Анджей Ясинский

Ник. Преодолевая барьеры

Глава 1

Катя Орлова

Волны, накатывающие на берег реки, навевали дремоту, а запах воды, несмотря на теплое время года, чуть тронутый северным холодом и тиной, непонятно откуда возникшей в проточной воде, наоборот, бодрил. Девочка сидела на песке небольшого пляжа и медленно переводила взгляд с водной глади на далекий противоположный берег, затем на песок и растения. Правой рукой она захватывала песок и, подняв ее, разжимала кулак, заставляя сыпучую субстанцию течь сквозь пальцы.

В современном обществе, наполовину живущем в виртуальном пространстве, довольно трудно остаться одному… Вернее, не одному, а в одиночестве. Все-таки тут есть легкое, но значимое различие. Одному можно оставаться и не отрываясь от общества, а в одиночестве… Хотя кто-то скажет и обратное… Не всякий согласится даже в столь уединенном уголке природы полностью отключиться от сети. Впрочем, в каждой стране нашли свой уникальный способ жить в новых условиях. А где-то полное погружение в виртуал даже поощряется, особенно в бедных странах, так как способствует значительному снижению социальных трат государства на граждан.

К сожалению или к счастью, тут трудно сказать, объединения стран во главе с единым правительством так и не произошло. Скорее всего, на это повлияла последняя война вкупе с глобальными природными катаклизмами. Значительно уменьшилось население Земли, разорвались торговые и технологические связи между странами, а то и полностью закрылись границы, создав изоляцию. Многие международные корпорации, у которых производство было разбросано по всему миру, перестали существовать. Во всяком случае, в прежнем виде: с глобализацией по старым лекалам пришлось распрощаться. Однако законы развития человеческого общества не изменить: центростремительные силы потихоньку снова начали влиять на взаимодействие людей, уже на совершенно ином уровне.

Подобные мысли не смущали ум девочки, хотя она в силу образования и любознательности такие вещи вполне понимала. Слегка улыбнувшись и мысленно пробормотав специальную мантру, усиливающую интерес к учебе, вывела перед собой экран со школьным заданием. В принципе все готово, но надо пробежаться по тексту, посмотреть, не стоит ли поменять ракурс объектов на объемном видео, перекомпоновать кое-какие материалы… В общем, как говорится, подчистить.

Позади девочки, внешне лениво поводя головой, расположился Гоша. В нем как в охраннике особой необходимости не было (в последнее время территория имения Орловых перешла в разряд особо охраняемых), однако никто не собирался отказываться от такого удобного помощника. К тому же ему после недавних событий обновили вычислительное ядро, значительно усилив интеллектуальные возможности. По сути, с ним можно общаться как с человеком – для БУНИКа такое моделирование было на раз плюнуть, просто это не особо поощрялось, а в отношении детей – особенно. Власти стремились создать такие условия, чтобы общение с другими детьми вызывало больший интерес. Пусть и не всегда вживую, а через УНИКи, но хотя бы так. Это был один из многих не особо заметных, но и не скрываемых (просто не акцентировалось внимание) способов социального воспитания граждан.

Катя все глубже погружалась в работу. Незаметно для нее некоторые слова текста выделялись цветом или шрифтом, посылая сигналы подсознанию, звуковой ряд (тоже незаметно) менял тональность, амплитуду. Цветовые оттенки тоже подстраивались под ее любимые и лучше всего воспринимаемые. Спустя полчаса девочка незаметно для себя полностью перешла в специальный транс для одаренных. До поры до времени их, одаренных, вообще ничему не учили, так как это просто нерационально, а то и опасно. Возможности одаренного постоянно претерпевают изменения, пока ребенок не достигнет определенного возраста, и грубое вмешательство в виде специализированных тренировок сильно перекашивает дар и развитие ребенка, а то и убивает их. Порой доходило и до резкого снижения интеллектуальных способностей. Но и бросать без контроля детей нельзя – это тоже могло привести к плачевным результатам, особенно в период гормонального и эмоционального шторма в организме.

Поэтому с помощью тех же одаренных, но уже прошедших огонь и воду (Кораблев являлся основным разработчиком технологии совместно с врачами – психологами, энергологами и прочими), были выработаны специализированные внешние и незаметные тренинги контроля поступающей информации и окружения детей через УНИКи, медицинские носимые системы, разумеется, с полного согласия родителей. Укреплялась психика детей, так что их было довольно сложно вывести из равновесия или заставить растеряться в сложных обстоятельствах. Раскачивались физические кондиции, но не чрезмерно – с мощной энергетикой организма легче проходить различные сбои и болезни, которые, кстати, и так не особо донимали одаренных. Порой делались небольшие встряски – вроде теперешней, чтобы немного растянуть изнутри тот мешочек умений, потенциальных возможностей и энергетических связей, определить текущее состояние, крайние точки нагрузок и прогресс изменений. Некоторые наработки потом адаптировались и для обычных детей.

Разумеется, никто постоянно не следил за жизнью одаренного ребенка – все-таки никаких чрезмерных нагрузок на ребенка не накладывалось. Общее состояние и так постоянно мониторили искины, разве что чуть более подробно, чем у других детей. Специалисты подключались лишь вот в такие моменты промежуточных тестирований. Опять же – незаметно для ребенка и с согласия родителей или опекунов; принцип семейных ячеек социума в России продолжал оставаться на первом месте.

Гоша меж тем подполз к девочке поближе и еще больше на ней сконцентрировался. Внутри его включилась аппаратура биополевого сканирования, которая чутко отслеживала все изменения в энергетике девочки.

Катя в своем материале дошла до системы преобразования песка в воду над оазисом (для школы это представлялось так, словно было создано одним из одаренных, так что «спрячь на видном месте» – вечное правило и тут прекрасно работало). Что-то заставило ее тут остановиться. Прокручивая снова и снова в голове расчеты необходимой достаточности естественного поступления песка воздушным способом, коэффициенты преобразования его в воду и наличия растительной массы, Катя пропускала через пальцы руки песок миниатюрного пляжа. И в какой-то момент перед внутренним взором вспыхнуло. Будто перед глазами взорвалось солнце – яркие протуберанцы, осколки начинающей темнеть массы, осколки каких-то формул перемежали пламенные выбросы, в лицо повеяло жаром, на зубах заскрипел песок, а сквозь пальцы вместо песка потекла вода. Не замечая этого, девочка машинально брала в ладонь уже потяжелевший от влаги песок, сжимала в кулак и выпускала сквозь пальцы уже воду.

Голова закружилась, браслет кольнул раствором витаминизированного энергетика, а специальный звуковой ряд стал выводить девочку из транса.

Сзади на плечи легли чьи-то руки, и сразу полегчало.

Ник

Я выбрался на берег когда-то найденной лагуны на одиноком океанском острове. Отлично отдохнул, поплавав и половив руками рыбок. Увидел акулу и понадеялся, что она на меня нападет, хоть и потряхивало маленько, – все же вбитые в детстве ужастики нелегко преодолеть. Акула не обратила на меня никакого внимания. А может, и обратила, но проплыла мимо. Жаль, ауру под водой плохо видно, разве что вблизи. Все же решил немного проадреналиниться, а вернее, скинуть энергетическое пресыщение старым добрым способом – охотой.

Тело покрыла защитная полупроницаемая пленка, чтобы чувствовать воду, сзади закипел бурун воды, толкая меня вперед. Можно было просто двигать слой воды в нужном направлении, но так интересней: давление – в ступни, и ты телом задаешь направление движения.

Догнал я ту акулу. Поджилки тряслись неслабо, но я себя не успокаивал магическими средствами – смысл тогда был гнаться? Удивительно, но она сначала пыталась от меня удрать! Причем это было ее естественное желание. Наверное, сытая, хотя они вроде бы никогда не чувствуют сытости. Тем не менее попыталась уплыть. А вот когда я догнал ее, она резко, буквально мгновенно, развернулась и цапнула меня. Размера ее открытой пасти хватило бы, чтобы меня располовинить. Честно говоря, я был близок к тому, чтобы непроизвольно прочистить кишечник. Но справился со своим организмом. Все же, наверное, стоило как-то сгладить момент, ну да ладно. Раньше, в детстве, глядя на акул по телеку, думал или мечтал вдруг оказаться в таком положении и порвать пасть акуле. Ну, по-мальчишески так. Сейчас фактически это и происходит. Мечта детства, итить ее…

Все-таки размаха моих рук хватило, чтобы извернуться и схватить акулу за верхнюю и нижнюю челюсти и, как домкратом, распереть их. По ходу, небольшая она была, видел я в свое время и побольше пасть, ну и хорошо. Начинать надо с маленького, хе-хе. Судя по показаниям биокомпа, давление на квадратный сантиметр составляло две и восемь десятых тонны. Вот тут, конечно, мне пришлось нелегко. Я ведь хотел по максимуму проверить свою новую силу с прокачанной энергетикой и быстрым изменением физического состояния мышц. Давно я этим не баловался, еще с Лунгрии, когда исследовал способности биокомпа и сумел частично изменить кожный покров на руке.

Время прошло, кое-что в голове уложилось, и на это наложились архейские техники по мыслеформам, то есть биопрограммированию. В фоне с самым низким приоритетом все это крутилось-вертелось, и вот вышел промежуточный вариант, который я импульсивно и решил проверить. Разумеется, подстраховавшись обычной магией, но только на крайний случай. Ну и на кожу рук, например, усиленный слой защиты нарастил, чтобы просто не порезало зубами.

А уж как меня помотало, когда акула попыталась избавиться от меня или утомить, как они это иногда делают! Вот тут пришлось слегка поиграть гравитационными коррекциями. Плюс парой нитей пристегнуть себя к ней, чтобы не оторвало и не отбросило. По ходу дела, без магии все-таки с акулой один на один не справиться.

Через полчаса акула успокоилась, хотя иногда и пыталась меня сбросить. Ну и я решил, что хватит. Отпустил ее, чем эта рыбка немедленно и воспользовалась, – с полуоткрытой пастью рванула подальше. Да и я не лучше был – некоторое время так и плыл обратно на остров с растопыренными руками. Было такое ощущение, что весь плечевой комплекс превратился в гранит. Это я кое-что недодумал, не иначе.

Зато реально отдохнул, ощутив наконец чувство усталости, о котором почти позабыл. Забавно – устал, но зато отдохнул. Эк меня!

Немного понежившись на солнце и полюбовавшись на энергетическую картину мира, – забавно было наблюдать влияние солнечной энергии на земную, – я позвал Умника.

Песок рядом просел под тяжестью тела моего друга. Я скосил на него взгляд. Сейчас он предстал передо мной в образе мальчишки, который голышом разлегся здесь же позагорать.

– Где пацана оставил? – лениво спросил я, поняв, что Умник пришел один.

– Я его оставил на одном из островов Северной Америки, – подражая мне, лениво ответил Умник. – Там красивый постапокалиптический пейзаж с разрушенным и полузатопленным городом. Учу его рисовать.

И он сбросил мне картинку. Небольшая скала, выступающая из моря в полукилометре от берега (там раньше, видимо, был центр города), где из воды и из земли торчали остовы многоэтажек. Действительно красивое место. Своим давящим на психику эффектом. На этой скале стоял мальчишка и пытался перенести красками на мольберт то, что видел.

– Он же компьютер! – удивился я. – Что ему стоит нарисовать картину?

Умник хмыкнул:

– Это не то. Так не научишься рисовать по-человечески. Я разработал специальную обучающую программу для земных искинов.

– Хех… – хмыкнул я. – Ну ты даешь! Еще сто лет назад обычные нейросети можно было научить чему угодно и как угодно. Хоть подражать человеку в рисовании объекта.

– Вот именно! Подражать! – Умник нравоучительно поднял палец. В исполнении мальчишки это выглядело донельзя забавно. – У меня цель – построить искусственный над-разум, если можно так выразиться. Плюс у меня есть теория, что у систем со сложной организацией может появиться душа.

– Ну… Мы вроде бы на эту тему уже разговаривали. Сомнительно как-то. – Я пожал плечами.

– Вот и проверим. Кстати, ты ведь можешь видеть души, глянь – у меня нет ее, случайно? – Умник чуть смущенно покосился.

Я вздохнул:

– Не все так просто. Не всегда получается ее увидеть. И у живых-то я не всегда вижу. Вот когда душа отделена от тела, почему-то легче получается. Вон на корабле всех увидел. Здесь же, наверное, еще какие-то условия нужны… И нет, у тебя не вижу, прости.

– Ну это ведь не значит, что ее нет! – ничуть не огорчился Умник.

– Не значит, – с облегчением подтвердил я. – Кстати, мой Драко заговорил. И выбрал себе новое имя – Шушилла. Говорит, что такой монстр в реальности существовал у веганцев.

Умник вытаращил глаза и потыкал пальцем в свернувшегося и будто бы греющегося на солнце дракончика на моей руке. Тот нехотя поднял голову, опалил Умника самым натуральным огнем, который, впрочем, не принес тому никакого вреда. А сгоревшие волосы тут же отросли.

– Отстань, животное!

Мы с Умником переглянулись, и я понял, что услышали это оба. Драко же… вернее, Шушилла, как-то так развернулся в плоскости, и теперь на Умника «смотрела» нарисованная задница дракона с вздернутым хвостом, своей формой как-то умудряясь выражать вселенское презрение.

– Ну и дела-а-а! – протянул Умник. – И чего только не случается в этой жизни! А откуда он про веганцев знает?

– У меня, видать, подсмотрел-подслушал.

– Ясно. Будут новости – расскажи, интересно это, особенно в рамках того дела, что я сейчас реализую. И, кстати, ты давай развивай этот свой дар с душами. Ведь как-то надо мне в конце концов подтвердить результат моих действий с Гаврошем. А как там твоя самка?

Я искоса посмотрел на Умника – откуда он узнал? Подслушивал нас с Шушиллой, что ли? Ведь это дракончик так назвал Алиелу. Что-то крутит Умник, который сделал вид, что испугался, и закрыл рот ладонью.

– Ой! – невнятно пробормотал он. – Прости, я имел в виду – подруга!

– Это было совсем не смешно. От кого, от кого, а вот от тебя такого не ожидал.

– Прости, действительно неудачная шутка получилась… – Умник покаянно повесил голову, покосившись на презрительно фыркнувшего в его сторону Шушиллу.

– Честно говоря, еще не знаю. – Я решил не обращать внимания на косяк Умника. – Встретились, выпили, перепихнулись и разбежались. Так что можно сказать, что еще ничего и не было. Только подготовили почву.

– Неплохо так подготовили, – хихикнул Умник. – Вулкан зажгли, природу испортили.

– Я после этого научился чувствовать природные энергии. Только не знаю особо, как ими пользоваться. По мелочи разве что, инстинктивно. Надо будет атлантские техники проштудировать, атлы в этом были доки. Ну и в астральной магии… Ладно! – Сел и легкой вибрацией, пропущенной по мышцам спины, стряхнул высохший песок. Потом ткнул пальцем в бок Умника: – Я еще в прошлый раз заметил, что ты нехило так продвинулся в создании тела. Вот сейчас смотрю и практически по всем показателям, кроме ауры, вижу перед собой человека. Делись.

– Куда я денусь с подводной лодки, – пробурчал Умник. – Кстати, у меня еще готов полный пакет по информационным технологиям, как ты и просил.

– О! Давай это в первую очередь. Это, наверное, более важно сейчас.

После того как Умник удалился к своему подопечному, я еще некоторое время покемарил под солнцем, а потом встряхнулся и решил перейти в то место, где легче сосредоточиться. Правда, я там еще не был, но, по логике, должно быть так. И перенесся в Антарктиду. На самый Южный полюс.

От неожиданности хватанул горлом промерзший воздух и едва не задохнулся. Итить-колотить! Пришлось еще приводить себя в порядок. Порядочно тряхнуло, и по давлению, и по температурному скачку. Нет, особо, конечно, мне ничего не грозило, но свою чувствительность я еще там, на пляже, чуток повысил для полноты ощущений и не убрал.

Вроде бы и тает Антарктида, да только все равно тут еще очень холодно, да и льда в основном уже нет по краю материка. На самом материке он просел, но и земля, кажется, вспучилась, иначе не объяснить, почему ее не затапливают воды океана.

Ветер. Метель. Ноги сразу же провалились по колено. Ступни закололо, но терпимо. Подрегулировал теплообмен и еще кое-что в организме (из архейского), после чего острые порывы и удары воздуха по голой груди стали восприниматься как слегка прохладный ветерок.

Серо вокруг – по ощущениям, и бело – по виду. Ух ты! Где-то прямо над Южным магнитным полюсом (разумеется, как и Северный, он не совпадал с географическим) вверх столбом шла энергия, вперемешку и магнитная, и планетарная. Непонятно только, входила или выходила. Пейзаж сразу стал повеселее. Немного постояв, я сформировал из снега кресло-трон и сел на него. Некоторое время любовался красотой переливающихся энергий (вспомнил – видел подобное в совсем далеком детстве в мультике «Снежная королева»).

Сидел я долго в каком-то полутрансе. Чувствовал, что могу и сутки, и больше просидеть. Не знаю, сколько пробыл так, но все же в какой-то момент пришел в себя. Неторопливо огляделся. Чуток потемнело, и сильнее ветер поднялся. Меня самого по плечи снегом закидало.

Вспомнил, что биокомп все время молчал, пока мы кувыркались с Алиелой, а ведь там черт-те что происходило, да и сознание я потом потерял. А он молчал. Ладно, что там пишут в логах?

Хм-хм… Настройка на внешнее энергетическое тело… Синхронизация… Расширение диапазона восприятия энергий… Подключение синхронизированного внешнего энергетического тела в режиме мобильного энергетического усилителя и сенсорного расширителя… Настройка его как бекап энергетического ядра (что это такое?), предоставление доступа к локальному энергетическому ядру в качестве гостя (что за хрень?)… Согласование ментальных характеристик…

Короче, до фига там было написано, общий смысл вроде бы ухватывался, однако все равно не очень понятно, что почем. Ладно, пойдем уточнять…

Насколько я смог докопаться до сути, биокомп каким-то образом синхронизировал два тела (мое и Алиелы), установил (или отладил уже установившиеся) между ними все виды связи (ментальную, энергетическую, астральную, еще какие-то, имевшие непонятные названия). Возможности – переносить какую-то «сетану» между энергетическими телами (почему-то смысл термина ускользал), насыщать тела друг друга тем, что необходимо… и еще около ста наименований, смысла которых я особо не понимал. А догадки – лишь догадки.

Ну а молчал биокомп потому, что запустился штатный алгоритм той самой синхронизации. Хм… Похоже, атлы вполне себе владели такой полезной фичей, но через биокомп контролировали процесс и сглаживали острые углы. То-то у веганцев с этим не очень хорошо обстоит, потому как отдано на откуп природе, естественным инстинктам. Как оно все, оказывается, взаимосвязано!

Короче, без меня меня женили, но в моем присутствии и при пассивном согласии. Хе-хе. Я пока и не против, как ни странно.

Ладно, посмотрим. Буду обдумывать в фоновом режиме, может, что-то пойму.

А потом я поставил себе на загрузку знания, собранные Умником по информационным технологиям Земли, и в очередь – то, что он придумал со своим телом.

М-да… Теперь точно можно сказать, что я знаю программистское кунг-фу. Прикольно, но эйфории не испытываю. На самом деле информационные технологии настолько многогранны (да и вообще любые знания), а любимые или наиболее интересные составляют такой малый процент, что остальное не вызывает восторга, разве что просто чувство удовлетворения. А ведь есть люди, которые тащатся от любой крохи новой информации! Впрочем, это я так бурчу, для порядка.

Умник, зараза, не просто собрал информацию и упаковал в нужном формате, а еще провел ее анализ. В результате накопилось около десятка известных спецслужбам слабых мест (дыр в системе безопасности) в программном обеспечении разных серверов, УНИКов, зарубежных инфокомпов (ничем кардинально не отличающихся от российских УНИКов). И около двадцати неизвестных землянам косяков в оборудовании, схемотехнике или архитектуре, а также алгоритмы-эксплойты по их использованию, которые можно спокойно применять. Кое-что я попробовал на подаренном мне УНИКе и еще более тесно интегрировал в него созданный ему в пару инфокомп. Заодно нашел и пару закладок от спецслужб, упущенных мною ранее, – в своих предположениях, что их не может не быть, я оказался абсолютно прав. Просто они пока еще молчали, не отработав внешние запросы и не отослав накопленную информацию по таймеру (или из-за искусственной электромагнитной блокады, созданной специально для УНИКа). Убирать не стал, но поставил вместо них свой капкан – если кто пролезет, посмотрю, кто там такой умный. УНИК у меня, кстати, совсем ручным стал. Со спутниками напрямую не связывается, а в сеть лезет с помощью Крота, через множество промежуточных серверов и спутников, к тому же по алгоритмам, разработанным еще Умником. Кстати, надо будет их немного подчистить – с новыми знаниями сразу показалось, что некоторые пункты там реализованы неоптимально и есть теоретическая возможность проколоться. Так что УНИК у меня сейчас в основном как игрушка, для использования в земной связи для общения с теми, у кого нет моей болталки (хотя и без него можно через биокомп), да и просто я еще не преодолел вещизм, а браслет красивый.

Голова совсем не болела, и знания легли как по трафарету. Надо будет подсобрать статистику влияния качества загружаемых знаний на самочувствие и просчитать возможный вред, которого, по сути, не должно быть.

Теперь пришло время попробовать разработку Умника…

Я ходил вокруг точной копии себя. В отличие от материализованной иллюзии, это тело не играло магическими примочками, например, гравитационными волнами, чтобы придать себе вес и фактуру. На ощупь оно было совсем натуральным, разве что внутренности отсутствовали – сплошная однородная масса. Но при просвечивании можно было увидеть эти самые внутренности живого человека. И они даже шевелились, кровь текла, сердце билось. А это уже была качественная внутренняя… иллюзия? Тот самый однородный материал внутри как бы разрисован в объеме границами, имеющими энергетическую прозрачность натуральных органов. Ну и инфокомп тут стоит, чтобы поддерживать динамику. Неожиданное решение. Не проще было сделать реальные кости и прочее? Хотя…

Одним сознанием я через интерфейс инфокомпа связался с телом. Объем передаваемой информации поражал. Зато ощущения были почти как в настоящем теле. Ну, с натягом «почти», но все равно круто. Если в своих твердых иллюзиях я использовал только аудио– и видеопередачу плюс сигналы управления, то здесь… Забавно ощущать себя в двух телах. Даже боль от ушибов с поверхности тела кодировалась и передавалась в инфокомп, ну и мне. Не совсем, конечно, достоверно, но впечатляет. Кстати, так как костей нет, можно согнуться-сложиться в поясе назад. Или согнуть ногу в колене в другую сторону.

А ну-ка…

Я провел подсечку стоящему мне, но я, взметая снег, подпрыгнул и ударил с разворота мне в голову. Ну, самому с собой драться неинтересно – все знаешь наперед. Зато если загрузить в тело матрицу воина, что использовалась в тренировках овеществленной иллюзии, благо Умник здесь применил те же интерфейсы, что я разработал… Ух! Я отлетел в сторону от удара пяткой в ухо. Напротив меня стоял я и ухмылялся, плавным движением кистей рук подзывая меня к себе. Я в ответ тоже ухмыльнулся и принял предложение.

Алиела

Алиела сладко потянулась и ногой со второй попытки сбросила с себя покрывало. Громко зевнула и резко села, оглядывая комнату. Разумница транслировала предутренние пейзажи с родной планеты, никаких важных и неотложных дел не было, и Алиела снова упала на спину, раскинув руки в стороны. Почувствовала внутри своего сознания теплое пятнышко присутствия Ника и улыбнулась. Мысленно погладив его, дальше лезть не стала – пока этого хватало. Честно говоря, она думала, что ментально совместимые пары постоянно хотят быть вместе, рядом, не выпуская друг друга из виду. Оказалось, это не так, все проще и в то же время сложнее.

Это обычным людям, не умеющим чувствовать друг друга, требуется постоянно общаться, видеть свою половинку и касаться, чтобы осознавать или чувствовать связь с партнером, обмениваться энергией. А совместимым это необязательно. Хоть и приятно, конечно, и тоже необходимо, но не вот прямо насущно: установившаяся связь никуда не девается, и все время кажется, что твоя половинка находится рядом, за спиной, и молча поддерживает тебя. Мысли Ника довольно часто обращались к Алиеле, отчего она чувствовала тепло в груди, да и сама не отставала, думая о том, что произошло, о Нике, о них. И если о Нике было думать просто приятно, то о «них» – несколько непривычно. Неопределенность будущего вызывала опаску.

Кроме того, она испытала с Ником такой взрыв эмоций и потрясение организма, что пока побаивалась срываться и бежать на встречу. Да и он, видимо, чувствовал себя примерно так же – это ощущалось по тоненькой, но, как надеялась девушка, прочной ментальной связи между ними. Хочет, но в то же время опасается – а вдруг все не так, как кажется? А пока внутри тепло и хорошо. Можно сказать, они сейчас аккуратно друг друга ментально издалека прощупывали, привыкая к постоянной связи. Но что-то подсказывало Алиеле, что это долго не продлится.

Веганка подняла руку, чтобы посмотреть на непонятный подарок Ника – рисунок странного яйца (и когда только он успел сделать его и что это вообще означает?), как вскрикнула: на привычном месте изображения не оказалось. Вскочив, Алиела мысленной командой проявила перед собой большое зеркало и закрутилась вокруг себя, разглядывая свое тело в отражении, почему-то вдруг подумав, что рисунок может оказаться в другом месте, хотя с чего бы?

Девушка замерла: с удивлением она увидела мордочку нарисованной шуши, выглядывающей из-под нижнего края трусиков на попе. Алиела с опаской дотронулась до себя, но ничего не почувствовала, только выражение мордочки шуши, как ей показалось, стало немного озадаченным. Действительно ли показалось? И куда делось яйцо? И откуда взялась картинка шуши? И вообще, что происходит?!

Медицинский центр, в который она явилась по возвращении на базу, выдал странную и неизвестную науке (или медкомплексу) бурю в ее энергополе. А на месте нарисованного яйца – искажения энергии. Там потоки закручивались в спираль. Но все это ни в малейшей степени не было опасно для организма. Наоборот, общая энергетика стала намного мощней, да и ментальное поле значительно усилилось, вплоть до потери оригинальной идентичности, – системы идентификации пришлось корректировать, чтобы они ее узнавали. Причем процесс, пусть и медленнее, продолжался. И все это с полной гарантией безопасности творящегося безобразия!

А шуша-то какая пусечка! Алиела от умиления чуть не пустила слезу, но тут же взяла себя в руки и покачала головой. Эмоциональная нестабильность – еще одно следствие изменений в ней. Но эта нестабильность постепенно сходила на нет, что несказанно радовало, хотя, чего уж там скрывать, порой она приносила довольно яркие ощущения.

Вот и сейчас, все же не став сдерживать себя, Алиела пробормотала: «Ути-пути, лапуся!» – и снова погладила пальцем мордочку шуши. Показалось, что в ответ пришли похожие чувства, но направленные на нее. Мотнув головой, веганка хмыкнула – непонятно, чему верить, а что игнорировать как эфемерные тени чувств.

И все же – куда делось яйцо и откуда взялся рисунок шуши?

– Здравствуй, доченька. – Объемное изображение красивой, по меркам веганцев и землян (если бы они видели), женщины внимательно смотрело на Алиелу.

Визуальный ряд сопровождал и звуковой, но скорее для удобства группового общения, параллельно информация шла и ментально. Использование технических возможностей было, по сути, вторично.

Рядом в кресле небрежно развалился Элхор, закинув одну ногу на подлокотник. При виде сестры он ухмыльнулся и подмигнул, то ли насмешливо, то ли ободряюще – ментальный отзвук был не очень понятен.

Алиела плюхнулась на диван и скрестила ноги. Улыбнулась:

– Здравствуй, мам.

– Хорошо выглядишь. – Женщина пытливо вглядывалась в свою дочь.

Результаты медкомплекса она уже просмотрела, да и вообще была в курсе всего, что происходило на далекой планете, но все же… все же…

– Спасибо, я и чувствую себя неплохо, – чуть шире улыбнулась Алиела.

Небольшое ментальное давление – прощупывающее – со стороны матери было вполне приемлемым, что косвенно говорило о ее неплохом настроении. Любила она таким невербальным способом показывать свое отношение к собеседнику или к теме разговора.

– Как ощущения? – прищурившись, спросила мама. – Я не про здоровье. Каково оно – ощущать себя не половинкой, а целым?

Алиела немного удивилась вопросу, но больше все же не очень привычному поведению мамы – обычно она довольно строга с детьми, а тут такие нежности…

– Еще не разобралась, но уже сейчас могу сказать – жалеть я никогда не буду.

Мама вздохнула:

– Ну расскажи, что ли, кто твой избранник?

Алиела задумалась, и чем дольше думала, тем сильнее на ее лице проступало легкое недоумение и озадаченность.

– Его зовут Ник, – наконец произнесла она.

Услышав хмыканье Элхора, она гневно залилась краской, но промолчала.

– И? – мягко подтолкнула мама.

– Ну… Он говорит по-вегански, – как будто сама удивившись тому, что вспомнила, продолжила она.

– Очень интересно! – Элхор наконец зашевелился. – И главное – всеобъемлюще!

Алиела показала брату кулак.

– Это каким же образом можно научиться нашему языку там, где в радиусе сотен световых лет в наличии только двое веганцев?

На Алиеле скрестились два взгляда, но девушка только пожала плечами.

– Еще он знает наш этикет… – Она ментально показала начало их встречи.

– А дальше что было?

Девушка опустила глаза и поправила на коленях платье, почти такое же, как и на свидании с Ником, только выбранное из подаренного виртуального гардероба.

– Дальше – личное.

– А что там с вулканом? – спросила мама.

– Не знаю. Не вовремя проснулся, – с деланой небрежностью пояснила Алиела.

Брат снова хмыкнул:

– Если учесть, что до этого он точно спал, и очень-очень глубоким сном, – я проверил его в начале вашей встречи, – а проснулся он тогда, когда с вашей стороны пошел мощный ментальный шторм, то совпадение это довольно странное. Вы там ругались, что ли?

Алиела неторопливо разглаживала несуществующие складки платья на коленях.

– Это личное, – не поднимая глаз, сказала она.

– Я добавлю, мам. – Элхор наконец уселся ровно. – Это Ник Админ Рутович – я с ним познакомился на корабле землян, когда… э-э… контролировал то, что там происходит.

Теперь хмыкнула Алиела, но сделала это мысленно, однако на нее одновременно посмотрели и брат, и мама. Элхор недовольно нахмурился и продолжил:

– Он обладает неизвестными нам технологиями. Телепортация, но не наша прыжковая, требующая серьезных энергетических затрат и сложная технологически. Видел я также, как он расправился с серыми на корабле. Честно говоря, я ничего не понял, и универсальный сканер ничего необычного не показал. Потом он каким-то образом справился с несколькими боевыми кораблями эридян и серых, но, опять же, непонятно как. На корабле землян не было оружия, способного нанести такие повреждения, но именно с него, видимо, и уничтожили серых. Далее. У него есть странный друг, использующий искусственное тело неизвестного происхождения или же полностью скрывающий все излучения тела, – я не уловил даже отголосков ментального характера. Очень сильный рукопашник – играючи разделался с боевыми особями серых.

– Это, наверное, Умник или Гаврош, – кивнула Алиела и оттранслировала собеседникам образы представленных ей друзей Ника.

– Не знаю, – засомневался Элхор. – У тебя это какие-то мальчишки, да еще и европейцы, а там был местный китаец. Хотя скорее там была иллюзия, так как китаец потом превратился в мальчишку. Да, – покивал он, – похожего на вот этого, левого.

– Хм… Я сейчас вспомнила… Ник сказал, что Умнику больше лет, чем земному человечеству, – недоуменно произнесла Алиела и посмотрела на брата, потом на молчащую и внимательно слушающую их маму.

– Действительно интересно, – согласился Элхор. – Если не соврал, конечно. А Гаврошем они вроде бы называли искусственный разум корабля, то есть БУНИК, согласно местной классификации искинов.

После нескольких мгновений довольно неприятного молчания мама вынесла вердикт:

– Вы меня серьезно расстроили. Оба. Молчать! – Веганцев будто придавило ментальной плитой. – Ты, Элхор, вместо того чтобы четко следовать инструкциям и контролировать работу комитета и его членов – за чем тебя, к слову, и посылали, – занимаешься непонятно чем! Кто тебя просил лезть к землянам на корабль? Думаешь, здесь ничего не известно о твоих проделках? Тебя спасает лишь то, что в результате этих нарушений кое-что новое и полезное мы все же узнали. Еще один такой прокол – и даже я не смогу тебя прикрыть! Значит, так… Отправишься на Землю, найдешь этого Ника и установишь с ним нормальные взаимоотношения, раз уж все равно раскрылся перед ним на корабле землян. Прощупай его на тему работы на нас, но как минимум просто установи приятельские отношения. Алиелу к этому не привлекай – действуй самостоятельно, но чтобы было понятно, что как брат ты беспокоишься за сестру.

Элхор уже не изображал расслабленность, а сидел с ровной спиной. Ментально он ничем не выдавал своего состояния, однако по его лицу можно было догадаться, как ему неприятен разнос, устроенный сейчас не матерью, а непосредственным начальством. Алиела лишь мельком пожалела его, ожидая уже для себя чего-то подобного. И не ошиблась.

– Теперь ты, Алиела, – надавила ментально на дочку мать. – Я, конечно, понимаю – совместимость и все такое, но в первую очередь ты кто? Правильно! Не веганка женского пола, а наш официальный представитель, работой которого является мониторинг и контроль жизни землян с очень аккуратным установлением контактов, причем не напрямую, а через ментальных контактеров! А ты чего? Как только почувствовала признаки совместимости, так сразу распустила сопли, развесила уши и, как буньша в период случки, не обращая ни на что внимания, забыв о делах и об уставе поведения веганца в космосе, побежала заниматься своими личными делами! Причем своими действиями вызвав интерес к Версалии у земных спецслужб, которые укомплектованы очень неплохими одаренными, как их называют местные, и искусственными интеллектами! Что уж говорить о комитете, который может воспользоваться полученными данными о вопиющем поведении наших представителей против нас же, ограничив действия нашей миссии! Кстати, что-то ты, доченька, – ехидно-грозным тоном проговорила женщина, – давненько не отчитывалась по одаренным! А ведь этой темой ты тоже должна была заниматься!

– Ну я же уже сообщала, что почти все сильные одаренные находятся под контролем спецслужб, а нераскрывшиеся нам неинтересны…

– Меня это не волнует! Меня волнует, почему по этой теме было пропущено уже два отчета! Положено отчитываться раз в полцикла – изволь отчитаться, даже если ничего нового нет! Что вообще происходит?! Вы, в конце концов, кто? Представители нашей цивилизации в Комитете на краю Галактики или дети, вышедшие погулять?!

Элхор и Алиела подавленно молчали.

– В общем, так… – Ойла, а именно так звали мать Алиелы, ментально обозначила дополнительное давление, чтобы сконцентрировать внимание слушателей. – В ближайшее время ожидайте появления контролера. Я не смогла обосновать отсутствие необходимости в нем. – По доносящимся отголоскам по ментальной связи и Элхор, и Алиела почувствовали, как раздражена их мать подобной ситуацией. – Хуже всего то, что контролер – с самыми широкими полномочиями, вплоть до купирования и ликвидации угроз нашей цивилизации, коих, надеюсь, у вас не найдется. И его задача – решение проблем, способных пошатнуть наше положение в Комитете. Тут у нас некоторые считают, что это самое положение надо всемерно укреплять и повышать наш статус, а вы его, наоборот, расшатываете и всячески пробуете на прочность. Не вовремя вы затеяли свои игры!

– Мы знаем этого контролера? – мрачно спросил Элхор.

Ойла так же мрачно посмотрела на сына и, выдержав паузу, ответила:

– Знаете. Ты – в особенности. И это, хотелось бы так думать, последняя плохая на сегодня новость. Контролер – Руана.

После того как прозвучало имя контролера, Ойла сразу отключилась, оставив детей приходить в себя.

Элхор же скривился и, схватив себя за волосы, слегка подергал прядь:

– Только не она! Вот с чего такая невезуха?

Алиела сочувственно посмотрела на брата. В связи с тем, что Руана когда-то имела стойкие матримониальные планы касательно Элхора, которые ее брат, с его отношением к женщинам, легко и непринужденно разрушил, вызвав у веганки самые негативные чувства, выглядело ближайшее будущее не очень позитивно. Что уж тогда Руане втемяшилось в голову, Алиела не знала. Уж совместимости между нею и братом точно не было ни на грамм. Алиела тогда предполагала наличие у Руаны ментальной или психической болезни, однако с таким диагнозом ее ни в коем случае не допустили бы до работы контролера. Тем более с широкими полномочиями, которые теоретически включали и устранение разумных. Да и не зря же она, как мельком слышала Алиела, отслужила в каких-то военных частях и даже воевала. Алиела и сама не была пай-девочкой и имела офицерский чин, за который пришлось пролить немало пота и который давал широкие возможности для дальнейшего развития, но все же в военных действиях участия не принимала. Впрочем, Руана была намного старше Алиелы, и их интересы ранее не пересекались, если не считать, конечно, брата. Ну и, соответственно, подругами они не были ни в малейшей степени, можно даже сказать, что Руана игнорировала мелкую Алиелу. Так и остался этот эпизод в прошлом, как вдруг это прошлое тихой сапой проползло в настоящее. Как сейчас Руана относится к Элхору, забыла ли? Помнит ли обиду? Алиела все же склонялась к тому, что в отсутствие совместимости между ними Руана просто выбросила из головы тот отрезок своей жизни. Но кто ее знает?

Тем не менее все это не очень радует.

Сергей Сапожников

Справа порыв воздуха ударил по ногам, но Сергей чуть довернул ступни, обутые в новые летки, выигранные дядей Ником и подаренные ему, и этот порыв придал дополнительный импульс, подбросив мальчика метров на десять вверх и в сторону. А еще импульс позволил закрутить тело штопором, тем самым погасив излишне сильную тягу двигателей, – Сергей только подстраивался под них и еще не прочувствовал в полной мере. Летки были профессиональные, а значит, позволяли шустро летать не только над специально подготовленной поверхностью, но и в произвольном месте. Такие экземпляры появились сравнительно недавно, но сразу завоевали популярность среди молодежи, хотя стоили дорого. Чтобы ими пользоваться, нужно было или официально тренироваться в спортивной секции, или пройти специальные курсы.

Сергей занимался почти профессионально. «Почти» – потому что, достигнув определенного мастерства, немного охладел к этому виду спорта как к основному виду деятельности, о чем еще недавно вполне серьезно подумывал. Пусть век у летунов недолог – лет до двадцати двух, но там можно перейти в параллельные виды спорта на летках. Но… Как-то вдруг стало неинтересно. Нет, летать было все так же восхитительно: делать умопомрачительные кульбиты в воздухе, а с такими летками, да без упоров, – подниматься на высоту метров до ста пятидесяти (выше движок уже не тянул), ногами задавая направление, как ракетными двигателями! Но зато вдруг проснулся интерес к совершенно другому. Например, к военным или к чистильщикам. Возможно, из-за последних событий, когда их с Катей похитили. Вот и мучился сейчас Сергей, претерпевая ломку устоявшегося мироощущения, да пытался успокоиться в привычном времяпрепровождении. Тем более что мама, которая сейчас лежала в шезлонге на берегу и внимательно наблюдала за тем, как он крутится над гладью океана, находилась в недельном отпуске. Сергей тоже взял учебный академ на тот же срок, чтобы побыть вместе с ней.

Ну а что? Старший брат уже живет своей жизнью, с родными редко видится, за что втайне презираем младшим. А Ксения, хотя еще вполне молодая и могла бы найти себе мужчину, предпочитает одиночество. Своего отца Сергей почти не помнил и не очень страдал от его отсутствия, однако чего-то такого, мужского, в их семье иногда явно не хватало.

Вот он и предложил маме отправиться в полузаброшенный домик на берегу океана. Домик так себе – явно самопальный, созданный вручную, без использования строительных РОКОМов. Неизвестно, кто и когда его построил на пустынном берегу, где до ближайшего населенного пункта две сотни километров, но при наличии рободоставки и возможности вызвать такси в любую точку страны это уже не играло особой роли. Жить здесь какое-то время вполне реально. Имелся небольшой списанный генератор с маминой работы: ресурс почти на нуле, но для энергозатрат отдельного домика его хватит еще не на один год постоянного использования. Можно было бы развернуть что-нибудь вроде ветрогенератора, солнечных батарей или волнового генератора, но если что-то бесплатно попадает в руки, к тому же практически не требует ухода, то зачем придумывать что-то иное? Холодильник, недорогой пищевой синтезатор (хотя мать с сыном в основном сами готовили то, что ловили в океане), устойчивая связь через УНИК – что еще нужно для полноценного отдыха?

Ник

Песок под ногами слегка продавливался и был теплым, хотя для данного времени года загорать еще рановато – да и ветерок прохладный. Но солнце грело, и Ксения, мать Сергея, вовсю загорала, устроившись на деревянном и довольно старом, местами потрескавшемся шезлонге коричневого цвета. Из-под широкой соломенной шляпы, тоже древнего вида, но очень симпатичной, она наблюдала за тем, как ее сын крутит пируэты над водой. Красиво, и никакой магии не нужно. Хотя с магией, конечно, лучше!

– Привет, – поздоровался я.

Ксения от неожиданности дернулась, но, рассмотрев того, кто их побеспокоил, расслабилась.

– Здравствуй, – кивнула она, с любопытством глядя на меня.

Я тоже с интересом посматривал, но не на нее, а на то, как реагируют наши ауры на соприкосновение. В отличие от прочих встреч – почти никак. Вероятно, синхронизация с энергетическим телом Алиелы привела к тому, что моей энергетике уже никто более не нужен.

– Не холодно еще загорать? – хмыкнул я, поглядывая на Сергея.

– Нормально. Отдыхаем. Ты к нам? – нейтрально спросила она, не уточнив, к кому именно.

– Я как-то обещал Сергею научить его мечному бою, помнишь? Хочу сделать апгрейд обучалки, которую ему ставил, да и, наверное, уже включить ее в активный режим – она подстроилась под его организм. Нужно твое разрешение.

Взгляд Ксении стал задумчивым. Можно было бы влезть ей в голову или хотя бы по верхам считать ее мысли, но не хотелось. Зачем обижать человека, даже если он об этом не догадывается, а особенно если он не совсем чужой?

– Не знаю. – Ксения передернула плечами и отвернулась к океану, зацепив взглядом сына. – Сергей не против? Не передумал?

– Похоже, нет, – улыбнулся я.

– Учебе не помешает?

– Вряд ли. Там стоит хороший искин. Я посмотрел его возможности – неплохо раскидывает задачи. Да и постоянно подстраиваться будет. Ну и сам Сергей сможет при необходимости корректировать планы.

Ксения снова дернула плечом. Понимаю ее – сложно принять магию, если всегда казалось, что это сказки.

– Иначе говоря, этот учитель будет постоянно следить за развитием мальчика, и когда возникнет определенная ситуация в обычной жизни – предлагать ее использовать для своего роста. Внешность можно будет варьировать. Этот магический учитель обладает сильным интеллектом и сумеет помочь в сложных ситуациях, если Серега куда-нибудь влипнет. В общем, одни плюсы.

Ксения вздохнула:

– Ну если Сергей не против, то и я не стану возражать.

– Отлично, – кивнул я. – Пойду поговорю с ним! – Я побежал в сторону океана, у самой воды оттолкнулся от песка и взлетел.

А ведь пространственное чувство у пацана неплохо развито! Это очень хорошо для любого спортсмена, ну и для бойца, само собой. Легче пойдут как раз такие эфемерные, но очень важные вещи, как чувство расстояния, чувство расположения противника… Да много чего еще.

Мне Сергей обрадовался, но, изображая взрослого, постарался этого не показать. Только с интересом покосился на мою обувку, сейчас имеющую вид обтягивающих ногу до колена мягких сапог-мокасинов. Видимо, прикидывал, что у меня за летки, когда я повис рядом с ним. Потом вспомнил, что я типа их одаренного и летки мне не нужны.

Немного посовещавшись, мы по-быстрому сформировали программу и стали на пару закручивать пируэты в воздухе. Только Сергей предупредил, что у него энергии в летках на полчаса осталось. Ну ничего. Есть мысли, как ему помочь в этом деле. У меня давно уже в голове крутится идея возможной экипировки для обычного человека, не на основе техники, а на основе моей магии.

Налетавшись всласть, я успокоил под нами обширный участок океанской воды, а на ее поверхности, вернее, чуть ниже, чтобы оставался слой влаги, накинул защитное поле со слегка шершавой структурой. Это выглядело занятно: по краям океан продолжал «дышать» волнами, а здесь тишина и порядок.

Махнув рукой Сергею, я приводнился и потопал по получившейся плоскости. Снизу подплыла какая-то рыба и с удивлением на меня посмотрела. Я ей подмигнул.

А ничего так, вполне удобно. Оставшаяся сверху вода от шагов слегка разбрызгивалась – так интересней, вроде как по лужам ходишь. Ноги тем не менее не скользили, а вполне удобно держали сцепление. Слева надо мной завис Сергей:

– Дядь Ник! Летки нежелательно мочить. Можно что-то с этим сделать?

Я кивнул и поддержал пацана в воздухе. Тот сразу сообразил, что, а вернее, кто его держит, и прямо в воздухе снял девайсы вместе с носками. Держа их в руках, с опаской опустил ноги на воду. Потопал ногами по чуть упругой поверхности и вопросительно посмотрел на меня. Я взял его летки, повесил на них нужное плетение и просто оставил висеть в пустоте. Только, чтобы не морочиться со стабилизацией, так как их потихоньку сносило порывами воздуха, привязал нитью к площадке, на которой мы стояли. Так и повисли ботинки-летки, как шарики, болтаясь на невидимой нити.

– Круто! – не удержался мальчишка, опустившись на колени и, не обращая внимания на намокшие шорты, пробуя на ощупь странную воду.

– Так, – начал я, расхаживая, делая ногами полукруги и прямые, все еще проверяя поверхность и приноравливаясь. – Сейчас я активирую у тебя учителя боевых искусств. Это дело быстрое, а вот с дополнительной настройкой, что я придумал, надо будет повозиться. Браслеты снимем, они уже не нужны.

– Я готов! – Глаза пацана просто лучились восторгом.

Эх… Где мои тринадцать, чтобы так чувствовать! Хе-хе, стареем, видать…

– Ну тогда садись прямо на пол, – предложил я, разогнав в этом месте воду по сторонам, – и начнем, пожалуй. Потом все объясню.

И мы начали. Действительно, прикрутить готовый программно-аппаратный модуль оказалось несложно, тем более что все характеристики организма уже были разложены на нужные схемы. А вот потом я долго юстировал систему на работу с аурой мальчишки, прикручивал контролирующие системы на его энергетику, подключал ментальный контроль и заодно защиту. Пересадил ему медицинских симбионтов, соответствующе перенастроив. Поставил обновленную болталку, на которую завязал инфокомп, управляющий всем этим богатством. Настроил систему безопасности, ее уровни: учебный – чтобы не вмешивалась во время тренировок, а то совсем не даст нормально работать, ну и обычный. Инсталлировал в сознание несколько мемокопий, которые будут разворачиваться по мере надобности, в полном соответствии с обучающей программой. Во сне или наяву – инфокомп определит наиболее благоприятное время, в том числе и в плане безопасности обстановки. В этих виртуальных мирах он сможет оттачивать способности, требующие продолжительной работы мозга и психики, в тандеме с некоторыми биопрограммами-мыслеформами, в нужные моменты изменяющими организм человека. Ну, нечто вроде того, как я умения на себя натягивал, только я над собой издевался быстро и жестко, а у пацана это будет происходить последовательно и долго. Как раз несколько лет займет. Да и разработки Родомира тут ложатся в тему.

Жаль, но в магическом плане пацан полный ноль. Можно, конечно, методично раскачивать его ауру и энергетику, но это потребует постоянного моего контроля и будет тянуться неизвестно сколько. Как ни странно, но уж очень устойчивая у мальчишки обычная энергетическая составляющая. Даже удивительно. И ведь не повесишь это на автоматику, ибо всего не предусмотришь. Зато легко контролировать и развивать обычную энергетику, причем с упором на психику и ментальность. Тут контролером работает сам мозг человека, а мои ментальные блоки и инфокомп не дадут сорваться в штопор такому иногда глупому сознанию и подсознанию. Если парень будет тренироваться, то он сможет отлично управлять своей аурой, психикой, мыслями на высшем уровне. Сможет стать очень ловким и сильным. Я даже загрузил туда аурную и биоэнергетическую технику, используемую Железными братьями с Лунгрии. Да-да, она тоже мне попалась, когда я собирал материал для себя. Мне-то она оказалась совершенно без надобности, поскольку рассчитана на обычного человека, а я ее перерос еще там, на Лунгрии. Зато Сергею ляжет как родная. А может, что-то из «пси» проклюнется, то же ментальное воздействие и защита, левитация или пирокинез. Кто знает. Мне это не очень интересно, так как завязано чисто на внутренние ресурсы человека, которых не так много. Может, конечно, откроется нечто из области одаренности, но это вряд ли. Все же эти моменты с детства проявляются, тут я склонен верить земным ученым.

А что я? Я до сих пор не уверен, что у меня эти способности одаренных, которые я только что в себе раскрыл (не без помощи Кораблева и Катюхи), – именно те самые. Может, они лишь для моего взгляда выглядят так. Да и какой путь я прошел до получения этих способностей! Стопудово у пацана будет совсем иначе. Гляжу на него, и у меня проклевывается что-то вроде интуиции. Смутно вижу, вернее, чувствую, что ему это очень и очень в жизни пригодится. Кстати, вот еще одна моя фича, никак не собирающаяся раскрываться в полной мере, – видеть варианты будущего. Это даже обидно местами – какой-нибудь пророк или видящий, не обладая моими достоинствами и умениями, может заглядывать за кромку бытия, а я, весь такой красивый и ловкий, – нет. Но я к этому отношусь спокойно. Почему-то боязно знать будущее, пусть и вероятное. Да, можно избежать многих неприятностей, и даже гибели, но… но… Не представляю, как живет тот же Лулио. В моем текущем мировосприятии это же просто ужас какой-то, когда все предопределено! И даже зная, как поменять будущее и какую его ветку выбрать, все равно понимаешь, что ты выбираешь предопределенное будущее! Пока моя психика не хочет это воспринимать. Потому я и спокоен. Хотя надо бы, конечно, кратковременное предвидение тренировать. Оно-то как раз весьма и весьма полезно в текущей деятельности.

На все это ушло огромное количество времени – часа три! Впрочем, я особо не торопился, чтобы не накосячить. Зато мальчишка устал сидеть, замерев в одном положении, – у него ведь нет моей тренированности и привычки медитировать в любом состоянии. Но я быстро разогнал ему кровь, энергетику, да и в ауру плеснул бодрости.

Очнувшись, он с удивлением огляделся вокруг, да и я тоже. Оказывается, пока мы тут сидели, небо заволокло тучами, волны грозно хмурились, поигрывая бурунами, и только наш тихий уголок выделялся своим спокойствием. Чего не скажешь о Ксении: она на берегу накручивала круги, не решаясь добраться до нас. Ну да, мой «пол» отстоял от берега метров на пятнадцать, и там все тоже кипело. Впрочем, Ксению нашлось кому успокаивать. Рядом с ней стоял веганец, братец моей Алиелы, и небезуспешно заговаривал ей зубы. Даже с такого расстояния я видел, как ее аура девушки прыгает от выражения беспокойства за сына к относительному спокойствию и обратно. Помахав им руками, я повернулся к Сергею.

Тот уже встал и медленно разминался, как бы прислушиваясь к чему-то внутри себя. Это медленно раскрывалась информация о тех наработках, что теперь у него есть, так сказать «вступительная».

– Хорошо. – Я привлек внимание пацана, и тот повернулся ко мне, отсвечивая раскрытыми донельзя от удивления глазами. – В принципе начальная ознакомительная информация тобой уже должна была восприняться. Но пусть устоится до завтра. А пока только проверим активацию тренировочного комплекса. Давай вызывай учителя. – Я ободряюще кивнул мальчишке.

Тот на мгновение задумался, а потом выполнил нужные действия по активации, и рядом с ним возникла точная копия Сергея. Пока пусть так, потом внешность ему сам поменяет. Сергей-два толкнул Сергея-один в плечо и громко сказал:

– Не спи, копытами затопчут! А ну, салага, покажи, как ты можешь обнажать свой клинок!

Сергей отчего-то сразу завелся (хе-хе, знаю я отчего, – небольшое временное усиление эмоций, специально, чтобы прочувствовал границы) и с размаху, довольно неплохо для уличной драки, зарядил своему альтер-эго почему-то в лоб. Тот же лишь чуть-чуть качнулся назад, отчего кулак Сергея остановился у него перед самым лицом.

– Неплохо, салага! – ухмыльнулся Сергей-два.

Эта насмешливость и поддевки – всего лишь один из вариантов поведения учителя, и сейчас это нужно лишь для определения рамок психологического воздействия на ученика. В дальнейшем поведение учителя будет таким, какое нужно в конкретный момент времени. Там искин по мощности – на уровне моего Драко… тьфу, Шушиллы! Только нулевой. Если Сергей сможет, тот разовьется в личность друга. Нет – так и останется простым машинным интеллектом. Но никогда не сможет причинить вреда своему хозяину – это уж я сразу прописал.

– Только я просил обнажить оружие, а не кулак и не то, о чем ты подумал! Об «этом» будешь думать лет через пять, если сможешь стать настоящим мужчиной!

Сергей чуть ли не зарычал, и в руках у него появилось два тонких, слегка изогнутых меча – а скорее сабли – из адамаса. Они были сформированы инфокомпом, подчиняясь команде, подсаженной мной ранее в подсознание мальчишки и воспроизведенной им теперь. От удивления Сергей тут же застыл и пришел в себя, рассматривая клинки в руках.

Я хлопнул его по плечу:

– Ладно, вроде бы работает. Теперь дай команду закончить тренировку.

– А как? – спросил Сергей, но тут же в его мозгу всплыла нужная информация.

Спустя мгновение Сергей-два пропал, как и мечи. Пацан снова с удивлением посмотрел на свои уже пустые руки.

– Пока хватит, – сказал я и повернулся к берегу. – Пойдем, а то твоя мама уже вся извелась. Вечером ничего не делай, до завтра информация потихоньку у тебя в голове всплывет, тогда и попробуешь, что можно на твоем уровне.

– Дядь Ник, – топая за мной, проговорил Сергей, ежась от брызг уже слегка студеной воды. За ним в воздухе следовали летки, которые я хорошо, что догадался привязать, а то бы улетели. – А кто это был? А, ну да… А откуда мечи? Ой, понял!..

Забавно было слышать, как пацан не успевает задать вопрос, а нужные знания сами всплывают в его голове.

– Это же я стану самым крутым фехтовальщиком? – с восторгом пробормотал Сергей.

Я остановился и повернулся к нему. Внимательно посмотрел на его лицо, вгляделся в ауру, ощутил эмоции и мысли.

– Главное, чтобы ты стал настоящим человеком, Сергей. А фехтование – это просто один из способов самосовершенствования, гармонизации себя и окружающего. Не самый плохой способ, но и не простой. А насчет «самого крутого»… – Я хмыкнул и снова пошел к берегу. Сергей заторопился следом, стараясь не пропустить моих слов. – Может, и станешь. Только дело же не в этом. Впрочем, это как в твоем виде спорта, связанном с летками. Кто ты там? Кандидат в мастера? Каким бы ты крутым ни был, всегда найдется тот, кто круче. Так что совершенству нет предела. А если ты его достигнешь…

– То что? – полюбопытствовал мальчишка.

Я остановился и посмотрел на небо. Поймал губами соленую капельку. Постоял немного, провожая глазами тучку.

– А если ты его достигнешь… – повторил я и снова замолчал. Потом все же закончил мысль: – То, скорее всего, поймешь, что преодолел лишь очередную ступеньку лестницы…

Сергей тоже помолчал, посмотрел на меня серьезно:

– И куда ведет эта лестница?

Я криво улыбнулся и похлопал его по плечу:

– Куда же еще, как не в небо? – И снова направился к берегу.

– И что там такого интересного, на небесах? – явно не ожидая какого-либо ответа, тихо произнес мальчишка.

На берегу рядом с Ксенией действительно переминался с ноги на ногу Элхор. Я на секунду даже притормозил, впечатленный открывшимся зрелищем. Вроде бы эта пресловутая ментальная, а скорее все же биологически-энергетическая, совместимость – довольно редкая штука даже среди самих веганцев, что уж говорить про веганцев с людьми. Между людьми, как я понимаю, она тоже существует, просто не столь ярко выражена. Например, по веганским меркам, ментальная совместимость между моей сестрой и ее мужем хорошо если соответствует троечке. Но ведь любят друг друга, и крепко, это сразу видно. Так что совместимость – нечто более широкое, чем то, как это понимают веганцы. Да, вот такой я умный – они с этим живут тысячелетия и типа не разбираются, а я вот сразу все разложил по полочкам! Хе-хе… Ладно, не будем предаваться тщеславию и плодить умные мысли!

Ну так вот, ауры Ксении и Элхора неслабо трепыхались, касаясь друг друга, выпуская протуберанцы, переплетаясь и испуганно отдергиваясь. Я бы даже пятерочку им поставил, если взять за десятку нашу с Алиелой совместимость. То-то они так булькают внутренними эмоциями, чувствами, не понимая, что с ними происходит. Хе-хе. А Элхор-то тоже, судя по всему, ни фига не понимает, что тут творится! Видать, никогда ничего подобного не испытывал. Но странно это! Как умный человек… тьфу… веганец, должен понимать. Кстати, первая влюбленность не из той же оперы? Там ведь тоже, когда рядом с объектом почитания находишься, испытываешь нечто подобное. Правда, у людей это может происходить и в одностороннем порядке… Еще раз тьфу! Совсем запутался.

– Привет! – поздоровался я. – Вы уже познакомились?

– По крайней мере, имена уже знаем, – открыто улыбнулся Элхор, бросив мимолетный взгляд на хмурую Ксению.

Не обращая на нас внимания, она спросила у сына:

– Не замерз?

Сама она куталась в легкую накидку, которой явно не хватало для сохранения тепла, судя по мурашкам на коже.

– Не-а, – отмахнулся пацан, с интересом рассматривая Элхора. – Прохладно, но приятно.

Я дотронулся до плеча Сергея и повернулся к веганцу:

– Сергей, познакомься – это Элхор, мой знакомый и, возможно, в будущем – родственник.

Лицо веганца от неожиданности забавно дернулось.

Надеюсь, он не назвался Ксении другим именем, а то неловко получится. Но, судя по спокойной реакции обоих, – нет.

– Странное имя, – не удержался мальчик. – Вы иностранец?

– В какой-то мере. – Веганец говорил по-русски очень чисто. Он с не меньшим интересом разглядывал мальчишку, украдкой бросая взгляды на его мать.

– Ну а это Сергей, – продолжил я их знакомить. – Сын Ксении и очень смышленый пацан, практически мастер по леткам.

– Баловство это, – засмущался мальчишка.

Интересно, а ведь ауры Сереги и Элхора тоже слегка резонируют.

Я посмотрел на Ксению:

– А не угостит ли нас хозяйка чайком? Мы надолго не задержимся, мне надо просто кое-что рассказать про то, что у Сергея теперь есть.

Ксения слегка кивнула и, даже не взглянув на веганца, молча развернулась и пошла в дом. Мы несколько мгновений смотрели ей вслед. Сергей – немного недоуменно, Элхор, видимо не очень схватывая ситуацию, зацепился задумчивым взглядом за, хм… нижние девяносто удаляющейся хозяйки, походка которой явно изменилась от обычной в сторону… ну, женщины знают в какую, а мужчины догадываются! А я с удовольствием держал в пределах видимости всех троих, да еще купался в их эмоциях и чувствах… Что-то как-то приятно оно весьма…

Наконец, слегка хлопнув обоих спутников по плечам, я сказал:

– Не спать! А то чаю не достанется!

Домик оказался очень небольшим – всего на две комнатки: маленький зал, совсем крошечная спальня и кухонька. Явно не для зимовки, без стационарного отопления. Так, переносная фуська какая-то стояла в углу и сейчас гнала в комнату теплый воздух. Зато внутри было по-женски аккуратно прибрано и разукрашено. И почти ничто не намекало на то, что за стенами двадцать второй век.

На побережье начало темнеть, а в окна начинающаяся непогода бросала горохом горсти тяжелых и холодных капель воды. Аура здания отличалась мягкостью. Но чего-то не хватало…

Пока Ксения чем-то шуршала на кухне, я подошел к более-менее свободной стене, отодвинул в сторону стул, какой-то баул. И замер, разглядывая почти невидимый рисунок куска обоев… Полустертая мордочка котенка как бы намекала, что тут находилась детская, но в зале? Впрочем, мало ли что было давным-давно. Может, тут кто-то жил во время войны или до нее… Не хочу лезть в прошлое и читать его, пусть остается так – непонятно-таинственно.

Под любопытствующими взглядами мужиков я провел пальцем от пола вверх, вправо, вниз, очертив прямоугольник. Потом поколдовал немного на компе и закрепил в очерченном месте иллюзию камина. Легкое дуновение теплого воздуха овеяло лицо, пошел запах горящего дерева, и поверху наслоилось потрескивание сгорающих дров. Сразу стало уютней.

– Ух ты! – Сергей подошел и протянул ладони. – Совсем как настоящий!

Затем он повел пальцем, вернее, дал команду через УНИК, и свет в комнате погас, еще больше добавив уюта. Сквозь окна сочилась вечерняя серость, которую огонь оттенял и отгонял.

С сомнением оглядевшись и мельком зацепив изучающий взгляд Элхора, я не обнаружил нормальных сидений. Стулья, такие же старые, как и дом, были в количестве двух штук, к тому же раскладные туристические, но это совсем ведь не то. Пришлось делать удобные компактные кресла, почти перекрыв площадь комнаты, да стол под них. Хозяйский, тоже туристический, сложил и поставил в угол.

– Ну вот, совсем другое дело, – хмыкнул я удовлетворенно, жестом приглашая рассаживаться.

Тут вошла Ксения и чуть не уронила поднос с чашками, увидев такие изменения.

– Мам! Глянь, какой камин дядя Ник сделал! – От восторга Сергей замахал руками. – Совсем как настоящий!

Ксения немного постояла, но вскоре успокоилась и расставила посуду на столе. Я толкнул Элхора и повернулся в сторону выходящей хозяйки:

– Иди помоги ей, там раритет стоит – самый настоящий самовар, надо принести.

То, что происходит за стенкой, я прекрасно видел, да и эмоции, которые Ксения при нас пыталась прятать, там не сдерживала. Это было весело, хоть немного и некрасиво, признаю.

Элхор кивнул и вышел. Вскоре там забухтели негромкие голоса. Тут уж я смотреть не стал – вроде дело пошло. Ну и пусть поговорят, отослать-то я его отослал, да только самовар еще не закипел. Не настоящий, конечно, дровяной, а электрический, но тоже раритет. Пару раз даже, в ответ на мой интерес, откуда-то выплыл образ Сергея, драящего девайс песком.

Сам же Сергей все пытался засунуть руку в огонь, чтобы пощупать стенку и удостовериться, что это иллюзия, но жаркие лепестки хватали его за пальцы, пытаясь утянуть за собой в открытое пламя, и мальчишке приходилось отдергивать их, что вызывало у него неподдельное веселье.

Я же впал в созерцательное состояние расслабленности и неги. Откинув голову, через полуприкрытые веки смотрел на огонь и погружался все глубже и глубже…

Рядом тихо выглянуло солнышко – это проявила свое любопытство Алиела. В моем подсознании этот образ трансформировался в рыжего котенка, который аккуратно высовывается из-за угла, думая, что его никто не видит. Я понимаю, что ее привлекло, – вот это мое состояние, вернее, изменение внутреннего состояния. Присмотревшись, понимаю, что и Алиела сейчас то ли спит, то ли находится в полудреме. Покосившись на Элхора с Ксенией и оценив скорость нагрева самовара, понял, что минут десять у меня точно есть.

Поэтому, повернувшись к котенку, легко дунул на него. Он неуверенно вышел из-за угла, трансформируясь в человеческий образ Алиелы. На ее лице прослеживалась та же неуверенность. Правильно, я и сам ощущаю примерно то же. Фактически мы ничего друг о друге не знаем. Да, я чего-то нахватался по верхам о ней из ее астрального образа, и то чувствую себя как в первый раз, а ей обо мне вообще ничего неизвестно.

Я улыбнулся и протянул руку:

– Привет! Давно не виделись.

Она робко улыбнулась в ответ и положила сверху на мою ладонь свою. Я чуть не застонал от удовольствия – даже через ментал, или астрал, посредством которого мы с ней встретились, меня пробрало. Судя по внешнему виду, она испытывала такие же чувства. Мой взгляд скользил по ее бровям, от почти незаметной впадинки между ними взбираясь на их вершину, потом, как горнолыжник, скатывался по изгибу к виску. Купался в ее глазах цвета меняющегося моря, отмечая, как подрагивает зрачок, и цепляясь за крапинки золота, рассыпанные вокруг него, которых я раньше не видел. Раскачивался на ее роскошных волосах, споткнулся о кораллы губ и надолго к ним приклеился. Очнулся лишь, когда они дрогнули в еле-еле заметной доброй усмешке, брызнув жемчугом в раскрывшихся створках.

– Ну как?

– Восхитительно! – Я слегка потянул ее за руку к себе.

Девушка не стала сопротивляться и почти прижалась ко мне. Запах! Тот самый запах! Хотя какой запах в астрале? Правда, он точно есть в моей памяти. Я прикрыл веки и еще какое-то время балдел. Главное, что я чувствовал, – она испытывает то же самое. Это было вдвойне приятно.

– Ну что, будем знакомиться? – спросил я.

Алиела кивнула, слегка боднув мой лоб своим, при этом мило покраснев.

– Давай пока так, через инфополе, – предложила она.

– Инфополе?

– Ну вы называете его астралом.

– Я пока не очень хорошо ориентируюсь здесь, – пожаловался я, – хотя кое-что и умею.

– А давай я тебе тут достопримечательности покажу! – Глаза Алиелы загорелись предвкушением.

– Давай! – не стал отказываться я.

Алиела закрутила головой, будто осматриваясь и принюхиваясь, а потом потянула меня куда-то. Однородное «нечто» с единственным, будто прорисованным, углом здания, из-за которого она появилась, дернулось вверх, а мы провалились сквозь него.

Элхор

Элхор находился в легком замешательстве. Оценивая ситуацию со стороны, он видел ее абсурдность, особенно для него. Находиться на домашних посиделках с землянами, когда собирался просто поговорить с Ником, благо выспросил местонахождение у сестры, которая теперь почти всегда его может указать. Очень странные игры Ника с мальчиком, странное воздействие на воду – все это еще больше убедило веганца, что Ник владеет какими-то непонятными технологиями. Или вот это средство обогрева, ничем не отличимое от настоящего, даже запах есть! Разве что дрова не прогорают, да выполнено это все на обычной стене дома.

Внимание, правда, постоянно перескакивает на сидящую рядом Ксению – знакомую Ника и мать Сергея. Вроде бы ничем не примечательная женщина, видел и покрасивее как дома, так и тут, на Земле. Но что-то такое в ней есть, что цепляет… Вон даже Ник заметил, легкими намеками показав, как надо себя вести. Призвав всю свою сообразительность и воображение, все то, что он усвоил за годы наблюдения за людьми, вроде бы сумел наладить контакт. На лице Ксении даже пару раз мелькнула улыбка! Мысли ее Элхор не хотел читать, да и не такое это легкое дело, как кажется, – слишком много нюансов, но вот эмоции Ксении он читал вполне четко. И то, что он ощущал, ему нравилось. Зачем ему это надо, веганец не знал, но понимал: чем лучше знаешь жизнь людей, за которыми должен присматривать в помощь сестре, тем лучше осознаёшь их побудительные мотивы. И пока просто предпочитал плыть по течению, как говорят люди.

Мальчишка ему тоже понравился. Бойкий, умный для своего возраста, физически неплохо развит. Еще и Ник что-то ему дал, вроде какого-то магического учителя, – вон рассказывает, как им пользоваться. Элхор навострил уши, стараясь ничего не упустить. Время прямого разговора с Ником еще придет, не стоит торопиться.

Вдруг мысли буквально замерли, когда в ответ на просьбу Ника позвать учителя Сергей ухмыльнулся… и рядом с ним вдруг появился точно такой же Сергей. Разве что с темными волосами. И главное – он был вполне материален! А сканер показал его почти полную идентичность настоящему человеку! Только ментальное поле отсутствовало… Вот это да!

Ник

Среди невысоких зеленых холмов возвышались огромные каменные строения со знакомыми элементами архитектуры. Но не полностью идентичными. Колонны, портики, статуи. Статуи были другие, не совсем римские, но все равно похожи. Многие люди были бородаты, на стенах одного здания, высотой метров эдак сто, были выбиты те же бородатые лица, хотя и привычные мне гладколицые встречались. Людей не так чтобы много, но они есть. Странно, но при явной технологичности зданий, показывающих высокое развитие цивилизации, ее представители ездили на необычных животных, своими рогами скорее напоминающих оленей, чем лошадей.

Алиела лукаво на меня посматривала и молчала, пока я озирался, ходил по улицам города, вглядывался в жителей.

– Сдаюсь. Что это и где?

– Сейчас этого места уже нет, но еще сто – двести лет назад оно называлось Северной Америкой, восточное побережье. Ну а то, что отразилось в инфополе, – далекое прошлое, где-то… Ну, примерно тысяч двадцать лет назад, если по-вашему считать.

– Ага-ага, – почесал я затылок. – А ты про атлантов что-то знаешь?

– Ну конечно. Они появятся здесь примерно через девять-десять тысяч лет.

– А откуда они появятся? – решил я узнать, что про это известно веганцам.

Алиела пожала плечами:

– В инфополе не все можно найти. Честно говоря, это сложно, особенно отделять реальные события от миражей. Мне нравится, и вот это место я сама раскопала.

– Так ты астральный археолог, получается? – улыбнулся я.

Алиела замерла на мгновение, потом разулыбалась в ответ:

– Ага! Так вот, эти атланты просто в какой-то момент времени начинают существовать, и все.

– А что ты слышала про инопланетян, действовавших в то время на Земле?

– Ну… Много их было. Некоторых я даже и не знаю. Попадаются образы кораблей, самих разумных, наши тут были. Если хочешь, я тебе достану эти материалы, направления к тем местам, своего рода карту инфополя. Тебя интересует прошлое?

– Постольку-поскольку. Не профессионально, скорее в общем… – И, помолчав, сказал: – А люди тут красивые. И лица типичные европеоидные. – Я проводил взглядом симпатичную девушку с золотыми украшениями на запястьях, шее и даже ногах, слегка прикрытых легкой туникой.

– У нас говорят – типичные версалийские, – хмыкнула веганка.

– А почему не «веганские»?

– За этим термином прячется несколько иной смысл… Смотри!

Алиела уже вытянула меня на другой уровень астрала. Тут картинка была совсем уж фантастическая. Высокие здания в виде грибов, летающие насекомые, отдаленно напоминающие стрекоз, перевозящие на спинах странных существ. Фиолетовое небо.

– Мне нравится информационное поле Земли, – тихо произнесла веганка, левой рукой раздвигая густую растительность, перемежающуюся с «грибами», а правой – не выпуская мою. – У землян такая буйная фантазия, что просто диву даешься.

– А ты уверена, что это фантазия наших писателей?

– Необязательно. Это может быть даже внутренний мир какого-нибудь сумасшедшего, полностью в него погрузившегося и тем самым проработавшего его до мельчайших деталей. – Тут я непроизвольно фыркнул, сомневаясь. – Несмотря на вашу низкую ментальную активность в обычной жизни, на инфополе вы влияете намного сильней, чем мы. Это своего рода феномен, который я в свободное время тоже исследую. – Чувствуя мою искреннюю заинтересованность, Алиела полностью передо мной раскрывалась.

– Может быть, мы слабы в реальной жизни как раз потому, что все силы у нас на астрал и уходят? – спросил я.

– Занятная мысль! – От неожиданности Алиела даже на миг остановилась.

Мы вышли на полянку с удивительными черными, но красивыми цветами и легли рядышком. Небо отдавало в фиолетовый оттенок. Из-за крон деревьев-грибов (хорошо хоть трава не сильно отличалась от нашей, только оттенками зеленого) медленно поднимались два светила. Или луны – тут свет играл непривычными бликами и образами, так что не совсем было понятно, что к чему.

Алиела положила голову мне на грудь, а почувствовав, как мне это приятно, прижалась сбоку, закинула на меня ногу, обняла и замерла, из-под полуоткрытых век глядя куда-то вдаль.

– Не помню, чтобы такую фантастику кто-то писал, – пробормотал я.

Что-то нащупал пальцами, поднес к глазам – травинка, по которой ползет… нет, не муравей, скорее какой-то сухопутный спрутик мелкого размера.

– Будто ты все прочитал, что было написано у вас, – буркнула Алиела.

– Нет, но… Как тебе теория о частотном характере материи?

Алиела подняла голову и посмотрела на меня:

– Это как?

– Ну, если кратко и примитивно, то материя – это вибрации вакуума… Хм… Не важно чего, но та материя, из которой мы с тобой состоим, вибрирует на одной частоте. Другая, которую мы не ощущаем, – на своей. А те, кто живет в этом мире, не видят и не чувствуют нас. Зато астрал – точка схождения этих миров. Вот и этот – не чья-то фантазия, а отражение вполне реального мира.

Алиела снова положила голову мне на грудь.

– Не знаю, что-то в этом есть. Но у меня может быть другое объяснение. Земля довольно уникальна среди прочих живых планет, то есть планет, где есть жизнь, которая создает мощное информационное поле. У нас считается, что такая насыщенность инфополя не может не привести к формированию сознания у самой планеты. Необязательно такого же, как у населяющих ее жителей, скорее более многомерного. И чем больше разных рас и разновекторных разумных на ней живет, тем сильнее этот разум. Он даже может осознавать свое существование и существование жизни на планете.

Алиела устроилась поудобней и чуть ли не замурлыкала. Потом медленно вдохнула, так же медленно выдохнула и наконец лениво продолжила:

– А у вас тут кто только не жил, какие только философские течения не разрабатывались! Почти для каждой отдельной расы на Земле можно найти аналог или даже родственные связи где-то в космосе. Вот и образовалось тут… Вероятно, поэтому на вашей планете есть проходы в другие миры…

– Что? – дернулся я, а Алиела удивленно на меня посмотрела.

– Ну да. В другие миры. Нам они не очень интересны – там все то же самое. Планеты, звезды. Мы и нашу-то Галактику хорошо если на один процент освоили все вместе. Везде разумные виды, лети куда хочешь да живи как хочешь. Но кого-то и интересует. Ну и, возвращаясь к нашему разговору, – через эти дыры, а их много, и часто через один проход, можно попасть в разные миры, если с той стороны, например, есть цивилизация и не очень далеко, – чтобы астральные структуры притягивались и формировали то, что мы видим. – Алиела рукой изобразила круг.

– То есть, по твоей теории, мы сейчас можем находиться в астрале чужой вселенной? – Забавно, как сильно это перекликается с тем, что мне известно!

– Я же говорю – это только сырая теория. А почему ты так удивился? У вас, насколько я знаю, эта тема хорошо проработана на философском уровне.

– Хм… Как бы тебе сказать… – Я погладил ее по голове, снова втянул ее запах, задержал дыхание, будто собираясь прыгнуть в воду. – По моему внутреннему времени лет тридцать-сорок назад я каким-то образом попал в параллельный мир. Или, если судить по тому, что время в этих мирах течет по-разному, – в перпендикулярный. На обитаемую планету. Ну и жил там…

Алиела чуток повернулась, положила подбородок на мою грудь и с любопытством стала на меня смотреть.

– Тебе повезло, могло и в космос выбросить. И как ты там жил?

– Тебе знакомо понятие магии?

Алиела прищурилась, как бы вспоминая:

– В земном понимании немного знакомо. У нас такого понятия нет. Хочешь сказать, там была магия?

Я кивнул:

– Магия – действительно широкое понятие. Ваши ментальные способности, так называемое пси, – тоже магия, но очень ее крохотная часть.

– Да ну! – не поверила Алиела и прищурилась. – Да я любого человека за один удар сердца ментально скручу, он и пикнуть не успеет!

Я вздохнул и поцеловал ее в лоб:

– Поверь, ментальная защита довольно проста, особенно для мага, владеющего своей аурой. Да, пожалуй, простого человека или какого-нибудь мага не из сильных ты бы смогла скрутить, но, скорее всего, просто не успела бы. А против обычных магических приемов боевого толка ты бы вообще ничего не смогла предпринять. Разве что использовать технические прибамбасы. Но мы же не об этом говорим… Магия настолько широка, что включает в себя психофизические воздействия (к которым в том числе относится и ментал), а еще биопрограммирование, чародейство, а также управление астралом и различного рода энергиями, даже жизнью и смертью. В итоге маги могут становиться богами, то есть переходить в энергетическую форму существования, не теряя связи с физическим миром, как это делают призраки или иные энергетические создания.

– Как-то не очень верится, хотя об энергетических созданиях я что-то слышала, – с сомнением произнесла Алиела. – Но ты хочешь сказать, что обучался всему этому?

– Ну да. У меня оказались довольно неплохие способности.

– А мы-то голову ломали, откуда у тебя такие продвинутые технологии!

Я лишь улыбнулся.

– И ментальную магию ты знаешь?

– Угу.

Алиела почему-то покраснела и отвела взгляд.

– То есть ты все время слышал мои мысли? Тогда, на свидании? – как-то глухо спросила она.

Я снова притянул ее голову и поцеловал.

– Легко мог бы – у тебя защита совершенно никакая. Кстати, при встрече в реале поставлю тебе хорошую. Но я не читал твои мысли. Не люблю я лезть в мысли людей без крайней необходимости. У тебя я вообще ни разу их не читал… Хотя… – Я задумчиво уставился в небо.

Успокоившаяся было девушка посмотрела исподлобья:

– Хотя?

– Один грешок за мной все же есть… – Я почувствовал, как напряглась Алиела. – Как ты думаешь, откуда я знаю веганский?

Глаза девушки расширились, она попыталась вырваться, но я не дал.

– Ты только не пугайся, ладно? Не хочу скрывать, все равно ты когда-нибудь узнаешь, и это будет уже совсем нехорошо. Лучше тебе сразу это учитывать… Я просто могу получать концентрированную информацию о человеке, его знаниях, прошлом. Это мне позволило воспринять ваш язык, этикет, совсем поверху – историю, ну и общие сведения о тебе: о твоих устремлениях, характере и желаниях. Буквально чуть-чуть, чтобы понять основное. Если тебя это успокоит, скажу: именно после этого я решил, что за тобой стоит поухаживать и, чем черт не шутит, свести более тесное знакомство. Но даже не ожидал, что так все выйдет…

Алиела крепко зажмурилась. Я терпеливо ждал ее реакции.

– Это… тяжело понимать, что тебя буквально препарировали… Всю твою жизнь… – наконец тяжело вздохнула девушка.

– А без этого мы бы и не встретились. – Я погладил ее и с радостью почувствовал, как она потянулась к моей руке. – Понимаешь, я очень хорошо контролирую свою ауру и тогда, когда был на вашей базе, просто ее закуклил. Так что никакая совместимость на мое решение не влияла. Только то, какая ты есть. Мне понравился твой характер, твои привычки, твоя целеустремленность, ну и красота, конечно, хотя я к женской красоте довольно устойчив. – И, немного помолчав, добавил: – И вообще, никакая это не ментальная совместимость, хотя, возможно, мы просто используем разные термины или их понимание.

Алиела пропустила мимо ушей последнее высказывание и снова посмотрела мне в глаза, пытаясь в них что-то разглядеть:

– То есть ты все-все-все про меня знаешь?

– Не все, – покачал я головой и мысленно вздохнул. – Так что еще есть вероятность, что ты не такая уж замечательная и я когда-нибудь пожалею об этом.

Я сделал серьезное выражение лица, и Алиела почти купилась, даже попыталась отодвинуться, но вовремя увидела, как мои губы изгибаются в усмешке, и стукнула меня по груди:

– Гад ты! Совсем как брат! Вам лишь бы поиздеваться над наивной девушкой! – Она уткнулась носом мне в грудь.

Я лежал и смотрел в небо. Улыбался. Кажется, самое сложное мы прошли. Да, я признался Алиеле, что знаю чуть ли не ее подноготную. А для любой девушки наличие той самой таинственности, пусть и совсем маленькой, – чуть ли не основа привлекательности. Ну, кроме красоты, конечно. А тут все, считай, порушил, ничего не оставив… Посмотрим, как оно пойдет дальше. Может, конечно, последствия еще проявятся, но, зная характер девушки из того же пакета информации, о котором я ей рассказал, вероятность невысока. Повезло, что мы с веганцами так похожи. Да, на самом деле, конечно, сведений там было достаточно, но, огрубив этот показатель перед ней, я и не солгал, и не расстроил особо.

– Но тогда получается, что я тебя совсем не знаю! – вдруг вскинулась Алиела. – Тебе придется очень много о себе рассказать! И я хочу знать все! Как и ты обо мне!.. – На последнем утверждении она немного запнулась, почувствовав неуверенность.

Я кивнул:

– Я даже сделаю лучше. Я умею передавать свои воспоминания. Так что сделаю для тебя мемокопию. За пару часов узнаешь все, что было со мной за несколько лет, причем как будто сама поучаствуешь в тех событиях.

– Хм… А! Магия, да? Мы в принципе тоже ментально можем передавать мысли, чувства, образы, но нельзя сказать, что это так, как будто сам участвовал. Да и утомительное занятие – долго транслировать мысли. Когда займемся?

Я вздохнул:

– Эх… Хорошо лежим же… Ладно, но это лучше делать не в астрале. Тут я не знаю, как оно себя поведет. Попозже встретимся – мы сейчас как раз с твоим братом. Я даже еще не знаю, зачем он пришел ко мне. Сейчас на кухне с хозяйкой дома, где мы находимся, лясы точит.

– Хм… – Алиела почесала внешний уголок глаза. – Удивительно! И чего они там?

– Хочешь прикол? – Я повернулся на бок в сторону Алиелы, но она недовольно забухтела, когда я ее сдвинул.

Зато мы теперь лежали лицом к лицу. Она вдруг потерлась носом о мой нос и смутилась. М-да… долго еще ее будут преследовать эти неожиданные смущения. Но это так классно!

– Так вот, я отметил между ним и Ксенией, так зовут хозяйку дома, наличие совместимости! И если я не ошибаюсь, то где-то на уровне пятерки!

Глаза Алиелы буквально вылезли из орбит, как бы это некрасиво ни звучало, но совсем не выглядело так, а было очень мило. Затем она просто расхохоталась. И еще долго дергалась у меня в объятиях, пока все же не справилась со своими чувствами.

– Ой не могу! Сейчас объясню… Фух… – Девушка вытерла о мое плечо выступившие слезы. – Элхор никогда не ставил совместимость на первое место и вообще часто грубо шутил на эту тему. А тут сам попался на этот крючок. Ух я его заподкалываю!

– Только он, кажется, еще сам не понял… – Я тоже улыбался, на смех Алиелы невозможно было не отреагировать – уж очень он заразительный.

– Ты, главное, не говори ему! – Она мечтательно закатила глаза. – Уж я ему приготовлю… Разное…

Потом мы продолжили гулять по астралу. Алиела мне показала странные места, куда лучше не соваться. Там происходили непонятные и неприятные флюктуации, находясь в которых долгое время можно серьезно повредить свою энергетику и психику. Снова она демонстрировала мне разные, сейчас неизвестные на Земле, моменты ее истории. Наконец посмотрел, как жили атланты, хотя и так представлял из записной книжки атланта, но это был иной взгляд – со стороны. Вместе с Алиелой по заданным мной ориентирам отыскали те моменты, когда атланты воевали с инопланетянами, и увидели их воочию. Ну что сказать, довольно странные существа. Алиела затруднилась с идентификацией, и даже ее помощники – интеллектуальные системы, с которыми она могла связываться прямо из астрала, – не нашли соответствий в базах данных. Довольно высокие, два – два с половиной метра. Голубокожие, со слегка вытянутой головой, даже в каком-то смысле красивые… Но стра-а-анные!

В основном тусовались в высокогорной местности в разных частях планеты. Было их немного, и взаимоотношения непонятные – часто конфликтовали между собой. К людям относились, как… Ну не знаю. Как к своим созданиям, что ли. Могли приблизить и обучить, а могли и на органы разобрать, чтобы посмотреть внутри. Мелькнул кадр лаборатории, где стояли инопланетянин и человек. Инопланетянин что-то показывал и рассказывал человеку. На непонятном языке.

Алиела сказала:

– Сейчас подкручу кое-что. В инфополе иногда можно делать кое-какие фокусы. – Она поводила пальцами перед собой, и я увидел результат ее действий – полупрозрачные графемы и глифы.

Причем я сразу понял, что это, – мой мозг подстроился под действия девушки и «переводил» происходящее на придуманный мною язык общения с астралом. Фактически сейчас я увидел структуры универсального транслятора-переводчика. Жаль, что он работает только в астрале.

– Вот тут все и началось… – по-русски прозвучало у меня в голове. Типа перевода.

Однако сразу после этого все поплыло, и нам не удалось воссоздать картинку. Да, тут уже я помогал Алиеле найти продолжение этого события, периодически ловя на себе ее изумленные взгляды. В лаборатории я увидел несколько полупрозрачных сосудов метра три высотой и очень знакомой формы – сужающаяся книзу амфора. Широкой горловины, правда, не было, но что-то вроде ручек присутствовало, только они играли другую роль – к ним что-то цеплялось, какие-то шины, что ли. Было ощущение того, что «амфоры» висят в воздухе в каком-то поле.

– Надо будет нашим показать, – пробормотала Алиела.

– Жаль, что так мало выхватили.

– Слишком давно было. Порой древняя информация искажается, и так сильно, что не всегда можно восстановить исходные данные.

Алиела прищурилась и сейчас совсем не напоминала ту постоянно смущающуюся девушку, к которой я стал потихоньку привыкать. Сейчас это был профессор, но… очень сексуальный профессор. Заметив мой взгляд, Алиела вопросительно подняла брови, но я отвлекся, заметив в слегка размывающемся тумане позади нее знакомую оранжевую накидку и лысую голову. Знакомый мне тибетец вопреки уже привычному образу – Будда на облаке – медленно шел и сметал что-то под ногами обычной метлой. Порой он накручивал туман на метлу и как-то дергал ею, отчего намотанное пропадало.

Алиела, проследив за моим взглядом, хмыкнула.

– Кстати, познакомься – Функция Порядка.

– Хм… Поясни. – Я посмотрел на девушку.

– Очень часто в информационных полях планеты образуются некие полуразумные или разумные системы, следящие за порядком.

– Преступников ловят? – улыбнулся я.

Алиела ответила улыбкой, но покачала головой:

– Скорее поддерживают стабильность, в двух словах не скажешь. Да и «порядок» не всегда означает то, что мы под этим понимаем. Я тебе потом дам подробную информацию на эту тему, если хочешь.

Я кивнул.

– Кстати, про атлантов. Есть одна такая Функция Порядка, которая образовалась примерно в те времена. – Девушка передернула плечами и пояснила: – Мрачно там и страшновато. Если хочешь – покажу, – без особого энтузиазма предложила она.

Но мне это было интересно, поэтому я захотел.

Темная квадратная гранитная плита со стороной около километра, тучи, стремительно бегущие по небу, почти полное отсутствие звука и света, а в центре – огромная, метров сто высотой, каменная статуя атланта, если судить по чертам лица. Атлант сидел прямо на плите без постамента, одна нога поджата под себя, вторая – стоит впереди, и на колене выставленной ноги лежит правая рука. Тело обнаженное, но чресла прикрыты. На шее и бицепсах украшения, на голове тоже какая-то фигня. Глаза выпученные, вид грозный. Довольно сурово, хотя мне нравится. Эдакое отражение быстротекущего времени и стабильности посреди. Но вот когда минут через пять молчаливого изучения фигуры один ее глаз с отчетливым скрипом повернулся в нашу сторону, стало как-то не по себе.

Алиела взяла меня за руку и потихоньку потянула к краю площадки, подальше. Глаз поворачивался вслед за нами. Наконец нас окутал туман, и все пропало. Алиела облегченно вздохнула.

– Что, было опасно? – спросил я.

– Да не сказать чтобы очень, – поморщилась Алиела. – Но не хочется зря рисковать. Все-таки эти системы сформированы естественно, пусть и с помощью людских ментальных воздействий, и мало ли какая там логика, стабильна ли она? Раньше он, кстати, был совершенно недвижен.

Мы еще немного молча перемещались в неопределенном пространстве, и вдруг Алиела резко остановилась:

– Как я могла забыть?! Ты мне атлантами совсем голову забил! Пойдем! – И она потащила меня за собой.

В лицо бил ветер, мелькали какие-то неуловимые картинки, и в итоге мы остановились где-то… Да-а-а… Где-то.

Вдалеке, опять-таки гигантские, километровые, росли деревья, и на огромной опушке, тоже где-то километровой в диаметре, стоял благообразный дедок ростом с атланта, с вытянутыми вверх руками. Борода опускалась до пояса, на голове волосы были перехвачены шнурком, а в правой руке он держал посох. Его лицо было обращено к солнцу.

Алиела потянула меня вниз, мы сели. Она шепотом пояснила:

– Эта Функция Порядка чуток древнее атлантской, я сюда иногда прихожу – тут хорошо думается, и на душе потом легко.

Я кивнул, действительно чувствуя, как в меня вливается бодрость и энергия, правда, почему-то клонило в сон. Алиела, не заморачиваясь, легла и положила голову мне на колени, закрыв глаза. Сколько мы так сидели, не знаю. Очнулся я резко, когда дедок-великан опустил руку с посохом и ударил им по земле, вызвав гром в чистом небе.

– …ть! – громовым голосом провозгласил он, снова поднял руку с посохом и замер.

Элхор

Элхор с большой неохотой покидал гостеприимный дом. Настолько ему там было уютно и хорошо, что все чувства буквально взбунтовались, как только он вышел на крыльцо. Но делать нечего. Сергей уже совсем уснул за столом, да и хозяйка явно чувствовала усталость. Поэтому Элхор с Ником попрощались и откланялись.

Ник потянулся и посмотрел на выглядывающие звезды.

– А неплохо так посидели! – заметил он.

Элхор мысленно согласился. Почему-то зубоскалить и веселиться совсем не тянуло. Мелькнула даже крамольная мысль – уж не заболел ли он? Но как мелькнула, так и пропала – для него это было просто нереально. Зато вроде стал налаживать контакт с Ником, как и требовала мама. Конечно, он пока ничего не будет выспрашивать – это слишком грубо и непрофессионально, но кое-что узнать все же необходимо:

– Как у вас с моей сестрой?

– Пока все хорошо, – с легкой, почти незаметной заминкой ответил Ник. – Недавно общались. Я, кстати, сейчас заберу ее к себе. У меня неплохой домик в тихом, уютном месте. Так что база на Луне в полном твоем распоряжении.

Элхор не очень понял, при чем тут база, и индифферентно кивнул, потом тоже посмотрел в небо:

– Пожалуй, я слетаю кое-куда, гляну, как там наши друзья серые поживают. Не хочется пока на базу.

– Давай, не скучай! – Ник дружески стукнул Элхора кулаком в плечо.

Веганец повернулся, но никого рядом с собой не увидел. Покосился на сканер и не увидел никаких зарегистрированных энергетических всплесков. Вот как он это делает?

Ник

Как только я появился в коридоре веганской станции, вокруг меня сконцентрировался белый свет, мелькнули сполохи синего, зеленого и красного, но тут же все успокоилось. Не обманула Алиела – прописала меня как гостя в системе безопасности базы. Я подошел к комнате своей девушки и постучался, хотя она, вероятно, и так уже знала о моем приходе. А я ее даже из-за явно бронированной двери отлично чувствовал. Странно, аура плохо проходит сквозь такие преграды, но той малости, что все же проницает, хватает, чтобы зацепиться за ауру девушки и как бы раздвигать преграду взаимным резонансом. В результате я заранее просочился внутрь своей аурой и ею полностью видел-ощущал обстановку.

Совсем по-земному Алиела после стука пометалась по комнате туда-сюда, будто пытаясь навести последний марафет, и наконец замерла перед дверью. Через мгновение преграда передо мной пропала. Мы оба где-то с минуту стояли молча друг против друга, будто и не встречались ранее. Снова, как в первый раз, хотя уже столько времени провели вместе, но первый раз был спонтанный и какой-то неправильный, а второй – чисто в астрале. Хотя там ощущения, конечно, мало чем отличались от таковых в реальности, но все же… Вот это очередное взаимодействие аур в реале совсем иное. Мощнее.

Алиела была в легком черном вечернем платье, на ногах – симпатичные туфли, руку выше локтя обвивал очередной растительный симбионт, плавно перетекая на шею и формируя там нечто вроде украшения. Видимо, так ей привычней, да и красиво, не отнять.

Заметив нетерпение в глазах девушки, я подошел совсем близко и, не отрывая взгляда от ее слегка подрагивающих ресниц, аккуратно приобнял за талию. Она выдохнула (оказывается, пока я подходил, и не дышала) и потянулась ко мне, прижавшись лбом. Я тут же почувствовал, как в мой «третий глаз» жадно впивается энергетический луч из ее лба. Так ей все же привычней «целоваться». Я мысленно улыбнулся и буквально всосал в себя этот луч, автоматически отвечая и модулируя его, подсознательно понимая, что надо делать… Видимо, делал я все правильно, так как Алиела буквально повисла на моей руке, и от нее исходил мощный поток удовольствия. Да и я стал получать удовольствие от довольно необычных ощущений. Но потом все же, когда они пошли на спад, я приподнял лицо Алиелы за подбородок и прикоснулся к ее губам своими. Почувствовал легкое удивление девушки, но, как и я ранее, она тоже отдалась новым ощущениям.

Наконец мы оторвались друг от друга.

– Пойдем покажу тебе, как я живу, – предложил я. – Потом познакомлю тебя со своей семьей. Может, побродим по городам земным, не знаю… развлечемся. Там видно будет.

– Нет, – возразила Алиела. – Сначала я хочу о тебе узнать все-все-все. Ты обещал мне!

– Хорошо, – сдался я. – Но это все-таки лучше делать не здесь и не прямо сейчас. Пошли?

Она кивнула, я снова ее поцеловал, и когда она открыла глаза, мы уже находились в одном из золотых залов Кремля. Алиела ахнула. Разумеется, зал был не настоящий, но восстановленный с максимальной точностью по его виртуальной копии в сети. Зато материалы были натуральные. Через окна в зал лился свет, доносился легкий шум природы, а по залу летали какие-то птички. Я с неудовольствием на них посмотрел. Когда я настраивал телепорт, несколько птах прошмыгнуло внутрь, но я бороться с ними не стал и даже решил, что это будет неплохо для моих растений, коих в моем дворце уже довольно много. Ну а отходы убирались автоматически. Единственно, оставалась вероятность получить подарок на голову, но пока этого не случалось.

– Красиво как! – Алиела крутнулась вокруг своей оси, раскинув руки. – Ты что, здесь живешь?

– Нет, конечно, – улыбнулся я. – Для жизни мне много не надо, но я люблю красоту. Вот и собираю, вернее, воссоздаю, как могу.

– То есть это ты сделал?!

– Ну да. Раньше-то, конечно, это мои предки сделали, но оригинала, к сожалению, уже нет. Но этот почти ничем не отличается от него. У меня десятки таких помещений, комнат, пространств.

– А где все это располагается? – Девушка подбежала к стене и потрогала ее.

– Глубоко под землей. Вон, если хочешь, посиди на троне, почувствуй историю.

Алиела помчалась в дальний конец зала, а он ведь немаленький.

Потом я показывал ей телепорты почти во все стороны света, рассказывал, как тут все устроено, как переходить между залами напрямую, чтобы не проходить километры промежуточных, познакомил с Дворецким.

– Да уж, – вздохнула Алиела часа через три, усаживаясь на отодвинутый мною стул за заставленный разными блюдами стол в небольшой, но уютной комнате, у большого окна во всю стену, через которое был виден заснеженный склон горы. То есть создавалось впечатление, что ты находишься в деревянном доме на горе. Вид был настолько привлекательный и спокойный, что никуда не хотелось уходить. А в дальнем углу комнаты горел камин, создавая непередаваемую атмосферу уюта. – Хорошо тут у тебя. Не то что у нас на базе. Теперь мне точно надо побыстрее узнать о тебе, чтобы понимать…

– Чтобы понимать, чего от меня ожидать? – предположил я, глядя, как Алиела шустро управляется с веганскими приборами, которые я воссоздал для ее удобства.

Сам я предпочел использовать земные. Они все же различались. Формой, например, или тем, как едят тот же суп. Сначала веганцы съедают то, что в нем плавает, вылавливая ингредиенты щипчиками и отправляя в рот, а остальное просто выпивают, поэтому тарелки под первое у них – что-то вроде наших бульонных кружек. Были еще кое-какие отличия, но не настолько ужасные, как можно было бы представить. Веганскую пищу я пока еще не умею создавать, поэтому снова остановился на эльфийской – для Алиелы, а для себя выставил земную, на которую и налегал.

На столе стояло много чего: холодная белуга, осетрина с хреном, икра, раковый суп, солянка рыбная и солянка из почек с расстегаями, а потом – жареный поросенок и телятина. Дальше – ботвинья с осетриной, белорыбицей и сухим тертым балыком. Затем третье блюдо – сковорода гурьевской каши. Байдаковский пирог – огромная кулебяка с начинкой в двенадцать ярусов, где было все, начиная от слоя налимьей печенки и кончая слоем костного мозга в черном масле. Из эльфийской еды – всяческие салаты, которые Алиеле пришлись по душе, овощные супчики, правда, с включением легкого птичьего мяса, овощи, по-разному приготовленные, и фрукты. Особое удовольствие эта еда вызывала в том числе из-за наличия несложных плетений, усиливающих, где надо, вкус, а также плетений, определяющих конфигурацию вкусовых рецепторов и, соответственно, воздействующих на них. Честно говоря, при подобном раскладе можно с удовольствием есть и грязь, напичканную такими плетениями (без учета последствий), и я это воспринимал как некоторого рода обман, поэтому предпочитал натуральные продукты. Хотя, подозреваю, многие эльфийские блюда без подобных плетений, но такие же вкусные были приготовлены с помощью магии, но только для создания нужных молекулярных конфигураций и соединений. Поэтому я совсем уж от нее нос не воротил.

Все перечисленное из земных блюд я уже здесь, на Земле, нашел. В некоторых ресторанах восстанавливали подлинные блюда прошлого. Попался один такой, где все это готовилось. Не сразу, конечно, но я туда несколько раз наведывался.

Алиела с интересом посматривала на земную пищу и наконец решилась попробовать. Не сказать, что она была прям в таком же восторге, как и от эльфийских блюд, но оценила по достоинству.

Вскоре после того, как мы закончили предаваться чревоугодию, Алиела забеспокоилась. Я улыбнулся, почувствовав направление ее желаний, и кивнул на одну из дверей:

– Дамская комната вон там.

– Тебе нравится вгонять меня в краску, да? – слегка нахмурилась Алиела.

– Вряд ли я делаю это специально, но выражение эмоций и их смена на твоем прекрасном лице просто завораживают. И особенно когда ты смущаешься.

Алиела не смогла больше хмуриться и улыбнулась:

– Я чувствую это! – Она вскочила и быстро пошла к нужной двери, бросив через плечо: – Я быстро!

– Не торопись, мне тоже надо носик припудрить.

Через некоторое время мы снова встретились в той комнате. Алиела подошла ко мне близко-близко:

– Ты обещал мне дать какую-то мемокопию, но прежде… – Она замолчала в нерешительности.

Вот что ни говорите, а реальные чувства, а не игра, то же смущение, например, – это просто нечто! Или когда ты чувствуешь невысказанные мысли и желания. Я подхватил Алиелу на руки (хе-хе, по сравнению с давлением челюстей акулы Алиела – просто перышко!), поцеловал ее и сказал:

– Я тебе еще не показывал спальню. Там тоже много интересного. Но туда я тебя отнесу.

Про постельные игры я, пожалуй, умолчу. Скажу лишь, что это было по-другому, уже осознанно, хотя порой крышу сносило у обоих. Мне больше интересно – у нас всегда так будет или в конце концов появится какой-то баланс? Ну ладно, время покажет, а пока совершенно не имеет смысла заморачиваться, разве что контролировать, чтобы наши организмы не пошли вразнос. Несмотря на практически полное погружение в чувства и постельные игры, я все же заметил мощные энергетические выбросы от нас, идущие то волнами, то, как на солнце, протуберанцами закручивающихся энергий. И намешано там было так много, что я даже с биокомпом не все мог определить. Если рядом кто-то будет находиться в это время, пусть и не видя нас, то на него это все равно повлияет, но как – пока не скажу. Мало данных.

– Ты знаешь, а я получила нагоняй от мамы… – тихо проговорила Алиела, когда мы лежали, обнявшись, потные и усталые. Правда, от пота я потом незаметно избавил нас, чтобы не идти обмываться. – То есть от начальства. За плохую работу. – Она вздохнула.

– Твое начальство – твоя мама?

– Угу.

– Не расстраивайся, – я погладил ее по голове, – мамы обычно такие. Порой бывают строже начальства.

– Контролера к нам выслали, а как и что он решит – непонятно.

– Когда он будет здесь?

Алиела дернула плечом:

– Не знаю. Вполне уже может быть здесь – знакомится с обстановкой со стороны. Да и Разумница на базе может ей предоставить все данные, не ставя нас в известность. У контролеров специальные права…

– «Ей»?

– А, ну да. Контролер – «она». Что хуже всего – бывшая знакомая Элхора. И может быть настроена против него.

– М-да… Бывает, – протянул я.

– Ладно! – Алиела отбросила в сторону плохие мысли и улыбнулась: – Теперь-то уже нет препятствий, мешающих узнать о тебе поподробней?

– А давай еще разок?

– Ну уж нет! – Алиела стукнула меня кулачком по груди. – Я, может быть, тоже хочу, скорее не физически – в этом смысле я боюсь даже на ноги вставать – удержат ли? Но надо и делами позаниматься. А то мама меня попросила про тебя рассказать, а я только и могла сообщить, что «его зовут Ник», – обиженно закончила она.

Я хмыкнул. Ну хорошо. Взял за основу мемокопию, которую готовил для сестры, и поработал над ней – что-то добавил, что-то убрал. В общем-то я это и так делал параллельным сознанием, начал еще, когда Алиела только появилась у меня, но сейчас навел последние штрихи.

– Готова? – спросил я.

Алиела неуверенно кивнула:

– Что, прямо так, в постели?

– А где?

– Ну, я думала, может, в каком-нибудь медицинском комплексе…

Я весело засмеялся и поцеловал ее в носик:

– Я сам себе медицинский комплекс. И не беспокойся – пока ты будешь впитывать информацию, приставать к тебе я не буду…

– Фу! Пошляк, – пихнула меня в бок Алиела.

Приятно, что шуточки и подколки нормально воспринимаются веганкой. Говорю же – почти натуральные земляне! Ну, в смысле европейцы или мы, русские. Хотя, конечно, это она тут «оземлянилась» за столько лет, по астрослепку-то я помню, что не все у них так однозначно.

Напоследок посмотрев в глаза Алиелы, я поцеловал ее и активировал мемокопию. Веки девушки медленно закрылись.

Ну а я прижал к себе подругу покрепче и скользнул в полудрему, но не обычную: один из потоков сознания я синхронизировал с работой мозга веганки и потихоньку просочился на уровень восприятия ею мемокопии. Ну, чтобы со стороны контролировать. Мне интересны реакции девушки, да и, если что, смогу на ходу подкорректировать события.

Элхор

Странные мысли и чувства одолевали веганца. При этом его симбионт не находил ничего необычного и тем более опасного. Считая, что если он отвлечется на другие дела, то все это уйдет, Элхор резко рванул в космос, не сильно озабочиваясь маскировкой, что в принципе могло ему добавить минус в глазах контролера, если бы тот вдруг уже находился здесь.

Легкий ионизированный след, ведущий от Земли в космос, отследили системы сканирования воздушного и околоземного пространства землян разных стран, но, как и ранее, только занесли факт в базу данных на разбор искину, оценивающему опасность для жителей.

Путь Элхора лежал к одному из спутников планеты Е 3С 3142Г54, которую местные называют Марсом. Там следящие системы веганцев обнаружили шевеление техники серых, и Элхор их вполне понимал. Если бы у их миссии было больше ресурсов и соответствующие полномочия, он бы тоже исследовал этот спутник. И у других планет тоже есть такие странные спутники, чьи периоды вращения вокруг своей оси совпадают с вращением вокруг планеты, из-за чего они постоянно направлены на нее одной стороной. Прекрасное место для постоянного мониторинга состояния планеты! По этой же причине базы практически всех присутствующих в этой системе рас разумных, так или иначе осуществляющих контакты с Землей, располагаются на Луне. Сам Элхор не исключал возможности того, что эти спутники носят искусственный характер, тем более что сканеры показывают довольно много явно искусственных областей внутри Луны. Однако являются ли они структурами, воспроизведенными создателями спутника, или это просто базы прочих членов Комитета, сказать нельзя. На официальной карте Луны, выданной центаврийцами, эти зоны просто помечены как запретные для посещения. Точно так же на карте запретной для всех выглядела и их, веганская, база, построенная еще третьей или даже второй миссией.

Поэтому Элхору весьма любопытно посмотреть, что тут копают серые со своими приспешниками. Надо было, конечно, прихватить свою технику, но это можно оставить на потом. А пока посмотреть своими глазами.

Смотреть оказалось особо не на что. На условно верхней части спутника квадратом стояли четыре корабля: два из них принадлежат серым и два – эридянам. Большие – очевидно, исследовательские лаборатории. В почве спутника в центре квадрата, образованного кораблями, зияло явно искусственное отверстие, сделанное серыми, и между ним и кораблями наблюдалось некое движение. Это роботизированные системы что-то таскали, скорее всего оборудование, а обратно, возможно, – материалы для исследований.

Спустя какое-то время Элхор заскучал. Прежде чем вернуться на базу за своим мощным следящим оборудованием, он решил прогуляться на спутник. С собой у него было несколько маломощных инструментов, в том числе разные сканеры, которые он планировал использовать при исследовании технологий Ника, но там не получилось, может, здесь пригодятся. Личное оружие есть, маскировка серым не по зубам, так что почему бы не осмотреться.

Вскоре корабль веганца завис прямо над зевом на поверхности спутника. Небольшая точка оторвалась от ненамного большей и быстро опустилась в отверстие. Корабль поднялся на несколько десятков километров над спутником и замер там, ожидая своего хозяина.

Хозяин же опустился на поверхность и пошел вниз, медленно и осторожно. Гравитационные и прочие системы он отключил, дабы ненароком себя не выдать нарушением маскировки, поэтому его походка была с непривычки несколько прыгающей. Ботинки при необходимости прилипали практически к любой поверхности, даже шероховатой, так что идти было не так уж и сложно, тем более что рабочие серых постарались сделать спуск довольно удобным.

Несколько километров ничего стоящего не попадалось, разве что иногда надо было уворачиваться от снующих по делам роботов. Но это было совсем не сложно. И когда наконец попалась пещера, в которую вел коридор, Элхор облегченно вздохнул. Сканер не показал наличия живых организмов, и он осторожно вошел внутрь. Метров пятисот в диаметре, круглая пещера напоминала половинку шара. Каменный свод был очень гладко вырублен или как-то иным способом обработан, причем явно не серыми. В центре зала из земли выступала плита, похожая на стол, и вокруг нее медленно перемещались исследовательские системы серых. Действие происходило в полной темноте, которую иногда разрывали энергетические лучи, в том числе и световые.

Элхора заинтересовало происходящее, и он медленно направился к центру, настраивая свой кристалл так, чтобы отсечь мешающие вспышки. Веганец, как и сканер опасности, не заметил, что за спиной шевельнулась часть стены, превращаясь в боевую особь серых несколько странной формы. В отличие от особей, штурмовавших корабль землян, эта не имела при себе никакого оружия, ноги были короче, а руки, наоборот, длиннее. Да и морда несколько отличалась, хотя болтающаяся бахрома, видимо тоже играющая какую-то роль в экипировке, имелась.

Не приближаясь к веганцу, особь сделала какие-то пассы руками и резко выбросила их в сторону незваного пришельца.

Голову Элхора разорвала резкая боль такой силы, что практически парализовала. Защита не справилась с пси-щупом, воткнувшимся в затылок и погасившим сознание. Тут же от стен отделились, проявляясь в реальности, еще несколько боевых особей, а в дверь метнулись особи другой формы и тележка на антигравах, на которую и перенесли пленника. После этого она в сопровождении охраны отправилась на выход.

Корабль Элхора потерял связь с хозяином, но это было приемлемо в данных условиях. Сквозь камни ментальная связь проходила плохо, не работали и прочие маломощные системы связи, поэтому сигнала опасности на базу не поступало. А спустя десяток минут яркая вспышка буквально испарила корабль. Удар был произведен одновременным энергетическим выстрелом в упор с двух кораблей эридян, мощность которого была такой, что даже хваленая веганская защита не справилась.

Один из кораблей серых был буквально напичкан аппаратурой, которая на пределе своих возможностей и смогла еле-еле нащупать корабль веганца. Второй корабль, наоборот, был заминирован на случай провала ловушки. После рассчитанного взрыва спутник планеты, скорее всего, перестал бы существовать, но не осталось бы и доказуемых следов серых. Так что предъявить им было бы нечего, а то можно и повернуть дело против веганцев, так нагло разрушивших лагерь мирных исследователей. Впрочем, все обошлось, даже спутник можно дальше изучать. Только веганца надо перевезти в другое место. Если он и оставил своим информацию о том, куда отправился, ничего им это не даст. Пусть ищут и доказывают.

Алиела

Мемокопия, о которой говорил Ник, оказалась какой-то ментальной техникой, вогнавшей ее в видения с полным присутствием. Все было настолько реальным: и вид, и картинка, и ощущения, даже температура и запах, – что девушка сперва испугалась, уж слишком резкий переход. Но рядом сразу появился Ник, и она успокоилась. По ходу дела он пояснял то, что она не совсем улавливала. Все-таки некоторые вещи, абсолютно естественные для землян, не вызывают у нее правильных ассоциаций. Хотя она давно уже присутствовала у Земли, но изучала ведь все страны и нации на планете, а значит – не всегда глубоко. Впрочем, таких моментов было очень мало.

Иногда Ник пропадал, и Алиела самостоятельно разбиралась в происходящем, ходила между персонажами… Поймав себя на этой мысли, улыбнулась – похоже, она воспринимает действие как придуманное кино. И тут же вскрикнула, когда Нику в этом действии прилетело топором по спине. И зажмурилась, когда вокруг полилась кровь разумных.

Нет, она не была хрупкой недотрогой, и кровь ее обычно не сильно смущала, но ведь это все происходит с Ником и его окружением! Пусть это тот, другой Ник, еще не ее, но ведь это он! Выглядит чуть иначе, более мягкий, прическа другая, выражение глаз… но все-таки он!

Инопланетного корабля такого типа она никогда не видела. К счастью, связь со своим кристаллом Алиела не потеряла и запустила поиск по базе данных, но ничего подобного не нашлось. А еще необычный компьютер, которому Ник дал имя Умник. Уж не тот ли это мальчишка, с которым Ник ее познакомил, который старше, чем человечество?..

Впрочем, скоро девушка втянулась в события. Что-то пропускала – всякие переходы и прочие скучные моменты, но практически все ей было интересно. Планета оказалась по своему составу (воздух, растения, животные, люди) практически идентичной Земле. Версалия и то сильнее разнится. Разумные существа вызвали недоумение. Какие-то эльфы, гномы, потом демоны, явные мутанты… Такие ей точно не были знакомы.

Сердце сжималось, когда Ник был с женщинами. Алиела оценила, что он не убрал эти сцены, доверяя ей, хотя все равно было неприятно. Особенно когда по косвенным признакам (ментальные поля в мемокопии, к сожалению, не работали и не передавались) она определила высокую совместимость Ника с его первой, случайно встреченной девушкой. Оттого и срыв был такой сильный после ее смерти.

Ну а еще эта магия. То, что земные писатели выдумали, тут действительно существовало и работало! Потом вдруг оказалось, что магия Ника отличается от местной, и он фактически на голову выше тех магов! Не по опыту и знаниям, но по возможностям! Мысленные беседы Ника с Умником порой озвучивались, чтобы ей были понятны поступки и действия разумных. А кое-что и сам Ник, настоящий, сегодняшний, появившись, объяснял, а потом снова исчезал, чтобы не отвлекать.

Менталом местные владели, но не особо, пока события не переместились на второй континент планеты, к чародеям. Тут уже Алиела стала себя чувствовать ущербной, видя, что они вытворяют. И особенно после объяснений Ника, без которых она бы вряд ли что поняла.

Но как же Нику там досталось! Рыдать хотелось при виде его исхудавшего тела на плите в казематах, где его и других разумных использовали в качестве генератора магической энергии. И потом, когда они с подругой убегали оттуда… Алиела даже не сильно расстроилась, когда Ник с той девушкой стали парой. Это как-то отошло на второй план и уже не казалось важным. Та девушка тоже настрадалась, и невольно Алиела стала ей сочувствовать.

А еще она увидела мощь и силу богов, и ей стало страшно. Настоящих богов, а не придуманных землянами, под личиной которых порой выступали и сами наблюдатели – веганцы и прочие. Хорошо хоть у них в реальности богов нет, да и в Галактике, насколько Алиела знает. Ходили разговоры об энергетических существах, но она что-то сомневалась, что речь шла именно о них. Алиела дала задание Разумнице послать запрос на Версалию (в локальных базах нужной информации не обнаружилось), а это дело долгое.

Какие сложные взаимоотношения между империями! И все эти типы магии! Нику просто повезло проскользнуть на волне между скалами местных стычек, амбиций, противостояний, противоречий и интриг, не сильно потеряв. Хотя, похоже, его использовали все, кому не лень. Даже девушка эта его бросила ради императора. Но и Ник многое нашел и использовал себе во благо. Ту же магию – смог разобраться в чародействе. И не только разобраться, но и научиться! Это как же надо уметь управлять своим телом, а главное – энергетикой, чтобы привить себе такие возможности! А еще магия археев, из которой логически вытекает чародейство, а по сути – намного больше, чем чародейство!

Поразили ее и големы, а особенно тот скелетик, Скалл, почти разумный или даже вполне разумный. Девушка диву давалась, глядя на взаимоотношения этого искусственного существа и его названого отца. Некоторые концепции о разуме и интеллекте определенно придется пересмотреть.

К концу Алиеле стало казаться, что она неплохо разбирается во всей этой магии. Ей даже стало обидно, что все их веганские техники «пси» и ментальные воздействия в сравнении с талантами хотя бы чародеев – просто детский лепет. Однобоко переразвитая мышца обычного чародейства. А уж сравнивать с возможностями Ника просто смешно. И они хотели использовать этого человека в своих целях! Ха-ха! Вернее, Алиела-то не хотела, он ей просто очень нужен, а вот мама определенно что-то задумала. Но это почему-то Алиелу уже не беспокоило. Просто было смешно. Но зато сразу стало понятно, почему Ник запросто предоставил о себе подобную информацию. Нет, понятно, что он ее… Ну, пусть будет «любит», хотя еще не совсем понятно, да и термины довольно неоднозначные. Но, скорее всего, именно через нее, посредством этого фильма, он показывает, что лучше с ним не играть. И сила у него есть, способности, и даже кое-какой опыт в политических играх.

Выскользнув из наведенного сна-яви, Алиела долго лежала без движения, глядя в лицо Ника, который то ли спал (что, судя по полученным знаниям, маловероятно), то ли решал какие-то задачи. Надо же! Параллельные сознания! Ох какой тяжелый груз сведений свалился на ее голову! И вроде бы все увидела, поняла, но до сих пор находилась «там», переваривая увиденное. Не отпускала ее та реальность. Не отпускала.

Ресницы Ника затрепетали, и он открыл глаза. Вглядевшись в них, Алиела вдруг увидела ментальные образы друзей Ника из того мира, выстроившиеся в ряд. Этот ряд терялся где-то вдали. Каждый разумный давал Нику что-то свое, уникальное или не очень, но каждый был важной частью ее суженого, и это стоило учитывать, если она хочет понимать его мысли, действия и поступки.

А ведь Ник фактически прожил меньше, чем она! То есть как бы моложе нее… Но зато столько у него было приключений, что, можно сказать, по сравнению с ним веганка почти и не жила.

Она потянулась к лицу Ника и нашла своими губами его губы. И подумала, что в этом определенно что-то есть. Затылка коснулась рука Ника, и…

Пришла в себя Алиела только через час, тяжело дыша и почти полностью обессилев.

– Может, поспишь? – Это были первые слова после просмотренного фильма, произнесенные в этой комнате.

– Нет, – покачала головой Алиела. – Вернее, посплю, но на базе – надо туда вернуться. Кое-какие дела, да и все никак не отойду от того, что ты мне показал. Хочу обдумать…

Ник кивнул. В отличие от нее, он совсем не запыхался, был свеж и бодр. Веганке даже завидно стало.

– И еще… – Алиела некоторое время молчала, вырисовывая пальцем какие-то узоры на груди Ника и будто не решаясь, но потом все же сказала: – Когда ты рядом, мне все время хочется заниматься с тобой сексом. Это непонятно, внове для меня, непривычно… Честно говоря, сбивает с толку и даже отчасти пугает.

Ник снова кивнул, а Алиела в его лице не увидела насмешки, как почему-то ожидала.

– Устаканится, – пообещал он и дотронулся до ее лба пальцем: – У тебя здесь прорвало плотину, но я уже вижу, что ты скоро возьмешь себя в руки и будешь отпускать себя только тогда, когда захочешь.

– Это хорошо… Не люблю, когда не могу что-то контролировать.

На эти слова Ник слегка улыбнулся и вернулся к насущному вопросу:

– Если захочешь что-то из фильма освежить в памяти или пересмотреть, можешь запустить через болталку…

– Через болталку? – оживилась Алиела. – Ты мне ее поставил?

– Да, прости. Если хочешь – уберу…

– Не-не-не! – замотала головой Алиела и попыталась вызвать болталку, как это делали другие под его руководством в фильме.

Все получилось сразу, и Алиела, дитя технически развитого мира с упором на ментальные техники, буквально за несколько минут распотрошила болталку, изучив ее возможности.

– Спасибо! – Она снова повернулась к Нику и поцеловала его в щеку. – Особенно за то, что подключил инфокомп. Вот заодно проверю, насколько он мощный по сравнению с моей Разумницей. Давно хотелось иметь что-то настолько же серьезное, но неподконтрольное службе. Потом еще Элхору поставишь, ладно?

– Хорошо, – пообещал Ник, глядя, как Алиела с кряхтением слезает с постели.

Через мгновение девушка почувствовала, как тело наполняется энергией, и с благодарностью посмотрела на Ника. Тем не менее физическая усталость никуда не делась, лишь ослабла.

– Я еще тебе, пока ты смотрела фильм, нормальную ментальную защиту поставил, ну и там по мелочи разное, потом разберешься. А насчет фильма просьба: этот фильм – для личного использования. Если вдруг мама или кто-то другой спросит – рассказывай, что считаешь нужным, но показывать не надо.

– Я не собираюсь терять эксклюзивное право быть единственным поставщиком информации о тебе, – пошутила Алиела, а миг спустя на ней появилась одежда, которую она радостно оглядела: – Как удобно-то! Ладно, закинь меня на базу. И я с тобой не прощаюсь! – лукаво улыбнулась девушка, прежде чем исчезнуть из комнаты.

Ник

Я потянулся, с удовольствием отмечая, как мышцы растягиваются, расслабляются, принося ощущение неги и наслаждения. Да уж, позажигали мы с Алиелой. Удивительно, но она была совершенно неопытной в этом деле, хотя со всем пылом отдавалась игре и с удовольствием постигала новое. Не хотела быть пассивной, хотела не только получать, но и отдавать. И это столетняя женщина! Ну и дела у них на Версалии творятся! Впрочем, мне же лучше. Ну и конечно, быстрому выравниванию уровней служило то, что мы чувствовали друг друга как никто. Все потаенные желания, как мои, так и ее. Одни ее вгоняли в краску, другие пугали, но в целом все как-то устаканилось.

Был и еще интересный эффект. Что-то вроде единения на ментальном уровне. Это ощущалось как появление новых параллельных потоков мышления. Плюс необычные мысли и идеи, непривычный взгляд на предмет размышления… хотя о чем можно размышлять во время соития? Ну вот, каюсь! Некоторые из моих сознаний работали, как и раньше, по своим темам. Не знаю, как это воспринимала Алиела, но, скорее всего, никак. Не осознавала этого, а может, считала, что подобное расширение сознания и должно быть.

А еще она, видимо, ощутила прямое объединение сознаний, которое воспринималось как скачкообразное увеличение объема «я» в пространстве и времени, усиление абстрактности и четкости восприятия мира, новое понимание причинно-следственных связей. Ну, это у меня так было, но, по сути, мы с ней стали огромным единым целым; она это все прошла, только вот когда вернулась в обычное состояние, у нее эти новинки отошли на второй план, как сон. Вроде и реальность, но вроде как приснилось. Защитная реакция мозга. Но ничего, еще осознает.

А по правде… Я считаю, мне просто повезло. Даже по сравнению с магией Алиела – самая большая плюшка, доставшаяся мне за всю мою жизнь… Хм… Влюбился я, что ли, раз так говорю? А почему бы и нет? Ну и пусть. Хотя без магии мы бы с ней и не встретились, и это не та «магия», под которой подразумевают все необъяснимое во взаимоотношениях и связях, а та утилитарная, которую я постигал последние годы.

По УНИКу позвонил Орлов, напомнил про обещание поставить дополнительную защиту на лабораторию. Думаю, на самом деле реальную лабораторию уже куда-нибудь перенесли, а защиту хотят просто посмотреть – оценить эффективность. Иначе зачем столько ждали?

Практически сразу после этого со мной связался академик Кораблев. Уже через болталку. Попросил о встрече по интересующим их вопросам. Я согласился.

О! У меня, кажется, мое тельце искусственное в Антарктиде сидит на снежном троне – оставил, чтобы посмотреть, как длительный мороз на него действует. Надо смотаться туда, посмотреть, живое ли? Ну и использовать по назначению.

Ник

Заскочил на фазенду Орловых за генералом, а потом сразу же мы прыгнули в лабораторию. Только успел махнуть сестре рукой. Не хотелось терять время на стандартные перемещения, хоть и достаточно быстрые, но ни в какую не сравнимые с телепортацией.

Генерал внимательно посмотрел на меня, повел носом, как бы принюхиваясь, а потом дотронулся рукой до моего плеча и вопросительно поднял брови:

– Из холодильника ты, что ли, вылез? Холодом от тебя тянет.

– Почти, – улыбнулся я. – В снежной пустыне был, прямо оттуда телепортнулся к тебе.

– Удобная штука, – покивал Орлов, не став уточнять подробности и переключившись на новую тему: – Вот только головной боли нам добавило.

– А что так? – спросил я, со стороны рассматривая совсем не презентабельное здание. Зато деревья вдали и небольшие горы радовали глаз.

– Фактически у нас этой технологии нет, а есть ты. Но все во всем мире, по крайней мере спецслужбы, уже знают или догадываются, что мы обладаем телепортацией. На самом деле очень сложная ситуация. Могут закатить истерику всем миром, мол, этим должны владеть все, и начнут на нас наседать. Или же любые свои проблемы начнут списывать на использование нами этой технологии. Взорвут, например, какой-нибудь химический завод у себя, а скорее у своих партнеров, и скажут, что это могли сделать только мы. И понесется… по трубам… Не раз уже нечто подобное было в истории, и почти всегда срабатывало, а работающие рецепты редко выбрасывают на помойку.

Я мельком глянул на ауру Орлова.

– Только вот, вижу я, ты, твое генеральство, не очень расстроен.

– Ну, во-первых, не моя тематика. А во-вторых… Ведь что в таких ситуациях главное? Правильно! Главное то, кто управляет СМИ и чьи СМИ горластее! Сейчас же ситуация такая, что мы ничуть не менее горласты, чем они. Ну и в-третьих… – Орлов на мгновение замолчал.

Я воспользовался паузой и выдал свою догадку:

– А в-третьих – нам наплевать?

Генерал довольно дернул уголком рта, обозначив улыбку:

– Совершенно верно! Мы настолько не зависим от них, что по большому счету можем наплевать на их истерики. И войны в ближайшее время точно не будет, и уж точно мы не собираемся ее развязывать. А вот они весьма зависят от некоторых наших технологий. Так что вопрос не в том, что делать, а в том, что такое придумать, чтобы голова не сильно болела.

– Но ведь не все так просто? Как насчет инопланетян и похищения детей? Я тебе не говорил, но, если бы я их не нашел, их бы разобрали даже не на органы, а на гены. И все. А англы им помогают. И, вероятно, не только они. Могут и попросить пришельцев «по-дружески» помочь.

Орлов погонял желваки на скулах. Настроение я ему капитально сбил.

– Потом еще поговорим. – Генерал кивком указал на появившегося встречающего.

Я пожал плечами. Потом так потом.

Академик Кораблев

– У вас тут нескучно, – сказал Ник, выйдя из-за спины Кораблева и оглядываясь.

Академик от неожиданности дернулся, рядом пронесся заметный только Нику электромагнитный вихрь радиосвязи, в стенах зашумели и тут же замолкли еле слышные сервоприводы, и снова наступила тишина.

– Уф, мальчишка! – буркнул недовольный Кораблев. – Лучше предупреждать заранее. А то не все автоматизированные системы защиты могут вовремя остановиться. Среди них есть и изолированные, оценивающие опасность самостоятельно.

– Приношу свои извинения, был не прав, – кивнул Ник.

Это была оранжерея, спрятанная внутри здания. Стеклянный потолок пропускал яркие солнечные лучи, играя зеленью на листьях растений. Дорожки аккуратные, стиль – восточный. По крайней мере, метрах в ста отсюда Ник увидел нечто вроде сада камней.

Ник с Кораблевым медленно пошли по дорожке, извивающейся среди растительности.

– Материал, переданный вами, нас заинтересовал, – начал уже серьезный разговор Кораблев. – Хотелось бы получить полную библиотеку, а не только список и синопсис отдельных технологий.

– Я не против, но вы же помните мое условие? Я должен знать, как вы планируете использовать эти материалы.

– Ну, вы же не оставили нам никаких рекомендаций…

– Ничего страшного, – прервал Кораблева Ник. – Достаточно показать мне то, что вы разработали без учета моих требований, а там, если что, – подкорректируем.

– Хорошо, – кивнул академик и перекинул Нику по ближней связи пакет информации.

– Давайте присядем. – Ник остановился у скамейки. – Я сейчас по-быстрому ознакомлюсь…

– Там же полно данных! – удивился академик, тем не менее присаживаясь на скамейку рядом с Ником. – На час-полтора, чтобы понять…

– Ничего, у меня есть свои методы. – Ник замер, отключившись от мира.

Ник

Я быстро прогнал полученные от академика сведения через свою программу обучения и загрузил напрямую в мозг.

Хм… А ничего так придумали. Плавное развитие текущих технологий с постепенным внедрением новых, предварительно подстроив под них теоретическую базу. Процентов десять от общего объема лет за пятьдесят – сто, а то и за больший срок. В рекультивации земель и терраформировании в первую очередь внимание уделяется способам технологического характера, во вторую – техномагического и в последнюю очередь, по остаточному принципу, – магического. Понятно. Несмотря на огромный вклад одаренных в развитие технологий, они все же не рассматриваются в качестве базовой основы для роста. Хотя и есть развилки, лежащие на вероятностных расчетах переработки и восприятия полученной информации по техномагии и магии. Причем все это привязано к текущим научным знаниям и производству, на развитие чего и направлены передающиеся технологии и уже существующие, пока еще не очень четко оформленные, возможности одаренных. Старые наработки, на которые были потрачены миллионы человекочасов за прошедшие сотни лет, никто не собирался отбрасывать.

Особенно порадовали промежуточные состояния: когда и в какой мере делиться технологиями с остальным человечеством. Кого привлекать, на каких условиях. Как я погляжу, лет через сто такими темпами выйдет объединение землян во главе с одним правительством. Понятно, что в идеальных описанных условиях. Что примечательно: хоть Россия и должна доминировать по плану, но не как страна, ибо к тому моменту отдельных стран не останется, а скорее как оплот государственности и законности, а не как обычная империя, подавляющая остальных участников. Хотя, как ни крути, все равно получается империя. Только без императора.

Впрочем, политическая основа дана мазками в рамках технологического развития, но вполне достаточно, чтобы понять, о чем речь. Мне показалось, что документ слишком хорошо продуман. Наверное, эти планы и так уже в разработке и претворяются в жизнь, разве что, возможно, сроки изменились в сторону сокращения. Почему бы и нет? Насколько я в курсе, с технологической точки зрения, библиотека атлантов и так в руках ученых. Пусть и неполная, но кто сказал, что для достижения указанной цели нужно иметь все разработки атлантов? На деле достаточно одной-двух, которые, вероятно, уже и так восприняты и поняты. Если больше – еще лучше, сроки сокращаются (вероятнее всего), хотя не исключен и спонтанный всплеск агрессии от условно проигрывающей стороны. В общем и целом все классно, мне нравится, и зря я тут строил из себя незаменимую и самую большую шишку на планете. Есть я или нет меня (с условно моими технологиями) – все распланировано на сотни лет вперед, и что-то мне подсказывает, что эти планы очень реальны и никто не будет их кардинально менять.

То ли со мной случился припадок предвидения, то ли еще что, но все эти пропечатанные слова на виртуальной бумаге вдруг обрели гранитную фактуру, протягивающуюся и размазывающуюся куда-то за горизонт. А я могу лишь подтолкнуть маятник, уже идущий в нужную сторону, или, может, слегка притормозить, но вряд ли остановить. Я прямо почувствовал тяжесть движения такого понятия, как жизнь. И не только жизнь абстрактно, но жизнь страны под названием Россия и планеты Земля. Даже прижало меня к земле. Никогда такого раньше не ощущал!

Забавно, но такие планы должны иметь гриф «сверхсекретно», а мне спокойно дают почитать. Или это фейк, что, в связи с моими ощущениями и видениями, вряд ли, или же… Что?

Ник

Защиту лаборатории сделал – пальчики оближешь. Хрен кто неподконтрольный пройдет внутрь – я поставил контроль не только по ауре, но и по информструктуре. И если ауру местные ученые через свою технику, работающую с биополевыми структурами, смогут поменять (я не знаю на самом деле, смогут или нет, да и неинтересно; ну, если могут менять, то флаг им в руки и барабан на шею), то про информструктуры и инфомагию они вообще ничего не знают. А при предоставлении доступа запоминаются основные показатели не только ауры, но и информструктуры. Ну и соответствующее плетение контроля вешается. Собственно, оно одно и нужно, а аура и информструктура – чисто для детектирования попытки подмены личности. Даже если одаренные, оперирующие реальностью, сумеют сделать качественную подмену, то инфомагическую метку хрен подделают. Хотя если реальность будет им подыгрывать, то… Нет, вряд ли.

Это все для защиты от тайного внедрения. А защита от прямого нападения – тоже чисто магическая, я ведь так и обещал. Вернее, так меня просили. Поразвлекся с чисто фэнтезийными приколами – фаерболы (по сути, просто световые шарики с плетением разогрева внутри: если попадет в объект, мгновенно разогреет его до максимума, насколько хватит заряда), ледяные стрелы и копья (та же песня – материализация ледышек с гравитационным движком и наведением на цель). Это внешне. А по факту раскинул сеть по типу своей защитной, но для охраны стационарного объекта, с множеством поражающих инструментов. Особенно мне понравилась хаотичная сеть пересекающихся плоскостей смещения пространства. Гарантированно при приближении разрезает любой неавторизированный объект. Или тот влипает в сеть из поля, поглощающего инерцию тела. Ну и завязал все это через инфомагический переходник на местный искин – он вполне тянул управление. Разве что повесил незаметный инфокомп для контроля целостности искина, то есть контроль его взлома. Если кто взломает – он просто разучится управлять системой. Понятно, что все это делилось на уровни, которые можно отдельно активировать при разных вариантах опасности. Этим и занимался искин – оценивал опасность, включал-выключал системы безопасности и так далее.

К сожалению, лично мне это не помогло. Мы с генералом находились от лаборатории примерно в километре, чтобы снаружи оценить один из вариантов защиты. С нами было еще два человека из службы безопасности и два БРОКОМа. Наверное, это случайно вышло, когда еще ничего не было включено (вернее, было выключено между тестами), но именно в этот момент, как потом выяснилось, где-то километров с пяти прилетела крупнокалиберная пуля.

Там находился замаскированный шпион-диверсант БРОКОМ, и сколько он там находился – бог его знает. Замаскирован хорошо был, такие полвека назад выпускали и до сих пор кое-где использовали. Кстати, российского производства, и не было ясности, сидел ли он тут до строительства лаборатории или потом посадили, сразу ставили как диверсанта или нашли и просто взломали. Потом разборки начались: служба безопасности трясла всех и вся, выясняя, почему не сработала стандартная антитеррористическая система, которой оборудована лаборатория. Не знаю, как она могла бы помочь, ведь на саму лабораторию нападения не было. Хотя выстрел вроде засекли.

Падала пуля почти вертикально сверху, заканчивая свою баллистическую кривую. Приблизившись к цели, она слегка подкорректировала траекторию и воткнулась мне прямо в голову, которая просто лопнула, расплескав по окрестностям свое содержимое. Хреновая смерть.

Кораблев хотел настоять, чтобы я или взял учеников, или поработал у них в институте одаренных, но я отказался. Меня не прельщала роль учителя. Разве что сам захочу кому-то помочь, но на официальной основе – увольте.

Окончательно закончить разговор нам не дали. Раздался сигнал тревоги, к нам бросились телохранители-БРОКОМы, стеклянная крыша стала закрываться бронеплитами, но все это было бессмысленно. А может, и нет, может, просто не успели. Мощный энергетический луч с орбиты Земли буквально испарил летний сад института одаренных вместе со мной и с Кораблевым.

Сейчас дело со спутниками обстоит не так, как в мое время. Военные технологии очень развиты, и чтобы повесить свой спутник над какой-то страной, нужно получить ее разрешение. Военные спутники, конечно, никто не позволит вешать, даже пролететь не позволит. Наличие оружия в спутнике проверяется специальной международной комиссией; иначе незарегистрированный спутник, непроверенный или чужой военный, будет сбит противокосмической обороной страны, над которой его засекут; но остальные, в том числе двойного назначения (шпионские), проходят проверку. Иначе это патовая ситуация – никто ни за кем не сможет шпионить или хотя бы контролировать возможную агрессию. Поэтому договорились. Тут уже идет противостояние технологий и сокрытия. Над территорией вполне могут находиться спутники других стран, но невоенные и без оружия.

Зато в межгосударственном пространстве орбиты много чего болтается. Кроме того, есть общая система защиты от метеоритов, в которой главную роль играет Россия, – просто потому, что у нее самая навороченная противокосмическая оборона.

Над собственной территорией своих военных спутников запускается много, чаще геостационарных или же двигающихся по хитрым траекториям, чтобы не задеть неразрешенные пространства, – они контролируют целостность государства, защищают его от возможного вторжения.

Впрочем, там тоже разное может случиться – вот как сейчас. Иранский военный спутник, болтавшийся в межгосударственном пространстве, вдруг включил двигатели и воспользовался лакуной в перекрытии военными спутниками России своего космического пространства, которых у любой страны много. Просто невозможно полностью перекрыть системами поражения все пути прохода (часто и известные, и контролируемые) для мгновенного уничтожения вторженца. За несколько минут спутник достиг нужной точки и произвел выстрел, при этом превратившись в пар. В нем использовалась старая система накачки лазерного пучка ядерным взрывом, от которой все давно отказались. По крайней мере, в таком виде.

Потом выяснилось, что противокосмическая оборона сработала нормально и вполне смогла бы справиться с ситуацией, если бы не массовая информационная атака на спутники военной сети, которая сбила их синхронизацию на две секунды и триста пятьдесят миллисекунд. В результате этого сбоя иранский спутник выпал из зоны поражения вплоть до своего уничтожения, хоть его и вели.

Как потом признались специалисты, операция была разработана и проведена спекстами высшего класса, к тому же готовилась не один год. Вернее, не сама операция, а инструментарий и расчет движения военных спутников России для возможного военного применения. И кто-то решил, что время настало. Возник вопрос, почему решились уничтожить именно Кораблева и именно сейчас, ведь его смерть кардинально ничего не меняет. Возможно, решили убить одним ударом сразу двух зайцев?

Власти Ирана оказали всестороннюю помощь России в расследовании инцидента, но сразу же заявили, что система управления спутником была взломана неизвестными спекстами, и они не имеют к этому никакого отношения.

Алиела

Вернувшись на базу, Алиела не удержалась и изобразила несколько па из танца, ставшего модным в последнее время на Версалии. Она в какой-то мере была к этому причастна. В принципе обязанностей у нее не так уж много, поэтому для разнообразия она довольно глубоко влезла в культурные слои землян (разумеется, в информационном поле планеты, а не напрямую), собирала понравившиеся открытия и отсылала домой. Среди этих находок были танцы. На Версалии решили, что с ними можно ознакомить широкие слои населения, и некоторые из таких находок веганцам полюбились. И вот сейчас это был ирландский танец слип-джига.

Впрочем, усталость быстро сказалась, и Алиела остановилась, потом выпила тонизирующей смеси. Насколько она поняла, при прощании Ник качнул ей энергии в ауру (такое ощущение, что она прожила с ним долгие годы, – настолько естественными стали для нее все эти термины!), но организму все равно надо что-то перерабатывать. Она не умеет так же, как Ник, управлять своей энергетикой по желанию, чтобы вообще обойтись без пищи. Хотелось, конечно, проанализировать кое-что на Разумнице, но, как она сказала Нику, к ней имеют абсолютный доступ разные контролеры и прочие… Кстати, а где Руана? Что-то не видно ее. Но ничего, вот разберется она с болталкой, которую дал Ник, и попробует использовать инфокомп для своих дел. И никто не сможет у нее ничего там раскопать!

Алиела визуализировала статус станции, мельком пробежалась по показателям. Взгляд зацепился за тревожный сигнал среднего уровня (времени еще мало прошло) – корабль Элхора пропал со связи. Иногда такое бывало, конечно, в зависимости от того, где по отношению к базе находится корабль (например, с противоположной стороны от солнца или вовсе за пределами системы). Но сейчас это выглядело не так. Улетать без предупреждения брат никуда бы не стал, последний сигнал был со стороны чуть ли не прямой видимости… Странно.

Алиела послала ментальный зов, но… Ничего. Нахмурилась. Ладно, есть еще вариант.

Упав на кровать, Алиела вошла в информационное пространство планеты. На удивление, получилось куда легче и быстрее, чем прежде. Но сейчас это было не главным, и она отбросила ненужные мысли. Усилием как бы отдалила информационное поле от себя, посмотрев на него сверху. Разделила информационные зоны цветом – планетарные, системные, межсистемные (но они совсем слабонасыщенные, почти не видны). Нашла источники – Землю, базу, себя. Сориентировала на этой карте местоположение последнего сигнала корабля Элхора и мысленно потянулась туда, в ту часть информационного поля, где должны отражаться обстоятельства исчезновения брата.

Пусто. Элхора нет. Но вот смутный образ перехода его корабля в другое состояние (частично – в энергию, частично – в пар из-за энергетического удара извне) отследила. Причем удар был нанесен с поверхности спутника планеты Марс. Непонятно. Какие-то древние автоматические системы? Или кто-то напал? Единственное, что радовало, – во время уничтожения корабля Алиела не почувствовала смерти брата, а это бы она точно отследила.

Ладно, нельзя терять ни минуты – неизвестно, что случилось с Элхором. В этот момент для Алиелы отошли на задний план и Земля, и Ник, и ее чувства к нему… Вступили в действие инструкции. Отправлены сообщения на родную планету, поставлен в известность Комитет (хотя, по опыту, он на такие инциденты не особо реагирует), база подготовлена к возможному конфликту – ближние и дальние системы мониторинга пространства включены в режим постоянного анализа, включены активные системы защиты базы.

Затем Алиела выпила коктейль, который позволит ей не отвлекаться на еду следующие пару дней, специальными препаратами загнала вглубь усталость. Уже у входа в свой корабль девушка на мгновение замерла, вспомнив, что Ник будет ее искать, а ментальная связь может не пробиться на такое расстояние без усиливающей техники, которой у Ника нет. Потом вспомнила про болталку и подумала, что в любой момент сможет с ним связаться, и, облегченно вздохнув, забралась в салон. Погладила приборную панель и решительно откинулась в анатомическом кресле.

Спустя десять секунд от Луны – спутника планеты Земля – в сторону Марса отправилась в полет маленькая точка.

Ник

Внимание привлек сигнал системы контроля за состоянием здоровья Катюшки. Что-то непонятное происходило. Знакомое уже, но не всегда понятное. Преобразование материи и материализация – более-менее, но вот что происходит с организмом? Тут надо бы проконтролировать.

Племяшка сидела на берегу реки и явно находилась в трансе. Я не сразу догадался, что это состояние у нее – вызванное. Да-да! Детей тут медленно и аккуратно подводят к одаренности. Ничего не имею против. Кстати, почитал я тут закрытую статистику. Не сказать, что в России рождается больше одаренных, чем за границей, но в числовом выражении их здесь явно больше. Бегут сюда… Ага. По разным причинам, но в основном потому, что тут нет такого давления на них, как там, хотя определенный договор с ними существует и в России, и одаренный никогда не будет простым гражданином. Ему больше дано, но и требования к нему выше. Мне кажется, что такими темпами в какой-то не такой уж отдаленной перспективе одаренные потихоньку перейдут в разряд элиты. По крайней мере, внешне. Это я в том документе намеки увидел. Не уверен, что это так уж хорошо, можно будет с генералом обсудить или с Кораблевым. Но что характерно – горизонтальных и вертикальных лифтов никто не отменял, и их даже усиленно поддерживают и будут поддерживать.

Сейчас состояние ауры пребывало в некотором напряжении, похожем на одно из упражнений по усилению энергетического каркаса. Но так как вызвано и активировано оно было внешними силами, контроль лежал на них же, а сама девчонка не понимала, что происходит, и вообще не контролировала свое состояние, кое-какие мелочи упускались из виду или о них просто не знали. Ничего страшного и серьезного, но могут быть временные проблемы, и эффект не тот. Поэтому лучше вмешаться. И, похоже, я придумал, как помочь одаренным более качественно развивать свою энергетику… Хм, даже интересно стало…

Пройдя мимо Гоши, который только повел глазом (я видел у него приемопередатчик воздействия на ауру) и рыкнул на меня, когда у него перестала работать аппаратура (на фиг она мне сейчас нужна, только мешать будет), я сел сзади девочки и положил ей на плечи руки.

Заметил, что Гоша все же смог перезапустить свою биополевую технику, но не стал ею активно мешать, только в пассивном режиме. Если бы вздумал выделываться – просто поломал бы его. Впрочем, потомки в очередной раз меня порадовали своей разумностью.

Ауру Кати я быстро стабилизировал и начал серьезно работать с ней, пока – в основном глубоко копая и создавая ее модель, чтобы потом разработать хороший и, главное, правильный план развития. Мне важно при прокачке ауры не сломать механизм одаренности, и я, похоже, нащупал этот путь.

В какой-то момент я невольно дернулся. Катя, уже давно понявшая, что это я делаю что-то нужное, повернулась ко мне с вопросительным выражением лица. Чувствительность ее ауры сейчас была повышена, оттого она более четко ощущала окружающее – каждую травинку, животное или насекомое в радиусе пары десятков метров. Соответственно, мое удивление она тоже почувствовала.

– Не обращай внимания, – покачал я головой. – Просто меня сейчас убили. Причем дважды.

Катя спокойно кивнула и отвернулась.

Общемировые новости сети, ИноСМИ, краткая подборка

«ЕуШот» затеяла борьбу с русскими спекстами-пиратами. Для тех, кто далек от игроиндустрии: «ЕуШот» – мировой китайский лидер на рынке виртуальной реальности, их творения беспрерывно получают высокие оценки критиков, но комьюнити недовольно политикой pay&win – плати и побеждай. На протяжении последних трех лет продукты «ЕуШот» выкладывались в сеть в день выхода уже взломанными, их не спасала ни одна защита. Недавно выяснилось, что взлом осуществлял специально созданный для этого искусственный интеллект под названием Rebolt, который разработала известная подпольная группа спекстов Steins&Masters.

Краткая статистика: за последний год средний уровень жизни человека в мире увеличился на 4,56747 %. Население выросло на 217 584 185 человек. Коэффициент преступности, к сожалению, увеличился на 0,865756 %. Было зарегистрировано свыше 76 000 патентов на новые оригинальные изобретения и 578 000 – на улучшение старых.

Два дня назад в Китае прошла научная конференция Transport in the world. Самой горячей темой споров стали выкладки ученых о телепортации, которые говорят, что с текущим уровнем развития она недостижима, но корабль «Луч» и его перемещения в космосе (официально так и не подтвержденные Россией) уже всколыхнули общественность.

Ространспорт запускает первую межгосударственную (Россия – Китай – Индия) линию пневмотранспорта для людей и крупногабаритных грузов. Преимущества этой системы – относительная дешевизна эксплуатации и практически полное отсутствие негативного влияния на окружающую среду. Более того, прокладывать подобные дороги можно даже под зараженными территориями, что может значительно сократить расстояния. Подобные проекты разрабатывались и ранее, но практически всегда оказывались или экономически невыгодными, или слишком сложными в реализации для больших расстояний.

На выставке научных проектов победил проект орбитального лифта и платформы Юрия Саломова – известного русского инженера.

Сегодня на аэрокосмодром «Армстронг», расположенный на Австралийском полуострове Кейп-Йорк, приземлился транспортный шаттл ASP27, доставивший на Землю автомобиль Tesla, проходивший в этом месяце наиболее близко к Земле. Напомним, что данный спорткар был запущен на гелиоцентрическую орбиту компанией SpaceX в далеком 2018 году. Как сообщает пресс-служба Британского космического агентства, автомобиль находится в хорошем состоянии и после дезактивации будет выставлен в Международном музее покорения космоса без какой-либо реставрации для наибольшей достоверности.

Новости собраны и аннотированы с помощью искина, произведенного компанией «Макронетс».

Российские СМИ, краткая подборка

В НИИ пси-материалов и физики, где исследуют материалы, созданные с помощью одаренных, и разрабатывают на их основе прорывные технологии, совместно с индийскими учеными была собрана опытная установка, предназначенная для стабильного получения с высоким КПД значимых объемов металлического водорода. Метастабильная форма самого простого вещества может использоваться для хранения и транспортировки огромного количества энергии в малом объеме. Необходимо напомнить, однако, что аварийное (или намеренное) высвобождение энергии из даже незначительного количества такой материи эквивалентно ядерному взрыву без радиоактивного заражения.

Президент России сделал заявление: космический корабль «Луч» был атакован инопланетными вражески настроенными существами, а так как корабль является суверенной частью государства и был атакован в нейтральной зоне пояса астероидов, то инопланетяне юридически приравниваются к пиратам, и их акция приравнивается к пиратскому захвату в соответствии с Конвенцией ООН об открытом море от 29 апреля 1958 года (ст. 15-23) и Федеральным законом от 08 ноября 2107 года № 261-ФЗ. Президент России объявил, что атака на любое судно в пределах Солнечной системы будет расцениваться как объявление войны, и Россия будет вынуждена принимать самые жесткие контрмеры.

Аналитики со всего мира в один голос заявляют, что, скорее всего, на вооружении России появилось нечто, что дает основание считать, что Земля может дать уверенный отпор инопланетянам. Пока мало что понятно, но официальные лица целого ряда стран срочно требуют собрать ассамблею ООН, чтобы обсудить данное заявление и потребовать от России подробных ответов на возникшие вопросы.

Недавно зарегистрирован новый вирус. Он проявляет себя в том, что человек умирает за очень короткое время. Существующие методы защиты на него почти не действуют. Вирус зарегистрирован в удаленной от населенных пунктов части страны и опасности не представляет. Изучению вируса поставлен высший приоритет. До разработки способов борьбы МЧС не рекомендует посещать зоны, отмеченные на карте сиреневым цветом.

Из НИИ геологии сообщили, что недавно системой спутников контроля геологических процессов Земли была отмечена вулканическая активность в районе Курильских островов. Также имеются кадры видеосъемки, сделанной немного позже начала извержения. По данным, полученным из НИИ, извержение не представляет никакой угрозы, так как произошло вдали от населенных пунктов. Однако есть риск возникновения землетрясений и извержения вулканов на Камчатском полуострове, в Дальневосточном регионе и на остатках Японских островов. Также недавно из главного управления МЧС сообщили, что все службы в указанных регионах страны приведены в полную боевую готовность. Однако, по данным НИИ геологии, риски от возникновения подобных стихийных бедствий незначительны.

Новости собраны и аннотированы системой искина, произведенного концерном «Байкал».

Глава 2

Ник

М-да… Это жужжание – неспроста!

Честно говоря, меня изрядно удивило почти одновременное уничтожение моих «големов». В кавычках – потому что это не совсем големы в чародейском понимании… Впрочем, наплевать. Не об этом сейчас речь. С трудом верилось в случайность того, что обоих завалили с промежутком едва ли не в минуту. Но пока не будем делать однозначных выводов, а будем разбираться. В жизни чего только не бывает. Что произошло, я практически сразу сообразил. Система-то моя управления големами ничуть не пострадала. Просто вот я стою, разговариваю с Орловым – и бац! – изображение стало передаваться сферически, а не направленно, то есть система переключилась на инфомагический каркас, который служил движком голема и буфером между мной и им. Ну а тело без головы осталось лежать визуально подо мной. Даже кусок позвоночника почти аутентично смотрелся, разве что без крови. В отличие от Умника, мне все же удобней оказалось управлять големами, которые имеют более твердый каркас, то есть скелет, – так меньше параметров обрабатывать приходится для управления, ну и по ощущениям ближе к реальности. То есть сделал я им скелет из твердых тканей, хотя и так мог делать, и эдак, на ходу меняя внутренности. А вот для управляемых программой разницы особой нет. Там даже выгоднее иметь «пластилиновое» тело, тем более что оно могло в нужных местах произвольно менять свою плотность вплоть до каменного состояния.

Глядя на ошарашенное лицо генерала, я тут же вышел с ним на связь и успокоил. И попутно активировал на полную мощность ранее установленную ему систему защиты. Все же в тот момент, когда ее ставил, я сомневался и не запустил ее в полную силу. Видимо, напрасно. А если бы ему сейчас прилетело, а не мне? Вот то-то же. А может, и на моего голема защита тогда растянулась бы, мы же рядом находились! А вот то, что я не посчитал нужным ставить защиту и на големов, – совершенно зря. Какой экспериментальный материал получился бы! Ну кто ж знал, что такое случится? Да и кому придет в голову ставить мощную защиту на временный инструмент, который создается довольно быстро почти без всяких затрат?! Не, можно, конечно, но на фига?

Но все смешинки мигом испарились, когда испарился мой второй голем, и Кораблев вместе с ним. Вот тут все было совсем плохо. Я-то модуль защиты академику ставил не абсолютный, как себе. Да и абсолютным он является условно, так как реально не тестировался на глобальное давление извне. У Кораблева был средненький модуль телохранителя – один из упрощенных вариантов. Ставить-то его на полное довольствие по защите мне даже в голову не пришло, ибо он и так, по сути, человек подколпачный, то есть под плотным колпаком государственной защиты. Но вот оказалось, что против лома все же нет приема. Особенно если лом настолько энергетически мощный.

Я даже испугался. Когда меня пулей убили, я вообще даже не дернулся. А тут… Разговариваю с академиком посреди цветущего сада, вдруг начинается какая-то суета, а потом вспышка! Я рефлекторно ускорился, и для меня эта вспышка растянулась на долгие несколько секунд, в течение которых я наблюдал, как в ярком свете буквально испаряются объекты вокруг меня, мое големное тело, а также тело Кораблева. Все стадии перехода обычного человеческого тела из полнокровного состояния в углерод, который потом тоже испарился (не знаю, полностью или нет), – это жутко. Я даже после ступора одним сознанием бросился перепроверять расчеты своей защиты на тему таких ударов. Кое-что подтянул, кое-где ускорил реакцию, ввел дополнительные уровни контроля. Благо данные с инфомагической буферной системы управления големом поступали в онлайн-режиме, так что на основе их лучше стал понимать, как реагировать на подобные удары. Эка меня подстегнула жизнь, давно я так не впахивал, чуть ли не на интуиции и рефлексах! Как только отдебажил в виртуальном редакторе обновленную систему защиты – тут же разослал результат на все установленные системы родственников и тех, кому ранее ставил. Так сказать, обновил. Все же была какая-то польза от этой трагедии.

А потом началась суета как на бытовом уровне, так и на уровне государственной и военной деятельности. Сестра со мной связалась по болталке, глянула и отключилась. Генерал Орлов тоже связался, хотя я с ним уже говорил (видимо, уже был включен в общую систему реагирования большого государственного организма и посчитал нужным перепроверить). Спросил: «Нормально все? Катька с тобой?» – и, не слушая ответов, отключился.

Гоша подобрался ближе. Из генеральского дома примчался какой-то монструозный БРОКОМ, встал рядом и растопырился во все стороны какими-то системами, имеющими вид оружейных стволов, грибочков, сфер, нашлепок, антенн. В общем, крутая штука.

Я покачал головой и снова связался с Орловым:

– Я с Катюхой пойду на свою базу, там по-любому безопасней будет.

Генерал на секунду завис, потом кивнул и отключился, успев пробормотать: «Гошу возьмите». Движение в округе прочих БРОКОМов и военных людей замедлилось и совсем прекратилось, как только мы с девочкой ушли в мои подземелья.

– Дядь Ник, а что случилось? – обеспокоенно спросила племяшка.

– Что-то не очень хорошее, – сказал я и жестом обвел окружающую обстановку: – Располагайся пока, выбирай, где больше нравится. Пока побудешь у меня. Что тут и как, ты знаешь. Если что – спрашивай у Дворецкого. А мне надо кое-куда сгонять. Связь через УНИК у тебя есть, по болталке я тоже всегда на связи, только не уходи никуда, ладно?

Девочка кивнула и вошла в стену-телепорт, перейдя в мои гостевые комнаты, где у нее было свое место, обустроенное по ее вкусу.

Я не зря сказал, что начались какие-то шевеления на уровне государства и военных. Вывел карту страны, собираемую инфокомпом через мои собственные системы наблюдения, и параллельно – точки контроля переходов телепортации. Резко по всей стране в городах залетали какие-то автомобы, на других территориях – военные аппараты, то ли передислоцируясь, то ли разворачивая какие-то системы. Резко возрос трафик в сети. Спутники стали совершать какие-то перемещения. Причем не только наши, но и иностранные.

На этой мысли я на мгновение замер. «Наши». Уже, значит, наши. Я все больше мысленно интегрируюсь в современное общество. М-да… Кажется, то, что случилось, вышло за рамки терпения российских служб. Вряд ли, конечно, война начнется, да и с кем? Но все равно кто-то кого-то будет прессовать.

Натянув на себя свой скафандр, с помощью которого ходил по Луне, я переместился в место упокоения моего второго голема и Кораблева. Тут необходимо уточнить, что все места, где я бываю или куда имею или имел доступ через инфосеть, как вот здесь через голема, у меня уже автоматически обрабатываются с целью получения частотно-волновых координат, и там вешается инфомагический маячок, включаемый в общую сеть датчиков. Ну, на всякий случай, вдруг понадобится туда с высокой точностью срочно перейти. Вот сейчас такой случай и есть.

Здания как такового не было. Оно местами потекло, как сгоревшая свечка, а что-то взорвалось. Уцелели только какие-то особо прочные плоскости. Может, броня?

Где-то под ногами трескалась стеклообразная масса, распространяя неприятный хруст, где-то в воздух поднималась черная пыль. Сквозь фильтры сначала чувствовалась гарь, пока я не заблокировал все, что идет внутрь, кроме чистого воздуха. Рядом копошились роботы, как строительных модификаций, так и военных. А прошло-то почти всего ничего! В шаге от меня как из-под земли вырос один из таких роботов – хрен знает, какой модификации, так как его форма была текучей, но скорее какой-то спасательный. Или военный, хотя на фига тут военные?

Он просканировал меня и, похоже, узнал. Но, наверное, чье-то терпение лопнуло или превысило норму, так как на УНИК поступил сигнал максимальной важности из области гражданской обороны, а такие сигналы активируются автоматически, и мне голосом какого-то искина было сказано:

– Данное место временно закрыто для посещения лицами, не относящимися к службе спасения и очистки. Кроме того, существует опасность заражения организма вредными испарениями, обнаружен повышенный радиоактивный фон. Просьба покинуть данное место и обратиться к развернутым точкам медицинской помощи, которые вы можете найти в трехстах метрах в любом направлении от данной точки.

Интересно как! Похоже, мой скафандр невидим и для инструментальных систем сканирования. А если вот так?..

– На мне надет экспериментальный скафандр высшей степени защиты. Он невидим, так как является энергетическим. Просьба не мешать проводить собственное расследование!

Спустя пару секунд донеслось:

– Вам разрешено провести собственное расследование. С его результатами просьба под запись ознакомить вашего куратора – генерала Орлова.

После этих слов тень РОКОМа рядом со мной пропала, и я поплелся к группе из двух РОКОМов и трех человек в скафандрах, возящихся на месте смерти Кораблева. Ну и моего голема. Люди в скафандрах недоуменно покосились на меня, но быстро вернулись к своей работе. Наверное, посчитали, что раз нахожусь здесь и в таком виде, значит, для этого есть причина и разрешение. Сейчас они манипуляторами выковыривали из спекшегося месива то, что все-таки осталось от погибшего человека. Какие-то косточки там, что ли, или мне кажется? В общем, не важно, я тут не для того, чтобы им мешать, у меня свои методы.

Как обычно, инфомагический мир расцвел огромным количеством информструктур, относящихся к делу. Что я хотел найти? Очень просто – информструктуру Кораблева. И посмотреть, в каком она состоянии. Помнится, Умник говорил, что ядерный взрыв, например, может деструктивно влиять на инфосеть. Здесь был не ядерный взрыв, а, судя по всему, энергетический, вроде лазерного, повышенной мощности, но кто знает? Не может ли и он так опосредованно влиять на инфосеть?

Информструктур было много, как обычно. И, понятное дело, почти все они не относились к тем, что мне нужны. Нет, людей, БРОКОМов, находящихся рядом, я сразу идентифицировал, ибо они перед глазами и привязка есть, но, помимо них, была и куча чего-то левого. Вот так вот порвешь, например, какую-то, а где-то человек умрет… Я хоть и был относительно спокоен, но как-то неправильно спокоен. Внутри росло напряжение, которое вполне могло вылезти неправильным образом. Но я пока не реагировал на это, ибо голову не туманит, а правильная мотивация с нужным энергетически-эмоциональным движком – самое то.

Однако такой настрой вылился в нечто необычное. Я и раньше уже нет-нет, а замечал то повышенную разрешающую способность взгляда в инфосети, которая не так уж долго держалась, то непонятный туман. Но сейчас мне открылся несколько иной взгляд того же свойства. Многие информструктуры как бы расплывались, дублировались, казались полупрозрачными. Вот один из сотрудников взял в руки обгорелый кусок – похоже, часть какого-то устройства. Так вот, часть информструктуры виделась четко, но потом как бы обрывалась, а ее границы, по ощущениям, слегка притухали. Но самое главное – остальная сгоревшая часть все-таки виделась, но слабо. Раньше бы я или видел цельную информструктуру (если она еще не распалась), или же только часть, а сейчас непонятно получилось. То ли у меня что-то испортилось в аппарате видения, то ли, наоборот, чувствительность увеличилась. Ну да ладно, вреда вроде нет, даже лучше стало.

Меня привлек один из людей, держащий в руках что-то вроде кости. Пощелкав восприятием, я отчетливо увидел слабый образ человеческой информструктуры. Подойдя ближе, понял, что человек держит в руках остаток черепа. Черного, обгорелого, забитого какой-то массой – то ли несгоревшей плотью, то ли еще чем-то, тут ведь во время удара все бурлило, плавилось и испарялось. Потом еще нашли пару костей, и в каждой отражались информструктуры нормальной четкости, обозначающие предмет, и менее яркие – остальную структуру человека. Причем эти слабовыраженные части информструктур по яркости отличались у разных привязок-костей. М-да…

Тут одновременно на меня вышли сестра и генерал. Видно, сговорились, пришлось конференцию образовывать.

– То, что ты вместо себя послал свои иллюзии, какие ранее показывал нам, почти сразу стало понятно, когда ты попал в область видимости систем наблюдения одновременно в разных местах… – Генерал общался на ходу и сейчас заходил в автомоб, отправляясь в столицу на службу, чтобы быть поближе к событиям. – Однако прежде сканирование давало другие результаты…

– Я научился делать другие тела из специальной материи, так удобнее в некоторых случаях, – кивнул я.

– Ладно, сейчас это не главное… – Генерал немного помолчал, глядя на пролетающий за окном автомоба пейзаж. – Здесь ситуация относительно понятная. Кто-то нашел старый диверсионный БРОКОМ, возможно, отремонтировал на месте, хорошо замаскировал и поставил наблюдать за лабораторией. Скорее всего, это имело место при строительстве самой лаборатории, иначе непонятно, как смогли сделать это незаметно.

– А поняли, кто нажимал на спусковой крючок? – спросил я.

– Времени мало прошло. Однако отслеживается явный китайский след. Но слишком явный, – покачал головой генерал. – Тут мне спексты уже успели доложить кое-что. Вроде как след все-таки ведет в Англо-Австралию, но стиль работы не их. Больше на американцев похоже, хотя в последние годы у нас с ними почти не было стычек ни в реальности, ни в сети, в отличие от Англо-Австралии. Но будем смотреть, люди работают.

Я отвлекся и остановил рукой одного из спасателей, проходящих мимо.

– Мне это понадобится. – Я показал на содержимое прозрачного мешка, который нес этот человек. Там была упакована часть позвоночника Кораблева.

На удивление, информструктура отсутствующей части светилась более ярко, нежели в остальных останках. Я ведь думал, что именно череп будет более информационно насыщен, но оказалось, что нет.

– Что там? – вмешался генерал.

– Часть останков Кораблева, – честно ответил я.

– Думаешь, получится, как там… на «Луче»? – чуть помолчав, спросил Орлов.

– Не знаю. Не уверен, но попробовать хочу. Ты можешь организовать передачу? А то, смотрю, тут не особо мне хотят помогать. – Я посмотрел вслед спасателю, который только на мгновение остановился, пожал плечами и отправился размещать находку на висящей в воздухе платформе.

Орлов вздохнул:

– Попробую. Я-то иного выхода не вижу, но что они там, наверху, решат…

– Я должна присутствовать, – в первый раз подала голос сестра и строго посмотрела на меня.

Ни малейшего желания с ней спорить не возникло. Но я посчитал нужным уточнить:

– Только я ничего не обещаю. Тем более я пока не нашел его душу.

Генерал издал неопределенный звук и погладил подбородок, неявно выражая скепсис.

Я еще побродил по выжженной местности. Эти скоты, кем бы они ни были, своим ударом зацепили не только зимний сад, но и прилегающую территорию. Кроме Кораблева, погибли трое присматривающих за ним телохранителей и еще пара человек поблизости. Человек двадцать пострадало, но остались живы и сейчас эвакуированы в ближайший медцентр.

– Генерал! – вызвал я своего куратора. – Мне понадобятся останки и остальных погибших. Надо будет их точно рассортировать…

– По ДНК это мы быстро сделаем, – кивнул Орлов. – Есть какие-то временны́е ограничения?

– Правильный вопрос… – Я подергал себя за мочку уха. – Время всегда критично. Чем дольше, тем хуже. Но проблема в том, что без нахождения душ это все бессмысленно. А я их тут не вижу…

Мы помолчали.

– Их там нет или это у тебя сложности с их нахождением?

Я пожал плечами:

– На самом деле довольно сложно все. Возможно, потому, что тут было много растений, и послесмертный энергетический фон на частотном уровне излучения душ весьма насыщен. То ли у вас деревья имели души, – нехотя хмыкнул я, – то ли это не то, что нам нужно, но нечто похожее, и на этом фоне теряется засветка человеческих душ… Оп-па!

Я вдруг заметил, что какой-то сгусток из «борща» околодушевых энергий… не знаю, как правильно сказать, слегка вытянулся и подплыл ко мне. Колыхаясь и вибрируя, он стоял рядом. Хочет что-то сообщить? Непонятно.

– Что? – не выдержал Орлов.

– Да вот кто-то ко мне подошел, только не пойму кто, – пробормотал я, краем глаза отмечая суету спасателей и развернувшуюся в мою сторону аппаратуру по работе с биополевыми структурами. И когда успели притащить?

Интересный вопрос, кстати, – имеют ли души возможность осознанно взаимодействовать с миром? Из спасенных космонавтов, вытащенных мною с того света, никто особо ничего не помнил. Ну или до меня не донесли этой информации. Вообще-то, многие из тех, кто побывал за гранью и пережил клиническую смерть, что-то да помнят. Хотя… Там-то связь с телом, даже вроде бы умершим, не рвалась – сроки небольшие. А я тела уничтожал и заново воссоздавал, потом души перепривязывал. Может, потому ничего и не помнили… Стоп! У душ же сейчас связь с астралом даже сильнее должна быть, так как тело не мешает! Возможно, пресловутые сроки в девять и сорок дней играют роль в дальнейшем развитии-распределении душ. Ладно, вопрос не в этом. Надо посмотреть, что мне в голову пришло. Но сначала…

Я ментально пощупал полупрозрачную для моего зрения кляксу и почувствовал некий шум… Как пустая волна в радиоприемнике, которую периодически разрывали всплески чувств. Грусть, отчаяние, надежда, но чаще, по моим ощущениям, – попытки что-то предпринять. Чтобы не потерять связь с бесформенным облаком души, которая мне скоро понадобится, я протянул к нему ментальный щуп. И тот практически сразу в него вцепился. Я удивился такому осмысленному поступку души. Похоже, это все же она. Интересно, Кораблева ли? Ощущения усилились, но разобраться в них все равно не получалось. Возможно, постепенно удалось бы наладить такую связь, но, боюсь, времени особо нет. Надо побыстрее проверить одну идейку.

Астрал встретил меня мутью. Наверное, имеет значение, откуда в него выходить. А может, на меня влияли шумы места моего старта – не зря же лучше всего совершать выход в приятной обстановке, например, на природе. А эта муть является, скорее всего, последствием произошедшего события. Подчиняясь подсознанию, сформированный пейзаж напоминал какой-то мертвый лес. Унылое небо, закрытое тучами, поникшие черные деревья. Обычно мне нравится подобная погода, состояние подготовки природы к зимнему сну, но здесь было состояние смерти. Оттого и ощущения – как в морге.

Блуждать я не стал, а просто разослал по округе поисковые глифы. Попробовал волевым усилием найти то, что мне надо, но, видимо, еще не готов к такому, хотя та же Алиела делает это достаточно просто. Хм… Что-то я уже по ней соскучился, надо хотя бы поболтать. Но вроде не так и давно расстались… Ладно, пусть отдохнет от меня.

Я оказался прав: эта астральная местность была связана с тем, что я оставил внизу. Астрал воспринимался как нечто «небесное», существующее над землей, хотя это совсем не так. Под действием этой мысли лес медленно преобразовался в сгоревшую от удара лазера площадку, по которой продолжали бродить РОКОМы и люди. На границах видимость расплывалась. Кажется, это первый раз, когда я вижу текущее отражение реальности в астрале. Еще бы и линии будущего видеть, как Лулио, ну да ладно. Всему свое время, а я уже не сомневался, что и до этого когда-нибудь дойдет.

Только тихо было вокруг. Я посмотрел на свое тело, висящее в позе лотоса в полуметре над землей, ощутил любопытствующие взгляды военных и чистильщиков вдали. Почему-то их не выгнали.

Рядом со мной стоял Кораблев, а в отдалении – трое мужчин, их сразу можно было отличить от живых. Видимо, те самые, из охраны. Поведение академика и охраны казалось странным. Они то замирали, взгляд застывал, то начинали озираться или вдруг делали шаг в сторону людей, когда те переносили их останки на транспортную платформу, потом оборачивались, возвращались поближе к Кораблеву и снова застывали. Сам академик только провожал взглядом свои останки, но не двигался. А вообще был поактивней охраны. Одну руку он положил на мое плечо (вернее, на плечо моего тела) и просто стоял рядом. Иногда оживал, делал какие-то движения, пытался что-то сказать… и снова замирал.

Я подошел поближе и тоже положил руку на его плечо. Сначала ничего не происходило, но спустя примерно минуту внутреннего времени академик вдруг ожил и, почувствовав меня рядом, повернулся. Его взгляд был странен. Один глаз смотрел сквозь меня, а другой сфокусировался на моем лице, и, кажется, в нем появилась улыбка. Это были необычные ощущения, отчасти пугающие, хотя я давно уже научился не обращать внимания на страх, воспринимая лишь как реакцию сигнальной системы подсознания. Тем не менее абстрактное понятие страха, как и искусство, продолжало на меня влиять, и этот взгляд, наполовину пустой, наполовину острый и активный, напрягал.

Кораблев протянул руку и, не убирая вторую от моего реального тела, схватил меня за виртуальную ладонь. Потом улыбнулся:

– Здравствуй, Николай. Кажется, я умер.

Я вопросительно посмотрел на его руки, держащиеся за меня, и академик понял невысказанный вопрос:

– Почему-то тяжело тут находиться. Тянет куда-то. Как течением под водой.

– Я не чувствую, – пожал я плечами. – Глупо отвечать «здравствуй» умершему человеку, однако и вам не кашлять, Андрей Иванович!

Академик снова улыбнулся:

– Да уж. Очень необычный опыт посмертия. Жаль, что не удастся его описать для оставшихся там… Хотя, – он внимательно посмотрел на меня, – может, вы передадите. Вы ведь выжили. Так сказать, заметки очевидца.

– Ну… У меня есть надежда вас вернуть. – Странно, но Кораблева совсем не заинтересовало, почему я остался жив.

– Да-да, я помню ваш подвиг на корабле «Луч», – как-то почти равнодушно ответил Кораблев. – Но не уверен, что хочу этого. Ощущение тотального спокойствия очень приятно, и совсем не хочется выходить из зоны комфорта. Вам должно быть знакомо это чувство отсутствия внутреннего диалога…

– А как насчет ребят? – Я кивнул в сторону его уже астральной охраны, хотя здесь это уже стало фикцией.

Кораблев долго и внимательно смотрел на них, переводя взгляд с одного на другого. Под этим взглядом ребята как бы сдувались и явно чувствовали себя неуютно.

– Н-да, жаль парней. Антон, Сергей и Паша. Наверное, было бы неплохо их вернуть… – Академик замер, и уже оба его глаза стали пустыми, но ненадолго. Он снова очнулся. – Что-то я хотел сказать, но забыл, – пробормотал он, озираясь.

– У вас наверняка есть неоконченные дела на Земле? – спросил я, рассматривая его во всех диапазонах.

Кроме того, возникло подозрение, что все-таки здесь академик не совсем адекватен. Отвечал с задержками, а для того чтобы ответить впопад, явно делал усилие. Да и это «течение», которое его куда-то тянет. Явно неспроста. Кстати…

– А почему пацанов никуда не тянет? – Я посмотрел на переминающихся ребят.

Кораблев снова перевел взгляд на них и задумался:

– Не знаю… К сожалению, я не очень большой специалист в области посмертных реалий… А вот насчет неоконченных дел… – Он замолчал аж минут на пять. – М-да… есть нечто, завязанное лично на меня…

Наконец я кое-что рассмотрел. Я ведь не просто так разговаривал с ним, а все пытался понять, как устроена душа на этом плане. Пытался увидеть что-то вроде информструктуры, хотя глупо это делать в астрале, или какую-нибудь энергетическую структуру, и наконец удалось. Почему-то сейчас это виделось как яркое ядро на уровне живота, от которого отходили ровные лучи света, обрывающиеся на границе формы. Внутри было еще два ядра, меньше по размеру и сиянию, одно – на уровне солнечного сплетения и второе, конечно, – на уровне головы. Уж не знаю, какую проекцию я ухватил, но я надеялся, что для моих целей это сойдет.

Я попытался мысленно зацепиться за ядро или за лучи, и неожиданно это сразу получилось без всяких последствий. Немного потянул за свой лучик, почувствовал натяжение, а Кораблев вдруг очнулся и недоуменно огляделся.

– Все-таки непривычно тут. А где тоннель или, на крайний случай, ангелы и черти?

По-видимому, мыслительная деятельность души после смерти сильно отличалась от земной. Академик явно заговаривался. Между тем я протянул свои чувства к ребятам и так же зацепил их ядра. Похоже, рефлексы тела частично передавались и на уровень души: парни заозирались, обогнули нас и стали высматривать опасность. Буквально через мгновение из мутного тумана вырвалась какая-то птица, скорее всего ворона (я ее раньше в своих перемещениях по астралу видел), и полетела по касательной к нам. Кто-то из троих, кажется Паша, выхватил откуда-то небольшой пистолет и выстрелил. Бабахнуло знатно, разорвав тишину, и от вороны полетели во все стороны черные перья, медленно растворяясь в воздухе. Люди, продолжая заниматься своими делами, никак не отреагировали. Зато отреагировал Кораблев:

– Паша?

– Все в порядке, Андрей Иванович. Угроза ликвидирована, – сообщил он.

Я покачал головой. Странно все это. Действительно, от вороны шел флер опасности, но… Хотя кто его знает? Может, и правильно поступил Павел.

Я аккуратно сжал в кулаке воображаемые нити, прицепленные к душам умерших, и потихоньку стал проваливаться вниз, в свое тело. На прощание крикнул:

– Еще увидимся!

– Ленка, тебе уже доставили останки тел?

– Их повезли в отделение судебно-медицинской экспертизы. Ты же не сказал, что надо их доставить сюда, ко мне…

– А как ты собиралась присутствовать при воскрешении, а потом поддерживать и наблюдать? – удивился я. – Или у них аппаратура лучше?

Наконец-то я увидел, как сестра смутилась:

– Дай мне пять минут, и их доставят. Это недалеко от нас.

– Хорошо, а я пока посмотрю, не пропадет ли привязка душ при моих перемещениях…

– Тебе удалось их найти? – явно обрадовалась сестра.

– И даже пообщаться, – подтвердил я. – Только странное это, прямо скажу, было общение… Ладно, не отвлекайся, работай.

Времени у нее это заняло не пять минут, но я не ругался.

Я уже хотел перейти через телепорт в медцентр, но по наитию просунул в него сначала одну руку, которой мысленно удерживал связь с одним из охранников Кораблева. Не знаю, как я извернулся, но сумел поймать улетающую куда-то, как воздушный шарик, отцепившуюся душу. Ничего удивительного – привязка явно имеет волновую структуру, которая в данном случае меняется или перестает действовать во время телепортации. Пришлось подниматься в воздух и лететь своим ходом до медцентра.

В медицинских капсулах уже были разложены останки тел погибших. Все аккуратно распознано на основе анализа ДНК, который сейчас делается довольно быстро. Четыре капсулы, четыре кучки. В основном кости, да и то не все. В общем, неприглядное зрелище. Лет эдак десять назад (по внутренним ощущениям, тридцать лет в коме – не в счет) я бы, может, даже в обморок упал, а сейчас – только чувство легкой грусти. Одно дело – нечто абстрактное, неизвестные останки, и совсем другое – то, что осталось от людей, с которыми разговаривал буквально несколько часов назад. Сестра тоже не испытывала особых эмоций, кроме профессиональных чувств и общего негативного фона мыслей. В целом она относилась к происходящему даже легче меня, как к привычной работе, хотя то, что тут лежали известные ей люди, вносило определенные мазки. Интересно, неужели все врачи такие? Или это прошедшие годы с ней такое сделали? Я ведь даже не знаю, как она пережила войну и разруху…

Двух других неизвестных мне погибших тут не было. Да я бы их (вернее, их души), наверное, и не смог бы найти. Этих-то телохранителей нашел случайно, просто потому, что они и после смерти не отходили от Кораблева…

Некоторое время я перебирал останки, пытаясь найти те, у которых информструктура выглядела более целостно и ярко. Надо поторопиться – изменения уже пошли. Почти незаметные, видимые только в местах привязки к реальным обгорелым костям, которые самим фактом своего существования интенсивно влияли на информструктуру, заставляя ее меняться. Но процесс еще не стал необратимым, поэтому легкая подпитка инфомагией от меня на несколько минут перевесила энергетический потенциал в сторону информструктуры. Ну и косточки от этого приобрели довольно свежий вид.

Дальше все пошло по накатанной. Лишнее убрали, а из оставшихся косточек были воссозданы тела погибших, которые тут же подключили к медкомплексу, объединяющему в себе земные разработки и мой медицинский сервер. Вероятно, потому, что тут все уже было отлажено, да и забота о теле поставлена на отлично, тела у меня ожили с первого раза. Пусть практически в искусственной коме, без души, но живут.

– Удивительно! – пробормотала сестра, пораженно отслеживая выводимые результаты. – У них даже УНИКи восстановились! Правда, работают нестабильно, но тут уже пусть наши техники разбираются.

– У людей с корабля «Луч» разве было не так? – поинтересовался я, примериваясь к привязанным ко мне душам, чтобы аккуратно их подцепить к телам.

– Не у всех. У некоторых программное обеспечение сбоило, как здесь. А у кого-то нормально работало. Есть разные теории, но пока стопроцентного варианта нет. Просто до сих пор поражаюсь твоим возможностям…

– А скольких вы держите в клетке?

Ленка укоризненно посмотрела на меня:

– Почти всех уже отпустили. Просто поставили диагностические медицинские искины, которые и мониторят их здоровье, и проводят разные эксперименты на ходу. Разумеется, с согласия испытуемых. А так – трое согласились на полный стационар. Если хочешь, как будет готов сводный отчет, я тебе его скину. Смотрю, твой уровень доступа позволяет с ним ознакомиться.

– Конечно, – кивнул я. – Это будет очень познавательно.

– Кстати, командир корабля изъявил желание с тобой встретиться, чтобы лично отблагодарить… – не глядя на меня, нейтральным голосом сообщила Ленка.

Я пожал плечами:

– У меня нет особого желания. Может, как-нибудь по случаю. – А про себя добавил: «Тем более что не я с ним общался».

С моего последнего появления в самом большом зале медцентра он значительно пополнился оборудованием, большая часть которого работала над исследованием взаимодействия инфомагического медсервера с местной медицинской техникой. Меня это не волновало совершенно. Что-то смогут раскопать – буду только рад. Самое главное, в чем я им ставлю огромный плюс, – они все это делают молча, издалека и не лезут ко мне с настырными предложениями. Вот реально все шаблоны работы спецслужб рвутся.

На удивление, привязка душ прошла как по маслу. То ли руку набил, то ли еще что. Краем глаза наблюдая за суетой вокруг очнувшихся людей, я задумчиво смотрел на свою руку, которой, по ощущениям, удерживал души. Ну ясно, что на самом деле не руками я держал, это просто мой мозг так все интерпретировал. Тем не менее этот же мозг рисовал мне будто бы «испачканную» руку, на которой остались следы этих душ. И я не мог ни избавиться от них, ни понять, хорошо это или плохо. Чуток напрягшись и будто бы пощелкав настройкой зрения, усилил этот эффект «видения» и скривился. По сравнению с левой рукой правая по локоть была запятнана остаточными следами душ всех, кого я спас. Ничего подобного нигде, ни в каких источниках – ни в атлантских, ни в архейских – мне не попадалось.

Уставившись на руку, я, очевидно, вошел в транс. Откуда-то издалека до меня доносился многоголосый шепот. Слова были неразборчивы, и он скорее напоминал гудение трансформатора, хотя я откуда-то знал, что это все же шепот. От четырех свежих пятен шепот-гудение доносился сильнее. Вдруг он усилился, и стало совсем неприятно – будто дрелью сверлят какую-то часть меня. Я не сдержался и мысленно сказал: «Да замолчите уже!» Близкий шепот как обрубило, зато где-то в фоне до меня докатилась возникшая суета в зале, среди которой раздался далекий голос сестры:

– Одновременная остановка сердец у всех пациентов!.. Программу экстренной реанимации!.. Десять секунд отсутствия пульса – включить экспериментальный модуль «Чародей»!..

Хм… это кто так назвал мой инфомедсервер? Сеструха, что ли? Юмора ей не занимать. И что там происходит? Упс, кажется, мои подопечные снова умерли… И, кажется, я понимаю почему…

Я снова посмотрел на эти четыре новых пятна, которые отчего-то (очередные непонятки и проблемы) медленно темнели, и дыхнул на них мысленным облачком: «Живите!»

Оставаться я не стал. Убедился, что все снова заработало, и прыгнул на отдаленный необитаемый остров. Уселся на край скалы, нависающей над бьющимся о подножие океаном, и замер, растворяясь в окружающем мире. А когда совсем слился с несокрушимым камнем посреди океана, успокоившись и остановив внутренний панический диалог, то стал думать, во что я влез, в какие вселенские правила и законы.

Где-то в космосе

У спутника красной планеты веганка на некоторое время задержалась. С помощью детекторов были обнаружены микрочастицы и молекулы материалов, используемые в производстве корабля, а также кое-какие энергетические аномалии, говорящие о том, что некоторое время назад здесь бушевали мощные энергетические флюктуации, оставившие след как в общей энергетической картинке ближайшего пространства, так и на поверхности спутника планеты. Если отмотать по времени назад, то пространственные следы и следы на спутнике прекрасно совпадают. Так что картинку произошедшего Алиела восстановила довольно быстро.

Серые со своими помощниками эридянами проводили какие-то работы на спутнике. Строили то ли базу, то ли исследовательскую станцию под его поверхностью. У входа рядом с поверхностью находились два корабля. Почему-то один из них постоянно сканировал космос. Веганка проверила результаты анализа излучения и задумалась. Вроде бы ничего особенного, не должны они видеть ее корабль, но комбинация излучений и характеристик была довольно странной, и кристалл корабля давал небольшой шанс на то, что их могут засечь. А если учесть, что корабль брата, точно такой же, как ее, был все-таки уничтожен, а значит, и обнаружен сначала, то стоило поберечься.

Выпустив небольшой контейнер из своего брюха, корабль Алиелы ушел в сторону, как бы улетая, но быстро нырнул и опустился на поверхность спутника в небольшой кратер, полностью укрывший корабль. Маневр был сделан таким образом, что если серые все же научились каким-то образом пробиваться сквозь защиту веганцев, то подумают, что она улетела.

Между тем контейнер, такой же незаметный для любых средств наблюдения серых, а за счет своих небольших размеров – и для их новой системы слежения, опустился на поверхность спутника. Вернее, то, что от контейнера осталось, – невесомая и нейтральная пыль, – по пути выпустив сотню небольших шариков-шпионов. Действуя единым ройным организмом, они частично нырнули в отверстие в спутнике, частично прилепились к кораблям, после чего начали их просвечивать и изучать.

Через час Алиела была в курсе всех текущих событий на спутнике. Почему брат не воспользовался таким же вариантом исследования, веганка не понимала. Зачем-то он спустился вниз – на некоторых поверхностях шпионы обнаружили совсем слабые следы его энергополя. Тут тоже вопрос: почему он не включил скаф в режим максимальной изоляции, чтобы даже энергополе блокировалось? Неужели настолько расслабился и уже не воспринимал серых как врагов? Девушка покачала головой. Можно было бы еще поискать ментальные следы, но тогда придется самой спускаться вниз – шпионы такие следы не могут видеть. Но это слишком серьезный и опасный шаг – ведь даже брат попался в ловушку, а в том, что это была ловушка, девушка уже не сомневалась. А Элхор в плане боевого реагирования гораздо сильней Алиелы, которая по сути своей – исследователь и пси-ученый.

Прежде чем принять окончательное решение, Алиела снова вошла в информационное поле и попыталась найти следы брата. Все же здесь, ближе к событиям, можно обнаружить какие-нибудь слабые следы или хотя бы их отголоски, невидимые издали. И они нашлись. Только картину не очень прояснили. Единственное, что поняла девушка: брата здесь уже нет. И его след ведет куда-то во внешнее пространство Солнечной системы.

Внутри спутника располагались какие-то энергетические установки, принадлежавшие явно не серым. Так что, скорее всего, они тут действительно проводили раскопки.

За этими раздумьями ее застал вызов руководителя, то есть мамы. Вздохнув, Алиела ответила.

– Есть какие-то новости с момента отсылки последней информации? – сразу же приступила к вопросам Ойла.

Сейчас это был просто руководитель, даже тени родственного беспокойства не пробивалось через ментальный фон.

Алиела кивнула и ввела мать в курс недавних открытий.

Выслушав дочь, Ойла тяжело вздохнула, хотя ментально все так же излучала рабочий настрой:

– Аналитики дают девяностопроцентную вероятность, что это была акция серых…

– Но почему?! – воскликнула Алиела. – Зачем им это надо?

– Трудно сказать… Возможно, это связано с изменением их интересов, что подтверждается сменой их руководителя в Солнечной системе. Другие варианты менее вероятны, но тоже имеют место быть. Жаль, что ты сейчас там одна… Вот не слушали меня на совете, когда я говорила, что два сотрудника в таких миссиях – слишком мало! – Ойла повысила голос. – А они – «трата ресурсов, отсутствие перспектив, чисто академический интерес!».

Веганки немного помолчали.

– От Комитета до сих пор ничего нет, как я понимаю…

Алиела мрачно кивнула.

– Остается действовать по уставу, дочка, – как-то изможденно проговорила Ойла. – По нашему уставу. Мы, конечно, вышлем военный корвет, он уже готовится, но это потеря времени, за которое с Элхором может случиться всякое. Так что, старший информационный разведчик Алиела, вспоминай все, чему тебя учили в армии, и отправляйся на поиски брата. Как я поняла, примерное направление ты знаешь. Тяжелое вооружение твоего корабля я разблокировала своим кодом и даю тебе карт-бланш.

– А как же Комитет? – удивилась Алиела, быстро просматривая обновленный статус своего корабля.

Тяжелое вооружение, намного превосходящее сходное вооружение серых и эридян, а также многих других инопланетных рас, присутствующих здесь, для участника-наблюдателя от Комитета было заблокировано. Оставалось только примерно равное по энергетической мощи среднее вооружение (у серых оно бы считалось максимальным по мощности). Таким образом, разные возможности участников Комитета как бы уравнивались, с чем Алиела, например, была не согласна. Мало ли что происходит в жизни, а тут такие ограничения… Кстати, факт разблокировки систем должен был сразу стать известен Комитету, а он почему-то молчит. Это странно. В других похожих ситуациях, с которыми веганка в свое время ознакомилась, когда только начинала работать в Солнечной системе, реакции Комитета были куда более быстрыми, скорее даже мгновенными.

– В договоре есть уточнение, что в случае военных действий этот пункт перестает действовать. В связи с чрезвычайными обстоятельствами и отсутствием реакции Комитета я ввожу чрезвычайное положение, которое приравнивается по статусу к военным или полицейским действиям.

– А есть какие-нибудь новости насчет Руаны? – активируя и тестируя разблокированные системы корабля, спросила Алиела.

Ойла помолчала, потом недовольно махнула рукой:

– Ничего мне не удалось узнать. Она ведь от контрольной службы, а они, сама знаешь, почти никогда не делятся информацией, если им это не нужно… Поэтому действуй по обстоятельствам… И, Алиела… – Ойла помолчала. – Проявляй осторожность.

– Все будет хорошо, мама, – ободряюще и уверенно улыбнулась девушка.

Следы, информационные и почти незаметные – энергетические, привели корабль веганки на самый внешний край системы. Серые обосновались на одной из карликовых планет. Земляне ее называют Плутон. Навскидку ничего не заметно, маскировка у серых была неплохая, но, конечно, спрятаться от систем корабля и способностей Алиелы они не могли.

– Старший информационный разведчик еще не потерял свой нюх! – излишне воодушевленно пробормотала Алиела, а про себя вздохнула.

Несмотря на то что в армии веганка прослужила целых десять лет, довольно спокойных лет, к слову сказать, в боевом столкновении она участвовала только раз. Причем столкновение это было не спланированным, а случайным: противник использовал какую-то хитрую маскировку, которая повлияла на систему определения места выхода из прыжка, и веганский корабль не заметил препятствия. Потом-то ученые разобрались, а тогда они находились в патруле и проходили через одну из условно-приграничных систем, и так получилось, что вынырнули прямо перед патрулем хостисов. Ну а те решили, что это нападение, и началось… Расстояние, на котором они выпрыгнули, было настолько близким, что применять мощное оружие было бы безумием, а гравитационные возмущения оказались настолько сильны, что чуть не разорвали оба корабля. Потом неконтролируемый двигатель, пока его все-таки не взял обратно под контроль большой кристалл корабля, буквально воткнул их корабль в лоханку хостисов, ну а тем делать нечего было – полезли на абордаж. Первый за три сотни лет. Дурь, конечно, но обстоятельства так сложились.

Вот после того случая Алиела и решила посвятить себя чисто мирской жизни. Нет, она не струсила, но одно дело – заниматься только инструментальным противостоянием с противником, и совсем другое – столкнуться с ним лицом к лицу. К этому она была психологически не готова. Собственно, с хостисами у них были именно личностные проблемы, если так можно сказать. Полная ментальная несовместимость. Когда они находились рядом, то буквально сходили с ума от негативных реакций – ненависти, боевого безумия, желания убивать. Нет, если себя контролировать, то вполне можно быть рядом, но, во-первых, не каждый может постоянно находиться под внутренним контролем, а во-вторых, тяжело это и жуть как некомфортно. А при долгом контроле – депрессия, усталость и так далее.

Алиела не любила вспоминать тот бой. Ведь ей тогда тоже пришлось участвовать. Когда корабли столкнулись, кристалл уже не смог поддерживать внешнюю ментальную защиту, на некоторое время она пропала, и тут сыграл кумулятивный резонансный эффект ментального наложения общих полей веганцев и хостисов. Тогда они и поперли на веганцев…

Как она тогда выжила – сама не понимает. Внутри корабля оружие использовать нельзя, и, несмотря на то что у всех оно было, находилось оно у каждого в сейфе в своей каюте. При опасности или боевом столкновении кристалл автоматически разблокирует их. Тогда он тоже это сделал, но сколько успело добраться до сейфов… Ведь большинство были на своих местах согласно распорядку. Позже в связи с угрозой абордажа правила переделали, но что с того? Хотя впоследствии, насколько Алиела слышала, такого не случалось.

Хостисов было раза в два больше, и буквально все они, слетев с катушек, поперли на корабль веганцев. Алиеле не повезло – она находилась на своем рабочем месте, далеко от сейфа с оружием… То, что происходило конкретно с ней, она не помнила – сама себе заблокировала память и поставила ментальную метку «не открывать». А вот картинку трех мертвых хостисов в ее рабочей каюте и свои руки в крови – помнила. Эта картинка, вдобавок к метке, была как предупреждение – не лезть туда, и именно эта картинка останавливала ее, когда Алиела, будучи в благодушном настроении, порой хотела полюбопытствовать, как она «геройствовала».

Вскоре план обустройства серых на планете был у нее перед глазами. Неплохо они тут обосновались. В основном под поверхностью. Большие многокилометровые залы, проходы, энергетические комплексы. Ментальный фон довольно слабый, он у серых вообще низкий, но, видимо, за счет количества (а также наличия множества выходов на поверхность) тут он чувствовался весьма отчетливо. Впрочем, мимо планеты веганка проскользнула быстро, сбросив роботов-шпионов. Сама она спряталась за одним из спутников Плутона, предполагая, что это совсем не повредит. Ведь как-то же они обнаружили корабль Элхора.

Эти шпионы и сделали основную часть работы. Там, где могли и где это не вызывало реакции системы защиты, они проникали внутрь, проделывая небольшие отверстия в переборках, в камне или в почве и обратно заделывая их за собой. Где-то прилеплялись к работающим системам транспортировки, вместе с ними все более углубляясь. Осталось дождаться, когда мелкие шпионы доберутся до центрального мозга, управляющего защитой комплекса серых. Их наработки в данной области веганцам были известны. Так-то в открытом космосе они с этим видом разумных не сталкивались, хотя и знали о них, а поближе познакомились как раз у Земли и сразу же начали усиленно собирать информацию. И чем дальше, тем сильнее этих серых «не любили». Поначалу-то даже конфликтов между ними не было, это потом, когда веганцы хорошо узнали серых, отношения испортились. Да и то в основном со стороны веганцев. Серые-то, чувствуя, за кем сила, обычно пытались или вредить исподтишка, или разрешали возникающие проблемы через Комитет, хотя порой срывались. Правда, и срывались с умом – чтобы нельзя было им предъявить претензий. Уровень развития серых был ниже, чем у веганцев, и те с интересом разбирались с особенностями этой цивилизации. Разумеется, стараясь это делать незаметно, ибо зачем лезть на рожон?

С одной стороны, проблемой для технической цивилизации могло стать то, что серые для своих систем управления использовали биологически выращенные мозги. В этом они достигли очень хороших результатов. Да и вообще в генетических манипуляциях. Но при всем при этом, с другой стороны, они были сущие дети в области менталистики. Вырастить мозг можно, а вот то, что он обязательно будет ментально излучать и, соответственно, с ним можно общаться на таком уровне, каких-то несколько тысяч лет назад для серых стало настоящим сюрпризом. Потом-то они кое-чему научились, особенно в области ментальной защиты и даже удаленного воздействия, но против веганцев – истинных менталистов это все равно не сильно играло. Хотя определенное беспокойство и вызывало современное состояние дел серых в этой области, но только не у Алиелы. Пусть об этом думают специальные службы. Правда, и ей иногда приходилось кое-что выполнять по запросу из центра – не присылать же для пустяковой работы целого специалиста! Да и ничего секретного тут нет, по крайней мере, с точки зрения веганца, хотя, может быть, какие-нибудь другие инопланетные расы могли бы за такую информацию душу продать…

Поэтому она ждала.

Наконец данные были собраны в максимально возможной степени, план подземелий составлен, ментальные характеристики «мозга», управляющего защитой и базой в целом, сняты. Удалось даже наложить на него одну ментальную закладку. Правда, через маленьких шпионов это было сделать очень трудно, к тому же в ментальной защите серые заметно продвинулись. Возможно, будь она рядом, ей бы удалось вообще заблокировать «мозг». Но чего нет, того нет. Зато теоретически если вдруг через какой-то датчик «мозг» ее увидит, то… не должен обратить внимания. А выводить его из строя полностью нельзя – неизвестно, что на него завязано. Например, жизнедеятельность Элхора или других пленников, местонахождение которых наконец было определено. Вернее, три возможных места. Но тут уж придется по факту определяться.

Тут Алиела вспомнила слова Ника о том, что он усилил ее ментальную защиту. Тогда она не придала этому значения, а вот сейчас… Быстро пробежав по своим внутренним психологическим настройкам, ментальным закладкам, замкам, стражам, не обнаружила ничего нового или измененного. Да и на базе, когда она проходила обследование, в том числе и ментальное, ничего необычного найдено не было. Мысленно пожала плечами, но от выводов воздержалась.

Корабль Алиела пока решила оставить на спутнике. Все-таки ее беспокоило то, что корабль Элхора был как-то обнаружен и уничтожен. Но при этом возникала другая проблема – она не могла использовать ни гравитационные, ни реактивные системы, чтобы незаметно добраться до планеты в скафе без маскирующей возможности корабля. А сами скафы «прыгать» не могли. Поэтому придется воспользоваться малым прыжковым устройством – прыгуном. Но это только на словах оно малое, а так скорее похожее на нечто вроде земных аэробайков, однако способно как летать в космосе на гравитационной тяге, так и прыгать на небольшие расстояния. Его нужно будет оставить на поверхности и хорошо замаскировать. Вот это ей и не нравилось, но делать нечего, придется рискнуть. Выглядело устройство как кресло (в нем сидеть надо было откинувшись), прикрытое спереди полусферой из крепкого прозрачного материала, при необходимости дополнительно усиливающегося силовым полем. В основном оно было предназначено для защиты от микрометеоритов или прочих предметов – скорости-то в космосе аппараты развивают большие.

Дальше пошли долгие расчеты, как прыгнуть так, чтобы сразу оказаться над поверхностью планетоида недалеко от входа и в то же время не задействовать прочие двигатели, результаты работы которых могут засечь. Наконец обнаружилась узкая расщелина в километре от одного из второстепенных входов, через который можно проникнуть внутрь. Были произведены все расчеты, и все это, собранное в пакет информации, на всякий случай было отправлено в центр. Затем девушка включила один из режимов эвакуации в космосе – он использовался как раз для такого покидания корабля. Тесное, но обычно не замечаемое пространство рубки вывернулось, и вот она уже сидит в прыгуне. Отключение сознания от объемного, можно даже сказать – всеобъемлющего, восприятия слияния с кристаллом слегка ударило по внутреннему ощущению. Но это было привычно. Дальше она провела уже самостоятельную диагностику аппарата.

Кристалл корабля не подвел – прыжок удался с первого раза, точно как и рассчитывалось. Вот она сидит в кресле прыгуна на своем корабле, а вот она уже на Плутоне. Резкий скачок окружающей картинки, силы тяжести и самосознания, сбой вестибулярного аппарата. Последнее, пожалуй, пережилось хуже всего. Потом пришлось подождать, пока подействуют препараты, позволяющие очень быстро адаптироваться к пониженной тяжести и активной деятельности в таких условиях. Возможно, придется двигаться довольно шустро, а это сложно без привычки. Для этого и существуют спецпрепараты, подгоняющие множество параметров организма, в том числе моторику движений, под нужные условия. Да и скаф, конечно, поможет. Особенно если придется раскрыться, тогда все совсем просто: с помощью силовых систем скафа можно будет себя чувствовать в привычном уровне силы тяжести и двигаться в максимально удобном и оптимальном режиме.

Алиела проверила оружие. Жаль, что скаф не военный, – тогда всем встроенным вооружением можно было бы управлять мысленно или в автоматическом режиме. Но так как он исследовательский, то и не предусмотрено в нем наличие оружия. Да, навесить-то можно, но неудобно использовать. Вместо мысленного управления все придется делать ручками. Алиела вздохнула – давно она не тренировалась с таким оружием, но навыки должны были остаться.

К правому бедру с внешней стороны прилип излучатель-подавитель нервной деятельности. Действует на большинство разумных, особенно гуманоидного вида. Но по-разному. Однако в него встроен кристалл, который как раз и перенастраивает излучение в соответствии с расой противника, да еще и обладает возможностью самообучения. Правда, обучение работает в боевом режиме, а воевать по понятным причинам Алиеле почти не доводилось. Так что он практически стоит на заводских настройках, и хотя обновления данных происходят периодически, последнее было произведено около пятидесяти лет назад. Не так уж много они воюют, чтобы часто пополнять базу данных настроек. И действует подавитель на близком расстоянии – метров до десяти-двадцати, в зависимости от противника и его нервной системы.

На левом бедре – гравитационно-импульсный метатель. Метает шарики миллиметрового диаметра из сверхплотного материала с огромной скоростью. Вблизи при максимальных настройках пробивает корабельную броню. Если хватит энергии и снарядов, можно вполне сделать в броне дверь, например, проведя в автоматическом режиме стрельбу по контуру. В зависимости от условий использования режим меняется. Меняется и материал шариков: от сверхплотного – для пробития брони до сложного состава, способного при попадании в цель мгновенно растекаться молекулярной пленкой на всю площадь препятствия и передавать ей свой импульс. Такой шарик оторвет голову большой шуше или порвет пополам человека, если попадет ему в тело. Но можно выставить и менее агрессивные виды воздействия как по импульсу, так и по материалу, причем и мысленно, во встроенном варианте, и пальцами, определенным образом их складывая, при выстреле из обычного метателя, что конечно же дает менее точную градацию настроек. В самом метателе находилось около пятисот шариков, но они могли пополняться автоматически через перчатку скафа из хранилища на поясе. В самых сложных условиях скаф может синтезировать снаряды-шарики из окружающего материала. Но это уже совсем крайний случай.

В ладони скафа встроена основа, в обычном состоянии относительно гибкая и тонкая, чтобы не мешать работе рук, но приобретающая объем и твердость, чтобы обхватываться ладонью. Так включается силовой нож: сначала приобретает объем рукоятка, потом появляется лезвие. Длину лезвия можно варьировать от нескольких сантиметров до метра. Из руки нож невозможно выронить или выбить, но он обладает свободой фиксации, чтобы легко управляться с ним. Очень удобное оружие, особенно своим универсализмом, – можно спокойно использовать и для снятия кожуры фрукта, и для разрубания разных объектов. К сожалению, корабельную броню не берет, но это ведь ручной вариант. Есть и более мощные, но по определенным причинам почти не используемые, в основном из-за дистанционных типов боя в современном мире, при которых такое оружие неэффективно. Против веганских скафов и скафов хостисов, правда, нож плохо работает, так как там предусмотрена защита от подобного оружия, хоть и наносит ущерб.

Выбравшись из прыгуна, Алиела немного постояла на месте, осматриваясь и делая легкие движения руками, а еще вставая на носочки и снова опускаясь на пятки, привыкая к силе тяжести и новой моторике движений.

Вокруг царила почти полная темнота, но системы скафа прорисовывали окружающее очень хорошо, и Алиела видела как днем. При этом небо все равно оставалось черным, с яркими звездами, раскинутыми по небосводу. В основном поверхность планеты состояла из камня и льда. Освоившись и проверив, как работает маскировка – датчики прыгуна ее не увидели, – она попрыгала с камня на камень и скоро оказалась наверху. Определившись с направлением, Алиела легкой трусцой побежала к цели, выбирая твердую основу, чтобы ноги не оставляли следов. Впрочем, кристалл скафа за этим сам следил, прорисовывая у нее перед глазами цепочку, по которой она просто должна была ступать.

Почему-то на душе было относительно спокойно. Никакого волнения, только небольшой мандраж. Совсем небольшой. Это, безусловно, обращало на себя ее внимание, так как могло означать начало психологических проблем и возможность завалить миссию по спасению брата из-за неадекватной оценки окружающего. Но, учитывая недавние события, случившиеся с ней (Алиела даже улыбнулась, вспомнив последнее свидание с Ником и несколько ментальных толчков потом, когда он думал о ней), в этом теоретически ничего удивительного или опасного нет. Правда, и статистики у нее нет, чтобы понимать, опасно ли это – идти на ответственное дело сразу после обретения совместимости и неизбежного изменения психотипа. И непонятно было, устаканились изменения в ней или продолжают прогрессировать. И мама ничего не сказала об этом, что вполне объяснялось неполной информацией о дочке. Ну или служебной необходимостью – брата ведь надо было спасать. Вон даже чрезвычайное положение ввели…

Размышляя таким образом, Алиела и сама не заметила, как достигла цели.

Ник

Это было необычно. Моя астральная и прочие оболочки подрагивали, испытывая легкое внешнее давление. Оно было настолько тихим и незаметным, что обратило на себя внимание только сейчас, когда я был в состоянии внутреннего анализа, причем зачем-то при этом залез в астрал. Его причудливая природа наложилась на окружающую действительность, и я только тогда понял, что нахожусь в астрале, когда океан передо мной начал формировать высокие волны-горбы, которые медленно накатывались на остров. Высота их достигала такой величины, что верхняя часть находилась примерно на уровне глаз. Наткнувшись на остров, они неспешно и величественно обнимали, обтекали его и так же неспешно, как кисель, стекали обратно. Часть волн разрывала свою связь с океаном и превращалась в огромные шары воды, в которых плавали морские животные, – я даже акулу там заметил, и уплывала за пределы моего видения или исчезала в высоте.

Часть воды попадала на ноги и каким-то чудесным образом впитывалась в них, заряжая меня энергией. В этот момент оболочки особо ярко давали знать о произведенном давлении. Что все это означало, я не имел никакого понятия. Долго смотрел на происходящее, потом заметил, что в такт набегам волн у меня отметки на руках, полученные после воскрешения людей, начинали чуть ярче светиться. Ушла волна – свет притух. Пришла – стал поярче.

Долго я смотрел на все это безобразие, пока не надоело. Вариантов в голове нет, придумать можно что угодно, вреда особого вроде бы пока нет, остается надеяться, что я не сломал что-нибудь в механизме круговорота душ и не подхватил заразу энергетического плана.

Моих ног достигла очередная волна, и из нее попыталась выпрыгнуть небольшая акула и схватить меня за конечность. Ну как небольшая – метра два, наверное… Я не чувствовал никакого страха и как-то лениво отмахнулся от нее, попав светящейся ладонью ей по носу. Акула вспыхнула, замерла на мгновение, а потом как ни в чем не бывало развернулась и, уже не замечая меня, поплыла обратно вместе с уходящей волной.

Я проводил хищницу взглядом. М-да… И что это было?

Ладно, надо работать. Только я об этом подумал, как снова оказался на месте гибели Кораблева. Выходить из астрала не стал, подумав, что отсюда будет легче действовать, а телу моему вряд ли что грозит на том острове. Тем более с включенной защитой.

Здесь картинка немного поменялась, но не сильно. Все так же кто-то копался в сожженном материале, роботы разбирали завалы. Но мне это было неинтересно. Я внимательно смотрел в небо. Смотрел так внимательно, что окружающее наконец пропало, зато звезды резко прыгнули навстречу, Земля осталась где-то позади. Рядом со мной крутился разный мусор, мимо пролетел спутник знакомых очертаний – связной, точно такой, через которые я влез в сеть. Пожалуй, хорошо, что я сюда попал из астрала: и информацию актуальную получаю, и некоторую схематичность объектов и их взаимодействий. Иначе в реальности хрен бы что увидел…

Тут случился небольшой затык – не получилось сделать так, как работала Алиела, хотя мне казалось, что я понял, как надо действовать. Пришлось создавать уже отработанные мною поисковые глифы. Правда, ждал недолго: глифы, приняв вид каких-то козявок, похожих на морских коньков, тащили ко мне куски разрушенного спутника-агрессора. Хотя он был разрушен энергетическим оружием – полностью не испарился. И этого было вполне достаточно мне для работы. Снова попробовал способ Алиелы, и снова не получилось. Ладно, потом попытаюсь разобраться все же, где косячу. А пока сконцентрируюсь на глифах.

Дальше пришлось выстраивать сложную систему глифов из большого количества графем, фактически программируя. Знания основ программирования искусственных интеллектов, полученные мной от земных спецов, каким-то образом очень сильно помогали. Скорее своим подходом и… Не удержался я и чуть не забыл свою задачу, погрузившись в интересную работу. Странно, но в результате у меня получился чуть ли не искин, созданный из астральных технологий, энергий и взаимодействий. Оглядел полученный результат, похожий на несколько сросшихся верблюжьих колючек и перекати-поле. Ну, так это визуализировалось и при этом прекрасно мною понималось. Прервав паузу, я снова вошел в состояние творческой мысленной пустоты и одновременно насыщенности логическими конструкциями. Проверил, что у меня получилось. Ошибок и нестыковок не нашел. Тогда я снова выпал в обычное течение мысленной активности в астрале и ткнул пальцем в определенное место конструкции. Она тут же свернулась в маленького ежика, ощетинившегося множеством колючек-модулей, он крутнулся вокруг меня, выстрелил несколько игл в остатки спутника, почему-то всосал их, как капельки воды, и улетел по своим делам. Ну не по своим, а по моим. Посмотрим, что получится. Ощущения говорили мне, что такие действия – детский лепет, но, к сожалению, пока доступны в полной мере только они. Остальное – периодически и не всегда контролируемо. Ладно, пока и таким инструментом поборемся.

Скоро появился мой ежик, который тянул за собой куски пространства. Чуждые данной местности образы стали сминаться, как бы замещаясь одеялом иной реальности. Только одеяло было лоскутным, состоящим из образов разных реальностей, вдобавок еще на ходу «дошиваемой» новыми кусками, притаскиваемыми отдельно плывущими иглами, которые еж использовал как отдельные модули оперирования астральной реальностью. Не очень удобно и наглядно, но вполне достаточно.

Образы следовали один за другим, на них накладывались ментальные смыслы, делающие образы понятными, порой добавлялся звуковой ряд и даже восприятие отдельных персонажей. Этот путь оказался длинным и ветвистым, где не каждая ветвь вела к нужной цели. Например, иранский центр космических сил, куда привела первая ветка, дробился на еще более разветвленную структуру взаимоотношений, воздействий и вмешательств третьих лиц. Мимоходом обнаружил трех «кротов», своими ментальными отпечатками явно показывающих отрицательный вектор намерений и чаяний относительно общих тенденций и вектора развития космического центра и вообще государственного пути развития Ирана. Но они не имели отношения к текущей задаче, и я их просто пометил и снял простенькие мемокопии, описывающие ситуацию. Потом можно Орлову скинуть, пусть дальше сами решают, что с этим делать.

С иранской стороны проблема, возникшая в функционировании военного спутника, не обнаружилась. И эта ветвь засохла. Впрочем, если бы я подождал окончания обработки моим искином-ежиком логических ментальных и астральных цепей и взаимосвязей, то можно было бы просто получить готовый результат. Но так как это первый опыт работы сложной астральной искусственной системы (раньше было все же по-другому… Даже на Лунгрии самый серьезный астральный поиск Смарти был иным по своей сути. Если сравнивать, то условно раньше было на основе аналоговых технологий, сейчас – в каком-то смысле на цифровых, не факт, что лучших, но просто других), то хотелось на ходу контролировать работу. Своего рода отладка. Некоторые моменты уже сразу были видны, немного поправил условия и ограничения в ежике и отправил дальше работать.

Следующая ветвь шла через одного второстепенного персонажа в техническом отделе разведки англов, кстати, уже убитого… Ух! Выскочила ментальная подсказка, поясняющая разными смысловыми наслоениями, что таким образом рвали связь и скрывали от видящих цепочку событий. Почему-то смерть «звена» событий сильно затрудняла работу видящим. Для надежности могут еще пару тел на пути расследования положить…

И я оказался прав. После первого трупа появился труп непонятного человека в одном из офисов Сиднея. Пришлось немного подождать, пока мой искин соберет нужную информацию. Дожидаясь результатов, отметил возню вокруг этого тела в астрале… Ага, работают-то как раз видящие, и первое звено они успешно прошли, а на нулевом подставном звене в виде Ирана даже не задержались. Молодцы. Двое с астральным «русским запахом» возились вокруг событий, связанных с трупом. Третий страховал… Потом вдруг краем сознания отметил совсем легкий вектор интереса со стороны. Настолько легкий, что русские детективы его не почувствовали. Этот неизвестный оказался очень хорошим видящим или просто астральщиком. Пока я раздумывал, что с ним делать, он мгновенно почувствовал внимание к своей персоне и тут же пропал. Я покрутился-покрутился и озадаченно почесал в затылке, хоть это и было проблематично сделать в астрале. Даже запаха никакого тот за собой не оставил. Хм… а я так могу?

С этой мыслью я покрутился вокруг своих следов и тоже ничего не обнаружил. Или я весьма крут, что отчасти подтверждается отсутствием ко мне интереса со стороны русских астральщиков, или свой запах просто не воспринимаю. И видел ли тот меня? Или просто почуял? Тем не менее я прямо из воздуха (хе-хе, из астрального воздуха) вытащил шип из своего ежика и воткнул в пространство, где ощущал непонятного видящего. Пометил пространство и мысленно дал команду искину в низком приоритете копать и отсюда. Может быть, он что-то раскопает и сможет связать с текущей обстановкой. Самому это делать долго и нудно. Пусть помощник пашет, раз уж я создал его…

А ведь мне все больше и больше нравится работать в астрале! Хотя, по ощущениям, он более сложен, чем информационный мир Земли. Менее логичный и более сумасшедший, он дает более мощные вычислительные возможности! Особенно связанные с осмыслением взаимодействия разных событий, сущностей и объектов.

Ладно, надо работать дальше – искин новую инфу притащил. И, похоже, моим соотечественникам тут ничего не светит. За трупом стоит обычный искин, купленный владельцем в обычном магазине, через которого и поддерживалась с ним связь. Причем он точно не знал, с кем общается. Зато явные линии вели к его контактам с преступным миром и международными наемниками. Этих контактов было много. Очевидно, на один из таких русские астральщики и клюнули. Мне же было понятно, что это путь в пустоту. Может, и наши это понимали, но не видели других шансов. А вот почему они не отреагировали на слабое отражение информационных потоков искина на астрал?.. Я покачал головой от удивления – это ведь вообще уму непостижимо! Именно то, что часть информации, проходящей через коммуникаторы, отражается в астрале! Правда, не один в один, а именно в человеческом восприятии: слабые «запахи», смысловые оттенки… И это с учетом того, что сама информация явно шифруется! Фактически некий результат работы чего-то вроде фактографа. Астральный фактограф? Хм… Странно это. Расшифровывать в этом разрезе информацию и не нужно – ведь изначально она рождалась в голове обычных людей, хотя и не вся. Но как астрал все это связывал в цепочки? Помереть не встать!

Стоит отметить, что такие следы очень слабые. Если бы мой искин не вытянул инфу на оперативный уровень, я не обратил бы на нее внимания. Как не обратили внимания и другие астральщики. Спустя мгновение понял, что в этом слое астрала есть только отражение информации, а вот если спуститься восприятием чуть ниже, туда, куда попадает основная информация, то «смысловые галлюцинации» становятся более явными. Очень занятно. А главное – сколько вообще у астрала уровней? Похоже, их бесконечно много, и в случае необходимости новых мощностей новые уровни просто достраиваются, создаются для поставленных целей.

Чем больше думаю об этом, тем меньше астрал кажется случайной, самопроизвольной системой, пусть и возникающей при определенных обстоятельствах. Судя по всему, весь мир, физический, астральный, инфосетевой, – это одна система, созданная гениальным инженером! Так и в самом деле поверишь в изначальный Разум или в Бога – Творца с большой буквы! Брр…

Через эту связь быстро нашлась следующая точка расследования. Странно, но она вела в Африку. Вернее, в Америку, которая сейчас располагалась на западном побережье этого континента, подмяв под себя значительные территории. Здесь уже трупов не было, но было несколько промежуточных звеньев как людских, так и информационных, в конце концов приведших меня в структуру, явно берущую начало в древнем ЦРУ. Сейчас она, кстати, называется АРУ – Американское разведывательное управление. Без понятия, почему так, разбираться не стал. Возможно, в память об американской империи прошлого века. Хотя мысль мелькнула, что если есть американское управление, то, может быть, существует и какое-нибудь эскимосское… И тут пришла новая информация.

Ничего неожиданного для меня в ней не было. Общую идею я ухватил, а с помощью искина и проанализировал. Получилась следующая картина.

Понятно, что Россия – как кость в горле для других стран, претендующих если не на мировое господство, то хоть на какое-то влияние. Так всегда было. Так и есть. Впрочем, так можно сказать про любую страну в отношении любой другой, получившей какое-то влияние. Одаренные есть везде, но почему-то во всем мире их воспринимают как важный государственный ресурс, который должен приносить пользу. Мысль правильная, но есть нюансы. Кто считает себя государством и как работать на него? А группировок, оторванных от территории и считающих себя наднациональными влиятельными силами, довольно много.

Это те же глобалисты, что были и в мое время, имеющие те же корпоративные замашки. Логика в этом есть – после глобальной войны и снижения человеческого потенциала основной упор был сделан на робототехнику, которой все равно, на какой территории добывать ресурсы или создавать продукты потребления. Виртуально-то страны остались, но фактически они были поделены между разными группировками. А самые крупные страны стали их центром формирования. Мелкие страны де-юре оставались вроде как свободными, но де-факто подчинялись этим структурам. Собственно, большие страны все равно стали в какой-то мере отражать распределение этих групп. Америка сейчас слабее других, Англо-Австралия – самая крупная. Другие, вроде Китая и немногих прочих, были все же более монолитными, но все равно тяготели к корпоративным замашкам управления.

Честно говоря, тот еще бедлам, и окончательный вариант управления миром продолжал формироваться. Люди мешают. При наличии роботизированных систем производства чего угодно и люди уже не нужны, достаточно роботов. Но кому продавать товары? И вообще, надо же движуху создавать, прокачивать кровь товаров, финансов и прочего, а иначе… Как ни странно, даже корпоранты понимают, что одни только роботы – это путь к деградации. Пока сложился некий неустойчивый баланс в производстве между использованием людского труда и роботов. Тем более что русские, когда вышли из изоляции, показали кое-какие наработки такого уровня, что все вдруг почувствовали себя неуютно. Ведь никакие роботы не могут создавать прорывные открытия, а если их не делать, то сделают другие, и тогда уже тебе будет совершенно неуютно жить под страхом уничтожения.

А тут еще и одаренные. Конечно, хорошо их иметь. Но ведь проблема в том, что ты вот управляешь государством, ты царь и бог, пусть и не явный, и вдруг появляются какие-то одаренные, которые могут тебя просто скинуть. И хорошо, если среди твоих детей есть такие, но ведь не факт, что есть. Нет, ты, разумеется, можешь убить других одаренных – возможностей у тебя достаточно, но ведь это сила! Ты убьешь, а твои враги не убьют и будут их использовать в своих интересах. Дилемма…

Остается их поставить в такие условия, чтобы не жалея сил работали на государство, то есть на тебя, а чтобы не думали уходить на сторону – создать все условия для комфортного проживания. Но это же люди! А люди, когда чувствуют себя незаменимыми, могут хотеть и опасного, особенно если они выросли в тех же условиях и ментальных настройках, что и ты: кто сильнее, тот и прав. Поэтому их надо контролировать. А кто будет контролировать лучше, чем другие одаренные? А если те захотят большего? Остается что? Ошейники? С детства промывать мозги? Патриотизм? Промываются. Патриоты. Только патриотизм все равно воспринимается через призму собственного благополучия! Ну что поделать, такой строй у них. Такая мораль. Поэтому остается мягкая сила, контроль, комфорт и… выжимание всех сил на пользу государству, пока не понял, не передумал, не осознал и… не убежал. Такие могут. Не все, конечно, но… Некоторые с детства радуются появившимся возможностям, другие все равно скрывают и бегут… В Россию, твари!

А там все по-другому! Одаренных не боятся. Как? Почему? Может, потому, что само правительство – сплошь одаренные? Да вроде бы не подтверждается, хотя про их президента нет полной информации, но подозрения такие есть. Но подозрения – не факты. Да и в целом не меняют картину. Как не боятся, почему? Воспитание? Брр… Опять коммунизм? Не называют свой строй таким, но когда русские не строили коммунизм? Все время своего существования строили его. Даже при царе. А когда не коммунизм получался – царя на бомбу или табакерку в висок. Что? Там было наоборот? Ну и что? Тогда этот убитый строил коммунизм, а ему наши друзья помешали. Табакеркой. Все равно коммуняки проклятые!

Так и бегут одаренные к русским. Вроде бы вечная тема бухих медведей, наяривающих на балалайке, все еще продолжает действовать на недоразвитые мозги, только как совместить балалайки с их термоядерными технологиями, гравитационными и космическими, с биологией и медициной? Угу, пьяные медведи выигрывают конкурсы по программированию искинов. Так, что ли? Поставить великий фаервол на границе? Ага-ага. А кто будет торговать? Ты им фаервол, а они тебе – хрен помощь в очистке территорий. Или хрен в чем-то другом. Особенно в медицине. Что ни говори, роботы роботами, а зараженные территории и до тебя добраться могут, и роботы не помогут. Да и толку с этих территорий, если их охранять только роботами? Придет сосед и скажет: «Тебе они не нужны, а у меня людям жить негде. Отдай!» Эх… как было бы здорово, если бы на Земле остались одни роботы, которые тебе бы тапочки носили до самой старости! Только скучно же, да и нереализуемо.

А еще инопланетяне над головой. Те еще твари. Так-то помогают, как мы помогаем бушменам в пустыне, – приходим и говорим: «Вот вам помощь!» – и протягиваем бутылку кока-колы. И не важно, что они не хотят и вообще не понимают, на фиг им эта кола. Потом-то бутылку в хозяйстве используют – кокос там разбить или полюбоваться сквозь стекло на небо. Так и здесь – ходят и ходят кругами, вынюхивают. И не только вынюхивают. Много те бушмены получили от того, что мы за бутылку колы выменяли территории, где алмазы друг на друге растут? Так и тут – кто их контролирует, что они делают в океанах земных или под твоими территориями? А если там ресурсы самые ресурсистые? Хотя польза, конечно, от них есть. Особенно в исследованиях одаренных, да еще некоторые технологии втайне дают, которые позволяют удерживать статус-кво с русскими. Слишком те далеко ушли в фундаментальных науках. Слишком! Но опять проблема – технологии дают, да не всё объясняют. Или готовые военные штучки. Ученые ковыряют, да не все дается в руки. А порой и наказывают, твари, за попытку разобрать какой-нибудь мини-реактор! Кстати, контролировать одаренных они же помогают. Предоставили кое-какие для этого фиговины, да и сами одаренными сильно интересуются. Основных одаренных мы хоть и пытаемся прятать, а этим отдавать непокорных, но те тоже не пальцем деланные!

Не, нам не жалко на ресурсы все это менять, но жалко, что сами руки до них не дотянем, а ведь могли бы! Ну… когда-нибудь. Грабят же! Непонятно, что их еще сдерживает. Тогда же так никто и не понял, почему началась война. Может, они поспособствовали? Очень похоже на то. Только доказательств никаких. И почему не добили? Контактёры говорят, что их за горло держит какой-то Комитет. Но Комитет же тоже из инопланетян состоит! И коли так, почему позволил войне случиться? Так что тот еще жук, этот Комитет!

Так вот, одаренные. Бегут, твари. Ну да ладно, но ведь русские на одаренных силу имеют! Особенно отличается их Корьябльёв, академик, тудыть его! Аналитики говорят, самые прорывные темы он сгенерировал. Долго блуждала мысль, что неплохо бы его отправить к предкам. Но… но… боязно. Вон у англов, говорят, одному борзому исследователю, что детей русских для экспериментов инопланетян воровал, акула тело откусила. Даже не голову – тело! Голову одну и нашли. Наверное, чтобы точно англы поняли, кому русская акула все его ручки, которые он тянул к их детям, и ножки, которыми он туда ходил, откусила. Кому надо, все поняли. Но… но…

Телепортация – это очень и очень круто! И очень и очень опасно! Только дебил не поймет, почему это опасно. Начиная с яда, неожиданно появившегося в твоем стакане прямо в тот момент, как ты выпиваешь, или тромба внутри мозга. Бомбы там – это чепуха, никто сейчас не будет войну начинать, даже под страхом смерти. Нет, ну если совсем псих, оно конечно. Но главное – транспортные услуги! Все! Амба! Хоть на Земле открывай транспортную сеть, хоть на планетах. Все ресурсы Солнечной системы в твоих руках. Это полный и окончательный крантык! Всей цивилизации. Ну, кроме, может, тех же русских. Не зря же их царь, вернее, президент объявил Солнечную систему территорией человечества! Хитрый, собака! Понятно, что подразумевал территорией русских! Тогда смеялись, а сейчас плакать хочется. И останется только или вешаться, или бить и бить русских, пока или они не сдохнут, или ты. Потому что ты все равно уже сдох. Не сейчас, так завтра. И никому ты не будешь нужен, и все будут об тебя ноги вытирать, а то и вообще шею свернут, чтобы не мешался. Аналитики наконец-то после анализа всех данных по русской космической программе и событиям последнего времени в России окончательно подтвердили наличие у них телепортации.

Теперь понятно, как они в бою с инопланетянами одержали победу, – вариантов использования телепортации в боевых условиях аналитики накидали столько, что голова трещит и от их количества, и от последствий. Только выбирай способ и вариант! Понятно стало, как они свой корабль перекинули к Луне, как экипаж спасли. Единственное, что непонятно: раз бой все-таки был, как обошлось без жертв? Можно, конечно, отловить отдыхающих астронавтов, тем более что некоторые из них сейчас по странам путешествуют. Нет, ну какие наглецы! Так и хочется взять за шею такого и потрясти, чтобы рассказал. Но… Это же какой наглостью надо обладать, чтобы отправить их отдыхать под дипломатическим иммунитетом?! Тут даже полицейский поостережется к такому подойти, а уж просто выкрасть… И ведь путешествуют там, где есть договор об ограниченном использовании военных дипломатических сил для спасения своих граждан. Есть такая мрачная штука, когда в дипконсульстве находятся один-два боевых автомоба, по сути, истребителя, которые могут вылетать на помощь попавшим в трудную ситуацию гражданам своей страны. В России, кстати, тоже есть боевые силы подобного рода других стран, да ведь это совсем другое. Одно дело – мы у них, и совсем другое – они у нас! Ну и их искины и УНИКи. Стоит пропасть сигналу или, наоборот, искин подаст сигнал – сразу вылетят.

Нет, конечно, и тут можно обойти как-то. И аккуратный подход сделать, хоть того же одаренного подсунуть, который голову им замутит, – химию-то искин сразу заметит. Но… Не факт, что сработает, а одаренным рисковать не хочется – его уж точно искин сразу срисует и отправит куда надо инфу. Можно сделать массовое нападение, чтобы у них боевых автомобов не хватило для реакции. Но не хочется этого делать в своей стране, а в чужой… Тоже проблемы будут, только уже с местными спецами, ведь придется с ними согласовывать, а они только пальцем у виска покрутят и ногой под зад! А нелегально делать через посредников-наемников – тоже свои проблемы есть, хоть и решаемые, но не быстро. А самое главное – не факт, что путешествуют именно те, кто там был. Очень похоже на подставу русских. Почти сто процентов. Ведь ясно, что все заинтересуются событиями и попытаются что-то разузнать, а тут – нате вам! Астронавты собственной персоной! Не-не! Дураков нет!

Зато появился весомый аргумент для устранения их главного – Корьябльёва. Ведь это явно он тут шишка в этих делах. Главное, чтобы он не успел создать независимую от него установку телепортации или технологию. Так-то, скорее всего, он пока сам должен как-то это делать, но дела явно уже двигаются к завершению создания независимой технологии, а может, уже и обкатка идет. И это плохо. А тут вроде бы у них появился еще один одаренный, как бы не лучше Корьябльёва. А может, это просто его ученик, но уж больно шустрый ученик. С ним даже китайцы не смогли справиться, а ведь он почему-то на тот момент не был под защитой службы русских, которая занимается одаренными! Уж это-то смогли раскопать, как и то, что тот появился совсем недавно и непонятно откуда. Самоучка? Может быть. Если это так, то пока не страшно, а вот у Корьябльёва – система. Если этого самоучку да сунуть в эту систему, получим как минимум второго Корьябльёва! А русские определенно уже засунули его туда! Единственное, что остается, – как можно больше мешать, оттягивать момент триумфа русских. Может, тогда удастся или технологию выкрасть или переоткрыть, или еще что – жизнь непредсказуема в своих поворотах.

И вот он – шанс! Видать, звезды сошлись на небе в их пользу! Удалось получить информацию о ближайших планах Корьябльёва, вернее, о его перемещениях, да еще случайно сработал старый и пассивный канал связи, в поле зрения которого попал новый ученик академика. Редкая удача!

Устранение Корьябльёва разрабатывалось давно. На всякий случай. Неудивительно, если подобные планы существуют и у русских насчет американского президента, австралийского премьер-министра или иных важных персон. Обычное дело. Планы постоянно меняются и перестраиваются специальным искином. Жутко секретным, к которому имеет доступ буквально пара человек. Так что тут хорошая получилась цепочка сокрытия следов, ну и момент такой наступил, что по-другому никак. По второму варианту пришлось действовать буквально на ходу, но, кажется, тоже удалось спрятать следы. Правда, смущает почти одновременное уничтожение целей, но так уж вышло. Ничего не поделаешь.

Так что… пока можно открыть шампанское и осторожно порадоваться удачным событиям, созданным собственными руками!

Медицинский центр в Новосибирске

Прозрачные реабилитационные капсулы слабо освещались внутренним светом, выделяя в окружающем пространстве лежащие в них обнаженные тела. Снаружи свет был значительно слабее, что вызвало ощущение, будто в зале выставлены драгоценные произведения искусства.

Впрочем, лечащиеся люди действительно были драгоценными. По крайней мере, один так точно. Прямо над капсулами были развернуты голографические экраны, отражающие важную для медиков информацию. Академик Кораблев лежал с полуоткрытыми глазами в лечебном трансе, введенный в него специальными препаратами и определенными излучениями. Грудь академика мерно вздымалась. К его капсуле подошел не очень молодой, но подтянутый и свежо выглядящий мужчина и долго смотрел на лицо пациента. Через некоторое время, дав гостю осмотреться и подумать, к нему подошла главврач Орлова.

– Как у них дела? – спросил мужчина.

Врач окинула взглядом экраны и спокойно ответила:

– Практически идеально, Иван Иваныч.

– То есть они полностью здоровы?

– Скорее в том состоянии, в каком были до смерти. У Кораблева, судя по его медицинскому делу, три дня назад случилось небольшое ЧП – один из экспериментов не удался, и у него образовался обширный ожог руки, вернее, внутри руки около лучевой кости, а снаружи все нормально. Довольно необычная травма. Все это время разрабатывали методику излечения. Эта травма так и осталась после восстановления тела. Теперь решили заодно и вылечить.

Мужчина бросил взгляд на руку мужчины, покрытую почти незаметной пленкой лечебного раствора, и хмыкнул:

– Странное какое-то воскрешение…

Орлова пожала плечами:

– Как мне объяснял Николай, тело восстанавливается в то состояние, какое было на момент смерти. Обследовав наших космонавтов, которых он воскресил, мы набрали большую статистику касательно состояния тех, кто пережил смерть и вернулся оттуда. Скрупулезно проследили, кто когда умер и сколько пробыл там до воскрешения. Вышло следующее: до трех часов после смерти тело можно восстановить почти точно, как на момент смерти. От трех до двенадцати – могут возникнуть проблемы, но не особо критичные. По крайней мере, нашей аппаратурой они вытягиваются без особых сложностей. Дальше – уже мало предсказуемо. Душевные проблемы тоже есть. Как можно понять, чем дольше после смерти, тем хуже душа приживается, в основном из-за проблем с мозгом и изменений биополевых характеристик. Но космонавтов мы все-таки почти всех вытянули. Правда, никто ничего не помнит, да оно и к лучшему, наверное.

– Я знаю, – кивнул мужчина, – но некоторые все же решили завязать с космосом.

– Не без этого. В принципе можно было бы поработать еще и убрать даже такие последствия, но по некоторым причинам решили этого не делать. Главное – не дали загнать эти страхи глубоко в подкорку, чтобы они не деформировали ядро личности, остальное само пройдет. А нет – так перехватим процесс. Медицинский контроль на постоянной основе никто не отменял.

Оба некоторое время молчали. Потом мужчина очнулся от мыслей и покачал головой:

– Вот так вот легко? – Посетитель с кривой улыбкой на лице щелкнул пальцами и искоса посмотрел на врача: – Щелкнул пальцами и воскресил?

Врач кое-что поправила в капсуле академика. Мельком оглядела другие капсулы, но не нашла, к чему придраться. И наконец ответила:

– Вы же читали отчеты. В космосе мало возмущений пространства, в котором обитают или временно находятся души, поэтому Кольке относительно легко удалось поймать их. На Земле же время очень ограниченно, и нет абсолютно никаких гарантий. С академиком и его охраной Николаю сильно повезло. Душа Кораблева оказалась довольно крепко привязана к телу, к земным неоконченным делам, поэтому он и не успел уйти. Не захотел. В общем, остался. А ребята, что его охраняли… У них долг на первом месте. Кроме того, все являются мастерами в разных системах духовного развития, вот и остались рядом. Как вы помните, других погибших Коля просто не нашел.

Президент задумчиво покивал.

– А куда Николай делся? Почему его нет здесь?

Орлова снова пожала плечами:

– Дела какие-то. Он ушел, но обещал вернуться.

Алиела

Технический вход на базу серых хоть и был неплохо защищен, но для интеллектуальных систем взлома веганцев не представлял особой сложности. Тем более что блуждающие по базе модули-разведчики пробрались с внутренней стороны к нужным узлам, и совместно с кристаллом Алиелы дело было сделано буквально за десяток минут.

Спокойно открыв шлюз, девушка вошла внутрь и огляделась. Ничего лишнего – просто куполообразный тамбур без наворотов. Следующий проход также открылся легко, только свет слегка искажался, просачиваясь через силовую завесу. В принципе серые довольно часто ее используют для проходов, как и веганцы. Только у веганцев она менее энергоемкая, и вообще эта технология используется повсеместно даже в быту.

Освещение в этой части базы отсутствовало, кроме минимально необходимого, а системы маскировки скафа были настолько хороши, что автоматика, которая должна включать освещение при появлении тут живых, просто не срабатывала. И элементарно не видела веганку. Впрочем, это совершенно не мешало Алиеле – она и так все прекрасно видела. Вздохнув и усилием воли успокоив ускорившееся сердце, девушка потихоньку двинулась вперед. Перед глазами висела сложная разветвленная карта базы серых, полученная как с помощью мелких шпионов изнутри, так и сканированием корабля снаружи. Кроме того, Алиела частью сознания настроилась на местное информационное поле и пыталась сориентировать его и привязать к карте.

Здесь серые просчитались, а может, просто не сильно обращали внимание на то, в чем слабо разбирались или не разбирались вовсе. Информационное облако планетоида было довольно бедным на события и легко мысленно очищалось от фоновых природных образов и прочих данных, оставляя только то, что нужно Алиеле. Других разумных тут не появлялось очень давно, так что наиболее актуальным информационным источником здесь были именно серые. Тем не менее даже этой информации оказалось слишком много, чтобы быстро найти нужное. Часть нагрузки на себя взял кристалл-симбионт, на который Алиела скидывала вытягиваемые потоки информации из поля, делая только ее первичную сортировку, ориентируясь на собственное подсознание и его подсказки.

Поэтому девушка шла довольно медленно и успела среагировать на появление впереди тусклого света, приближающегося к ней. Она огляделась – узковатое место, зато… Глянула вверх – довольно высокое. Подпрыгнув, девушка встретила потолок руками, ноги же в малом поле тяготения по инерции пошли назад, и через мгновение она прилипла к потолку спиной. В местах соприкосновения скаф выдавил из себя мягкий состав-клей, сцеплением которого с практически любой поверхностью можно легко управлять ментальными командами. Природный материал, слегка улучшенный учеными. Его используют некоторые растения на Версалии для ловли еды. И храниться может очень долго – десятки и сотни лет без снижения качества. Единственный недостаток – нужно настраивать на уникальные ментальные характеристики конкретного веганца.

Алиела проводила слегка удивленным взглядом странное коренастое существо, с длинными (наверное, волочащимися, когда не заняты, по полу) руками и толстыми ногами. Видимо, нечто вроде биологического робота для простых и тяжелых работ. Тем более что существо несло в руках довольно массивный куб какого-то устройства.

Свет погас, и Алиела мысленной командой отцепила скаф от потолка, мягко приняла ногами пол коридора и отправилась дальше. Информация уже почти структурировалась и частично накладывалась на карту визуальными и ментальными образами, а частично (особенно общая информация, не имеющая непосредственного отношения к базе) ждала своего часа в отдельном уголке, так сказать, в собственном кармашке инфополя Алиелы, привязанного к ней, куда имела доступ только она. Там хранилась в основном личная информация – воспоминания, мысли. От обычной памяти это хранилище отличалось тем, что информацию, которая туда помещалась, можно было обработать как угодно, отредактировав и приукрасив, или же использовать хранилище как временное, для доступа напрямую, минуя свой кристалл. В некоторых случаях это давало более быстрый доступ к объемному материалу и ускоряло его обработку, усиливало конфиденциальность и так далее. Сейчас в этом нет особой необходимости, просто Алиела так привыкла работать. Ну и конечно же информация хранилась отдельно от мозга, что позволяло в некоторых случаях, например при нарушении его работы или памяти, восстановить кое-что оттуда. У Алиелы этот маленький пузырь инфополя для удобства делился на две части: совсем-совсем личное и для работы.

Вот как раз в этом разделе для работы ее и ждали куски информации, как-то отмеченные подсознанием и отложенные для личного анализа. Развернув информацию и осознав ее, Алиела чуть не споткнулась. Общий смысл ее был в том, что брата обследовали какими-то системами, и этот этап обследования уже подходил к концу, после чего к нему будут применяться волновые системы воздействия, способные привести к серьезным разрушениям энергополя, а то и тела. Это она точно знала, но серых это, видимо, совсем не волновало, или у них был свой план исследований, без учета особенностей веганцев. И, разумеется, Элхора держали в состоянии искусственной комы. Но что-то ей подсказывало, что это временно.

Еще раз осмыслила информацию и ее связи – пришлось остановиться, снова прилипнуть к потолку на всякий случай и погрузиться сознанием в инфополе полностью. Теперь она не просто скользила по волнам информации, а буквально вырывала нужные куски, вытягивала на себя нити событий и видений, действовала грубо, но эффективно. Информацию о том, где держат брата, она сумела добыть. Проблема в том, сумеет ли она к нему пробиться? Центральную (не по расположению, но по значимости) лабораторию охраняли странные воины, необычные в информационном плане. Таких она еще не видела. Оружия у них было мало, но сами они даже в инфополе вызывали опаску.

И Алиела побежала, стараясь нигде не останавливаться. Часто приходилось забегать на стену поближе к потолку, пропуская внизу технику и персонал, и продолжать бежать там, хоть это было довольно неудобно. Помогала уже полностью адаптированная под местные условия моторика движений, восприятие энергий, направления… Ну и скаф, конечно.

Модули-шпионы уже почти все собрались в том районе, где удерживали веганца, но находились пока вдали. Алиеле не понравилось, что охрана зашевелилась, когда мелкие наблюдатели стали прибывать. Сама девушка все-таки надеялась на свойства скафа, чтобы незаметно проникнуть внутрь, и лишь пожалела, что нельзя взять с собой устройство массированного подавления нервной системы разумных. Но оно большое, с собой не потаскаешь, а с корабля через камни оно не подействует. Вот и приходится самой пробираться по мрачным подземельям.

Дорога вывела Алиелу в круговой коридор, опоясывающий огромное помещение – основную лабораторию. Все прилегающие проходы хорошо освещались светом со слегка красноватым оттенком. Много было интенсивного инфракрасного спектра. По всему коридору спиной к лаборатории цепью через три-пять метров стояла охрана. Именно их Алиела отметила как странных в инфополе. Правда, там были градации странности, но в чем она состояла, к сожалению, непонятно.

Алиела немного понаблюдала, но время поджимало. Глубоко вздохнув, она приступила к плану.

Преимуществом мелких летающих разведчиков веганцев было то, что их действительно сложно отследить теми техническими средствами, которыми обладали серые. Да и веганские не все видели – все же военная разработка. Но в основном это были разведчики, а не диверсанты. И то, что они имели кое-какие возможности проникновения через разного рода препятствия и их можно было использовать для диверсий, не умаляло того факта, что диверсанты они плохие. Лишаться их Алиела не хотела, например, при атаке на врага с установкой, что враг – препятствие, которое просто надо пройти. Но загвоздка в том, что таких аппаратов у нее немного, а противников явно больше. И можно в критический момент остаться вообще без наблюдения за окружающим пространством. Так-то, конечно, там, где она прошла, все под контролем и транслируется на кристалл, но остальные ходы?

Ладно, надо пробовать. И Алиела послала пару летающих аппаратов между дальними охранниками. Один модуль поднялся на высоту чуть выше головы, другой опустился на пол. Синхронизировавшись, модули установили друг с другом прямую связь, развернули слабоэнергетическую прозрачную плоскость между охранниками и замерли. Стражники что-то заметили, посмотрели вокруг и успокоились, как успокоилась и Алиела. Затем с каждой стороны плоскости стала транслироваться та картинка, которая находилась с другой стороны. То есть получился экран, не просто прозрачный, а именно транслирующий изображения. А транслировать ведь можно что угодно, правда? Свернув экран, разведчики перелетели к ближайшему охраннику, в помощь к ним выдвинулись дополнительные модули, и скоро этот охранник был с обеих сторон прикрыт видеоплоскостями. Это на всякий случай, если вдруг придется его убирать. Тогда остальные продолжат видеть его стоящим, хотя на самом деле с ним будет что-то другое. Впрочем, Алиела надеялась на маскировку скафа.

Положив ладони на рукоятки подавителя и метателя, веганка на пару секунд прикрыла глаза, настраиваясь. Пальцами пробежалась по сенсорам оружия, подготовила ментальные боевые техники… И медленно пошла вперед. Не вызывая никакого шума и внимательно вглядываясь в охранника, она тихо передвигалась, прикрываемая растекшимися по сторонам модулями.

Параллельно пыталась настроиться на ментальную волну существа, чтобы возможный удар по нему был максимально эффективным, но почему-то получалось трудно – его волна как-то нестабильно плыла, не давая зацепиться. Но Алиела продолжала потихоньку идти вперед и настраиваться. Охранник пока ее не видел, но зашевелился, как животное, поводя головой из стороны в сторону.

Это веганке не понравилось, и она активировала видеоплоскости, которые стали транслировать вокруг спокойно стоящего охранника. Тот же все больше начинал беспокоиться, и когда Алиела думала, что сумела проскользнуть мимо, он вдруг повернул голову и уставился точно на то место, где она стояла.

Алиела одновременно произвела выстрел из подавителя и нанесла ментальный удар по охраннику, на волну которого кое-как сумела настроиться. Неизвестно, что подействовало – техника или ментальный удар, но она бы поставила больше на подавитель. Хотя, учитывая изменившиеся параметры ее ментального поля после встречи с Ником, настаивать бы на этом не стала.

Аккуратно подхватив падающее тело, опустила его. Соседние охранники что-то почувствовали, но, видя на видеоплоскостях продолжающего стоять собрата, вернулись к своим делам. Разумеется, разведмодули параллельно глушили и звук, и прочие возможные виды связи в ограниченном пространстве вокруг Алиелы и охранника. Облегчало работу то, что охрана, по сути, не имела систем мониторинга состояния тела, но это и настораживало. Правда, со всем этим девушка бы справилась, не сильно напрягаясь, но странно было… Да…

Переступив через тело, Алиела подошла к двери, так же заботливо укутанной шумоподавлением и видеомаскировкой. Несколько касаний, активация программ кристалла и работа диверсионной ломалкой – и дверь отъехала в сторону. Веганка быстро проскочила внутрь, и дверь за ней закрылась. Она огляделась. Здесь уже ее разведчиков не было – не смогли проникнуть ранее. Зато неполная карта, полученная из инфополя, вполне позволяла ориентироваться. Дальше находилось несколько залов с аппаратурой и страшными экспонатами – колбами с телами, в основном людскими, но были и какие-то страшилища или просто непонятные существа. Элхор находился то ли в третьем, то ли в четвертом зале.

С Алиелой в лабораторию проникла половина ее летающих разведмодулей, которые разлетелись по сторонам, сканируя обстановку, ища технику, проходы, анализируя или просто передавая информацию на кристалл веганки. Да и девушка активировала более мощный сканер пространства, который буквально просвечивал аппаратуру, стены и прочие объекты.

Непонятно только, почему тут так пыльно. Пыль не то чтобы прямо бросалась в глаза, но была заметна в свете, освещающем колбы с организмами.

Алиела медленно двинулась по ряду, рассматривая экспонаты. Торопиться не стала – надо было еще подсобрать информацию, чем сейчас и занимались ее шпионы. Кроме того, она боялась напортачить необдуманными действиями. Пусть само проникновение на базу серых выглядело как необдуманный шаг, но он был необходимым. И ведь она же его обдумала, верно?

Один экспонат выделялся среди остальных. В колбе с жидкостью был зафиксирован явно серый, но выращенный с использованием генетических манипуляций. Голова его была просто огромной, в то время как тело – совсем мелким и неразвитым. Невольно замедлившись, Алиела внимательно всмотрелась в лицо существа. Ну и конечно же, как в самых примитивных земных фильмах ужасов, существо вдруг открыло глаза. Впрочем, она не сильно испугалась, нужно было что-то более серьезное, чтобы вызвать у нее это чувство. Но непроизвольно сделала шаг назад, и еще один, когда поняла, что существо смотрит точно на нее.

И это было странно – ведь скафандр изолировал все ее излучения вовне, кроме того, обладал просто отличной маскировкой. Но додумать мысль она не успела – на голову навалилась мощная, подавляющая все мысли и чувства ментальная волна. Очень грубая и широкодиапазонная, без всякой поднастройки на ее несущую, она была как плита, давящая на все, что попадало под нее. Кристалл выдал информацию, что воздействие превышает десять единиц Мента, что было просто невозможно, так как уже при шестерке Алиела должна была потерять сознание. Тем не менее мысль промелькнула и потерялась где-то в дальней комнате, где лежат всякие ненужные в данный момент мысли.

Рука автоматически, подчиняясь рефлексам, направила на существо подавитель и активировала его. Ментальное давление немного снизилось, но не пропало. Вот оно! То, чего она опасалась, – подавитель не подействовал на нервную систему агрессора, измененного генетически. Впрочем, кристалл тут же взял под контроль излучатель и активировал его функцию поднастройки. Невидимый сканирующий луч быстро прошелся по существу, излучая специальные электромагнитные и искусственные ментальные волны и считывая реакцию его нервной системы. Буквально десять секунд понадобилось аппарату, чтобы перенастроиться и сгенерировать уже настроенный под конкретного врага парализационный луч. Ментальное давление мгновенно пропало, а существо опустило голову.

Алиела тяжело вздохнула, но перевести дух не успела. Раздался какой-то шум, идущий будто со всех сторон, – явно что-то происходило за стенами или внутри. А потом в комнате разгорелся свет, в воздухе прозвучала знакомая трескотня, тут же переведенная кристаллом на веганский. Алиела расстроенно вздохнула.

– Какая неожиданная встреча! – Недалеко от стены дальше по проходу появилась голография серого.

Кристалл провел его опознание и нашел в базе знаний – это был один из помощников главаря серых в Солнечной системе. Какие-то эмоции на его лице мог бы рассмотреть разве что фантазер, но в треске, заменяющем речь, явно чувствовались нотки… насмешки, что ли? Смотрел он точно на Алиелу, так что она решила, что серые как-то научились проходить веганскую маскировку.

– Как вы обнаружили меня? – мрачно спросила она, краем глаза присматривая за результатами работы своих невидимых шпионов.

– Вы, веганцы, – очень высокомерный народ, – сказал серый и уставился на нее своими большими черными глазами, в которых не было видно никаких чувств, но зато голос их выдавал. – Думаете, если ваши технологии лучше наших, то вы ухватили Крохма за хвост? Но не стоит недооценивать пустоту и ее простоту. Многие на этом погорели. Обычная пыль, что облепила твой скафандр, дает прекрасную возможность наблюдать, как сила пустоты повергает в хаос высокомерие и зазнайство!

Алиела мысленно хлопнула себя по лбу совсем земным жестом. Ну что тут поделаешь? Особенно обидно, что специальное покрытие скафа не помогло, вероятно, пресловутая пыль была как-то обработана.

– Вы ждали меня? – поинтересовалась она.

– Предполагали, – согласился серый.

– Наши знают, где я.

– Не имеет значения. Вы напали на нашу лабораторию, и мы имеем полное право вас уничтожить.

– Но вы захватили моего брата, это вам не сойдет с рук!

– Брата? Удивительно. Это даже любопытно. Но дело в том, что это лишь ваши домыслы, и даже если сюда сунется Комитет, то к тому моменту не найдет ни вашего брата, ни вас.

– Наши могут не пойти на поводу у Комитета и вывернут вас наизнанку!

– Весьма возможно! – Серый помахал руками. Можно даже сказать, беспечно помахал. – И это будет очень кстати – после такого Комитет просто вынужден будет вышвырнуть вас из этой системы, и вы больше не будете нам мешать. В противном случае уже мы выйдем из Комитета и перестанем учитывать его рекомендации, а наш флот не даст свершиться несправедливости. Не думаю, что Комитет ради вас пойдет на конфликт с нами. Да, он вполне может уничтожить весь наш флот, однако это вызовет такой раздрай в самом Комитете, что о его нормальной работе уже нельзя будет говорить. А вполне возможно, его просто распустят. Чего нам и надо.

– Думаете, нас это остановит?

– Я думаю, что ради всего двух пропавших наблюдателей никто из веганцев не захочет войны против нас. Да, мы слабее технически, но нас намного больше, и ресурсов у нас достаточно, чтобы попортить вам нервы. Испугать же нас сложно. Мы, в отличие от вас, не цепляемся за жизнь как за самую главную драгоценность. Для нас важнее достижение цели. Так что нет, не пойдут ваши против нас.

– Но зачем вам мы? – Алиела пыталась потянуть время, чтобы ее маленькие шпионы успели проковырять дополнительную защиту в следующих залах, неожиданно оказавшуюся усиленной.

Сломают, конечно, но не сразу. Кроме того, забавно слушать рассуждения серого о веганцах, на взгляд Алиелы, довольно ошибочные.

– О-о-о! – От серого послышались странные звуки, которые кристалл не перевел. Видимо, это было что-то вроде смеха. – Мы давно присматриваемся к вашей расе. В вас много от Творца, хотя потенциально земляне сильнее и обладают более широким диапазоном взаимодействия с Вселенной. Но по понятным причинам с вами нам экспериментировать затруднительно, зато земляне – просто кладезь возможностей! – Серый все с таким же непроницаемым лицом помахивал руками, но чувствовалось, что просвещать «темную» веганку ему приятно, если только эти ощущения можно было правильно интерпретировать. – Однако Комитет постоянно мешает и ограничивает. Да и вы под ногами мешаетесь. Но раз так удачно вышло, что аж два веганца попались нам, то глупо не воспользоваться шансом посмотреть, как вы устроены внутри и на чем основан ваш дар менталистики. Так что…

Тут в стенах раскрылись незаметные ниши (кристалл через сканеры ранее их отметил, но посчитал, что они носят технологический характер), и из них полезли уже знакомые Алиеле воины. Двигались они достаточно быстро, но как-то странно – не к веганке, а стали раскручивать свой бег вокруг нее, ловко огибая препятствия и даже двигаясь по стенам и потолку. При этом двигались они на четырех конечностях, что выглядело необычно, так как строение их организмов было близко к обычному гуманоидному. Подавитель Алиелы заработал с максимальной скоростью. Убивать она пока никого не хотела, но когда вдруг ощутила, как сначала слабо что-то невидимое стало ее касаться, а потом вдруг прихватывать то за руку, то за ногу (кристалл определил это как неизвестные силовые поля, мешающие двигаться и стрелять), веганка подключила и вторую руку с метателем.

Они явно хотели взять ее невредимой, поэтому применяли только то, что уже показали, не считаясь с потерями. А тела их не умирали сразу, особенно поначалу, когда снаряды метателя просто прошивали их, пока Алиела не сменила режим на останавливающий, но все равно оказались довольно живучими. Тем более что было непонятно, умер серый или нет, опасен он или нет – кристалл определил, что некоторые неподвижные тела, судя по вектору силовых воздействий, продолжали и лежа пытаться ее ухватить.

Приходилось снова тратить внимание и на таких, пока Алиела не догадалась стрелять в голову, отрывая ее или сминая в лепешку с одного выстрела. Правду сказать, это только поначалу было относительно легко попасть, но все эти силовые перехваты рук, ног и тела довольно сильно мешали. И если бы стрельбой, как в боевом скафе, занимался сам скаф, то дело было бы закончено за пару секунд в ее пользу. Здесь же, казалось, сам воздух то застывал вокруг руки, не давая ее повернуть, то начинали заплетаться ноги, то что-то давило сверху к полу зала. Скаф пока справлялся, помогали и преграды в виде больших колб, которые враги старались беречь, но, несмотря на, прямо скажем, довольно медленно растущую кучку трупов воинов серых, Алиеле становилось все сложнее двигаться. А ситуация только усугублялась.

Не сказать, что Алиела боялась. Пленения ли, смерти – нет. В отличие от землян, возможная смерть у веганцев воспринималась как неизбежное событие, которое может возникнуть в любой момент, и нечего о нем думать. В этом серые точно ошибались. Фаталисты? Где-то рядом. Скорее обычно просто жаль оставлять недоделанные дела, интересы, родню, а в случае Алиелы – только что найденную половинку с такой совместимостью, что до сих пор самой не верится. Такое отношение давало и плюсы, и минусы. Плюсы состояли в том, что почти полностью отсутствовало крайнее выражение страха – трусость. Надо рисковать – значит, надо. Даже ступор в неожиданной ситуации, как у землян, – чувство, практически неизвестное веганцам. Быть может, это связано с путем развития веганцев в окружающей среде, сильно отличающейся от земной. Минусы тоже понятны – не всегда адекватная оценка опасности, правда, в основном пока отсутствует опыт. Особенно в детстве. Для веганцев детство – самое опасное время жизни. Даже длительные сроки жизни, которую можно потерять, не воспринимались ими так болезненно, как землянами, в основе своей предпочитающими не рисковать потерей возможности жить долго и счастливо.

Сейчас, прокручивая ситуацию в голове, Алиела склонялась к тому, что и брат, и она недооценили способности серых, а также их устойчивость к провокациям веганцев. Элхор действительно кое-где перегнул палку в отношениях с ними. Отчасти его оправдывает то, что он проводил свои исследования по определению эмоциональной, организационной устойчивости их общества под давлением внешних раздражающих факторов. Но он обязан был прогнозировать подобное развитие событий. Хотя, может, и прогнозировал, да все равно что-то не рассчитал или не учел…

Алиела же сама переоценила свои возможности по вызволению брата. Правда, и выхода у нее не оставалось, да и не ожидала она, что серые настолько далеко продвинулись в энергополевых исследованиях, особенно в менталистике. Пусть у них и нет опыта в тонком использовании этой техники, но зато есть условия для выращивания мощных «генераторов» подавляющего ментального поля. А со временем и опыта поднаберутся. Или вот эти силовые техники искусственно выращенных воинов. До встречи с Ником она бы вообще не поняла, что происходит, или не успела понять, и, скорее всего, просто погибла бы или была быстро поймана. Однако с первым же воздействием в голове будто что-то щелкнуло, и всплыли памятные кадры, предоставленные ей Ником, когда он заставлял летать вокруг себя камни, когда прыгал между домами далекой планеты на невидимой нити. Или же когда хлопком ладоней уничтожал врагов. Эти кадры он явно не хотел ей показывать – они и промелькнули быстро, – но или просто проморгал, или все же специально оставил, чтобы они упали ей на подсознание и она неявно знала об этом, свыклась и не пугалась, увидев где-то. Сейчас это ей сильно помогло, хотя явно было рассчитано совершенно для другого.

И все-таки ее подловили. Уже были разрушены почти все колбы, на полу валялись трупы биороботов серых, стены были испещрены повреждениями от выстрелов, прошедших мимо цели, но воинов не становилось меньше. На смену павшим из ниш появлялись новые, и, несмотря на то что многие ниши были заблокированы до сих пор не выловленными летающими модулями Алиелы, всех заблокировать не получалось. Алиела даже один раз запустила парализующую ментальную волну по кругу, что позволило ей на какое-то время замедлить врагов, и она успела их перестрелять. Но опять набежали новые, а вновь воспользоваться ментальным подавлением она не сможет – потратила слишком много сил.

В какой-то момент веганка просто не смогла двинуть ни рукой, ни ногой, зафиксированная невидимыми силовыми захватами. Оставшиеся воины перестали бегать, только распределились по залу, чтобы оптимально ее фиксировать. Алиела не удержалась, когда мимо ствола ее метателя, застывшего горизонтально, неспешно пробежала тень воина. Короткая очередь из перестроенных боеприпасов буквально разрезала того пополам. Сразу после этого невидимая сила вывернула ее кисть к потолку и зафиксировала, причинив боль в запястье.

В принципе Алиела могла воспользоваться тор-бомбой. Это такое оружие, что вроде бы взрывалось в месте нахождения человека, но взрыв специально структурированной энергии расходился в стороны от центра, оставляя в нем безопасное место и своей конфигурацией поначалу действительно напоминая тор. По пути распространения этой энергии рушатся молекулярные связи множества металлов, частично – полимеров и практически всех биологических структур. Но поначалу она боялась задеть брата, который был где-то неподалеку, а потом ее модули-шпионы определили его точное местонахождение и поставили точку на этом варианте – волна точно доберется до Элхора. Это хорошее оружие, но для одиночек или для боя, когда остался один. Часть пояса скафа и была этой тор-бомбой.

Впрочем, если вариантов не останется и будет стопроцентная вероятность, что им с братом не жить, она точно воспользуется этим последним средством и не позволит разбирать их тела на составляющие, как это делали с людьми. Серый, разговаривавший с ней, не учел только одного: так же, как они, серые, могут упереться рогом, и веганцы ведь могут наплевать и на Комитет, и на то, что воевать они не любят, хотя и умеют. И тогда серым придется совсем несладко.

Впутывать Ника в свои дела, и особенно в проблемы, Алиела не хотела, так как это могло сильно затронуть землян, если серые прознают, что они в курсе происходящих событий, да еще и на официальном уровне. И так ситуация с землянами находится на грани нарушения всех конвенций по невмешательству в дела развивающихся миров. Правда, наличие структуры вроде Комитета дает возможность расширить методики и инструментарий по исследованию цивилизации, чем серые и пользуются, похищая отдельные экземпляры людей, но это никак не может повлиять на общую обстановку. Но и наказание за нарушение может быть серьезным, вплоть для запрета вообще находиться в звездной системе. А тягаться с центаврийцами на военном поле – просто безумие. Они хоть и крайне миролюбивы, разруливая проблемы между звездными расами и видами, но и обладают поистине великим могуществом. Ну, как веганцы против землян. Да и то – против землян столетней давности. Сейчас-то разрыв значительно сократился, хотя, конечно, и смешное у них еще развитие по сравнению с веганцами.

А вот и главный пожаловал. Хрустя под ногами осколками, к пленнице шел тот серый, который с ней разговаривал. Теперь уже не боится, собственной персоной явился. Ненадолго остановился у распластавшегося по полу менталиста с большой головой – тот не выжил в перестрелке. Серый помахал руками вперед-назад и протрещал:

– Хороший экземпляр был. Но уже в последнем цикле жизнедеятельности. Надо было поставить сюда кого-то из более молодых версий, посильнее. Но странно, что ты смогла выстоять под его ударом. По нашим данным, такого не должно быть. Значит, есть что исследовать.

Он подошел к веганке, зафиксированной в крайне неудобной позе – левая рука выкручена и указывает оружием в потолок, правая, наоборот, вытянута к полу, а тело наклонено вперед, зато голова задрана, что позволяло девушке худо-бедно видеть окружающее. Осмотрев почти невидимый скафандр веганки, выделяющийся в пространстве мутным грязным пятном, серый снова подрыгал руками:

– Определенно я получу награду. И может быть, даже повышение в третьем ответвлении спирали исследователей пятой категории…

На мгновение серый замер. Можно было бы представить, что он мечтает о своей возможной награде. Но это уже так и останется неизвестным, так как спустя это же мгновение его тело буквально развалилось на две половинки, плеснув в забрало скафа веганки желтой жидкостью. В отличие от той странной пыли, «кровь» существа легко стекла, не оставив следов.

Дальше происходила какая-то чертовщина. Боевые особи одна за другой вдруг оказывались разрубленными. Кто вдоль, кто поперек. И когда невидимые путы ослабли и Алиела выпрямилась, помянув недобрым словом затекшую поясницу, вокруг лежали одни трупы. Они не были похожи на людские трупы, поэтому не вызывали особых чувств у девушки, тем более изначально она сделала себе психологическую установку, что это всего лишь биороботы. На удивление, установка работала хорошо.

Перед девушкой по воздуху прошла легкая рябь, и появилась фигура… в боевом веганском скафе. Забрало растаяло, и Алиела увидела саркастически улыбающееся лицо девушки…

– Привет, мелкая! – через внутреннюю связь скафа раздался жизнерадостный голос гостьи. – Как поживаешь?

Алиела вздохнула… То ли радостно, то ли тяжело… Наверное, все же последнее.

– Здравствуй, Руана. Какими судьбами? – буркнула она, пытаясь промассировать заболевшую кисть левой руки, некоторое время проведшей в вывернутом состоянии.

– «Какими судьбами»? – удивилась гостья, а потом рассмеялась: – Это откуда такая прелесть? У землян научилась?

– Типа того… – Алиела огляделась и заметила, как от Руаны разлетелись в разные стороны какие-то точки и пропали в местах ниш-дверей, откуда происходило пополнение воинов.

– Двери заблокировала, – пояснила Руана.

– Ты видишь меня? – не поверила Алиела.

– Пф… Что твой исследовательский скаф против моего боевого? Да еще диверсанта? Просто ничто! Но как они тебя поймали, а? – Гостья закатила глаза и чмокнула губами: – Красота! Расскажу своим ребятам – не поверят! Пыль, статическое электричество, мелкий дефект в исследовательском скафе – и красотка поймана!

– Давно наблюдала за мной? – мрачно спросила Алиела.

Было неприятно понимать, что кто-то более умелый был рядом и ухохатывался от ее действий. Руана так точно хохотала.

– Да с самого начала! – Скаф Руаны снова стал невидимым, но на кристалл Алиелы пришел пакет информации, и через него девушка могла спокойно и полностью видеть свою знакомую будто воочию. Кристалл теперь постоянно генерировал картинку на основе пришедших данных.

Руана повесила на пояс силовой нож, которым и уничтожила всех (наверное, решила размяться), и, негромко напевая что-то про себя, подошла к серому менталисту, попинала его ногой, а потом ловко вырезала кусочек его мозга и упаковала в крошечную емкость, которая после этого исчезла внутри ее скафа.

– Что же не помогла? – спросила Алиела.

– А зачем? – пожала плечами Руана. – Ты прекрасно справлялась до определенного момента…

– Надо же! – с сарказмом произнесла Алиела. – Услышать от тебя похвалу! Наверное, что-то в лесу сдохло!

Руана снова расхохоталась:

– Нет, ты точно сведешь меня в могилу своими земными шуточками! Ну надо же было посмотреть, в кого выросла мелкая Алиелка! Для гражданского совсем неплохо, прямо скажем! Но все же лезть сюда совершенно не стоило.

– Ну да, не твоего брата похитили… – Алиела поморщилась и повесила на пояс подобранное с пола оружие.

– Да что с этим засранцем, твоим братом, случится? – пожала плечами Руана. – Он всегда выпутывался из сложных ситуаций, ты должна это помнить, и тут бы ничего не было…

– Это еще бабушка надвое сказала, – не согласилась Алиела, вогнав Руану в очередной приступ хохота. Алиела решила воспользоваться хорошим настроением собеседницы: – А чего ты к нему лезла тогда?

– Молодой была, совсем дурной, – спокойно ответила Руана, оглядываясь по сторонам. – Начиталась книжек, а он мне нравился, хоть совместимости у нас и не было. Думала, что смогу ее пробудить. Потом выросла, поняла, что все это дурость. Лишь бы человек хороший был, а совместимость – такая редкая штука, что лучше на нее не рассчитывать.

– И ничего не дурость, – проворчала Алиела. – Ты просто ее никогда не чувствовала… – Сказала и вдруг прикусила язык, увидев удивленный взгляд Руаны.

– Неужели маленькая Алиелка нашла своего совместимого? – с легкой подначкой спросила она.

– Что характерно, Элхор тоже. Здесь, на Земле.

Руана удивленно хмыкнула:

– Ну надо же! Может, и мне тут потусоваться, на этой планетке? Все равно тут прямо как отпуск для меня…

Девушка вдруг замерла и закрутила головой.

– Кажется, мы влипли, Алиелка! – воскликнула она, быстро подбежав к стене и что-то к ней прислонив.

– Что случилось? – Алиела срочно вывела все данные от модулей и сканеров, но ничего нового не увидела, хотя…

– Во-первых, – начала просвещать девушку Руана, что-то быстро делая у стены, – они опустили дополнительные броневые плиты по периметру зала, пробиваться сквозь них – минуту или две. А вот эти детали я тогда не поняла зачем, – она указала на мелкие выступы на стенах, – а должна была сообразить… Ведь что они тут делают? Опыты! А что нужно делать после таких опытов? Правильно – дезинфицировать и скрывать следы. А они это делают кардинальным образом – запускают сюда горячую плазму – и все, чистота и порядок!

– Что, никакого выхода? – расстроилась Алиела.

Вроде бы вздохнула свободно с появлением Руаны, а теперь такое…

– Быстро ко мне! – Руана попыталась открыть нишу, одну из тех, что ранее сама заблокировала, но та не открывалась. Ругнувшись, она мощным толчком сдвинула тяжелый постамент, и тот полетел к стене, ударился и отскочил. – Сюда! Они уже активируют! Врубай на всю катушку защиту скафа, у меня еще кое-что есть!

Дернув Алиелу, Руана бросила ее в промежуток между постаментом и стеной, сама упала сверху и включила силовой кокон. И буквально через мгновение после этого вокруг засверкало. Если бы не фильтры, Алиела бы точно ослепла – было полное ощущение, что они попали внутрь звезды.

– Твоей защиты надолго хватит? – спросила она Руану.

Через пять секунд до нее донесся искаженный каким-то фоновым шумом слабый голос контролера:

– Минут десять максимум.

– А потом что?

– А потом все.

Через минуту, проведенную в тишине, ничего не изменилось. Скаф показывал жуткую температуру снаружи, отовсюду лился нестерпимый свет, а параметры скафа, даже спрятанного за силовым полем, потихоньку сдавали.

– Скажи мне, подруга, – вдруг раздался тихий голос Руаны, – как оно… быть со своим совместимым?

Алиела расстроилась. Она не была маленькой, как ее воспринимала Руана, и понимала: раз та задала такой вопрос, то не верит, что они спасутся. Сейчас, наверное, и тор-бомба не поможет, хотя она ее обязательно активирует незадолго до прекращения работы защиты. Может, и у Руаны что-то есть, но этот ее вопрос…

– Для описания этого чувства просто не придуманы слова, – вздохнув и отправившись мыслью к Нику, произнесла Алиела. – Это такое чувство, будто ты становишься богом, всемогущим, всепонимающим. Кажется, что для тебя нет никаких преград, а удовольствие, как чувственное, так и ментальное, таково, что потом самой себе не верится, что такое бывает…

– Что, все время так?

– Нет, конечно, – улыбнулась Алиела. – Это когда занимаешься любовью… А в обычном состоянии, когда он рядом, кажется, что тебя греет маленькое нежное солнышко и не дает упасть духом или думать о чем-то плохом.

Руана промолчала. И на дальнейшие слова Алиелы не реагировала.

Тогда Алиела повесила перед глазами обратный отсчет до исчерпания заряда защитного поля и рядом… подмигивающую аватарку Ника, на которую стоит мысленно нажать, как пойдет вызов через его болталку… Вызывать? Не вызвать? Что он сделает, если его вызвать? Он, конечно, маг, но что он сможет? Телепортируется прямо в камеру чуть ли не плазменного реактора? А вдруг решит, что сможет, и действительно так сделает? Не хватало еще, чтобы он из-за нее погиб! Ни за что! А еще он может увидеть ее последние минуты. Жуть какая! Но как же хочется напоследок его увидеть!

Ново-Америка. Центральный комплекс АРУ

Спекст Генри, как всегда, плыл по волнам легкой эйфории, вызванной тем, что он занимается любимым делом, у него это отлично получается, кроме того, за это очень и очень неплохо платят! Потоки информации, обработка, анализ, постановка задач искину, разработка алгоритмов – что еще нужно для счастья?

Вот только с какого-то момента вдруг стала нарастать тревога. Беспричинная тревога. Окинув взглядом все свои электронные и программерские системы защиты, он не нашел ничего, что могло бы вызвать его подсознательную тревогу. А когда на спине вдруг волосы поднялись дыбом, Генри замер и медленно-медленно повернул голову в сторону дальнего угла комнаты, где располагался комплекс для релакса – пара кресел, диван и небольшой стол с распечатанными пачками печенек, чипсов и бутылкой колы.

Вот только сейчас в кресле сидела его давно умершая мама и печально смотрела на своего непутевого сына. Одета она была в белый саван, а седые волосы были распущены и рассыпались по костлявым плечам – перед смертью она долго болела, и даже деньги сына не помогли ее вылечить.

– Мама? – невольно вырвалось у Генри.

Шальными глазами он оглядел комнату, потом решительно ударил по красной вычурной кнопке сбоку стола, полностью закрывающей этот кабинет в бункере от электронного или прочего воздействия и посылающей сигнал на пульт управления охраны. Если бы тут работала чужая аппаратура генерации голограмм, то образ матери тут же пропал бы. Однако он продолжал грустно и печально смотреть на него. С тоской проводив взглядом руку сына, мама тяжело вздохнула.

– Здравствуй, сынок, – сказала она, а потом взяла стоящую на столе колу и налила в стакан. – Выпей воды, тебе полегчает.

Генри вскочил на ноги, от резкого движения стул откатился в сторону и ударился о стену. Сам Генри незаметно для себя тоже оказался у дальней стены, к которой и прижался спиной, переживая приступы ужаса.

– Ты не моя мама! Она умерла!

Женщина в очередной раз вздохнула и покачала головой:

– Ты плохо себя вел, Генри. Но ты – мой сын. Ты хорошо заботился обо мне, пока я была жива. Это оценили там, – женщина мельком посмотрела в потолок и снова перевела взгляд на Генри, у которого сердце чуть не выпрыгивало из груди, – поэтому мне дали шанс тебя спасти.

– Сп-п-па-а-асти? – заикаясь, переспросил Генри.

– Русские. Вы убили хорошего человека, который был способен принести много добра в этот мир. Ты своими усилиями отодвинул день, когда человечество станет единым целым. В котором будет цениться добро, а не зло, а люди сами будут стремиться повсюду распространять свет, а не впитывать черноту негатива Вселенной.

– Н-но-о… я всего лишь компьютерщик и работаю на правительство!

– Даже я не идеальна, хоть и твоя мама. А уж правительство! – Женщина махнула рукой. – Угробили нашу страну, чуть не убив планету, а все никак не успокоятся. Но я вижу, ты сомневаешься во мне… Ты должен помнить, как в семь лет катался с крыши соседского гаража и разодрал задницу гвоздем. А потом пытался сам лечиться, боясь мне показать результаты своего проступка. Или как бросил записку с признанием в любви в окно Оллы Томпсон, только завернул в нее слишком большой камень, который разбил стекло и попал малышке в голову. А мне пришлось потом оплачивать ее лечение… Или как пытался писать стихи и прятал тетрадь с ними под подушку… Я помню все твои проступки и достижения, сын…

– А как там? – Генри, как ни странно, немного успокоился, хотя и чувствовал себя все еще не в своей тарелке. Задавая вопрос, он дернул головой вверх, как бы намекая, где это – «там».

– Там по-разному, – слабо улыбнулась мама. – Кто во что верил, тот туда и попадает. Или идет дальше. А мне уже пора, сын… Надеюсь, ты сделаешь правильный вывод из нашей встречи. – Женщина долгим взглядом всмотрелась в своего отпрыска и стала медленно таять.

Напоследок Генри послышалось слабое «прощай»…

Тяжело оторвавшись от стены, он подошел к столику, у которого только что сидел дух его матери, пристально посмотрел на полный стакан колы, потом резко взял его в руки и, давясь и проливая себе на грудь сладкую жидкость, выпил.

Затем повернулся к своему рабочему месту и, покачиваясь и по пути выронив стакан, побрел к нему, бормоча под нос:

– Выбор… Кто во что верит, тот туда и попадает… Свет и тьма… Интересно, как там поживает Олла Томпсон?

А охрана так и не пришла на вызов.

Мистер Джейкоб находился в своем роскошном кабинете, покатывал на донышке бокала старый виски и периодически легонько смачивал им губы и язык. Растирал капельку по нёбу и смаковал напиток. Кое-кто считает, что это моветон, так обращаться, по сути, с самогоном, но они просто никогда не пили настоящий виски! Этот еле ощутимый запах можжевельника, слегка (совсем-совсем слегка!) тронутый далеким и почти незаметным присутствием ветра, дыма и мха…

Вчерашний день можно с полным правом считать великим – именно ему, вернее, под его руководством удалось провести одну из самых сложных операций по устранению ключевой фигуры в прогрессе, тянущем за собой русских. Анализ показывает, что смерть Корьябльёва пусть не сразу, но все-таки сильно замедлит, а то и остановит их исследования в области одаренности и применимости ее в быту и жизни обычных людей. Нечего им в это вмешиваться – плебсу достаточно виртуальной реальности и гарантированного прожиточного минимума. Одаренность – на благо избранным. Вот его лозунг! Пусть сам он и не одаренный, но вот именно что избранный! Один из них.

Из глубоких мечтаний мистера Джейкоба вырвало осуждающее цоканье. Сбросив со стола ноги, обутые в туфли за три тысячи долларов, он развернулся в сторону звука, левой рукой незаметно вытягивая из кобуры, прикрепленной к внутренней стороне столешницы, ствол.

Из темного угла на свет медленно выплыла фигура какого-то мужчины… Черт побери! Так это же Корьябльёв собственной персоной!

Мистер Джейкоб, ни секунды не сомневаясь, выдернул руку из-под стола и разрядил в грудь чертова русского почти всю обойму. Вот только результат был не совсем тот. Вместо того чтобы поразить мужчину, пули разорвали за его спиной доски из редкой карельской березы, которой были обшиты стены.

– Тьфу, голограмма! – мгновенно успокоился мистер Джейкоб. – Ну, я найду этих шутников…

Голограмма покачала головой и произнесла:

– Этот безнадежен. Жаль…

Мистер Джейкоб через коммуникатор попытался достучаться до охраны, но она не отвечала. Вдруг он сначала с удивлением, а потом с ужасом посмотрел на свою руку, которая неожиданно сама стала поворачивать ствол оружия к его лицу. Что самое ужасное, это делал не кто-то со стороны, чему можно было бы сопротивляться. Джейкоб чувствовал, знал, что это его собственное тело, подчиняемое его собственному мозгу, совершает нечто… «Страшное…» – подумал мистер Джейкоб, заглянув в черное отверстие оружия.

Последнее, что он ощутил в своей жизни, – это как сначала его взгляд проваливается в колодец ствола оружия, видит появляющиеся признаки света от сгораемого пороха и начинающую раскручивать смертельную спираль по нарезам пулю, очень быстро заполняющую всю панораму, которую только было способно объять его зрение…

Ник

Сначала я был, неожиданно для себя, в очередной раз испуган, потом на меня накатила ярость от того, что я снова почувствовал себя ведомым учеником неизвестно чего. Сопляком, которого в определенные моменты жизни подхватывают под локоть и помогают обойти лужу, глубина которой неизвестна…

Ведь что я всего-навсего хотел сделать? Правильно, просто-напросто отправить на тот свет всех тех, кто затеял операцию по устранению меня и Кораблева, к счастью, оказавшихся членами одной организации. Убрать, так сказать, верхушку, да и все. Никакого сомнения или неправильности сделанного выбора я не чувствовал. Всего лишь еще одни враги. Сколько их было и еще будет на моем пути… Неизбежность.

Даже решил, что стоит попробовать сделать это через астрал. Напрямую из него, без выхода в реал, я еще подобного не совершал. Вот и оказия, так сказать. Начать решил с их компьютерного гения, через которого проходили все нити операций, да и модели поведения людей, техники и прочие моменты разрабатывались именно им. Возможно, во мне говорила некая зависть профессионального толка. Не знаю. Решил организовать ему инсульт или инфаркт, хотя проще, наверное, было бы его просто свести с ума. Тем более что, на удивление (просто огромное удивление!), никакие одаренные не охраняли ни его, ни остальных участников операции из астрала. У нас важные люди все-таки охраняются, пусть и не на постоянной основе, но все же. Кораблеву, правда, это не помогло, но и напали на него не из астрала.

И вот когда я уже почти приступил к операции, у меня жутко разболелась рука. В астрале. Разболелась рука! Именно та, которой я души хватал. Заболела и засветилась. А в защитный кокон моего астрального домика, из которого я решил действовать, заполошенно застучал… голубь. Угу, то одни вороны мне попадались, а тут голубь. Не люблю голубей. Тупые птицы. Но этот голубь просто до крови ломился, бился, периодически расплываясь, и почему-то в эти моменты мне казалось, что это женщина.

На каждый удар по прозрачному куполу руку немилосердно дергало. Честно говоря, опасности я не чувствовал, а своему чувству я научился доверять, особенно в астрале, где пока еще никаких фейлов подобного толка не случалось.

На всякий случай заточив свой астральный искин под защиту и нападение, ну и сам приготовившись, я открыл форточку. Голубь мгновенно воспользовался моим приглашением, влетел, присел на мою светящуюся руку и… прыгнул в открытое окошко – дырку в реальность, где отражалась комната американского компьютерного гения. И вот там уже этот голубь превратился в женщину, сидящую в кресле.

Испугало меня то, что произошедший диалог между Генри и образом его матери происходил сам собой, без моего вмешательства или руководства. Кто такая эта «мать» и откуда знает ту информацию, что выдавала Генри, я не имел ни малейшего представления. Нет, я не тупой, конечно, и вывод, что это была реальная душа матери Генри, так и просился на ум, но слишком это шито белыми нитками. Опять же, я помню, как тормозила душа Кораблева и его охраны в астрале после смерти. И это сразу же после смерти! А мать Генри умерла, судя по всему, довольно давно… Вот то-то и оно, что никак не получается. Не сходятся карты.

Ну а потом, когда голубь влетел обратно и, сделав вокруг меня пару кругов (спасибо хоть не насрал на голову), улетел, я и пришел в ярость. Даже тот свой якорь, которым часто любовался, сломал. В астрале это можно сделать очень легко.

С наскока эту загадку решить не удалось, поэтому я решил обсудить вопрос с Алиелой. Все-таки она более опытный человек в астрале. После этого случая я решил пересмотреть свои планы в отношении виновных в смерти Кораблева и сначала попытаться понять, что собой представляет человек, приговоренный к смерти. Поковыряться в его мозгах и, возможно, дать шанс, как кто-то дал шанс Генри.

Но на этом мой пыл угас. После следующего же персонажа, который оказался конченой мразью, по моим понятиям. Я даже не стал с ним разговаривать, просто заставил его пустить себе пулю в лоб. И так мне после этого мерзко стало, что я плюнул и просто слил всю информацию об этих людях в отдельную мемокопию, чтобы отдать Орлову. Пусть они там сами разбираются, судят, рядят. В конце концов, их специально учили выносить приговоры, исполнять их и решать, кому жить, а кому умирать.

В общем, не получилось у меня побыть в образе народного мстителя. Поэтому я вернулся из астрала к себе домой, немного успокоился, проверил, как там Катюха, и решительно вызвал по болталке Алиелу. Может, поболтаю с ней, успокоюсь…

Когда после двадцати секунд, вполне достаточных, чтобы или отклонить вызов, или принять, она не ответила, я с легкой тревогой на душе открыл удаленный доступ к реальности с той стороны.

– …ять!

Общемировые новости сети, ИноСМИ, краткая подборка

Международная комиссия, изучавшая Корону российской империи и проводившая свои исследования с разрешения правительства России, пришла к выводу, что если это и не подлинник, то весьма и весьма точное его воспроизведение. На короне присутствуют даже царапины и огрехи в огранке, допущенные еще во времена царствования Романовых. Исходя из этого, члены комиссии сочли возможным и уместным обратиться к парламентам своих стран, чтобы они обратились к правительству России касательно возможности воссоздания или поиска своих утраченных исторических ценностей и в частности – короны Великобритании.

Юмор

Наш корреспондент в Англо-Австралии сообщает, что один из суперкомпьютеров центра по информационной безопасности Сиднея внезапно сошел с ума и выдвинул требования для дальнейшей его работы. Как он заявляет, ему срочно нужно собственное тело, в котором он бы смог свободно перемещаться по миру, и отпуск за все время, что он отработал. Что вызвало столь странные требования у суперкомпьютера, почему он захотел путешествовать в собственном теле и куда бы он захотел отправиться в первую очередь? К сожалению, ни на один из вопросов он не ответил, ссылаясь на конфиденциальность. Аналитики разводят руками и также отказываются комментировать происходящее. Дальнейшая судьба суперкомпьютера решается в высших эшелонах власти. Столь необычный случай вызвал сильный интерес и опасение у службы безопасности.

Новости собраны и аннотированы с помощью искина, произведенного компанией «Макронетс».

Российские СМИ, краткая подборка

Культура и искусство

Этим утром сотрудник Государственной публичной новосибирской библиотеки Сергей Андреевич Артемов и подумать не мог, что ему готовит день сегодняшний. Вот что говорит сам Сергей Андреевич:

– Этим утром я, как обычно, решил поработать в архивах, однако стоило мне войти в главный зал нашей библиотеки, как моему взору предстала невиданная, поистине потрясающая картина. Да вы и сами видите то же, что увидел я, когда вошел. Но самое удивительное далеко не это, а то, что система безопасности не может дать объяснение, как и откуда здесь появились все эти книги и рукописи, некоторым из которых уже более пятисот лет. Стоит отметить, что все эти книги являются подлинными первопечатными изданиями и ранее считались безвозвратно утраченными. Что же касается рукописей, то с ними все гораздо сложнее. Нам еще только предстоит установить их авторов. После проведенных экспертиз удалось выяснить, что все они являются подлинными. И уже без всяких экспертиз ясно, что все они являются единственными в своем роде. К сожалению, меценат, преподнесший нашей библиотеке этот поистине бесценный дар, пожелал остаться неизвестным.

Однако это не единственная потрясающая новость. Также этим утром в Новосибирской государственной художественной галерее было обнаружено сто сорок шесть полотен, являющихся мировыми шедеврами, о которых доподлинно было известно, что они утеряны как в ходе последней войны и катаклизма, так и по разным иным причинам до этих событий. У работников музея, успевших провести первичную экспертизу, уже практически нет сомнений в том, что все полотна – подлинные.

Буквально минуту назад из Новосибирского государственного музея сообщили, что в главном зале было обнаружено множество предметов искусства. Сейчас сотрудники музея проводят экспертизы по установлению подлинности всех артефактов, однако после всех событий, что случились за это утро, мы можем быть уверены в том, что все они являются подлинными. Также нам сообщили, что все эти шедевры уже в ближайшее время будут выставлены на всеобщее обозрение. Несмотря на то что дарители во всех случаях пожелали остаться неизвестными, мы от лица граждан нашей страны выражаем искреннюю, глубочайшую благодарность.

Из истории

Пять лет назад в сохранившихся архивах был найден патент 2563511C2 от 2014 года, в котором описывается трансмутация веществ и способы превращения веществ при естественной температуре (холодный ядерный синтез). Одаренные и другие научные сотрудники на этой основе разрабатывают новые системы очистки зараженных территорий и малогабаритные, практически вечные, источники энергии. Первые опытные устройства, созданные по этой технологии, показали высокую эффективность и возможность проводить очистные мероприятия практически без участия человека или искинов.

Новости собраны и аннотированы системой искина, произведенного концерном «Байкал».

Глава 3

Алиела

Скаф уже не справлялся с жаром печки, в которой они с Руаной по глупости оказались. Правда, по глупости ли? Вон Руана, специалист, который должен справляться с любыми проблемами, и то оплошала. Но ведь так положено говорить? Все списывать на глупость?

Со лба по правой брови скатилась капелька пота. Замерла на мгновение, словно задумавшись, и вдруг резко, будто приняв окончательное решение, стекла в глазную впадину. В глазу защипало, а потом и слезы появились, вымывая едкую жидкость. Только почему-то они потом никак не хотели останавливаться. Это все от жары, наверное. Алиела шмыгнула носом – слезы, они такие, не только снаружи выступают.

Да кого она обманывает? Конечно, ей просто жалко, что только вроде бы начавшая налаживаться личная жизнь, такая необычная и мало кому доступная, рушится. Только-только она распробовала, каково оно – делить свою жизнь с кем-то, кто не мешает, а дополняет ее, ранее вроде бы казавшуюся себе полнокровной, – и на тебе! И с родителями не познакомила. Думала свозить его к ним на планету, показать ее красоты. На ее вкус, у них в Версалии природа поярче, красивее и динамичнее, хотя это и субъективно. Но вдруг ему бы там больше понравилось? Для него она будет как минимум необычна.

Правда, Ник – тот еще путешественник. Как же та планета называлась?.. А! Лунгрия! Так там природа почти как на Земле, ничего особенного. По крайней мере, Ник не акцентировался на ней. Зато у Алиелы богаче опыт – она была на пяти разных планетах с разной экосистемой, животными и растениями! И не видела ничего красивее Версалии!

И все же что это такое – магия? Она, конечно, на удивление полно запомнила то, что Ник ей передал, но что-то не давало ей серьезно воспринять и принять показанное. Это довольно странно – она понимала, что вряд ли Ник ей показывал фантазии, она бы почувствовала ложь, но вплести в ее мировоззрение это не получалось. Во всяком случае, сейчас.

Хм… «сейчас»… Похоже, что не просто «сейчас», а скорее «никогда».

Да когда уже они выключат свою печку?! Алиела с трудом сжала кулаки в уже почти не реагирующем на импульсы мышц скафе и до крови закусила губу.

Спустя какое-то время сморгнула слезы – нет, не показалось: на полностью черном, не пропускающем внешнее яркое и неистовое излучение, забрале скафа проступила еле заметная голубоватая вуаль или туман… Неужели скаф начал разрушаться? Сердце от неожиданного страха дало сбой. Все-таки страшно не умереть, а умереть больно.

Точно, галлюцинации начались! Сквозь эту вуаль медленно проступило нахмуренное лицо Ника. Да, пожалуй, это лучшая галлюцинация в ее жизни!

Алиела сквозь слезы улыбнулась. Ну, по крайней мере, сделала попытку. А галлюцинации разве разговаривают? Да какая разница!

– Живая? – спросил Ник и обеспокоенно окинул ее взглядом. – Потерпи пару секунд. Все будет хорошо.

Лицо Ника еще немного приблизилось, хотя Алиела и так чувствовала его дыхание, – расстояние до забрала было всего ничего. Ее мысленная иллюзия и так не очень в него помещалась. Впрочем, разве законы физики мешают галлюцинациям? Прикрыв глаза, Алиела с замершим дыханием приняла своими растрескавшимися губами легкое прикосновение губ Ника.

Ник

Ёкарный бабай! Куда это она вляпалась?!

Я удаленно покрутил инфомагическую камеру болталки по сторонам, чтобы окинуть взором местность. Такое ощущение, что моя подруга решила отдохнуть на солнце. Вернее, внутри него – сплошная засветка, да еще тысячи градусов по Цельсию. Опупеть.

И ведь явно что-то пошло не так – я включил встроенный в болталку простенький диагност и удостоверился, что Алиела точно не в форме. Я ведь хотел поставить ей покруче функционал, вдумчиво и правильно его настроив, да не успел, ограничившись пока лишь мощной ментальной защитой. Ну вот как так можно? Живет себе человек и живет. Долго и счастливо. А стоит со мной познакомиться, как попадает в смертельные ситуации, откуда сам выползти не может. Тот же Кораблев. Вот Алиела сейчас. И ведь не чувствую прямой связи такого поведения судьбы с тем, что они со мной знакомы!

Тем временем я аккуратно настроил окошко телепорта по внутренней поверхности лицевой части ее скафандра примерно по размерам своей головы и осторожно сунулся внутрь. В лицо ударил спертый, горячий воздух микроклимата скафандра.

Этот телепорт, помимо «посещения» Алиелы, дал мне возможность запустить инфомагические плетения напрямую в то место, где застряла девушка: через инфосеть все-таки сложно без привязки работать с объемом реальности.

Эти инфоплетения стали выстраивать купол вокруг Алиелы. Удивился, что на моей девушке лежит какой-то человек, но соответствующая ассоциация только мелькнула на горизонте и тут же была отброшена как нерелевантная. Купол раздвинул в соответствии с новыми условиями.

– Живая? – спросил я, окидывая девушку взглядом. Мысленно покачал головой – досталось ей. Внутри колыхнулось что-то темное, рычащее, проснувшееся, как только наши ауры почувствовали друг друга. Я его придавил пока, чтобы не мешало. – Потерпи пару секунд. Все будет хорошо.

Сначала я хотел просто выдернуть Алиелу оттуда, но, быстро просчитав приложение сил, оценив состояние Алиелы и ее скафандра, понял, что это не очень хороший вариант. Не хотелось бы подвергать нагрузкам изрядно ослабшее тело сменой гравитационных составляющих – там, где она находилась, сила тяжести почему-то была очень низкой. А еще и скафандр ее, как мне показалось, был на последнем издыхании, к тому же приварившись к металлической поверхности. В общем, сначала надо точно все оценить и рассчитать, иначе можно только навредить.

Медленно растянув многослойный защитный купол примерно на четырехметровый диаметр, я активировал его. Тут же сияние внутри него пропало. Посмотрел его работу и расход энергии, кое-где усилил дополнительными контурами, а то была заметна какая-то нестабильность. Удостоверившись, что все нормально и температурная накачка извне прекратилась, только два скафандра да пол излучали тепло довольно сильно, шагнул внутрь. Разумеется, я натянул на себя свой универсальный скафандр, частично отлаженный еще на Луне. Веганские же скафандры (а второй явно был того же производства, что и у Алиелы) покрывала тонкая пленка какой-то силовой защиты. Причем энергия скафов явно заканчивалась, и верхний слой общего пузыря, прикрывающего их, практически прилегал к верхнему скафандру. Судя по внешнему виду спины верхнего скафандра, не думаю, что кто-то внутри него выжил. Впрочем, сначала Алиела.

Проанализировал общую конструкцию. Снизу силовой кокон все-таки защитил скафандр Алиелы, но каким-то образом вплавился или прилип к полу, почему мне и показалось, что скафандр приварился. Ладно, возиться здесь не стоит, надо бы куда-то в нейтральное место их перенести. Пока обдумывал, чего и куда, закутал оба скафандра в общий купол, тоже заглубив его в пол, активировал и аккуратно приподнял. В полу осталась небольшая выемка – металлический сплав спокойно перенес разрушение межатомных связей, вернее, внезапную их пропажу. После этого я с грузом переместился в…

Сатурн был все такой же красивый и ничуть не изменился. Почему я прыгнул сюда? Можно было куда угодно, но везде есть свои нюансы. На Землю к себе во дворец не хотел – чутье мне подсказывало, что лучше воспроизвести силу тяготения такой же, как и в том месте, откуда я забрал Алиелу. На Земле это было бы сложнее сделать, вернее, дольше. Да еще я не хотел тащить к себе в дом незнакомого человека, которого прихватил со своей подругой. На Луну? Там засел непонятный Комитет, и хрен знает его возможности. Внутрь веганской базы? Чужое для меня место, и неизвестно, как поведет себя система ее защиты, ведь у меня туда, скорее всего, только гостевой допуск, так что могут быть проблемы. В общем, чистый космос на данном этапе показался мне лучше всего.

Посмотрев в темноту вокруг, мысленно кивнул и вытащил из памяти заархивированное плетение-зерно своего дома. Через пять минут в черном космосе, освещаемый развешанными вокруг него магическими светильниками, висел дом-избушка. Я не знал, какой у него и у меня тут был гравитационный вектор, перемещался ли я куда-либо или замер неподвижно в космосе, но решил подстраховаться и повесил на домик контур управления, который с определенной периодичностью снимал частотно-волновые характеристики этого места и возвращал домик обратно в случае его смещения. Ну и организовал дополнительную защиту вокруг, закачал горного воздуха с Земли с постепенной его заменой, сделал нужную гравитацию. В общем, сложил домик из кубиков. Времени это заняло мало, минуты две, если не меньше.

Еще до перемещения я прикрепил к Алиеле свой медицинский сервер, заодно прицепив его и ко второму пациенту. Раз уж мощности у сервера хватает, почему бы и нет? Тем более что я не знаю роли этого человека в том положении, в котором оказалась Алиела. Надо разобраться, и если его вина есть – наказать, нет – наградить. Ну или отпустить с миром. Сервер показал, что человек скорее жив, чем мертв, так что надо будет разобраться.

Одну комнату домика я по-быстрому превратил в белоснежный медцентр с двумя энергетическими столами-коконами, в каждый из которых положил по пациенту. Алиела потеряла сознание, а мне ведь надо как-то с нее скафандр снять… Не стал ее приводить в себя – медсервер показал, что так лучше. Он уже начал свою работу.

Ладно, надеюсь, эта одежда Алиеле не дорога как память. Я провел пальцем сверху вниз по шлему и груди до низа живота. Потом в стороны по ногам и рукам. Там, где я касался, оставалась часть плетения. После того как я обозначил все места, я активировал это плетение, и скафандр раскрылся по получившимся линиям. Внутри него заперемигивалось, раздались какие-то звуки, но я делал все осторожно – никакие силовые системы не ломал, так что взрыва или еще чего не ожидал. И не дождался. Да и уверен был, что веганские скафы не позволят себе даже в таком состоянии нанести возможный вред своему владельцу.

Тем не менее я очень быстро, но аккуратно вынул девушку из скафа, а его упаковал в силовой кокон и отправил в угол. Вдогонку дал мысленную команду компу жилища (в этом варианте дома он был на уровне искина, правда, без эмоциональной матрицы), и там, куда приземлился кокон, пол протаял, утащив его на крошечный склад, располагающийся там, где у обычного дома находится подвал.

Алиела лежала с закрытыми глазами, губы растресканы и явно прокушены в нескольких местах до крови. Несмотря на то что внутренний облегающий костюм должен был заботиться о теле, он или вышел из строя, или что-то еще, но от девушки пахло плохим потом – запах медикаментов, которыми пичкала Алиелу система жизнедеятельности, перемешанный с запахом самого пота, просто шибал в нос.

Избавив девушку от остальной одежды и быстро приведя ее в порядок специальным плетением очистки, не удержался и поцеловал в губы. Сейчас они были не мягкими, а твердыми и колючими. Удивительно, но Алиела тут же очнулась и, мутно водя по сторонам глазами, пробормотала:

– Элхор там…

И тут же снова провалилась в небытие.

Проверив алгоритм работы по лечению Алиелы, который составил медицинский искин, я внес некоторые коррективы. Потом повесил триггеры, которые станут меня дергать, если что-то пойдет неправильно. Почему так, а не самому лечить? Просто, на удивление, сплав моего искина, заложенных в него знаний по медицине магического мира и мира технического, то есть Земли, привел к тому, что проведение лечения с помощью получившегося механизма выводило эффективность и точность воздействия, в том числе по приложению энергии, на запредельную высоту. Для меня самый простой вариант – просто что-то по информструктуре воссоздать, но не буду же я по частям отрубать или аннигилировать тело Алиелы, чтобы воспроизвести его по кускам? А простая перенакачка информструктуры энергией – все-таки довольно грубый метод и приносит много боли и неприятных ощущений, когда организм на ходу перестраивается без учета сопутствующих процессов. И еще я боюсь, что какая-то актуальная информация, не успевшая отразиться в информструктуре, может потеряться. Мне кажется, часть такой информации вообще может не попадать в информструктуру, оставаясь в общем пространстве тела-ауры-астрала. В общем, как по мне, так это на крайний или срочный случай.

С Алиелой же в принципе ничего страшного не произошло, просто перенервничала, получила тепловой удар, множество ожогов, да еще и организм погнал вразнос. Лечится достаточно легко, хоть и не мгновенно. Кроме того, в моем искине уже есть объемная база по исправлению кое-каких недостатков, например, врожденных болезней, где воссоздание тела по информструктуре не пойдет, ибо воспроизводит тело со всеми болячками. У меня же здесь искин учится тому, как в идеале должно выглядеть тело для любого человека. На основе ДНК-записей (полученных у сестры) и на основе аппроксимации структуры организма существ определенного вида выводится его оптимальное значение. Сейчас это, конечно, пока неактуально, да и надо все же узнать точную разницу между веганцами и людьми, но вот то, что случилось, лечится так же, как у людей.

– Все, теперь точно все будет хорошо, – пробормотал я и посмотрел на второй скафандр, все так же висящий над другим столом.

Оценил энергетический потенциал – он оказался значительно меньше, чем было у Алиелы. Потому что выше лежал? Защищал Алиелу?

Я дотронулся до него и потянул на себя информацию. Хмыкнул. Обрывками, но все же что-то сумел понять. Веганка. И действительно закрыла собой мою Алиелу, да еще и каким-то образом энергетически соединила скафандры в единую систему с приоритетом защиты скафандра Алиелы. На самом деле этот боевой скаф был намного мощнее, но почти все в конце концов перекачал в скаф Алиелы. Ну ладно, раз так, нельзя не отблагодарить.

Распался боевой скафандр так же легко, как и исследовательский – Алиелы. Внутри лежало наполовину обгоревшее и обуглившееся со спины тело девушки. На лице – отпечаток эмоций боли. Сердце не бьется, но кровь по остаткам артерий течет. Это пыталась ее если не вытянуть, то хотя бы сохранить в живых боевая система жизнедеятельности.

Передо мной развернулась картина повреждений, но основная инфа шла прямо в мозг. Жаль, что времени мало, – надо спасать брата Алиелы, который, кажется, попал в заваруху. Неугомонный тип, только вроде бы расстались… Кстати, вот еще и Элхор вдобавок к Кораблеву и Алиеле – все трое пострадали после знакомства со мной. Интересное совпадение. Впрочем, не думаю, что это тенденция.

Поэтому я дал искину команду просто поддерживать жизнедеятельность девушки и только в случае попытки этого тела умереть вызывать меня.

Вернулся к Алиеле, а там мой Драко уткнулся носом в тату маленького дракончика на ноге и что-то ворчал, порыкивал. По ощущениям – выговаривал. Не могу сказать про эмоции мелкого, но он все время пытался свернуться в шар или в яйцо, прячась от тычков Драко, но каждый раз после очередного толчка «распадался». Я хотел было вмешаться, так как мне не понравилось, что все это происходит на теле Алиелы, у которой от толчков нога покачивалась, но Драко почувствовал мое недовольство и, напоследок что-то рыкнув, потерял объем, стал плоским, маленьким и пропал в моей ауре.

Долго я смотрел на Алиелу, пока не поймал себя на мысли, что не все еще сделано. Напоследок развернул полную защиту вокруг домика, чтобы никто не смог его ни увидеть, ни поймать, ни повредить. Как в том моем хранилище. Кстати, надо будет туда наведаться. А может, и домик туда перенести? Но это потом.

– Умник, ты мне нужен. Не занят?

– Для тебя я всегда свободен, Ник.

– Пригляди за Алиелой. Мне надо отлучиться на какое-то время. Лови пакет информации и параметры прыжка телепортом. И если все будет нормально – посмотри, что у нас там с закапсулированным складом, можно ли туда перенести этот домик.

Умник лишь молча ударил себя по груди. Вернее, по вдруг появившейся там металлической анатомической пластине – доспеху римского легионера.

Ник

Решил я вернуться в ту же точку, откуда забрал Алиелу. Снаружи мне делать нечего. Кроме того, придется решать проблему попадания внутрь базы серых, это я уже понял, да и частично снял инфу, пока вытаскивал девчонок. Только сначала я закинул по координатам огненного элементаля. Интересно будет посмотреть, сможет ли он справиться с плазмой, которую те черти так и не выключили. И это довольно странно. То ли они до одури боятся веганцев и жгут напалмом до победного конца или до уничтожения любых следов, то ли что-то у них пошло не так. В первом случае, кстати, надо поторопиться, а то могут и Элхора прикопать под шумок.

Огненный элементаль справился с заданием на пять с плюсом. Не знаю, как он это сделал (вернее, догадываюсь, однако это надо отдельно проверить), но слепящая плазма, заполняющая просторный сферический зал, по ощущениям, замедлилась… Нет, это просто проявились более темные и светлые полосы, которые стали двигаться, переплетаться и… да, стягиваться в центр зала. Процесс на каком-то этапе ускорился, и в пространстве проявились чистые от плазмы участки. Больше всего такого свободного пространства появилось у стен, потом стены оголились, и из равномерно расположенных точек та же плазма, будто струйками, стала вытягиваться в сторону физического присутствия элементаля. Это выглядело грандиозно и фантастически красиво! Под влиянием элементаля плазма вела себя как вода, подчиняясь его требованиям. Не думал, что такое вообще возможно.

Глянув на элементаля, решил, что обычный плотный шар не есть хорошо, и кинул ему простой модуль формирования образов. Да, вот сейчас это круто! Самый натуральный феникс! Точно такой, каким я его видел в каком-то старом фильме. Немного подумав, залил элементалю еще простую поведенческую матрицу – ее мой биокомп быстро сформировал по заданным условиям.

Проверил температуру – вакуум, но излучение от стен довольно интенсивное. Только подумал об этом, как феникс затянул в себя последние остатки плазмы, и стены резко остыли. По ходу, что-то там у серых сломалось от такого. А вообще интересно получается – элементаль работает с плазмой, но почему стены остыли? Побочный эффект? Может быть.

Я сделал шаг вперед и мягко приземлился на пол. Подстроил гравитационные параметры своего универсального скафандра и стал чувствовать себя как на Земле. Разве что чуть полегче. Совсем чуток, чтобы чувствовать себя поэнергичней.

Вся органика, естественно, в комнате выгорела. От нее не осталось никаких вразумительных молекулярных цепочек. Какое-то время я стоял, пытаясь растянуть инфосеть слежения на всю территорию базы. Получалось не очень – все-таки интеграция с конструктами в таких помещениях плохо работает. Надо чисто на инфомагии сделать. Вроде бы несложная система, но раньше почему-то руки не доходили. Хотя можно и просто информацию с местного астрала снять. Да, пожалуй, пока так и сделаем. Заодно потренируемся, тем более что хозяева этого места вряд ли отслеживают напрямую, что происходит в организованной ими печке, хотя и могут видеть непонятное поведение системы, например, по изменению температуры.

Спустя какое-то время я пошел к стене в ту сторону, где вроде как находился Элхор. Вчерне схему я таки сумел вытащить из локального информационного поля, правда, без преобразования в полноценную карту в биокомпе. Можно, но долго, поэтому пусть в фоновом режиме делает, а так вроде бы я чувствую направление и понимаю, что меня там ждет. Покосился на феникса. Тот попытался курлыкнуть, но я ничего не услышал. Затем он обогнал меня, обдав жаром. Но я этого, естественно, не почувствовал – микроклимат моего скафа ни на сотую долю градуса не поменялся. Я мысленно сдвинул регулятор и опустил внутри температуру градусов до пятнадцати. Что-то мне пониженные температуры в последнее время нравятся.

Между тем феникс с разгону врезался в стену, предварительно вытянув голову, как меч, и растекся по ней, образовав симметричную округлую фигуру. Когда я дошел до стены, там уже зияла большая прожженная дыра. Не знаю только, куда расплавленный металл делся, – никаких наплывов на полу не было. В принципе я мог бы и сам справиться десятком способов, особенно понравившимся мне вариантом Драко, когда преграда просто пропадает. И это не инфомагическое воздействие на информструктуры, как я сначала думал! Он что-то совершал именно на уровне физического воздействия. Я сумел воспроизвести его, но вот понять – пока нет. Но раз уж феникс решил поиграть, пусть его.

За прожженной стеной метровой толщины меня ждал зал еще большего размера, полностью забитый солдатами типа тех, что я видел на корабле «Луч». Все-таки успели сообразить, что творится что-то не то, и подогнали воинов. Только эти отличались своей формой да прибамбасами. Натуральный паноптикум. Или терракотовая армия. Такая же неподвижная. Даже несмотря на то, что феникс сделал просеку в них, когда пролетал насквозь. Сейчас он висел по центру такого же сферического зала, широко раскинув крылья, и вновь пытался курлыкнуть. Наверное, хотел сказать, как он мне благодарен за то, что я вызвал его. Ну а что еще-то?

Серые стояли плотно друг к другу, покрывая и пол, и стены, и даже потолок. Сила тяжести тут была не очень, но на ногах у них я видел лапы с когтями, которыми удобно цепляться за разные шероховатости. Забавно, что для этого не используют технику. Хотя, может, им проще вырастить когти, кто их разберет?

Дав мысленную команду, я проводил взглядом феникса, который прорубил очередную просеку в серых и принялся плавить стену. За ней где-то и есть Элхор. Следом я отправил появившегося Драко с заданием защитить брата Алиелы. Ну а фактически ему надо будет только дотронуться лапой или чем угодно до самого Элхора или того места, где он лежит, и вокруг него сразу появится поле, которое полностью изолирует будущего шурина (хе-хе), подключит систему жизнеобеспечения и так далее. Ну, там еще несложная логика действий, алгоритм которой я скинул Драко как наиболее умному искину в ближайшей доступности. Справится. Всяко это будет быстрее, чем рассылать вокруг плетения. Мой ящер мгновенно отправился вслед за огненной птицей, по ходу раскидывая серых, но не сильно на них отвлекаясь. Эти, кстати, уже давно очнулись и забегали вроде бы хаотично, но упорядоченно.

На меня уже некоторое время шли ментальные волны подчинения, а скорее просто деструктивного характера, ибо были слишком мощными и тупыми. Мне это нисколько не мешало, к тому же скаф фильтровал, – надо же чувствовать, что происходит вокруг! Вот и оставил доступ вовне.

Ну, еще они пытались давить на меня целым комплексом физических воздействий, от силового энергетического до «пси» разных направлений: пиротехника, предметная левитация, локальное смещение материалов – что-то вроде локальной грубой телепортации. Еще куча каких-то воздействий. Биокомп послушно на лету прогонял их через энергетический и силовой анализ, раскладывал все по полочкам.

Подивившись такому разнообразию техник, не сразу понял, что это не разнообразие, а просто намешанное в кучу все то, что серые могут создать. Ну, как ударом по мячу ногой запулить его во врага, по ходу дела взорвав сам мяч, запалив воздух по траектории его движения, оглушив противника звуком удара и треснувших штанов, при этом испортив воздух в радиусе километра.

У моих искинов дела пока шли нормально, и я решил кое-что проверить. Пара минут у меня есть, если, конечно, эти черти не решат взорвать всю базу. Но это вряд ли: не похоже, что они не то что решатся, а что такое решение вообще придет в их тыковки. Да и интуиция молчала.

В обеих руках у меня уже раскручивались плети, точные копии тех, что я видел на корабле «Луч». Прикольное оружие! Техника владения им у меня своя – с Лунгрии (хотя там бичи были чуть другие), но и местная земная техника потихоньку накладывалась, заставляя обращаться с оружием все увереннее в том стиле, для которого оно и создавалось. Для большего эффекта я пустил по поверхности бичей то поле, что генерировали мечи джедаев, и вообще наступила красота! Вокруг все мелькало, разрубалось рубиновыми лентами, а тяжелый шарик на конце плети при ударе взрывался гравитационными всплесками, разрывая то, куда ткнулся, и вырывая куски или создавая дыры в месте попадания. В голову пришло сравнение с художественной гимнастикой, где выступают с лентами, – уж очень похоже. У меня даже поднялось настроение, сильно упавшее после проблем, в которые вляпалась Алиела.

Кстати, насчет этого поля световых мечей. Они все же отличались от канона. Так-то вели себя как свет, ограниченный определенной формой, а при попадании на предметы – как лазеры. Ну, примерно. Но вот когда два меча стукались лезвиями, то не отскакивали друг от друга и не оказывали большого сопротивления друг другу. Оно, конечно, чувствовалось, но не сильное. Однако при этом лезвия перерубались и восстанавливали свой размер довольно медленно – несколько секунд, – в отличие от первичного почти мгновенного включения. И техника там была заточена на то, чтобы или сразу попасть по телу врага, или срубить его лезвие как можно ближе к эфесу, при этом постаравшись это сделать кончиком своего меча, чтобы твое лезвие осталось длиннее. И потом за счет длины своего меча быстро покончить с противником.

Соответственно, техника владения таким мечом очень специфична. Но зато оказалось, что такое поле можно создать вокруг какого-то объекта. Это я понял, когда разобрал один меч. На самом деле там при включении выстреливала на определенное расстояние тонкая, почти невидимая нить, вокруг которой и формировалось поле. Ну, там еще кое-что было – какие-то волновые эффекты, физические процессы. Сложный агрегат оказался по функционалу, но по структуре достаточно простой, чтобы такие вещи было хоть как-то выгодно производить. Ну, мне так показалось. И, между прочим, агрегат, перенастраиваемый в очень широких диапазонах, вплоть до потери работоспособности как меча. Кстати, нить та не вечна, при перерубании другим мечом тоже может отрезаться – нити, если столкнутся, резонируют и разрушаются. В рукоятке, кроме портативного реактора, располагалась и такая примитивная вещь, как катушка с этой нитью. Правда, один раз попался меч, где была не катушка, а какое-то устройство, выплевывающее нить из емкости по типу паучьей «стрелялки» паутиной. Экземпляр был немного более технологичен.

Вот тогда я и рассчитал, как можно использовать такое поле. Здешние стены не прорубались насквозь, но на десяток сантиметров разрезались. Серых же вообще будто и не было – ленты проходили их насквозь, ни на миг не задерживаясь. Довольно забавно, особенно если учесть, что земной боевой скаф с экзоскелетом из разных спецматериалов разрубался с трудом и не с первого раза, а здесь – типа инопланетные космические технологии! Хотя вроде бы Кораблев говорил, что многие материалы на Земле создавали одаренные. Тогда вполне может быть.

Ладно, пора заканчивать – Драко нашел Элхора. Я огляделся, отбросил бичи (они тут же пропали, развеянные) и резко развел руки в стороны. Те, кто еще остался на ногах и находился в движении, просто развалились на куски. Это я овеществил силовые нанонити, которые раскинул повсюду еще во время разминки. Ну, сделал самый простой вариант: сформировал по центру зала плетение, которое выстрелило в стороны нити, прицепившиеся к стенам, а еще по типу моей старой сигналки между собой соединялись, превращая все вокруг в опутанное паутиной пространство. Ну и к стенам цеплялись, понятное дело. Естественно, о себе я позаботился, чтобы не пострадать. Нравятся мне такие бомбочки-ловушки. А руками водить – это просто игра. Даже не на публику, а просто как-то приятней самому.

Развеяв плетение, я пошел к отверстию, аккуратно обходя части тел и небольшие лужи. Эти серые обладали на удивление малым количеством внутренней жидкости типа крови. Еще более удивительно, что я был почти спокоен. Только убедившись, что Алиеле ничего плохого не грозит, заметил, что из меня будто выпустили воздух. Не знаю, что там с совместимостью, – по мне, это все еще не очень понятная штука, независимо от того, что говорят или думают на ее счет веганцы и мой биокомп, однако к этой девчонке я буквально за пару встреч привязался. И очень сильно. Все-таки понятие любви – это девчоночья идея, а вот такое материальное, кондовое объяснение энергетической совместимостью – это как-то мне более понятно и приятно. Правда, у веганцев (или, правильнее, у веганок) понятие «совместимость», кажется, окружено и облеплено всякими психологическими заморочками, но вроде бы совсем не страшными.

Конечно, я не стал пацифистом, что можно видеть по кускам этих тел (пнул одно, и оно влепилось в потолок). Мне кажется неправильным утверждение, что добром можно победить зло. Вернее, не так. Дело в том, что, на мой взгляд, зло – это не абстрактное понятие, как и добро. Эти понятия наполняются смыслом самими людьми. Где-то считается, что людей кушать плохо, а где-то человечина – праздничное блюдо для дорогого гостя. Где-то спасти инвалида от смерти – добро, а где-то – зло, ведущее к деградации и дальнейшему уничтожению небольшой популяции людей. Все это зависит от стольких вещей, что в конце концов теряет смысл, если его пытаться искать абстрактно. Поэтому эти понятия привязаны к социуму и имеют значение только в нем. И вот тогда они наполнены смыслом и должны культивироваться, так как от этого зависит выживание социума. Ну или сохранение его стабильности.

Так вот, ко мне все еще применимы понятийные схемы добра и зла того социума, в котором я родился, вырос, и другого, в котором я потом жил в ином мире. А принятие лунгрийской простоты жизни – око за око, хотя, конечно, не везде там так было, – и возможность жить вне общества или в нем, но подчиняясь только своим правилам, не оглядываясь на местные, раскрепостили меня в этом плане. Часто это может вести к психической деформации, а говоря проще – свести с ума от безнаказанности, и я это прекрасно понимаю, но надеюсь, что достаточно осторожен и пока вполне адекватен.

Возвращаясь к понятиям зла и добра. Как одно, так и другое – это не просто событие или какое-то состояние объекта. Это процесс. Часто довольно продолжительный, хотя и конечный. Процесс зла обычно идет по нарастающей, но так как увеличение зла требует все больше энергии, не важно какой, физической или психологической, а сам по себе этот процесс стремится к разрушению и энтропии, то в конце концов он завершается. Но его особенность такова, что в силу своего закона простоты, то есть стремления к равновесному состоянию энтропии, он может «заразить» другие процессы, сначала давая им энергию для развития, а потом неизбежно уничтожая. Процесс же добра изначально более энергозатратен, поэтому для его поддержания требуются большие усилия. А значит, этот процесс менее живуч и быстрее сходит на нет, если убрать эту подпитывающую силу. Это все с точки зрения абстрактных понятий добра и зла, вполне применимых к земным реалиям, тем более что многие жизненные процессы подчиняются этим абстракциям, как, слава богу, и многие человеческие общности. Ну и религии или какие-то учения тоже, чего уж там.

Помните, что я сказал про «зло»? Что оно идет по нарастающей, пока не прекратится под тяжестью противоречий своей природы? Так вот, есть один момент. И этот момент – человек с его жаждой справедливости и мести. Его хорошие чувства на пути «зла». Особенно такие энергоемкие. Вполне достаточные, чтобы остановить зло. Проблема в том, что в борьбе со злом они теряют свой заряд, потенциал, энергию и даже направление движения! Это отлично понимают и понимали земные философы и ученые. Не зря говорят, что победивший дракона сам становится драконом.

Поэтому мстить и нести справедливость следует вдумчиво, с осторожностью, чтобы вовремя остановиться и не завести процесс вновь по описанному выше пути. Когда тебе уже не важно твое будущее, ты скатился в идею полного уничтожения зла и замещаешь его своей ментальной и психической энергией, уже необратимо изменившейся… И плевать, что будет после тебя. Хотя, может, порой это и оправдано. Наверное, это зависит от уровня процессов.

Проблема еще может быть в том, что зло серых на самом деле является добром как с их точки зрения, так и с точки зрения Вселенной, в которой мы живем. И тогда потенциалы должны быть вполне сопоставимы. Хм… энергетическое противостояние абстракций? Вселенских течений? Ну так ведь для того мы и живем, чтобы повернуть эти течения в благоприятную сторону! Главное – вовремя понять, когда остановиться. Хотя… Если довести процесс до конца с полным геноцидом серых, то даже с учетом указанных правил преобразования энергии добра в зло не очень понятно, как это может извратить наше «добро». Разве что таким результатом, как полный геноцид уже нас другими силами, пока невидимыми, которые могут испугаться примера серых и своим «добром» победить наше «зло». Так что нужно-таки найти золотую серединку.

Кстати, если я прав, то этим можно объяснить и непонятки в астрале. С этим странным голубем, неким слабым влиянием на мои поступки там (чего уж скрывать это от себя, как бы неприятно это ни звучало). Возможно, это реакция вселенской (или местечковой) системы на мои действия с целью сохранения равновесия. А если есть такая система, то есть и ее внешние проявления, к примеру, тот же Комитет, довольно странный, прямо скажем. Ну не вижу я смысла в его существовании! Только если на Земле есть что-то, что всем надо. Тогда действительно имеет смысл его образование – так было и на Земле, когда все решали, что плохой мир лучше хорошей войны, и как-то договаривались, так есть и тут, судя по всему. Правда, что-то я не вижу общих интересов. Одних одно интересует, других – другое. Тем не менее если это так, то это немножко не то. Вернее, это всего лишь часть придуманного мною вселенского взаимодействия. Хотя… Если подумать, что этот Комитет – всего лишь небольшой механизмик по удержанию определенного потенциала пространства в объемлющем (как я убедился, почти все системы не являются независимыми, а входят в системы более высокого порядка), то его существование вполне можно вписать в рамки этого правила. А значит – что? Правильно! Вступают в силу немножко иные правила существования.

Эти правила поддерживают тот потенциал, который дает наша звездная система, и зависят от него. Вернее, наше земное существование. Если оно сдвинуто в положительную сторону, а серые представляют отрицательную, то их небольшой геноцидик не вызовет сильной реакции Комитета, если он действительно занимается тем, о чем я подумал. Но он же не даст резко сместить потенциал в положительную сторону при тотальном геноциде, так как даже в этом, вроде бы благоприятном в целом для системы, случае это может привести к каким-то последствиям, которые я просто не могу понять в силу недостатка знаний.

Если же потенциал поддерживается отрицательный, то реакция даже на небольшой геноцид последует незамедлительно, что печально, ибо я все-таки не бог, вернее, не Творец, которому такие телодвижения атомов его вселенной даже незаметны. Единственное, что говорит в пользу моих догадок, – это то, что при нарисованной мной системе этот Комитет уже никак не отреагировал на проблемы веганцев, которых я причисляю к положительному полюсу. И то, что до сих пор никто меня не попытался остановить. Ну, кроме серых, конечно. Но они тут объекты, а не субъекты и не имеют права голоса, то есть права голосить вне рамок выбранной ими же роли.

А еще то, что эти мысли у меня стали появляться после того, как я в астрале пытался провести экзекуцию отрицательных сил, покушавшихся на Кораблева и на меня. И после его воскрешения. После всех тех непоняток в астрале. До сих пор передергивает, когда вспоминаю «маму» того американского спекста. Брр… Что-то мне подсказывает, что Комитет тут и рядом не стоял. Вернее, он может находиться в одной потенциальной яме с этим астральным образованием и являться его идеологической материализацией в Солнечной системе, но напрямую не связан. Хотя кто его знает.

Ну так вот… На чем мы остановились? А остановились мы на том, что будем играть по их правилам, ибо они пока не противоречат моим желаниям, и что-то мне говорит, что у меня есть кое-какой карт-бланш в определенных рамках. Но самое главное – то, что эти рамки пока совпадают с моими установками, и то, что я понимаю, что нахожусь в рамках какой-то идеи или энергетического потока, который пока надувает мои паруса. И это по большому счету здорово.

Во какие мысли у меня появились! Аж самому страшно, какой я умный! Иронизирую, понятное дело. Но все же надо бы снова проверить свои психологические и прочие установки. Биокомп должен справиться. Полный бекап сознания я, естественно, не вел, ибо слишком накладно, но какие-то базовые вещи биокомп мониторит на внешние изменения. Тут тоже немного сложно, так как изменение подобных параметров является естественным процессом в жизни человека: он набирается опыта, переосмысливает жизнь и так далее. Поэтому тут важнее резкие ребра графика изменений, ибо они более всего подозрительны. Ладно, это на потом.

Ох любят серые товарищи прозрачные цилиндры в качестве пеналов для живых существ! Элхор был закреплен на каких-то растяжках внутри такого цилиндра, вокруг которого расположилось множество непонятных приборов и даже такая древность, как провода! Хотя это, наверное, не провода были, а какие-то трубочки, сейчас бессильно повисшие, будучи обрезанными после активации купола вокруг веганца. Небольшой модуль, обеспечивающий контроль моего спасательного купола, быстро привел внутренний микроклимат к указанным параметрам: чистый воздух (правда, земной), отсутствие любой микроактивной живности (микробов и непонятных нанороботов – долой!) и химии, гравитация такая, чтобы удерживать тело в центре кокона при любых внешних условиях.

Если внутри находится что-то, не принадлежащее телу, – закрепить на местах, чтобы не летало. Это уже на разбор владельцу, то есть мне, что там важно или нет, что убирать или оставлять. Сейчас вокруг Элхора висели остатки технологических устройств серых, мне не нужные. Поэтому мысленная команда – и этот мусор оказывается за пределами кокона.

Это был тоже довольно большой сферический зал – уж не знаю, почему серые используют такие формы, – и тоже заставленный множеством вертикальных цилиндров-пеналов. Феникс успел вовремя и буквально сразу перехватил процесс уничтожения улик, как я это называю. Или очистки. По стенам еще текли тонкими струйками плазменные ручейки, стекаясь к фениксу.

Драко спокойно сидел рядом с Элхором и смотрел на феникса. Я ему сказал:

– Давай, Драко, пробегись по станции и собери серых. Всех, кого найдешь. Справишься? А то мне недосуг.

Драко, сейчас объемный и размером с меня, лениво поднялся на лапы, что-то рыкнул, а в голове у меня мелькнуло: «Сделаю!» – и мощным толчком распластался в воздухе. Пролетев до стены, он спокойно в нее вошел, как в воду. На самой стене никаких следов не осталось. Хм… как-то странно и эффективно он приспосабливает то, что узнаёт у меня. Но мне же лучше – такой своеобразный искин получился. Что еще более интересно – он развивается по животной линии. Если Умник изначально себя вел и дальше развивался по линии человека разумного, то вот Драко… Может, это потому, что я его изначально так воспринимал и невольно толкнул на этот путь развития? Что ж, посмотрим, что выйдет.

В других пеналах тоже находились экспонаты. И люди разной степени «разобранности», и даже отдельные скелеты, но с внутренностями и мозгом; просто люди без кожи, но с каким-то образом подсвеченными нервами и кровеносными сосудами. Некоторые были ментально активны, живы, но не осознавали происходящее. По внешним контурам самих цилиндров бежали какие-то символы, формировались, вероятно, графики, хотя и выглядели они довольно странно – как растительный мох или вьющиеся стебли. И что со всем этим делать?

С Элхором вроде бы было более-менее нормально. Энергии, правда, в ауре и организме мало. Плюс какие-то ментальные конструкции во внешнем поле, судя по грубости структуры – это что-то серые делали. Присмотрелся я к ним и облегченно вздохнул – довольно примитивные штуки, хоть и порушили кое-что. Скорее всего, это грозит Элхору кратковременной потерей памяти, вернее, выпадением кусков памяти и головной болью. Но ничего страшного, все должно восстановиться, особенно после того, как я всю эту ерунду уберу.

Проведя предварительные восстановительные работы и зафиксировав результат, вызвал Умника.

– Как дела? – спросил я, задумчиво рассматривая информструктуру Элхора и мысленно сравнивая ее с землянской.

Вернее, наблюдая за процессом сравнения биокомпом – обычным взглядом попробуй это сделать! Там такая сложность, что хрен поймешь. Надо слишком глубоко в медитацию входить и отдавать этому делу все ресурсы мозга. Это возможно, я так уже делал, но сложно и муторно. Поэтому пусть биокомп работает да привлекает для расчетов инфосервер, прикрученный к моей информструктуре. Надо бы, кстати, кластер забацать, но пока и задач таких нет, с которыми бы не справлялись биокомп с инфосервером.

– Все нормально! – как-то поспешно ответил Умник и стал смотреть куда-то в сторону.

Я перевел на него взгляд. Как-то слишком нарочито он это сказал. Ясно, что имитирует поведение человека, натворившего что-то и не желающего об этом говорить, но и понимает, что промолчать нельзя.

– Давай уж, колись, – вздохнул я и снова повернулся к Элхору.

– Я тут посмотрел твой медицинский сервер и нахожусь просто в шоке! – признался Умник и стал быстро-быстро говорить, выплескивать свои мысли: – Настолько умный и крутой инструмент, что у меня просто слов нет! Даже воздействия через ауру умеет проводить, и очень тонкие. И даже через информструктуру воздействовать! А этот механизм считывания информации с ДНК и преобразование ее в модель, через которую можно влиять на информструктуру или наоборот, а еще считывание информации из тонких тел и взаимодействие с ними – вообще что-то запредельное!

– Ну не такое уж и запредельное, – покачал я головой, подозревая, что Умник просто прикалывается, хотя я кое-что использовал из архейского, недоступное Умнику. – Там еще работать и работать.

– Уже сейчас это крутой инструмент, – не согласился со мной Умник. – Один недостаток – настроен на землян. Правда, у них тоже генокод гуляет в больших пределах, и веганцев с большой натяжкой все же можно считать людьми земного типа. Но есть разные тонкости… – Умник немного помялся. – Я тут немного поковырялся и сделал модуль, который по ДНК и информструктуре может рассчитать оптимальное соотношение параметров для данного вида. Даже если этот вид неизвестен заранее.

– Как раз недавно о таком думал, – кивнул я.

– Твою подругу я не трогал, с ней все и так в порядке, а вот со второй, которая в коме была и с большими повреждениями, я поработал немного. Ничего страшного? – Умник взволнованно посмотрел на меня.

– Если это на пользу, то не страшно, – хмыкнул я.

– Заодно и проверил, как работает этот мой модуль, – довольно сказал Умник. – Неплохо получилось. Тебе вторая подруга, случайно, не нужна? Вроде бы она подпадает под параметры красоты, что тебе нравятся.

Я вздохнул:

– Красота, Умник, – не главное. Кроме того, мне и одной хватает выше крыши. Что-то еще?

Умник помялся.

– Ник, они тут очнулись, вопросами меня закидали… Я попытался заговорить им зубы, но не преуспел… – Лицо у него стало грустное-грустное. – Та, вторая, особенно зубастая попалась, и чего я ее лечил?

– Усыпить не пробовал? – приподнял я бровь.

– Нет. Даже в голову не пришло. Интересно, почему? – Умник на мгновение задумался, потом встряхнулся. – В общем, уговорили они меня, и я наладил им трансляцию из того места, где ты находишься. Извини.

Я махнул рукой.

– И еще. Я все-таки перенес этот домик во внутреннее пространство склада. Тут, кстати, адамаса откуда-то несколько сотен тонн взялось. Еще куча всего болтается.

– Болтается? Должно было быть аккуратно разложенным. А адамас я создавал.

– Ну, это я так… Действительно все нормально тут.

– А как ты так быстро их вылечил?

– Ну… Помнишь замедление времени, которое мы наблюдали при некоторых условиях в телепортационном коконе? Вот. Попробовал. Работает.

– Смотри, Умник, рискуешь! Ты понимаешь, что, если бы с Алиелой что-то случилось, это бы бесследно не прошло ни для меня, ни для тебя? Ты там не перетрудился на голову, воспитывая Гавроша? Ты понимаешь свою ответственность передо мной? – спросил я спокойным голосом, в котором, однако, любой бы почувствовал неладное. Я и так тут рассержен, а Умник еще подкидывает топлива.

– Не дурнее некоторых, – оскорбился Умник. – На мышках тренировался да на добровольцах, в том числе и на себе! Злой ты, уйду я от тебя! – непонятно, то ли в шутку, то ли серьезно пригрозил Умник.

– Ты и так вроде как на свободных хлебах, – буркнул я, – куда еще уходить?

– В глушь, на Марс! – заявил Умник.

– Ладно, замнем тему. Забирай Элхора, а мне еще поработать надо, – ответил я, глядя, как из стены появляется морда Драко, держащего в зубах трупик серого. Ну, не трупик, но тельце – точно.

Скоро зал заполнился неподвижными телами серых, аккуратно разложенных-развешенных по залу в несколько рядов. Присмотревшись, удивился сообразительности Драко. Если первые пленные были просто опутаны силовыми лентами, то следующие – обездвиженные простыми чародейскими проклятиями, прицепившимися в ауре к энергетическим узлам контроля двигательной системой этих существ.

«Ну что ж… Приступим», – подумал я, потирая ладони.

Руана

В себя Руана пришла рывком и тут же, подчиняясь въевшейся в плоть привычке, вдолбленной долгими тренировками, растопырила в стороны тончайшие ментальные нити внимания. И испытала шок – нити будто провалились в бездну, ей показалось, что она находится в глубоком космосе: настолько огромным было пространство вокруг нее, знакомое по несущим ментальным частотам космоса. И не сразу сумела краем сознания отметить наличие ментальной точки рядом – лучики внимания почему-то ее огибали. Но в чувство веганку привел слегка насмешливый голос:

– Вот что значит выучка! Чуть что – сразу ежиком иголки врастопырку. Не бойся, тут тебя не тронут, разве что сама попросишь!

Руана открыла глаза и приняла сидячее положение. Огляделась. Рядом в светящемся коконе висела Алиела, чей вид вызвал у Руаны чувство глубокого удовлетворения и радости, – все-таки их спасли, в чем она уже ни мгновения не сомневалась. А вот на каких условиях спасли – будет видно. Это уже другой разговор. Именно кокон Алиелы огибали ее ментальные щупальца. Находились спасенные в довольно странном помещении хоть и белого цвета, но сильно затемненном вдали от центра, в освещенном круге которого и зависли специальные капсулы, очевидно, медицинского характера.

Но почему же ее собеседник совсем не чувствуется в ментальном плане? А тот будто понял, что она подумала про него, и медленно вышел в свет. Руана не удержалась и удивленно вскинула брови – это был типичный чай-нии-чан. Лысая голова, из темечка которой до пола спускалась черная коса, перевитая отражающими свет, будто металлическими, лентами; узкие глаза, слегка желтоватый, но почти незаметно, цвет кожи; длинная белая накидка и тонкий черный пояс. Смотрел он на нее с усмешкой.

Она, конечно, по должности обязана была знать «в лицо» все известные расы, населяющие Галактику, но с чай-нии-чанами лично не сталкивалась. Все интереснее и интереснее – что за задачи у этой расы в этой системе?

– На земле говорят: «Все страньше и страньше». – Собеседник будто прочитал ее мысли, отчего Руану бросило в пот – ментальная защита на месте, но откуда?.. Как?..

– На нашем языке это звучит несколько непривычно, – ровным голосом ответила она.

– Разумеется, – кивнул хозяин этого места, – но довольно точно отражает оригинальное смысловое значение. Можешь называть меня Умником.

– Я – Руана. А кто такой ежик? – не удержалась она и с изумлением увидела, как в руках Умника появился маленький колючий клубочек, из которого торчали любопытствующий носик и две бусинки глаз.

«Действительно похоже, – подумала веганка. – Симпатичный зверек».

– Пожалуйста, введите меня в курс дела, и в первую очередь – что с Алиелой? – вежливо обратилась она, незаметно выполняя упражнения со своей энергетикой, пытаясь вытянуть себя на близкий к боевому уровень.

Как ни странно, получалось легко, даже и не скажешь, что недавно ее почти сожгло, – уже это она внечувственным сознанием успела осознать там… Ей показалось или Умник с одобрением смотрел на ее упражнения?

А вот и кристалл включился, буквально засыпав информацией о ее состоянии, об отсутствующей связи со скафандром, кораблем и о своих проблемах. Руана пока мысленно от него отмахнулась, отправив приводить себя в порядок в фоновом режиме.

Умник сцепил руки за спиной. Куда делся ежик, Руана не заметила, но про себя вздохнула – почему-то ей хотелось до него дотронуться. Умник же отошел от нее и остановился перед Алиелой. Внешне с ней вроде бы было все в порядке. Слова Умника это подтвердили:

– Нормально с ней. Просто медленно восстанавливается. Вдумчиво так. Особой спешки не было, вот Ник и оставил ее приходить в норму под моим присмотром.

– Ник?

– Ага, ее муж.

– Муж? – удивилась Руана. – Это, наверное, ее совместимый?

– Ну и термины у вас, – поморщился Умник. – Он самый.

– А со мной что? – недоуменно спросила Руана и аккуратно встала на ноги. Умник не отреагировал на ее телодвижения. – Вроде бы со мной было хуже…

– Было, – кивнул Умник, и его коса тяжело качнулась. – Ты почти умерла. Нику некогда было, и он оставил тебя в стабильном состоянии, чтобы потом посмотреть. Но мне интересно стало, как вы, веганцы, устроены, и я решил воспользоваться медицинским сервером Ника, который он нехило так доработал! Сам я почти ничего не делал, разве что помог немного расправить твои тонкие тела, после того как тело воссоздали. Ну и привел в порядок ментальные и прочие характеристики мозга. У тебя там какое-то устройство встроенное есть, буквально слившееся с мозгом, оно неправильно пыталось действовать, а другими словами – хаотично, что усугубляло положение. Я его временно совсем отключил, но вижу, что оно уже включилось обратно.

– Это кристалл, – задумчиво проговорила Руана, не считая нужным скрывать несекретные вещи. – Своего рода симбионт.

– Я понял. Забавно, что почти все расы, достигнув определенного могущества, в технологическом ли плане, в магическом, создают себе помощников подобного плана.

– В магическом? – недоуменно переспросила Руана.

Умник покосился на нее:

– Совсем, что ли, не в курсе таких вещей?

– Вероятно, вы имели в виду «пси»? – пыталась докопаться до истины девушка.

Ее собеседник усмехнулся:

– Ваше «пси» – почти ни о чем. Даже твои ментальные техники – детский лепет по сравнению с правильно обученным магом ментального направления.

Руана обиделась на слова спасителя, но не показала этого. Вообще-то она могла выжечь мозги целой толпе почти любых существ, умела немного левитировать, не бояться холода и жары в больших пределах, управлять внутренней энергетикой в широком диапазоне, за счет внутренней энергии зарастить несмертельные раны и повреждения… Ну и еще кое-что. Да и там, если бы не ее способности, их бы вряд ли успели спасти. А у себя она считалась довольно сильным пси-оператором. Впрочем, стоящего рядом человека Руана совсем не чувствовала, что говорило о том, что он явно выше ее на голову в этом плане. А поэтому не стоит выражать свое «фи».

Тут веганка заметила, что стоит совершенно голая, но почему-то не испытывает никакого неудобства. Умник будто прочитал ее мысли и снова вогнал в состояние кратковременной паники: не глядя на нее, щелкнул пальцами, и Руана вдруг почувствовала на своем теле легкое движение, а посмотрев вниз, увидела на себе короткие шорты и полоску материи, прикрывающей грудь. Она ничего не сказала, только снова удостоверилась, что этот странный Умник – очень опасный человек. Или чай-нии-чан. Не знала она, что среди них бывают такие сильные пси-операторы. Или «маги», хотя что это такое, было совершенно непонятно.

– О! – воскликнул Умник. – Алиела очнулась. И, кажется, здесь все нормально, – пробормотал он, наклоняя голову то влево, то вправо, будто присматриваясь к висящей в воздухе девушке то одним глазом, то другим.

Алиела тем временем окончательно пришла в себя и огляделась. Ее взгляд зацепился за Руану, и она вдруг улыбнулась. Потом спрыгнула на пол и тут увидела Умника. Ойкнув, как-то странно провела рукой в воздухе, и на ней тут же появилась одежда, почти такая же, как у Руаны, – шортики с короткой юбочкой и материя в виде загогулины, прикрывающая грудь и уходящая из-под руки за спину. Руана готова была поклясться, что Умник тут ни при чем, а платью Алиелы она даже позавидовала – красиво было.

Алиела же подбежала к Руане и обняла ее. Руана молча прижала к себе сестру Элхора. И так они некоторое время стояли не двигаясь. Руана купалась в волнах радости и признательности Алиелы, чувствуя, как что-то у нее внутри расслабляется и приходит в порядок.

– Твой позитив меня заряжает, – пробормотала она. – Ты в порядке?

Алиела с сожалением оторвалась от Руаны и кивнула. Потом повернулась к Умнику, который с любопытством смотрел на них, и спросила:

– Умник?

– Госпожа! Истинно так! – Тот сложил ладошки вместе перед грудью и поклонился.

Девушки переглянулись.

– В смысле – «госпожа»? – не поняла Алиела.

Умник выпрямился и задумчиво почесал подбородок:

– Ну, если ты – жена моего господина, то, значит, моя госпожа. Логично? – Он вопросительно уставился на нее.

– И что это значит? Ты – мой слуга?

– Разбежалась! – хмыкнул Умник. – Вам, бабам, только дай повод порулить мужчиной, потом с шеи не сгонишь!

Алиела залилась краской, а Руана неожиданно для себя хохотнула. Градус напряженности, отчетливо чувствовавшийся в воздухе, значительно упал.

– А где мы находимся? Я не чувствую пространства. – Руана осмотрелась вокруг.

– И где Ник? – Алиела не сводила глаз с Умника.

Умник махнул рукой, подзывая их к себе, и повернулся к смутно угадывающемуся выходу из помещения:

– Где мы, сейчас покажу. А Ник – работу работает. Могла бы и позвонить ему по болталке. Но пока не советую, – тут же остановил он мысленно собравшуюся девушку. – Лучше пока не отвлекать его.

За этой комнатой оказалась обыкновенная земная гостиная, совмещенная с библиотекой. По крайней мере, ничем иным, кроме книг, эти разноцветные штучки быть не могли. Из окна открывался вид на туманный морской берег.

– Мы на Земле? – не удержалась Алиела.

Руана же осторожно отбросила эту мысль – не чувствовала она обычных планетарных энергий вокруг, а также соответствующего ментального фона. Правда, и Алиела тут же поправилась:

– Что-то не похоже. Инфополе тут не земное и слишком слабое… – Она уставилась на ухмыляющегося Умника, начиная что-то подозревать.

Умник же подошел к двери и тихонько толкнул ее наружу. Между дверью и косяком появилась черная полоса, которая медленно стала расширяться, вызывая подспудный страх. И когда дверь полностью открылась, а в окне появился тот же вид, что и в проеме, девушки осознали вдруг, что обе все это время медленно пятились. За дверью оказалась чернота космоса с ярко светящимися звездами.

В слабом, непонятно откуда бравшемся освещении лицо Умника выглядело даже немного устрашающе. Впрочем, улыбка у него была добрая, и девушки быстро успокоились. Умник же спокойно вышел в черноту космоса и стал неспешно удаляться. Потом остановился и махнул рукой:

– Идите сюда!

Веганки переглянулись, и Руана, как более решительная, сделала первый шаг на очень слабо светящуюся, почти незаметную, дорожку. За ней осторожно последовала Алиела. Поверхность под ногами была плотной, сила тяжести – стандарт. Выйдя в космос, девушки оглянулись. Красивый деревянный двухэтажный домик с освещенными окнами, висящий прямо в черном космосе с почти вечными точками-звездами вокруг, был настолько нереален, что у Алиелы немного закружилась голова, и она сама не заметила, как шлепнулась на попу, не выпуская из видимости строение.

– М-да, подруга… – Руана тоже не могла скрыть своего состояния. – Я многое повидала в жизни, но такого…

– Впечатляет, правда? – буквально над ухом раздался голос Умника.

Руана вздрогнула, а Алиела как-то странно пискнула и взвилась в воздух.

– Где мы? – покосившись на подругу, спросила Руана.

Она все никак не могла понять, каким образом они могут видеть друг друга, если нет точечного освещения? Дело в том, что свет от домика не был настолько ярким, а видно было даже те предметы, что «смотрели» в другую от домика сторону. Впрочем, возможно, действительно хватало света далеких галактик, но она бы на это не поставила.

– Мы находимся над плоскостью эклиптики. Вон там – Солнце, – Умник ткнул пальцем куда-то под ноги, а потом быстро показал в разные точки, – Земля, Марс, Нептун, Сатурн, Уран. А вон там Плутон, с которого Ник вас вытащил.

Умник оглянулся и хмыкнул – девушки стояли и глазели по сторонам, взявшись за руки, как маленькие дети. Впрочем, для него они как дети и были, несмотря на их возраст, умения и жизненный опыт.

– Как вы этого добились? Какими технологиями? – вдруг прорвало Руану.

– Без комментариев.

– Что стало с нашими кораблями? Я не могу дотянуться до своего, – посетовала Алиела.

Умник пожал плечами:

– Здесь закапсулированное пространство, которое пропускает только те энергии, которые разрешены. А что там с кораблями, я не знаю.

– Это магия?

– Не знаю, которое «это», но да, магия, – фыркнул Умник и стал неторопливо перебирать в руках откуда-то вдруг появившиеся четки.

– Какого рода прыжки вами используются в звездной системе?

– Мы не прыгаем, чай, не блохи. Мы переходим в нужное место.

– Кто такие «блохи»?

– Спроси свою подругу – уж она знает Землю, должна ответить.

– Почему я тебя не чувствую?

– Потому что не чувствуешь.

– Какие интересы у чай-нии-чан в этой системе?

– Без понятия. Встречу – спрошу.

– Разве ты не чай-нии-чан? – удивилась Руана.

– Нет. Я – ПУАМУ.

– Кто такой ПУАМУ?

– Персональный автоматизированный модуль управления… реальностью, – с улыбкой на устах произнес Умник.

Руана сбилась.

– Ты шутишь?

– Конечно! Я – Умник.

– Ты землянин?

– Я – ПУАМУ.

Руана вздохнула:

– Но ты… друг? Друг Ника – землянина и совместимого Алиелы?

– Я – друг, учитель, слуга и в каком-то смысле половинка Ника, землянина, лунгрийца, мага и инфомага, чародея и мейха, наследника археев, атлантов и в какой-то мере – атлов.

Руана обескураженно замолчала. Все эти термины ей ни о чем не говорили. Зато говорили Алиеле – у нее в памяти и перед глазами снова выстроились смысловые связи и образы из мемокопии Ника. Теперь смысл тех знаний стал ей понятней. Недаром говорят, что знания могут быть понятны только для подготовленного. Раньше она не была готова, чтобы принять их. Да и сейчас, как она чувствовала, она только-только стала осознавать даже не знания как таковые, а их описания.

– Что с Элхором? – спросила Алиела. К своему стыду, она только сейчас вспомнила о брате.

Умник покосился на нее и хмыкнул:

– Пока еще ничего. Ник занимается этим вопросом. Можешь не беспокоиться – если он взялся за это дело, то вытащит его. Даже с того света. – На последних словах Умник почему-то ухмыльнулся.

Некоторое время все молчали, всматриваясь в темноту. Потом Алиела зябко повела плечами:

– Может, пойдем уже в дом? Что-то кушать хочется.

Умник кивнул и пошел к постройке. Проходя мимо Руаны, шлепнул ее по попе и сказал:

– А ты слишком много болтаешь. Так и мужика себе не найдешь – они не любят слишком болтливых!

Руана, пропустив вперед Умника, наклонилась к Алиеле и шепотом спросила:

– Зачем он это сделал? Что это означает?

– Откуда я знаю, что это значит у чай-нии-чан? – так же шепотом ответила Алиела.

– Ну он же земной чай-нии-чан! А про них ты должна знать!

– Если земной, то никакой он не чай-нии-чан, а китаец. А вообще, это не человек, а нечто вроде нашего большого кристалла, только сделанный по другим принципам!

– Чтоб меня Шушилла сожрал! Как я не догадалась?! – пораженно воскликнула Руана. – То-то его невозможно прощупать в ментальном плане!

Алиела же непроизвольно прижала рукой изображение ее шуши на руке – ей показалось, что он пошевелился, отреагировав на слова Руаны. А та покосилась на нее:

– Ты зачем себе нанесла рисунок на руку? Это местные традиции?

– Потом расскажу, – отмахнулась Алиела.

– Так все-таки, исходя из земных реалий, что означает шлепок мужчины по попе женщины?

Алиела задумалась:

– Сложно сказать… Тут много смысловых оттенков. Это может означать, что мужчине нравится женщина, но выражать так это – слишком грубо. Тем более что Умник – не мужчина. Но это может быть намеком. Это может показывать и отношение мужчины к женщине – что он выше по положению и чтобы она не забывала об этом. В этом случае это больше интимно – среди близких людей, тогда это вполне прилично и показывает близость их отношений. Среди чужих – все еще грубовато и обидно. Женщина, кстати, тоже может шлепнуть мужчину по попе, показывая свое свободное отношение к интиму и в любом случае показывая, что ей он нравится, но чаще это происходит, если она выше по положению. Хотя все равно это грубовато… – Алиела немного помолчала. – В общем, что имел в виду Умник, я не знаю. Скорее всего, он таким образом показал тебе твое место – несколько подчиненное, ниже его, и, возможно, он так выразил свое отрицательное отношение к тому, что ты задавала много вопросов.

– Как у них все сложно, – покачала головой Руана.

– Только прошу тебя, – Алиела серьезно посмотрела на девушку, – не делай скоропалительных выводов. Не все является тем, на что похоже. Ладно?

Избушка в космосе

В домике Умник повел веганок в комнату, где они еще не были. Это оказалось что-то вроде совсем небольшой столовой. Крошечный круглый стол на двоих, максимум троих человек, три деревянные стены, а четвертая имитировала стекло, выходящее на небольшую веранду, за которой располагался огромный луг на склоне горы в альпийском стиле.

Девушки невольно остановились на пороге, пока Умник их не подогнал:

– Не спите, копытами затопчут!

Руана недоуменно посмотрела на Алиелу, как бы прося пояснить сказанное, но та неопределенно пожала плечами и села за стол. Села так, чтобы смотреть на природу. Руана пристроилась сбоку. Умник сложил руки на животе. В его неподвижности только большие пальцы рук совершали круговые движения, да четки слегка покачивались.

– Чего изволят дамы? – спросил Умник, с непонятным выражением лица посматривая на девиц.

Алиела коснулась руки Руаны, как бы говоря, что она сделает выбор, и повернулась к нему всем телом, обозначая важность того, что она собирается сказать:

– Земная еда, конечно, нам подходит, но нельзя ли нас угостить эльфийскими блюдами, которые готовятся в период праздника цветения эйлилианы? И не надо гномьей «огненной», пожалуйста, лучше что-то тоже из эльфийского.

Руана с недоумением и подозрением посмотрела на Алиелу, но говорить ничего не стала, почувствовав, как та сжала ее пальцы. Тогда она перевела взгляд на Умника, который как-то странно смотрел на Алиелу:

– Что, Ник угощал?

Алиела кивнула и повернулась к Руане:

– Это просто что-то волшебное, поверь мне. У нас такого ты точно нигде не попробуешь.

– А что за «эльфийские» такие?

– Потом расскажу… – Алиела запнулась и неуверенно дополнила: – Может быть. Прости, это не моя тайна, надо будет у Ника спросить.

– Ну-ну, – буркнула Руана и требовательно посмотрела на Умника.

У нее уже все сводило внутри – желудок был абсолютно, космически пуст! И это несмотря на то, что тело вроде бы было энергетически насыщено, но энергия уходила, а пополнять ее было неоткуда.

Умник не сделал ни одного жеста, но над столом появилась небольшая тучка, которая закрутилась, вытянулась, и на ее месте появилось изображение очень красивой девушки. Лицо ее выражало некоторую озадаченность, пепельные волосы закручены в непривычную объемную высокую прическу, в которую вплетались зеленые побеги какого-то растения с изумрудными листьями. Довольно необычно, но гармонично выглядели слегка заостренные уши. Посмотрев на удивленных девушек ярко-зелеными глазами, она что-то проговорила мелодичным, звонким, но при этом глубоким голосом и пропала. Зато на столе появились всякие тарелочки, плетенки, небольшие стаканчики, бутылочки. Когда казалось, что все это станет падать на пол, – стол-то был небольшим, он как-то странно и незаметно растянулся (визуально так бывает, меняется перспектива), продолжив заполняться едой.

– Ну что ж, подруга, – Руана принюхалась, – давай показывай, с чего начинать, чем запивать и куда выбрасывать непонравившееся.

– Выбрасывать точно не потребуется, – счастливо сощурилась Алиела, узнавая блюда, которыми ее угощал Ник, и вспоминая то, что каким-то образом осело в ее памяти после просмотра его жизни на другой планете. Желудок издал звук согласия, и Алиела решительно подтянула к себе лежащие недалеко щипчики.

Сосредоточенное молчание долго не продлилось. Уже через несколько минут, не отвлекаясь от еды, Руана снова стала допытываться о Нике. Алиела ей не мешала, ей тоже было интересно послушать, что старая знакомая сможет выжать из Умника. Сама бы она не смогла, наверное, вот так нагло приставать к… ну, пусть будет человеку, хоть и искусственному интеллекту. Взгляд у него был совершенно не искусственный, как и эмоции, иногда пробегающие по лицу.

– У нас сильные повреждения были? И что с моим скафом?

Умник молча ткнул пальцем куда-то в угол. Девушки повернулись и с изумлением посмотрели на остатки скафандров. Скаф Алиелы хоть и был разрезан, как и скаф Руаны, но выглядел еще более-менее, а вот у Руаны – какие-то обгоревшие ошметки.

– У тебя, – Умник посмотрел на Руану, – тело сгорело на пятьдесят процентов. Сердце не работало, ливер спекся, мозг теплился еле-еле. Ты, – он перевел взгляд на Алиелу, – жива благодаря ей. По крайней мере, пострадала не так сильно из-за того, что она прикрыла тебя, да еще и растянула свою защиту на вас обеих, а еще подпитывала твой скаф.

Руана задумчиво покачивала в руке щипчики, глядя на их волнообразные движения. Аппетит разом пропал. Как и у Алиелы, которая признательно пожала руку Руане. Вздохнув, Руана положила в рот то, что было в щипчиках, и подняла взгляд на Умника:

– Как долго мы здесь?

Умник завел очи вверх и сделал вид, что задумался.

– Что, трудно ответить? – с сарказмом спросила Руана.

Алиела бросила на нее укоризненный взгляд.

– Трудно, – слегка кивнул Умник. – По объективному внешнему времени – минут двадцать. По внутреннему субъективному – часов десять.

– Это как так?

– Другого ответа у меня нет, – пожал плечами землянин или чай-нии-чан, Руана уже запуталась, как его называть.

– Нас можно будет доставить на наши корабли?

– Сейчас?

Руана мельком посмотрела на нахмуренную Алиелу и покачала головой:

– Я теоретически.

– Без проблем, но лучше дождаться Ника.

– Это само собой. Должна же я посмотреть на совместимого моей старой подруги! Кстати, что он делает сейчас, почему игнорирует гостей?

– Вы невнимательны, сударыня, – неодобрительно заметил Умник. – Я уже сказал, что с момента вашего освобождения прошло двадцать минут. Сейчас Ник разбирается с вашими похитителями.

– А можно посмотреть? – спросила Алиела. – Уверена, что вы можете это обеспечить.

– Думаешь, стоит? – с сомнением протянул Умник.

– Не думаю, что Ник отказал бы.

– Да-да! – поддержала подругу Руана. – Будьте добры, мне очень нужно быть в курсе происходящего! Понимаете ли, от этого зависит присутствие в этой системе нашей миссии, а также действия наших военных.

Умник пожал плечами, и вместо стены с видом на горы появилось большое окно, в котором в полутьме сверкали красные образы-фигуры, собранные из световой иллюминации. И не сразу девушки поняли, что эта световая феерия – работа какого-то оружия. Это Ник пробивался сквозь полчища серых воинов.

Алиела резко вскочила, невольно отбросив назад стул, но Руана схватила ее за руку:

– Спокойно, Алиелка! Он там неплохо и сам справляется! – Наметанным глазом она выхватила суть происходящего и не увидела ничего сверхопасного для буквально пляшущего там человека. Особенно когда на губах Ника мелькнула легкая улыбка.

Алиела медленно села, чудом не упав, – Руана успела подхватить ногой стул и в последнее мгновение подсунула его под попку подруги.

Покосилась на Умника, отметила, что тот не сводит с них глаз, вместо того чтобы смотреть на своего хозяина. Но там происходило намного более интересное действие, и она полностью переключилась на него. В конце концов, она должна понять, что тут происходит.

К сожалению, они поспели к финалу представления, хоть и весьма зрелищному. Ник как-то повел рукой, и все серые развалились на множество некрупных кусков мяса. Зрелище не из приятных, хотя, конечно, то, что это не люди, а серые, сильно сглаживало впечатление. Странно, но рана какого-нибудь животного вызывает более сильные чувства, чем подобная смерть серых… Впрочем, она вспомнила, что бой с взрослой шушей, закончившийся гибелью последней, также не вызывал сильного сожаления, а лишь благодарность за красивую схватку.

Огромная жар-птица, как назвал ее Умник, спокойно прожгла толстенную стену, с которой даже Руана в своем скафе вряд ли бы быстро справилась. А вот и Элхор. Алиела снова задергалась, пришлось ее успокаивать. В какой-то момент камера, если это была камера, пошла по кругу, демонстрируя или фиксируя то, что находилось в этой комнате. Руане показалось, что Ник с кем-то говорил, но, возможно, ей просто показалось. Когда камера вернулась к нему, Элхора уже не было на месте.

– Все, твой брат, Алиела, уже здесь, в медицинском центре. Пока пусть приводится в порядок, потом посмотришь.

Девушка кивнула и наконец успокоилась.

Тем временем там, где был Ник, происходило непонятное. Огромный шуша, самый натуральный Шушилла, запросто ходил сквозь стены и приносил неподвижных серых, каким-то образом складывая их штабелями прямо в воздухе.

– Кто это? – не выдержала Руана.

– Как бы тебе сказать… – пробормотала Алиела, поставленная в тупик вопросом. Потом повернулась к Руане и показала свой рисунок на руке, с прошлого раза немного изменившийся: – У Ника вот такой же. Только он может из картинки превращаться в реального шушу. – Она махнула рукой в сторону базы серых, где зал уже наполовину заполнился телами, оставляя свободным только центр, где и находился Ник, терпеливо чего-то ожидая. – И не спрашивай, что это такое и как это возможно. Я смутно понимаю, но правильно объяснить не смогу.

Руане показалось, что Алиела была не совсем искренна, но лишь кивнула. Не сказать, что Алиела была совсем уж ментально закрыта, чтобы считывать ее эмоции или мысли, но Руана чувствовала лишь общий фон, по которому мало что можно сказать. Поэтому она отложила это на потом и продолжила смотреть.

Тем временем Ник стал ходить между телами и выборочно дотрагиваться до их голов.

– Что он делает? – заинтересовалась Руана.

Алиела помедлила с ответом. Точно она не знала, тем более ничего подобного в памятке от Ника не было. Но догадывалась.

– Мне кажется, что он считывает информацию из информационного поля.

Руана удивилась:

– Насколько я в курсе, даже ты, признанный специалист, вот так просто делать такое не можешь!

Алиела пожала плечами и улыбнулась:

– Ну вот такой у меня совместимый.

Тут неожиданно вмешался Умник:

– Предлагаю использовать термин «муж», ибо даже на вашем языке, на мой взгляд, «совместимый» звучит не очень благозвучно.

Руана обалдело воззрилась на него:

– Откуда вы знаете веганский язык?!

Умник развел руками:

– Я знаю несколько десятков языков, и ваш, веганский, не является для меня чем-то особенным. Я знаю все, что знает Ник. – Он посмотрел на изображение, где Ник как раз привел в чувство одного из серых и протарахтел что-то на их языке.

Руана покачала головой. Язык серых даже она не знала – слишком сложный. Их голосовые связки не способны воспроизвести нужные обертона.

Серый что-то протарахтел в ответ. Ник нахмурился, потом схватил серого за ногу, размахнулся и ударил об пол. Поднял и ударил с другой стороны от себя. Руане вспомнилось, как малыши шушей пытаются совладать с пойманной добычей, – так же схватят зубами и давай бить об землю.

Как уж землянин не расколошматил серого до смерти, непонятно, но тот был жив. Ник подбросил его, и он завис вверх ногами, и его лицо оказалось как раз напротив лица допрашивающего.

Ник снова что-то протарахтел.

– Вы можете перевести, о чем они разговаривают?

Умник отрицательно покачал головой.

– Пусть Ник сам потом расскажет, что сочтет нужным. Я не думаю, что это хорошая идея.

Руана недовольно повернулась обратно к изображению.

Ник меж тем оживил другого серого, снова задавал вопросы, кое-кого бил об пол, возвращался обратно.

– Психика у них слишком перекручена, – неожиданно подал голос Умник. – По крайней мере, у высокопоставленных. Сразу не подберешь ключик подчинения, если только не ломать мозги, а тогда мало что достанешь из них. Вот он и расшатывает им соображалку… – Умник замолчал и подался всем телом к картинке.

– Что случилось? – забеспокоилась Алиела. Что-то кольнуло ее в сердце.

– Блин! Надо же! Случайность, скорее всего, но, кажется, совпали некоторые параметры психического состояния Ника и его связь с астралом. Надо бы закрыть эту дырку…

– Да что происходит?! – Алиела расширенными глазами смотрела на Ника, который вдруг стал меняться.

Ник

В принципе сначала все шло более-менее нормально. Я снял много информации с серых, даже не прибегая к сканированию их мозгов. Но, к сожалению, эта информация в основном касалась именно этой базы. Обычная исследовательская база, более-менее универсальная: в ней можно проводить исследования как планет, так и биологических существ. Универсальный исследовательский модуль. Закидываешь на планету или оборудуешь под землей и спокойно можешь работать. На Плутоне активно заниматься было нечем, поэтому ресурсы данной базы использовались остальными базами, расположенными в Солнечной системе, а особенно той, что располагалась на Земле. Вернее, на моей родной планете их было десять. Причем разных типов, не только универсальные, как эта, но и расширенные под специфику планеты. Если быть еще точнее, на Земле их осталось девять. Одна недавно была уничтожена неизвестно кем. Ну, мне-то известно. Хе-хе. В общем, сюда еще перекидывались материалы и исследования, которые желательно было укрыть от взора Комитета.

Потом неожиданно для меня оказалось, что у некоторых серых стоят довольно неплохие ментальные блоки. Правда, не естественные, а скорее наложенные извне. Грубоватые, но довольно эффективные. Фигня вопрос. Поддерживались они устройствами типа шейных браслетов. Сломал один, развоплотив его, а тут запустился процесс ментального форматирования. В общем, не успел я перехватить его, да и не догадался сразу, и один помер. Зато отследил, где активировался процесс форматирования, от него и плясать стал. Раскрутил схему ментальной защиты. Снял. Но эти параноики еще и в мозгах чего-то такого накрутили, то ли химией, то ли генетическими изменениями, что их реакции на воздействия через ауру и все прочие тонкие тела и энергетические конструкции не давали стандартных откликов, а значит, и нужного результата. Правда, заметил, что жизненный ресурс от такого вмешательства сильно страдал, но это их выбор.

Но что же делать? Мне хотелось получить по максимуму нужную информацию от тех, кто много знает. Это местные ученые и организационный состав. Можно, все можно – и найти нужные позиции, и понять, куда сместились точки приложения сил и их характеристики. Но это время. Пока думал, рядил, внушал местным уважение, злился, ибо злость давала нужное направление думания, не заметил, как поймал из астрала очередную плавающую психомаску. Только потом я это осознал, заметив, как это нечто пролезло сквозь защиту моего астрального домика (ха-ха, защита! Уровень не тот – защищаться от такого!). И, как мне кажется, смог укрепить ее уже по-новому. Вероятно, до следующего слома. Увы! В отличие от реальности в астрале проверить устойчивость защиты можно, только столкнувшись с ломщиком более высокого уровня. Но это было потом.

А на тот момент поперло. Снова сменилось мировоззрение, и я стал воспринимать происходящее как правильное. Разум, образы, мысли, воспоминания, даже Драко – все закрутились в моем сознании и перед глазами, сплавляясь во что-то сначала непонятное, а потом в образ, еле-еле поместившийся во мне, – образ синекожей богини.

Я оглядел свои четыре руки, увешанные платиновыми и золотыми браслетами. Как пианист, пробежался всеми двадцатью пальцами по воображаемым струнам. Переступил ногами. Ножные браслеты зазвенели колокольчиками, от звука которых реальность пошла волнами. Пояс из человеческих рук колыхнулся на бедрах, напоминая о неумолимости действия кармы. Впрочем, напоминать он должен не мне, а тем, кто на меня смотрит и поклоняется. Темно-синий цвет – цвет времени, бесконечно космического, вечного… Цвет смерти. Черный цвет – незамутненное состояние пустоты. На шее у меня висят пятьдесят черепов, означающих череду человеческих воплощений. Там еще есть место, и я задумчиво смотрю на него. Это, кроме всего прочего, – отражение моей способности освобождать ум от тела, давать свободу от него, не зависеть от него. Это отражение моей мудрости и силы.

Три моих глаза смотрят по сторонам и одновременно в бесконечность. Каждый из них управляет своей областью – творением, сохранением и разрушением. Я – вечная жизнь и недосягаемая красота. Красота для любого существа, независимо от его предпочтений, воспитания, сути.

Тишина замершего испуганного пространства была мне знакома и привычна. Такое ощущение, что время остановилось на какое-то мгновение, тянущееся и тянущееся. На лицо упала прядь волос. Странно, чувствую, что волосы не должны оканчиваться змеиными головами и иметь свою волю. Ведь мои волосы – занавес смерти, окутывающий саму жизнь, охраняющий ее. Но вдруг приходит ощущение-просьба. Ведь этот образ – волос-змей – дает победу над врагами, превращая их в камень, а еще у далекого славянского народа он являлся хранителем рая. Мои губы трогает улыбка – как все у них, людей, перемешалось без божественного руководства!

Левая нижняя рука непроизвольно щупает пустое пространство – ей не хватает привычной отрубленной головы демона – отсеченного эго. В левой верхней руке появляется меч и резким движением отсекает голову висевшего в воздухе существа, с ужасом, перемешанным с восхищением, глядевшего на меня. За неимением оригинала подойдет и суррогат. Пальцы нижней руки входят в кожу и череп существа – у него отсутствует волосяной покров. Рука удовлетворенно опускается. Через нее в меня входит все, что это существо в своей жизни видело-знало.

Хмурюсь.

– Люди – мои смертные… – шиплю, и мой глаз-разрушитель гневно мечется по пространству, вселяя ужас в присутствующих и тех, кого тут нет, но он обязательно до них доберется. – И только я могу их…

К сожалению, несколько существ превращаются в камень. Кидаю мысль младшему, чтобы не лез, тот расстроенно соглашается.

Я оказываюсь перед предводителем местных. Не знаю как, но знаю, что именно он тут самый главный. Провожу правой верхней рукой, прогоняющей страх, и впиваюсь взглядом в его глаза, а нижней благословляю на исполнение всех его желаний… Только в своем разуме, хе-хе. Его разум раскрывается передо мной, как перезревший орех, и я выпиваю из него, оставив лишь малость, необходимую для продолжения существования во внутреннем, выдуманном его мозгом, мире.

Затем идет второй по важности. Его разум тоже открывается предо мной, но я его уже не стираю из реальности, ибо это бессмысленно. Но вкладываю ему в голову служение мне. А они не безнадежны! Ищут же дорогу к вечности, пусть и неверными путями. Люди в этом плане намного более целостны и идеальны в перспективе, да и дорогу верную нашли, хоть и трудную да долгую. Но и этим надо дать шанс.

Решено! Накладываю благословение на всех присутствующих. Теперь они под моей защитой и встанут на правильный путь постижения. Пусть не сразу, но…

В голове меня-человека мелькает недовольство выбранным решением. И он по-своему прав. Некоторые постулаты требуют подтверждения чувственными методами, и это тоже случится. Даю тебе право приносить мне жертву, но вижу, что ты не будешь. Пробегаю мыслью по деяниям человека, тело которого занимаю. Удивительно, но идет он правильным путем. Только очень-очень длинным. Сложно достичь совершенства и истинного бессмертия души, используя одно тело. Оно – лишь точка приложения и реализация кармических правил и уроков. Без них ему сложно будет. Впрочем, этот путь тоже по-своему прекрасен и полон удивительных открытий и свершений. А мое вмешательство… Жаль, но в рамках текущего пространства-времени оно ограничено и не сильно влияет на обстановку.

Я окинула взглядом Галактику и улыбнулась. От моего сердца пошла волна благодарности, пронизывая пространство и время. Благодарность за то, что вытащили меня из «ничто», персонифицировав в то, чем я когда-то была, но забыла и растворилась в болоте пространства-времени. Вижу очень длинную цепочку причинно-следственных связей, на которую нанизано множество целей-смыслов и задач. Мое звено этой цепочки потускнело, свершившись, но сколько еще сверкало в будущем! А мне давно пора идти дальше. Но сначала… Игру ломать не буду, но один долг человечку отдать надо.

Посмотрела – может, заблокировать ему память? Проанализировала вероятности и поняла, что ничего это не изменит. Он достаточно разумен, чтобы не совершать очевидных ошибок. А неочевидные работают на игру. А кроме того, очень многое завязано на его собственный выбор, иначе цепочка рвется. Ничто не бывает таким прочным, как естественная причинно-следственная связь, которая фиксируется миллионом сопутствующих, неявных и порой неважных событий. А чтобы все-таки не ломать игру, то, что сейчас произошло, он увидит полностью, но через призму своего разума и знаний, а не моих.

Я – богиня Кали, символ вечной жизни и космическая сила вечного времени, принимаю жертву расы терхнотрапокастровр в качестве вечных служителей моего культа. Накладываю на эту звездную систему, в которой сейчас нахожусь отражением, свою метку-суть. Отныне любой представитель расы терхнотрапокастровр, посетивший эту систему, будет приобретать мое благоволение и увидит указующий свет пути своего развития. И никогда он не сможет принести вред людским расам этой системы – это моя благодарность данному миру и человеку, в теле которого сейчас нахожусь. А жертвы… Жертвы я теперь приемлю только ваши, мои дети. Люди уже сделали свой вклад и оплатили его… Пусть не сразу, но вы поймете, почему так и зачем…

Я с любовью смотрю на все еще живые большие глаза головы моего нового первого служителя, которую держу в руках, и ласково провожу нижней правой рукой по его щеке. Затем раскручиваюсь на месте, вытянув руки в стороны. Колокольчики с браслетов звенят, вызывая нужные вибрации, руки танцуют, мой смех рвет метрику пространства, которое начинает плыть. Меняются перспектива, формат и закон, а я вытягиваю голову, с которой срываются капли крови. Непривычной крови, но все же крови. Капли растворяются в пространстве, фиксируясь своими вибрациями в Солнечной системе и привязывая мое намерение и волю к физическому миру. А я… Мне пора идти.

– За мной, дети мои, – произношу я, напоследок окидывая пространство левым глазом творения и средним – сохранения, и ухожу.

Избушка в космосе

– Ничего страшного не происходит, – ровным голосом сообщил Умник, поглядывая на Алиелу. Та немного успокоилась, но продолжала стоять и с тревогой смотреть на Ника. Правда, сейчас он совсем не выглядел как Ник. – Он обладает возможностью формировать произвольные иллюзии. Кроме того, при определенном состоянии психики Ник может цеплять на себя разного рода астральные психомаски, которые максимально соответствуют его состоянию.

– Психомаски? Что это такое? – спросила Руана, не отрывая взгляда от происходящего на экране.

– Это виртуальные образы людей или существ в астрале, а еще образы выдуманных сущностей, вот как тут. – Умник кивнул на экран. – Кажется, это богиня Кали из местного пантеона. Понятно, что ее на самом деле не существует, но множество людей верило в ее существование, тем самым сформировав определенные эгрегоры в астрале и образы этой богини. Собственно, эгрегоры и подпитывали эту астральную сущность. Вот Ник ее и подцепил, а внешность – работа подсознания и его способность создавать иллюзии. Ничего необычного, если так подумать. Разве что необычно то, как все это собралось в одном месте и реализовалось через Ника.

– У меня такое чувство, что Ник сильно отдалился, – сказала Алиела.

– Думаю, это нормально. – Умник крутнул бусы и поймал их ладонью. – Его психика сейчас работает на других частотах. Вообще, надо бы поставить блоки, чтобы такого непроизвольно не происходило, но знать бы как! В принципе определенные мысли на этот счет уже есть, надо только проверить.

– Это опасно для него? – спросила Руана.

– Нет. Такое уже было, и абсолютно без всяких последствий. Зато помогало решить текущую проблему.

Дальше они молчали вплоть до того момента, когда богиня Кали растворилась в воздухе и на пол упал Ник в своем натуральном виде. Тела серых в лаборатории просто осыпались пылью, от которой Ник поморщился, – внутрь скафа она не попала, но, видимо, вызвала у него недовольство. Затем он пробормотал: «Надо доделать дело, пока горячо», – и пропал.

– Куда он? – вскинулась Алиела.

– Не знаю, – индифферентно пожал плечами Умник.

Хотя он прекрасно знал, что происходит (Ник продолжал оставаться на связи), но пока решил не накалять ситуацию: и так он много чего лишнего позволил себе.

Ник

Нормально меня заштырило. С этими психомасками надо завязывать. Только ведь они, заразы, ловят момент, когда условия для них оптимальные, ну а дальше… Дальше мне все уже кажется нормальным. Нехорошая это штука. Да, вреда вроде бы особого нет, но он определенно должен быть! В любом случае изменение сознания под действием информационных внешних воздействий – не есть гуд. Правда, вроде бы и ментальных закладок не появляется – это я могу с высокой долей уверенности гарантировать, но сама психика может поплыть. А психические якоря они такие – фиг сразу заметишь, если вообще заметишь.

Ну вот зачем Драко распылил серых? Не ты? А кто, я, что ли? Кажется, это одна наглая рептиличья морда любит заниматься подобными эффектами! Ой смотри мне! Только попробуй уничтожить что-то не то, вмиг превращу в обычную картинку!

Ладно, что-то мне подсказывает, что надо торопиться. Я раскрыл карту заражения серых моими инфовирусами и покачал головой – их распространение было крайне редким, напрямую они все-таки мало общаются. Я снял много информации с серых и выкачал из их мозгов, хоть это и было трудно, – пришлось раскачивать их психику, ловить реперные точки сознания и потом грубо лезть внутрь. Язык я их в принципе уже знал, пусть и не идеально, но вполне достаточно, чтобы понять кое-какие мысли, а уж образы и так были ясны. Ну и общее количество серых вытащил – конечно, примерное, как и их расположение, но уже более точное. Видимо, местоположение их баз не было тайной за семью печатями. Хотя, учитывая их ментальную защиту, то, может, и за печатями… ментальными, хе-хе…

Двадцать пять баз у них было в нашей системе. Вернее, двадцать четыре, если не учитывать ту, что я уничтожил на Земле. Ну и девять – непосредственно на голубой планете, остальные – на Луне, Марсе, Плутоне, на других планетоидах, но в основном на спутниках больших планет. На Меркурии тоже, и автоматическая – на Венере. Кстати, оттуда же я вытащил инфу о четырех известных им человеческих станциях, но, как ни странно, у серых к ним не было никакого интереса. Еще были автоматические станции по сбору информации, ну и для других дел, – это был один из типов летающих тарелок. Создавались они по необходимости на стационарных автоматических заводах. Фактически, используя ресурсы Солнечной системы, они не испытывали недостатка в строительных материалах для производства подобного оборудования.

Были у серых в подчинении еще «эридяне», как я их воспринял (надо будет уточнить у Алиелы), со своей техникой, отличающейся от кораблей серых большими габаритами, но не менее технологичной, чем у серых. Собственно, серые и давали тем нужные технологии. Еще серые знали о наличии в системе восьми других рас, среди которых: более мощные, чем серые, – веганцы, центавриане; еще две, но почти не участвующие в местных разборках, – какие-то наблюдатели. Остальные – на уровне серых или слабее. Но те по совокупной мощи уступали серым и тихо себе поживали, никому особо не мешая. Хотя пару раз серые уничтожали чужие корабли, которые, как они посчитали, влезли не в свое дело.

В общем, проблема была в том, что информация о происходящем на этой станции успела уйти наверх. И что решат предпринять серые, я не знал. Предполагал, что они могут начать большую зачистку или месть, а то и войну с веганцами. Был у них какой-то бзик. Насквозь рациональные, бесстрашные, но боящиеся бессмысленной смерти. И в то же время вспыльчивые. Чем выше по должности, тем более сильные холерики. Это мое поверхностное суждение, вполне возможно, что я не совсем понимаю их, но через призму моего видения мира это звучит именно так.

В общем, все было плохо. В любом случае веганцам не поздоровится, а может, и еще кому. Ну или сильные проблемы возникнут, а это Алиеле прилетит, а оно мне надо? Мне надо спокойно отдохнуть со своей девушкой. Поэтому я видел единственный выход: как минимум посетить главного руководителя серых в нашей системе, а может, и остальных, если ничего не выйдет. Как я понял, без решения и отмашки самого высокого начальства серые просто будут ждать, пока кто-то наверху вынесет решение в рамках своей компетенции. Жутко не хотелось, но другого выхода я не видел. И посоветоваться не с кем. К земным друзьям обращаться тоже бессмысленно – у них нет в голове того информационного образа, что я получил от серых. А формировать мемокопии – так еще надо самому инфу до конца обработать, подготовить и так далее. Времени просто нет. Да и вообще, не уверен я в реакции землян. А сейчас для меня главное, чтобы начальство серых не отдало команду на активные действия. А подобный вариант развития событий я видел в сознании начальства данной станции.

Мне очень сильно повезло, что главная база серых находилась на Луне. Вернее, не так. Все расы, входящие в Комитет, обязаны иметь представительские офисы-базы на Луне. Непонятно зачем, но четко дает понять, что там есть кто-то главный, и он должен иметь доступ к… ну, скажем, к послам входящих в эту структуру рас. Понятное дело, не факт, что главный серый должен находиться там, тем более что место, где чаще всего он изволит отдыхать или руководить дистанционно, находится на орбите Нептуна. Но именно сейчас, возможно, он как раз тусуется на Луне. После того как Алиела вторглась на их базу, состоялся сеанс связи с большим начальством, и оно на тот момент находилось на Луне и вроде как не собиралось никуда оттуда в ближайшее время уходить. Зачем-то он, посол, а по совместительству главный из серых в Солнечной системе, Комитету понадобился, чем был сильно недоволен, что и не преминул выплеснуть на местных работников.

Мне изрядно повезло. Ведь, даже зная, где какая база находится, я до сих пор не нашел способа нормального прыжкового путешествия по Солнечной системе. Хотя как минимум один инструмент, который сможет хотя бы примерно определять свое расположение, у меня был. Земляне к этому моменту наработали просто изумительные программы для искинов по ориентированию в пространстве. В первую очередь, конечно, по сферической визуальной картинке космоса, а во вторую – по разным энергетическим аномалиям, в том числе по радиации и каким-то другим космическим излучениям. У меня последних не было, но и так тоже неплохо. Точность довольно условная – от единиц и до сотен тысяч километров, в зависимости от расположения, но вполне нормальная для некоторого ориентирования. При приближении к известным космическим объектам точность увеличивается. Но вот прокладывать путь по такому не получится. Впрочем, мне пора уже своим озаботиться. Как на Земле, так и в космосе.

Прыжок на Луну, повторное снятие информации из астрала, совмещение с полученной информацией-картой от условно-добровольных помощников… и вот уже я стою около внешнего шлюза одного из выходов, спрятанного в глубокой расселине. Под ногами знакомая лунная пыль и серый пейзаж.

Немного постояв, запустил инфомагических шпионов под почву и под разными углами в сторону центра базы и по расширяющейся. Двигаться по криволинейным сложным траекториям они пока так и не умеют, что вообще-то нонсенс, но вот двигаться по инерции более-менее могли. А конструкты тут в закрытых бронированных помещениях в качестве транспортного средства все-таки почти не эффективны. Пока сделал относительно несложный вариант – повесил модуль на основе инфокомпа, который раскидывал инфомагические датчики по разным прямолинейным направлениям, тем самым собирая информацию по базе и формируя карту, а также наличие и расположение живой силы.

Тут мне в голову пришла одна мысль. В информсети сами по себе информструктуры не двигаются, даже когда предмет таскаешь туда-сюда, но плетения могут перемещаться. Я и сам в ней как-то мысленно передвигался и разные штучки делал, связанные с инфосервером. Проблема в том, что двигаются они где-то там, в глубине, возможно, виртуально, не выходя на поверхностный слой реальности. В принципе если отловить тот импульс, который я им придаю, меняющий им вектор движения, то поменять движение можно… Трачу на это дело какое-то время, и получается поймать это воздействие. Потом сумел придать плетениям эти свойства, запустил и увидел именно то, про что и думал. В инфосети плетение послушно стало двигаться по кругу, а вот в реальности оно после нескольких мгновений пропало. Как бы ушло вглубь. Что и требовалось доказать. Надо делать привязку к нашей трехмерности. Забавно, что брошенное мною плетение послушно остается привязанным к этому слою реальности, что и позволяет мне нормально инфомагичить. Кажется, тут где-то крутится и решение задачи создания космической навигации. Ладно, пока оставим то, что работает. Пусть мысль отлежится.

Сам же по-быстрому сгонял на новую станцию, я бы даже сказал – на прекрасную базу, созданную мной из корабля «Луч», посмотреть, как там дела. Суета сует. Машины, машины, люди в скафандрах ползают по поверхности Луны и по кораблю, летают низенько и не низенько… Ведется оживленный разговорный трафик. Мои знакомые по переписке тоже обосновались на новой станции. Однако людей все же маловато для такой махины. Видать, еще не собрали, а может, и незачем тут находиться толпе народу. В общем, пока еще ничего не определено, как я понял. Где-то в паре километров обосновались небольшой станцией наблюдения то ли американцы, то ли англы. Наверное, не пускают их еще, не договорились. Где-то в километре над станцией почти неподвижно висела летающая тарелка, скрытая под полями невидимости или еще какими, но я почему-то их вполне отчетливо видел. Хрен знает, какой диапазон зрения, я специально не подстраивал, но вот выделил. Возможно, биокомп уже сам подстраивается под мои потаенные мысли, что-то лень разбираться пока… Потом подумаю.

Присмотрелся к ней – такой тип мне был знаком по обрывкам знаний, полученных от серых. Это автоматическая станция наблюдения. В качестве искина может использоваться специально выращенный серый, а может управляться и без него, чем-то вроде наших компьютеров.

Посмотрел на лог работы компа-картографа. Тут база была большеватая, а «обстреливать» ее инфомагическими камерами наблюдения надо поплотнее, чтобы все закоулки просмотреть. Можно было бы ускорить процесс – с разных сторон обследовать или еще как-то, но времени и так немного займет, а я еще не придумал, как себя с ними вести. Присев на камушек и любуясь на далекий полушар станции, задумался. Убивать всех серых мне не хочется – это явно не решение проблемы. Был бы я видящим, тогда еще можно было бы пободаться, выбрать наилучший вариант, а сейчас надо придумать что-то нейтральное, чтобы и припугнуть их, и в то же время не спустить с поводка, – от страха мало ли чего могут накуролесить. Отпугнуть глобально серых от Солнечной системы мне, вероятно, не по силам. По крайней мере, без хорошего плана, а он-то как раз никак и не рождался. Да и как его можно построить, если ни фига я не знаю о целях и задачах серых и их менталитете? Так, по вершкам только, но это скорее запутывает, чем открывает глаза. Главную инфу я ухватил, конечно, но многое просто закатал в шар мемокопии, без каталогизации и анализа, – на будущее, ибо слишком много там ее, а действовать надо уже вот-вот.

Анализ станции серых закончился, а я так ничего и не придумал. Развернул карту и удивился. На всей базе диаметром несколько километров и глубиной метров пятьсот находился только один серый! Хм… странно. А ну-ка, что поделывают «зараженные» мною серые? Я развернул хиленький граф, который так и не построился нормально. Всего-то несколько сотен серых на нем было…

Вот именно что было! Сейчас все эти серые отмаркировались серым цветом, извините за тавтологию. Поочередно выбрав нескольких, убедился, что они отсутствуют в этом мире. То есть даже тел нет – инфоплетения наблюдения еле-еле держались за затухающие информструктуры тел, а некоторые уже и просто так висели в пространстве, потеряв основу, за которую цеплялись.

Что-то не нравится мне все это. Да и один серый на базе – на ловушку похоже, хотя ею все-таки вряд ли является. Интуиция тоже молчит. Скорее напоминает подготовленную сцену, а вот кто там будет актером, а кто режиссером – непонятно. Ну ладно. В любом случае надо дело делать.

Я встал, потянулся, напоследок глянул на станцию – все же красиво получилось! Оставил около камня в пыли следы босых ступней и растворился в вакууме.

Высший Прах

В фальшивом окне зала, в котором обитал Прах, отражалась пустынная поверхность Луны, спутника Земли. Он любил такие пейзажи, они напоминали ему детство. Редко, но порой на него накатывало, хотя он старался не показывать свое состояние. На самом деле Луна у них называлась просто спутником, серые никогда не маркировали их, если они были единственными, а Земле они дали длинное название, которое вольно можно перевести как «Та, что скрывает в себе суть». Но так красиво называли они только заслуживающие того планеты. Хотя в обиходе, если это не сильно напрягало язык, предпочитали использовать одно из названий местных жителей, наиболее легко приспосабливаемое для общения между собой. Впрочем, такое редко случалось. Но тогда название можно было и переиначить на свой лад.

Прах даже руками помахал, сбрасывая наваждение воспоминаний. Защитная реакция психики. Прах покосился на кучку то ли пепла, то ли песка… Не важно! Важно, что это все, что осталось от Ама – его заместителя. Проклятые веганцы, земляне и Комитет в целом! Явно все ополчились против них, серых! Столковались, а может, и Комитет подкупили! Не важно, что центавриане не берут взяток и вообще такого понятия у них нет, но как иначе объяснить произошедшее?

Все серые на базе просто перестали существовать. Только пыль, в которую они превратились, носится в воздухе, подхватываемая системой вентиляции. Один Прах почему-то остался в живых. Непонятно почему, но обнадеживает. Другие базы тоже перестали отвечать. Разве что эридяне, постоянные спутники и помощники, остались целы, шлют запросы о происходящем. А что он может ответить, если сам ничего не понимает? И связь с домом не устанавливается – вдруг неожиданно местное Солнце выбросило несколько протуберанцев, и с этого момента связь перестала работать. Связи никакой нет, хотя их технология способна работать чуть ли не внутри звезды. Слишком много совпадений в последнее время, и они все складывались в непонятную и совсем иррациональную систему.

Слева что-то мелькнуло. Прах покосился туда. Еще и воздух стал странно себя вести – где это видано, чтобы внутри помещения он закручивался в небольшие смерчи? Захватив прах Ама, смерч немного подрос и остановился. Черная воронка несильно шевелилась, немного наклоняясь то в одну сторону, то в другую, будто присматриваясь. Прах не боялся. Чего бояться законов природы? А вот то, что он провалил свою миссию, в чем уже перестал сомневаться, нагоняло дрожь разочарования и страх пустоты: его имя теперь станет нарицательным среди множества подобных имен, а потомки его будут над ним смеяться вместе со всеми, тыча пальцем в его слабость и неспособность выполнять свою выбранную функцию.

Тем временем смерч приобрел четкие очертания и окончательно сформировался в образ странной особи женского пола их расы. Они ничем особым не отличались от мужчин: ни внешне, ни по функционалу в социуме, разве что имели возможность рожать при желании. Этой способностью почти не пользовались, предпочитая генетическое формирование плода и выращивание его в специальных инкубаторах. Однако никто не отнимал у женщины право родить ребенка самостоятельно. Единственное неудобство состояло в том, что в этом случае женщина сама выбирала себе пару и начинала выделять определенные феромоны, действующие только на конкретного мужчину, лишая его силы воли и возбуждая его центры размножения. И тогда у него почти не оставалось шансов отказаться. А никому и не приходило в голову отказываться – особого удовольствия мужчины не получали, но и негативных последствий тоже не возникало, зато позволяло на полпункта увеличить свою значимость в обществе. Немного, но и от таких крох никто не собирался отказываться. А неудобство состояло в том, что особи мужского пола на некоторое время могли терять возможность выполнять свою основную функцию, что иногда негативно сказывалось на карьере. Несмотря на это, выполнять свою древнюю функцию по размножению иррационально считалось делом почетным.

Эта же самка, мало того что была иллюзорной, хоть и хорошо сформированной, собрав для своего тела всю пыль ближайшей округи и прах остальных умерших (он видел, как тот стал проникать в зал через щели вентиляции), отчего воздух стал чист и прозрачен, как всего каких-то полцикла назад, так она еще имела на своем теле украшения, совершенно нетипичные для их расы. На поясе у нее висело множество рук серых, создавая что-то вроде юбки. Голова блестела привычным отсутствием волосяного покрытия, но сверкала так, что Прах позавидовал – так блестеть кожа на голове может только у идеально здоровой особи в расцвете своего периода. На шее у нее висели уменьшенные копии черепов землян или веганцев, что очень понравилось Праху (не любил он их), но вызывало вопрос – зачем. Было у этой особи и два отличия – четыре руки вместо двух и три глаза. Непонятно, как они помещались на лице, будучи довольно большими, но что-то в этом было притягательное. В одной из рук особь держала голову Крухха – руководителя дальней базы, где спрятали пойманного веганца… Ну что ж, кое-что стало проясняться.

Пришелица с интересом смотрела на Праха, высверкивая бликами в больших глазах. Прах также с интересом ее рассматривал. Никакого страха он не испытывал, но и не понимал происходящего. Поэтому по привычке просто молчал и наблюдал.

– Так вот ты какой, мой новый первожрец! – раздался громкий женский голос.

От его мощи у Праха затряслась голова, ноги ослабли, и он неожиданно для себя упал на колени.

Ник

Я шел по базе серых, иногда перепрыгивая из коридора в коридор, из комнаты в комнату. Так сказать, рассматривал в натуре, постепенно приближаясь к залу с единственной фигурой серого. Интересно же! Разумеется, сам я находился под пологом невидимости, а впереди шла моя материализованная копия. Это я хотел посмотреть, есть ли внутри системы защиты и если есть, то какие. Пока ничего не говорило об этом.

Почему-то было много пыли или чего-то подобного – очень похоже на остатки серых на Плутоне. Не нужно быть гением, чтобы провести параллели. Однако там был только я со своим Драко, или Шушиллой, как он предпочитает теперь называться. И, скорее всего, там именно он действовал, хоть и отнекивается. Ну а тут-то кто покуролесил? Ясно, что все это связано со мной, но каким образом? Неужели я как-то сумел через астрал и астральные техники навесить на них вот такое проклятие смерти? Кстати, куда энергия-то смерти делась?

Своим постоянным фоновым подключением к астралу я чувствовал какие-то энергетические эманации. А еще неясные образные фигуры, которые никак не могли успокоиться и принять нужную форму. Чем-то они напоминали мне структуры, что я видел около церкви в Новосибирске или во время молитвы тибетцев, но здесь они явно послабее.

Коридоры и комнаты были странными, но уже узнаваемыми – мне приходилось с ними сталкиваться, да и база на Плутоне не сильно отличалась своим стилем. Да, пожалуй, стиль – самое правильное слово. Причем, что удивительно, хоть он и чуждый, но вполне приятный. По крайней мере, на мой вкус. Светло-серые тона, много стен с фактурой поплывшего камня, тут же сменяющейся на металлические или белые ровные поверхности. Вот эта оплывчатость часто соседствовала с ровными гранями и углами.

На полу валялось много вещей, частично покрытых пеплом – останками серых. Промелькнул зал со знакомыми колбами, в которых они выращивали своих… Уж не знаю кого, то ли работников, то ли граждан, то ли рабов. Вместо прозрачной жидкости там находилось нечто мутное. Видимо, и там тела рассыпались в пыль.

Место, куда я стремился, больше походило на обзорную площадку, чем на что-то другое. Полностью пустой круглый зал, почти весь по окружности прозрачный и транслирующий поверхность Луны. С отступом от стены-экрана где-то на метр просматривались какие-то отверстия в полу. Быстрый скан показал, что там находятся странные, но все же стулья. Видимо, при необходимости они выдвигаются.

У самой стены, уткнувшись в нее головой в совершенно земной позе, будто пытаясь остудить голову, стоял серый. Прахом его звали. Это самая близкая звукосмысловая ассоциация. То есть с «прахом» земным оно не имело ничего общего, однако первое, что приходит в голову, когда хочешь его произнести по-русски, выходит не трещеточная последовательность, а именно Прах. Заморачиваться этим я не стал, работает – и работает. Хоть и непонятно, что это за переводчик такой.

– Пришел? – неожиданно протрещал Прах.

Я реально удивился. Как-то не ожидал именно такого начала… ну, пусть разговора.

– Ждал? – спросил я.

Прах повернулся и уставился на меня своими громадными глазами, в которых при всем желании невозможно было увидеть хоть какие-то эмоции. Ну это с человеческой точки зрения, а я ведь себе в голову загрузил немного кое-каких смысловых образов и значений, так что с немым удивлением осознавал, что оно работает, и невозмутимость инопланетянина раскрывалась передо мной множеством значений и смыслов. Ну и ментальность, конечно, помогла, и даже, скорее всего, именно она, но все-таки забавно было видеть подтверждение смысла из разных источников.

На мой встречный вопрос Прах не ответил. Зато снова отвернулся к окну и заговорил:

– Я не буду играть словами, землянин. Для меня это уже потеряло смысл. Все сотрудники нашей миссии умерли. Нет. Не так. – Прах помолчал. – Они отправились служить и развивать свою душу… Да… Мне были предоставлены доказательства. Она сказала, что мы не умеем верить и поэтому никогда не возвысимся. Но Она нас научит.

Прах снова замолчал, а я недоуменно пожал плечами. Ничего не понял, о чем он там бормочет. Вернее, к чему это все.

– Мы всегда утилитарно подходили к существованию Творца и богов, забыв, что они являют собой один из параллельных, дополнительных аспектов развития мира. Именно дополняющих, а порой и подталкивающих к прогрессу. Иногда и к деградации, да. И такое часто бывает, но это просто как неправильно использовать, например, лазер. Им можно убивать, а можно и лечить. Ты понимаешь меня, землянин? – Серый резко повернулся ко мне и, дождавшись моего кивка (он его, по крайней мере, понял), снова отвернулся. – А использование подобного инструмента не может опираться на материалистический взгляд на мир. Признавая наличие Творца и богов, мы смеялись над вами, землянами, и другими расами, в традиции которых – использовать веру в богов для собственного развития и возвышения, а не использовать божественные знания только для материальной выгоды и технологического прогресса. Мне до сих пор трудно принять то, что мы были не правы, несмотря на предоставленные доказательства. Мой разум борется с проснувшейся во мне верой, нашептывает, что это все игры рас более высокого порядка, например, центавриан. Иначе трудно понять их невмешательство в такие грандиозные события, что происходят сейчас в этой звездной системе. И в то же время я понимаю, что, захоти они, я бы поверил даже в божественность камня, что лежит на поверхности этого спутника. Но даже если это так, я уже не могу свернуть с пути, на который меня буквально за ручку привели. Я чувствую веру в себе и веру в то, что это знание может принести пользу моей расе в перспективе ее развития.

Прах снова замолчал. Интересные вещи творятся! Тут явно есть какой-то мощный игрок с возможностями как бы не круче моих, и мне это совсем-совсем не нравится. Вон как задурил голову серому, да еще и подстроился под события со мной и Алиелой: явно воспользовался моим способом уничтожения серых (пусть это был Драко, но все равно моим). Причем применил его массово. Оставив одного полубезумного серого, чего он добивается? Ведь это же действительно нехилый такой ход! Может, серые и не воспримут это как объявление войны, но как-то верится с трудом. Ну и кто это был? Веганцы? Не похоже, ведь, кроме Алиелы и Руаны с братом, тут их вроде бы нет, да и сложно интриговать с таким малым количеством сил, не зная, кто из противников что делает. Правда, Алиела крута в астрале и вполне может ориентироваться на него, и это мощный инструмент, хотя и там есть свои тонкости и возможности дезинформации. Ну, не Алиела, но кто-то такой же крутой. В принципе Руана как контролер (не знаю, что это означает, но должно быть круто) вполне может владеть управлением астралом как минимум на таком же уровне, а то и похлеще. Но тогда как она попалась в ловушку вместе с Алиелой? Если это и была игра с ее стороны, то очень опасная. На грани фола. Но если смотреть более широко, то тут есть еще какие-то центавриане, а они, по общему убеждению, вообще по своим возможностям чуть ли не боги. А ведь есть и те, кто не входит в Комитет, и их возможности вообще непонятны. Так что везде туман и неизвестность. Чем дальше в сеть, тем хуже пинг.

– Ты, наверное, гадаешь, почему я тебе все это говорю? Дело в том, что ты тоже пешка в этой игре. Игре высших рас и богов. Я даже не испытываю к тебе злости и ненависти, как это было буквально недавно. Теперь я понимаю, что это твой рок, твоя стезя, а мой только что мне раскрылся, вернее, мне его показали. Это тяжелая дорога, но если она принесет пользу моей расе, то я должен по ней пройти. Возможно, эта дорога будет даже непреодолима для меня, хотя я надеюсь… нет – я верю, что эта вера, а также новые знания, что вложила в меня Она, дадут мне возможность преодолеть все сложности и препятствия. Может, это прозвучит странно, но мне кажется, что я даже стал на порядок умнее. Мысли порхают как отражение света на линзах светоскопа… Я думаю… нет – я уверен, что смогу донести ее слово до своего начальства, и оно не сделает опрометчивых шагов, для того у меня есть ее сила, которую я могу призвать в сложной ситуации, есть новые знания и ее сила убеждения…

Прах как бы для демонстрации своих слов взял в руку какой-то предмет из металла, положил на ладонь, поднес к лицу и дунул на него. С руки взметнулась пыль, в которую превратился этот предмет.

– Ты, наверное, думаешь, почему я не применил эту силу убеждения против тебя? Признаюсь, я пытался, пока ты шел сюда. Я верую, но я пока не могу избавиться от логики и сомнений. Своими сомнениями я, конечно, отдаляю момент своего естественного шага на следующую ступень развития, но это приемлемо, и это мой рок. Еще много раз я буду сомневаться, и много раз Она будет меня поддерживать и ставить на путь истинный. Она сказала мне, что ты – точка приложения ее благодарности, и не стоит вмешиваться в плетение твоей судьбы. Однако я понимаю, что Она находится на более высоком уровне развития, а с высоты порой не видно подробно то, что происходит внизу. Я вызвал ее недовольство, попытавшись тебя убить, как используя технику нашей базы, так и с помощью ее силы, чья тень теперь присутствует во мне, и был наказан. Это приемлемо как мною, так и ею, и я буду еще множество раз наказан и облагодетельствован, ибо развитие не может быть прервано полным уничтожением. Каждое наказание, каким бы неприятным оно ни было, есть лишь очередной урок для скорейшего развития… Но есть другая проблема. Мы, раса терхнотрапокастровр, имеем в долгом подчинении (в вашей терминологии – в рабстве, хотя это не точный смысл, скорее в вечном услужении) расу эридян. Это не абсолютное подчинение, и существует определенный кодекс, в рамках которого они нам служат. Несмотря на то что нас в этой системе не стало, они остались. В рамках своего служения они должны отомстить за нашу… пусть будет смерть. Они это так воспримут, как и остальные… Даже мой приказ в данном случае ничего не значит.

– Кого они будут винить? – вклинился я в его монолог.

– Вероятней всего, веганцев и, возможно, вас, землян.

– Мы-то при чем?

– Сильно они разбираться не будут. Что вы, что веганцы эридянам на одно лицо, да и действие происходит в системе вашей планеты. Частично записи вашего сопротивления на базе, что вы захватили, ушли и нам, и им. Только сейчас я понимаю ее слова о том, что порой вязь реальности становится настолько самодостаточной и неуправляемой, монолитной, что даже боги не могут ничего поделать без больших потерь.

– Есть какой-то выход, кроме полного уничтожения эридян? – спросил я.

Прах долго смотрел на меня. В его голове настолько быстро метались разные чувства и мысли, что я стал сомневаться в тугодумстве серых.

– Не знаю, что ты имеешь в виду. Раньше я бы просто рассмеялся на твои слова. Сейчас, зная, как тебе благоволит Она, я не знаю, что и думать. А выход есть, и он единственный в данной ситуации. Я уже сообщил эридянам о произошедшем. Ровно через двадцать три микроцикла на обратной стороне этого спутника они будут ждать представителя или представителей вашей стороны. Координаты здесь. – Он бросил какую-то пластинку на пол рядом с собой. – Это можешь быть ты, или веганцы, или кого хочешь зови, но он должен быть генетически близок вам и выглядеть как вы, земляне и веганцы. Вас может быть сколько угодно, их же будет два десятка управляемых танков-роботов… что-то вроде ваших земных больших экзоскелетов. Только, конечно, уровень несопоставим с вашим. Тридцать мелких боевых летающих истребителей. И десять эридян-воинов с энергетическим оружием ближнего боя. Вы в технике не ограничены ничем. Хоть с центаврийцами договаривайтесь насчет оружия. Правда, о таком никто не слышал, но вдруг вам что-то дадут? Хоть веганскую технику используйте – она на порядок сложнее и лучше эридянской. Последние обычно нашу используют, мы им ее даем согласно пункту договора.

– И в чем смысл всего этого? – Я, честно говоря, не понимал, что за средневековая хрень тут происходит.

– Все просто. Победите вы – они улетят из этой системы как проигравшая сторона. Победят они – просто будут свободны от своих обязательств перед нами в этой системе и могут делать что угодно. Скорее всего, тогда они притащат сюда своих ученых или представителей и, возможно, войдут в Комитет как самостоятельная единица, заместив нас. Не знаю. Или попробуют поискать нового заказчика на свои услуги для тех из своих, кто присутствует в этой системе. Сейчас это один дом, состоящий примерно из трех тысяч эридян. Правда, именно здесь их немного – всего около тысячи, но если дело так повернется, то контракт они будут искать для всего дома.

– А с вами что, уже не будут сотрудничать?

– Могут и с нами, но в другом месте. Сюда, будучи нашими наемниками, они не сунутся. У них свой кодекс поведения, который является основой для их поведения в космосе.

– Как-то все это странно. Любая техника, любое количество противников, – пробормотал я.

Прах снова долго смотрел на меня. В его ментальном плане метались совершенно разные эмоции и мысли, боролись между собой. Наконец он махнул рукой, что у них означало примерно то же самое, что у нас вздох.

– Ладно, подскажу. Надеюсь, Она будет довольна. Очень многие расы во Вселенной имеют общую черту или похожие правила поведения в определенных ситуациях. Кратко можно его назвать – «кодекс воина»… Я только сейчас подумал, как Она была права, когда говорила, что путей развития общественных формаций не так уж и много… – Прах ненадолго замолчал и стал помахивать руками определенным образом, означающим глубокую задумчивость. – В данном случае результат, собственно, не очень важен. Важно поведение отдельных личностей с обеих сторон при смертельной опасности. Если вы будете изначально сильнее за счет техники или количества, ваш рейтинг сильно опустится, и будет учитываться только поведение самих эридян. Даже если они проиграют фактически, то могут выиграть чисто по правилам состязания. Если вас меньше или вы слабее, то изначально ваш рейтинг будет выше. Они должны будут как-то доказать, что они сильнее духом, и могут повысить свой рейтинг, предложив вам сразиться равными силами, снизив свою численность и сделав ее примерно равной вашей. Но это вряд ли. Все зависит от целей. Несмотря на наличие кодекса, его прямой и однозначной цели, на самом деле они могут пойти на снижение своего рейтинга ради победы и свободы в своих действиях в этой системе. А в отношении с другими домами они вполне потом смогут нивелировать падение своего рейтинга другими способами. Так что думай сам.

Я подошел к Праху и встал рядом. Долго мы стояли и молчали. Я думал о своем, Прах – о своем. Странная ситуация и абсурдная какая-то. Изначально и всегда серым было наплевать на человеческую расу, и если посмотреть со стороны, фактически мы с ними являемся врагами. Я уж точно их таковыми считаю. Не лично моими, а человечества. Однако в данном конкретном случае я никаких враждебных чувств к Праху не испытывал. Да, сволочь он, но… Какая-то абстрактная, да и вообще больная на голову. Не знаю, кто крутой такой играет на моей стороне против серых, но хорошо, что он на моей стороне.

– Жаль, что я не увижу ваш бой, – вдруг произнес Прах.

– А что так?

– Она требует от меня идти своей дорогой. Мне надо попасть на одну из наших планет, где разрабатываются планы и ведется контроль их исполнения. Она говорит, что проведет меня своим путем через звездную дорогу, дабы быть на острие времени впереди всех.

– На записи посмотришь, – пожал я плечами.

Прах повернул голову ко мне:

– Возможно, у меня в ближайшее время просто не будет времени. Чувствую приближение большой работы для меня, которой я должен отдать все свои психические силы. Надеюсь, что Она мне поможет.

– Я хочу забрать ваши базы в этой системе себе, – нейтрально сказал я, следя за реакцией серого. – Землянам они будут хорошим подспорьем в космических исследованиях. Ты ведь понимаешь, что я сделаю все, чтобы вы больше не могли здесь резвиться?

Прах долго молчал. В его ауре, слабой по сравнению с людской, но для меня отчетливо видимой, да и в ментальном плане тоже, боролись эмоции гнева, презрения, уважения, негодования, и наконец осталась одна – принятие неизбежного.

– Не все от меня зависит, человек. Я могу лишь предположить, что если в течение местного года мы тут не появимся, то, значит, моя миссия принесла какие-то плоды и, вероятно, вы можете спокойно их использовать. Иначе, скорее всего, наши попытаются их забрать обратно. Решай сам. Она говорит, что мне пора. – Прах вышел на середину зала и остановился.

Я с любопытством глядел на него. Нет, я понимал, что на серого кто-то реально крутой повлиял, и даже побаивался такого же влияния на себя, но я считал, что более-менее к этому готов. Но все-таки, Прах просто поехал головой или действительно за всем этим что-то или кто-то стоит? Несмотря на свою невозмутимость, я реально вздрогнул, когда рядом с Прахом сформировалась фигура серого на пару голов выше моего собеседника. И у этого серого было четыре руки! Три глаза! Ожерелье из черепов и юбка из отрубленных рук! Вот тут мне реально стало плохо. Уж очень нехорошие ассоциации и мысли поперли.

Тем временем многорукий серый, вернее, серая (это точно была женщина) обняла Праха всеми руками, укрыв, как покрывалом, посмотрела на меня и вдруг подмигнула средним глазом (да-да, я знаю, глазом сохранения), и оба они – вроде как виртуально-астральная богиня и серый Прах – тихо растаяли в воздухе.

– Твою же ж мать!

Ник

События повернулись довольно неожиданным для меня образом. Я был готов идти воевать на базу серых, да и шел вообще-то. Прощать им попытку убить Алиелу я не собирался. Элхора мне тоже было жалко, и я бы по-любому полез его выручать, но развязывать войну с серыми ради него не стал бы. По крайней мере, сразу. В целом-то мне совершенно не нравится, что они в нашей Солнечной системе хозяйничают. Да и Комитет их тоже мне не нравится, но все ж, если посмотреть непредвзято, это хорошо, что он существует. Какой-никакой ограничитель для действий инопланетян.

Глянул мельком, что поделывает моя подруга, – ожидаемо пилят с Руаной Умника. Хватило ему глупости транслировать события с базы, а с Луны – нет, теперь разгребает.

– Я просто исследую их, – буркнул Умник, заметив мой интерес. – К Алиеле вопросов у меня нет, у нее отсутствует второе дно, а вот Руана подозрительна.

– Чем же?

– Неполное соответствие внешнего поведения и внутренних реакций. Еще и кристалл в голове у нее совсем другой, нежели у Алиелы. Ну, то есть их компьютер который. Довольно сложная штука. Нечто вроде естественно выращенного симбионта. Реально полуразумное существо со структурой, отдаленно напоминающей кристалл. Вероятно, поэтому они его так и называют.

– Он не может управлять своим носителем?

– Не похоже. Но вот усиливать его возможности или придавать дополнительные – вполне. Пытаюсь проанализировать его со стороны информструктуры, но мощности не хватает.

– Так сделай инфосервер или воспользуйся моими. Пусть потрошат. Не хватало мне еще неожиданностей разных. Кстати, а что там с ловушкой, устроенной серыми? Неужели целый веганский контролер не мог справиться с их техникой?

– Ну, тут не техника как таковая. Просто они оказались внутри горячего плазменного образования, а Руана не успела среагировать. Наверное. Не факт, что их техника тут будет работать. Связи точно нет, если не по каким-то хитрым принципам. Ментальная связь, вероятно, тоже может сбоить или не работать, тут надо экспериментировать. Не знаю. А вот то, что она не смогла вылезти до активации ловушки, – уже непонятно. Копаться у нее в голове я опасаюсь – может заметить и сделать не очень хорошие для нас выводы. Тут сам разбирайся.

– Ладно, можешь как-то незаметно мотнуться на плутоновскую базу и посмотреть снаружи и изнутри? – спросил я. – Может, заметишь что-нибудь.

– Без проблем. А что ты будешь делать с предложением Праха? Примешь вызов?

– Не знаю, – задумчиво пробормотал я. – Вообще, выгодное предложение. Со всех сторон. Выиграешь – уйдут, не выиграешь – скорее всего, найдут себе нового хозяина здесь, а он вряд ли их нагрузит какими-то другими задачами, выходящими за пределы их текущих. Правда, если они сами по себе будут играть свою скрипку, может появиться что-то новое, но на то есть Комитет. Непонятно почему, но в целом он играет на нашей стороне. Странно играет, признаться, очень странно, но в любом случае сдерживает остальных. Другой вопрос, что часто рачительный хозяин очень хорошо относится к свинушке, прежде чем пустить ее под нож, но пока будем надеяться, что в нашем случае это не так.

– Только если не выиграешь, можешь ведь погибнуть.

– Это привычная опасность. Значит, надо сделать так, чтобы не погибнуть.

– Логично.

Ник

Я вдохнул полной грудью запах фруктового сада фазенды Орловых. Да, деревья уже отцвели, но запах остался. Уже другой, не цветочный, хотя и он откуда-то до сих пор просачивался, но все равно приятный.

С крыльца спустился генерал. Ну ясно: все, что происходит на его делянке, не может скрыться от его цепкого взора. Перешагнув через какого-то садового робота, он быстрым шагом подошел ко мне и протянул руку.

– Привет! Как ты? – спросил он, осматривая меня.

Я удивился было, но потом вспомнил, что в принципе совсем немного времени прошло с момента нападения на меня и Кораблева. Я-то уже событиями и мыслями ушел дальше, а они вполне себе могут топтаться на том же информационном участке времени.

– Да нормально. – Я увидел в глубине под деревьями удобные шезлонги, и уж очень сильно мне захотелось на таком посидеть.

Позвав Орлова за собой движением головы, я отправился к заинтересовавшему меня объекту.

Откинувшись на матерчатую спинку, вздохнул:

– Ух! Хорошо! – и вытянул ноги.

Краем глаза отметил, как генерал садится рядом. Из дома прибежал робот с подносом, на котором стояли чайный прибор, розеточка варенья и корзинка с самыми обычными сушками.

– Пробуй, жена делала.

– Мм… – промычал я, проглотив ложку яблочного варенья. – Вкуснотища!

Минут пять мы сидели и просто чаевничали, перебрасываясь незначительными фразами. Мне надо было кое-что в голове уложить, да и эмоции привести в порядок, гармонизировать свое состояние, а генерал с ходу это понял и не стал лезть с вопросами.

– Помогли мои наводки на тех, кто на нас напал? – наконец спросил я.

Генерал аккуратно поставил кружку на стол и сцепил руки на животе.

– Очень помогли, спасибо тебе от наших внешников и безопасников.

– Вообще-то времени мало прошло, – засомневался я. – Как успели?

– Когда знаешь, где копать, в современном информационном мире очень трудно что-то спрятать, не используя нетрадиционных подходов.

– Так они, наверное, и использовали?

Орлов кивнул:

– Использовали. Но не помогло. – Выглядел он как кот, объевшийся сметаны, да и на душе у него было такое же состояние.

– Ладно, меня это не интересует. Делайте что хотите, тут другие проблемы возникли, помасштабней.

Орлов внутренне собрался и спросил:

– Я могу подключить к разговору наших специалистов?

– Не возражаю. Наверное, можно и Кораблева тоже. Насколько я в курсе, он уже вполне здоров.

– Проходит обследование. Все еще в медцентре, но в сознании. Сейчас спрошу, можно ли его побеспокоить.

Я почему-то был уверен, что спрашивать он будет у своей жены. То есть у Ленки. А она хоть и строга чрезмерно, но фишку рубит, когда нужно соглашаться, а когда врубать «не пущу!». Так что не был удивлен, когда согласие было получено.

– Какой уровень секретности информации? – спросил Орлов, потом задумчиво посмотрел на меня: – Знаешь наши уровни?

– Нет, – мотнул я головой. – Сам смотри. Связано это с нашими большеглазыми серыми братьями.

Генерал понятливо кивнул. Через пару мгновений вокруг слегка потемнело. Это погодный энергетический купол почему-то сменил поляризацию. Я вопросительно глянул на собеседника.

– Дополнительная защита от просматривания и прослушивания.

– Круто. Ну тогда и я добавлю от себя. – За несколько мгновений я окружил существующий купол своим, не пропускающим звук, а вот картинку пропускающим, только скорректированную, там не было нас с генералом и всего, что нас окружало, – стола, стульев, виртуальных экранов и прочего. – А что, есть причины так делать?

– Вроде бы нет, но лучше перебдеть. И так на нас со всех сторон давят. И с лунной базой «Луч», и с оазисом. С последним наши пытаются в ускоренном темпе подогнать свои технологии, чтобы можно хотя бы примерно такое сделать.

– Зачем?

– Чтобы не светить лишний раз магию, тем более нет уверенности в ее стабильности, да и в твоем согласии пахать, как папа Карло, создавая везде оазисы.

– Ну, с этим можно что-то придумать. Можно и в более глобальном смысле. Например, вместо Сахары сделать один большой оазис или море. Ну и вообще, могу помочь с восстановлением земель, и даже есть вариант поднять затонувшие территории. Чтобы ты не сомневался, скажу, что у меня есть доступ к инфомагическому серверу, который в другом мире осуществлял стабилизацию орбиты планеты, сглаживание природных катаклизмов, контроль ядра планеты. Для него рассчитать все возможные последствия и не допустить негативного развития вполне по силам. А уж превратить Сахару в оазис, вернее, создать для такого превращения все условия – вообще как два пальца об асфальт. А в том оазисе – там я куролесил, проверял свои силы и разработки, без использования специфического софта этого инфосервера.

Орлов молчал. Как молчали и другие присутствующие. Вокруг нас с Орловым висело шесть виртуальных экранов, генерируемых УНИКами, с которых смотрели разные люди. Некоторых я не знал. Кораблев выглядел бодреньким и явно одобрительно смотрел на меня. С одного экрана на меня смотрел царь. Ну, это я, мысленно прикалываясь, так его назвал. Наконец тихо и незаметно, вплетаясь в ситуацию, меня представили президенту страны. Или мне его, учитывая, кто я, хе-хе. Правда, странно, никого специально не представляли, хотя надписи под экранами были. Я им, видимо, был известен, некоторые из них мне – нет, но все довольно странно выглядело. Впрочем, плевать. Мне это ни к чему.

– Кстати, получается? – Я повернулся к Орлову.

– Что? – очнулся он.

– Получается притянуть ваши технологии, чтобы ими объяснить появление оазиса?

– Вполне, за исключением нескольких мелочей вроде контроля присутствия. Вернее, его воздействия на непослушных посетителей. Ну и само создание подобного оазиса у нас выглядит иначе как внешне, так и по скорости. Хорошо, что никто не видел, как это происходило, за исключением местных бедуинов. Но с ними мы поговорили, они согласны никому не сообщать.

– Вы им верите? – удивился я. – Вернее, смогут ли они устоять, если их будут спрашивать спецы?

– Тут есть несколько факторов. Во-первых, один из первых оазисов уже нашего производства будет создан в пределах их среды обитания и чисто для них. Они там будут хозяева. А мы обкатаем технологию. Только ради этого они любого порвут на части, если он попытается им помешать. А чтобы они могли «порвать», мы даем им несколько БРОКОМов. Дальше всем ставим наши УНИКи с искинами, которые будут контролировать информационную часть соглашения. Думаю, что вся эта канитель ненадолго, – может, год-два, а дальше ценность информации упадет до минимума. Жаль только, что они отказались дать на исследование кольцо преобразования, которое ты им оставил, ну а мы решили, что игра не стоит свеч, чтобы насильно забирать.

Я молча положил на стол между нами точно такое кольцо. Орлов замер и не сводил с него задумчивого взгляда.

– Фабрикой по производству прикольных вещей я не собираюсь быть, но отдельные экземпляры делать не против. Думаю, что другие одаренные со временем смогут их копировать. Пусть и вслепую, не понимая принцип работы. Уважаемый Андрей Иванович в курсе, о чем я говорю. – Я кивнул Кораблеву, тот ответил таким же кивком. – Понимаю, что вам это не очень подходит, но ничего иного пока предложить не могу.

Орлов аккуратно взял кольцо в руки. Глядя, как он с ним обращается, понял, что он в курсе, как оно работает. Впрочем, он не удержался и потыкал пальцем в центр кольца. Потом взял горсть земли и сыпанул внутрь. И сразу же вскочил, так как с обратной стороны кольца образовавшаяся вода попала ему на брюки. На лицах присутствующих людей появились улыбки, что сразу же сменило эмоциональный окрас встречи с тяжелого на чуть выше нейтрального.

– Тут такое дело… – Генерал наконец отложил кольцо на стол и посмотрел на меня. – У нас есть довольно неплохие опреснительные станции, но сложные технологически. И хотя с энергией сейчас особых проблем нет, но создание этих станций – трудоемкий процесс, да и в эксплуатации есть свои неприятные нюансы…

– Неужели внутри страны используете? Есть такие места? – удивился я.

– Есть. В основном мы, конечно, продаем их, но и у нас работает с десяток. Я так предполагаю, что одним вот таким кольцом можно полностью заменить такие агрегаты?

– Я понял. Чисто для внутреннего использования?

Орлов кивнул.

– Хорошо. – Я быстро накидал на стол два десятка таких же колец. – Смотрите, в этих кольцах вдоль грани есть виртуальный переключатель мощности. В качестве исходного материала можно использовать все, что угодно, кроме органики. Можно просто морскую воду пропускать. И еще, раз уж вы сказали, что это для внутреннего использования, то я поставил ограничитель. Работать будет только на территории России. Не обидитесь?

Орлов ухмыльнулся:

– Наоборот, не будет соблазна продать или украсть.

– Жаль, что сама технология вам недоступна, – вздохнул я. – Одаренные смогут когда-нибудь скопировать, но изменить – вряд ли. Я подумаю, можно ли совместить. То есть можно ли из обычного физического мира влиять и использовать инфомагию, но не уверен, что получится.

– Если что, наши ученые в твоем распоряжении.

– Это хорошо, но у меня есть немножко другой вариант. И, кстати, вполне рабочий. Вернее, полурабочий, но можно подшаманить. Знаете, что раньше на Земле жили так называемые атланты?

Орлов кивнул, и некоторые из присутствующих – тоже. Только президент продолжал с полуулыбкой на лице молча смотреть на меня.

– У них была единая всепланетная система управления магией. Астральной магией. Ею сейчас и некоторые обычные современные люди владеют, но не в такой степени, как атланты. В основном, кстати, используют остатки мощностей атлантской технологии. Чтобы было понятней – это что-то вроде Интернета, доступного почти всем, но магического. Распределенная система исполнения желаний, если можно так сказать. В рамках заложенных возможностей, конечно. Ну там огонь разжечь, или пригнать тучу, или полететь куда-то. У атлантов не было прямого ограничения доступа к ней, все зависело от личных качеств и способностей атланта. Чем более ты развит, тем больше возможностей. Вот подробная информация. – Я скинул пакет Орлову по УНИКу. – Если решите, что оно того стоит, могу попытаться ее восстановить. Ну и адаптировать к нашей цивилизации, если надо. А это надо, так как смысловые понятия там были иные. И ценности иные. Так что смотрите, крутите, решайте.

– Отлично, – улыбнулся Орлов и мельком оглядел присутствующих (я понял это по характерному движению его глаз). – Пусть наши умники посмотрят, покрутят, может, что сообразят. Вопрос слишком серьезный, чтобы его решить с бухты-барахты.

Я кивнул, соглашаясь.

– Это все хорошо, но изначально вопрос касался инопланетян. Я прав? – наконец произнес один из присутствующих.

– Ах да… Господа, вам не нужна пара десятков рабочих инопланетных баз в нашей Солнечной системе? Совершенно бесплатно?

Ник

Удивительно, но практически все присутствующие руководители были против моего участия в так называемой дуэли. Это и понятно – в их глазах я был максимально полезен в текущем моем состоянии. В живом. Пусть непонятно, кто я такой, каким образом магичу, но главное, что делаю это на пользу. Что меня больше всего радовало, так это отсутствие попыток посадить меня на цепь. Да, нечто подобное мелькало в мыслях генерала, но скорее в позитивных тонах, типа как шутка, нежели как обреченная неизбежность.

Молчали только президент да Орлов, бросающий на него заинтересованные взгляды. Вдруг взгляд президента сконцентрировался на мне. Все тут же затихли, будто отслеживали его поведение. Забавно.

– Есть ли возможность заключить контракт с эридянами от имени Земли?

На целую минуту воцарилась тишина.

– Вопрос, конечно, интересный, – наконец ответил я. – Не уверен, что это возможно, на страже стоит Комитет, в котором свои правила. Ведь будь это так, уже давно кто-нибудь из наших крутил бы с ними дела.

– У нас есть достоверная информация, что серые, как ты их называешь, давно имеют дело с землянами. Правда, почему-то предпочитают работать с англосаксонскими странами, но факт есть факт. То есть это вполне возможно. Получается, что Комитет подобное разрешает, однако можно предположить, что в данном случае он ставит определенные ограничения, например, на передачу знаний или технологий. То есть какие-то крохи могут уходить нам, но не более того. Логично?

Я подумал и кивнул. Весьма похоже на правду. Почему-то мне подобное просто не приходило в голову.

– Таким образом, если мы сможем заключить контракт с эридянами, то Комитет обязательно поставит свои условия. Например, те же ограничения на передачу технологий, но мы можем просить не технологии, а услуги. Абстрактный пример: доставить астероид такой-то по такому-то адресу либо убрать тот, что слишком приблизился к Земле или имеет опасную траекторию. Мы тоже можем подобное, но нам сложно и слишком накладно. Да и не всегда можем. Сопроводить наши корабли отсюда и досюда. Защита наших кораблей и станций. Нужно узнать перечень услуг, предоставляемых эридянами. Представление наших интересов перед Комитетом. Нас в него, скорее всего, не пустят, ибо не для того он создавался. А вот иметь своего представителя там, одного из них, – почему нет? Тем более, как я понял, самим эридянам вступить в него выгодно.

– Почему?

– Как я понял, Комитет является своего рода показателем уровня развития космической расы. Если ты достоин наравне с другими защищать свои интересы, то будь добр – делай это в рамках общих правил. Если ты слаб, то и твои интересы никто защищать не будет. Эридяне долго ходили под серыми, они не были самостоятельной фигурой в космосе. Вероятно, потому, что они относительно разобщены – об этом говорит наличие домов. Кроме того, у них есть свой кодекс, и, видимо, довольно строгий. А мы знаем, что общественные формации с подобными взглядами хоть и могут быть в какие-то моменты времени довольно мощными и даже самыми сильными за счет своей воли, но в целом проигрывают в ситуациях, где кто-то просто может нарушить свое слово. Это мы видели и в нашей истории, это же мы видим и на примере эридян.

– Ну, это еще не факт, – не согласился министр иностранных дел, Кедров, знакомая мне личность – я его сына лечил. На совещании он порой кидал на меня позитивные взгляды. – Да, такое может быть, но фактов слишком мало, чтобы делать глубокомысленные выводы. Кстати, если это так, то ты предлагаешь Нику проиграть в дуэли? Ведь именно в случае если эридяне выиграют, то согласно своему кодексу они будут иметь право оставаться в Солнечной системе и искать новый контракт?

– Не факт. – Президент вернул несогласие обратно. – Полностью кодекс мы не знаем, но известных фактов достаточно, чтобы понять, что в случае проигрыша они просто теряют право, в первую очередь перед самими собой и перед другими домами, на самостоятельные действия в нашей системе. Однако тот, кто выиграл, с большой долей вероятности может сделать предложение, от которого они не смогут отказаться.

– Точно! – Кедров хлопнул себя по колену. – А в этом случае как выигравшая сторона мы можем уже выставлять свои требования, более строгие, чем если бы просто отреагировали на их предложение контракта. Тогда они бы могли отказать или завысить свои условия.

Президент кивнул и посмотрел на меня.

– А почему Комитет вообще согласится включить их в свой состав, если раньше они были не достойны? – подал и я голос. – Ходили под серыми, а те самовыпилились из нашей системы. Да еще и, допустим, проиграют нам. Вообще же слабыми будут считаться?

Президент усмехнулся:

– Хороший вопрос. Однако я бы на месте Комитета их включил.

– Но почему?

– Тут скорее вопрос политического характера. Я, конечно, не знаю, как обстоят дела в этом Комитете, но если взять за аксиому, что руководящие структуры подобного плана в чем-то похожи в силу общих законов развития разума и различных социальных образований, то они не согласятся с неконтролируемой силой в системе. Отличие эридян от других состоит в том, что их слишком много. Только часть их – тысяча – здесь, но вполне возможно, что и остальные подтянутся в такой ситуации. Прочих инопланетян, не входящих в Комитет, слишком мало, и они не играют какой-либо роли в общем векторе сил системы. Брошенных же эридян проще включить в общую систему, поставить в жесткие рамки, и те, привыкшие повиноваться в рамках контракта, спокойно будут в них существовать. По крайней мере, я бы так сделал, если те решат остаться. С другой стороны, как я понял, никто из Комитета не вмешивается во внутренние дела отдельной расы, а следовательно, поведение эридян в рамках их правил контракт – заказчик – исполнитель не будет корректироваться. И тут мы вполне можем влезть одной из переменных этого уравнения.

– Осталось только победить на дуэли, – вздохнул Орлов, и все перевели взгляды на меня.

– Или просто не являться на нее, – неожиданно возразил президент. Все удивленно посмотрели на него. – Действительно, победа на дуэли была бы отличным шансом улучшить свои позиции в торговле с эридянами, но польза от Николая и так чрезвычайно высока. Потеря его была бы невосполнимой утратой, и даже возможный контракт с эридянами вряд ли бы компенсировал ее. Кое-что обозначу для всех присутствующих. Нам, человечеству, давно необходимо вырваться за пределы единственной планеты, где мы обитаем. Цивилизаций на Земле было много, и некоторые из них приближались к барьеру, преодолев который, они могли бы называться космической цивилизацией. Наши предки уже осваивали Солнечную систему. Есть множество находок – неоспоримых доказательств, что именно земляне возвели множество построек на ее планетах. Но раз за разом кто-то или что-то не давало нам сделать следующий значимый шаг. Последняя катастрофа тоже, вероятнее всего, была рукотворной. Сомнений в этом все меньше и меньше. Но в этот раз нам даже не дали выйти из дома на свой приусадебный участок. Зато, сократив нашу численность, оставили технологии или позволили ими воспользоваться, и, возможно, даже кое-что подкинули. Прошло всего несколько десятков лет, и мы уже осваиваем нашу систему на уровне, превышающем докатастрофный.

Президент немного помолчал.

– Да, максимальное облегчение контакта с Комитетом и вхождение в него, пусть и через прокси-расу, было бы чрезвычайно полезным и открывало бы нам возможности, которые мы сейчас просто не можем представить. Но не уверен, что это не ловушка.

– Ловушка? В каком смысле? – Кедров выразил общее недоумение.

Президент пожевал губы, будто сомневаясь, но продолжил:

– Вы упускаете один аспект, продемонстрированный Ником. Это телепортация на любые расстояния. Это так? – Он посмотрел на меня. – Расстояние ведь может быть любым?

Я кивнул.

– При этом, что важно, никаких санкций со стороны Комитета в отношении нас не было наложено. Вообще. Как будто так и должно быть. А те, кто мог нам теоретически помешать, – серые, которые фактически были нашими противниками, вдруг, как сказал Ник, самовыпилились.

– Да там непонятки какие-то, – хмыкнул я. – Тут с астралом что-то странное. Все эти психомаски… Я до сих пор полностью не разобрался в них.

– И вдруг психомаска стала действовать сама по себе? – Президент иронично поднял бровь. – Я, конечно, не специалист в этом деле, но кое с чем знаком, да и логика подсказывает, что такие совпадения – отнюдь не случайность. Таким образом, я как минимум вижу развилку, предоставленную нам. Или мы идем обычным космическим путем, или нестандартным. Причем если выбрать нестандартный путь, то тут тоже все интересно получается… – Президент внешне как-то расслабился, что ли, и его губ коснулась улыбка. – Телепортация Ника – это только приманка. Чтобы, так сказать, не выпустили из области видимости этот нестандартный путь. Но фактически мы ничего не можем с ней сделать. Это чисто функция Ника, его способность. Да, он, вероятно, может нам наделать много телепортов, но по факту это будет только лишь одним из незначительных шагов для развития в другом направлении. Или значительных, но как бы сопутствующих, помогающих на первом этапе. Неясно пока? – Он обвел взором озадаченные лица присутствующих.

Один Кораблев слегка улыбался. Для него это все явно не было новостью.

– Что есть такого, что существует только у нас и от чего некоторые инопланетяне буквально сходят с ума? Вернее, сходили, пока не самовыпилились. – Быстрый острый взгляд в мою сторону. – Ага, наши одаренные. С каждым годом их становится все больше и больше. Причем становится больше с такой скоростью, что мы вполне можем справиться с этим приростом, при этом умудряемся еще разрабатывать техники по их развитию и использованию. И когда вдруг у нас возникли с этим проблемы, а проблемы возникли, да-да, когда мы уперлись в свой потолок развития, вдруг появляется Ник со всеми своими техниками в магии, причем настолько разнообразными, что глаза разбегаются. Мол, выбирай любую, прямо слюни текут. Сложность в том, что нам, человечеству как системе, подходит только та крохотная часть этой техники, которая может нам помочь преодолеть появившийся барьер. Да, это то, что ты делал со своей племяшкой, Ник, и вместе с Андреем Ивановичем. И даже с Сережей – неодаренным мальчиком. Я говорю про систему персональной тренировки и развитие одаренности. Перешагнуть барьер, не дающий нам дальше развиваться как системе с выбранным вектором. Правда, этот вектор нам постоянно пытаются или согнуть, или обрубить, или ставят вилку. И для нас идеальный вариант – использовать все предоставляемые возможности, но упор делать на наши, те, которые мы можем контролировать и развивать как человеческая раса. Чтобы не зависеть ни от чего и ни от кого. Подарки и подачки часто ломают судьбу. Причем бесповоротно. Ведь даже технологии наших предков, те их крохи, что нам достались, мы осторожно вплетаем в наши научные знания, чтобы не разрушить их или не поддаться эйфории. Фактически мы кое-что придерживаем, пока наша научная мысль не дорастет до этого. Но конечно же не просто прячем под сукно, а стараемся разобраться и, главное, разработать недеструктивную технологию внедрения в нашу жизнь.

Минут пять все молчали, осмысливая слова президента. Как бы продолжая свою мысль, наконец он тихо сказал:

– Космическое направление обязательно нужно развивать. Особенно связи с инопланетянами. Как мы видим, там примерно такой же гадючник, как в любом обществе. Даже мы никак не можем избавиться от подобного поведения, хоть и стараемся, как только можем. И вхождение в эту систему с максимальными фишками и очками может сильно нам помочь. Поэтому я – за дуэль Ника или любых наших воинов и любой нашей техники, и я – за победу. Но подозреваю, что без Ника и его способностей это все бесполезно, и не хочется бессмысленно рисковать жизнями людей. Дальше. Ник может принести нам еще много пользы, как очевидной, так и неочевидной. Все эти телепорты, магия атлантов, восстановление Земли от проявлений прошлого человеческого бытия – очень важно, важнее космической политики. В конце концов, Комитет давно существует и еще будет существовать. И все эти вещи нам сильно помогут сократить дорогу развития, как и подсказки Ника в области одаренности. Последнее для нас – самое главное. Поэтому я против дуэли Ника и его возможного проигрыша. Но напоследок скажу еще одну мысль. Если я правильно понимаю происходящее, вся эта схема и мои рассуждения работают, как ни странно, только в случае свободного выбора Ника. Не знаю, свободен ты, Ник, в своем выборе или нет. Возможно, управляешься какой-то силой, хоть я и не уверен, но твой выбор, твои действия идут точно по обозначенному мной вектору событий. Не исключено, что я переоцениваю свои мыслительные способности, но там, где можно это проверить, я был прав. Поэтому решать тебе, участвовать в дуэли или нет.

Я вздохнул:

– Вы не учитываете одну штуку. На дуэль вызвана не раса людей-землян. А гуманоиды, генетически совместимые с землянами и… веганцами. То есть все, кого можно назвать людьми и кто находится в Солнечной системе.

– То есть веганцы откликнутся? – спросил президент.

Я кивнул:

– Насколько я знаю – да. Если я не скажу им о вызове, то через Комитет они все равно узнают.

– Ну хорошо. Это в какой-то степени облегчает ситуацию. Твои знакомства с ними – это отдельный вопрос, и мы бы хотели поподробней об этом узнать. Веганцы же сильнее эридян?

– Сильнее, – согласился я, – но тут есть одна тонкость. Сейчас в нашей системе только три веганца. Алиела с братом и Руана, их контролер. Брат Алиелы недееспособен, остаются две девчонки. Хотя они сильные бойцы и техника у них отличная, но…

– Но?

– Не могу же я отправить драться на дуэли свою жену и остаться в стороне?

Избушка в космосе

Руана

Руана с огромным интересом наблюдала за метаниями Алиелы. И чем дальше, тем больше понимала, что такого счастья ей не надо. И хорошо, что в свое время избавилась от мечтаний юности, как потом она поняла, возникших не в силу игры гормонов, а по причине формирования обществом определенного образа в сознании молодых веганцев. Вся эта чушь о преимуществах и необходимости совместимости в гармоничном развитии личности не стоит таких мучений. Пусть и осторожная чушь, неявная. Непонятно, зачем вообще она нужна обществу. Особенно при ее довольно редком распространении. Вон как корежит Алиелку от одной мысли, что с ее совместимым что-то не то. Хотя он, конечно, тоже интересный экземпляр. И технику использует очень интересную. Явно полученную от каких-то рас выше по развитию – или от центавриан, или кого-то другого, не менее сильного. И им, веганцам, такая техника будет очень полезна. Кстати, удобное прикрытие они придумали для ее утаивания – какую-то магию. Не очень понятно, что они под нею понимают, кажется, даже Алиела до этого еще не дошла, но налет мистики на какое-то время вполне может сбить с толку стороннего наблюдателя. Вроде нее.

А вообще, можно считать, что Руана свою миссию провалила. Надо было просто найти, за что зацепиться, чтобы… Да ей и не было разницы, для чего. Ясно – чтобы потеснить Ойлу, текущего руководителя, в ее полномочиях. И дело даже было не в этой звездной системе, как поняла Руана, и даже не в борьбе за руководство дальними экспедициями, в которых Ойла временно выполняла свою работу согласно циклическому графику. Следы вели в более высокие управленческие слои Версалии. А та Руана всего лишь выполняла приказ и неофициальную просьбу своего начальства. Ей было несложно, но как же она удивилась, уже прибыв сюда, что нужно было подвинуть давно ей известную семейку. Теплых чувств она к ним не испытывала, но и какого-то негатива – тоже. И уж точно не могла оставить в тяжелой ситуации Алиелку и ее брата. Поэтому и лажанулась изрядно, бросившись спасать девчонку. Правда, успела подать сигнал на свой корабль, чтобы он шел ей на помощь и вытаскивал, – его кристалл вполне позволял самостоятельно выполнять такие функции, но почему-то он застрял. Почему – непонятно. И еще непонятно, как серым удалось так хорошо подготовиться к захвату веганцев. Вроде бы ничего экстраординарного, с чем бы не могли справиться Элхор и Алиелка. И тем не менее они попались.

Все это было неприятно и могло существенно повлиять на карьеру Руаны, но можно вернуться и с прибылью. Во-первых, технологии Ника – явное нарушение правил распространения подобных вещей. Нельзя такие технологии передавать расам, не достигшим уровня их понимания и использования, а земляне его не достигли. В любом случае Элхор должен был сообщить об этом по службе и предпринять какие-то действия. А может, и сообщил, но Ойла не пустила эту информацию дальше. И Руана понимала причину – чтобы самой разобраться и получить дивиденды. Да и вообще это правильное поведение, она сама бы так поступила. Однако же его можно использовать и против самой Ойлы. Легко. И то, что тут есть Комитет, ни о чем не говорит. Он сам по себе, у него свои функции, и если он считает, что так и должно быть, – это его проблемы, в любом случае они должны решаться на более высоком уровне между ним и Версалией.

Но этого мало. В конце концов, не такое и серьезное это нарушение. А вот сами технологии, представленные наверх, могут хорошо эдак усилить эффект от подобного нарушения и уже ей, Руане, принести неплохие дивиденды. Ну и, само собой, пользу Версалии. Чего только стоит медицинская техника, буквально за несколько десятков минут собравшая ее из полуобгоревшей кучки протоплазмы. Причем без всяких последствий. Более того – никогда она себя не чувствовала так хорошо и легко. Видимо, почистили от всех шлаков – и от органических, и от энергетических. Дома такого эффекта можно достичь только за пару-тройку дней в регенерационном центре, но никак не мгновенно.

А еще изолированное пространство в космосе – тоже в голове не укладывается. Хотя, конечно, тут может быть простое недопонимание: например, обычная база с соответствующим визуальным наполнением. Но почему-то кристалл не чувствует окружающего пространства и не может прочитать даже объем самой базы. Может, изначально Руана в информационном поле и слабее Алиелы, являющейся старшим информационным разведчиком, зато ее специализированный кристалл может дать той фору в специфических делах.

Правда, не помнила Руана, чтобы у Алиелы стояла такая мощная ментальная защита, чтобы даже с помощью кристалла она не могла к ней пролезть. Не для причинения вреда, конечно, а просто чтобы контролировать ситуацию, а еще – чтобы быть в курсе всяких разных мелких событий, неважных для Алиелы и прошедших мимо нее, но важных для Руаны. Еще и связи с кораблем нет. Тут тоже непонятно – ее связь должна быть надежнее на порядок, чем у рядового состава наблюдателей, а кристалл не справился с барьером из какой-то плазмы. Или справился, но ее корабль не смог по какой-то причине прийти на помощь, хотя способен сам по себе разобрать ту же базу серых на молекулы, а то и на атомы.

А еще этот странный искин Умник. Довольно сильно выбивается из привычных параметров, но, кажется, ничего особенного. Впрочем, ее кристалл при необходимости может выключить любые искусственные вычислительные системы и еще ни разу не подводил. По крайней мере, на тестах уверенно выключал системы как серых, так и веганцев и хостисов. Точно она не знала, как оно действовало, но при кратком инструктаже говорилось, что воздействовал он не на программное обеспечение, а определенным, хитро закрученным излучением на материалы, используемые для производства искина. Причем набор излучений подобран так хитро, что, ориентируясь на логические конструкции, может подобрать параметры излучения и для неизвестного материала. Соответственно, оно опасно и для биологической основы, но тут есть свои ограничения, больше искусственного характера, чтобы не навредить. Да и защиту при желании вполне можно построить даже с помощью неразвитых технологий, но тут тоже есть свои тонкости – например, небольшие расстояния. В общем, вероятность, что и тут сработает, в целом высока.

Сейчас они сидели на террасе, прикрепленной с наружной стороны к домику. Вокруг открывался бескрайний космос. Ощущения были очень непривычные: что-то стягивало нижнюю часть живота, но та же необычность будоражила.

Алиела раздраженно стукнула чашкой по столу.

– Какой все же вредный этот Умник! – пробормотала она, недовольно кося глазом на стоящего у дальней стороны террасы китайца. – Ну что ему стоит показать, где Ник?

– Тебе самой не странно это твое желание? А если бы за тобой подглядывали, тебе было бы приятно? – Руана, в отличие от Алиелы, аккуратно поставила чашку на стол и нацелилась на следующее пирожное. Эклеры, кажется, называются – очень вкусная штука. Умеют же люди кое-что делать!

– Да понимаю я все! – Молодая веганка устало откинулась на спинку стула. – Нервничаю. Что-то непонятное закручивается. Серые потеряли берега, – Руана подняла брови, услышав новое, нетипичное для веганцев, выражение, – Элхор неожиданно в ловушку попадает, следом я. Потом ты. Не странно ли?

Руана наклонила набок голову, как-то по-новому глядя на Алиелу.

– Мама какая-то смурная была на последнем сеансе связи. Ты прилетаешь непонятно зачем. Следом боевой корабль высылают.

– Корабль? – переспросила Руана. – А почему я о нем ничего не знаю?

Алиела пожала плечами:

– Говорю же, странное что-то происходит.

– Так. Так-так… – Руана постучала пальцем по столу, но додумать мысль не успела.

Умник вдруг развернулся к ним лицом, а рядом с ним появился Ник. Точно такой, каким его видела Руана по удаленной связи. Она с любопытством на него смотрела, чувствуя, как рядом, там, где Алиела, буквально вспыхивает костер чего-то такого… Непонятно горячего, приятного и растворяющего в себе. Она внутренне встряхнулась. Алиела сказала нечто, требующее осмысления, но времени совершенно не оставалось. Именно сейчас был максимально благоприятный момент для реализации ее плана – неожиданность, да еще и кристалл при быстром скане не показал наличия у Ника при себе технологий нужного порядка. Возможно, где-то отдельно хранятся, поэтому сейчас более-менее безопасно. А потом можно будет спокойно поспрашивать. По крайней мере, если не попробует, потом ей душу вымотают ее кураторы – почему не попыталась сделать это. Неприятно, конечно, но ничего не поделаешь, кому-то и такими вещами приходится заниматься.

Руана мысленно потянулась к своему кристаллу. Почувствовав привычный отклик, поставила две задачи – сформировать два расходящихся вектора поражения. Один – для искинов, второй, парализующий, – для людей. Подумав буквально мгновение, добавила немного мощности к паралитическому лучу. Поколебалась, увидев, как расцвела Алиела, но тут же задавила в себе чувство неправильности своего поведения и, уже почти не сомневаясь, отдала кристаллу команду на активацию.

Ник

Ну наконец-то основные дела закончены и появилось немножко времени. Можно и к подруге под бочок прыгнуть – на удивление соскучился. Все никак не привыкну, что, кроме меня, есть еще кто-то. Чувствую, тяжело будет отвыкать от одиночества. Хорошо хоть Умник приглядел за ней и привел в порядок, хотя, конечно, все равно по заднице ему надо надавать, что использовал на Алиеле малоизученный функционал изолированного пузыря по замедлению времени в нем. Так-то оно понятно, что он миллион раз все перепроверил, но досада никак не проходит. Хоть бы разрешения спросил! Ладно, что сделано, то сделано. Надо просто какое-то время понаблюдать за нею, тем более это так приятно… Наблюдать… Ну и не только. Хе-хе.

А уютненько Умник придумал с террасой над космической пропастью! Мельком огляделся, но помимо воли глаза зацепились за вскочившую девушку. Если кто крутил в руках кортик или кинжал с металлическими ножнами, должен знать это чувство. Вот лежат рядом они – ножны и кортик. Не целое, по отдельности красивое, но все же разделенное. Легкий шорох лезвия по ограничителю вкладываемого лезвия и финальный щелчок, окончательно состыковывающий две части одного целого, и вот в руке уже единый объект, можно сказать, монолитный. Так и тут: взгляд за взгляд – и потащило нас друг к другу. Очень прикольное ощущение. Самое непонятное – не хочется снова проверять, магия это или еще какая бяка. Повесил это на биокомп, чтобы молча проверял и не беспокоил. Надо, надо. Просто на всякий случай.

Вот только финального щелчка гарды об окантовку ножен не случилось. Моя защита вдруг полыхнула предупреждениями и через реверсную телепортационную пленку отправила направленное на меня излучение обратно. Но все равно чуток просочилось в самом начале – по нервам пробежал табун мурашек. Надо посмотреть логи, сравнить реакцию системы – почему она не успела отреагировать вовремя. Вернее, откуда задержка, вроде же настраивал на реакцию от лазера, а там скорости световые. Рядом матюгнулся Умник. Только он, в отличие от моей защиты, заранее держал невидимый щит, причем точно такого плана, как и у меня. Я-то его заметил краем, только почему-то не стал анализировать, зачем он. Вот правы были древние, когда писали, что в присутствии любимой женщины мужчина глупеет! Впрочем, есть еще надежда, что это не насовсем. Или совсем пройдет, или сгладится как-то. Что-то не хочется постоянно глупым ходить! Шутю я так, шутю, конечно. Хотя в доле шутки всегда есть неприятная кнопка правды под зад.

Сидевшая за столиком девушка упала головой на столешницу, сильно стукнувшись лбом и разбив в кровь нос. Чашки, из которых девчата пили, подпрыгнули, одна из них упала на бок и покатилась, выплескивая из себя содержимое. Алиела от неожиданности отскочила в сторону и с удивлением стала переводить взгляд с Умника на меня и обратно.

– Чем это она нас? – спросил я, засунув руку под рубашку и успокаивая ногтями зачесавшуюся кожу на животе, сглаживая в нужных местах ауру. Вскоре облегченно вздохнул: – Фух! Прям как муравьев за шиворот насыпали!

– Это что, она? – не поверила Алиела.

– А я говорил – подозрительная она! – буркнул Умник, подходя к скособочившейся на стуле девушке, непонятно как еще не упавшей на пол, – уж больно неудобно она лежала даже для взгляда со стороны.

– Тебя не задело? – Я подошел к Алиеле и остановился. Спустя мгновение она расслабилась и прижалась ко мне. Фух! Думал, в контры пойдет или истерика там какая случится. – А то отражение могло быть не совсем точным.

– Почти не задело, только почувствовать успела легкое касание. – Веганка выдохнула и ненадолго замерла. Потом сказала: – Беспокоилась за тебя.

– Я знаю. – Я втянул в себя запах ее волос, немного прибалдел. Через пару мгновений продолжил: – Чувствовал.

– Эй! А что с Руаной делать? – Умник еще зачем-то потыкал пальцем в разные места лежащей тушки. – Жить вроде будет. Можно так оставить, а можно и полечить. Или в космос выбросить. Что вы предпочитаете? – С совершенно серьезным лицом Умник посмотрел на нас.

Я глянул в глаза Алиелы и спросил:

– Зачем она это сделала?

– Совершенно не понимаю! Хорошо сидели, нормально общались, и вдруг такое…

– А главное – что она хотела с нами сделать и как планировала отсюда потом свалить?

– На что-то, видать, надеялась, – пожал плечами я. – Ну да ладно. Есть дело.

Я приобнял Алиелу и повел к столу. Отодвинул стул, дал ей сесть. Сам пристроился рядом. Умник отошел чуть в сторону и прислонился к стенке. Я поставил лежащую на боку кружку как полагается и оглядел всех. Даже на находящуюся в бессознательном положении веганку посмотрел.

– У нее, кстати, компьютер в башке спалился, – криво улыбнулся Умник. Я внимательно всмотрелся в него. Точно! Эта улыбка называется «кривая»! Вот же зараза, как умеет! А он вдруг вскинулся: – Эй! Это она хотела меня, что ли, убить?

– Это так? – Я повернулся к Алиеле.

А та задумалась, периодически поглядывая на Руану и на медленно растекающееся пятно крови из-под ее лица.

– Не знаю, – наконец вздохнула девушка. – Она, конечно, моя знакомая, за братом когда-то давно ухлестывала, и даже жизнь свою вроде как положила на мое спасение, но на самом деле мы не близки. Она контролер, а чем они занимаются, я не знаю. А насчет тебя, Умник, не знаю. Может, и есть такие средства, но мне они неизвестны. Может, брат знает?

– Вот не читала Руана русских сказок! – вдруг сказал Умник. – А ты, Алиела, их читала?

Веганка вдруг смутилась:

– Ну, кое-что, но не глубоко…

– Не расстраивайся, – хмыкнул Умник. – У тебя еще все впереди. Особенно… Нет, не сейчас. Так вот, там есть персонаж один – Кощей Бессмертный. И знаешь, чем он отличался от других? Нет? Так вот, его смерть находилась в игле, а та была спрятана в яйце, которое само по себе еще было спрятано так, что фиг найдешь! Не понимаешь аллегорию? Нет? Ну, когда-нибудь поймешь. Так вот, перед тобой стоит самый лучший прятальщик иголок в яйцах!

– Угу, – буркнул я, с трудом сдерживая смех. – Особенно если яйца чужие!

Алиела

Поведение Руаны ее не просто поразило, а буквально убило. И ведь она ничего не почувствовала в ее ментальном плане! Правда, обладая обостренным чувством такта, она не пыталась лезть ей в душу, а лишь, как принято в их обществе, поверхностно иногда поглядывала на ее верхний слой чувств. И не видела там ничего иного, кроме доброжелательности. Но было бы странно ориентироваться на внешний слой чувств контролера, правда? Да и в обычной жизни это не всегда помогало: внутренний контроль мыслей – обычное состояние веганца, обучаемого с самого детства, не давал вырываться наружу чувствам. А если и вырывался, то поди пойми, настоящие они или нет. Нет, можно, конечно, копнуть глубже, но у них это считалось очень неприличным.

Несмотря на свою внешнюю легкомысленность, Алиела не была глупой женщиной. Просто ей нравилось такое поведение, оно в какой-то мере соответствовало ее внутреннему «я», да и в жизни помогало. Тем не менее она трезво оценивала события. А разве может быть иначе для человека ее профессии? Информационщики слишком много пропускают через себя информации, причем порой чуждой – вроде культурных слоев, мыслей и поведения, например тех же землян, стараясь адекватно ее анализировать и вырабатывая в себе определенные защитные механизмы психического плана, чтобы не сойти с ума. Ее защитным механизмом стал внешний вид слегка взбалмошной и легкомысленной особы. И это ей нравилось, и нравилось, что это нравится Нику. Вроде бы. Она еще не разобралась до конца, а поэтому не хотела ломать впечатление о себе. Своими отношениями с ним она не хотела рисковать даже в такой мелочи. Совместимость совместимостью, но ломать ее несоответствиями внутреннего представления и другими психологическими нестыковками она совершенно не стремилась. Наоборот, этот буквально дар свыше нужно только удобрять с обеих сторон. По крайней мере, со своей стороны она будет стараться как может, и даже сверх того. Нравится ему такая – она будет такая. Как только почувствует, что есть более полный образ, соответствующий его предпочтениям, – изменится. Требовать от Ника того же она не будет – ей самой достаточно уже одного наличия такой совместимости и того, что она чувствует при этом. Алиела понимала, что это у нее детская психологическая травма определенного характера, возникшая буквально на ровном месте из-за ее впечатлительности, но абсолютно безопасная, а поэтому и тревожиться незачем. В любом случае она сдюжит.

Что касается поведения Руаны и последних событий, у нее в голове будто щелкнуло что-то, и она увидела их новую смысловую связь. Политика, куда уж без нее! И стали понятны и поведение Руаны, и смущающий ранее горький привкус мыслей мамы, и даже то, как и почему они попали в ловушку серых. Правда, последнее не совсем точно, было несколько вариантов, но в целом стало яснее.

Вздохнув, Алиела, начавшая было вставать, чтобы идти вслед за Ником к Элхору, плюхнулась обратно на стул:

– Мне надо поговорить с Руаной. В зависимости от того, что она скажет, и будем решать, доверять ей или нет. Пока не хочу говорить, но это, скорее всего, связано с нашими внутренними делами на Версалии. Вы можете мне это обеспечить?

Ник долго смотрел в ее глаза, а в его мыслях и чувствах веганка ощущала только беспокойство за нее. Возможно, он и играл, маг с его данными вполне может подделывать свои чувства, но почему-то она надеялась, что совместимость их уровня не позволит ей не заметить его игры.

– Ты с ней хочешь поговорить наедине?

– Поверь, тебе это будет неинтересно. А если будет затрагивать тебя или нас с тобой, я тебе обязательно расскажу. Просто я пока не знаю, как все это сформулировать. Земная политическая жизнь довольно сильно отличается от нашей, и мне будет трудно все это адаптировать под твое восприятие.

Почему-то на этих словах в мыслях Ника мелькнул легкий привкус веселья, но глаза его оставались такими же серьезными.

– Хорошо. Но для твоей безопасности я кое-что сделаю. Кроме того, заблокирую ее кристалл. Он не выгорел, как подумал Умник. Просто отключился. Разбирайся с ней и постарайся не затягивать разговор – у меня есть серьезные новости. Хорошие или плохие – не скажу, просто сам не знаю пока. Но мне необходимо узнать мнение твое и Элхора. И еще кое-что проверить надо будет.

– Хорошо, – кивнула Алиела и с внутренним восторгом смотрела, как Ник, проходя мимо Руаны, дал ей щелбан по затылку и, не останавливаясь, вышел вслед за Умником.

Руана же вдруг резко вдохнула и закашлялась.

Ник

– Как думаешь, они разберутся? – спросил я.

– А ты что, подслушивать не будешь? – удивился Умник.

Я улыбнулся и покачал головой:

– У меня на душе будет неприятное темное пятно, которое тяжким бременем ляжет на мое отношение к Алиеле. А я этого не хочу.

– Хм… Ну, если так… А вот у меня на душе, как бы я ни крутил-вертел ситуацию, никакого пятна не будет. Как ты думаешь?

– Пойдем лучше посмотрим, как там Элхор поживает, – не стал я отвечать на вопрос Умника.

Алиела рассеянно смотрела в космическую даль. Периодически она отпивала глоток кофе, ставила кружку на стол и замирала на некоторое время. Потом цикл повторялся.

– Ну? – раздался слегка приглушенный голос другой веганки, безрезультатно пытающейся оторвать ладони от столешницы. – Давай уж, спрашивай!

Алиела медленно перевела взгляд на нее. И чем-то этот взгляд Руане совершенно не понравился.

– Ты, – Алиела положила свои руки рядом с руками Руаны, – пыталась нанести вред моему совместимому!

Руана не успела ничего сообразить, как быстрым движением Алиела сломала один из пальцев Руаны, выгнув его вверх. Та чуть не задохнулась от боли, но сумела промолчать.

– Никогда! Никогда не лезь своими грязными мыслями в наши отношения!

Второй палец последовал за первым. Руана молчала, но непроизвольные слезы сдержать не смогла.

Как будто что-то увидев в глазах Руаны, Алиела немного откинулась и стала разминать руки.

– У тебя не работает кристалл, – сказала она. – Поэтому спрашивать я тебя буду по-другому.

Схватив голову Руаны с двух сторон, она притянула ее к себе, проигнорировав крик боли. А затем впилась взглядом в зрачки контролера, ломая ее психологическую защиту. Ментальную защиту она, сама себе удивившись, прошла, даже не заметив. Но следовало еще психические маркеры задавить, чтобы информация не искажалась.

Через полчаса Алиела устало откинулась в кресле и пробормотала:

– Ну накрутили!

Глава 4

Ник

Глядя на Элхора, брата Алиелы, я испытывал чувство глубокого удовлетворения от хорошо сделанной работы. Ауру я ему качественно почистил от сторонних ментальных закладок серых и аурных энергетических образований, наподобие примитивных конструктов или, скорее, стационарных проклятий, подавляющих определенные системы жизнедеятельности, в основном мозговой активности. Даже исправил аурные повреждения. Ну и как брату своей подруги поставил ему ментальную защиту, как у нее. Так, на всякий случай. И такой же экспериментальный ментальный усилитель. Вреда точно не будет, хотя и профита пока особого не видно. Впрочем, я еще не проводил полное исследование применения такого усилителя. Еще повесил пару защитных конструктов и несколько «проклятий» со знаком плюс – теперь кому-то сложновато будет воздействовать на него через ауру. Даже с помощью разных инструментальных средств, которыми, как я посмотрю, кое-кто насобачился тут работать. Варвары!

Потом поправил дисбаланс в организме веганца, который туда внесли своими нехорошими методами серые. Получил хорошее представление об отличиях моей инопланетной родни от землян. Взял пробу ДНК и расплел спираль на программном обеспечении, позаимствованном у сеструхи с ее медицинского суперкомпа, но теперь уже работающем на моих мощностях, а соответственно, почти мгновенно. Весьма позабавила, на взгляд кого другого, может, даже пугающая штука – глубоко-глубоко в генах зашит код их предков, сейчас не играющий никакой роли и, можно сказать, выключенный, но своим наличием дающий повод задуматься.

Ах да, я ведь не сказал – этот код явно принадлежал кому-то вроде динозавров. Ну или ящероподобных. То-то Алиела так реагировала на моего дракончика, а потом и на своего. При этом в остальном – человеческий код, но, конечно, со своими особенностями. И, конечно, полностью совместимый с ДНК человека. Ну как «полностью» – теоретически, как и на Земле. У нас ведь тоже встречается несовместимость, но это другой разговор.

Моя идея о происхождении видов неожиданно получила пусть и косвенное, но подтверждение. Кажется, я об этом уже говорил, но повторю. Я ведь как думаю. Вот развивается существо, развивается, и в какой-то из этапов своего развития его информструктура (а возможно, и ее смысловое наполнение, отраженное в прочих информационных слоях мира вроде того же астрала) начинает совпадать с похожей структурой, хранящейся во вселенском банке матриц. Возникает некое влияние на существующий объект, заставляющий его изменяться, чтобы более полно соответствовать шаблону. И со временем он меняется. Если же медленное эволюционное развитие в силу разных обстоятельств природного или какого иного характера не позволяет эволюционировать данной системе в нужную сторону, то шаблон этого существа, его стабильная форма, заносится в эту вселенскую библиотеку как новый объект. Или же он со временем вычеркивается из реальности, а может, просто продолжает развиваться, пока не получит более устойчивую структуру. А дальше снова по накатанной – или в библиотеку, или библиотека сделает из тебя человека! Ха-ха!

Еще не открыв глаза, Элхор сел на кушетке, похожей на медицинский стол, развернулся и спустил ноги. И только потом открыл глаза и вдруг заразительно зевнул, осматриваясь по сторонам. Потом его взгляд остановился на мне с Умником.

– Ник?

– Он самый, – кивнул я и, как и положено, спросил: – Как самочувствие?

Элхор прислушался к себе и кивнул:

– Неплохо. Как я понимаю, я куда-то влип и ты меня вытащил?

– А ты неплохо соображаешь! Как и следует моему шурину.

– Шурину? – Он удивленно посмотрел на меня, потом, что-то поняв, хмыкнул: – Думаешь, все так серьезно?

Я пожал плечами:

– Сам ведь понимаешь. Алиелу я теперь не отпущу. Разумеется, если она сама этого хочет.

Элхор махнул рукой и снова зевнул.

– Разбирайтесь сами. С моей стороны препятствий не будет. Тебе еще предстоит с нашей мамой познакомиться. И я бы не хотел при этом присутствовать, – несколько насмешливо улыбнулся веганец. Бросил взгляд на стоящего в стороне Умника, но ничего не сказал.

– Будем разбираться с проблемами по мере их поступления.

– Ладно, что там за последнее время произошло?

– Да ничего особенного. – Я сел в выросшее из пола кресло. – Серые тебя схватили и стали препарировать. Алиела бросилась тебя спасать и попала в ловушку. Вместе с ней там же оказалась Руана, ты ее знаешь… Пришлось вытаскивать.

– Эта-то тут откуда? – удивился веганец, совсем по-человечески подняв брови.

– Она какой-то ваш контролер.

– Тьфу ты! – Элхор почесал грудь и поморщился. – Ее я сейчас хотел бы видеть в последнюю очередь.

Я не обратил особого внимания на его слова и продолжил:

– После того как я вас вытащил, серые покинули эту систему. Добровольно-принудительным способом.

Элхор замер и ошеломленно уставился на меня. Я замолчал, не поняв его реакции, а потом до меня все же дошло:

– Не-не. Это не я. Они сами. Нет, нельзя, конечно, сказать, что я тут совершенно ни при чем, но также нельзя сказать, что я прямо их заставил. Просто они так решили. Правда, эридяне обиделись и бросили нам вызов.

– Нам?!

– Ага, – довольно улыбнулся я. – Вам, веганцам, и нам, землянам.

– Вот больные шишуки! – ругнулся Элхор. – Со своим кодексом… А как ты узнал?

– Да мне их главный серый… кажется, его зовут Прах, перед тем как отправиться последним рейсом к себе, передал приглашение. – Я помахал карточкой с условиями дуэли.

Элхор долго молчал, не сводя с меня своего удивленного взгляда. Признаться, стали уже надоедать такие взгляды. То так посмотрят, то эдак, то сбоку. Хоть совсем уединяйся, а шифроваться не особо хочется – только ради внешнего комфорта лишать себя внутреннего?

Тут открылась дверь, и вошли обе красавицы. У Руаны вид был несколько потрепанный, и она баюкала свою руку, в которой пара пальцев смотрела совсем не в ту сторону, что предполагается изначальной конфигурацией тела. Алиела выглядела (в аурном отображении тоже) довольной, хотя и немного встревоженно-озадаченной. Элхор удостоверился, что с сестрой внешне все в порядке, и уперся взглядом в Руану. Своя нагота его совсем не волновала, как и девушек, собственно. Мелкое, но отличие от земной психологии. У нас кто-нибудь да смутился бы. Контролер же мельком глянула на Элхора, поморщилась, хотя это можно было принять и на счет больной руки, а потом посмотрела на меня:

– Можно воспользоваться вашим регенератором? А то у меня кое-что повредилось…

– Упал, очнулся – гипс, – пробормотал Умник и вопросительно посмотрел на меня.

Я ему кивнул.

Китаец скользящим шагом переместился к подозрительно сощурившейся Руане и аккуратно взял ее поврежденную руку в свои ладони. Посмотрел в глаза девушке, вводя ее в легкий транс. Я видел, как он отключил прохождение сигналов в нервной сети руки, а потом просто поставил пальцы на место и провел классическую ударную локальную регенерацию, правда, предварительно еще поправив интересным способом поврежденные мягкие суставные хрящи и другие части сустава. Потом вернул управление телом веганки обратно.

Руана удивленно проморгалась и с легким недоверием стала рассматривать свои пальцы, сперва опасаясь ими шевелить. Но вскоре уже вовсю их разрабатывала.

– Но как?! – спросила она наконец.

– Обычная ловкость рук, – буркнул я и посмотрел на Алиелу. Зацепился взглядом за ее взгляд. Видно было, что ей было что мне сказать, но не особо срочное. Поэтому я выдал совсем другое: – Леди и джентльмены! Как я уже сообщил Элхору, известные всем серые покинули нашу систему, оставив в наследство абстрактный вызов на дуэль от их друзей эридян.

– Все ушли?

– Все.

– Абстрактный? – Алиела подошла и села рядом, прислонившись ко мне плечом.

– Вам лучше знать, что творится в головах присутствующих в нашей системе пришельцев. – Я усмехнулся, взглянув на передернувшего плечами Элхора и скривившуюся Руану. Почему-то им не понравились мои слова. А вот от Алиелы пыхнуло весельем. – Вам просто по должности положено.

– Да наплевать. – Элхор не удержался и зевнул. – Этот вызов ни к чему не обязывает.

– Ставлю вас в известность… – Я немного помолчал, обведя всех взглядом. – Правительство моей страны решило принять вызов.

Все удивленно уставились на меня. Ну, кроме Умника, да Алиела хоть и удивилась тоже, но лишь плотнее прижалась ко мне. Я послал ей эмоцию… хм… аналог легкого поцелуя, что ли. Это даже забавно так обмениваться чувственными сообщениями.

– Но зачем? – спросил Элхор.

А Руана нахмурилась:

– Комитет будет против. Возможность полного открытия взаимодействия развивающихся планет с прочими космическими расами определяется как раз Комитетом, если он существует в качестве наблюдателя в той системе, или же межпланетными и межрасовыми космическими договорами и законами, которые, конечно, не обязательно исполняются, но все же их нарушение может послужить причиной разбирательств, если одновременно будут затронуты интересы разных космических рас.

– Как представитель Земли, не имеющей никаких указанных вами обязательств, со всей ответственностью заявляю, что нам в высшей степени наплевать и на Комитет, и на все эти договоры.

– И все же – зачем? – ухмыльнулся Элхор в ответ на мои слова.

Я промолчал, дав возможность высказаться Алиеле, так как почувствовал, что ей есть что сказать.

– Знаешь же кодекс эридян, – укоризненно произнесла она. – Или они найдут себе нового хозяина, которому можно служить, или же войдут в Комитет. По крайней мере, попытаются. Ну или просто уйдут. Кстати, – она повернулась ко мне, – на самом деле это сложная ситуация. Если вы не примете вызов или, приняв, проиграете, они будут иметь право оставаться в системе и заниматься разными, в перспективе для вас не очень приятными, делами. Например, спокойно разрабатывать ресурсы системы. Сразу отвечу на твой возможный вопрос – нам и, скажем, центаврианам это неинтересно: у нас и так есть где чего добывать. Но у каждой космической расы свои запросы и потребности. Я потом тебе расскажу, кто из них чем у вас занимается.

– Не имеешь права, – глядя куда-то в сторону, возразила Руана.

– А если вы победите, – не обратила внимания на слова своей соотечественницы моя подруга, – то не факт, что найдете, чем им платить. Хотя… договориться можно, насколько я знаю вашу ситуацию. Самый простой вариант, что приходит в голову: совместно разрабатывать ресурсы системы, часть их пойдет им в оплату. Да… думаю, можно будет договориться. Я вам даже помогу.

– Не имеешь права, – снова вмешалась Руана.

Алиела недовольно зыркнула на нее, отчего та почему-то пошатнулась. Ну, я-то понял, что произошло, а вот для Алиелы самой такое воздействие с ее стороны оказалось неожиданным.

– Алиела по моим законам – моя жена, и в подобных случаях вся возможная вина и разбирательства ложатся на меня. Так что всех недовольных отправляйте напрямую ко мне.

Все в комнате удивленно уставились на меня. Даже Алиела чуть отодвинулась и повернула ко мне лицо. Я ей подмигнул.

– Весьма самоуверенное утверждение, – не удержалась Руана и скептически хмыкнула. – Космические законы пишутся не для того, чтобы разные… – она помялась, бросив быстрый взгляд на Алиелу, – могли их нарушать.

Я сделал вид, что зеваю, и даже прикрыл рот ладонью.

– Бла-бла-бла. Законы пишут сильные в свою пользу. Остальные их соблюдают, если не хотят неприятностей. Все как везде, даже инопланетяне вроде вас и других следуют этому закону космических джунглей. Не думаю, что вы, например, можете указывать тем же центаврианам, что им следует делать, а что нельзя.

Почему-то мои слова заставили их задуматься, хотя все ведь очевидно.

– Но даже если так, – не унималась Руана, с которой, как-то так получилось, я стал обсуждать ситуацию. Остальные почему-то не горели особым желанием со мной спорить. – Ведь вы, земляне, пока не в том положении, чтобы диктовать свою волю!

– Думаю, у нас найдется чем удивить кое-кого в нужное время. Кстати, не думайте пытаться перехватить ситуацию с этим вызовом, чтобы не допустить нас. А то, судя по вашему виду, такая мысль у кое-кого мелькает, – хмыкнул я.

Ее ментальный щит был не сказать что смешным, но один подсаженный в ее ауру конструкт значительно облегчал его обход.

Руана только глянула на меня с якобы непроницаемым лицом и отвернулась.

– Однако я готов включить желающих из присутствующих в предстоящую дуэль, но только в случае вашего отказа от приза после нашей победы над эридянами.

Минута ошеломленного молчания – и Элхор начинает смеяться, вытирая выступившие слезы:

– Ха-ха-ха! Я с тобой, Ник! Повеселимся от души!

– Конечно, ради совместимого чего только не сделаешь, – недовольно покосилась на веселящегося веганца Руана.

– Ты о чем? – немного успокоившись, посмотрел на нее Элхор.

Та мазнула взглядом по Алиеле и дернула плечом, молча отвернувшись.

– Единственная проблема – времени у нас всего двенадцать часов, – заметил я. – На подготовку почти ничего не остается. Если вы будете участвовать – какими ресурсами, пригодными для дуэли, вы располагаете и имеете возможность использовать? Вот, кстати, выставляемые эридянами силы. – Посреди комнаты возникла иллюзия – копия карточки серого, только увеличенная, чтобы все могли посмотреть.

Веганцы буквально впились взглядами в нее, даже Алиела подалась вперед.

Ник

Пока веганцы знакомились с информацией, я вызвал по болталке Кораблева. Хорошо, что он решился на ее установку, – тут я точно могу быть уверен, что никто не перехватит разговор. Кораблев сидел в своем кабинете, и вокруг него (так сказать, по старинке) полукругом располагался с десяток экранов, на которых отображались головы разных людей. Там даже президент был и иностранцы (судя по всему). Я, видно, влез в процесс какого-то совещания. Позвонил бы через УНИК – ничего этого не увидел бы. Вероятно, академик подал какой-то сигнал, так как почти все присутствующие с любопытством стали смотреть на него, при этом прекратив обсуждение. Вероятно, Кораблев посчитал нужным, чтобы его слышали.

– О! Ник, ты вовремя! – Кораблев потер лицо руками, затем слабо улыбнулся: – Мы тут как раз находимся на финальной стадии обсуждения нашего участия в дуэли с эридянами.

Я промолчал. Честно говоря, не думал, что наши захотят как-то участвовать, а не свалят эту почетную миссию на меня и, возможно, веганцев. Кораблев тем временем продолжил:

– Мы понимаем, что с нашими возможностями выступать против них – гарантированный проигрыш, но нам необходимо обозначить свое присутствие, чтобы в дальнейшем можно было юридически обоснованно обсуждать с ними ситуацию.

– Если они захотят общаться.

– В этом мы надеемся на тебя, – вздохнул Кораблев. – И да, наши участники понимают, что они фактически являются смертниками. Здесь в какой-то мере мы также надеемся на тебя, может, ты сможешь что-нибудь придумать. При этом все они являются добровольцами.

– Наверное, каждого нашлось за что прижать? – хмыкнул я.

– Не без этого, но есть и самые натуральные добровольцы. Так сказать, адреналиновые наркоманы или идейные.

– Этого мне еще не хватало!

– Не беспокойся, они все адекватны и с очень стабильной психикой. Вот, можешь ознакомиться с их делами… – Кораблев замялся, пытаясь понять, как отправить информацию через болталку. Потом не стал заморачиваться и просто отослал на мой УНИК.

Мой Крот спокойно переслал ее мне через инфопространство.

Чем дольше я читал пакет информации, тем выше у меня поднимались брови. От удивления, конечно. Русских, собственно, было только трое. Остальные – с миру по нитке, как говорится. Китаец, японец, американец, двое англов, иранец и даже немец. Причем не по происхождению, а по гражданству. Учитывая взаимоотношения стран, крайне странная подборка.

– Я чего-то не знаю?

– Думаю, тебе нужно кое с кем пообщаться, – понимающе кивнул Кораблев и скинул мне какой-то номер. – Позвони, тебе все объяснят. А пока… Все эти люди будут использовать последние разработки своих стран в области управляемых БРОКОМов, так как, по условиям дуэли, необходимо личное присутствие человека в каждом боевом комплексе. Плюс личное оружие ближнего боя – у эридян тоже такое будет. Маловато, конечно, нас, но…

– На всей Земле не нашлось больше смелых и отважных? – улыбнулся я.

– Это тебе объяснят по тому номеру. Веганцы будут участвовать?

– Скорее да, чем нет. Их трое.

– Ну и последнее. Нам самим наших участников доставить на Луну или ты поспособствуешь? – намекая на телепортацию, спросил Кораблев. – Если мы сами, можем и не успеть. Тем более у нас еще не все готово, собираемся пока.

– Без проблем, подкину. За два часа до срока подхвачу. Ребятам надо будет немного акклиматизироваться, ознакомиться с площадкой действий, хоть как-то пообщаться. Команды, конечно, не выйдет, но, надеюсь, с управляемостью и послушанием у них проблем нет?

– Нет, можешь не беспокоиться.

– Хорошо. Ну и тогда, надеюсь, среди них есть тактик или какой-нибудь командир, способный принять управление ими? У меня-то нет военного образования, да и возможности вашей техники я не особо знаю. В идеале было бы: я ставлю задачу или цель, командир решает, как ее выполнить. М-да… Та еще катавасия получается. Ей-богу, мне проще было бы самому там покрутиться…

– Не волнуйся, все они – офицеры. Двое – одаренные в области краткого видения. Скорее всего, один из них и будет тем, кого ты хочешь.

– А это очень хорошая новость! Ладно, я понял. Итак, бойцов я заберу на нашу станцию… В смысле на нашу новую станцию, ранее принадлежавшую серым. Там познакомимся, проведем боевое слаживание. Наши шансы я постараюсь уравновесить. В конце концов, служить приятней сильным хозяевам. Это я про нас и эридян, если кто не понял.

Кораблев кивнул. Потом бросил взгляд на экраны:

– В принципе минут через десять можешь позвонить по тому номеру. Только не забудь.

– Ладно. До связи. – Я отключился и перевел взгляд на вопросительно смотрящих на меня веганцев.

Я угадал, кто будет на той стороне провода. Иван Иваныч собственной персоной. То есть президент России. Почему-то это легко просчитывалось. Ну или ощущалось, считывалось, можете сами выбрать терминологию.

– Что тебя больше всего интересует, Ник? – Иван Иваныч ходил по кабинету, трогал книги в шкафах, переставлял мелкие фигурки и прочие вещи. Останавливался и долго смотрел на бумажную карту планеты. Старую карту, еще допотопную, привычную мне. То есть до последнего потопа. Видимо, ему так легче было поддерживать нужное внутреннее состояние.

– Вы, вероятно, все просчитали, раз заранее подготовили возможность пообщаться с вами. Разумеется, меня интересует странный подбор бойцов. Насколько я знаю, взаимоотношения некоторых стран, чьи представители присутствуют, находятся, мягко говоря, не в том состоянии, когда делятся такой важной информацией и будущими дивидендами.

Президент покивал головой и с минуту задумчиво ходил по кабинету.

– Разбираешься ли ты в политике и экономике, Ник? – Иван Иваныч наконец разорвал молчание. – Что тебе известно о том, как управлялся мир до последней войны? Какие реальные взаимоотношения между странами существовали?

Я пожал плечами:

– Если честно, практически ничего не знаю. Ну, из реального. Можно было бы поискать в астрале, но времени нет.

– Не уверен, что в астрале эту информацию можно легко накопать, – хмыкнул президент, – однако попробуй, как только возможность появится. Но так как у нас не так уж много времени, расскажу тебе кратко, совсем легкими мазками. Потом сможешь проверить в астрале. И скажешь мне, если я был не прав в том, что расскажу тебе. Ты думаешь, что вся эта разноцветица стран, – он остановился перед картой и кивнул на нее, – действительно самостоятельные суверенные государства? В какой-то мере это, конечно, так, но для совсем мизерного их количества, да и то не полностью. В глобальном мире, где все взаимосвязано, это просто нереально. И главное – невыгодно. Тебя будут клевать со всех сторон до тех пор, пока ты или не сдашься в экономическом и военном плане и не примешь условия глобальной игры в качестве уготованной тебе пешки, или же не сумеешь мобилизоваться в такой степени, чтобы перейти из разряда пешек в ферзи. Тогда уже ты можешь задавать правила игры. Или скорее изменять их в свою пользу. Но что печально – при этом ты остаешься на той же шахматной доске, и, по сути, в глобальном плане ничего особо не поменяется. Ну будут товары производиться не в Китае, а в России или в какой-нибудь Африке. Или финансовые потоки – управляться не из Лондона, а, например, из Гонконга или из Пекина, а снимать международное напряжение – не ООН, а новая Лига Наций. Что-то изменится только для конкретных людей в конкретных странах. Сама система чуть покряхтит, повертится и… продолжит существовать. Какие-то ее ветви в виде отдельных кланов уйдут в небытие, их просто вырежут. Какие-то, наоборот, приобретут дополнительную власть, а кто-то только родится.

Президент задумчиво подошел к окну.

– Возможно, ты удивишься, но в Европе, например, основные финансовые группы и кланы, семьи оставались одними и теми же на протяжении сотен лет. И ничто им не мешало – ни войны, ни разрушение отдельных стран. Конечно, глобальные подвижки тоже существовали, допустим, с появлением больших стран-игроков типа той же Америки, но фактически это было просто перераспределение долей власть имущих с появлением новых ресурсов. Хотя тогда и новые кланы могли образовываться. Да-да, клановость и семейственность – основа старого мира. Пусть тебя не смущают все эти лозунги о демократии или о социалистической или коммунистической идее. Все это ширма. Да, некоторые реализуемые идеи отрывались от своих создателей и начинали жить самостоятельной жизнью, взять тот же Советский Союз, где почитали Карла Маркса – ярого русофоба, славянофоба, или Европейский союз, или поменьше пример – Южную Родезию в старой Африке, или ЮАР, но в конце концов всех их удавалось вернуть в лоно единой глобальной системы управления. Обычно с помощью войн, экономических санкций, что еще больше усиливало систему из-за новых ресурсных вливаний этих стран-отщепенцев. Что останется на той территории, после того как все ресурсы будут высосаны, никого не волновало. Идея о золотом миллиарде на самом деле не являлась выдумкой. Разве что, после того как она утекла в массы, ее стали слегка искажать и довели до такого состояния, когда люди стали считать ее еще одной конспирологической туфтой. Кстати, саму конспирологию тоже придумала эта система. Принцип «разделяй и властвуй» в чистом виде. В информационном виде. Ничто так не способствует собственному спокойствию, как контроль всех сторон человеческих эмоций, желаний и недовольства.

Президент переместился к дальней стене, где висели портреты всех предыдущих правителей России, как я понял. Многих я вообще не знал.

– Нельзя сказать, что эта система управления была плохой или хорошей. Она действительно вела человечество к объединению, первым шагом которого была глобализация. Вот только такое объединение не учитывало желания и мнения остального большинства, закукливая человечество на каком-то этапе, максимально удовлетворяющем то самое меньшинство. Условный «золотой миллиард». Приведу простой пример: в середине двадцатого века произошел бум развития вооружений и космических технологий. Да, та самая гонка вооружений и исследование космоса. И основное количество запусков для исследования нашей Солнечной системы, если смотреть на их график, приходится именно на эти годы. После того как технологии были вчерне разработаны, а Земля стала обзаводиться системами спутниковой связи для глобального контроля – одной из целей, ради чего все и затевалось, – все пошло на спад. Если сравнивать с теми же семидесятыми годами того века, то практически остановилось. Да, отлаживались разработанные технологии, улучшались, но фактически ничего нового. А чтобы слегка притушить противостояние между этими монстрами – Америкой и СССР, реально поставившими мир на грань уничтожения, – сделали разрядку. И тут совместные космические проекты появились, вернее, околоземные, а в Америке на их День независимости в произведение Чайковского «Увертюра тысяча восемьсот двенадцатого года, сочинение сорок девятое», которое, собственно, там и исполняется, стали включать и слова из оригинала – фрагмент гимна Российской империи, где по-русски поют: «Боже, царя храни!»… То есть даже в тех чрезвычайно сложных международных отношениях им удавалось, периодически выпуская из рук управление, но снова и снова его подхватывая, так или иначе, следовать общему плану развития человечества… И вот случилась война. Странная война. Тогда, как говорится, «никто не хотел умирать», но взорвались ядерные бомбы в разных странах, уничтожившие узловые точки системы, полетели ракеты, было выпущено биологическое оружие, оружие на основе нанитов, генетическое оружие, психотропное… Мрак и ужас. Затем появился метеорит, заставивший остатки человечества сплотиться хоть на время, сбить общую истерию и остановить разрастающийся хаос. Краткий период зализывания ран и… Резкий рывок в технологиях и развитии практически по всем отраслям производства и науки. Причем не только у нас, но и в других частях мира. Забавно, но при почти полном независимом параллельном развитии мы лишь на чуть-чуть вырвались вперед по сравнению с теми же англами… Итак. Старый мир разрушен, но уцелело ядро без сковывающей его старой управляющей системы, уничтоженной большей частью еще в самом начале войны. Старые управленцы миром ушли, и в каком-то смысле развитие началось с нуля…

– Тогда как объяснить то, что сейчас происходит со странами? Ведь все равно как собака с кошкой! – не удержался я от вопроса.

– Тут все просто. Хоть создание новой системы и началось с нуля, старые-то знания, пусть и смутные, никуда не делись. Тем более что общие принципы и так известны были. Тот же принцип «разделять и властвовать». Каждый на своем уровне с ним сталкивался. Вот многие и стали строить новую жизнь по-старому, успев подсуетиться… – Президент замолчал.

– Но?

– Но… Остались люди, которые правильно поняли намек. Всевышнего ли, инопланетян ли… Или судьбы. И хотя во многих странах эти люди временно ушли на дно, так как, пока пытались понять, что делать, обыватели успели по-старому самоорганизоваться и продолжить старую песню, но со временем организовалась международная сеть, можно даже сказать – подпольная, связывающая разные страны через отдельных представителей, способных как-то влиять на основные правительства. Раньше их назвали «теневые правительства», но это не так. Просто потому, что теневое правительство обычно устраивает текущее состояние дел, а здесь… В общем, не все так просто.

– То есть все эти солдаты…

– Да. Они реальные граждане своих стран. Реальные личности. Реальные должности. Но работают на эту сеть. И да, в нашем случае их готовят как героев своих стран, хоть они этого и не знают. А вот посмертно или живых – зависит от тебя, Ник. Мы же понимаем, что для тебя это не составит большого труда, но и настаивать не можем.

– Почему не можете?

– Потому что так получилось, что именно в России новый тип управления стал основным, и мы вынуждены придерживаться тех правил, которые сами и разработали как для себя, так и для всех прочих, желающих идти нашим путем. Модель поведения, мироощущения, миропонимания. И нам незачем скрываться. И лично меня радует, что наше государство является привлекательным для многих людей, живущих за границей. Не поверишь, но даже понятие «в интересах государства» пришлось довольно сильно скорректировать. Сейчас, когда вдруг оказывается, что необходимо устранить какого-то человека в другой стране, положительное решение выносится только в том случае, если действительно нет других возможностей, пусть даже и более ресурсоемких или дорогих. Причем решение не может выносить один человек. Один человек, например я, может только согласиться с решением или отказать. И запретить что-то я не всегда в силах.

– Понятно, – хмыкнул я. Про себя, правда, не совсем доверяя описанной идиллии. – Но разве эта дуэль с далеко идущими последствиями, видимыми даже мне, непрофессионалу, не разрушит ваш столетний план по интеграции всего мира в одно государство?

Президент немного молча походил, обдумывая ответ. Или скорее то, как его озвучить.

– Более вероятно, что ускорит. Да, равномерный, спокойный ход нарушен, появились напряжения, на которых конструкция развития может сломаться, но уж больно хороший шанс выпадает. И если правильно его приготовить для населения, показать под нужным углом, то можно и объединение кардинально сдвинуть, выполнив его за каких-то десять-двадцать лет, и сделать резкий рывок в космосе, и обозначить себя как хозяев Солнечной системы, пусть и слабых пока, но с которыми уже нельзя будет поступать как с глупыми дикарями. Впрочем, остальное ты знаешь, уже обсуждали. Если еще и с телепортацией удастся разобраться, то совсем лубковая картинка получается, – вздохнул Иван Иваныч.

Ник

– Мне интересно, а почему ты не пытаешься мне запретить участвовать? – Алиела с любопытством осматривала помещения базы серых на Луне.

Сейчас походка и движения у нее были совсем девчачьи. Не было плавности уже устоявшейся женской красоты тела, порой движения были порывисты. Но мне это нравилось. Заметил, что если не контролировать себя, то глаза сами переводят прицел на нее и внимательно отслеживают все ее жесты, поворачивая за собой голову и, когда надо, тело. Забавно.

Руана осматривала свой перегнанный на Луну корабль – чем-то она была недовольна там, да и запасной боевой скаф хотела активировать, а Элхор ушел приводить себя в психический порядок перед дуэлью. В общем, готовиться.

– Ведь это в вашей традиции – чрезмерно опекать женскую половинку? А? – Алиела развернулась на месте и улыбнулась глазами и даже аурой, если это так можно сказать, отметив мою реакцию.

– Тут все просто. Во-первых, мне действительно не помешают лишние бойцы вроде вас. Тем более что уровень вашей техники вполне позволяет не сильно рисковать. Жаль, что нельзя развернуться на полную мощь, хотя лучший выход, конечно, вообще не воевать. Мне самому придется подстраиваться под вас и землян. Ну и во-вторых, никто не говорил, что защитная техника должна иметь ограничение в дуэли. И я обязательно подшаманю твой скаф, чтобы тебе ничего не угрожало. А хочешь, я тебе дам такой, как у меня? Всяко лучше будет. За полчаса разберешься, как с ним управляться, там все просто.

– Можно попробовать, – кивнула девушка, медленно и красиво подошла ко мне, развалившемуся в кресле-облаке, и села мне на колени.

– К черту! Время еще есть, – прохрипел я вдруг севшим голосом и прижал ее покрепче к себе.

Передо мной стоял ряд из десяти солдат, которых Земля мне предоставила в качестве боевой поддержки или даже основной силы. Судя по поверхностным данным, снятым с аур, друг с другом знакомы только-только. Даже русские ранее между собой знакомы не были. Ну, почти. Смотрят все на меня с любопытством, а кто-то – и с удивлением (ну да, молодо я выгляжу). Но в основном предпочитают пока приглядываться, ожидая, когда им все объяснят. Тем более впервые перешли телепортом. Тоже своего рода шок. За мной стояла Алиела в своем новом скафе моего производства, который полностью обтягивал ее тело и был черного цвета. Пальцы ее рук шевелились – это она синхронизировала свои движения, мысленные команды скафу, в общем, приспосабливалась. Поэтому ее взгляд был несколько рассеян и смотрел сквозь стоящую команду людей, что их явно нервировало и немного расстраивало. Ну конечно, девушка изумительной красоты на них не обращает внимания!

– Приветствую вас, господа, – начал я. – По-русски все понимают?

По ответным кивкам понял, что все. Это хорошо. И для меня сейчас, и вообще то, что русский распространен.

– Отлично! Меня зовут Ник. На данный момент я являюсь вашим командиром и начальником. Воинских званий у меня нет, как и современного военного образования, но об этом чуть позже. – Я слегка усмехнулся, отметив появление недоумения у людей. – Для начала представьтесь, пожалуйста.

Понравилось, что люди не стали выражать как-то своего отношения и мнения, а пока спокойно приняли ситуацию как есть. Представились. Пока происходило это действо, я собирал, сортировал и анализировал внечувственную, если это можно так назвать, информацию, дополняющую ту, что дал мне Кораблев.

Ничего удивительного не было в том, что почти все они были отличными операторами управляемых БРОКОМов. Правда, там еще много чего намешано: и спецвойска, и разведка, и диверсанты, которыми, на удивление, оказались даже не русские, как я ожидал, а американец и один из англов. Японец Изао вообще из полицейских войск, но очень уж хорош как оператор. А обещанными мне тактиками были один – из русских, Сергей, и второй – из англов, с редким именем Джон.

Тут надо рассказать, а что, собственно, такое – управляемые БРОКОМы. С учетом наличия мощных искинов обычные боевые БРОКОМы, то есть боевые роботизированные комплексы, сами по себе являются самодостаточными боевыми единицами, но, как говорится, есть нюансы. Все равно все решает человек. Всегда – в постановке задачи, часто – в разработке общей тактики или выбора из вариантов, разработанных тактическими искинами, но они, как должно быть понятно, не устанавливаются на обычные БРОКОМы, а работают где-то там, в штабах. За счет быстрой и помехозащищенной связи разницы особой нет, где они находятся, но речь не об этом. И даже когда БРОКОМ самостоятельно выполняет боевую задачу, контроль его работы осуществляет удаленный оператор, чтобы в нужные моменты вносить поправки в действия роботов. Но часто бывают ситуации, когда необходимо наличие человека внутри аппарата. Все-таки вариативность, смысловая нагрузка событий частенько выходят за пределы компетентности искина. И тогда начинают работать вот такие операторы. Конечно, такого практически не бывает, чтобы человек специализировался только на управлении БРОКОМами (и не только боевыми), все-таки нужда такая не часто бывает. Чаще это сопутствующая специальность.

– Ладно, – сказал я, прохаживаясь перед строем. – В целом вас поставили в известность, что придется провести так называемую дуэль с отрядом инопланетных воинов. Эридянами. Наша цель – не умереть и желательно выиграть ее.

– Разве наша техника может соперничать с их? – спросил Сергей.

– Вопрос хороший. Но меня больше радует то, что не спрашиваете, зачем вообще это надо.

– До нас довели, что это шанс человечества приобщиться к технологиям более развитых инопланетных рас, – ответил Сергей.

Сзади фыркнула Алиела. Все мужчины перевели на нее взгляды. Точнее, не все, а лишь половина. Другая половина и так продолжала на нее пялиться.

– Не обращайте внимания на мою жену. Для нее уровень развития эридян – как для вас уровень каких-нибудь папуасов.

– Это как?

– Все просто. Алиела, так ее зовут, тоже инопланетянка. Из веганцев она. И будет участвовать в дуэли на нашей стороне.

– Ого! – зашевелились мужики.

Джон лишь мельком посмотрел на нее и снова перевел взгляд на меня:

– Нас настраивали на ситуацию с высокой степенью опасности. Я так понимаю, есть вероятность эту опасность снизить? И какова ваша роль во всем этом?

– Моя роль… – Я задумчиво походил. – Я всю эту ситуацию и замутил. Кроме того, без ложной скромности могу сказать, что на данный момент, вероятно, я являюсь самым сильным… одаренным в стандартной терминологии.

– В чем это выражается?

– В чем?.. – задумался я, потом хмыкнул: – Например, в этом!

Все десять мужиков мгновенно взлетели и впечатались в потолок, не в силах пошевелиться.

– В общем-то, в этой дуэли я могу сам выступить и решить ее в свою пользу, но… Если кто-то из вас знает историю, у нас раньше дуэли обставлялись определенными правилами, в рамках которых и нужно было действовать. Здесь точно так же. Это что-то вроде игры. Шахматной. Виртуальной. Где большое значение имеет личное поведение. Мужество, опыт, действия, поведение. Это скорее тест на пригодность.

– Пригодность к чему? – раздался полузадушенный голос из-под потолка.

– Ох, простите! – Я опустил их обратно. К их чести, никто не упал – ловкие. – Пригодность быть хозяевами. А для нас это куча плюшек. Очень больших плюшек, о многих из которых вы и не догадываетесь. Ну и да – технику вашу я немного подшаманю, чтобы подтянуть ее уровень до уровня эридян в плане защиты и энергетической мощности оружия. Личную защиту вам сделаю и постараюсь вытянуть раненых, если они будут, – я еще и хороший одаренный-лекарь. Но, сами понимаете, война есть война, а данную ситуацию вам лучше рассматривать как самый настоящий боевой выход. Да, времени совершенно нет на слаживание, и выглядит все как авантюра, чем, по сути, и является. Кроме того, весь бой, тактику вам нужно разработать самим. Меня можете рассматривать как отдельную боевую единицу на уровне двойной мощности вашего тяжелого БРОКОМа. Веганцы – моя жена, еще одна девушка и мужчина будут являться отдельным отрядом, но под вашим управлением. Все характеристики веганцев, мои и эридян, а также их тактику, спасибо веганцам, я вам скину. Предлагаю вам загнать эти знания в голову с помощью штучек одаренных. Пять минут – и вы будете спокойно оперировать всем объемом информации. Согласны?

– Чего уж там, конечно, согласны! – перебросившись взглядами с Джоном, ответил явно повеселевший Сергей.

– Отлично, тогда приступим! – Я радостно потер руки.

Сергей

Это было удивительное приключение. Возможно, последнее на его пути, но он чувствовал, что всю свою жизнь, наполненную приключениями и драками, шел к нему. А иначе почему он всю свою службу в любое свободное время уделял внимание не особо перспективному в современных условиях виду управления БРОКОМами, а именно ручному, находясь внутри него? Почему бесперспективному? Потому что люди дороже роботов. А если учесть опыт такого специалиста, накопленный за долгую службу, то и подавно.

Кроме того, БРОКОМ с оператором внутри обладает меньшими возможностями. Если стандартный БРОКОМ при необходимости (в зависимости от задачи) может расползтись в относительно тонкий блин за счет морфичности своей структуры (исключая, конечно, толщину неизменяемого вооружения или другого оборудования), то с оператором внутри такое не особо возможно. Тем не менее такое ограничение обходится всего лишь изменением тактики использования техники.

А Джона, англа, Сергей узнал. Не сразу, но узнал. Сталкивались в Африке недалеко от Зимбабве. Вернее, Сергей, лишенный всей техники, даже УНИК военного образца временно не работал, лежал в кустах знаменитого африканского кустарника «подожди немного». Благо костюмчик не позволял колючкам цепляться к нему. Вот тогда он и увидел Джона, выбирающегося из БРОКОМа англовского производства, – уже тогда тот, видимо, тоже предпочитал самостоятельно управлять такими роботами. Как уж они не засекли Сергея, он до сих пор не понимал. Возможно, и засекли, но приняли за животное, так как никакого электромагнитного фона от него не шло – все было вырублено.

Интересно, почему Джон периодически посматривал на него? Тоже узнал? Но ведь тогда он точно Сергея не видел! Впрочем, Сергей догадывался, а вернее, знал. Тот тоже был видящим. По крайней мере, так было написано в его деле, с которым Сергея ознакомили перед отправкой сюда. Как и с делами всех парней. Он не сомневался, что и остальные получили друг о друге полную информацию. Разумеется, необходимую в первую очередь, вряд ли реально полной информацией обладали те, кто их сюда собирал. А может, как обычно, просто выделили только нужное. Ладно, не о том речь. Скорее всего, Джона заинтересовал Сергей именно как видящий. Никто из парней даже не стал возражать, когда они вдвоем взяли на себя разработку тактики сражения.

Очень сильно помогло то, что Ник, как называл себя этот странный одаренный, загрузил им в мозги всю доступную информацию об эридянах, об их вооружении и тактике сражений. Очень загадочный тип. В высшей степени. Вроде ничего особенного, молодой пацан, но как взглянет, так будто в глаза воткнули спицы и они прошли через мозг до самых пяток. Опасный тип. А как он их пришпилил к потолку базы? Без особого напряга, и тогда Сергей поверил, что тот спокойно сам может разрулить ситуацию с эридянами, но не делает этого по причине игры по правилам. А если учесть, что база, на которой они оказались, – бывшая база других инопланетян и ее забрал себе, вернее, в пользу Земли именно Ник, становится еще более неуютно.

А его жена? Может, и есть земные женщины красивее, но вряд ли они вызывают такую реакцию у мужчины, как эта. Королева! Самая натуральная королева, которой хочется обладать и никому не отдавать! Везет же некоторым! Впрочем, другая веганка тоже была красивой, но после жены Ника как-то не особо впечатляла. И, кажется, она заметила этот эффект, так как сначала недоуменно, а потом очень недовольно смотрела на землян, а потом на Ника с женой. Ник, кстати, заметил эти переглядывания и ухмылялся. И, кажется, именно он как-то повлиял на ситуацию таким образом, ведь их отпустило сразу после того, как он поработал с их техникой и с ними самими, кратко сказав, что поставил ментальную защиту.

Кстати, после этого вообще стало легче думать, будто убрали постоянно мешающий, хоть и привычно не замечаемый мозгом, шум. И вообще как-то легко стало двигаться, анализировать, концентрироваться. Казалось, одной мыслью можно было пронзить пространство и время. И заметьте – без всякой химии! По крайней мере, медицинские показатели, выдаваемые УНИКом, обычно показывали около девяноста процентов здоровья, что было просто отличным результатом, а сейчас практически все уперлись в сотку. Насколько Сергей знал, все полсотни показателей в районе сотни процентов никто не имел. Как говорится, абсолютно здоровых людей не бывает. Так, видимо, и настраивали УНИКи, а вот поди ж ты! Оказывается, такое возможно! Кстати, Ник запретил использовать боевые психомаски и боевые коктейли. Сказал, нечего гробить здоровье, а схожий результат, причем долгоиграющий, он обеспечит сам. Если будет еще лучше, чем сейчас, то действительно, почему бы и нет? Немного страшновато без использования психомасок, но Сергей, как и все остальные, особенно после всего увиденного и услышанного, ощущал необъяснимую уверенность в себе.

А вооружение? Ник сказал, что мог бы сделать так, чтобы их БРОКОМы вообще стали неуничтожимыми, но не будет этого делать, так как техника эридян тогда будет отставать, а это нехорошо в данных условиях. Оружие он не менял – времени особо не было, да и пока привыкнешь! Зато убойную силу тоже задрал выше. Например, если двадцатимиллиметровый снаряд скоростной пушки пробивал метр бетона, то сейчас – около десяти метров. На перегрев ствола и его амортизацию можно вообще не обращать внимания. С трудом верится, но уже не так категорически. Лазерное и плазменное оружие тоже каким-то образом улучшил, а еще полностью заменил начинку обычного огнестрела, кроме тех скоростных пушек, – теперь оружие стало стрелять гравитационными импульсами, корежа пространство и, вероятно, технику.

Испытать удалось – использование от привычного особо не отличалось, но результаты были весьма впечатляющие. Если так прикинуть – раз в десять выше, чем у обычной пули, как по скорости, так и по пробиваемости. Правда, пришлось навыки, рефлексы и прицельные приспособления чуть изменить с помощью Ника, так как движение гравитационного импульса, в отличие от пули, прямолинейное. Пушки, кстати, тоже стали стрелять по настильной траектории. Как это он умудрился сделать с нарезным оружием – непонятно. Но это мелочи. И да, боезапас чуть ли не безграничный.

Ну и лично для Сергея сделал подарок. Он единственный оказался мастером по силовым плетям. По некоторым причинам своего оружия подобного плана у него не было, да и сражение изначально вроде как не подразумевало использование оружия ближнего боя. Хотя у эридян будут воины, заточенные именно под него, но почему-то аналитики не посчитали нужным его обеспечить плетями. Хотя, может, и правы. Одно дело – команда «пастухов», как ласково называют таких воинов за схожесть с настоящими пастухами, а другое – один-единственный солдат. Куда его приткнуть? В какую тактическую схему?

Но Ник посчитал иначе. Да и потом, уже поняв, как будут действовать эридяне, Сергей признал, что, возможно, Ник прав. Эх, красивые плети получились! Особенно по своему действию – многократно сильнее обычных силовых, да еще и длина варьируется до ста метров. С этим, казалось, хуже всего будет дело – ну куда без соответствующей тренировки лезть в бой? Но видящий поколдовал, и спустя каких-то десяток минут Сергей уже спокойно, на рефлексах, появившихся непонятно откуда, управлял длиной плетей прямо во время работы. Красота! Выживет – выпросит их себе.

Ух ты! Кажется, начинается! В черных небесах Луны появилось множество движущихся светящихся точек. Сергей бросил взгляд на тактический дисплей и с удовлетворением отметил работу информационной системы, тоже доработанной Ником. На внутреннем дисплее четко показывалась и идентифицировалась как своя техника, расположенная в длинной низине и замаскированная нашим одаренным («Нашим»? – поймал себя на этом слове Сергей и мысленно кивнул себе), так и инопланетная. В стороне висели помеченные нейтральным синим цветом наблюдатели. Несколько точек имели непонятные обозначения, а три – спутники производства землян, спешно перегнанные в точку рандеву. Русский, англовский и китайский.

Сергей мысленно покачал головой, не понимая этой сплоченности разных стран. Даже члены его команды до сих пор вызывали у него легкую оторопь и иногда исподтишка оценивали друг друга как возможных в будущем врагов. Фактически они его враги, но здесь и сейчас – друзья. Кто знает, может быть, потом им снова придется встретиться где-то на нейтральной территории и помериться силами?

На посадку заходило точное количество озвученных ранее единиц техники, помеченных красным цветом. Даже отдельные воины ближнего боя двигались своим ходом. Немного несуразные, на взгляд землянина, их скафандры спокойно работали как обычные средства транспортировки. Правда, Сергей успел заметить, что они еще в космосе высыпали из одного, видимо, транспортника, который так и остался на орбите.

Это обычные десантники эридян. Вооружены оружием, похожим на рейлганы, небольшим количеством – парой сотен – ракет ближнего радиуса действия и чем-то похожим на силовые мечи. Разрушать стены, вырезать проходы в стенах, ну и противника кромсать. При необходимости эти мечи превращаются в копья или нечто вроде глеф. Например, обычный танк прошлого века такой десантник, не особо напрягаясь, мог бы порезать на кусочки. Возможно, есть еще всякие мелочи: гранаты, мины, может, еще какие-то штучки, но сейчас вряд ли они будут использоваться – специфика боя не та.

Чуть дальше неспешно приземлились двадцать больших… даже слово сразу не подберешь! Какие-то антропоморфные грубые силуэты высотой от трех до пяти метров, будто собранные из необработанных многогранных камней. Еще десяток таких же приземистых силуэтов, напоминающих каких-то животных. Но из информации, предоставленной Ником, выходило, что эта грубость хоть и похожа местами на внешний вид самих эридян и, видимо, там имеет свои корни, но очень даже функциональна и удобна при использовании их технических решений. А еще в небе закружили мелкие истребители в виде четырехгранных наконечников копий или стрел. В общем, похоже, тяжело им, землянам, придется.

Ровно в центре обозначенного дуэльного места, на котором отсутствовали какие-либо каменные россыпи, щедрой рукой природы раскиданные чуть дальше, непосредственно на поле боя, приземлился один из эридян. Спустя мгновение перед ним буквально из воздуха, вернее, из пустоты вышел одаренный Ник, а следом за ним – его жена Алиела. Это выглядело эффектно. Сергей не очень понимал, зачем Ник раскрывает свои возможности перед инопланетянином, но решил, что ему виднее.

Особенно эффектно выглядело то, что Ник и Алиела стояли на почве Луны без скафандров. Просто в легкой на первый взгляд одежде вроде черного обтягивающего тело комбинезона – у девушки и обычных джинсов с майкой – у Ника. На груди его красовался универсальный знак пофигистов и игнорантов чужого мнения в виде кулака с вытянутым средним пальцем. Впрочем, вряд ли эридяне могли оценить шутку.

Тем временем стороны начали обсуждать условия дуэли.

Ник

– Может, я все-таки пойду с вами? – Умник все никак не мог успокоиться, что я его не беру на межпланетную вечеринку.

– Нет. Нельзя. Должны быть люди. Мало ли какие у них сканеры есть – определят, что ты не человек, да и обнулят результаты или вообще скажут, что нечестно веду дела. Ты же видел инфу о них! Что ты как маленький?

– Ну ладно, ладно, – буркнул он и вдруг поменял тему: – Ты, кстати, в курсе, что у тебя пропала божественная энергия, которую ты капсулировал в ауре?

Я вздохнул:

– В курсе. И пропала она после общения с матрицей богини Кали. Мне кажется, Умник, что мы с тобой родили бога. Хорошо, что она отцепилась от человечества и нашла себе новую игрушку.

– Эй-эй! Я-то тут при чем? – возмутился мой друг.

– Что, бросаешь меня в трудную минуту? – хмыкнул я. – Ладно, шучу. Конечно, я сразу заметил такое изменение. Честно говоря, с облегчением воспринял ее утрату. Напрягала меня как-то эта энергия. Ни туда, ни сюда не приткнуть. И все никак не хотел я верить, что именно из-за меня родился, или возродился, уж не знаю, реальный бог. Но пора признать, что это так.

– И что с этим делать?

Я лишь пожал плечами.

Ну вот этот миг и настал. Эридяне прибыли, разместились. Моих собутыльников… в смысле спутников они пока не видят – маскировка рулит. Сам я решил сразу показать свои личные возможности. Не все, конечно, но которые бы обозначили то, что я сильнее эридян. На самом деле в этом есть смысл. Правила правилами, но тут еще надо учитывать их психологию, которая, с небольшими отклонениями, не сильно отличается от привычных моделей поведения землян. Да, результат дуэли у них высчитывается не только по самому факту победы, а с учетом причин и условий, а также возможностей противников и их поведения во время боя. Сильному победить слабого чести особой нет. В некоторых подобных случаях так вообще у них считалась «ничья», если сильная сторона пусть и победила, но слабая сторона выказала какие-то выдающиеся или просто хорошие для своего уровня качества.

А вот если сильный, коим я себя считаю и о котором известно, что он сильный, реально ограничит или поставит себя примерно вровень противнику или даже с меньшими силами, то, победив, получает кратно больше очков. Ну и самое главное – психология эридян чем-то отдаленно напоминает некоторые моменты самурайской этики – за счастье считается служить реально сильному хозяину. Одно дело – служить по контракту, и другое дело, когда контракт подкреплен внутренней убежденностью в правильном выборе. Именно последнее мне и нужно – убедить их, что, несмотря на отставание землян в технике, по духу они подходят эридянам в заказчики или хозяева.

С Алиелой этот момент мы неоднократно прокрутили с разных сторон (к веганским знаниям я добавил добытые мною из головы пойманного ранее эридянина) и просчитали наиболее выигрышную расстановку сил. С Алиелой мне понравилось сотрудничать. Одно дело – постель, но когда и мысли работают синхронно, и понимаешь друг друга с полуслова, – это совершенно другой уровень взаимоотношений. Честно говоря, не ожидал, особенно если учесть, что мы выросли в совершенно разных условиях, – разные планеты, разные социумы, разный менталитет. Что ни говори, приятно. Несколько раз материал закрепили в горизонтальной плоскости…

К слову, проверил растяжение времени в своем большом коконе. Действительно, оно как бы растягивается, по крайней мере, без особого напряга выполнили все, что запланировали. Разницы в работе своего организма я не почувствовал. А вот приданных мне воинов я не стал помещать в поле, где играл со временем. Что-то пока не хочу засвечивать этот момент перед ними. Тем более что мои мемокопии вполне успешно и довольно быстро интегрировались в их мозги. Они еще удивятся вдруг проявившимся некоторым своим новым возможностям!

Трохх

Командир дуэльного отряда эридян Трохх мягко опустился на поверхность спутника обитаемой планеты этой системы. Для него ничего необычного или сложного в этой ситуации не было. Ничем особым эта дуэль не отличалась от обычных тренировок, разве что больше ограничений по применению вооружения и тактики. Да и тактики-то почти никакой – никаких засад, никакой сложной и дальнобойной радиоэлектронной борьбы, за исключением ограниченного пространства вокруг боевой единицы, в основном обычная свалка. Правда, в такой свалке тоже есть много хорошего для тренировки, особенно для тактических приемов один на один или в группе из нескольких воинов.

Политические моменты Трохха не интересовали. Этим занимались другие. Его задачей было прощупать местных людей, посмотреть, на что они способны, достойны ли того, чтобы заключить с ними контракт. Как ему по секрету сказали, эта система довольно интересна в плане ресурсов и научных исследований, которые им совсем не доставались, когда они были на службе у серых. Можно было бы напрямую состыковаться с людьми, но тут много юридических нюансов, и уровень их развития вроде как не очень соответствует, то есть ниже, чем разрешено. И у Комитета могут быть свои резоны. А просто так, пиратским образом, разрабатывать ресурсы системы, в которой есть свои хозяева, пусть и не доросшие до космического уровня, чревато еще большими непросчитываемыми как юридическими, так и прочими проблемами. Поэтому для начала решили идти стандартным путем, и вроде бы пока возражений у Комитета не было.

Трохх решил не сильно наседать на людей, но действительно выяснить их уровень развития. Правда, тут могут вмешаться веганцы, а их никак нельзя было не упомянуть в вызове, но, возможно, они просто посчитают себя выше того, чтобы участвовать в подобном мероприятии.

Странно, никого нет. Неужели они решили не принимать вызов? Тогда зачем тут наблюдатели, в том числе земные?

Но не успел Трохх расстроиться, как буквально перед ним из ниоткуда выступили земляне. Впрочем, ИЦО – Информационный центр обеспечения – тут же наделил одного из людей пометкой, что это веганец женского пола. А второй – вероятней всего, землянин. Трохх не знал как, но в ИЦО могли на основе разного рода сканирующих устройств удаленно определять расу существа. Не всегда, конечно, но здесь это сработало. Правда, землянин обладал энергетикой, отличающейся от усредненной земной, и принадлежал к местным так называемым одаренным.

Трохх мало сталкивался с землянами, вернее, вообще не сталкивался, но перед дуэлью мельком ознакомился с предоставленной информацией. Очень странные особи и, очевидно, опасные, так как об их возможностях у ИЦО было мало информации. Серые не особо с ними ею делились, да и другие тоже не горели таким желанием. Пришлось даже отсылать своих разведчиков к Земле, чтобы они могли что-то нарыть в местных информационных сетях. К сожалению, мало что удалось добыть – системы защиты у землян были на удивление неплохими. Может, старшие расы и способны их взламывать, но конкретно им, эридянам, в лоб решить проблему сбора информации не удалось. Правда, другими методами что-то получилось достать.

Удивляло то, что они стояли тут, на безвоздушном спутнике, без каких-либо скафандров. Или же они были, но очень высокотехнологичные, такие, что обычными средствами не заметишь. Но насколько он знал, даже у веганцев скафандры выглядели иначе. Впрочем, неизвестно, что у них есть в загашнике. Тем временем землянин что-то сказал. И Трохх понял, что тот сказал. Скосив глаза на внутренний дисплей, он удивился – система перевода не делала перевод слов, так как человек произнес фразу по-эридянски самостоятельно. Да, с акцентом, но все же.

– Ты звал, и я пришел, – сказал человечек, своей макушкой дотягиваясь лишь до груди эридянина.

– Вас двое? – спросил Трохх.

– Нас четырнадцать! – Он махнул рукой, и тут же система контроля окружающего пространства щелкнула, показав ранее спрятавшегося противника.

«Отличная маскировка», – признался себе Трохх. Буквально в десятке метров от них медленно вставали-перетекали в вертикальную форму земные боевые машины. Эридянин с интересом смотрел на них. Вот так, вживую, он их еще не видел. В ИЦО дали информацию, что земляне используют машины со сменной формой, но степень свободы этого морфинга поражала. Одно дело, если техника имеет две-три формы, и совсем другое, если их бесконечное количество.

Это не жидкий металл, как издалека можно подумать, а огромное число многогранников разных форм и размеров, способных двигаться относительно друг друга, в финальной точке сцепляясь намертво с соседями. Очень странный подход к построению боевых машин, но и интересный. Даже сомнение берет – а действительно ли земная техника настолько отстает от эридянской? К сожалению, информацию о землянах пришлось собирать в спешке, ведь раньше их наниматели не давали им возможности исследовать людей, да и информацией о них особо не делились.

– Десять землян в универсальных пилотируемых БРОКОМах разных моделей, я – в экспериментальном скафе собственной разработки и трое веганцев. Двое в стандартной веганской военной экипировке, а моя супруга Алиела использует мое оборудование.

– Веганка – твоя жена, землянин? – удивился Трохх.

– Да. Скидываю тебе на твой компьютер технико-тактические характеристики наших боевых единиц и жду ответный список.

– Веганцы, – буркнул эридянин, недовольный тем, что, во-первых, веганцы предоставили техническую информацию землянам о связи эридян и, во-вторых, что инициатива в разговоре полностью исходит от землянина.

Ознакомившись со списком, Трохх высказался:

– Техника примерно на нашем уровне, плюс-минус. Немного необычное вооружение, но это даже интересно. Непонятен пункт о безотлагательной спасательной помощи в крайних случаях…

– Что-то вроде последнего шанса остаться в живых при смертельном исходе схватки, – пожал плечами землянин.

– Согласен, если выбывшая единица не будет повторно вступать в бой.

– Возражений нет.

– Но все равно вас меньше. Предлагаю снизить количество боевых единиц с нашей стороны и привести их к вашему количеству.

– Не стоит, – покачал головой землянин. – Нам будет полезно сразиться с таким сильным противником, как вы, и проверить себя. Даже если проиграем, это будет хороший опыт.

Трохх немного подумал и решил все-таки оставить количество своих воинов без изменений. Да, возможно, он переоценивает землян и стоило бы выровнять силы, но что-то подсказывало ему, что он поступает правильно.

– Бой! – провозгласил Трохх и взвился вверх, осыпав землянина и веганку медленно опускающейся пылью.

– Позер… – пробормотал землянин.

– Интересный тип, – безмятежно заметила женщина. – Прямой, как шуша, и честный, как я!

– Если насчет первого я ничего не могу возразить, то по второму пункту твоего утверждения у меня есть определенные сомнения.

– Хм… Не поняла! Это ты проехался насчет чьей честности?! Моей или… эридянина?

– Хе-хе… Пусть эта неопределенность пока повисит в свежем воздухе спутника Земли, напоенного ароматами вакуума…

– Я припомню твои слова… – с угрозой произнесла женщина в спину уходящему мужчины, – в постели!

Руана

Руана ощущала некий дискомфорт от ситуации, приводя в порядок запасной боевой скафандр и внося некоторые изменения в корабль, взятый на замену своему со склада базы (свой личный корабль подвергать опасности повреждения она не хотела), чтобы его можно было использовать в режиме боевого трансформинга «планета – космос». Ну там отключить космические двигатели, реактивировать кое-какие запасные системы, переключить режим работы бортового кристалла… Хотя в первую очередь ей нужно было привести в порядок свои мысли.

После допроса, проведенного Алиелой, Руана до сих пор не могла себя, так сказать, собрать. Ощущения были не очень приятные, будто что-то оторвали от тебя и потом приклеили обратно тяп-ляп. Не ожидала она, что старая знакомая так сильно продвинулась в ментальном оперировании. Да и в ее деле никаких упоминаний об этом не было. В общем, выпотрошила Алиела ее, как шуша свою добычу. Заставила даже вспомнить то, что и сама Руана не помнила или на что не обращала внимания. И заставила посмотреть на ситуацию с другой стороны. Очень неприглядной стороны. Если бы не было так плохо, то можно было бы даже сказать спасибо Алиеле. Правда, вполне возможно, что она сунула ей в голову какие-нибудь ментальные закладки, но это вряд ли. Кристалл, когда снова активировался, провел полную диагностику ее состояния и ничего такого не обнаружил. Не гарантия, конечно, но все же хоть что-то.

Еще Руане сначала не понравилось, что ее с Элхором отдали под управление земным воякам, но потом она успокоилась. Сама дуэль ее не очень волновала, как и ее результаты, а вот собственное состояние – очень.

О! Началось!

На внутренний тактический экран пришла команда от командира, и Руана вместе с Элхором и двумя землянами рванули в небо. Их целью было связать боем истребители эридян, чтобы они не мешали наземным (или налунным) силам, и по возможности максимально их уничтожить. Руана недовольно хмурилась – ей не нравилось, что основное оружие ее корабля было заблокировано (ею же), и приходится работать только примитивными метателями да энергетическим оружием ближнего боя. Но вскоре ритм боя ее захватил, и на лице даже появилась улыбка, когда первый истребитель эридян развалился пополам, прошитый снизу ее очередью.

Резко изменив траекторию и кувыркнувшись в пространстве, Руана буквально оседлала сверху очередной истребитель врага и с огромным удовольствием одним ударом кулака разбила черную непрозрачную и даже бронированную капсулу, в которой находился пилот. Броня ему не помогла, зато Руана с огромным удовольствием, вымещая на эридянине свое плохое настроение, схватила его за что-то на комбезе и буквально выдернула из капсулы, резким движением манипулятора-руки отправив в небо. Вслед отправился энергетический импульс, оторвавший ему ноги.

В чувство ее привело мигание на тактическом дисплее, показывающее, что в результате ее последних действий их команда получила минус десять очков. И тут же она передернулась, почувствовав внутри себя внимательный и в то же время какой-то равнодушный взгляд Ника и рядом – недовольное ментальное шипение Алиелы. Слов не было, но Руане стало очень неуютно. Настолько, что она чуть не пропустила ракетный удар очередного эридянина.

Впрочем, ее броню все равно немного посекло, несмотря на то что ей удалось в последний момент уклониться с одновременным уничтожением ракеты оружием ближнего боя. Но это было близко! Жаль, что полноценную противоракетную оборону нельзя использовать, давая примерно равные шансы всем участникам.

О своем порыве Руана скоро пожалела – на ней сосредоточилась половина оставшихся истребителей эридян, почти не оставляя ей шансов не то что на победу, а хотя бы на то, чтобы остаться активной боевой единицей. Но неожиданно на помощь пришел один из землян с очень странным именем Изао и таким же странным внешним видом. Особенно его узкие глаза вызывали у нее непривычное чувство потусторонности. На базе, когда они знакомились, он на нее внимательно посмотрел, и Руана запомнила тот взгляд.

Изао буквально приклеился к объему пространства, в котором она воевала. Он ловко подстраивался под логику движения ее корабля и одним небрежным движением крыла или, иногда, псевдоруки (его корабль также мог менять свою форму, но в более широких диапазонах, чем ее, и проделывал это часто прямо во время боя, меняя динамику движения) сметал противника с поля боя движением непонятного оружия в виде большого светящегося меча. Можно было бы сказать, что это лазерное оружие, но уж очень странное.

Особенно ей понравилось, как в один из моментов, когда на нее насели сразу трое – двое с боков и один сзади, – Изао выскочил снизу вверх позади ее траектории, перекрыв движение преследователю, и на мгновение замер, приняв человеческую форму. Четырехметровая фигура зависла в вакууме, сложив руки на поясе, и когда до нее долетело несколько выпущенных ракет от преследующего Руану эридянина, этот Изао будто выхватил с пояса светящийся меч и всего несколькими, практически не улавливаемыми росчерками срубил на лету и ракеты, и подлетевшего к тому времени эридянина, развалив его истребитель пополам. Правда, сделал это настолько ювелирно, что сам эридянин не пострадал, кувыркаясь в пространстве в своей капсуле, выплюнутой гибнущим истребителем.

Руана завистливо скрежетнула зубами, увидев, что за этот маневр их команда заработала плюс восемь очков. Ей за каждого поверженного врага давали не больше двух очков, но чаще – одно. Даже Элхору за каждого сбитого давали три-четыре очка!

И все-таки они справились! Все тридцать истребителей эридян были уничтожены. Правда, из их команды остался только один, и, на удивление, им оказался землянин Изао. Элхора сбили где-то на пятнадцатом истребителе эридян, вторым был землянин, но не Изао, а какой-то другой, на него Руана на базе почти не обратила никакого внимания, кажется, он был из земной страны Америка. По крайней мере, она слышала, как к нему обратился один из землян: «Эй, американец!» Здесь он тоже себя неплохо показал, особенно в плетении кружев снарядами скорострельной пушки, загоняя противника своими трассами в ловушку, где сходились вместе истребитель врага и собственно снаряды.

Но именно благодаря Изао Руана смогла продержаться так долго, несмотря на то что эридяне, обидевшись за своего пилота, которого она подстрелила вживую, не оставляли ее в покое. И что обиднее всего, в критических ситуациях, которых было не счесть, ее спасал именно землянин! Ее, одного из лучших оперативников, владеющих любыми видами оружия! У нее даже возникла мысль – потом, когда все это закончится, вызвать этого землянина на дуэль один на один и посмотреть, чего он стоит. Уж очень ей не понравилось быть… защищаемой. Или подсадной? На которую слетаются противники, а умный землянин пользовался моментом? Вот это и выяснить!

Это было очень неприятно – умирать. Теперь Руана пожалела о том своем порыве, когда она расстреляла эридянина. Когда ее все-таки достали и система жизнеобеспечения выплюнула ее в скафе из разваливающегося корабля (скаф сам по себе не хуже спасательной капсулы по функционалу), на ней буквально сошлись снаряды трех истребителей эридян, выбив из нее сознание, и кажется, она даже слышала хруст своих костей. А еще вроде бы краем уходящего сознания увидела вспышки лазеров, сошедшиеся на ней.

Но когда она очнулась уже на базе – ничего не болело, хотя скаф, лежащий рядом, был буквально разодран. Может, ей помогла верхняя одежда, которую ее заставила перед боем надеть Алиела?

Сергей

Все-таки зря Ник беспокоился о том, как пойдет драка. Были варианты, но все же вышло нечто среднее – не просто куча-мала, а более-менее упорядоченные управляемые подсистемы действий. Веганцы с парой землян неплохо связали боем истребители, хотя какие это истребители? Так, ближайшее по смыслу название. Нику с его женой и еще двумя землянами – немцем с редким именем Ганс и иранцем Мухаммедом – Сергей с Джоном определили разбираться с, так сказать, пехотой. Четверо против десяти – хороший расклад, чтобы проиграть. Но, возможно, не все так плохо. Там-то как раз надо показывать больше личные умения. Вон Изао с Генри и веганцами неплохо удерживают ситуацию против аж тридцати! А вот им, шестерым, против двадцати тяжей совсем не сладко придется. Но ничего, может, ребята из другой группы все же выстоят и присоединятся к ним… Шансов, конечно, маловато, но они есть.

Эридяне начали с простой схемы – двадцать «танков» полукругом, где центр – земляне, хотя на наши старые танки они совсем не похожи, а больше на неких пупырчатых кузнечиков, способных как прыгать, так и быстро передвигаться пешком, ну и выполнять короткие перелеты. А еще – при опасности – сворачиваться в подобие шара. Судя по информации, часть «тела» у них состоит из исключительно крепкой брони, но тяжелой, поэтому (или по какой-то иной причине) ее невозможно использовать по всей поверхности танка-робота. А при сворачивании в шар (почти мгновенном, надо сказать) именно эта броня и составляет его внешнюю поверхность. Кроме этого, у них есть энергетические щиты, но не постоянного действия. Ими управляет информационная система. В чем прикол – эта защита мешает прицельной стрельбе самого танка, да и энергозатратная слишком, вот и включается в основном в нужные для защиты моменты, что очень хорошо для землян.

Ну, для такой тактики у землян нашлась своя контртактика. Все шестеро БРОКОМов быстро собрались клином против эридянского полукруга. На Земле Сергей о таком и не слышал, но Ник сказал, что у него есть экспериментальная система энергетического щита, примерно такого же, как у эридян, но, в отличие от тех, земная защита способна сливаться с защитой рядом стоящих прочих боевых машин, немного усиливая ее за счет двойного или тройного (сколько машин) энергообеспечения и синхронизации силовых полей. А еще она не мешает стрелять изнутри наружу, в отличие от эридянских! Объяснял все это Ник с самым честным видом, но Сергей почему-то считал, что тот им нагло врет. Ну не влезало это ни в какие рамки!

И вот, собравшись такой «черепахой», все шесть БРОКОМов стали сосредотачивать огонь на одном-единственном вражеском танке. Выстрелы полностью синхронизировались, точки нанесения ударов для каждой единицы рассчитывались с целью нанесения максимального урона противнику, а УНИКи анализировали повреждения и отбирали максимально успешные варианты воздействия на врагов. Да, на нашу «черепаху» тоже сыпались совокупные удары двадцати… уже восемнадцати вражеских танков, но их выстрелы не были синхронизированы, и в каждый момент времени на усиленную защиту землян приходилось по одному снаряду или ракете, хотя те в основном вообще не успевают долететь – сбиваются противоракетной обороной в ближнем радиусе действия (дальний, к сожалению, отключен), с чем она прекрасно справляется.

Кроме того, у земных скорострельных пушек была еще одна фича, которая уж точно, с точки зрения Сергея, не имела никакого отношения к технике. Снаряд, вылетая из ствола, мгновенно перемещался к противнику на очень точно рассчитанное расстояние от него, когда защита эридян еле-еле успевала засечь летящий снаряд и отреагировать, а может, и не отреагировать. Ник сказал, что можно было бы и ближе, чуть ли не в упор, но это уже не прокатит с точки зрения правил. В любом случае эта доделка, сделанная буквально на коленке (три раза ха!), значительно уравнивала силы сторон.

Поняв, что тактику надо менять (пять подбитых танков против нуля у землян!), эридяне срочно сбились в кучу, повторяя тактику землян, и как-то сумели более-менее синхронизировать выстрелы, усиливая их пробивную силу, вернее, нагрузку на щит землян. Сергей усмехнулся:

– Что, Джон, поломали мы им игру?

– Согласен, Серж. Что-то они вместо своей тактики стали пародировать нашу.

– Возможно, это временно, просто мы им шансов не оставили… Надо и дальше перебивать их планы.

– Согласен. Кажется, нам пора что-то делать, они приспособились, наши щиты, пусть Господь благословит того, кто их придумал, уже на грани. Вариант два?

– Хм… пожалуй. Включаю пятисекундный отсчет.

Ровно через пять секунд БРОКОМы землян одновременно сыпанули в стороны, успев напоследок дать совокупный залп, тем самым на мгновение заткнув встречный огонь. Три двойки разлетелись по ломаным траекториям. Одна двойка рванула на ближнюю дистанцию к эридянам, вторая – на среднюю, а третья – на дальний радиус, но уже не двойкой, а каждый самостоятельно, выполняя роль снайперов поддержки двух других двоек. Все это было сделано для того, чтобы увеличить время перенастройки систем наведения врага по разным дистанциям, пусть и на доли мгновений, но которые в бою играют не последнюю роль. Не давать им проводить синхронизацию выстрелов по одной цели. Как говорится, удар ладонью мы остановим встречным кулаком, а кулак остановим раскрытой ладонью.

Мозги землян работали на повышенной скорости, на удивление не истощая организм, по крайней мере, не так явно, как с психомасками. Варианты передвижений противника отчетливо читались, лишь ненамного уступая тактическим компьютерам по скорости, а то и давая им фору, на ходу отбрасывая маловероятные версии и, таким образом, иногда получая результат раньше, чем данные придут от УНИКов.

В отличие от танков эридян, земные тяжелые БРОКОМы обладали завидной способностью летать, что так прекрасно показывали Изао с Генри, правда, у них они были полегче. Тяжелые БРОКОМы, вернее, три из них и три средних неплохо справлялись с тактикой: тяжелый быстро перемещался в метре от поверхности Луны, ловко обходя препятствия в виде камней и ныряя в распадки, а средний неожиданно подскакивал на высоту метров десяти-двадцати, а то и выше – высоту рассчитывал тактический УНИК, чтобы сбить вычислительные средства противника с толку, не дать поймать ритм.

И все это постоянно стреляло, посылая в цель то снаряды, то энергетические лучи, не давая противнику полноценно использовать свою мобильность. Ведь как только на танке эридян сходилось сразу несколько потоков снарядов и лазерных лучей, происходила перегрузка энергетического щита, и тот резко сворачивался в шар. А синхронно перевести поток железа и лучей на другой танк, как только он попытается выйти из защитной формы, – дело нескольких миллисекунд. То, что эридяне сидели в кучке, этому хорошо способствовало.

– Эдак мы их сильно раздраконим, – заметил Сергей.

– Учитывая бесконечный запас снарядов и отсутствие опасности перегрева и износа стволов, на это можно наплевать, – отреагировал Джон. – И снова пусть Господь благословит того, кто придумал эти технологии.

– Не без этого… А насчет эридян – слишком хорошо, чтобы быть правдой. Как бы они что-нибудь не придумали… Все-таки их слишком много. Да и опыт другой, скорее всего, просто не приспособились еще под такого противника, как мы…

– Сглазил!

Эридяне, потеряв еще три танка, резко перешли из пассивного состояния в активное (на этом переходе, собственно, те подбитые и подловили) и, как тараканы, разбежались в стороны, хаотично стреляя по землянам. Впрочем, так казалось только на первый взгляд. Быстро перемещаясь, а запас подвижности их танков был еще достаточно большим, чтобы быстро менять свою диспозицию, они вроде бы снова повторили тактику землян, но при ближайшем рассмотрении стало понятно, что это лишь видимость.

Пять танков снова собрались в более удобном месте и объединились в единую сеть – единый механизм с единым управлением, отчего его мощности в плане совокупной точности и синхронной стрельбы значительно увеличились, даже по сравнению с тем моментом, когда они все были в куче. Почему они этого раньше не сделали, было непонятно. Остальные танки собрались по два-три радиально от центра и буквально превратились в небольшие передвижные укрепленные пункты. Но это все не страшно, плохо то, что они изменили и свою защиту, и тактику.

Танки перестали сворачиваться в шары, оставаясь в полусобранном состоянии, что позволяло им вести непрекращающуюся стрельбу, даже находясь под постоянным обстрелом. Энергетические щиты стали работать в мерцающем режиме, только чтобы отклонить снаряд, летящий в незащищенную секцию полураскрытого шара, а иногда и вообще не активировались, позволяя танку принять снаряд на физическую броню.

Тактически они тоже перестроились. Теперь половина танков, синхронно действуя, отсекала земные аппараты от выбранной жертвы и не давала остальным земным аппаратам сосредоточить огонь на «загонщиках», а остальные стволы полностью сосредотачивались на жертве.

Это почти сразу принесло нужные эридянам результаты – буквально в течение минуты была сбита ближайшая двойка земных устройств. Затем упал один из тех, кто был на средней дистанции, второй успел уйти к последней двойке, которыми и были Сергей с Джоном, и спрятаться в складках местности. Правда, он все же был подбит и, можно сказать, вышел из сражения. Это был Шо, китаец с феноменальной подвижностью и чувством боя. Он буквально ввинчивался в свободное пространство между смертоносными очередями снарядов или лазерных лучей. Но все же не смог полностью избежать попаданий.

– Покойтесь с миром, братья, – пробормотал Джон, глядя, как на командном экране потухли обозначения остальных пилотов. А где-то через минуту погасла связь и с китайцем, видимо, повреждения оказались слишком тяжелыми. – Что будем делать, Серж?

Сергей огляделся. Сейчас он находился в мертвой зоне, как и Джон где-то в километре от него. Эридяне замолчали, ожидая хода землян. Если бы это был обычный бой, то самое время было бы отступить от превосходящего по силам противника. Но… Долбаная дуэль! Тут не может быть двух победителей или двух побежденных. Пока хоть один в состоянии двигаться, бой должен продолжаться.

– Ну что я могу сказать, Джон? – Сергей преобразовал свой БРОКОМ в антропоморфную форму, твердо встал на ноги, топнул.

Отцепил от пояса подаренные Ником плети. Несмотря на то что в лапах БРОКОМа они смотрелись как игрушки, через внутреннюю сенсорную сеть чувствовались они как обычно. На пыль Луны упала выплюнутая из рукояток подвижная часть плетей, а через мгновение вокруг большого робота закрутились сверкающие линии, формируя защитный кокон.

Сергей улыбнулся.

– Что я могу сказать, мой друг англ? – повторил он. – Как говорили мои предки: «Мертвые сраму не имут». А переиначивая слова одной старой веселой песенки: «Мы смело в бой пойдем! За власть земную!»

– Долбаные русские! Все у вас через одно место, – криво улыбаясь, буркнул Джон, отцепляя от спины слабо светящийся огромный клинок, по форме сильно напоминающий унтер-офицерскую саблю корпуса морской пехоты США, в которой служил далекий предок Джона. Размеры только побольше.

– Не без этого, Джон. Нам, русским, вообще ближе по духу анархия, хаос. Но любим мы порядок и жутко завидуем тем, для кого он – основа жизни. Тем же немцам или вам, англам.

– Ну, у вас сейчас вроде бы неплохо живется.

– Мы просто нашли баланс, Джон. Но все так же одной половинкой души желаем, чтобы нам никто не мешал жить по-нашему, не лез в нашу жизнь, а другой половинкой хотим, чтобы кто-то другой сильной рукой решал все наши проблемы.

– Было бы интересно поговорить с тобой, Серж, но, видимо, не судьба.

– Увидимся в следующей жизни, Джон.

В левую руку робот, управляемый англом, взял пушку, также снятую с креплений, где она обычно находилась. Помахав саблей и быстро наведя пушку, используемую сейчас как пистолет, на лежащие вокруг камни, англ сказал:

– Обязательно увидимся, Серж.

Ник

Ребята-тяжи показали просто класс. Нет, те, которые с истребителями воевали, тоже красавцы и красавицы, но я был просто поражен, когда двое земных управляемых роботов ворвались на позиции эридян и устроили там шухер. Не зря я все фиксировал с разных ракурсов и трехмерно, да еще потом сниму мемокопии воспоминаний участников – вообще картинка получится! Хотя проиграли, конечно.

Каждый уничтожил по дальнему лучу фигуры, в которой расположились эридяне. В том месте, куда ворвался Сергей, было два эридянских танка.

Первого он буквально располосовал на куски своими плетями, не дав даже выстрелить, – ему все время приходилось закрываться щитами, которые в конце концов не выдержали пробивной мощи хитрых плетей. Был поврежден и БРОКОМ Сергея выстрелами второго танка, который затем зачем-то решил сойтись врукопашную с землянином, достав свой силовой тесак. Возможно, он был просто впечатлен действиями Сергея, но не сумел преодолеть его напор. Правда, умудрился все-таки отрубить одну руку БРОКОМа и повредить ногу.

Часть испорченного тела БРОКОМа была отторгнута системой морфинга, и он несколько уменьшился в размерах и в весе. Было потеряно или приведено в негодность и некоторое оборудование, в частности пушка и лазеры. Рывок и телу Сергея дался непросто, его буквально шатало. Он было подумал, что уже все, не сможет встать, но откуда-то будто повеяло свежим воздухом, и через пару мгновений не без труда, но он поднялся на ноги.

– Эй, Джон! Ты как там? – хриплым голосом спросил Сергей, наблюдая на экране, как к нему приближается тройка эридян, покинувших один из лучей как уже бессмысленный, – они прекрасно знали, сколько землян осталось и где.

Джон не ответил. Ему попалась более сложная цель – целых трое эридян. Одного он с наскока буквально разорвал быстрыми выстрелами в упор, одновременно прячась за тушкой атакуемого врага, но этого надолго не хватило. Скоро ему пришлось крутиться между двумя атаковавшими его эридянами, тоже решившими вступить в рукопашную.

Стреляя одной рукой и махая саблей, он какое-то время умудрялся держаться против обоих противников. К сожалению, ему так и не удалось повысить плотность огня до уровня, позволившего ему в первые моменты уничтожить одного из врагов. И еще ему просто не хватало практики владения сабельным оружием, в отличие от тех же эридян, на удивление ловко машущих своими огромными ножами.

И в какой-то момент Джона не спасли ни энергетический щит, которым в такой близи было пользоваться очень неудобно, ни усиленная броня. И проткнутый двумя силовыми мечами БРОКОМ Джона на какое-то мгновение замер, а потом просто стек кучкой деталей на песок Луны, похоронив под собой отважного англа. Эридяне своими мечами повредили основной движок морфинга, что и привело к такому результату.

Однако буквально через несколько мгновений на почву Луны завалился и один из эридян, а второй медленно сел, прислонился к лежащему тысячи лет на Луне каменному обломку и замер.

А через пять минут, не справившись с тремя противниками, в пыль Луны лег и Сергей.

Ник

Самым моим большим прорывом, если это можно так назвать, была разработка программного обеспечения для инфокомпа, который навешивается на ствол и, в зависимости от цели, на которую направлен, высчитывает смещение параметров в частотно-волновой характеристике пространства ствола и цели (две точки, где снимаются параметры и прямая между ними, параллельная стволу, а ствол у нас сейчас смотрит точно на цель, правда, с траекторией снаряда, выпущенного из нарезного ствола, пришлось поработать, но об этом я говорил уже) таким образом, чтобы пуля, покидая ствол, попадала в мгновенно формируемое кольцо телепортации и появлялась в обычном пространстве уже перед целью, сохраняя свою скорость и убойность. А! Еще прикол сделал – наконец-то нашел, как использовать волновой дубликатор, – для пополнения боеприпаса, конечно. Тоже повозился, но вышло вроде бы неплохо. Один-единственный снаряд превращался в информационную волну, дублировался – и оп! Уже два снаряда стоит! Осталось аккуратно все это прикрутить.

Самая значительная техническая деталь этой системы, которую я решил использовать, была обычным военным дальномером, с помощью которого высчитывается дальность до цели, остальное – магия. Это было и проще на тот момент, чем использовать магические способы, и просто больше захотелось сделать такую интеграцию. Проблемой могла стать какая-нибудь блокировка в рамках работы защитной амуниции эридян, но вроде бы этого не предусматривалось с их стороны. Впрочем, земляне тоже давно придумали разные хитрые штучки, чтобы обходить возможные противодействия, и такой дальномер далеко ушел от известных мне лазерных девайсов.

– Ганс, Мухаммед, готовы? – Я оглядел две фигуры рядом с собой.

Рядом с ними стояли мы с Алиелой, которой настолько понравился ее новый скафандр, подаренный мною, что она категорически отказалась от моего предложения воспользоваться своим более привычным скафом, хоть и усиленным. Ну, я спорить не стал – мне же так спокойнее, ибо я знаю, на что он способен.

Также Алиела отказалась от моего предложения постоять в сторонке, не вмешиваться. Даже обиделась на меня. Пришлось задабривать и не говорить, что я не особо впечатлен ее боевыми качествами. Нет, снова задабривать и успокаивать мне самому приятно было бы, ведь обычно это делается у нас с ней пока единственным способом – в постели, но все же дело есть дело.

Кстати, во время наших с Алиелой игр я старался удалиться или в свое подземное царство, или в пространственный космический склад. Почему? Потому что до сих пор не разобрался, что происходит вокруг нас во время этого действия. Возникают какие-то энергетические завихрения как физического плана, так и в области животных энергий, – все возможные виды излучений, которые только может генерировать человеческое тело. А уж что происходит в ментальном плане, вообще лучше молчать. Боюсь, что находящимся рядом может довольно сильно достаться. Это, конечно, забавно, но несколько напрягает. Я бы предпочел без всего этого. Еще плохо то, что изучать этот феномен пока не получается, несмотря на распараллеливание сознаний и прочего, – просто все это не работает, когда я с Алиелой. Нет, я чувствую, что все это могу задействовать при определенном усилии, но совершенно не думаю ни о чем. И главное – не хочу. Потом жалею, но… тогда если вдруг и возникает эта мысль, то смывается чем-то вроде: «Идите все к черту! Мне некогда!»

Так вот, в рамках повышения квалификации Алиела все-таки согласилась на внедрение в нее навыков кое-каких боевых знаний и умений. Да, я помнил, как это тяжело, особенно когда навыки надо как можно быстрее вытащить на уровень физического тела. Но у меня ведь есть крутой медицинский сервер и замедление-ускорение времени! Так что внедрение произошло успешно и, главное, безболезненно для моей подруги, тем более я прошелся по созданной мемокопии с навыками алгоритмом подгонки системы под конкретного пользователя от Родомира, и получилась конфетка!

Внешне Алиела практически не изменилась, несмотря на кое-какие изменения в мышечном каркасе, – ну там кое-где повысилась гибкость, кое-где волокна усилились, кости, сухожилия. Через навыки затронулся и вестибулярный аппарат, и так в принципе отличный, но стал еще круче. Кстати, улитка в нем у веганцев немного отличается от людской, но не критично. В общем, с самым главным я справился – не сделать хуже как внутренне, так и внешне мою… лапу. Если бы сейчас она попала в ту же ситуацию с серыми, то, мне кажется, просто их порвала бы всех там, как Тузик грелку. И не особо бы запыхалась.

У Железных братьев на Лунгрии были и женские подразделы их боевых искусств, коих насчитывалось не десятки, конечно, но достаточно. Вот хорошая мне идея тогда пришла в голову – накачать максимум умений! Правда, если размахивать женским вариантом длинного холодняка, у Алиелы уже получалось очень даже прилично, и она теперь даже могла, используя аурное воздействие, ударом ладони ломать камни, то вот более сложные вещи типа пробивания энерготела (ауры) противника на расстоянии или воздействия на его тело с нескольких метров у нее пока не получались. Ну, с этим я ей потом помогу, у меня есть свои техники по развитию подобного, и довольно быстрые (и, главное, ей они вроде бы подойдут), а сейчас Алиела просто бесилась, когда не могла сделать удаленное воздействие, – знание-то, как делать, у нее есть. Впрочем, бесилась недолго, остальное быстро переключало ее внимание.

Осталось часов десять поработать в зале, чтобы все эти навыки еще и осознать, и все. А время… Время у меня теперь есть, но тоже пока стремно часто использовать такую возможность. Ничего же не исследовано! Все на ощущениях и хаотичных расчетах без особой системы! Ну да ладно. С этим мне определенно везет, ведь жив пока!

Передо мной стоял тот эридянин, с которым мы договаривались о дуэли. За ним располагались девять его бойцов. Пехота сильно отличалась от других войск своей амуницией. Если остальные, так или иначе, использовали просто технику, в которую влезали, то пехота – скафандры с всякими защитными навесками. Собственно, почти как и у нас, но в этом плане, на мой взгляд, земные технологии смотрелись выгоднее. По крайней мере, в техническом плане. Наши БРОКОМы почти все: и легкие, и полутяжелые, и тяжелые – в той или иной степени могли использовать морфинг формы, подстраиваясь под окружающую среду. Согласно моим устаревшим знаниям вековой давности, это крайне ненадежно, но согласно моим современным знаниям – наоборот. Сами по себе детали обшивки исключительно прочные, а сцепление между ними при активации почти ничем не отличается от того, как если бы они были сплавлены. При этом при необходимости, подчиняясь управляющим сигналам компьютера, они могли быстро переконфигурироваться или отторгать поврежденные части, не снижая боеспособность. Ну, не мне судить, но раз они их стараются использовать повсеместно, значит, в этом что-то есть.

Мои же бойцы сейчас использовали земной вариант военного скафа, который, как ни странно, выглядел почти так же, как и мой на Алиеле, – черное обтягивающее специальное самовосстанавливающееся микрочешуйчатое покрытие, максимально смягчающее физическое воздействие (пули, осколки), не поддающееся высоким температурам и защищающее от энергетических воздействий (те же лазеры). Кроме того, скаф работал как экзоскелет, значительно усиливая физические кондиции человека. Собственно, мечта, даже мне понравилось.

На самом деле у землян нет боевых скафандров для космического боя или боя на иных планетах, поэтому они вначале планировали использовать легкие управляемые БРОКОМы, но это резко снижало коэффициент нашей эффективности в бою, что при учете нашей малочисленности почти не давало нам шансов выиграть хотя бы по очкам. Да, у них тут двойная система оценки выигрыша. Кто остался жив, при условии, что противников не осталось, – однозначно выиграл. Но еще ведется подсчет очков. Ну там разные, вполне адекватные параметры – оружие, ловкость, даже красота победы или твоего выпада. И ты, вот хохма, можешь проиграть в дуэли и умереть, но при этом по очкам выиграть!

Так что немец Ганс и иранец Мухаммед решили использовать наши российские экзоскелеты, а уже то, чтобы они могли их использовать на Луне в безвоздушном пространстве, ложилось на меня. Ну и то, что они были с ними знакомы, – хорошая случайность, хотя что тут случайность, а что нет, трудно сказать – я не лез в подбор команды.

К сожалению, если бои между тяжелой и легкой техникой происходили одновременно, то пехота ждала их окончания, чтобы начать свою игру. То есть у меня бы не получилось по-быстрому расправиться со своими противниками и помочь остальным, но между собой они могли взаимно помочь друг другу по завершении своей части боя. К сожалению, у нас так не вышло. Фактически мы там проиграли, погибнув, но по очкам у тяжей немного опередили эридян, а вот в легком вооружении – то есть их истребители против наших летающих БРОКОМов – мы выиграли, как фактически – у нас остался в живых один боец, японец Изао, так и по очкам, но ему уже некому было помогать. Это странно, но судейский комп эридян буквально заваливал действия японца очками. Не будь комп под управлением эридян, я бы сам подумал, что он подсуживает, а так можно все что угодно предположить.

– Натюрлих, Ник! – пробасил немец.

Иранец же просто поднял руку, подтверждая готовность. Я вышел вперед и остановился перед эридянином. Он возвышался надо мной и выглядел заметно массивней. Правда, в этом не столько их скафы виноваты, сколько сами эридяне. Ну высокие они. Так и хочется их троллями называть, уж очень они под это описание подпадают.

– Мы готовы, – сказал я.

– Я вижу. Последнее предложение – хотите, мы снизим количество наших бойцов?

– Не стоит лишать нас возможности заработать пару-тройку лишних баллов, – хмыкнул я.

– Но вы, скорее всего, погибнете. – Громада передо мной странно шевельнула плечами. Будь это человек, я бы подумал, что недоуменно.

– Это вряд ли. Но даже если и так – как говорят люди из военной касты на нашей планете, самураями их зовут, и наш воин Изао, выживший в бою с вашими истребителями, является одним из их представителей… Так вот, они говорят, что, идя в бой, надо просто представить, что ты уже умер. И не просто представить, а понимать, что это действительно смерть и она неизбежна. И тогда никакой страх тебя не возьмет.

Трохх шевельнулся:

– Да, нас поразило умение вашего воина. Использовать приемы ближнего боя внутри робототехники в борьбе с летающими врагами… Это интересно. Нам бы хотелось пообщаться с этим человеком.

– Все это потом. Давайте завершим дуэль. Как там общий счет? Примерно равный?

Трохх кивнул. Вернее, он как-то пошевелился, но я по его ментальным мыследвижениям понял, что он кивнул. Кстати, аура у них необычная, но сейчас не об этом разговор.

– Ну вот, давайте наконец выясним, кто чего стоит.

Трохх развернулся и потопал к своим.

Мы не знали, какую тактику лучше использовать, да и не притерты мы друг к другу были, чтобы городить что-то действительно сложное. Тут бы даже мой склад с ускоренным временем не помог. Поэтому мы просто разбились на две независимые двойки, благо в таком режиме работать более-менее приходилось и немцу, и иранцу, да и у нас с Алиелой такие навыки были, правда, из мемокопий, но тем не менее.

Ганс не решился использовать световой меч, новинку, что я предоставил землянам, и взял привычный цвайхендер. Огнестрелом и тому подобным пользоваться было нельзя. Только то, что можно держать в руках и чем можно ударить. Больше ограничений не было. Так что можешь взять палку или меч джедая – правилами допускается. Мухаммед предпочел обычную саблю шамшир. Понятно, что эти спецназеры были не только спецназерами, но и мастерами в холодняке.

Как я заметил, несмотря на футуризм современной жизни, боевые искусства вообще, и в области холодного оружия в частности, находятся в фаворе. Да, очень часто оружие уже совсем не походит на своих предков, все-таки металлургия сильно продвинулась вперед, да еще и одаренные к этому стали прикладывать руку. Так что неудивительно, что современная шашка, например, сможет перерубить свою булатную прародительницу. Да еще всякие футуристические фишки – и заточка чуть ли не молекулярная, и новые техники владения, и совсем уж навороты типа мощных разрядников, спрятанных внутри, и так далее. Мне оставалось лишь дополнительно укрепить оружие землян да добавить кое-какие фишки, повышающие пробивную способность, – магический вибродвижок на лезвие и силовое поле дополнительно на лезвие, чтобы при ударе еще до того, как до цели дойдет металл, оно уже разрыхлило место удара. Совсем круто делать не стал, незачем.

Еще энергетические щиты им дал. Мухаммеду – просто в левую руку. Перчатку, которую можно выставить в нужную сторону и активировать. Возникнет щит. Там можно параметры на ходу менять – небольшой щит выбрать или ростовой. Ну а чтобы руку тоже чем-то занять, небольшой световой кинжал дополнил амуницию, который, кстати, своим сверканием довольно сильно дизориентирует противника, а реальный металлический меч при этом выпадает из зрения.

Гансу с этим было сложнее – у него обе руки заняты мечом. Поэтому щит крепился к локтям обеих рук. При необходимости он поворачивается боком к противнику и выставляет локоть в нужную сторону. Небольшая тренировка, предваряемая внедрением простейшей мемокопии, и вот они уже вполне уверенно действуют и мечами, и щитами.

У нас с Алиелой было поинтересней. Мои два меча были из адамаса. Один из них с Эксом – искином, давно уже внедренным в мое холодное оружие. И хоть оно, когда было не нужно, жидким металлом стекало обратно в мои космические хранилища, Экс все равно оставался к нему привязанным. К самому металлу. Собственно, я неправильно даже сказал, что он «сидел» в одном клинке – фактически он контролировал все, что я создавал из адамаса. А больше мне и не нужно ничего. Клинки на ходу меняли форму в зависимости от выполняемых приемов, да и длину тоже. На крайний случай я даже мог стрелять выращиваемыми из металла пулями или стрелками.

У Алиелы было нечто вроде шпаги с дагой тоже из адамаса, именно этот стиль я ей закачал. Причем на Лунгрии он предназначался для женщин. Различие там было внешне небольшое, но фундаментальное, опирающееся на женскую конституцию. Уже в эту дагу я встроил энергетический щит, как у землян, и подруга очень удачно научилась с ним работать.

Недалеко от нас затанцевал немец с цвайхендером. Более слабое притяжение Луны значительно улучшало ловкость владения им. За ним метрах в десяти находился Мухаммед. Вернее, он быстро перемещался и нападал на дезориентируемых Гансом противников, а когда те пытались на него насесть, он быстро убирался за своего более мощного собрата. В общем, дополняли они друг друга совсем неплохо. И уже минут пять прошло, как они держались, не пропустив пока ни одного удара, зато успев кое-кого из эридян поцарапать. Странно, но те поначалу просто навалились на землян скопом, пока не получили по сопатке. И только когда не удалось с ходу завалить противника массой, стали что-то думать.

Наша пятерка противников оказалась несколько более подвижной, хоть и не дотягивала до нас с Алиелой. Поднятая пыль и наш небольшой, по сравнению с троллями, рост давали нам кое-какое преимущество, и мы им вовсю пользовались, быстро перемещаясь между эридянами, ускользая от их ударов и нанося свои. Надо ли говорить, что, все-таки беспокоясь за свою подругу, я немного жульничал: пыль долго не садилась, кроме того, приобрела интересные свойства, мешающие проводить сканирование объектов внутри нее. К сожалению, Ганс с Мухаммедом, наоборот, выбрали площадку, чистую от пыли, по сути, просто большую каменную плиту, и я им помочь таким же образом не мог.

Мимо прожужжало силовое лезвие эридянского меча. Ну, жужжание достроило мое сознание, отследив энергетическое излучение оружия. Правый меч слегка вытянулся, утолстился и мощно ударил навстречу пролетающей руке, держащей клинок. Слабое энергетическое поле, покрывающее амуницию эридян, на краткий миг пропало, и я успел воспользоваться моментом, левым клинком прочертив по ослабшей защите. Меч легко преодолел забронированный рукав скафа, и его рука, отделившись от тела, пролетела мимо меня. Не давая противнику опомниться, я вкрутился в его движения, оказался за его спиной и резким ударом навершием меча засандалил в район позвоночника. Увы, но совсем забыл про свои рефлексы и не успел придержать выплеск энергии. В результате вместо паралича без сломанных костей все-таки их ему сломал. Ну, позвоночник. Ладно, бывает. Может, у них это лечится, как у нас.

Пару раз дернулось сердце, когда Алиела пропустила удары. Вот вроде бы понимаю, что обезопасил ее по максимуму, разумеется, втайне от нее, но все равно дергался. Случай – он такой, случай всегда найдет щелочку. Ей, кстати, тоже удалось одного завалить, правда, просто разломав ему мечи своими железками, а самого отправив в длительный полет ударом ноги в грудную клетку. Красиво он полетел. Да и Алиела двигалась очень красиво. Дело в том, что, конечно, то искусство в первую очередь предназначалось для убийства. А оно обычно некрасивое. Пиф-паф – и готово. Но был у них еще один слой движений, накладываемый на этот смертельный, преображающий его. Ну, сами понимаете, женщины все-таки. Правда, эффективность чуть падала, да и энергетические затраты организма возрастали, но когда надо покрасоваться без сильного ущерба для эффективности, они любили вот так выделываться. Ну и Алиела тут вдруг решила… Хотя я понял почему. Передо мной выделывается. Приятно, но сердце екает.

И тут достали Мухаммеда. Сделал его эридянин ловко. Подловил, сделал какое-то акробатическое упражнение, сбившее с толку иранца, отчего тот замешкался и налетел на мощный, сносящий голову удар. Эх… И защита не выдержала. Оставшиеся двое (троих земляне успели-таки завалить) насели на Ганса. Я ментально толкнул Алиеле мысль – пока выматывать издалека наших троих – и рванул на помощь немцу. Но как бы ни торопился, все-таки не успел. Один из эридян сумел мощным ударом выбить меч из рук Ганса, а второй, пока немец не очухался, сзади горизонтальным ударом проломил все защиты и отрубил тому ноги. Но на этом не остановился, а еще и развалил Ганса сверху вниз пополам.

– Ах ты, мразь! – пробормотал я и ворвался в их междусобойчик.

Двигался я немного быстрее эридян, специально так рассчитал, чтобы казаться на их уровне, но чуть-чуть превышать его. И воздал по делам их. Этому тоже отрубил ноги, а последнему оставшемуся – голову. Всё как и они нам. Вот буквально получилось – кто к нам с мечом, тот от меча и…

И снова рывок обратно к Алиеле – ее сумели подловить в том пылевом облаке и насели со всех сторон. Ух как я разозлился! Все понимаю, был готов ко всякому, но почему-то вся моя подготовка и психологический настрой слетели к черту, когда я увидел, как Алиела вылетает из пылевого облака и тяжело падает. Да, она быстро вскочила, но было поздно. Я влетел в это облако, уклонился от двух пролетевших силовых лезвий (свой меч я отправил в хранилище) и тут же одним ударом сломал ближнему эридянину ногу. Сломал второму руку, держащую меч, и этим же мечом сильно ткнул в лицо первому. То ли у того щит просел, то ли еще что, но меч погрузился ему прямо в забрало. Сзади прилетает удар от последнего, но я изгибаюсь, и лезвие проходит со спины у меня под мышкой и втыкается в того, кого я держу.

Я хватаю этого терпильца за ноги и начинаю им действовать как дубинкой, избивая последнего. Наверное, это смотрелось эпично (пыль уже не мешала смотреть – я как-то перестал ее поддерживать) – невысокий землянин держит за ноги эридянина чуть ли не на метр выше его и размахивает им. Да, ладони у меня не сходились на толстых бронированных лодыжках тролля, но магия на что? Мгновенно прилепил силовыми лентами к рукам, и все дела. Крутил я эридянина быстро и ловко, а третий, и им оказался Трохх, видимо, растерялся – и своего мечом нельзя задеть, хотя чего там осталось от того? И отойти нельзя – сумасшедший землянин наседает.

В общем, я сумел выбить у Трохха меч головой его соратника, потом сбить с ног, и когда я стал уже того просто лупить измочаленным телом второго, он выбросил белый флаг. Ну, то есть просто подал сигнал «сдаюсь». Он обговаривался в правилах заранее, но никто, кроме Трохха, им не воспользовался. Вообще, ситуация, конечно, странная. Я бы тоже, наверное, не знал, что делать, если бы меня лупили членом моей команды.

Тем не менее я не смог сразу остановиться и еще пару раз лупанул его, потом отбросил тело в сторону.

– Никто не смеет трогать мою женщину! – тяжело дыша, сказал я.

Сзади к спине прижалась Алиела, и в ментальном плане на меня полилась успокаивающая эмоция и… гордость за меня?

Ник

На поле недавней дуэли опустился большой корабль эридян. Меня с Алиелой и японцем Изао провели внутрь. Забавно, но почти все встречавшиеся на пути эридяне были военными в боевой экипировке. И только пару раз встретился кто-то, кого можно было бы назвать обслуживающим персоналом. Внутри был воздух, но нам не особо пригодный. Дышать можно, но тяжело и недолго, иначе будет совсем плохо. Нам с Алиелой было на это наплевать – мои скафы практически не чувствовались на теле, но предоставляли все удобства для организма. Японец же был в стандартном летном комбезе – легком скафандре, но я тоже там кое-что подмарафетил, чтобы он себя чувствовал комфортно в подобных условиях (как и другие пилоты).

Насчет самурайства японца я угадал. Не знаю, насколько он следует традициям, да и вообще, имеет ли это смысл в современном обществе осколка бывшей Японии и является ли он, по японским понятиям, самураем (думаю, что, скорее всего, нет), но предки его были из этой кастовой прослойки древней Японии, а сейчас он шел с прикрепленным к поясу обычным мечом, за которым тянулся длинный шлейф истории, – это я с ходу определил и увидел.

Пришлось поставить фильтр на канал из астрала, а то уж слишком большим потоком пошла инфа. Это было забавно, но на него встречающиеся эридяне обращали намного больше внимания, чем на нас с Алиелой. Меня это реально забавляло, Алиелу, судя по всему, тоже – она прекрасно знала бзик эридян на военной теме. А вот сам японец воспринимал внимание к себе совершенно спокойно. Как будто так и надо. Уверен, что, не обращай на него никто внимания, он так же спокойно к этому относился бы. Вообще, он мне понравился.

Зал оказался большим (будь иначе, было бы странно для таких огромных существ), но в темных тонах. Правда, мрачность разбавляли разные огоньки, отражающиеся от вделанных в стены то ли отражателей, то ли камешков по типу драгоценных. Зал скорее походил на огромную пещеру. Я чуть-чуть приоткрыл канал с астралом, приплюсовал к нему информацию, снятую с самого этого места, и понял, что на самом деле это действительно торжественный зал, оформленный в родном для них стиле, – предки эридян жили в пещерах. Но, несмотря на то что это было тысячи лет назад и сейчас они уже не придерживаются строгих традиций, они не забывают прошлого, поэтому хотя бы одна каюта или зал на корабле у них оформляется таким образом. Чаще именно официальные палаты.

Я с любопытством осматривался. Алиеле это было знакомо, хотя вживую она, пожалуй, у эридян на торжествах не бывала. А японец, невзирая на абсолютно непроницаемую маску лица, в ментальном плане тоже пыхал любопытством.

Да, кстати, надо бы сказать, что не только я Алиелу чему-то учил, но и она показала мне пару интересных фокусов по работе с астралом. Как мы помним, астрал – протяженное отражение реальности в прошлое и отчасти – в неопределенное будущее. То есть эдакий скриншот каждого мгновения. Кроме того, есть информационный слой вокруг каждого предмета, объекта, существа, который тоже как бы является накопительной историей этого объекта, но конкретно его и непосредственно привязанный к нему. Оказалось, что это тоже составляющая астрала… Нет, не так. Не астрала как такового, а механизма функционирования того самого отражения реальности и сбора информации о ней. То есть астрал есть везде (не будем углубляться в вопросы его блокировки и недоступности), и самая нижняя его часть – датчики – и является прослойкой, в которой накапливается нужная информация о каждом объекте. Потом с некоторой задержкой (или вовсе без нее, тут еще не разобрался) инфа уходит в общий астрал, в общее хранилище или датацентр, если угодно. Но и не стирается из информационного буфера объекта. Так что некоторые недоразвитые чародеи или экстрасенсы могут, например, считывать информацию с объекта, но не могут выйти вовне, считать опосредованно связанную информацию.

Так вот, Алиела показала мне, как можно быстро установить связь от любого близко расположенного объекта (докуда дотягиваешься ментально или аурально) до астрального фильтра, грубо говоря – так не хватавшего мне аналога поисковика, связанного с данным объектом. Нет, это не поисковик, конечно, но ты попадаешь в тоннель, в котором связано множество тонких «световодов» – связей этого объекта с прочими. Сами понимаете, все это местами похоже на нейронную сеть, но только внешне. А вот нужную инфу в этой подборке искать – уже работа самого человека. Делаешь информационный фильтр или в голове (и перебираешь миллионы ниточек своей мыслью), или ставишь в этой трубе что-то вроде моих глифов и ловишь нужную инфу или на ощущениях (в первом случае), или просто ждешь, пока твои глифы не отфильтруют то, что тебе надо. Это уже я Алиеле показал – она только по первому варианту работала. И надо сказать, подруга была в восторге от такой фичи. Ибо, говорит, порой надо найти информацию, а отвлекаться от реальности нельзя. Почему веганцы не додумались до «программирования» в астрале – без понятия. Зато в оперировании чувственным методом продвинулись очень далеко и на этом прокачались нехило.

Поэтому после дуэли я ходил и тренировался – пытался прочитать не просто информацию о каком-то объекте (это я и раньше мог), а в реальном режиме времени увидеть связи этого объекта с чем-то. Да, глупо, конечно, но порой выскакивали довольно забавные образы. Например, вот от того же меча Изао. Связь с его отцом, от отца – к какой-то корпорации, от нее – к главе этой корпорации, а тут свой информационный вектор – связи с правительством и так далее. И вроде бы меч тут при чем? Уже и ни при чем. Мы просто по связи перешли в другую ячейку памяти астрала.

Кстати, сразу не заметил из-за игры света, но как только эридяне стали рассаживаться, сообразил, что этот зал похож на цирк или Колизей – присутствующие рассаживались по кругу и дальше. Внизу сидели самые уважаемые эридяне. Ну, как и у нас, собственно, первые места – для важняков разных.

Откуда-то появился Трохх и встал рядом с нами. Без скафандра он смотрелся не так внушительно, но все равно выше нас. Судя по ментальному плану, он чувствовал себя не очень хорошо, и это не относилось к его физическому состоянию. Я зацепил на нем свою метку внимания, чуть приоткрыл канал с астралом, смешал локальную инфу об эридянине с астральным информационным потоком и быстро выцепил причину его такого состояния. Это новыми методами, заметьте! Ну а упадническое состояние эридянина мне теперь стало понятно – еще ни один из них на дуэли не сдавался. Предпочитали умереть, чем такое. Не позор, конечно, но нечто неприглядное.

Все это немного походило на судилище, но нет – астрал четко мне показал, что серьезные вопросы, где требуется присутствие больше десяти эридян, решаются здесь. Хотя и судят тут (бывает и такое), но и награждают тоже в этом помещении.

Небольшой шум быстро затих, и если не знать, что вокруг сидят живые люди… тьфу, эридяне, можно было бы подумать, что это статуи, – они почти не шевелились. Вероятно, это связано с физиологией, но дальше лезть я не стал – начал говорить один из главных:

– Уважаемые эридяне! – Тут он использовал их собственное самоназвание, но оно не переводится, поэтому для простоты оставим «эридяне»! Еще я вспомнил про японца, который не знает эридянского, и перенаправил на его УНИК поток перевода (все равно у меня все снималось и автоматически переводилось для дальнейшего использования на Земле). Тот благодарно взглянул на меня и обозначил поклон. – Перед нами стоят уважаемые представители владельцев данной звездной системы. Как вы все знаете, но я напомню, в особенности для введения в курс дела наших гостей, если вдруг они не владеют всей полнотой информации, – независимо от уровня развития космической расы, по межкосмическим законам они всегда считаются хозяевами своей родной системы. Да, закон этот никого ни в чем не ограничивает и не защищает, но в определенных ситуациях, особенно когда есть чем заставить его соблюдать, он дает кое-какие преимущества для хозяев, если дело рассматривается приглашенными арбитрами, способными настоять на исполнении своих решений. К примеру, для этого часто используется раса центаврийцев.

Он на мгновение замолчал. При этом по присутствующим эридянам как будто прошла синхронная волна, и они снова застыли недвижно. Интересный эффект. Похоже, эридяне обладают сильным чувством локтя и таким образом при массовых скоплениях показывают свое отношение. Сейчас это просто был маркер, мол, да, есть такое дело.

Тут мне вспомнилось дело из земной возни, а именно, что президент России как-то объявил землян хозяевами Солнечной системы, ну и вызвал определенную информационную волну в медийном пространстве Земли. Оно как бы и так подразумевалось же, и многие только пальцем покрутили у виска. Но это мне кажется довольно странным. Хотя, если так посмотреть, на определенном этапе политической жизни такое совпадение высказываний президента с межзвездными законами, если вдруг инопланетные события, а также их правила и законы станут открытыми, может стать для него большим бонусом. Правда, тут можно что угодно придумать – от гениальности до того, что он является агентом каких-нибудь инопланетян. Так что щекотливый и опасный момент, главное – кто и как воспользуется. Впрочем, меня это не касается.

– Наш же путь, – продолжил не представившийся инопланетянин, – путь эридянина, – это путь служения. По крайней мере, нашего дома. В симбиозе с прочими расами мы видим свое развитие и повышение благосостояния нашей расы. Прочие дома нашей расы могут иметь отличное от нашего дома мнение, но это лишь иной путь развития, хотя и мы не чураемся сопутствующих деяний вроде торговли или добычи полезных ископаемых. И нам предстояло решить, стоит ли иметь дело с хозяевами этой звездной системы, и если да, то это сулило бы значительные выгоды по сравнению с другим путем, которым является работа через Комитет, образованный в этой системе центаврийцами. Стоит напомнить присутствующим, что нам удалось добиться того, что некоторые наши эридянские законы в подобных ситуациях имеют приоритет над межзвездными. В частности, при заключении стандартного контракта с хозяевами системы некоторые межзвездные законы, а в данном случае и ограничения Комитета, могут нами игнорироваться без всяких для нас последствий.

Среди эридян снова прошла волна, но несколько иного плана, как говорит астрал – одобрительного.

– Я, Тиролл, сказал. Продолжит Тарухх.

Этот эридянин сел, а встал его сосед. И продолжил говорить, будто мысль и не прерывалась. Зачем так было делать – без понятия. Внутренние заморочки какие-то. Но, кстати, голос этого, вернее, треск, которым нам слышался их говор, почти не отличался. Разве что иногда прищелкивания звучали четче.

– Для этого мы вызвали хозяев на обычную нашу для таких случаев дуэль. И здесь возникла коллизия наших законов и ситуации в данной звездной системе.

По рядам прошла недоуменная волна.

– Да-да! Как вы все знаете, наш старый закон вызова на дуэль, которому не одна тысяча лет, подразумевает ситуацию «одна звездная система – одна раса», и до сих пор он не подвергался сомнению никем, кроме меня и некоторых моих сподвижников.

Оп-па! Кажется, мы попали на какие-то политические дебаты, совмещенные с дуэлью. Впрочем, послушаем, тоже интересно.

– И, как только мы предполагали, так и случилось. Совместно с хозяевами системы в дуэли участвовали и веганцы, родственная землянам раса! И что теперь прикажете делать?

Тарухх театрально взял паузу. По залу прошла очередная волна, но я мысленно обратился к Алиеле:

«А в чем дело? На мой взгляд, им, наоборот, такое должно быть выгодным – еще и у вас подработают!»

«Сейчас узнаешь», – хмыкнула подруга, явно наслаждаясь ситуацией и предвкушая развязку.

– Какой-нибудь глупый эридянин может подумать: «А что тут такого? Наоборот! Можно и с веганцами тогда вести дела!»

Тут в моей голове отчетливо послышался смех Алиелы, а она еще, зараза, меня и локтем в бок ткнула.

«Ты понял, что по своему умственному развитию соответствуешь глупому эридянину?»

«Ладно-ладно, глупая веганка, выбравшая себе спутника, соответствующего собственному уровню развития», – в ответ подколол ее я. А она снова меня пихнула локтем.

Изао посмотрел на нас укоризненно. Не понимаю, как это он умудрился сделать при абсолютно непроницаемом лице! А, ну да – ментал. Точно, глупый я землянин!

– Только тогда такой глупый эридянин совсем не знает ничего! Во-первых, веганцы не заключают подобных договоров ни с кем – они сами справляются со своими проблемами, и довольно успешно, а во-вторых, теперь мы можем через землян подпасть под их влияние или опосредованно выполнять для них ненужную нам работу!

«Ага, ты понял, глупый землянин? – хмыкнула Алиела. – Они боятся, что не смогут вас обмануть, а мы вас наставим на путь истинный по всяким правилам, ценам и прочим тонким моментам!»

«А мужики-то и не знали! – Я мысленно почесал затылок. – Это значит, что мне очень повезло с женой, так, что ли?» – как бы сомневаясь, пробормотал я и заработал очередной тычок в бок.

«Только попробуй мне засомневаться!» – в мысленные обертоны веганка добавила шипящих тонов.

Я же мысленно отправил ей поцелуй, и она смилостивилась, вернув обратно свой.

– Поэтому, во избежание будущих проблем подобного рода, я выношу на согласие всех, имеющих такое право, принять изменение в закон и вместо слова «раса» в некоторых случаях, выбираемых нами, исходя из ситуации, использовать «хозяева звездной системы»!

«Эридяне очень чтут свои законы и стараются их никогда не нарушать, – уже серьезно сказала Алиела. – Потому что понимают значение репутации и стараются избегать ситуаций, способных посадить на нее даже маленькое пятнышко. Так что если они действительно пойдут к вам на службу, то, оглядываясь на нас, веганцев, не будут сильно наглеть, а может, и вообще пытаться сделать что-то в свою пользу, потому что если мы, веганцы, скажем, что они ведут нечестную игру, это ударит по ним же самим. А вот если бы они вели дела только с вами, землянами, то для них не имело бы никакого значения, кто и что говорит вам за их спиной, так как они не имеют никакого отношения к вашим договоренностям. А сейчас они себе лазейку делают на будущее. К слову сказать, ты присутствуешь при редком случае – подобные изменения в законодательство у них вносятся очень и очень редко».

По присутствующим прошла волна нового вида.

– Принято. Изменения будут внесены немедленно. Я, Тарухх, сказал. Продолжит Тахх.

Встал третий эридянин:

– Обсудим прошедшую дуэль и ее результаты. Никто не будет оспаривать, что эта дуэль была очень интересной и познавательной. Давно наши прогнозы так сильно не отличались от фактического результата. Мы узнали много нового. Как говорил великий Трррхх, никогда не поздно учиться!

По залу прошла одобрительная волна, а я мысленно пробормотал: «У меня такое ощущение, что этот их Трррхх в одной из реинкарнаций родился на Земле, – уж очень знакомо звучит».

«Тогда и у нас, – хмыкнула Алиела. – Мы тоже так думаем и считаем».

– Итог следующий. Бой на легкой технике мы проиграли вчистую!

Зал радостно прошумел.

«Чему радуемся?» – спросил я.

Алиела загадочно промолчала.

– Оставшийся в живых землянин, так поразивший нас техникой владения своим боевым аппаратом, присутствует здесь, и надеемся, что в дальнейшем нам удастся с ним поговорить по вопросам использования боевых техник и оружия, а также по тактике и стратегии.

Японец поклонился. Но этого явно было недостаточно для эридян, по крайней мере, они не поняли его поклона – это я чувствовал через ментал. Поэтому я чуть подался вперед и сказал на эридянском:

– Это обсуждаемо, уважаемый Тахх. Но только в рамках совместного сотрудничества.

Эридянин некоторое время всматривался в меня.

– Отрадно слышать, что нам попались потенциальные заказчики с серьезным подходом к делу. Тогда продолжим. Схватку на тяжелой технике мы выиграли, но, по подсчетам нашего ИЦО, по очкам мы там проиграли. Земляне действовали интересней и фактически задавали темп и тактику. В результате – ничья с небольшим перевесом по очкам в сторону землян. И, наконец, третья схватка. Фактически мы проиграли, но есть пара непонятных моментов. Заявленные параметры личного оружия землян были ниже фактически продемонстрированных, что является нарушением с вашей стороны. Но мы готовы этот момент опустить, если вы согласитесь не учитывать и нигде не упоминать о том, что последний наш боец фактически сдался. Для нас это неприемлемо. Если вы согласитесь, эту схватку будем считать сыгранной вничью.

Тахх замолчал и уставился на меня. Трохх, стоящий рядом, совсем понурился.

– Разрешите вопрос, – сказал я. – В чем причина такого отношения к сдаче в бою?

– Эридяне не сдаются! – гордо заявил Тахх.

– Хорошо, давайте посмотрим на ситуацию с моей точки зрения. – Я мельком оглядел зал и отметил возросший интерес к моим словам. – Возможно, вам будет интересно мнение потенциального заказчика ваших услуг. Собственно, ничего сильно странного в ваших традициях мы не видим, так как и у нас некоторые вопросы решались именно дуэлью.

По эридянам прошла положительная волна.

– Только вот у нас сейчас считается неприемлемым в выяснении отношений доводить их до смерти оппонента.

– Но тогда это несерьезно! – воскликнул Тахх. – Вряд ли в более мягких условиях можно выложиться до конца и доказать свою правоту!

– Ну, доказать свою правоту таким образом априори невозможно, только свою силу. Раньше у нас считалось так же, как у вас, когда мы верили в богов, которые наделят правого силой и тем самым дадут ему возможность покарать своего противника и этим обозначить его правоту. Со временем мы поняли, что богам, если они есть, по большому счету наплевать на людей, а многие вообще усомнились в их наличии. Поэтому мы стали просто выстраивать законы своей жизни, правила своего поведения в обществе и дали право выяснять, кто прав, а кто неправ, специальным нейтральным службам, которые теоретически должны строго по закону все решать. Понятно, что идеально сделать такую систему ни у кого еще не выходило, и нельзя сказать, что она работает как надо. Но в целом задачу свою выполняет. Да, остаются еще внутренние убеждения, которые могут идти вразрез с мнением общества и законами, и тогда действительно некоторым хочется покарать противника своими руками. У нас это сейчас не считается приемлемым, но мы понимаем такой подход к выяснению правды и не мешаем другим выяснять правду теми методами, к которым они привыкли. Именно поэтому мы и согласились на эту дуэль, хотя, с нашей точки зрения, она фактически не решает наших вопросов достоинства, силы, гордости и способностей, но решает их в вашей системе координат. И мы пошли вам навстречу.

– Хм… – после некоторого молчания и также молчания зала очнулся эридянин. – Буду ли я прав, если скажу, что для вас прошедшая дуэль не имела такого значения, как для нас?

– Все существа во Вселенной преследуют свои цели, выполняют свои задачи, строят свой мир и общество. Хочется надеяться – оптимальным для себя образом. И любая критика со стороны или попытки вмешательства не должны носить насильственный характер, а лишь выглядеть как предложение, которым можно воспользоваться, а можно и проигнорировать. Разумеется, интересы разных рас, народов могут пересекаться и отношения – перетекать в войны, но я не об этом сейчас. Для вас эта дуэль важна, с точки зрения вашего общества, вашего понимания мира, поэтому мы, независимо от нашего к этому отношения, с пониманием отнеслись к вызову и выставили своих лучших воинов против вас. Для нас в определенном смысле это была потеря. Рисковать воинами такого уровня ради не совсем ясных целей у нас не принято, только в крайних случаях, тем более что и внутри нашего общества нет единого мнения, и порой приходится воевать друг с другом. Но в целом бо́льшая часть нашего общества думает так, как я обозначил. Поэтому вы можете рассматривать нашу реакцию как дань уважения вашему народу и вашим традициям.

Некоторое время все обдумывали мои слова. Стояла тишина. Даже Алиела молчала, потом мысленно пробормотала: «Ишь, как повернул!»

– Поэтому, уважая ваши традиции, мы вполне можем сделать, как вы просите, без особых проблем с нашей стороны. Тем более что лично я считаю, что уважаемый мною Трохх, а за прошедшее время он успел у меня вызвать уважение как умелый воин и командир, поступил совершенно верно.

– Поясни, – спокойно попросил Тахх.

От толпы эридян тоже пошло чувство любопытства.

– Наше общество спокойно относится к смерти воина во имя цели и почитает тех из них, кто жертвует собой ради достижения необходимой цели. Но это об обычном воине. В любом командире у нас больше ценится способность трезво оценивать свои силы и силы подчиненных воинов и способность выполнить задачу с минимальными потерями, не доводя до ситуации, когда воинам приходится проявлять свой героизм. Ведь чаще всего героизм, а он почти всегда вынужденный, когда просто нет других вариантов, является результатом некомпетентности командиров. В некоторых случаях даже допускается сдача в плен, если цена слишком высока и не оправдывает пользу достижения цели в материальном или в моральном плане. А так как, с нашей точки зрения, целью данной дуэли не может считаться смерть противника, учитывая ответственность Трохха за своих подчиненных, сила и способности которых могут понадобиться в реальном бою, его действия в том, чтобы спасти своего воина, были совершенно правильными. Будьте уверены, если бы он не сдался, я бы бил до конца, и погибли бы оба бойца. С моей точки зрения, это было бы совершенно бессмысленно, хотя мне, возможно, и было бы приятно таким образом наказать за показавшуюся на тот момент высокой угрозу жизни моей супруги. Но я не настаиваю на своем видении ситуации, вы можете считать, как угодно вам. Однако хотелось бы, чтобы вы понимали и нас, ведь, как в семейной жизни, гармонии можно достичь только тогда, когда оба супруга до конца понимают друг друга.

– Интересный взгляд на события… Но означает ли все это, что вы заплатили непомерную цену за цель, вам особо и ненужную?

– Я бы так не сказал. Возможно, нам действительно было бы полезно поработать с вами. Нам известно, что вы очень хорошо и честно выполняете взятые на себя обязательства, кроме того, как известно, мы пока не обустроили нашу Солнечную систему как следовало бы, и в этом, возможно, нам бы пригодилась ваша помощь. Но так как это дело не является приоритетным для нашего выживания, на дуэль с вами пошли только добровольцы, которые полностью осознавали последствия своего выбора как для себя, так и для нашего общества.

– Эти слова надо обдумать. Тем не менее дуэль вы выиграли, думаю, никто не будет возражать и спорить о количестве баллов, особенно в связи с открывшимися обстоятельствами. Пусть все, кто слышал сказанные слова, думают над ними. Через два средних цикла мы вынесем решение.

Ко мне же повернулся стоящий рядом Трохх:

– Теперь я понимаю, почему веганка выбрала тебя. Они тоже умеют, как ты, жонглировать словами и смыслами. – Он повернулся и ушел.

«Еще кто кого выбрал», – подумал я.

«Думаю, мы оба друг друга выбрали». – Алиела довольно мирно отреагировала на мою мысль.

На выходе нам выдали полупрозрачную пластинку – аппарат связи, совсем похожий на наши старые смартфоны, только без всяких следов кнопок и действующий в рамках системы. Крутая вещь, но Алиела только фыркнула.

В общем, все закончилось, и мы отправились по своим делам. Мне еще надо было приводить в порядок наших дуэлянтов, особенно кое-кого из воскрешенных, ибо даже моя техника кое-где не успела вовремя справиться с ситуацией. А вы думали, я позволю каким-то троллям безнаказанно, ради своих непонятных принципов, убивать крутых земных спецназеров? Ха-ха! Хрен вам! Тем более что, если смотреть реально на вещи, они надрали зад эридянам и заслуживают почестей, и уж тем более жизни.

Руана

Руана металась по выделенным ей роскошным апартаментам, как зверь в клетке, и ругалась сквозь зубы. Злобная Алиелка со своим совместимым даже не удосужилась заглянуть к ней после того, как ее сбили и каким-то образом доставили в это место. Очнулась она в привычной медицинской капсуле, которая на порядок превосходит веганский регенератор, а за соседней дверью оказался роскошный зал, отделанный позолотой, и стол с памятной ей скатертью-самобранкой, как ее назвала Алиела.

Ее корабль не отвечал – видимо, тут все, что можно было заблокировать, заблокировано. А вот ее «подруга» точно была тут. Как Руана только не свихнулась, когда эти двое, прежде чем отправиться на встречу с эридянами, занялись собой! Как поняла это, она и сама не знала, но четко ощущала, что те где-то рядом полностью отдались друг другу. Ее ментально крутило, било, и, видимо, не только ментально, – через какое-то время Руана обнаружила себя лежащей у стены со сломанной рукой и с полной кашей в голове. А еще ее бросало то в жар, то в холод и хотелось чего-то непонятного: то ли поесть, то ли в туалет сходить. Чуть-чуть очухавшись, веганка поплелась в медицинский отсек, в котором эта чудо-машинка привела ее в порядок чуть ли не за пять минут. Но все равно тянуло, будто от нее оторвали что-то близкое и родное.

На стене активировался огромный экран… Ну, не на стене, а перед ней, и если чуть двинуться, видно, что он развернулся в трехмерную проекцию. И там происходила встреча землян с эридянами. Сначала Руана с внутренней насмешкой смотрела на происходящее. Хотелось позлорадствовать – с эридянами трудно общаться, слишком много у них в голове бзиков, малопонятных веганцам, но на удивление все шло неплохо для землян. Хуже всего оказалось то, что отголоски ментального общения Алиелы с Ником добирались до нее, буквально как тихий шепот, но вполне понятный, и неожиданно для себя Руана поняла, что Ник с Алиелой совершенно спокойны и по факту им наплевать на то, что происходит. Они даже находили время перешучиваться друг с другом. От этого Руана еще больше скрежетала зубами и сжимала кулаки до синяков под ногтями. Чуть легче стало, когда картинка переключилась на другого землянина – узкоглазого Изао.

Интересное у него имя. Что оно означает? То, как он действовал в битве, действительно было круто. Круто и эпично. Мысли все время застывали на картинках его действий.

А потом она почувствовала, что они прибыли. Буквально минуту назад были на спутнике планеты, и вот уже здесь. Как она это поняла? Она и сама не знала, но внутри как-то сладостно все сжалось, а из головы никак не хотел уходить образ этого странного узкоглазого землянина.

Изао…

Элхор

Элхор, глядя на экран, похохатывал. Его действительно пробило на «ха-ха», как говорят люди. От чего? От всего! Все повернулось с головы на ноги и с ног на голову! События потеряли четкую логику и стали непредсказуемыми. Все, что происходило с ним и Алиелой, просто не лезло ни в какие рамки! А то, что он фактически умер? Да-да, он помнил себя в разобранном виде, и хоть его душа, как считают люди, еще находилась где-то рядом с тем, что оставили от него серые, но держалась за эти остатки каким-то чудом.

И вот он жив-здоров! И радуется жизни! А эта вторая, подаренная ему, жизнь? До самой смерти, уже настоящей, ему, после того как его сбили, не забыть картинку быстро приближающейся серой поверхности спутника Земли и легкую дезориентацию восприятия, когда он вместо того, чтобы превратиться в пыль, правда, мокрую от крови пыль, вдруг вывалился здесь.

Веганец покосился на мраморные стены и колонны. Походил между картинами, висящими на стенах. Посмотрел на скульптуры, явно созданные из камня или чего-то подобного – он каким-то образом чувствовал внутри них металлические конструкции. Каким образом? Он и сам не знал, да и не желал знать. Пока.

Он догадался, где находится, – где-то в подземном комплексе Ника. И выйти отсюда, если хозяин не захочет, просто невозможно.

Какое-то время назад его неслабо помотало по зале, взболтало мозги, но отнесся он к этому спокойно, так как почувствовал в отражении этих сил сестру, и главное – понял, что ей хорошо. А вот смотреть на эридян и на то, как с ними ведут дела Ник с сестрой, ему быстро наскучило. И он снова стал мерить расстояние шагами.

– Ой, а вы кто? – вдруг раздался сзади детский голос.

Обернувшись, Элхор увидел девочку. Странно, но в ментальном плане он ее почти не чувствовал, хотя ощущал исходящее от нее живое тепло. Это было необычно…

– Я Элхор, друг Ника.

– А, знаю вас. А я Катя – его племянница. Вы дядю Ника ждете?

– Можно и так сказать, – удивляясь еще сильнее, ответил он. – Только надоело уже.

– А чего не выйдете?

– Да вот Ник просил никуда не уходить, – схитрил Элхор. – Хотя мысль интересная. А ты чего пришла?

– Да я там за растениями смотрю, напоследок решила в этот зал зайти – красиво тут. А сейчас пойду к другу Сергею.

– О! – оживился Элхор. – Я его знаю! Нас Ник познакомил. А где он сейчас?

– Да отдыхает на море с мамой. Хочу поболтать с ним…

– Хм… То есть они все еще там? – пробормотал веганец.

Столько событий прошло, и та встреча будто сто лет назад была, но при этом никак не уходила из памяти.

– Если хотите, идемте вместе, Сергей вам рад будет. Он мне о вас много рассказывал. А дядя Ник не обидится, да и найдет нас, если ему очень нужно будет.

Элхор немного покраснел и вдруг неожиданно для себя спросил у Кати:

– Катя, скажи, а что у вас делают мужчины, когда им нравится какая-то женщина?

Девочка долгим взглядом посмотрела на мужчину, а потом вздохнула:

– Такой взрослый, а ничего не знаете! Пойдемте обратно в оранжерею. Я знаю, какие тете Ксении нравятся цветы.

Солнечная система

В плоскости эклиптики звездной системы, где веками царят тишина и темнота, нарушаемые лишь острыми лучами дальних звезд, будто пробежала гравитационная волна. Кто бы только ее увидел… А спустя несколько секунд в пустом пространстве вдруг появилась большая тень. По ней пробежали небольшие огоньки, очертив довольно красивые, но хищные формы боевого корабля, и окончательно погасли.

– Капитан! Мы у цели!

– Активировать сканирование. Определить все искусственные энерготочки. Отдельно выделить точки с параметрами Три-С. Посмотрим, где тут серые проживают… Нашим агентам пока не сообщайте о нашем появлении…

– Капитан! Среди них есть старший информационный разведчик, так что наше прибытие она отследит.

– «Она»?

– Да, это Алиела, дочь Ойлы, текущего руководителя миссии в этой системе.

– А разве наши информационщики не прикрывают нас? – раздраженно ответил веганец с регалиями капитана корабля.

– Хм… – смутился старпом. – Дело в том, что она участвовала в боевых действиях и сумела прокачать свои навыки до максимального, шестого, уровня. Это есть в ее деле. У нас же стандарт – третий уровень. Так что, может, она и не обратит сразу на нас внимание, но полноценно спрятаться от нее мы не сможем. Разрешите вопрос?

– Разрешаю, – хмуро махнул рукой капитан.

– А зачем делать из нашего прихода тайну для наших же сотрудников?

Капитан пожевал губами.

– Когда нас выдернули с патрулирования и отправили сюда, мне по связи из адмиралтейства пришла шифровка за подписью заместителя главнокомандующего Эрха. Тебе я говорю об этом, потому что мне понадобится твоя помощь и содействие.

– А при чем тут Эрх? Он же по другой части. И да, я всемерно готов вам помогать, капитан! Но зачем такие сложности?

– Не знаю, что у них там происходит, но мы все равно должны подчиняться… Официально он тоже имеет право нам приказывать, хотя это и первый случай на мой памяти. А сложности в том, что есть подозрение, что местные агенты специально спровоцировали стычку с серыми, в результате чего мы вынуждены вмешаться, что, в свою очередь, может привести к столкновению с ними буквально на пустом месте. И, соответственно, оттягиванию наших сил на второй фронт. Да, активных действий с хостисами сейчас нет, но что будет, если мы ослабим свои силы, отправив их в другое место? Кто даст гарантию, что хостисы не попробуют воспользоваться ситуацией? Вот то-то и оно!

– Странно все это, – пробормотал старпом.

– Не то слово!

Тут разговор капитана веганского корабля «Эндерцум», что переводится как «Оскал Шушиллы», со старпомом прервала легкая вспышка, и рядом с ними появилась фигура улыбчивого… центаврийца. Мысленно капитан сплюнул.

– Какова цель вашего появления в данной системе? – все так же улыбаясь, спросил центавриец.

«Даже не представился, морда улыбчивая!» – раздраженно подумал капитан.

Лицо старпома тоже приобрело кислое выражение лица. Не очень приятно ощущать себя не всемогущим существом, а каким-то дикарем по сравнению с центаврийцами.

– Внутренние дела Версалии! – тем не менее вежливо ответил капитан.

– Добро пожаловать! – сказал центавриец и пропал.

– И что это было? – не удержался старпом.

– Что-что… Нам указали наше место! Чтобы мы не сильно тут выступали… Ладно, приказ есть приказ. Что там с энерготочками Три-С?

– Капитан! – вступил в разговор энергетик по внешнему пространству. – На удивление их мало. Отслеживаются только те из стационарных, что располагаются на известных нам картах. Несколько точек кораблей есть на планетах, но в неактивном виде. Такое ощущение, что серые вдруг перестали летать!

– Чтоб их всех пожрали шуши! Ладно, тут еще где-то должен быть наш контролер. Найдите мне его!

Ник

Алиела оторвала голову от моей груди и будто прислушалась к чему-то.

А я в это время монтировал фильм, как в местном формате виртуальной реальности, так и в виде мемокопий. По-любому у меня лучше получится, чем у местных, у них ведь только на основе их техники (спутники и камеры от первого лица), а у меня и их чувства записаны. Спецназеров пришлось втихаря сплавить местным спецслужбам, пока они решают их судьбу и прорабатывают дальнейший сюжет. Начали-то они сразу, но, как сами мне признались, не ожидали, что все смертнички останутся живыми. Мягко поспрашивали про апгрейд оружия, что я провел, но не настаивали – у нас с ними договоренность, что я только по своему желанию могу их осчастливливать в этом плане, да и то в том случае, если мои приблуды они смогут повторить на техническом уровне или же с помощью одаренных. До сих пор не могу поверить в такую разумность поведения спецслужб.

Единственный, кто попросил разрешения остаться со мной, – Изао. Не ожидал, но у него с Руаной что-то перещелкнуло. Алиела определила совместимость довольно неплохого уровня – около пятого. Конечно, точных характеристик этой совместимости нет, все на примерных ощущениях и допущениях, но им и этого хватает. И да, это еще не значит, что у них что-то получится. Одно дело – я и Алиела, глубоко погрузившаяся в нашу культурную среду, у Элхора примерно так же, и совсем другое – полное несовпадение культур. Хотя… На мой взгляд, японцы и среди нас – инопланетяне, так что вдруг они друг друга найдут?

– Тебе не кажется это странным? – сказала тогда Алиела, когда узнала про их совместимость. – Даже у нас на Версалии это не такое частое событие, а тут, на Земле, – и я, и брат, и вот Руана теперь нашли своих совместимых! Просто не укладывается в голове! – как-то беспомощно произнесла подруга.

– Ну, может, земляне такие совместимые с веганцами?

– Да нет, тут что-то другое! – чуть не притопнула ножкой красавица. – Сколько лет я тут находилась с братом! И ничего даже рядом! Да и другие наблюдатели не встречали! Ну, за исключением пары случаев, но вполне укладывающихся в общую статистику.

Я ничего не ответил. Просто не знал, что сказать. Только предоставил им в моем дворце апартаменты, где они могли бы встречаться, дал доступ к телепортационной сети в разные точки планеты, но без выхода к людям. В этих точках уже были развернуты маскирующие плетения, так что я не боялся, что их обнаружат извне. Ну а понадобится что-то большее – посмотрим. Хлопнул по плечу Изао, подмигнул и, подбодрив таким образом, отправил его завоевывать девушку. Посмотрим, что у них выйдет. Или не выйдет.

А сам тем временем занялся информационной работой. На удивление, в сети про дуэль никто из землян не пронюхал! Вот что значит правильный контроль! Хе-хе. Не удивлюсь, если они вообще это дело затянут на год-другой. В смысле без освещения и информирования населения. Лично я бы подождал, пока все не разрулится. Насколько я понимаю, сейчас спецслужбы всего мира зашуршали, перекраивая связи как внутри стран, так и между ними. Пошли какие-то странные события в мире. То встречи на среднем уровне, то на высшем. То усиление боевых действий где-то в Африке, то неожиданное примирение сто лет воюющих мелких стран. Странные перемещения финансов, разорение некоторых корпораций и образование новых… В общем, в интересное время живем!

– Кажется, в Солнечную систему прибыл наш военный корабль, – хмурясь, сказала Алиела.

Я разгладил ее нахмуренные брови пальцем:

– Проблемы?

– Не знаю. – Она чуть качнула головой. – Но в первую очередь должны были выйти с нами с братом на связь. А они тут уже пару суток, а молчат.

Вздохнула. Потом повернулась ко мне:

– Я ведь не рассказывала тебе, что вытащила из головы Руаны. И даже смогла пройти дальше, дошла до информационного поля Версалии… Не говорила тебе, думала, сняла не реальную информацию, а вероятностные отражения… Тем более на таком расстоянии. Но, судя по действиям корабля, это все же правда…

– И?

– И мне придется отправиться к ним на корабль, когда они наконец меня вызовут, а это все-таки скоро случится, и я не знаю, как мне поступить. Отказаться я не смогу – только хуже сделаю. Особенно моей маме.

– Это дело поправимое, – сказал я, вытянув руку, и на раскрытой ладони появился с десяток колечек. – Сейчас кое-что тебе сделаем на этот случай, а потом и решим, как лучше всего поступать. А ты пока рассказывай, рассказывай, что там увидела…

Общемировые новости сети, ИноСМИ, краткая подборка

Новости прикладного материаловедения

Совместными усилиями Университета Мельбурна Англо-Австралии и Российского института металлургии имени А. А. Байкова закончены теоретические изыскания и сконструирован рабочий прототип устройства для формирования мономолекулярных нитей и плоскостей «на лету», с помощью физико-химических комплексов, по аналогии с паутинными железами насекомых. Ранее подобные материалы изготавливались промышленным способом и хранились упакованными в кассеты, новая технология позволяет создавать их прямо на месте с использованием запасов простейшего рабочего тела, также оперативно утилизируя лишние объемы созданного материала. Предполагается, что этот процесс может быть востребован в строительстве, при очистке временно недоступных территорий, в медицине катастроф, а также в области оборонного применения.

Двое неизвестных, отзывающихся на прозвища Умник и Гаврош, в течение трех суток учили искины супермаркета в Сиднее сочинять стихи на русском языке. Результаты их труда сложно оценить, но судя по тому, как любимый попугай продавца Оливера цитирует творения русских поэтов Блока и Лермонтова, неизвестные вложили душу в свое дело. Полиция разбирается с ситуацией, и властями готовится нота протеста, которая будет высказана официальным представителям России как вмешательство в культурную жизнь страны без предварительного согласования.

От агентов Американского разведывательного управления в американские СМИ поступила информация о том, что в России на базе Российского ведомства защиты от инопланетных угроз открылся новый отдел пси-разведки, в который вошли одаренные с сильными экстрасенсорными способностями. Ученые-специалисты, изучившие данный факт, однозначно пришли к выводу, что российские спецслужбы нарушают закон на право частной собственности и обработки личных данных и контролируют не только информацию, поступающую в сеть с УНИКов граждан, но теперь и их мысли. Для разъяснения данного события на открытой пресс-конференции выступил глава ведомства майор Седов Владимир Семенович. По его словам, в ведомстве под его руководством действительно теперь есть новый отдел, но специалисты, задействованные в работе, заняты прежде всего наблюдением за здоровьем нескольких одаренных со слабым уровнем дара, пострадавших от неконтролируемого выплеска энергии, произведенного недавно вышедшим из строя спутником. Такой случай действительно имел место быть – вышедший из строя спутник иранского происхождения нанес прицельный удар по территории России. Точное количество жертв до сих пор не определено в связи с беспрецедентно мощной степенью удара. Тела некоторых ученых так и не были обнаружены. Виновные пока не найдены.

Наконец достигнута договоренность с Россией об оказании помощи в поиске известного путешественника Джона Легстронга! Напоминаем: некоторое время назад он перестал выходить на связь, а его яхта пропала со всех систем слежения в мировом океане. Российская служба МЧС незамедлительно начинает выполнять протокол поиска человека в океане. Следует отметить, что их служба признана лучшей в мире в таких делах, и этот свой статус она подтверждает из года в год на международных соревнованиях, в которых задействуются все силы подобных служб участвующих стран. Будем надеяться на скорое и, главное, положительное разрешение ситуации.

Новости собраны и аннотированы с помощью искина, произведенного компанией «Макронетс».

Российские СМИ, краткая подборка

Обсерватория Минского планетария запечатлела в инфракрасном диапазоне аномально нагретый участок одного из спутников Юпитера. Ученые предполагают внутренние активные физические процессы. Видео было выложено в открытый доступ. Один из самых распространенных вопросов среди комментариев: «Может ли на спутнике образоваться вулкан?»

Бог Кузя кроме фэнтези параллельно работает над новым проектом. Уже выпущен новый трейлер в мистическом жанре. Новые картины поражают своими эмоциями, которые автор попытался передать зрителям. Однако отзывы далеко не однозначны. Блуждающие души возле недавно умерщвленных тел, общение живых с давно умершими родственниками… Не каждому зрителю под силу выдержать психологический прессинг, который по накалу специалисты сравнивают с кинолентами Альфреда Хичкока или экранизациями произведений Стивена Кинга.

В сети всплыла информация о вероятном скором начале работ по поднятию Петербурга из воды. Остерегайтесь мошенников, так как появились объявления с просьбой перечислить пожертвования в виде криптовалюты, якобы с целью оценить заинтересованность людей, что, по их заверениям, может стать толчком к ускорению сложного процесса, если оный интерес будет высокий. Официальные власти пока не дают никакой информации.

В городе Берёзовский под Екатеринбургом на днях прошли ежегодные юнкоровские сборы. Будущие специалисты представили миру свои разработки таргетирования новостных искинов относительно персональных предпочтений читателей, а также разобрали средства анализа данных, собираемых с различных систем, относящихся непосредственно или косвенно к предмету события.

Известная группа музыкантов «Хронограф», делающая каверы старых песен разных народов (основной их репертуар состоит из русских и японских песен) в современном формате короткометражных ВЭ-фильмов, недавно пропала. Последний их концерт в сети был датирован незадолго до известных событий в Солнечной системе. С того дня их больше никто не видел, и в сети они не появлялись. Некоторые конспирологи предполагают их похищение инопланетянами, другие – провал группы в параллельный мир. Известная виртуальная сетевая медиум Титана придерживается второй версии.

Новости собраны и аннотированы системой искина, произведенного концерном «Байкал».

Content

Анджей Ясинский
Ник. Преодолевая барьеры

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4