением и замками двери. Я включил свет и развернулся. Мечта увидеть прекрасные пещеры несметных сокровищ была вдребезги разбита. Это было пустое помещение в форме куба. На стенах не висело оружие, по периметру не стояли ящики, полные патронов. Я был обескуражен. Мне карта доступа досталась по стечению обстоятельств, благодаря удаче. Но все же, чтобы добраться сюда потребовались усилия. И хотелось бы, чтобы они хоть как-то были вознаграждены. Я сделал шаг к середине комнатки. Оказалось, что не все так плохо. При моем приближении из пола вырос терминал выдачи бонусов, брат-близнец того, что был на старте. Я приблизился к нему — появилась голограмма девушки.

— Пожалуйста, синхронизируйте ваше устройство! — попросила она.

Я приложил ПеГГИ к терминалу. После нескольких секунд ожидания девушка сообщила, что бонусы за мою следующую победу будут умножены на некую величину.

— Значение коэффициента будет зависеть от сложности и эстетической красоты победы! — закончила она разъяснения. Эстетическая красота убийства, угу. Был в терминале и обменник бонусов, но поскольку их не было, оставаться здесь дольше не было никакого смысла. У двери я вспомнил, что пропустил какое-то сообщение, когда входил на парковку. Полистал меню. Новое сообщение пришло в общий чат, я пробежал по нему глазами и выругался. Под предложением первого сквада появилось новое сообщение. «Игрок_13: Есть информация, пиши в личку». Похоже, мелькнувшая фигура в окне мне не померещилась. И сообщение, как я помнил, пришло сразу после этого. Я проклял свою беспечность. Прочитал бы сообщение — не отправился бы вниз. Четверти часа более чем достаточно, чтобы устроить засаду на выходе.

Как бы то ни было, нужно было идти обратно. На парковке есть пространство для маневров, а в этой комнатке можно просто подохнуть в осаде. Я выключил свет, разблокировал дверь и осторожно выглянул. Во мраке выделялись только «коконы». Я отправился к выходу на второй уровень. Неприятное соседство с висящими монстрами здорово нервировало, и я двигался очень быстро. Останки под ногами издавали сухой неприятный звук, который также выводил из душевного равновесия. Наконец, я добрался до подъема. Выключил фонарик, как я помнил, споткнуться на втором уровне было не за что. Я шел вверх. Рука скользила по поверхности стены. Вот и угол — второй уровень. Я присел и некоторое время слепо всматривался в темноту. Никого. Настроение немного улучшилось. Возможно, не все так плохо. Появилась даже некоторая надежда, что сообщение в общем чате никак не связано с моим присутствием. Успокоенный тишиной, я включил фонарик и быстро пересек уровень.

Когда я добрался до середины выезда на первый уровень, то услышал приглушенные звуки. С удвоенной осторожностью я дошел до выхода на площадку и прислушался. Шум пропал. Выглянул наружу. Снова никого. Слабый свет, который пробивался со стороны выезда на поверхность, отражался от крыш дальних автомобилей. Я включил фонарик, направил луч света в землю и прикрыл его сверху ладонью. Пришлось пойти на риск, поскольку на забитой парковке было трудно пройти даже пару шагов и не врезаться в какой-нибудь седан.

Я преодолел около четверти пути, когда исчезли все сомнения о связи фигуре в окне с сообщением. Свет, который пробивался со стороны улицы, вдруг померк. Я увидел четыре фигуры вооруженных людей, которые спускались по въездной дороге. За доли секунды я выключил фонарик и присел за Шеви, который оказался передо мной. Как успел заметить, у двоих на голове были какие-то устройства. Я закусил губу. Мое преимущество теплового зрения было слито в унитаз. Скваду с приборами ночного видения, а я был уверен, что у спонсоров лучшие модели, противостоять было сложно.

Я попятился, но тут же замер снова. Как только квартет спустился на площадку, на ноги поднялись еще четверо, которые прятались за машинами. Они обменялись несколькими фразами с прибывшими и быстро рассредоточились. Значит, вот как мы играть будем? Два сквада на одного. Надо будет поинтересоваться у Лискера, какого черта такое не пресекается. Если выживу. Цепочка из восьми игроков двигалась ко мне. Максимально приглушив свет фонарика, я медленно отступал. Преследователи, которые не боялись, что их заметят, двигались уверенно и очень быстро догоняли.

Я понял, что буду обнаружен раньше, чем дойду до съезда на нижний уровень. Сквады нужно было задержать, сбить с них бесстрашие. Я высунулся над смятой крышей какого-то седана, убедился, что в мою сторону не смотрят, и вскинул штурмовку. Приоритетными целями выбрал двоих, у которых были ПНВ. Прицелился в одного, перевелся на другого, вернулся к первому, отрабатывая движения. В последний момент перед выстрелом я увидел, что тот неожиданно застыл на месте. Разглядел меня. Лучше и не придумаешь, я нажал на курок.

Одиночный выстрел достиг цели, руки противника нелепо взметнулись над головой и он свалился под машину. Сразу же после выстрела я перешел на стрельбу очередью и открыл огонь по силуэту второго игрока с ПНВ. С реакцией у того было все в порядке, он начал уходить вниз, еще когда я переводил на него прицел. Но пули его все-таки зацепили, поскольку с его позиции донеслись проклятия и крики боли.

С момента первого выстрела прошло секунды две, время, за которое более-менее подготовленный противник может отреагировать на неожиданность. Поэтому я поспешил укрыться за кузовом машины. По металлу тут же застучали пули. Я уже перебирался к следующему седану, когда сзади послышался характерный металлический лязг. Я бросился на бетон. По ушам ударил грохот разрыва. Осколки задержал кузов авто, за которым я нашел укрытие. Слегка контуженный, я не сразу сориентировался, куда отступать. Как сквозь вату пробивались крики противников. Я наконец сообразил, что мне в противоположную голосам сторону. На первых шагах я почувствовал тупую боль в ноге. На ходу ощупал больное место. Кажется, всего лишь ушиб.

Я отходил к спуску, периодически выглядывая, чтобы оценить расстояние между нами. То, что хотел, я получил. Преследователи уже не так спешили. Ну и минус один. Я тешил себя надеждой, что раненый тоже сдохнет, или хотя бы не сможет продолжить преследование. Вот и спуск на нижний уровень. Оказавшись вне видимости, я поднялся на ноги и бесшумно понесся вниз. Топот раскрыл бы позицию, а мне нужно было время.

На площадке второго яруса я припустил во всю прыть. Луч света скакал впереди меня, дыхание с шумом вырывалось из груди. Я не собирался здесь задерживаться, в почти пустом помещении оборона невозможна. А вот ярус с семибистами можно использовать, у меня уже родилась мысль. Идея была очень рискованная, но я был загнан в угол и выбирать не приходилось. Я вбежал в логово вампиров и сбавил скорость, чтобы выудить из рюкзака «Часового». При этом не забывал смотреть вперед, влететь в семибиста очень не хотелось. У дальней стены блестела «моя» дверь. Рядом по-прежнему висел нетопырь. Глаза были закрыты, интереса ко мне он не проявлял. Я затаил дыхание и приблизился к нему. Установил «часового» рядом, так, чтобы вампир находился между устройством и дверью. После этого я скрыл наблюдателя под грудой костей, которые в изобилии лежали вокруг. Я отступил, осмотрел свою работу и остался доволен результатами.

Времени, между тем, почти не оставалось. Я пробежал вдоль стены в поисках укрытия или съезда на четвертый уровень. Меня ждало разочарование — третий ярус был последним. Прятаться в тайнике я по-прежнему считал плохой затеей, поэтому нашел мертвую зону за несущей колонной неподалеку. Слой останков рядом с ней был гораздо толще. Превозмогая отвращение, я лег и закидал себя костями. Оставил только небольшую щелочку для обзора. Теперь я контролировал небольшой сектор у входа, а дверь, находящуюся слева, закрывала колонна. То, что будет происходить там, я увижу на экране «часового».

Я замер в ожидании. Перед лицом у меня был монитор, который на всякий случай был прикрыт ладонью. У съезда появились фигуры игроков. Сначала двое разведчиков, потом к ним присоединились остальные. ПНВ были только у первых двух. Я насчитал только шесть силуэтов. Похоже, раны противника, в которого я стрелял наверху, были серьезны. Я усмехнулся, когда увидел реакцию преследователей на обитателей яруса. Минуту они в нерешительности стояли у въезда и о чем то совещались. Однако все-таки растянулись цепочкой и двинулись в мою сторону. Вскоре я мог видеть только двоих. ПНВ у них не было, лучи фонариков периодически попадали на мой «курган», но рассмотреть меня издалека было нереально. В мои планы не входило, чтобы они приближались близко, но те, кто находился в мертвой зоне, до сих пор не обнаружили дверь.

Ближайшего противника отделяли от меня какие-то десять-пятнадцать метров, и я уже всерьез опасался, что план не сработает. К счастью, второй игрок замер и пшикнул, привлекая к себе внимание. Первый повернулся к нему. По их жестикуляции стало ясно, что дверь, наконец, обнаружили. Они покрались к ней. Я выдохнул и убрал палец с курка винтовки, а ладонь с монитора. Качество картинки было отвратительное, на фоне рябящей темноты светились цифры 101. Как я понимал, сейчас дверь берут в полукруг. Хорошо бы еще двоих поставить рядом. Вот. Появившиеся силуэты с фонариками вжались в стену. Интересно, как они хотят ее открыть? Свет фонариков освещал гладкую поверхность металла. Наконец, решение было принято — у двери появился еще один игрок. Он присел и начал колдовать над устройством, которое я не мог рассмотреть.

В кадре появилась фигура еще одного игрока. Он находился с краю зоны поражения, но мне было все равно. «Часовой» должен был стать миной, но не взрыв был основной целью. По телу пробежали мурашки от предвкушения. Я сжал монитор пальцами. Экран переломился с сухим хрустом. Далее все произошло по инструкции. Потеряв связь с устройством индикации, «часовой» переключился в режим мины. А поскольку перед ней находился семибист и игрок, она сразу же сработала. Грохот направленного взрыва ненадолго сменила оглушающая тишина. Затем по перепонкам ударил визг посеченного осколками семибиста. Провокация удалась. Не знал, нанесла ли мина нетопырю серьезные раны, но какие-то определенно нанесла. И теперь он будет искать виновника. Перед ним стояли шестеро. Я больше не мог видеть, что делалось у двери, но слух помог нарисовать картину происходящего. Семибист взревел и бросился на предположительных виновников. Те остолбенели, то ли оглушенные взрывом, то ли от испуга при виде ожившего нетопыря. Раздался короткий крик, сменившийся звуком разрываемой плоти. За секунду семибист закончил с одним из секстета. Кто-то заорал и начал стрелять. Оставшиеся поддержали. Теперь на парковке творился какой-то хаос. Я был счастлив, что не участвую. Разрозненный грохот автоматического оружия прорезал визг нетопыря. Звонкие хлопки выстрелов сопровождали более глухие хлопки крыльев.

— Только по нему, суки! — заорал кто-то, — Не заденьте других.

Отстреливаясь, игроки отступали к выходу. Прежде, чем я видел первого из них, семибист прикончил очередного. Вскоре я увидел всех четверых, кто остался в живых. Один двигался с трудом, я был уверен, что он станет следующей жертвой. Зрелище было пугающим и завораживающим одновременно. Метались лучи фонариков, сверкали вспышки выстрелов, освещающие испуганные лица. В воздухе порхала черная как ночь летучая мышь, грациозно уворачивалась, зависала, резко бросалась. Ужас и невозможность предсказать, что она будет делать в следующий момент, не давали стрелкам сделать прицельный выстрел. А нетопырь, казалось, больше играл с ними. Я видел, что некоторые пули попадали в семибиста, но как и в подземке, не наносили заметного урона. Улучив подходящий момент, семибист бросился на раненого игрока, который пытался заменить обойму. Порхающий элегантный мотылек в одно мгновенье превратился в вампира, исступленно рвущего плоть.

Один из оставшихся воспользовался случаем и выстрелил из подствольного гранатомета в барахтающееся на полу скопление ненависти. Граната, кажется, смогла нанести урон семибисту. Взрыв отбросил его на несколько метров назад. Дезориентированный, он бился на бетоне, пытаясь взлететь. Оставшиеся трое игроков, понятное дело, поспешили убраться прочь.

Семибист, наконец, пришел в себя и, хлопнув крыльями, поднялся в воздух и последовал за беглецами. Я заметил, что теперь его движения сильно потеряли в грациозности. Неуязвимость была небезгранична.

Прошло не больше полминуты и донеслись выстрелы с верхнего яруса. На моем лице появилась злорадная улыбка, что, добыли себе бонусов, твари? Я поднялся и отряхнулся. Нетопырь будет гнать их до самого верха. Даже если они смогут его убить, в чем были сомнения, то навряд ли они рискнут вернуться без подкрепления. Я бы не стал. Не зря говорят, что тот противник безопасен, который уверен, что держит тебя в руках. Их самоуверенность стоила им уже четверых. При этом неизвестно, что случилось с пятым и дойдут ли оставшиеся до выхода.

Тут я вспомнил о награде. Активировал ПеГГИ, поискал информацию о победе. Устройство сообщило, что за выстрел в голову мне полагался большой бонус. И сработал множитель х3 за открытый тайник номер 101. Очень недурно. Далее в списке шла информация об уничтоженных семибистом игроках. И что особенно приятно, была пометка от BG, которая уведомляла, что решение об авторстве убийств будет приниматься жюри. Судьи должны были выбирать, присудить ли победы мне или считать все смерти самоубийствами. Я был бы доволен, если бы за этих уродов выдали даже малые бонусы.

Нет ли среди них кого-то из первого сквада спонсоров? Я подошел к двери тайника, где лежала первая жертва семибиста. М-да. Картина была не из приятных. Опознать в месиве из костей и мяса кого-либо было невозможно. Никогда не отличался излишней впечатлительностью, но от этого зрелища меня слегка замутило. Игрок был просто разорван на фрагменты. Блестящая плоскость двери была заляпана внутренностями, пол вокруг залит кровью. Разломанные полукружья ребер валялись по меньшей мере в двух метрах друг от друга. Конечности, конечно же, были оторваны. Одну руку я так и не нашел. Впрочем, особо и не искал. Зрелище было ужасно — мясорубка. В месиве лежал пистолет-пулемет. Не было желание чистить его, поэтому я отказался от этого трофея.

У двери лежало покрытое кровью устройство, которым хотели открыть дверь. Куском полуистлевшей ткани я вытер его и обнаружил таймер. Бомба. Я отключил питание и закинул ее в рюкзак. Работоспособность проверять не было времени. Сверху все еще доносились выстрелы. Стрельба стала реже и шла, пожалуй, уже на последнем уровне. Я отправился на выход. По пути я нашел вторую жертву. Рядом лежала штурмовая винтовка, но другого калибра. Обыскивать было нечего, также, как и от первого игрока, от этого остались только воспоминания. Удача улыбнулась мне у третьего трупа. Этот сохранился чуть лучше, подствольная граната не дала семибисту закончить расчленение. Поэтому тут можно было даже осмотреть разгрузку. Однако ничего, кроме светошумовой гранаты, я там не обнаружил. Я не стал пренебрегать ею, потому что воспоминания о подземке были еще свежи. Валяющаяся неподалеку винтовка подарила мне еще несколько радостных мгновений, поскольку в ней использовался тот же патрон, что и мой SCAR. Модель была настолько интересна, что я некоторое время раздумывал, не взять ли ее, но в итоге ограничился патронами. Напоследок я перевернул труп, чтобы посмотреть лицо. Нет, это был не Ваня. И на Матиаса непохож, хотя того я видел только на фото в ПеГГИ.

Между тем сверху все стихло. Чем бы там все ни закончилось, мне нужно было выбираться. Было интересно, догнал ли семибист всех, или его смогли уничтожить. Был шанс столкнуться с ним лицом к лицу. Если он сочтет меня ответственным за то, что случилось, мне придется добивать его одному. Так что исход, при котором побеждали игроки, устраивал меня больше. После полученной взбучки они скорее забьются в какую-нибудь нору, чем продолжат воевать.

Но была еще и Изабель. Когда она узнает, где я, то сразу прибежит, и вряд ли Грег сможет ее остановить. Я понимал, что рано или поздно мы встретимся, но почему-то хотелось, чтобы ее убил кто-нибудь другой.

Я вернулся на второй уровень. Осторожно выглянул. Двигающихся тепловых пятен не было. Только в конце площадки что-то слабо светилось на полу. Я включил фонарик и, переходя от колонны к колонне, пересек уровень. Когда я приблизился достаточно близко, то увидел лужу крови и лежащие в ней тела. Семибист скорчился на трупе одного их игроков. Нетопырь был еще жив. Он начал возвращаться в человеческое обличье, но не смог полностью обратиться. Левая часть тела и голова были человеческие, а справа оставалось сильно искореженное крыло-конечность. Длинные крючки-пальцы подрагивали, скребли бетонный пол. Времненами все тело семибиста охватывала дрожь.

Держа его в прицеле, я обошел его и встал у человеческой половины. Черт его знает, на что они способны даже в таком состоянии. Наемник услышал мои шаги, поднял трясущуюся голову, чем напомнил старика с тремором Паркинсона. Затуманенный взгляд нашел на меня. Трудно было поверить, но он улыбнулся.

— А, Кори. Твоя работа?

— Мина? Моя, — кивнул я.

— Отличная провокация! — в голосе я услышал искреннее одобрение. — Добьешь? — прозвучало не как вопрос, а как просьба.

Я изумленно поднял брови.

— Нет проблем. А почему?

— У меня не получается полностью обратиться, — семибист уронил голову и уткнулся лбом в залитый кровью пол. — Это очень больно. Все равно никто не станет заниматься лечением, также и пристрелят. Так чего тянуть?.. И хватит заниматься херней, — с неожиданной злостью и силой сказал он, — делай, что должно, и выживешь. В игре уже есть один блаженный. Будешь помогать униженным и оскорбленным — станешь им! — он схватил рукой волосы трупа и рывком поднял его голову, едва не оторвав. Не первый сквад, отметил я про себя. Вспышка гнева истощила запасы сил семибиста, он закрыл глаза и затих.

Мгновение я колебался. Убью нетопыря — дам всем понять, что угрозы больше нет, а Кори тут, приходите и берите. С другой стороны, получу львиную долю маршрута (а может и весь), который выведет меня в следующую зону. И бонусы. Ладно. Я прицелился и выстрелил в голову наемнику. Изуродованная плоть перестала подрагивать. Я посмотрел на информатор в ожидании сигнала. Вот он, вибрация ПеГГИ возвестила миру, что я истребитель семибистов. Я открыл карту, чтобы увидеть маршрут. Конечной точки не дали, промежуточная мерцала в центре Дохлограда.

Практически одновременно пришли два сообщения. Первое от Грега: «Я не могу ее сдерживать, уходи». Второй контакт был неавторизован. Игрок_26 предлагал обмениваться сообщениями. Не он ли предлагал награду за сведения обо мне? Я принял запрос. Выскочил чат: «Мыль жопу. Она уже недалеко». Я ограничился отправкой среднего пальца.

Бросив последний взгляд на трупы, я отправился на первый уровень. Как и раньше, проверил, не светится ли кто-нибудь там. Никого. Я пошел в правую половину яруса. При этом постоянно следил за въездом с улицы. Выходить там же, где входил, я не собирался. Это было равносильно тому, чтобы нарисовать на себе мишень. ПеГГИ завибрировала. Я бросил взгляд на экран. Игрок_26 никак не унимался. Я не стал терять на него время, тем более что нашел, что искал — две ниши лифтов в стене. Двери конечно же были закрыты, и было неизвестно, где сейчас кабины.

Я снял рюкзак и выудил взрывное устройство, которым так и не успели воспользоваться охотники. Внимательно осмотрел его. В академии был курс взрывотехники и принцип работы устройства был мне знаком. Немного повертев его в руках, я понял принцип установки. Дистанционного детонатора не было, или же он остался у трупа. Оставался один вариант — таймер. Который почему-то упорно не желал выставлять никакого времени, кроме 4 секунд. Ну и ладно. За десять секунд стометровку бегают. Если я не ошибся, бомба была слабенькая, взорвать дверь, проломить стену — ее максимум. Почему бы и не попробовать? Держать осаду — плохая альтернатива. Из-за таймера я не мог бы повторить свой фокус с семибистом. Да и не полезут они первыми. Они сначала пропустят Изабель, дам вперед.

Я тщательно осмотрел предполагаемый путь бегства от взрыва. Сделал пару изменений, очистил как мог путь… Бросил за выбранную машину рюкзак, подумал, и оставил там и штурмовку. Сняв с нее фонарик, вернулся к лифтам. Сделал пару контрольных рывков от них до укрытия. Три секунды. Довольный результатами, я присел у бомбы. Делать выбор между дверями я не стал, решил, что шахта общая, и взорву стену между лифтами. Я сосредоточился на предстоящем рывке и активировал таймер. Срываясь с места в спринтерском рывке, успел увидеть побежавшие цифры. Подстегиваемый смесью мальчишеского восторга и чувством опасности от грядущего «бабаха», я мог бы повторить олимпийские рекорды. Как только оказался за машиной и закрыл уши ладонями, все вокруг содрогнулось. Грохот был ужасный. Закрытое пространство. По железу загремели осколки и бетонная крошка. Все вокруг исчезло в облаке пыли. Фонарик стал бесполезен на некоторое время.

Слегка оглушенный, я тряхнул головой. С меня посыпалась серая пыль. Выглянул — ближайшие к эпицентру взрыва машины были сдвинуты и посечены осколками. Я забрал вещи и пошел к лифтам. Последние метры преодолевал, карабкаясь по кузовам. В стене зияла брешь с выгнутыми внутрь кусками арматуры. Двери лифтов были покорежены и вогнуты взрывной волной. Силу бомбы я явно недооценил. Дыра в стене была достаточна, чтобы просочиться в шахту, хоть и с некоторым трудом. Я заглянул туда и похвалил себя за правильное решение. Кабина правого лифта висела напротив двери. За спиной послышался шум. Оглянувшись на въезд, я увидел там мелькающий свет фонарика и бросился в пролом.

Глава 8

Едва я успел втянуть ноги в шахту, как по стене забарабанили пули из автомата. Итак, она добралась. Я в спешке отыскал в рюкзаке шашку со слезоточивым газом и вытолкнул ее на парковку. Подпрыгнул, ухватился за край кабины лифта, подтянулся. Снаружи фыркнула выпускающая облако газа граната. Взяв небольшой разбег, я подпрыгнул и ухватился за край соседнего лифта. Подтянулся, перекинул себя на крышу. Внизу послышался кашель. Да она просто одержимая. Я свесил винтовку и дал слепую очередь.

— Отстань, дура! — крикнул вниз. — Только тебя тут не хватает.

Ответом был характерный металлический звон. Твою мать! Я открыл рот и закрыл уши, чтобы оставить перепонки целыми. Грохнула граната. Осколки меня, конечно же, задеть не могли. Но ушам от этого было не легче, звук многократно усилился в замкнутом пространстве. Ругая себя последними словами за дурацкий поступок, я возился с механизмом открывания двери. Наконец двери распахнулись. Я так торопился выбраться, что даже толком не осмотрел холл перед лифтом. Сумасшедшая за спиной напрягала, пожалуй, не меньше затаившихся где-то спонсоров. Перед тем как закрыть створки, я попытался прикладом вывести из строя механизм открытия дверей, чтобы задержать Изабель. Закончив с дверями, я остался в нише лифта, чтобы отправить Грегу сообщение.

«Грегори, надеюсь, что ты хотя бы не пришел с ней. Спонсоры видели ее. Они играют. Если ты все-таки здесь — убирайся».

Игрок_26 порядком наспамил. Я нехотя открыл переписку, что бы там ни было, треп мог дать кое-какие сведения. Длинная вереница бессмысленных злорадных восклицаний заканчивалось сообщением: «Лифт, да? Что бы вы теперь не делали, из здания вам не выбраться. До встречи!». По спине побежали мурашки. Я посмотрел на двери, ведущие на улицу. Сквозь заляпанное стекло были видны цепи, опутывающие ручки. Бить стекло? Так я попадал на открытое место перед зданием. Такое решение меня не устраивало.

Я направился в противоположную главному входу сторону. Здание было построено с традиционным упором на максимальное естественное освещение — больше стекла, меньше бетона. Я не прошел и пятидесяти шагов, как почувствовал себя рыбой — огромная площадь была занята корпоративным офисом, где у сотрудников почти отсутствовало личное пространство. Перегородки между ячейками были либо прозрачными, либо формальными, не выше уровня груди. Неожиданно мне померещилось какое-то движение справа. Я резко повернул ствол винтовки и внимательно присмотрелся. На мгновение мне почудилось слабое искажение воздуха, но потом все пропало. В голову пришло, что спонсоры могли не только быть хорошо вооружены, но и обладать необычными способностями. Хамелеон? Но разве я не обнаружил бы его по тепловому излучению? Черт с ними. Тут слишком большое пространство, чтобы его контролировать. Я побежал по офису, пытаясь держать в виду самые опасные места. В глаза бросались многочисленные камеры наблюдения под потолком. Кто-то не любил, чтобы сотрудники валяли Ваньку. Не исключено, что и за мной сейчас наблюдают. Знали же они про лифт. Запасной или пожарный выход, вот что мне нужно. В крайнем случае, воспользуюсь окном как дверью, но не здесь. Внутренний голос был против. Пробегая мимо ячеек, я удивлялся тому, что вещи остались на месте, и вообще не было никаких следов вандализма со стороны местных. Кажется, близость «улья» нетопырей отлично отпугивала гостей.

Спустя секунды я испытал еще большее удивление, когда рядом начали подпрыгивать вещи и биться стекла. Дошло быстро. Я повернул голову и увидел появившуюся у лифтов Изабель. Она двигалась достаточно медленно, чтобы вести прицельный огонь. Я нырнул вперед, приземлился на бок и, скользя по инерции, раздраженно выпустил назад очередь. Изабель отскочила под прикрытие. Пригнувшись и маневрируя между столами, возобновила преследование. Я, в свою очередь, продолжил отступление.

Отходя, я высовывался через перегородки и отстреливался. Тем же самым занималась Изабель. Я совершенно не собирался ее беречь — граната в лифте, стрельба в спину, она давно переступила границы. Однако скоро был вынужден признать, что переиграть ее будет непросто. Я недоумевал, где она набралась мастерства, но мои выстрелы цели не достигали. Офисы кончались, она не сдавалась и не отпускала. В холле возможности уйти не будет, мало укрытий. Все мои расчеты были безжалостно раздавлены разгневанной блондинкой. На мое счастье нашелся другой вариант. Перед холлом оказалась спасительная дверь с рисунком ступенек. Лестница, по которой я смогу подняться и, может быть, оторваться. Изабель дала короткую очередь и нырнула за очередной стол. Должно быть перезарядка. Я рванулся к двери. Несколькими прыжками преодолел расстояние до нее и ввалился на лестницу. Если бы дверь открывалась наружу или была закрыта, я, скорее всего, закончил бы свою игру. А так очередь, которую выпустила перезарядившая автомат Изабель, меня не зацепила.

Я побежал вверх. В офисе возобновилась стрельба. В кого, черт возьми, она стреляет? А впрочем, пусть. Выстрелы сменились приглушенными женские крики. Кажется Изабель больше не до меня. Я перезарядился у двери второго этажа и вошел. Симметрия. И здесь были офисы. Все было погружено в полумрак, жалюзи на окнах были полуприкрыты. Вновь мне привиделось дрожание воздуха в нескольких метрах поодаль. Это начинало бесить.

Я подошел к ближайшему окну и посмотрел на улицу. Внизу маячили какие-то игроки. Не спонсоры, но наверняка их прихвостни. Что ж, выйти из здания здесь у меня не получится. Да и высоковато. Внезапно из глубины офиса донесся звук упавшего предмета. Я вздрогнул, молниеносно развернулся и вскинул SCAR, выискивая шутника. В том, что со мной кто-то играет, не осталось сомнений. Почему я не вижу тепла, черт возьми? Я медленно продвигался вглубь офиса, пытаясь разглядеть хамелеона. Дрожание воздуха появлялось и исчезало то тут, то там. Иногда я надолго терял его из виду, хамелеон ронял предметы, заходя со спины. С улицы донеслась короткая трескотня автоматов. Не обращая на это внимания, я рассматривал помещение через прицел и ждал ошибку. Вот! Увидел искажение воздуха в прицеле и хлестнул очередью по невидимому противнику. Кажется мимо. ПеГГИ завибрировала. Я положил ствол на запястье, чтобы прочитать информацию, но остаться в боеготовности. Игрок_26, написал только одно слово. «Холодно!» И добавил смайлик, показывающий язык. Ясно. Они знают о моей способности. Хамелеон видимо может не только мимикрировать, но и понижать при этом температуру кожи. По крайней мере, оружия при себе у него нет.

На улице между тем стало тихо, как и на нижнем этаже. Я оказался в середине офиса неподалеку от одной из несущих колонн. Снова заметил вибририрующий воздух. Хамелеон прятался за колонной. И ошибся, рядом с ней не было укрытий. Я шел на нее, готовый разрядить обойму, как только спонсор попытается убежать. Остался метр. В этот миг ошибся я, завибрировала ПеГГИ и я машинально бросил взгляд на устройство. Всего одно лишнее движение, но возможность была упущена. Появившаяся из воздуха девушка провела два резких и точных удара. Одним выбыла винтовку, сделавшую лишь пару выстрелов, следующим ударом, от которого потемнело в глазах, отправила меня в нокдаун. Лягаться умела. Пока я неуклюже пытался подняться, обнаженная девушка крутила вокруг колеса и выделывала прочие «ниндзя-штучки». Издевалась, как умела. Я не услышал, как приблизился еще один спонсор, и догадался о его присутствии, лишь получив удар ногой по ребрам. Вот и Ванечка. Я скорчился на полу, глотая ртом воздух. Он наклонился надо мной.

— Предупреждал же тебя — сдохни до нашей следующей встречи, — с неприятной улыбкой проговорил он. На моих руках оказались электронаручники.

— Она пинается посильнее тебя, — выдавил я. Он распрямился и с притворным возмущением повторил удар. Мимо прошел хохочущий молодой человек, которого я видел только в ПеГГИ. Он принес девушке одежду. Протянул ей ее и тут же спрятал за спину, заставляя тем самым обнять себя. Девушка, не смущаясь, обвилась вокруг него. Он впился в нее губами, обхватил и сжал ягодицу ниндзя свободной рукой.

— Не имею чести, — наконец продышался я. — Это, наверное, Анастасия.

Девушка освободилась от объятий молодого человека и сделала реверанс.

— Что означает, что ты — Матиас, — он кивнул. На лице у него краснел свежий шрам. Меня осенило. — Это ты недобиток с парковки?

— Угу. Не старайся, твои провокации не сработают. Легко ты не умрешь… Но вообще-то для профилактики держи, — Матиас пнул меня по ребрам.

Девушка тем временем оделась.

— Анжела с остальными? — спросила она.

— Ага, готовит развлечение, — отозвался Иван. — Ну, что, идем?

Остальные кивнули. Молодые люди подхватили меня под мышки и рывком поставили на ноги.

— Топай давай, — подтолкнул Матиас. Иван перешел в авангард, я без энтузиазма двинул за ним.

Мы вышли на лестницу. Иван начал спускаться, и я собирался пойти следом, но Матиас взял меня за локоть.

— А нам наверх.

Я пожал плечами и стал подниматься по ступенькам. Матиас и Анастасия щли сзади. Или девушка опять мимикрировала? На миг в конце очередного лестничного марша мелькнуло знакомое дрожание воздуха. На хорошо освещенной лестнице я был уверен, что мне не показалось. Я в недоумении повернулся и встретился с вопросительным взглядом Матиаса. Анастасия стояла рядом. Спонсор небрежно поднял на меня мою же винтовку.

— Чего встал?

— Мучает вопрос, — нашелся я. — У вас же есть большие деньги?

— Допустим, и что? Ты иди.

— Вот ты, ниндзя, — поднимаясь, обратился я к Анастасии, — почему бы не взять костюм-хамелеон при таком-то достатке?

— Это он и есть, — ответила она, снисходительно улыбаясь.

— Зачем тогда этот эксгибиционизм? — поинтересовался я, хотя в принципе знал ответ.

— Затем, что у некоторых есть жутко неудобные способности, — ответила она. — Костюм при мимикрии нагревается.

— Что ж, на каждую неудобную способность есть удобный человек, который проинформирует об этом. Вы, ребята, слышали что-нибудь про честную игру?

— Адепты честной игры обычно живут на севере, — ответила девушка. — Правила придумывает человек, и почти всегда придумывает для тех, кто верит, что эта ерунда что-то гарантирует. Правила, законы, пф-ф-ф, — фыркнула она, — эта херня работает только среди таких, как ты, а в целом, вся их сила — в вашем воображении.

— Какая ты умница, — подал голос Матиас. Сзади послышался звук поцелуя.

Я молча поднимался, теряясь в догадках, кем мог быть второй хамелеон. Если это не очередная шутка спонсоров, то он может быть их врагом, раз не показывается. А враг моего врага мой друг. Во всяком случае, я хотел бы верить в это. Так кто это? Кроме Грега друзей в игре у меня не было.

— Этот этаж, — Матиас ткнул винтовкой мне в спину. Я вошел в холл одного из последних этажей. Когда-то его явно занимала элита, об этом говорило все — хороший паркет, высокие потолки, остатки роскошной мебели, стильная когда-то отделка. На шум нашего появления в холл выскочила Анжела.

— О-о-о, наконец-то! — захлопала она в ладоши, увидев меня. — Где Иван?

— Ушел за остальными, минуты через три поднимется, — ответил Матиас.

— Чудесно! — чуть не подпрыгивала возбужденная девушка. Единожды столкнувшись с их «чудачествами», я подозревал, что спонсоры готовят что-то нездоровое. Меня провели в длинное помещение, которое раньше играло роль зала для совещаний. Важные, толстые и богатые люди когда-то сидели здесь вдоль огромного стола и вели свой бизнес. Стола уже не было, нынешнее поколение местных господ решало вопросы и без него. Я повернул голову и увидел сидящего у стены Грегори. Рядом без чувств лежала Изабель. Руки обоих сковывали наручники. Матиас бесцеремонно подтолкнул меня к пленникам. Я устало опустился рядом с ними.

— Жаль, — сказал я Грегори.

Он молча кивнул. Судя по следам на его лице, не одна Анастасия владела кулаками.

— Почему не ушел? — спросил я. — Я же предупреждал.

— Она — член команды. А потом момент был упущен.

— Разве член команды, не слушающий командира, может рассчитывать на поддержку? — спросил я.

— Но ты же оказал ей поддержку, — огрызнулся Грег, — а она была для тебя никем.

— А я в том доме сыграл не за нее, а против охотников, — парировал я.

— А я не про дом говорю, — сказал Грег, — а про то, что случилось потом с ее братом.

Я сделал вид, что не понимаю.

— Ой, да брось, — закатил он глаза, — мне-то зачем очки втирать? Я сразу понял, как только она, — мотнул он головой на Изабель, — рассказала мне. Что, охотники на подходе были?

Я не отвечал, молча уставившись в окно.

— А уйти ты, конечно, не смог, потому что увидел в ней с братом Лину и себя, — продолжал давить, Грег.

— Ладно, брось, — отрезал я. — Что сделано, то сделано. У тебя очень хорошо получаются психологические портреты. А ты сам, весь такой прагматичный, почему все-таки пошел за ней? Уж не влюбился ли?

По секундному замешательству и изменившемуся лицу Грега я вдруг понял, что случайный выпад попал в цель.

— Неужели это так? — с удивлением воскликнул я и протянул. — Ну, дела.

В эту минуту в зал совещаний вошли еще три изрядно помятых игрока, которых конвоировал Иван.

— Ну, все, финита, — прошептал Грег, — помощи не будет.

— Твои ребята? — спросил я. Он кивнул.

Тогда, пожалуй, конец. И простым он не получится, об этом позаботятся наши юные друзья. Оставалась слабая надежда на помощь хамелеона, мелькнувшего на лестнице. Но он пока не давал о себе знать. Возможно, отказался от мысли вмешаться, уступая численному преимуществу охотников.

Спонсоры заканчивали какие-то приготовления. На стекла трех окон были закреплены устройства. Я пару раз имел с ними дело, когда обучался в академии. После запуска устройств и короткой задержки, хлопнули направленные импульсы и в стеклах образовались почти правильные прямоугольные бреши чуть меньше роста человека. Матиас подкатил к окнам какой-то ящик. Внутри оказались составные части устройства, которое после сборки напомнило гарпунную пушку. Пока Матиас собирал ее, Анастасия занималась проектором, который остался нетронутым со времен эвакуации. После установки передатчика данных она синхронизировала устройства и с кем-то связалась. «Мощная рация», — отметил я про себя. Значит, разговор с кем-то из «внешнего мира». Обменявшись с собеседником парой фраз, она подняла глаза на экран. Через несколько секунд ожидания на нем появилось изображение. Из динамиков полилась классическая музыка.

Тем временем Грег ругался с совзводными. Сыпались взаимные обвинения. Парни ставили ему в вину то, что он затащил их в засаду из-за того, что пошел на поводу у фанатички. Грег парировал, что оставил их снаружи здания с простым заданием, а они не только не поддержали командира в критическую минуту, но и сами попали в руки противнику, который, к тому же, не превосходил их числом.

С моей точки зрения, которую я счел разумным не озвучивать, опростоволосились все.

Я перестал обращать внимание на их перепалку, сосредоточившись на работе спонсоров. Матиас закончил собирать «гарпун» и теперь сидел на нем и откровенно получал удовольствие от ругающихся совзводных. Анастасия что-то вполголоса обсуждала с Анжелой. Теперь, когда они стояли рядом, я уловил небольшое сходство. В целом они были разные. Настя — намного грациознее, женственнее, в Анжеле просматривалась некая, почти не женская, крепость, разнузданность.

Иван, похоже, собирался заниматься съемкой. Мне было не понятно, зачем это нужно. Кругом были пико-шпионы, в наилучшем виде передающие все события Вызова. Разве что охотники поклонники «лампового» домашнего видео.

Анжела закончила разговор с Анастасией и повернулась к Матиасу.

— Давай.

Тот выставил «пушку» в одну из оконных брешей, встал на колено и замер, прицеливаясь. Целью было стоявшее напротив здание. Наш этаж находился примерно на одном уровне с его крышей. С громким сухим щелчком из ствола вылетел гарпун, увлекая за собой тонкий трос. Матиас следил за полетом. Затем, довольный результатом, стащил с пушки часть, где находился трос. Положил ее на пол и провел какие-то действия, после которых устройство выпустило зацепы, вгрызшиеся в пол. Убедившись в надежности закрепления, Матиас щелкнул переключателем. Трос натянулся. У других окон все повторилось. Вскоре из нашего зала к крыше соседнего здания тянулись три блестящие нити. Анастасия повесила на каждую роликовый транспортер. Я заметил, что кроме электропривода был еще ручной, Анастасия проверила работу «велосипедных педалей».

— Ну вы и клоуны, — бросил я, примерно представляя, что они затеяли.

Охотники настолько увлеклись приготовлениями, что не стали отвечать.

— Кажется, сейчас тут будет форт… — повернулся я к Грегори и осекся, встретившись с испепеляющим взглядом зеленых глаз. Очнувшаяся Изабель сидела рядом с Грегори и источала ненависть. Возможно, не будь на ней наручников, она попыталась бы убить меня голыми руками. Несколько секунд я с интересом наблюдал за ней. В конце концов, мне стало немного не по себе.

— Ой, да брось ты! — поморщился я. — В жопу тебя и твою вендетту. Думаю, что я не должен быть одним в твоем списке.

— Ты не один, — подала она голос и, наконец, отвела глаза. Иван обернулся и, поймав ее взгляд, ухмыльнулся и послал воздушный поцелуй. Меня аж передернуло.

— Мы готовы! — Иван огляделся. — Вы двое, — указал он на невредимых совзводных Грега, — на ноги!

Те нехотя поднялись.

— Мы знаем, зачем вы здесь. Ты спасаешь свою шкуру, а ты своего ребенка. Мы взяли вас в плен и можем в любую секунду забрать ваши жалкие жизни. Но мы прославились своей гуманностью, — ухмыльнулся Иван. — Мы предлагаем жизнь, но в обмен вы должны помочь нам решить нетрудную задачку.

Я заметил в глазах двоих совзводных надежду и с досадой отвернулся.

— Вижу, вы заинтересовались. Значит, готовы выслушать наше предложение, — сказал Иван. — Спрошу вас всех: знаете ли вы, что убийство члена своего сквада карается так же, как и убийство сдавшегося охотника? — не дожидаясь ответа, Иван сделал знак Анжеле, та поколдовала над синхронизатором, и проектор вывел на экран знакомые кадры. По коже поползли мурашки. В прошлый раз я видел это вживую.

— Это один из лучших эпизодов прохождения первой зоны, — пояснил спонсор, — здесь вы видите, как уважаемый Кори, — ехидно улыбнувшись, кивнул Иван в мою сторону, — спасает свою задницу от чистильщиков.

В эту секунду на экране я кидал флешку в семибистов. Сквад Грега с открытыми ртами наблюдал за монстрами.

— Вообще ему очень повезло, — продолжил Иван, — но, снимаю шляпу, мозги варят, противник интересный… Ну, так вот, к чему я это. Двое красавцев, преследующих Кори, это чистильщики. Они же и палачи убийц совзводных. Есть у них слабость — они не могут мутировать при дневном освещении. И для вас это важно!

Иван сделал торжественную паузу.

— Отпустить вас обоих мы не можем. Но решать, кто будет жить, должны не мы.

— Нам кажется это бесчеловечным, — изобразил сочувствие Матиас. Анжела прыснула.

— Точно, — улыбнулся Иван, — поэтому, решать, кто выживет, должен случай и вы сами. Сейчас Анастасия возьмет вот этот пистолет. В нем есть патрон. Еще она прихватит штурмовую винтовку и рюкзак с кое-каким снаряжением. Все это она переправит на ту крышу, — охотник показал дом напротив. — Пистолет будет дожидаться вас прямо в конце пути. Перебираться будете по тросам. Тот, кто станет первым, возьмет оружие и убьет отставшего. Анастасия отдаст аммуницию и отпустит на все четыре стороны.

— Безумие! Что потом делать с семибистами? — воскликнул один из совзводных.

— Я же сказал, что на свету они не мутируют, — ответил Иван, — поэтому у вас будет время до заката, чтобы дойти до конца зоны.

— Ну, не знаю, убивать своих… — промямлил тот же игрок.

— А можно ли тебе верить? — вызывающе спросил второй.

— Вот! — воскликнул я. — Это правильный вопрос, можно я на него отвечу?

— Да заткнись ты! — бросила с улыбкой Анжела. Анастасия начала собираться.

— Верить? — улыбка сошла с лица Ивана. — Ты можешь быть уверен, что если не согласишься, то точно умрешь через несколько минут… Ну, еще раз, клянусь королевскими сиськами Анжелы, нетопыри и волчары не мутируют днем!

— Эй, — притворно возмутилась девушка и жеманно ударила его по груди.

Анастасия пристегнула страховку, взялась за рукоятки транспортера и повернула голову.

— Ну?

— Отправляйся, они сделают это, — уверенно ответил Матиас.

Девушка зацепилась за трос голеностопами, запустила электропривод и сорвалась с места. Вылетая из окна, она восторженно завизжала. Спонсоры, улыбаясь, проводили ее взглядами.

— Пока Настя в пути, Анжела разрешит ваши сомнения окончательно, — сказал Иван.

Девушка включила еще одну запись. На экране замелькали кадры какого-то семейного видео, сменяющегося фотографиями женщины с маленькой девочкой. Лицо одного из совзводных выдало бурю эмоций. Он приблизился к экрану и застыл напротив, не отрывая глаз. Губы его дрожали, по щеке пробежала слеза.

— Я на месте, — послышался из рации голос Анастасии.

Я увидел, что другому совзводному толчок был не нужен. Он незаметно отходил к окну, следя за движениями первого.

— Время пошло! — заорал неожиданно Иван.

Крадущийся совзводный вздрогнул и рванулся к транспортеру. Второй, обернувшись, издал гневное восклицание и метнулся к следующему. Пока он возился со страховкой, первый выехал наружу. Спонсоры покатывались от смеха. Наконец «семейный», как я мысленно назвал его, справился с устройством и выскочил вслед за первым.

Внимание спонсоров было полностью поглощено двумя фигурами, скользящими по тонким тросам на головокружительной высоте. Некоторое время и мой взгляд был прикован к двум идиотам, которые старались спасти свои жизни. Неожиданно я увидел краем глаза почти неуловимое движение справа. Я повернул голову. В дверях стоял хамелеон. Кажется, он сознательно не охлаждал кожу, чтобы я мог увидеть его силуэт. Убедившись, что привлек мое внимание, он приложил палец к губам и вышел. Я приободрился, понимая, что поддержка, возможно, будет.

— Отключай, а то неинтересно, — прервал молчание Иван.

Матиас что-то сделал, и в следующую секунду фигурки соперников замерли на полпути. Спонсоры отключили электроприводы.

— Переходите на ручное, — хохоча, крикнул в окно Матиас.

Растерявшиеся было игроки теперь в панике задергались на дрожащих тросах. Справившись с переходом, они остервенело закрутили «педали» ручного привода. Как я видел, «семейный» чуть вырвался вперед. Когда до крыши оставалось совсем чуть-чуть, его преимущество стало еще более явным. Он должен был стать первым. Так и случилось. Оказавшись в безопасности, он отстегнулся и неловко грохнулся на крышу. Через секунду он показался над парапетом, встречая совзводного с пистолетом в руке. Увидев, что опоздал, тот остановился и начал о чем-то говорить с бывшим соратником. Тот отрицательно мотнул головой и прицелился. Выстрел эхом раскатился по окрестностям. Проигравший безжизненно повис на страховке. У всех в комнате завибрировали информаторы.

«Семейный» стоял, опустив голову. К нему подошла Анастасия, забрала пистолет и всунула взамен рюкзак и винтовку. Дала легкую пощечину и показала запястье, явно напоминая о времени. Тот встрепенулся и, по-быстрому закинув рюкзак на спину, отправился к выходу. Анастасия нам помахала рукой.

— Ну, вышло недурно, — прокомментировал Матиас.

— Самое интересное еще впереди! — отозвался Иван, с недоброй улыбкой покосившись на нас. — Смотри дальше!

— Увольте своего семейного психотерапевта, — сказал я, — он даром ест свой хлеб.

Спонсоры продолжали наблюдать за домом напротив.

Неожиданно ко мне наклонился Грег.

— Кори, дураку понятно, к чему все идет, — прошептал он. — Они заставят делать выбор. Как другу предлагаю: пусть будет, что будет, подыграем им. Ты убьешь меня — заботишься о моих, я убиваю тебя — твои будут под моей опекой навсегда. Идет?

— Трудно защищать того, кто хочет тебя убить. — сказал я, коротко взглянув на Изабель, — но, ладно, годится.

— Если не ее, то хотя бы опекунов, — шепнул Грегори и отодвинулся.

Снаружи донесся приглушенный шум выстрелов. Спонсоры переглянулись с мерзкими улыбками. Анастасия по прежнему оставалась на крыше и, повернувшись к нам спиной, смотрела на дверь, в которую уходил «семейный». Через секунду она распахнулась и на крышу вывалился выживший, беспорядочно отстреливающий назад обойму. Крича, он поднялся и побежал вдоль парапета. Вслед за ним, ломая дверь, на крышу выбежала тварь, каких я прежде не видел. Как и прочие семибисты, она было ненамного больше человека, но, определенно, выглядела более отвратительно. Прототип был явно из мира насекомых, кажется, этих тварей называют телифонами. Черный недоскорпион быстро набирал скорость, догоняя игрока. Тот развернулся и дал отчаянную очередь. Гигантский телифона затормозил и в мгновение ока сжался, закрываясь педипальпами. Пули с искрами отскакивали от брони. Патроны у «семейного» кончились. Чудовище, уже не спеша, поползло к игроку, в предвкушении сжимая и разжимая клешни. Тот размахнулся и швырнул в него винтовку, беспомощно осмотрелся и вдруг с диким хохотом подбежал к краю здания и бросился вниз. Падая, он продолжал хохотать. Семибист приблизился к краю, выглянул вниз, перевалился через парапет и начал спускаться прямо по стене.

— Почти все убивают себя, — смеясь, сказал Иван. Поймал недвусмысленный взгляд Грега и развел руками. — А что? Я не солгал — за ним пришел не волк и не вампир.

Анастасия возвращалась. Иван потер руки.

— Так. Теперь продолжим с вами. Анжела, покажи им документалку.

Девушка, все еще улыбаясь, запустила очередное видео. На экране появился человек в костюме, делающий доклад.

— Прокрути до важного, — попросил Иван, и пояснил, — это ученый, один из тех, кто занимается разработками мутагенов. Это запись с одной из конференций.

В окно въехала Анастасия. Поднявшись на ноги, она хлопнула по поднятой ладони Матиаса. Анжела нашла нужное место и включила обычную скорость воспроизведения.

— …результаты тестирования мутагена с кодом MX157 следует признать неудовлетворительными. Все подопытные проявляют высокий уровень агрессии, не реагируя на команды. В целом неуправляемы… При активации мутагена наблюдались случаи летального исхода. Выживаемость составляет 50 %. Выжившие особи не способны обратимо мутировать. Первичная мутация становится последней… Нами было выяснено, что определенная последовательность в структуре ДНК подопытного, при воздействии на нее мутагена, приводит к аномалиям мутации, приводящим к смерти. — Ученый поправил очки. — Общая вероятность летального исхода по каким-либо из упомянутых причин, по нашей оценке равна 75 %. Таким образом, MX157 не рекомендуется к использованию. Все оставшиеся экземпляры будут утилизированы.

Анжела остановила запись. Иван поднял руку, в которой оказались две капсулы.

— Вам повезло, не весь мутаген был утилизирован. Несколько тысяч кредитов могут творить чудеса. Два счастливчика могут получить заряд бодрости.

Во второй руке Ивана появился барабанный инъектор на несколько зарядов.

— Рулетка, — обреченно прошептал последний игрок из команды Грега.

— Точно, Гаррет! — кивнул ему Иван. — Две капсулы с мутагеном я дополню капсулой с хелс-модификатором, кому-то из вас он может помочь, и очень классной капсулой с синтезисом. Возможно вы не знаете, но за этот наркотик люди отдают последнее… Итак, правила такие: вы играете по очереди, но вводите капсулы не себе, а любому из тех, кто еще не получил свою дозу.

— Не пойму, в чем тут сложный выбор, — сказал Грег.

— Для кого-то может и не сложный. Но вообразите, вас тут трое совзводных и только один сторонний человек, — указал на меня Иван. — Это значит, что кто-то с большой вероятностью может ввести совзводному потенциально смертельный мутаген или дозу наркотика, от которой можно загнуться. Если это произойдет, то… — охотник многозначительно кивнул в сторону окна, напоминая о семибисте.

Мы молчали. Гаррет трясся за свою жизнь. Грег, кажется, переживал за Изабель. Той вообще было наплевать на все. Одержимая. Грохнуть Ивана и меня — все, что ей было нужно для счастья.

— Отказываться не рекомендую, — добавил Матиас, демонстрируя страшных размеров револьвер.

Иван добавил пару капсул, перемешал их в кулаке, и теперь с торжественным видом вставлял их в обойму инъектора. Закончив, он крутнул барабан.

— Итак? Вы играете?

Изабель кивнула, Грег пожал плечами, мол, «какой выбор». Гаррет пробормотал «да».

— Сыграем, — ответил я на вопросительный взгляд спонсора.

— Чудно! — сказал Иван. — Сейчас мы освободим вам руки. Но напоминаю, что у нас есть, чем сделать вам больно в случае чего.

Анжела отключила электрозамки с какого-то брелока. Наручники попадали на пол. Все начали разминать затекшие запястья.

— Сели крестиком, — приказал Иван.

Мы повиновались. Грег оказался слева, Изабель села напротив.

— Кручу-верчу — обмануть хочу, — Иван положил инъектор на пол между нами и раскрутил его.

«Револьвер» сделал несколько оборотов и остановился. Кончик показывал на Грегори.

— Тебе делать первый выбор, — сообщил Иван.

Грег взял инъектор, привстал и, не раздумывая, ввел первую капсулу Гаррету. Тот поморщился от укола и злобно посмотрел на совзводного.

— Продолжай, Гаррет! — приказал Иван.

— Надеюсь, что угадаю, — Гаррет с ненавистью бросил взгляд на Грега и уколол Изабель. Сунув ей в руку инъектор, он вернулся на место. Его начала бить дрожь. Спонсоры переглянулись.

Я с улыбкой смотрел Изабель в глаза. Зрачки ее расширились, радужки почти не было видно. Она была восхитительна. Дрожь Гаррета перешла в судороги. Определенно ему достался мутаген. Изабель была под действием наркотика.

— Поторопись, дорогая, — сказала Анастасия, — скоро ты не сможешь контролировать себя.

Где-то далеко толстосумы сейчас делают ставки. Остались две капсулы — одна несет смертельно опасный мутаген, другая — исцеление. Один человек для Изи смертельный враг, другой любит ее. Спонсоры завороженно ожидали решения девушки.

Изабель привстала и вонзила инъектор мне в шею. Оставив его рядом со мной, она вернулась на свое место и, казалось, потеряла интерес ко всему окружающему. Велика доза. Я взял инъектор. Пока ничего не чувствовал.

— Все в силе, брат, — сказал я Грегу и сделал последнюю иньекцию.

Изабель повалилась на пол, глаза закатились. Гаррет бился в судорогах справа. Осталось узнать, кто из нас с Грегом получил хелс, а кто мутаген. Наверное, прошло не более десяти секунд, но казалось, что мы смотрим друг на друга не меньше пяти минут. Грег изменился в лице. Неужели он заражен? Впрочем, любой исход был плох. На этом и основывались игры спонсоров. Грег с сожалением смотрел на меня. В чем дело? Я опустил голову. Руки дрожали. Я попытался проконтролировать тремор и не смог. Судорога прошла по всему телу. Меня начал бить озноб.

— Черт! — сказал разочарованно Матиас, достал карту кредитов и бросил ее в подставленную руку Ивана.

— Кажется, мне в ваши игры… — я не договорил, меня стошнило прямо посреди фразы.

— Фи, у кого-то слабый желудок, — брезгливо бросила Анастасия. — Игра окончена, я проверю вертушки.

— Хочешь, пойду с тобой — спросил Матиас. Девушка покачала головой. — Как хочешь.

Я слышал спонсоров как сквозь вату. Дрожь усиливалась, меня бросало то в жар, то в холод. Перед глазами всё плыло, временами зрение пропадало. При этом я не чувствовал себя так уж плохо. Однако я решил, что упасть на пол и скорчиться подобно Гаррету будет отличной идеей. Мое тело сотрясалось в судорогах, глаза я прикрыл. Но прекрасно осознавал, что происходит вокруг. Получалось, что у меня была подходящая ДНК, мутаген не убивал меня. Оставался еще пятидесятипроцентный шанс подохнуть в каком-нибудь активаторе, но не умереть при инъекции уже успех.

Грег подобрался к Изабель и держал ее голову на коленях. Глаза девушки беспокойно двигались под веками. Спонсоры потеряли к происходящему интерес. Анжела разбирала видеоустройства. Иван стоял у окна и с кем-то вполголоса переговаривался по рации. Матиас собирал амуницию, грузил трофейное оружие в сумки. Заполнив одну, он толкнул ее к двери.

— Черт! — он смотрел на «гарпун». — Нам обязательно его забирать? — обратился он к Ивану.

Иван мельком посмотрел на массивную пушку.

— Да к черту, оставь тут. Пригодится в следующий раз. Убери с виду.

Матиас небрежно откатил к стене дорогущий агрегат, который они вот так запросто могли бросить. Проходя мимо, он не упустил возможности, чтобы несильно пнуть меня.

— Есть кто дома? — наклонился он надо мной. Я не подал виду, что слышу. Он отошел к Гаррету. Тот лежал неподвижно, он поискал пульс. — Вань, тут почти все.

— Хм, а информатор пока молчит, — отозвался тот, — подожди, не отбирай у чистильщиков их хлеб.

Матиас ухмылнулся, сгреб труп Гаррета за шкирку и бросил у окна.

— Наверное, пора отпускать этого, — сказал Матиас, показывая на Грегори. — Семибист здесь все разворотит.

Иван, улыбнувшись, собирался что-то сказать, но был прерван тихим, но отчетливым голосом Анастасии из рации.

— Здесь кто-то есть.

Спонсоры переглянулись.

— Местный? — спросил Иван.

— Вряд ли. Не палите, я отключаюсь.

Иван бросил рацию.

— Вы двое, берите шмотки и дуйте наверх. Поддержите Настю, если потребуется. Я закончу здесь сам.

Анжела и Матиас похватали сумки и направились к двери. В эту секунду у всех завибрировали ПеГГИ. Иван первый заглянул в информатор и грязно выругался.

— Бросайте все. Минус попытка у Насти. Ищите ублюдка. Я догоню.

Я услышал топот ног выбегающих спонсоров. Похоже, хамелеон вступил в игру. Надеюсь, это не все и он еще потреплет нервы охотникам.

Иван вытащил пистолет и пошел к Грегу.

— Вы вроде бы собирались отпустить нас после рулетки? — спросил Грегори, осторожно опуская голову девушки на пол и поднимаясь.

— Я и собираюсь, — ухмыльнулся Иван и поднял пистолет.

— Мудак, — отчетливо произнес я.

Спонсор вздрогнул и на мгновение отвлекся. Грегори сделал то, что и должен был. Отбив руку с пистолетом в сторону, он обрушил кулак на лицо Ивана. Они сцепились и повалились на пол, ругаясь и колотя друг друга. Я попробовал встать. Подняться не получалось, но ползти я смог. Я увидев сумку с оружием, оставленную Матиасом, и пополз к ней. Спазмы по-прежнему скручивали все тело. Дерущиеся тем временем оказались между мной и окном. Кажется, Иван одерживал верх. Масса у него была побольше. Грегори не сдавался, но пропустил пару сильных ударов и совсем потерялся. Иван отбросил его, поднялся. Увидев лежащий у окна пистолет, пошел за ним. Я понял, что добраться до сумки с оружием не успеваю. Мой взгляд упал на стоящий у стены гарпун. Я собрал все силы и перекатился к нему. Иван тем временем поднял пистолет и обернулся к Грегори. Тот уже поднимался, но охотник выстрелил. Грегори завалился на пол, держась за бок.

— Хорошая попытка, — сказал Иван, — но, к сожалению, не могу остаться с вами и поиграть еще.

Его грудь оказалась в прицеле гарпуна. Надеясь, что в пушке есть заряд, я нажал на спуск. Гарпун молнией вылетел из ствола и пригвоздил спонсора к окну. Пистолет снова вылетел из руки Ивана. По стеклу разошлась сеть трещин. Наконечник улетел в здание напротив.

Иван с недоумением опустил голову и посмотрел на трос, торчащий между ребрами. С гримасой он схватил ладонями трос и попытался вытянуть себя. Кажется, он был в шоке.

— Грегори, — позвал я.

— Я в норме, — слабо отозвался тот, — хелс работает.

— Слушай, нужно уходить, ты сможешь?

Грег поднялся. Иван, наконец, почувствовав боль, начал подвывать.

— Я должен позаботиться о ней, — кивнул Грегори на Изабель.

— Не сомневаюсь, — сказал я, — кинь-ка мне их рацию. И разверни их сраную камеру на этого козла, — кивнул я на рычащего от боли Ивана. — Потом забирай девчонку и уходи.

— А ты? В скваде появилось вакансии, — кидая мне рацию, спросил Грегори.

— Шутишь? Даже если забыть про ее одержимость, — показал я на Изабель, — во мне мутаген. И жить мне только до первого серьезного ранения. Пока могу, я должен закончить с охотниками, они не отстанут… Оставь мне что-нибудь, — показал я на сумку Матиаса.

Грег кивнул. Вытащив из сумки пару SMG, он вернулся к Изабель, взвалил ее на плечо.

Я сел у пушки.

— Не забудь то, о чем мы договорились? — бросил я вслед выходящему Грегори. Тот, не оборачиваясь, поднял руку.

Ну вот. Я неожиданно почувствовал себя гораздо лучше, силы вернулись, дрожь постепенно сходила на нет. Кажется, мне будет, что противопоставить спонсорам, тем более, их осталось только двое. Я включил рацию.

— Эй, чертова сука, — позвал я, — Анжела, мать твою, отзовись!

— Что за покойника я слышу? — раздался из рации голос девушки.

— Это Кори, — я замолчал, представляя эффект.

Пару секунд она молчала. Наверное, проверяла частоту.

— Почему ты еще не сдох? — наконец спросила она.

— Еще не время. Боюсь, у меня не выйдет это так ловко, как у вас, но я хочу сыграть с тобой. Я знаю, эта чертова камера синхронизирована с вашими ПеГГИ или что там у вас. Посмотри-ка, что сейчас транслируется.

Снова пауза. Вот сейчас она должна уже видеть.

— Ублюдок! — крикнула она. — Если он умрет, я тебя…

— Что?! — перебивая ее, заорал я. — Что ты, сука, еще сможешь сделать мне? Я — мертвец!

Из динамика доносилось тяжелое прерывистое дыхание. Я успокоился.

— Короче говоря, вот тебе дилемма. Я сейчас запускаю натяжение троса. Пушка не закреплена. Если гарпун не застрял в здании, то сколько-то времени у тебя есть. В противном случае он подтянет пушку. К окну и дальше. И вот незадача, тут Ваня наживлен. Если ты не успеешь… — я красноречиво замолчал. — Не сделаю этого, если ты в течение пяти секунд назовешь мне имя игрока, которого вы убили в охотничьем домике… Нет? Поскольку или ты, или Матиас уже на пути сюда, я запускаю процесс.

Из динамика полился поток ругательств. Отшвырнув рацию и не обращая на нее внимания, я нажал на запуск натяжения. Встал и подошел к сумке с оружием. Достал оттуда свой SCAR, прицелился в Гаррета и всадил в него короткую очередь. ПеГГИ откликнулась вибрацией. Я закинул сумку за плечо и отправился к двери. У выхода обернулся. Бледный как смерть Иван смотрел, как к нему ползет пушка.

— Пожалуйста… — прохрипел он, подняв на меня глаза.

— Бог подаст! — я отвернулся и вышел.

Глава 9

Первое, что я сделал, когда вышел за дверь, это полез в историю событий. Было очень интересно, кто обнулил попытку Анастасии. Хамелеоном оказался Мак. Тот самый игрок с недобрым взглядом, которого приговорили к тройной смертной казни. Удивительно. От него-то помощи я бы ждал в последнюю очередь. Что ж, проживу подольше — узнаю его мотивы.

А для этого нужно было отбиться от оставшихся охотников. Вряд ли они успеют спасти Ивана, но за мной вернутся точно. Анастасия говорила что-то про вертушки. Скорее всего, это «пузыри» — легкие одноместные электровертолеты. Даже с их деньгами они вряд ли протащили бы что-то крупнее. Это привлекло бы лишнее внимание со стороны правительства. Лучшим местом для «пузырей» была крыша. Если Мак не придумает что-то еще, то нужно ждать атаки с воздуха.

Я отошел от зала, где вот-вот должен был закончить игру Иван. Занял позицию рядом с лестницей и мог наблюдать за дальней частью коридора и контролировать вход на этаж. Из оставленного кабинета доносились вопли охотника. Похоже, развязка близка.

Появился новый звук, идущий с улицы. Стрекот вращающихся винтов вертолетов трудно спутать с чем-то еще. Не прошло и минуты и у окна, где жалюзи было сорвано, появился «пузырь» с Матиасов внутри.

Меня скрывала тень, но на всякий случай я присел за диван. Что это они навесили? Похоже на пулемет. А может и что-то помощнее. Нет, определенно цикличного действия.

Непрекращающийся вой Ивана достиг апогея и внезапно оборвался. Я надеялся, что Анжела висит сейчас в своем «пузыре» и смотрит на последние мгновенья жизни своего суженного, не в силах ничего изменить. По руке прошла вибрация. «Кори одерживает победу над Иваном. Число игроков — 36». Отличная новость, этот взвод порядком поднадоел. Я представил, как на стене соседнего здания болтается Иван, как олицетворение кармической справедливости, и улыбнулся.

Матиас всадил длинную очередь в окно, «вырезая» вход. Осторожно провел «пузырь» в образовавшуюся брешь и подлетел к дверям зала, где и завис. Я видел, как он переговаривается по рации. Наверное, согласует действия с Анжелой.

Пришло сообщение от Лискера. «Бруно в бешенстве. Твое местонахождение будет слито в ближайшие секунды».

Я оторвал глаза от информатора и увидел, что Матиас выслушивал чье-то сообщение с повернутой в мою сторону головой. Я сорвался с места и бросился на лестницу, не теряя «пузырь» спонсора из виду. Матиас тут же обнаружил меня и, схватив ручку управления, стал поворачивать машину. На бегу я дал длинную очередь из винтовки по «пузырю». Пули, забарабанившие по пластику и стеклу вертолета, заставили охотника в испуге вывернуть рукоятку. Это меня и спасло. Крупнокалиберные пули из его пулемета выбили куски бетона над моей головой. Когда он смог выровнять «пузырь», я был уже на лестнице, и повторная очередь лишь продырявила дверь.

Я побежал вниз, прыгая через две ступеньки. На очередном марше передо мной легла тень — снаружи показался второй «пузырь». Бледная Анжела с безумным взглядом медленно опускала машину. Заметила меня и рывком бросила вертолет вниз. Под грохотание пулемета, разносившего стекло за спиной, я ворвался на очередной этаж. Анжела осталась висеть перед лестницей, не пытаясь лететь за мной. Сообщает Матиасу. Сейчас он найдет нужный этаж и просто влетит в окно. А потом расстреляет меня, пока Анжела будет караулить лестницу. Я бежал по холлу, пытаясь на ходу придумать решение. В чертовом здании одна лестница? Должна же быть запасная, пожарный выход, хоть что-то. Ничего такого. И куда, черт возьми, подевался хамелеон?

Можно было спрятаться в одном из кабинетов, но это был слабенький план. Путей к отступлению не будет. Матиас залетит в холл и проконтролирует выход и двери. Анжела летает снаружи и высматривает меня. И находит.

Полная сумка оружия, а на деле ничего полезного, я на бегу рылся в наследии сквада Грега. Гранаты пришлись бы ко двору, но внутри не оказалось даже флешек, не говоря об осколочных.

Вот и конец пути. Дорогу преграждала опущенная решетка-жалюзи. Перебежать во вторую половину здания мне не удалось. Рядом ниши лифтов. Без ключа двери не открыть. Сзади послышался звон стекла. Перед лифтами стояло несколько диванов, окружающих журнальные столики. Я нырнул за ближайший. Матиас влетел в холл и развернул ствол пулемета в мою сторону. А у меня не было ничего мощнее, чем SCAR. И как показал опыт, его было недостаточно, чтобы пробить бронированное стекло «пузыря».

Мыслей не было вообще. За спиной тупик, спереди охотник, справа лифты, которые не открыть, слева несколько этажей свободного падения. Оставалось ждать.

Вертолет Матиаса завис недалеко от разбитого окна. Охотник следил за холлом. Нас разделяло не более пятидесяти метров. Откуда-то снаружи донесся грохот пулемета и звон бьющихся стекол. Охотники действовали предсказуемо — Анжела проверяла кабинеты. Когда она закончит вариантов не останется. Прилетит сюда и грохнет меня с особой жестокостью.

На фоне стука пулемета раздался какой-то скрежет. Мне показалось, что звук шел из шахты лифтов. Может, я выдаю желаемое за действительное? Несколько секунд томительного ожидания и звук повторился. Я лихорадочно начал рыться в сумке. Пойдет. Пара пустых рожков от SMG. Один за другим я пустил их по полу в дверь лифта. С металлическим звоном они остановились у створок. Я поднял голову, за шумом Матиас ничего не услышал. Зато услышал тот, кто был в шахте, звуки пропали на несколько секунд. Потом раздались снова, но гораздо ближе. Было ощущение, что «лифтер» находится если не на моем этаже, то на соседнем точно. Я вытащил рожок из первого попавшегося SMG, и отправил вслед за двумя другими. Полминуты, и створки дрогнули, одна слегка отошла, открывая небольшую щель.

Кто бы там ни был, осторожность не была для него чуждой. Наконец, створка откатилась в сторону и из воздуха материализовался хамелеон. Я поприветствовал его жестом и мотнул головой в сторону Матиаса. Мак осторожно высунулся наружу, мимикрируя. Затем вернулся в шахту и показал мне, что все понял. Поднял руку, в которой держал ЭМИ-гранату, и жестами объяснил свой план. Он отжал вторую створку, открывая обзор на тросы. На одном из них был закреплен роликовый транспортер, подобный тем, которые использовались спонсорами ранее. Я поднял большой палец. Мак показал пятерню и начал отсчет. Когда остался один палец, он активировал гранату и бросил ее в сторону «пузыря». Одновременно я вскочил и бросился в шахту. Матиас сразу обнаружил меня, но выстрелить не смог, импульс гранаты вывел из строя всю электронику. Машину повело в сторону, шасси прочертило на паркете полосы. Чем все закончилось я не видел, был на тросе. Но судя по грохоту, «пузырь» обломал винты и точно никуда не полетит. Я слышал ругательства Матиаса.

— Уходи из здания. Пришлю сообщение. Прими. Игрок_3, — накидал мне обрывистых инструкций Мак.

— Ты? — спросил я.

— Будет проще выбраться раздельно, — Мак стал невидимым и вышел в холл.

Кажется, у Матиаса будет минус попытка. Я соскользнул по тросу вниз. Последнее, что я успел услышать, это как спонсор что-то орал в рацию.

Я спустился до знакомого лифта, застывшего над верхним уровнем парковки. Следовало сделать выбор, как покидать здание. Через парковку быстрее и тише, но выход один и не получится разведать обстановку. Первый этаж, где мы перестреливались с Изабель, давал больше возможностей. Правда, скорее всего, придется выходить в окно, это лишний шум, но зато можно выйти где угодно. Немного поколебавшись, я решил уйти через первый этаж.

Вибрация. Обещанное сообщение от Мака? Нет, не сообщение, но привет от него. «Мак обнуляет попытку Матиаса. Число игроков в локации — 35». Из охотников осталась только Анжела. И при этом явно выбитая из равновесия. Будет ошибаться. Теперь охотником может стать и не она. Было бы неплохо отправить ее за возлюбленным.

Я потянулся к запорному механизму дверей. Раздвинул створки и бегло осмотрел этаж, все спокойно. На полу лежали стреляные гильзы. Патронов Изабель не жалела. Я снова оказался в офисном аквариуме. Тут за окном мелькнула тень и я едва успел отскочить за колонну, прячась от «пузыря». Анжела зависла перед окном и высматривала меня. Мою позицию снова сдали. Отслеживая перемещение вертолета девушки по тени на полу, я активировал ПеГГИ. Написал сообщение Лискеру. «Озмунд, ты что-нибудь предпринимаешь? Этот слив осточертел». Почти сразу же выскочило ответное сообщение: «Веду переговоры». Мое ответное сообщение не было эталоном обходительности: «Я сейчас принципиально упрусь рогом и грохну эту сучку. Этот довод можешь использовать в переговорах с Бруно».

Загрохотал пулемет. Пули разнесли окно и застучали по колонне. Анжеле сообщили мое точное нахождение. Интересно, много ли у нее патронов? Девушка их не жалела, шквал пуль выбивал куски бетона, сбивал отделку, крушил и без того пострадавшее офисное помещение. «Пузырь» смещался влево-вправо, Анжела пыталась хоть как-то зацепить меня. Я двигался вокруг колонны, оставляя ее между нами. По руке прошла двойная вибрация ПеГГИ. Нет, никого нет дома. Анжела больше не стреляла, только слегка покачивалась в воздухе. Попасть внутрь она не могла, потолки здесь были ниже, чем на верхних этажах, да и весь офис был забит столами-перегородками. Охотница повисела с минуту, затем рванула вверх и пропала из виду.

Что там в информаторе? Такого я еще не видел, Мак сделал запрос на образование команды. Тут же было сообщение от него же. Я не хотел принимать запрос, не узнав мотивов, поэтому начал с чата.

— Прими запрос. Я хожу по тонкому льду, вмешиваясь в то, что меня не касается. Удивляюсь, что еще не выдали предупреждение, — услышал я его голосовое сообщение. — Если с Анастасией вопросов почти нет, то за Матиаса вполне могут дать.

— Спасибо за помощь, — ответил я, — но все-таки, почему?

После паузы пришел ответ.

— Во-первых, я хочу выиграть. У нас обоих усложненный контракт. Обоим идти в «Болото». Ты проявил себя. И я тоже. Ты взял способность. Я тоже. Дополняя друг друга, мы сможем выжить и убрать всех, кто будет мешать.

— Разумно. Что во-вторых? — спросил я.

— Во-вторых, есть кое-какое задание, которое нужно выполнить здесь, в «Урбане». Человек, который просит помочь, хочет, чтобы и ты участвовал. Больше сказать не могу. Прими запрос.

Я переваривал все сказанное. Окончательно Мак убедил меня, прислав последний довод:

— Мы можем действовать вместе, только когда нужно. У меня отлично получается одиночное прохождение. Ты тоже проблем не испытываешь. Идем порознь, встречаемся там, где выгодно обоим.

Я принял запрос. Появление нашего сквада сразу же было отмечено в истории событий.

— Я скину тебе координаты места, куда ты должен прийти. То задание — первое, что мы должны сделать. Потом займемся своими делами.

Я не мог не спросить:

— Мак, ты ведь на старте рассчитывал грохнуть меня?

— Конечно, я был готов грохнуть кого угодно. Всё, отбой.

Отбой, так отбой. ПеГГИ пискнула, на карте появилась точка, с комментарием Мака «сюда». Идти было недалеко, метка светилась где-то в парке у реки. Можно было вернуться к гостинице путем, которым провел меня ночной гость. Я был уверен, что смогу воспроизвести дорогу. Смущало, что пришлось бы дать ощутимый крюк. И вдобавок часть пути будет проходить по открытым местам. Взять хоть площадь со скульптурами. Анжеле это будет на руку.

К черту. Я решил отправиться по новому маршруту. Открытые пространства были и на нем, куда без них, но дорога была значительно короче. Мысль покинуть здание через расстрелянное Анжелой окно была отвергнута. «Пузырь» можно не услышать, Анжела затаится поблизости в ожидании моей ошибки. Я быстро пересек офис-аквариум, добрался до изрешеченной двери на лестницу и вышел на площадку. Через панорамное окно осмотрел местность и, с особым вниманием, воздушное пространство. Не желая тратить патроны штурмовой винтовки, я вытащил из сумки первый попавшийся SMG и разрядил его в окно. Выбив торчащие осколки, я сформировал брешь, через которую покинул здание. Наконец-то.

Путь к парку лежал мимо соседнего дома. Перебегая к нему, я не смог сдержать злорадную улыбку, примерно у пятого этажа в неестественной позе висел Иван, насаженый на трос. Стена была обильно покрыта брызгами крови охотника.

Забегая за угол, я услышал сзади знакомое стрекотание. Готов был отдать все бонусы за один стингер или нечто подобное. К счастью, дальше дома шли плотнее, мне стало проще, а Анжеле пришлось заниматься полетами в коридорах. Маневрируя и прячась, вжимаясь в стены домов, я ускользал от «пузыря». Безусловно, слив информации продолжался, потому что она ни разу не увидела меня, но все-таки безошибочно следовала за мной. Такая погоня меня до поры до времени устраивала. Как при старте игры в канализации, я представлял позицию противника, но противник мою не знал. Пару раз надо мной мелькнуло днище вертушки и я с трудом удержался от искушения всадить в него очередь.

Наконец, я оказался у последнего дома. Между ним и парком лежал участок, когда-то засаженный декоративными кустарниками, а сейчас покрытый чахлыми зарослями. Анжела, которая давно поняла, куда я направляюсь, крутилась поблизости. О том, чтобы попытаться пробежать в парк под прикрытием кустов, не могло быть и речи. Ночью я, возможно, и попытался бы, но для бегства при дневном свете они были редковаты.

Я следил за зависшей Анжелой, понимая, что ситуация патовая. Пока ей не передали моего положения, но это дело минуты. Я без проблем мог уйти в здание, вход был рядом, но это было временное решение. Она не отстанет, а влияние Бруно видимо таково, что он вполне может подтянуть кого-нибудь в поддержку. Купили же они сквад, который к счастью был уничтожен семибистом.

Неожиданно под пузырем с глухими «пых» взметнулся ряд земляных фонтанчиков. Через секунду досталось и вертушке, несколько пуль с искрами отскочили от корпуса, к несчастью ничего не повредив. На бреющем полете над Анжелой пронесся другой «пузырь». Дернув машину от неожиданности, она, тем не менее, сразу же взяла себя в руки и развернулась к обидчику. Кто был пилотом я разглядеть не смог, но был почти уверен, что это Мак захватил один из «лишних» вертолетов.

Анжеле не оставалось ничего, кроме как попытаться сбить непрошенного гостя. Займи она выжидательную тактику, кто знает, чем бы закончилась вторая атака Мака. А опыт пилотирования у него, по-видимому, был, он элегантно справлялся с атаками Анжелы, уводя верткую машину из под огня. Ярость охотницы, должно быть, была непередаваема. Мак исполнил несколько фигур пилотажа и повел «пузырь» в город. Анжела продолжала преследование. Только я выбежал на поле, Анжела, казалось, увлеченная погоней, резко развернулась и полетела назад. Я был вынужден отступить в свое укрытие. Сильно не переживал, поскольку знал, что Мак сейчас вернется и все ей объяснит. Так и произошло. Мак предвидел контригру и зашел с другой стороны. Анжела ждала его с другой стороны и прогадала. Пули снова забарабанили по ее «пузырю», каким-то чудом не попав в открытый профиль кабины. С полетами у Мака было все отлично, а вот со стрельбой не везло. Все повторилось, нервные попытки Анжелы выцелить «пузырь» Мака и его блестящие финты. На этот раз, перед тем как уйти в лабиринт города, он позволил откровенную насмешку, развернувшись вокруг оси, он хлестнул очередью по вертолету спонсора и скрылся за зданием. Двумя секундами позже скрылась и Анжела. Я выждал паузу, хитрая охотница могла вернуться. Она не появлялась. Похоже, ее ярость была настолько велика, что она забыла про меня. Я бросился бежать к видневшимся деревьям.

Преодолев две трети пути, я оглянулся. Из города вылетел «пузырь». Я был как на ладони, Анжела сразу заметила меня и устремилась в погоню. К счастью, фора была велика и я успел влететь в непролазную чащу, в которую превратился когда-то ухоженный парк. Тут же спрятался за дерево, обезопасив себя от истеричной очереди. Анжела взмыла вверх перед стеной деревьев, понимая, что возможность упущена. Сквозь месиво ветвей и листьев я видел мелькавший «пузырь». Интересно, когда сядут аккумуляторы?

Я сверился с ПеГГИ. До места встречи осталось около километра и я вполне смогу дойти туда под прикрытием крон деревьев. Нужно было двигаться вдоль берега реки. Я прошел немного правее и разглядел сквозь зелень ее блестящую поверхность. Ориентир есть, отлично.

Анжела не успокаивалась. Устав от бесплодных попыток разглядеть меня сверху, она теперь высматривала меня, повиснув над водной поверхностью.

Пришло сообщение от Мака. «Я ее потерял. Есть информация?». «Река. Идет низко», — отписался я. Проверил винтовку. Анжела медленно смещалась вниз по течению, но бронированное стекло кабины по-прежнему было повернуто ко мне. Ладно, подождем Мака.

Неожиданно девушка задрала нос машины, направляя пулемет в небо. «Пико-шпионы», — обреченно подумал я. Предупредить Мака никак не успевал. Над головой послышался стрекот его «пузыря», по земле пробежала тень. Анжела встретила хамелеона длинной очередью. Пули с грохотом прошлись по корпусу. Вертолет завертелся в воздухе, Мак потерял управление. По инерции «пузырь» продолжал движение к противоположному берегу, лежащему метрах в полтораста от меня. Анжела развернулась и рванула за постепенно теряющим высоту вертолетом Мака.

Тот пытался выровнять машину, но получалось плохо. «Пузырь» бросало вверх-вниз, болтало в разные стороны. Когда вертолет почти достиг противоположного берега, что-то окончательно вышло из строя, раздался громкий хлопок, что-то отлетело в сторону. Машина заложила крутую дугу и врезалась в заросли. Легкий «пузырь» не смог проломить чащу из тонких деревцев. Самортизировав, он упал на землю и сполз с берега в воду.

Я был уже у воды, как только Анжела рванула за Маком, я бросился на берег. В спешке скинул сумку и прильнул к прицелу винтовки. Нет, так не пойдет. Прицел гулял, дыхание не восстановилось. Я положил ствол в развилку веток какого-то деревца. Другое дело. Самое время проверить работу оружейников Лискера.

Анжела зависла над лежащим у берега «пузырем» Мака. Вертолет частично ушел под воду, над поверхностью выступала только бронированная сфера кабины. Машина девушки была повернута «хвостом» ко мне, поэтому выстрел в охотницу я сделать не мог. А нанести серьезный урон вертушке на таком расстоянии было невозможно.

Анжела начала стрелять короткими очередями, явно издеваясь над Маком. Тот копошился за стеклом, по которому гремели пули. Погрузись вертолет в воду полностью, Мак смог бы мимикрировать и уплыть. Но не повезло. «Пузырь» охотницы смещался то к левой, то к правой открытым частям кабины. Мак перебирался в противоположные стороны. До поры до времени такая контригра получалась. К несчастью, вертолет лежал так, что перемещения охотницы не открывали уязвимую часть ее кабины и выстрелить я пока не мог. Написать Маку, чтобы он как-нибудь развернул машину? Не представлял, как он мог бы это сделать. «Пузырь» легкий, но не настолько. А под стволом пулемета…

На помощь пришла природа. Течение реки было не слишком быстрым, однако под напором воды вертолет Мака медленно разворачивался. Я с нетерпением переминался с ноги на ногу.

Анжела, увлеченная любимой игрой в кошки-мышки, обстреливала Мака. Про меня она совершенно забыла. После ее очередного маневра наконец-то показалась открытая часть кабины. Однако я решил дождаться следующего поворота, тогда профиль должен был открыться еще больше.

Я вспомнил академию. Сконцентрировался. Время замедлило свой бег. Дыхание выровнялось. Перекрестье чуть качалось, накладываясь на кабину висящего «пузыря». Вертолет медленно начал поворачиваться. Открылась незащищенная зона сбоку. Вот она, злая, растрепанная Анжела. Между нами больше нет бронированного стекла. Я задержал дыхание. Секунда. Перекрестье на голове. Плавно нажал на спуск.

SCAR слегка вздрогнул, посылая пулю на противоположный берег. Вместе с ним дернулась и Анжела, пуля нашла цель, внутренняя поверхность пузыря окрасилась брызгами крови. Но выстрела в голову не вышло, то ли недоработали оружейники, то ли я чуть сместил прицел во время выстрела. Девушка была еще жива. На некоторое время она потеряла контроль над вертолетом, но все же удержала его в воздухе и обратилась в бегство. Мне показалось, что одной рукой она зажимала шею. Я надеялся, что пуля попала в артерию. В панике Анжела не поняла, откуда был нанесен выстрел, и улетала вдоль реки. Я щелкнул переключателем и дал еще несколько коротких очередей по открытой кабине. Не был уверен, что попал. Вертолет вихлял, у охотницы явно были проблемы. Девушка смогла улететь метров на триста вверх по течению. Там пузырь плюхнулся в воду, подняв кучу брызг. Не прошло и минуты, как сфера скрылась под водой. ПеГГИ пока молчала. Может, девушка только потеряла сознание от боли или кровопотери? Тогда смерть вопрос времени. Захлебнется, истечет кровью, мне все равно.

С чувством выполненного долга я повернулся к вертушке Мака и увидел, как тот выходит из воды. Забравшись на берег, он обернулся. Я приветственно взмахнул рукой. Он ответил тем же и полез в информатор.

— Хороший выстрел! — послал он сообщение.

— Что есть, то есть! — ответил я. — Вот только она пока жива. Ты цел?

— Да, все хорошо! Следуй к точке. Времени осталось немного, долго ждать он не сможет!

Я не стал выпытывать подробности. Нет времени, значит, нет времени.

Я нашел брошенную сумку, отошел глубже в заросли и отправился к месту встречи, где мне должны были все объяснить. Прогулка сквозь перепутавшиеся ветки деревьев и прутья кустов не доставляла удовольствия и напоминала о дне, проведенном в «Отстойнике». Повезло, что сегодня не было дождя. А то пришлось бы снова принимать душ. В более комфортном костюме, но все же.

Все время пока шел, я поглядывал на историю событий. Хорошее настроение сначала сменилось удивлением, потом нетерпением, новости о смерти Анжелы все не было. В конце концов, я понял, что хороших вестей не дождусь и сосредоточился на карте. До отмеченного Маком места было уже рукой подать. Я увеличил масштаб и на карте появилось какое-то строение. Отметка Мака, что было довольно странно, стояла не на нем, а на воде. Кусты расступились, и я окакзался рядом с двухэтажным зданием. Наверное раньше это был речной портик или лодочная станция. Деревянные причалы почти не сохранились, из воды торчали в основном столбики-сваи, доски, их покрывавшие, давно сгнили. Лодки и прочее плавучее хозяйство отсутствовало, за исключением большого ржавого корыта, которое кто-то «пришвартовал», посадив на мель. Нос посудины уткнулся в высокий берег. Отваливающиеся куски краски вместе с ржавчиной говорили о том, что стоит она здесь довольно давно. Метка совпадала с этой развалиной.

Я недоверчиво посмотрел на здание, которое таращилось на меня пустыми глазницами окон, и подошел к носу посудины. С берега было видно, что кабина управления пуста. На палубе виднелась дыра, ведущая в трюм. Оторванная крышка люка валялась в стороне. Это не вызывало энтузиазма, но, похоже, место встречи было внутри.

С трудом оттолкнувшись от мягкого грунта берега, я прыгнул на нос посудины. Палуба жалобно заскрипела, в трюме подо мной посыпалась ржавчина. До люка было метра три, но мне мало улыбалось провалиться и наткнуться на что-то острое, поэтому я не спешил, тщательно проверяя прочность «пути». Наконец, я оказался у дыры. Трап казался целым. Я попробовал первую ступеньку на прочность и, убедившись в прочности, спустился вниз. Там оказалось не так темно, многочисленные дыры от ржавчины и отверстие люка давали достаточно света. Сойдя с последней ступеньки, я угодил в воду, на поверхности которой собралась грязная пленка. Я вполголоса выругался и полез за фонариком. Надеюсь, что Мак не ошибся с точкой. Тут мое внимание привлекло нечто, не вписывающееся в обстановку. Глаза вроде привыкли к полумраку, но разглядеть, что именно висит или стоит в дальней части трюма, я никак не мог. Я, наконец, отыскал фонарик в рюкзаке.

— Не нужно включать свет, Кори! — раздался спокойный голос. От неожиданности я чуть не подпрыгнул. От стены отделился человек, завернутый в какую-то «попону». Он поднял руки в знак дружеских намерений. Он подошел ближе, и я смог рассмотреть его лицо. На меня смотрел мужчина чуть старше 30, с небрежно подстриженной бородой и усами. Через левую бровь проходил глубокий шрам, продолжающийся на щеке. Глаз, скорее всего, был клонирован.

— Мак не с тобой? — осведомился он.

— Он будет позже, — ответил я. — Так сложились обстоятельства.

— Да, — сказал он, — спонсоры никому житья не дают… Я в курсе произошедшего, — торопливо пояснил он, — про Мака спросил, чтобы ты расслабился.

— Итак, кто ты такой? — спросил я.

— Меня зовут Ксавье. И я живу в Дохлограде.

— Иначе представлял жителя мегаполиса.

— Конечно, — улыбнулся он шутке, — я был человеком, принявшим Вызов, как и ты. И, к несчастью, слишком доверчиво отнесся к обещаниям и контракту. Получилось так, что я не мог вернуться в обычную жизнь, и остаться живым здесь было трудно. Я был приговорен. Я был не первым таким, и мне помогли. Меня спрятали. Нас ищут, но не очень активно, деваться все равно некуда.

Он помолчал.

— Сначала это было просто выживание. Потом нас стало больше. Потом еще. Редкий Вызов обходится без того, чтобы наши ряды не пополнились. Надеюсь, что и этот принесет нам новых бойцов. — Он приложил палец к уху. — Вот и Мак.

По палубе загрохотали шаги. Через несколько секунд Мак оказался рядом с нами. Он молча поприветствовал нас и сел на ступеньку трапа.

— Ну и как вы себя называете? Какие цели перед собой ставите?

— Пока я не могу раскрывать тебе всю информацию. Мы выживаем, не доверяя кому попало, уж извини.

— Тогда, что я здесь делаю?

— Доверие надо заслужить. Тебе мое, мне твое. Разумно?

— Зачем мне это? — поинтересовался я.

— Ну, если мы не будем доверять друг другу, то не сможем помочь.

— Я пока не понимаю, чем вы можете мне помочь. Я вижу какого-то бродягу, завернутого в брезентовое пончо, который с загадочным видом кормит меня общими фразами. Нужна ли мне помощь вообще?

— Получается, тебя не смущает, что тебя уже полдня как откровенно сливают? — спокойно спросил Ксавье.

— Пико-шпионами? Ну, двое вне игры, один мертв, оставшаяся охотница черт знает где и в каком состоянии.

— Ты ему не сказал? — повернулся Ксавье к Маку.

— Еще не успел, — отозвался тот.

— Что такое? — спросил я.

— Всем участникам было разослано сообщение, сразу после того, как ты убил спонсора. Уже пару часов ты — объект всеобщего интереса. Бруно, несостоявшийся тесть, дал за твою голову награду. За живого больше. За такие кредиты многие заинтересуются.

— Что, серьезно? — повернулся я к Маку.

Он молча активировал свою ПеГГИ и показал мне сообщение. Награда была более чем серьезная. Настроение окончательно испортилось.

— Возможно, пико-шпионы и не будут использоваться для передачи информации всем, — продолжил Ксавье, — но теперь почти каждый встречный будет жаждать твоей крови.

— Что же вы можете предложить? — поинтересовался я.

— Не скажу, что у нас много своих пико-шпионов, но все-таки они есть. И есть глаза во всех ключевых точках Дохлограда. В случае угрозы ты будешь предупрежден. Оповещения внутри города я тебе обещаю. Если согласишься, будет еще приятный бонус.

— С чем нужно помочь?

— Ты ведь знаешь, что взвод «твоих» спонсоров не единственный? В игру вступили еще два сквада. Один из них принял Вызов с другими целями.

— Второй, — я скорее утверждал, чем спрашивал.

— Он самый. Они так торопились в эту локацию, что даже никого не убили в первой. Их цель — мы, те, кто здесь прячется. Это наемники, скорее всего из полицейских. У нас много укрытий по всему городу. Пока они находили только мелкие, там нет ничего особенного. Но они слишком близко подобрались к основному, где арсенал, технические штуки, прочее.

— То есть, оружия хватает? — поднял я брови.

— Если мы им воспользуемся, то, конечно, легко их грохнем. Но тогда те, кто их послал, поймут, что у нас есть ресурсы. И тогда сюда придут не пять отставников, а полсотни наемников-семибистов.

Я понял, что он хотел от нас.

— Да, — кивнул он, — если их убьете вы, это сочтут рядовым случаем на Вызове. Встретились участники, ради наград перестреляли друг друга.

— Разумно, — сказал я. — Кто участвует?

— Мак и ты, если согласишься.

— Против пятерых, — с сомнением протянул я. — Даже отставные полицейские будут серьезным противником.

— У вас будет преимущество, вы будете их ждать. Кроме того, вам будет помогать один из наших агентов, — он улыбнулся, — он достаточно молод, чтобы не возникло желания пристрелить его сразу, и достаточно неопрятно выглядит, чтобы были сделаны неправильные выводы насчет уровня нашего развития здесь.

— Нет ли еще кандидатов на рекрутирование? Или время поджимает? — все еще сомневался я.

— Вообще, мы пока уводим их от настоящего убежища. Кидаем им ложную информацию, зацепки. Но они все же полицейские, долго их водить за нос не выйдет. Сейчас удобное время, мы вывели их на объект, подробный план которого у нас есть. Поэтому лучше сделать это сейчас. Да и нет больше кандидатов. Остались в основном сквады, и в каждом есть человек, вызывающий у нас сомнения по разным причинам. Вот сколько игроков осталось? — спросил он у Мака.

— Тридцать пять.

— Минус спонсоры и вы двое — пятнадцать. Остается 20 человек. Девушка не подходит, — глядя на меня, сказал Ксавье, — она одержима местью. Ее напарник тоже бесполезен, поскольку начал питать к ней недружеские чувства, куда она, туда и он. Из одиночек, кроме вас, остается только святоша, но ему я интуитивно не доверяю.

— Пастор, что ли? — посмотрел я на Мака.

— Угу, — кивнул тот.

— Про большие сквады уже сказал, — продолжил Ксавье, — есть достойные представители, но состоящие в одних командах с крайне ненадежными личностями. Поэтому больше никого не будет. Решай сейчас, ты поможешь?

Выбор был несложен. Лискер был одним из организаторов, следовательно, он играл против Ксавье. Но Озмунду доверия не было — несмотря на все его обещания, он не мог или не хотел сдерживать Бруно. Отыграв за Ксавье, я, в принципе, ничего не терял. За разумный риск получал информацию и что-то еще. Лискер выдавал свои советы очень скудными порциями. А если нас с Маком не свяжут с Ксавье, то какие могут быть трудности?

— Я согласен.

— Я рад! — Ксавье что-то достал из под своей «попоны». — Это то, благодаря чему нас не видят вместе, а значит, не смогут связать. Такая же штучка работает сейчас здесь, — похлопал он по карману. — Это генератор помех для пико-шпионов. При работающем устройстве они не могут транслировать картинку, показывают только помехи. Мы стараемся пользоваться «глушилкой» только в исключительных случаях. Тогда в город в худшем случае присылают пару человек, которые пытаются найти источник помех. Держи, тут только «вкл-выкл», ничего сложного. Если тебя снова будут сливать шпионы, ты сможешь затеряться.

Я повертел в руках устройство. Ничем не примечательный брусок с переключателем размером с магазин штурмовой винтовки. Я спрятал его в карман разгрузки.

— Возьми и «ухо», — протянул Ксавье наушник. — Передатчик встроен в глушилку, так что потеряешь ее — лишишься не только «невидимости», но и наших подсказок. Работает, правда, только на вход.

— Хорошо. Что известно о вооружении сквада? — спросил я, засовывая микродинамик в ухо.

— Автоматическое оружие. Коммандо, SCAR. Ничего экзотического.

— Взрывчатка?

— Пара подствольников, гранаты. Наверняка есть что-то типа пластида, для убежищ.

— Самое главное, есть мутанты?

— Нет, семибистов среди них точно нет! — уверенно ответил Ксавье. — Что касается способностей, тут полной уверенности нет. Не было возможности узнать.

— Это жаль, — покачал я головой, — придется действовать с запасом. Место?

— Больничный комплекс ниже по течению. Стоит на границе парка. Они ожидают найти убежище в подвальном помещении. Морг, котельная, крематорий.

— Когда?

— Через пару часов. Я думаю, что они появятся сразу после заката.

— Есть планы здания?

— Да, — Ксавье достал из-под «пончо» сверток. Подойдя к какому-то металлическому корпусу, он развернул на нем бумагу. Мы с Маком приблизились и некоторое время молча рассматривали чертежи. Ксавье стоял рядом, освещал карту фонариком и терпеливо ожидал нашей реакции.

— Ну, какие мысли? — нарушил он тишину. — Кори? Ты же был в академии? — тут Мак бросил на меня быстрый взгляд. — Как, по-твоему, они будут действовать?

— Ну, — начал я, — раз они хотят найти вас и не стесняются в выборе средств, то неоспоримо, что у них будет план здания. Подготовка и знание объекта — значительная часть успеха.

— Точно, — согласился Мак.

— На плане видно, что в подвал можно попасть только через две точки, — продолжил я. — Но что-то могло измениться, если вы там прячетесь, как они считают. Есть еще пять этажей, которые они точно проверят. По меньшей мере, поставят датчики на выходах. Может, заминируют. Вообще их действия зависят от их возможностей, то есть, от того насколько серьезно их снаряжают. Организаторы Вызова видят в вас серьезную проблему? — взглянул я на Ксавье.

— Давайте исходить из предположения, что они очень насторожены, — ответил тот.

— Ну, тогда не исключено, что у них будут иметься в наличии очень неплохие игрушки. Вплоть до разведчиков, способных сканировать помещение и находить скрытые полости. Разведку будут пускать перед собой. Начнут последовательно продвигаться к крыше. Одного-двоих оставят внизу. Проверят каждый этаж, дойдут до крыши, оставят там одного — снайпера, стрелка, следящего за подходами к зданию. Вернутся вниз, один останется у входа, трое пойдут в ваш подвал. — Я сделал паузу, соображая. — Подвал тянется вдоль всего здания, все служебные помещения проходные. Тоже просканируют разведчиками. И потом будут вскрывать дверь или что у вас там.

— Обманка. Выглядит натурально.

— Все равно взрывать будут, быстро поймут, — сказал я, — лучше бы сделали какой-нибудь фальшивый лаз.

— Не было ни времени, ни возможности, — пожал плечами Ксавье.

— Мне не нравится такое развитие событий, — подал голос Мак, — если все произойдет так, как сказал Кори…

— Это лишь предположение, но я бы на их месте так и сделал, — прервал я его, — это не значит, что они будут придерживаться этой тактики. Они полицейские в отставке и от них можно ждать и нестандартных ходов. Все-таки многолетний опыт.

— Если все будет так, как ты сказал — продолжил Мак, — то устроить засаду внутри трудно. И придется атаковать их у здания, чего, пожалуй, не хочется. Или пытаться пройти следом за ними. Мимо часового. А у него может быть такая же способность, как у тебя. Или как у меня, — добавил он, подумав.

Не поспоришь. Я молча смотрел на план.

— Что, если грохнуть только парочку? — спросил Мак у Ксавье. — Может, оставшиеся свернут поиски?

— Сомневаюсь, — возразил я, — такие задания можно выполнить и втроем. Тактика очень гибкая. Пять человек — это с очень большим запасом.

— И все-таки хотелось бы, чтобы вы убрали их всех, — добавил Ксавье. — И потом, вам же лучше убрать их сразу. Убьете двух — спровоцируете остальных. На Кори и без того охота идет.

Мы молчали.

— Думайте, а мне пора. Буду сообщать о передвижениях, — сказал Ксавье, гася фонарь. — Включите глушилку, не светите план, чтобы к вам не возникло вопросов. Пацан будет вас ждать около объекта.

Мак похлопал рукой по карману разгрузки, давая понять, что «глушилка» в работе. Ксавье пожал нам руки и ушел. Мы зажгли фонарь и еще несколько минут разглядывали чертежи.

— К черту, — прорвался Мак. — Сделаем просто и нагло.

Глава 10

Я лежал на холодной земле в паре сотен метров от здания больницы. Солнце только что закатилось за горизонт — заканчивался второй день Вызова. В сгущающихся сумерках смутно белела стена лечебницы. Где-то неподалеку ошивался пацан. Когда мы с Маком появились, он выскочил невесть откуда, как чертик из табакерки. Я почти не удивился, узнав в нем ночного гостя из гостиницы. Оказалось, он вполне сносно владеет общим языком. На вопрос, почему он в гостинице «не понимать», мальчишка пожал плечами и смущенно улыбнулся.

Ему поручили слежку и, если возможно, выяснению, есть ли особые способности у полицейских. Мак, который придумал план, отогнал меня довольно далеко от здания. Я должен был остаться незамеченным как можно дольше и вступить в игру позднее. Скрепя сердце я согласился. Мак, умеющий мимикрировать, прятался внутри здания. На мой взгляд, в стратегии были нюансы, но поскольку я не смог предложить достойных альтернатив, он был принят.

Где находился Ксавье, было неизвестно. Однако свое обещание он выполнил, следил за подходами и сообщал об обстановке. В наушнике регулярно слышались его сообщения. Пока что не было движения, все было спокойно.

Через оптический прицел прекрасно просматривался край крыши. Если там будет стрелок, и у него будут способности, которые не позволят мне незаметно приблизиться, то придется стрелять с этой позиции. А со снайперским огнем было не все в порядке, как показал выстрел на реке. К слову, информацию о смерти Анжелы я так и не дождался. Значит, нашим путям еще придется пересечься.

— Внимание, — раздался в ухе голос Ксавье, — триста метров, трое со стороны города. Двигаются медленно. Кажется, они. Остальных не вижу, возможно, идут с маскировкой. Или заходят с другой стороны и мы их проспали.

Прошло еще минут десять. Совсем стемнело. С трудом можно было увидеть что-то на расстоянии десятка метров. Свет луны, прячущейся за облаками, не очень-то помогал. Я таращился во тьму, надеясь, что расстояние не помешает мне заметить тепло двух «потерянных» полицейских.

— Кори, — снова Ксавье, — со стороны парка ниже по течению…Дальняя часть больницы, если ориентироваться на тебя. Разведчики что-то слышали, но никого не заметили. Возможно, твои клиенты.

Я переместил внимание правее. Пара минут ожидания, да, вот они. Хамелеоны не рассчитывали встретить меня здесь и не позаботились о том, чтобы спрятать тепло костюмов. Две фигуры с узнаваемыми очертаниями устройств на головах пробирались к зданию. Не теряя из виду разведчиков, проверяющих территорию, я отправил Маку сообщение:

— Двое хамелеонов. Ведут разведку. Есть ПНВ.

— Как я понимаю, Кори нашел оставшихся, — вернулся голос Ксавье. — Трое остальных двигаются быстрее.

Хамелеоны убедились в безопасности и заняли позиции на противоположных концах здания. Ближний затаился недалеко от входа. Дальнего я временами терял из виду, он то появлялся, то исчезал. Мне это не очень нравилось. Оставалось надеяться, что он сменит позицию после того, как придет оставшаяся часть команды.

Через минуту появились трое оставшихся. У каждого на голове прибор ночного видения. Я выдохнул и тут же сообщил об этом Маку. Неплохо. Ночного зрения нет ни у кого, да и тепловидение ни к чему. А ПНВ, ну, что… хоть и дает картинку, но в ограниченном секторе. С полноценным ночным зрением не сравнить. Поэтому пока единственной проблемой оставались приборы.

Полицейские тем временем делали именно то, чего я от них ожидал. Собравшись в кучку, они провели блиц с хамелеоном, и на полусогнутых двинули к входу. Один открыл дверь, второй что-то забросил внутрь. Вспышки не последовало, да и они не торопились входить. Значит, это электроника. Вот это плохо.

— Мак, у них разведчики, — сообщил я совзводному.

— Черт с ними, может, не пробьют металл, — прислал тот ответ.

Все зависело от модели. Надежда на то, что разведчики старых серий, оставалась, мое общее впечатление от сквада полицейских было скорее положительным, они явно халявили. Движения делали правильные, но какие-то вальяжные, серьезного противника явно не ждали. Скорее всего, Ксавье перестраховывался, похоже, организаторы послали наемников просто для очистки совести. А значит, не сильно напрягались с финансированием. Возможно после сегодняшней ночи им придется пересмотреть свое отношение и послать бойцов побольше и снарядить их получше. Но вот этих они пошлют вряд ли.

Разведка первого этажа закончилась, один за другим полицейские проскользнули в здание.

— Четверо внутри, контакт потерян! — сообщил я Маку.

— Вижу четверых, первый этаж! — подтвердил Ксавье в ухе. — Кори был прав, идут наверх, один у входа.

Разумеется, прав. Три года в академии. Той же самой, выпускники которой сейчас обыскивают второй этаж.

У Ксавье были раскиданы пико-шпионы по всей больнице. Сейчас он был нашими глазами. Отслеживал и сообщал о перемещениях наемников.

И вот на крыше появились три фигуры. Они, перекинулись парой фраз и разделились. Как в учебнике. На крыше остался хамелеон, двое других вернулись в здание. Неожиданностью для меня стало появление второго хамелеона у входа в больницу, он обошел здание с противоположной стороны. Вошел внутрь. Прекрасно, на улице никого не осталось. Полицейские чувствовали себя очень уверенно.

Я сообщил о том, что видел, Маку, устроился поудобнее и взял часового в прицел. Было очевидно, что наибольшего внимания он удостаивает сектор перед входом. Именно в той части крыши он маячил львиную долю времени. Тем не менее, он регулярно делал быстрый круг по периметру. Все-таки не совсем пижоны.

— Мак, внимание, — в голосе Ксавье чувствовалось напряжение, — они идут в подвал.

Время скрестить пальцы. Котельная, крематорий, морг. Там спонсоров ждал сюрприз, в одной из «трупных ячеек» сейчас притаился Мак с парой SMG из запасов Матиаса. Готовый убивать. События могли пойти по двум сценариям. Лучшим для нас был бы вариант, при котором разведчики не обнаружили бы Мака. Тогда эффект неожиданности вкупе с огневой мощью быстро бы уравнял составы. Если же Мака все же найдут… что ж, тогда борьба сильно бы затянулась и конечный счет мог стать и не в нашу пользу.

Меня охватила нервная дрожь, я с нетерпением ждал сообщений. Завибрировала ПеГГИ. Сообщение от Мака. Я облегченно выдохнул, когда прочитал его.

— Слепые дешевки! — написал он.

— Понял. Сообщи примерное время подрыва, — отписался я.

— Жди.

Я прильнул к прицелу. Часовой так же маячил над входом. Прошло несколько секунд, и он отправился в очередной обход. Пускай, главное, чтобы во время взрыва он оказался в пределах видимости. В любом случае, начинать должен я. Мак начнет действовать только после сообщения ПеГГИ. Если я не смогу убрать стрелка одновременно со взрывом, придется дать им уйти. Снайпер снова показался в прицеле. Я прикинул время, на обход он тратил около минуты. Многовато.

— Мак, цель на крыше периодически уходит из прострела. Можем разминуться по времени.

— Понял. Жду тебя, — ответил он.

«Красный» силуэт снайпера прекрасно просматривался на фоне темного неба. Я был готов стрелять и ждал только взрыва.

— Пытаются вскрыть, — пришло сообщение Мака. Я ждал, сопровождая прицелом перемещения часового. Тот отправился в свой очередной рейд по крыше. Стрелять было рано, взрыва не было и сообщения о минировании тоже. Полицейский постепенно скрывался из поля зрения. Вот осталась только голова. Мак молчал. Черт с ним, пусть уходит. Макушка часового исчезла. Теперь он вернется в лучшем случае через секунд сорок. Только сейчас я заметил, что весь в поту, несмотря на то, что было уже довольно холодно. Тыльной стороной ладони сбросил капли со лба. ПеГГИ завибрировала.

— Минируют, — сообщал Мак.

«Да вы, сука, издеваетесь». Послал ответ:

— Цель вне видимости.

— Понял, по-прежнему жду тебя.

Я вернулся к окуляру. Время текло мучительно долго, часовой не появлялся. По руке прошла вибрация. Я не стал смотреть, уверенный, что Мак сообщает о том, что взрыв прогремит в ближайшие секунды. Идеальным исполнением было бы снять часового в секунду срабатывания взрывчатки или около того. Так совзводные могут просто пропустить сигнал информатора.

В нетерпении я нервничал все сильнее. Понимая, что это не лучшим образом скажется на точности стрельбы, попытался успокоиться. Опустил веки, сделал несколько медленных вдохов и выдохов, представил себя в другом месте. Успокоился. Открыл глаза. В прицеле появилось светлое пятно, снайпер, наконец, вернулся. Только я перевелся на него, как из глубин здания донесся грохот, «обманку» Ксавье подорвали. Я задержал дыхание и нажал на курок. В тишине щелкнул выстрел. В дернувшемся прицеле я увидел, как из «светящейся» головы снайпера вылетели такие же брызги и он исчез за парапетом. Я вскочил и бросился к зданию, перещелкнув SCAR в режим очереди. ПеГГИ завибрировала, скорее всего сообщая о моей победе. Оставалось преодолеть около двухсот метров. При этом желательно не растянуться, споткнувшись о какую-нибудь кочку, свет включать было нельзя, из окон могли наблюдать за улицей.

До здания оставалось около ста метров, когда оттуда донеслась дробь спаренных HK Мака. ПеГГИ тут же отозвалась длинной вибрацией. Уже неплохо, значит, хоть одного, но заминусовал. Вот и дверь. Я впечатался в стену рядом, переводя дух. Быстро активировал информатор и глянул события. Пока все шло неплохо. Часового на крыше звали Анри и он был отыгран. Мак умертвил двоих. Оставалось двое против двоих, и двое полицейских будут сейчас между нами. Я открыл входную дверь и проскользнул внутрь здания. Звуки выстрелов стали слышны гораздо громче. Больничный холл был погружен во мрак и мне поневоле пришлось использовать фонарь. Лестница, ведущая в подвал, оказалась рядом. Со штурмовкой наизготовку я пошел вниз. Можно было определить количество стволов, участвующих в перестрелке, и судя по звукам, доносящимся из подвала, оба оставшихся полицейских пытались достать Мака, который держал оборону в морге. Я выключил фонарик и просочился внутрь. Первая часть подвала была пуста, полицейские плотно прижали Мака в морге. Через открытую дверь, ведущую в следующее помещение, я видел вспышки от коротких очередей. Световые всполохи прекрасно позволяли мне ориентироваться в котельной и я быстро добрался до входа в крематорий. Двое оставшихся полицейских перемещались вокруг сваленных предметов, возможно двигателей из котельной, и пытались достать Мака, отстреливающегося из дверного проема.

Я сместился влево, под укрытие валяющегося агрегата неизвестного назначения. Упершись локтем в этот массивный предмет, я приготовился к стрельбе, ожидая удобного момента. Тут пистолеты-пулеметы Мака замолчали. Либо перезаряжался, либо кончился боезапас. Пользуясь этим, один полицейский открылся чуть больше, собираясь атаковать. Я немедленно всадил ему в спину длинную очередь, которая отбросила его вперед.

Реакция оставшегося была достойна восхищения. Не успел его напарник упасть, как он развернулся и полоснул по мне очередью. Я едва успел укрыться. Не давая мне подняться, он бил короткими очередями по коробу, за которым я укрывался, а сам отступал к выходу. Ко мне. Я сместился левее, держа металлический массив между нами. Сухой щелчок рядом с моим убежищем возвестил, что патроны у полицейского кончились. Одновременно раздалась очередь со стороны морга, Мак перезарядился. В свете вспышек выстрелов я успел заметить, как спонсор пролетает в дверь, мимикрируя на ходу. Мак разразился проклятиями, не попал. Я ринулся в погоню. Вбегая в котельную, увидел мелькнувшую и пропавшую на лестнице искру. Или костюм полицейского был более совершенен, или еще не успел разогреться, но ориентироваться можно было только по этой жалкой искорке, разогретому стволу винтовки. Я взбежал по лестнице и дал щедрую очередь сквозь закрывающуюся дверь. Чуть не растянулся на полу, запнувшись о подсунутое барахло, добежал до двери и вынес ее ногой. На лице стало проще, луна, хоть и прячущаяся за тучами, давала кое-какое освещение. Куда бежать, как не в заросли? Я сразу же повернул к ближней кромке парка. С направлением угадал, из зарослей доносился шум продирающегося сквозь кусты человека. Я приостановился и послал вдогонку оставшиеся в магазине патроны. Не попал, звуки удалялись. На ходу перезаряжаясь, я рванул следом. Влетая в заросли, подумал, что моя горячность может стоить мне здоровья, полицейский убегал, но возможно, что это было тактическое отступление? Мы приближались к реке. Я временами видел мелькающую сквозь листья фигуру, его костюм нагрелся. Неожиданно хруст ломающихся веток прекратился. Понимая, что это может означать засаду, я бросился на землю. Очень вовремя. Длинная очередь из штурмовки срезала несколько веток над моей головой. Я дал три отсечки в ответ. Может задел, показалось, что беглец выругался. Я выждал паузу и возобновил погоню. Мак должен был идти параллельно, ориентироваться по выстрелам было не сложно. Во мне проснулся азарт охотника, как ни стыдно было признаться в этом самому себе. Не замечая хлещущих по лицу веток, я несся за жертвой.

Где-то впереди раздался громкий всплеск. Вот и река. И полицейский прыгнул в нее. Я притормозил, не желая следовать его путем. Расступились заросли, открывая водную гладь. Небольшое волнение еще искажало ее зеркало, но беглеца не видно. Плывет под водой? Тогда вниз по течению. Или хочет, чтобы я так думал? Как бы то ни было, бездействие приведет к поражению. Я отправился вниз по течению. Ствол штурмовки следовал за моим взглядом, выискивающим жертву. А она не спешила появляться. Или я не угадал? Стоп! А что, если он полез в воду не для того, чтобы спрятаться? Тут же пришло озарение! После того, как я снял часового на крыше, после мясорубки, устроенной Маком, у него наверняка нашлось время, чтобы узнать, кто нападает. Только ленивый был не в курсе моих передвижений и способностей. Тем более, наемник с серьезным заданием, для которого знание происходящего тактически важно. Он знал про тепловидение и прыгнул в воду, чтобы охладить костюм, выдающий его с потрохами. И теперь я его не увижу. А вот он меня…

Сверху зашуршали листья. Я сгруппировался и попытался уйти от падающего тела. Не вышло. Винтовка была выбита из рук. Одновременно я получил чувствительный удар и оказался на земле, подмятый стокилограммовым увальнем. Проведя еще пару ударов, которые я с горем пополам заблокировал, он выхватил нож и попытался ударить меня в грудь. Я перехватив его запястье, сдержал удар. Он навалился на нож всей массой. На лбу его вздулись жилы, зубы обнажились в зверином оскале. Я был моложе, но он весил больше. Нож неуклонно опускался к груди. Чувствуя, что проигрываю, я сделал отчаянную попытку отклонить лезвие. Одновременно он совершил мощный рывок, чтобы закончить борьбу и вонзить в меня острие. Получилась ничья. Клинок он воткнул, но сердце не задел, да и вошел нож не на всю длину — помешала моя рука. Но боль была адская.

В это мгновение сознание начало уплывать и не появись Мак, полицейский завершил бы начатое. Но ураган пуль из спаренных SMG отправила последнего спонсора в места вечной охоты. Сумасшедший темп стрельбы, костюм и грудь противника буквально взорвались и он скатился с меня и плюхнулся в воду. По запястью прошла вибрация. Второй сквад спонсоров перестал существовать.

Мак прислонил меня к дереву. Я безнадежно посмотрел на торчащую рукоятку ножа. Напарник взялся за нее, вопросительно взглянул на меня.

— Давай, — кивнул я и прикусил подвернувшийся сучек. Совзодный рывком освободил нож. Я зарычал от боли и выплюнул ветку. Почти перекусил. Мак отбросил нож, надорвал костюм, чтобы осмотреть рану.

— Твою мать! — пробормотал он. — Темная кровь. Похоже на печень.

— Ну, значит все, — сказал я.

— Включите глушилки, — раздался в ухе голос Ксавье. Мак щелкнул своим устройством. Сознание постепенно покидало меня. Ну, вот и закончился мой Вызов. Даже будь рядом активатор, у меня все шансы погибнуть в нем из-за мутагена.

Я все-таки лишился чувств, а когда пришел в себя, увидел стоящего рядом Ксавье и Мака, отбрасывающего отработаный хелс-модификатор.

— Напрасный труд, — пробормотал я, — во мне мутаген…

— Ближайший активатор у нас, — говорил Ксавье, не обращая на мои слова никакого внимания. — Я готов рискнуть, принимая его… За оказанную помощь. Будем надеяться, что Док не полезет в бутылку.

— А что, если полезет? — недовольно сказал Мак. — Хелсов не хватит дотащить его до следующего.

— Не хватит, — согласился Ксавье, — но их бы не хватило, даже если бы ты стартовал пять минут назад. Удар в печень — всегда удар в печень.

— Черт с вами, пошли, — Мак наклонился надо мной. Я снова вырубился.

Я снова пришел в чувства от введенного хелс-модификатора где-то в городских трущобах. Мак вколол его на ходу. Он держал меня за правую руку, под левым плечом оказался Ксавье.

— Мутаген, бл… — прохрипел я.

— Помнишь, как назывался? — спросил Ксавье.

Я напряг память. Все плыло, мысли путались, ускользали. Повреждения можно «откатить», потерю крови — нет.

— Эм икс какой-то там… — пробормотал я. Хотел спросить у Мака, сколько еще хелс-модификаторов, но снова потерял сознание.

На мое счастье они оставались. Очнувшись в очередной раз, я увидел склонившегося надо мной лысеющего человека лет сорока пяти с усами. Облаченный в белый халат, он с интересом изучал меня. Рядом суетился Ксавье. Я лежал в активаторе. Он отличался от лискеровских, выглядел попроще, наверное, это была более древняя модель.

— Молодой человек, — внушительно сказал ученый, — мне крайне необходимо знать, какой именно мутаген был вам введен.

— Он говорил про эм икс, — сказал Ксавье.

— Кажется, сто пятьдесят какой-то, — выдавил я.

— Нужен точный номер, иначе положительный исход нельзя гарантировать, — проговорил ученый.

— Да ладно вам, Док, — воскликнул Ксавье, — какая уже разница, счет на секунды идет.

— Сто пятьдесят семь, — прошептал я.

— Как вы сказали? Сто пятьдесят семь? — переспросил доктор, приближая ухо к моим губам.

Я нашел силы прошептать «Да» и поплыл, уверенный, что сейчас умру.

* * *

Сознание вернулось мгновенно, только что я лежал бесчувственным бревном, и вот я тут. Крышка капсулы-активатора была сдвинута. Надо мной стоял Док. Из-за плеч его выглядывал Ксавье и пацан. Мака не было видно.

— Слышите меня? — спросил Док.

Я кивнул.

— Даже громче, чем хотелось бы, — прошептал я и облизал пересохшие губы. Очень хотелось пить.

— Опишите, что чувствуете, — попросил ученый.

Я прислушался к себе. Отдаленная боль в области печени напомнила о ранении. Я посмотрел на место, где недавно была рана. Сквозь разорванный материал костюма проглядывала неповрежденная кожа. Не было даже шрама.

— Чуть побаливает здесь, — сказал я, — и адски хочется пить.

— Это можно устроить, — отозвался Ксавье и передал мне открытую флягу. Я с жадностью припал к горлышку.

— Есть ли необычные ощущения? — не унимался Док.

— Хочется вас ударить, — отозвался я, — но поскольку вам я обязан жизнью, то воздержусь.

Док бросил многозначительный взгляд на Ксавье. Тот слегка изменился в лице и отошел в дальнюю часть комнаты.

— Не торопитесь с выводами, молодой человек, — сказал ученый, — то, что вы сейчас живы, не означает, что вы выживете.

Я раздраженно посмотрел на него.

— Что за загадки?

— Я поясню, — с умным видом ответил Док. — Вам ввели MX157, так?

— Кажется, да.

— И вам известен процент смертей при активации мутагена?

— Пятьдесят процентов? — неуверенно сказал я.

— Ну, пусть будет так. Должен вам сообщить, даже при цифрах гораздо меньших, проекты сразу же закрывали. Доработка неудачных модификаторов не дает значительных улучшений. MX157 не был исключением. То, что я ввел вам, это, кхм, собственная разработка. Она основана на весьма скудных данных. Я удивлен, что вы живы, если честно.

— Так что теперь? Я — семибист?

— Ну, это зависит от того, что подразумевать под этим, — начал Док.

— Мать вашу, вы будете отвечать прямо?! — заорал я с неожиданной для самого себя яростью.

Ученый отшатнулся. Я начал подниматься из капсулы. Док пятился все дальше. На лице его читалась странная смесь восторга и страха. Я наступал на него со сжатыми кулаками. Неожиданно между нами появился Ксавье, в руках которого было странного вида ружье. Что это, для меня? Я разозлился еще больше. Во всем теле зудело, кожа, казалось, вибрировала, начали подергиваться мышцы. Очень странные ощущения должны были бы меня напугать, но никакого страха я не чувствовал. Я был просто ослеплен яростью. Подергивания мышц перешли в сильные спазмы. Тело мне почти не подчинялось. Пришла боль. У меня вырвался крик, под конец перешедший в рычание. Утверждают, что зубная боль — одна из самых сильных. Это ерунда по сравнению с той, что я испытывал. Под конец я бился в агонии на полу, почти не понимая, кто я и где. В минуту пиковой боли мне показалось, что на мне лопается и расходится кожа, а кости выворачивают мышцы. Для крика не хватало дыхания.

А потом — щелк, и боль оборвалась. Как и не было. Всего меня переполняла безумная сила, как в детстве. Я открыл глаза и прыжком вскочил на ноги. Что-то было не так. Мне казалось, что я стал выше. Я обернулся и увидел Дока и Ксавье. Они определенно стали ниже. Но меньше раздражать не стали. Я чувствовал в себе такую злобу, что был готов их разорвать. Кажется, они чувствовали мое настроение, потому что Док прятался за спину Ксавье, а тот не сводил с меня своего странного ружья. Сзади пискнул активатор, переходящий в режим сна. Этот безобидный сигнал спровоцировал хаос. Не владея собой, я развернулся и обрушился на устройство, нанося беспорядочные удары. Остановился только когда технологическое устройство превратилось в груду разломанного пластика, искореженного металла и разорванных проводов. Я тупо уставился на учиненный мной бедлам, не понимая, откуда во мне столько силы. Поднял руки, ожидая увидеть окровавленные конечности с кучей переломов и вывихов. Но нет, перед моим лицом оказались когтистые лапы, очень похожие на конечности оборотня из подземки. Кожа черная, отливала синевой, та самая биоброня. В шею что-то кольнуло. Я развернулся, накатывалась новая волна дикой ярости. Ксавье перезаряжал ружье и отступал к дверям. Сзади него Док тараторил, что второго выстрела не нужно. Я собирался крикнуть, что разорву их и разотру по всем стенам их останки, но услышал только ужасный рев. И тут же, как будто на это ушли все силы, почувствовал слабость. Сделал к ним несколько неуверенных шагов. В глазах стало двоиться, все поплыло. Я уже не чувствовал той же агрессии, но все равно шел к Ксавье. Наконец силы меня оставили, я грохнулся на пол и даже не попытался сгруппироваться. Меня заполнила странная апатия, хотя мыслил я как прежде. Агрессия пропала и я с удивлением вспоминал вспышки своей ярости. А когти-лезвия перед глазами? Какой странный сон. Или не сон? Перед глазами появились две пары ног. Я скосил глаза. Док и Ксавье. Ученый опустился на корточки и о чем то говорил. Я слышал гул его голоса, но не понимал слов. Через какое-то время я нашел в себе желание и силы поднести руку к глазам. Ничего необычного, рука как рука. Хотя… через кожу теперь проходила сетка тонких, едва заметных шрамов. Кажется, я провел в наблюдениях довольно много времени, потому что доктор пощелкал перед глазами пальцами. Я перевел глаза на его круглое усатое лицо. Он что-то говорил мне.

— Что? — спросил я и слух вернулся.

— Ничего, — ответил Док, слегка улыбаясь. — Ксавье, давай, помоги.

Они подхватили меня за руки и отволокли и прислонили к стене. Одежды на мне не было, разорвалась в клочки при мутации. Док сел рядом.

— Теперь я могу ответить на твои вопросы, — сказал он. — Ты спрашивал, семибист ли ты. Ответ: ты — мутант. Но не семибист. Семибисты могут контролировать свое поведение в мутированном облике. И мутируют они, когда сами захотят. Ты — неуправляем. Превратился в монстра и чуть нас не убил. Посмотри на активатор, полностью уничтожен. Мутировал ты не по своей воле, превращение случилось под влиянием гнева. Это станет твоей главной проблемой.

— Разве не проблемой окружающих? — спросил я, улыбаясь одной стороной рта.

— Их тоже. Но разве тебе не хочется пожить еще?

Я вопросительно посмотрел на него.

— Если использовать такие термины как "семибист", то ты почти чистый "бист", зверь. Когда ты мутируешь, почти ничего человеческого в тебе не остается, так? Искра сознания и только, не так ли?

Я молчал.

— Самая неприятная особенность — "бисты" вообще-то необратимо мутируют. То, что ты еще здесь — заслуга исключительно вашего покорного слуги, — он изобразил поклон. Я вытащил из шеи дротик-инжектор, посмотрел на него и бросил на пол.

— Ксавье всадил в тебя вещество, способное вернуть биста. Я дам тебе инъектор с несколькими дозами. Будешь чувствовать, что мутируешь, вколи и останешься в мире людей. Биста можно обратить только, если после мутации прошло меньше трех-пяти минут. Потом — нереально. И еще, вещество плохо выводится и имеет много побочных эффектов. Рано или поздно тебе будет выгоднее мутировать навсегда.

Потрясающие новости. Я мрачно уставился в пол. Подошел Ксавье и бросил мне новый костюм. Я нехотя поднялся на ноги и принялся одеваться.

— А Мак? — спросил я.

— Он ушел сразу после того, как тебя принес. Его присутствие было не нужно. Он сказал, что оставит сообщение.

ПеГГИ! Черт возьми, где она? Я схватился за запястье.

— Что-то ищешь? — Ксавье протягивал мне информатор.

— О, черт, а как..? Или я мертв? — спросил я.

— О нет, ты жив и сейчас находишься в нескольких сотнях метров отсюда! Ну, по показаниям ПеГГИ. Не спрашивай как, секрет фирмы! Надевай и отправляйся туда, там устройство обнулится и станет работать как обычно.

Я нацепил информатор на запястье.

— Вот еще, — Ксавье протянул мне небольшой инжектор-дозатор, — около десяти доз, не больше, — предупредил он.

— Да, понял. Вернусь за добавкой, — ответил я.

— Мы будем рады. Надеюсь, что добавка не единственное, из-за чего захочешь возвращаться.

— Не понял.

— Ну, хотелось бы, чтобы ты присоединился к нам.

— Я все еще ничего про вас не узнал.

— Возвращайся — расскажу, — улыбнулся Ксавье.

— А вы? — повернулся я к задумчивому Доку, который продолжал сидеть на полу.

— Что? — очнулся он.

— Вы же ученый, так? Как вы оказались среди мятежников?

— Я не разделял убеждения некоторых коллег, которые обладали весом и управляли миром. Я считаю, что путь, который они избрали, приведет к тем же последствиям, что и тирании прошлого… Вообще-то, это не минутный разговор. Как сказал Ксавье, возвращайся, и все узнаешь.

— Ну что же, тогда спасибо.

Я принял из рук Ксавье свой рюкзак, оружие и вышел из комнаты. Без особых усилий нашел выход на улицу. Горящее лицо приятно освежил ночной ветерок. Я вошел в ПеГГИ. Нашел сообщение от Мака.

— Надеюсь, что ты сможешь прочесть это, — писал он. — Я отправляюсь в следующую локацию, чего и тебе желаю. Убийств у нас достаточно, маршрут открыт. Если ты считаешь, что здесь остались какие-то неоконченные дела — плюнь на них. Пусть бабы грызутся между собой. Мне нужен напарник на «Болото». Не люблю использовать такие понятия, но я спас тебе жизнь, выручи и ты меня. Помоги пройти последнюю локацию, а дальше как хочешь. Надеюсь увидеть тебя там.

Я включил карту и увидел маршрут. Мак пытался дать стимул, который у меня и без того был. Семье все еще нужна была моя помощь, и наилучшим способом помочь было выполнить контракт полностью, пройдя «Болото». Кроме того, появились вопросы к Лискеру, Бруно и его щенкам. Подыхать я не собирался.

Мак был абсолютно прав, оставаться в этой локации не имело никакого смысла.

Глава 11

Вертолет забрал меня почти сразу. Концом локации для меня стала крыша одного из тридцатиэтажных зданий делового центра Дохлограда. Не самый плохой вариант, были в городе здания и повыше. Учитывая неработающие лифты и необходимость держать себя в руках…

Когда я взобрался наверх, ПеГГИ призывно пискнула. На экране высветился вопрос: «Вы собираетесь завершить прохождение уровня?» После утвердительного ответа прилетел вертолет, небольшая машина, рассчитанная на двух пассажиров. Компанию пилоту составил наемник, который сразу отобрал мое снаряжение, имеющее опасность для почтенной публики. Я, разумеется, не возражал, хотелось как можно быстрее начать последнюю локацию. Да, я склонялся к тому, чтобы отказать Лискеру и выйти из игры после «Болота». Если, конечно, удастся выжить. Не готов я был и принять предложение Ксавье и Дока. В первую очередь мне было, что терять, было кого защищать. И потом слишком мало они мне сказали. И все же я доверял им больше, чем Лискеру. Он был человеком компании, создавшей Вызов, и этого было достаточно.

Когда вертолет отлетал от крыши, на нее вышли какие-то люди. Показалось, что я узнаю среди них крупную фигуру Вождя и вижу игрока в стетсоне. Похоже, сквад Кида решил поднять на мне деньжат. Чуток опоздали.

Красные огни вертолета освещали равнодушное лицо наемника, который развалился напротив. Вопросы безопасности его мало волновали, он позволял себе даже подремать. Я спросил, как долго нам придется лететь, но не получил вразумительного ответа, он пожал плечами и что-то пробурчал. Я понял, что от него мне ничего не добиться и активировал ПеГГИ. Вместо карты вертелась стрелка компаса. Я зашел в историю событий. После десятиминутного просмотра я смог представить положение в игре. Вторую локацию покинули только несколько игроков. В том числе и Анжела. Это меня огорчило, но не так, чтобы сильно. Если не с ней, так с Анастасией и Матиасом придется столкнуться. Было досадно, что в третью зону она вошла раньше меня и потому имела фору. Хотя, может, они не решатся продолжать игру. Я не знал, что ждет в «Болоте», но верно ничего хорошего. Легче никогда не становится.

Грег и Изабель пока были живы, но оставались в «Урбане». Открывали маршрут, сообщалось, что они убили какого-то местного. Тем хуже для них. Практика показала, что с местными полезнее дружить.

Остальные были мне незнакомы и неинтересны, ну, кроме Пастора. Странный тип по слухам. В «Урбане» оставалось только девятнадцать человек. После того, как мы с Маком разобрались со вторым сквадом, погибло только трое. По прикидкам число живых в игре было около 27. Точнее сказать было нельзя, не было информации по тем, кто прошел «Урбан» и решил закончить игру. Кроме того, кто-то мог войти в «Болото» и сразу погибнуть. Заняться мне было нечем, поэтому я занимался этими вычислениями. ПеГГИ завибрировала. О, вот отсюда давненько не было сообщений. BG предлагал ознакомиться со статистикой моей игры и обменять бонусы. Тут же пришло сообщение от Лискера с пометкой «Важное». Я решил, что сладкое оставлю на потом и открыл сообщение Озмунда.

— Приветствую, Кори! В файле, который прикреплен к сообщению, ты найдешь информацию о правилах на третьей локации Вызова. Советую ознакомиться с ней, прежде чем начнешь тратить бонусы. Насчет прохождения «Урбана» — поздравляю. Ты сильно разозлил некоторых людей. Не последних людей. Убив несостоявшегося зятя Бруно и чуть не застрелив его дочь, ты сильно осложнил себе прохождение. Я пытаюсь сдержать его, как могу, но, как спонсор, он важен для Вызова больше, чем ты, как игрок. Все, что удалось сделать, закрыть для него доступ к информации по твоему контракту. А представь, что было бы, если бы Иван ему хотя бы нравился. Дело уже даже и не в нем. Ты ранил его дочь. Конечно, ты действовал по правилам, но… В общем, для тебя есть один выход, ты должен стать человеком компании. Мое предложение по-прежнему в силе. Дай свое согласие на сотрудничество, и Бруно отстанет, и его потомство тоже. По крайней мере, в игре. А потом все забудется. Службой ты докажешь свою лояльность. Нужен твой ответ. Сообщи.

Я подумал и решил ответить неопределенно.

— Привет, Озмунд! Пока не могу определиться. Приму решение в конце «Болота».

Сообщение ушло. Я вернулся к сообщению Лискера, еще раз перечитал его. Пожал плечами. Собрался было запустить файл с правилами, но ПеГГИ снова завибрировала. Лискер ответил.

— Ты или идиот, или притворяешься таковым. Я дал тебе возможность выжить, получить работу, помогать семье, а ты «не можешь определиться»? Ты или уже решил отказаться, но юлишь, либо ты действительно идиот. Я не работаю ни с лжецами, ни с дураками, мать твою. Больше не жди поддержки с моей стороны.

Вот и нет у меня персонального фаната. Черт с ним! Все, что делают такие люди, они делают только для себя. Пусть втирает очки другим. Я почувствовал прилив злости. Давать ей выход не стоило по понятной причине. Я закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. Кажется, помогло. Теперь правила. Я запустил файл. На экране с фирменной улыбкой на лице появился Лискер, облаченный в неизменный костюм.

— Приветствую вас, победители второй зоны! Раз вы смотрите это обращение, значит бросаете Вызов третьей локации. Это «Болото». Как понятно из названия, тут полно воды. Где-то вам придется двигаться по щиколотку, где-то по колено, где-то по пояс в воде. Чтобы облегчить задачу, каждому из вас будет дан аэрокатер. Пропеллер питается от электричества, поэтому аккумуляторы в этой зоне даже важнее боезапаса. Их можно получить в обмен на бонусы, условия получения которых те же, что и раньше. Важное изменение, семибисты могут нападать, если захотят. Ваша задача — больше двигаться. Если вы будете оставаться в одном месте очень долго, то к нему искусственно будут привлекаться монстры. Всего в этой локации будет от трех до пяти заданий. Ваше первое задание — преодолеть суммарно взводом сто километров. После выполнения этой задачи все должны прибыть в «Таверну». Там мы с вами встретимся в небоевой обстановке и вы получите следующее задание. Еще одним новшеством в этой зоне будет появление островов безопасности. Там вы можете выспаться, отдохнуть и развлечься интересными беседами с другими игроками. Для первого задания время ограничено световым днем. Удачи, друзья!

Я поднял глаза, наемник о чем-то говорил с пилотом. Неожиданно вертолет сменил курс. Я вопросительно поднял брови. Наемник скорчил гримасу, означавшую скорее всего «не бери в голову». Ну, нет, так нет. Я задумался о предстоящих испытаниях. В этот раз Лискер рассказал мало. Наверное, Мак сможет многое объяснить. Интересно, какое расстояние он уже прошел, и во сколько модификаторов обошлось ему моя жизнь. Долго в должниках я ходить не любил. Кстати, чуть не забыл про десерт. Я открыл сообщение от BG.

«Кори. Игрок_45. Игровая зона «Урбан». Статистика прохождения:

1. Убийство в голову, парковка, награда — большой бонус с множителем х3.

2. Добивание семибиста, парковка, награда — большой бонус.

3. За тактическую провокацию, парковка, награда — средний бонус.

4. Убийство спонсора с особым цинизмом и добивание игрока, высотка, суммарная награда — большой бонус.

5. Убийство в голову, больница, награда — большой бонус.

6. Убийство, больница, награда — средний бонус.

7. Прохождение локации «Урбан» — большой бонус.

8. Приз самому зрелищному игроку — большой бонус.

Итого: 8 больших бонусов, 2 средних бонуса».

Получилось очень солидно. Сколько там стоил мутаген, кажется, семь больших бонусов? Мне-то уже ни к чему, а вот Мака это, может, заинтересует.

Я оторвался от ПеГГИ, вертолет садился. Несколько секунд и легкий толчок возвестил об удачном приземлении. Включились прожектора — мы стояли на бетонной площадке с символом H, окруженной по периметру несколькими небольшими ангарами. Из-за одного из них выехал электромобиль и направился к нам.

— Выходи, — приказал наемник.

Я спрыгнул на бетон. Все затекло от долгого сидения и мне было в радость размяться. В приближающемся джипе увидел знакомое лицо. Значит, это не начало «Болота». Машина остановилась перед нами и из нее вылез Бруно, сопровождаемый парой наемников. Приехал убить меня лично? Навряд ли, слишком много чести. Стоящий за спиной наемник подтолкнул меня к машине. Я сделал несколько шагов и был остановлен бойцами Бруно. Тот молча рассматривал меня. Это продолжалось неприлично долго, но, наконец, он ожил.

— Я здесь, чтобы обсудить с тобой кое-что. Ты способен держать себя в руках?

— Конечно, — ответил я.

— Отлично, давай пройдемся, но на всякий случай сначала примем меры предосторожности.

Он кивнул своим людям и на моих запястьях защелкнулись наручники. Наемники остались у машины, а мы прогулочным шагом пошли по площадке к ангарам.

— Кори, ты стоил много денег людям и многих нервов мне и моей семье.

Я пожал плечами.

— Понимаю, — продолжил Бруно, — это игра, правил ты не нарушал. И между нами, я даже доволен, что ты убил Ивана. Мне он никогда не нравился, выбор дочери я не одобрял. Но все же это ее выбор, и я должен был отреагировать…

— Скажи, — прервал я его, — а одобряешь ли ты выбор Анастасии? Я мог бы помочь и с Матиасом в случае чего.

— Шутка недурна, правда, сейчас не самое подходящее время, чтобы смеяться, — мрачно посмотрел на меня спонсор. — Речь ведь о твоей жизни, которая висит на тонком волоске.

— О, за меня не беспокойся. Обо мне уже позаботились твои отпрыски. MX157 прекрасно сделает свое дело.

— Формально они не при чем, — улыбнулся Бруно. — Они дали выбор, вы выбрали. Могли бы отказаться и умереть. Смерть — это нормальный исход в Вызове. Потом они ошиблись, и ты убил Ваню. А если ты не переживаешь о своей жизни — подумай о людях, которые тебе дороги.

Я пристально посмотрел на него, пытаясь понять, знает ли он о моих родных или просто угадывает.

— Боже, — закатил глаза он, — думаешь, ты уникален? Да каждый второй здесь играет из-за семьи. Думаешь, запрет, который наложил Лискер, как-то затруднит мне поиски твоих родных?

— Мне пока не понятно, чего ты хочешь, — сказал я с начинающимся раздражением.

— Так я скажу. Ты показал себя серьезным противником, не таким серьезным, как, возможно, тебе кажется, но все-таки… Теперь ты в скваде с таким же отморозком и вдвоем вы становитесь действительно большой проблемой для других. Моя дочь не желает останавливаться. Если бы ты убил любовника Анастасии, возможно, я сумел бы заставить их отступить, выйти из игры. Настя не сильно привязывается к мужчинам. — Бруно сделал паузу, достал сигару и раскурил ее. — С Анжелой посложнее. Ты и сам видишь. Она похожа на эту, как ее там? Одержимую мщением… Только здесь, пожалуй, больше дело принципа… Она идет в третью локацию и тянет за собой сестру. Я бы смог купить Матиаса, чтобы он не ходил с ними, но не сделаю этого. Потому что он может быть полезен внутри зоны. Так вот, я хочу, чтобы дочери не погибли от твоих рук. Мне плевать, что ты будешь делать. Можешь прятаться, можешь убегать при встрече, в общем, делай, что угодно, но чтобы они были живы! — палец Бруно назидательно завис перед моим лицом.

— Но ты же понимаешь, что они могут поставить меня в безвыходное положение, из которого я не смогу выйти, кроме, как убив их?

— Значит, позволь им убить себя! — рявкнул Бруно. — Или не позволяй им ставить тебя в такое положение. Потому что, если они падут от твоих рук, то я разберусь с твоей семьей. И, возможно, заставлю тебя смотреть на это.

Я понял, что начинаю злиться чуть больше, чем нужно и, закрыв глаза, сделал несколько глубоких вдохов.

— Ну и насчет мутагена, — спокойно продолжил Бруно. — Раз уж случилось то, что случилось, у меня есть еще предложение, которое касается и твоего совзводного.

— Ты хочешь предложить нам работу. На компанию.

— И да, и нет. Я предлагаю вам работу, но не на компанию. На меня. Только на меня. Компания Лискера — дерьмо. Правительство — дерьмо. Все временно. Бруно, — положил он руку себе на грудь, — Бруно — вечен. Не верь Лискеру, это мошенник. Все их предприятие держится на чужих деньгах. Работая на меня, ты получишь все — кредиты, здоровье, женщин. Сможешь окончательно решить проблемы родных, что там у вас случилось?

— Не буду отвечать на этот вопрос, — улыбнулся я.

— Ради бога, — ответил Бруно. — И еще, если ты считаешь, что MX — приговор, то ты ошибаешься. Официалы исследования бросили. Но у меня есть деньги и есть ученые, которые у меня работают над тем, что мне интересно. Не буду врать, что проблема уже разрешена, но убежден, что скоро решится. Видишь вот того парня с HK? — показал Бруно на одного из своих сопровождающих. — Он годы живет с таким же мутагеном, который вкололи тебе. Делай выводы.

Я молча смотрел в землю. Бруно, попыхивая сигарой, стоял напротив.

— А Анжела? — спросил я.

— А что Анжела? — ответил он. — Она почти не пересекается с наемниками. И даже случайных встреч легко избежать. Отпусти бороду, отрасти волосы, если так переживаешь… В общем, я сделал предложение. Буду ждать вашего с напарником решения, и лучше не тяните. Я и так слишком добр.

Он пошел к машине, давая понять, что разговор окончен. Я неспешно последовал за ним. Один из наемников вышел мне навстречу и снял наручники. Перед тем, как джип тронулся, Бруно поднялся и крикнул мне:

— Что бы ты не решил, она не должна пострадать!

— Кстати, может, отзовешь награду? — крикнул я. — Мне же житья от охотников за головами не будет.

— Отзову, как только согласишься. А пока пусть это стимулирует тебя к быстрому принятию решения.

Машина сорвалась с места и вскоре исчезла за ангаром. Наемник и пилот ожидали меня у вертолета. Я приблизился прогулочным шагом. Пилот нехотя полез в кабину, а наемник, изображая почтительность, пригласил меня сесть на место.

— Теперь мы полетим, наконец, в третью локацию? Или у меня еще будет встреча с президентом Федерации? — подыграл я ему.

— Нет, ваше сиятельство, в вашем расписании нет больше никаких встреч.

Я запрыгнул в вертолет и занял свое место, наемник залез следом и хлопнул пилота по плечу. Заработали винты. Вертолет поднялся в воздух и быстро полетел на восток, к начинающему светлеть небу. Начинались третьи сутки Вызова.

Глава 12

Мягкий толчок от соприкосновения шасси с землей разбудил меня. Сверху шумели винты, было совсем светло. Я бросил взгляд на ПеГГИ. 8:34. После того, как мы вылетели от места встречи с Бруно, меня сморило. Получалось, что я спал часа два. Чувствовал себя сносно. Я выглянул наружу, мы стояли на маленькой площадке, которая была построена на сваях. Отсюда до горизонта, куда ни глянь, сверкала вода. В некоторых местах было неглубоко, торчала болотная трава, кустарники теснились на небольших кочках. Кое-где торчали полусгнившие стволы деревьев. Похоже на затопленную из-за прорыва плотины равнину. С площадки, где мы приземлились, был перекинут трап на широкий пирс, в конце которого стоял домик на сваях. У причала чуть покачивались аэрокатера.

Наемник выбросил к моим ногам снаряжение и хлопнул пилота по плечу. Винты зашумели сильнее, вертолет оторвался от настила и, быстро набирая скорость, полетел обратно. Я проводил его взглядом, подобрал свое снаряжение и сошел на причал. Утреннее солнце освещало все радостным светом, вода пускала блики, легкий ветер полоскал траву в воде, вызывал легкую рябь. Это напомнило об одном из немногих выходных дней, который удалось провести с отцом на рыбалке. Ностальгия делает человека излишне мягким. Я неохотно прогнал приятные воспоминания и направился к домику. На крыше развевался зеленый кусок материи. Я остановился у двери, толкнул ее и заглянул внутрь. Внутреннее убранство было значительно технологичнее, чем простая «обертка». По периметру стояли так называемые капсулы белого шума — непроницаемые для внешних звуков спальные места. Была стойка, где можно было подкрепиться и выпить чего-нибудь покрепче воды. Слева от двери я заметил то, что интересовало меня больше всего, терминал обмена бонусов и выдачи призов. Я синхронизировал с ним ПеГГИ и присел на стоявший неподалеку диванчик. Открыл историю событий и обнаружил, что мой старт в «Болоте уже отмечен. Нужно было связаться с Маком.

— Привет, я вошел! — написал я ему.

— Привет, вижу! — отозвался он. — Уже понял, что к чему?

— В общих чертах. Сколько ты прошел?

— Тридцать девять километров. Счетчик на карте.

Я посмотрел и увидел цифры вверху дисплея. Сжав карту, которая, к слову, была довольно большая, я нашел Мака. Его маркер мигал около зеленого флажка.

— Ты где? — спросил я.

— Я в безопасной зоне. Зеленые флаги — зоны, свободные от насилия. Я смог добраться до таверны, про которую сказано в файле Лискера. Здесь ты сможешь поздороваться с Изабель или уродами из первого сквада. Я не могу никуда отсюда деться. Бонусы все потрачены. Аккумуляторы полные, но нет смысла никуда плыть без тебя. Буду ждать. Если пройдешь столько же, сколько и я, то на двоих останется ерунда. Обсудим стратегию.

— Понятно. Вот по поводу бонусов и хочу поговорить. У тебя по-прежнему только способности хамелеона?

— Да.

— У меня есть несколько больших бонусов. Тебе интересен мутаген?

— Конечно, — сказал Мак. — Что, так много настрелял?

— Ну, наверное, не сильно больше тебя, но потратил меньше. А ты свои модификаторы спустил на меня?

— Ну да, все оставил у того активатора. Понимаешь какого?

Вопрос не требовал ответа. Я зашел в список наград. Мутаген со случайным обликом семибиста здесь стоил дешевле, только 6 больших бонусов.

— Шесть бонусов, без проблем. Только могу ли я взять модификатор не для себя?

— Для тех, кто идет по усложненному контракту, все ограничения на третьем уровне снимаются, — сообщил Мак. — Мы можем делать все, что делают другие сквады. Сейчас создам общий котел, переведешь туда, сколько захочешь.

— Жду, — я вернулся в список наград. Патроны, аккумуляторы, вот что следует брать в первую очередь. Недурно бы как-то увеличить огневую мощь, но из «Урбана» я не вынес ничего, что мог бы сдать, как после первой зоны. Локация очень специфична. Я вошел в карту. Повсюду вода, глубина не указана. Встречаются отдельные островки суши, а так в основном настилы на сваях. Зеленые флажки попадались редко… Семибист со случайным обликом. Достанется ему оборотень, и что? Мышь хоть летает. По-хорошему, тут бы какая-нибудь гигантская пиранья сгодилась.

ПеГГИ завибрировала. Пришло сообщение от Мака, где он сообщал, что «котел» готов. После недолгих поисков, я нашел его и перекинул 6 больших бонусов.

— Отлично, — написал Мак, — к твоему появлению все сделаю.

— Погоди-ка, — отправил я ему ответ, — есть данные о здешних семибистах? Какие они?

— Ну, я их не видел, но логика подсказывает что это должны быть те, кто нормально себя чувствует и в воде и на суше. А если брать животный мир, то кто из опасных земноводных первым приходит на ум?

Снова риторический вопрос.

— Я тебя понял. Тогда последнее, я видел Бруно. Это папаша девчонок из первого сквада. Угрожал расправой, если они погибнут. И не пустить их сюда не может.

— Меня он не запугает, вся моя семья — это я, — ответил Мак.

— Кроме кнута, он манил пряником, предлагал работать на него. Утверждал, что большая шишка.

— Что ты ответил?

— Ничего, он дал время подумать до конца локации. Не могу же я отвечать и за тебя.

— Хорошо, мы это еще обсудим, когда встретимся. До встречи. И не тормози, а то узнаешь, какие здесь водятся семибисты, — напомнил Мак.

Снова муки выбора. Один большой бонус давал две батареи, каждой из которых хватало на 50 километров или около того. Ну, если у Мака полностью заряжены аккумуляторы, то стоило ли вообще брать две батареи? Я немного подумал и взял только одну. Оставалось потратить другую половину бонуса, чтобы он не сгорел.

Мое внимание привлекла появившаяся вкладка «Транспорт». Оказалось, на аэрокатера можно было установить вооружение. Например, «Дырокол» — довольно мощная штука, но со слабым темпом, кажется выстрелов сто в минуту. Еще гаусс-пушка, способная продырявить насквозь лодку. Питалась она от бортовой сети. Поэтому тому, кто решился бы ее установить, пришлось бы раскошелится на запасные аккумуляторы. Еще был огнемет. Я не представлял, как он может помочь в локации, заполненной водой. Каждая «пушка» стоила большой бонус. Искушение было велико, но я решил оставить его до «таверны». Были еще усовершенствования попроще. Я взял форсаж — по описанию, при его включении лодка ненадолго развивала скорость в полтора раза больше. Недостатком было то, что использовать его следовало не чаще, чем раз за полчаса, иначе главный двигатель дох.

Оставались еще средние бонусы. Винтовка была почти разряжена, в магазине было патронов двадцать, остальные обоймы пусты. Немного подумав, я отдал один средний бонус за сотню усиленных патронов. Пробиваемость здесь будет нелишней. Вспомнилось, как в «Урбане» сквад спонсоров отбивался от нетопыря. Не взять ли мне подствольник? Я немного поплутал по списку и, наконец, нашел гранатомет, подходящий моей модели штурмовки. Снова появились сомнения. Взять подствольник с пятью зарядами к нему и остаться без хелс-модификаторов? Которые, к слову, почему-то стоили очень дорого. Либо взять пару модификаторов и какой-нибудь малополезной здесь ерунды, вроде дымовых гранат. В муках выбора я даже провел ревизию рюкзака, хотя прекрасно помнил, что там было. В конце концов, решил, что усиление мощи при внимательной игре будет лучше чем «аптечки». Не подпуская к себе противника, а здесь противником я пока что видел только семибистов, я обезопашусь от ранений. И тогда хелс-модификаторы не понадобятся. В конце концов, что такое сорок километров на катере? В итоге я взял подствольный гранатомет. Терминал послушно «выложил» все заказанное.

Некоторое время ушло на заполнение магазинов патронами. Оставшиеся без обойм я закинул в рюкзак. Затем навесил подствольник на винтовку. Мне все больше нравилось мое вооружение. Крепла уверенность в своих силах. Закончив приготовления, я вышел на пирс. Непонятно откуда взявшийся наемник возился с одним из катеров.

— Это твой, — бросил он мне. — Аккумуляторы ставятся сюда. Управление знакомо?

— Да.

— Вот и отлично. Нужно подождать, пока я снимаю блокировку форсажа, — он отвернулся и продолжил копошиться во внутренностях аэролодки.

Я немного постоял рядом. Заняться было нечем. Вскоре мне наскучило наблюдать за работающим наемником, и я отошел к домику, где сел на лавку. Расстилавшийся пейзаж настраивал на благодушный лад. Солнце грело, ветерок освежал. Вода пускала радостные блики. Не хотелось даже включать ПеГГИ. Хотелось просто посидеть. Я был вынужден признаться самому себе, что сильно устал за пару последних дней.

Интересно, водится ли тут рыба. Должно быть, поскольку не раз и не два я видел пролетающих чаек. Снова мне вспомнилась рыбалка с отцом. Кажется, отдал бы все, чтобы повторить. Я мысленно прокручивал события того далекого дня, рассеянно глядя на точку на горизонте. Рядом ней появилась еще одна. Птицы? Третья. Я приставил руку козырьком, закрываясь от солнечного света. Появилась четвертая. Рановато для птиц сбиваться в косяки. Первая замеченная точка увеличилась в размерах и вскоре я смог разглядеть, что за «птицы» направлялись к моей точке высадки. Вертолеты, несомненно, несли на своих бортах команду, завершившую прохождение «Урбана».

Пусть зона и безопасна, но рано или поздно с нее придется уплывать. Сражаться в одиночку со взводом мне совершенно не улыбалось. Я быстро вернулся к лодке. Наемник все еще торчал в техническом отсеке.

— Будет здорово, если ты заканчиваешь, — сказал я. Он вытащил голову, посмотрел на меня, потом бросил взгляд в небо.

— Не волнуйся, почти всё, — усмехнулся он, понимая причину моей спешки.

Чтобы не тратить время, я спрыгнул в лодку и сел в кресло. Рюкзак и винтовку бросил в ноги. Ожидая окончания обслуживания, я напряженно смотрел на приближающиеся вертолеты. Пришло в голову проверить историю в ПеГГИ, но нет, она бы отреагировала на их появление в игровой зоне. В одном можно было не сомневаться, для сквада Анжелы или Грега слишком много народу. Если только не нашлись безумцы, вступившие в их команды.

Первый вертолет уже подлетал, когда наемник, наконец, хлопнул крышкой технического отсека.

— Готово, — возвестил он.

Я тут же запустил двигатель. Лопасти пропеллера начали раскручиваться, быстро ускоряясь. Лодка пошла. Пока было возможно, я пытался рассмотреть пассажира в зависшем над посадочной площадкой вертолете. Успехом мои наблюдения не увенчались, удалось увидеть наемника и только. Ничего. Их вступление в игру не пройдет незамеченным, ПеГГИ сообщит. Я выставил рычаг управления на максимум скорости. Причал удалялся, вертолет высадил игрока, но расстояние между нами было уже такое, что лица его было не рассмотреть. Вертолет оторвался от площадки, освобождая место для следующего судна. Игрок побежал по пирсу к домику и аэролодкам. Я видел только одну причину, по которой он мог так торопиться.

Спидометр показывал скорость 49 км/ч. Слабовато, учитывая малую загрузку и отсутствие встречного течения. А ускорение нужно было поберечь. Я обернулся — пирс и дом почти пропали из виду, превратившись в черточку на горизонте. Пока преследования не было. Я активировал ПеГГИ и нашел в истории обновление. Игрок, вступивший в игру, звался Тактиком. Я вошел в раздел данных о игроках и нашел его сквад. Вместе с ним в группе состояли Кид, Вождь и Волк. Новичкам везет или кто-то тащит этих дурачков? При знакомстве мне показалось, что единственный, кто может претендовать на победу, это Вождь. Не сильно ошибался в оценке Кида и Волка, раз им хватило ума пойти в третью локацию. Индеец остался по понятным причинам. А вот юноши… Кровь закипела, понравилось убивать? Меня вам так просто не взять. Если загоните меня в угол, то вас будет ждать большой сюрприз.

В истории появилась еще строка. Высадился Вождь.

Теперь пора выбрать направление. Карта в наименьшем масштабе показала, что курс выбран почти верно. Я сделал небольшую поправку и снова переключил внимание на экран. До «таверны» и Мака оставалось около двадцати километров. Как он прошел около сорока? Я увеличил масштаб и нашел ответ. Зона была названа «Болотом» не просто так. Чистая вода около точки высадки ввела в заблуждение, этот участок был исключением. А так карта пестрела местами, где было невозможно передвигаться на аэролодке. Один из них был прямо передо мной. Я резко оторвался от карты и, схватив руль, вывернул его в сторону. Попытка обойти скопление дрейфующих бревен закончилась провалом. Лодка ударилась бортом о первое и инерция закинула ее на стволы. Пропеллеру не хватало мощности, чтобы снять посудину с плавника. Я снизил обороты и выругался. Бревна можно было разглядеть заранее, если не отвлекаться и смотреть за «дорогой». Я встал и наклонился над бортом. Пока лодка села только на пару стволов. Я попытался раскачать судно, по ощущениям было похоже, что сойти получится. Я поднял обороты двигателя и продолжил раскачивать лодку. Продвижение было, но не слишком заметное, кажется, времени будет потрачено немало. Я прилагал бешеные усилия. Кровь начинала закипать от ярости. Еще немного и придется использовать полученный от Дока инъектор.

Тут я заметил, что бревна, на которые я сел, понемногу дрейфуют к середине скопления. Вскоре лодка будет окружена другими стволами и выбраться из этой кучи станет нельзя. Я удвоил усилия. Наконец мои старания были частично вознаграждены — с одного бревна лодка снялась. Оставалось немного. Я остановился, чтобы отдышаться и осмотреться. На поверхности чистой воды в пятидесяти метрах от меня слегка выступал контур плывущего ко мне предмета. Бревно? Что-то в нем показалось мне неестественным. Я поднял SCAR и посмотрел в оптический прицел. По коже прошел мороз. Я бросил винтовку в ноги и, схватившись за борта, принялся яростно трясти лодку. «Бревно» явно ускорилось и быстро приближалось. Я отпустил борта и ударил по кнопке форсажа. Взревел винт, лодка дрогнула и сползла с бревна. Освободившись, судно мощно рвануло вперед, чуть не выбросив меня за борт, где уже ждали оскаленные зубы семибиста. Мы с ним разминулись на какие-то сантиметры. В пене я не смог толком рассмотреть, каков он из себя. Да, в общем-то, не очень и хотел. Сейчас нужно было качественно использовать ускорение. На спидометре стрелка уперлась в ограничитель. Последнее значение было 70. На свободном участке я сориентировался на местности по ПеГГИ, направил лодку к расположенному в паре километров дальше домику. Останавливаться там я не планировал, тем более, зеленым на карте он не был отмечен. Просто вода до него была чиста. Лишние маневры сбивали скорость, значит и пройденное расстояние. Раз уж пришлось использовать форсаж, нужно использовать его максимально полезно.

Счетчик пройденного сквадом расстояния между тем показывал уже 48 километров, на моем счету около десяти. Я проверил курс — всё так, дом, или что там за сарай, должен был вскоре показаться. Отщелкнулась кнопка форсажа. Шум винта стал стихать, лодка пошла с обычной скоростью. Ускорения хватило только 5 километров. Я отметил для себя время, когда форсаж станет доступен снова.

Впереди показался домишко на сваях и причал. По мере приближения стал заметен отпечаток запустения. Я сбросил скорость и остановил лодку недалеко от пирса. Некоторое время рассматривал строение. Флага действительно не было, значит делать тут нечего. На всякий случай я сверился с ПеГГИ. Нет, внутри не было ни активатора, ни даже терминала выдачи аккумуляторов. Я запустил двигатель. Дал самый малый, направил лодку в чистую воду — вокруг по-прежнему встречались скопления плавунов. Пока судно ползло, я выбирал маршрут. Отсюда до «таверны» оставалось километров 30, добраться до нее, не сильно меняя курс, было возможно, отклонения в метров сто я не считал серьезными. Однако быстро не пойдешь — впереди начинались заросли тростника. Внутри огромной площади, им занимаемой, были участки чистой воды, но незначительные, просто смешные.

Я остановился у границы растительности, рассматривая на карте альтернативный путь. Суть была в том, чтобы пойти налево вдоль границы тростника. Получался громадный крюк, но посередине стоял домик на сваях с отметкой «молния». Кроме того, на чистой воде я смог бы максимально разогнаться, а через полчаса повторить и форсаж. Еще аргумент — пройденное расстояние. Ко времени прибытия в «таверну» счетчик показал бы цифру больше 100.

Почти всё было в пользу выбора длинного пути, но когда я случайно посмотрел назад, все перевернулось с ног на голову. На горизонте на чистой воде появилась черная точка в белом ореоле. Ничем, кроме лодки, вспенивающей воду, это быть не могло. и я убедился в этом, посмотрев в оптику на винтовке. Глаза начала застилать пелена ярости, еще немного и я бросился бы навстречу. К счастью, я держал инъектор Дока наготове. Введенное вещество погасило действие мутагена. Появление игрока лишило меня выбора, я направил лодку в тростник. Почти четырехметровые стебли сопротивлялись, как могли, но все же прогибались и ломались под натиском судна. Обернувшись, я недовольно нахмурился. Большая часть тростника выпрямлялась, освобождаясь от веса лодки, но все-таки чаща сзади заметно поредела. Это и указывало преследователю дорогу, и облегчало погоню. Не стоило сбрасывать со счетов и остальных совзводных. Наверняка они уже на пути сюда.

Все было очень просто. Моя лодка преодолевала гораздо большее сопротивление. Рано или поздно он догонит. Ну и катер у него наверное с навесным. Под огнем «дырокола» мне придется туго.

Нужна засада. Учитывая, что мой след был четко виден, оставалось одно. Я резко заложил направо. Хотел сделать петлю и выйти в спину преследователю. Кажется, у летчиков такое называется мертвой петлей, только исполняется в вертикальной плоскости и на глазах у противника. Мне нужно было не ошибиться и вовремя остановиться, чтобы не выскочить на «трассу» раньше времени. Некоторое время я шел параллельно своей просеке. Вернувшись метров на сто назад, я снизил обороты двигателя до минимума и остановил лодку. Просеку я не видел, о появлении противника рассчитывал узнать по звуку двигателя. Минуту было слышно только лягушек. Затем до меня донесся шум ложащегося тростника и легкий гул пропеллера. Я снял с предохранителя винтовку. Треск приближался и вот, наконец, преследователь прошел передо мной. Сквозь гущу стеблей я разглядел промелькнувшую лодку. Я повысил обороты и на малой скорости пошел сквозь заросли. Вот и просека. Игрок поломал те стебли, что выстояли при моем наезде, и теперь коридор очень хорошо просматривался. Я довернул лодку и некоторое время следовал за ничего не подозревающим игроком. На всякий случай зарядил гранату в подствольник и переключился на стрельбу очередями. Выставил самый малый ход и уперся локтем в панель. Тщательно прицелился. Дал длинную очередь в моторный отсек. Патроны усиленного пробития справились на ура. Винт лодки противника замедлился, двигатель задымился. Поняв, что атакован, игрок попытался отстреливаться через винт, но я встретил его короткими злобными очередями. Пропеллер встал, было очевидно, что никуда он отсюда не уедет, но я не отказал себе в удовольствии выстрелить в него еще и из подствольника. Для надежности. Она вошла в двигатель пропеллера и разнесла его, осыпав тростник градом осколков. Контуженного игрока сбросило в воду.

Неожиданно позади раздался грохот дырокола. Первая пуля сколола часть защитной решетки винта, которая отскочила в мою скулу. Следующая пуля прошла мимо. Третий выстрел меня не застал — уже после первого я дал самый полный и свернул налево в заросли. Новоприбывший игрок сделал еще несколько выстрелов вслепую, попытавшись нащупать меня в зарослях.

Я поправил курс, сразу направляя аэролодку к «зеленому» домику, отмеченному на карте. Оставшиеся сзади игроки беспокоили, но не слишком — катер первого уже никуда не уедет, второму придется забирать пострадавшего, а с двойным весом им меня не догнать. Где-то были еще двое. Скорее всего, они ждут на открытой воде. Я оценил расстояние до Мака. Заряда батареи могло хватить, но только если меня не будет ожидать какая-нибудь неприятность. И я оставил курс без изменений. Зарядив очередную гранату, я приподнялся и оглянулся. Преследования не было видно.

Несколько минут пролетели однообразно. Лодка резала заросли тростника, в меня летели ломающиеся стебли, какая-то труха. Дно лодки было уже порядком засыпано этой массой. Одна и та же картина перед глазами и тот же звук скрежета стеблей о борта привели к тому, что я потерял собранность и не сразу понял, что пересек новую «просеку». Успел пройти метров двадцать, перед тем как остановился. С трудом развернув лодку, я вернулся к «перекрестку». Да, кто-то прошел здесь, и недавно. Кто-то из сквада Вождя хотел выйти мне наперерез, больше некому. Я заглушил двигатель и прислушался. Что-то было, но направление угадать было трудно. Я закрыл глаза. Нет, звук шел не с боков. Его источник находился там, откуда я приплыл. Прошло совсем немного времени, и я убедился в этом. Черт, как они так быстро идут за мной с двойным весом? Похоже на лодке был не только дырокол, но и форсаж. Скоро они будут здесь.

Я повернул лодку направо, разворачиваться времени уже не было. На большой скорости они, так же, как и я, пролетят перекресток. Я же собирался встретить их так приветливо, как мог. Отойдя от пересечения только несколько метров, снизил обороты и остановился. Облокотился на защитную решетку винта, прицелился.

Треск ломающегося тростника и гул работающего винта приближались. В последний миг преследователи все-таки заметили пересечение и сбросили скорость. Это было мне только на руку. Как только из зарослей вынырнул длинный нос лодки, я полоснул длинной очередью по капитану и штурману. Они исчезли в зарослях, но я не отпускал курок, пока не опустел магазин. В азарте послал на звук еще и гранату из подствольника. Взрывом подняло в воздух клочья травы. Мотор вражеской лодки начал захлебываться. Я заменил обойму. Хорошо бы добить, но вслепую идти к противнику я не решился. Если выжили, быстро не поплывут. Может и вплавь придется передвигаться — над зарослями курился дым.

Я прошел метров сто по просеке и вновь свернул в заросли, чтобы, наконец, достигнуть зеленого дома. Уровень заряда батареи тревожил. Расстояние вроде бы оставалось небольшое, но поди ж ты, доберись, когда на тебя постоянно давят. ПеГГИ завибрировала. Заросли впереди заметно редели, я готовился выбраться на свободную воду. Выскочив из зарослей, я пустил лодку по границе растительности, чтобы уйти обратно в случае опасности. Сам быстро озирался, выискивая противника. На первый взгляд все было спокойно. Дом с зеленым флагом отделяло от меня не больше трехсот шагов. Я подошел к точке, от которой расстояние до безопасной зоны было минимальным, и развернул лодку к причалу. Чем дальше я отходил от тростника, тем больше чувствовал свою уязвимость. Паранойя? Я закрепил руль и лег на дно лодки, скорчившись в три погибели. Не спрячусь полностью, но хоть усложню задачу стрелку, если он где-нибудь в тростнике. О том, что предосторожности были не лишними, вскоре возвестили выстрелы «дырокола» из зарослей. Рядом с лодкой начали подниматься фонтанчики. Я дотянулся до руля и сбил курс, уводя лодку чуть в сторону. Поправка, которую брал стрелок не принесла ему успеха. До пирса осталось немного, орудие смолкло, всё, я в безопасности. Я вскочил и завертел рулем, одновременно сбрасывая скорость. Лодка неаккуратно ткнулась носом в сваи. Я собирался заглушить двигатель, но он затих самостоятельно — сдохла батарея. Я повернулся и посмотрел на границу зарослей, темной массой зеленеющей вдали. Стрелка пока не было видно.

Я закинул SCAR на настил причала, потом подтянулся сам. И домик, и причал проигрывали в размерах стартовым, да и площадки для вертолета тут не было. Я прошел к двери и вошел внутрь. При моем появлении оживился находящийся там терминал выдачи. Синхронизация его с ПеГГИ дала неожиданный результат. На счету оказалось два больших бонуса вместо одного. Батарея была нужна при любых раскладах, и я незамедлительно обменял один бонус на два аккумулятора. Я не торопился с обменом второго, хотел поговорить с Маком. Пройдя к стойке, я взял воды и уселся. Жадно прильнул к бутылке и сразу влил в себя по меньшей мере половину. Оторвавшись от горлышка, я услышал доносящийся снаружи гул двигателя. Вот и стрелок. Я развернулся к двери и, опершись спиной на стойку, принял непринужденную позу. Вскоре по дереву застучали шаги. Человек подошел к двери и остановился. Постояв пару секунд, он вошел внутрь. Это был Вождь.

— Приветствую, вождь краснокожих! — ухмыльнулся я.

— Хау, бледнолицый! — ответил он. — Надеюсь, ты понимаешь, в том, то происходит, нет ничего личного.

— Понимаю, — отозвался я.

Вождь удовлетворенно кивнул и подошел к терминалу. Пока он синхронизировал свой информатор, я заглянул в свой. Откуда же бонус? Ах, вот в чем дело. Я сделал еще пару глотков.

— Не было возможности спросить, — сказал я. — Вот ты в скваде с Кидом и этим, как его, Волком?

— Угу, — отозвался индеец.

— Вопрос такой, почему? Они же балбесы. Я, честно говоря, не могу понять, как они прошли так далеко. Ты же не можешь один тащить всю команду?

— Да, они идиоты, — отозвался Вождь, — к счастью, я не один. Среди нас есть еще один, умнейший парень. Стратегическое мышление, хитрость. Не представляешь, как легко мы прошли «Отстойник». Нам даже не пришлось удирать от семибистов, роняя фекалии, — подколол он меня. — И если уж на то пошло, взять тебя — тоже стратегия. Живым или мертвым, без разницы, мы выиграем. Чуть не успели в «Урбане».

— Да, я видел, — сказал я и, скрывая злорадную улыбку, спросил. — Этого великого стратега не Тактиком зовут?

— Да, это он, — Вождь настороженно посмотрел на меня.

— Давно смотрел в историю? — уже не в силах сдержать улыбку, спросил я.

Вождь быстро проверил события. Изменился в лице и выругался. Второй бонус мне дали за Тактика. Очередь сквозь заросли или граната, что-то сделало свое дело.

Вождь потерял свою невозмутимость, его прорвало. С минуту он сыпал проклятиями, потрясал кулаками, я даже думал, что начнет крушить все вокруг.

— Чертовы придурки, не уберегли, — орал он, — да чтоб вы сдохли!

Завершился приступ ярости броском рюкзака в стойку. Кое-как взяв себя в руки, он подошел к стойке, взял воду и залпом выпил всю бутылку. Его ПеГГИ знакомо завибрировала. Кто-то прислал сообщение. Он бросил пустую емкость за стойку и включил иформатор. Пару секунд читал, потом выругался и выскочил за дверь. Я поднялся и последовал за ним. Он стоял на пирсе и всматривался через бинокль в заросли. Рядом наемник ставил аккумуляторы на мою лодку.

Я увидел, как из тростника вышла лодка. Двигалась она очень медленно.

— На час, Вождь! — подсказал я индейцу, который смотрел в другую сторону.

Я поднял SCAR и посмотрел в оптический прицел. Это был один из тех, кто попался мне в тростнике. Судно было порядком изувечено, двигатель дымил, винт еле крутился. Вроде бы это был не Кид. Значит, Волк. Он оглядывался назад, явно опасаясь чего-то. Не прошло и нескольких секунд, как он дал по воде длинную очередь. На поверхность вынырнул семибист, удлиненная морда не оставляла сомнений в том, кто являлся прототипом монстра. Крокобист схватил лениво вращающийся винт и оторвал его. Волк в ужасе отскочил на нос и, с трудом удерживая равновесие, перезаряжал винтовку. Монстр оторвал двигатель с решеткой и стал карабкаться на лодку. Неуклюже перебирая лапами, он полз по качающемуся судну к пареньку. Тот разрядил в морду семибиста обойму. Как я и думал, без особых последствий для здоровья последнего. Волку оставалось только одно — спасаться вплавь. Он швырнул винтовку в крокобиста и «рыбкой» прыгнул в воду. Ничего эффектнее за последний день я не видел. Звука выстрела не было слышно, однако голова Волка взорвалась, прежде чем он коснулся воды. По поверхности рассыпался град осколков черепа и содержимого, а следом плюхнулось мертвое тело. Почти сразу выстрелом второй гаусс-пушки был продырявлен семибист. Неловко перевернувшись, он скатился с лодки и всплыл кверху брюхом.

Я повернул голову, отыскивая стрелков. Вот они — справа приближались две аэролодки. Я перевел на них прицел. Нет, это не Грег с Изабель, обе фигуры мужские. Игроки шли параллельным курсом в нескольких шагах друг от друга. Один из них приложил к глазам бинокль. Увидев нас с Вождем, он повернул голову к совзводному и что-то крикнул. Они разделились. Обладатель бинокля повернул к домику, а его товарищ направился к лодке Волка.

Я полез было в ПеГГИ, чтобы узнать, кто к нам пожаловал, но тут появился Кид. Стена тростника разлетелась под тяжестью вырывающейся на свободную воду лодки. Не сбавляя скорости, Кид пролетел мимо лодки Волка, поливая остановившегося рядом игрока из автомата. Тот слетел за борт, получив несколько пуль. ПеГГИ дала вибрацию. Кид переключился на уходящего к домику игрока. Тот, конечно же, все слышал, но лишь оглянулся, не пытаясь разворачиваться. Развернуть лодку означало попасть под огонь. Кид не снижал темпа стрельбы. Мы с Вождем отскочили к двери. Пули Кида попадали в воду в опасной близости от пирса, где мы только что стояли.

— Что там у этого коммандо, пулемет что ли? — крикнул я индейцу.

— Штурмовка, — мотнул тот головой, — барабанный магазин.

Шквал пуль, под которым находилась лодка неизвестного игрока, наконец, принес плоды — винт заклинило, лодка потеряла скорость и остановилась. До безопасной зоны оставалось не больше десяти метров. Игрок не раздумывая прыгнул в воду. Отчаянно молотя руками по воде, он плыл к спасительному домику.

— Уйди в сторону, идиот, — простонал Вождь. Но Кид хорошо стрелял и плохо соображал, катер игрока закрыл его от выстрелов, и тот успел спастись. Как только он коснулся настила, стрельба прекратилась. Неизвестный с трудом подтянулся и заполз на пирс. Несколькими секундами подплыл Кид. Вождь пошел навстречу.

А я с интересом посмотрел в ПеГГИ. Игроком, который ушел от Кида, был Мартинез — игрок из третьего сквада спонсоров, с которым я напрямую не встречался. Кажется снайпера, который подстрелил меня в «Отстойнике», звали Ахиллес? Точно, это он был вместе с Мартинезом. Только Кид не убил его. Информатор сообщал, что с того всего лишь снята попытка. Я поднял винтовку и глянул на лодки, замершие у тростника. Ахиллес выбрался из воды и, сидя в кресле, вводил себе хелс-модификаторы. Ну что ж. Хотелось бы встретиться с ним, но видимо не судьба. В этой локации я его не увижу. А насчет следующей… Пожалуй, не пойду я туда. Предложение Лискера не вызывало во мне энтузиазма. Есть Ксавье, и есть Бруно. Ничего такого Лискер мне не мог предложить. Мутаген я получил, пусть и опасный. Защитить родных я смогу, работая на Бруно. Тем более, что и стабилизатор мутагена есть только у него.

Интересно, а где остальные члены сквада Ахиллеса. Вопрос важный, поскольку я собирался покинуть эту «гавань» и отправиться в «таверну». Я заглянул в информатор и к удивлению не нашел в игре совзводных Ахиллеса и Мартинеза. Похоже, они не входили в «Болото». Мартинез оказался рядом.

— Привет, а где ваши? — решил я испытать судьбу и задать вопрос.

— Все перед тобой, — буркнул тот и вошел в дом.

Интересно. Я пошел к своей аэролодке. Подмигнул Киду, который выслушивал яростные нападки Вождя. Тот рассеянно кивнул. Я спрыгнул в свою посудину. Наемник копошился рядом, устанавливая новый аккумулятор в лодку Вождя.

— Мак, тебе известно что-нибудь о судьбе третьего взвода спонсоров? — написал я совзводному.

Не прошло и минуты, как пришел ответ.

— Да. Половина вышла из игры. Их попытки обнулили твои друзья.

— Это кого ты называешь друзьями? У меня их полная локация.

— Грегори и Изабель. Как они это сделали, не знаю. Кстати, они недавно прибыли в «таверну».

— Много там народу? — поинтересовался я.

— С десяток наберется.

— Спонсоры там?

— Да, Анжела спрашивала про тебя. У тебя что?

— Тут только что обнулили попытку Ахиллеса. Здесь остался индеец с Кидом и Мартинез.

— Я думаю, ты можешь без проблем выезжать сюда, — сказал Мак. — Основная масса твоих поклонников здесь, да и вообще мало кто остался в живых. Ничего пока не известно по двум парням. А так, по слухам после «Урбана» человек пять вышли из игры. Целый сквад. Так что вряд ли тебе кто-то встретится.

— Хорошо, тогда через часик жди, — ответил я.

Глава 13

Путь до «таверны» занял немного дольше времени, чем я рассчитывал, но все-таки около двух часов пополудни я увидел на горизонте громадный дом на сваях. В отличие от остальных «зеленых» домиков, раскиданных по локации, в этом было три этажа. Только материал оставался неизменным — дерево. По периметру строение окружал причал с несколькими ответвлениями, три из которых вели к вертолетным площадкам, поднятым над уровнем воды метров на пять. У пирсов слегка покачивались несколько аэролодок. Игроков не было видно. Только двое наемников прогуливались по настилу.

Я ворвался в разорванный квадрат причала и осадил лодку рядом с чьей-то внушающей страх посудиной, на которой был установлен и огнемет, и «дырокол». Наемники только мельком взглянули на меня и отвернулись. ПеГГИ завибрировала. «Кори завершает первое испытание. Пройденное командой расстояние — 109 км».

Я залез на причал и отправился в дом. Мне навстречу вышел наемник.

— Сдай оружие и рюкзак, — приказал он, — все, что тебе нужно, в избытке получишь внутри.

Я отдал SCAR. Снял рюкзак, покидал в него магазины из разгрузки. Наемник отработанными движениями обыскал меня. На устройство Ксавье никак не отреагировал.

— Ну, добро пожаловать, — сказал он, пропуская меня внутрь.

Я вошел в приятную прохладу дома. Первый этаж, похоже, был отведен под посиделки. Напротив входа располагалась длинная стойка бара. Был даже бармен, совершенно не похожий на наемников. Справа вдоль стены тянулся стол, за которым свободно могли бы поместиться человек сорок-пятьдесят. В центре комнаты стояли бильярдные столы. Слева был танцпол, играющий, как казалось, еще и роль сцены. Лестница, ведущая наверх, виднелась тут же, в углу слева. Все это не выглядело как перевалочный пункт, сделанный спустя рукава.

В баре почти никого не было — два незнакомых игрока сидели рядом и потягивали пиво. Судя по грязным лицам и одежде, они тоже только что прибыли. Жажда мучила и меня и я последовал их примеру. Опустился на табурет, попросил бармена налить воды. Пока тот выполнял заказ, повернулся к игрокам и поднял руку в знак приветствия. Они отсалютовали мне стаканами и продолжили свой разговор.

— Есть тут место, где можно умыться? — поинтересовался я у бармена.

— Разумеется, наверху есть душевые и прочие удобства, — с готовностью отозвался тот, протягивая мне стакан. Я залпом осушил его и попросил повторить. С лестницы донесся звук шагов спускающегося человека. Я повернул голову. Это был Мак.

— Встречаешь? — улыбнулся я.

Тот кивнул, пожал мне руку и сел рядом. Бармен принес вторую порцию воды. Вопросительно посмотрел на Мака. Тот отрицательно покачал головой.

— Что скажешь? — спросил я между глотками.

— Почти все здесь. Пока тебя не было, приехал взвод из четырех человек. Остались только те, кто идет с твоего направления. И где-то еще Пастор. Остальные либо вышли после «Урбана», либо выбыли. Получается 17 человек.

— Совсем негусто, — сказал я. — Что с мутагеном? Взял?

— Да. Все удачно. Мутировать не пробовал пока что.

— В кого мутация?

— Похоже, что оборотень.

— Ну, пойдет. Покажешь, где тут можно отдохнуть и умыться?

— Поднимись наверх, — ответил Мак, — у каждого комната. Именная. Твоя на втором этаже, как раз недалеко от душевой. Костюм можешь закинуть в чистку.

— Отлично! То, что нужно, — я поднялся со стула и направился к лестнице.

Поднявшись на второй этаж, я увидел коридор, тянущийся вдоль здания, с множеством дверей. Прямо гостиница какая-то. Я прошел до середины и нашел душевую. За ней оказался мой «номер». Я открыл дверь и посмотрел на внутреннее убранство. Ничего такого, кровать, окно, уборная. Скромно, но чисто и уютно, почти по-домашнему. Я снял и бросил к кровати разгрузку. У меня было два желания — помыться и поспать. Не откладывая дела в долгий ящик, я приступил к выполнению первого. Вернувшись в душевую, я немедленно скинул с себя костюм и бросил его в чистящую машину, а сам включил воду. Я провел в душе неприлично много времени, просто стоя под горячими струйками воды, хлеставшими по телу. Это было наслаждение. Впервые с момента старта я расслабился. Закончив водные процедуры, я вытерся взятым из устройства выдачи полотенцем. Чистящая машина еще не закончила работу. Не желая ждать, я обмотал полотенце вокруг бедер и отправился в свой номер, где бросился на кровать вниз лицом и почти сразу вырубился.

* * *

— Проснись и пой! — сквозь сон услышал я женский голос. Открыл глаза, не понимая, где нахожусь. Мягкая постель вводила в заблуждение — показалось, что я дома, а будит меня сестра, ну, кто же еще. Приподнял голову и повернулся на бок. У кровати стояла Анжела собственной персоной. В руках у нее был мой отчищенный, высушенный костюм.

— Лискер прибыл уже с полчаса. Все собираются внизу. Одевайся и спускайся.

Я сел на край кровати, потер глаза, сгоняя с них сонную пелену. Что за гротеск? Почему она? Говорит со мной как ни в чем ни бывало. Понятное дело, что нейтральная территория обязывает вести себя спокойно. Но не любезничать же. Нет, не понять мне охотницу.

— Удивляюсь, как такой тормоз смог пройти так далеко, да еще и оставил за собой столько трупов, — насмешливо сказала она, протягивая мне свернутый костюм.

— Ты после того, как проснешься, сразу становишься гиперактивной? — спросил я с легким раздражением.

— Да.

Я посмотрел на время. Уже почти пять. Славно подремал. Я поднялся и взял одежду. Анжела продолжала стоять передо мной. Я вопросительно поднял брови.

— Тебя что-то смущает? — спросила она с улыбкой.

— Ты хочешь присутствовать? И даже не отвернешься?

— Тебе есть, что скрывать? — продолжала издеваться она.

Да пожалуйста. Я пожал плечами и скинул с себя полотенце. Она стояла и с улыбкой наблюдала, как я натягиваю элементы костюма. На несколько мгновений я почувствовал, как во мне нарастает возбуждение. Попытался обмануть организм, переключившись на вопрос.

— Ты, кажется, хотела о чем-то со мной поговорить?

Ее улыбка говорила о том, что организм я обманул, но ее навряд ли. Однако на вопрос она ответила довольно серьезно.

— Да, хотела. И поговорю. Но всему свое время. Спускайся, скоро начало.

Она выскользнула из комнаты. Я закончил одеваться и зашел в уборную ополоснуть лицо. Холодная вода позволила пробудиться окончательно. О странной миниатюре с Анжелой я думал как о курьезном случае. В конце концов, охотники отличались своими странностями, и она лишний раз это подтвердила.

Я вышел из номера и спустился в зал. Там царило оживление. Большинство игроков уже сидели за столом, вокруг которого сновали официантки. Кое-кто парами стоял в стороне, обсуждая то, что не должно было быть доступно чужим ушам. Два игрока, которых я видел днем, играли в бильярд. Через окно я увидел идущих по причалу Грега и Изабель. Он что-то горячо ей доказывал. Было не похоже, что его доводы ее убеждают, лицо у девушки было недовольное. Оставшиеся в живых спонсоры сидели во главе стола, где оставалось одно главное место — Лискера. Анжела что-то со смехом говорила Анастасии. Не так я представлял убитую горем женщину. Быстро оправилась. Увидев меня, бильярдисты бросили игру и пошли к столу. Грегори тоже заметил меня через стекло и что-то сказал девушке. Они направились ко входу. Я прошел к столу, увидел свободное место рядом с Маком, сел. В зал вошли все, кто был на улице. Замыкал шествие сам Лискер. Сидящие игроки одобрительно застучали по столу и загудели. Довольно улыбаясь, Озмунд прошел к своему месту. Подождал, пока все усядутся.

— Приветствую, игроки! — он взял стакан. — Сколько раз вы слышали это от меня за последние три дня. Поздравляю вас! Считаю, что вы являете собой прекрасные примеры мужества, стойкости и всего остального, что отличает настоящих воинов. Сказал бы «мужчин», но среди нас несколько прекрасных воительниц, которые ничем не уступают сильному полу, — он отсалютовал девушкам. — Вы успешно прошли первое испытание в этой локации. К сожалению, многим прекрасным игрокам не повезло, другие ошиблись, неправильно расставили приоритеты… Вас осталось семнадцать. Вы войдете в зал славы Вызова. И будете первыми, кого увидят миллионы, — все переглянулись, — этот Вызов был очень важен, потому что в этот раз мы пригласили нескольких важных зрителей. Из Ученого Правительства. Игра много лет была нелегальна. Мы хотели это исправить, и мы смогли. То, что вы продемонстрировали — волю к победе, чувство локтя, — он скользнул по мне взглядом, — милосердие, пусть и облеченное в странную форму, и прочие прекрасные вещи — все это видели представители правительства. И все они были в восхищении. Вопрос будет решаться на Совете Ученых, но мне дали понять, что это в данном случае просто формальность. Поэтому ваша игра будет первой, которую увидят жители планеты. Поздравляю! За вас! — Лискер поднял стакан. Все подняли свои и одобрительно загудели. Некоторые. например, Мартинез, оставшийся без взвода, сделали это с кислой миной. Другие, как например я, остались безучастны.

Когда все выпили, Лискер продолжил.

— Мы постарались устроить вам праздник — выпивка, еда, прочие радости, — подмигнул Лискер в сторону официанток, — Надеемся, что вы отдохнете как следует и продолжите радовать зрителей. Старт второго этапа пусть будет послезавтра утром. Но если найдутся желающие, пусть начинают завтра в полдень. Думаю, многим это будет не под силу, — засмеялся Лискер, снова поднимая стакан. — Предлагаю выпить за Вызов, который всем вам дал так много! За процветание игры! — он выпил. Все вновь последовали его примеру.

— Ну и последнее! Потом я от вас отстану и дам наслаждаться пьянством, чревоугодием и развратом. О втором этапе. Задача, которую вам предстоит решить, довольно сложна. Вы должны убить семибиста. Одного на каждого человека. То есть если в скваде три человека — нужно убить трех семибистов.

— Им должен быть наемник? — спросил один из взвода четырех.

— Необязательно. Им может стать и игрок. У некоторых уже есть способность к мутациям. Они могут стать жертвами, но с условием, что будут в зверином облике. А так, найти семибиста на локации несложно. Только вот они редко ходят поодиночке… Вот и все. Больше я вас не отвлекаю! — улыбнулся Лискер. — Кори, можно тебя на пару слов?

Я поднялся. Пока я выбирался из-за стола, Лискер подошел к двери, где и дожидался меня. Мы вышли на улицу и неспешным шагом пошли по причалу. Лискер на ходу бросил на меня спокойный взгляд.

— Хочу принести извинения. Когда мы общались в последний раз. я говорил несколько резко. Надеюсь ты понимаешь, что это эмоции.

— Понимаю, — сказал я, просто чтобы что-то ответить. Мне было наплевать.

— Я буду и дальше помогать тебе в той мере, насколько позволяют правила.

Я скорчил гримасу.

— Понимаю, вмешательство в игру Бруно было слишком явным. Тут сложный экономический вопрос, — сделал грустное лицо Озмунд, — Но надеюсь, ты принимаешь мои извинения. Я просто хочу, чтобы ты стал своим, принял предложение… — увидев выражение моего лица, он быстро добавил, — но я тебя не тороплю.

— Как я помню, ты хотел, чтобы я шел вообще до конца, все пять локаций? — уточнил я.

— Да.

— А что будет, если эту не переживут человек так пятнадцать?

— Ну, на этот случай есть варианты, — усмехнулся он. — Мы можем просто прекратить игру.

— Или..? — я сделал паузу.

— Полно победителей прошлых игр, которые готовы начать с того места, где закончили.

Вот это да. Такой вариант развития событий было невозможно предугадать.

— Понятно. Но я пока по-прежнему не отвечу согласием, — сказал я.

— Хорошо, мне пока достаточно того, что ты не отвечаешь отрицательно, — с деланным добродушием улыбнулся он.

Мы оказались около одной из вертолетных площадок. Он протянул мне руку.

— Что бы ты ни решил, ты интересно играл. До встречи, надеюсь.

Я пожал протянутую ладонь. Лискер начал подниматься наверх, мне ничего не оставалось, кроме как отправился назад в «таверну». Ничего не изменилось, я не услышал ничего такого, что могло бы убедить меня продолжать участие в этой мясорубке.

Я открыл дверь в дом и в лицо ударил дух праздника. С явным привкусом спиртного. Я отсутствовал не дольше десяти минут, но многие игроки уже напились. Играла музыка. На танцполе даже «вальсировали» две пары. С удивлением я увидел Анастасию в объятиях Кида. Тот был счастлив и пьян. Собственно, как и многие другие. Анастасия, хохоча, делала вид, что принимает его ухаживания. Было не похоже, что Матиаса это хоть сколько-нибудь беспокоило. Он что-то серьезно говорил Мартинезу и Анжеле. Та слушала его со скучающим видом. Вторую пару составили Грег и Изабель. Грегори обнимал ее, она положила голову ему на грудь. Они о чем-то говорили. Похоже у них все хорошо. Я прошел за стол, где остались те, кто предпочитал выпивку танцам. Среди них выделялось хмурое лицо Вождя. Проходя мимо, я похлопал его по плечу. Он отсалютовал мне стаканом и тут же осушил его. Заняв свое место, я сделал то же самое.

— Чего хотел Лискер? — поинтересовался Мак. После выпивки напарник не казался таким угрюмым как обычно.

— Извинялся за сказанное сгоряча. Опять просил подумать про работу, — ответил я.

— И ты?

— И я сказал, что по-прежнему не готов ответить.

— А что думаешь на самом деле?

— На самом деле, я скорее вернусь в «Урбан» сам знаешь зачем, или приму предложение Бруно. Предложение Лискера мне не нравится и ему я не верю.

— Здесь ты вообще никому не должен доверять, — Мак потягивал виски.

— Почему же? А тебе? — с интересом спросил я.

— Я — другое дело. Мы с тобой в одной команде, и только. Просто работаем вдвоем ради общей цели. Никаких особенно теплых чувств к тебе я не испытываю.

Да, язык у напарника явно развязался.

— Спасибо и на том, — усмехнулся я, — но все-же есть человек, за которого я готов поручиться. Хоть он и не в нашем скваде.

— А-а, — протянул Мак, кивнул в сторону Грегори, — этот что ли?

— Да, Грегори. Мы были напарниками в академии.

— Друзьям из прошлого я бы не доверял в первую очередь, — значительно сказал Мак.

— Это почему?

— Потому что они знают о тебе больше, чем другие. То, что ты сможешь скрыть от врагов, не скроет твой друг.

— Я понял твою мысль, но ты все-таки слишком подозрителен, — сказал я.

— Как скажешь, — Мак поднял стакан, стукнул по моему и выпил все, что оставалось. Я решил, что он не желает больше продолжать разговор на эту тему. Но, видимо, спиртное отпустило тормоза. Он встал, словно собираясь куда-то идти, но неожиданно наклонился ко мне.

— Игра еще не окончена, Кори! Не говори Грегу больше, чем он уже знает. Ты поставишь под угрозу не только себя.

Я с изумлением отстранился. Что это, алкоголь превратил его в параноика? Мак бросил взгляд на приближающуюся Анастасию и вполголоса добавил:

— Если ты так в нем уверен, спроси себя, что он мог обсуждать в компании охотников? А когда придумаешь правдоподобную причину, сообщи мне.

— Потанцуем? — Анастасия, протянула руку Маку. — Отказ не принимается.

— Ну, тогда конечно! — Мак ухмыльнулся. Первое подобие улыбки за все время.

Анастасия скользнула по мне взглядом и увела напарника.

Я опустил глаза на стакан, наполненный кубиками льда, и задумался о словах совзводного. Через несколько минут я был вынужден признаться самому себе, что не знаю ответа на его вопрос. Громкая музыка и выпитое не особенно помогали мышлению. Я решил, что уточню у Мака, что именно он видел. Потом, когда он протрезвеет. Тут я почувствовал чье-то присутствие и поднял голову. Передо мной стояли две девушки, Изабель и Анжела. Несмотря на то, что обе шли явно ко мне, сейчас они смотрели друг на друга. Изабель с нескрываемой враждебностью, Анжела больше насмешливо.

— Вы обе ко мне? — поинтересовался я, не в силах сдержать улыбку от зрелища тихой женской войны.

— Начинай, я подожду, — предложила сопернице Анжела и демонстративно села напротив меня, явно не собираясь никуда уходить.

Изабель несколько секунд смотрела на охотницу.

— Я вернусь позднее, — наконец сказала она.

— Он будет ждать с нетерпением, — крикнула ей вслед Анжела. Повернулась ко мне, подмигнула. — Как думаешь, чего ей нужно от тебя, а?

— Не знаю, наверное, хочет объявить вендетту за то, что не дал ей отомстить. Мне интереснее, чего от меня хочешь ты. Неужели тоже будешь угрожать?

— Угрожала бы, если бы в этом был хоть какой-то смысл, — криво улыбнулась она.

— Тогда я просто теряюсь в догадках, — я сделал глоток виски. — Ты на удивление спокойна для невесты, потерявшей жениха.

— Эмоции утихли, включился здравый смысл, — она пожала плечами. — Я думала, что Ваня лучший. Он проиграл тебе, значит, я ошибалась. А неудачников никому не жалко.

Пьяный Кид повалился на стул рядом с Анжелой.

— Энжи, привет! — воскликнул он, пьяно растягивая слова, — Пойдем потанцуем, а?

— Не сейчас, Билли, — холодно ответила она.

— Но я настаиваю, — Кид уже мало что соображал. Я попался ему на глаза. — Кори! — он запнулся, пытаясь сообразить, что же он хотел сказать, потом нашелся. — Кори, ты молодец, но ты убил моих друзей… и я тебя убью.

Анжела с досадой отвернулась. Кид продолжал изливать поток малосвязных слов. Кажется, он пытался предложить мне дуэль, армрестлинг, кулачный поединок. Охотница поняла, что от него не отделаться. Она взяла подвернувшийся под руку стакан, с размаху выплеснула воду с кубиками льда на пол, наполнила до краев.

— Билли, давай выпьем за павших товарищей! — подсунула она парню стакан.

Кид конечно же купился. Он поднял стакан, пытаясь произнести тост, но промямлил что-то невразумительное и решил, что этого достаточно. Я отсалютовал стаканом, всем видом показывая, что тоже выпью.

— До дна! — подначила Анжела. Это заняло некоторое время, но Кид справился. Остатки сознания еще теплились, он с трудом держал голову, но продолжал что-то бормотать.

Анжела поднялась. Огляделась.

— Пойдем, поговорим в более спокойной обстановке, — предложила она.

Я поднялся и стал выходить из-за стола. Кид непонимающим осоловевшим взглядом посмотрел на нас. Сообразив, что Анжела уходит, он попытался встать, чтобы последовать за ней. Тут сработало неразбавленное виски — он потерял равновесие и грохнулся на пол, где и вырубился. Бильярдисты повернулись на шум, но увидев заснувшего Кида, вернулись к игре. Анжела рассмеялась. Я тоже не смог сдержать улыбку. Девушка направилась к лестнице, обходя танцующих — официантки стали просто девушками. Среди пар не было видно Грега и Изабель. Зато Анастасия вернула Матиаса. А Мак куда-то пропал.

Мы вышли на лестницу. Закрывшаяся дверь приглушила уже поднадоевший грохот колонок. Я следовал за девушкой, перед глазами двигались обтянутые костюмом соблазнительные ягодицы. Вернулось возбуждение, подавленное раньше в номере. Я почувствовал на себе взгляд. Поднял глаза — Анжела насмешливо поглядывала из-за плеча.

— Ну и о чем ты хотела поговорить? — спросил я, напуская равнодушный вид. Мы остановились рядом с открытым окном коридора второго этажа.

— Отец рассказал мне, что предложил тебе работать на него, — Анжела смотрела на меня уже без тени улыбки, — он также сказал, что ты был настолько глуп, что взял время на раздумья. Ты, похоже, не представляешь, кого ты заставляешь ждать. Честно говоря, я удивлена, что он не послал тебя сразу… Впрочем, ты хорошо проявил себя в игре, пусть порой тебе очень везло. Могу объяснить его доброту только этим.

Я рассеянно смотрел в окно. Анжела взяла меня за подбородок и повернула мою голову к себе. Сильная девушка. Сердце забилось чуть сильнее.

— Ты, кажется, меня плохо слушаешь! — прошипела она. — Он поручил мне напомнить тебе о времени. С завтрашнего дня награду за твою голову снимут. Он идет тебе навстречу. Не хочешь проявить уважение и сообщить, что ты решил?

— То есть завтра меня не будут загонять, сливать мою позицию? — уточнил я, глядя ей в глаза.

— Правильно, — она не отводила взгляд.

— Что, и ты отстанешь? — улыбнулся я.

— Я? Ну нет, — расхохоталась она, — я еще не совсем уверена, что ты настолько хорош, чтобы так тебя баловать, — здесь мне показалось, что в ее словах заключен скрытый смысл. — Ты еще должен мне ответить.

— Мне показалось, что ты теперь по-другому смотришь на смерть Ивана, — слегка удивился я.

— Причем тут Иван? — карие глаза девушки гневно сверкнули. — Ты стрелял в меня, мать твою! Ты едва не убил меня на реке! — она била меня кулаками в грудь, и не было ощущения, что сдерживает силу. — Ты назвал меня чертовой сукой, ты… ты…

Она запнулась, не в силах выразить свое возмущение. Тут наши глаза встретились, и мы бросились друг на друга. Наши губы слились в долгом неистовом поцелуе. Анжела толкнула меня, открывая моей спиной дверь. Мы ввалились в чей-то номер. Она не глядя пнула дверь, запрыгнула на меня, обвила ногами, продолжая осыпать ударами. Я срывал с нее одежду, она рычала, кусалась и срывала мою. Освободились ровно настолько, насколько было нужно. Я швырнул ее на кровать, навалился и вошел в нее. Она издала протяжный сладострастный стон и снова впилась в меня губами. Я двигался быстрыми резкими толчками. Я чувствовал в ней тот же огонь желания, что испепелял меня. Ее атлетичное тело ритмично двигалось вместе с моим. Может Анжела и не была такой грациозной, как Настя, но, боже, в каком тонусе находилось ее тело. Это была пантера.

Все закончилось довольно быстро. Ее оргазм был настолько бурным, что мое возбуждение также достигло пика, и я финишировал следом. Некоторое время мы просто лежали рядом. Я повернул голову. Анжела, криво улыбаясь, смотрела на меня. Я скорчил ей рожу, и мы оба расхохотались. Никаких угрызений. Это был просто секс.

— Повтори еще раз, я все еще не убеждена, что ты достаточно хорош, — прошептала она.

— Обязательно, дай отдышаться, — ответил я.

— Тебе предстоит бурная ночь, — пообещала она, — я желаю получить еще несколько порций сладкого Кори.

— Ты не переоцениваешь возможности сладкого Кори? — поинтересовался я.

— Отнюдь, — в руке у нее появился инжектор, — скорее ты недооцениваешь свой организм.

— Что это за дерьмо?

— Это то, с чем каждый способен выдерживать ночь марафона, — ответила она и ввела мне иглу в шею. Воспротивиться я не успел, да и не слишком из-за этого расстроился.

— У тебя есть минуты две, чтобы унести меня к себе, — сказала она, — это вроде бы номер Кида, не думаю, что он будет подходящей компанией.

Я почувствовал действие инъекции. Пока оно проявлялось только в том, что ушла усталость, накопившаяся за день. Тело наполнялось бодростью. Нужно было торопиться, пока не началось другое действие, которого ждала Анжела. Я сгреб хохочущую девушку с кровати, перекинул через плечо и отправился с своему номеру. В конце коридора стоял какой-то игрок. Он с удивлением, как мне показалось, проводил нас взглядом. Я сам удивлялся происходящему. Секс сексом, но совсем недавно мы стреляли друг в друга с искренним намерением убить. Я открыл дверь в номер и бросил Анжелу на кровать.

— Пришло время ответить за злодеяния, — сказал я с улыбкой.

— О, нет! — воскликнула она, с радостью соглашаясь на игру.

Как она и обещала, ночь была бурной.

Глава 14

Сквозь сон я услышал женский голос. Не открывая глаз, я понял, что уже утро — было светло, снаружи доносились крики чаек. Я перевернулся на спину и потянулся. Девушка умолкла на секунду, видимо отвлекшись на мое движение, потом продолжила разговор. Я приоткрыл один глаз. Обнаженная Анжела сидела на подоконнике открытого окна и с кем-то говорила по смартфону. В другой руке она вертела глушилку, которую дал мне Ксавье. Увидела, что я подглядываю и подмигнула. Я ответил улыбкой. Чувствовал себя неплохо.

— Да, я поняла, — она рассеянно отложила глушилку в сторону, — стабилизатор есть… да, я его знаю достаточно, именно этого от него и нужно ждать… м-м-м, понятно…

Алкоголь, необычные обстоятельства — вот, пожалуй, причины, по которым случилось то, что случилось. Да, мы были врагами, но, несмотря на безумные игры, ее упорство мне нравилось. Плюс, в отличие от той же Изабель, она готова к переосмыслению. Кто-то сказал бы, что ее равнодушие к смерти любимого говорит о ее психопатии или о чем-то таком. А мне казалось, что все гораздо интереснее. К счастью, этот поток размышлений был прерван. Анжела закончила разговор, бросила смартфон на подоконник. Спрыгнула с него и кошачьей походкой подошла ко мне.

— Как дела? — она оседлала меня и легкими пощечинами начала будить окончательно.

— В общем, недурно. Все болит, но оно того стоило. И еще, некоторые части возьмут отпуск на месяц-другой.

— Неужели? — девушка изогнулась, сдернула простыню, служившую одеялом. Рука ее обхватила ту часть моего тела, которая как я думал, возьмет отгул. Я ошибался.

— Вот видишь, — лукаво прошептала она.

К счастью, утром ей хватило одного раза.

Она слезла с меня и убежала в душ, ничуть не переживая, что может встретить кого-нибудь в коридоре. Я ограничился умывальником в уборной. Выйдя оттуда я увидел, что девушка вернулась и облачается в свой костюм. Я последовал ее примеру.

— Вернемся к делам, — сказала она другим тоном, — звонил отец. Ему нужен ответ. И ты его сейчас дашь. Но прежде раскроем карты. Нам известно, что Лискер предложил тебе работу. Она тебе ничего не даст — мутаген уже в тебе. Кредиты можем дать и мы и гораздо больше. У нас есть стабилизатор мутагена, у Лискера нет. Кроме того, может быть иногда я буду тебя навещать, — многообещающе улыбнулась девушка. — Над чем тут думать? Или у тебя есть какие-то другие мысли? Кто-то еще предложил тебе работу?

— Нет, — соврал я. — но у меня контракт до конца локации.

— Контракт? — воскликнула девушка. — Да это пшик! Ты что же, до сих пор думаешь, что кому-то не насрать на вас? Да Лискер даже и не думал выполнять свою часть. Да они тут же забыли про твою мать и сестру, как только ты вошел в игру!

— Что? — у меня внутри все оборвалось. — Кого забыли?

— Да, да, — дразнилась Анжела, — мы знаем, кто твои родные. И нет, их слил не Лискер, пусть даже я и могла сказать так, чтобы настроить тебя против него. Как я говорила, он сразу про них забыл.

Я вспомнил разговор с Маком.

— Грегори?

Анжела улыбнулась. В руках у нее появился инжектор.

— Если соглашусь, когда начнется моя служба?

— Сразу и начнется.

— Но я должен дойти до конца локации. У меня контракт.

— Что ты пристал к этому контракту, — раздраженно воскликнула Анжела, — ты что, не слышал, что я тебе говорила?

— Я привык выполнять свои обязательства.

— Даже тогда, когда остальные не выполняют свою часть?

— О чем ты говоришь? — удивился я. — Я видел запись о том, как моя семья проходила лечение.

— Да-а-а? — язвительно осведомилась Анжела. — Своими глазами видел? Может, сопровождал их и держал за руку?

Я нахмурился. Неужели такая наглость возможна?

— Начинаешь что-то понимать? — Анжела насмешливо наблюдала за мной. Я ее ненавидел в этот момент.

— Может, ты скажешь, наконец, все, что знаешь? — начиная злиться по-настоящему, воскликнул я.

Анжела пару секунд молчала, явно издеваясь.

— Ну, хорошо! Обещай, что сразу после этого ты примешь решение.

— Обещаю!

— Слушай. То, что ты видел — обманка, Лискер скармливает такие почти всем. В лучшем случае твоя мать и сестра ходили за покупками, и, может, вообще не в последние дни. Если ты видел процедуры — это дублеры. Грегори действительно сообщил нам, кто твои родные. Зачем, не скажу, это не твое дело. Отец сразу же все узнал. Нигде твоя мать не лечилась. Последние дни она не выходит, так как больна. Что касается твоей сестры… лучше один раз увидеть.

Девушка взяла смартфон и бросила его мне.

— Смотри.

Я подхватил устройство, посмотрел на экран. Какое-то видео на паузе. Я возобновил воспроизведение. Дежа вю. На экране Энрике представлял участников Вызова. В первую секунду я подумал, что это запись посвящения нашей сотне. Потом понял, что не узнаю никого, кто попадал в кадр. Вдруг я увидел Лину. Энрике выкрикнул номер и Тони вытолкнул ее вперед. Не осталось никаких сомнений, это она.

У меня потемнело в глазах, перехватило дыхание, я хотел закричать, но смог издать только сдавленное рычание. Ярость накрывала меня лавиной. Мышцы всего тела напряглись. Повторялось то, что произошло у «Урбане» — я вот-вот превращусь в монстра. Шею внезапно пронзила боль. Ярость стала стихать, пелена упала с глаз. Я увидел над собой Анжелу с инжектором. Я тяжело дышал, как будто пробежал марафон. Анжела села на край кровати и ждала, пока я приду в себя.

— Это утренняя запись, — сообщила она.

— Вот же сволочь, — наконец выдавил я, имея в виду Лискера. — А что, если бы я принял его предложение?

Анжела пожала плечами.

— Ну, снял бы сестру с игры, отправил бы их на лечение. Или оставил все как есть, или ускорил бы смерть, а тебе бы сказал, что побочные эффекты. Нашел бы доктора, который сказал, что ничего нельзя сделать. Вариантов много. И, кстати, раз уж он так поступил, значит у тебя только две дороги. Если ты не согласишься, то из игры тебя не выпустят… Итак, твой ответ?

— Согласен.

— Вот умница! — улыбнулась Анжела. — Как только мы убедимся в твоей лояльности, отец устроит твоей матери лечение. Сестра твоя попала в сквад, где есть наш человек. Он устроит так, чтобы она выжила. В отличие от Лискера, я ничего не обещаю, да тебе, наверное, уже и не нужно это. Клятвы здесь не имеют никакого веса. Как и везде.

— Что нужно сделать?

— Погоди. Что сказал твой напарник?

— Он пока ничего не решил.

— Ладно. Ты можешь попросить его прикрыть тебя?

— В каком смысле? — не понял я.

— Для задания ты должен будешь покинуть «Болото» на несколько часов. Чтобы создать видимость твоего присутствия, ему придется поносить твой информатор.

— А пико-шпионы?

— Для этого у тебя есть вон та штучка, как и у твоего напарника, я думаю, — Анжела показала на глушилку.

— Ну, пусть, а ПеГГИ? Как ты собираешься обмануть информатор?

— Для этого тебе придется встретиться с одним человеком. Он прилетит на вертолете. Взломает устройство. Вы повесите его на Мака и улетите. Такая идея. Глушилка не даст следить за Маком, но ваши ПеГГИ будут рядом и вопросов не возникнет. Все будут думать, что вы на задании.

— Хорошо. Куда я полечу? — спросил я.

— Назад в «Урбан».

— Цель?

— Ты должен убить одного человека.

Анжела взяла смартфон, отмотала видео и остановила в нужном месте. Показала кадр мне и сразу отключила экран. Я был почти не удивлен. Там был Лискер.

— Мне нравится это задание, — сообщил я с кривой улыбкой.

— Мы не сомневались в этом. Но помни, уберешь ли ты его тихо или с шумом, очень важно, чтобы ты не засветился. Если тебя узнают, то поймут, что вмешался отец. Потому что, чтобы перенастроить ПеГГИ и перекинуть игрока на такое расстояние во время игры, нужна власть и деньги. А поскольку с тобой видели и меня, ни на кого другого и не подумают.

— А где будет цель? — умышленно упустил я имя.

Анжела улыбнулась, дав понять, что оценила осторожность.

— Как всегда, перед стартом… Может, тебе повезет и ты сестру увидишь.

— Что в случае успеха?

— Садишься в вертолет, возвращаешься назад. Забираешь ПеГГИ. Дальше по игре. Убиваете семибистов. Возвращаетесь в «таверну». Узнаете печальную новость и делаете грустные лица. Или веселые, наплевать. Больше ничего от вас не требуется. Распорядитель поменяется. Мы снимем девушку с игры. Отправим ее и твою маму на лечение. Затраты отработаешь.

— Понял. Куда прилетит вертушка?

— Я скину координаты сообщением.

Я чувствовал странное спокойствие, был страшно зол на Лискера, слегка на Грега, но при этом уравновешен.

— Что ты мне вколола? — поинтересовался я.

— Это подарок! — ответила девушка, — первая доза среди многих. Стабилизатор мутагена. День-полтора можешь мутировать в тот удобный тебе момент, а не в приступе внезапной злобы. Мутация обратима. Но максимум полтора дня! — сделала она ударение на последних словах. — После нужна новая доза… Кстати, можешь использовать мутацию на задании. Папа очень не любит этого человека. Если цель придется собирать по кусочкам, это будет замечательно. Уверена, Бруно наградит тебя. Всё теперь?

Я секунду подумал. Нет, ничего в голову не приходило.

— Всё.

— Тогда до встречи, — Анжела подошла и одарила меня нежным поцелуем, совсем для нее нехарактерным. — Не забудь свое дерьмо выключить, — показала она на глушилку и вышла из номера.

Я включил ПеГГИ. Нужно было найти Мака. На сообщение тот отреагировал довольно быстро. Сообщил, что сидит внизу. Я взял глушилку, выключил ее и спрятал в карман разгрузки. Вышел. Прогулялся по коридору в поисках комнаты Грегори. Хотелось задать ему пару вопросов и, может быть, дать в морду. Его комната оказалась на моем этаже в противоположном конце коридора. Я не стал стучать и просто толкнул дверь. Она распахнулась, открыв взгляду пустой номер. Было непохоже, что он вообще здесь ночевал. Наверное у Изабель. Ее комната находилась рядом. Туда я все-таки постучал. Ответа не было, и я толкнул дверь. Комната была пуста.

Я спустился к бару. Мак сидел за стойкой и что-то уплетал за обе щеки. Я сел рядом и жестом попросил принести того же. Мак выглядел слегка озадаченным.

— Игрок_26, это же Анжела? — спросил он.

— Кажется да.

— Она прислала мне какую-то белиберду, — Мак показал мне экран информатора.

Я посмотрел на сообщение и криво улыбнулся.

— Она так шифруется. Это координаты.

— А что там?

— Пока ничего, но мне туда нужно. И будет здорово, если ты пойдешь со мной. Объясню по дороге. Здесь не буду. Как, поможешь?

— Ну, давай сначала выслушаю в чем дело. Ты завтракай, а я пока проверю лодки.

Я кивнул. Мак встал, на секунду задержался, словно собирался что-то спросить, но, видимо, передумал и вышел на улицу.

Мне принесли завтрак, ничего особенного — пара яиц с беконом и поджаренным хлебом. Я быстро расправился со всем этим, забрал кофе и вышел.

Меня встретила утренняя свежесть. Солнце светило сквозь дымку облаков. Над горизонтом гуляли недоброго вида тучи. Скоро погода испортится. Я подошел к Маку. Все было готово, аккумуляторы поставлены, оружие возвращено.

— Ты нашел место? — спросил я.

— Да, там тоже зеленая зона, — ответил он, — несколько километров отсюда.

— Вперед?

— Вперед, — согласился он.

Мы отошли от «таверны». Мак скинул мне точку на карту. Я увеличил масштаб. Вертолетная площадка имелась. Интересно, как воспримет напарник эту операцию. Вообще-то имел право отказаться. Но я надеялся, что согласится, в конце концов, я уже не так уж и нужен, он — семибист, и стал им благодаря мне. Хотя бог его знает, чего от него ждать. Я покосился на напарника, лодка которого рассекала воду в паре метров от меня. Вспомнил вчерашний вечер. Так и не узнал, чего от меня хотела Изабель. Плевать. Ее прощение мне не нужно.

Время пролетело быстро. На горизонте появился «зеленый дом». Короткий причал, выгоревший на солнце флаг и все остальное говорило о том, что место не особенно популярно. И, однако, вертолетная площадка действительна имелась. Вертолет уже ожидал. Я окликнул Мака и предложил остановиться. Он кивнул, мы заглушили двигатели. Подтянули лодки бортами друг к другу. Я включил «глушилку».

— Свою не забыл? — спросил я у него. Он отрицательно мотнул головой и показал свою. — Тогда слушай.

За пять минут я объяснил ему, что мне нужно сделать, причину и то, чем он мог помочь. На его лице застыло задумчивое выражение.

— Что думаешь? — спросил я его.

— Я сомневаюсь, что Анжела была с тобой полностью откровенна.

— Да понятно, что у них есть свой интерес, но если даже вспомнить о Ксавье — он просил нас убрать наемников, тех послал Лискер. Если я уберу Лискера это пойдет на пользу Доку и компании.

— Не знаю. Одна смерть Лискера вряд ли что-либо изменит. Придет другой.

— Безусловно. Но обманул-то меня он, — меня немного злила осторожность Мака. — Слушай, давай так. Ты носишься с моей ПеГГИ сутки, и если я не возвращаюсь, скажем, до шести утра, то скинешь ее в избушке, — показал я на дом, — и занимайся чем хочешь. Если все провалится, то скажешь, что мы сразу разделились, и ты не понимаешь, почему шли данные о том, что мы вместе. Как?

— Годится, — сказал Мак. — Проясним вопрос, ты действительно будешь работать на Бруно? Или это только ради родных. Что мне сказать Ксавье?

— Ты задаешь вопрос, ответа на который я и сам еще не знаю, — ответил я искренне. — Я тебе скажу так: я приму ту сторону, которая поможет мне защитить себя и свою семью.

Мак кивнул, видимо удовлетворенный такими словами, и завел двигатель. Я последовал его примеру. Мы подошли к причалу, где не находил себе места наемник с вертолета.

— Давайте быстрее, — торопил он, — лететь несколько часов, а мне еще информатор черт знает сколько времени ломать.

Мы вошли в дом. Несмотря на жалобы, наемник быстро взломал ПеГГИ. Я снял устройство и передал Маку, который повесил его рядом со своим. Наемник вызвал кого-то по коммуникатору и спросил, как работает устройство. Получив ответ, он выдохнул:

— Все отлично! Ты в игре. Можем отправляться.

Я обменялся рукопожатием с Маком.

— Если что… удачи тебе! — сказал я на прощанье.

— Тебе удачи в «Урбане», — ответил Мак, достал и включил свою «глушилку».

Я последовал вслед за выбежавшим из дома наемником. Понимая, что время действительно дорого, также ускорился. Не успел я запрыгнуть в вертолет, наемник уже давал пилоту знак взлетать. Винты закрутились быстрее, машина поднялась в воздух и быстро полетела на запад, где уже собирались грозовые тучи. Погода портилась. Я выглянул из открытой двери и посмотрел назад. Уже далекая фигурка Мака двигалась к лодкам. Вряд ли он будет сидеть на месте. Попробует выследить семибиста.

Вертолет был более совершенной модели, чем тот, что доставлял меня в «Болото». Часа за четыре должен был долететь до Дохлограда. Ну, плюс-минус, конечно.

— Держи вот! — сквозь шум услышал я наемника. Он протягивал мне наушники. Я одел их. Он протянул мне какую-то тряпку, которая оказалась балаклавой, — Если собираешься валить его как есть, то спрячь свою рожу. SCAR и шмотки оставишь тут. Мы высадим тебя на окраине. Там есть станция метро, откуда рукой подать до станции, где Лискер встречает победителей «Отстойника».

— Рукой подать — это сколько? — поинтересовался я.

— Пара километров. Лови навигатор, — он бросил мне обрезанную версию ПеГГИ. — Карта внутри, разберешься.

— Что с оружием?

— Ты все-таки не хочешь мутировать? — спросил наемник.

— Я продумываю все варианты, — ответил я.

— Ну, смотри, в человеческом облике нереально пройти мимо охраны незаметно. Будешь убивать их по-тихому — потеряешь время, хотя бы на то, чтобы прятать тела. Я бы тихо приблизился максимально близко к цели, а там уже валил всех подряд.

— Возвращаться туда же, где высадите?

— Желательно, но необязательно. Мы будем следить за происходящим. Как только выполнишь задание, выбирайся на поверхность и двигайся к точке эвакуации. Твой навигатор помечен. Мы тебя подберем. Ну и насчет мутации, — наемник опустил сверху двусторонний экран, — Энжи просила показать тебе кое-что, что ты не досмотрел в Дохлограде. И оружие, — наемник протянул полицейский нож, — а если нужен огнестрел, добывай его у охраны.

Я был немного разочарован, но нож взял. Наемник запустил видео. На экране появился тот самый ученый, который рассказывал о MX157. Только теперь он общался с интервьюером в лаборатории. Я перевел наушники на другой канал.

— …один экземпляр. Использовать его можно, но ограниченно. Не всем подходит мутаген. И даже тот, кто переживет активацию, должен получать стабилизатор для нормального функционирования…

Я внимательно слушал.

— …Но есть один нюанс, из-за которого все минусы отходят на второй план. Субъект может мутировать в разные организмы. К примеру, если он изначально не мог мутировать в вампира, то сможет сделать это после того, как получит образец ДНК семибиста-нетопыря. Любым образом — инъекцией, через укус. Организм проанализирует полученную структуру и через некоторое время сможет мутировать. Обычно для обработки данных требуется не больше десяти минут…

Запись прервалась. Потрясающе. Если бы я не знал причины, по которым мне ввели мутаген, впору было бы целовать ноги Анжеле. Видео перевернуло все с ног на голову. Я больше не жалел о том, что иду без оружия. Разумеется, я буду мутировать. В голове зрел план.

— Развлекайся, — наемник включил трансляцию Вызова. На дисплее появилось меню. Можно было выбирать игроков и переключаться с одного на другого. Я быстро отыскал сестру. Она шла в компании еще одной девушки и трех парней по какой-то канаве. Похоже, что у них было все хорошо. У двоих молодых людей было огнестрельное оружие. Я нашел их положение на карте. До конца «отстойника» им оставалось совсем немного. Что ж, доверимся человеку Бруно. Я переключился на одиночек. О каждом была доступна полная информация, почти все они шли по усложненному контракту. Вскоре я нашел то, что меня интересовало. На просмотр всех данных об игроке ушло около получаса. Еще минут двадцать я наблюдал за его передвижением по локации. В конце концов, понял, как он распланировал свой путь, и удовлетворенно откинулся на спинку сиденья.

Снаружи началась гроза. Струи воды ударили как-то разом, мы не успели прикрыть дверь и оказались наполовину промокшими. Пилот что-то недовольно пробурчал. Я вытер лицо кстати подвернувшейся балаклавой и прикрыл глаза, окончательно дорабатывая в голове свой план.

Наконец, стратегия была полностью составлена. Оставалось только ждать.

От нечего делать я посмотрел в навигатор. Ничего особенного, карта области, над которой мы пролетали, загружена не была. На экране только стороны света и сетка масштаба. Я быстро разобрался с простейшим управлением. Черт, даже в окно не посмотреть — все было залито водой. Ненастье, казалось, усиливалось. Что можно делать под шум грозы? Я закрыл глаза. Несмотря на то, что недавно принял хорошую дозу кофеина, задремал. Все-таки ночью почти не спал.

Проснулся я от толчка в плечо. Увидел перед собой наемника, тот показал мне часы — оказалось, прошло около трех часов. Гроза закончилась, ей на смену пришел нудный дождик, точно такой же, который сопровождал меня почти весь «Отстойник». В покрытое брызгами стекло двери был виден Дохлоград. Мы подлетали. Я опустил с потолка экран и вновь нашел того же игрока. Посмотрел, где он находится. Ничего не изменилось, тот придерживался своего маршрута. Я убрал экран назад и переключился на канал вертолета.

— Моя метка работает? — спросил я наемника. — Хорошо проверили?

Тот кивнул и распахнул дверь, впуская прохладный ветер и изморось. Мы подлетали, я уже видел цель нашего путешествия. Среди разбросанных зданий окраины лежал сквер. В бурно разросшемся кустарнике виднелась дыра — вход в подземку. Вертолет сел рядом с границей растительности. Не тратя времени, я сбросил наушники и выпрыгнул из машины. Вертолет тут же взмыл в воздух и полетел к крышам ближайших зданий. Я проводил его взглядом и вошел в заросли. Довольно быстро отыскал дыру, ведущую в метро.

Там меня ожидала та же картина, которую я видел, впервые входя в «Урбан». Пользуясь светом навигатора, я пробрался к эскалатору и спустился к станции. Пару раз на пути мелькнули тени крыс. На перроне я осмотрелся, определил направление, куда следовало двигаться. До станции, через которую должны были пройти игроки, оставалось километров пять. И был только один способ преодолеть их быстро. Я ослабил ремень навигатора и сбросил костюм. Сложил и спрятал его в каком-то хламе без особой надежды на то, что вернусь за ним. Если все пойдет как я хочу, он мне не пригодится. А о новом пусть заботится Энжи. Я прицепил глушилку к браслету. Соединение не выглядело прочным, ну да ладно.

Стабилизатор изменил все. Для мутации не понадобилось никаких усилий. Я просто мог использовать эту способность так же естественно, как есть, пить, ходить. Команда мозга — и вот я обращаюсь. На этот раз дискомфорта почти не было, благодарение ученым. Я несколько секунд рассматривал свое тело, покрытое черной эластичной кожей-броней. Потом спрыгнул на рельсы и помчался к нужной станции.

Расстояние, которое как человек я преодолел бы за полчаса, сейчас покорилось мне за пять минут. И, конечно же, никаких признаков усталости. Я непринужденно запрыгнул на перрон прямо с рельсов. Наверное, мог бы скакнуть и десять метров в высоту. Знакомое чувство дрожащих перенапряженных мышц биста было очень слабым. Я спрыгнул на соседнюю линию, посмотрел в сторону, которая вела к финишу. Вдалеке виднелось тепловое пятно — какой-то игрок шел к победе. Это не мог быть тот, кто меня интересовал, и я рванул в другую сторону. Тоннель тянулся километров на десять, Страйкер — так звали игрока, должен был сейчас только входить в него. Я собирался дождаться его на одной из промежуточных станций. Потратив на путь еще несколько минут, я оказался на подходящей. Здесь даже было кое-какое освещение, которое позволило бы мне рассматривать игроков, проходящих мимо. Я осмотрелся вокруг и запрыгнул под потолок на торчащую из колонны балку. Свет ламп не доставал до моего укрытия.

Вскоре появились первые гости. По рельсам прошел сквад из четырех человек. На миг у меня замерло сердце — показалось, что я узнаю девушку, деловито топающую в середине процессии с HK в руках. Но нет, это оказался не взвод сестры. Не заметив меня, игроки скрылись в темноте тоннеля.

Прошло еще полчаса. За это время мимо пробежал тяжело дышащий игрок. Его никто не преследовал, или же погоня сильно отстала. Страйкер не появлялся. Что же это? Пошел другим путем? Встретился с тем, кто оказался сильнее? Время неумолимо бежало. Если он не придет в ближайшие минуты, нужно будет что-то придумывать.

Наконец он появился. Игрок уверенной походкой вышагивал по шпалам. В руках ACR, на голове ПНВ. Неплохо для идущего по усложненному контракту. Наверное, помог дядюшка Лискер, не иначе. Я проверил глушилку — включена, все в порядке. Только бы ему не взбрело в голову посмотреть под потолок. В таком случае я буду ниминуемо обнаружен. Но нет, сверху опасности Страйкер не ждал. Я приготовился к прыжку. Ноги налились первобытной силой. Когда игрок почти поравнялся с колонной, я оттолкнулся и молча полетел на него.

В последние мгновения он замедлился, возможно, что-то услышав. Или сработала интуиция, звериное чутье. Но настоящий зверь уже опускался на него. Я сбил игрока с ног и тут же сломал ему шею. По телу Страйкера прошли короткие конвульсии, и он затих. Это все, что я мог сделать — подарить быструю смерть.

ДНК. Мне совсем не улыбалось заниматься каннибализмом, но что поделать. Я полоснул когтем по руке игрока. Кровь лениво потекла из раны. Я думал, что будет хуже, но не почувствовал и намека на тошноту. Вкус мне определенно понравился — звериная сущность взяла свое. Был бы человеком — блеванул бы.

Я закончил с пробами. Нужно было спрятать труп, предварительно обобрав. Я отнес тело в самый темный угол станции. Бросил его и начал мутировать в свой родной облик. На это ушла пара минут, и вот я вновь человек. Испачканный кровью, грязный и голый. Я приступил к грабежу. Я снял одежду с трупа, положил ее рядом с винтовкой. Прибор ночного видения к счастью не разбился при падении. ПеГГИ предсказуемо отказывалась работать. Я совершенно не переживал на этот счет. Я валялся без сознания в «Отстойнике» несколько часов с неработающим информатором и всем было насрать. Десять минут отсутствия Страйкера никто и не заметит. Я бросил взгляд на свой навигатор. Время подходило. Я проверил оружие. Магазин ACR был полон, в разгрузке имелась еще одна неполная обойма. Идти недалеко, этого более чем достаточно. Ну что же, пора. Я нацепил ПеГГИ Страйкера на руку. Информатор протестующе запищал. Я сконцентрировался на образе убитого и запустил мутацию. Изменения начались, я чувствовал их. Посмотрел на руки. Они оставались руками человека. На моем лице появилась улыбка. MX157 оказался подарком, а не карой.

ПеГГИ Страйкера перестала верещать. Я посмотрел на экран. Шла загрузка. Мутация окончилась, и мне не нужно было зеркало, чтобы понять, что она прошла так, как я хотел. Раз информатор был обманут, значит, все правильно. Кори стал Страйкером. Я быстро облачился в костюм игрока, нацепил ПНВ на голову и подхватил штурмовую винтовку. Прежде чем отключить «глушилку», нужно вернуться на рельсы. Я подошел к краю платформы и спрыгнул вниз. Оглянулся в сторону, противоположную финишу. Никого, тепловизор в голове работал по-прежнему. Я отключил «глушилку» и отправился к победе в «Отстойнике». Второй раз за четыре дня. Огни станции остались позади, и я включил ПНВ. Модель оказалась довольно паршивенькой, но со своими обязанностями справлялась. Я довольно четко видел то, что находилось на расстоянии метров десяти. Дальше возникали проблемы, но у меня был туз в рукаве. Временами я задирал прибор вверх, делая вид, что что-то поправляю, а сам в это время сканировал места, где могла таиться опасность.

Впрочем, для большей части пути такие предосторожности были лишними — это был просто тоннель. И тогда я заходил в ПеГГИ Страйкера и изучал переписку, историю и прочее, что могло бы помочь вжиться в роль игрока. Сопоставив некоторые события с некоторыми письмами, я заключил, что игрок не мог служить образцом для подражания, но и последним мерзавцем тоже не был. Он играл так, как требовалось. Если бы так действовал я, то избежал бы кое-каких проблем. Ну да ладно.

ПНВ выпало Страйкеру в виде стартового бонуса. А вот с винтовкой действительно помог Лискер, в нужный момент подкинув подсказку. Ничего из прошлой жизни я не нашел. Впрочем, все это было не так уж и важно. Мне нужно было оказаться с Лискером в одной комнате. Дальше я все сделаю как нужно.

Впереди показались расплывчатые контуры станции — предпоследней перед финишем. Я «поправил» ПНВ в очередной раз, повинуясь какому-то неясному предчувствию. Мне тут же показалось, что на платформе мелькнула «теплая» фигура. Я сбавил шаг. Кто-то еще определенно прятался за дальней колонной — я видел край плеча или спины. Опустил ПНВ. Обнаружить кого-то только с его помощью можно только при очень внимательном прохождении. ПеГГИ завибрировала. Я прижался к стене и отвернулся, чтобы скрыть свет информатора. Активировал его. Там оказалось сообщение от О.Л… в одно слово: "Осторожно". Я выключил экран, все и так понятно. В истории не было «свежих» трупов на моем направлении. Значит, тот игрок, который ранее пробегал мимо меня, бежал не от кого-то, а к кому-то. Мчался к своему скваду, чтобы предупредить, что позади есть лакомый кусочек. Это означало, что Страйкер все равно бы погиб. Но с некоторых пор меня не мучили угрызения совести, поэтому и радости не испытал. Я снял винтовку с предохранителя. Порывшись в рюкзаке, нашел припасенную Страйкером гранату, которую подвесил к жилету разгрузки.

Так, где-то должен сидеть наблюдатель с ПНВ. Скорее всего, следит с галереи над платформой. Будет ждать прямо над выходом из тоннеля. Еще один за колонной на перроне. Я осторожно приближался. Вот и третий. Увидел мелькнувшую голову над рекламным щитом, закрывающим переход через линию. Хорошая позиция. Тепловым зрением я отчетливо видел светящуюся полосу в рекламе — умно, сделал дыру и наблюдал через нее. Ночным видением практически невозможно заметить. Где-то были еще двое. Но они никак себя не проявляли. Да и позиция была у меня не обзорная. Я подошел к краю платформы. Напряженно следил за игроком за щитом. Если у него ПНВ, то он меня уже должен видеть. Я был уверен, что они дадут мне пройти подальше, прежде чем действовать. Значит, за углом может никого и нет. Но не рисковать же. Я резко выглянул и тут же спрятался назад, попутно бросив взгляд наверх. За углом никого, как я и думал, но рассмотреть кого-нибудь на галерее над головой было невозможно. А двое могут прятаться с другой стороны платформы, на противоположной ветке.

Ну что же. Возьмите свой бонус. Я вскинул винтовку и дал короткую очередь прямо в щит. Пули прошили прятавшегося за ним игрока, тепло «ушло» из наблюдательной бойницы. Вибрация информатора — минус один. Не прошло и секунды, как прячущийся за колонной игрок, повинуясь какому-то тупому инстинкту, высунул голову прямо под прицел. Я тут же заработал второй бонус, всадив пулю в голову незадачливому вояке. Вибрация. Я присел и на согнутых прошел вперед спиной, целясь в край галереи сверху. Платформа надежно защищала меня от посягательств на мою жизнь со стороны тех, кто оставался на одном уровне со мной. Несколько шажков назад и я увидел прячущегося наверху игрока. У него в руках не было оружия, и когда я выпустил в него очередь, стало понятно почему. Он завалился назад, и через несколько мгновений там рванула граната, предназначавшаяся мне. Сверху полетели крошки и пыль. Вибрация. Где одна граната, там и две — я пригнулся и побежал вперед, скрываясь за кромкой платформы. По ее плитке что-то дважды звякнуло и через пару секунд на моей прежней позиции грохнули два разрыва. Моя очередь. Я снял с разгрузки гранату и выглянул. По крайней мере один игрок был на линии напротив, там мелькнула его голова. Я выдернул кольцо, отпустил рычаг и сделал паузу. Граната улетела через платформу, и почти сразу же взорвалась. Грохот слился с криками боли.

— Желаете продолжать? — проорал я невидимым противникам и тут же сместился вперед.

Длинная очередь выбила град осколков из облицовки тоннеля.

— Ты труп, Страйкер! — разнесся по станции женский голос.

— Ну вот, еще одна, — прошептал я.

С момента первого выстрела не прошло и двух минут. Я тихо покрался к тоннелю, оставляя позади три трупа и раненого. ПеГГИ пока молчала. Можно было попробовать добить сквад, но это заняло бы много времени. Я хотел закончить свои дела как можно скорее. В конце станции еще раз выглянул, чтобы убедиться, что игроки сидят, где сидели. Так и было, и я бесшумно отступил в тоннель. Отойдя на метров пятьдесят, я припустил легким бегом. До финиша оставалось около полутора километров — ерунда для моей текущей физической формы. Ни минуты не сомневался, что оставшиеся позади игроки потратят кучу времени только на то, чтобы собрать остатки храбрости. Я настолько был преисполнен уверенности в своей безопасности, что почти не оглядывался.

На десятой минуте я увидел в конце тоннеля огни конечной станции. Хоть это была «не моя» станция, я почувствовал легкую ностальгию, вспомнив свою победу в «отстойнике». Тогда, конечно, чувства были другими.

Я вскарабкался на платформу и побежал по указателям. В несколько прыжков преодолел лестницу, увидел дверь с намалеванным финишным флагом. Я подбежал к ней и ввалился внутрь, зная, что там меня уже ожидает парочка наемников. Так и было. И одним из них был старый знакомый, с которого и начался мой Вызов. Ляксей. Второго я не видел раньше. Я сделал вид, что струхнул.

— Не боись! Ты прошел, — бритый был в хорошем настроении, — гони оружие и иди во-о-он в ту дверь.

Я безропотно отдал штурмовую винтовку и все снаряжение. В конце концов, все повторялось. Я вышел в дверь и после петляния по коридору попал в тот же зал, что и Кори тремя днями ранее. Снова дежа вю. На сцене кривлялся Энрике, на диванах так же развалились спонсоры. Да, было небольшое отличие — Вани не могло быть. Я не сдержал усмешки.

— Приветствуем Страйкера! — заорал Энрике. Опять жидкие аплодисменты, кое-кто засвистел. Я нашел взглядом Бруно. Этот вообще не обращает внимания. Уткнулся в коммуникатор. Может, с дочками общается. Интересно, а готова ли здешняя служба безопасности к форс-мажору. Что, если мне вздумается мутировать? Успею ли я перебить хотя бы половину? Картина смерти и разрушений, которую я представил, была хороша.

Энрике вырвал меня из мира грез, схватив за руку. Потащил меня к панели. Я делал недоумевающее лицо, будто не знал, что делать.

— Синхронизируй ПеГГИ! — прошептал Энрике. Я повиновался. На экране появились данные. Четыре больших бонуса было в моем распоряжении. Остальные были потрачены Страйкером где-то на локации. Я обернулся. Неужели Лискер не объявится, чтобы поддержать своего подопечного? От нечего делать я полазил в меню. Потратил бонус на боеприпасы к винтовке и гранаты. Решил, что этого достаточно. Я крутил список модификаций, когда персональный фанат наконец появился. Так же неожиданно, как и в прошлый раз, любитель дешевых киношных эффектов, не иначе.

— Хочешь совет? — раздался голос Лискера за моим плечом. — Оставь на потом.

Я обернулся и кивнул. Появилось приятное предвкушение мести.

— Пойдем тогда, — пригласил он. — Провожу тебя в комнату, где сможешь отдохнуть. Ты же не собираешься сразу идти в «Урбан»?

— Приму дружеский совет на этот счет, — уклончиво ответил я.

Он засмеялся и хлопнул меня по плечу.

— Ну, прохлаждаться незачем, но нужно и желудку отдать должное, — он бросил взгляд на часы. — До заката еще пара часов, успеешь поспать.

— Нет, поесть поем, а спать не буду, пожалуй, — в ответ на слегка удивленный взгляд Лискера пояснил, — хочу воспользоваться преимуществом по времени перед теми, кто сзади.

— Вот это настрой! — засмеялся Лискер. Мы шли по коридору, кажется по тому же, что и в прошлый раз. Черт, они все похожи. — Я тебе так скажу, то, что ты сделал перед финишем, было великолепно.

Мы оказались в комнате, где на потертых диванах развалилась еще дюжина игроков. Большинство что-то с аппетитом уплетали. Кое-кто спал.

— Сядь вон там, — Лискер показал в дальний угол, — я распоряжусь насчет еды.

Я прошел к указанному дивану, по пути осмотрел помещение. Охраны по-минимуму. Только пара наемников. Только вот неясно куда уходить. Я откинулся на спинку и напряженно размышлял. Если он пойдет провожать меня до поезда, как поступил с Кори три дня назад, будет хорошо. Через подземку я, несомненно, смогу уйти. Да и охраны там нет. Только бы не ляпнуть чего. Лискер лжец, а они хорошо умеют распознавать друг друга. Я решил, что при малейшем сомнении не буду ждать.

Лискер возвращался, сопровождаемый наемником. Тот тащил поднос с какими-то яствами. Я забрал блюдо и тут же схватил первое, что попалось под руку — это оказались свиные ребрышки, и незамедлительно принялся обгладывать с них мясо.

— Я так понимаю, ты готов пока только слушать, — с деланым добродушием сказал Лискер. Я кивнул. На это и рассчитывал. — Ну что же, новости хорошие. Первая часть контракта выполнена, ты — прошел первую локацию, мы выплатили твой долг. У тебя есть вопросы по второй части контракта?

Вот черт.

— У меня вопрос, что происходит с этими информаторами? — нашелся я. — Это какая-то ерунда, а не устройство. Он на четверть часа потерял меня и показывал, что я мертв.

— Ну да, с ними есть кое-какие проблемы. Это не первый случай сбоев, — ответил Лискер, — скоро мы решим этот вопрос. Мы выходим в медиа, а значит появится больше возможностей и новинок техники… Ну, ты давай, завершай ужин, и приходи на станцию, — он увидел вопросительное выражение на моем лице и добавил, — Спроси дорогу у кого-нибудь из наемников. Спроси, где поезд на «Урбан».

— Не будет напутствий на дорогу? — напрягся я.

— Конечно будут! Приду к отправлению, я же твой персональный фанат, — улыбнулся Лискер. Он поднялся и отправился к выходу. Я колебался. Отпустить? Или попытаться завершить все сейчас? В итоге я решил подождать. Не торопясь доел то, что оставалось на подносе и несколько минут просто делал вид, что наслаждаюсь отдыхом. Сам в это время сидел на иголках.

Наконец я решил, что больше тянуть резину нельзя, нужно завершать операцию. С ленцой поднялся, поинтересовался у наемника где поблизости уборная. Она оказалась тут же неподалеку. Я вошел в каморку, включил холодную воду и умылся, остудив горящую кожу лица. Уперся ладонями в раковину и посмотрел в зеркало. Страйкер смотрел на меня. Какое сумасшедшее чувство, ты не спишь, смотришься в зеркало, но вместо лица, которое привык видеть около тридцати лет, видишь незнакомца.

Ну всё, собрался. Я вышел из туалета и уверенно направился к наемнику, скучающему у выхода.

— Мне нужен поезд на «Урбан», — с ходу сказал я ему.

Глава 15

— Должен сказать, что многие не ожидали от тебя такой прыти, — Лискер стоял рядом с вагоном и расточал комплименты, — да-да, особенно круто получилось на станции. Да что там говорить, я и сам сомневался. Один против пятерых.

Я улыбнулся, попытавшись изобразить побольше самодовольства. Наемник-машинист скучал в вагоне. С Лискером пришел еще один, но остался на галерее. В принципе мутировать — дело тридцати секунд. Столкнуть Озмунда на рельсы и всё, за полминуты никуда он не денется.

— Мне еще не приходилось такого говорить, — говорил Лискер, — но я считаю, что ты звезда, ну или лучше так: у тебя есть все, чтобы ею стать.

Губы Страйкера начали растягиваться в саркастической улыбке. Контроля над собой хватило лишь на то, чтобы не расхохотаться.

— Нет-нет, я серьезно, — неправильно истолковав мою усмешку, начал уверять меня Лискер, — последние десять игр никто и близко не показал того, что смог сделать ты. В качестве помощи я дам тебе небольшой фанатский бонус.

Он протянул мне знакомое устройство.

— Это «Часовой». Он поможет тебе в городе. У него несколько полезных особенностей. Инструкция будет в ПеГГИ.

Отлично, он всем говорит одно и то же и всем дает мину. Погоди, запихну я тебе ее в задницу. План был готов. Он закончит свои пафосные речи и напутствия, протянет руку, и я пожму ее так крепко, что он окажется под вагоном рядом с мутантом.

— Мистер Лискер! Можно вас на минутку?

Мы обернулись на голос. На лестнице стоял наемник со штурмовой винтовкой. Ствол был опущен, но в позе охранника чувствовалось напряжение, угроза. Другой наемник, пришедший с Лискером, стоял рядом и держал в руках планшет.

— Ну что еще? — Лискер был недоволен, что его прервали, но пошел к ним.

Это в план не входило. Что им нужно и почему бойцы разгуливают с оружием наизготовку? Озмунд приблизился к наемнику и тот показал ему планшет. И, что мне не понравилось еще больше, он мотнул головой в мою сторону. Значит, речь точно обо мне. Что они нашли? Может «глушилка» засбоила и шпионы запечатлели нечто, не предназначавшееся зрителям? Я нащупал ее в кармане и щелкнул включателем. План менялся.

— Страйкер! — позвал Лискер, я вопросительно посмотрел на него. — Мои сотрудники нашли кое-какие странности. Не желаешь объяснить?

— Пусть он объяснит, — показал я на галерею за их спинами. В следующий миг, когда они все обернулись, чтобы увидеть того, кого там не было, я спрыгнул на рельсы, запуская мутацию в зверя.

На несколько секунд повисло молчание, нарушаемое только треском моего костюма.

— Очень смешно, — наконец сказал Лискер, — ты что же, решил в прятки со мной поиграть, а, Страйкер? Или ты не Страйкер?

Я счел благоразумным не отвечать. Лишь отцепил ПеГГИ и бросил его в сторону Лискера. Прошло только секунд пятнадцать. Со стороны лестницы я услышал звук рвущейся одежды. Ох и веселье сейчас тут будет.

— Притащите-ка его ко мне. Живым, — голос Озмунда изменился, начал ломаться. Неужели?

Мутация завершилась и, судя по приближающимся хлопкам крыльев, не только моя. Я напряг ноги, готовясь к прыжку. Когда меня нарыла тень огромного нетопыря, я взвился в воздух в мощном рывке. В полете схватил вампира и впечатал его в потолок. Тот завизжал от боли. Когда гравитация потащила нас вниз, я сгруппировался и поменялся с нетопырем местами. Приземлился на него, оглушив. Не сдерживая больше яростного рычания, стал месить его тело, ломая крылья и взрызаясь в шею. Тот отбивался как мог, но мой вид был значительно сильнее. Он все же изловчился и цапнул меня своими острыми как бритва зубами. Я взвыл от боли и ярости, оторвал его голову от себя и стал раз за разом бить ею по рельсе.

Вдруг от мощного удара вылетела торцевая дверь вагона. Вместе с ней на меня обрушился семибист-волк и сбросил с тела вампира. Тут же с платформы спрыгнул второй оборотень. Мы клубком катались по шпалам, нанося друг другу удары, царапаясь и кусаясь. Я был сильнее каждого из них в отдельности, но вместе они представляли для меня серьезную угрозу. А ведь на платформе оставался еще и Лискер. Не прошло и минуты, как я понял, что борьба с двумя противниками сразу быстро не закончится. Я отбрасывал одного, тот тут же вскакивал и нападал сзади. Их броня с трудом поддавалась моим зубам и когтям. Они испытывали те же трудности. Однако через минуту земля была покрыта кровью. Это и сыграло со мной злую шутку. Я поскользнулся и грохнулся на землю. Оборотни тут же воспользовались случаем и всем весом навалились на меня сверху. Я прилагал большие усилия, чтобы сбросить их, но ничего не выходило. Было видно, что им стоило громадного труда меня сдержать, и все же они справлялись.

Я слышал, как наверху застучали шаги. Прижатый к рельсу, я мог видеть лишь кромку платформы. Вскоре идущий приблизился. Первыми показались черные клешни-педипальпы, следом за ними вынырнула омерзительная морда телифона. В отличие от мутанта, что я видел в «Урбане», по телу этого недоскорпиона проходили замысловатые золотистые линии. А еще он был крупнее. Устрашающего вида клешни потянулись ко мне. Кажется, Бруно придется подождать и найти другого волонтера.

Неожиданно для всех вмешалась третья сторона. С крыши поезда на спину Лискеру упал еще один оборотень с куском арматуры. С лету нанес несколько ударов по голове телифону. Тот отшатнулся от меня с пронзительным скрипом. Одновременно с оборотнем из вагона выскочил семибист, в звериных чертах которого было что-то кошачье, и атаковал одного из семибистов, держащих меня. Они с ревом откатились в сторону. Я тут же занялся оставшимся мутантом. Один на один у него шансов не было. Он отчаянно сопротивлялся, но почти каждый мой удар попадал в цель, а на его теле появлялись все новые раны. Наемник быстро слабел, и его рычание все чаще срывались на жалобный визг. Вскоре удары наносил только я, а он только отбивался. Наконец, он не выдержал и обратился в бегство. Я без усилий догнал его, прыгнул на спину и повалил. Зубы сомкнулись на его шее, я изо всех сил сжал челюсти и прокусил биоброню. Не разжимая челюстей, рванул голову в разные стороны. Фонтаном хлынула кровь. Нашлась артерия. Я бросил еще дергающегося семибиста и обернулся. «Рысь», как я ее мысленно окрестил, добивала своего оппонента. Сверкали зеленые глаза, длинные белые клыки были обагрены кровью. Здесь моя помощь была явно лишней и я запрыгнул на платформу.

Лискер смог сбросить с себя семибиста и теперь тот пытался забраться обратно, кружа вокруг и с трудом уворачиваясь от клешней и хвоста-кнута телифона. Поворачивался тот довольно резво, а вот с ходьбой были трудности. Арматура торчала из спины Лискера, но по-видимому нисколько его не беспокоила. Боковой триадой глаз Озмунд заметил меня и резко отмахнулся хвостом. Я увернулся.

На платформу запрыгнула «рысь». Не сговариваясь, мы втроем начали кружить вокруг чудовища. Оказавшись сзади, рысь прыгнула на спину Лискеру. У того как будто были глаза на затылке — он встретил ее в полете ударом «кнута», отбросившем ее к стене. Она злобно мяукнула.

Телифон кружился, семеня своими лапками, готовый встретить тех кто оказывался перед ним клешнями, и отгоняя тех, кто оказывался сзади взмахами хвоста. Мы безуспешно пытались приблизиться к нему. Лискер был в лучшем положении, время играло на него, рано или поздно кто-то увидит, что происходит на станции. Но его реакция не давала ничего сделать. А арматура, торчащая из спины, красноречиво говорила о толщине брони.

В лапах семибиста-оборотня оказалась винтовка одного из наемника. Он бросил ее рыси — лапы той были поминиатюрнее. Она элегантно поймала оружие. Я приложил свои «пальцы» к глазам. Она фыркнула с каким-то презрением — «не учи». Оказавшись сбоку, она выпустила очередь в боковую триаду глаз. Лискер молниеносно прикрылся клешней. Пули высекли искры из черно-золотой педипальпы и не более того. Телифон развернулся и пошел на «рысь». Та отступала и короткими очередями била в морду телифону. Тот закрывался клешнями.

Мы с оборотнем, не сговариваясь, бросились на чудовище сзади. Оно не глядя махнуло хлыстом. Был бы я в обличии человека, у меня не осталось бы ни одного целого ребра. Мощный удар сбил мне дыхание и отбросил меня в сторону. Проскользив по платформе, я свалился на рельсы. Пока я пытался продышаться, с платформы донесся дикий рев боли и гнева. Поднимаясь, я заметил у колеса вагона брошенного «Часового». Это могло пригодиться. Я выглянул. Мне навстречу летело тело рыси, отброшенное клешней. Я увернулся, она свалилась позади с раздраженным мяуканием. На платформе дело было плохо. Семибист смог вытащить железяку из спины Лискера и вонзить ее в один из глаз — именно тогда я услышал рев. Но теперь распорядитель игр стащил оборотня со спины и пытался раздавить в педипальпе. Я подскочил к вагону и схватил валяющегося «Часового». Пальцы зверя не способствовали выполнению точных работ, но все-таки я справился — отсоединил монитор слежения и запустил устройство.

Потеряв надежду быстро раздавить оборотня, Лискер поднес его к хелицерам, намереваясь раскусить. Тот изловчился и полоснул его по незащищенной морде когтями. Телифон взревел, бросил оборотня в стену и, не дав упасть, пронзил его хвостом как вертелом. Дикий вой семибиста огласил воздух. Ясно было, что он больше не помощник.

Я запустил «Часового» вскользь по полу к Лискеру. Почувствовав угрозу, тот начал поворачиваться навстречу, но было поздно. Как только «фанатский бонус» оказался под монстром, я раздавил экран. Раздался оглушительный взрыв. Расчет оказался верным — брюхо твари оказалось слабым местом. Направленным взрывом мутанта подбросило вверх и разорвало нижнюю часть туловища. Вывалились внутренности. Ноги отказались держать Озмунда. Оглушенный и раненый, он безуспешно пытался подняться. Я выскочил на платформу, за мной следом прыгнула «рысь». Вдвоем мы обрушили град ударов на ослабевшего визжащего монстра. Через несколько мгновений не осталось ни одного целого глаза. Повинуясь общей мысли, мы с рысью ухватились за хелицеры и рванули их в разные стороны. Отломав их, мы запустили лапы в окровавленные глазницы и устроили в черепе хаос. По телу Лискера прошла дрожь и оно обмякло. Все было кончено.

Мы выпрямились и посмотрели друг на друга. «Рысь» оттолкнула меня в сторону и побежала к лежащему в луже крови оборотню. Тот зажимал лапой грудь и тяжело дышал. «Рысь» присела, собираясь чем-нибудь помочь, но волк отстранил ее и отрицательно качнул головой. Он начал обращаться в человека. Я подошел и запустил мутацию в Страйкера. Ткани волка не регенерировали, это был конец. Вскоре я узнал семибиста. Это был Ксавье. Когда голосовые связки мутировали в человеческие, он прошептал рыси:

— Уходи, у тебя нет времени. Ты знаешь, что делать дальше.

Рысь бросила на меня злобный взгляд изумрудных глаз, вскочила на ноги и помчалась в тоннель, где и скрылась.

Превращения с каждым разом проходили все быстрее. Мутировав, я опустился на колени рядом с Ксавье. Молча показал «глушилку», болтающуюся рядом с навигатором, щелкнул тумблером. Губы Ксавье тронула едва заметная улыбка.

— Это была Изабель? — кивнул я вслед рыси.

— Она, — прошептал Ксавье. — Ты с нами?

— Не сейчас.

— Жаль… Передумаешь — иди в Дохлоград. Уходи… сейчас набегут еще… — он обессиленно уронил голову.

Просить дважды меня было не нужно. Я запустил мутацию в зверя и спрыгнул на рельсы.

Попетляв в тоннелях, я вернулся в ветку подземки, через которую входил и вскоре оказался на поверхности. Уже стемнело. Наемники не разочаровали — не прошло и пяти минут, как показались огни вертолета. Он завис надо мной в нескольких метрах, и я запрыгнул в него прямо с земли.

Когда мы отлетели от города подальше, я решил, что самое время вернуться в привычный облик. Наемник с интересом наблюдал за мутацией, потом бросил мне костюм, забрал навигатор и хлопнул по плечу:

— Молодец, мы все видели. Папа Бруно очень тобой доволен.

Я осмотрел себя. Всюду синяки и шрамы, затягивающиеся раны. Схватка с Лискером далась непросто. Не будь помощи… Я облачился в новый костюм. Закончив, схватил руку наемника и посмотрел на часы. Полночь была не за горами.

— Поднажмите, — сказал я, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.

* * *

Я продремал до рассвета. Меня снова растолкал наемник. Он распахнул дверь, впуская внутрь свежий утренний ветер. Я потянулся, тело тут же отозвалось тупой болью. Чертовы семибисты, чертов Вызов. Я выглянул. «Болото». Вдалеке показался зеленый домик с посадочной площадкой, где должен был ждать Мак. У причала торчали две лодки. На звук вертолета из избушки вышел человек. Я улыбнулся и помахал ему. Мак поднял руку в ответном приветствии. Вертолет сел на платформу, я выпрыгнул, наемник последовал за мной.

— Думал, уже не успеешь, — протянул мне руку Мак. Я крепко сжал его ладонь.

— Спасибо, что дождался!

Он просто кивнул.

— Что-нибудь необычное? — поинтересовался я.

— Вообще ничего! Никого тут не было. Думаю, мало кто вчера вышел на игру после попойки… А я нашел логово семибистов. Можем туда отправиться…

— Давайте восстановим статус-кво, — прервал его наемник, — потом можете заниматься, чем угодно.

Мы вошли в дом. Наемник немного поколдовал над моей ПеГГИ, и вскоре она оказалась на своем законном месте.

— Ну вот и все, бывайте, — наемник собрался и исчез за дверью.

Мак встал. Моя ПеГГИ завибрировала.

— Ах да, чуть не забыл — хлопнул себя по лбу Мак, — тебе там интересное сообщение. Я пойду, лодки проверю. Выходи, как будешь готов.

Я кивнул. Вибрацию вызвало сообщение от Анжелы. С него я и начал.

«Хорошая работа. Повезло, как всегда, но все равно. Дождись меня, есть разговор».

В конце смайлик-поцелуй. Я криво улыбнулся. Так, теперь что там за интересное сообщение? От Игрока_12. Тема — «от Изабель». Маку в мое отсутствие ничего не оставалось, как авторизовать девушку и принять послание. Я открыл его, чтобы ознакомиться лично.

«Привет. Мне не удалось сказать тебе в глаза то, что я должна. Некоторые, например Грегори и X, всё время пытались убедить меня, что ты не так плох, как я считаю. Убеждали меня, что ты убил брата из лучших побуждений, чтобы я могла спастись. Может и так. Но ты сделал выбор за меня. Об этом тебя никто не просил. Ты подменил мой стимул. Я жила, чтобы излечить его, чтобы радоваться каждому дню вместе с ним, а ты заставил меня жить только ради мести. Так что все слова бесполезны, и то, что ты связался с этой сучкой, характеризует тебя как нельзя лучше. Однако я готова признать частичную правоту твоих защитников. Я тебе должна. Ты спас меня, я спасу тебя. Надеюсь, что когда ты читаешь это, я уже выплатила долг. На этом все, дальше только отмщение».

Сообщение закончилось. Я устало закатил глаза. Вот еще головная боль. Во мне волной поднялось раздражение, нужно было ответить, выплеснуть злость. Я попытался набрать текст, но ничего не получилось — голосовой набор не работал, а поле ввода было неактивно. Что за черт? Я прикоснулся к имени Изабель. На экран выскочила надпись «игрок мертв/неактивен». Вот это номер! Я залез в список игроков. В нем не значился ни Грегори, ни она.

Открылась дверь. Я поднял глаза — передо мной стояла Анжела. Я жестом предложил ей сесть рядом. Она кивнула с видом, говорящим, что мое предложение излишне, и она будет делать то, что пожелает. Тем не менее, села.

— Что скажешь? — спросил я.

— Кто был с тобой на станции? — прямо спросила она.

— Допустим, я не знаю, что тогда? — осторожно ответил я.

— Как угодно, но в твоих интересах — знать, — ответила она, пожав плечами. — Убитый известен, это некто Ксавье — нелегал, много лет живущий… то есть живший в Дохлограде. Занимался терроризмом. Странно было видеть вас за одним делом.

— Я был удивлен не меньше, может быть, просто совпадение интересов? Или он вступал в контакт со Страйкером?

— Может быть, — пристально глядя мне в глаза, проговорила Анжела. — У меня для тебя неприятная новость. Сквад твоей сестры был полностью уничтожен. Все тела, кроме ее, были найдены и опознаны.

— Да ты что?! — в бешенстве вскричал я. — А что насчет обещанной защиты? Да вашим обещаниям грош цена, так же, как и слову Лискера!

— Не ори! — повысила голос и она. — Мы обещали защиту от людей, но никак не от семибистов. Их там до заката и быть не должно.

— Это сделал семибист? — потрясенный внезапным предположением спросил я.

— Судя по тому, что тела были разорваны на фрагменты, это так, — ответила Анжела. — И вот, что интересно, шпионы в той области были недоступны. Не показывали ни черта, кроме помех. Знакомо? Угадаешь самое интересное, а?

— Сдаюсь, — ответил я.

— Недалеко от того места вроде бы видели странного семибиста. Приметы совпадают. Это тот, кто помогал тебе с Лискером.

Я был подготовлен, и все равно выругался.

— По-прежнему не знаешь, кто это? — вредно улыбаясь, спросила она.

— Ты же знаешь, черт тебя возьми, — огрызнулся я.

— Хотела услышать от тебя, — рассмеялась она. — Да ладно, тело не найдено. Если бы Изабель хотела убить твою сестренку, она бы сделала это более публично.

— Черт знает, что в голове у сумасшедших баб, — раздраженно ответил я, — например, я понятия не имею, что в твоей!

— Эй! — возмущенно воскликнула Анжела и тут же рассмеялась.

Вопреки желанию улыбнулся и я. В словах девушки был смысл. Возможно, сестру перехватили люди Ксавье, чтобы лишить Бруно и других одного из рычагов давления на меня. Или же Изабель готовит какую-нибудь гадость. Но и в таком случае есть время.

— Скажи, что вы намерены делать? Как будете возвращать мне сестру.

— А что мы можем сделать? Только следить. Если ее заметят где-то, тогда посмотрим. А так, чтобы специально… не такая уж ты важная птица… Но на случай, если ты решишь действовать сам и забудешь об обещании работать на отца, вспомни о том, что твоя мать жива, потому что он выполняет свои обещания. Нарушишь свое слово — он восстановит статус кво.

Ожидаемо.

— Смерть Грега есть на записях?

— Неа, все в помехах. Возможно, он тоже жив. Этот ваш Ксавье нараздавал вам глушилок — невозможно работать, — она поймала мой взгляд. — Ну, конечно, я знала, что вы знакомы.

— Я тебя ненавижу! — сказал я с легкой улыбкой.

— Это я проверяла твою лояльность. Тест ты не прошел, но папа дает тебе шанс исправиться. Это будет твое второе задание. Говоря со мной, ты говоришь с ним. Готов слушать?

— Конечно.

— Тебя снимают с игры. Ты возвращаешься в Дохлоград. У Лискера было только подозрение насчет настоящей силы Ксавье. И тут Мак внезапно воспылал к тебе братскими чувствами и вытащил из наших рук, а потом так же неожиданно вы грохнули сквад наемников Лискера… просто так, без причины, но при этом из засады, — подняла Анжела палец. — И все эти помехи в неудобных местах… В общем, отец понимает, что в городе собралась довольно большая компания.

— Что нужно от меня?

— Твоя задача пробраться внутрь и узнать, кто заменит Ксавье.

— То есть стать кротом?

— Необязательно. Ты можешь говорить с главарями открыто. Передай им, что мы представляем их силу, и все равно в состоянии раздавить их, даже без помощи Правительства. Но предлагаем покровительство.

— Иными словами, Бруно предлагает им работать на него.

— Ну да, — Анжела пожала плечами.

— Зачем они ему?

— Тебя это не касается, — отрезала девушка, — можешь обещать им, что хочешь, оружие, модификаторы… Может, встретишь там сестру или ту сумасшедшую. Тоже причина поспешить. Отправляйся, вертолет ждет.

Я поднялся. Девушка тоже поднялась и шагнула ко мне с инжектором. Воткнула иглу мне в шею, секунду смотрела в глаза, потом наградила жгучим поцелуем.

— Еще парочка стимулов, — подмигнула она.

Мы вышли из домика. Мак вопросительно смотрел на нас, сидя в лодке. Я собирался подойти к нему, но Анжела толкнула меня к вертолету.

— Иди, я скажу ему.

Пришлось ограничиться взмахом руки. Мак растерянно ответил тем же. Анжела шла к нему, я отвернулся и побежал на взлетную площадку.

— Надоел ты уже, — встретил меня наемник с улыбкой и протянул руку, чтобы помочь забраться. Я уселся рядом и посмотрел наружу. Анжела стояла рядом с Маком и что-то говорила. Двигатель зашумел сильнее, раскручивая винты, машина поднялась в воздух.

Я неотрывно смотрел на Мака, видя в нем себя в прошлой жизни, от которой меня сейчас с огромной скоростью уносил вертолет. Вскоре причал, Мак, Анжела и все остальное слились в точку на горизонте. Завибрировала ПеГГИ. Я опустил взгляд. На дисплее высветилась надпись: «Игрок Кори победил. Игра закончена». Экран погас.

Content

Максим Буданов
«Вызов»

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15