Логачев Алексей Александрович

Щеглы

Логачев Алексей Александрович

Щеглы

Светлой памяти моего друга Андрея Михеева посвящаю…

антипьеса в двух частях

ДЕЙСТВУЮТ:

Леха Ткачев одноклассники,

Максим Васин молодые люди 16–17 лет

Екатерина Сергеевна, мать Лехи 40 лет

Танечка, 14 лет

Юра Котов, он же Кот

Слава Борщов, он же Борщ (обоим около 18–19 лет)

Женщина с сумками лет 45

Мужик приблизительно того же возраста

Старик около 80 лет

Человек без определенного места проживания, пола и возраста

ЗАМЕЧАНИЕ ЧИТАТЕЛЯМ:

Все события, описанные в пьесе НЕ вымышлены.

Любые сходства с реально существующими людьми НЕ случайны.

Короче говоря, эта история — чистая правда.

Автор

… А что до всех этих превращений людей в волков, так есть такая болезнь, именуемая врачами ликантропия…

Сервантес, “Странствия Персилеса и Сихисмунды”

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПРОЛОГ

Теплый летний денек. Парковая зона. Кругом скамейки и деревья. Вдалеке виден памятник героям гражданской войны. Еще чуть дальше ДК имени Ленина. Рядом несколько минимаркетов. На спинке одной из скамеек лицом к нам сидит молодой человек, поставив ноги на сиденье. Это Юра Котов. По понятным причинам друзья зовут его просто Кот. На нем старые черные брюки, кроссовки и куртка от спортивного костюма. Одной рукой он курит, другой лузгает семечки, сплевывая шелуху прямо перед собой. Сидит долго. Иногда морщится и тяжело вздыхает, отхлебывая дешевоя пиво из бутылки, поставленной на сиденье лавки возле левой ноги. Со стороны памятника с пакетом в руке по направлению к нашей скамейке движется другой молодой человек. Он в синей майке без рукавов, непонятно какого цвета шортах и черных сандалиях на босу ногу. Это Слава Борщов. Друзья зовут его просто Борщ. По тем же причинам, что и Юру Котова зовут Котом.

БОРЩ. (хлопает Кота сзади по плечу) Че хохлы прищурились?

КОТ. У… Здорова, Борщ…

БОРЩ. Как твое ничего?

КОТ. Да хотелось бы лучше, только вот всё никак не получается. А у тебя как дела?

БОРЩ. Дела у прокурора. У меня так делишки. Че тухлый какой?

КОТ. На себя посмотри.

БОРЩ. Похмелье чтоль дрючит?

КОТ. Угу… Всю ночь вчера с пацанами в “на полустанке” гудели…

БОРЩ. Сочувствую.

КОТ. Ты откуда?

БОРЩ. Да от Наташки…

КОТ. Полаялись чтоль опять?

БОРЩ. (досадно) А!

КОТ. Че на этот раз?

БОРЩ. Как всегда… Ляля тополя. Ты меня не любишь не жалеешь, разве я немного не красивая…

КОТ. Ммм… Бабы они такие.

БОРЩ. Ага… Ты им всей душой, они тебе всей задницей. Че ты им не делай — всегда им мало! Только бабки доить умеют, больше ни хера. Блин, посчитать бы сколько я на нее денег угрохал, да страшно бллин. Вбухиваешь в них, вбухиваешь, расход один. Это купи, это подари. А у нее то дни критические, то клиническое, то еще бог знает какие. Зовешь ее гулять, а у нее то живот болит, то к маме еду, то в квартире убираюсь, то еще какую-нибудь ламбаду включит. А потом говорит что я мало времени с ней бываю… Ага! Мало… Да все время свое на нее. С пацанами уже не общаюсь практически, вот с тобой только иногда. Стремно даже как-то перед ними. Они уж даже расстраиваются, блин, говорят все, сбабился Борщ. Я их понимаю. Сам себе удивляюсь иногда. Говорю вот себе, все, мол, харе, пошла она в баню, бухать лучше сегодня пойду, а все об ней, об Наташке думаю.

КОТ. Любовь, бля…

БОРЩ. Ой, не надо только вот этой вот херомантии, Котяр, а! Я тебе серьезные вещи, а ты…

КОТ. Ладно-ладно…

БОРЩ. Все смехуечки тебе… Вот будет у тебя баба, посмотрю я. Узнаешь что это за геморрой. Подвинься, слышь?

КОТ. Тебе лавки чтоль не хватает?

БОРЩ. Да тут говно какое-то… Ну подвинься на полбулки, а! вон места сколько! (Кот еще раз тяжело вздыхает и все-таки подвигается, Борщ садиться туда, где “нет говна”)

БОРЩ. А я иду, смотрю ты или не ты… Тебе не жарко кстати?

КОТ. Нет…

БОРЩ. Ты бы еще тулуп ватный на себя нацепил…

КОТ. Сам ты тулуп ватный!

БОРЩ. И валенки бы еще…

КОТ. Слыш, Борщ, харэ! На мозги не капай! У меня и так с утра башка не на месте. Нечего сказать, тогда пиздуй куда шел…

БОРЩ. Да ладно че ты? Я ж пошутил.

КОТ. За такие шутки в зубах бывают промежутки!

БОРЩ. Хорошо, замяли… Чего сегодня вечером делать будешь?

КОТ. Не знаю… Вот сижу — думаю…

БОРЩ. Есть тема на откос пойти. У Печеного сегодня день рождения. Пойдем?

КОТ. У Андрюхи седня день рождения? Серьезно? А ведь не позвонил, зараза! Не позвал! Пошли! А кто еще будет?

БОРЩ. Да полно всех. Человек двадцать. Там короче, фишка такая: месяц назад на него хачик какой-то наехал… На дискотеке. Из-за бабы из-за какой-то… Так вот… Ну там тёрки, хуе-мое, тот не прав в общем оказался… И теперь вот

В это время правой стороны к этой скамейке подходит странного вида человек. Одет в рванье, в руках позвякивающая при каждом движении сумка. Трудно даже определить с первого взгляда мужчина это или женщина. Честно говоря, трудно и со второго и с третьего. Ковыряется палкой в урне, что рядом с нашей скамейкой.

КОТ.(Борщу) Погоди… (Человеку) Слышь ты? Че там ищешь, э?

Человек продолжает рыться в урне не говоря ни слова.

КОТ. Ты глухой шоль, э? Алё! С тобой говорю, ты! Чувырла чумазая! Че тебе там надо?

Человек бормочет себе под нос что-то типа “Чего надо, то и надо”

КОТ. Че ты там мямлишь, э?! Обориген, мля! Иди сюда! Сюда иди я те сказал!

ЧЕЛОВЕК. (подходит к ним поближе, показывает на бутылку пива) Можно?

КОТ. Можно машку за ляжку и телегу с разбега! И то не всегда. Откуда взялся такой красивый тут?

ЧЕЛОВЕК. Бу… Бу… Бутылочку…

КОТ. А? Не слышу! Откуда нарисовался я тебя спрашиваю?

ЧЕЛОВЕК. С Молитовки…

КОТ. С Молитовки! А здесь че надо? А?

Человек стоит.

КОТ. Слышь, Борщ, он походу глухонемой? Может полечить? (Человеку)Ты еще здесь?

ЧЕЛОВЕК. Бутылочку бы… Вот эту

КОТ. Чего?

ЧЕЛОВЕК. Бутылочку… Вото эту вот… бутылочку

КОТ. Бутылочку тебе?

ЧЕЛОВЕК. Угу… Ага… Бутылочку…

КОТ. (встает со скамейки, берет в руки бутылку) Бутылочку ты хочешь, да?

ЧЕЛОВЕК. Угу…

КОТ. Бутылочку? А бутылочкой ты не хочешь? А? Не хочешь?

ЧЕЛОВЕК. Бутылочку бы…

КОТ. (бьет его по лицу, человек падает) На тебе бутылочку, сука! На! На! Мразь немытая! Гандон штопаный! На тебе бутылочку! Козел вонючий! Говна кусок! Пидор гнойный! На тебе булочку, сучара! На! (Борщ вскакивает, оттаскивает Кота в сторону)

Убью тварь! Афлер ебаный! Чмо плешивое! Убери руки! Сука! Сука! Бутылочку ему! Такую щас тебе бутылочку дам, сука! Такую бутылочку! Падаль! Урою сука, понял! Еще раз увижу, урою тварина! Понял? Понял меня, ты? Понял, сука? Понял?

ЧЕЛОВЕК. (тихонько бормочет собирая в свою сумку вывалившиеся бутылки) Сволочь… Сволочь… Гад… Урод моральный…Мразь малолетняя… Сам такой понял? Сам такой! Гад… Сволочь…Мразь (ковыляет в правую кулису, резко возвращается, берет бутылку, которую выронил Кот, убегает. Перед уходом) Сам такой! Гад… (уходит)

ПАУЗА.

БОРЩ. Успокоился?

КОТ. Бля, ненавижу я их Борщ! Ненавижу! Чтоб они все передохли ублюдки! Терпеть их не могу!

БОРЩ. Я их чтоли люблю?

КОТ. Поубивал бы их всех! Отбросы! Херота из под ногтей! Смотреть на них противно! Куда ни сунься везде они! Бутылочку, мля, ищут! Попропивали все на свете, суки, теперь за счет общества жить хотят! А им еще ведь сочувствует кто-то!

БОРЩ. Да ладно, мне они не мешают. Ходят и ходят.

КОТ. Да если бы просто ходили! А они ведь людям нормальным жить не дают! Причем с рожами с такими подходят, будто ты им мать родная! Будто ты им что-то должен! Будто обязан им помогать!

БОРЩ. Кому-то жалко. Люди все-таки…

КОТ. Да какие это в жопу люди! Маромойки поганые! Мне глядя на них блевать хочется! Твари вонючие! Люди! Человек! Животные это самые настоящие! Хуже собак бродячих! Ага… Они ведь больные все! Всем чем только можно! Они вот сегодня у тебя своими спидозными руками бутылку у тебя взяли, сдали, а завтра ты из этой же бутылки пиво пить будешь! Кашлянули вот в трех метрах от тебя, а ты завтра с туберкулезом свалишься! Я о всяких там вшах да лишаях молчу! Этого-то говна у них полный букет! Давить их надо! Как клопов! Как тараканов давить! (пауза)

БОРЩ. Ладно, дай-ка семян…

КОТ. У меня мало осталось.

БОРЩ. Да ладно тебе, не жмись!

КОТ. Мало у меня…

БОРЩ. Во жид, а! Во жид! На бомжей еще че-то катит! Ладно, ладно, Котяра. Попросишь снега зимой…

КОТ. Да на, на… Заебал. (отсыпает ему немного семечек, сидят, грызут, сплевывая шелуху прямо перед собой)

Мимо идет старик. Обычный пенсионер, вы таких видите каждый день. В шляпе в любое время года, в пиджаке с орденами и с тросточкой в руке. Проходя мимо Котяры и Борща старик останавливается, качает головой. Говорит неразборчиво, с запинками, но громко.

БОРЩ. Че уставился-то, дед?

СТАРИК. Вот, что вот вы, вот, а?

БОРЩ. Че?

СТАРИК. Что вот вы за люди-то, а? Что вот вы, а? как так можно-то, а?

БОРЩ. Ты сам-то понял че сказал?

СТАРИК. Как это можно-то так, а?

БОРЩ. Эх тебя дед как расколбасило-то! Начал хорошо!

СТАРИК. Ээ! Смотрит еще на меня! Вы как эти… Как эти вот… Как свиньи вот вы… Где ем там и сру… Где ем там и сру…

БОРЩ. У тебя проблемы?

СТАРИК. Ээ! У тебя проблемы!.. У тебя… На себя-то посмотри, а… На себя посмотри… Вот урна-то вот на кой ляд тут поставлена?… Нет, на пол ведь надо… На пол…

БОРЩ. А тебя ебёт? Так ты попрыгай — отойдет!

СТАРИК. Все засрали! Все! Здесь же дети маленькие бегают, играют. Отдыхают люди здесь. А вы! Все пьете, сорите… Наблюете, нахаркаете и уйдете… А убирать кто?

БОРЩ. Дед, ты за слова отвечай! Где мы наблевали здесь? Где?

СТАРИК. Да вот где! Вон! Вон! Вон! Везде! Ходить нельзя! Такое место здесь было, когда построили! Глаз радовался! А вы все загадили!

БОРЩ. Че мы загадили, ты? Тут до нас так было! А что вон там вот если чего, так это не мы, понятно?

СТАРИК. Не вы, так такие вот как вы! Еще грубят! Еще грубят! Нет бы извиниться, да уйти по-тихому! Грубить старшим ведь будут! А ну чешите вон отсюда!

БОРЩ. А у тебя хлеборезка не треснет, динозавр?

СТАРИК. Сидите все сидите… Я когда вот такой вот был, я

БОРЩ. Знаем-знаем! У станка! В забое! Пополнял закрома нашей Родины! Все дед, утомил.

СТАРИК. А вы, эх! Ыыы… сидите все и сидите, штаны протираете. Оглоеды паршивые. Пользы от вас никакой, все сидите и сидите.

БОРЩ. От тебя чтоли польза большая?

СТАРИК. Заткнись, щегол!

БОРЩ. Барзеешь, дед! Крутил бы педали пока не дали!

СТАРИК. Да я вот за таких вот как вы в сорок четвертом здоровье свое оставил!

БОРЩ. Ой, ладно, дед! Ехали мы сегодня в сорок четвертом. Нет там твоего здоровья.

СТАРИК. Я то вот в вашем возрасте при деле был! Вот так вот не сидел! Стыдно было так сидеть-то! У нас-то за тунеядство сажали!

БОРЩ. Дед, если ты щас в тумане не скроешься, ты до пенсии ближайшей не доживешь, понял? Потеряйся отсюда, очень тебя прошу!

СТАРИК. Эх Сталина на вас нету! Он бы показал вам! Да! Показал! Ох, показал бы!

БОРЩ. Во дедан какой боевой, а! Никакого инстинкта самосохранения! Потеряйся отсюда, сказал!

СТАРИК. Я то на трех работах в ваши годы! На трех! Мне то некогда было вот так сидеть! Мне-то некогда было!

БОРЩ. Дед, захлопнись, а!

СТАРИК. Поговори мне еще! Поговори! Щас как дам!

БОРЩ. Че ты мне дашь-то? Че ты мне дашь?

СТАРИК. Ах ты щегол! Ах ты сосунок! (замахивается на него своей клюшкой, пытается ударить Борща, но тот ловит трость и резко вырывает ее из рук старика)

БОРЩ. Э! Э! Э! Кегли убрал свои! Э!

СТАРИК. Отдай! Отдай!

БОРЩ. Слышь, Котяр, секи прикол! (встает с лавки становиться напротив нее)

СТАРИК. Отдай! Верни!

БОРЩ. Выступает заслуженный артист Америки, Чеченской Республики а также Республик Мари-Эл, Мордовия и еврейского автономного округа Биробиджан Майкл Васильевич Джексон! Ау! (начинает танцевать с тростью и петь) Ай нэнэнэнэ! Тырытытырыты! Ай нэнэнэнэ! Тырытытытыры! (Котяра смеется)

СТАРИК. Верни!

БОРЩ. А ты отбери! Отбери! Ай нэнэнэнэнэ!

СТАРИК. Отдай палку, щегол!

БОРЩ. Да на, на… (швыряет ее в лужу)

СТАРИК. А ну-ка подбери сейчас же!

БОРЩ. Ага, щас! Разбежался и упал!

СТАРИК. Подбери я сказал!

БОРЩ. Хуев тебе тачку и гандонов пачку, понял?

СТАРИК. Ах ты! Ах ты!

БОРЩ. Ах ты! Бухты барахты! Сяськи масяськи!

СТАРИК. Эх и твари вы все-таки! Эх и твари! Не видел еще таких! Не видел! (на этих словах пытатся поднять трось, сгибатеся, но до земли не достает. В этот момент к нему сзади подходит Борщ и легким толчком ноги в зад роняет старика на асфальт. Тот под истеричный хохот парней шлепается прямо в лужу)

БОРЩ. Галина бланка буль-буль! Ай нэнэнэнэ! Тырытытырыты!

СТАРИК. Уф… Уф… Помо… Помо…Помо…

БОРЩ. Жук упал и встать не может, ждет он кто ему поможет! Ай нэнэнэнэ!

СТАРИК. Подонки! Подонки!

БОРЩ. Котяр, Котяр зырь прикол еще один! (подходит к старику, хватает его за лицо) А ну не трясись, сука! Сявку открой свою! Ах, ты гондон! Опа! Аймалацца! (отходит от его, держит в руках вставную челюсть, встает перед Котом, держит челюсть на вытянутой руке, декламирует) О бедный Ёрик! (Кот смеется) Я знал его! (Котяра смеется еще сильнее) Быть или не быть, вот в чем вопрос! (Кот ржет еще больше)

СТАРИК. (пытаясь встать) Фссеглы парфывые… Ферни фсубы, цвареныс… Фссенок…

КОТ. Круто, Борщ! Уссаться! А откуда эта байда?

БОРЩ. А хрен его знает не помню… Из Кэвээна вроде…

КОТ. (смеясь) Отпад! Во прикол! Надо будет пацанам потом показать!

БОРЩ. Да не вопрос!

СТАРИК. Отдай, отдай,

БОРЩ. (роняет челюсть на пол) Ой, дед, у тебя упала! Из пизды кусок металла! (валяет ее в грязи, поднимает, подходит к старику) Спасибо, дедок! Потешил! (вставляет ему челюсть обратно в рот, смотрит на руки) Вот сука, а! Блядь! (вытирает об деда руки) Все дед! Свободен как Африка!

СТАРИК. (плачет, уходя) Фсенки фонютчие! Фсуки бефсродные! Кофслы драные! Педерафсты ебутфчие! Фстоб фы сфсдохли потсонки!

(Борщ и Кот смеються)

КОТ. Видал, как почесал! Как сбрило!

БОРЩ. Ой, мля, не могу! Затрахало меня уже это старичье! Как же они меня бесят! Огрызки человеческие! Чмыри горбатые! Одно нытье от них только! Скорее бы повымирали они уже все к японской матери! Каждая калоша старая норовит тебя жизни поучить! Каждая! Войну мне все пересказывают! Как умирали они там за меня! Типа я им теперь по гроб жизни должен жопу лизать! Будто я виноват, что ни в то время родился! Да я бы сам в первый же день может на фронт бы ушел! Да! Ушел бы! Воевал он! Вояка, ептыть! Как он там воевал это еще хер его знает! Может он, сука, в портянки ссал, когда его рота в атаку ходила! А щас, гандон, гордый блядь, ордена навесил, втирает мне! Что такое хорошо и что такое плохо! Иди внуков своих сопливых жизни учи, понял! Я, я, я, я! Струя! Права качает! Мерин недояный! Пользы от меня никакой! Да побольше чем от тебя ползы! Я худо-бедно работаю! А они все как моски: спать, жрать и срать только могут! С меня еще из зарплаты вычитают чтобы их содержать! Фонды всякие. Общества спасения старпёров! Спасибо говорить мне должны, а они войдосят… И слушай их… В рот им заглядывай… Ссссуки…

ПАУЗА.

КОТ. (тычет Борща в бок) Эй, глянь-ка кто идет!

БОРЩ. Где?

КОТ. Да вон, у магазина! (кричит) Танька! Эй! Тааань! Слышь, нет? Але! (Борщу) Не слышит, блин. Глухая как хуй знает кто.

БОРЩ. А кто это?

КОТ. Потом расскажу! (кричит) Иди сюда! Тааань! Иди сюда епэрэсэтэ! (Борщу) Пошли!

БОРЩ. Куда?

КОТ. Тема на сегодня есть! Танька! Стой, мать твою за обе ноги! Стой! (убегает, Борщ за ним)

\

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Квартира Лехи Ткачева. Однокомнатная хрущевка на первом этаже. Окна зарешечены, интерьерчик так себе, такие жилища обычно называют “бабушкиными” квартирами: в комнате старые, засаленные, местами оборванные обои, обшарпанная мебель, потрескавшийся везде где только можно линолеум, на кухне холодильник с ручкой как у игрового автомата, табуретки, с поцарапанными кошачьими когтями ножками, на потолке просто одна лампочка и все. Екатерина Сергеевна в прихожей перед зеркалом, завивает волосы, готовиться идти на работу.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Нет, ну это же какие нервы надо иметь!!! Алеша! Алеша, вставай! Слышишь меня или нет?

ЛЕХА.(в постели) Слышу, слышу!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Вставай значит, раз слышишь! Хватит спать. Целыми днями спишь! Какой же дурак вторую смену придумал?

ЛЕХА. А мне нравиться…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Алеша, время пол двенадцатого уже!

ЛЕХА. Ну и что?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Что значит “что”? Как можно столько спать я не понимаю. Вконец уже обленился! Алеша! Вставай! Ну в школу же опоздаешь! Что у вас сегодня первым уроком?

ЛЕХА. ОБЖ и две физры!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Можно не ходить то есть, ты хочешь сказать?

ЛЕХА. Приблизительно это я хочу сказать… Мам, дай поспать!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Не дам! Что первым уроком у тебя сегодня?

ЛЕХА. Я же сказал: ОБЖ.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. У тебя уже четвертый день подряд ОБЖ первым уроком! Странное очень расписание!

ЛЕХА. Какое есть. У нас просто биологичка заболела, вот у нас и ОБЖ так много…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Покажи дневник!

ЛЕХА. У нас собрали.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Кто?

ЛЕХА. Классная.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Зачем?

ЛЕХА. А я откуда знаю? Пришла вчера, сказала сдайте дневники. Мы сдали…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. И что, никто не спросил зачем?

ЛЕХА. Мне по фигу зачем, я не спрашивал.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Мне что, Маше позвонить, спросить у нее?

ЛЕХА. Ну хочешь — звони, че я запрещу чтоли?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Стыдно не будет?

ЛЕХА. От чего?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. От того, что я в одиннадцатом классе расписание у соседки твоей по парте спрашиваю.

ЛЕХА. Мы с Машкой с пятого класса за одной партой уже не сидим… Мам, дай поспать, очень тебя прошу…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Я звоню… И пусть над тобой в школе все смеються после этого (делает вид, что набирает номер)

ЛЕХА. Над тобой будут смеяться-то.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Что? (кладет трубку) Бессовестный какой, а!

ЛЕХА. Каким родили.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА.Подерзи еще матери, давай, подерзи! Все отцу сегодня расскажу, он тебе всыпет! Его-то ты паразит бессовестный боишься, а мать родную ни в грош не ставишь!

ЛЕХА. Ладно-ладно, встаю!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА.Все-равно отцу расскажу как ты с матерью разговариваешь.

Леха встает, медленно идет на кухню.

ЛЕХА.(открывает холодилник, смотрит внутрь) У нас че-нить пожрать в доме есть? А, мам? (закрывает холодильник, идет умываться) А ты чего, кстати, сама не на работе? А? че, больше не хочешь с сыном разговаривать?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. С отцом будешь вечером объясняться! Все ему расскажу!

Леха подходит к матери.

ЛЕХА. Мама, прости меня пожалуйста, я больше так не буду…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Испугался? Вот отца-то ты боишься, а мать ни в грош не ставишь, бессовестный!

ЛЕХА. Мам, ну ладно тебе, че ты это самое! Прям как я не знаю, ну! (пауза) Фиг с тобой, хочешь — рассказывай! (идет умываться)

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Никогда не думала что ты таким вырастешь! Что с матерью будешь так разговаривать!

ЛЕХА. (в ванной) Мам, ну ладно, прекрати! Как я разговариваю? Ты не видела как другие разговаривют.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. А что мне другие? У них свои родители есть. Они пусть и думают.

ЛЕХА. Мне вас чего, может еще на вы называть? Как при царе? “Папенька” и “маменька”?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Вот я про это и говорю. Живешь, здоровье свое кладешь на него, а он. До шестнадцати лет дожили, научились только родителям грубить. Во сколько домой придешь сегодня?

ЛЕХА. Не знаю…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Как это “не знаю”?

ЛЕХА. Ну вот так вот не знаю я, как не знают, блин! Вот так и я не знаю!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. И где ты будешь?

ЛЕХА. С пацанами гулять пойду…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Опять гулять! Может хватит уже гулять-то, а? Не нагулялся еще? Учиться думаешь или нет?

ЛЕХА. Думаю, думаю…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Все хиханьки, да хаханьки! Боже мой, как я устала! Вот помрет мать, что делать будешь?

ЛЕХА. Ой, мам, прекрати!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Привык ведь, что мать все за него делает! Все как должное! Никакой благодарности! Тебе ведь в этом году в институт поступать, помнишь или нет?

ЛЕХА. Да помню я, помню…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. И чего?

ЛЕХА. Чего “чего”?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Заниматься надо. Не возьмут тебя ведь никуда.

ЛЕХА. Мам, ладно! Разберусь я сам со своими проблемами… Не дурней других. Поступлю куда-нибудь… Все поступают и я поступлю.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Ну как же ты поступишь, если не занимаешься совсем? На тройки уже съехал.

ЛЕХА. Ничего я не съехал.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Что я не знаю думаешь? Все знаю. В армию ведь заберут!

ЛЕХА. Ну заберут — отслужу! Армия — школа жизни, че…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Ты хоть сам понимаешь, что говоришь? Ты хоть знаешь, что такое армия? Тебе ведь там мозги последние вышибут! Инвалидом ведь вернешься! Знаешь Олега? Тети Раи сына? Из соседнего подъезда?

ЛЕХА. Ну, знаю…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Вот ему там челюсть сломали! Сапогом! Дембиля эти вот! За то, что портнки им не захотел стирать! И сплошь и рядом это! А самоубийств там знаешь сколько? Каждый год все больше! Вот тебе и армия! Школа жизни! В армию он захотел! Чтоб мы с отцом тебе всю жизнь на лекарства работали! В институт надо. Чтоб работу потом хорошую найти…

ЛЕХА. Ладно, мам, все. Хорош стонать. (продолжает умываться) Изо дня вдень одна песня! Надоело уже!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Что?

ЛЕХА. Пластинку смени, говорю! Задрала!

ПАУЗА.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА.(шепетом у парадной двери) Кого я воспитала?! Боже мой! Кого? (начинает открывать парадную дверь)

ЛЕХА. Мам! Оставь денег чуток!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Зачем?

ЛЕХА. Пожрать че-нить в столовке возьму!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Сколько тебе?

ЛЕХА. Рублей пийсят!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Плохо не станет?

ЛЕХА. Не станет! Ну оставь, жалко тебе чтоли?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Алеша, я ведь их не печатаю…

ЛЕХА. А я чтоли печатаю?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Вот, двадцать хватит (достает из кошелька два червонца).

ЛЕХА. Не хватит…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Хватит.

ЛЕХА. А я телик вынесу…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Я тебе вынесу! Так вынесу по шее! Не тобой заработано — не тебе выносить! Развыносился!

ЛЕХА. Ну че мне, мам, украсть чтоли где? А? Украду ведь!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА.(тяжело вздохнув) Бессовестный.

Оставляет в прихожей еще тридцать рублей и выходит из квартиры, закрывает за собой дверь. В подъезд заходит Максим.

МАКС. Здрасьте, Екатерина Сергевна.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Здравствуй Максим.

МАКС. Леха дома?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Дома. Максим, постой!

МАКС. А?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Какие у вас уроки сегодня?

МАКС. Аааа… У нас седня эта… как его… ОБЖ, короче первым. Потом две физры, алгебра и ин. яз…

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Понятно… (уходит)

Максим звонит в дверь. Леха открывает.

МАКС. Здарова, Лех. Ну ты идешь?

ЛЕХА. Куда?

МАКС. Блин, ну вчера же договаривались!

ЛЕХА.А! Заходи.

МАКС. Ты только встал чтоли?

ЛЕХА. Угу…

МАКС. Ну ты и дрыхнуть! Че как долго то? Одевайся давай мухой, пошли быстрей!

ЛЕХА. Щас. Время еще безпятнадцати только. Разувайся. Пошли на кухню, я жрать хочу как собака.

На кухне засвистел чайник. Макс разулся, повесил куртку на крючок и пошел за Лехой на кухню.

ЛЕХА. (наливая чай) Будешь?

МАКС. Не… Не хочу. Тока что из дома.

ЛЕХА.Как хочешь… (делает бутерброды) Когда пойдем, надо будет в ларьке Сникерс купить. Кто седня еще придет-то?

МАКС. (зевая) Не знаю. Котяра точно будет, мы созванивались только что. К Подливе я зашел, но он не может че то. Маминская у него, короче…Ваще корки! Я прихожу короче, она такая “Кто там?” типа, я, ну, такой-то такой-то, она короче как пойдеть орать! Ваще дура очкастая, мля, ну ты ее видел…

ЛЕХА. угу

МАКС. Ну вот. Вуман ин лав такая да? Она там “Уходи! чтоб я тебя больше никогда не видела, ты такой-такой-растакой, сыночка моего испортил, он из-за тебя мать родную не уважает, хуе-мое!”, ваще финиш.

ЛЕХА.А че ты сделал-то?

МАКС. Блин, хрен его знает, Лех. Да она же ебнутая на всю башку ты ж ее знаешь! Ваще, орала-орала. Дверь даже не открыла, приколись? Я ей короче, “Че вы, говорю, на меня орете!” она мне че то опять там начала стегать. Я ей “Да пошла ты на хуй, дура, бля, иди очки свои водой унитазной помой!”

ЛЕХА. Че, прям так и сказал?

МАКС. Ну почти. Там, короче соседи повыскакивали, бабки всякие, тоже там на меня орать давай. Я всех послал, короче, и ушел. Суки! Ну ничего, я этой кобре очкастой Варфоломеевскую ночь-то устрою. Знаешь че сделаю?

ЛЕХА. Чего?

МАКС. У них же у всех почти в доме двери допотопные. Старые такие, с кожаной обивкой, знаешь? Так вот. Можно яйцо куриное взять, размешать его, короче, загнать в шприц, а потом обивку дверную этим шприцем проколоть и яйцо туда… Через пару дней яйцо протухнет — вонища будет на весь подъезд! И хрен выветриться когда! (смеется) Круто, да? Во я им устрою! Газы блин! (смеется) Надо только яиц купить побольше. Скажи круто, Лех? Клевый я прикол придумал?

ЛЕХА. Этот прикол старый как говно мамонта. Я вообще-то ем Макс, а ты про яйца мне тухлые…

МАКС. А ну да… Извини… (пауза) Хха! Меня еще этот опёздол Подлива такой, короче, на улице догоняет, извиняется там, все дела. Не могу говорит…Видишь, дескать какая канитель… Да хрен с ним. Че с него толку-то? Мамка ему все-равно бы денег не дала. Бля, бесят меня такие маменькины сынки. Котяра щас к Капе пойдет. Потом к Борщу. Знаешь их?

ЛЕХА. Не-а.

МАКС. Увидишь. Нормальные пацаны. В футбол вместе играем, бухаем иногда. Они на Чкалова, короче, живут.

ЛЕХА. Ммм…

Леха доедает, быстро допивает кофе, встает, положил чашку в раковину и жестом позвал Максима прихожую. Он вскочил со своей табуретки, мигом оказался у своих шмоток, быстро сунул ноги в туфли, которые он носил уже года два, накинул куртку и стал открывать парадную дверь.

МАКС. Я внизу короче буду

ЛЕХА. Ладно…

Обувшись, Леха надевает куртку, проверяет в карманах деньги, идет на кухню, смотрит не оставил ли невыключенным газ, снова пошел в прихожую, потушил свет и вышел из квартиры. Закрыл дверь на оба замка, пару раз подергал за ручку, положил ключи во внутренний карман куртки и спустился вниз. Выйдя на улицу закрывает глаза и делает несколько глубоких вдохов.

МАКС. Лех, че, уснул шоль?

ЛЕХА. Не-не… Пошли.

МАКС. Че случилось…

ЛЕХА. Ничего-ничего… Предчувствие какое-то… Или это осень просто…

МАКС. Осень, осень…

ЛЕХА. Где встречаемся то? Как обычно, на аллее?

МАКС кивает.

ЛЕХА. Как всегда, под фонарем?

МАКС. Угу… (достал пачку сигарет, открыл и протянул Лехе).

ЛЕХА. Не буду. Неделю уже не курю…

МАКС. (закуривает) Понятно… Ну че? Двинули?

Уходят

КАРТИНА ВТОРАЯ

Аллеей ребята называют то самое место, где картиной ранее сидели Котяра и Борщ. Котяра, кстати уже здесь. Он практически всегда здесь, если не с друзьями. Так же как и тогда сидит на спинке скамеки, так же щелкает семечки и сплевывает шелуху прямо перед собой. Одет уже не так как тогда, все-таки уже наступила осень. Он в кожаной куртке, синих спортивных штанах с белыми полосками и кепкой на голове, сдвинутой на затылок. Напротив него, спиной к нам, стоит какая-то девушка. Скорее девочка, маленькая еще лет четырнадцати. Она не смотрит на него, а он что-то негромко, но резко ей выговаривает, гляда на нее так, будто она должна ему денег. Появляются Леха и Макс.

ЛЕХА Кто это?

МАКС. А я хрен его знаю. Щас подойдем спросим.

ДЕВЧОНКА. Юр, я не могу сегодня. Бабушка дома и вообще…

КОТ. Ну ты че, Тань, хорош. Слышал я уже про бабку твою. Те скоко лет? Шестнадцать?

ДЕВЧОНКА. Четырнадцать…

КОТ. Ну все равно. Взрослая уже…

ДЕВЧОНКА. Юр..

КОТ. Хорош, пацаны щас придут.

ДЕВЧОНКА. Ну Юр… В другой раз давай. Не могу я, Юр.

МАКС.(подходя) Здорово, Котяр!

КОТ. Здорово, Макс. Как дела?

МАКС. Пока не родила.

КОТ. Лех, привет…

ЛЕХА Привет…

КОТ. У тебя как делищи?

ЛЕХА. Потихоньку…

КОТ. Давно тебя не видел. Где пропадал-то?

ЛЕХА. Да так. Груши околачивал.

КОТ. Все понятно с тобой.

МАКС. А это кто?.

КОТ. Танька,…Наша с Борщом знакомая. (подмигнул Максиму)

МАКС. (ухмыльнувшись) А-а-а…

КОТ. Тань, знакомься. Пацаны мои. Леха и Макс.

МАКС. Здарова, Тань!

ЛЕХА. (не сразу, будто волнуясь) Привет

ТАНЯ. Ну, Юр, ну пожалуйста… Ну не могу я сегодня, правда…

КОТ. Пацаны, Танька с нами пойдет седня, не возражаете?

МАКС.(закуривая) Не-а

ЛЕХА. Да пускай. Жалко чтоли?

КОТ. Ну все, Тань, можно. Пацаны одобряют.

ТАНЯ. Юр, ну правда…Не могу, честное слово… Бабушка…

Котяра изменился в лице, встал с лавки и подойдя к Тане вплотную заорал

КОТ. Блядь, да заебала ты меня уже бабкой своей! Че она те сделает? Она ж у тя немощная, сама говорила!

ТАНЯ. Она ходит…

КОТ. Да мне по хуй! Ходит она у тебя, лежит, мля… С нами пойдешь! Пацаны тя просят.

ТАНЯ. Бабушка… Волноваться… будет… Нельзя ее оставлять надолго…

КОТ. Ой, бля-я-а-а, пиздец нах! Ты че тупая? Не понятно те че?

ЛЕХА. Котяр, хорош?!

КОТ. Че хорош, Лех? Че она ломается как целка? Полчаса уже мозги мне ебет. Я ей про Фому, она мне Ерему… Вобщем пацаны, Капа в деревню умотал, а Борщ седня не может. К Наташке пошел…Математику учить. Так что их не будет. Танька вместо них.

ТАНЯ. Юр, не могу.

КОТ. Так!..

ЛЕХА. Котяр, да не хочет она. Че ты ее силком потащишь?

КОТ. Сама пойдет, да Тань?

ТАНЯ. Юр…

КОТ. Пошли.

ЛЕХА. Юран, да забей! Зачем она нам?

КОТ. Тебе не нужна? Тогда я тебя вычеркиваю! А нам с Максом нужна! Да, Макс?

МАКС. Угу…

ЛЕХА. Да ладно вам, пацаны! Харэ прикалываться!

КОТ. А кто тебе сказал, что мы прикалываемся?

ЛЕХА. Да вам дадут больше чем ей лет!

КОТ. А Танька никому не скажет! Да, Тань?

ЛЕХА. А где?

КОТ. Домой щас ко мне пойдем! Бухла возьмем в ларьке! У меня ж седня праздник! Я права получил! (достает из кармана водительское удостоверение) О! Видал? Обмоем Родоки смотались на турбазу, у меня до следующей пятницы хата свободна! Ну, что? Рванули?

Возникла пауза. Леха нервно озирается по сторонам. С правой стороны появляется средних лет женщина с сумками в руках. Видимо из магазина. Заметив ее, Леха почти во весь голос закричал.

ЛЕХА. А давайте ее прям здесь трахнем! Не хуй ее к себе переть. Отъебем по-быстрому и в ларек пойдем. Потом бухать. Че ты, Котяр, пить будешь и на нее любоваться? Да ты скорей от стояка загнешься!

Котяра и Макс вдруг начали жестами показывать Лехе, чтобы он заткнулся. А он, видя это, закричал еще сильнее

ЛЕХА. В кусты ее короче потащили! Не хуя с ней чикаться! Давайте быром, а то у меня уже безпяти одиннадцать показывает! (хватает Таню за рукав. Тут же ему в голову прилетела дамская сумочка.)

ЖЕНЩИНА. Куда, паразит! Скоты! Малолетки паганые! Щас покажу те безпяти одиннадцать! С корнем вырву! Шакаленок!

КОТ. Ты че, мать?

ЖЕНЩИНА. Какая я те мать уебок, выродок, урод моральный, какая я те мать! Милицию щас вызову, шакалята. Вот вам задницы то там распечатают!.. Пошли отсюда! Пристают еще!

МАКС. Ладно котяр, пошли…

КОТ. Не! Ни фига не пошли! Ты че орешь, мымра пучеглазая? А? Че зенки на меня спрашиваю вылупила?

ЖЕНЩИНА. Я щас… Я щас… Я…

КОТ. Я! Я! Цепочка от буя! Ты че залупаешься, пизда разъебанная? А? Больше всех надо те? А? Пиздуй отсюда пока рот те не порвал!

На женщину страшно смотреть. Котяра не просто орет, он рычит как лев. Его лицо исказилось до неузнаваемости. Вот он, мистер Хайд собственной персоной.

КОТ. Уебывай отсюда сука по-хорошему… Кишки выпущу…

ЖЕНЩИНА. Милицию… милиция… Люди! Люди, помогите…

КОТ. Кончай орать жопа с глазами! Уебу щас понятно? Съебись в туман, чтоб я тя не видел! Ушатаю, сука!

Котяра резко заносит руку над головой. Он не собирался ее бить — это было типичное издевательство “пацанов над лохами”. Замахнуться и смотреть как твой убитый предварительно морально “оппонент” сжимается в клубок и корчиться в ожидании удара, щурит глаза и закрывает лицо руками.

МАКС. Котяр, хорош!

МУЖСКИЕ ГОЛОСА. Эй, молодцы! Че за дела?

МАКС. Доигрались бляха муха! Все пацаны, уматываем! Котяра! Лех!

КОТ. Я тебе это припомню, падаль! Я тебе это припомню! Скажи им что все нормально! А ну быстро! Не скажешь — молись! Кричи им все нормально!

ЖЕНЩИНА. (после недолгой паузы) Помогите! Убивают! Помогите!

КОТ. Ах ты сука, а! Ты попала, тварь!

МАКС. Бежим!

МУЖСКОЙ ГОЛОС. А ну-ка стоять!

ДРУГОЙ. За ним!

ТРЕТИЙ. Стоять, щеглы!

МАКС. Леха, че встал? Уматываем!

У Лехи из носа пошла кровь. Он смотрит то на руку, то на ребят, затем падает на холодную землю

КАРТИНА ТРЕТЬЯ

Квартира Славы Борщова. Деревянная народная стройка. Второй этаж. В комнате кроме раскладушки, на которой лежит Леха, телевизора на тумбочке и стула больше ничего нет. Свет в комнате выключен. Включен на кухне, где сидят Котяра и Макс. Кухня заставлена рядами пустых бутылок из под пива, всю площадь потолка покрывают желтые разводы. Штукатурка на стенах местами обвалена, под батареей огромная лужа. У окна стоит стол. На столе нет пустого места: грязная посуда, которая не поместилась в раковину, какие-то кастрюли, стаканы, две початые бутылки водки, еще две пустые стоят под столом.

КОТ. Слышь, Макс, хорош соплями двигать, а! Забадал!

МАКС. Кот, ну я че виноват, чтоли? Само блин…

КОТ. Само блин… Иди высморкайся, ядрена корень!

МАКС. Да там Борщ уже второй час над унитазом летает.

КОТ. Ну пускай выйдет на сек. С тобой невозможно блин за столом сидеть. Шмык-шмык, шмык-шмык…

МАКС. А представляешь, короче… Прикол… Египтяне древние, короче, верили, короче, что когда насморк, это у тебя, короче, мозги вытекают. Прикинь?

КОТ. Во долбоебы…

МАКС. Ага… А еще чудеса света возводили, строители херовы.

КОТ. Какие чудеса?

МАКС. Ну пирамиды эти Хеёбские!

КОТ. А, это там где еще этот лев с человеческой рожей загорает? А в чем прикол? Щас таких чудес тебе возведут херову тучу…

МАКС. Так в том то и фишка вся, что они построены болт знает когда… И никто не знает как.

КОТ. Да ладно, че там не знать? Я на картинках видел. На горбах своих жиды древние эти херозы здоровенные перли! Во геморрой наверное!

МАКС. Ни фига! Там посчитал кто-то… Если так короче строить, то они эти пирамиды должны были всем Египтом короче, ни спать, ни срать… А только эти пирамиды короче… И до сих пор бы не построили…

КОТ. Умный ты, Макс, куда пинать… Где набрался-то всего?

МАКС. Вокруг Света передачу смотрел

КОТ. Ооо… Там тебе налечат чего хош!

МАКС. Там еще про великую китайскую стену рассказывали. Знаешь че такое? Короче…

КОТ. Ой, Макс, иди своим одноклассницам эту пургу гони. Они тебе после таких разговоров на второй минуте отдадуться. А мне по херу че там за стена. Хоть китайская, хоть шанхайская. Меня это не возбуждает.

МАКС. Кот, да ты че? Знаешь как интересно? Посмотри. По воскресеньям, короче, пол десятого…

КОТ. Делать мне больше не хуй. Я по воскресеньям, полдесятого сплю. А ты Макс, вместо того, чтоб эту всю приблуду про пирамиды слушать, лучше б работать куда пошел. В люди бы как я выбивался. А стены эти задунайские тебе в жизни на хер не будут нужны. Они тебя не прокормят. (пауза) Ну как там наш больной-то?

МАКС. Хер его знает.

КОТ.Может пойти в него пивчанского влить?

МАКС. Не надо.

КОТ. А че? Хоть поржем!

МАКС. Не надо.

КОТ. Ладно. Пойду проведаю еще раз пациента…

Идет в комнату. Включает свет. Там Леха, очнувшись, трет лицо руками.

КОТ. Слышь, Макс, очухался больной! Пива будешь? Нет? А че так? Ну не хочешб как хочешь… Дурак ты, Лех. Бля буду дурак.

ЛЕХА. Че такое?

КОТ. Ой, Алексей, Алешенька, сынок! Если б ты язык свой поганый за зубами держал, вчера бы с нами сидел, водяру глушил, а не валялся бы здесь как мешок с говном.

ЛЕХА. А че вчера?

КОТ. Не помнишь, чтоль ниче?

ЛЕХА Не-а…

КОТ.А че помнишь?

ЛЕХА. Девку помню… Лавку… Фонарь…

КОТ Улица. Фонарь. аптека, да?

ЛЕХА. Ага.

КОТ. Трахали бы вчера себе эту девку спокойно. Ты мне, сука, всю посевную загубил. У тя че, яйца шоль при виде нее свело? Дык передергивать надо.

ЛЕХА. А че я сделал?

КОТ. Пиздить начал много. И громко. Баба какая-то подрулила. Войдос подняла. Народ сбежался. Отрубился ты потом. Ты припадочный шоль?

ЛЕХА. Нет…

КОТ. Хорошо хоть пацаны свои во время подскочили. Куликого побоище было. Там мужиков здоровых было человек семь. Но мы их загасили, короче. Борщу, вобщем, спасибо скажешь. А то похоронили бы нас. Прям там.

(звук сливного бачка из туалета. В комнате появляется Борщ)

БОРЩ. Водяра паленая по-ходу, пацаны. Меня че то с ночи тошняк ебет…(заметив очнувшегося Леху) О! С добрым утром. Леха, да? (Леха кивает) Ну здарова, Алексей. Напугал ты нас вчера, Алеша. Думали уж все, пиздец тебе. А ты просто сознание потерял

ЛЕХА. А я где?

БОРЩ. Дома у меня. Мы тя тащили вчера не помнишь?

ЛЕХА. Не-а.

КОТ. Вообще говорит ничего не помнит, приколись?

БОРЩ. Да? Ну вот. Орал че-то в горячке. Че-то там, “Не надо пацаны! Не надо!” Тя в жопу шоль во сне трахали?

ЛЕХА. Не помню.

БОРЩ. Ладно, иди умойся. А то страшный как три атомные войны. На кухню потом подгребай. Мы похмеляемся уж.

ЛЕХА. А сколько время?

БОРЩ. Часов шесть…

ЛЕХА. Черт, меня дома…

БОРЩ. Не ссы в компот, там повар ноги моет! Макс к те вчера ходил.

ЛЕХА. Макс, и че?

МАКС. Ниче. Сказал, ты пьяный у меня спишь.

ЛЕХА. А че они?

МАКС. Ниче.

ЛЕХА. Орали?

МАКС На меня то че орать? Ладно, говорят. Пизды по-ходу седня отгребешь. Ладно, мы на кухню. Пошли пацаны.

Леха идет в ванную. Умывается. Долго смотрит на свое отражение в зеркале. Еще раз трет себе лицо. Опять смотрит в зеркало. Снова моет лицо, будто очет содрать его. Выходит из ванной, идет на кухню. Там только Борщ и Макс.

БОРЩ. Ну так вот… Она такая говорит: так мол и так, справка ваша недействительна, в общем можете смело идити нахуй..

МАКС. Во дела!

БОРЩ. Во так… Это ведь тебе едрёна мать не березки целовать… А ты говоришь!

ЛЕХА. (входя) А где Котяра?

БОРЩ. Домой сказал пошел. Привет те пламенный передает. Обиделся он на тебя, Алеша. С бабой ты его вчера обломал я слышал. Весь вечер вспоминал тебя словами. Нехорошими. Садись, че как не родной.

ЛЕХА. Че вчера было то?

МАКС. Че-че… Котяра же те все рассказал… Ты отрубился. Прибежали мужики, начали нас хуевертить. А мимо Борщец с пацанами проходил. Они увидели, что нас пиздят и помогли. Потом тя вот сюда притащили. Хотели скорую вызвать, но не стали. Сам понимаешь, пояснять им там надо было бы, кто, как, хуе-мое. Потом к те смотался, все твоим обьяснил. Вот и все.

ЛЕХА. А девчонка где?

МАКС. Танька-то?

ЛЕХА. Ага…

МАКС. Не ебу. Драка началась, сьебалась наваерное куда-то.

БОРЩ. Че за Танька?

МАКС. Ты откуда, Борщец? Всю ночь на эту тему трём.

БОРЩ. Вы просто говорили девчонка-девчонка, я ебу шоль, кто.

МАКС. Ну так Танька это была.

БОРЩ. Какая Танька?

МАКС. Ну эта… Ну та…которая…

БОРЩ. А! это та девочка-припевочка шоль?

МАКС Ну да..

БОРЩ. Ну… понял.

ЛЕХА. Вы про че?

МАКС. Про Таньку. Прикол один. Ваще уссаться. Расскажи, Борщ.

БОРЩ. Да ну нах. Заебался уже всем рассказывать

МАКС. Расскажи давай, Борщанский!

БОРЩ. Да всем уж рассказывал по сто раз

МАКС. Леха не слышал, вон. Да, Лех?

ЛЕХА.О чем?

МАКС. (доставая сигареты) Можно у тя, Борщ?

БОРЩ. Валяй. (макс закуривает)

МАКС. (Лехе) Курить будешь?

ЛЕХА. Угу…

МАКС. Бери. Ну давай, Борщанский, не томи!

БОРЩ. Да затрахал, Макс. Сказал не буду.

МАКС. Ну Леха вон не слышал. А мне Котяра рассказывал. Напиздил наверное с три короба. А ты ваще, Борщец, мастер байки травить. Знаешь как пиздато у него получается? Ну, Борщ, ну расскажи, а.

(Борщ встал. Достал из холодильника еще бутылку водки и закурил.)

БОРЩ. Короче тут история простая. Мясяца два назад это было… Да. В августе где-то. Числа десятого. Встречаемся мы короче с Котярой на аллее. Сидим такие, хуево обоим. Я в этот день еще с Наташкой разлаяся в драмадан. Как раз от нее шел. А Котяра с похмелуги был. Ну сидим мы с ним такие несчастные, решили на винище сообразить. Сгоняли такие, сидим бухаем. Тут короче Таня эта из магазина такая выруливает. А Котяра то ли с ней в одном дворе живет или в одном классе учиться с ней, не ебу короче.

МАКС. В одном дворе

БОРЩ. Хуй с ним. Дело ни в этом. (пауза) Не погоди… А! Котяра еще говорил у него маманя с ее мамкой в одном месте работала.

МАКС. В жопе шоль? (заржал)

БОРЩ. На хуй иди! Сам рассказывать просил. Сиди и слушай.

МАКС. Не удержался Борщ

БОРЩ. Я тоже не удержусь щас. В табло то прилетит…Или нет. С бабкой. А! Наоборот! У Котяры бабка, а у нее мамка.

МАКС. да, да — так, дальше давай.

БОРЩ. (передразнивает) да-да. Пизда! Сам будешь щас рассказывать. У нее вообще мамки нет. С бабкой она живет. А та ваще с башкой не дружит. Загнется вот-вот. Ей лет девяносто-там или около того. Хха! Развалюха старая мляха муха. Мумия короче уже ходячая блин. Верней лежачая. Она короче даже в сортир не ходит. Если сядят — пиздец — сама не встанет уже. Прикинь, Макс, сел ты короче на горшок, а встать не можешь! Застрял! Как Вини-Пух. Так и будешь сидеть, пока прямая кишка не выпадет.

(Борщ заржал, Максим тоже засмеялся)

У нее вобщем тетка какая-то или дядька, в Твери чтоли живут… Бабки ей присылает. Помогает там типа. Во везуха, приколись! Мне б хоть кто-нить прислал хоть сто рублей. Нашлась бы тетка у меня какая-нить. А лучше дядька. В Эмиратах. Или Шарлен-Шейхе.

МАКС. Где?

БОРЩ. В пизде! Нефти где до хуя, понял? Там все короче богатые. Денег там — жопой жуй! Нефтедоллары! Все вола с утра до ночи ебут, а им бабки типа капают. Не хреновые, между прочим… Ну вот. Выруливает эта Таня вобщем из магазина, а тут мы с Котом сидим. Он ей такой “иди, говорит, сюда”. Котяра мастер конечно баб разводить. Так, мол, и так, хуе-мое, пятое-десятое, слово за слово, поет ей в уши всякую дребень ляля-траляля, а она заливается! как бабульки на первомайской демонстрации. Ну вот. Кот ей “Пошли, говорит, на Оку смотреть”

МАКС. На машину шоль?

БОРЩ. Даун ты, Макс, ваще! На речку смотреть, пизда! Я-то сразу смекнул че к чему. А она то нет. Ну бабы они все такие. Ты им речку покажи, они и рады до жопы. Делай че хошь с ними потом.(заржали)

ЛЕХА. И че пошла?

БОРЩ. А куда она делась? В припрыжку. Оку-то не видала никогда. Пришли мы короче знаешь куда?… Сам не знаю короче. У котяры надо спросить.

МАКС. А он тоже не помнит.

БОРЩ. Мммм… Ну неважно. До свалки до какой-то дошли. Там еще долгострой рядом. Котяра говорит “Пойдем туда. Там сверху все видно хорошо”. Пошли. Но и до туда тоже не дошли короче. Там были плиты бетонные. Мы с Котом такие на них сели. И она тоже. Радостная такая, ваще пиздец! “Пойдемте, говорит, немного еще”. Вот. Котяра такой встает, к ней подходит. Вот представь, ты сидишь. Он подходит. Спрашивает у нее короче “Красиво?” (Максим, зная продолжение, залился смехом. Ему даже вдохнуть трудно) Погоди ты, Макс, ржать, Лехе рассказываю. “Красиво?”,такой, спрашивает. Она такая: ”Где? На речке?”. А он такой… (Макса опять прорвало. Он смеется как полоумный) Макс ну ептвоюмать, дай рассказать то

МАКС. Не могу, не могу, мля, подохну щас. (Макс, сползает на пол, давиться от смеха, держиться за живот)

БОРЩ. Вот. Она такая, значит, ”Где? На речке?”. А Кот такой болт из штанов достает, в рожу ей тычет и такой “Нет, говорит, здесь!”. Представляешь! Ты б ее рожу видел! Вот такая рожа (показывает). (отпивает пива) Котяра короче дал мне первым ее распечатывть. А я подъеб не понял сначала, пошел. А она целка оказалась, короче. Представляешь. Ваще пиздец! Все джинсы испоганил. Меня мать потом этими же джинсами по морде отхлестала. А мне по хуй. Котяра жук! Ну ниче, он тоже испачкался. Девочка такая спокойная оказалась! Не ревела, не орала. Скулила только. Мне то как-то по пизде мешалкой, а Кот на нее ваще орал пиздец как. В юбке еще была. Как фартануло нам, да Лех? Так бы со штанами парились бы полчаса, а так юбочку задрал и поехала. Мы ее короче только в нос не пялили! А котяра даже (прыснул смехом) … котяра даже это… (еще раз) Ваще пиздец. Она короче это у меня сосет, а котяра ее в жопу имеет. Потом он короче вынимает, дрочит и ко мне идет! Я охуел такой, а он к ней член направил и в ухо короче, как струхнет, представляешь! Она реветь! Во заподло! Представляешь машка какая-нить те минет делает и ревет. Ну ептвоюмать! Тебе же неприятно! Представь. Ниче так кстати брала. Мне понравилось. А целка, представляешь. Хотя пес его знает. Мне котяра сказал, что ее ваще весь двор в рот кормит. (пауза)

ЛЕХА. А че потом? Пошли на Оку смотреть?

МАКС. Лех, ты ебнутый чтоли? Какая Ока? Ты че, ниче не понял?

ЛЕХА. Все я понял.

(Леха встал со стула и шатаясь побрел на выход)

МАКС. Ты куда, Лех?

ЛЕХА. Домой… Мыться. (в прихожей сдергивает с вешелки свою куртку. Надел ее и с трудом обулся.) Закройте за мной

(не дожидаясь ответа, выходит наружу. Спустившись, сел на лавочку возле подъезда. Долго молчит. Из окна этого дома тихонько игрет “Смуглянка”.

ЛЕХА. (подпевает) Как то утром… на рассвете… за…гля…нул… в сасед…ниииий сад…. Там смуглянка…малдаванка…са. би. рает…винааа…град. якраснею…я…бледнею…за…ха. те…лась…вдруг…скаааазать… (встал и медленно зашагал к дому)

— станем над…рекоооою…зорьки ясные встрееечать. РААААСКУУУУУДРЯВЫЙ, КЛЕН ЗЕЛЕНЫЙ, ЛИСТ РЕЗНОЙ, Я ВЛЮБЛЕННЫЙ И СМУЩЕННЫЙ ПРЕД ТОООБОЙ, КЛЕНЗЕЛЕНЫЙДАКЛЕНКУДРЯВЫЙДАРАСКУДРЯВЫЙРЕЗНОООООЙ!..…

КАРТИНА ЧЕТВЕРТАЯ

Двор. Шесть кирпичных домов, поставленных кругом. В центре раздолбанная детская площадка, трансформаторная будка, перекладины для сушки белья. Неподалеку стоит запорожец без колес и дверей, там играют дети. Представляют, что это Мерседес. Тоненькими голосками матеряться по-английски: “Фак ю”, “Факин щит”, и прочая блокбастерская ерунда, за кем-то гоняться и стреляют из пластмассовых пистолетов.

Мы напротив дома № 14. Четырехэтажный дом из серого кирпича. Два подъезда. Когда-то здесь были установлены железные двери с кодовыми замками, но теперь они сломаны. У первого подъезда на лавочке сидят три старушки. У второго никого.

Появляются двое. Мужчина и женщина. Женщина та самая, которая пыталась отбить у Кота Таню. Кот, кстати, тоже здесь. Мы его не заметили. Его сейчас действительно трудно заметить: он в стоит у трансформаторной будки. Его наверное, было бы совсем не видно в темноте, если бы не красный огонек сигареты, снующий вверх-вниз, вверх-вниз…

ЖЕНЩИНА. Ну вот мы и пришли. Спасибо что проводили.

МУЖЧИНА. Да не на чем. Вы здесь вот живете, да?

ЖЕНЩИНА. Да, в четырнадцатом.

МУЖЧИНА. А мы с вами почти соседи. Я в двадцатом живу, в соседнем дворе.

ЖЕНЩИНА. Ммм…

МУЖЧИНА. А здесь вот у меня раньше мать жила. А здесь и здесь друзья мои школьные обитают. Митька и Колька.

ЖЕНЩИНА. Спасибо вам, Вадим, что провожаете… Я, стыдно сказать, из-за этих отморозков теперь одна за хлебом даже выйти боюсь.

МУЖЧИНА. Да о чем разговор? У вас кстати, телефон мой есть?

ЖЕНЩИНА. Нету…

МУЖЧИНА. Запишите. Есть куда?…

ЖЕНЩИНА. Сейчас найду… (роется в сумочке, достает ручку и клочок бумаги)

МУЖЧИНА. Шийсят пять, шийсят семь, шийсят шесть. Очень легко запомнить. Чуть что, сразу звоните, не стесняйтесь. Это дело такое.

ЖЕНЩИНА. И не говорите! Как таких земля носит?

МУЖЧИНА. Я б таких вообще сразу к стенке ставил. Быдло это.

ЖЕНЩИНА. Я ведь как вспомню, меня в дрожь бросает. Вы бы лицо этого парня видели! Это же кашмар! Перекошенное! Злое! Как у собаки бездомной! Бешеной! Я ему в матери гожусь, а он… Что за поколение? Ни стыда у людей ни совести! Представляете…

МУЖЧИНА. Мда…

ЖЕНЩИНА. Мне вот интересно иногда, какие вот у таких детей родители? Как вот допустили такое? Это же уму непостижимо…

МУЖЧИНА. Мда…

ЖЕНЩИНА. Вот мы-то не так росли! Не было такого! Ведь не было, да?

МУЖЧИНА. Не было.

ЖЕНЩИНА. Вот и я про это… Раньше потому что все заняты были… Работой общественной, физкультурой… От безделья все такое появляется! От дискотек да от попоек… Что вот твориться? На улицу спокойно уже не выйти… Я, верите нет, даже телефон мобильный носить уже боюсь. Отберут. Вот нападут такие вот и отберут. Была б возможность переехала бы из этого района куда подальше, не задумываясь бы переехала… Где ж только денег возьмешь? Деньги то щас только у олигархов да у депутатов… У них — то вот пентхаусы, а у нас вот… хренаусы, извините ради бога, Вадим…

МУЖЧИНА. Ниче-ниче…

ЖЕНЩИНА. Эх… Как среди животных таких жить? Как в джунглях прям. Хоть ложись да помирай…

МУЖЧИНА. Мда…

Неловкая пауза.

МУЖЧИНА. Да, спасли мы девчонку тогда. Че б они с ней сделали представить страшно. Куда она подевалась кстати?

ЖЕНЩИНА. Ой, я и не заметила даже… Так испугалась сама… А что уж о ней? Она ведь молоденькая совсем! Личико такое светлое! Глазки такие добрые! Как ангелочек ведь она!

МУЖЧИНА. Угу…

ЖЕНЩИНА. Не хватает им шалав-то, простите ради бога Вадим…

МУЖЧИНА. Ниче-ниче…

ЖЕНЩИНА. Не хватает. Шлюх-то этих грязных не хочется! Красивых, чистеньких хотят! Уроды! А у меня ведь дочь такого же возраста. Все на дискотеки хочет. А как вот отпустишь? Там на дискотеках-то на этих вот такие вот… Весь вечер покоя не будет, извертишься, изволнуешься не случилось ли чего. Вот такие вот тоже подкараулят. И все. И не поймаешь.

МУЖЧИНА. Ничего, мы их найдем. Обязательно. Свидетели есть. Раскрутим. Их тогда просто больше оказалось. Я их всех запомнил, а вы чуть что, сразу звоните… Поодиночке их выцепим и в ментуру… Заявление черкнем, все как положено… И поедут они у нас в далекие края…

Пауза

ЖЕНЩИНА. Ну вы простите, Вадим, я побегу. С утра дома не была. Надо дочь кормить. Извините.

МУЖЧИНА. Ничего. Увидимся. Звоните если что… Не стесняйтесь… Это дело такое

ЖЕНЩИНА. До свидания, Вадим.

МУЖЧИНА. До свидания.

Уходят. Она в подъезд, он со двора. Из тени трансформаторной будки вырастает Кот. Щелчком бросает бычок в темноту и засовывает руки в карманы. Звук ключа, поворачивающегося в замке.

ДЕВИЧИЙ ГОЛОС. Мама, это ты?

ГОЛОС ЖЕНЩИНЫ. Я, Машенька, я… Как в школе?

ДЕВИЧИЙ ГОЛОС. Пятерка по химии.

ГОЛОС ЖЕНЩИНЫ. Молодец. На фортепьяно ходила?

ДЕВИЧИЙ ГОЛОС. Ходила.

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС. Чем занимаешься?

ДЕВИЧИЙ ГОЛОС. Телевизор смотрю…

ЖЕНСКИЙГОЛОС. Что, уроки сделала уже?

ДЕВИЧИЙ ГОЛОС. Сделала…

Кот достает из карманов несколько внушительного размера булыжников.

КОТ.(шепетом) Я тебя предупреждал, сука… Предупреждал…

ГОЛОС ЖЕНЩИНЫ. Ты уже ужинала?

ДЕВИЧИЙ ГОЛОС. Нет еще. Тебя жду.

КОТ. Предупреждал…

Женщину видно в окне на кухне. Туда же приходит девушка лет пятнадцати. Обеих видно в окно.

КОТ. Предупреждал…

Пятью — шестью резкими движениями Котяра швыряет камни в окна этой квартиры. В кухню, в зал, во вторую комнту… Звон битого стекла, женские крики и только Котяра что есть сил орет:

КОТ. Я тебя предупреждал сука!!! Я тебя предупреждал!!! Предупреждал!!!

Убегает.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

КАРТИНА ПЯТАЯ

Крыльцо магазина, того самого магазина, что недалеко от нашей аллеи. Такие с советских времен называют “стекляшками”. В нем ничего не изменилось с тех пор как его построили. Те же убогие витрины, те же полураздолбанные кассовые аппараты… Такое ощущение, что и продавщицы те же, будто бы место это людей не старит. Казалось бы все такие помещения в эпоху дикого капитализма или сняли под офисы или сделали супермаркетами, но это как было гастрономом, так гострономом и осталось. На казырьке даже до сих пор остались несколько букв от слов: “Рыба”, “Мясо”, “Молоко”.

Сквозь витрину видно, как туда-сюда ходят покупатели, в основном пенсионерки, отмахиваются от мух скучающие продавщицы, и на каждого, кто стоит в очереди кричит пожилая кассирша.

На крыльце, облокотившись на железную перилину, стоит Леха. Одной рукой курит, другой чешет глаз. Вдруг из магащина выходит Таня. Леха, заметив ее, швыряет сигарету, открывает ей дверь…

ЛЕХА. Привет… А я вот тебя жду…

ТАНЯ. Зачем?

ЛЕХА. Поговрить хотел.

ТАНЯ. А еще чего хотел?

ЛЕХА. Ничего. Поговорить только.

ТАНЯ. Мне некогда

ЛЕХА. Недолго.

ТАНЯ. Ни секунды не могу…

ЛЕХА. Да постой… Ты что, меня не узнала?

ТАНЯ. Вот именно… узнала…

ЛЕХА. Ты извини, что так тогда вышло… Я как раз объяснить все хотел.

ТАНЯ. Не надо ничего объяснять.

ЛЕХА. Да все не так, как ты думаешь. Я же специально все это начал, чтобы внимание привлечь, чтобы люди набежали. Чтобы тебя увели…

ТАНЯ. Так я и поверила. Уйди.

ЛЕХА. Постой!

ТАНЯ. Руки убери — закричу!

ЛЕХА. Хорошо, хорошо… Можно я тебя провожу?

ТАНЯ. Нельзя.

ЛЕХА. Да почему? Я ничего тебе плохого ведь не сделал!

ТАНЯ. Это они тебя послали, да?

ЛЕХА. Кто?

ТАНЯ. Сам знаешь кто! Котов с Борщовым тебя послали, да? Где они? За углом? Или у подъезда уже у моего стоят?

ЛЕХА. Да никто меня не посылал! Я сам!

ТАНЯ. Врешь! Вы заодно все! Чего теперь придумали? А? Говори! Чего придумали? Никуда я с тобой не пойду! А Котову передай, что я не такая дура, как он думает!

ЛЕХА. Да причем здесь Котов? Я один… Сам к тебе пришел… Что мне сделать, чтобы ты мне поверила?

ТАНЯ. По глазам твоим вижу что врешь! По зенкам наглым твоим!

ЛЕХА. Прекрати! Да что с тобой? Чего я тебе сделал? Чего? Нет там нигде никого!

ТАНЯ. Ну допустим, что нет… Чего надо? Только быстро, у меня дела…

ЛЕХА. Я это… Это… Хотел тебя в кино позвать. Вот, билеты купил. Про любовь фильм. С Эштоном Катчером. Он тебе нравиться?

ТАНЯ. Не нравиться.

ЛЕХА. Странно… Я думал он всем девчонкам нравиться… Через сорок минут сеанс. Позже было нельзя. Этот фильм сегодня последний день, а на вечерний сеанс у меня… у меня это… Денег вобщем просто нет… Пойдем… Через сорок минут сеанс… В “России”. Если прям сейчас поедем — успеем.

ТАНЯ. А кто там еще кроме Катчера снимается?

ЛЕХА. А я не знаю… Я ведь в актерах-то американских не очень…Ну пойдем! Пойдем, сама увидишь!

ТАНЯ. Ага! Так я с тобой и пошла! Так я тебе и поверила! Размечтался! Кино! Знаю я ваше кино! Плохо ты играешь! Рожа у тебя похотливая больно! Как у друзей твоих! Ненавижу вас всех! Как только ненавидеть могу ненавижу! Что вы ко мне-то прицепились? Других чтоли нет? Отстаньте все от меня! Я устала от вас! Устала! Что вам всем от меня надо!

ЛЕХА. Перестань! Перестань! За что ты мне такие слова? За что?

ТАНЯ. Убери руки! (кричит) Помогите!

Справа к Тане и Лехе вальяжной походкой подходят Котяра, Макс и Борщ.

КОТ. Опа, опа, опаньки! Надерём всем попаньки! Здарова, Лех! Таньку кадришь? Малацца! А че нас не предупредил? Вместе бы покадрили! Вот видишь у одного у тебя как херово получается…

ЛЕХА. Нормально…

КОТ. Здарова, Лех!

ЛЕХА. Здарова…

КОТ. А Макс вот тебе звонил, ты сказал ему что ты болеешь… Температура там, все дела, как положено… А ты я вижу в полном здравии… Я здоров к чему скрывать? Я пятаки могу ломать! Я намедни головой быка убил! Да, Лех?

ЛЕХА. Угу…

КОТ. Как же так? Нехорошо пиздаболить… Мы тебе верим, а ты нас наебываешь. Некрасиво. А! Или ты решил просто в магазин за таблетками сбегать? Ну так иди. Не задерживаем. Че стоишь? Болезнь прогрессирует. Щас опять ведь о землю долбанешься. Иди, иди…

ЛЕХА. Не за таблетками я…

КОТ. А че тогда? (показывает на Таню) За этой вот таблеткой ты? Нет, Лех… Мы этой таблеткой лечимся. Хочешь с нами? Так ты так и скажи… Мы пацаны не жадные, поделимся.

ЛЕХА. Больше нет…

КОТ. Чего-чего?

ЛЕХА. Она с вами никуда не пойдет!

КОТ. Кто сказал?

ЛЕХА. Я сказал!

КОТ. Это еще почему? Не понял? Ааааа! Это ты шутишь так? Шутишь? (ребятам) Леха пошутил, смеемся пацаны!.. Че не смеемся? (Лехе) Говенная шутка, Лех… Не смешная…

ЛЕХА. Она никуда с вами не пойдет!

Пауза…

КОТ. Уффф… Знаешь, Лех, как по-научному “долбоеб”? Нет? (по слогам) Ортодокс. Это вот ты. Ортодокс ты, Лех. Не обижайся, но ортодокс ты самый настуральный.

ЛЕХА. А ты кто?

КОТ. Чего?

ЛЕХА. А ты говорю, кто?

КОТ. Ты погеройствовать чтоли решил? Перед Танькой повыкаблучиваться? Она не оценит, не старайся. У нее таких ковбоев — наездников как ты знешь сколько? Вагон и маленькая тележка. (Тане) Да, кудрявая моя?

Таня молчит

КОТ. От видишь? Эх, кудри вьються, кудри вьються, кудри вьються у блядей… Почему они не вьються у порядочных людей, а Тань? У меня вот че-то не вьються…

ЛЕХА. Заткнись…

КОТ. А?

ЛЕХА. Еще хоть раз про нее чего-нибудь такое скажешь

КОТ. И че будет?

ЛЕХА. Убью

КОТ. Ой, боюсь — боюсь! Ой, боюсь — боюсь! И как же ты меня будешь убивать? Я чтоб готовился уже. А?

ЛЕХА. Идите куда шли.

Пауза.

КОТ. (кладет Лехе руку на плечо) Лех, ну мы же с тобой друзья… Че мы из-за бабы из-за какой-то будем отношения портить?

ЛЕХА. Таня не баба…

КОТ. Ну кто же она? Она хуже даже. Хочешь я тебе про нее все расскажу?

ЛЕХА. Нет.

КОТ. Тебе после этого на нее смотреть не захочеться.

ЛЕХА, Я все знаю.

КОТ. Леха, поверь мне родной, ты не все знаешь! То, что тебе Борщ рассказал — так это детский сад, младшая группа. Я про нее такое знаю! Эх, кудри вьються, кудри вьються!

ЛЕХА. Замолчи

КОТ. Ну как же? У тебя я вижу немерения серьезные. Может, не дай бог, поженитесь еще. Думаю, ты про нее все знать должен.

ЛЕХА. Ничего я знать не должен и не хочу! Врешь ты все! Ничего ты про нее не можешь сказать, кроме выдумок своих поганых! Отстаньте от нее все! Упыри! Вы сами себе-то не противны? Неужели вам за все что вы натворили ни капли не стыдно? Неужели не стыдно? Неужели вас это по ночам не мучает, а? Неужели не мучает? Неужели вы спите спокойно? Я бы после всего такого в петлю бы наверное залез, а вы! Живете как крысы и тараканы! Вас давят, а вас все-равно полным-полно! Волки вы!

КОТ. Волки мы? А пусть мы волки… Да, волки мы. Мы санитары общества! Чтобы таких сопляков как ты не было, чтобы все были сильными людьми, а не тряпками как ты! Нас бы не было все были бы или лохами или пидорасами… Тебе бы, Лех, не книжки читать, а с людьми умными пообщаться. Вот, Макс, в одном классе с тобой, а понятия у него в башке больше чем у тебя раз в сто. Сколько тебе лет? А?

МАКС. Шестнадцать ему. Как и мне.

КОТ. Тебе вот уже шестнадцать, а ты так до сих пор ничего в этой жизни не понял.

ЛЕХА. А ты, чтоли много о жизни понял, а? Ты чтоли много знаешь, ты! Санитар хуев! Блевотина ты обшщества понял? говно ты общества, отрыжка его, а не санитар! Малолеток только ты можешь насиловать, да? Все он о жизни знает! Чего ты видел кроме аллеи, водки и дерьма? Что ты видел еще? А? Королем себя считаешь, да? Никто ты понял и звать тебя никак! Понял?

КОТ. Ну, Леха, ты сам просил (бьет Леху в лицо, тот падет) Гаси его пацаны!!! Гаси сучару! (На Леху налетают остальные) Ногами его херачь! Ногами херачь гандона!

ТАНЯ. Что вы делаете? Что вы делаете? Что вы…

ЛЕХА. Беги!

КОТ. Молчать, сука!

ТАНЯ. Что вы делаете?

ЛЕХА. Беги, дура!

(Таня убегает)

КОТ. Макс, за ней!

МАКС. Чего?

КОТ Таньку держи! Не догонишь — угондошу!

КАРТИНА ШЕСТАЯ

Квартира Лехи. Две недели спустя. Он лежит на диване в комнате, молча смотрит на стену. Екатерина Сергеевна на кухне, заваривает чай. Затем идет с чашкой в комнату, садиться на краешек дивана.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. На вот, попей…

ЛЕХА. Не хочу.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Ну попей. С травами. Лечебный.

ЛЕХА. Не буду я сказал.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Алеша, ну выпей. Хотя бы полчашечки.

ЛЕХА. Мам, может хватит меня уже шнягой всякой поить, а? Вторую неделю уже чаи твои вонючие пью! Надоело уже!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Алеша…

ЛЕХА. Хватит со мной сюсюкаться! Мне не три года! Все, мам! Я сказал! Не буду!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Хорошо, не будешь. (ставит чашку на тумбочку рядом с кроватью) Я гляжу ты поправляешься.

ЛЕХА. С чего ты взяла?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Грубить опять начинаешь матери.

ЛЕХА. Прости, мам, я не хотел. Ну серьезно, ну надоели мне уже эти лекарства все. Просто полежать хочеться. Отдохнуть.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. А ты устал чтоли очень?

ЛЕХА. Да, устал!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. С чего? (пауза) Эх, знала я, что это добром не кончиться! Гулянки эти твои! Дома уже не ночуем. Учебу забросили. Побитые в больницах лежим. А дальше-то что, сын? Милиция, да? Тюрьма?

ЛЕХА. Ой, мам, ну прекрати, какая на фиг тюрьма?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Обыкновенная. Не с теми ребятами ты связался, Алеша. Не с теми. Нельзя так, Алешенька. Учиться надо, в институт поступать. Вырываться надо из этого болота, а ты все глубже туда… Эх… Мы же с отцом все для тебя делаем, чтобы ты приличным человеком стал… Что же ты с нами делаешь, Алеша… Что же ты делаешь с нами.

Долгая пауза.

ЛЕХА. Мама, включи пожалуйста телевизор.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Угу (встает, идет включать)

ЛЕХА. Хотя нет мам, давай лучше радио.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Хорошо. (включает радио)

Пауза.

ЛЕХА. Ты хотела меня на курсы записать. В университет.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Хотела.

ЛЕХА. Съезди завтра, запиши. Сам бы съездил, только я не знаю ведь куда там и чего… Мне в этом году надо поступать.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Хорошо.

ЛЕХА. Мама, посиди со мной.

Екатерина Сергеевна снова садиться к сыну на диван. Он приподнимается и тоже садиться. Долгое время они сидят обнявшись. Вдруг звонок в дверь.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Я пойду открою.

Екатерина Сергеевна идет в прихожую, открывает. На пороге стоит Таня. В руке у нее целлофановый пакет.

ТАНЯ. Здравствуйте. А Леша дома?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Здравствуй. Дома, проходи… Раздевайся. (Таня снимает куртку) Давай, я повешу. Проходи.

ТАНЯ. Можно?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Конечно, дорогая.

ТАНЯ. В какую комнату? В эту?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. У нас больше нет. Алеша, к тебе пришли! Девочка!

ЛЕХА. (из комнаты) Какая еще девочка?

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Очень симпатичная девочка! (Тане) Проходи, проходи, не стесняйся… Я если что понадобиться на кухне буду. (идет на кухню, закрывает за собой дверь)

Таня еще недолго стоит в прихожей, затем медленно подходит к двери комнаты, еще немного стоит возле нее. Наконец, открывает дверь и заходит.

ТАНЯ. Привет.

ЛЕХА. Привет

(Пауза)

ТАНЯ. Как ты себя чувствуешь?

ЛЕХА. Приблизительно также как и выгляжу… На букву “х”. И не подумай, что “хорошо”.

(Пауза. Таня берет стоящую в комнате табуретку, подходит к Лешиной кровати)

ТАНЯ. Можно?

ЛЕХА. Валяй.

(Пауза)

ТАНЯ. А я вот тебя навестить пришла…

ЛЕХА. Навестила?

ТАНЯ.(неуверенно) Нн. На. Навестила…

ЛЕХА. Ну и все тогда…

(Пауза)

ТАНЯ. Погода сегодня хорошая, правда?

ЛЕХА. Наверное правда…

ТАНЯ. Ты любишь осень?

ЛЕХА. Ненавижу.

ТАНЯ. (после недолгой паузы) Я вообще-то тоже. А что ты любишь?

ЛЕХА. Спать люблю.

ТАНЯ. Ой, ты знаешь, а я тоже очень люблю спать! (будто осеклась)

ЛЕХА. Я знаю.

ТАНЯ. Откуда?

ЛЕХА. Друзья мне твои рассказывали.

(Опять пауза)

ТАНЯ. А еще я люблю готовить и вязать. Правда-правда! Очень люблю! Вот видишь этот свитер? Я сама связала!

ЛЕХА. А я люблю пить водку и футбол.

(Снова пауза)

ТАНЯ. Зачем ты так, а?

ЛЕХА. Как?

ТАНЯ. Зачем ты так со мной говоришь? Я же нормально с тобой… Ты же не такой. Не такой, я знаю.

ЛЕХА. Откуда?

ТАНЯ. (вдруг рассмеявшись) Друзья мне твои рассказывали.

ЛЕХА. Какие друзья?

ТАНЯ. Максим и Галя Одинцова.

ЛЕХА. А Гальку ты откуда знаешь?

ТАНЯ. А мы в одном подъезде с ней живем!

ЛЕХА. Понятно. И что же они тебе про меня рассказывали?

ТАНЯ. Ну много всего. Говорили что ты отличник…

ЛЕХА. Раньше был.

ТАНЯ. Еще что в классе самый умный.

ЛЕХА. Ха! Не верю! Чтоб Галька Одинцова такое сказала!

ТАНЯ. А это Максим сказал.

(Пауза)

Знаешь, я к тебе еще в больницу прийти хотела. Максим меня даже, приходил домой, заставлял идти. Но я не смогла к тебе в больницу… стеснялась очень. Сюда-то ноги еле принесли… А надо… Из-за меня ведь все… В тот день когда тебя… когда тебя побили… Я места не находила себе… потом ко мне еще тем же вечером Максим пьяный пришел. Я ему дверь не открыла, я уже никогда никому не открываю двери, боюсь, так вот… Приходил Максим и ругал меня сильно… Кричал, что из-за меня ты в больнице теперь… И что он мне мстить за это будет… Обзывался словами всякими… А я у двери стояла и плакала. Сил не было слушать, а слушала все-равно. Прав ведь он… Из-за меня… (заплакала, поплакав немного, кажется успокоилась)

Я вот тебе ведь это… Апельсинчиков вот принесла… (достает один из своего пакета, начинает чистить) Хочешь? Еще про тебя говорили, что ты хороший друг и тебя все за это уважают. Говорили еще, что ты правильный очень… Что добрый и не обижаешь никогда никого… Ты прости меня, я же этого всего не знала тогда… Думала ты такой же как…(маленькая пауза) как сволочи эти… Я не знала просто, Леш… Честно-честно…Веришь?… Так, что если твое предложение в силе… Ну, помнишь, то самое?… То я согласна… Даже если не в кино, можем ведь и просто так погулять. Я неприхотивая, мне не надо кино никакого… И дискотек никаких не надо, ничего… А если идти никуда не хочешь, то можем и на лавке посидеть, сейчас вроде бы не холодно еще… Только ты поправляйся скорей. (долгая пауза) Знаешь, Леш, а я каждый день тебя вижу кругом. Правда-правда. На уроках когда сижу, в очереди в магазине, спать вот когда ложусь тоже тебя вижу и даже по ночам ты мне снишься. Правда-правда! Вчера мне приснилось, что я в лесу заблудилась. Ходила кричала, а вокруг никого. И вдруг на меня волки со всех сторон. Рычат все и вот-вот кинуться на меня. И тут ты появляешься. С ружьем. Бах-бах! И волков как не было… А сегодня вот, приснилось будто бы я тонула, а ты меня спас. Знаешь, еще страшнее сон, потому что я волков наверное видела, а плавать до сих пор не умею. Так вот я прям как по-настоящему тонула! Испугалась так сильно, вообще… А ты вдруг откуда ни возьмись появился… Ррраз так!.. и на берег меня вытащил… (пауза) Смешно, да? (долгая пауза) хоть из дома не выходи. А у меня бабушка болеет, с ней надо почти постоянно сидеть. Вот так вот я и живу… И дома находиться невмочь, и на улицу нельзя. Из-за… гада этого…Юры… караулит меня у подъезда целыми днями. У меня уже привычка выработалась, прежде чем из дома выйти в окно посмотреть, нет ли его! А если в магазин надо или куда ли срочно? в аптеку? Мне еще в школу ходить и из школы. А я как увижу его в окно, у меня сердце в пятки уходит, реветь прям хочется, ей-богу. Вот часами порой и сижу, жду пока уйдет. А бабушка стонет, молока ей-надо или лекарств каких. А я из дома выйти до смерти боюсь! Он еще прознал будто, что я его в окошко выглядывая тактику новую взял: за угол прятаться, где его из окна не видно… Не могу так жить, больше, Алешенька! Не могу! Сил моих нет никаких! (сжала начищенный уже апельсин, сок течет по руке и капает на пол, роняет его на пол, закрывает руками лицо, сдержанно плачет. Громко плакать она уже давно разучилась) Ой, чтой-то я! Прости пожалуйста! Не сдержалась. (пауза) Знаешь, я так часто плачу, что придумала себе, будто бы каждому человеку на жизнь дан запас большой слез, который он выплакивает за жизнь. И вот утешаюсь, что мой запас кончиться скоро и плакать я больше в жизни никогда не буду… Никогда-никогда… (пауза) Но теперь ведь, по-другому все будет, да? Теперь ведь ты у меня есть, правда? Алеша? Правда? Да? Ой, я ведь апельсин уронила! Ничего, у меня еще много есть! Я еще почищу, а этот выкинуть надо!

ЛЕХА. (едва слышно) Уходи.

ТАНЯ. Что?

ЛЕХА. (чуть громче) Пошла вон отсюда!

ТАНЯ. Ты что, Алеша?

ЛЕХА. (кричит) Пошла вон из моего дома, падаль! Пошла отсюда вон! Видеть тебя не хочу! Знать тебя не желаю! Сука ты паскудная! Шлюха недотраханная! Разжалобить меня хочешь, да? Разжалобить? Не разжалобишь! Все я про тебя знаю! Змея ты подколодная! Шалава малолетняя! Тварь ползучая! Снюсь я ей! Из леса вывожу! Меня бы вывел кто! Что думала, втрескаюсь я в тебя и буду ёбарей этих от тебя отгонять? Во! (показывает неприличный жест) Видала? Большой и толстый! Нужна ты мне такая вот, думаешь? Нужна ты мне вот такая вот? Нужна ты мне? Шалава подзаборная! Снюсь я ей! Иди кому еще очки втирай! Снюсь! Скажи еще влюбилась в меня!

ТАНЯ. …

ЛЕХА. (не дает ей сказать) Не верю я тебе, сука! Не единому слову твоему не верю! Убирайся отсюда! Видеть тебя не желаю! Слышать тебя не хочу! Чтоб ты сдохла тварина ебаная! Чтоб ты сдохла! Что ты там приперла мне? Апельсинчики? В жопу себе засунь апельсинчики свои сраные, поняла? (вынимает из пакета апельсины, кидает их Тане прямо в лицо) Ненавижу тебя, блядина! Ненавижу!

В комнату вбегает Екатерина Сергеевна.

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Ты как с девушкой разговариваешь, сволочь такая! Ты как разговариваешь? Как разговариваешь?

ЛЕХА. (Тане) Убирайся отсюда! Убирайся! Знать тебя не желаю! Блядь малолетняя!

ЕКАТЕРИНА СЕРГЕЕВНА. Ах ты паразит! Ах ты паразит! Все отцу расскажу! Мать позорить! Ах ты сволочь такая! (Таня) Пойдем, милая! (Леше) А с тобой мы еще поговорим! (уводит Таню из комнаты)

ЛЕХА. Да пошла ты! Ты не знаешь ничего! Ничего не знаешь и не понимаешь! Отстаньте вообще все от меня! Чего вам всем от меня надо? Отстаньте! Оставьте меня в покое! В покое!!! (плачет в подушку)

КАРТИНА СЕДЬМАЯ

Прошло еще две недели. Аллея. Кругом желтые кленовые листья. Мы снова у той самой злополучной лавки. На ней также как ранее Кот с Борщом сидят Леха и Макс. Точно так же пьют и пиво и грызут семечки, сплевывая шелуху прямо пред собой. Уже довольно поздно, около одиннадцати. Но ребята никуда не торопятся, благо им до дома пять минут ходьбы каждому. В ноябре в это время достаточно темно. Лавку и сидящих на ней ребят освящает единственный на всю аллею фонарь и подмигивающий свет из окон окрестных домов.

МАКС. Вот так они и жили… Спали врозь а дети были…

ЛЕХА. Че?

МАКС. У?

ЛЕХА. Ты сказал че-то…

МАКС. А! Нет, это я так… Мысли вслух.

ЛЕХА. Понятно.

МАКС. Теплая осень в этот год, да? Конец ноября а еще снег не выпал. В том году в это время уже белое все.

ЛЕХА. Угу… (поднимает с сиденья лавки кленовый лист) Хм… А помнишь, как мы в первом классе аппликации всякие делали?

МАКС. Чего делали?

ЛЕХА. Ну приклеивали в картинке листочки всякие, веточки…Типа гербрий… На труде. Не помнишь? Домашнее задание еще перед этим было: сходить в парк самые красивые желтые листья искать… И принести их. А на уроке штуку вот такую сделать. Я часа четыре наверное по парку ходил. Искал. Листочки кленовые самые красивые. Не мог выбрать. И принес домой два пакета. Понадобилось-то всего несколько штук, а я два пакета набрал… Помнишь?

МАКС. Не… Не понмю… Смутно, че-то…Я про осень другую школьную фишку запопомнил… Как Константиновна нам на ИЗО дала задание осень нарисовать.

ЛЕХА. Да, было такое дело.

МАКС. Во задание, да? Нарисуйте, говорит осень! Ни фига себе! И как? Полурока все соображали только чего рисовать будут. И ниче тупее как лес этот желтый, как у этого… как его?… у Левитана есть картина “Осень”, да?

ЛЕХА. Ага, у Левитана…

МАКС. Какой я культурный, блядь! Вокруг света смотрю потому что! Ну вот, ничего тупее как этот желтый лес никто ничего не выдумал. Ну это как всегда. Кто-то один начал, а все за ним. А у меня ж по ИЗО сам знаешь как… Для меня и лес нарисовать геморрой. И весь урок я сидел как чукча, думал лист чистый щас сдам, с парашей домой пойду. И вдруг меня осенило, короче! Я листок водой смочил и тупо короче, красок всяких таких осенних намешал. Ну желтый там, красный, коричневый, черного маленько капнул… Клево получилось, красиво. Классно… За три минуты. Как эта… Как палитра получилось. Здорово… Ну, думаю, троечку поставит, а она как среди этих лесов картинку мою увидела прибалдела так! Во, говорит, как здорово! Прямо осень, говорит! Портрет, прямо! Оригинально, красиво, все такое… И пятерку мне! Я чуть со стула не упал! По ИЗО! Первый и последний раз такое!

Пауза.

Ты прости, что я тогда за тебя не вступился…

ЛЕХА. Да ниче, я все понимаю.

МАКС. Стыдно немного перед тобой. Вроде я другом тебя своим считаю. Ты меня вроде тоже. А я вот тебе не помог… Даже наоборот. Даже хуже…

ЛЕХА. Да ладно… Ерунда это все. Ты испугался, я понимаю. Мы бы все-равно Борща с Котом бы не завалили, а так ты бы тоже в больничке бы лежал.

МАКС. Я тебя навещал…

ЛЕХА. Да я помню, че ты?

МАКС. Извини короче, еще раз.

ЛЕХА. Не за что, не за что… (чокаються бутылками, пьют)

Пауза.

МАКС. Ты завтра гулять пойдешь?

ЛЕХА. Нет.

МАКС. А че так?

ЛЕХА. Мне завтра в университет надо ехать. Меня мать на курсы записала. Завтра первое занятие.

МАКС. А че за курсы то?

ЛЕХА. По математике.

МАКС. По математике? Че, на чего-то такое поступать собираешься?

ЛЕХА. Угу… На чего-то такое поступать собираюсь…

МАКС. Молодец. Только мне кажется тебе на другое куда-нибудь надо. С математикой ты ебнешься там. А потом еще на работу хуй где устроишься. У тебя язык нормально подвешан, тебе б куда-нить на юридический или типа того. Или в ин. яз. Ты вроде бы по-английски шаришь?

ЛЕХА. Сам туда иди…

МАКС. Ну ты че? Меня не возьмут. А тебе в самый раз. И по мозгам и не так напряжно. А с математикой ты ебнешься там.

ЛЕХА. А сам куда думаешь?

МАКС. Не знаю. Да ладно, рано еще об этом думать. Еще ноябрь месяц только. Вот экзамены в школе сдам, там посмотрю. Может вообще в армию пойду. А может не пойду.

Пауза.

МАКС. У Таньки бабка умерла, знаешь?

ЛЕХА. Нет.

МАКС. Ну вот. Умерла.

ЛЕХА. Давно.

МАКС. Вчера девять дней было.

ЛЕХА. А че ты мне раньше не сказал?

МАКС. Не знай. Как-то все не до этого было. А че? Тебе так важно чтоли?

ЛЕХА. (маленькая пауза) Да нет. Нет не важно. И че теперь?

МАКС. В смысле?

ЛЕХА. Ну, Танька щас одна чтоли живет?

МАКС. Не, ты че… Уехала она.

ЛЕХА. Куда?

МАКС. Дык тетка с дядькой ее приехали, похоронили бабку и Таньку забрали.

ЛЕХА. Куда? Куда забрали?

МАКС. К себе! куда же еще?

ЛЕХА. Ептвоюмать, да куда к себе? Куда к себе-то?

МАКС. Че ты орешь-то, я че Пушкин чтоли где они живут? В Твери, кажется или в Туле… Я не спрашивал.

ЛЕХА. Неужели не спросил? Неужели не интересно тебе было куда она уезжает?

МАКС. Мне? Нет. А че? Тебе интересно чтоли?

ЛЕХА. (маленькая пауза) Да вообще-то не очень. Так просто…

Пауза

МАКС. Нравилась она тебе, да Лех?

ЛЕХА. (пауза) Че-то холодно сегодня, бллин… Надо было шарф одеть

Пауза

МАКС. Нравилась она тебе, да Лех?

ЛЕХА. (считает мелочь) Слушай, Макс, у тебя деньги есть? Займи пять рублей, я до ларька сгоняю, пивка еще возьму, а?

МАКС. Сиди. Время одиннадцать уже. Не работает ларек.

Пауза.

МАКС. Нравилась она тебе, Лех. Я знаю.

ЛЕХА. Ничего она мне не нравилась.

МАКС. Ой, ладно! Кончай этот детский сад!

ЛЕХА. Да не нравилась она мне, с чего ты взял.

МАКС. Расскажешь бабе Дусе. Не стремайся. Мне она тоже нравилась. Красивая она, да?

ЛЕХА. (пауза) Красивая.

МАКС. Я ее первый раз еще весной увидел.

ЛЕХА. Да? Когда мы на аллее знакомились, я думал, ты ее не знал.

МАКС. Да знал я ее, просто вид сделал, что первый раз вижу. Ты слушай. Так вот, короче весной еще я ее первый раз увидел. Когда в футбол с пацанами начали на новой коробке играть. А она с подружками рядом с коробкой этой сидела. Там лавки. Ну вот. Она мне сразу понравилась. Я играть не мог. Играю, а врямя от времени на нее поглядываю. А она на нас даже и не смотрит, с подружками че-то все ляляля, ляляля… Ноль внимания, в общем, короче. Я тогда как бог играл. Старался ее внимание привлечь. Ну, финтил как Марадона, матерился погромче, а она все с подружками лялялякает. А подойти я к ней так все и не решался. Каждый день ее видел: мы в футбол, она неподалеку. Каждый день себя настраивал, каждый день внушал, что вот сегодня я с ней точно познакомлюсь. Знал уже даже как ее зовут, сколько лет,

ЛЕХА. Откуда?

МАКС. Ну это же она нас только не замечала, а я-то все их разговоры слышал. Они друг дружку по имени, я и запомнил. Ну вот… И все чего-то меня останавливало. Думал, ну блин, седня устал че-то, настроение не то. Пожалуй лучше завтра. Завтра. Точно. Завтра все. Как штык. И так всегда каждый день завтра, завтра, завтра, завтра, завтра, завтра…. А потом она перестала на ту лавку возле коробки ходить. А потом мне про нее рассказали…Я сначала как ты… Потом остыл. Остыл и возненавидел… Кот правильно сказал, мне смотреть на нее стало противно… Как будто и не чувствовал к ней ничего… Стёр ее из сердца! Бумагой наждачной… Не могла она не заметить, что мне она нравиться! Не могла! Ну вот, не захотела со мной быть, вот значит сама и виновата. Сама себе это выбрала. Вот и поделом… А могло не быть этого всего… (пауза) А то, что ты по ней засохнул я у Борща заметил. По тому, какой ты кислый после его рассказа стал… Слышь, Лех, а я ведь ее тогда не догнал. Специально естесвенно. Ради тебя… Не догнал… Может быть ты смирился бы с этими… Гм…. Обстоятельствами… Встречался бы с ней. А я вот не смог. (Долгая пауза) В Туле она теперь живет… Проспект Ленина, дом 66, квартира 99. Индекс не помню, но его на почте можешь уточнить. Или съездить. Тула это недалеко.

Справа к нашей лавке подходит Человек без определенного пола и возраста. Тот самый, которого мы уже видели.

ЧЕЛОВЕК. Молодые люди, у вас бутылочки свободны?…

ЛЕХА. Угу…

ЧЕЛОВЕК. Можно взять?

ЛЕХА. Да, пожалуйста…

ЧЕЛОВЕК. (забирая бутылки) Спасибо, сынки. Дай вам бог доброго здоровья!

ЛЕХА. Угу…

ЧЕЛОВЕК.(уходя) Дай вам бог доброго здоровья!

Пауза.

МАКС. Так что вот. Можешь писать ей, можешь к ней поехать, можешь не писать, не ехать, решай сам. Надо ли тебе это. (пауза) Танек таких по всей стране в каждом городе, в каждом дворе не по одной. (пауза) Ты по воскресеньям в полдесятого первую программу смотришь?

ЛЕХА отрицательно качает головой.

МАКС. А я смотрю. Интересно знаешь как? Посмотри… Так вот там на прошлой неделе про поэта одного рассказывали. Про Есенина. Знаешь кто это?

ЛЕХА положительно кивает головой.

МАКС. А ну, да… Я ж забыл, что у тебя по литере пятерка. Ну вот. Посмотрел я эту передачу и офигел, короче. Блин, Надежда Григорьевна ни хера нам таких вещей не расскажет про него!

ЛЕХА. Каких?

МАКС. Ну ебарь он был хлеще Пушкина, короче. Пил больше чем мы раз в десять, жен своих пиздил, но дело ни в этом. Я у него стих один запомнил. Очень вот он к случаю подходит. Щас, погоди… (вспоминает):

Потому и грущу, осев —

Словно в листья, в глаза косые…

Ааа… Как же там дальше?… ммм… Слово вот одно забыл

ЛЕХА. Ты такая ж простая, как все,

МАКС. Как сто тысяч других в России, точно! А ты тоже этот стих знаешь?

ЛЕХА кивает.

МАКС. А, ну да. У тебя же по литере пятерка. Ладно, пошли. Врямя много уже.

ЛЕХА. Ты иди я еще посижу.

МАКС. Да ладно…

ЛЕХА. Иди-иди… Я один хочу немного побыть…

МАКС. Все нормально?

ЛЕХА. Порядок!

МАКС. Точно?

ЛЕХА. Угу…

МАКС. Ну я пошел…

ЛЕХА. Иди…

МАКС. Я пошел…

ЛЕХА кивает.

Максим уходит. Леха остается один. Долго сидит, уставившись куда-то перед собой.

ЛЕХА. Потому и грущу, осев —

Словно в листья, в глаза косые…

Ты такая ж простая, как все,

Как сто тысяч других в России…

Медленно гаснет свет

КОНЕЦ

© Логачев Алексей Александрович

Ноябрь 2004 — Октябрь 2005

Content

Логачев Алексей Александрович Щеглы

Логачев Алексей Александрович Щеглы