Домагой Курмаич (nobody103)

МАТЬ УЧЕНЬЯ

Глава 1. С добрым утром, братик

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Зориан сердито уставился на младшую сестру — но та лишь нахально улыбнулась, по-прежнему сидя у него на животе. Она удовлетворенно мурлыкала под нос и болтала ногами, разглядывая огромную карту мира, висящую над кроватью. Точнее, притворяясь, что разглядывает — Зориан видел, что она следит за ним краем глаза.

Надо было сотворить вокруг кровати охранный периметр и запереть дверь магией.

— Слезай, — как можно спокойнее сказал он.

— Мама сказала разбудить тебя, — сообщила она, не двигаясь с места.

— Не таким же образом, — проворчал он, сдерживая раздражение и терпеливо выжидая, когда она утратит бдительность. Так и есть, Кириэлле беспокойно завозилась уже после нескольких секунд деланного безразличия. И когда она уже не могла усидеть на месте — Зориан быстро ухватил ее за ногу и за туловище и сбросил с кровати. Глухой удар, возмущенный вскрик — Зориан тут же вскочил на ноги, изготовившись на случай ответного нападения. Глянул сверху вниз и пренебрежительно фыркнул:

— Я припомню это, когда меня попросят разбудить тебя.

— Не судьба, — дерзко ответила она. — Ты всегда просыпаешься позже меня.

Зориан лишь сокрушенно вздохнул. Мелкая чертовка была права.

— Ну что… — возбужденно начала она, вскочив на ноги. — Ты рад?

Зориан смотрел, как она носится по комнате, словно обезьянка под кофеином. Иногда он завидовал ее неуемной энергии. Но только иногда.

— Чему? — невинно спросил он, изображая непонимание. Само собой, он знал, о чем речь — но, спрашивая об очевидных вещах, можно было утомить сестру и прекратить нежеланный разговор.

— Ты возвращаешься в академию, — пожаловалась она, видимо, разгадав его намерения. Нужно придумать парочку новых трюков. — Будешь учиться магии. Можешь показать немного магии?

Зориан протяжно вздохнул. Кириэлле всегда относилась к нему, словно к приятелю-ровеснику, как бы он ни возражал — но раньше она держалась хоть каких-то рамок приличия. В этом году она была совершенно невыносима — а мать игнорировала его просьбы угомонить ребенка. По ее мнению, он все равно не занимался ничем важным — только читал целыми днями. К счастью, летние каникулы заканчиваются — он может наконец убраться отсюда.

— Кири, мне нужно собираться. Почему бы тебе не подоставать Фортова для разнообразия?

Она состроила несчастную рожицу — потом просияла, словно вспомнив что-то, и стрелой выбежала из комнаты. Глаза Зориана расширились — он понял, в чем дело, но было уже поздно.

— Нет! — заорал он, устремляясь вдогонку, но дверь захлопнулась прямо у него перед носом. В расстройстве он стукнул по ней кулаком. — Проклятье, Кири! Ты сто раз могла сходить в туалет, пока я спал!

— Неудачник, — ответили из-за двери.

Выругавшись, он развернулся и потопал назад в свою комнату, одеваться. Без сомнения, туалет занят надолго — назло ему.

Быстро переодевшись и надев очки, Зориан оглядел комнату. Повезло — похоже, Кириэлле не рылась в его вещах, прежде чем разбудить. У нее очень смутное представление о чужой собственности.

Сборы не заняли много времени — точнее, он и не разбирал вещи. Был бы хоть малейший шанс, что мать позволит, он вернулся бы в Сиорию еще неделю назад. Проверяя учебные материалы, он с раздражением обнаружил пропажу нескольких учебников. Можно было попробовать заклинание поиска, но он и так догадывался, где их искать — Кириэлле частенько утаскивала их в свою комнату, сколько бы он не требовал прекратить. Заподозрив неладное, он проверил свои письменные принадлежности — разумеется, их стало куда меньше.

Вот всегда так — стоило ему вернуться домой, Кириэлле добиралась до его школьных вещей. Даже не рассматривая этическую сторону кражи у старшего брата — ну зачем ей карандаши и резинки? В этот раз он специально купил больше, с поправкой на сестру — но из целой упаковки резинок в пенале нет ни одной. Зориан не понимал, почему Кириэлле просто не попросит мать купить ей книги и карандаши. Она младшая, и единственная девочка, так что мать с готовностью баловала ее — куклы, которые ей покупались, были в разы дороже, чем пара книг и коробка карандашей.

В любом случае, хоть Зориан и не надеялся вновь увидеть свои карандаши и резинки, без учебников ему было не обойтись. Он направился в комнату сестры, проигнорировав знак "запретная зона" на двери, и быстро нашел свои книги на обычном месте — хитроумно спрятанными за плюшевыми зверями под кроватью.

Закончив сборы, он направился вниз по лестнице, перекусить и поговорить с матерью.

Родные считали его засоней, но на самом деле Зориан умышленно вставал позже всех. Это позволяло поесть в тишине и спокойствии, когда все остальные уже позавтракали и разошлись. Мало что раздражало его сильнее, чем попытки заговорить с ним, когда он ел — а именно во время еды родственники становились особенно общительными. Увы, сегодня мать была не в настроении ждать и взялась за него, как только он появился на лестнице. Не успел он еще сойти со ступеней — а она уже была им недовольна.

— Ты ведь не собираешься выходить на улицу в таком виде?

— Что не так? — спросил Зориан. Он был в простой темной одежде, как большинство парней на улицах города. На его вкус — вполне нормально.

— Ты не можешь ходить по улицам вот так, — она тяжело вздохнула. — Сам подумай, что скажут люди, увидев тебя в такой одежде?

— Ничего? — предположил Зориан.

— Зориан, не будь таким трудным, — потребовала она. — Наша семья имеет определенный вес в городе. Мы у всех на виду. Я знаю, тебе все равно, но многие уделяют внимание внешности. Пойми наконец, ты живешь в обществе и не можешь поступать, как заблагорассудится. Ты — член нашей семьи, и твои действия неизбежно отражаются на нашей репутации. Не позорь меня, одеваясь, как работяги с фабрики. Иди в комнату и оденься подобающе.

Зориан сдержался и не закатил глаза, пока не повернулся к ней спиной. Ее доводы были бы убедительнее, если б не повторялись раз за разом. Однако спорить было бессмысленно, так что он переоделся в более дорогие вещи. Явное излишество, ведь он проведет этот день в поезде — но мать одобрительно кивнула, увидев его. Ему пришлось поворачиваться и позировать, как на выставке, пока не получил вердикт "вполне пристойно". Он прошел на кухню — и мать последовала за ним. Спокойно поесть не получится.

Хорошо хоть отец был в очередной "деловой поездке", и с ним общаться не придется.

Войдя на кухню, он тут же нахмурился — на столе его уже ожидала тарелка каши. Он привык сам готовить себе завтрак, и его это устраивало — но у матери было свое мнение по данному вопросу. К тому же она считала это жестом доброй воли, значит, собирается попросить о чем-то, что ему не понравится.

— Я решила приготовить тебе что-нибудь на завтрак, помнится, ты всегда любил овсянку, — Зориан не стал уточнять, что это было еще до 8 лет. — Однако ты проспал дольше, чем я думала. Еда остыла.

Зориан закатил глаза и применил слегка измененное заклинание "согревания воды", мгновенно вернув каше нужную температуру.

Он завтракал молча, покуда мать рассказывала о сложностях с зерном, приключившихся с одним из поставщиков, перескакивая с одной темы на другую. Он привычно пропускал ее речь мимо ушей. Жизненно необходимый навык для любого из детей семьи Казински — что мать, что отец были способны часами вещать на любые темы; для Зориана, паршивой овцы, получающей больше родительских наставлений — вдвойне необходимый. К счастью, мать и не ожидала, что он поддержит разговор — в кругу семьи Зориан предпочитал отмалчиваться, он давно понял, что так проще всего мириться с их обществом.

— Мам, — прервал он ее. — Кири только что разбудила меня, напрыгнув сверху; я не успел в туалет, а теперь ты отвлекаешь меня от завтрака. Или переходи к делу, или дай мне поесть спокойно.

— Она снова так сделала? — изумилась мать.

Зориан молча потер глаза и, улучив момент, тайком умыкнул яблоко из блюда на столе и сунул в карман. Кириэлле постоянно делала множество раздражающих вещей, но говорить об этом матери — бесполезная трата времени. Поддержки здесь он не найдет.

— Ой, не начинай опять, — сказала мать, заметив его реакцию. — Ей просто скучно, вот она и играет с тобой. Ты слишком серьезно это воспринимаешь, прямо как твой отец.

— Я совсем не похож на отца! — повысил голос Зориан, сердито глядя на нее. Вот поэтому он и предпочитал завтракать в одиночестве. Он вернулся к овсянке с удвоенной яростью, стремясь покончить с этим как можно скорее.

— Конечно, нет, — беспечно ответила мать, затем внезапно сменила тему: — Кстати, это мне кое о чем напомнило. Я и твой отец отправляемся в Кос, навестить Дэймена.

Зориан стиснул зубами ложку, чтобы не сказать гадость. Как всегда — Дэймен то, Дэймен это. Иногда Зориан гадал, зачем родители вообще завели еще трех детей, если для счастья им хватает первого. Отправиться на другой континент, чтобы повидать его? Они что, помрут, если не увидят его в этом году?

— При чем тут я? — спросил Зориан.

— Это будет долгая поездка, — ответила она. — Около шести месяцев, и постоянно в пути. Ты и Фортов, само собой, будете в академии, но я беспокоюсь за Кириэлле. Ей всего девять, и я не уверена, стоит ли брать ее с собой.

Зориан побледнел, наконец осознав, что она хочет. Ни. За. Что.

— Мам, мне всего пятнадцать, — возразил он.

— И что? — спросила она. — Мы с твоим отцом в этом возрасте уже были женаты.

— Времена меняются. И потом, я целый день в академии. Почему бы тебе не попросить Фортова? Он на год старше и живет не в общежитии.

— Фортов на четвертом курсе, — строго сказала мать. — Он готовится к выпуску и должен сосредоточиться на учебе.

— То есть он отказался, — перевел Зориан.

— И к тому же… — она проигнорировала его слова. — Ты же знаешь, каким он иногда бывает безответственным. Не думаю, что ему можно доверить маленькую девочку.

— И кто в этом виноват? — тихо проворчал Зориан, брякнув ложкой и отодвинув пустую тарелку. Ей не приходило в голову, что Фортов вырос безответственным, потому что родители с готовностью перекладывали его обязанности на Зориана? Почему именно он всегда должен возиться с мелкой чертовкой? Но в этот раз они его не запрягут. Если Фортову некогда присматривать за Кириэлле, то ему — тем более!

К тому же — малолетняя сплетница, не раздумывая, выложит матери все, что увидит. Свобода действий без родительского надзора — лучшее, что есть в его школьной жизни, и черта с два он откажется от нее. Замысел матери шпионить за ним глазами сестры, а потом донимать нравоучениями слишком очевиден.

— Думаю, я подхожу не лучше, — продолжил Зориан уже громче. — Ты только что сказала, что я позорю семью. Мы ведь не хотим, чтобы маленькая Кири набралась моих дурных привычек?

— Я вовсе не…

— Нет! — выкрикнул Зориан.

— Будь по-твоему, — уступила она. — Но я и правда не…

— О чем это вы разговариваете? — спросила из-за его спины Кириэлле.

— Обсуждали поведение одной мелкой заразы, — нашелся Зориан.

— А вот и неправда!

Зориан возвел очи к потолку и поднялся со стула, намереваясь пройти в туалет — но рассерженная сестра преграждала путь. В дверь постучали.

— Я открою, — быстро сказал Зориан. Все равно мать послала бы кого-то из них, а Кириэлле не в том настроении — иногда она бывает невыносимо упряма. Так что именно Зориан встретил женщину в очках, в дорогом темно-зеленом костюме, с толстой книгой на сгибе локтя. Женщина оценивающе оглядела его, поправила очки:

— Зориан Казински?

— Э, да? — ответил он, не зная, как ему реагировать.

— Я — Ильза Зилети, из Королевской Академии Магических Искусств Сиории. Я здесь, чтобы обсудить итоги вашей сертификации.

Кровь отхлынула от лица Зориана. Они прислали обученного мага? Что же такого он натворил? Мать спустит с него шкуру.

— Все в порядке, мистер Казински, — маг весело улыбнулась. — В Академии принято консультировать третьекурсников по ряду вопросов. Признаться, я должна была посетить вас раньше, но год выдался довольно хлопотный. Мои извинения.

Несколько секунд Зориан просто смотрел на нее.

— Можно войти?

— А? Ох! — откликнулся Зориан. — Извините, мисс Зилети. Пожалуйста, проходите.

— Благодарю, — она шагнула в дом.

После взаимных представлений с матерью и сестрой, Ильза спросила, где можно поговорить с учеником наедине. Мать сразу вспомнила, что собиралась на рынок, и забрала Кириэлле с собой; маг разложила бумаги на кухонном столе.

— Итак, Зориан, — начала она. — Ты уже знаешь, что прошел сертификацию.

— Да, я получил уведомление. В Сирине нет магической башни, так что я собирался получить жетон по возвращению в Сиорию.

Ильза протянула ему запечатанный свиток. Зориан оглядел его и попытался сломать печать. Сургуч не поддался, оказавшись на удивление прочным. Неестественно прочным. Он нахмурился. Она не дала бы ему свиток, который нельзя прочитать. Своего рода проверка? Он не был кем-то особенным, так что это должно быть что-то простое. Что-то, что может каждый сертифицированный маг…

Ох. Он сдержался и не закатил глаза — ответ лежал на поверхности. Зориан направил поток маны в печать, и она послушно раскололась надвое, позволяя развернуть свиток. Внутри была написанная каллиграфическим почерком грамота, свидетельствующая, что он является магом первого круга. Он глянул на Ильзу, и та одобрительно кивнула, подтверждая, что он прошел проверку.

— Ты можешь получить жетон и после выпуска, — сказала она. — Он довольно дорогой и не требуется, если не занимаешься частной практикой. Во всех остальных случаях просто ссылайся на академию, и мы подтвердим твой статус.

Зориан пожал плечами. Он собирался практиковать, но не ранее выпуска, а это еще через два года. С этим понятно, продолжайте.

— Очень хорошо. Согласно записям, на первых курсах ты проживал в общежитии. Полагаю, ты собираешься жить там и дальше?

Зориан кивнул; маг извлекла из кармана и вручила ему довольно странный ключ. Зориан немного понимал в замках и даже, имея достаточно времени, мог бы вскрыть несложный, но этот ключ озадачил его — прямой, без зубчиков, непонятно, как такой ключ будет взаимодействовать с механизмом замка. По наитию он направил ток маны в ключ — на поверхности металла тут же проявились светящиеся золотом линии. Он вопросительно посмотрел на Ильзу.

— Общежития для третьекурсников отличаются от того, к чему ты привык. Как ты наверняка знаешь, магам первого круга разрешено изучение заклинаний до первого уровня. Серьезные материалы требуют большей безопасности — вы будете жить в другом корпусе. Замок на двери закодирован на твой спектр маны — чтобы открыть его, нужно вставить ключ и направить энергию, как ты только что сделал.

— А, — сказал Зориан. Он повертел ключ в руках, гадая, когда они успели считать сигнатуру его маны. Впрочем, это можно выяснить и позднее.

— Я рассказала бы подробнее о третьем курсе в академии, но я слышала, тебе скоро на поезд. Почему бы нам не перейти к главному. Твоему куратору и факультативам.

Зориан весь обратился в слух. Куратор. Каждый третьекурсник прикреплялся к магу-наставнику для еженедельных занятий — далеко не все возможно изучить в формате класса, полностью раскрыть свой потенциал можно лишь при индивидуальном подходе. Очевидно, выбор куратора исключительно важен для развития и карьеры. Сознавая это, Зориан заранее поговорил со старшекурсниками, составив свой рейтинг кураторов — чтобы выбрать хотя бы выше среднего.

— Так из каких кураторов я могу выбрать?

— На самом деле, боюсь, ни из каких, — ответила Ильза извиняющимся тоном. — Как я и говорила, мне следовало прийти к тебе раньше. К сожалению, все кураторы, кроме одного, уже набрали полную квоту студентов.

— И этот куратор?.. — Зориан ощутил нехорошее предчувствие.

— Ксвим Чао.

Зориан застонал, схватившись за голову. Из всех наставников Ксвим считался худшим куратором академии. Ну почему именно он?

— Он не настолько плох, — заверила Ильза. — Слухи сильно преувеличены и распространяются нерадивыми студентами, недовольными требовательностью профессора Ксвима. Уверена, талантливый, трудолюбивый студент вроде тебя прекрасно с ним сработается.

Зориан фыркнул.

— Полагаю, сменить куратора невозможно?

— Практически невозможно. Третий курс очень многочислен в этом году, все кураторы заняты. У профессора Ксвима наименьшая загрузка.

— Интересно, почему, — пробурчал Зориан. — Ладно, хорошо. Что насчет факультативов?

Ильза протянула ему еще один свиток, на этот раз — не запечатанный; там был список предметов дополнительного обучения. Длинный список. Очень длинный. Можно было выбрать почти что угодно, даже не слишком связанное с магией, как например, высшую математику, классическую литературу или архитектуру. Этого следовало ожидать — икосианская магическая традиция была неразрывно связана со смежными областями знания.

— Ты можешь выбрать до пяти, но не менее трех дополнительных предметов. Нам будет намного удобнее, если ты сделаешь выбор сейчас — тогда можно утвердить расписание до начала занятий. Пусть размер списка тебя не пугает — даже если ты ошибешься с выбором, ты сможешь сменить факультатив в течение первого месяца учебы.

Зориан нахмурился. Список был длинным, и он не был уверен, что выбрать. Его уже поимели с куратором, нельзя было облажаться еще и здесь. Выбор потребует времени.

— Не поймите неправильно, мисс Зилети, но не могли бы мы ненадолго прерваться?

— Разумеется, — ответила она. — Что-то не так?

— Ничего серьезного, — заверил Зориан. — Просто мне очень нужно посетить туалет.

Определенно не лучший способ произвести первое впечатление. Кириэлле заплатит ему за это.

Зориан молча следовал за семьей на железнодорожный вокзал Сирина, игнорируя Фортова, шумно приветствовавшего "друзей". Он оглядел толпу на перроне, выискивая знакомые лица, но, ожидаемо, не нашел ни одного. Как ему обожали напоминать родители — он мало кого знал в родном городе. Безнадежно озираясь в поисках свободной скамьи, он чувствовал взгляд матери, но не смотрел в ответ — она могла счесть это приглашением к разговору. А он и так знал, что она скажет.

"Почему бы тебе не присоединиться к Фортову и его друзьям, Зориан?"

Потому что они такие же тупые молокососы, как и сам Фортов, вот почему.

Он вздохнул, раздраженно глядя на пустые рельсы. Поезд задерживался. Он не был нетерпелив, но ожидание посреди толпы было сущей пыткой. Родным этого не понять — он ненавидел толпы. Не по какой-то серьезной причине — просто сборища людей словно излучали некую давящую ауру. Это раздражало, хотя и было иногда полезно — родители перестали таскать его в церковь, когда убедились, что забитый людьми зал в считанные минуты вызывает у него головокружение и обмороки. К счастью, перрон не был заполнен так же плотно, но длительное присутствие не пройдет даром. Хоть бы поезд пришел поскорее — ему не улыбалось весь день маяться головной болью.

Громкий смех Фортова вырвал его из мрачных раздумий. Вот у старшего брата точно нет таких проблем. Как обычно весел, общителен и ослепительно улыбается. Он очаровывал всех вокруг и выделялся в толпе с первого взгляда — хоть и был таким же невысоким и щуплым, как сам Зориан. Что-то в манере держаться, некий ореол харизмы. Этим он напоминал Дэймена, с той разницей, что у Дэймена были и другие достоинства.

Он хмыкнул, покачав головой. Зориан не знал, как Фортову удалось поступить в элитную академию Сиории, но всерьез подозревал, что отец дал кому-то на лапу. Фортов был не то чтобы глупым, скорее ленивым и не способным сосредоточиться на задаче, как бы велики не были ставки. Об этом мало кто знал — парень был чертовски обаятелен и умело скрывал свои недостатки. Отец всегда шутил, что Фортов и Зориан получили по половине таланта Дэймена: Фортов получил обаяние, Зориан — мозги.

Зориан терпеть не мог отцовские шутки.

Свисток прорезал воздух, и к перрону, громко стуча колесами, прибыл поезд. Первоначально поезда двигались паровозами, извергавшими облака дыма и поглощавшими прорву угля, но сейчас их сменили маготехнологические двигатели на кристаллизованной мане. Чище, дешевле, проще в обслуживании. Зориан ощущал токи энергии от приближающегося локомотива, но его слабое чувство магии не позволяло вникнуть в детали. Он всегда хотел заглянуть в двигательный отсек локомотива, но не представлял, как ему обратиться к машинистам.

Впрочем, это всегда успеется. Коротко попрощавшись с матерью и Кириэлле, он зашел в вагон, подыскать себе место. Ему было нужно свободное купе — и таковое нашлось на удивление легко. Видимо, толпа на перроне ожидала другие поезда. Пять минут спустя поезд издал очередной оглушительный свисток и устремился в сторону Сиории.

Громкий треск статики, затем — звонок.

— Станция Корса, — эхо бесплотного голоса в вагоне. Новый треск. — Повторяю, станция Корса. Спасибо.

Динамики затрещали в последний раз и умолкли.

Зориан выдохнул сквозь зубы и открыл глаза. Он ненавидел поезда. Скука, жара и ритмичный стук колес убаюкивали, но стоило наконец задремать — его грубо будило объявление станции. Он понимал, что в этом и заключается смысл объявлений, не дать пассажиру проспать свою станцию — но это не делало поездку приятнее.

Он выглянул в окно — очередной вокзал, такой же, как другие. Точнее — совершенно идентичный пяти предыдущим, вплоть до синей каймы плаката с надписью "Корса". Очевидно, все они строились по некому типовому проекту. На перроне собралась большая толпа ожидающих. Корса — крупный торговый узел, и успешные семьи, едва выбившись в люди, посылали детей в Сиорию — за престижной профессией и полезными знакомствами. Хорошо бы в его купе никто не подсел — хоть это и пустые мечты, студентов слишком много, чтобы оставить без внимания свободные места. Все, что оставалось — устроиться поудобнее и закрыть глаза.

Первым попутчиком оказалась полноватая девушка в очках, в зеленой водолазке. Она мельком глянула на него и молча уткнулась в книгу. Не успел Зориан обрадоваться идеальной соседке — как в купе вошли еще четыре девочки. Новоприбывшие были столь разговорчивы и смешливы, что ему тут же захотелось выйти и подыскать себе другое купе. Остаток пути он либо смотрел в окно на проносящиеся бескрайние поля, либо обменивался раздраженными взглядами с девушкой в зеленой водолазке, которой тоже явно мешали шумные соседки.

На горизонте показались деревья — поезд подходил к Сиории. На всей трассе лишь один город был вблизи северных лесов, маршрут благоразумно огибал эти дурные места. Зориан подобрал сумку и направился к выходу. Он рассчитывал быть в числе первых и тем избегнуть давки — но у выхода из вагона уже собралась толпа. Он прислонился у окна; перед ним трое первокурсников оживленно гадали, каким будет обучение магии. Ребят ждет разочарование — первый курс — сплошная теория, медитации и упражнения на постепенное осознание своей маны.

— Эй! Ты ведь старшекурсник, верно?

Зориан посмотрел на обратившуюся к нему девочку и подавил раздраженный вздох. Он совершенно не хотел с ней говорить. Он с самого утра в поезде, мать долго выговаривала ему за то, что он не предложил Ильзе чая, и он не хотел никого видеть.

— Можно сказать и так, — осторожно ответил он.

— Не покажешь нам парочку заклинаний? — возбужденно спросила она.

— Нет, — просто ответил Зориан. Он даже не врал. — Поезд зачарован, чтобы препятствовать плетению маны. Чтобы студенты не попортили отделку или не подожгли чего.

— Ох, — разочаровано сказала девочка. Потом озадаченно нахмурилась. — Плетение маны?

Зориан приподнял бровь.

— Ты не знаешь, что такое мана? — ну да, она лишь поступает на первый курс, но это же совсем элементарно. Такое объясняют еще в младших классах.

— Магия? — нелепо предположила она.

— Ух, — буркнул Зориан. — Смотри не скажи такое учителям. Нет, это не магия. Это то, что питает магию — энергия, которую маг преобразует в заклинание. Думаю, это все объяснят на лекциях. В двух словах: нет маны — нет магии. И сейчас я не могу использовать ману.

Это было не совсем так, но сойдет. Еще не хватало разъяснять незнакомцам азбучные истины.

— Эм, ясно. Извини за беспокойство.

Под шипение пара и стон металла поезд остановился на вокзале Сиории, и Зориан поспешно сошел на перрон, пробираясь меж ошеломленных первокурсников. Железнодорожный вокзал Сиории был огромен — и при этом перекрыт кровлей, словно гигантский туннель. На самом деле вокзал был еще больше, было еще четыре крытых терминала и весь набор вспомогательных помещений. Во всем мире не было второго такого, он поражал всех, видящих его впервые — Зориан помнил, как он сам прибыл сюда два года назад. Растерянность усиливалась обилием людей вокруг: пассажиры, покидающие или прибывающие в Сиорию, служащие, проверяющие поезд и выгружающие багаж, мальчишки-газетчики, выкрикивающие заголовки, бродяги, выпрашивающие мелочь. Насколько он знал, людской поток не иссякал здесь даже ночью, а сегодня было особенно оживленно.

Судя по часам под потолком у него было еще полно времени; купив хлеба в ближайшей булочной, он направился на центральную площадь, перекусить, сидя на бортике фонтана. Отличное место для отдыха.

Сиория — интересный город. Один из крупнейших и наиболее развитых в мире, что на первый взгляд странно, учитывая близость к диким пустошам и удаленность от торговых путей. Своим процветанием Сиория обязана огромному круглому провалу в западной части города; вход в подземелье — а что еще это могло быть — таил в себе единственный известный исток маны 9 ранга. Мана, хлещущая из-под земли, как из рога изобилия, словно магнитом притягивала магов. Обилие магов делало Сиорию непохожей ни на какой другой город континента — как местными порядками, так и обликом улиц. Архитектурные приемы, чудовищно непрактичные в любом другом месте, были здесь обыденностью; чуть не с каждого перекрестка открывался великолепный вид.

Зориан замер — снизу ступеней, по которым он собирался спускаться, на него смотрела стая крыс. Наглое поведение грызунов было довольно необычным, но пульс участился не из-за этого, а при взгляде на их головы. У них что… открытые мозги? Он тяжело сглотнул и шагнул назад, медленно отступая от лестницы, прежде чем повернуться и припустить прочь. Что бы это ни было, это точно не нормальные крысы. Наверное, не следовало удивляться — повышенный фон привлекал не только магов, но и всевозможных магических существ. Хорошо, что они не погнались за ним — он не знал ни одного боевого заклинания. Разве что "Отпугнуть животное", но не было никаких гарантий, что оно подействует на магически измененных тварей.

С подпорченным настроением, но все еще намеренный дойти до фонтана, он пошел в обход крысиного сборища через ближайший парк — но удача явно была не на его стороне. На мосту он встретил ревущую в голос маленькую девочку; на то, чтобы успокоить ее и узнать, в чем дело, ушло не меньше пяти минут. Пожалуй, стоило просто обогнуть ее и идти дальше, но даже для него это было бы слишком.

— Ве-велосипееед, — выдала она наконец, икая после плача. — Он уупааал!

Зориан моргнул, пытаясь расшифровать сообщение. Видимо, догадавшись по его лицу, девочка ткнула пальцем за ограждение, в сторону ручья под мостом. Зориан перегнулся через перила — разумеется, под мостом обнаружился детский велосипед, наполовину скрытый грязной водой.

— Хех, — сказал Зориан. — Как вообще так получилось?

— Он упал! — повторила девочка, готовая зареветь снова.

— Хорошо, хорошо, не надо больше воды. Я его достану, ладно? — Зориан оценивающе рассматривал велосипед.

— Ты испачкаешься, — тихо предупредила она. Судя по голосу, ей все равно хотелось, чтобы Зориан это сделал.

— Не волнуйся, я не собираюсь лезть в грязь. Смотри.

Он исполнил положенные жесты, активируя "левитацию предмета" — велосипед вырвался из воды и устремился вверх. Велосипед был куда тяжелее, чем обычные тренировочные объекты, да и высота была намного больше — но все еще в пределах возможного. Он ухватился за седло и поставил двухколесного друга на мост.

— Вот, — сказал Зориан. — Он весь мокрый и грязный, но тут я ничем помочь не могу — не знаю очищающих заклинаний.

— Хо… рошо, — она медленно кивнула, вцепившись в раму, словно боялась, что велосипед улетит назад, если его отпустить.

Он попрощался с ней и пошел дальше — похоже, отдых у фонтана отменялся. Погода портилась, горизонт затянули тяжелые тучи, предвестники дождя. В итоге он просто последовал за другими студентами, разрозненно бредущими в сторону академии.

Идти от вокзала было довольно далеко — путь с окраины города до академии, стоящей у самого Провала. В зависимости от выносливости и объема багажа дойти можно было за час-два. Зориан был не особо крепким — природная худоба и малоподвижный образ жизни; зато он взял с собой минимум поклажи. Он влился в ручеек студентов, все еще истекавший с вокзала в сторону академии, не обращая внимания на первокурсников, волочащих неподъемные сумки. Он сочувствовал им — на первом курсе он и сам был таким же, засранцы-братья не предупредили брать вещи по минимуму — но помочь ничем не мог.

Даже несмотря на погоду и сорванные планы, он взбодрился, приближаясь к академии. Повышенный фон маны, струящейся из Провала, восполнял его резервы, растраченные на левитацию велосипеда. Магические академии почти всегда строились у природных истоков — чтобы энергия неопытных молодых заклинателей восстанавливалась быстрее, идеальное место для тренировки волшебников. Зориан извлек из кармана добытое утром яблоко и заставил его воспарить над ладонью. Это даже не было заклинанием, скорее манипуляция сырой маной — упражнение на плетение маны, развивающее прямой контроль магической энергии. Выглядит совсем просто, но Зориану потребовались два года, чтобы овладеть им в совершенстве. Может, родные и правы — он чересчур увлечен учебой. Большинство одноклассников куда хуже его в контроле, и непохоже, чтобы это их волновало.

Он развеял плетение, позволив яблоку упасть в ладонь. С неба падали первые капли — сейчас ему бы не помешало заклинание, защищающее от дождя. Ну, или зонт. Подошло бы и то, и другое, правда зонтик не требовал от пользователей нескольких лет тренировки.

— Магия порой так несправедлива, — мрачно изрек Зориан. Глубоко вдохнув, он перешел на бег.

— Хмм. Так вот оно какое, противодождевое заклинание, — пробормотал Зориан, глядя на капли, разбивающиеся о невидимую преграду. Он протянул руку за границу барьера и не ощутил сопротивления. Вернул мигом намокшую кисть под защиту магии и проследил взглядом границу сухой земли. Похоже, барьер накрывал всю территорию академии (что впечатляло, участок был весьма обширен) защитным куполом, отражающим дождь — и только дождь. Очевидно, академия вновь доработала свою магическую защиту — до каникул такой функции не было.

Пожав плечами, он развернулся и направился к административному корпусу. Жалко, что барьер не высушивал проходящих людей — он вымок до нитки. Хорошо еще, его сумка была непромокаемой, так что учебники и смена одежды должны быть в порядке. Замедлив шаг, он оглядывал здания академии. Были улучшены не только стационарные заклятья — весь комплекс выглядел… прилизанным, за неимением более подходящего слова. Фасады зданий окрашены заново, брусчатка дороги заменена на более яркую, клумбы все в цвету и даже небольшой фонтан, сломавшийся в незапамятные времена, вновь действовал.

— Что это на них нашло, — пробормотал он. После недолгого размышления он решил, что это неважно. Если причина серьезна — рано или поздно он все узнает.

Административный корпус был ожидаемо пустынен. Большинство студентов с поезда предпочли укрыться от дождя, а не идти напролом, как Зориан; те же, кто уже был в городе, в большинстве снимали жилье — им нечего было здесь делать. Тем лучше, он хотел уладить дела поскорее. Впрочем, "поскорее" — понятие относительное, он битых два часа препирался с девушкой-клерком, оформляя бумаги. Он спросил и насчет расписания занятий, но узнал, что оно еще не утверждено, нужно ждать понедельника. Если подумать, Ильза упоминала что-то подобное. На прощание администратор вручила ему свод правил студента-третьекурсника. Зориан бегло полистал брошюру, пока искал 115 комнату, потом сунул в дальний отсек сумки и забыл навсегда.

Сколько помнил Зориан, комнаты в общежитии были так себе, зато бесплатны — серьезный довод, учитывая кусачие цены Сиории. Даже дети аристократов нередко проживали в общежитии, кто он такой, чтобы жаловаться? К тому же, проживая вблизи лекционных залов, можно было просыпаться попозже, да и близость библиотеки — определенно, общежитие имело свои плюсы.

Час спустя Зориан удовлетворенно улыбнулся, оглядывая довольно просторную комнату. Отдельная комната с собственным санузлом — и даже душевой кабинкой! Никакого сравнения с жизнью в тесной конуре с придурком-соседом и общим туалетом в конце коридора. Из мебели наличествовали кровать, одежный шкаф, комод, стол со стулом. Все, что ему и нужно.

Бросив сумку на пол, Зориан переоделся в сухое и с удовольствием растянулся на кровати. До начала занятий еще два дня — можно отложить обустройство на завтра. Сейчас же он просто лежал, лениво удивляясь, что не слышит стука капель по стеклу — потом вспомнил о защитном барьере.

— Надо бы научиться этому трюку, — пробормотал он.

Увы, его набор заклинаний был совсем невелик — около 20 простых заклинаний — но он был твердо намерен исправить этот недостаток. Как сертифицированный маг первого круга, теперь он имел доступ в закрытые разделы библиотеки — и собирался воспользоваться этим правом на все сто. К тому же, занятия третьего курса должны наконец-то перейти к практической стороне магии, что тоже обещало быть интересным. Утомленный поездкой, Зориан закрыл глаза, решив самую малость вздремнуть. Проснулся он лишь следующим утром.

Глава 2. Житейские неприятности

Академия могла похвастаться первоклассным преподавательским составом, но главной ценностью и основой громкой репутации была библиотека. Пожертвования выпускников, щедрые отчисления из бюджета некоторыми прежними ректорами, причуды местного уголовного права, счастливые случайности, наконец — все это позволило собрать единственную в своем роде коллекцию. Здесь можно было найти все, что угодно, даже не обязательно связанное с магией — например, целый раздел библиотеки отводился популярным любовным романам. Огромное подземное книгохранилище туннелями уходило под город; многие нижние уровни были закрыты для всех — кроме гильдии магов, и Зориан наконец-то получил право доступа. К счастью, библиотека работала в выходные, так что уже с утра он спустился под землю, узнать, чего он был лишен два прошлых года и, возможно, пополнить свою книгу заклинаний.

Его приятно удивило количество заклинаний и учебных пособий, дозволенных первому кругу. Книг было больше, чем он мог бы прочитать за всю жизнь. Большинство заклинаний было или узко специализировано, или незначительной вариацией других, так что желания выучить все до единого не возникало — но было уже очевидно, что этот год он безвылазно просидит здесь. Многие чары были на удивление просты и безвредны — совершенно непонятно, зачем было ограничивать их изучение. Они весьма пригодились бы ему в прошлом году. Он вовсю искал противодождевое заклятье, включенное в защитный контур академии, когда зверский голод напомнил ему, что он пропустил завтрак, а сейчас уже время обеда. Поколебавшись, он выбрал пару книг, почитать повнимательнее в тишине своей комнаты, и отправился перекусить.

Увы, в его комнате не было кухни — зато академия держала для студентов неплохую столовую — с умеренными ценами и на удивление съедобными блюдами. Заведение было откровенно демократичным — более состоятельные учащиеся питались в ресторанах вокруг альма матер. Так что Зориан никак не ожидал, что реставрация коснется не только фасадов — столовая буквально сверкала, да и столы со стульями все заменены на новые. Непривычная чистота выбивала из колеи. Покачав головой, он поставил на поднос пару тарелок, мимоходом отметив, что в порциях прибавилось мяса и других дорогих продуктов — и оглядел обедающих, ища знакомые лица. Определенно что-то происходило, и его уже достало пребывать в неведении.

— Зориан! Сюда!

Как удачно. Он немедленно направился к помахавшему ему полноватому парню. Его одноклассник, как Зориан убедился за годы учебы, был важным узлом сарафанного радио, и знал все обо всех. Если кто и в курсе, что происходит, то это Бенисек.

— Привет, Бен, — сказал Зориан. — Не ожидал увидеть тебя в Сиории так рано. Обычно ты прибываешь последним поездом, не так ли?

— Это надо бы спросить у тебя! — практически прокричал Бенисек. Зориан никогда не понимал, почему тот не может говорить тише. — Я приехал так рано, а ты уже здесь!

— Ты приехал за два дня до начала занятий, Бен, — Зориан сдержался и не закатил глаза. Только Бенисек мог счесть прибытие за два дня до срока выдающимся достижением. — Это вовсе не рано. Я тоже прибыл только вчера.

— Как и я, — сказал Бенисек. — Черт. Если б ты связался со мной, мы могли бы приехать вместе. Ты, наверное, свихнулся от скуки, целый день в одиночестве.

— Что-то типа того, — согласился Зориан, вежливо улыбаясь.

— Ну, так ты рад? — внезапно сменил тему Бенисек.

— Чему? — спросил Зориан. Забавно, Кириэлле спросила то же самое.

— Новый учебный год! Мы теперь третьекурсники, наконец начинается самое интересное!

Зориан моргнул. Он никогда не думал, что Бенисек настолько увлечен магическими искусствами. Парню уже приготовлено место в семейном бизнесе, все, что требовалось от вуза — корочки лицензированного мага. Зориан бы не удивился, если бы Бен отчислился сразу после сертификации, но вот он здесь, горящий энтузиазмом познать тайны магии. Зориану стало неловко. Нельзя судить о людях столь поспешно.

— Ах, это. Разумеется, я рад. Должен признаться, не думал, что ты настолько интересуешься учебой.

— О чем это ты? — подозрительно спросил Бенисек. — Девчонки, чувак, я говорю о девчонках. Молоденькие любят старшекурсников. Толпы первокурсниц, с восхищением глядящих на нас.

Зориан застонал. Мог бы и догадаться.

— В любом случае, — Зориан восстановил самообладание. — Раз уж ты у нас любишь посплетничать…

— Слежу за оперативной обстановкой, — поправил Бенисек с комической серьезностью.

— Именно. Так почему академия внезапно вылизана до блеска?

Бенисек моргнул.

— Ты не знаешь? Об этом все говорят уже несколько месяцев! В какой глуши ты пропадал, Зориан?

— Сирин, славный городок у черта на куличках, как ты, несомненно, знаешь. Колись уже.

— Летний фестиваль, — ответил Бенисек. — К нему готовится весь город, не только академия.

— У нас каждый год летний фестиваль, — растерянно сказал Зориан.

— В этом году особенный.

— Особенный? Чем особенный?

— Не знаю, какая-то астрологическая хрень, — отмахнулся Бенисек. — Какая разница? Главное, что в честь этого праздник будет круче обычного. Дареному коню в зубы не смотрят.

— Астро… — начал было Зориан, приподняв бровь, потом сообразил. — Погоди, ты имеешь в виду сопряжение сфер?

— Угу, оно, — согласился Бенисек. — К слову, что это такое?

— У тебя найдется пара свободных часов?

— Если подумать, я прекрасно обойдусь без этого знания, — сдал назад Бенисек, нервно хихикнув.

Зориан фыркнул. Какие мы пугливые. На самом деле об этом феномене он знал совсем немного, секунд на тридцать монолога. Тема на редкость малоизученная; возможно, Бенисек прав, и это просто предлог для пышного праздника.

— Так как ты провел лето? — спросил Бенисек.

— Бен, ты прямо как мой школьный учитель литературы. "А сейчас, дети, домашнее задание — короткое эссе о том, как вы провели лето".

— Я спросил из вежливости, — защищаясь, сказал Бенисек. — Нечего срываться на мне, если потратил каникулы впустую.

— О, а ты провел их продуктивно? — принял вызов Зориан.

— Ну, не по своей воле, — смутившись, признал Бенисек. — Отец решил приобщить меня к семейному делу, так что я все лето проработал его ассистентом.

— Ох.

— Угу, — Бенисек цокнул языком. — Еще он заставил меня выбрать одним из факультативов управление недвижимостью. Я слышал, жутко тяжелый предмет.

— Хм. Не сказать, чтобы мое лето было особо утомительным. В основном читал фантастику и избегал родню, — признался Зориан. — Мать собиралась поручить мне младшую сестру на год, но я смог ее отговорить.

— Сочувствую, — Бенисек поежился. — У меня целых две младшие сестры, я бы, наверное, помер, живи они здесь со мной. Обе просто ужасны! Да, кстати, какие факультативы выбрал ты?

— Инженерное дело, неорганическую алхимию и высшую математику.

— А? — Бенисек изменился в лице. — Чувак, ты серьезно? Ты что, метишь в разработчики заклятий?

— Ага, — сказал Зориан.

— Но почему? — непонимающе спросил Бенисек. — Это тяжелая, изматывающая работа. Неужто твои родные не подыщут тебе местечка в семейном деле?

Зориан вымученно улыбнулся. Без сомнения, уже подыскали.

— Я лучше буду побираться на улицах, — честно ответил он.

Бенисек приподнял бровь, расстроенно покачал головой.

— По-моему, ты спятил. Ладно, так кого ты выбрал куратором?

— Мне не предоставили выбора, — усмехнулся Зориан. — Академия решила за меня. Моим куратором будет Ксвим.

Бенисек уронил ложку, шокировано глядя на него.

— Ксвим?! Это же просто ужас!

— Я знаю, — тяжело вздохнул Зориан.

— Боги, я бы, наверное, отчислился, если бы меня закрепили за этим уродом. Ты куда смелее меня.

— А кого выбрал ты? — заинтересовался Зориан.

— Карабиеру Аопэ, — ответил Бенисек, немедленно просветлев.

— Только не говори мне, что выбирал по внешним данным.

— Ну, не только по внешним, — запротестовал Бенисек. — Говорят, она не очень требовательна…

— …А тебе лишь бы задавали поменьше, — закончил Зориан.

— Я словно на каникулах, — согласился Бенисек. — Начало работы откладывается на два года, можно нехило оттянуться. Молодость бывает только раз.

Зориан пожал плечами. Лично он мог бы "оттянуться", закопавшись в учебные материалы, но он был в курсе, что мало кто разделяет его пристрастия.

— Пожалуй, — нейтрально сказал он. — Что еще из последних новостей мне стоит знать?

Он проговорил с Бенисеком еще около часа, перебрав множество тем. Особенно интересно было узнать, кто из одноклассников будет с ними в этом году. На взгляд Зориана, сертификация была довольно легкой; возможно, он ошибался — около четверти курса не смогли ее пройти. Он отметил, что большинство из них были из обычных семей — ничего удивительного, дети магических династий лучше подготовлены и мотивированы семейной репутацией. Приятный сюрприз — некий засранец также покинул родные стены — на дисциплинарном слушании Вейерс Боранова не совладал со своим норовом и был отчислен. Туда и дорога. Серьезно, этот тип опасен, надо было отчислить его раньше. Хорошо, что некоторые проступки не сойдут с рук даже наследнику Благородного Дома Боранова.

Он ушел, когда Бенисек принялся рассуждать о достоинствах и недостатках девчонок их класса — его это не интересовало, а в комнате ждали библиотечные книги. Но стоило ему с предвкушением открыть учебник — в дверь постучали. Мало кто озаботился бы искать его в общежитии — так что, еще направляясь к двери, Зориан уже догадывался, кто там.

— Привет, Сверчок!

Зориан смотрел на ухмыляющуюся девушку, раздумывая, обижаться ли ему на прозвище; в итоге махнул рукой и посторонился. Раньше, когда он был в нее влюблен, такое обращение расстраивало — сейчас же чуть раздражало, не более того. Тайвен прошмыгнула в комнату, по-детски запрыгнула на кровать. Серьезно, что он тогда в ней нашел? Разумеется, кроме того, что к нему неплохо относилась красивая старшая девушка, щеголяющая в облегающей одежде.

— Я думал, ты выпустилась.

— Так и есть, — она добралась до одного из библиотечных учебников и теперь листала, положив на колени. Кровать была занята, так что Зориан сел на стул. — Но ты же знаешь — молодых магов всегда слишком много, преподаватели не справляются. Так что я ассистирую профессору Ниртаку. Кстати! Если выберешь факультативом не-магический бой — мы сможем видеться постоянно.

— Угу, конечно, — фыркнул Зориан. — Ниртак заранее предупредил, что не будет меня учить, как бы я ни просил.

— Правда?!

— Ага. Не то чтобы я сам собирался выбрать его предмет.

Разве что посмотреть на разгоряченную Тайвен в обтягивающей спортивной форме.

— Жаль, — рассеяно сказала она, листая книгу. — Тебе бы не помешало подкачаться. Девушки любят спортивных парней.

— Пофиг, что там любят девушки, — сердито буркнул Зориан. Она и правда сейчас напомнила его мать. — Так что ты здесь делаешь?

— Ой, успокойся, это просто мысли вслух, — она сокрушенно вздохнула. — Ох уж эта ранимая мужская гордость…

— Тайвен, ты мне нравишься, но ты ступаешь по тонкому льду, — предупредил он.

— Я пришла спросить, не присоединишься ли ты ко мне и еще парочке других на завтрашней работенке, — она отбросила книгу и наконец перешла к цели визита.

— Работенке? — подозрительно спросил Зориан.

— Ага. Точнее сказать — миссии. Ну, знаешь, те объявления, что вывешиваются на стенде в административном корпусе.

Зориан кивнул. Когда кому-то из горожан требовалась дешевая рабочая сила — он вывешивал объявление для студентов. Оплата обычно была мизерной, но студентам нужны были баллы за практику, чем пользовались все подряд. Большинство студентов не занимались этим до четвертого курса — если не было острой нужды в деньгах — и Зориан твердо намеревался последовать примеру умных людей.

— Там есть одно интересное задание, — сказала Тайвен. — Просто найти и доставить из туннелей под городом…

— Поход в канализацию?! — неверяще перебил ее Зориан. — Ты зовешь меня в канализацию?

— Это хороший опыт! — возразила она.

— Нет, — Зориан скрестил руки на груди. — Ни за что.

— Ну пожалуйста, Сверчок, я тебя умоляю! — заныла Тайвен. — Нас не принимают без четвертого члена команды! Ты что, помрешь, если слегка поможешь старому другу?

— Вполне могу, — отрезал Зориан.

— Тебя будут прикрывать три человека. Мы спускались туда сотни раз, там нет ничего действительно опасного — слухи сильно преувеличены.

Зориан фыркнул и отвел взгляд. Даже если это и не опасно — это все равно спуск в вонючие, кишащие инфекцией туннели в компании трех малознакомых людей, едва ли довольных "балластом" в группе.

К тому же, он все еще не простил ей того розыгрыша с фальшивым свиданием. Даже если она не догадывалась о его чувствах, это было по меньшей мере бестактно. Да и прозвище Сверчок не прибавляло желания помочь. Она, наверное, думала, что это звучит миленько. Она ошибалась.

— Окей, как насчет пари? — предложила она.

— Нет, — тут же отказал Зориан.

— Ты даже не дослушал! — возмутилась она.

— Ты имела в виду драку, — сказал Зориан. — Ты всегда имеешь в виду драку.

— И что? — надулась она. — Ты струсил? Боишься продуть девчонке?

— Совершенно верно, — с непроницаемым лицом ответил Зориан. Оба родителя Тайвен занимались боевыми искусствами, драться она научилась раньше, чем ходить. Едва ли Зориан продержится и пять секунд в рукопашную против нее. Черт, не факт, что остальные студенты показали бы лучший результат.

Тайвен расстроенно всплеснула руками и откинулась на кровать; на секунду Зориан поверил, что она смирилась с поражением. Она вновь села, подтянув ноги в позу лотоса. Ее улыбка всколыхнула в нем дурные предчувствия.

— Кстати, — бодро начала она. — Как твои дела?

Зориан вздохнул. Вовсе не так он собирался провести вечер субботы.

Два дня спустя Зориан встретил утро понедельника в полностью обжитой комнате. Ранний подъем был сущей пыткой после расслабленного режима каникул, но он справился. У него было много недостатков, но проблем с самоконтролем не было.

Ему удалось отделаться от Тайвен — три часа ожесточенных споров совершенно его измотали, и он отложил учебники на потом. В итоге он пробездельничал все выходные, уже желая, чтобы занятия поскорее начались.

Первым уроком были Основы инвокации (1), и Зориан не представлял, чему там будут учить. Суть большинства предметов была понятна из названия, но инвокация — слишком общий термин. Инвокация — то, что люди представляют при слове "магия" — несколько таинственных слов, странных жестов, и — пуф! — магический эффект. На самом деле все было сложнее — намного сложнее — но людям хватало внешней стороны. Очевидно, академия считала предмет важным — он был в расписании всю неделю.

Приближаясь к классу, он увидел у дверей знакомую фигуру с планшетом. Хоть что-то в мире остается неизменным. Акоджа Строуз была старостой класса с первого года и относилась к своим обязанностям очень серьезно. Она встретила его суровым взглядом — что на этот раз он сделал не так?

— Ты опоздал, — сообщила она, когда он подошел.

Зориан приподнял бровь.

— До звонка еще не меньше десяти минут. Как я могу опоздать до занятий?

— Студенты должны быть в классе за пятнадцать минут до начала занятий, — заявила она.

Зориан закатил глаза. Это уже чересчур, даже для Акоджи.

— Я пришел последним?

— Нет, — признала она после короткой паузы.

Зориан миновал ее и вошел в класс.

Магов легко отличить от обычных людей — их внешность и манера одеваться выдают их с головой, особенно в Сиории, где собираются одаренные дети со всего света. Множество сокурсников происходили из старых магических семей, а то и Домов, что оставляло отпечаток на внешности — родовые черты, следы фамильных ритуалов… Как, например, зеленые волосы, или всегда рождающаяся двойня, или мистические татуировки на лбу и щеках — все это было представлено в его классе. Выбросив лишние мысли из головы, он прошел к своему месту, коротко приветствуя тех, кого знал лучше других. С ним не заговаривали — у него не было врагов в группе, но не было и близких знакомых или друзей.

Он уже собирался садиться, когда громкое шипение остановило его. Он глянул влево — его одноклассник шепотом успокаивал красно-оранжевую ящерицу, сидящую у него на коленях. Животное внимательно следило за ним ярко-желтыми глазами, нервно пробуя воздух раздвоенным языком, но не зашипело, когда Зориан осторожно опустился на стул.

— Извини, — сказал парень. — Его нервируют незнакомцы.

— Ничего страшного, — отмахнулся Зориан. Он не был близко знаком с Брайамом, но помнил, что его семья выращивает огненных дрейков — так что ничего удивительного. — Смотрю, ты получил собственного дрейка? Фамильяр?

Брайам счастливо кивнул, почесывая голову ящерицы — та закрыла глаза от удовольствия.

— Я запечатлел его на летних каникулах. Связь с фамильяром слегка непривычна, но я уже осваиваюсь. По крайней мере убедил его не выдыхать огонь без разрешения. Иначе пришлось бы использовать ошейник-подавитель, а он его терпеть не может.

— Академия не запретит тебе проносить такое на занятия? — поинтересовался Зориан.

— Такого, — поправил Брайам. — И нет, все в порядке. Фамильяров можно проносить в класс, заранее уведомив руководство — если способен удержать их в узде. И, разумеется, если размер позволяет.

— Я слышал, огненные дрейки вырастают крупными, — сказал Зориан, чтобы поддержать разговор.

— Верно, — согласился Брайам. — Поэтому мне и дали его только сейчас. Через несколько лет он уже не будет помещаться в классе — но к тому времени я уже выпущусь и вернусь на ранчо.

Удовлетворенный, что его не укусят посреди урока, Зориан огляделся по сторонам. Его взгляд против воли останавливался на девушках — что Зориан изо всех сил пытался скрыть. Это все Бенисек виноват — раньше у него не было привычки пялиться на одноклассниц. Какими бы хорошенькими ни были некоторые из них…

— Обалденная, правда?

Зориан дернулся, услышав голос из-за плеча. Нельзя быть таким невнимательным.

— О чем ты? — он как можно спокойнее повернулся к Заку. Судя по широкой ухмылке сокурсника, его притворство никого не обмануло.

— Да ладно тебе, — весело сказал Зак. — Вряд ли на всем потоке найдется хоть один парень, кто не мечтал бы о нашей рыжеволосой богине.

Зориан фыркнул. На самом деле он смотрел вовсе не на Рэйни, а на девушку, с которой та разговаривала — но Заку об этом знать не обязательно. Да и вообще — Зориан сам не знал, что думает об этом парне. С одной стороны, черноволосый одноклассник был обаятелен, уверен и популярен — чем неприятно напоминал братьев; с другой — хорошо к нему относился и был не прочь пообщаться — в отличие от остальной группы. В итоге Зориан никак не мог прийти к определенному мнению.

В любом случае — он не собирался обсуждать с парнями свои предпочтения. Сплетники академии жили пересудами кто кому нравится, и даже сравнительно безобидный слух мог изрядно осложнить жизнь.

— Судя по голодному тону — твой шарм все еще на нее не действует? — Зориан попытался сменить тему.

— Крепкий орешек, — согласился Зак. — Но у меня есть все время мира.

Зориан приподнял бровь. Все время мира? Что он имеет в виду?

Открывшаяся дверь прервала их разговор — в класс зашла учитель. Зориан никак не ожидал увидеть Ильзу с толстым зеленым учительским журналом — хотя следовало бы, она же преподаватель у старшекурсников. Она улыбнулась ему, кладя журнал на стол, и хлопнула в ладоши, привлекая внимание немногих болтунов, прозевавших приход учителя.

— Садимся, урок начинается, — она приняла у старосты список присутствующих; Акоджа стояла рядом с учительским столом навытяжку, как солдат перед офицером.

— Добро пожаловать на первый урок нового учебного года. Я — Ильза Зилети, буду вести у вас этот предмет. Вы теперь третьекурсники, вы прошли сертификацию и присоединились к нашему… просвещенному магическому сообществу. Вы доказали, что умны, целеустремлены и способны управлять маной — сутью магии. Но ваш путь только начинается. Как вы, несомненно заметили, вам показывали всего ничего заклинаний — притом простейших. Хорошие новости — эта несправедливость уже в прошлом.

Класс ответил одобрительным гулом; Ильза позволила ученикам пошуметь пару секунд, прежде чем жестом призвала к тишине. У нее определенно склонность к театральным эффектам. Как, впрочем, и у студентов — едва ли всех так обрадовали новые заклинания.

— Но что же такое заклинания? — спросила Ильза. — Кто-нибудь может ответить?

— О, прекрасно, — пробормотал Зориан. — Повторение пройденного…

В классе слышались неуверенные шепотки, покуда Ильза не указала на одну из девушек, ответившую "структурированная магия".

— Верно, заклинания — это структурированная магия. Сотворить заклинание — значит создать некий конструкт маны. Конструкт, ограниченный собственным строением — поэтому структурированные заклинания также называют "фиксированными". Упражнения на плетение, что вы делали два прежних года — вам они, наверное, показались бессмысленными — это неструктурированная магия. Теоретически, неструктурированная магия может все. Инвокации — лишь инструмент, упрощающий достижение результата. Костыль. Сотворить фиксированное заклинание — значит пожертвовать гибкостью, сформировать ману в жесткую структуру, почти не поддающуюся изменению. Так почему же большинство предпочитают инвокации?

Она помолчала несколько секунд, прежде чем продолжить.

— В идеале вы бы учились лишь неструктурированной магии, свободно сплетая потоки во все, что угодно. Но мы живем не в идеальном мире. Осваивать неструктурированную магию тяжело и долго, а времени не так много. К тому же, инвокации прекрасно подходят в большинстве случаев. С их помощью можно делать потрясающие вещи — многие из которых никогда не были реализованы посредством неструктурированной магии. В остальных случаях…

Она извлекла из кармана ручку и, положив на стол, произвела инвокацию — Зориан узнал простое заклинание "факел". Ручка зажглась мягким светом, озарив стены. Так вот зачем были задернуты шторы — при свете солнца осветительная магия была бы почти не видна. Ничего нового, это заклинание они проходили в прошлом году.

— "Факел" — одно из простейших заклинаний, вы уже должны быть с ним знакомы. Оно сопоставимо со световым плетением, которое также должно быть вам уже известно.

Ильза принялась объяснять сравнительные достоинства и недостатки осветительного заклинания и светового плетения, и как они соотносятся с фиксированной и неструктурированной магией в целом. По большей части Зориан уже знал это из книг и прежних лекций, так что он развлекался, рисуя диковинных зверей на полях своей тетради. Боковым зрением он видел, что Акоджа и еще несколько студентов ожесточенно строчили в тетрадях, конспектируя — хоть это и было повторением пройденного и наверняка нашлось бы в их прошлогодних тетрадях. Он даже не знал, то ли восхищаться их усердием, то ли огорчаться узости их мышления. Впрочем, тут было и кое-что интересное — некоторые студенты зачаровали ручки, чтобы те сами записывали лекцию. Зориан предпочитал писать сам, но, очевидно, это заклинание может пригодиться — он сделал пометку в памяти отыскать его в библиотеке.

Ильза перешла к развеиванию — еще одной теме, которую они подробно изучали в прошлом году, и которая была на сертификации. Справедливости ради — это сложная и ответственная тема. Не существовало единого способа развеивать структурированную магию, а экспериментировать с заклинаниями, не зная, как их отменить — прямой путь к катастрофе. И все же — это пройденный материал, давайте уже дальше.

Между тем Ильза решила разбавить теорию практическим примером и сотворила некое заклинание призыва — на учительском столе возникли стопки керамических мисок. Дождавшись, когда Акоджа раздаст их студентам, она велела применить на миски заклинание левитации, подняв их над партами. По сравнению с велосипедом той девочки, это было до неприличия просто.

— Смотрю, чары левитации получились у всех, — сказала Ильза. — Очень хорошо. Теперь используйте на мисках заклятье де-иллюминации.

Зориан приподнял брови. И что это даст?

— Ну же, — поторопила Ильза — только не говорите, что уже забыли формулу.

Зориан сделал пару быстрых движений и прошептал "Шу", сконцентрировавшись на цели. Миска дернулась в воздухе и рухнула на парту, как и подобает порядочному предмету тяжелее воздуха. Судя по громкому стуку со всех сторон, остальные получили тот же результат. Зориан посмотрел на Ильзу, ожидая разъяснений.

— Как видите, чары левитации можно развеять заклятьем де-иллюминации. Интересный поворот, не правда ли? Почему формула, гасящая магические огни, действует на парящие объекты? Дело в том, мои юные ученики, что де-иллюминатор — частный случай заклятия-прерывателя, разрушающего магические конструкты. Он не предназначен для отмены левитации, но развеивает ее, если применен с достаточной силой.

— Тогда почему мы просто не развеяли чары? — спросила одна из девушек.

— Об этом мы поговорим в следующий раз, — тут же ответила Ильза. — Сейчас же я хочу, чтобы вы отметили, что случилось дальше — миски упали, и не будь они укреплены магией — наверняка разбились бы о парты. Это общая проблема заклинаний-прерывателей. Простейший и почти универсальный способ развеивания — если вы вкладываете достаточно энергии; но зачастую разрушение магического конструкта приносит больше вреда, чем пользы. Это особенно актуально для высокоуровневых заклинаний — их прерывание мгновенно высвобождает огромный заряд маны. Да и необходимое для их прерывания усилие зачастую превосходит возможности мага. А теперь вырвите из тетрадей пару листов и измельчите их в миски.

Неожиданное задание застало Зориана врасплох, но он сделал, как сказано. В разрывании бумаги было что-то успокаивающее, так что он накрошил больше, чем требовалось, ожидая дальнейших инструкций.

— Примените на измельченную бумагу воспламеняющие чары, и незамедлительно — де-иллюминатор, чтобы развеять огонь.

Зориан вздохнул. В этот раз он понял задумку и знал, что развеивание не погасит огонь, но тем не менее выполнил требуемое. Пламя даже не дрогнуло и угасло, лишь исчерпав топливо.

— Вы все прекрасно справились с воспламенением, — сказала Ильза. — Неудивительно, нагревание объектов — одно из простейших магических действий. Равно как и взрывы. Однако никто из вас не сумел развеять огонь. Как думаете, почему?

Зориан фыркнул, слушая, как сокурсники предлагают свои догадки. Именно догадки — похоже, они говорили первое, что придет в голову, надеясь получить зацепку. Обычно он не вызывался отвечать — не любил излишнее внимание — но эта викторина утомляла его, а Ильза не спешила дать правильный ответ.

— Потому что там нечего было развеивать, — сказал он. — Это был просто огонь, зажженный магией, но не питающийся ею.

— Верно, — подтвердила Ильза. — Еще одна слабость прерывателей. Они разрушают магические конструкты, но совершенно не затрагивают естественные эффекты, порожденные заклинанием. Помня об этом, перейдем к следующему вопросу…

Два часа спустя несколько разочарованный Зориан вместе со всеми покинул аудиторию. Он мало что узнал на этом занятии, а Ильза сказала, что они будут целый месяц закреплять основы, прежде чем перейдут к продвинутым техникам. И задала эссе на тему развеивания. Это будет скучно — Зориан и так прекрасно помнил пройденное, а основы инвокации были в расписании всю неделю, каждый день. Просто прекрасно.

Остаток дня прошел без происшествий, следующие четыре урока были вводными, простое знакомство с предметом. Основы алхимии и обращение с магическими предметами выглядели заманчиво, но два других оказались приветом с младших курсов. Наверное, академия ввела историю магии и магическое право в расписание третьего курса назло студентам. Ко всему прочему, их пожилой учитель истории, Зеномир Олгай, был настоящим фанатом своего предмета и задал до выходных прочитать 200-страничную книгу.

Неделя началась отвратительно.

Утро следующего дня они встретили не в классе, но в тренировочном зале — первой была боевая магия. Их учителем был отставной боевой маг, Кайрон. Зориану хватило одного взгляда на преподавателя, чтобы понять — здесь скучать не придется.

Мужчина перед ними был среднего роста, но словно высеченный из камня — угрюмый, лысый и очень-очень мускулистый. У него был довольно выдающийся нос и могучий торс — учитель был без рубашки. Боевой посох в одной руке, извечный учительский журнал в другой. Услышь Зориан словесное описание учителя, он бы счел его забавным — но сейчас ему было совсем не смешно.

— Боевая магия — не отдельная школа заклинаний, — говорил Кайрон мощным командным голосом, как генерал перед новобранцами. Пожалуй, это было самое прилежное занятие на памяти Зориана — даже записные болтушки вроде Неолу и Джейд хранили молчание. — Скорее, это особый подход к магии. В бою вам важны скорость активации и убойная сила заклинаний. Большая мощность и мгновенный каст — а значит, классические инвокации, что вы изучаете на других предметах, Совершенно Бесполезны! — он грохнул посохом в пол, подчеркивая свои слова. Зориан был уверен — он как-то усиливает голос магией. — Произнесение заклинаний требует нескольких секунд, если не дольше, а большинство противников убьет вас куда быстрее. Особенно сейчас, после Войн Раскола, когда любой дурак имеет огнестрел и обучен противостоять магам.

Кайрон взмахнул рукой, и за ним возникла прозрачная фигура минотавра. Существо выглядело угрожающе, но очевидно было иллюзией.

— Множество старых боевых заклятий полагались на страх людей перед магией. Сейчас вы не напугаете подобной иллюзией даже ребенка, не говоря уже о профессиональном солдате или преступнике. Большинство старых заклятий и тактик безнадежно устарели.

Кайрон задумчиво потер подбородок.

— К тому же, довольно сложно сконцентрироваться на заклинании, когда тебя пытаются убить. В итоге никто не использует в бою классические инвокации. Вместо них используются магические формулы, впечатанные в жезлы и посохи; эти фокусирующие медиаторы позволяют колдовать легко и быстро. Я не буду даже показывать вам, как сражаться без них — классическая магия в бою требует долгих лет тренировок. Если вам интересно — все необходимые заклятья есть в библиотеке.

Затем он раздал всем жезлы магического снаряда и велел стрелять в глиняные фигуры в конце зала, пока не кончится мана. Ожидая, пока девушка перед ним истощит свой резерв, Зориан изучал фокусирующий жезл. Просто деревянный стержень, удобно лежащий в руке; его можно брать с любого конца — сгусток энергии вылетает со стороны, противоположной от заклинателя. Наконец дождавшись своей очереди, он понял — использовать боевые жезлы до смешного просто. Не требовалось никаких расчетов, лишь наводишь палку на цель и подаешь ману — все остальное делает за тебя формула. Проблема была в другом — магический снаряд требовал невероятно много энергии, Зориана хватило лишь на восемь выстрелов.

Опустошенный и разочарованный, он смотрел на Зака, небрежно выпускающего разряд за разрядом. Зориан невольно позавидовал — парень перекрыл его результат в три или четыре раза и не подавал признаков усталости.

— Что же, сегодня я отпущу вас пораньше, — сказал Кайрон. — Вы все — кроме присутствующего мистера Новеды — истощили запас маны, а боевая магия — прежде всего практика. На прощание посоветую применять полученные знания осмотрительно и ответственно — иначе я отыщу вас лично.

Скажи это любой другой профессор — было бы смешно, но не в данном случае.

Затем был урок магических формул, тот самый раздел, что производит боевые жезлы. Учительница, молодая женщина с оранжевыми волосами, что, отрицая гравитацию, стремились вверх, как пламя свечи, своим энтузиазмом не уступала Зеномиру Олгаю. Зориану понравилось разбираться с формулами, но не настолько, как виделось должным Норе Буул. Ее список рекомендованной литературы включал двенадцать позиций, и она тут же объявила, что будет давать дополнительные еженедельные лекции — для тех, кому интересно. Затем устроила "небольшой тест" (60 вопросов) — узнать, что они помнят с прежних курсов, и задала прочитать первые три главы одной из рекомендованных книг к следующему уроку (завтра).

По сравнению с ней, последующие уроки казались отдыхом.

Зориан, нервно поежившись, постучал в дверь. Первая неделя прошла без особых происшествий — разве что выяснилось, что высшую математику тоже ведет Нора Буул, в своей привычной манере — серьезный тест, куча рекомендованных книг… Тем не менее, он дожил до пятницы — пора навестить куратора.

— Входите, — раздалось из кабинета. Зориан мог бы поклясться, что услышал в голосе нетерпение, словно учитель уже жалел о потраченном времени. Он открыл дверь и встретился взглядом со Ксвимом Чао, знаменитым адским куратором. Судя по лицу, куратор тоже был не в восторге.

— Зориан Казински? Садитесь, — распорядился Ксвим, не дожидаясь ответа. Зориан сел, едва поймав брошенную преподавателем ручку.

— Покажите мне базовую тройку, — велел маг, имея в виду упражнения на плетения со второго курса.

Он слышал об этом. Еще никто не удовлетворил Ксвима качеством плетений. И разумеется, как только Зориан заставил ручку взлететь, куратор прервал его.

— Медленно, — проговорил Ксвим. — Вы концентрировались целую секунду. Нужно быстрее. Начните сначала.

Начните сначала. Начните сначала. Начните сначала. Прошел уже целый час, куратор повторял одно и то же. Зориан потерял всякий ход времени и старался лишь сконцентрироваться на упражнении — и не поддаться желанию всадить эту ручку Ксвиму в глаз.

— Начните снача…

Ручка мгновенно подпрыгнула в воздух — Ксвим еще не успел договорить. Серьезно, возможно ли вообще сплетать потоки быстрее?

Брошенный шарик врезался ему в лоб, сбив концентрацию.

— Вы отвлеклись, — обвинил Ксвим.

— Вы бросили в меня шариком! — возмутился Зориан, не ожидавший такой детской выходки. — Чего вы ожидали?

— Я ожидал, что вы сумеете сохранить концентрацию, — ответил Ксвим. — овладей вы плетением, подобные мелочи не помешали бы вам. Вынужден с сожалением констатировать — неэффективная образовательная программа загубила очередного многообещающего студента. Нам придется начать с самых основ, пока вы не научитесь выполнять базовую тройку безупречно.

— Профессор, я овладел этими плетениями год назад, — возразил Зориан. Еще не хватало тратить время на базовую тройку. Он и так слишком долго их оттачивал.

— Отнюдь, — казалось, Ксвима оскорбляет сама мысль об этом. — Добиться стабильного результата — не значит овладеть. К тому же, это разовьет ваши выдержку и терпение, в чем вы очевидно нуждаетесь. Это важные качества для мага.

Зориан сжал губы в тонкую линию. Этот тип намеренно играет на его нервах. Похоже, слухи были верны — занятия у куратора будут невыносимы.

— Начнем с левитации, — сказал Ксвим, не ведая о мыслях Зориана. — Начните сначала.

Он уже ненавидел эти два слова.

Глава 3. Горькая правда

Если бы в конце первой недели кто-нибудь спросил Зориана, какие предметы даются труднее других, он бы назвал магические формулы и высшую математику. Может быть, боевую магию. Сейчас, две недели спустя, он мог ответить однозначно — обереги. Искусство защиты объектов с помощью магии было на удивление сложной дисциплиной. Нужно было учесть материал защищаемого предмета, его форму и размеры, взаимодействие с ранее наложенными резидентными заклинаниями… Или скрестить пальцы на удачу и применить стандартное щитовое заклятье. За второй способ профессор ставила "неуд".

Но даже учитывая все это, обереги не должны были даваться так тяжело — Зориан подходил к магии терпеливо и методично, он успешно осваивал и более сложные дисциплины. Проблема была в профессоре, строгой женщине с настолько короткой стрижкой, что проще было бы обриться налысо — она не умела учить. Совсем. Нет, понятно, она прекрасно разбиралась в предмете — но не могла донести свои знания до студентов. В своих лекциях она пропускала множество важных деталей, казавшихся ей очевидными. Выбранные ей учебники были немногим лучше, напоминая скорее руководства для профессионала-щитовика, чем учебные пособия.

"Вопрос 6: Ваша задача — построить исследовательский аванпост у истока маны первого ранга на Сарокианском плоскогорье. Здание рассчитано на четверых человек, в округе водятся зимние волки и осы-бурильщики. Ваш бюджет — 25 тысяч, вы — сертифицированный щитовик второго круга.

а) Какие комбинации щитов вы подобрали бы для здания, считая, что питать защиту будет энергия истока? Аргументируйте ваш ответ.

б) Вычертите поэтажные планы аванпоста, объясните, как расположение помещений и форма здания влияют на эффективность щитов.

в) Что предпочтительнее против ос-бурильщиков — заклинание-репеллент или правильный выбор отделочных материалов? Аргументируйте ответ.

г) Допустим, на существующий бюджет вы должны построить не одно, а пять зданий. Как это повлияет на выбор защитных чар? Следует ли использовать одинаковую схему на всех пяти аванпостах, или изменять комбинации в зависимости от расположения? Укажите достоинства и недостатки обоих подходов."

Зориан устало потер глаза. Вот как, по их мнению, он должен отвечать на такие вопросы? Он не выбирал архитектуру факультативом, он вообще-то маг, а не строитель. Да и откуда ему знать стоимость строительных материалов — или где находится это Сарокианское плоскогорье? Зориан был неплох в географии, но никогда о таком не слышал; видимо, где-то в северных лесах, раз там водятся зимние волки.

По крайней мере, он знал ответ на подвопрос "в". Магия и только магия. Даже если отделка будет несъедобна для личинок ос, на стене очень удобно делать гнездо. Эти насекомые ревностно охраняют свою территорию — такое соседство врагу не пожелаешь. Да, теоретически "правильный выбор материалов" позволит сэкономить часть мощности истока — но заклинания-репелленты и так потребляют немного, в особенности если настроить именно на ос-бурильщиков.

Его отвлекло женское хихиканье с задних парт. Зориан понял, даже не оборачиваясь — Зак опять развлекает галерку. Вот бы ему досталось за разговоры во время контрольной — но увы, Зак в любимчиках у профессора, как лучший ученик. Наверняка сам он уже все сделал, и сделал правильно. Ерунда какая-то — на первых двух курсах оценки Зака были ниже среднего; он выделялся скорее харизмой, чем магическим талантом. Словно несколько улучшенная копия Фортова. В этом же году ему не было равных в учебе. По всем предметам. Впечатляющие знания и усердие — невероятный, невозможный прогресс по сравнению с прошлым годом. Как он сумел добиться этого за всего одно лето?

Пятнадцать минут спустя Зориан отложил карандаш. Он решил лишь восемь из десяти заданий, и вовсе не был уверен в правильности решений — но ничего не поделаешь. Надо будет выделить пару дней на самостоятельные занятия по оберегам — а то с каждой лекцией он понимает все меньше и меньше. В классе остались лишь он и Акоджа, она следом за ним сдала свою работу и вышла в коридор. Разумеется, они задержались по разным причинам — он пытался наскрести парочку лишних баллов; она же, будучи перфекционисткой, раз за разом проверяла работу перед сдачей.

— Зориан, подожди!

Он сбавил шаг, позволяя Акодже догнать его. Девушка иногда бывает несносна, но в целом хороший человек — и не виновата в том, что он слажал на контрольной.

— Как думаешь, как ты написал?

— Плохо, — врать смысла не было.

— Да, я тоже.

Зориан закатил глаза. Его и ее "плохо" — две большие разницы.

— Неолу управилась за полчаса, — сказала Акоджа после короткой паузы. — Могу поспорить, она вновь наберет высший балл.

— Ако… — вздохнул Зориан.

— Я знаю, это выглядит как зависть, но это просто ненормально! — Акоджа понизила голос, но не могла сдержать волнения. — Я далеко не дура, трачу все свободное время на учебу, но все равно многое не понимаю. Неолу же никогда не была хороша на первых курсах. А сейчас… сейчас она обходит меня по всем предметам!

— Как Зак, — подсказал Зориан.

— Именно как Зак! — согласилась она. — Они даже держатся вместе, он, она и та незнакомая девушка. Словно живут в своем собственном мире.

— Или словно они пара, — Зориан нахмурился. — То есть тройка… Как вообще называются романтические отношения между тремя людьми?

— Неважно, — фыркнула Акоджа. — Суть в том, что эти трое лишь дурачатся, раздражают учителей, но все равно получают высшие баллы. Они даже отказались перевестись в первую группу, представляешь?!

— Ты слишком зацикливаешься, — предупредил Зориан.

— Тебе совсем не интересно, как они это делают?

— Конечно интересно, — хмыкнул Зориан. — Трудно не заинтересоваться. Но от меня тут ничего не зависит. К тому же, Зак мне ничего плохого не сделал — я не хочу добавлять ему проблем лишь потому, что он пробудил своего внутреннего гения.

Бенисек присоединился к ним, просто показавшись из-за угла. Зориану иногда казалось, что у парня и правда сверхъестественный нюх на сплетни.

— Я тебя понимаю, — сказал Бенисек. — Всегда считал Зака ни на что не годным. Ну, вроде меня.

— Хех. Быть не может, чтобы он так подтянул все предметы за одни каникулы, — сказал Зориан. — Думаю, раньше он просто сдерживался.

— Блин, это просто глупо, — откликнулся Бенисек. — Будь я настолько крут, я бы раструбил всем.

— Не думаю, что он притворялся два года подряд, — усмехнулась Акоджа. — Он неизбежно выдал бы себя чем-нибудь.

— Что тогда остается? — спросил Зориан. Он и сам мог бы назвать пару-тройку способов ускоренного обучения, но большинство из них было незаконно — да и академия наверняка проверила, Зак ли это, а не самозванец-перевертыш, или не одержим ли он духом давно умершего мага.

— Может, он знает вопросы заранее, — предположила Акоджа.

— Только если он пророк, — ответил Бенисек. — Во вторник, когда ты ушла пораньше, Буул устроила ему устный экзамен. Так он сыпал ответами, словно проглотил учебник.

Разговор утих — они вошли в алхимический класс, скорее большую лабораторию, чем учебное помещение. Около двадцати столов, уставленных всевозможными склянками и алхимическими приборами. Ингредиенты для сегодняшнего занятия уже были на столах, разве что некоторые требовали дообработки — едва ли рецепт включал живых пещерных сверчков. Подобно оберегам, алхимия была сложным искусством, но профессор знала предмет и умела учить, так что занятия давались Зориану без проблем. Разве что — из-за нехватки мест студенты работали парами и тройками, но Зориан был в паре с Бенисеком, то есть один трудился за двоих. И еще надо было как-то заткнуть Бена, чтобы не отвлекал.

— Эй, Зориан, — громко прошептал Бенисек. — Я раньше не замечал, но наша препод — горячая штучка!

Зориан зашипел сквозь зубы. Этот долбаный идиот никак не научится быть тише. Она точно это услышала.

— Бенисек, — прошептал он напарнику. — Мне нужны хорошие отметки по алхимии, чтобы поступить, куда я хочу. Если ты мне все испоганишь — я больше с тобой не разговариваю.

Бенисек что-то возмущенно пробурчал и стал пялиться дальше. Зориан вернулся к растиранию хитина ос-бурильщиков в тонкий порошок — сегодня они готовили клей. Надо признать, Азлин Маривоски и правда выглядела отлично для своих пятидесяти. Вероятно, косметические средства — недаром же она была профессором алхимии. Может даже эликсир юности — хотя эти составы невероятно редки и имеют кучу побочных эффектов.

— И что ты нашел в этом предмете, — бурчал Бенисек. — Его даже не назвать магическим. Для него не нужна мана. Это просто поиски нужных корешков, нарезка определенным образом… Это как готовка. Черт, мы даже делаем какой-то там клей. Девчачий предмет.

— Бенисек…

— Но это правда! Даже наш преподаватель — девчонка! Да, клевая, но все равно. Я где-то читал, что алхимия происходит из ковенов ведьм — все эти зелья и прочая хрень. Даже сейчас лучшие алхимики — из ведьминых родов. Ты, поди, этого не знал?

Конечно, он знал. В конце концов, до академии он учился алхимии у настоящей ведьмы. Действительно настоящей — она фыркала при слове "алхимия", предпочитая старинное "зельеварение". Но это не те подробности, которые хочется предать огласке — по множеству причин.

— Если ты прямо сейчас не заткнешься — я никогда не буду работать с тобой в паре, — серьезно сказал Зориан.

— Эй! — запротестовал Бенисек. — Кто тогда мне поможет? Я в этом не разбираюсь!

— Не знаю, — безмятежно ответил Зориан. — Может, найдешь себе какую-нибудь девчонку.

К счастью, профессор была слишком занята очередным шедевром Зака — тот умудрился получить из ингредиентов клея какое-то усиливающее зелье. Надо думать, это чертовски круто. Похоже, Азлин не смущало, что Зак проигнорировал задание и сделал все по-своему. Зориан покачал головой, возвращаясь к работе. Интересно, если бы это сделал он — его бы тоже хвалили, или велели бы не выделываться? Пару раз, когда Зориан пытался впечатлить профессоров, он нарывался на лекции о пользе тренировок и вреде гордыни. Может, все дело в том, что Зак — наследник Благородного Дома Новеда? Или нет?

В такие моменты Зориан хорошо понимал Акоджу.

— На этом завершим сегодняшний урок, — сказала Ильза. — Но прежде, чем вы уйдете — небольшое объявление. Как вы, возможно, знаете, Академия традиционно устраивает бал в канун летнего фестиваля. Этот год — не исключение. Бал пройдет в следующую субботу в приемном зале. Если вы еще не знаете — посещение бала в этом году строго обязательно.

Зориан, застонав, уткнулся лбом в парту, по классу прокатились смешки. Ильза проигнорировала его выходку.

— Те из вас, кто не умеют танцевать — уроки будут проводиться ежедневно в восемь вечера в шестой аудитории. Те, кто умеют — должны посетить хотя бы одно занятие и доказать это — чтобы никто не подвел меня на балу. На этом все. Мисс Строуз, мистер Казински, вас попрошу остаться.

— Прекрасно, — прошептал Зориан. Наверное, не следовало ему так явно реагировать. По правде говоря, он собирался прогулять мероприятие, обязательное оно или нет. Догадалась ли об этом Ильза? Наверное, нет — он не замечал в ней недовольства.

— Что же… — начала Ильза, когда все остальные студенты вышли. — Полагаю, вы оба умеете танцевать?

— Конечно, — ответил Зориан.

— Эмм… — поежилась Акоджа. — Не очень хорошо.

— Не страшно, — заверила Ильза. — Мы легко это исправим. На самом деле я хочу, чтобы вы двое помогли с уроками танцев.

Зориан подумывал немедленно отказаться — еще не хватало тратить время на танцы — но с другой стороны, за эту услугу Ильза может простить ему парочку прегрешений. Например, пропущенный бал. Он не успел выразить свое осторожное согласие — Акоджа решила за него.

— Чем мы можем помочь? — похоже, ей льстило быть выбранной для этой "чести". Зориан, чьего согласия никто не спросил, приподнял бровь, но не стал заострять на этом внимание.

— У нас всего пять дней, чтобы научить всех танцевать, — пояснила Ильза. — Поэтому придется прибегнуть к магии.

— Заклятья анимации, — догадался Зориан.

— Да, — Ильза повернулась к Акодже, объясняя. — Существуют заклинания, управляющие движением тела по заданному алгоритму. Они не заменят умения танцевать, но если тренироваться, будучи направляемым заклинанием, обучение проходит куда быстрее.

— Как это действует? — спросила заинтересованная Акоджа.

— Заклинание двигает тебя, как марионетку, — пояснил Зориан. — Ты привыкаешь двигаться в такт магии, хотя бы для того, чтобы смягчить внешнее воздействие. Вскоре тебе уже не требуется заклинание, чтобы танцевать.

— Вижу, ты уже испытал этот метод на себе, — улыбнулась Ильза.

Зориан стиснул зубы. Это заклятье, примененное Дэйменом, было одним из самых мерзких воспоминаний детства. На редкость паршивый опыт.

— Искренне надеюсь, вы дадите ученикам право отказаться, — сказал он.

— Разумеется, — согласилась Ильза. — Однако отказавшимся придется посетить не менее трех занятий вместо одного, так что, думаю, большинство согласится. В любом случае, я хотела бы, чтобы вы двое помогали мне с заклинаниями. Наверное, придется часто развеивать и накладывать заново, мне не помешают ассистенты.

— А почему вы выбрали нас? — спросил Зориан.

— У вас обоих неплохой контроль маны и ответственный характер. Магия анимации людей — заклинания из закрытого списка, обычно их не доверяют студентам.

Хмм. Тогда как Дэймен узнал заклинание? Да еще на втором курсе? Ладно, неважно. Освоив заклинание, ему будет легче защищаться от него в будущем.

— Что-нибудь еще? — спросила Ильза. — Хорошо. Приходите в мой кабинет после уроков, я подготовлю манекены для тренировок. Неумелая анимация крайне неприятна объекту, мы же не хотим никого травмировать?

Зориан сощурился. Он же не… Даже Дэймен не стал бы… кого он обманывает? Конечно, стал бы. Отрабатывать опасное заклинание на младшем брате — вполне в духе Дэймена.

— Мисс Строуз, можете быть свободны — мне нужно кое-что обсудить с мистером Казински.

Зориан покачал головой, выгоняя посторонние мысли, и сфокусировался на Ильзе — она заговорила, как только Акоджа вышла из класса.

— Итак, Зориан, — она чуть улыбнулась. — Ты поладил с куратором?

— Он требует отработки базовой тройки, — ровно сказал Зориан. — Мы все еще на левитации.

Да, после четырех недель занятий, Ксвим все еще заставляет его левитировать карандаш. Начните сначала. Начните сначала. Начните сначала. Единственное, чему Зориан научился — уворачиваться от шариков. У этого гада просто неисчерпаемый боезапас.

— Да, профессор Ксвим предпочитает закрепить основы, и только потом переходить к сложным вещам, — кивнула Ильза.

Или он ненавидит студентов. По мнению Зориана, второе куда вероятнее.

— Я просто хотела сказать, что у тебя будет возможность сменить куратора. Один из моих учеников отчисляется после фестиваля, открывая вакансию. Ты — первый в списке кандидатов на его место. Разумеется, если ты все еще хочешь сменить куратора.

— Конечно, хочу! — практически прокричал Зориан, удивив Ильзу. Затем на мгновение нахмурился. — Вы же не собираетесь кидать в меня шарики? Или это стандартный метод обучения?

— Нет, — хихикнула Ильза. — Это персональный метод Ксвима. Что же, я лишь хотела убедиться, что ты не против. Удачного дня.

Только выйдя из класса, Зориан осознал, что этот поворот спутал ему все планы. Пропускать бал нельзя — если он разозлит своего потенциального куратора, то останется со Ксвимом до самого выпуска. Ловко придумано, профессор. Ловко придумано.

— Почему мы не можем просто наложить на себя это заклинание перед балом?

Зориан тяжело вздохнул.

— Заклинатель должен четко представлять необходимые движения. Если вы не умеете танцевать — собственное заклинание вам ничем не поможет. К тому же — как вы собираетесь потом отменить магию, когда ваши руки по-прежнему движутся в танце? Это не то заклинание, что стоит накладывать на себя.

Серьезно, у этой идеи было столько недостатков, что все сразу и не перечислишь. Они хоть немного думают, прежде чем предлагать?

— И сколько танцев нужно разучить?

— Десять, — ответил Зориан, готовясь к возмущенным выкрикам.

И, разумеется, они последовали. К счастью, в дело вмешалась Ильза, разбив учеников на пары и расставив по местам. Зориан уже ощущал тяжесть в голове — не стоило соглашаться на предложение учителя. Зал был большим, но невидимое давление собравшихся людей все равно угнетало его.

— Ты в порядке? — спросил Бенисек, кладя руку ему на плечо.

— Нормально, — сказал Зориан, стряхивая руку. Не надо его трогать. — Просто голова слегка болит. Тебе что-нибудь нужно?

— Не, просто ты стоял в сторонке, одинокий и несчастный, — сказал Бенисек. Зориан не стал отвечать, что отошел намеренно. Все равно Бенисек никогда не слышал о личном пространстве. — Кстати, кого ты пригласил на бал?

Зориан сдержал стон. Кто о чем, а Бенисек о девчонках.

Сам он не озадачивался отношениями. Шансы того, что кто-то из одноклассниц согласится встречаться с ним, были исчезающе малы. Во-первых, эту связь немедленно заметят другие одноклассники — мало кто сумеет выдержать шквал насмешек и сохранить свой роман сколько-нибудь продолжительное время. Во-вторых — и, возможно, в главных — девушки-подростки тянутся к парням постарше. Встречаться с кем-то на два или три года старше — признак статуса, поэтому большинство девушек считали парней-ровесников неотесанными юнцами. На первом курсе все девчонки мечтали о третьекурсниках. Сейчас, когда они сами на третьем — им подавай выпускников. Множество старших парней ничуть не возражали — так что шансов с одноклассницами не было никаких.

Что же до девушек вне класса… Для них он не был Зорианом Казински, он был "братом тех самых Дэймена и Фортова Казински". Когда выяснялось, что он ничуть не похож на образ в их голове — неизменно следовало жестокое разочарование.

Да и вообще, вся эта романтическая мишура…

— Так кого? — поторопил Бенисек.

— Я не иду, — сказал Зориан.

— Что значит — ты не идешь? — осторожно спросил Бенисек.

— То и значит, — буркнул Зориан. — Я пропускаю бал. Из-за прискорбного алхимического происшествия вынужден остаться в общежитии.

Немного затасканно, но сойдет. Зориан уже присмотрел хитрый состав, делающий человека веселым и общительным — вполне логично, что он попытается приготовить его перед балом; при неправильной дозировке — вызывает сильные, но не опасные недомогания. Если все сделать по уму — никто не придерется, просто досадная оплошность.

— Да ладно тебе! — запротестовал Бенисек. Зориану пришлось ущипнуть его, чтобы он убавил громкость — еще не хватало, чтобы их услышала Ильза. — Это же летний фестиваль! Особенный летний фестиваль, с этим, как его, напряжением…

— Сопряжением сфер, — подсказал Зориан.

— Пофиг. Суть в том, что ты должен присутствовать. Все, кто хоть что-то собой представляют, идут!

— Я никто.

Бенисек вздохнул.

— Нет, Зориан, ты неправ. Смотри, мы же оба из торговых семей?

— Не продолжай, — предупредил Зориан и был проигнорирован.

— Я знаю, тебе это не нравится, но…

— Стоп. Хватит уже.

— …ты представляешь здесь свою семью. Твое поведение отражается на их репутации.

— Далось тебе мое поведение! — сорвался Зориан. Он ощущал, что привлекает внимание, но уже ничего не мог с собой поделать. — Вали и оставь меня в покое. Я никто. Третий сын в семье мелкого торговца из провинции. Людям насрать, кто я такой, они меня знать не знают. И. Меня. Это. Устраивает.

— Ладно-ладно! — замахал руками Бенисек. — Чувак, не устраивай истерику.

— Неважно, — хмыкнул Зориан. — Оставь меня в покое.

Нет, ну какая наглость! Если кому и надо задуматься о своем поведении, то это Бенисеку. Этот безответственный засранец давно скатился бы в третью группу, если б не постоянная помощь Зориана — и вот такая благодарность? Зачем ему вообще такой приятель?

Он выдохнул, пытаясь успокоиться. Дурацкий летний фестиваль, дурацкие танцы. Что забавно — в отличие от большинства людей, не любящих праздники, Зориан владел всеми необходимыми навыками. Он неплохо танцевал, умел вести себя за столом и поддерживать светскую беседу. Он все это умел — родители таскали его с собой на торжества, они же и позаботились, чтобы он ничем их не подвел. Но он это ненавидел. Словами не выразить, как эти сборища его бесили. Почему его заставляют идти на дурацкую пиар-акцию Академии? У них нет на это никакого права.

Зориан неуверенно постучался в кабинет Ильзы. Зачем она его вызвала? Она же не узнала, что…

— Войдите.

Зориан заглянул внутрь и был усажен на стул. Ильза сидела за своим столом, пила что-то из кружки. Вероятно, чай. Она выглядела умиротворенной, но Зориан ощущал в ее позе нотку неодобрения. Хмм…

— Ну что же, Зориан, — начала она. — Ты неплохо показал себя на моих уроках.

— Ээм, спасибо, профессор, — осторожно ответил Зориан. — Я старался.

— Несомненно, скажу больше — ты один из лучших учеников в группе. Студент, которого я собираюсь взять под крыло, как только эта суматоха с фестивалем закончится. Пример для подражания и лицо класса наравне с мисс Строуз.

Ох, вот это уже совсем плохо.

— Я не…

— Ты рад субботнему балу? — спросила она, резко меняя тему.

— Конечно, — гладко солгал Зориан. — Похоже, будет весело.

— Прекрасно, — довольно сказала Ильза. — А то я слышала, что ты собираешься бойкотировать фестиваль. Неприятные слухи, должна заметить. Мне кажется, я четко сказала — посещение обязательно.

Заметка на будущее: страшно отомстить Бенисеку. Найти заклятье, от которого язык жжет, как огнем… или вызывающее острые боли в промежности.

— Всего лишь грязные сплетни, профессор, — уверенно сказал Зориан. — Я бы никогда не стал намеренно пропускать торжество. Если у меня не получится…

— Зориан, — оборвала его Ильза.

— Профессор, почему вообще мое присутствие так важно? — голос начал предательски ломаться. Он осознавал, что кричать на учителя — плохая идея, но как же все это его достало! — У меня уважительная причина — толпы вызывают у меня головную боль.

— У меня тоже, если тебе от этого легче, — фыркнула она. — Могу дать тебе зелье. Все дело в том, что я — одна из устроителей бала, и если много студентов прогуляют — это плохо отразится на моем послужном списке. В особенности, если не придет кто-то выдающийся, вроде тебя.

— Выдающийся? Я? Я просто обычный студент!

— Куда необычнее, чем ты думаешь, — сказала Ильза. — Чтобы достичь твоего уровня, нужны редкие интеллект и целеустремленность — тем более — для студента из обычной семьи, которого не учили колдовать с пеленок. Люди равняются на таких, как ты. Да и то, что ты младший брат Дэймена — мы оба знаем, насколько он знаменит.

Губы Зориана сжались в тонкую линию. Наверняка последний довод и есть главный, остальные же — лишь попытка польстить. Брат сейчас на другом континенте, но Зориан все равно не может вырваться из его тени.

— Ты не любишь, когда вас сравнивают, — отметила она.

— Нет, — резко ответил он.

— Почему? — полюбопытствовала Ильза.

Зориан собирался уйти от ответа — семья была его больным местом — но неожиданно для самого себя решил сказать честно. Понятно, что это ничем не поможет, но хоть выговорится.

— Все, что я делаю, всегда сравнивается с Дэйменом и, в меньшей мере, с Фортовым. Так было с самого детства, еще до того, как Дэймен прославился. Родители никогда не стеснялись выделять любимчика, а поскольку их интересовало лишь общественное мнение — я никогда любимчиком не был. Семье не нужен замкнутый книжный червь, это до меня донесли предельно ясно. До недавнего времени я был для них скорее нянькой для дочери, чем сыном.

— Но в недавнее время что-то случилось, и они изменили мнение? — предположила Ильза.

— Случился Фортов, — прорычал Зориан. — Он завалил несколько экзаменов, заставил отца прибегнуть к своим связям и в целом показал себя ненадежным. А ведь он — второй наследник семейного бизнеса, на случай, если Дэймен погибнет в одной из своих авантюр. Так что меня, образно выражаясь, достали из чулана и стали готовить к новой роли.

— А ты не хочешь быть заменой, — угадала она.

— Я вообще не хочу участвовать в делах семьи Казински. Я не член этой семьи и никогда не был. В лучшем случае — родственник. Я благодарен им за то, что они кормили меня и оплачивали образование, и я собираюсь возместить им это, когда начну работать — но они не вправе требовать большего. Я просто не стану слушать. У меня своя жизнь и свои планы, и в них не входит быть на подхвате у старшего брата или терять время на безвкусных приемах среди лизоблюдов.

Он заставил себя остановиться, почувствовав, что заводится все сильнее. Да и вряд ли Ильза сочувствовала ему. Большинство сочли бы, что он просто устроил драму из-за пустяков. Их бы на его место.

Убедившись, что он закончил, Ильза откинулась назад и вдохнула.

— Сочувствую, Зориан, но, боюсь, подобные сравнения неизбежны. С другой стороны, ты и сам становишься хорошим магом. Не всем же быть гениями, как Дэймен.

— Верно, — ответил Зориан, избегая ее взгляда.

Вздохнув, она провела пальцами сквозь челку.

— Глядя на тебя, я чувствую себя злодейкой. А помимо семейных проблем, что тебе не нравится? Это вечеринка — я думала, все подростки любят такие вещи. Беспокоишься, что не найдешь себе пару? Предложи первокурсницам, отбоя не будет — ведь они могут участвовать лишь по приглашению от старшекурсников.

Теперь вздохнул Зориан. Его не интересовало, как найти пару — в конце концов, ему достаточно назвать свою фамилию, чтобы заполучить на вечер смешливую восторженную первокурсницу. Его интересовало, как отвертеться от дурацкого праздника — но Ильза, очевидно, была против.

— Я не стану искать пару, — сказал он, вставая. — Посещение обязательно, но про поиск партнера там ничего не сказано. Хорошего дня.

На удивление, Ильза не стала его останавливать. Может, этот бал будет хотя бы терпимым.

Зориан устало брел по коридорам общежития, уже не спеша в свою комнату. Учителя не задали серьезных заданий на выходные, понимая, что студентам будет не до того. В другое время свободные выходные были бы подарком небес для Зориана — но одна лишь мысль о завтрашнем празднике отбивала всякое желание что-либо делать. Так что в комнату, и спать.

Зайдя в общежитие, он заметил, что для кого-то праздник уже начался: стены коридора пестрели яркими цветными пятнами — желтыми, зелеными и красными.

— Зориан! Ты-то мне и нужен!

Он дернулся — громкий голос прозвучал прямо за спиной — и развернулся к говорившему. К этому ухмыляющемуся идиоту.

— Что тебе надо, Фортов?

— Что, я уже не могу просто навестить брата? — возмутился тот. — Ты слишком хорош, чтобы поговорить со старшим братишкой?

— Не звезди, Фортов. Ты никогда не приходишь ко мне просто поговорить. Что тебе на этот раз надо?

— Все совсем не так, — надулся тот. — Ты у меня любимый брат, ты в курсе?

Зориан пару секунд бесстрастно смотрел на него.

— В смысле — в отсутствие Дэймена?

— Дэймен — задница, — буркнул Фортов. — С тех пор, как он прославился, он всегда слишком занят, чтобы помочь младшему брату. Серьезно, этот парень думает только о себе.

— Сильно в сем юноше лицемерие, — пробормотал Зориан.

— Извини, я что-то не догоняю.

— Ничего-ничего, — Зориан махнул рукой. — Так что у тебя случилось?

— Эм, я обещал одной знакомой зелье от волдырей, — жалко сказал Фортов.

— Нет такого зелья, — фыркнул Зориан. — Есть мазь от волдырей, что наносится прямо на пораженную кожу — а не принимается внутрь, как зелье. Похоже, с алхимией у тебя по-прежнему хреново. Почему ты вообще обещал ей лекарство?

— Ну, я толкнул ее в заросли багрового плюща на занятии по основам выживания, — признался Фортов. — Пожалуйста, ты должен мне помочь! А я помогу тебе найти подружку.

— Обойдусь и без подружки! — не выдержал Зориан. В особенности без подружки, подобранной Фортовым. — Слушай, что ты ко мне-то пришел? Сходи в аптеку и купи.

— Сейчас вечер пятницы. Все магазины закрыты, готовятся к фестивалю.

— Жалко. Я тоже не смогу тебе помочь. Первые два курса — сплошная теория и техника безопасности. Я только начал третий курс, мы еще не делали ничего серьезного.

Чистая правда — и одновременно наглая ложь. Он еще не делал ничего серьезного на уроках алхимии — но самостоятельные занятия — совсем другой разговор. Ему не составило бы труда приготовить антидот от яда багрового плюща — но с какой стати ему тратить дорогостоящие ингредиенты?

— Да ладно тебе. Ты говоришь на трех языках и знаешь все эти дурацкие упражнения на плетение — но не можешь сварить простейшую мазь? Чем ты вообще занимаешься, запершись целыми днями в комнате?

— Кто бы говорил! — возмутился Зориан. — Ты на год меня старше, должен и сам прекрасно справиться.

— Э, ты же знаешь, я никогда не интересовался алхимией. Слишком кропотливо и скучно, — Фортов пренебрежительно отмахнулся. — К тому же, я не могу даже сварить суп, не перепортив мамину утварь, ты правда хочешь, чтобы я работал с алхимическим оборудованием?

Нда, в этом определенно был смысл…

— Я устал, — сказал Зориан. — Я приготовлю мазь завтра.

— С ума сошел? Завтра будет поздно!

— Блин, ну не умрет же она от несчастной сыпи? — раздраженно ответил Зориан.

— Пожалуйста, Зориан, я знаю, что тебя это не интересует, но она влюблена в одного парня и…

Зориан застонал и перестал слушать. Картина ЧП была ясна.

— И если ее волдыри не вылечить, она не сможет пойти на бал и она никогда меня не простит! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

— Хватит.

— …пожалуйста, пожалуйста…

— Я сказал — хватит! Я это сделаю! Я сварю чертову мазь, но ты будешь мне очень должен, слышишь?

— Ага! — радостно ответил тот. — Сколько тебе надо времени?

— Встретимся у фонтана через три часа, — вздохнул Зориан.

Фортов тут же убежал — видимо, пока брат не передумал или не выдвинул встречных требований. Покачав головой, Зориан направился в комнату за ингредиентами. Академия держала одну из лабораторий открытой для студентов — но компоненты нужно приносить с собой. Благо, все необходимое для мази у него уже было. В лаборатории никого не было — ничего удивительного, все готовятся к танцам, сейчас не до алхимии. Не обращая внимания на звенящую тишину, Зориан разложил ингредиенты и принялся за работу.

Что забавно, основным компонентом мази от волдырей было то самое растение, что их вызвало — багровый плющ, точнее — его листья. Зориан уже высушил их на солнце, осталось растереть в порошок. Самая неприятная часть — если просто истолочь листья в ступке, в воздух поднимется ядовитая пыль. Учебники предлагали разные решения, зачастую — с использованием дорогостоящего оборудования; Зориан поступил проще — завернул листья во влажную ткань, полученный сверток — в кожу, и стучал по нему, пока не перемолол все. Пыль, в отличие от кусочков листьев, должна пристать к ткани. Смешав толченые листья с десятью каплями меда и ложкой сока ягод забвения, он поставил плошку на малый огонь и перемешивал, пока мазь не стала однородной. Затем составил и сел рядом, ожидая, пока бальзам остынет.

— Весьма впечатляюще, — раздался сзади женственный голос. — Неплохо придумано с листьями плюща. Я запомню этот трюк.

Зориан узнал голос — что бы там ни болтали злые языки, Каэл был парнем. Он оглянулся на морлока — снежно-белые волосы и пронзительно-синие глаза — и вернулся к уборке рабочего места. За ненадлежащее обращение с приборами могли запретить пользоваться лабораторией.

Он не знал, что ответить Каэлу — тот изучал бальзам наметанным глазом. Зориан плохо знал парня — тот перевелся к ним откуда-то только в начале года, и не был особенно разговорчив. К тому же, он морлок. Когда он вошел в лабораторию? Увы, Зориан слишком увлекся процессом и не обращал внимания ни на что вокруг.

— Ничего особенного, — наконец сказал он. — Вот твои работы впечатляют. Чувствуется, что ты на другом уровне. Даже Зак не всегда может с тобой сравниться, а ведь он лучший в классе.

Беловолосый парень сдержанно улыбнулся.

— Зак не горит страстью к алхимии. Здесь требуется рука художника и много терпения; его знания велики, но нет склонности к искусству. У тебя есть. Будь у тебя столько же практики, как у него — ты бы превосходил его.

— А, ты тоже думаешь, что он практиковался раньше? — спросил Зориан.

— Я не слишком хорошо его знаю, я лишь недавно перевелся. Однако нельзя достичь такого уровня за несколько месяцев. Зак работает с уверенностью человека, тренировавшегося годами.

— Как ты? — предположил Зориан.

— Как я, — согласился Каэл. — Не хочу показаться грубым, но ты закончил? Я хотел бы тоже кое-что сварить.

Зориан извинился за задержку — морлок отмахнулся, показывая, что ничего страшного, и они попрощались.

Уже в коридоре Зориан сообразил, что ему надо было заодно сварить себе сонное зелье — нужно выспаться как можно лучше этой ночью, завтра наверняка не получится.

Глава 4. Падающие звезды

— Иду, иду… — бормотал Зориан, топая к двери. Стучат и стучат — кому он опять понадобился? Он распахнул дверь и увидел недовольную Акоджу. — Ако? Что ты здесь делаешь?

— Прямо мои слова, — ответила она. — Почему ты все еще в комнате? Бал через…

— …два часа, — прервал ее Зориан. — До зала отсюда десять минут хода.

— Серьезно, Зориан, почему ты все откладываешь на последний момент? Ты понимаешь, какой дурной пример подаешь остальным?

— Время дорого, — сказал Зориан. — Так что ты здесь делаешь? Обычно ты не разыскиваешь людей, если они не пришли достаточно рано.

— Мисс Зилети сказала зайти за тобой, — призналась Акоджа.

Зориан моргнул. Похоже, Ильза решила удостовериться, что он не "забудет". Хех. Такая мысль посещала его, но увы — кишка тонка.

— Она сказала, что ты не нашел себе пару, так что на вечер это буду я, — уже тише продолжила Акоджа, внезапно заинтересовавшись дверной рамой.

Зориан застонал. Каким образом "я не обязан" превратилось в "я не могу"? Видимо, Ильза, как и его мать, понимает других так, как ей удобнее. Наверное, они бы поладили.

— В любом случае, переодевайся и пойдем, — Акоджа вновь обрела уверенность. — Может, тебя и устраивает прийти последним — но не меня.

Зориан целую секунду молча смотрел на нее, решая, что делать. Был соблазн захлопнуть дверь и не участвовать в этом фарсе — но Акоджа не виновата, что ее впутали в это. Ей и так несладко — пойдет на бал с угрюмым типом, излучающим недовольство. Он впустил ее в комнату и пошел в ванную, переодеваться.

Навыки Ильзы в области манипуляции впечатляли — пойди он на бал один, он бы оделся попроще, провел бы там минимум времени и сторонился бы всех, как чумы. Сейчас же? Он не хотел окончательно испортить вечер Акодже, так что придется приложить хоть какие-то усилия. Да, Ильза и его мать определенно поладили бы.

Путь к залу приемов прошел в тишине. Зориан не собирался начинать разговор, хоть и чувствовал, что молчание тяготит Акоджу. Зато оно полностью устраивало Зориана, а в преддверии мучительного вечера нужно ценить маленькие радости. Еще бы они длились подольше…

Но, как он и сказал, от общежития до зала всего десять минут пешком. Они еще издали увидели огромную толпу радостных, оживленно беседующих студентов перед входом. Зориан побледнел, увидев эту толчею — голова потяжелела от одного лишь зрелища. Увы, как он ни просил Акоджу, она отказалась ждать начала где-нибудь в окрестностях. В отместку он "случайно" разделился с ней, как только они вошли внутрь, и затерялся в толпе. Он внутренне хихикнул, гадая, сколько времени ей потребуется, чтобы вновь найти его. Она очень удивит его, если справится за полчаса — что-что, а искусство невзначай избегать внимания на вечеринках он освоил в совершенстве.

Что-то все слишком роскошно для простого школьного бала. Столы ломились от блюд, многие — настолько экзотичны, что Зориан никогда раньше их не видел; зал был украшен великолепными картинами и движущимися скульптурами. Черт, даже скатерти на столах были искусно вышиты и настолько мягки, что сама мысль об их стоимости пугала. Многие студенты открыто пялились на все это великолепие — и даже Зориан, привычный к торжественным приемам, был впечатлен. Ненадолго — пожав плечами, он постарался слиться с толпой, скрываясь от Акоджи.

Он блуждал среди пиршественных столов, изредка пробуя то или иное блюдо, смотрел на людей и избегал тех, кто смотрел на него. Теперь понятно, почему Ильза подошла так основательно — даже без учета бюджета вечеринки, здесь присутствовали далеко не только студенты. Представители гильдий, Домов, обществ и организаций. И не только из Альянса, из-за границы тоже, даже с других континентов — он видел как минимум одного человека в характерной светло-синей военной форме Абназии, небольшую делегацию из Хсана и темнокожую женщину в столь ярком одеянии, что она буквально бросалась в глаза. Он праздно подумал, что же в действительности собрало всех этих людей — не школьный бал же, в самом деле — потом решил, что ему все равно. Эти люди жили по своим, неведомым простым смертным законам, и их понимание "важной причины" могло сильно отличаться от его варианта.

Час спустя после первого танца Зориан отыскал Акоджу. Она была раздражена и явно не поверила, что он просто потерялся — но сумела сдержаться и не устраивать сцен. Он повел ее на танцплощадку и не возражал, когда она "нечаянно" наступала ему на ноги.

— Про тебя спрашивали, — сказала она, наконец утомившись местью.

— Я был здесь, — тихонько хмыкнул Зориан. — Могли бы и отыскать.

— А теперь ты можешь их отыскать, — отметила Акоджа.

— Но, Ако, мы же танцуем. Я не могу оставить столь красивую девушку. Я и так отсутствовал недопустимо долго, — в голосе Зориана не было ни тени насмешки. Сказывался опыт.

Она ответила сердитым взглядом, но было видно, что ей понравился комплимент.

К сожалению, это не помешало ей потащить его общаться с посторонними людьми. Зориан ненавидел подобные смотрины, но тут, скорее всего, она действовала по распоряжению Ильзы — ладно, простим на первый раз. Он и так долгое время избегал ее. Так что Зориан запоминал лица, имена и титулы совершенно не интересных ему людей. Он уже делал это инстинктивно, почти против воли — наследие безуспешных родительских попыток сделать из него звезду вечеринок.

— Казински? Случайно не родственник тех самых…

— Дэймена и Фортова Казински, верно, — сказал Зориан, стараясь скрыть раздражение.

— Ох, как удачно. Должна сказать, ваш брат весьма неплох со скрипкой, — она указала на сцену, где играл музыкальный клуб академии, включая Фортова. Всего лишь рядовой участник — но одним своим присутствием он привлекал больше всех взглядов. — На чем играете вы?

— Ни на чем, — ровно ответил Зориан. Родители пытались приучить его к музыке, это было модно среди богачей и их подражателей — но у него совершенно отсутствовал музыкальный слух. Сказать по правде, желания заниматься музыкой тоже совершенно не было, хоть из вежливости он изображал некоторый интерес. Мать была им жутко разочарована — ведь Дэймен и Фортов неплохо играли, Дэймен на пианино и Фортов на скрипке. Не мастерски, конечно, но вполне достаточно, чтобы впечатлить неискушенную публику. — В отличие от братьев, я не интересуюсь музыкой. Куда больше меня занимает, как они добились столь равномерного распределения звука по объему зала, с одинаковой громкостью и тембром на любом расстоянии от оркестра.

Само собой, ни эта женщина, ни собравшиеся вокруг ему не ответили — похоже, они даже не замечали этого, пока он не сказал. Зориан ощутил, что для этих людей это незначительная деталь, не стоящая упоминания. Ха — совершенно не интересуются магией, но пришли танцевать в магическую академию?

К счастью, Акоджа сжалилась над ним и увела в сторону столов с закуской. Парочка одноклассников присоединилась к ним, завязался разговор. Зориан особенно не участвовал, на его взгляд говорили о бессмысленных и бесполезных вещах — но прилежно кивал, хихикал в нужных местах и пропускал мимо ушей что "он какой-то вялый" и "надо взбодриться".

Он уже нацелился на кусок сладкого пирога, когда Акоджа пихнула его коленом. Он вопросительно посмотрел на нее.

— Не та вилка, — прошептала она.

Зориан глянул на вилку в руке — и правда, он должен был взять крохотную десертную. Пожал плечами и воткнул в пирог свою здоровенную вилку.

— Я знаю, — прошептал он в ответ.

Это была та соломинка, что сломала спину верблюда.

— Зориан, — возмутилась она с просительными нотками в голосе. — Ну почему ты такой трудный? Всего один вечер. Я понимаю, что ты хотел пойти вовсе не со мной…

— Дело не в этом, — прервал он ее. — Я не искал пару, я вообще собирался пойти один.

Она молча смотрела на него — с раздавленным видом, что это на нее нашло?

— Т-ты бы предпочел п-пойти один, но не со мной?

Ох, дерьмо.

Все это время он думал, что Акоджу просто заставили — а она сама хотела пойти с ним? Что, прав…

Она развернулась и побежала прочь, прежде чем он нашелся, что сказать. Он шепотом выругался, закрыв лицо руками. Вот поэтому-то он и ненавидит торжества.

Час спустя стало очевидно — Акоджа не намерена возвращаться, и в танцевальном зале ее нет. Настроения гоняться за ней по ночным улицам не было, так что он остался на балу. Да и если бы догнал — что бы он ей сказал? Непонятно даже, с чего начать. Мелькнула мысль вернуться в общежитие — но вместо этого он выбрался на крышу зала и стал смотреть на звезды. Все равно сегодня он уже не выспится.

Чтобы чем-то занять мозги, он стал вспоминать названия видимых звезд и созвездий. Детское увлечение и уроки астрономии на первом курсе не прошли даром — прошло не менее часа, прежде чем он назвал все, какие помнил.

В понедельник будет неловко. Зориан не сомневался, что их маленькую драму заметили и теперь будут обсуждать несколько недель. А учитывая, что Акоджа — любимица многих профессоров, его жизнь вполне может несколько осложниться. Черт бы все побрал.

Грохот фейерверков отвлек его от мрачных мыслей. Видимо, наступила полночь, официальное открытие фестиваля. Зориан слегка расслабился, глядя на расцветающие в ночном небе огненные цветы, каждый — в своем, неповторимом стиле. Красиво. Большинство угасало после взрыва, но пара огоньков поднялись в зенит, не взрываясь и не затухая, скорее сигнальные ракеты, чем фейерверк. Достигнув вершины дуги, яркие точки повернули к земле, как падающие звезды. Он нахмурился. Странно. Почему они все еще не взорвались?

Ближайший к нему огонек врезался в общежитие академии и детонировал. Мгновенно ослепший и оглохший Зориан споткнулся и упал на колени; здание под ним ощутимо содрогнулось. Перед глазами плясали яркие точки, в ушах звенело; Зориан с трудом поднялся на ноги и повернулся к месту взрыва. Практически все здание было разрушено, вокруг эпицентра полыхал огонь и оседали горящие обломки.

Минуточку… Это же его общежитие!

Осознание вновь заставило колени подогнуться. Если бы он остался в комнате, как изначально планировал, он бы погиб. Мысль отрезвляла. Но что за херня тут творится? Это точно не бракованный фейерверк. Скорее было похоже на высокоуровневое артиллерийское заклинание.

Может, его слух еще не до конца восстановился — но он больше не слышал звуков вечеринки. Оглянувшись на город, он убедился, что досталось не только общежитию — там, где падающие звезды достигли земли, остались лишь горящие руины. Он смотрел на картину разрушения лишь пару секунд — вдалеке в небе взметнулся новый рой огоньков. Сейчас, когда фейерверки не отвлекали внимание, было предельно ясно — это действительно боевая магия. На город напали.

Искры в небе устремились к земле; Зориана охватила паника. Что, черт возьми, делать? Бежать глупо, он не знает, куда целится враг, и может слепо выскочить прямо под удар. Стоп, ему как раз что-то делать не обязательно. Вокруг полно опытных магов, достаточно лишь известить их — и они решат проблему. Он побежал к лестнице с крыши.

На ступеньках он столкнулся с Ильзой и Кайроном.

— Зориан! Что ты тут делаешь? — требовательно спросила Ильза.

— Эээ, я вышел подышать свежим воздухом, — растерялся Зориан. — Сейчас это не важно!

— Согласен, — сказал Кайрон. — Что тут взорвалось, парень? Только не говори мне, что это ты виноват.

— Едва ли, — ответил Зориан. — Некие заряды падают на город, уничтожая все, во что попадут. Похоже на мощное артиллерийское заклинание.

Маги переглянулись и вновь повернулись к нему.

— Иди в зал, к Акодже и остальным, — велела Ильза. — Мы выясним, что происходит, и телепортируем всех в убежище.

Оба протолкнулись мимо него и выбежали на крышу, оставив Зориана брести вниз в растерянности. Акоджа… Ее нет в зале. Она убежала. Из-за него. Она там, на улицах, если вообще еще жива…

Он тряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли. Вытащил поисковый компас и быстро произнес заклятье. Он не был уверен — он знал лишь заклинание для поиска "близких людей" — семьи и друзей. К счастью, магия посчитала одноклассницу достаточно близкой.

Зориан глубоко вдохнул, собирая волю в кулак. Он запросто может умереть, но… в общем, сам виноват. Он не сможет жить, сознавая, что Акоджа умерла из-за него.

Словно неприкаянный дух, он пронесся меж взволнованных студентов и иностранных представителей — всем было не до него. Он выскользнул из здания и устремился вперед, туда, куда указывала стрелка поискового компаса.

Тролли — довольно опасные твари. Есть несколько разновидностей, но все они — здоровенные трехметровые гуманоиды с прочной шкурой и нереально сильной регенерацией — способной прирастить назад оторванную конечность, если прижать ее к ране на несколько секунд. Наиболее распространены и известны лесные тролли, с ярко-зеленой шкурой, населяющие леса к северу от города. Глядя на группу троллей, с нечленораздельным завыванием бьющих окна, Зориан порадовался, что удушливый дым пожаров скрывает его запах. Все книги сходились на том, что у лесных троллей пугающе острый нюх.

В другое время он бы удивился, что такое количество лесных троллей делает в городе, вдалеке от мест обитания — но мечи и булавы в руках монстров говорили сами за себя. Примитивные твари не обрабатывают металл; они не смогли бы сделать столь продвинутое оружие самостоятельно. Это боевые тролли. Кто-то вооружил их и забросил в город.

Когда чудища наконец скрылись из вида, Зориан перевел дыхание и задумался, что делать дальше. Все-таки он редкостный идиот. Ну почему он сорвался на поиски, не известив учителей? В свое оправдание можно сказать только то, что он считал обстрел единственной угрозой, и рассчитывал добраться до Акоджи без особых затруднений. Против ожиданий, улицы города кишели монстрами. Это не масштабный теракт, как он думал, это полноценное вторжение. Увы, путь назад в танцевальный зал был отрезан — силы врага стягивались к академии. Так что Зориан направлялся к Акодже. Осторожно, из тени в тень, было понятно — враги мигом заметят идущего открыто, вон как тот парень, стоящий…

Это что, Зак?

— Сюда! — крикнул Зак, помахав рукой. — Я здесь, тупые животные! Ну, кто смелый?

От такого идиотизма Зориан лишился слов. Какого хрена творит этот придурок? Каким бы талантливым студентом ни был Зак, ему не выстоять против орд монстров, заполонивших город. Но было уже поздно что-то делать — привлеченные криком Зака, вернулись тролли — и с дружным ревом бросились в атаку. Судя по стойке Зака, он собирался драться; глупо — что он может против невероятной регенерации троллей? Разве что огонь или кислота могут серьезно им повредить, но это…

Зак крепко сжал посох и протянул вторую руку в сторону врага — ревущий фаербол вырвался из его ладони и взорвался среди троллей. Когда пламя спало, на земле остались лишь огромные обгорелые тела.

Зориан был шокирован. Полноценный фаербол — заклятье третьего круга, и требует очень серьезного запаса маны, куда больше, чем у студентов академии. Даже Дэймен не смог бы применить его в возрасте Зака. Однако же Зак не только успешно сотворил его, но и не показывал никаких признаков истощения — когда следом за троллями появилась стая железноклювов, поливая парня дождем смертоносных перьев, он просто закрылся магическим щитом — серьезно, магическим щитом! — и разогнал птиц крошечными самонаводящимися фаерболами. Зориана настолько захватило небывалое зрелище — его одноклассник играючи истреблял толпы чудовищ — что он едва не прозевал, когда один из зимних волков, атакующих Зака, отделился от стаи и подкрался к нему. К счастью, какой-то первобытный инстинкт вовремя бросил его в сторону, спасая от клыков хищника.

Зориан мысленно выругался, глядя, как волк разворачивается для нового броска с неожиданным для столь крупного зверя проворством. Следовало догадаться, что хотя бы часть привлеченных Заком монстров нападет и на него. Надо было бежать, пока Зак отвлекает — но сейчас уже поздно, зимний волк легко его нагонит — а у него нет ни одного боевого заклинания. Точнее, нет боевых жезлов и других медиаторов. Если он переживет эту ночь, надо выучить парочку боевых инвокаций, какими бы устаревшими они ни считались. Если переживет, что очень сомнительно.

Сияющий заряд силы ударил волка в голову, расплескав ее кровавой массой плоти и обломков кости. Зориан даже не знал, чувствует ли он отвращение от попавших брызг — или облегчение, что проживет еще чуть дольше. Он отстраненно отметил, что импульс был слишком силен для стандартного магического снаряда — еще один пример ошеломляющего мастерства Зака в боевой магии.

— Зориан? Какого хрена ты тут делаешь?

Зориан изучающе посмотрел на Зака — отметив кучи тел за спиной парня, но в первую очередь — посох в руке и пояс, увешанный заклинательными жезлами. При всем своем безрассудстве, Зак пришел хорошо подготовленным. Был соблазн задать Заку тот же вопрос — но, пожалуй, это неуместно. В конце концов, Зак только что спас ему жизнь. Наверное, стоит ответить честно — учитывая впечатляющие таланты Зака, его возможная помощь не будет лишней.

— Ищу Акоджу. Она ушла из зала перед нападением, можно сказать — из-за меня.

— Блин, — простонал Зак. — А я так старался, чтобы ты пошел на вечеринку. Ты словно специально ищешь смерти.

— Ты? — недоверчиво переспросил Зориан. — Это ты сказал Ильзе, что я не иду? А я-то думал на Бенисека! Но как ты вообще узнал об этом?

— Ты всегда остаешься в комнате и гибнешь под первым залпом, если я ничего не делаю. Должен сказать, вытащить тебя на танцы без помощи Ильзы или насилия — чертовски трудная задача. Ты иногда бываешь нереально упрямой задницей, — со вздохом ответил Зак.

Зориан в замешательстве смотрел на него. Он говорит так, словно это случается ежедневно.

— Но хватит об этом, — бодро сказал Зак. — Давай найдем Акоджу, пока ее никто не съел. Ты знаешь дорогу?

Он знал. Они шли по горящим улицам города, оставляя за собой тела убитых захватчиков. Зак даже не пытался избегать врагов, буквально сметая их, словно разгневанное божество. В какой-то момент они наткнулись на орду скелетов под предводительством мага — Зак без затей раскрыл огромную яму у них под ногами, затем сомкнул землю назад. Зориан благоразумно молчал, не спрашивая ни о неиссякаемой мане Зака, ни о продвинутых заклинаниях, недоступных студентам — просто радовался сильному союзнику. Ему ни за что не удалось бы пройти так далеко без помощи Зака, и он правда был признателен. Какие бы секреты ни скрывал Зак, это его секреты.

Они наконец нашли Акоджу, забаррикадировавшуюся на верхнем этаже одного из домов. Судя по всему, туда ее загнали зимние волки — а потом она сама не стала выходить, опасаясь попасть в засаду. Умно. Во всяком случае, куда умнее, чем действия самого Зориана. К счастью, никаких волков вокруг не наблюдалось — да и вряд ли у Зака возникли бы с ними какие-то сложности — так что они принялись за долгий и утомительный процесс уговоров открыть дверь. Похоже, из-за волков Акоджа изрядно натерпелась страху.

Зориан был уверен, что она обвинит его — ведь это из-за него она покинула безопасный зал — так что никак не ожидал, что она повиснет на нем, обнимая и всхлипывая, как только откроется дверь.

— Я думала, умру здесь! — причитала она. — Все эти огромные птицы, роняющие железные перья, и зимние волки, и…

Зориан в растерянности открыл рот — он понятия не имел, что делать в таких случаях. Бросил на Зака умоляющий взгляд, но тот лишь нахально ухмыльнулся в ответ, откровенно наслаждаясь зрелищем.

— Ах, любовь младая… — с умудренным видом покивал Зак. — Но, боюсь, радости встречи лучше отложить — хотя бы до прибытия в убежище.

— Да! — практически выкрикнула Акоджа, оторвав лицо от плеча Зориана. Она совершенно проигнорировала намек Зака — Зориан подозревал, что просто не услышала. И она по-прежнему цеплялась за него изо всех сил, словно боясь, что он исчезнет — довольно болезненно, но он молчал. — Убежище! Там мы будем в безопасности.

Зак вздрогнул, но тут же взял себя в руки. Похоже, Акоджа не заметила, все произошло слишком быстро — но Зориан заметил. Значит, в убежищах тоже опасно? Видимо, не так опасно, как здесь, раз уж он намерен отправиться туда.

— Отлично, — Зак хлопнул в ладоши. Достал из креплений пояса один из жезлов и вручил Акодже. — Зориан, ты тоже хватайся.

— Что это? — с подозрением спросил Зориан. Жезл был никак не промаркирован, это напрягало. Использование незнакомых магических предметов отнюдь не способствует долгой и счастливой жизни.

— Жезл телепортации, — ответил Зак. — Настроен на убежища. Я поставил тридцатисекундную задержку, так что хватайся, не медли.

— А ты? — спросила Акоджа. — Тебе тоже нужно взяться.

— А, нет, — отмахнулся Зак. — У меня здесь остались неоконченные дела.

— Неоконченные дела?! — возмутилась Акоджа. — Зак, это не игрушки! Эти твари убьют тебя!

— Я вполне способен за себя…

Зориан не знал, что подтолкнуло его на этот раз — некое смутное чувство опасности и необходимости немедленно действовать, как тогда, с нападением волка. Вырвавшись из рук Акоджи, он оттолкнул Зака с пути заклинания. Увитый разрядами яростный красный луч прочертил воздух, лишь едва не попав Заку в голову; на стене за ним появилась глубокая выбоина, поднялось облако каменной пыли.

— Дерьмо, — сказал Зак. — Он меня нашел. Скорее, хватайся за жезл, прежде чем он…

Акоджа беззвучно исчезла.

— …активируется, — обреченно закончил Зак. — Проклятье, Зориан, почему ты не держался?

— Тогда бы ты умер, — возразил Зориан. Он не собирался допускать, чтобы одноклассник, так много для него сделавший, погиб от шального заклятья. Да и вряд ли новый противник выстоит против магической мощи Зака — падет, как все предыдущие монстры и вражеские маги. Стоит ли бояться еще одного врага?

Внезапный порыв ветра развеял пыль, стала видна тощая человекообразная фигура. У Зориана буквально отвисла челюсть. Это был скелет, окутанный неприятным зеленым светом. Кости были черными, с металлическим отливом, словно модель скелета, выполненная из темного металла. Одетый в украшенную золотом броню, со скипетром в костяной руке и короной, инкрустированной красными камнями, пришелец выглядел древним царем, восставшим из мертвых.

Лич. Треклятый лич. Теперь им точно крышка…

Тварь повернула к ним пустые глазницы. На Зориана, встретившего взглядом черные провалы, нахлынуло неприятное чувство, словно мертвец смотрит ему прямо в душу. К счастью — лишь на долю секунды, затем лич неспешно перевел взгляд на Зака, пренебрегая Зорианом, как чем-то незначительным.

— Итак, — прозвучал гудящий от силы голос лича. — Это ты убивал моих приспешников.

— Зориан, беги, я с ним разберусь, — бросил Зак, сжимая посох.

Не дожидаясь ответа, он атаковал роем магических стрел — лич ответил тремя фиолетовыми лучами, приняв удар Зака на щит, сотворенный одним взмахом костяной руки. Два луча устремились к Заку, но увы, лич счел нужным послать третий в спину убегающего Зориана. Заклятье не попало в него самого, но вызвало взрыв, обдав ноги парня шрапнелью каменных осколков. Боль была невыносима, Зориан рухнул на землю, не в силах бежать дальше.

Пять долгих, мучительных минут он пытался заползти за стоявшую неподалеку карету, надеясь, что она укроет его хотя бы от части той разрушительной силы, что бушевала меж двумя магами. Лич сосредоточился на Заке и больше не бил по Зориану — хорошо, сейчас он был не в состоянии уворачиваться. С растущей тревогой он смотрел, как Зак и мертвец обмениваются сокрушительными ударами — Зориан даже не слышал о таких заклинаниях; становилось очевидно, что они и правда умрут — как бы хорош ни был Зак, он не дотягивал до уровня лича. Тварь игралась с парнем — но рано или поздно ей это наску…

Зориан моргнул — подобный копью красный разряд прорвал защитную сферу Зака и прошил его бок. Похоже, атака не была смертельной лишь потому, что мертвец хотел продлить удовольствие; так и есть, вместо добивающего удара лич небрежно взмахнул рукой, отправив противника в полет. Зак врезался в стену рядом с Зорианом и, глухо застонав, сполз наземь.

Лич неторопливо приблизился, не обращая особого внимания на противника — Зак, шатаясь, поднялся на ноги, вцепившись левой рукой в жезл на поясе, а правой зажимая рану.

— Ты хорошо бился, дитя, — сказал лич. — Впечатляюще для обычного студента академии.

— Не… достаточно впечатляюще, — Зак выронил жезл и вцепился в рану обеими руками, похоже, ему было адски больно. — Видимо… надо будет… постараться лучше… в следующий раз.

Лич хихикнул. Странный звук, совсем не подходящий немертвому магу.

— Следующий раз? Следующего раза не будет, глупое дитя. Не думаешь же ты, что я отпущу тебя после такого?

— Ха, — выдохнул Зак. — Довольно болтовни, покончим с этим.

— Ты выглядишь на удивление невозмутимым, учитывая обстоятельства, — светски заметил мертвец.

— Без разницы, — парень закатил глаза. — Не то чтобы я умер окончательно.

Зориан растерянно смотрел на Зака, не понимая, о чем он. А вот лич, похоже, понял.

— Вот оно что, — сказал лич. — Ты, верно, новичок в магии душ, если считаешь себя неуязвимым. Я мог бы заточить твою душу в сосуд, но есть идея получше.

Очередной небрежный жест — и Зориан замер, словно охваченный невидимой чуждой силой. Взмах — его вздернуло в воздух и бросило в изумленного Зака, последовало болезненное столкновение. Оба рухнули наземь, перепутавшись руками-ногами, но хотя бы чуждая парализующая сила исчезла.

— Неважно, что твоя душа возродится где-то еще, если исказить ее до неузнаваемости, — сказал лич. — В конце концов — души бессмертны, но нигде не сказано, что их нельзя изменить — или смешать.

Зориан смутно слышал, как лич читает заклинание на незнакомом языке — уж точно не стандартный икосианский, привычный язык магии — но ему было не до того. Боль накрыла его, а вместе с ней пришло непостижимое ощущение неправильности. Он разинул рот в крике, но мир внезапно взорвался белым светом — и погрузился во тьму.

Глава 5. Начните сначала

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Зориан шокировано смотрел на Кириэлле, пытаясь понять, что происходит. Последнее, что он помнил — лич, читающий над ними заклинание, и потом темнота. Он быстро осмотрелся — так и есть, он в своей комнате в Сирине. Ерунда какая-то. Нет, хорошо, конечно, что выжил, но разве он не должен был очнуться где-нибудь в госпитале? И Кириэлле ведет себя слишком обычно — после всего, что с ним приключилось — даже для нее это слишком. К тому же, вся это сцена… чересчур знакома.

— Кири?

— Мм, да?

— Какой сегодня день? — он уже боялся услышать ответ.

— Четверг.

— Число, Кири, — нахмурился он.

— Первое месяца Странствий. Сегодня ты отправляешься в академию. Только не говори, что забыл, — указала она. В самом прямом смысле, костлявым пальцем между ребер. Зориан смахнул ее руку, зашипев от боли.

— Я не забыл! — огрызнулся он. — Я просто…

Он прервался. Просто что? Он и сам пока не понял, что происходит.

— А знаешь что? — сказал он после секундной паузы. — В любом случае, пора бы тебе слезть с меня.

И прежде, чем Кириэлле успела что-то ответить, Зориан бесцеремонно скинул ее с кровати и вскочил сам. Подхватив очки с прикроватной тумбочки, он внимательно оглядел комнату, ища малейшие несоответствия, любые свидетельства того, что это грандиозный — и довольно безвкусный — розыгрыш. Нет, у него не было идеальной памяти, но он всегда располагал вещи определенным образом, чтобы определить, не рылся ли кто-нибудь из родных в его вещах. Все было примерно на местах, что оставляло три возможных варианта: неизвестные шутники до мелочей изучили его систему расположения (маловероятно); Кири научилась уважать собственность брата и не рылась в комнате в его отсутствие (скорее ад замерзнет); и наконец — это действительно его комната перед отъездом в Сиорию.

Получается, ему все приснилось? Как-то все это было слишком правдоподобно. Обычно ему снилась смутная бессмыслица, благополучно выветривающаяся из головы вскоре по пробуждению. Сейчас же было точь-в-точь как обычные воспоминания — ни говорящих птиц, ни парящих пирамид, ни трехглазых волков. И этих воспоминаний было слишком много — не может же подробное описание целого месяца вместиться в один сон?

— Мама хотела поговорить с тобой, — сообщила Кириэлле, не спеша подниматься. — Но может, ты сначала покажешь мне немного магии? Пожалуйста? Пожалуйста-пожалуйста?

Зориан нахмурился. Точно, магия. В воспоминаниях он выучил множество новых заклятий. Если ему все просто приснилось — ничего из этого не будет работать, верно?

Он сделал пару зачерпывающих движений и сложил ладони ковшиком — в его руках тут же зажегся парящий шарик чистого света.

Хех. Значит, не приснилось.

— Круто! — воскликнула Кириэлле и тут же сунула палец в шарик, проткнув насквозь. Ничего удивительного, это же просто свет. Она вытащила палец и осмотрела, словно ожидая неких чудесных изменений. Зориан мысленно заставил шарик облететь комнату и дать несколько кругов вокруг сестры. Да, он определенно знал это заклинание — при нем была не только память о процедуре, но и умение, развитое тренировками. Никакое видение, даже пророческое, не в силах дать подобного.

— Еще! Еще! — требовала Кириэлле.

— Хватит, Кири, — вздохнул Зориан, будучи не в настроении. — Я же выполнил твою просьбу? Теперь иди, поиграй.

Она обиженно надулась — но на него такое давно уже не действовало. Затем на секунду нахмурилась — и просияла, словно вспомнив что-то.

Погоди-ка…

— Нет! — заорал Зориан, но было уже поздно. Кири вбежала в туалет и захлопнула дверь. — Проклятье, Кири, почему сейчас?! Не могла сходить раньше?

— Неудачник, — ответила она.

Зориан уткнулся лбом в запертую дверь. Знал ведь заранее — и все равно попался.

Он нахмурился. Действительно, знал заранее. Откуда бы ни взялись эти "воспоминания о будущем", они довольно точны. Получается, на Сиорию действительно нападут в ночь летнего фестиваля? Что делать? Что он вообще может сделать? Покачав головой, он направился назад в свою комнату. Для начала надо разобраться, что же все-таки с ним произошло. Он запер дверь, чтобы не мешали, и уселся на кровать. Надо сосредоточиться…

Окей. Итак, он прожил целый месяц в Сиории, затем… что-то случилось, и он проснулся у себя в Сирине, как будто этого месяца еще не было. Даже магия на такое не способна. Путешествия во времени невозможны. Не то чтобы он читал специальную литературу по этому вопросу, но все книги, где это упоминалось, отрицали возможность. Даже магия измерений лишь искажала время, ускоряя или замедляя его. Это одна из немногих тем, по которой маги единодушны.

Хорошо, тогда что же с ним произошло?

Он вовсю рылся в книгах, искал подсказки, что могло бы дать подобный эффект — и тут в дверь постучали. В голове внезапно всплыло, что мать давно хотела с ним поговорить, а он все еще в пижаме. Быстро переодевшись, он открыл дверь, встретив пристальный взгляд двух женщин, одной из которых и правда была его мать.

Он чуть не поприветствовал Ильзу по имени, но вовремя спохватился.

— Учитель из академии прибыла поговорить с тобой, — сообщила мать, показывая взглядом, что не забыла о разговоре.

— Приветствую, — сказала Ильза. — Я — Ильза Зилети, из Академии Магических Искусств Сиории. Хотела бы обсудить с тобой некоторые вопросы до твоего отъезда. Это не займет много времени.

— Конечно, — ответил Зориан. — Эм, где вам будет…

— Твоя комната вполне подойдет, — сказала Ильза.

— Я принесу вам что-нибудь попить, — сказала мать, выходя из комнаты.

Зориан смотрел, как Ильза раскладывает на столе бумаги — а эти-то ей зачем? — пытаясь сообразить, что делать дальше. Если его воспоминания о будущем верны, сейчас она вручит ему свиток о…

Ага, вот и он. Странное ощущение — знать все заранее.

Приличия ради Зориан бегло осмотрел свиток, прежде чем направить ману в печать. Все было, как он и помнил — каллиграфия, цветистые официальные фразы, тщательно вырисованный герб внизу листа — у Зориана мороз прошел по коже. Во что же он вляпался? Неизвестно, в чем дело, но это что-то серьезное. Очень серьезное.

Его подмывало рассказать Ильзе о своих трудностях и спросить совета, но он сдержался. Да, на первый взгляд это правильный ход — полностью обученный маг всяко разберется лучше него — но что он ей скажет? Что он помнит еще не произошедшие события? Отличная мысль. А учитывая характер его воспоминаний — после обнаружения заговора можно запросто быть арестованным за измену. Ведь раскаявшийся злоумышленник — звучит куда правдоподобнее, чем путешественник во времени. Он поежился, представив себя на допросе с пристрастием у пары правительственных агентов.

Нет уж, лучше держать язык за зубами.

Так что следующие десять минут Зориан практически воспроизводил свою первую встречу с Ильзой, решив следовать сценарию — в тех же условиях логично сделать тот же выбор. Впрочем, он не стал спорить насчет Ксвима — теперь он знал, что это бесполезно, и не отпрашивался в туалет — ведь факультативы уже выбраны. Ильза никак не реагировала на его странную решимость, наверное, тоже хотела закончить побыстрее. С другой стороны, с чего бы ей удивляться его решимости? Она не помнит первую встречу, ей не с чем сравнивать. Черт, сейчас она вообще его не знает.

Зориан вздохнул и покачал головой. Это и правда казалось обычными воспоминаниями, и от них не так-то просто отвлечься. Ему предстоит нелегкий месяц.

— С вами все хорошо, мистер Казински?

Зориан с любопытством посмотрел на Ильзу, пытаясь понять, чем вызван ее вопрос. Она глянула на его руки — всего на миг, но Зориан заметил. Его руки дрожали. Он сжал кулаки и глубоко вдохнул.

— Я в порядке, — ответил он. Последовали пара секунд неловкого молчания, Ильза безмолвно изучала его. — Могу я задать вопрос?

— Конечно, — сказала Ильза. — Именно для этого я здесь.

— Что вы думаете о путешествии во времени?

Вопрос явно застал ее врасплох — если это было не последнее, что она ожидала услышать, то наверняка близко к концу списка. Впрочем, она мгновенно собралась с мыслями.

— Путешествия во времени невозможны, — твердо сказала Ильза. — Время можно растянуть или сжать, но не пропустить или обратить.

— Почему? — искренне заинтересовался Зориан. Он никогда не встречал объяснения этому факту; впрочем, возможно — плохо искал. Ильза вздохнула.

— Признаться, я не очень сведуща в этом вопросе, но передовые теории утверждают невозможность движения против темпорального потока. Принципиальную невозможность, не техническую. Река времени течет лишь в одном направлении. Помимо этого, история свидетельствует о бесчисленных экспериментах — все завершились неудачей, — она строго посмотрела на него. — Искренне надеюсь, ты не потратишь свой талант на подобную ерунду.

— Я просто полюбопытствовал, — защищаясь, ответил Зориан. — Я читал главу о пределах возможностей магии и заинтересовался, почему автор так категоричен.

— Теперь ты знаешь, — Ильза поднялась на ноги. — Если это все — мне пора идти. Я с удовольствием отвечу на другие вопросы, если они возникнут, в понедельник после занятий.

Зориан проводил ее до дверей, затем повалился на кровать. Определенно, это будет нелегкий месяц.

Пожалуй, впервые поезд не навевал на него сонливость. В разговоре с матерью он осторожно прощупал некоторые щекотливые темы, и теперь был уверен — это не изощренная иллюзия. Разве что иллюзионист полностью осведомлен о их семейных секретах. И все было слишком отчетливо для наведенной галлюцинации. Пока что единственным разумным объяснением было что он действительно вернулся назад во времени. Он потратил большую часть поездки, записывая в тетрадь все, кажущееся хоть сколь-нибудь важным. Не то чтобы он опасался забыть, но это позволило ему упорядочить мысли и выявить упущенные факты. Например, на этот раз он забыл достать книги из-под кровати Кири — впрочем, не страшно. Если верить воспоминаниям, в первый месяц они ему не понадобятся.

Зориан не сомневался, все дело в том заклинании, что лич использовал на нем с Заком. Проблема в том, что он не знал, как к этому подступиться. Язык был совершенно незнаком. Стандартные инкантации(2) имели в основе икосианский — Зориан достаточно владел этим древним языком, чтобы понять общий смысл заклинания уже по звучанию. К счастью, тренированная память сохранила звучание незнакомой речи, так что большая часть заклинания теперь была записана в его особой тетрадке в фонетической форме. Вряд ли он найдет это заклинание в доступных источниках — оно наверняка в списке запретных, но если определить язык и найти в библиотеке словарь…

Другой важной зацепкой был сам Зак. Парень продержался против лича — лича, черт возьми — несколько минут. Пусть даже тварь игралась с ним, все равно это очень впечатляет. Зориан оценивал его примерно на третий круг, возможно, даже выше. Что такой парень забыл на третьем курсе? Тут определенно что-то нечисто, но Зориан не собирался приставать к Заку с вопросами — по крайней мере, пока не разберется в происходящем получше. Совсем не хочется влипнуть в классическое "теперь ты знаешь, и мы должны тебя убить". Надо быть осторожнее в присутствии наследника Новеда.

Зориан захлопнул тетрадь и взъерошил волосы рукой. Как ни посмотри, это сущее безумие. Он правда помнит будущее — или просто сходит с ума? Оба варианта пугали. Он не в силах разобраться с этим самостоятельно, но если попросит помощи — угодит в психушку или застенки. Ладно, он подумает об этом завтра. И не с утра. Все эти загадки вымотали его, нужно выспаться и успокоиться.

— Извините, здесь свободно?

Зориан посмотрел на спросившую, с некоторым трудом припоминая ее. Безымянная девушка в зеленой водолазке, что подсела к нему на станции Корса. В прошлый раз она не спрашивала разрешения — что-то изменилось? А, не важно — главное, следом за ней придут еще четыре девушки. Четыре невыносимо громкие девушки. Черта с два он вновь будет слушать их болтовню весь остаток пути.

— Да, — кивнул он. — По правде сказать, я выхожу. Это станция Корса, верно? Доброго дня, мисс.

Он подхватил свой багаж и пошел искать другое купе, бросив девушку на произвол судьбы.

Пожалуй, от этих воспоминаний о будущем иногда есть какая-то польза.

Бам!

— Сверчок!

Бам! Бам! Бам!

— Сверчок, открывай треклятую дверь! Я точно знаю, что ты здесь!

Зориан, застонав, перевернулся на кровати. Какого черта Тайвен притащилась так рано? Стоп, секундочку… Он подцепил с комода часы, поднес поближе к глазам — она не рано, просто он умудрился проспать обед. Хм. Он точно помнил, что прямо с вокзала пошел в академию и лег спать сразу по прибытию — и все равно проспал. Видимо, смерть и возрождение в прошлом сильно утомляют.

Бам! Бам! Бам! Бам! Бам!

— Иду, иду! — прокричал Зориан. — Хватит ломать дверь!

Разумеется, она продолжила с еще большим азартом. Зориан торопливо привел себя в порядок и протопал к двери. Распахнул ее и одарил Тайвен испепеляющим взглядом — который она совершенно проигнорировала.

— Наконец-то! Где ты застрял?!

— Я спал, — прорычал Зориан.

— Правда?

— Да.

— Но…

— Я устал, — не выдержал Зориан. — Очень устал. И что ты торчишь в коридоре? Проходи уже.

Она впорхнула внутрь; Зориан же задержался у двери, собираясь с силами перед спором. В его воспоминаниях, получив отказ, она больше не приходила весь месяц — друг, называется. Впрочем, он и сам не вспоминал о ней вплоть до этого дня, так что кто бы говорил… В любом случае, сейчас у него еще меньше причин помогать ей — к дурным предчувствиям добавилась вполне реальная угроза в будущем. Так что на этот раз он отказывался куда решительнее и сумел отвязаться от Тайвен всего за час.

Освободившись, он немедленно отправился в библиотеку — через ближайшую булочную, заморив червячка. Добравшись до книг, он принялся искать сведения о путешествии во времени или языке, на котором составлено заклинание лича.

Результаты разочаровывали — это еще мягко сказано. Начать с того, что книг по путешествиям во времени не было. Это не считалось серьезной темой для исследования — невозможно, и все тут. То немногое, что было написано по теме, рассеяно по бесчисленным книгам совершенно иного содержания, никак не отмечено и не отсортировано. Собрать эти крупицы воедино было воистину непосильной задачей — и, похоже, совершенно бесполезной — ничего из найденного не упоминало феномен воспоминаний о будущем. С переводом заклятья все обстояло еще печальнее — он даже не смог определить язык.

Он потратил на бесплодные поиски все выходные; метод очевидно не давал результатов, пора бы с ним заканчивать. Библиотекари, отвечавшие на его запросы, уже начинали странно посматривать — еще не хватало, чтобы о нем поползли слухи. Может, удастся вытянуть что-нибудь из Зака?

— Ты опоздал.

Зориан задумчиво встретил строгий взгляд Акоджи. Хорошо, что не придется разгребать последствия той драмы — это радовало едва ли не больше, чем то, что он выжил — но что ей, все-таки, от него надо? Совсем не похоже, чтобы она питала к нему какие-то чувства — так почему же так остро отреагировала?

— Что? — спросила она, и Зориан сообразил, что пялится на нее дольше приличного. Упс.

— Ако, но ведь половины класса еще нет.

— В отличие от них, ты можешь и прислушаться, — признала она. — Такие, как ты, должны подавать пример остальным — а не опускаться до их уровня.

— Такие, как я? — переспросил Зориан.

— Заходи давай, — раздраженно буркнула Акоджа.

Он вздохнул и вошел в класс. Наверное, лучше не связываться — у него хватает других проблем… да и слишком уж она правильная, на его вкус.

Он и сам затруднялся сказать, чего ожидает. Что все смолкнут и посмотрят на него? Пожалуй, это оправдало бы его нервозность. Но, разумеется, никому не было дела. Для них все было впервые, а в нем не было ничего необычного. Он подавил смутную тревогу и занял свое место, украдкой следя за дверью — ждал Зака. Очевидно, этот парень крепко во всем замешан — и, похоже, остается единственной зацепкой.

Потом случился небольшой переполох — ящерица Брайама зашипела на его соседа и гоняла перепуганного парня по всему классу, пока хозяин не угомонил ее. Видимо, бедолага не понравился рептилии еще сильнее, чем Зориан. Затем пришла Ильза и начала урок.

Зак так и не объявился.

Зориан провел этот час в полной растерянности. Где Зака черти носят? Все остальное в целом соответствовало воспоминаниям, отсутствие Зака — первое серьезное отклонение. Да, это подтверждало догадки Зориана, но толку-то, если до Зака не добраться…

Лекция была даже скучнее, чем в прошлый раз — ведь он слушал ее повторно. Похоже, Ильза читала по некоему сценарию, урок практически воспроизводил воспоминания Зориана — разве что не было Зака, наперегонки с Акоджей отвечающего на вопросы учителя.

Забавно, как он не заметил этого раньше. Зак вел себя странно с первого дня, но Зориан не обратил внимания. Да, поднимать руку было не в характере парня, но в целом ничего невозможного. Это же повторение пройденного, они учили все это перед сертификацией. Классу понадобилось две недели, чтобы осознать, насколько Зак продвинулся.

Столько вопросов — и ни одного ответа. Скорее бы пришел Зак.

Зак не пришел ни тогда, ни на следующий день, ни еще через день. К пятнице Зориан решил, что ждать бесполезно. Если верить Бенисеку, Зак просто исчез из своего поместья первого числа, и с тех пор его никто не видел. Зориан не считал себя круче детективов, нанятых опекуном парня, да и не хотел привлекать лишнего внимания — так что с сожалением отказался от поиска одноклассника.

По крайней мере, с учебой было все хорошо. Благодаря предзнанию, он показал класс на внезапных контрольных Норы Буул, да и по остальным предметам не требовалось много учить — достаточно было прочитать разок, освежить в памяти. Он мог бы стать отличником и по оберегам — но предпочитал тратить свободное время на подготовку к летнему фестивалю и сопутствующему вторжению.

Увы, в отсутствие Зака расследование зашло в тупик, и Зориан не представлял, что ему делать дальше.

— Входите.

Зориан открыл дверь в кабинет Ксвима и дерзко встретил взгляд мага. Он уже убедился в точности своих воспоминаний о будущем — ну, не считая исчезновения Зака — и знал, что занятия у Ксвима будут сплошной нервотрепкой. Он даже подумывал пропускать занятия — но подозревал, что если Ильза и выберет его в ученики, то именно за стойкость перед лицом адского куратора. К тому же он чувствовал, что, бросив занятия, окажет Ксвиму услугу — этот тип явно пытался избавиться от ученика; а услуга Ксвиму — последнее, что он хотел бы сделать. Он сел без разрешения, слегка разочарованный, что маг никак не отметил его намеренно грубое поведение.

— Зориан Казински? — спросил Ксвим.

Зориан кивнул и отточенным движением поймал брошенную ручку — в этот раз это не было неожиданностью.

— Покажите мне базовую тройку, — велел маг, ничуть не впечатленный рефлексами ученика.

Не тратя ни секунды, Зориан раскрыл ладонь, и ручка прыгнула в воздух.

— Заставьте ее вращаться, — сказал Ксвим.

У Зориана расширились глаза. А где "начните сначала"? Его левитация была примерно такой же, как в их последнее занятие, перед роковым балом — и тогда она не устраивала Ксвима. Что изменилось?

— У вас проблемы со слухом? — спросил Ксвим. — Заставьте ее вращаться!

Зориан моргнул, сейчас не время предаваться воспоминаниям, нужно сосредоточиться.

— Что? В смысле — заставьте вращаться? Этого нет в базовой тройке…

Ксвим драматически вздохнул, медленно взял со стола другую ручку и заставил ее взлететь над раскрытой ладонью. Его ручка не просто висела в воздухе, она вертелась, как пропеллер.

— Я… не знаю, как это сделать, — признал Зориан. — Нас ничему подобному не учили.

— Да, учебная программа преступно упрощена, — сказал Ксвим. — Небольшое изменение плетения левитации должно быть вполне по силам сертифицированному магу. Но ничего, мы исправим этот досадный недостаток, прежде чем двигаться дальше.

Зориан вздохнул. Здорово. Ничего удивительного, что никто из студентов так и не удовлетворил Ксвима своей базовой тройкой — если он постоянно усложняет задание. Наверняка таких "небольших изменений" — сотни для каждого из трех плетений, работа на десятилетия — понятно, что никто не успел овладеть ими за какие-то два года. Особенно учитывая, что Ксвим понимает под словами "овладеть навыком".

— Продолжаем, — поторопил Ксвим. — Начинайте.

Зориан сфокусировался на парящей ручке, пытаясь сообразить, что делать. Нужно как-то закрепить центр и приложить усилия на концы, так? По крайней мере, это первое, что пришло в голову. У него даже вышло заставить ручку чуть шевельнуться — когда в лоб привычно ударил шарик.

Зориан сердито посмотрел на Ксвима — черт, и как он забыл про шарики! Ксвим же смотрел на ручку, все еще парящую над ладонью Зориана.

— Вы не утратили фокус, — отметил Ксвим. — Хорошо.

— Вы бросили в меня шарик, — обвинил Зориан.

— Я вас поторопил, — невозмутимо ответил Ксвим. — Вы слишком медлительны. Нужно быстрее. Быстрее, быстрее, быстрее! Начните сначала.

Зориан вздохнул и вернулся к заданию. Все верно, сплошная нервотрепка.

Все, чего добился Зориан за время занятия, осваивая непривычное плетение со всячески мешающим наставником, было легкое покачивание ручки. Довольно унизительно. Его неплохие навыки в плетении были предметом гордости, и он ощущал, что должен был добиться большего, даже несмотря на откровенный саботаж со стороны Ксвима. К счастью, книга, описывающая это упражнение, легко нашлась в библиотеке — он сможет овладеть плетением к следующему занятию. Ну, то есть не овладеть — не в том смысле, как понимал Ксвим — но хотя бы он будет знать, что делать.

В другое время он бы не стал так заморачиваться каким-то дурацким плетением — но ему надо было отвлечься. Поначалу вся эта чушь с воспоминаниями о будущем была столь нелепа, что он не воспринимал ее всерьез. Какая-то часть его была уверена, что это лишь сон во сне, он скоро проснется, и все будет хорошо. Сейчас в нем крепла пугающая уверенность, что все происходит на самом деле. Что, черт возьми, ему делать? Загадочное отсутствие Зака усугубляло ситуацию, распаляя паранойю и отбивая желание сообщить кому-нибудь о готовящемся нападении. Зориан не был святым, чтобы спасать людей ценой своей жизни. Откуда бы ни взялись воспоминания о будущем, они были его вторым шансом — он не сомневался, что погиб в ночь фестиваля — и он не собирался упускать этот шанс. Да, он осознавал моральный долг предупредить людей об угрозе — но как это сделать, не загубив свою репутацию и жизнь?

Наверное, проще всего было бы сообщить о нападении как можно большему числу людей — тогда хоть кто-нибудь отнесется к предостережению серьезно — и сделать это лично, письмо слишком просто отправить в корзину. Но увы, это наверняка приведет его в психушку — до самого нападения. Если оно вообще будет, заговорщики могут и затаиться, узнав, что их замысел раскрыт. Или его никто не воспримет всерьез, пока не будет слишком поздно, а потом сделают козлом отпущения, чтобы избежать ответственности. Или кто-нибудь из чиновников, к кому он обратится, будет связан с заговорщиками, и его просто убьют. Или… или… слишком много "или". Он подозревал, одно из этих или — и есть причина отсутствия Зака.

За этими размышлениями, вариант анонимных писем казался все более привлекательным. Проблема в том, что сохранить анонимность в магическом мире не так-то просто. Прорицание не всесильно, но Зориан имел лишь самое общее представление о его возможностях, так что его предосторожности вряд ли спасут от опытного мага-детектива.

Зориан вздохнул и начал набрасывать план в тетради, махнув рукой на лекцию по истории. Нужно определиться, кому написать, что сообщить в письмах и что сделать, чтобы его не отследили посредством магии. Он подозревал, что правительство не позволяет авторам публиковать инструкции, как скрываться от правоохранителей — но библиотеку все же стоит проверить. Он так увлекся, что не заметил, как кончился урок, и продолжал писать, покуда все вокруг собирались и выходили из класса. И он не заметил, что Бенисек заглядывает ему через плечо.

— Что ты делаешь?

При первых же звуках его голоса Зориан рефлекторно захлопнул тетрадь и уставился на парня недобрым взглядом.

— Невежливо заглядывать людям через плечо.

— Какие мы нервные, — улыбнулся Бенисек, подтаскивая соседний стул и садясь напротив. — Расслабься, я ничего не видел.

— Не потому, что плохо пытался, — заметил Зориан. Улыбка Бенисека стала еще шире. — Так что тебе надо?

— Просто хотел поболтать, — пожал плечами Бенисек. — В этом году ты какой-то отстраненный. Все время выглядишь усталым, и это в начале года. Может, тебя что-то беспокоит?

— Тут ты ничем не сможешь мне помочь, Бен… — вздохнул Зориан.

Возмущенный Бенисек издал сдавленный звук.

— Что значит — ничем не смогу помочь? Если ты не в курсе, я эксперт по сердечным делам.

— Сердечным делам? — теперь уже Зориан издал сдавленный звук.

— Да ладно тебе, — хохотнул Бенисек. — Погружен в свои мысли? Отвлекаешься посреди урока? Планируешь писать анонимные письма? Все очевидно, чувак! Кто эта счастливица?

— Нет никакой счастливицы, — прорычал Зориан. — И я думал, ты ничего не видел?

— Слушай, не думаю, что с анонимными письмами — хорошая мысль, — проигнорировал его Бенисек. — Ты же не первоклашка. Просто подойди к ней и скажи о своих чувствах.

— У меня нет времени на эти глупости, — вздохнул Зориан, поднимаясь со стула.

— Эй, ну чего ты… — Бенисек увязался следом. — Чувак, ты слишком обидчив, тебе никто не говорил? Я просто…

Зориан игнорировал его. У него и правда не было времени.

Он должен был догадаться — просто игнорировать Бенисека — не самая лучшая мысль. Не прошло и двух дней, а все в классе уже знали, что Зориан в кого-то влюбился — и, зараза, вовсю обсуждали новость. Это изрядно отвлекало. Впрочем, он был вознагражден за терпение, когда к нему подошла Неолу и вручила листок со "списком книг, которые могут пригодиться". Его подмывало тут же спалить украшенную сердечками бумажку, но любопытство пересилило, и он направился в библиотеку. Хоть посмеется, в конце-то концов.

Результат далеко превзошел ожидания — вместо любовных советов в рекомендованных книгах описывались методики по защите писем и посылок от прорицания и поисковой магии. Видимо, государственным цензорам тоже не пришло в голову проверять книгу, называющуюся "Запретная любовь. Секрет алых писем".

Само собой, неизвестно, насколько эти методы надежны, да и библиотекарь, выдававшая ему книги, прятала улыбку — но все равно, это был серьезный шаг вперед. Если все получится, надо как-то отблагодарить Неолу.

Летний фестиваль приближался, Зориан вовсю готовился. Он купил пачку бумаги, ручки и конверты — выбранный магазинчик был самым скромным и запущенным, едва ли они ведут учет покупателей. Он тщательно составил текст писем, чтобы ничем себя не выдать. Он проследил, чтобы его открытая кожа ни разу не касалась бумаги, и чтобы на конвертах не осталось волосков, капелек пота или крови. Он намеренно писал рубленным, формальным шрифтом, ничуть не похожим на его привычный почерк. Он уничтожил неиспользованную бумагу, ручки и конверты.

И за неделю до фестиваля он бросил письма в несколько почтовых ящиков по всей Сиории.

Ожидание изматывало — если не сказать больше. Ничего не происходило — никто не вызывал его на допрос, но и никакой активности властей не было заметно. Ему никто не поверил? Или он облажался, и письма не дошли до адресатов? Или они слишком осторожны, и их действия не видны? Это было невыносимо.

Наконец он не выдержал. Вечером перед фестивалем он решил, что сделал все возможное, сел на поезд и покинул город. Помогли его письма или нет — так будет надежнее. Если кто спросит — что вряд ли — у него есть проверенная алхимическая отговорка. Он ошибся с рецептом и надышался галлюциногенных паров. Пришел в себя уже в поезде. Да, именно так все и было.

Поезд уносил его в ночь все дальше от Сиории. Зориан подавил волнение и чувство вины. Что еще он мог сделать? Ничего. Совсем ничего. Он наконец забылся тревожным сном под мерный стук колес, ему снились падающие звезды и скелеты, источающие мертвенный зеленый свет.

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Зориан недоверчиво смотрел на сестру, молча открывая и закрывая рот. Что, опять?

— Да вы издеваетесь! — рявкнул он. Кириэлле мгновенно спрыгнула с него и боязливо попятилась к двери. Видимо, решила, что он зол на нее. — Нет, не ты, Кири, просто… Просто приснился дурной сон.

Не может быть, это снова произошло. Какого черта? В прошлый раз он был рад, что остался жив. Сейчас — прямо мурашки по коже. Почему с ним это происходит?

О, и пока он сокрушался над судьбой, Кириэлле опять заперлась в туалете. Черт бы все побрал.

Глава 6. Сконцентрируйтесь и попробуйте снова

Зориан смотрел на проносящиеся мимо бескрайние поля, тишину пустого купе нарушал лишь ритмичный стук колес. Парень выглядел спокойным и расслабленным, но это была просто привычная маска, результат тренировок — ничего более.

Наверное, глупо держать лицо, сидя одному в пустом купе, но за долгие годы Зориан успел убедиться — притворяясь спокойным, легче достичь настоящего спокойствия. А ему очень нужно было спокойствие — он из последних сил сдерживался, чтобы не запаниковать и не начать метаться, как безголовая курица.

Почему это снова случилось? В прошлый раз он был совершенно уверен — все дело в личе. В него попало заклятье, и он проснулся в прошлом. Причина и следствие. В этот раз в него не попадало никаких таинственных заклятий — разве что кто-то пробрался в купе, пока он спал — но кому такое понадобится? Он просто задремал и проснулся в прошлом, словно так и должно быть.

С другой стороны, это усилило его смутные сомнения. Зачем бы личу накладывать на него заклинание путешествия во времени? Это же откровенный саботаж всего их тайного заговора. Само по себе путешествие во времени слишком сложно — и заманчиво — чтобы быть случайным побочным действием; едва ли эта тварь воспользовалась бы заклинанием с неизвестным эффектом. Даже новичок вроде него полностью осознавал, как опасно применять неизученные заклинания вне лабораторных условий, а немертвый заклинатель никогда бы не достиг своего уровня, если б имел привычку делать подобные глупости просто чтобы поглумиться над двумя побежденными сопляками. Нет, все объясняется проще: путешествие во времени никак не связано с личем. Тварь действительно пыталась убить их. Их — потому что там еще был Зак. Тот самый Зак, что показал невероятный прогресс по всем предметам. Тот Зак, что ходил по городу, демонстрируя боевые навыки далеко за гранью возможного для студента. Тот Зак, что допускал весьма подозрительные оговорки в течение всего месяца…

Может, именно Зак, а не лич, применил заклинание путешествия во времени?

Эта версия хорошо объясняла его способности и головокружительный прогресс. Раз этот способ путешествия переносил разум мага назад в более молодое тело, Зак мог быть намного старше — сейчас Зориан припоминал — многие слова Зака намекали, что он прожил этот период времени множество раз. Магу с десятилетиями опыта и подробным предзнанием уроки на третьем курсе несомненно покажутся смехотворно простыми.

Но даже если заклинание путешествия применил Зак, оставался другой вопрос — почему Зориана тоже перенесло. В первый раз это могло быть случайностью — так же, как ухватившись за телепортирующегося мага, можно перенестись вместе с ним — ведь они тогда практически переплелись конечностями. Но второй раз? Зак не то что не касался или не применял на нем заклинаний — его вообще не было весь месяц.

Он уже не знал, что и думать. Хорошо бы Зак в этот раз был на месте и объяснил, в чем дело.

— Станция Корса, — бесплотный голос отдался эхом, неисправные динамики трещали статикой. — Повторяю, станция Корса. Спасибо.

Что, уже? Он выглянул в окно и увидел знакомый белый плакат. Был соблазн сойти с поезда и провести весь месяц, развлекаясь и пытаясь забыть пережитое, но он быстро отказался от этой мысли. Пропустить начало учебного года — безответственно и чревато последствиями, пусть даже желания слушать лекции в третий раз не было никакого. Конечно, была вероятность, что его перенесет в прошлое в третий раз, но не стоило на нее полагаться. Не может же, в конце концов, заклятье переносить его во времени вечно — рано или поздно исчерпается мана. Скорее рано, такие заклинания наверняка очень энергоемки.

Ведь так?

— Эм…

Зориан вынырнул из своих размышлений и наконец заметил парня, заглядывающего в купе. Нахмурился. Он же специально выбрал это купе, так как оно было пусто в… его второй попытке. Тогда, оставив девушку в зеленой водолазке ее хихикающей судьбе, он нашел уединение здесь — и решил в этот раз быть проактивным, сразу придя сюда. Видимо, не все так просто — его присутствие привлекло сюда этого парня — некоторые не переносят одиночества и сторонятся пустых купе.

— Да? — вежливо спросил Зориан, надеясь, что тот просто хочет что-то спросить, а не ищет место.

Надежды не оправдались.

— Не возражаешь, если я сяду здесь?

— Нет, проходи, — натянуто улыбнулся Зориан. Черт.

Парнишка ответил радостной улыбкой и втащил внутрь багаж. Целую гору багажа.

— Первый курс? — не удержался Зориан. А ведь он собирался быть угрюмым и молчаливым, чтобы выжить нежеланного попутчика. А, ладно.

— Ага, — кивнул парень. — Как ты догадался?

— Твои вещи, — заметил Зориан. — Ты в курсе, что Академия довольно далеко от вокзала? Пока дойдешь, у тебя все руки оборвутся.

Парнишка моргнул. Видимо, об этом он не подумал.

— Эээ… все настолько плохо?

— Будем надеяться, дождя не будет, — пожал плечами Зориан.

— Хаха, — нервно хохотнул парень. — Даже я не настолько невезуч.

Зориан усмехнулся. Преимущества предзнания… Или послезнания? Составители языка не слишком заботились об удобстве путешественников во времени.

— Ох, я ведь не представился! — внезапно выдал попутчик. — Бирн Иварин.

— Зориан Казински.

— Как у… — у парня загорелись глаза.

— Да, как у Дэймена Казински, — Зориан внезапно заинтересовался пейзажами за окном.

Сосед ожидающе уставился на него, но если он хотел подробностей — его ждало разочарование. Старший брат — последний, о ком хотел бы говорить Зориан.

— Так… мм… ты родственник Дэймена Казински, или просто однофамилец? — спросил парень после продолжительной паузы.

Зориан притворился что не слышал и достал из сумки тетрадь. Она была практически пуста, все его записи о вторжении и таинственных воспоминаниях исчезли, затерялись позади, в будущем. Невелика потеря — большая часть заметок была бесполезна — пустые домыслы и тупиковые направления поисков, ничем ему не пригодившиеся. И все же он вновь записал некоторые детали — вроде фонетики заклинания лича. Да, скорее всего дело в Заке, но раз он пока не уверен…

Выждав достаточное время неловкого молчания, Зориан посмотрел поверх тетради и встретил смущенный взгляд соседа.

— Хм? Ты что-то сказал? — Зориан чуть нахмурился, словно и вправду пытаясь вспомнить.

— Э, ничего, — сдал назад попутчик. — Ничего серьезного.

Зориан искренне улыбнулся парню. По крайней мере, намеки тот понимает.

Некоторое время они говорили — Зориан отвечал на вопросы о первом курсе, потом ему надоело, и он вновь стал изображать интерес к тетради, надеясь, что сосед поймет намек.

— А что в этой тетради? — сосед намека не понял. — Только не говори, что они дают задания на лето.

— Нет, там просто заметки по моему личному исследованию, — сказал Зориан. — Оно не слишком удачно продвигается, я уже от него устал. Но все равно думаю о нем…

Особенно когда альтернатива — разговор с излишне любознательным первокурсником.

— Библиотека академии…

— Первое место, куда я обратился, — вздохнул Зориан. — Я же не дурак.

Сосед закатил глаза.

— Ты искал сам, или просил библиотекаря помочь? Мать работает в библиотеке, так у них есть поисковые заклятья, в считанные минуты находящие нужные фрагменты — то, что ты бы годами искал, бегло просматривая книги по названиям.

Зориан открыл рот, потом закрыл его. Спросить библиотекаря? Ладно, может он и правда дурак.

— Ну… Это не та тема, ради которой стоит докучать библиотекарям, — протянул Зориан. Истинная правда, но он был не прочь попробовать. — Или, может, найти эти поисковые чары в репозитории? Хотя нет, если это школа прорицания, то проблема не в сотворении заклинания, проблема в расшифровке результатов…

— Ты можешь поступить на работу в библиотеку, — предложил парень. — Если библиотека академии похожа на библиотеку матери, они точно не откажутся от помощи. И они наверняка обучают сотрудников этим заклинаниям.

— Правда? — заинтересовался Зориан.

— Стоит попробовать, — пожал плечами сосед.

Оставшуюся часть пути Зориан уже не избегал разговора. Бирн определенно заслужил некоторую благодарность.

— Конечно! Нам всегда нужны рабочие руки!

Хмм… Это было просто.

— У нас не очень много платят — ректор, этот презренный коротышка, опять урезал нам бюджет! — но у нас очень гибкий рабочий график и дружелюбная атмосфера…

Зориан терпеливо ждал, пока библиотекарь выдохнется. На первый взгляд она казалась скромной женщиной средних лет — но только на первый взгляд: когда она говорила, энергия и жизнерадостность били из нее ключом. Просто стоя рядом с ней, Зориан ощущал давление, как от большой толпы, ему приходилось сдерживать инстинкты, чтобы не отступить назад, словно от ревущего огня.

— Судя по всему, к вам приходит не так много соискателей? — предположил Зориан. — В чем дело? Разве люди не должны, отталкивая друг друга, стремиться сюда? Это очень известная библиотека.

Она фыркнула, и Зориан мог бы поклясться, что почувствовал в этом простом звуке насмешку и нотку горечи.

— Правила Академии позволяют принимать на работу лишь магов от первого круга и выше. Большинство выпускников находят более высокооплачиваемую и престижную работу, нежели… — она махнула рукой на ряды книжных полок. — Что вынуждает нас нанимать студентов. Кто…

Она моргнула и внезапно прервалась, словно вспомнив что-то.

— Но хватит об этом! Отныне ты — один из библиотекарей-ассистентов. Поздравляю! Если у тебя есть вопросы, я с радостью на них отвечу.

Лишь нечеловеческим усилием воли Зориан сдержался и не закатил глаза. Он еще ни на что не соглашался, лишь спросил о возможности работать в библиотеке — а она уже уверена в его выборе. Но что уж там, он и правда хотел здесь работать, даже не столько затем, чтобы выучить пару новых заклятий и расшифровать заклинание лича — он подозревал, что у библиотекарей есть доступ в закрытые секции, недоступные обычным магам первого круга — соблазн слишком велик.

— Вопрос первый, — сказал Зориан. — Как часто я должен приходить?

Она удивленно моргнула. Без сомнения, она ожидала, что он будет протестовать против ее поспешного вывода.

— Ну… А как часто ты вообще можешь приходить? С лекциями, домашней подготовкой и внеклассными занятиями, большинство наших ассистентов работают один или два раза в неделю. Сколько времени можешь выделить ты?

— Занятия пока что довольно простые, — сказал Зориан. — Мы просто повторяем материал второго курса, который я знаю, как свои пять пальцев. Если не случится непредвиденного — я могу работать четыре раза в неделю. На выходных я тоже свободен, если вам нужна помощь.

Зориану захотелось пнуть себя — ведь занятия еще не начались, откуда он знает такие подробности? К счастью, библиотекарь не обратила внимания. У нее загорелись глаза, она принялась кого-то звать:

— Ибери! Я нашла тебе напарника!

Из маленькой комнатки, смежной со стойкой библиотекаря, выглянула девушка в очках с огромной стопкой книг в руках. Ого. Девушка в зеленой водолазке (она и сейчас в ней), его попутчица по купе…

То есть бывшая попутчица — в этот раз он выбрал другое купе и не встретил ее в поезде. Наверное, это не важно.

— Думаю, стоит представиться, — сказала библиотекарь. — Я — Киритишли Корисова, одна из немногих профессиональных библиотекарей здесь. Эта симпатичная леди, — она указала на девушку в водолазке, которая отчетливо порозовела и поежилась, плотнее прижав стопку книг. — Наша штатная рабочая пчелка, Ибери Амберкомб. Ибери работает здесь с прошлого года, не представляю, что бы я без нее делала. Ибери, это Зориан Казински.

Девушка внезапно вскинула голову:

— Казински? Как у…

— Да, младший брат Дэймена Казински, — Зориан не смог сдержать тихого вздоха.

— Эм…

— Сдается мне, она имела в виду другого твоего брата, — сказала Киритишли с лукавой усмешкой. — Она в одном классе с Фортовым и питает к нему весьма…

Как и десятки других девушек. У Фортова никогда не было недостатка в поклонницах.

— Мисс Корисова! — возмутилась Ибери.

— Ох, не бери в голову, — сказала Киритишли. — В любом случае, в обозримом будущем Зориан будет весьма усердно трудиться вместе с нами. Покажи ему, что и как.

И вот так он поступил на работу в библиотеке. Время покажет, было ли это удачной идеей.

Как и в прошлый раз, Зак не пришел на занятия. Зориан подозревал, что так и будет, но все равно был раздражен. Да, это подтверждало его подозрения об особой роли Зака, но что толку, если тот не доступен? Что теперь делать?

И вообще, должен ли он что-то делать? В прошлый раз он действовал в убеждении, что никто, кроме него, не может что-либо сделать. Что лишь у него есть воспоминания о будущем. Но если его догадки верны, Зак путешествует во времени именно чтобы остановить вторжение — других причин повторять этот конкретный месяц не приходит в голову. К тому же, во время нападения он был на улицах, истребляя захватчиков. Так должен ли Зориан что-то предпринимать — или следует предоставить все более опытному путешественнику и не мешаться?

Главная проблема этого подхода — он базируется на догадках и непроверяем. Своим бездействием он может обречь и себя, и город, положившись на парня, не внушающего особой уверенности. Зак слишком напоминал его братьев. И потом, разве Зак не проиграл личу? Вот-вот.

Не зная, что ему решить или откуда начать, Зориан погрузился в учебу и библиотечную работу. Разумеется, проживая этот месяц в третий раз, он не встречал трудностей в учебе — кроме Ксвима, который называл его вращение ручки отвратительным и требовал начинать снова и снова. Работа в библиотеке, напротив, была… интересна, хоть и не в том смысле, какой он ожидал.

Ему пока не показывали специальных заклинаний, как он подозревал — сначала следовало научиться другим, более срочным вещам, чтобы Киритишли или Ибери потратили время на его обучение. Попросту говоря, он не справлялся с работой. Нехитрая на первый взгляд задача по перекладыванию книг оказалась несравненно более сложной за счет многочисленных протоколов и важнейшей схемы классификации. Зориан надеялся продемонстрировать хотя бы знание основ, прежде чем просить об услуге, но прошло две недели, и он понял — для этого нужно еще как минимум пара месяцев. Которых у него не было — приближался летний фестиваль.

Вот почему он последовал за Киритишли после рабочего дня, собираясь спросить насчет заветного учебника прорицания. Ибери увязалась следом, якобы по делам, но в действительности — подслушивать. Для столь скромной девушки она чересчур любопытна.

— Знаете, я хотел бы попросить о небольшой услуге, — начал Зориан.

— Продолжай, — сказала Киритишли. — Ты нам очень помог, и я с удовольствием помогу в ответ, если это возможно. Нечасто к нам приходят столь способные работники.

— А?! — растерялся Зориан. — Способный? Да я едва понимаю, что делаю, если бы вы и Ибери не помогали — блуждал бы, как безголовая курица.

— Вот поэтому я и назначила тебя в пару с Ибери — учиться. И знаешь, ты очень быстро учишься! Быстрее, чем я, когда пришла впервые, по крайней мере. По правде сказать, обычно я даю нашим студентам лишь простейшие задачи, но ты, будучи куда более усердным, получал задания продвинутого курса.

— А, — сказал Зориан после непродолжительного молчания. — Я польщен, — это была чистая правда. — Дело в том, что меня интересуют заклинания для поиска книг. Я провожу исследование по довольно малоизученной теме и испытываю нехватку материала.

— Ох! — Киритишли хлопнула себя по лбу. — И как я забыла?! Конечно, мы научим тебя, мы показываем их всем долговременным сотрудникам. Хотя они и довольно сложны, на их освоение уйдет время. Ибери покажет, что делать. И ты всегда можешь просто обратиться ко мне, я знаю библиотеку, как свои пять пальцев.

Зориан колебался — показывать или нет заклинание лича. Даже простое упоминание могло втравить его в неприятности, но, похоже, выбирать не приходится. Несомненно, на освоение заклятий прорицания уйдут месяцы, которых у него нет. Он выдернул из тетради нужный листок и протянул ей.

Киритишли изогнула бровь; Ибери, отбросив притворство, заглянула через ее плечо.

— Незнакомый язык, — уточнил Зориан. — Даже не знаю, какой.

— Хм, это будет непросто, — отметила Киритишли. — Найти сведения по фонетической записи незнакомых слов — сложная задача даже для прорицания. Если это важно, тебе лучше обратиться к эксперту-лингвисту.

— Можешь спросить Зеномира, — вставила Ибери.

— Нашего учителя истории? — недоверчиво спросил Зориан.

— Он также преподает языкознание, — ответила Ибери. — Он полиглот, говорит на тридцати семи языках.

— Вау.

— Ага, — согласилась Ибери. — Он должен если не прочесть, то хотя бы определить язык. Он всегда помогает, если попросить вежливо, думаю, не откажет и тебе.

Интересно.

— А, мистер Казински, чем я могу вам помочь?

Зеномир Олгай был стар. Действительно стар. Одетый в синюю мантию — настоящую мантию, как у чародеев прошлого — и с аккуратно подстриженной белой бородой. Несмотря на почтенный возраст, движения его были уверенными, а взгляд острым, какой редко встретишь у людей и вдвое моложе. Зориан не посещал его факультатив языкознания, но по урокам истории знал — Зеномир одержим своим предметом ничуть не меньше, чем Нора Буул — математикой. Разве что он хотя бы понимал, что не все студенты разделяют его страсть.

— Мне сказали, вы можете помочь с переводом, — сказал Зориан. — У меня есть неполная запись на незнакомом языке в фонетической форме. Я надеялся, что вы можете хотя бы определить язык. Никогда не встречал ничего подобного.

Зеномир, явно заинтересовавшийся при упоминании незнакомого языка, аккуратно принял листок с заклинанием лича. Буквально через секунду его глаза округлились:

— Где ты это взял?

Зориан, поколебавшись, определил для себя уровень правдивости:

— На меня напали. Их заклинание звучало примерно так. Хотел разобраться, что это такое.

Зеномир вздохнул и откинулся назад.

— Повезло, что в тебя не попали. Это что-то из школы магии душ.

— Магии душ?

— Некромантии, — уточнил Зеномир.

Зориан моргнул. Некромантия? Да, вполне естественно для лича, но какое отношение имеет некромантия к путешествиям во времени? Никакого. То есть источник его проблем — все-таки Зак.

— Эм, погодите, так что это за язык?

— Хм? А! Да, язык… Это древний маджарский, он использовался многими культурами Миасины до возвышения икосиан. Он встречается во многих руинах Коса; увы, он печально известен как язык темнейших магических ритуалов. Боюсь, ты не найдешь материалов по маджарскому в открытом доступе. Но вернемся к нападавшим. Использовавшие столь вредоносную магию — они определенно представляют угрозу.

Отступать было некуда, но и рассказывать о путешествии во времени Зориан не собирался. Он рассказал, что случайно услышал о заговоре с целью вторжения в город накануне фестиваля. Поначалу он решил, что это какой-то розыгрыш — но когда два типа в балахонах заметили его и принялись швыряться неизвестными заклинаниями, стало не до шуток. Зеномир выслушал эту чушь с неожиданно серьезным видом и велел возвращаться к себе, предоставив все преподавателям.

Ха. На удивление — обошлось, по крайней мере, его тут же не потащили в полицию; впрочем, это вполне может случиться в ближайшем будущем. Зориан нервно ходил по своей комнате, не в силах успокоиться. К добру ли, к худу ли — но он это сделал, теперь оставалось лишь ждать, какие будут последствия. Для него и для города.

Стук в дверь прервал его мысли. Сильный, уверенный — и в то же время короткий, так не стучал никто из его знакомых.

— Иду! — откликнулся Зориан. Видимо, кто-то пришел поговорить о том, что он рассказал Зеномиру. — Чем могу… угх!

Зориан растерянно смотрел на клинок, вонзившийся в его грудь, рот открылся в беззвучном крике. Он успел лишь перевести взгляд на убийцу — невысокая фигура в свободных черных одеждах, с белой маской, закрывающей лицо — как нож, причиняя боль, вырвался из раны и вновь вошел ему меж ребер. И снова. Снова. Снова…

Тьма поглотила его, на этот раз смерть принесла облегчение — оказывается, быть заколотым в грудь — чертовски больно.

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С доб…

Кириэлле прервалась — Зориан дернулся вверх, вытаращив глаза и жадно ловя воздух ртом. Его убили! Они убили его! Стоило лишь рассказать о нападении, и его зарезали в тот же вечер! Как, черт возьми, они успели? Зеномир связан с заговорщиками — или у них свои источники?

— Кошмар? — спросила Кириэлле.

Зориан постарался выровнять дыхание, игнорируя фантомные боли в груди.

— Да. Точно, кошмар.

Умом Зориан понимал, что должен внимательно слушать Ильзу — но мысли, хоть убей, все время возвращались к происшедшему. Если подумать — ничего удивительного, столь крупномасштабное вторжение невозможно без поддержки изнутри, так что конечно они сразу узнали о попытке противодействия. Да и если бы можно было остановить вторжение, просто сообщив в соответствующие органы, Зак давно бы это сделал, и больше бы не было повторений.

Хотя нельзя не признать — эти… рестарты впечатляют. Он прожил этот месяц три раза — и его дважды убили. Может, у него предрасположенность к насильственной смерти? Вроде бы Зак говорил, что обычно он погибает при первом залпе, или что-то в этом духе…

Он спохватился — Ильза молчала и озабоченно смотрела на него. Ответил вопросительным взглядом.

— Ты точно в порядке? — он заметил, что она бросила быстрый взгляд на его руки. Что она…

Ох.

У него дрожали пальцы. И, если опять-таки судить по рукам, он весь побледнел. Он потер ладони одну о другую, несколько раз сжал-разжал кулаки, пытаясь обуздать нервы.

— Не совсем, — признал он. — Но это пройдёт, не беспокойтесь.

Еще раз испытующе оглядев его, она кивнула.

— Очень хорошо. Хочешь вместе со мной переместиться в академию? Не думаю, что в таком состоянии приятно ехать на поезде.

Зориан моргнул, не зная, что и сказать. Он терпеть не мог поезда и в лучшие времена, предложение было даром небес, но… почему?

— Не хотелось бы утруждать вас… — протянул он.

— Все в порядке, я все равно собираюсь туда, — ответила она. — Это меньшее, что я могу сделать за то, что прибыла так поздно и не позволила выбрать куратора.

С этим не поспоришь, Ксвим — никудышный, бесполезный куратор.

Зориан отлучился сообщить матери — это заняло неожиданно много времени, она внезапно озаботилась его безопасностью и засыпала вопросами — затем взял сумку и последовал за Ильзой на улицу. Предчувствие будоражило — он никогда раньше не телепортировался. Ещё бы свежие воспоминания о смерти под ножом не портили настроение…

— Готов? — спросила Ильза.

Он кивнул.

— Не волнуйся, опасности телепортации сильно преувеличены. Нельзя оказаться внутри твердого тела, сам принцип заклятья исключает это. Если же что-то пойдёт не так, я успею отменить заклинание, прежде чем искажение пространства разорвет нас на части.

Зориан застонал. Он все это знал, но не стал заострять внимания. Видимо, она слышала его разговор с матерью.

Ильза начала читать заклинание, Зориан собрался, чтобы не упустить, когда…

Мир пошёл рябью и изменился. Они стояли в ярко освещенном круглом зале, на высеченной в мраморном полу магической фигуре. Ни дезориентации, ни цветных вспышек — ничего интересного. Он оглядел помещение внимательнее, пытаясь сообразить, где они.

— Это узел переадресации телепорта, — сказала Ильза. — В целях безопасности защита академии перенаправляет все входящие перемещения сюда. Разумеется, лишь если у них достаточная авторизация для перемещения в академию. — она пронзила его суровым взглядом. — Перемещение в зачарованную локацию — не единственная опасность телепортации. Не экспериментируй с ней самостоятельно.

— Эээ… Уверен, телепорт — далеко за гранью моего текущего допуска, — заметил Зориан.

Она пожала плечами.

— Некоторые студенты умудряются воспроизвести заклинание, увидев его всего однажды. Запомнить инкантацию и жесты — и восемьдесят процентов дела сделано.

Зориан моргнул. Почему он об этом не подумал?

— Вас не затруднит сотворить заклинание еще раз? В сугубо академических целях, разумеется.

Она хихикнула.

— Нет. Если тебя утешит — сомневаюсь, что твоего текущего резерва хватит на телепорт.

Его это определенно не утешило. Неважно, насколько это опасно — он освоит это заклинание как можно скорее. Целый день унылой поездки на поезде — против мгновенного переноса, ради такой способности не жалко и рискнуть. Он вздохнул и оставил Ильзу, пора было заселяться.

— Кажется, я уже подсел на мгновенное путешествие, — пробормотал он, открывая дверь и с облегчением бросая сумку на пол. — Жаль, я так скверно изображаю страдание, а то бы упрашивал Ильзу подбросить меня в начале каждого цикла.

Он замер на ходу. Нельзя так думать, это просто опасно. Нет никаких гарантий, что повторы будут продолжаться вечно. Собственно, все, что он знает о магии, говорит об обратном — заклинание, наложенное на него, должно рано или поздно исчерпать запас маны — и никаких больше возвратов, никаких вторых шансов, никаких воскрешений. Нужно воспринимать каждый цикл как последний — ведь однажды так и получится.

Впрочем, несмотря на драматический финал, предыдущий цикл был вполне результативен — он подтвердил, что причиной феномена был Зак, а не лич. Теперь вместо изучения неизвестного языка или путешествий во времени он может поискать Зака.

Но не прямо сейчас. Воскреснув после столь неприятной смерти, он заслуживает небольшого отдыха.

Глупо было надеяться на простое решение. Начав искать Зака, он сразу вспомнил, почему не брался раньше. Зак не просто наследник Дома Новеда, он единственный живой представитель, остальные члены рода погибли в Войнах Раскола. Достигнув совершеннолетия, он получит серьезную финансовую империю и наследие многих поколений магов — неудивительно, что за каждым его шагом пристально следят множество заинтересованных сторон. Соответственно, его исчезновение — серьезное происшествие, множество людей желали найти его. Зориан — всего лишь один из этих людей, и если все остальные (а также нанятые ими специалисты) до сих пор не нашли Зака, то и его шансы весьма сомнительны. Естественно, он ничего не добился. Как он и подозревал, две девушки, с которыми Зак общался в первоначальный для Зориана месяц, не представляли без наследника Новеда ничего особенного (причем расспросы о них породили уйму дурацких слухов. Серьезно, разве человек не может просто спросить про одноклассницу, без какого-либо умысла?). Особняк Новеда был весь оплетен защитными чарами, официальный опекун недоступен, и если у Зака и были близкие друзья, то точно не в классе. Зориан не был детективом, его не учили искать людей — впрочем, учитывая сколько профессионалов безуспешно искало Зака, едва ли этот навык сильно помог бы.

Месяц не принес особых открытий. В ночь перед летним фестивалем Зориан вновь сел на поезд и покинул Сиорию, на этот раз бодрствующим и сосредоточенным. Он взял с собой карманные часы и часто проверял время, мысленно молясь, чтобы не пришлось начинать сначала, но готовый к возврату и намеренный проследить. Его молитвы остались без ответа. Около двух ночи он забылся сном и проснулся от приземлившейся на живот Кири.

Наверное, он должен был принять это еще тогда. Он был неглуп и не склонен к самообману. Однако ему потребовалось еще четыре повтора, чтобы признать очевидное: он застрял во временной петле, и в обозримом будущем это не кончится.

Он понятия не имел, как это возможно. Может, заклятье постоянно питалось от впечатляющего резерва Зака. Может, это было одно из редких самоподдерживающихся заклинаний. Чем черт не шутит, оно могло даже достигать Сердца Мира и питаться от Дракона, что Внизу. Неважно, как это работало, главное — работало.

И все же он упрямо отрицал закономерность и пытался жить, как обычно. Скучно, да, но что если возвраты прекратятся? И все последствия его действий не исчезнут в два часа ночи летнего фестиваля (он сумел точно определить время возврата).

Но он больше не мог продолжать. За вычетом вторжения, месяц был скучен даже в первый раз — а он пережил уже восемь повторов. Он знал расписание назубок, легко получал максимальные баллы по всем предметам, даже по оберегам. Как выяснилось, это никого особо не удивляло. У него и раньше была репутация способного ученика и отличные оценки — так что его успехи на тестах или безупречный магический снаряд, выполненный на первом же занятии боевой магии, были в пределах допустимого для окружающих. Никакого сходства с внезапным прогрессом Зака. Пожалуй, его скакнувшую успеваемость отметили лишь двое — Акоджа и Ксвим. Акоджа стала вдвое надоедливей, найдя себе родственную душу — постоянно настаивая, чтобы они сравнивали результаты заданий и спрашивая у него обо всем, чего не понимала. Он думал, она будет ревновать к его успехам — но, похоже, староста ничуть не возражала, если ее превосходил он — а не такие, как Зак или Неолу. Ксвим же воспринял максимальные баллы ученика как повод задрать планку еще выше — он не только не одобрил ручковращательное плетение, но и велел вновь отрабатывать простое плетение левитации. Честно говоря, Зориану было уже все равно — ну, овладел бы он вращательным плетением, удовлетворил куратора. И что? Он просто получил бы новое дурацкое задание, вот и все.

Словом, так продолжать было нельзя. В этот раз он выбрал другие факультативы — астрономию, архитектуру и географию магических потоков — и твердо намеревался понизить свою успеваемость ближе к среднему, чтобы вернуть Акоджу и Ксвима к более терпимому "режиму". Он также собирался забросить некоторые домашние задания ради собственных исследований и потратить большую часть сбережений на алхимические реагенты. Если этот цикл окажется последним — у него будут серьезные проблемы, но переживет как-нибудь — да и вторжение должно списать очень многое.

С этими мыслями он пришел на первый урок основ инвокации — и понял, что планы придется скорректировать.

Зак вернулся в класс.

Глава 7. Недомолвки и притворство

Поначалу Зориан даже не заметил его. Это было удивительно само по себе — уж неприметным Зака никак не назовешь. Парень обожал внимание и не мог долго молчать — эти черты только усилились после превращения в путешественника во времени. Однако сегодня этот экспрессивный, шумный тип был непривычно тих. Он изменил своим привычкам и сел в передних рядах, поближе к учителю. Собственно, Зориан и обнаружил-то его в основном благодаря удивленным взглядам одноклассников.

Его так поразило неожиданное возвращение парня, что Зориан замер на полушаге, как дурак, остановившись посреди класса. Короткий перебор вариантов — и он направился к вероятной причине своих неприятностей.

Первой мыслью было пройти прямо к Заку, позвать его в какой-нибудь дальний угол и там все выяснить — но подавленный вид одноклассника насторожил его. Зак был бледен, словно вся кровь отхлынула от кожи, дышал часто и неглубоко — он явно был нездоров. Ему плохо. Если подумать, расспрашивать его открыто — неосмотрительная, а то и откровенно опасная идея. Не считая эпизода с личем, Зак намного сильнее Зориана как волшебник — как он отреагирует на незваного попутчика в путешествии во времени? Однако переговорить с парнем рано или поздно придется — так что надо хотя бы присмотреться для начала. Зориан огляделся, высматривая свободное место, с которого будет хорошо видно во время лекции.

Долго искать не пришлось — Зак сидел близко к Брайаму, а все места вокруг Брайама были свободны. Почему — угадать несложно: никто не хотел сидеть рядом со сварливым огненным дрейком. Послезнание Зориана свидетельствовало, что это разумная предосторожность — хоть на его памяти ящерица и не подожгла никого (вполне возможно — пока просто не умела), зато вовсю царапалась и кусалась — причем, как правило, внезапно. К счастью, к Зориану рептилия относилась спокойнее, чем к остальным — так что он просто плюхнулся на соседнее место и ответил на сердитое шипение не менее сердитым взглядом. Он смотрел в желтые глаза с вертикальным зрачком, пока дрейк не замолчал и не отвернулся.

— Вау, ты его заткнул, — восхитился Брайам. — Хотел бы я, чтобы он меня так слушался…

Дрейк клацнул челюстями перед лицом Брайама, заставив того отшатнуться. Брайам раздраженно засопел, но, видимо, решил не обострять конфликт. Уже не в первый раз Зориан задумался, насколько же умна огнедышащая ящерица.

Затем, изо всех сил стараясь вести себя естественно, Зориан повернулся к сидящему неподалеку Заку:

— Хреново выглядишь.

Зак застонал и спрятал лицо в ладонях.

— Я и чувствую себя хреново. Что эта груда костей со мной сделала?

У Зориана участился пульс. Зак, несомненно, рассчитывал, что его фразу воспримут как странную метафору — но для Зориана это долгожданное подтверждение, что парень — путешественник во времени. Он-то знал, что Зака следует понимать буквально.

Ладно… как бы теперь разговорить его, не показывая излишней осведомленности?

— Груда костей? — полюбопытствовал Зориан.

Зак открыл было рот, но тут в класс вошла Ильза, и парень замолчал.

Зориану стоило серьезного усилия не ответить сердитым взглядом на улыбку Ильзы. Вот не могла она прийти на пару минут попозже?

Не подозревая о его досаде, Ильза приняла у Акоджи список присутствующих и представилась классу. Зориан слышал все это уже восемь раз, так что не обращал внимания, пристально наблюдая за Заком и обдумывая, как получить нужные ему сведения.

Внезапно он сообразил, что Ильза замолчала и смотрит в его сторону. А, нет, она смотрит на Зака.

— Мистер Новеда, у вас очень нездоровый вид. Только не говорите, что пришли на мое занятие с похмельем.

Класс грохнул хохотом; Зак поморщился — то ли громкие звуки причиняли боль, то ли ему не понравился подтекст вопроса. Так или иначе, он быстро собрался.

— Это не похмелье. Клянусь, я просто проснулся таким с утра.

— И все же решили прийти на уроки… Почему? — спросила Ильза.

— Ээ… Честно говоря, я не думал, что это продлится долго. Надеялся, что пройдет за час или два, — проблеял Зак.

Зориан нахмурился. Если недомогания были результатом заклинания лича (на что прямо указывали слова Зака), то получается, Зак страдал ими все восемь месяцев, пока его не было в академии. Так почему он ожидал, что это пройдет за час или два?

Ну почему все так сложно?

— Очевидно, не прошло, — заключила Ильза. — И хоть я и ценю ваше стремление учиться, — Зориан определенно слышал на заднем плане саркастическое фырканье Акоджи. — Должна настоять, чтобы вы отправились к себе, а лучше — к целителю. У вас такой вид, словно вы едва держитесь.

Зориан поднялся с места, прежде чем Зак успел что-либо ответить.

— Я отведу его домой, учитель, — Зак удивленно посмотрел на него, но Ильза лишь кивнула, отпуская их.

Зориан подобрал свою сумку и вышел с Заком на буксире, очень довольный собой. Теперь у него есть уважительная причина поговорить с Заком наедине и разрешение не слушать лекцию в девятый раз. Безупречно.

— Это было не обязательно, — заметил Зак, волочась следом. — Я мог бы дойти и сам. Мне не настолько худо.

— Но не сделай я этого — сидеть мне два часа на скучнейшем вводном занятии, — возразил Зориан.

Зак засмеялся, но смех быстро перешел в болезненный кашель.

— Проклятье, — прохрипел он. — Как же он меня…

— Кого это ты постоянно поминаешь? — спросил Зориан.

— Да так, никого, — пробормотал Зак. Он глубоко вдохнул и уже осмысленно посмотрел на Зориана. — Эй, как насчет зайти в кафешку и перекусить?

— Думаешь, твой желудок справится?

— Не сомневайся, — кивнул Зак. — Помираю от голода.

Зориан пожал плечами и жестом предложил показывать дорогу.

Так Зориан оказался за одним столиком с причиной своих загадочных проблем. Осталось лишь придумать, как перевести разговор на путешествия во времени. Или лучше подождать пару дней, чтобы Зак привык к его обществу? Хмм…

— Знаешь, я нахожу ситуацию весьма занятной, — сказал Зак с набитым ртом, одновременно пытаясь запихнуть туда макароны. Действительно занятно. Мать вечно требует, чтобы он вел себя, "как благородный". Но если он переймет застольные манеры Зака — у нее сердце не выдержит. — Прилежный ученик вроде тебя прогуливает занятия, чтобы позавтракать с первым хулиганом класса. Куда катится мир? Что бы сказала твоя мать, увидев это?

— Во-первых, я не прогуливаю, я сопровождаю тебя домой, — указал Зориан, проигнорировав фырканье Зака. — Мы остановились подкрепиться, чтобы ты не умер с голоду по дороге, — снова фырканье. — И потом, увидев, с кем я завтракаю, мать была бы в восторге и сразу забыла бы про посещение занятий.

— Можешь не продолжать, — скривился Зак. — Встречал я таких. По крайней мере, ты мужского пола, и она не попытается обвенчать нас.

— Ну, у меня есть девятилетняя сестра…

— Не надо об этом, — предупредил Зак.

— Ладно, — согласился Зориан. Его и самого не прельщала эта тема. — Так ты расскажешь, кто тебя так отделал?

— Ты куда настырнее, чем я помню, — хмыкнул Зак. — Почему ты думаешь, что меня отделали?

— Твои замечания между делом вовсе не так туманны, как ты думаешь.

— Да ладно, — усмехнулся Зак. — Я просто надышался ядовитых испарений, занимаясь алхимией, вот и все.

О, старая добрая алхимическая отмазка. Работает, как и сотни лет назад — Зориан и сам не раз к ней прибегал. Однако он был не намерен отступать — и решил рискнуть, спровоцировав собеседника.

— Видимо, это были на редкость ядовитые испарения. Выглядит, как воздействие магии душ, — задумчиво сказал он.

Он ожидал некой реакции Зака — но результат превзошел все ожидания. Зак немедленно выпрямился на стуле, глаза расширились в осознании:

— Ну конечно! Вот почему мне так худо, даже после возврата! Этот сукин сын воздействовал на то, что возвращается — на душу!

В кафетерии повисла неловкая тишина. Все смотрели на парня, кричащего всякую чушь в обеденном зале. Зак медленно опустил руки, которыми только что размахивал — и пробормотал извинение, слишком тихо — едва ли кто-то, кроме Зориана его расслышал. Среди студентов послышались смешки, потом все вернулось к обычному.

— Эээ… — начал Зак. — Может, перейдем к фонтану?

— Даже не знаю, — осторожно заметил Зориан. — Если ты и дальше намерен кричать — это не слишком поможет.

— Ха-ха, — проворчал Зак. — Я просто слегка увлекся. Не все же сделаны изо льда, как ты, Зориан.

— Сделан изо льда? — переспросил Зориан с предостерегающими нотками в голосе.

Но Зак уже собирался, так что ему ничего не оставалось, как унять раздражение и следовать за ним. Все же выкрик Зака прояснял некоторые вопросы. Получается, назад возвращается не память и даже не разум — душа. Что хорошо объясняет сохраняющиеся магические навыки. Общеизвестно, что магия тесно связана с душой, хоть никто и не знает механизма этого взаимодействия.

Они наконец дошли до фонтана; Зак был погружен в свои мысли, так что Зориан стал наблюдать за стайками разноцветных рыбок в чаше фонтана. Жалко бедняжек, едва ли они долго протянут. Фонтан годами был неисправен, и лишь в честь особого фестиваля его привели в порядок. Будет ли академия тратить деньги на его обслуживание после праздника? Вряд ли. И еще сомнительнее, что за рыбками будут ухаживать. Их дни сочтены.

— Зориан… — окликнул его Зак.

— Хм?

— Скажи… Что тебе известно о путешествиях во времени?

Ого, вот это прямота. Зориан моргнул.

— Путешествия во времени? — он изо всех сил изображал растерянность. — Не так уж много. А при чем они здесь?

— Эм, ну… — замялся Зак, нервно почесывая подбородок. — Ты, наверное, решишь, что я рехнулся, но я — своего рода путешественник во времени.

Нда, у Зака кишка не тонка.

— Ты не выглядишь значительно старше, — отметил Зориан. — Если ты прибыл из будущего — вероятно, из ближайшего.

— Нет-нет, тут скорее… весь мир откатывается назад в ночь фестиваля, и лишь у меня сохраняются воспоминания об этом.

Интересная точка зрения, хоть и мысль о заклинании, воздействующем на весь мир — еще невероятнее, чем путешествие во времени.

— Я прожил этот месяц… о боги, по меньшей мере раз двести, — продолжил Зак. — Честно говоря, я уже сбиваюсь со счета.

— Погоди, ты говоришь так, словно не можешь прекратить это, — как Зориан ни старался, в голосе все же прозвучало волнение. К счастью, Зак был слишком увлечен и вроде бы не заметил.

— Так и есть, я не знаю, как это прекратить! — Зак уже практически кричал, но тут спохватился и понизил голос. — В прошлый раз в меня попало заклятье — и его воздействие не исчезло до конца даже после возврата.

Зориан нахмурился. В прошлый раз? А остальные семь циклов? Зак их каким-то образом пропустил — или просто не помнит? Может, воздействие заклятья было куда серьезнее, и прошлые семь циклов Зак провел в коме? Впрочем, тогда возникает вопрос — почему опекун объявил о пропаже, а не просто позвал целителей.

— Наверное, это и правда была магия душ, как ты и сказал. В будущем надо будет остерегаться таких вещей. Так или иначе, поначалу я решил, что это просто какая-то чертова слабость, и все скоро пройдет — в чем-то я был прав. Мне уже куда лучше, чем было утром. Проблема в другом — пострадало не только тело. Память тоже полна пробелов.

О нет…

— Я не помню, как начал эти временные петли, — Зак подтвердил его худшие опасения. — И я ли вообще их начал. Сейчас моя память вся в прорехах — я надеюсь, что воспоминания еще вернутся, но…

Зориан смотрел на него с каменным лицом. Другими словами, они оба по уши в дерьме.

Впрочем, Зак истолковал его взгляд по-своему:

— Ты мне не веришь.

— Все это не слишком убедительно, — ответил Зориан. Не случись это с ним самим — он бы ни за что не поверил. — Но я стараюсь не судить поспешно. Давай представим, что все, что ты рассказал — правда. Как это скажется на мне?

Зак недоверчиво приподнял бровь.

— Хех. А ты и правда отличаешься от себя-обычного.

— Себя-обычного? — полюбопытствовал Зориан.

— Ага, — кивнул Зак. — У меня дыры в памяти, но тебя я определенно помню. В основном потому, что ты гибнешь в самом начале…

Конец фразы Зак произнес едва слышно — и Зориан притворился, что не разобрал слов.

— Ты не такой, как раньше, — сказал Зак. — Ты был раздражительнее, все время чем-то занят. Ты никогда не верил мне, когда я рассказывал свою историю — считал, что я тебя разыгрываю.

Ну… все это очень напоминало розыгрыши братьев — а Зак и без того слишком напоминал этих двоих.

— Ты изменился, — заключил Зак. — Стал куда спокойнее. Более расслабленным, я бы сказал.

Зориан нахмурился. Он не замечал в себе особых перемен, но, наверное, невозможно не измениться, пройдя через подобное. Не говоря уже о том, что вся история для него тянется уже восемь месяцев.

— Погоди-ка… Почему я изменился? — спросил Зориан. — Ты же говорил, что весь мир откатывается назад.

— Понятия не имею, — Зак пожал плечами, затем оценивающе оглядел его. — Если подумать, ты ведь тоже был со мной, не так ли?

Зориан ответил непонимающим взглядом. Так просто его не подловишь.

— Но ты, конечно, не помнишь, — вздохнул Зак. — Может, ты хотя бы чувствуешь себя как-то иначе?

— Теперь, когда ты спросил… да, — подтвердил Зориан. — Я выбрал не те факультативы, какие собирался, без особых на то причин. И с тех пор, как вернулся в Сиорию, сделал уйму странных вещей.

Зориан сказал это по двум причинам. Он хотел посмотреть, как Зак отреагирует на возможность существования другого путешественника. К тому же это послужит объяснением его меняющемуся поведению, если он решит не признаваться Заку.

К его удивлению — Зак охотно поверил. Видимо, за все это время (около 17 лет, если верить парню) Зак так и не стал лучше понимать людей. Ну, или у Зориана неплохие актерские задатки.

— Странно, — только и сказал Зак.

— Угу, — согласился Зориан. — Что же… Как насчет совета простому смертному от путешественника во времени? Может, тайное заклятье крутизны?

— Честно говоря, большинство моих заклятий — боевые, — признался Зак. — Я весьма неплох в боевой магии, и это очень кстати. Мне… нужно остановить кое-кого.

— Ты про таинственного противника, от которого тебе досталось? — предположил Зориан. Ему очень хотелось поговорить о вторжении, но он не знал, как перевести разговор, не раскрыв себя. — Ты хотя бы помнишь, как это произошло?

— В общих чертах, — скривился Зак. — Я точно помню, что ты тоже там был, но скорее всего погиб в начале боя. Не обижайся, Зориан, но боец из тебя хреновый. А потом я глупо попер в атаку, считая себя неуязвимым.

— Почему ты вообще так подумал? — искренне спросил Зориан. — В смысле — что ты неуязвим. Не находишь, что такое высокомерие опасно?

— Знаешь, сколько раз я погибал во время повторов? — запротестовал Зак. — Память меня подводит, но это случалось множество раз. К этому привыкаешь. И не то чтобы я сильно заблуждался — мне просто надо остерегаться некромантии, ведь так?

— Не только некромантии, — вздохнув, возразил Зориан. — Есть еще магия разума. Помимо очевидного порабощения ума, ты мог отделаться не просто пробелами в памяти — тебя могло стереть как личность. Еще, если быть неосторожным, можно попасть под гейс(3) — насколько мне известно, они тоже воздействуют на душу. Некоторые существа, например, голодные духи — пожирают души. И есть парочка способов заблокировать силу мага — что вполне может действовать и после… "возврата".

Зак молчал — Зориан мог бы поклясться, что тот стал еще бледнее.

— И это лишь первое, что пришло мне в голову, — заключил Зориан. — Я всего лишь студент и многого не знаю. Очевидно, м… ты отнюдь не неуязвим. Согласен?

Зориан тяжело сглотнул. Чуть не попался. Хорошо, что Зак настолько растерян — если б они поменялись местами, он, Зориан, наверняка заметил бы оговорку.

— Вау, звучит так, словно тебе не все равно, — Зак нервно хихикнул. — Ты и правда поверил, что я — путешественник во времени?

Зориан пожал плечами.

— Не то чтобы ты меня убедил, но не вижу смысла спорить. Если ты говоришь, что путешествуешь во времени — притворимся, что так оно и есть.

Да. Пока он не узнает Зака получше и не разберется в этих временных петлях — он будет притворяться.

Когда Зориан наконец вернулся в класс — он пропустил не только основы инвокации, но и последующее магическое право — его осадила любопытствующая толпа — и Акоджа. С Ако все было просто — она только хотела попенять ему за долгое отсутствие и предупредила, что поставила прогул в журнале посещения. Зориан очень подозревал, что кроме Акоджи никому в академии (включая и профессоров) нет до этого списка никакого дела. Для тех же, кого интересовало, что случилось с Заком, тоже был готов ответ — отравление при алхимическом эксперименте.

Что? Зак сам так сказал!

Увы, одноклассников интересовало не только это — почему он вызвался проводить, что задержало его так долго… Что за беспардонные люди. И настойчивые — отвязаться от них не удавалось весь день. Лишь когда Зориан наконец вернулся к себе и запер дверь, он смог вздохнуть с облегчением. Теперь можно было обдумать то, что он узнал за сегодня.

Зак был уверен, что уже завтра придет в норму и восстановит пробелы в памяти. Зориан не разделял этой уверенности. То, что Зак не помнил последние семь месяцев (а то и вовсе не существовал это время) намекало — с ним произошло что-то очень серьезное. Почему у самого Зориана ничего подобного не было? Ну… может, и было. После первого рестарта он ощущал сильнейшую усталость, но списал это на последствия стресса. Возможно, его лишь слегка задело заклятьем, почти не нанеся ущерба — а возможно, до первого рестарта были несколько месяцев беспамятства.

Мысль была довольно тревожной, но сейчас уже не было особого смысла выяснять.

Если подумать — в этом не было ничего удивительного. Странный феномен по сути превратил его и Зака в духовные сущности. Лич в основе своей — тоже духовная сущность. Маг, ритуально убивший себя и привязавший свою душу к сосуду — филактерии (4) — прежде, чем она достигла посмертия. Если текущее тело будет уничтожено, душа просто вернется в филактерию, чтобы затем захватить новое. Вполне логично, что лич знает, как бороться с другими личами. И что этот метод прекрасно сработал и на нем с Заком.

А Зак, придурок, столько выболтал врагу в конце схватки! "Не то чтобы я умер окончательно", блин! Если раньше лич мог и не знать об особенности Зака — то это фраза просто кричала, что парень — тоже лич или иная форма одержимого, что с практической точки зрения равноценно.

Но с этим уже ничего не поделаешь. Главный вопрос — что делать сейчас? Даже если Зак вернет себе воспоминания (что довольно сомнительно), он наверняка захочет повторять циклы до тех пор, пока не найдет способ победить лича. Если судить по их последнему столкновению, случится это ой как нескоро. И это если предположить, что Зак — создатель и причина временной петли. Не исключено, что с ним просто произошло то же, что и с Зорианом. А если он такой же безбилетник — выходит, где-то есть третий путешественник во времени?

На удивление, сейчас желание вырваться из петли стало куда слабее, чем поначалу. Возврат к нормальному времени не означал, что и все остальное придет в норму. Вторжение, очевидно, не просто террористический акт; даже если его отбить — будут еще последствия. Происходило что-то очень серьезное, а он, Зориан, был слишком мал. Сверчок, как сказала бы милашка Тайвен. Во временной петле у него были шансы что-то исправить. Вне ее — он был просто еще одной жертвой.

К тому же, если верить Заку, норма для Зориана — погибнуть в самом начале сражения. Ему даром не нужна такая норма. На самом деле, чем больше он думал — тем отчетливее понимал, что петля — не препятствие, но уникальный шанс. Давно, когда он был младше, Зориан мечтал стать великим магом. Из тех, о ком слагаются легенды, кто перевернул бы само представление о магии. Со временем эта мечта угасла — у него не было ни таланта, ни исключительного трудолюбия, ни нужных связей, чтобы реализовать ее. Но сейчас… Сейчас у него было сколько угодно времени, чтобы набрать преимущество и стать действительно крутым. Круче Дэймена.

Зориан помотал головой, отгоняя лишние мысли. Он забегает вперед. Нельзя руководствоваться смутными мечтами о величии — нужны четкие цели и продуманные пути их достижения. Пока в голову приходили лишь три варианта — тормошить Зака на предмет подсказок, копаться в библиотеке в поисках новых заклятий и потратить накопления на тренировку алхимических навыков.

С Заком нужно быть поосторожнее. Даже если тот не против помочь — чем больше они сотрудничают, тем выше шанс разоблачения.

В библиотеке, конечно, великое множество заклятий — но все по-настоящему полезные (применимые в бою, преступлениях и шпионаже), собраны в закрытых секциях. От старшекурсников он знал, что получить туда допуск практически нереально — это не удалось даже Фортову, а он, наверное, смог бы очаровать даже тролля.

Вот отточить алхимические навыки — действительно беспроигрышный вариант. Раньше он уделял больше внимания инвокациям, но лишь по одной причине — для алхимической практики нужны дорогостоящие ингредиенты. Сейчас же, когда его сбережения будут вновь восполняться каждый месяц, финансовые трудности больше не помешают тренироваться.

Не густо, честно говоря. Нужны еще варианты. Вздохнув, Зориан вытащил из сумки верную тетрадку и приступил к планированию.

— Что-то хотел, сынок? — спросил Кайрон. — Занятие окончено, если ты не заметил.

— Ээм, я заметил. Я только хотел кое-что обсудить, — ответил Зориан. Кайрон жестом велел ему продолжать. — Не сочтите за дерзость, но заявленная вами учебная программа кажется несколько… упрощенной. Я не вижу смысла целый месяц отрабатывать магический снаряд, он и так неплохо у меня получается.

Кайрон молча смотрел на него. Зориан подавил желание поежиться и прямо встретил его взгляд. Вроде бы такому, как Кайрон, это должно понравиться.

— Не сочти за дерзость, сынок, но у тебя просто недостаточный резерв для боевого мага, — наконец сказал Кайрон. — У тебя неплохие навыки плетения для твоего возраста, но ты выдыхаешься после десяти выстрелов. В реальном бою этого не хватит.

— Ну, я знаю об этом, — признал Зориан. Его запас маны слегка подрос с первого месяца, так что на самом деле десять выстрелов были уже прогрессом. — К слову, с этим можно что-нибудь сделать?

— Ничего, достойного упоминания, — покачал головой Кайрон. — С практикой твой резерв возрастет, но и у всех остальных — тоже. Ты всегда будешь уступать сильным от природы магам — а большинство боевых магов именно таковы. Я не могу запретить тебе выбрать эту профессию, но я определенно не рекомендую. Во многих областях тонкий контроль даст тебе преимущество — но в боевой магии прежде всего ценится сила.

— Понятно, — сказал Зориан. Он не собирался становиться боевым магом, но ему так или иначе нужно уметь за себя постоять. По крайней мере — чтобы отбиться от случайного тролля или зимнего волка во время вторжения. — Но, все же, к моему вопросу. Я уже вполне прилично освоил заклинание; если мы будем отрабатывать его весь месяц — есть ли мне смысл посещать занятия в этом месяце?

— Хм, — фыркнул Кайрон. — Шантаж, сынок?

— Э…

— Ничего, я не в обиде. И мне понятна твоя позиция… — Кайрон задумчиво потер подбородок. — Подожди здесь.

Спустя пятнадцать минут Кайрон вернулся, с заклинательным жезлом, брошюркой и четырьмя керамическими пластинками. Пластинки он бросил Зориану, которому пришлось их поспешно ловить, прежде чем они разобьются о землю.

— Неплохие рефлексы, — одобрил Кайрон. — На самом деле они укреплены, так что их можно ронять, — он сжал в руке тренировочный жезл. — Дай-ка я покажу тебе кое-что. Брось одну пластинку слева от меня.

Зориан немедленно послушался, и Кайрон молча направил жезл примерно в сторону летящей пластинки. Он сильно промазал, но заряд силы прочертил в воздухе кривую и ударил в цель. Пластинка разлетелась вдребезги.

— Еще, — велел Кайрон.

Зориан бросил следующую пластинку. На этот раз заряд выглядел иначе — очень тонкий и длинный, словно огромная игла. Он не разбил пластинку, а пронзил ее в центре, оставив круглое отверстие.

— Две последние — вместе, — скомандовал Кайрон.

Две пластинки взмыли в воздух, и маг вновь направил жезл в их сторону. Зориан ожидал магического импульса, но из жезла ничего не вырвалось. Просто обе пластинки распались надвое, словно рассеченные невидимыми лезвиями.

Кайрон опустил жезл и заговорил:

— Причина, по которой мы уделяем столько времени магическому снаряду, в том, что это очень гибкое заклинание. В простейшей версии это светящийся заряд силы, летящий по прямой и наносящий удар. Это так называемая ударная форма, она проста и эффективна. Но искусный маг может куда больше. Можно использовать магию анимации, чтобы выстрел всегда попадал в цель. Можно сфокусировать заряд в острие и прошить цель — или в плоскость, и разрезать ее — пронзающая и рассекающая формы. Можно выпустить несколько зарядов одновременно — или целый залп, если резерв и мастерство плетения позволяют. И, разумеется, заряд можно сделать невидимым.

— Невидимым? — переспросил Зориан.

— Да, — подтвердил Кайрон. — Идеально выполненное силовое плетение полностью прозрачно. Свет, который мы видим — результат утечки энергии сквозь небрежно выполненный контур. Скорость сотворения заклятий в бою практически гарантирует ошибки, и даже при идеальном исполнении контур может не выдержать влитой в него силы.

— То есть я выполняю заклятье неправильно? — заключил Зориан, вспоминая свои яркие магические стрелы. — Погодите, ваши заряды тоже светятся. Получается…

Кайрон хмыкнул.

— Как я уже сказал, во многих отраслях магии важен контроль, но в боевой магии нужна сила. Большинство боевых магов не способны сделать прозрачной даже начальную форму магического снаряда — и это им не мешает. Даже я обычно не утруждаюсь — идеальное плетение лишь едва сильнее обычного. С другой стороны, тебе придется использовать все доступные преимущества.

Кайрон сунул жезл и брошюру Зориану в руки.

— Ты прав, плановые занятия в этом месяце тебе ничего не дадут. Ударная форма проста, но половина твоих одноклассников не могут ее освоить — и только у тебя она стабильно получается. Так что прочитай буклет, найди подходящие мишени и попроси друга проследить — чтобы было кому позвать помощь, если ты серьезно облажаешься. Да, и не покалечь кого-нибудь в процессе, а то я буду очень недоволен. Возвращайся через две недели, я посмотрю, какой будет прогресс.

— Да, — с энтузиазмом откликнулся Зориан. Вышло куда лучше, чем он ожидал.

— А теперь выметайся, — Кайрон указал на дверь. — Ты и так потратил весь мой перерыв.

Зориан уронил стопку книг на ближайший стол и оглядел полки. Он вновь решил попытать счастья с работой в библиотеке — может, удастся найти обходной путь в закрытые секции. Зак уже третий день отсутствовал на занятиях, видимо, все еще мучимый заклятьем лича — так что библиотека была единственным доступным источником информации. К тому же, в прошлый раз его убили, прежде чем он научился поиску книг.

Впрочем, в этот раз он не торопил Киритишли — вариации магического снаряда, полученные от Кайрона, поглощали все его свободное время. Как и сказал учитель, проблема заключалась в быстром касте — и значительном заряде маны, вливаемом в поспешно сплетенный контур. Просто сотворить летящий по прямой импульс было несложно — но вот добавить, к примеру, функцию самонаведения за доли секунды было действительно тяжело. Не говоря уже о исправлении всех недочетов контура, чтобы сделать заряд прозрачным.

Но это не означало, что у него ничего не получалось. Он уже освоил небольшую коррекцию траектории — а вчера сумел сотворить безупречную пронзающую форму. Прогресс!

— У тебя хорошо получается, — заметила Ибери, ставя книги на полку. — Неожиданно хорошо. Обычно новичкам требуется много времени, чтобы освоиться с нашей системой. Ты уже работал в библиотеке?

— Угу, — согласился Зориан. Технически даже не соврал. — Там была на удивление схожая схема организации.

— Ничего удивительного, — сказала из-за спины Киритишли, заставив его вздрогнуть от неожиданности. — Все государственные библиотеки используют одну схему организации. Стандарт Общества Библиотекарей. Да даже библиотеки Отколовшихся Наций во многом схожи с ней.

— Потому что в прошлом они были единой страной? — предположил Зориан.

— Сложно сказать, был ли Старый Альянс единой страной, — ответила Киритишли. — Название говорит само за себя. Есть мнение, что попытка объединить Альянс в одно государство и привела к Войнам Раскола. Но да, Отколовшиеся Нации унаследовали от Альянса все бюрократические структуры, и библиотеки в том числе.

Зориан начинал понимать, почему у Киритишли столь напряженные отношения с ректором. Он мало что знал о ректоре, но похоже, тот весьма политически активен и… эм, патриотичен. А официальная позиция правительства общеизвестна — нет никакого Старого Альянса, Эльдемарский Альянс существует и поныне — просто слегка уменьшился. Абсурдность позиции очевидна как соотечественникам, так и иностранцам, но большинство предпочитает не спорить. Киритишли, похоже, не просто не стала молчать — а заявила, что такой страны не только нет, но и никогда не было. И это, видимо, дошло до ушей ректора. Наверное, это был тот еще разговор.

— Эй! — раздался знакомый голос. — Зориан здесь? Я слышал…

— Не кричи в библиотеке, Зак, — вздохнул Зориан. — Ты снова стал шумным — поправился наконец?

— Ага! — радостно заявил Зак, стукнув себя в грудь. — Здоров, как бык. Как насчет пойти перекусить?

— Если ты не заметил, я работаю, — возразил Зориан.

— Ничего страшного, Зориан, мы почти закончили на сегодня, — вмешалась Киритишли. Затем склонилась к его уху: — Или ты хочешь отделаться от него, а я мешаю?

Зориан успокоил ее жестом и последовал за Заком на улицу. Было бы забавно посмотреть, как Киритишли выставит этого типа из библиотеки, но сейчас он был не прочь с ним поговорить.

— Я тебе зачем-то понадобился? — спросил Зориан. Он думал, что придется искать Зака и выуживать из него сведения — но, похоже, Зак к нему привязался. Сложно сказать, хорошо это или плохо. Удобно, да, но так он может что-то заподозрить.

— Ты самый интересный из присутствующих и единственный кроме Неолу, кто верит в мои путешествия во времени, — ответил Зак.

— Неолу? — недоверчиво переспросил Зориан.

— Она запоем читает фантастику и мистику. Да и сама довольно доверчива. Наивная мечтательница, как говорит ее отец. Было очень легко убедить ее, что я — путешественник во времени. Думаю, она сама хотела в это поверить.

— А, — сказал Зориан. Теперь понятно, почему в его первый месяц Зак проводил столько времени с Неолу. Пока неясно, кто вторая девушка — и как перевести разговор на нее. — Кстати, сколько вообще людей ты пытался убедить?

— Всех в нашем классе, учителей, ректора, глав всех полицейских департаментов. Еще парочку дворян и других влиятельных людей.

Как… настойчиво.

— Без особого успеха, я полагаю, — предположил Зориан.

— Мягко сказано, — вздохнул Зак.

Зориан нахмурился. А зачем вообще Зак открылся всем этим людям? Не лучший ход для путешественника во времени, пытающегося предотвратить вторжение. Зориан и сам подумывал об этом, но решил, что вреда будет больше, чем пользы — что Зак успешно подтвердил.

— Зак, — осторожно начал Зориан. — Как там твои пробелы в памяти? Они не…

— Они все еще есть, — страдальчески сморщился Зак. — Но хоть не растут, слава богам.

— Хммм. То есть ты не помнишь, как запустил магию путешествия? Я наводил справки, это считается невозможным, знаешь ли. Принципиально невозможным.

— Видимо, не настолько невозможно, — возразил Зак. — Но нет, я не помню, как это сделал. Если это вообще сделал я.

— Если это сделал ты, — согласился Зориан. — С твоих слов выходит, что ты начал эти временные петли обычным студентом, так? Не обижайся, но Зак, какого я помню, вряд ли создал бы новое заклинание — да еще столь революционное.

— Хе-хе… — нервно хохотнул Зак. — Наверное, ты прав. Мне плохо давались все эти магические науки. Но довольно о грустном — у меня есть для тебя отличные новости!

— О?

— Да, — подтвердил Зак. — Я слышал, ты пытаешься изучать боевую магию.

— А?! От кого это ты слышал?

— Кайрон сказал учителям, учителя — администраторам, администраторы — уборщикам, уборщики — разнорабочим, разнорабочие — студентам, студенты — мне, — выдал Зак. — Какая разница? Важно то, что я очень неплох в боевой магии и решил тренировать тебя. Считай это наградой за веру в меня.

Зориан недоверчиво посмотрел на Зака. Он просто возьмет и поможет? Просто так, без долгих интриг и манёвров?

Даже какое-то разочарование.

— Что? — возмутился Зак. — Я правда очень хорош в боевой магии! Можно сказать, это моя сильная сторона!

О, какой интересный поворот…

— Не то чтобы я не верил тебе, но как ты обучился боевым заклятьям? Маги с большой неохотой делятся такими секретами. Даже с этими… повторами… кто будет обучать студента-третьекурсника? Особенно если ты…

— Известен своей безответственностью, — закончил Зак. — Честно говоря, я достал эти заклятья не самым законным способом. Не советую повторять, если ты не путешественник во времени — мне пришлось умереть не раз и не два.

— Ох.

— Ага. Но у тебя есть я, так что…

Молча гадая, во что он на этот раз вляпался, Зориан следовал за Заком.

Глава 8. Восприятие

— Вот мы и пришли! — провозгласил Зак, раскинув руки и крутанувшись. — Ну, как тебе?

Зориан подозрительно огляделся, обшаривая глазами каждый сантиметр. На первый взгляд — просто обширная поляна в кольце деревьев, но Зориан не мог не заметить явные следы запустения. Трава слишком высокая и густая, между деревьев теснился подлесок, безнадежно тянущийся к солнцу. Да, здесь удобно обучаться боевой магии — и не менее удобно прятать тела. В хотя бы относительно нормальной ситуации Зориан ни за что не пошел бы с незнакомцем в столь отдаленное, мрачное место. Надо же, как изменилось его восприятие.

— Интересно, почему деревья не прорастают на поляне, — заметил Зориан. — Тут давно должно было все зарасти.

Зак моргнул.

— Никогда об этом не задумывался, — признался он. — Ты подмечаешь странные вещи, Зориан.

— Еще страннее то, что это место вообще существует, — продолжил Зориан. — Ну, мы же в Сиории. Земля чертовски дорогая. Почему этот участок заброшен — и все еще не пристроен к делу?

— А, это просто, — ответил Зак. — Это моя земля. Точнее, часть поместья Новеда. Здесь должен быть личный сад главы Дома, или что-то в этом духе, так что без моего разрешения его не трогают. А так как я и понятия о нем не имел до начала повторов… вот.

— Хм, — согласился Зориан. — Наверное, мне следовало догадаться — ведь твой дом совсем рядом отсюда, не так ли?

— Ты знаешь, где я живу? — удивился Зак.

Дерьмо. Что же сказать, что же сказать…

— Конечно, я знаю, где ты живешь, — Зориан посмотрел на Зака, как на идиота. — Кто не знает, где расположено поместье Новеда?

Наверное, многие не знают. Сам Зориан не знал, пока не попытался выследить Зака в один из повторов.

— Хех. Похоже, я довольно знаменит, а? — Зак широко ухмыльнулся.

Пометка на будущее: Зака легко отвлечь откровенной лестью.

— Да-да, — вздохнул Зориан. — Так будет знаменитый Новеда обучать меня, как обещал? Время уходит.

Зак щелкнул пальцами — видимо, наконец вспомнил, зачем они здесь. Его руки замелькали в последовательности жестов, и на другой стороне поляны поднялись несколько сделанных из земли гуманоидов.

Зориан смотрел, разинув рот — это действительно впечатляло. Зак не произнес ни слова заклинаний, отработав на одних жестах — и с такой скоростью, что Зориан даже не запомнил их толком. К тому же, эти земляные конструкты не стояли, как статуи — они двигались. Это в очередной раз напомнило, что Зак несоизмеримо сильнее в магии и превосходит его практически в любом аспекте. Подавляющее ощущение.

— Вау, — вслух сказал Зориан.

— Они только выглядят внушительно, — сказал Зак. — В бою практически бесполезны. Зато хороши как мишени — прочные и восстанавливаются после повреждений.

Для примера Зак выстрелил в одного из големов быстрым магическим снарядом, попав в центр груди. Удар заставил конструкт отступить на шаг, покрывшись паутиной трещин — но прямо на глазах разрывы сомкнулись назад, возвращая голема к первоначальному виду.

— Поверить не могу, — выдохнул Зориан.

— Что такого? — спросил Зак. — Это же просто анимированная земля, так что…

— Не они, — возразил Зориан. — Магический снаряд! Ни заклинания, ни жестов, ни формул, ничего! Ты просто указал пальцем — и выстрелил!

Строго говоря, это уже жест. Но точно не из тех, что позволяют творить заклинания.

— А, это, — отмахнулся Зак. — Тоже ничего особенного. Всего лишь рефлекторная магия. Когда повторяешь заклинание множество раз…

— Плетение становится инстинктивным, и тебе не обязательно исполнять инвокацию полностью, — закончил за него Зориан. Любой серьезный маг владеет хотя бы парочкой заклинаний настолько хорошо, что может сотворить их даже сильно урезанным исполнением. — Но чтобы исполнить заклинание, просто ткнув пальцем, нужно тренироваться годами!

Зак улыбался до ушей.

— Что, эээ… ты и сделал, судя по всему, — закончил Зориан, чувствуя себя глупо. — Удобная штука, это твое путешествие во времени. Так сколько заклятий ты довел до рефлекторного исполнения?

— Ты имеешь в виду — настолько же рефлекторного? Щит, бросок, возврат, огнемет, еще парочка простых боевых заклятий. Мне хорошо даются множество других заклинаний, но не настолько, чтобы кидать фаерболы одним движением.

— Ага, — кисло сказал Зориан. Ощущение уже не то что подавляло — это просто не лезло ни в какие ворота. Наверное, лучше перейти к уроку, прежде чем таланты Зака уничтожат его морально. — Так с чего начнем?

— Кайрон дал тебе жезл и велел отрабатывать магический снаряд, верно?

— Угу, — подтвердил Зориан.

— Что же, для начала посмотрим, что у тебя получилось, — Зак махнул рукой в сторону конструктов. — Выстрели пару раз в грязевых парней.

— Грязевых парней? — переспросил Зориан. — Они что, так и назы…

— Наверное, нет, — признался Зак. — Я… запамятовал официальный термин и называю заклятье просто "Создать грязевых парней". Да какая разница, вероятно, этим старьем никто, кроме меня, и не пользуется.

— Вероятно, — согласился Зориан. У него были еще вопросы, но если он будет и дальше спрашивать — они так и не дойдут до практики. Он направил жезл, выданный Кайроном, на ближайшего, гм, грязевого парня и выстрелил. К его удивлению, голем попытался увернуться, но это его не спасло — контроля Зориана хватило, чтобы подправить траекторию импульса. Само собой, нанесенный урон был смехотворным, да и тот быстро устранила регенерация. Не смущаясь, Зориан продолжил стрелять. Следующей пошла пронзающая форма — в этот раз удалось попасть прямо в лоб голему, правда, не удалось пробить. Он попытался исполнить рассекающую — получился размытый ком разноцветного света, лопнувший, как пузырь, на полпути к цели. И два простых ударных, причем один из них прошел мимо — в последний момент земляная кукла отклонилась в сторону.

Зориан остановился — истощать свой резерв не входило в его планы. Да и в общем-то он уже показал все, что умел. Зак драматически зааплодировал, не обращая внимания на сердитый взгляд Зориана.

— Сколько ты практикуешься, пару дней? — Зориан кивнул. — И уже можешь управлять полетом снаряда? Ты куда лучше, чем я думал.

— Вот как? — вкрадчиво спросил Зориан. — И почему же?

— Лучше скажи мне, сколько выстрелов ты можешь сделать до полного истощения?

— Десять, — ответил Зориан. Ну и причем тут… — А. Скорость обучения, как правило, зависит от объема резерва?

— Угу. Чем больше у тебя маны, тем дольше может быть твоя ежедневная тренировка, — подтвердил Зак. — Соответственно, маги с большим резервом обычно учатся быстрее, чем их менее одаренные коллеги.

— При условии, что они одинаково прилежны и хороши в плетении, — заметил Зориан.

— Верно, — согласился Зак. — Но обычно разница в объеме резерва перевешивает все остальные различия. Как думаешь, сколько магических снарядов могу выпустить я?

Зориан помнил, как держался Зак во время вторжения — его запас маны казался неисчерпаемым, так что число должно быть довольно велико. Однако всему есть пределы. В брошюре Кайрона говорилось, что поначалу средний маг имеет запас на 8-12 магических снарядов, а маг выдающихся талантов — до 20–30. И хоть с возрастом и опытом запас маны растет, но отнюдь не бесконечно — пик большинства чародеев вчетверо больше начального запаса, а то и меньше. Допустим, резерв Зака выше среднего — на это указывают его оговорки и манера держаться — и что за время повторов он достиг своего пика…

— Пятьдесят? — предположил Зориан.

— Двести тридцать два, — самодовольно поправил Зак.

Зориан едва не выронил жезл, пораженно уставившись на Зака. 232? Какого черта?

— По всей видимости, у меня от природы большой резерв, — сказал Зак. Преуменьшение столетия. — И, в отличие от тебя, я развивал его годами. Впрочем, тренируйся хоть всю жизнь — вероятно, ты так и не превысишь сорока. Получается, мой запас вшестеро больше твоего. Серьезное отставание.

— Да уж, — согласился Зориан. — Мы будем работать над этим отставанием? Или ты позвал меня сюда рассказать, насколько ты круче?

— Ха! Признаться, лицо у тебя сейчас было просто бесценно, — сказал Зак. — Но это только бонус.

Он поманил Зориана подойти поближе; тот послушался, позволив Заку наложить на него незнакомое заклинание.

Зориан ощутил, как заклятье проникает в глаза — чужая мана преодолевала врожденное магическое сопротивление, свойственное любому живому существу. Может, сбросить его, пока не подействовало? Не то чтобы он считал заклятье вредным или опасным — просто из принципа. Зак применил на нем магию, ничего не объяснив и не спросив разрешения — как ни посмотри, грубейшее нарушение профессиональной этики. Подумав, решил не выступать и приглушил сопротивление, позволив заклинанию делать свою работу.

— Ты уже можешь управлять своей сопротивляемостью? Отлично! Обычно приходится учить. Да что уж, я и сам не умел до начала повторов.

Зориан хмурился, игнорируя Зака — пытался разобраться, что же делает заклятье. Оно сосредоточилось в глазах, то есть что-то со зрением…

Ох.

Невообразимо огромный сияющий столп вздымался к небесам, извиваясь, словно живой, изредка выбрасывая краткоживущие языки светящейся материи. Зориан практически сразу сообразил, что он видит.

— Так вот как Провал выглядит в магическом зрении? — он вновь повернулся к Заку.

— Потрясающе, правда? — откликнулся Зак. — Глядя на этот гигантский фонтан маны, я ощущаю масштаб окружающего мира.

— По идее, магическое зрение не должно работать в Сиории, — заметил Зориан. — Слишком высокий естественный фон. Почему меня не слепит свечением со всех сторон?

— Это экспериментальная версия. Фильтрует шумы, показывает только сильные токи, — пояснил Зак. — Не слишком надежна, но сойдет для наших целей.

— А наши цели?.. — спросил Зориан.

— Я буду раз за разом исполнять магический снаряд, а ты будешь смотреть и пытаться повторить, — сказал Зак. — Сейчас я буду выполнять полную инвокацию, и насколько смогу медленно. Постарайся запомнить слова и жесты, будешь использовать их вместо жезла. В бою жезл удобнее, но тренироваться лучше без костылей.

Зориан целиком поддерживал этот план — он и сам пытался найти инвокации боевых заклятий. Хотя Зак напрасно его недооценивает. "Постарайся запомнить"? Может, у него и нет чудовищных резервов маны, но на память он никогда не жаловался. Первое же исполнение заклинания навсегда отпечаталось в мозгу.

Увы, на этом успехи и закончились. Зак выполнил заклятье еще несколько раз, потом предложил ему попробовать. Тут и выяснилось, что исполнять магический снаряд самому не только куда медленнее, чем с жезлом — еще и куда труднее. Хорошо, что в этот раз он видел, как именно должна сплетаться мана — это действительно очень помогло в освоении заклятья, и уже к концу занятия удалось выдать что-то отдаленно похожее. Однако запас маны полностью истощился, и Зак решил закончить на сегодня.

Зориан возвращался в общежитие, погрузившись в раздумья. Слова Зака о том, что гигантский столп маны помогает ему ощущать масштаб, странным образом подходили к его, Зориана, обстоятельствам. С временной петлей или без, он никогда не сравнится в магической силе с Заком и подобными ему. И если Зак собирается просто решить все проблемы боевой магией, то Зориану такой способ не подходит. Чтобы добиться своего, он должен пойти своим путем.

Еще бы знать, в чем он заключается, этот свой путь. Единственное, что сейчас приходило в голову — разобраться в причинах и механизме временной петли. Не самая легкая задача — он попросту не имел нужной подготовки. Да, можно потратить некоторое время, оттачивая магические навыки. Чего-чего, а времени у него навалом. Скорее всего. Он не знал, сколько еще будут продолжаться временные петли, но Зак явно не считал, что это скоро закончится — Зориан решил брать пример с более опытного путешественника.

Стать сильнее… Вот бы спросить совета у кого-нибудь кроме Зака. По идее, давать советы — работа куратора, но было и так ясно, что ответит Ксвим: больше упражнений на плетение. И бросит в него шариком.

С другой стороны… Разве Ильза в парочке циклов не предлагала перейти к ней? Хммм.

Как бы он ни нуждался в дополнительной помощи, Зориан решил не спрашивать Ильзу, пока не переживет парочку занятий у Ксвима. Придется подождать, зато не возникнет вопросов, откуда он так хорошо знает образовательные методы этого типа. И скучать это время явно не придется — Зак подходил к их внеклассным занятиям едва ли не с большим энтузиазмом, чем сам Зориан. Две недели ежедневных тренировок, и Зориан уже мог не только грамотно вплетать в магический снаряд функцию самонаведения, но и освоил заклятья щита и огнемета. Он полностью осознавал — против обученного боевого мага это ничем не поможет, но ему угрожают и другие враги, помимо магов. Изученные приемы как минимум дадут ему секунду-другую против волка или тролля, а лишняя секунда в бою может решить исход всей схватки.

Зак вернулся на лекции после их первого занятия, похоже, он полностью пришел в себя. Парень отлично держался для того, кто потерял изрядную часть памяти. И хоть Зориан и восхищался стойкостью и неунывающим характером коллеги-путешественника, экспрессия Зака — вместе с невероятным улучшением навыков — привлекала слишком много внимания. Практически повторение самого первого месяца, за тем исключением, что Зак проводил время не с Неолу и еще одной таинственной девушкой, а с ним. И разумеется, именно к нему приходили с расспросами любопытные одноклассники — всем хотелось знать, как это раздолбай Зак стал настолько лучше.

— И что мне им говорить? — спросил Зориан. Они с Заком сидели в столовой, некоторые студенты за соседними столиками украдкой поглядывали на них, ждали шанса, когда Зак уйдет. — Не могу же я сказать, что ты путешественник во времени.

— Почему нет? — удивился Зак. — Я обычно так и говорю. Это сразу все объясняет.

— Ты правда говоришь всем, что ты путешественник во времени? — недоверчиво спросил Зориан. Он даже не знал, то ли смеяться, то ли постучаться головой о стол.

— Ага, — подтвердил Зак. — Что в этом плохого?

Зориан ощутил фантомную боль в груди — там, куда в другом повторе вонзился клинок убийцы в маске. У Зака никогда не случалось таких последствий? Хотя — он просто говорил, что путешествует во времени, ни слова про вторжение. Кстати, он и ему ничего про вторжение не рассказал — каждый раз, когда Зориан пытался подвести разговор к летнему фестивалю, Зак мастерски менял тему.

— Всего этого легко избежать, если будешь сдерживаться на уроках, — вздохнул Зориан.

— Я, гм, люблю быть в центре внимания, — признался Зак.

— Серьезно? — спросил Зориан. — У меня это впервые, но уже достало. Говоришь, это не надоедает за сколько там — больше десяти лет?

— Да ладно, ты же не думаешь, что я провожу за учебой каждый повтор? — фыркнул Зак. — Это достало уже на третий раз. Большую часть времени я занимаюсь своими делами. Черт, да я обычно даже не приближаюсь к Сиории! Я хожу на занятия только когда хочу отдохнуть — или чувствую ностальгию. Да и сейчас я здесь только потому, что в прошлом цикле меня здорово отделали, нужно привести память в порядок. Ну, и потому что ты меня неожиданно заинтересовал.

— Кстати, чем я тебя заинтересовал? — полюбопытствовал Зориан. — Мне грех жаловаться, но почему ты тратишь на меня столько времени? Это ведь совершенно бесполезно в дальней перспективе?

— Эй, это слишком черствый подход, — сказал Зак. — Я никогда так не думал. За время повторов я постарался получше узнать всех своих одноклассников — хоть некоторые и встречали это весьма неприветливо. Но я никогда не считал это бесполезной тратой времени. В этот раз ты впервые настолько дружелюбен — понятия не имею, что из моих поступков вызвало это. Но грех упускать такой шанс.

Ему стало стыдно. Зориан не то что не пытался лучше узнать одноклассников — ему такое вообще в голову не приходило. И Зак уже не впервые упоминает, что раньше Зориан относился к нему, как последний засранец. Что же все-таки случилось между Заком и его прошлой версией, что оставило столь сильное впечатление?

— Понятно, — неуверенно ответил Зориан.

— Ты меня и правда удивляешь, — продолжил Зак. — Ты настолько отличаешься от привычного мне Зориана, я даже не уверен, что вы с ним — одно и то же лицо.

— Кем еще я могу быть? — спросил Зориан, не понимая, на что намекает собеседник. Вроде бы Зак не догадывается, что он тоже переживает повторы — тогда к чему это?

— Я думаю — не попал ли я в другой временной поток или что-то вроде, — сказал Зак.

Зориан недоверчиво посмотрел на него. Другой временной поток? И это его объяснение? Серьезно? Нет, серьезно? Он чуть не признался во всем, просто чтобы показать Заку, какой тот болван. Чуть не признался.

— Что-то вроде, — с каменным лицом повторил Зориан.

— Что? — запротестовал Зак. — Это вполне возможно. Вот ты знаешь, как работает механика времени? И я не знаю.

— После нашего первого разговора я отыскал парочку книг по теме, — сказал Зориан. Не совсем правда — он действительно искал книги по теме, но не в этом цикле.

— И ничего не узнал, — закончил за него Зак. — Там нет ничего полезного. Пишут только об этических проблемах, парадоксах и подобной чепухе. Признаться, это был первый и последний раз, когда я пришел в нашу библиотеку за книгами.

Зориан странно посмотрел на него.

— Шутишь?

— О чем? — уточнил Зак.

— О том, что ты лишь раз ходил в библиотеку.

— Э, ну… — Зак нервно хихикнул. — Как бы сказать… Я не очень люблю читать.

Зориан молча смотрел на Зака. Он прикалывается? Зориан бы еще поверил, что старый Зак, до временных петель, не ходил в библиотеку. В этом не было ничего особенного, многие студенты не ходили в библиотеку до третьего курса — все равно в репозиторий не допускали без сертификации. Но этот Зак прожил месяц третьего курса больше 200 раз. У него уже был доступ к тысячам заклятий, хранящимся в библиотеке — но он даже не заглядывал туда. Он, видите ли, не любит читать.

Просто в голове не укладывалось. Во всяком случае, в голове Зориана.

— Ты точно читал наши учебники, — заметил Зориан. — Без этого ты бы не смог так блистать на уроках.

— Ну, я и не говорил, что не читаю совсем, — возразил Зак. — Просто избегаю, когда возможно. Я куда лучше учусь на практике.

Забавно, в этом он полная противоположность Зориана — тот стремился узнать как можно больше, прежде чем попробовать самому. Избегать книг, несомненно, серьезный недостаток для мага, но Зориан напомнил себе, что при этом Зак достиг весьма впечатляющих результатов. Если подумать, в репозитории библиотеки практически нет чего-либо опасного, так что для мага, ориентированного на более закрытые области магического искусства, полезность библиотеки весьма ограничена.

— То есть в основном ты учился у кураторов? — предположил Зориан. — Удивлен, как тебе удается узнать нужное менее чем за месяц. Я думал, большинство магов показывают ученику что-то стоящее только после нескольких лет дрессировки.

— Обычно так оно и есть, — сказал Зак. — Но я — последний из Новеда, знаешь ли. Всю мою жизнь сильнейшие маги, толкаясь локтями, стремились учить меня. Так что, как правило, мне достаточно назвать фамилию — и куратор счастлив мне помочь.

Зориан подавил вспышку зависти. Зак просто использует все доступные преимущества — как поступил бы и сам Зориан на его месте. Но некий осадочек остался — напоминание, что Дэймен и Фортов всегда могли выпросить у учителей дополнительную помощь или уступки, что никогда не удавалось Зориану. Родители беспрестанно твердили, что все дело в поведении — будь он более общителен, более вежлив, более… Словом, тогда к нему относились бы так же. Ему же казалось, что у его братьев словно некий знак на лбу, видимый лишь преподавателям и отмечающий их как избранных.

Но Зак — не его братья, нечего вымещать на нем злость.

— Удобно, — сказал он вслух, несколько натянуто улыбаясь. Кажется, Зак не заметил фальши.

Помимо зависти — он начал серьезно сомневаться в своей гипотезе, что Зак — такой же, как он, случайный безбилетник во времени. У Зака невероятно мощный резерв маны, скорее всего, больше, чем у любого другого ученика академии. Он — последний из знаменитого Дома, имеющий серьезное положение в обществе и не имеющий надоедливых родителей, которых бы шокировала внезапная перемена в сыне. Помимо магической силы и знатного происхождения, он общителен и харизматичен, способен договориться даже с неприступными магами верхних кругов. Его никак не назовешь избалованным принцем — у парня огромный потенциал, и нужно лишь время, чтобы он успел этот потенциал раскрыть. Время, которого у него, благодаря петле, неограниченно много. Как… удачно. На взгляд Зориана — чересчур удачно для случайного совпадения.

Вот почему, при очевидном дружелюбии Зака, Зориан не спешил раскрывать свои карты. Во всяком случае — насчет участия во временной петле. Сейчас его единственное преимущество в том, что он — неучтенный элемент в планах Зака. Неизвестная переменная. И он собирался максимально использовать это преимущество.

Какие бы силы не стояли за Заком, Зориан не собирался в обозримом будущем раскрывать свои секреты.

— Садитесь, мистер Казински, — сказала Ильза. — Признаться, я ожидала вас раньше.

— Вот как? — спросил Зориан.

— О да, — откликнулась Ильза. — Обычно студенты стучатся ко мне после первого же занятия со Ксвимом. Вы же вынесли целых два, так что получаете баллы за долготерпение.

— Здорово, — кисло сказал Зориан.

— Однако я не могу дать вам другого куратора. Боюсь, придется смириться с этим.

— Я подозревал нечто подобное, — сказал Зориан. Еще бы, ведь он уже спрашивал в прошлых месяцах. — Я здесь не за этим.

— Не за этим? — Ильза приподняла бровь.

— Нет, — подтвердил Зориан. — Как я понял, с куратором Ксвимом мы будем заниматься только базовой тройкой. Поэтому я решил активнее тренироваться самостоятельно. И пришел просить у вас рекомендаций — с чего начать, на что обратить внимание, в таком вот духе.

Ильза тяжело вздохнула.

— Это тяжело посоветовать, мистер Казински. Универсального решения нет, поэтому академия и дает студентам кураторов. Но, думаю, пару советов я дам. Как у вас с базовой тройкой?

— Зависит от того, кого вы спросите, — ответил Зориан. — Мои учителя со второго курса считали, что я полностью овладел ей. Ксвим считает, что я позорю всю гильдию магов.

Она фыркнула и протянула ему ручку. Именно протянула, не бросила, как Ксвим. Как же приятно общаться с вменяемыми профессорами…

— Пролевитируйте ее, — сказала Ильза.

Она еще говорила — а ручка уже вертелась над его раскрытой ладонью.

— О, вы уже можете вращать левитируемый объект, — удовлетворенно отметила Ильза. — Уверена, Ксвим был счастлив, — да как бы не так. — Вы знаете еще вариации упражнения?

— Нет, — сказал Зориан. — Только не говорите, что вариации базовой тройки — стандартная методика обучения.

— Не в том виде, как это делает Ксвим, — ответила Ильза. — Но да, большинство кураторов дают вариации базовой тройки, чтобы развить навыки плетения.

— А сколько всего этих вариаций? — спросил Зориан.

— О, многие тысячи, — подтвердила его подозрения Ильза. — Но к концу третьего курса большинство студентов осваивает шесть или около того. Держите.

Она передала ему объемистую книгу и подождала, пока он полистает. Судя по всему, книга описывала 15 "особенно интересных" вариаций базовой тройки, по пять на каждое упражнение.

— Дайте угадаю, — вздохнул Зориан. — Вы хотите, чтобы я освоил их все.

— Это было бы впечатляюще, — хмыкнула Ильза. — Вы меня не слушали? За год большинство осваивает шесть и менее. Вероятно, освоить все вы сможете только к выпуску. Разумеется, в том случае, если сами захотите — я ни к чему вас не обязываю.

— Шесть в год, вот как? — задумчиво протянул Зориан. В голове формировалась идея.

— Именно, — подтвердила Ильза.

— А что, если я освою все пятнадцать до конца месяца? — спросил Зориан.

Ильза молча посмотрела на него — потом засмеялась. Прошло несколько секунд, прежде чем она успокоилась.

— Боги, а ты уверен в себе, — сказала она, все еще хихикая. — Если сумеешь — я забуду про все протоколы и немедленно возьму тебя своим учеником. Всегда мечтала поучаствовать в рождении легенды. Но увы, не думаю, что тебе это по силам.

Зориан ответил кривой ухмылкой.

Само собой, у него не было шансов овладеть всеми 15 в этом цикле — но этого и не требовалось. Благодаря временной петле, у него было не жалкие две недели, но несоизмеримо больше времени. Книга нашлась в библиотеке — в следующем цикле даже не придется просить Ильзу. И кто знает, может, если он освоит все 15 — даже Ксвим сменит гнев на милость. Да уж, мечтать не вредно.

К слову, сама книга была довольно интересна. Не просто детальные описания упражнений, но и причины, почему была выбрана каждая из этих вариаций — а также объяснение, почему из тысяч магических упражнений ученикам преподается именно базовая тройка. Зориан по диагонали ознакомился со всеми главами, прежде чем ответственно начать с начала.

Заставить объект светиться, левитировать его или воспламенить… Это простейшие действия, требующие лишь зачаточных навыков плетения. Например, упражнение левитации — просто излучение отталкивающей силы всей поверхностью ладони. Проще уже не придумаешь. Этих простейших действий множество, всяко больше трех — но эти три считаются базовыми. Создание света, тепла или кинетической силы — компоненты огромного множества заклинаний, так что их освоение существенно поможет в будущем.

Вариации упражнений, приведенные в книге, были куда сложнее. Хоть Ильза, Ксвим и сама книга называли это вариациями — на взгляд Зориана, это скорее апгрейды, продвинутые версии. Он поначалу не обратил внимания, но упражнение со вращающейся ручкой — кстати, идущее первым в книге, только под более благозвучным названием — уже на порядок сложнее просто удержания объекта над ладонью. Нужно не только поддерживать левитацию, но и вплести еще одно действие, вращательное усилие. Эта вариация развивала в магах многозадачность, приучая к одновременной обработке двух потоков.

Ксвим бы с ним не согласился, но Зориан считал, что овладел вращательным упражнением — да и описание в книге подтверждало это. Так что он перешел к следующим четырем вариациям левитации, пытаясь определить, какая из них проще. Вскоре он выяснил, что упражнения не просто расположены по возрастанию сложности, но и для освоения последующего требуется овладеть предыдущим.

Вертикальная левитация — прижать объект к ладони притягивающей силой, повернуть ладонь вертикально и заставить объект парить рядом с ладонью. С первой частью все было легко, он уже мог это сделать — но чтобы заставить объект парить, нужно уравновесить притягивающую силу, направляющую объект к ладони, и отталкивающую, поддерживающую зазор. Без стабильной многозадачности, натренированной вращательным упражнением, к этой вариации можно было даже не подступаться.

Потом — фиксированная левитация, когда объект должен оставаться в одном положении даже при изменении начальных условий. Другими словами, нужно двигать ладонь вверх-вниз, вправо-влево, но левитируемый объект должен оставаться на месте. Здесь уже требовался навык уравновешивать силы притяжения и отталкивания, полученный при вертикальной левитации, но нужно постоянно изменять баланс, чтобы скомпенсировать движение ладони.

И так далее. Убедившись, что учить упражнения можно только по порядку, Зориан начал с вертикальной левитации. Увы, в этом месяце он ее уже не освоит.

Приближался летний фестиваль.

Глава 9. Шулеры

— Маджара, — произнес искомое слово Зориан, завершая заклинание.

Магия устремилась во все стороны, сканируя книги на полках; он влил больше маны, расширяя радиус действия. Пытаясь нарастить мощность, он едва не загубил все — контур дестабилизировался, пришлось срочно поправлять его — но в итоге мана устремилась по должному пути, и заклятье сработало. Перед глазами возникло семь золотых нитей, исходящих из его груди и тянущихся к книгам в этой секции библиотеки.

Зориан улыбнулся. Это было одно из заклятий по поиску книг, которым его обучила Ибери — то, что искало определенное слово или сочетание слов. Довольно капризное заклятье — оно отказывало, если число откликов превышало определенный порог; порог тем выше, чем искуснее заклинатель. Так что обычно это заклинание использовалось для поиска цитат или действительно редких терминов.

Редких, как, например, мертвый язык Маджары. Зеномир не шутил — в библиотеке не было книг об этом языке, и даже просто упоминания были крайне редки. На сегодняшний день он нашел всего 13 книг, где встречалось это слово, да и то в примечаниях. Вполне возможно, где-то в библиотеке и были нужные ему сведения, недоступные для его заклятий — Ибери показала ему лишь азы "библиотечной магии", а их поисковые возможности оставляли желать лучшего — но даже если так, он ничего не мог с этим поделать.

Он посмотрел на нити, тянущиеся из его груди, и провел сквозь них рукой, не встретив ни малейшего сопротивления. Это развлечение никогда не приедалось. Ну, наверное, со временем надоест, но пока ощущение было еще свежо. Нити были иллюзией, существующей лишь в его мозгу. Все поисковые заклятья требуют некий посредник, переводящий результаты в понятный заклинателю вид — человеческий мозг не способен воспринять прорицание напрямую. Если верить Ибери, наведенная на себя иллюзия целеуказателей — весьма продвинутый способ; как он вообще мог освоить такое заклятье всего за полчаса? Кажется, она ему не поверила. Он же решительно не понимал, что тут сложного — нити были всего лишь мысленным образом, даже не требовавшим навыков плетения… просто визуализация. Ему это казалось простым, даже естественным.

Он покачал головой и проследовал вдоль одной из нитей до конца. Там нашлась книга, устрашающе толстый 400-страничный том о истории Миасины. Зориану совсем не улыбалось все это читать, так что он прибег к еще одному заклятью прорицания, показанному Ибери. Все упоминания нужного слова подсветились зеленым, осталось лишь пролистать страницы в поисках зеленого свечения…

— Зориан? Что ты тут делаешь?

Он мгновенно захлопнул книгу и вернул ее на полку. Ничего предосудительного, но не объяснять же Ибери про маджарский язык — и почему он ищет упоминания о нем.

Он повернулся — и проглотил заготовленный ответ. Ибери выглядела ужасно. Покрасневшие глаза и нос, словно она только что плакала — и уродливые багровые пятна, покрывающие шею и правую щеку. Не похоже на синяк, скорее…

Ох, гадство.

— Ибери… — неуверенно начал он. — Ты случайно не в том же классе, что и мой брат?

Она дернулась и отвела взгляд. Он тяжело вздохнул. Здорово.

— Как ты узнал? — спросила она после недолгого молчания.

— Дорогой брат недавно приходил ко мне, — сказал Зориан. — Сказал, что толкнул девушку в заросли багрового плюща. Просил "зелье от волдырей". Я был не в настроении, так что послал его подальше.

На самом деле, это было неправдой. В последние три повтора он выяснил, что если не идти к себе сразу после занятий — Фортов не может (или не хочет) его найти. Собственно, потому-то он и проводил вечер в библиотеке, а не у себя. Но, разумеется, ему была прекрасно известна проблема Фортова.

— А, — тихо сказала она. — Ничего… Все в порядке.

— Нет, не в порядке, — возразил Зориан. — Знай я, что он говорит о тебе — я бы помог ему. Точнее, помог бы тебе. На Фортова мне наплевать, — он быстро прикинул в уме. — Знаешь, я вполне могу сделать это и сейчас. Нужно лишь зайти ко мне за ингредиентами и…

— Ты не обязан, — быстро перебила она. — Это… не настолько важно.

Зориан вновь посмотрел на нее. Да, она определенно плакала. И то, как она это сказала — "не обязан" вместо "не должен", "не настолько важно" — вместо "не важно"…

— Да все нормально, — заверил он. — Я отказался потому, что просил Фортов, а не потому что это сложно. Где мне найти тебя, когда мазь будет готова?

— М, тогда я бы пошла с тобой, если можно, — нерешительно сказала она. — Хочу посмотреть, как делается мазь. На всякий случай.

Зориан колебался. Это… потенциально проблематично. Алхимическая лаборатория уже заперта, ему придется прибегнуть к несколько, гм, нестандартным способам, чтобы попасть внутрь. А, какого черта? Она все равно ничего не вспомнит после рестарта.

Они направились к комнате Зориана. И, словно ему мало одного непрошеного свидетеля — у двери поджидал еще один. Разумеется, речь шла о Заке.

Честно говоря, он даже не удивился. С приближением летнего фестиваля Зак становился все более нервным, что было особенно заметно во время их ежедневной практики. При этом он ни словом не обмолвился о приближающейся угрозе, как бы Зориан ни старался выведать хоть что-нибудь. В последние дни старший путешественник неоднократно расспрашивал о планах Зориана на летний фестиваль, неуклюже намекая, что остаться в комнате — не самая лучшая идея. Зориан был склонен с ним согласиться — он все еще отчетливо помнил, как падающая звезда разметала общежитие в щебенку. Вот только Зак ему не верил — и, похоже, собирался вновь принять меры, чтобы Зориан пришел на танцы. Серьезно, что же все-таки произошло между Заком и его прошлым воплощением? Неужто до временных петель он был настолько упрям?

Он подошел к Заку, отрешенно сидевшему на корточках и глядевшему на что-то в руке. Нет, не в руке — над рукой: подойдя, он разглядел лениво вращающийся над раскрытой ладонью карандаш. Похоже, Зак тоже знал это упражнение и коротал время, тренируясь. Зориану сразу захотелось кинуть шарик ему в лоб и потребовать начать сначала — но он сдержался.

У него с собой не было шариков.

— Привет, Зак, — сказал Зориан, возвращая приятеля к реальности. — Меня ждешь?

— Ага, — Зак открыл было рот сказать что-то еще, но заметил Ибери, следующую за Зорианом, и закрыл обратно. — Я не вовремя?

— Да нет, все в порядке, — вздохнул Зориан. — Я зайду за реагентами и потом собираюсь приготовить кое-что для мисс Амберкомб. А что ты хотел?

— Это может подождать, — отмахнулся Зак. — А что собираешься готовить? Могу помочь, я довольно хорош в алхимии.

— Есть ли что-то, в чем ты не хорош? — фыркнул Зориан.

— Ты не поверишь, — пробормотал Зак.

Ибери молча слушала их пикировку, но харизма Зака взяла свое — к моменту, когда Зориан вернулся с коробкой реагентов, эти двое уже вовсю разговаривали. В основном о том, что случилось с Ибери.

— Боги, Зориан, я и не знал, что твой брат такой козлина, — заметил Зак. — Неудивительно, что ты вырос таким… э…

Зориан приподнял бровь, и Зак замолчал. Зато Ибери молчать не стала:

— Он вовсе не козлина! Он нечаянно.

— Тогда он должен был все исправить, — настаивал Зак. — Нечаянно или нет, это его вина. Нечего перекладывать ответственность на младшего брата.

— Никто не заставлял Зориана, — ответила Ибери. — Он делает это по собственному желанию. Правда, Зориан?

— Ага, — согласился Зориан. — По собственному.

Само собой, в споре он был на стороне Зака. Но если он что-то узнал об Ибери за прошедший месяц — так это то, что она без памяти влюблена в его брата. Понятно, что если при ней ругать объект ее воздыханий, ничего хорошего не выйдет. Да и сказать по совести, Зориан понимал, что необъективен по отношению к Фортову. Между ними слишком много давних обид.

Хорошо хоть эти двое решили остаться при своем мнении — наступила благодатная тишина. Во всяком случае, благодатная для Зориана — Зак явно остался недоволен.

— Эй, Зориан, — окликнул он. — А почему мы идем к главному корпусу?

— В алхимическую лабораторию, разумеется, — ответил Зориан. Он понимал, что имеет в виду Зак, но, может, обойдется. Может, ему не придется раскрывать один из своих тайных козырей.

Как бы не так.

— Но в этом часу все лаборатории уже закрыты, — заметил Зак.

— Ох! — воскликнула Ибери. — Он прав! Они все закрылись еще два часа назад!

— Ничего страшного, — заверил их Зориан. — Если мы уберем за собой, никто не узнает, что мы там были.

— Но дверь заперта, — возразил Зак.

Зориан вздохнул.

— Не для магии.

— Ты знаешь отпирающие заклятья? — удивленно спросил Зак.

Его удивление было понятно — отпирающие заклинания по очевидным причинам относились к запрещенным. Даже просто владение ими без специальной лицензии уже было преступлением. Не слишком тяжким, но тем не менее.

Так что и хорошо, что Зориан не владел этой магией.

— Нет, — ответил он. — Но это просто механический замок. Я передвину сувальды телекинезом. Раз плюнуть.

Они ответили непонимающими взглядами. Как и большинство людей, они никогда не интересовались устройством замков и способами открыть их без ключа. Зориан, вследствие своего… счастливого детства, интересовался. На самом деле он мог бы вскрыть обычный замок и вовсе без магии — просто это куда дольше и требует наличия инструментов.

Он подошел к дверям лаборатории и нажал на ручку. Зак был прав, заперто. Пожав плечами, он положил ладонь на замочную скважину и закрыл глаза, сосредотачиваясь. Зак и Ибери окружили его, стараясь разглядеть получше — неважно, забыть про них. Нужна полная концентрация.

Он придумал этот трюк на втором курсе, устав от скучных стандартных упражнений. Наполнить замочный механизм своей маной, ощупать ею устройство, затем передвинуть пластины в нужное положение. Потребовались месяцы упорных тренировок, но сейчас он мог открыть большинство дверей менее чем за 30 секунд.

Даже если дверь защищена магией. Он не сказал Заку и Ибери, но на дверь лаборатории были наложены обереги — как и на все сколь-нибудь важные помещения академии. Экспериментируя со своим новым трюком, Зориан выяснил, что низкоуровневые обереги защищают лишь от обычных отпирающих заклятий. Сейчас он не пользовался структурированной магией, так что примитивная защита молчала.

Замок щелкнул; Зориан вновь нажал на ручку — и открыл дверь.

— Вау, — сказал Зак, входя следом за ним. — Ты просто приложил руку, подержал несколько секунд — и открыл!

— Это только видимая часть, — кисло ответил Зориан. — На самом деле все куда сложнее.

— Ни секунды не сомневаюсь.

Зак, похоже, был действительно впечатлен — а вот Ибери молчала и бросала на него странные взгляды. Потому-то он и старался не показывать другим свое умение — большинство сразу решит, что он уголовник. Да и если слухи дойдут до администрации, защиту наверняка усилят, что ему совершенно не нужно.

К счастью, Ибери, в отличие от некоторых известных ему людей, не спешила обвинять других во всех смертных грехах. Приступив к приготовлению мази, он полностью реабилитировал себя в ее глазах. Зак, на удивление, не знал этого рецепта — при том, что неоднократно показывал на уроках куда более сложные составы. Учиться он тоже не спешил — да уж, мазь от волдырей — это не эликсир силы и не зелье исцеления ран, скукота. Похоже, кое-кто строил дом, не озаботившись надежным фундаментом; с другой стороны — у Зориана не было опыта десятка лет во временной петле. Пока не было.

— Это листья багрового плюща? — спросила Ибери.

— Да, — подтвердил Зориан, заворачивая листья в ткань. — Главный ингредиент, только их надо сперва измельчить. Справочники и вовсе советуют растереть в порошок, но это не обязательно. Если не растирать, их просто потребуется больше, но их у нас навалом…

Час спустя мазь была готова, и Зак любезно сотворил для Ибери иллюзорное зеркало. Любезно и расчетливо — пока девушка наносила бальзам, Зак утащил Зориана за угол, поговорить.

— Ну? — поторопил Зориан. — Так в чем дело?

Зак достал из кармана кольцо и вручил ему. Простой золотой ободок, несколько странно отозвавшийся на ману Зориана.

— В нем заклинательная формула, — сказал Зак.

— Магический снаряд? — предположил Зориан.

— А также щит и огнемет, — добавил Зак. — Теперь ты сможешь использовать их в настоящем бою.

Теперь Зориан смотрел на золотой ободок с уважением. Вместимость магических формул была тесно связана с размерами предмета-основы. Вложить в крошечный кусочек металла три заклятья, пусть даже сравнительно простых… Впечатляюще.

— Должно быть, дорогая вещь, — заметил он.

— Я сделал его сам, — ухмыльнулся Зак.

— И все же слишком ценная вещь, чтобы отдавать ее просто знакомому, — возразил Зориан. — Почему мне кажется, что она понадобится в самое ближайшее время?

Улыбка Зака мгновенно угасла.

— Возможно. Я просто страхуюсь. Никогда не знаешь, когда столкнешься с разъяренным троллем.

— Как… неожиданно определенно, — отметил Зориан. — Знаешь, я заметил, что с приближением фестиваля ты все сильнее нервничаешь. И со странной настойчивостью подталкиваешь меня прийти на танцы.

— Ты ведь придешь?

— Да, да, я уже с полдюжины раз говорил, — фыркнул Зориан. — Что в этих танцах такого важного? Что там случится, о великий пришелец из будущего?

— Это надо видеть, — вздохнул Зак. — Пожалуй, даже невероятнее, чем путешествие во времени.

— Настолько плохо? — да, наверное, если б Зориан не видел вторжение собственными глазами, едва ли поверил бы.

— Просто постарайся выжить, ладно? — вновь вздохнул Зак. И, прежде чем Зориан успел что-то ответить, парень надел привычную маску показного оптимизма и заговорил громче, на всю лабораторию. — Ух, Зориан, хорошо, что мы успели это обсудить, но теперь мне пора! Нужно хорошо выспаться перед праздником! Пока, Зориан! Пока, Ибери! Увидимся на танцах!

И был таков. Зориан покачал головой и вернулся к Ибери, с лица и шеи которой уже почти исчезла краснота.

— Думаю, нам тоже пора. Академию обычно не патрулируют по вечерам, но из-за этого шумного придурка кто-нибудь может прийти проверить.

— Ох. М, верно.

Зориан посмотрел на Ибери, запирая обратно двери лаборатории. Для получившей то, что хотела, она не слишком-то радуется.

— Что не так? — наконец спросил он.

— Ээ… все в порядке, — ответила она. — А что?

— Не похоже, что ты рада излечению.

— Я рада! — возразила она. — Просто…

— Да?

— Мне не с кем пойти на танцы. Парень, с которым я хотела пойти, уже наверняка нашел себе пару.

Если этот таинственный парень — Фортов (скорее всего), то да, наверняка нашел. Причем явно не вчера и не позавчера — у Ибери изначально не было шансов, но Зориан предпочел промолчать, щадя ее чувства.

— Почему бы тебе не поступить, как я? Просто прийти на танцы одной.

Она внезапно остановилась и окинула его оценивающим взглядом.

— Ты тоже не нашел себе пару?

Зориан зажмурился, мысленно чертыхаясь. И винить-то, кроме себя, некого.

Зориан нервничал. Со своего первого повтора он всегда уезжал из Сиории перед фестивалем, не желая вновь пережить вторжение. Если остаться в городе, можно умереть весьма неприятным способом, а он тогда не был уверен, что петли будут продолжаться. Сейчас так не выйдет — убравшись из города, он вызовет у Зака ненужные подозрения.

В итоге он вынужден идти на праздник, да еще с Ибери в качестве бонуса. Не лучший вариант. У него не было какого-либо плана, просто наблюдать, но девушка точно будет ограничивать маневр. Не говоря уже о том, что он отчетливо помнил свое сокрушительное фиаско с Акоджей и отнюдь не стремился его повторить.

К слову об Акодже — нельзя не признать, что как спутница Ибери куда благоразумнее и тактичнее. Она не выдернула его из комнаты за два часа до начала, не заставила его ждать в центре толпы, не потащила болтать с кучей людей, которых он интересовал лишь как брат Дэймена и Фортова… Пожалуй, она не уделяла ему особого внимания, выискивая в толпе Фортова, но ничего — не думал же он, что она пригласила его из романтического интереса. Некоторое время спустя он сжалился и сказал ей, что Фортов уже внутри, готовится к выступлению музыкального клуба.

Естественно, появление Зака вызвало фурор. Он заявился не с одной, а сразу с двумя девушками (Зориан не знал вторую), а потом весьма искусно и зажигательно танцевал. Видимо, за время повторов Зак отточил не только магическое искусство. Зориан аплодировал вместе со всеми, когда этот выпендрежник наконец закончил. Может, и ему выделить время для не-магических навыков? Конечно, не для танцев. И не других великосветских талантов — чтобы отточить их выше текущего базового уровня, понадобится серьезно изменить свое мышление — и не факт, что потом он сможет вернуться к норме. Нет уж, он не станет продавать душу дьяволу за эту мишуру.

— Здесь куда роскошнее, чем я думала, — Ибери провела пальцем по вышивке на скатерти.

— Очевидно, это не просто школьный бал, — согласился Зориан. — Подозреваю, Академия планировала роскошный прием для иностранных делегаций, а потом его по какой-то причине взяли и объединили с летним фестивалем.

— Вполне возможно, — сказала Ибери. — Они вложили в этот праздник огромные суммы, не думаю, что это было сделано ради студентов.

Она посмотрела на дальний конец стола, где Зак, уже потерявший где-то своих спутниц, развлекал небольшую толпу. Потом со странным выражением перевела взгляд на Зориана.

— Что? — слегка нервно спросил Зориан.

— Давно хотела спросить… — неуверенно начала она. — Что между тобой и Заком? В смысле я знаю, что вы друзья, но как так получилось? Вы же совсем разные.

— А, это началось совсем недавно, — сказал Зориан. — И в основном по инициативе Зака. Я всего лишь проводил его домой, когда он приболел, а он решил, что теперь мы лучшие друзья. Я просто не стал спорить.

— Так ты не знаешь о… эм…

— Внезапном росте его мастерства? — подсказал Зориан. Даже странно, что она спросила только теперь. Все остальные спросили куда раньше, так что бессовестная ложь была уже проверена временем. — Понятия не имею, что с ним случилось, но могу точно сказать — это не какой-то хитрый трюк, как многие думают, все взаправду. Он довольно долго обучал меня боевой магии, и он действительно здорово в ней разбирается.

— Да, я слышала, что вы занимаетесь, — слова Ибери заставили Зориана нахмуриться. Дружба с Заком привлекала к нему слишком много внимания. Непривычное ощущение, когда множество людей с интересом следят за каждым твоим шагом. Непривычное и мешающее. — Ты знаешь, Кайрон был серьезно впечатлен твоим прогрессом.

Это да… Ровно до того момента, как выяснилось, что здесь тоже замешан Зак. Прогресс тут же списали на таинственные способности Зака, даже не рассматривая усилия самого Зориана. Конечно же, Зак ко всему прочему владеет секретной методикой обучения. Конечно же.

И нет, это его ни капли не злит.

— Впечатлен, ага, — кисло сказал Зориан. — Так как ты думаешь, в чем секрет Зака?

— Эээ, ну… У меня довольно глупая версия.

Зориан жестом предложил ей продолжать. Ему нравилось слушать дичайшие предположения одноклассников. Множество идей были откровенно несерьезны, так что вряд ли версия Ибери глупее, чем то, что он слушал весь месяц. Особенно ему нравился вариант, что Зак исполнил древний ритуал, съев чей-то мозг и заполучив хранившиеся там знания.

— Растяжение времени, — поколебавшись, сказала Ибери.

Зориан моргнул. Ох, Ибери… Так близко, и все равно не то.

— Честно говоря, не думаю, что ускоряющие чары настолько эффективны, — сказал он. — Зак не просто стал несколько лучше — я бы сказал, он как минимум на уровне третьего круга. Даже не знаю, зачем он вообще ходит на уроки, разве что покрасоваться.

— Я заметила, — Ибери мельком глянула на группу людей вокруг Зака. — Но я говорила не про ускоряющие чары. Ты слышал о Черных Залах? — Зориан отрицательно мотнул головой. — Ходят слухи, что у сильных стран, вроде нашей, есть тренировочные полигоны, использующие невероятно мощное растяжение времени. Заходишь на полигон, проводишь там несколько месяцев, а то и лет — а снаружи проходит день-два.

Зориан удивленно поднял брови. Если у какой-то из держав и было подобное, то почему это не заметно? Все страны-преемницы альянса открыто бряцали оружием, никто бы не упустил шанса поставить обучение магов на поток.

— Это всего лишь слухи, — поспешно уточнила Ибери. — Что-то между городской легендой и теориями заговора. Я сама знаю об этом только потому, что одна подруга увлекается подобными вещами. Она уверена, такой полигон есть в туннелях под городом — дескать, они потребляют огромные объемы маны и должны находиться рядом с истоком.

— А Провал — крупнейший известный исток маны, — закончил за нее Зориан. — Но почему тогда такая секретность? Я бы на их месте использовал полигон по максимуму.

— Они не могут, — ответила Ибери. — По крайней мере, так говорят. Там какие-то строжайшие ограничения на использование. Ходят самые разные слухи, как государство отбирает людей для тренировки. В самых сдержанных версиях это просто секретные учреждения для подготовки спецагентов. Более дикие же идеи… ну, куда более дики.

— Складная теория, — оценивающе протянул Зориан. Куда ближе к истине, чем все то, что он слышал от одноклассников. А если она всерьез восприняла столь невероятную городскую легенду — возможно, возможно, она бы поверила, скажи он правду. Может, открыться ей в один из будущих повторов? Это стоит обдумать. — Но если Зак провел несколько лет в этих Черных Залах, почему он не выглядит старше? И почему его выбрали для участия?

— Он не обязательно провел там годы, — возразила Ибери. — То, что он демонстрирует, не настолько впечатляет. Подобного уровня, наверное, можно достичь за пару месяцев интенсивных тренировок. А если он провел там годы — существуют зелья, замедляющие процесс старения. И на молодых они действуют эффективнее.

Зориан едва удержал лицо, наконец осознав очевидное. При всей своей любви к показухе, Зак никогда не демонстрировал свой полный потенциал публично. Если бы Зак выдал на занятиях что-нибудь подобное тому, что показывал в бою — ни Ибери, ни кто-либо другой не сказали бы, что это "не настолько впечатляет". И в этом определенно был смысл. Невероятное мастерство Зака — удивительно, может даже шокирующе для тех, кто знал его раньше. Зак демонстрирует уровень архимага — тревога, расследования, всеобщая настороженность…

Неужели в действительности Зак думает, что делает?

— А почему он? — продолжала Ибери. — Ну, он Новеда. Их род был очень влиятелен до падения, и я имею в виду не только финансы. У них повсюду были свои люди. Я вполне допускаю, что старые обязательства все еще в силе. Зак последний из рода, на его плечах — все будущее Дома. Возможно, это отчаянный жест опекунов, пытающихся превратить его в достойного преемника, кто вернет семье былую славу.

Пол содрогнулся; через секунду последовал оглушительный грохот. Стекла задребезжали, но выдержали, в танцевальном зале повисло встревоженное молчание — слышался только гул отдаленных взрывов.

— Что… что это было? — испуганно спросила Ибери.

Не она одна задавалась этим вопросом. Взволнованные шепотки заскользили по толпе, быстро набирая громкость и накал. Извечное давление, что Зориан ощущал в любом собрании людей, усилилось и… изменилось. То, что раньше было просто назойливым присутствием на краю сознания, внезапно превратилось в удушающее покрывало страха. Под давлением чужих чувств, вторгшихся в его разум, он с трудом оставался в сознании. Что за херня с ним происходит? В прошлый раз во время вторжения он не испытывал ничего подобного.

Прошла минута. Десять. Зориан физически ощущал, как в толпе растет напряжение. В последний (он же первый) раз он встретил начало вторжения на крыше — и был оглушен первым взрывом. Видимо, тогда он пробыл без чувств дольше, чем думал — ведь когда он пришел в себя, Ильза и Кайрон уже спешили на крышу по лестнице. Сейчас же они о чем-то спорили неподалеку и пока не сделали ни шага к лестнице.

— Зориан? — в пятый или шестой раз начала Ибери. — Ты точно в порядке? Может, мне найти кого-нибудь…

— Я в норме, — Зориан наконец сумел отвлечься от гнетущего чувства. Взрывы наконец стихли, но люди не спешили успокаиваться. Даже наоборот, теперь, когда не ощущалось немедленной угрозы, они захотели объяснений — и прямо сейчас. Страсти накалялись; к счастью, персонал академии тоже это заметили. — Смотри, Ильза собирается что-то говорить.

— Пожалуйста, сохраняйте спокойствие, — заговорила со сцены Ильза, используя ту же усиливающую звук магию, что и оркестр ранее. — Я и мой коллега сейчас поднимемся на крышу, установим связь с городскими властями и выясним, что происходит. Пожалуйста, не расходитесь до нашего возвращения.

Нда… Не сказать, чтобы ее слова сильно успокоили людей. Наоборот, порядка стало еще меньше, некоторые и вовсе проигнорировали указание и покинули зал, как только учителя скрылись на лестнице. Зориан не судил строго — в другое время он и сам поступил бы точно так же. Зато удушающее чувство ослабло и вновь стало просто тяжестью в голове. Он вздохнул с облегчением.

— Привет, Зориан, — поприветствовал его подошедший Зак. — Ничего себе, а? И, смотрю, ты уговорил мисс Амберкомб пойти с тобой на бал. Поздравляю! Я и не знал, что ты предпочитаешь девушек постарше.

— Я всего на год старше его, — возразила Ибери. Она быстро глянула на Зориана; похоже, опасалась, не скажет ли тот, что это она пригласила его — и заметно расслабилась, видя, что он молчит. Зориан еле сдержался, не закатив глаза. — А почему ты один? Не хочешь представить нам своих спутниц?

Если Ибери пыталась смутить Зака, пришедшего с двумя партнершами, ее ждало жестокое разочарование. Зак лишь улыбнулся, не замечая подтекст.

— Они решили уйти пораньше, — он пожал плечами. — Учитывая происшедшее, наверное, и к лучшему.

— Так что все-таки произошло? — спросил Зориан. Он не думал, что Зак ответит, но попробовать стоило.

— Похоже, сейчас узнаем, — Зак указал на подножие лестницы, где Ильза говорила с группкой студентов. Приглядевшись, Зориан узнал среди них Акоджу, да и некоторые другие были ему знакомы.

— С кем она говорит? — спросила Ибери.

— Старосты классов, я полагаю, — ответил Зориан. — По крайней мере, те, кого я знаю — старосты в своих классах.

Все было удручающе медленно. Может, он слишком много требовал от образовательного учреждения, но их реакция на угрозу откровенно разочаровывала. Могли бы хоть начать телепортировать людей в укрытия, или организовать какое-нибудь охранение, или… да хоть что-нибудь. Похоже, Ильза и Кайрон сами еще не осознали серьезность сложившейся ситуации.

Наконец Ильза закончила инструктаж, и группка старост рассеялась в толпе. Зориан сообразил, что они делают — каждый собирает свой класс. Попрощавшись с Ибери, он вместе с Заком направился к своей группе.

Собрав всех, Акоджа огласила план. Доступные академии мощности телепорта будут использованы, чтобы эвакуировать из города иностранных делегатов и вип-персон. Студенты же должны спуститься в туннели под городом и достичь укрытий пешком; без прикрытия — у профессоров другие задачи в городе, хорошо хоть все старосты знают пути эвакуации.

Зориан искоса глянул на Зака, оценивая его реакцию — парень был мрачен и собран.

— Что же… — пробормотал тот. — Потанцуем.

Зориана охватило дурное предчувствие.

На удивление, первым врагов заметил не Зак — это оказалась Рэйни. Решительно непонятно, как ей удалось засечь зимних волков за пять минут до их прибытия, но она сумела и немедленно подняла тревогу. Мало кто поверил ей, но большинство предпочло не рисковать. Класс ускорил шаг, стремясь к небольшому цилиндрическому строению, входу на лестницу в убежище.

Они не успели — волки оказались быстрее.

Зориан не был солдатом, да и экспертом тактики себя не считал — но поведение толпы студентов при появлении стаи волков поразило его своей глупостью. Они бросились врассыпную. Те, кто были ближе к убежищу, перешли на бег; остальные же заметались в поисках укрытия. Зак отчаянно кричал, чтобы они не разделялись, но его никто не слушал.

Чертыхаясь, Зориан поймал за руку Акоджу — она уже собиралась метнуться к ближайшему дому — и без слов указал на убежище. Мелькнула мысль объяснить подробнее, но черт возьми, у них не было на это времени. Он отпустил ее и побежал, надеясь, что ей хватит благоразумия последовать за ним.

К счастью, хватило — ей и еще нескольким студентам, видевшим и понявшим его жест. На бегу к ним присоединялись еще ребята, влекомые стадным инстинктом.

Вокруг творился хаос. Их настигали сотни зимних волков, и, в отличие от перепуганных студентов, звери действовали с устрашающей организованностью. Группки по 3–4 волка отделялись от основной стаи, чтобы перехватить одиночную цель, окружали, набрасывались сзади и сбоку… Из-за белой шерсти и зловещего молчания они казались ордой призраков, вырвавшейся из нижнего мира на погибель живущим. Визг. Крики. Вспышки света, звериный вой — не все студенты оказались беспомощны. Впереди Зак удерживал вход в туннели, посылая силовые импульсы залп за залпом, истребляя десятки зверей каждым заклинанием. Некоторые студенты сумели добежать до ближайших домов и заперлись там, не слушая мольбы оставшихся на улице.

Когда Зориану уже казалось, что они сумеют достичь убежища, удача отвернулась от него. Около трех десятков волков заметили их и устремились наперерез. Группа замерла, глядя на приближающуюся стаю — хищники были между ними и убежищем, но атаковать было самоубийством. На Зака навалились подоспевшие тролли, так что сейчас он ничем не мог им помочь.

— А я ведь говорил, мне стоит взять меч, — сказал кто-то из парней. — Но нееет, ты сказала — кто же ходит на бал с мечом. Тебя послушать, так я конченый параноик.

— Ой, заткнись, а? — огрызнулся женский голос.

Зориан сдержался и не стал выпускать магические снаряды. Не факт, что даже пронзающая форма с одного удара убьет столь живучую тварь, как зимний волк. И именно с пронзающей ему хуже всего давалось самонаведение, так что еще вопрос, попадет ли он вообще. Нельзя безрассудно расходовать ману.

Не все были с ним согласны — у многих нашлись заклинательные формулы, впечатанные в кольца или кулоны, так что на приближающихся волков обрушился шквал магических снарядов. Довольно безвредный шквал — нормальное самонаведение получилось только у одной девушки, да и если кто-то попадал — простая ударная форма не наносила серьезного ущерба. По крайней мере, стая замедлилась и сбилась в кучу — самонаводящиеся выстрелы девушки поражали волков, что отделялись от стаи, заходя с фланга. А вот это уже дело…

Подпустив стаю поближе, Зориан ударил в гущу зверей огнем, вкладывая в заклятье все силы, накрывая почти всех. Вой боли и страха ударил по ушам — зимние волки по своей природе уязвимы к огню. Еще один язык пламени, горячее и больше, чем огнемет Зориана, хлестнул по стае — и звери обратились в бегство. Те, кто уцелел.

Зориан оглянулся в поисках второго заклинателя — им, на удивление, оказался Брайам. Парень самодовольно смотрел на обожженные трупы, держа в руках своего фамильяра — маленькая ящерица облизывалась раздвоенным языком, словно хотела пожрать побежденных врагов.

А он думал, дрейк еще не умеет изрыгать огонь.

После секундного колебания они устремились ко входу в подземелья и наконец достигли убежища. К Зориану подбежала взволнованная Ибери — сразу просветлевшая, увидев, что он жив. Признаться, он и сам был рад, что она уцелела, хоть и сознавал, что ее смерть во временной петле не будет окончательной.

Впрочем, если подумать — ничего удивительного, что она выжила. Четвертый курс пришли в убежища первыми, да и могли за себя постоять куда лучше третьекурсников. Кто вообще установил такой порядок эвакуации, оставив младших студентов без прикрытия?

— Не знал, что ты владеешь огненными заклятьями, — сказал Брайам, поглаживая своего питомца. — Так вот чем вы с Заком занимались на своих тренировках?

— Ага, — подтвердил Зориан. Он с сомнением посмотрел на дрейка, и ящерица с вызовом уставилась на него. — Ты что, пошел на танцы с фамильяром?

— Конечно, нет, — хохотнул Брайам. — Мы с ним не настолько близки. Я просто призвал его, когда появились волки.

— Разве призыв не тратит прорву маны? — спросил Зориан.

— Нет, если это призыв фамильяра. Мы связаны, он и я. Соединены душами. Многие действия в отношении него намного проще обычного.

— Хмм, — протянул Зориан.

Следующий час прошел без происшествий. Зориан слушал рассказы людей вокруг, пытаясь составить общую картину и делая зарубки в памяти — нужно что-то сделать в следующем цикле, чтобы эвакуация не была настолько провальной. За этим занятием его и застало прибытие учителей.

Их было шестеро, они выглядели измотанными и напуганными, как и потянувшиеся к ним студенты. Единственным, кто внушал уверенность, был Кайрон, невозмутимый, как всегда. Он больше не щеголял голым торсом, облачившись в полную броню и теперь напоминая жука-священника. Помимо посоха в руке, с его пояса свисала обойма заклинательных жезлов.

Кайрон принес плохие вести — атака на академию была лишь частью широкомасштабного вторжения в город. Зориан знал это с самого начала — но остальные были потрясены. Вторжение было тщательно спланировано, и большинство защитников были повержены в самом начале. Город вот-вот падет, и тогда убежища превратятся в смертельную западню. Нужно уходить и прорываться за пределы города, пока враги не заблокировали все возможные пути отхода.

Студенты встретили его слова угрюмым молчанием.

— Почему вы просто не телепортируете нас? — спросил кто-то. — Это же возможно?

— Мы утратили контроль над защитными чарами, — спокойно ответил Кайрон. — Враги подчинили себе защиту академии. Мы не можем телепортироваться.

Зориан застонал. Враги добрались до оберегов? Как, черт возьми? Академия — не бакалейная лавка с простейшей защитой, ее зачаровывали лучшие специалисты.

Вопросы сыпались на учителей еще с минуту — потом Кайрону надоело, и он начал раздавать приказы. Нужно было уходить.

Зориан слушал вполуха — кое-что привлекло его внимание. Один из студентов неподалеку вел себя странно с самого момента появления учителей. Зориан практически ощущал его нетерпеливую готовность — и в этом ощущении не было ничего хорошего.

Так что, когда парень швырнул на пол склянку с ядовито-зеленой жидкостью и разбил ее каблуком, Зориан успел задержать дыхание и послал в предателя магический снаряд. Из разбитой склянки вырвался зеленый дым, в убежище воцарился хаос.

Зориан ничего не видел в ядовитом дыму, но звуки сражения говорили сами за себя. Вокруг сгибались от кашля другие студенты — вдыхать эту дрянь определенно не стоило. Слава богу, она хотя бы не разъедала глаза — так что он успел сотворить щитовые чары, защищаясь от летящего прямо в лицо магического снаряда. Изогнутая пленка силы возникла перед ним, принимая удар — щит прогнулся, но выдержал.

Голос Кайрона произнес несколько слов, и ядовитый дым устремился на звук. Стала видна фигура профессора, поднявшего левую руку — зеленый газ уплотнялся над ладонью, словно всасываемый вакуумом. Зориану вновь пришлось сотворить щит.

По крайней мере, он вновь мог дышать — слава богам за их малые милости.

Прежде чем нападающие — видимо, они переместились внутрь под прикрытием дыма, Зориан не припоминал, чтобы в убежище была эта банда мужчин в коричневых накидках — сделали ответный ход, Кайрон взмахнул свободной рукой, и в воздухе щелкнул сияющий хлыст. Враги повалились наземь, рассеченные пополам.

Зориан потрясенно смотрел на Кайрона. Он и не сомневался, что бывший боевой маг силен, но видеть это собственными глазами… Профессор мгновенно сориентировался и отразил нападение всего двумя заклятьями. Зориан невольно спросил себя, как бы все сложилось, если бы Кайрон возглавлял эвакуацию. Наверняка он бы не допустил жертв среди учеников. Да и студенты слушали бы, что им говорят — в отличие от старост, профессор боевой магии умел командовать.

— Как… черт возьми… ты держишься? — прохрипел Зак. Он, похоже, вдохнул зеленого дыма. От некоторых вещей не спасают даже десятилетия временной петли.

Зориан хотел было ответить — но тут пол перед ним взорвался, отбросив его и осыпав градом каменной крошки. Он слышал, как Кайрон читает инкантацию, но было поздно — вырвавшийся из земли гигантский червь был слишком быстр, а сам Зориан не мог шевельнуться от боли. Огромная пасть смыкается на нем — и чернота.

Его последней мыслью было, что это нечестно. Сколько же козырей в рукаве у врагов? Они просто гребаные шулеры!

Глава 10. Упущенные подробности

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С доб…

— Да что ты говоришь, — прервал ее Зориан. — Доброе утро? Меня опять убили! На этот раз — сожрал здоровенный червяк. И меня уже достало такое пробуждение. Что, нельзя было сдвинуть петлю хотя бы на день позже?

Он выжидающе посмотрел на сестру. Та выглядела растерянной и слегка испуганной.

— Эм, что? — неуверенно спросила она.

Зориан молча скинул ее с кровати. Глухой удар, возмущенный вскрик — он тут же вскочил на ноги, изготовившись на случай ответного нападения. Уроки прошлых циклов не прошли даром — пока она сидела на полу, Зориан устремился в туалет.

Она быстро сообразила, что он задумал, но было поздно — он уже заперся изнутри. Ее яростные крики были музыкой для его ушей, особенно когда на шум пришла мать и отругала ее.

Что же, может, это и правда доброе утро.

Поезда… Зориан никогда их не любил, но с началом временной петли — возненавидел всем сердцем. Ежемесячные поездки железной дорогой бесили как бы не больше, чем прыгающая на живот Кириэлле. Он подумывал убить время беседой с Ибери, чтобы к его приходу в библиотеку они уже были знакомы — но отказался от этой идеи. В этот раз он не будет работать в библиотеке. Все-таки это занимает слишком много времени, а на очереди многообещающий план — овладеть всеми упражнениями из книги Ильзы и напроситься к ней в ученики. Да, библиотечная магия полезна — но ничто не сравнится с избавлением от Ксвима.

И в этот раз он не станет дожидаться вторжения в Сиории. Не в этом цикле и не в ближайших следующих. Накануне фестиваля он уже будет в поезде — даже если ради этого придется раскрыться Заку. Он осознавал, что умнее, ответственнее было бы остаться в городе и наблюдать, как проходит вторжение и что можно сделать для его отражения. Он осознавал, но… для него это чересчур. И дело даже не в том, что, оставшись, он вероятнее всего погибнет. Эмоциональная встряска "эвакуации" тяжела — но это лишь симптом настоящей проблемы. Он напрягал извилины, пытаясь добраться до сути — без толку. Все причины, приходящие на умы, казались… неверными.

А потом его осенило. Беспомощность. Каждый раз, вспоминая вторжение, он не мог избавиться от мысли, что противостоящая сила слишком, безнадежно велика, и его шансы выжить хоть некоторое время целиком во власти слепого случая. Пожалуй, последняя смерть — прямо-таки аллегория его борьбы против вторжения. Так ты разогнал кровожадную стаю зимних волков, достиг безопасного убежища, помог в отражении предательского нападения — и думаешь, что все плохое позади? Нет, глупышка, познакомься с гигантским червем, сейчас он откусит тебе голову. Что тут вообще можно предпринять? Что мог бы предпринять он?

Может, и ничего. Многие аспекты вторжения казались просто… немыслимыми. Немыслимыми, как Зак, достигший уровня архимага всего за одно лето. Как он, Зориан, овладевший 15 упражнениями из книги Ильзы менее чем за месяц. Как путешествие во времени. Что если его подозрение верно — и есть третий путешественник? И он руководит вторжением. Это бы многое объяснило. Впрочем, тогда возникли бы новые вопросы. Например, почему вражеский путешественник не разберется с Заком. Лич убедительно показал, что неуязвимых нет, а ведь лич на стороне врага.

Так или иначе, он собирался избегать вторжений, пока не освоит действительно серьезные приемы — или пока не наработает эмоциональную устойчивость. Смотря что получится раньше. Все равно сейчас толку от него, как от наблюдателя — паникующего и гибнущего в самом начале…

Поезд наконец прибыл в Сиорию, и Зориан направился в академию. Теперь он мог не торопиться — в прошлом цикле он наконец нашел дождезащитное заклятье и был не прочь испытать его. Ну, то есть он нашел несколько заклятий, защищающих от непогоды — но лишь одно из найденных было ему по силам. Но ничего, "дождевой барьер" его вполне устраивал — давал полноценную защиту, хоть и немилосердно расходовал ману. Не лучший вариант для продолжительного дождя, но Зориану он нужен буквально на час-два, причем в насыщенной маной части Сиории.

Да и будем откровенны — невидимый купол, защищающий от дождя, выглядит куда круче, чем тонкая, незаметная защита продвинутых заклятий. Барьер отражал не просто дождь, но воду в целом — так что можно не смотреть под ноги, опасаясь промочить обувь. Лужи расступались перед ним, словно перед небесным посланником — довольно забавное зрелище. После сокрушительного провала на последнем вторжении ему совсем не помешает чуток поднять самомнение.

Первоначально он думал, что не будет использовать барьер по завершению временных петель — все-таки зонтик почти столь же эффективен и не жрет столько маны — но на всем пути до академии не нашлось ни одного магазина, продающего зонты. Видимо, следует все же отработать заклятье, мало ли когда дождь застанет его вдали от зонта.

Зориан покачал головой — не стоит фантазировать, что будет после петель — это явно случится не сегодня и не завтра. Нужно сосредоточиться на настоящем… как же дико это звучит в его ситуации. Например, как ему быть с Заком? Какая-то часть его была не прочь рассказать парню все и дальше искать решение вдвоем — одна голова хорошо, а две лучше. При всей своей импульсивности, Зак не достиг бы своего нынешнего уровня без толковой головы на плечах. Однако тут таились подводные камни — он сильно подозревал, что о Заке ему известно далеко не все, что нужно знать. И открыться ему сейчас — чистой воды авантюра.

В итоге он решил сначала посмотреть, как Зак будет относиться к нему в этом повторе.

— Зориан! Сюда!

Зориан скосил глаза на жизнерадостного Бенисека — тот махал рукой, как придурок. И что теперь делать? Желания разговаривать с ним не было. Да, Бенисек — самый близкий из его приятелей в академии, но как же он иногда раздражает… Да и в этот раз он не расскажет ничего нового. Вздохнув, Зориан сдался и побрел к ухмыляющемуся парню. Рестарты рестартами, но не отталкивать же людей, когда они так рады тебя видеть. Особенно столь давних знакомых, как Бенисек.

Любопытно, Бенисек оказался сегодня в столовой — нетипичное для него поведение. Подобные отклонения иногда случались — что и следовало ожидать, ведь в цикле присутствовали как минимум два путешественника во времени — но отклонение в самом начале петли… Он только вчера прибыл в Сиорию. Обычно события сходили с сюжетных рельс не раньше, чем через неделю, да и тогда сохранялось общее направление. Большинство учителей вели занятия по строго определенному плану; Фортов всегда приходил за зельем, хоть инцидент с Ибери и случался в самом конце, когда отклонения накапливались снежным комом. Может, это отнюдь не было случайностью? Слишком уж последовательно это происходит из раза в раз.

— Только прибыл в Сиорию? — радостно затараторил Бенисек, стоило Зориану подойти.

Зориан неуверенно кивнул. Что-то Бенисек чересчур оживленный — то ли положил глаз на очередную красотку, то ли узнал на редкость пикантную сплетню. Сплетня предпочтительней — черта с два он будет слушать разглагольствования Бена о девушках.

— Ты не поверишь! — заявил Бенисек. — Помнишь Зака? Ну, знаешь, Зак Новеда, последний из Благородного Дома Новеда. Он учился с нами два прошлых года.

А, ну конечно, все дело в Заке. Мог бы и сам догадаться.

— Конечно, помню, — ответил Зориан. — Он… весьма заметен.

— Разве? — Бенисек моргнул. — То есть да, конечно заметен, я просто не думал, что ты вспомнишь — в конце концов, он хреновый маг, да и вы с ним практически не общались.

Зориан пожал плечами. Сказать по правде, он практически никогда не забывал имена, независимо от того, общался ли он с человеком. Даже до временной петли он бы мгновенно вспомнил Зака.

— В любом случае, — продолжил Бенисек. — Вчера Зак сбежал из своего фамильного особняка.

— Э, что? — ошарашенно спросил Зориан. — В смысле — сбежал? Зачем ему сбегать из собственного особняка?

— Хороший вопрос, правда? — откликнулся Бенисек. — Судя по всему, он повздорил со своим опекуном, и это переросло в настоящую магическую дуэль. И Зак эту дуэль выиграл! Половина усадьбы разгромлена, а Зак сбежал из города и до сих пор не найден. Они ищут его повсюду.

— Э… вау, — только и сказал Зориан. Какого хрена?

— И не говори, — согласился Бенисек. — Не то чтобы я полностью верил официальной версии. Как мог Зак потягаться с опекуном? Тесен Цвери — маг седьмого круга, а Зак едва осилил сертификацию на первый! Но что-то же разрушило особняк Новеда…

— Откуда ты знаешь? — спросил Зориан.

— Это на первых полосах газет, — ответил Бенисек. — Все только об этом и говорят. Никогда не думал, что кто-то из одноклассников учудит такое. Что думаешь, Зориан?

— Даже не знаю, что и думать, Бен, — сказал Зориан.

Истинная правда. Он ни секунды не сомневался, что Зак мог справиться с опекуном, пусть и седьмого круга — тот, как известно, политик, а не боевой маг, но… зачем?

— Получается, в этот раз он не придет на занятия, — вслух пробормотал Зориан. Хотя с Зака станется и заявиться в класс, словно ничего не случилось.

— Да уж наверное, — хохотнул Бенисек.

— Он никого не убил? — спросил Зориан. Бенисек отрицательно мотнул головой. — Получается, он не сделал ничего непоправимого. Что ему будет, если он просто сдастся?

— Ну, Тесен наверняка очень зол, и слишком влиятелен, чтобы это сошло с рук даже Заку, — сказал Бенисек. — Нападение на одного из старейшин Эльдемара — довольно серьезное преступление. Если захочет, он может здорово испортить жизнь Заку. Впрочем, маловероятно — это лишь привлечет к скандалу еще больше внимания. Я думаю, Зак вернется где-нибудь через месяц, когда остынет, а Тесен "великодушно" простит его.

Зориан промолчал. Зак говорил, что редко проводит месяц в Сиории, и еще реже посещает занятия. В этом ключе было глупо ожидать, что Зак будет здесь в этом повторе. Да, он заинтересовался Зорианом в прошлом цикле, но наверняка не настолько сильно. И все же — зачем было устраивать этот бардак? Если он хотел уйти, то мог просто выйти за ворота и пойти на все четыре стороны. Кто бы его остановил, опекун? А смысл? Судя по частым прогулам Зака и никакой успеваемости первых двух лет, Тесен относился к своим обязанностям опекуна без фанатизма.

Он не видел ответа, да и искать Зака не собирался. Даже если попробует — вряд ли у него выйдет что-то путное, а на повестке есть и более достижимые цели.

Например, вырваться из безжалостной хватки Ксвима. Что может быть важнее?

Остальная часть месяца прошла без происшествий. Зак так и не появился на уроках, и никаких вестей о нем не было. Где-то через неделю газеты перестали мусолить эту тему, и слухи среди студентов потихоньку сошли на нет. Что касается Зориана, он полностью погрузился в отработку упражнений из книги Ильзы. Он махнул рукой на все остальное, и даже пропускал занятия, когда считал, что это сойдет ему с рук. Акоджа была в ярости — он портил всю статистику посещаемости класса — и натравила на него Ильзу. К счастью, несмотря на прогулы, Зориан набирал максимум баллов на всех контрольных — и сумел убедить Ильзу, что очень занят персональным проектом, а не страдает фигней, как утверждала Акоджа. Он пообещал, что закончит проект за месяц и вернется к обязательному посещению занятий после летнего фестиваля. Она взяла с него обещание, что он покажет ей результаты — на что он с готовностью согласился.

Полная концентрация на задаче принесла свои плоды — к концу месяца он освоил и вертикальную, и фиксированную левитацию. Он решил не показывать эти навыки Ксвиму, который по-прежнему заставлял его вертеть ручку — от него все равно похвалы не дождешься. Этому типу всегда мало.

Само собой, он не остался в городе на время вторжения. Без кольца Зака он был даже более бесполезен в бою, чем в прошлом цикле, так что оставаться смысла не было. Он не забывал ежедневно отрабатывать показанные Заком заклятья, надеясь когда-нибудь отточить их до рефлекса, подобно Заку. Конечно, это займет годы, но даже самый долгий путь начинается с первого шага. И в этот раз он не уехал из Сиории на поезде — он вышел из города пешком и дождался начала на одном из холмов.

Наблюдать за сражением издалека было не только куда спокойнее — но и куда информативнее. Он наконец увидел более полную картину вторжения. Похоже, вражеский план строился на нескольких этапах, начиная, понятное дело, с замаскированного под салют артиллерийского удара. В основном обстрелу подверглись три городских района — городская администрация, воинский гарнизон и незнакомое Зориану скопление зданий. Академия, судя по всему, не была в списке первоочередных целей — возможно, она была нужна захватчикам более или менее целой. После первого залпа в ход пошли другие снаряды — в местах попаданий появлялись десятки огненных элементалей. Хорошо, что практически все дома в Сиории в той или иной мере зачарованы от огня — иначе город заполыхал бы. После нескольких минут зажигательного обстрела из канализации на улицы вырвались монстры, а уже потом в дело вступили вражеские заклинатели.

Битва была еще в полном разгаре, когда в два часа ночи мир мигнул чернотой.

С учетом всего увиденного, армия монстров — пожалуй, наименее опасная часть вторжения. Если бы он мог как-то предотвратить первый залп, накрывший оборонительные структуры города, или проредить вражеских магов, следующих за монстрами… Пока что рано об этом думать, задача ему еще не по плечу.

Три следующих цикла следовали тому же сценарию, вплоть до Зака, каждый раз дравшегося со своим опекуном и сбегающего в неизвестном направлении. Видимо, за этим было что-то большее, нежели случайная прихоть. Детали разнились, но закономерность была налицо — перед каждым побегом Зак пересчитывал Тесену кости. Увы, ничего существенного об опекуне Зака узнать не удалось — к политику его уровня так просто не подберешься, а в общедоступных сведениях не было ничего, объясняющего враждебность парня.

Работа над книгой Ильзы уверенно продвигалась, но сказать по правде, он уже был сыт ей по горло. На непрерывные тренировки не хватало никакого энтузиазма. К тому же, Ильза сказала, что средний студент осваивает шесть упражнений за год — а он уже добился большего. Неудивительно, ведь он полностью сосредоточился на плетениях — обычному же студенту приходится тратить время на множество разных предметов.

Вот почему он пришёл в кабинет Ильзы — посмотреть, не удастся ли добиться чего без заучивания всех 15 упражнений.

— Чем могу быть полезна, мистер Казински? — спросила Ильза.

— Эм, я по поводу учебной программы, которую вы описали на первом занятии, — сказал Зориан. — Не уверен, что я узнаю из неё что-то новое — я хорошо знаком со всеми перечисленными темами.

Ильза приподняла бровь. В чем дело, с Кайроном же сработало?

— Вот как, — сказала она. — Не возражаете против парочки небольших тестов, просто чтобы убедиться?

Он не возражал, веря, что легко пройдёт любые проверки. Ильза порылась в ящиках и протянула ему два листка с заданиями. Первый тест был тем самым, что она давала классу перед фестивалем — Зориан справился с ним за десять минут, просто вписав ответы по памяти. Второй тест… Второй был до абсурдного сложным, касающимся продвинутых тем, даже не упоминавшихся на уроках. За отведённое время Зориан ответил лишь на четверть вопросов, и совершенно не был уверен в правильности от ответов.

Ильза бегло посмотрела исписанные листки, кивнула самой себе.

— В ваших теоретических знаниях есть серьёзные пробелы, — сказала она с театральным вздохом, и Зориан едва сдержался, чтобы не зарычать. Какого хрена? Она специально дала второй тест, чтобы он засыпался! — Секундочку, я дам вам дополнительный список литературы для самостоятельного изучения.

Через пару минут Зориана практически выставили из кабинета с торопливо набросанным списком в руках. Он сердито посмотрел на листок, борясь с желанием немедленно испепелить его. Все равно по графику — огненные вариации базовой тройки. Он сдержался. Так легко она от него не отделается! Он выдержал преподавательскую манеру Ксвима, он без проблем сможет прочитать два-три лишних учебника. Он ещё вернётся… Пусть она даже не сомневается.

— С добрым утром, братик! Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

— Доброе утро, Кири, — с приятной улыбкой ответил Зориан. — Спасибо, что разбудила.

Пару секунд Кириэлле недоверчиво смотрела на него, потом разочарованно фыркнула и слезла. Сама. Чёрт возьми, надо было попробовать этот способ раньше.

— Ты скучный, — обвинила она. Зориан молча кивнул.

— Мама хотела поговорить с тобой, — продолжила Кири. — Но, может, ты сперва покажешь мне немножко магии? Пожааалуйста?

Что же… Почему нет? Он быстро сотворил заклятье парящего светильника — над его ладонью возник шар белого света. Отправив светящийся шар летать по комнате, он исполнил заклинание ещё дважды, каждый раз придавая светляку новый цвет.

Книги, рекомендованные Ильзой, были до невозможного унылы, но и в них нашлось кое-что интересное. Судя по всему, упражнения на плетения не только развивали сам навык прямого контроля — полученные умения прекрасно действовали на заклинания той же природы. Вариация базовой тройки, создающая разноцветный свет, позволяла влиять на заклинания освещения. А если освоить множество подобных упражнений — световые чары должны стать мощнее и экономичнее в мане. Тот же принцип работал и в других областях — огненные упражнения улучшали чары нагрева и воспламенения, левитационные же — заклятья телекинеза. Когда он осознал это, ненавистные упражнения предстали в совершенно новом свете. Да что там, он даже подумывал, не найти ли ещё вариации, когда освоит все из книги Ильзы.

— Ещё! Ещё! — требовала Кири.

Создав ей на радость ещё несколько цветных шаров, Зориан украдкой выскользнул из комнаты и поспешил к туалету. И почему она каждый раз так стремится занять санузел? Это слишком мелочно даже для неё. Надо будет спросить её в один из повторов.

Увы, к приходу Ильзы он не придумал ничего лучше, чем пригласить ее к себе, совершенно забыв, что комната заполнена шарами разноцветного света. Он торопливо повёл рукой, развеивая магию, но было поздно — Ильза заметила и теперь смотрела на него с любопытством.

— Это не заклятье второго курса, — заметила она, глядя ему в глаза.

— При желании Дэймен может быть отличным учителем, — Зориан нахально улыбнулся, сваливая все на старшего брата. Вообще говоря, учить несертифицированных магов заклятьям первого круга — уже преступление, но если он что-то и узнал в жизни, так это то, что Дэймену все, что угодно сойдёт с рук.

— И ты уже можешь окрашивать свет в разные цвета, — кивнула Ильза. — Впечатляюще. Наверное, и вот это не составит для тебя труда?

Она протянула ему знакомый свиток. Он собирался уже привычно направить ману и сломать печать — как вдруг ощутил: что-то не так. Ильза смотрела на него ястребом, как никогда в прошлых циклах. В этот раз что-то иначе? Он уставился на свиток, ища отличия — все было то же самое, вплоть до символов на печати. Секундочку…

Ему захотелось побиться головой о стену — он вспомнил, где видел такие же символы. Вот же хитрожо…

Он все делал неправильно! Все это время он просто вливал свою ману в печать, ломая её. Нужно же было направить потоки энергии определённым образом, и тогда печать отделится невредимой. Да, для этого требовалось больше умения, чем для вливания, но он прекрасно справился бы даже до временной петли. И все это время подсказка была перед глазами — прямо на треклятой печати. Символы, которые он считал просто орнаментом, оказались инструкцией; пусть иносказательной, но все же… Куда он смотрел раньше?

Потоки маны прошли по наружному краю, и целая печать отпала ему в ладонь.

— Очень хорошо, — улыбнулась Ильза. — Мало кто из студентов столь свободно владеет магией в твоём возрасте. Смотрю, ты уверенно следуешь по стопам Дэймена.

Зориан вежливо улыбнулся в ответ. Не огрызаться, не огрызаться…

— К сожалению, сейчас я тороплюсь, продолжим разговор позже. Загляни ко мне в кабинет, когда прибудешь в Сиорию, — сказала Ильза. — Теперь — насчёт твоих факультативов…

Ильза посмотрела на него. Он встретил её взгляд. Она глянула на лежащие перед ней полностью заполненные листки с тестами, и вновь посмотрела на него, в этот раз — оценивающе. Зориан хранил молчание.

Так удивить учителя оказалось неожиданно приятно. По крайней мере, в отличие от Ксвима, Ильза не встречала его усилия ледяным равнодушием.

— Должна признаться, приглашая тебя на беседу, я не ожидала ничего подобного, — задумчиво сказала Ильза. — Второй тест предназначен для выпускных экзаменов третьего курса, а ты сделал в нём всего две ошибки. И ты владеешь десятью вариациями базовой тройки, цифра для третьекурсника астрономическая.

Она в раздумье поступала ручкой по столу.

— Пожалуй, на моих занятиях ты ничему не научишься, — наконец признала она. — В этом году я собиралась заполнить пробелы студентов в теории и азах плетения, а также показать несколько простых, но полезных заклинаний. Ты же и так все это знаешь. И что мне с тобой делать?

— Забрать меня у Ксвима и лично обучить перспективного студента? — рискнул Зориан.

Она засмеялась.

— Прости. Ты хорош, но не настолько. К тому же, тебе будет проще, чем остальным жер… подопечным Ксвима. С твоим-то мастерством плетения.

— Вы удивитесь, как мало это для него значит, — вздохнул Зориан.

— Да ладно, мистер Казински, вы его даже ещё не встречали, — ускорила его Ильза. — Наверняка слухи сильно преувеличены.

— Наверняка, — Зориан не сдержался и закатил глаза. — Тогда можно мне хотя бы не посещать ваши уроки? Вы сами сказали, что для меня они бесполезны.

Он пришёл не за этим, но все же лучше, чем ничего. Это высвободило бы уйму времени. Пока он во временной петле, он может без особых последствий прогуливать уроки, но ведь когда-нибудь петля закончится? Да и официальное разрешение заткнуло бы Акоджу, что тоже неплохо.

— Нет, — ответила Ильза. — Ты нужен мне на уроках, хотя бы как пример для остальных. Не волнуйся, скучать не придётся.

Блин. Наверное, не стоило спрашивать.

— А в качестве поощрения… — продолжила она. — Мне некогда заниматься с тобой лично, но я могу договориться о дополнительных занятиях с другим профессором. Какие предметы интересуют тебя больше других? Я рекомендовала бы изменение или прорицание, но решать тебе.

— Заклинательные формулы, — тут же ответил Зориан.

— О? Амбициозно, — заметила Ильза. — Это трудный предмет. И твоё мастерство плетения здесь ничем не поможет.

— Я уверен, — подтвердил он. Формулы влекли его с самого начала обучения, и упускать такой шанс он не собирался.

— Что же, хорошо, — она пожала плечами. — Не вижу никаких тому препятствий. Мисс Буул будет счастлива столь талантливому и усердному студенту.

Мисс Буул? В смысле — Нора Буул, оранжевоволосая маньячка, задавшая им прочитать двенадцать книг за неделю и начинающая каждый урок с небольшого теста на 60 вопросов? Зориан едва сдержал тяжкий вздох. Неужели он никогда не попадёт к нормальному учителю?

Глава 11. Ограничения

— Почему твой тест длиннее? — торопливо прошептал Бенисек. — Я что, потерял страницу?

— Нет, — прошептал в ответ Зориан. — Нора просто проверяет… не сейчас. Потом расскажу.

Он вздохнул и вернулся к своим углубленным вопросам по заклинательным формулам. Словно ему мало стандартного теста из 60 вопросов! Следуя дурному примеру Ильзы, Нора проверяла те знания, которых у него еще и быть-то не должно — ничего из заданного не проходили на втором курсе. К счастью, в прошлых циклах он и правда прочел все двенадцать "рекомендованных" книг из ее списка — так что листок с вопросами не вызывал полного ступора.

Пожалуй, это даже хороший знак — более трудные вопросы означали, что Нора восприняла его серьезнее, чем в прошлых повторах. Он не раз и не два пытался напроситься к ней на дополнительные занятия — с удручающими результатами. При всем своем учительском энтузиазме, Нора Буул не могла поверить, что он и правда настолько хорош. И не она одна, с остальными профессорами была та же история, за исключением разве что Кайрона. Если подумать, скорее всего дело не в характере боевого мага — просто уверенное владение магическим снарядом очень легко продемонстрировать. Во всяком случае, темп развития событий обнадеживал — он только вчера говорил с Ильзой, и уже сегодня Нора проверяет его. Зориан думал, что дело затянется минимум на неделю — учителя подходили к подобным вопросам не спеша — и никак не ожидал такой скорости. Наверное, он впечатлил Ильзу сильнее, чем ожидал.

Хорошо. Приятно сознавать, что время и усилия были потрачены не зря.

Удовлетворение не продлилось долго — рядом сидел Бенисек. Парень принялся теребить его, прося подсказки; Зориан стиснул зубы. Он всегда считал его несколько надоедливым, пусть Бенисек и был его лучшим другом — точнее, ближайшим подобием лучшего друга. С началом же циклов раздражение Зориана стало прорываться все чаще и чаще. Не совсем честно по отношению к Бену — толстяк вел себя не хуже, чем обычно — просто постоянное повторение делало его невыносимым. Зориан торопливо черкнул несколько ответов на клочке бумаги и кинул приятелю. Кажется, Бенисек хотел еще что-то сказать своим преступно громким шепотом — но Зориан заткнул его яростным взглядом.

Да, он жутко раздражал Зориана, но не настолько, чтобы порвать с приятелем. Знать бы еще, на сколько циклов хватит его терпения.

— Все, время вышло. Ручки на стол, — объявила Нора, вызвав волну протестов. — Кроме мистера Казински. Он может продолжать работать над дополнительным тестом.

Блин. Теперь все уставились на него. Обязательно надо было объявлять перед всеми? Пометка на будущее — следить за языком при общении с Норой; не похоже, что сдержанность — ее сильная сторона.

Акоджа торопливо собрала работы, на миг задержавшись у его парты — пыталась разглядеть, что это за дополнительный тест. Урок вернулся к привычному сценарию; Зориан слышал эту лекцию бесчисленное множество раз, так что постарался отрешиться от нее и сосредоточиться на вопросах. Даже при всем накопленном объеме знаний и навыков, тест был сложен. Заклинательные формулы, как подсказывало само название, требовали множества расчетов и чертежей, что автоматически делало предмет трудным. Для большинства, включая и его.

Наконец урок завершился, и Нора попросила его остаться — остальные спешно покидали класс. С уходом последнего студента Нора тут же стала проверять его тесты — а Зориан — следить за ее реакцией.

В отличие от Ксвима — и даже Ильзы — Нора Буул была весьма экспрессивна. Дочитав первый, стандартный тест, она выглядела приятно удивленной. Еще бы, там все на 100 % верно. Зато когда она перешла ко второму тесту — на ее лице промелькнуло потрясение, сменившееся сдерживаемым ликованием. Что же, ей хотя бы нравится, что он написал. Она отложила лист и пристально посмотрела прямо ему в глаза, заставив поежиться. Она напоминала ему Зака и Киритишли, от нее так же струились некие… волны, за неимением лучшего слова. Присутствие таких людей давило, особенно когда они полностью сосредоточены на нем — как сейчас Нора.

— Что же… — начала она. — Не ожидала. Знаешь, зачем я дала тебе дополнительный тест?

— Ээ, нет, — ответил Зориан. — Чтобы отпугнуть?

— Именно! — воскликнула Нора. — Вот именно!

Зориан моргнул — она что, открыто это признала?

— Заклинательные формулы требуют смелости! Страсти! — воодушевленно вещала Нора. Занятно. Другие сказали бы, что тут требуются терпение и скрупулёзность. — Решимости! Те, кто спасуют перед всего лишь этим, — она помахала листком с вопросами. — Не выдержат трудностей углубленного изучения. Я должна была убедиться, что у тебя хватит твердости духа.

Это начинало нервировать. Он точно пришел на дополнительные занятия — а не в какую-то секту?

— Само собой, я и не ожидала, что ты ответишь на вопросы правильно, — сказала Нора. — Главное, чтобы ты ответил хоть как-нибудь, не вернул мне чистый лист. Не подумай, что я жалуюсь, вовсе нет… Ну-ка, посмотрим…

Она вернулась к столу и вытащила из ящика стопку бумаг. Хмурясь, перебрала листы и со вздохом отложила. Прошло не меньше минуты скорбного молчания, прежде чем она вновь посмотрела на него, вспомнив о его присутствии в кабинете.

— Скажи мне, что такое заклинательные формулы? Своими словами, не надо заученных определений.

Зориан открыл было рот, но тут же закрыл, обдумывая, что ответить.

— Ну же, — приободрила его Нора. — Смелость, помнишь? К тому же я просто спрашиваю твое мнение. Правильного ответа нет.

Ха. Правильного ответа может и не быть, но Зориан знал — всегда есть неправильный. Всегда. Впрочем, в данном конкретном случае молчание будет самым неправильным ответом.

— Это использование геометрических фигур и разнообразных символов для магического воздействия, обычно с целью усиления защитных чар или быстрого сотворения заклинаний, — сказал Зориан.

— Правда? И как же это работает? — с насмешливым любопытством спросила Нора.

— Эмм… Оно ограничивает течение маны заданным контуром? — предположил Зориан.

— Да! — согласилась Нора. — Именно ограничивает. Ты не поверишь, сколько магов считают формулы своеобразными усилителями. Просто в голове не укладывается. Конечно, современные мастера используют материалы, являющиеся природными усилителями, но это совсем другое. Кстати, ты ведь знаешь, в чем смысл структурированной магии?

— Чем определеннее эффект заклинания, тем экономичнее оно в мане. Структурированная магия создает контур, отсекающий лишние функции, тем упрощая заклинание для мага.

— Заклинательные формулы действуют точно так же, только их достоинства и недостатки более выражены, — подхватила Нора. — На создание формулы можно потратить куда больше времени, чем на сотворение заклинания — так что формулы ограничивают поток маны еще эффективнее. Магия становится экономичнее, но еще менее гибкой, менее управляемой. И, конечно, жесткое ограничение не оставляет места ошибкам — создать действующую заклинательную формулу куда сложнее, чем заклинание.

Зориан терпеливо слушал — все это было азами теории, он слышал и читал это тысячи раз — но не рисковал прервать. Увы, узнать смысл этого допроса было не суждено — Нора внезапно посмотрела на висящие над дверями часы и побледнела, осознав, сколько прошло времени.

— Простите, мистер Казински, я немного увлеклась. Вам лучше поспешить на следующий урок, иначе у вас будут проблемы, — извиняющимся тоном сказала она. Зориан пожал плечами — он все равно собирался прогулять следующий урок, но не говорить же ей об этом. — Я утрясу расписание в ближайшие пару дней и извещу вас через Ильзу. Я уже предвкушаю наши совместные занятия.

Ее последняя фраза застала его уже на пороге:

— Ох! Чуть не забыла. Загляни к Ильзе, она хотела с тобой поговорить. Что-то насчет ответной услуги.

И почему это прозвучало настолько зловеще?

Центральный вокзал Сиории, как всегда, кипел жизнью. В воздухе ощущался неизменный привкус спешки, бодривший либо раздражавший Зориана — в зависимости от настроения. Когда он сходил с поезда, это пробуждало после утомительной поездки, подобно ведру воды. Когда же он просто стоял на шестой платформе, ожидая поезда, это давило на мозги. Да еще клятый поезд задерживался на два часа!

Чтобы как-то отвлечься и убить время, он принялся гонять снующих вокруг голубей и воробьев. Не в открытую, конечно — это выглядело бы по-детски и привлекло бы к нему лишнее внимание — он направлял в птиц поток маны, пытаясь управлять ими мысленно. Конечно, это не тянуло на настоящее заклинание, но птицы волновались. Как правило, очередной пернатый, на котором он фокусировался, быстро начинал нервничать и где-то через минуту улетал.

Наконец пронзительный свисток прибывающего поезда отвлек его от этого занятия, и местная живность была спасена. Зориан вглядывался в толпу выходящих, выискивая свою цель. По-хорошему, ему бы стоять с табличкой — но он не сомневался, что и так найдет парня. В толпе не так уж много беловолосых подростков.

Ответная услуга Ильзе оказалось не такой уж страшной. Да, встретить переводящегося студента, помочь ему с багажом и показать город — занятие на целый день… но зато ему не нужно торчать на уроках! К тому же, это вполне уважительная причина сойтись поближе с Каэлом — тем самым переводящимся студентом — обычно морлок держал дистанцию. Зориану был просто необходим нормальный друг, помимо Бенисека, и он рассчитывал, что сможет поладить с Каэлом. Да и если не сможет — что же, в следующем цикле морлок и не вспомнит о его неловкой попытке.

Он наконец заметил сходящего с вагона Каэла и поспешил помочь ему с багажом. Не из пустой вежливости, вовсе нет — морлок явно не справлялся с баулами одной рукой. Второй рукой он придерживал маленькую девочку, вцепившуюся в него и с детским любопытством оглядывающую окрестности.

Каэл явно был удивлен, когда Зориан принялся молча помогать ему с сумками, но возражать не стал. Девочка во все глаза разглядывала Зориана. Кто она, младшая сестра Каэла? У нее были такие же ярко-синие глаза, но — иссиня-черные волосы, да и вообще она не слишком похожа на морлока. Не привез же парень столь маленького ребенка с собой на учебу? Зориан ожидал, что из вагона вот-вот покажется ее мать и заберет девочку, но этого не происходило.

Последняя сумка переместилась из вагона на платформу, и Каэл наконец повернулся к нему.

— Благодарю, — сказал он. При всей своей отстраненности, Каэл был вежлив. — Меня зовут Каэл Тверинов. Обычно я не так неловок, просто сложно управиться одной рукой. Кана очень нервничает, и у меня не хватило духа ее отогнать. Боюсь, поездка далась ей тяжело.

— Без проблем, — ответил Зориан. — Я здесь, чтобы помочь, меня послала Ильза. Я — Зориан Казински, мы будем учиться в одном классе. Ильза Зилети поручила мне помочь с багажом и показать город.

Каэл ответил настороженным взглядом, защитным жестом прижав девочку к себе, словно Зориан мог отобрать ее.

— Что? — спросил не ожидавший такой реакции Зориан. — Я что-то не то сказал? Извиняюсь, я не хотел никого обидеть.

Каэл еще раз с подозрением оглядел его и наконец принял решение:

— Это я должен извиниться, мистер Казински, вы ничего такого не сделали. Позвольте мне представиться снова: я — Каэл Тверинов, а это моя дочь, Кана.

Зориан ошарашенно посмотрел на морлока, потом перевел взгляд на его… дочь. Кана смущенно помахала ему, но ничего не сказала. Она была очень мала, года три на вид, но и Каэл лишь немногим старше его. Получается, когда она родилась, Каэлу было лет 13. К слову о молодых родителях…

— Понятно, — сказал он. И правда понятно, просто будучи морлоком, Каэлу наверняка приходилось нелегко, если же поползут слухи о дочери… Сам Зориан на его месте пошел бы на все, чтобы скрыть это от одноклассников. — Можешь не волноваться, я не из болтливых.

— Спасибо, — с видимым облегчением выдохнул Каэл.

— Не стоит, — отмахнулся Зориан. Учитывая, что матери малышки здесь нет, это явно не самая счастливая история. Надо быть последним уродом, чтобы сделать еще хуже, растрепав все сплетникам академии. Его слегка интересовало, кто будет приглядывать за девочкой, покуда Каэл на занятиях, но тот наверняка уже нашел ребенку няню. — Сейчас позабочусь о багаже, и мы отправляемся.

Зориан быстро сотворил "парящий диск", и перед ними возникла круглая призрачная платформа. Весьма полезное заклятье, Ильза собиралась показывать его где-то в середине третьего курса, но Зориан несколько забежал вперед. Механика заклинания напоминала "щит", но этот силовой конструкт был мобильным и оптимизированным для перевозки тяжестей. Нагруженный сумками, он послушно заскользил следом за ними.

— Интересно, — заметил Каэл. — Должен признать, когда Ильза сказала, что в моем образовании есть серьезные пробелы, я решил, что она преувеличивает. Это средний уровень студента-третьекурсника?

— Ну, не совсем, — отозвался Зориан. — Я определенно превосхожу средний уровень. Хоть меня и не назовешь лучшим…

Каэл задумчиво хмыкнул.

— А откуда взялись эти пробелы в образовании? — спросил Зориан.

Каэл молчал несколько секунд; Зориан уже решил, что не дождется ответа, но морлок заговорил:

— Мое обучение было… нетрадиционным. Я был кем-то вроде неофициального ученика деревенского мага. Она не состояла в гильдии, и ее навыки были узко специализированы — так что большую часть магических наук я осваивал сам. Можно сказать, я практически самоучка.

Зориан по-новому посмотрел на парня. Магия сложна в обучении даже с хорошим учителем. Самостоятельно освоить ее до уровня третьего курса… хотя, если он настолько одарен…

— Надеюсь, я не слишком назойлив, но…

— Но почему я приехал в Сиорию? — закончил за него Каэл. — Академия сделала мне заманчивое предложение, а дома меня ничего не держало. Родители умерли, когда я был ребенком, а учитель… она не пережила Плач. Как и моя жена. У меня осталась только Кана.

— О боги, — вздрогнул Зориан. — Я не…

Каэл покачал головой.

— Ничего страшного, мистер Казински. Если б я болезненно реагировал на расспросы, мне бы пришлось стать отшельником. Людям свойственно любопытство.

Зориану все равно было неловко. Он-то думал, что подружка Каэла забеременела, и тот был вынужден принять ответственность за ребенка. Но нет — официальный брак. Несколько рано для его лет, но такое случается. Он искоса поглядел на Каэла. Парень казался хрупким — бледный, тонкого телосложения, с деликатными чертами лица. В сочетании с белыми волосами до плеч он выглядел… женоподобно. Однако в нем несомненно был прочный внутренний стержень, раз он нашел в себе силы двигаться вперед, потеряв во время эпидемии почти всех близких. В Сирине он знал одну женщину — ее мужа и обоих сыновей унесла лихорадка кровавых слез, и это ее совершенно подкосило. Дошло до того, что она винила в своем несчастье семью Казински — дескать, колдуны прокляли ее семью из-за мелкой ссоры. Зориан готов был первым признать, что его семейка — не ангелы, но это уже просто абсурдно. И довольно грустно.

— Не нужно меня жалеть, мистер Казински, — голос Каэла прервал его размышления.

— И в мыслях не было, — ответил Зориан. — Скорее, я восхищаюсь. Родитель-одиночка, выкроивший время для самостоятельного изучения магии. Признанный мировым образовательным центром, академией Сиории. Они ведь назначили стипендию?

— Иначе я бы не смог здесь учиться, — кивнул Каэл.

— Они нечасто это делают. Пять-шесть стипендий в год. Чтобы привлечь их внимание… видимо, ты действительно очень хорош.

— Это все мои медицинские навыки, — вздохнул Каэл. — Я поклялся после… ну, ты понимаешь. Я поклялся стать лучшим целителем поколения. Чтобы трагедия Плача никогда больше не повторилась.

Ух… вау. Зориан даже не знал, что тут можно сказать.

— Не буду скромничать, я достиг в этом направлении некоторых успехов, — сказал Каэл. — Но… это сложная тема. Если хочешь, мы можем поговорить позже. Я и Кана хотели бы отдохнуть после поездки. Особенно Кана.

Зориан сообразил, что Кана задремала на плече Каэла. Во время всего разговора она держалась так тихо, что он и забыл о ней. Вот бы Кириэлле была столь же смирной.

— Да, извини. Кажется, я слегка увлекся. Я покажу вам город как-нибудь в другой раз.

Остаток пути они прошли в умиротворенном молчании.

— Вчера тебя не было на занятиях.

Зориан раздраженно посмотрел на Акоджу. Она что, собралась его отчитывать?

— Меня отпустили, — напомнил он.

— Я знаю, — сказала Акоджа. — Просто интересовалась, где ты был.

Зориан хотел было сказать, что где он проводит свободное время — ни разу не ее дело, но в последний момент сдержался. Акоджа держалась странно — словно… словно она беспокоилась о нем. Очень странно. Обычно Зориан списывал подобное на чудачества Акоджи — девушка следовала своей, недоступной простым смертным, логике, и даже ее одержимость правилами не все объясняла — но недавний разговор с Каэлом заставил его задуматься. Не слишком ли поспешно он судит о людях? До вчерашнего дня Каэл был для него просто "морлок, переведенный студент". Кстати, что-то подобное упоминал и Зак, насчет его, Зориана, поведения в прошлом.

— Я выполнял просьбу Ильзы, — сказал он. — Показывал город нашему переведенному студенту.

— Ох, — Акоджа искоса посмотрела на Каэла. Беловолосый парень сидел на несколько рядов позади Зориана, как обычно, молчаливый и неприступный. Он практически ничем не выдавал, что знаком с ним, но Зориан изредка ловил на себе его взгляд. — И кто он?

— Каэл Тверинов, — ответил Зориан.

— Я не имела в виду его имя, — фыркнула Акоджа, поняв, что продолжения не будет.

— Даже не знаю, что тебе сказать, — пожал плечами Зориан. — Как будто неплохой парень.

— Он выглядит довольно высокомерным, — заметила Акоджа. — И похож на девчонку.

— А ты пристрастна, — нахмурился Зориан. — Знаешь, ты ведь и сама несколько высокомерна.

Вот и будь вежлив с Акоджей. Одарив его яростным взглядом, она утопала прочь.

Относиться к людям с пониманием — та еще морока…

На подготовку к первому занятию у Норы Буул ушло два дня; переступив порог, Зориан понял — она подошла к задаче очень серьезно. Они были в настоящей профессиональной мастерской, куда студентов обычно не пускают без особого разрешения. Нора поманила его к себе, буквально излучая энтузиазм. Он же совершенно некстати вспомнил, почему раньше не особо стремился к ней на дополнительные занятия. Даже на простых занятиях она задавала немыслимо много домашней работы и дополнительного чтения; страшно подумать, как она загрузит действительно многообещающего студента.

— Какой-то ты робкий, — укорила она. — Смелость, Зориан, смелость!

— Ага… — вяло поддержал ее Зориан.

— Мы еще сделаем из тебя настоящего крафтера, вот увидишь! — фыркнула Нора. — Но прежде, давай закончим прошлый разговор. Я начала издалека, но подводила к тому, что заклинательные формулы — эм… вспомогательная магия. Магия, влияющая на магию. Сама по себе даже самая изящная формула — всего лишь схема. Чтобы получить результат, нужно сотворить заклинание и пропустить его сквозь формулу. Почему я это говорю — Ильза считает, что твое мастерство с заклинаниями ничем не поможет при изучении формул. Фундаментальная ошибка, непонимание природы дисциплины. Не ожидала от нее, ведь она… ну, ты понимаешь…

— Учитель, — закончил за нее Зориан.

— Ну да, — немного смущенно подтвердила Нора. Учителя, как он знал, придерживались профессиональной этики; неудивительно, что ей так неловко критиковать Ильзу в присутствии студента. Работая вместе, весьма чревато подрывать репутацию коллег. Хорошо, что здесь только он, и он не собирается доставлять ей неприятности. Видимо, она тоже это понимала, так что улыбнулась и как ни в чем не бывало продолжила: — Что же, думаю, начать следует с куба начинающих.

Как выяснилось, куб начинающих был, гм, кубом из серого камня, с гранью навскидку сантиметров десять. Тот, что держал в руках Зориан, был девственно чист, но Нора показала парочку законченных образцов. При активации маной — или выполнении неких условий — они нагревались, светились или парили в воздухе. В общем, законченный куб — простейший магический предмет, забавная игрушка, работающая на магических формулах и простейших заклятьях. Нора сказала, что это стандартные тренировочные задания.

Зориан сразу захотел себе такой. Дать "загадочный магический артефакт" Кириэлле — и это займет ее на целые часы. Настоящее секретное оружие против нее! К тому же, небольшой парящий кубик — куда более интересная мишень для отработки магического снаряда, чем булыжники и деревья. Особенно если он как-то заставит его уворачиваться…

Похоже, долго ждать не придется — целью сегодняшнего урока оказалось создание такого куба. И не какого попало. Зориан ожидал, что для начала Нора задаст что-то попроще, но, похоже, ее замыслы куда более… амбициозны.

— Эти слишком простые для тебя, — заключила Нора. — Нет, для тебя припасено кое-что куда более интересное. Держи.

Она вручила ему еще один куб, густо покрытый формулами. Зориан с растущей паникой осознал, что ничего здесь не понимает. Черт возьми, многие фрагменты и вовсе выглядели не формулами, а какими-то заплатками, чуть сложнее стилизованных пиктограмм. Секундочку…

— Как ты заметил, я кое-где уплотнила структуру, — сказала Нора. — Отчасти — потому что поверхности куба недостаточно, чтобы нанести формулу в полном виде. И отчасти — чтобы ты не смог ее механически скопировать.

— Разве не в этом смысл? — спросил Зориан. — Изучить рабочий образец и понять, как это делается.

— Совершенно верно. Но, боюсь, слепое копирование мало чем тебе поможет. Если бы я хотела развить твои память и точность нанесения, я бы поручила скопировать десяток-другой простых кубов. Но для тебя это пройденный этап. Никто не изучает столько теории без практических занятий.

— Эм, я никогда не встречал в книгах упоминания этих кубов, — сказал Зориан. — Но да, я время от времени создавал заклинательные формулы. В основном — для охранного периметра вокруг кровати на втором курсе; у меня был довольно бестактный сосед. И чтобы сделать бесплатную лампу или обогреватель.

Инвокации не длятся долго. Даже если маг вливает в заклятье больше сил, чем нужно — что тоже не лучший вариант, ибо избыток энергии может просто разорвать контур — плетение неизбежно развеивается уже через пару часов. Контур теряет устойчивость и разрушается, вне зависимости от оставшегося объема маны. Так что если Зориан хотел, чтобы сигнальный периметр держался всю ночь, или чтобы самодельная лампа не тухла после часа работы, он должен был как-то стабилизировать контур заклятья. Заклинательные формулы были простейшим и надежнейшим способом — так как стабилизационные формулы для этих заклятий были уже разработаны и опубликованы.

— Ничего удивительного, что ты не встречал упоминаний, — сказала Нора. — Кубы используются для теоретических упражнений. Их полезность не очевидна. Большинству магов все равно, как работают формулы — лишь бы работали. Они запоминают готовые решения и простейшие способы приспособить их для своих нужд. А потом жалуются, что заклинательные формулы скучны. Ха! Если б они не ленились познать таинства Искусства, тайную красоту чисел и форм…

Зориан долго и терпеливо слушал, как Нора бормотала про "сборище посредственностей" и "пусть сами расхлебывают". Наконец она глубоко вдохнула и, вновь засияв улыбкой, повернулась к нему.

Похоже, в этой школе нет нормальных учителей. Интересно, это побочный эффект непосильной преподавательской нагрузки — или работать сюда идут только сумасшедшие?

— Но мы отвлеклись, — жизнерадостно сказала Нора. — Наверное, мне стоит не терять больше времени и объяснить, что ты должен делать. Вот смотри…

Заданный Норой куб был весьма непрост. В основе формулы лежал старый добрый светильник, заклинание факела. Он включался и выключался голосом, при произнесении определенных командных слов — причем только когда обращались именно к кубу, а не просто упоминали слово-команду в разговоре. Он имел три регулируемых уровня яркости. Для сбережения маны светились только ничем не прикрытые грани — если поставить куб на пол, гасла нижняя грань, а завернув его в плотную ткань, можно погасить весь куб. Каждую отдельную грань можно включить или выключить двойным касанием. Наконец, куб можно было настроить на определенного человека — тогда он будет принимать команды только от него.

Нора сказала не беспокоиться, если не получится точно воспроизвести — ее интересовало, как далеко он продвинется своими силами до следующего занятия. И хорошо, потому что он никогда не сталкивался с формулами такой сложности. Следующее занятие было в понедельник, у него еще были все выходные — но что-то подсказывало, что полностью сосредоточиться на задаче не выйдет.

Преподавательская манеры Норы вызывала в нем двойственные чувства. С одной стороны, она наконец воспринимала его всерьез. С другой — разве обязательно бросать на середину реки, чтобы научить плавать?

— Входите.

Зориан, вздохнув, шагнул в кабинет Ксвима. Прекрасное завершение недели, ничего не скажешь. При всех ее недостатках, Нора несравненно лучше Ксвима как учитель.

— Зориан Казински? Садитесь, — велел Ксвим, не дожидаясь ответа. Зориан привычно поймал брошенную ручку и столь же привычно заставил ее вертеться над ладонью. Упс, это вышло на рефлексах. Ну ладно, посмотрим, что он скажет.

— Заставьте ее светиться, — тут же рявкнул Ксвим, ничуть не впечатленный продемонстрированным навыком.

В этот раз требование не застало Зориана врасплох. Ручка упала ему в ладонь и вспыхнула мягким призрачным светом. Не дожидаясь команды, он несколько раз поменял цвет свечения и немного поиграл с яркостью, просто чтобы показать, что может.

Ксвим приподнял бровь.

— Я не сказал, что вы можете отменить левитацию.

Губы Зориана дрогнули в подавленной улыбке. Если Ксвим рассчитывал добить его, то он ошибался — сочетание эффектов было логичным следующим шагом, и уже отрабатывалось. Через секунду сияющая ручка уже вертелась в воздухе.

Ксвим задумчиво побарабанил пальцами по столу. Да неужто? Неужели он заставил этого типа задуматься? Наверное, завтра снег пойдет. Зориан замер в предвкушении, ожидая, что теперь придумает этот маньяк.

— Думаю, нет смысла заставлять вас сжигать предметы. Это самое простое упражнение тройки, — вслух размышлял Ксвим. На самом деле, Зориан владел огнем похуже, чем светом и телекинезом, но Ксвиму об этом знать не обязательно. — Ваши основы… приемлемы. Почти что неплохи, хоть и с оговорками. Ваше поведение далеко от идеала, но, по крайней мере, у вас больше такта, чем у остальных недотеп этого заведения. К тому же, мисс Зилети просила, цитирую, "не тиранить" вас. Поэтому, как бы мне ни хотелось сперва укрепить ваше шаткое основание, я, скрепя сердце, перейду к чуть более сложным заданиям.

К полной растерянности Зориана, куратор вручил ему полосу ткани. И что ему с ней делать?

— Эм…

— Это повязка, — пояснил Ксвим. — Закрывает глаза, лишая обзора.

— А… зачем мне повязка на глаза? — спросил Зориан.

— Мы будем развивать вашу чувствительность к мане. Вы завяжете глаза, а я буду кидать в вас заряженные маной шарики.

Зориан недоверчиво уставился на него. Он что-то не так расслышал?

— Я буду кидать шарики над вашим левым плечом, либо над правым, либо прямо в голову. Если в вас попадет шарик, вы теряете один балл. Если вы попытаетесь уклониться, когда не требуется, вы теряете один балл. Во всех остальных случаях вы получаете один балл. Продолжаем до тех пор, пока вы не наберете десять баллов — либо пока не истечет время.

О да, похоже он все правильно расслышал. Спасибо за помощь, Ильза. Огромное вам спасибо!

Оставшиеся две недели были хлопотными, но вполне обыденными. Он отдавал почти все силы изучению заклинательных формул; в основном из-за того, что Нора с готовностью поощряла его — чем усерднее он занимался, тем радостнее она загружала его больше и больше. Она даже предлагала проводить дополнительные занятия в воскресенье — видимо, ей самой было нечем заняться в выходные. Он многому научился, но занятия с Норой изматывали, и он с нетерпением ждал рестарта. Вряд ли он выдержит больше месяца подобного марафона.

Что интересно, в этом цикле он привлек к себе внимание как профессоров, так и студентов. Может, дело в том, что он очень впечатлил Ильзу. Может, из-за того, что безропотно выносил требования Норы. А может, и Ксвим помянул его в разговоре добрым сло… хотя нет, такого не бывает. Да и в новом "упражнении" Ксвима он не достиг никаких успехов. В любом случае, его труды внезапно заметили и оценили — довольно непривычное ощущение. Обычно, как бы он ни старался, всем было безразлично. Он даже задумывался, нельзя ли как-то использовать эту внезапную популярность — но занятия изматывали, и в голову не приходило ничего путного. Может, как-нибудь в другой цикл.

У этой популярности была и обратная сторона — ему так и не удалось сдружиться с Каэлом. Общение с Зорианом привлекло бы всеобщее внимание и к морлоку — чего тот, по понятным причинам, избегал; они так и не поговорили после той первой беседы. Честно говоря, не факт, что удалось бы подружиться и при нормальных условиях — после занятий морлок спешил домой, к дочери, когда ж ему общаться с одноклассниками…

Зато Акоджа была очень довольна Зорианом. Он понятия не имел, почему, но факт остается фактом.

Это случилось внезапно. Безо всякого предупреждения, резкий рывок и чернота. Он проснулся как обычно — на нем с довольным видом сидела Кириэлле.

В голову приходили лишь два возможных объяснения. Его могли убить так быстро, что он даже не осознал это. Сомнительный вариант, в этот раз он ничем не должен был привлечь внимание убийц. И он не знал никаких естественных причин для столь быстрой смерти — ему ведь даже не было больно.

Второй вариант казался более убедительным и куда более тревожным. Пока он занимался своими делами, изучая в Сиории заклинательные формулы, Зак мотался по миру, влезая в безрассудные авантюры. Зак умер. Его душа отправилась к началу цикла… и увлекла за собой и его, Зориана, душу.

Получается, теперь между ним и Заком — духовная связь.

Черт бы все побрал.

Глава 12. Паутина душ

Зориан протопал в свою комнату и со всей силы захлопнул дверь. Мог бы и сам догадаться, что не найдет по духовным узам ничего нового, но как же жаль потраченного в библиотеке дня…

Книги содержали одно, известное с первого курса, предупреждение: связь душ — малоизученный и опасный раздел магии, таящий ужасающие опасности при неосмотрительном применении. Время от времени очередная пустоголовая парочка решала, что связать души — самый романтический поступок для влюбленных; это всегда кончалось слезами и судебными процессами уже через два-три месяца. Главная проблема в том, что один из участников, как правило, начинал мысленно и духовно доминировать в связи, постепенно превращая партнера в свое отражение, и это не упоминая мелочи, вроде пугающего послушания ведомого. Духовная связь была уместна между человеком и животным-фамильяром, так как ведущим почти всегда оказывался человек. Влияние связи шло животным на пользу, делая их умнее и помогая лучше контролировать врожденные способности. А вот разумным существам обычно не нравилось, когда магия начинала перекраивать их личность, полностью изменяя характер и мировоззрение. Во всяком случае, до тех пор, пока процесс не завершался, превращая их в послушные копии.

Зориан взлохматил волосы дрожащей рукой и принялся протирать очки подолом рубашки, пытаясь успокоиться. Он очень, очень надеялся, что ошибся и между ним и Заком нет связи душ. Резерв маны Зака вшестеро превосходит его теоретический максимум, Зак по натуре более уверен и решителен, и — за счет дольшего пребывания во временной петле — на десятилетия старше его. Не было сомнений, кто в их связке будет ведущим.

Что хуже всего, он даже не мог обратиться за помощью. Он не сомневался, что путешествует во времени именно за счет связи, или что там между ними. Если он попросит помощи, ему предложат разорвать связь (логичное решение, он и сам поддержал бы его в других обстоятельствах), что лишит его не только преимуществ путешественника, но и самой памяти о петле, как только случится новый рестарт.

Он был в полной заднице.

Вдохнув-выдохнув, он снова надел очки. Может, все не так уж и страшно. Учитывая, насколько Зак превосходил его, духовная связь уже должна была серьезно повлиять на ведомого. Он же не ощущал никаких изменений. Он вовсе не стал покорнее, уж точно — по отношению к Заку. Ситуация выглядела вполне нормальной. Возможно, он просто перенервничал и не заметил логичное объяснение внезапному рестарту.

Кто-то постучал. Кого там…

Ах да. Тайвен.

Он тяжело вздохнул — только ее сейчас и не хватало. Стук перешел в удары, так что он поспешил открыть.

— Привет, Сверчок!

— Привет, Тайвен, — вымученно улыбнулся он. — Как любезно с твоей стороны навестить меня. Почему бы тебе не зайти?

Юркнув в комнату, Тайвен сделала то же, что и всегда — прыгнула на кровать и устроилась поудобнее. Зориан пожал плечами и последовал за ней. Надо разобраться с этим поскорее.

— Разве ты не выпустилась? — спросил он. — Я думал, ты собиралась сразу отправиться на раскопки, передумала?

Она ответила кислым взглядом.

— Не все так просто. Экспедиции не берут необученных новичков вроде меня. Сначала нужно стать учеником опытного исследователя, я работаю над этим.

— Занятно, а я слышал, что ты ассистируешь Ниртаку, — заметил Зориан. — Разве это не помешает поиску нового наставника?

— Типа того, — согласилась она. — Но прямо сейчас я не планирую менять работу. Пока что я хочу приобрести репутацию, выполняя миссии. Вообще-то именно за этим я и пришла — не хочешь присоединиться ко мне и еще парочке других на завтрашнем задании?

— Звучит подозрительно, — откликнулся Зориан. — Что вам толку от третьекурсника?

— Эм, для численности? — ответила Тайвен. — Чтобы взять эту миссию, нужно четыре человека, а нас лишь трое.

— Хорошо, а почему для миссии нужно четыре человека? — по прошлым циклам Зориан уже выработал стратегию как быстрее всего отделаться от Тайвен. — Это же не просто прихоть заказчика?

— Это, якобы, опасно, — фыркнула Тайвен, скрещивая руки на груди. — Старик перестраховывается. Пауки, по его словам, не так уж и велики.

— Пауки? — переспросил он.

— Угу, — неуверенно отозвалась она, видимо, сообразив, что сболтнула лишнего. — Пауки. Ну, знаешь, такие волосатые, восьминогие…

— Тай-вен, — предостерег он.

— Ну пожалуйста, Сверчок, я тебя умоляю! — заныла Тайвен. — Клянусь, там нет ничего особо опасного! Мы были в туннелях сотни раз, и ничего! Мы точно сможем тебя защитить!

— Сотни раз? — с сомнением спросил Зориан.

— Ну, уж точно не меньше дюжины, — сдала назад она.

Зориан был уже готов привычно отказать ей — но вдруг задумался. Наверное, со всеми этими мучительными подозрениями о духовной связи, он всю неделю будет ни на что не годен. Пожалуй, отвлечься на освежающую прогулку по канализации — то, что доктор прописал.

— Ну ладно, — сказал он.

— Правда?! — взвизгнула она.

— Конечно, — подтвердил он. — Просто скажи мне, куда завтра подойти, пока я не передумал.

Через пару минут Тайвен упорхнула, долго и восторженно благодаря его и даже поцеловав в щеку, как "настоящего друга". Он толком ничего не спросил, ошарашенный поцелуем, пусть даже таким невинным — и сейчас был изрядно зол на себя за это. Впрочем, пусть ее. В конце концов, он когда-то был в нее влюблен.

Решив, что с него хватит, он выпил одно из хранившихся в сумке сонных зелий. Утро вечера мудренее.

На утро он и впрямь приободрился, паника, накатившая после похода в библиотеку, схлынула. Пока рано делать выводы, нужно больше информации. Его подмывало прогулять уроки и снова на весь день зарыться в библиотеку — но он подозревал, что не владеет ни должным поисковым навыком, ни достаточным уровнем допуска для столь щекотливой темы, как духовная связь. К тому же, ему просто необходимо переговорить кое-с-кем в классе — с Брайамом, владельцем огненного дрейка. Наверняка тот, кто уже испытал на себе соединение душ, пусть даже и с животным, сможет многое прояснить.

— Смотрю, ты уже получил собственного дрейка, — светски сказал Зориан, садясь рядом с Брайамом. Он совершенно проигнорировал сердитое шипение — по какой-то причине зловредная ящерица никогда не нападала на него раньше и вряд ли нападет сейчас. — Фамильяр?

— Да, — с видимым удовольствием подтвердил Брайам. — Я запечатлел его этим летом. Поначалу было довольно странно, но я уже осваиваюсь.

— Странно? — спросил Зориан. — Что именно?

— Ну, знаешь, в основном сама связь, — ответил Брайам.

— То есть она отчетливо ощутима? — спросил Зориан, стараясь не выдать облегчения. Он ничего не чувствовал. — Всегда? Все, прошедшие соединение душ, могут ощущать связь?

— Нет, не все, — усмехнулся Брайам. — Лишь малая часть, никто не знает, почему. Я вот могу. Наверное, просто повезло.

Зориан едва удержал лицо. А он-то надеялся, что отсутствие ощущений указывает на отсутствие связи… Проклятье.

— А знаешь, — рискнул Зориан. — Меня всегда интересовали фамильяры и духовная связь — правда, скорее академически…

К счастью, Брайам не увидел в его интересе ничего подозрительного — и с готовностью удовлетворил его любопытство. Рассказ вышел весьма познавательным. Начать с того, что для формирования духовной связи, если верить Брайаму, нужен целый обряд, длительностью не меньше десяти минут — а чаще куда больше. Простым заклятьем такого не добьешься. И даже самые толстокожие участники после нескольких недель начинают что-то замечать — когда связь окончательно закрепится.

За время повторов Зориан испытал множество странных ощущений, то ли чувство формирующейся связи, то ли просто последствия безумных ситуаций, в которые он влипал. По сравнению со словами Брайама, эффект слишком слаб. Да, его резерв маны слегка увеличился — но с тем же успехом это могло быть следствием постоянных тренировок в боевой магии, а не влиянием души Зака. И заклятье лича тоже не тянуло на целый обряд… с другой стороны, это все-таки лич. Кто знает, на какие трюки способен бессмертный колдун?

Так или иначе, похоже, ему повезло — связь между ним и Заком либо была очень слаба, либо имела другую природу. Или просто еще не сформировалась? Брайам утверждал, что для завершения процесса нужен постоянный контакт — потому-то он и носил с собой своего ящера, куда бы ни шел. Может, из-за того, что они с Заком общались лишь в одном цикле из всех прошедших, а остальное время парень проводил вдалеке от Сиории — связь так и не закрепилась? Если так, то он не должен допустить ее формирования, нужно всячески избегать другого путешественника, пока не выяснятся все подробности.

Что вряд ли произойдет в близком будущем. Пока что все, что ему остается — по возможности избегать Зака и надеяться на лучшее. И пора бы ему составить толковый план обучения. До сего дня он учился бессистемно — торопиться было некуда, и он не знал, с чего начать. Опять же, он хотел стать сильнее как маг, покуда действует временная петля — ведь другой такой возможности не будет. Столь безответственный подход ему больше не подходил — он хотел разорвать духовную связь как можно скорее, и нужно было грамотно распорядиться оставшимся временем.

Но все это придется отложить на другой раз — этим вечером у него встреча с Тайвен и ее друзьями. И почему он вообще согласился? Ну да, Тайвен пришла в неподходящий момент, у него было помутнение рассудка… Надо было хотя бы вытребовать какую-нибудь ответную услугу. Что же, век живи, век учись.

Тайвен выбрала место встречи чертовски далеко, ему предстояла долгая прогулка. Как он понял, встреча назначена в одном из парков, где собирались любители шахмат — один из друзей Тайвен был постоянным посетителем. Зориан никогда не был в том парке, но сама дорога почему-то казалась знакомой.

Он сообразил, в чем дело, ступив на мостик в глубине парка. Именно здесь он когда-то, еще до петли, встретил плачущую девочку, уронившую велосипед в ручей. Если подумать, после он ни разу не возвращался сюда. Просто не было нужды, он заранее знал, что на этом пути будут препятствия. Он с любопытством посмотрел в ручей под мостом, не лежит ли там велосипед. Разумеется, там ничего не было. Вчерашний ливень превратил ручей в ревущий поток, велосипед давно смыло и унесло течением.

Само собой, девочки нигде не было — впрочем, на мосту он был не один. Маленькая кошка, совсем еще котенок, с несчастным видом смотрела в бурные воды. Зориан всегда относился к животным достаточно равнодушно, но когда кошка повернулась к нему, и их глаза встретились, он почти физически ощутил ее печаль и горечь утраты. Застигнутый врасплох, он поспешил дальше, прочь от моста и странной кошки.

Наконец, после получаса блуждания по парку, он отыскал место встречи. Тайвен определенно нужно получше объяснять дорогу. Место оказалось весьма умиротворяющим, правда, почти все присутствующие оказались пожилыми людьми. В смысле — действительно пожилыми. Подростки группы Тайвен разительно выделялись на таком фоне, но никто из стариков как будто не возражал — так что Зориан не стал заморачиваться и аккуратно подошел.

Друзья Тайвен оказались крепкими, мускулистыми парнями, которых легче представить на ринге, чем в магической школе. Один в настоящее время хмурился над шахматной доской, обдумывая ход, Тайвен же и еще один парень сидели по обе стороны от него. Тайвен явно изнывала от скуки, вплоть до того, что прямо у него на глазах попыталась стащить фигуру с доски, но была перехвачена игроками. Второй парень был более расслаблен, лениво озирая окрестности, подобно сторожевому псу. Он-то и заметил приближающегося Зориана — и сказал остальным.

— Сверчок! — помахала Тайвен. — Слава богам, я уж думала, ты не придешь!

— Я не опоздал, — возразил Зориан.

— Но прежде ты всегда приходил пораньше, — укорила она. — Но да ладно. Сверчок, позволь представить тебе моих приспешников — Ворчуна и Мямлю. Ворчун, Мямля, это мой старый друг, Сверчок.

Зориан закатил глаза. Что же, по крайней мере другие тоже получили дурацкие прозвища.

— Проклятье, я же говорил тебе завязывать с кличками, — запротестовал один из парней. На взгляд Зориана — скорее по привычке, чем ожидая, что Тайвен и правда послушается. Он вздохнул и повернулся к Зориану: — Привет, братишка. Я Урик, а вон тот, за шахматной доской — Орен. Спасибо, что согласился помочь. Не беспокойся, мы проследим, чтобы с тобой ничего не случилось.

Шахматист что-то пророкотал, видимо, в знак согласия. Он, получается, Ворчун.

— Зориан, — представился он в ответ. Собеседник не назвал фамилии, так что и он не обязан.

— Отлично! — бодро сказала Тайвен. — Теперь, когда с представлениями покончено, давайте уже пойдем?

— Не раньше, чем я закончу партию, — спокойно ответил шахматист.

Плечи Тайвен огорченно поникли.

— Ненавижу эту игру, — пожаловалась она. — Сверчок, найди, куда сесть. Это может затянуться.

Зориан раздраженно цокнул языком. В кои веки он был согласен с Тайвен — он и сам недолюбливал шахматы.

Подземелье исключительно опасно. Нижний мир, Лабиринт, миллион других имен — невообразимо огромная сеть пещер и туннелей в толще земли. На первый взгляд — ожившая мечта любого мага — чем глубже спускаешься в подземелья, тем выше естественный магический фон, нижние же уровни таили россыпи ценных минералов с невероятными магическими свойствами. Увы, высокий магический фон привлекал не только магов. В туннелях обитали всевозможные монстры, и чем глубже — тем сильнее и более чуждыми они становились. Даже сильнейшим из архимагов приходилось быть начеку в Подземелье — всегда можно напороться на кого-то опаснее себя.

Подобно многим другим городам, Сиория с самого основания активно использовала Подземелье. Верхние уровни были зачищены от всего агрессивного и огорожены от нижних. В освобожденных туннелях устраивались убежища, склады, каналы… городская канализация. Люди так давно сливали нечистоты в Подземелье, что некоторые виды слизи и мелких монстров приспособились к жизни в канализации — настолько удачно, что люди зачастую сами заселяли их в подземелья новых поселений. Разумеется, стены, отделяющие расчищенные верхние уровни от нижних, никогда не были панацеей — многие обитатели Подземелья прекрасно умели рыть новые туннели. Границы используемой зоны требовали постоянного контроля.

Общеизвестно, что границы Подземелья Сиории дырявы, как губка. Сравнительно молодой город, с обширным подземельем. Город рос слишком быстро, и расширяющиеся границы подземелья так и не были подобающе запечатаны. Вероятно, благодаря этому захватчики и смогли тайно провести в город целую армию монстров — хоть и решительно непонятно, как они протащили ее по нижним уровням. Еще один пример немыслимой подготовки врага.

Несмотря на очевидную опасность, Зориан следовал за Тайвен без особого беспокойства. Подземелья Сиории — не самое безопасное место в мире, но и не смертельная западня. И он не ожидал встретить там захватчиков — все-таки огромную армию монстров не утаишь прямо под городом, как бы хорошо она ни была организована. Наверняка они проведут монстров в день нападения. Да, он не отказался бы от боевого фокусирующего медиатора — но сейчас это было невозможно. Даже после занятий с Норой он все еще не мог составить боевую формулу сам — а чтобы купить готовую, требовалось разрешение.

Увы, их наниматель не разделял его уверенности.

— И это ваш четвертый? — недоверчиво спросил старик. — Он хотя бы выпустился?

Хмурый тип пренебрежительно махнул в его сторону, и Зориан тут же прекрасно понял, почему Тайвен не нравится заказчик. Если он так печется об успехе — почему бы не послать за чертовыми часами настоящих профессионалов? Ах да — профессионалы не работают за копейки! Серьезно, Тайвен и ее парни — лучшее, на что можно рассчитывать при таком подходе.

Сама по себе задача казалась несложной — удирая от двух огромных пауков, старик посеял где-то в туннелях свои часы — их-то и следовало вернуть владельцу. Дед уже пытался вернуть часы самостоятельно, но на предполагаемом месте их не оказалось. Сам Зориан полагал, что часы достались слизню или другому падальщику, питающемуся металлами, но старик настаивал, что они еще целы и в лапах у пауков. Вот интересно, на чем он основывается? И зачем паукам, гигантским или не очень, часы? Они же не сороки, тащить в гнездо все, что блестит.

— Нет, — без тени смущения ответил Зориан. — Я на третьем курсе.

— На третьем курсе! — заверещал дед. — И на что ты вообще надеешься? Ты хоть одно боевое заклятье знаешь?

— Конечно, — откликнулся Зориан. — Магический снаряд, щит и огнемет.

— И всего-то?

— Дареному коню… — пожал плечами Зориан.

— Послушайте, в чем проблема? — вмешалась Тайвен. — Нас четверо против двух пауков-переростков. Тут и меня одной хватит!

— То, что я встретил двух, не значит, что там нет других, — проворчал старик. — Я не хочу, чтобы вы влезли в целое гнездо этих тварей и погибли впустую. Они быстры. И незаметны — я увидел их, только когда они уже были в двух шагах. Я спасся и стою сейчас перед вами лишь чудом.

— Ну, у нас четыре пары глаз, — сказала Тайвен. — И мы будем присматривать друг за другом, так что еще посмотрим, как эти пауки к нам подкрадутся. Не хотите рассказать, что в этих ваших потерянных часах такого важного?

— Не ваше дело, — огрызнулся старик. — В них ничего ценного, просто памятная вещица, — он покачал головой. — Наверное, парнишка прав. Учитывая размер оплаты, мне не найти никого лучше. Только… будьте осторожны. Я не хочу, чтобы на моей совести была смерть кучки детей.

После еще несколько минут бесполезных препирательств, Тайвен наконец повела их к ближайшему входу в Подземелья. Вход охранялся, но у Тайвен было разрешение — входить самой и проводить других. Это обнадеживало — получается, что кто-то в администрации счел Тайвен достаточно сильной, чтобы сберечь в туннелях группку гражданских. Видимо, ее обещание защитить его не было пустой похвальбой.

Сами туннели оказались вовсе не так зловещи, как представлял Зориан. Во всяком случае, текущий участок — просто гладкие стены и ничего опаснее крыс. Стены коридора неплохо отражали свет, так что четыре светильника (Тайвен настояла, чтобы каждый сотворил по огоньку и разместил его на удалении от других светляков — чтобы ничто внезапное не оставило их без света, развеяв магию) далеко освещали туннель. Увы, им не встретилось никаких следов потерянных часов или гигантских арахнидов. Кажется, Тайвен думала, что легко найдет пауков заклятьем "найти животное" — и растерялась, когда ни это заклятье, ни другие приемы школы прорицания не дали никакого эффекта.

Как выяснилось, и Тайвен, и ее друзья специализировались на боевой магии и понятия не имели, как искать часы или пауков, если простейшие поисковые чары не помогают. В итоге они просто бродили по коридорам в надежде наткнуться на логово восьминогих и время от времени сотворяли поисковое заклятье — без толку. Часа через два терпение Зориана совсем истощилось. Он хотел уже предложить закончить на сегодня, когда ощутил, что ему очень, очень хочется спать.

Профессия мага требует строжайшей мысленной дисциплины — для плетения маны нужна сосредоточенность и способность представить процесс с безупречной точностью. Вследствие этого все маги в той или иной степени устойчивы к ментальной магии и другим чарам, воздействующим на разум. Только поэтому Зориан все еще был в сознании, отчаянно сопротивляясь заклятью, а не рухнул без чувств на каменный пол. Впереди, пытаясь противостоять чарам, пошатывались Тайвен и один из ее друзей — второй уже лежал на полу.

Зориан боролся где-то секунды две — а потом сонливость просто… исчезла. Но прежде, чем он успел что-либо сделать, на смену ей на его мозг обрушилась лавина воспоминаний и образов — не устояв, он упал на колени.

Растерянность. Он смотрит на особо изощренную заклинательную формулу, задумчиво постукивая ручкой по столу. Две парящие водные сферы, соединенные непрерывными потоками воды, переливающейся из шара в шар. Чужое воспоминание — боевой тролль, прорывающий хрупкие белые стены из паутины. Вопрос.

[Ты…] — голос громыхнул у него в голове, сменившись новым психоделическим калейдоскопом образов и чужих воспоминаний. Поток на мгновение ослаб, словно ожидая ответа. Потом нахлынул снова. Разочарование. [Я думала…] Узы семьи. Паутина, тянущаяся во мраке подземелий, искры света, вплетенные в белое кружево. [Ты ведь не понимаешь меня?] Грусть. Жалость. Еще большее разочарование. Смирение.

Поток образов, разрывающий его череп, внезапно иссяк. Зориан обхватил голову, пытаясь как-то смягчить пульсирующую изнутри яростную боль, огляделся по сторонам. Тайвен и ее друзья были без чувств, но в остальном вроде не пострадали. Нигде не было никаких следов нападавшего. Он попытался разбудить спутников, но они даже не шевельнулись.

Наверное, умнее всего будет убраться назад на поверхность, пока их тут не прикончили. Зориан быстро сотворил парящий диск, сгрузил на него своих бесчувственных соратников и кратчайшим путем устремился к выходу.

Хорошо бы голова прекратила раскалываться — хотя бы к утру.

Проснувшись, Зориан был в замешательстве. Часть его гадала, что он делает в больнице, другая же — почему он не в своей комнате в Сирине, разбуженный сестрой, как полагается в начале цикла. Через пару секунд его разум наконец прояснился, и он вспомнил, что произошло вчера. Цикл не перезапустился, потому что он не умер в туннелях — ему только перетряхнули мозги. И это, пожалуй, куда тревожнее, чем обычная смерть — ментальные травмы не исцеляются в момент рестарта — но, похоже, он не получил непоправимых повреждений.

Он смутно припоминал, что доктор вчера сказал то же самое — а потом запихнул в эту палату и велел проспаться. Да уж. Чтобы поставить такой диагноз, вовсе не обязательно быть врачом. Как там Тайвен и ее друзья — вчера они еще были без сознания, когда он вырвался из Подземелья, и охрана доставила всех четверых в больницу.

— Смотрю, ты, наконец, проснулся, — сказала от двери Ильза. — Не возражаешь поговорить, или мне зайти попозже?

— Мисс Зилети? Что вы здесь делаете?

— Академия представляет своих студентов в юридических вопросах, — сказала Ильза, подходя к его кровати. — Подобных этому. Как ты себя чувствуешь?

— Я в порядке, — пожал плечами Зориан. Даже голова уже не болела. — Думаю, после допроса я могу вернуться в общежитие.

— Допроса? — переспросила Ильза. — Какое зловещее слово. Зачем мне допрашивать тебя?

— Ээ, ну… — промямлил Зориан. — Обычно полицейские не церемонятся со свидетелями. Просто на случай, если те что-то скрывают.

На мгновение Зориану показалось, что сейчас она спросит, что у него было с полицией, но она хмыкнула и покачала головой.

— Но я не полицейский, — сказала Ильза. — Хотя мне тоже нужно узнать, что случилось. Твои друзья не помнят ничего существенного, сонное заклятье свалило их в самом начале.

— С ними все хорошо? — спросил Зориан.

— Да, — подтвердила Ильза. — Они проснулись вчера, и они здоровы. Тебе досталось куда сильнее, — она сухо усмехнулась. — Думаю, пострадала только их гордость. Третьекурсник выстоял там, где они не смогли, и спас их жизни. Границы Подземелья Сиории печально известны своей… прозрачностью. Если бы не ты, сейчас этих ребят могло бы не быть в живых.

Зориан виновато отвел глаза. Так вот почему Тайвен никогда не приходила к нему после первого приглашения. А он-то думал, что она просто дуется.

Однако… Как он выдержал заклятье, свалившее Тайвен и парней? И то, что случилось после… Было больно и неприятно, но что-то подсказывало — это не было атакой. Он был беспомощен, нападавший мог легко прикончить его — но не стал. Слова и образы… Что-то пыталось говорить с ним — но не знало, как говорить с людьми.

Учитывая, сколько паутины было в образах, это, наверное, пауки. Никогда не слышал о разумных пауках, владеющих ментальной магией…

— Я и сам не понял, что произошло, — сказал наконец Зориан. — Когда сонное заклятье не подействовало, сразу последовал град образов, я чуть не потерял сознание. Было очень болезненно и дезориентировало. Когда это прекратилось, я попытался изготовиться к новой атаке, но где-то через минуту понял, что никто не нападает, и припустил прочь. Понятия не имею, почему нападавшие остановились.

— Хмм, — протянула Ильза. — Есть множество вариантов. Может, это не было преднамеренным нападением, вы просто наткнулись на кого-то скрывающегося. Они вывели вас из строя и отступили незамеченными. Может, это была чья-то ловушка в туннелях, а вы активировали ее. Может, когда ты выдержал два заклинания, они предпочли с тобой не связываться. Наверное, мы уже не узнаем, что там произошло.

Да, отличные, убедительные объяснения. А вовсе не гигантские разумные пауки-телепаты, никак нет, ваша честь.

— И знаешь что, Зориан? — продолжила Ильза. — Я запрещаю тебе ходить в Подземелье. Я понимаю, ты хотел помочь другу, но все равно это было глупо.

— Ээ, да, профессор. Я понял.

Спустя десять минут после ухода Ильзы, пришла медсестра и сказала, что он может идти.

— Скукота! — пожаловалась Тайвен.

Зориан открыл один глаз и сердито посмотрел на нее.

— Ты сказала, что хочешь меня отблагодарить, — напомнил он.

— Но я имела в виду обучить тебя какому-нибудь крутому заклятью, а не… — она хмуро посмотрела на полную шариков чашу. — …кидать шарики у тебя над плечами. Может, мне изредка целиться в голову? Держу пари, это мотивирует тебя куда сильнее.

— Только попробуй, я выслежу тебя и задушу во сне, — пригрозил Зориан. Он как раз и затеял все это, чтобы отработать дурацкий трюк без болезненных методов Ксвима.

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул. Через пару секунд он ощутил, как заряженный маной шарик пронесся рядом с лицом, но вот с какой стороны…

— Слева, — предположил он.

— Нет, справа. Ты ведь сказал наугад? Давай закончим на сегодня. Ты устал и раздражен, так ты ничему не научишься.

— Нет, мне просто нужно пару минут, чтобы успокоиться, — вздохнул Зориан. Тайвен застонала, и он открыл оба глаза — сердитый взгляд одним ее не впечатлял. — И все же, что тебе так не нравится? Ты же знаешь, мне больше некого попросить. Я не знаю никого, кто мог бы так точно метнуть шарик — и чей резерв не опустел бы после всего лишь получаса их зарядки.

— Знаю, знаю, — вздохнула Тайвен. — И я рада, что ты обратился ко мне. Это меньшее, что я могу сделать после… ну, ты понял. Но ты совсем не пользуешься ситуацией!

Зориан приподнял бровь.

— Ээм, как-то двусмысленно прозвучало, — нервно хихикнула Тайвен. — Я имела в виду, что могу намного больше. Мои таланты не ограничиваются метанием шариков. Я знаю, в туннелях я смотрелась жалко — легла после всего одного заклятья, но все же!..

— Я вовсе не считаю тебя жалкой, Тайвен, — вздохнул Зориан. — Ну ладно. Чем еще мне может помочь Тайвен Великолепная?

— Научить тебя драться, разумеется, — ухмыльнулась она.

— Надеюсь, с помощью магии, — предостерегающим тоном заметил Зориан.

— Даже в магическом бою не стоит недооценивать удар кулаком в морду, — проворчала Тайвен. — Но да, я имела в виду боевую магию. Ты и правда владеешь магическим снарядом, щитом и огнеметом, как сказал тому деду?

— Конечно, — сказал Зориан.

— Ну, тогда продемонстрируй, — она махнула рукой в сторону тренировочных манекенов у дальней стены.

— Ээм, а твои родители не расстроятся, если испорчу манекены?

Она закатила глаза.

— Я затем и позвала тебя сюда, чтобы мы могли тренироваться. Комната зачарована, а мишени — тем более. Ты их даже не поцарапаешь, можешь мне поверить.

Пожав плечами, Зориан быстро сотворил магический снаряд, выбрав пронзающую форму и вплетя самонаведение, чтобы попасть манекену в голову. Заряд силы пронесся через комнату и ударил манекен в лоб; голова манекена запрокинулась назад — человеку сломало бы позвоночник — но тут же вернулась в исходную позицию.

— Вполне приличный магический снаряд, — похвалила Тайвен. — Ты молодец, что можешь исполнить его без медиатора — я думала, придется учить.

Ее руки замелькали в стремительной комбинации жестов, мягким шепотом зазвучало заклинание, он едва слышал слова. Настоящий шквал магических снарядов вырвался из ее рук и устремился к мишеням — куда быстрее, чем его собственный выстрел; сила удара откинула манекены назад и приложила об стену. Пусть это и просто ударная форма, Зориан понял, что даже поодиночке каждый снаряд Тайвен опаснее его пронзающего.

И судя по ее виду, она ничуть не утомилась, выдав подобный залп.

— И в чем смысл, показать, насколько ты круче меня? — поинтересовался Зориан. — Если я попытаюсь создать столько снарядов, пусть даже по очереди, я тут же исчерпаю резерв. Не думаю, что в обозримом будущем сумею повторить твой трюк.

— Ээ, правда? — спросила Тайвен. — Я думала, у тебя огромный резерв, как у твоих братьев. И сколько снарядов ты можешь выдать за раз?

— Одиннадцать, — сказал Зориан, намеренно игнорируя первую фразу. — Сначала было восемь, но мне удалось слегка улучшить число.

— Восемь?! — поразилась Тайвен. — Но это же… практически ниже среднего!

Зориан знал, что обижаться бесполезно. Тайвен есть Тайвен. Она сначала говорит, потом думает; если это тебя не устраивает — просто не имей с ней дел.

— Значит ли это, что ты признаешь поражение и мы возвращаемся к шарикам? — преувеличенно бодро спросил он.

— Нет! — выкрикнула она. — Нет, я… просто удивилась, вот и все. Я хотела научить тебя создавать несколько снарядов одним заклятьем, но с таким крошечным резервом это глупо. Тебе нужно не гнаться за количеством, а добиваться максимума от каждого заклятья. Я что-нибудь придумаю, а пока продемонстрируй свои щит и огнемет.

Попытавшись сжечь манекен и не преуспев, Зориан быстро исполнил щитовые чары — он думал, это будет достаточной демонстрацией. Куда там — Тайвен тут же выхватила из-за пояса заклинательный жезл и выстрелила в него зарядом фиолетовой энергии. Глаза Зориана расширились от неожиданности, но обошлось — выстрел безвредно расплескался о полупрозрачную пленку его щита, развеявшись фиолетовой дымкой.

— Какого черта?!

— Просто проверяла, выдержит ли щит, — пояснила Тайвен. — Заклятье безвредно, просто красящий заряд, летящий с некоторой силой.

Хотел бы Зориан рассказать ей, что его щит выдержал вражеских магов, пытавшихся его прикончить, но — нельзя. Пришлось ограничиться раздраженным взглядом.

Наконец Тайвен признала, что ей пока ничего не приходит в голову, и с неохотой вернулась к метанию шариков. Впрочем, она однозначно заявила, что привлечет на помощь родителей, так что шарики — только сегодня. Зориану с трудом удалось выторговать по ежедневному часу с шариками плюсом к тем безумным тренировкам, что придут ей в голову.

Если честно, сейчас боевая магия его не слишком интересовала. Он осознавал, что не может просто хвататься за все подряд. И как бы ему ни хотелось продвинуться в магических науках за счет временной петли, нельзя было забывать об опасности духовной связи. Чем дольше он находится в петле, тем выше вероятность, что связь подействует в полную силу и перекроит его личность. К тому же недавнее ментальное нападение напоминало — в петле есть свои опасности, недооценивать которые весьма чревато.

В голове начал складываться предварительный план. Нужно узнать все о временной петле — происхождение, принцип действия, способы покинуть ее. Узнать о природе его связи с Заком. Узнать о вторжении — оно слишком вовремя происходит, это не может быть простым совпадением; так что же связывает вторжение и временную петлю? Для поиска ответов на эти вопросы ему потребуются навыки прорицания, сбора информации и скрытного проникновения — значит, на этих навыках он и должен сосредоточиться. Само собой, он будет учиться и другим вещам, но — по остаточному принципу.

Надо будет доучиться библиотекарскому делу и выучить все его секреты, какие можно в границах временной петли. Библиотека Академии — бесценный ресурс, и он не сомневался, что не раз прибегнет к ней для поиска ответов. Пока что он не нашел ничего по теме — но вряд ли там ничего нет, скорее ему не хватает уровня доступа и мастерства поисковых чар. Он должен научиться преодолевать барьеры запретных секций и находить нужные книги — и, думается, Киритишли и Ибери ему в этом помогут. Завтра же утром он вновь устроится на подработку в библиотеку.

В этом цикле уже поздно, но надо будет вновь впечатлить Ильзу и попросить дополнительные занятия по прорицанию. Если энтузиазм профессора, выбранного Ильзой, будет хотя бы в половину от Норы Буул, проблем с освоением этого непростого предмета не будет.

Он поднимался по лестнице в общежитии, когда мир мигнул черным, и прыжок Кири пробудил его ото сна. Похоже, Зак опять умер. Всего через несколько дней после начала цикла. Хочется надеяться, Зак скоро прекратит валять дурака — рестарты без предупреждения — штука малоприятная.

Ему предстояло убедиться, что не стоит искушать судьбу подобными мыслями.

Глава 13. В любую секунду

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Зориан зарычал и грубо скинул с себя сестру. Пятый раз! В пятый раз петля перезапускается всего через несколько дней после начала! Сколько еще раз Заку нужно сдохнуть, чтобы понять, что он делает что-то не то? Право слово, он сам задумался бы уже после второй попытки…

Он подхватил лежащие на привычном месте очки и протопал в туалет, пока Кириэлле собиралась с мыслями. Беспорядочные, оборванные циклы путали ему все планы и сбивали настрой. Покуда это продолжается, он не может заняться ничем серьезным — только рыться в библиотеке и надеяться, что Зак прекратит убивать себя. Что за хренью он там страдает?

Так, все, успокоиться — в конце концов, неизвестно, сколько это еще продлится. Десять, пятнадцать рестартов?

Угу, вполне возможно…

— Привет, Сверчок!

Зориан молча впустил Тайвен внутрь, медленно закрыл дверь и потащился следом. Он буквально ощущал ее нетерпение, но ему было все равно. Он осознанно тянул время, решая, что ему делать.

Он, конечно, собирался пообщаться со странными пауками-телепатами, населяющими канализацию, но идти сейчас было бы глупо. Нет никаких гарантий, что они и в этот раз будут дружелюбны — а магия разума опасна даже путешественнику во времени. Прежде, чем лезть в подземелья, следовало озаботиться ментальной защитой — и он уже отыскал в библиотеке оберег, защищающий разум заклинателя. Увы, этот щит полностью блокировал любые воздействия на разум — включая и заклятья мысленной речи. Ему требовалось что-то более избирательное.

Но его нежелание лезть в подземелья вовсе не означало, что он готов отпустить туда, на верную смерть, Тайвен. Он и сам не знал, почему его вообще это беспокоило — с практической точки зрения все в порядке, рестарт через несколько дней, и она вновь будет жива. Тем не менее, он не мог закрыть на это глаза, и, раз уж она все равно заходит к нему, можно попытаться ее отговорить.

Он с самого начала знал, что это будет нелегко. Тайвен, пожалуй, даже упрямее Зака.

— Как жизнь, Тайвен? — начал он.

— Так себе, — вздохнула она. — Пытаюсь пробиться в подмастерья, но не все идет гладко. Знаешь, как это бывает. Ниртак согласился взять меня ассистентом на этот год, так что вот… Ты, случайно, не выбрал факультативом не-магический бой?

— Нет, — жизнерадостно ответил Зориан.

— Так и знала, — Тайвен закатила глаза. — Между прочим, тебе не помешало. Девушки…

— …Любят спортивных парней, — с умудренным видом кивнул Зориан. — Так что тебе надо, Тайвен? Я въехал только вчера и никому не говорил номер комнаты, и все же ты меня нашла. Полагаю, воспользовалась прорицанием?

— Угу, — подтвердила она. — Было совсем несложно.

— Разве комнаты общежития не защищены чарами? — поинтересовался он.

— Уверена, там только простейшие обереги — защита от пожара, сигнализация на случай драки в коридорах или попытки призвать демона… — пожала плечами Тайвен. — Так или иначе, хочу попросить тебя присоединиться ко мне и еще парочке других на завтрашнем задании.

Зориан терпеливо выслушал ее рекламную речь. На самом деле поход намечался в понедельник, а не завтра — у Тайвен было свое собственное определение "завтра" — но в остальном она честно описала миссию. Она даже упомянула, что они могут наткнуться на что-нибудь опасное — но подчеркнула, что она и ее друзья, без сомнения, способны справиться с любой опасностью. Да-да.

— Любой? — с подозрением переспросил Зориан. — Знаешь, я читал о магических видах пауков, эти твари довольно сильны. Говорят, что один серый охотник способен уничтожить группу магов, а ведь они не крупнее человека. Фазовые пауки могут выскочить буквально из ниоткуда и уволочь в свое карманное измерение. А некоторые виды даже разумны и владеют ментальной магией.

Последняя фраза, как ни посмотри, выглядела фарсом. Экосистемы подземелий были совершенно не изучены, и даже маги-биологи знали о подземных монстрах прискорбно мало. Он бы не удивился, если бы даже с помощью Ибери и Киритишли не нашел в библиотеке упоминаний о разумных пауках.

Ему кажется, или библиотека академии куда менее полезна, чем он думал? Каждый раз, когда он там что-то ищет, его ожидает разочарование. С другой стороны, его интересы последнее время либо не изучены, либо незаконны, либо и то, и другое.

— Ой, да ладно, — пренебрежительно фыркнула Тайвен. — Не будь таким параноиком. Как будто такое может обитать прямо под Сиорией. Не на глубинные же уровни идем, право слово.

— Я думаю, вообще не стоит туда соваться, — настаивал Зориан. — У меня дурное предчувствие.

— Забавно, — Тайвен закатила глаза, в ее голосе слышалось раздражение. — Вот уж не думала, что ты настолько суеверен.

— Время меняет людей, — важно сказал Зориан, улыбнувшись собственной шутке и вновь делая строгое лицо. — Но если серьезно — мне все это совершенно не нравится. Стоит ли помирать ради какого-то задания?

Упс, похоже, этого не стоило говорить — от Тайвен дохнуло гневом. Видимо, она решила, что он недооценивает ее как мага. И, не успел он извиниться и перефразировать, а она уже кричала:

— Я не собираюсь помирать! Боги, ты прямо как мой отец! Я не маленькая девочка, мне не нужна защита! Если не хочешь идти, так и скажи, а не читай мне мораль!

Она рассержено удалилась, бормоча что-то о самоуверенных сопляках и потраченном времени. Зориан поморщился от грохота захлопнувшейся двери. Непонятно, почему она так резко отреагировала, но в следующий раз не стоит говорить об опасности — это ее только злит.

Что же, он и не думал, что все получится с первого раза.

— Привет, Сверчок!

— Хорошо, что ты заглянула, Тайвен, — смертельно серьезно сказал Зориан. — Проходи, нам надо поговорить.

Тайвен приподняла бровь, потом пожала плечами и прошествовала внутрь. Зориан старался держаться сурово и мрачно, но, кажется, это ее только веселило.

— Я так понимаю, ты хотел меня видеть? — спросила она. — Тебе повезло, что я решила заглянуть.

— Не совсем, — поправил Зориан. — Я знал, что ты придешь сегодня, как и то, что ты хочешь позвать меня на вылазку в канализацию.

— И вовсе не в… — начала было Тайвен, но Зориан прервал ее на полуслове.

— Вылазка в канализацию, — повторил он. — На верхний уровень подземелий, отнять часы заказчика у довольно опасных пауков.

— Кто тебе сказал? — спросила Тайвен после нескольких секунд ошеломленного молчания. — Откуда они знали? Я никому не говорила.

— Никто и не говорил, — ответил Зориан. — Мне было видение об этой встрече… И о том, что случится, если ты спустишься в подземелье.

Ну, технически, это не было ложью…

— Видение? — недоверчиво спросила Тайвен. Зориан мрачно кивнул.

— Я не говорил тебе, но у меня есть способности к предвиденью. Время от времени я вижу образы будущего, отблески важных событий, затрагивающих меня.

В принципе, это было вполне возможно — люди с такими способностями встречались, хоть предвиденье и уступало предзнанию путешественника во времени. Насколько он понимал, пророки видели не детали, а общий вектор развития событий. Будущее всегда неясно, всегда в движении, и пытаться увидеть его во всех подробностях — все равно, что удерживать песок в кулаке — чем сильнее сжимаешь, тем больше его просыпается меж пальцев.

Вот только Тайвен не верила этой вполне возможной версии.

— Да неужто? — с вызовом сказала она, скрещивая руки на груди. — И что же ты узнал из своего "видения"?

— Что ты умрешь, — прямо сказал он. — И я тоже, если пойду с тобой в подземелья. Пожалуйста, Тайвен, я знаю, что это звучит нелепо, но у меня еще никогда не было таких отчетливых видений. Я не пойду в туннели, и тебе не следует.

Повисло молчание, Зориану уже казалось, что она послушается. А потом она засмеялась.

— Ох, Сверчок, я почти купилась! — выдохнула она между взрывами смеха. — Видения будущего… Ты такой шутник. Знаешь, я скучала по твоему необычному юмору. Помнишь… Помнишь, ты сделал вид, что предлагаешь мне встречаться?

Зориан сам не знал, как он сумел не отшатнуться при этих словах. Вот обязательно было напоминать? Усилием воли он задвинул неприятное воспоминание подальше, сейчас не до того.

— Ага, — бесстрастно сказал он. — Вот такой я забавный парень.

И почему он вообще пытается ее спасти?

— Ну так… — она наконец справилась со смехом. — Как ты узнал, что я приду?

— Привет, Св… — начала было Тайвен, но смолкла при виде его отстраненного, пустого лица. — Ух, Сверчок, что, черт возьми, с тобой случилось?

Зориан таращился в пустоту еще пару секунд, потом помотал головой, словно отгоняя навязчивые мысли.

— Извини, — подавленно сказал он, жестом приглашая ее зайти. — Просто приснился на редкость яркий кошмар, и я совершенно не выспался.

— О? — сказала Тайвен, как обычно, запрыгивая на кровать. — И о чем же?

Зориан ответил долгим взглядом.

— Честно говоря, ты там тоже была.

Тайвен шокировано посмотрела на него, перестав дурачиться.

— Я?! Какого хрена я делала в твоих кошмарах? И вообще, разве столь красивая девушка не делает сон приятным по умолчанию? Вот что, придется тебе все рассказать.

— Я шел по канализации вместе с тобой и еще двумя парнями, которых никогда не видел, — начал Зориан замогильным голосом. — Когда на нас внезапно набросилось множество гигантских пауков. Их… их было так много… Они набросились, стали кусать, и…

Он сделал пару глубоких вдохов, словно пытаясь успокоиться.

— Извини, просто… это было очень реалистично, — он одарил Тайвен отсутствующим взглядом, посмотрел на свои дрожащие руки и нервно сжал кулаки. — Знаешь, все было так отчетливо… Чувство, как их клыки входят в тело, яд, текущий по жилам, как жидкий огонь… Они даже не убили нас, просто обмотали паутиной и уволокли наши парализованные тела в гнездо, чтобы съесть потом. Такой яркий, ужасающий кошмар — наверное, я еще долго не смогу смотреть на пауков без содрогания.

Тайвен нервно поежилась, выглядя крайне смущенной и смутно встревоженной.

— Но это всего лишь кошмар, — наигранно-бодро заключил Зориан. — Чем обязан твоему визиту? Ты хотела о чем-то поговорить?

— Н-нет, — торопливо ответила Тайвен, нервно хихикнув. — Я просто… просто заглянула повидать друга, вот и все. Как жизнь, Зориан? Ну, кроме этих… кошмаров…

Она сбежала под каким-то предлогом уже через несколько минут. Позже он узнает, что она все равно пошла в туннели и не вернулась.

— Пауки? — спросил Зориан, стараясь выглядеть встревоженным. — Тайвен, ты что, не в курсе недавних слухов?

— Эмм… Я была довольно занята, — смущенно хмыкнула Тайвен. — А что за слухи?

— Что в канализации завелись пауки-телепаты, — сказал Зориан. — Говорят, администрация пытается истребить их, но пока не выходит. Власти пытаются скрыть этот факт, ведь он выставляет их не в лучшем свете.

— Вау, хорошо, что я к тебе заглянула, — заметила Тайвен. — Иначе мне и в голову не пришло бы использовать ментальный щит.

— Ты все равно хочешь идти? — недоверчиво спросил Зориан. — Думаешь, ментального щита будет достаточно?

— Магия разума — дело тонкое, — ответила Тайвен. — Используются слабые, но очень изощренные плетения, так что ей можно противостоять грубой силой. Если ты заранее знаешь, что встретишь мага разума, можно легко обезопасить себя. Не сомневайся, теперь, когда я знаю, что ожидать от этих ползучих, я не попадусь на их уловки.

Зориан открыл было рот, чтобы возразить, но остановился. Может, Тайвен права? Может, его подход неправилен. Он стремится, чтобы Тайвен выжила — а для этого не обязательно запрещать ей идти в подземелья.

— Может быть, — признал наконец он. — Но я туда не пойду.

— Ой, да ладно тебе! — запротестовала она. — Я точно могу тебя защитить!

— Нет уж, — отрезал он. — Ни за что. Найди кого-нибудь другого.

— А как насчет…

— Никаких драк, — прервал ее Зориан. — Слушай, я в любом случае не пойду. Расскажешь потом, как все прошло. Не хочется выяснять, уцелела ли ты в подземельях.

Она и правда зашла к нему несколько дней спустя, рассказать, что часы они так и не нашли, но при этом никто не пострадал.

Хм. Может, Бенисек и прав насчет власти слухов и сплетен.

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос.

— Доброе утро, Кири! — так же бодро воскликнул Зориан, обнимая шокированную сестру. — О, что за чудесный, замечательный день сегодня! Спасибо, что пришла разбудить, я правда ценю это! Что бы я делал без моей чудесной сестренки.

Кири смущенно возилась в его руках, растерянная и непривычная к подобному обращению.

— Кто ты такой и что ты сделал с моим братом?! — наконец выкрикнула она.

Он лишь обнял ее покрепче.

— Ты что-то хотел, сынок? — спросил Кайрон. — Урок закончился, если ты не заметил.

— Да, я знаю, — подтвердил Зориан. — Я просто хотел спросить вашего совета, если вы не очень заняты.

Кайрон нетерпеливым жестом велел ему продолжать.

— Я хотел спросить у вас о средствах против магии разума, — сказал Зориан.

— Ну, есть стандартный ментальный щит, — осторожно сказал Кайрон. — Большинство магов считают, что его вполне достаточно для защиты.

— Да, но это заклятье довольно… грубое, — сказал Зориан. — Нет ли чего-нибудь более гибкого?

— Грубое, верно, — согласился заинтересовавшийся Кайрон. — И зачастую бесполезное. Простое развеивание снимает защиту, а опытный маг разума влезет тебе в мозги, прежде чем ты поймешь, что случилось.

— Тогда почему большинство считают ментальный щит достаточным? — спросил Зориан.

— Ты знаешь, почему большинство ментальных заклятий запрещены либо требуют лицензии? — спросил Кайрон. Вопрос, видимо, был риторическим, так как он тут же перешел к объяснению. — Потому что ментальная магия чаще всего применяется против гражданских, практически беззащитных перед ней. Большинство магов разума — мелкие преступники, использующие свои способности на слабых — их не назовешь мастерами. Так что маги редко сталкиваются с умелыми менталистами. С другой стороны, даже средней руки ментальный маг исключительно опасен, не говоря уже о магических существах с подобными способностями. Существуют способы противостоять магии разума без щитов, но большинство магов предпочитают натренировать ментальный щит до полного автоматизма. Или всегда иметь с собой медиатор с нужной формулой.

— А эти способы?.. — спросил Зориан, видя, что профессор не собирается продолжать.

Кайрон нехорошо улыбнулся.

— Рад, что ты спросил, сынок. Видишь ли, до недавнего времени курс боевой магии был более сложным, включая так называемую "тренировку сопротивляемости". Вкратце, преподаватель раз за разом применял ментальные техники на студентах, а те пытались этому противостоять. Это позволяло студентам выработать естественное сопротивление обычным ментальным заклятьям, вроде сна, паралича или контроля. К сожалению, поступало множество жалоб от менее стойких студентов, а после ряда скандалов, когда профессор или ассистенты использовали эту тренировку для наказания, эта практика была исключена из расписания. Как по мне, перегиб, но меня слушать не стали.

Зориан молчал, переваривая эти сведения. Правда ли это лучший способ защиты? Идея понятна, тот же принцип, что с тренировкой плетений и рефлекторной магией — защитные действия впечатывались в душу, подобно мускульной памяти. Просто звучало так… механически. И, наверняка, болезненно.

Тут он заметил, что Кайрон смотрит на него хищным взглядом.

— Ну так что, сынок? — спросил профессор. — Как думаешь, тебе это по плечу? Честно говоря, давно хотел возродить практику. Я буду сдерживаться, обещаю.

Он солгал. Первым же заклятьем Кайрон использовал на нем "Кошмарные видения". Что бы там ни хотели сказать пауки — лучше бы это было что-то стоящее.

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Зориан глубоко вдохнул и сосредоточился на образе, к которому стремился, пока тот не стал почти осязаем. Мана могучим потоком заструилась из его ладоней, невидимая глазу, но ощутимая для его чувств — маг всегда чувствует свою ману, тем более — когда сплетает ее. Менее чем за секунду все было готово, и он отпустил плетение в маленькую вредину, устроившуюся у него на животе.

Ничего не произошло.

Зориан открыл глаза и испустил разочарованное шипение. Он не пытался сотворить заклятье, это была неструктурированная магия — он пытался поднять Кириэлле в воздух стандартным плетением левитации. Он знал, что будет куда труднее, чем с ручкой над ладонью — но… ничего?

— Эй, щекотно же, — сказала Кириэлле. — Ты пытался что-то сделать?

Зориан сузил глаза. Вот, значит, как? Вызов принят.

— Чем могу помочь, мистер Казински? — спросила Ильза. — Я бы подумала, что вы пришли жаловаться на Ксвима, но у вас еще не было ни одного занятия.

Зориан широко улыбнулся. В коротких циклах были и свои плюсы — они заканчивались до пятницы, так что он не виделся со Ксвимом.

— На самом деле я хотел бы попросить совета по моему личному проекту, — сказал он. — Вы не знаете метода тренировки, который позволил бы мне поднять человека телекинезом без использования структурированных заклятий?

Ильза моргнула от неожиданности.

— То есть на чистом плетении? Зачем вам это понадобилось?

— Я освоил все упражнения из "Расширенных Основ" Эмпатина и сейчас ищу новые, — ответил Зориан. — Это показалось интересной мыслью.

— Все пятнадцать? — недоверчиво уточнила Ильза.

Вместо ответа Зориан решил продемонстрировать. Он взял самую большую и тяжелую книгу со стола Ильзы и заставил крутиться над раскрытой ладонью. Вращать книгу было куда сложнее, чем ручку — объект значительно тяжелее, да еще и норовит раскрыться, если не удерживать ее закрытой с помощью магии. Между прочим, этому трюку его научила Ибери — она утверждала, что способность удерживать книгу закрытой во время левитации — обязательное условие для некоторых заклятий, которым она собиралась его обучить. Увы, чтобы завоевать расположение Ибери и начать учиться серьезным заклятьям, требовалось не меньше пары недель — в коротком цикле это невозможно.

Он заставил вращающуюся книгу светиться зловещим красным светом. Одновременные левитация закрытой книги, вращение и цветной свет на чистом плетении — весьма впечатляющая демонстрация для третьекурсника; этого должно хватить.

Ильза глубоко вдохнула и откинулась на спинку стула, явно впечатленная показом.

— Что же… — сказала она. — Отличные навыки плетения. Однако, левитация человека… не то, что можно найти в учебниках. Насколько я знаю, так никто не делает. Те, кому может потребоваться левитация, просто носят с собой соответствующий медиатор. Обычно кольца — они маленькие и не мешаются. Я настоятельно рекомендовала бы вам сосредоточиться на каком-нибудь другом упражнении. Существует бесчисленное множество упражнений на плетение, и в нашей библиотеке есть неплохая подборка. Например, разрушение камня и поиск севера весьма полезны, но обычно не преподаются студентам из-за дефицита времени.

— Разрушение камня и поиск севера? — переспросил Зориан.

— При разрушении камня небольшой камешек кладется на ладонь — и магическим усилием крошится в пыль. Это идеальный результат, обычно достаточно, если камень распадается на зерна размером с песчинку. Упражнение весьма полезно тем, кто намерен углубиться в школу изменения — так как преобразование материи почти всегда начинается с расщепления. Поиск севера — тренировка для прорицателей, создающая подобие компаса, указывающее на магнитный полюс. Достигшим успехов в этом упражнении компас уже не нужен — они постоянно чувствуют направление на север.

— Звучит заманчиво, — согласился Зориан. — Я обязательно постараюсь освоить эти упражнения. Но… вы ничего не подскажете по моему вопросу о левитации человека?

Ильза раздраженно посмотрела на него.

— Все еще настаиваешь? И почему столь многие талантливые студенты упорно тратят время на дурацкие шутки?

Зориан хотел было возразить, но понял, что она права. По сути, он собирался подшутить над Кириэлле. Ильза протянула руку и забрала книгу из воздуха, заставив Зориана удивленно моргнуть. Он что, все еще левитировал ее? Порывшись в памяти, он осознал — да, он удерживал книгу в воздухе на протяжении всего разговора. Он прекратил вращение и свет, но, видимо, левитировать объект над ладонью было так просто, что он даже не замечал действующее плетение. Хех.

Ильза прервала его размышления, бросив книгу на стол — удар вышел оглушительно громким. Она усмехнулась его реакции и жестом призвала к вниманию.

— Как я говорила, такое не описывают в учебниках, — сказала она. — А я сама никогда не занималась подобными глупостями. Так что имей в виду, это чисто теоретические размышления, понятно?

Зориан с готовностью кивнул.

— На твоем месте я бы прежде всего перестала полагаться на руки для левитации объектов, — начала Ильза. — Фокусировка магии сквозь ладонь значительно упрощает процесс, верно, но только для некоторых задач. На самом деле, левитация объекта над ладонью — не совсем неструктурированная магия — ладонь задает опорную точку для эффекта, что направляет, но и ограничивает его. Раз ты освоил всю книгу Эмпатина, ты должен владеть фиксированной левитацией, так?

Зориан вытянул из коробки ручку и заставил ее воспарить над ладонью. Через секунду он повел рукой вправо-влево, но ручка упорно висела на одном месте, не желая следовать за рукой.

— Безупречная демонстрация, — похвалила Ильза. — Но позволь спросить: не кажется ли тебе, фиксированная левитация достигается извилистым, окольным путем? Зачем нужно продвинутое упражнение, если с этим справляется простейшее заклятье левитации?

Прежде, чем он успел что-то ответить, Ильза взяла его за руку и повернула ладонь. Ручка немедленно упала на стол.

— Потому что используя руку как точку отсчета, ты ограничиваешь возможности плетения, — сказала Ильза, откидываясь назад. — Пусть ручка и кажется независимой от ладони, но это всего лишь иллюзия. И довольно нелепая. Посуди сам, ты ограничиваешь поток маны положением своей ладони, а потом прилагаешь усилия, чтобы обойти созданное тобой же ограничение.

Книга, брошенная Ильзой на стол, внезапно взлетела в воздух. Ильза даже не шелохнулась, но он знал, что это сделала она.

Не в последнюю очередь из-за ее ухмылки.

— Видишь? — сказала она. — Никаких рук. Конечно, это едва ли не предел того, что я могу сплести без помощи жестов. Этому трудно научиться, но, думаю, для твоего… "проекта" такой контроль и не требуется.

— Вы просто застали меня врасплох, — возмущенно фыркнул Зориан. — Обычно я не теряю контроль так легко.

— И все же, я повторю, — Ильза добродушно улыбнулась. — Ты очень хорош для студента — и даже молодого мага, но до выдающихся еще предстоит долгий путь. Но, в любом случае, если… или когда ты добьешься успеха, начни с левитации существ меньше человека. Намного меньше. Начни с насекомых, потом мыши, и так далее. Итого, это займет тебя… ну, где-то года на четыре.

Если она думала отпугнуть его долгим сроком, она серьезно ошибалась. Мало того, что он сомневался в точности ее прогноза — в настоящий момент у него просто не было более подходящего занятия.

— Тогда, наверное, мне стоит начать пораньше, — только и сказал он.

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Зориан молча смотрел в потолок. Сколько коротких циклов он предсказывал? Он сбился со счета, но число было точно больше пятнадцати. И ничего толком не изменилось — цикл редко длился больше трех дней, и никогда больше пяти. Чем бы там ни занимался Зак, это было смертельно опасно, а сам Зак был упертым засранцем, не умеющим отступать.

— Зориан? Ты в порядке? Да ладно, не так уж и сильно я тебя ударила. Вставай, вставай.

Зориан неподвижно глядел в потолок, не обращая внимания на Кириэлле, которая со все большим энтузиазмом щипала его за бока. По сравнению с некоторыми особо мерзостными "тренировочными" заклятиями Кайрона, боль была едва заметна. Хорошо хоть Кайрон использовал их не чаще, чем по разу за цикл. Кириэлле пару раз шлепнула его по щекам, потом замахнулась кулаком. Когда он никак не отреагировал, она остановила кулак у самого лица.

— Эммм… Зориан? — теперь ее голос звучал обеспокоенно. — Серьезно, ты в порядке?

Зориан медленно, механически повернул голову, сохраняя отсутствующее выражение лица, встретился с Кири глазами. Несколько секунд молча глядел, потом медленно открыл рот… и заорал. Она отпрянула назад и, тонко взвизгнув, свалилась с кровати.

Он чуток понаблюдал, как Кириэлле краснеет от гнева, потом уже не смог сдерживаться и заржал.

Он продолжал смеяться, даже когда по нему яростно забарабанили маленькие кулачки Кириэлле.

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С доб…

С нечленораздельным воплем Зориан опрокинул сестру на спину и принялся безжалостно щекотать. Ее крики отдавались по всему дому, пока не пришла мать и не остановила его.

— С добрым утром, братик! Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Последовало короткое молчание, прерываемое лишь шуршанием одеял — Кириэлле беспокойно возилась, сидя на нем.

— Кири, — сказал он наконец. — Кажется, я начинаю тебя ненавидеть.

Конечно, он преувеличивал, но, боги, как его это достало. На удивление, Кириэлле восприняла его заявление весьма серьезно.

— Извини! — она тут же скатилась с кровати. — Я просто…

— Вау-вау, — прервал Зориан, насмешливо глядя на нее. — Моя сестренка извиняется? Так не бывает. Кто ты такая и что сделала с Кириэлле?

Она на секунду растерялась, потом нахмурилась, сообразив, что он имеет в виду.

— Дурак! — надулась она, по-детски топнув ногой. — Я тоже извиняюсь! Когда неправа.

— Когда загнана в угол, — поправил Зориан. — Ты, видимо, хочешь попросить о чем-то из ряда вон, раз так стараешься помириться. Так что же это?

Ему и правда было интересно. За все повторы она никогда не выдавала, что хочет что-то от него — но раз она извинилась, это что-то важное для нее. Непохоже на нее — Кириэлле никогда не страдала излишней скромностью и раньше без проблем озвучивала свои желания. Он уж думал, что неправильно понял ситуацию, но Кириэлле отвела взгляд и забормотала что-то невразумительное.

— Так что ты хотела? — поторопил он.

— Мама хочет поговорить с тобой, — сказала Кириэлле, по-прежнему избегая его взгляда.

— Ну, мама может и подождать, — возразил он. — Я никуда не пойду, пока ты не скажешь.

Она обиженно посмотрела на него, потом набрала воздуха, решаясь.

— Пожалуйста, возьми меня с собой в Сиорию! — выпалила она, сложив руки в умоляющем жесте. — Я всегда хотела туда съездить, и я не хочу ехать с мамой в Кос, и…

Зориан уже не слушал, ошеломленный откровением. Как мог он быть настолько слепым? Он ведь знал, что мать неспроста так легко приняла его отказ, но его все устраивало, и он не задумывался о странностях. Конечно, это было легко — ведь мать тоже не хотела, чтобы он брал с собой сестру. Ехать хотела Кириэлле. Мать же просто сделала вид, что попросила его, но получила отказ. Неудивительно, что Кириэлле всегда так грустит на пути к вокзалу.

— Зориан? Ну пожалуйста…

Он помотал головой, отгоняя лишние мысли, и улыбнулся Кириэлле, ждавшей, затаив дыхание и с надеждой в глазах. Разве мог он отказать ей? А то, что это сорвет интригу матери — просто бонус.

— Конечно, я возьму тебя с собой.

— Правда?!

— Если будешь хорошо себя…

— Да! Да! Да! — радостно закричала Кириэлле, прыгая от переполнявших чувств. Он никогда не понимал, откуда в ней столько энергии. Даже ребенком он никогда не был столь подвижным. — Я знала, что ты согласишься! А мама сказала, что ты точно откажешься.

Зориан смущенно отвел взгляд.

— Ну да, — жалко выдавил он. — Как видишь, она ошиблась. Я так понимаю, разрешение матери ты уже получила?

— Ага, — подтвердила Кириэлле. — Она сказала, что можно, если ты согласишься.

Вот же дьявольская женщина. Отказывать дочке, сваливая всю вину на него. Оглядываясь назад, можно заключить, что план был исполнен безупречно — она даже отчитала его насчет внешнего вида и семейного престижа, чтобы испортить его настроение перед "просьбой".

Вздохнув, он надел очки и встал с кровати.

— Я в туалет.

Через миг он замер, осознав, что именно он сказал. Оглянувшись на Кириэлле, он с удивлением обнаружил, что она не бежит, обгоняя его, а смотрит с легким недоумением.

— Что? — спросила она.

— Ничего, — ответил Зориан и вышел из комнаты. Надо думать, в обычные циклы она занимает туалет, чтобы он побыстрее поговорил с матерью. Не самый удачный ход, ведь она только зря злит его — но она еще ребенок и не просчитывает так далеко вперед.

Этот цикл обещает быть интересным.

Глава 14. Фактор сестры

Отправив Кириэлле собирать вещи (та восприняла поручение с большим энтузиазмом), он наполнил комнату светящимися разноцветными шарами и отправился на кухню, к матери. Он устраивал эту иллюминацию после каждого рестарта — не факт, что Ильза согласится организовать ему дополнительные занятия, если он не произведет сильное первое впечатление. Сейчас, во время коротких циклов, особого смысла в этом не было — но он все равно продолжал. Просто на всякий случай, вдруг именно в этот раз Зак прекратит умирать.

Он спустился по лестнице; мать глядела ястребом, выискивая малейший недочет, к которому можно придраться. Он уже знал по опыту, что она все равно что-нибудь найдет, впрочем, неважно. По крайней мере, он оделся достаточно прилично, чтобы избежать долгой лекции о семейном престиже. Он не раз пытался, используя предзнание, прийти "идеальным" — но ее всегда что-то не устраивало. Воистину высокие требования. Либо она и правда намеренно злила его, чтобы он отказался взять Кириэлле с собой.

Сев за стол, он отодвинул остывшую кашу в сторону и принялся за яблоки, не обращая внимания на мать, явно недовольную пренебрежением к приготовленной ей пище. Убедившись, что он не намерен начинать разговор, она драматически вздохнула и разразилась продолжительным монологом, постепенно подводя к настоящему вопросу — возьмет ли он Кириэлле с собой в Сиорию.

— Если подумать, — мать наконец решила сказать прямо. — Я ведь не говорила тебе, что мы с твоим отцом отправляемся в Кос, навестить Дэймена?

— И ты хочешь, чтобы я взял Кири в Сиорию, — "догадался" Зориан.

— И я… что? — она моргнула в секундной растерянности. Потом вздохнула и покачала головой. — Она сказала тебе.

— Угу, — подтвердил Зориан.

— А ведь мы договаривались дождаться подходящего момента, — сказала она. — Наверное, мне стоит пойти и утешить ее.

— Зачем ее утешать? — удивился Зориан. — Я согласился. Она была счастлива. Она в своей комнате, собирает вещи.

Она посмотрела так, словно он внезапно принялся декламировать классическую поэзию. Зориан даже не знал, стыдиться ему или обижаться. Неужто это совсем на него не похоже? До поступления в академию, он проводил с маленькой чертовкой больше времени, чем кто бы то ни было, включая мать. Он больше похож на родителя Кириэлле, чем сами родители. Серьезно, если бы она сама попросила — он бы наверняка, поворчав, согласился — даже до временной петли.

Да. Реакция матери раздражает. Он ответил вызывающим взглядом, рискнет ли она прокомментировать?

— Что? — не выдержал он после нескольких секунд переглядывания.

— Ничего, — ее лицо вновь стало нечитаемым. — Я просто удивилась. Рада, что ты наконец начал думать о ком-то, кроме себя. Ты уже решил, где будете жить?

— Решаю, — подтвердил Зориан. — Зависит от того, буду ли я платить из своего кармана, или ты дашь дополнительные деньги.

— Эй, я могу и обидеться, — резко ответила она. — Конечно, я дам денег на жилье. Когда это мы заставляли тебя платить за предметы первой необходимости? Сколько тебе потребуется?

Как будто ее замечание, что он наконец думает о ком-то, кроме себя, было менее обидно. Он просто отвечает той же монетой. Хотя внутренне Зориан неохотно признал — она права, при всех их недостатках, они никогда не оставили бы его на улице без куска хлеба. Он — нелюбимый сын, но все-таки сын. Еще несколько минут они обсуждали сумму, споря, сколько уйдет на то, чтобы снимать квартиру и кормить Кириэлле. Он, понятно, настаивал на большей сумме, и был довольно убедителен — он неплохо разбирался в ценах Сиории. Мать не скрывала удивления, что он знает арендную плату в разных частях города — ей казалось, что столь приземленное знание его не интересует. Не говорить же ей, что он отслеживал арендную плату на случай, если дома станет совсем невыносимо — Зориан попытался сменить тему. У него не слишком-то получилось — мать упорствовала в своем заблуждении — но приход Ильзы спас его от допроса. Мать тут же оставила их, решив помочь Кириэлле собраться, но Зориан все равно повел учительницу в свою комнату. Должен же он был показать световое заклятье, которое "случайно" забыл развеять.

Разговор поначалу следовал накатанному пути, но сменился, когда речь зашла о проживании.

— Тут написано, — Ильза качнула листком бумаги. — Что прошлые два года ты жил в общежитии. Полагаю, в этом году поступишь так же?

— Эм, на самом деле нет, — ответил Зориан. — Не могу, я беру с собой младшую сестру. Ведь академия не пускает в общежитие посторонних?

— Нет, не пускает, — сказала Ильза.

— Я так и думал, — он ничуть не был удивлен. — Значит, мы просто остановимся в гостинице, пока я ищу комнату.

Ильза странно посмотрела на него.

— Ты еще не нашел жилье?

— Нет, — ответил Зориан. — Решение было довольно внезапным, я не успел подготовиться. А что?

— Возможно, я знаю выход, — Ильза стала чуть более серьезной.

— В смысле, вы знаете, где можно снять комнаты? — спросил Зориан, получив в ответ кивок. — Это… удачно, я бы сказал. И где же это?

— Прежде всего, хочу подчеркнуть, что это не официальное предложение Королевской Академии Магических Искусств Сиории, — предупредила Ильза. — Это строго между нами, договорились?

— Хорошо, — осторожно сказал Зориан. Вступление настораживало, но он не ощущал в Ильзе злого умысла или обмана. Послушаем, что она скажет.

— Одна из моих друзей сдает комнаты по весьма умеренным ценам… — начала Ильза.

После нескольких минут расспросов и домысливания, Зориан решил дать подруге Ильзы шанс. Ee "умеренные" цены были откровенно завышены, но в пределах допустимого. Кроме того, Ильза намекнула, что ее подруга любит детей и с удовольствием позаботится о Кириэлле в его отсутствие — если так и есть, то это с лихвой окупает высокую цену.

Затем разговор переключился на выбор куратора (или, в его случае, отсутствие выбора) и факультативов. К настоящему времени он уже попробовал все предметы, которые его хоть сколько-нибудь интересовали, так что ответил, не задумываясь — ботаника, астрономия и анатомия человека. Его выбор объяснялся просто — преподавателям этих предметов было все равно, посещают ли студенты их занятия (и Акоджа не выбрала ни один из этих факультативов — то есть не узнает, что он прогуливает).

Как только Ильза отбыла в академию, вниз по лестнице, топая, словно стадо слонов, сбежала Кириэлле, не обращая внимания на сердитый окрик матери. Без сомнения, она давно уже собралась и ждала только, когда уйдет профессор.

— Я готова! — радостно заявила она.

— Все собрала? — спросил Зориан.

— Ага! — кивнула девочка.

— А мои книги?

— Почему я должна собирать твои книги? — нахмурилась она. — Сам их собирай, бездельник!

— Ну, ты унесла их в свою комнату и спрятала под кроватью…

— Ох! — она распахнула глаза, сообразив, о чем речь. — Эти книги! Эммм… Кажется, я забыла отнести их назад. Я принесу их в твою комнату, хорошо?

— О чем это вы? — спросила подошедшая мать.

— Ни о чем! — с нотками паники в голосе заявила Кириэлле, крутанувшись в ее сторону. — Я просто кое-что забыла, вот и все! Сейчас вернусь!

Она стремглав унеслась вверх по лестнице, вновь проигнорировав окрик матери — не бегать по дому. Зориан смотрел ей вслед, прищурив глаза. Почему она так боится, что мать узнает об утащенных книгах? Она далеко не впервые берет его вещи, и раньше мать не обращала на это внимания. За как будто безобидным поступком явно скрывается что-то серьезное…

Невольно задумаешься — а так ли хорошо он знает Кириэлле?

— Мне скууучно.

Зориан открыл глаза и одарил сестру сердитым взглядом. Стоит ему задремать хоть на минуту, как она что-нибудь говорит или "случайно" пинает его остроносой туфелькой. А он-то думал, что хуже динамиков в вагонах ничего нет…

— Тебе скучно, — он закатил глаза. — А я-то тут причем?

— Поиграй со мной? — с надеждой попросила она.

— Ты еще не наигралась? — вздохнул он. — Сколько раз я должен победить тебя в виселицу, чтобы ты успокоилась?

— Ты сжульничал! — запротестовала она. — Нет такого слова — "Душительство"!

— Что? Конечно, есть! Ты просто…

— Лжец!

— Как угодно, — фыркнул он. — Я выиграл не только в тот раз.

— То есть ты признаешь, что в тот раз сжульничал? — торжествующе спросила она.

Зориан открыл было рот для возражений, но, подумав, закрыл его.

— И почему я спорю об этом? — спросил он вслух.

Громкий треск, предвещающий пробуждение динамиков, прервал их спор.

— Станция Корса, — прозвучал бесплотный голос. — Повторяю, станция Корса. Спасибо.

— Слава богам, — пробормотал Зориан. Прибытие в Корсу не только означало, что пройдено три четверти пути; к ним наконец кто-то подсядет, может, тогда Кириэлле оставит его в покое и займется новоприбывшим.

Это будет не Ибери — он специально выбрал другое купе, чтобы она не встретилась с Кири. Ничего хорошего из этого бы не вышло — Кири терпеть не может Фортова и не умеет держать язык за зубами.

— Так много людей, — заметила она, глядя на переполненный перрон. — Это все студенты вроде тебя?

— Большинство из них, — согласился Зориан. — Хоть и не все из моей школы. В Сиории не одна академия.

— Не думала, что магов так много, — сказала она. — Мама говорит, для этого надо быть очень умным. Как думаешь, я могла бы стать магом?

— Конечно, — пожал он плечами.

— Правда? — спросила она со странной смесью подозрения и восторга. Кажется, она опасалась, что он ответит какой-нибудь гадостью.

— Да, — подтвердил он. — Не вижу никаких препятствий. Говорят, у тебя хорошие оценки в школе, так что с мозгами проблем нет. И наши родители вполне могут оплатить обучение, пусть даже и не в Сиории.

Вместо ответа Кириэлле уставилась в окно, явно избегая его взгляда. Когда он уже хотел спросить, что не так, дверь купе скользнула в сторону.

— Бирн Иварин, — представился парнишка. — Можно к вам присоединиться?

Зориан молча пригласил его жестом. В последний раз, когда они говорили, этот парень надоумил его устроиться в библиотеку. Тогда он был весьма разговорчив — то, что доктор прописал! Неважно, любит ли он общаться с детьми, Кириэлле попросту не оставит его в покое — а он слишком хорошо воспитан, чтобы прямо послать девочку. Хорошо бы он занял Кириэлле до самого прибытия.

— Кириэлле Казински, — тут же представилась сестра. — А это мой брат, Зориан. Ты тоже студент, как и он? Ты уже владеешь магией?

— Ээ, ну да, — Бирна явно раздирали любопытство и вежливость. Вежливость победила, и он ответил Кириэлле. — Правда, я только поступаю на первый курс, так что мне нечем похвастаться.

К несчастью для Бирна, шанс полюбопытствовать насчет фамилии выпал ему очень и очень нескоро. Кириэлле была в ударе, засыпав бедного парня всевозможными вопросами. Так Зориан узнал, что Бирн — маг во втором поколении, единственный сын, и родители возлагают на него большие надежды. И шанс ускользнуть от их чрезмерного внимания радует его едва ли не больше, чем возможность научиться магии. Зориан прекрасно его понимал.

— Три старших брата? — хохотнул Бирн. — Бедняжка. Хотя… Я бы и сам не отказался от старших братьев. Родителям было бы кого изводить кроме меня.

— Как я тебя понимаю, — сказала Кириэлле. — Когда Зориан поступил в академию, мама полностью сосредоточилась на мне. Полный отстой.

Зориан сочувственно поежился. Ему раньше не приходило в голову, но это во многом объясняет поведение сестры в последние два года. В отсутствие Зориана, обычно служащего громоотводом для воспитательных порывов матери, Кириэлле явно приходилось несладко. Часть его злорадствовала, что маленькая чертовка побывала в его шкуре, но все же даже она не заслужила подобного обращения.

— Кстати, все хотел спросить, — начал Бирн. — У вас довольно редкая фамилия — Казински. Вы, случайно, не приходитесь родней Дэймену Казински?

— Он наш брат, — ответила Кириэлле.

— Правда? — восторженно спросил Бирн. — Знаете, я давно о нем не слышал. Чем он сейчас занят?

— Он в Косе, — сказала Кириэлле. — Кажется, нашел что-то в джунглях… не знаю. Я нечасто с ним общаюсь. Наверное, ты больше узнаешь из газет, чем от меня. Зориан знает его лучше, чем я.

Зориан сердито посмотрел на сестру. Вот так перевести стрелки на него, да еще в разговоре про Дэймена! Чертовка в ответ показала ему язык.

— Мы с Дэйменом не ладим, — прямо сказал Зориан. — Мне нечего добавить к тому, что уже сказала Кири.

— Ох, — разочарованно выдохнул Бирн. Он принужденно хохотнул, пытаясь развеять неловкое молчание. — А я-то надеялся на истории о герое из первых рук… Хотя, наверное, это тоже считается, правда? Жаль, что у него не нашлось времени для своей семьи.

— Мхмм, — невнятно пробурчал Зориан.

Остаток пути прошел без происшествий, разве что Бирн по прибытию решил идти с ними. И Бирн, и Кириэлле были потрясены (и изрядно подавлены) масштабом и загруженностью вокзала Сиории, так что Зориан пошел им навстречу и устроил небольшую экскурсию. Экскурсия, впрочем, вышла куда длиннее, чем планировалась — Кириэлле не терпелось пройтись по магазинам. Он пытался объяснить, что привокзальные магазины торгуют с огромной наценкой, и что он не будет ей ничего здесь покупать — бесполезно. Ей хотелось "просто посмотреть". По какой-то немыслимой причине Бирн поддержал ее. Похоже, он тоже любит ходить по магазинам. Безумие какое-то.

Задержка не прошла даром — когда они покидали вокзал, начался дождь. У Бирна не было зонта, да и куча багажа занимала все руки. Зориан, скрепя сердце, предложил помочь — парень выглядел настолько жалко, что он просто не смог бросить его под дождем.

Да и Кириэлле не позволила бы ему этого — не устраивать же сцену, утаскивая ее силой.

— Я правда очень признателен, — Бирн с любопытством провел пальцами по границе защитного купола. — Не знаю, что бы я без тебя делал. Непохоже, что дождь скоро закончится.

— Говорю же, не стоит благодарности, — вздохнул Зориан. — Я живу, чтобы помогать.

Бирн "незаметно" прошептал спасибо Кириэлле — та отвлеклась от забав с барьером, куда она просовывала руки и ноги, и показала ему большой палец. Видимо, парень тоже понял, кому он обязан редкой удачей. Хм. Если на полпути к их новому дому у него кончится мана, это будет на ее совести. Дождевой барьер очень энергоемок, к тому же его пришлось расширить, чтобы укрыть их троих и парящий диск с багажом.

— Просто улетное заклинание, — объявила Кириэлле. — Ему трудно научиться? Как думаешь, у меня получится? Я никому не скажу!

— Помилуй, — фыркнул Зориан. — Ты даже не чувствуешь своей маны, я уже не говорю о том, чтобы сплетать ее. Дело не в законности, дело в навыке. Если ты настоящий гений — научишься за несколько месяцев, если нет — год или два. Просто подожди, пока сама поступишь, ладно?

Кириэлле немедленно сдулась.

Они благополучно доставили Бирна под защиту купола академии и направились к себе. Они даже почти дошли, когда защитный барьер мигнул и пропал — резерв Зориана иссяк.

Именно что "почти" дошли. Будем надеяться, подруга Ильзы не станет сильно ругаться из-за луж на полу.

— Вам следовало переждать! Что заставило вас идти в такую ужасную погоду? Нынешние дети считают, что им море по колено…

Слушая упреки домовладелицы, Зориан в открытую закатил глаза — все равно она рылась в шкафу и не смотрела в его сторону. Дождь будет идти всю ночь — хоть он и не мог ей сказать, откуда это знает — так что пережидать было бесполезно. Да и если бы Кириэлле не настояла проводить Бирна до самой академии, они прекрасно дошли бы под щитом. И вообще, было бы из-за чего волноваться. Ну, пробежались чуток под дождем…

Прилетевшее в лицо полотенце вырвало его из раздумий.

— Держи, высуши волосы. Пойду посмотрю, не нужно ли чего твоей сестре. Лучше бы она не простудилась, не то ты узнаешь, что я обо всем этом думаю, понятно?

— Она не сахарная, — пробормотал Зориан. — Не растает от пары капель.

То ли он говорил слишком тихо, то ли она проигнорировала его, но она просто прошла мимо, выходя из комнаты. Выбросив ее из головы, Зориан сел, разглядывая комнату.

Домовладелица, Имайя Курошка, энергичная женщина средних лет, без слов впустила их, когда они, мокрые до нитки, взбежали на ее крыльцо. Она даже не спросила, кто они такие — и только после объяснений Зориана сообразила, что они не просто так постучались в ее дверь, застигнутые дождем. Зориану и самому было что сказать по поводу такой вопиющей наивности, но, в отличие от некоторых, он умел вовремя промолчать. Что же, она производила приятное впечатление. По крайней мере, она не походила на алчных домовладельцев, стремящихся содрать с квартирантов последнюю шкуру — хотя и рано судить об этом.

Слегка раздражало, что она сочла их проживание делом решенным. Он всего лишь зашел посмотреть условия!

Имайя вернулась вместе с Кириэлле — переодевшись в сухое и практически высушив волосы, сестра совсем не походила на человека, совсем недавно бежавшего под проливным дождем — и они начали беседу. Зориану не раз и не два пришлось возвращать собеседниц к теме разговора — что Имайя, что Кириэлле были готовы болтать о чем угодно. Также ему пришлось пару раз пнуть Кири под столом — Ильза предупреждала, что по, гм, некоторым причинам тему замужества с Имайей лучше не обсуждать. Приученный ценить личное пространство, Зориан не собирался совать нос в чужие дела и заранее предупредил Кириэлле. Увы, у этой болтушки явно не получалось сдерживаться.

Честно говоря, итоговое соглашение не совсем устраивало Зориана. Дом Имайи очевидно не предназначался для съема — обычный, хоть и большой семейный дом с кучей пустующих спален на втором этаже. Зориан и Кириэлле будут снимать одну из них и делить остальные помещения с Имайей и еще двумя жильцами, которые вот-вот приедут. Как-то маловато приватности, на его вкус. Уже не говоря о том, что в их комнате всего одна кровать, то есть спать ему придется вместе с Кириэлле. Зориан уже имел этот печальный опыт, когда сестра была помладше, и прекрасно помнил, что спит она очень беспокойно и норовит стянуть одеяло на себя. Утешало, что на данный момент они были единственными постояльцами, и Имайя не возражала, если он без доплаты займет еще одну спальню — при условии, что он вернется к Кириэлле, как только найдутся еще жильцы.

Про себя Зориан решил завтра поискать еще варианты. Просто на всякий случай.

Несмотря на новую обстановку и присутствие Кириэлле, следующие дни прошли весьма обыденно. Он устроился работать в библиотеку. Он переговорил с Ильзой о дополнительных занятиях и выбрал на этот раз прорицание. Он тратил все свободное время на тренировки плетений, уделяя особое внимание поиску севера — плетению, развивающему навык прорицания. Тайвен выследила его на новом месте, и Зориан рассказал ей о "слухах" про гигантских пауков-телепатов, живущих в канализации — так что с Тайвен все должно быть в порядке. При всех недостатках, он решил все же остаться у Имайи — та замечательно нашла общий язык с Кириэлле. Сама Кири на удивление прилично себя вела. Она проводила множество времени за рисованием — он и не думал, что она так любит рисовать. Никогда не видел, чтобы она занималась этим дома. Может, новое место ее вдохновило?

Так или иначе, спокойное течение жизни продолжалось лишь несколько дней. Во-первых, в этот раз цикл не прервался на первой неделе, что было неожиданно само по себе. Что важнее, Ильза вновь попросила встретить Каэла и его дочь на вокзале… где и выяснилось, что Каэл тоже снимает комнату у Имайи. По той же, кстати, причине — рекомендация Ильзы.

Так что сейчас он жил в одном доме с младшей сестрой, подростком-морлоком и его дочерью, а также домовладелицей, не похожей на домовладелицу. В эту пятницу Ксвим снова будет кидать в него шарики, Ильза регулярно навещает подругу, а Имайя пригласила заглянувшую Тайвен на воскресный обед. Да уж, цикл явно предстоит необычный.

— Мне все кажется, что я тебя использую, — сказал Каэл, ссыпая пригоршню синего порошка в прозрачную стеклянную емкость.

— А я все не пойму, откуда такие мысли, — отозвался Зориан, не отрываясь от перетирания синих грибов в порошок. — Я помогаю тебе с ингредиентами, ты позволяешь мне ассистировать. Ты немного экономишь, я получаю практический опыт. Все честно. Держи.

Он передал перетертые грибы беловолосому парню, тот вздохнул и вернулся к работе. Зориан оглядел лабораторию, стараясь особо не пялиться.

Просто удивительно, насколько Каэл сумел приспособить подвал Имайи. Он развернул свою мастерскую сразу по прибытию, причем Имайя нисколько не встревожилась, что студент-третьекурсник будет работать с опасными магическими составами прямо под ее домом. Мол, Ильза заверила, что Каэл знает, что делает. Наверное, так и есть, но все же… Что касается оборудования, его одолжила академия. По словам Каэла, приборы несколько устарели, но выбирать не приходится, хорошо, хоть такие есть.

— Просто я думаю, что этот "практический опыт" не стоит тех денег, что ты тратишь на реактивы, — сказал Каэл, заливая порошок кипятком и бросая туда какие-то черные шарики. — Честно говоря, учитывая твои навыки, это я должен платить тебе за помощь.

— Не беспокойся об этом, — повторил Зориан, надеясь закрыть тему. Не говорить же Каэлу, что его сбережения полностью восстановятся в момент рестарта, так что деньги его не волнуют.

В целом, в этом цикле общение с Каэлом было куда доверительнее. Он был вынужден признать, не в последнюю очередь — благодаря Кириэлле — она мигом поладила с Каной, хоть та еще совсем ребенок, что настроило Каэла в их пользу. Уже потом они нашли много общих тем, и Зориан решил помочь морлоку с алхимией. Что и привело к нынешней ситуации.

— Все это очень странно, — после короткого молчания сказал Каэл. — Но в хорошем смысле. Я давно не видел Кану такой счастливой. Я не говорил, что очень признателен твоей сестре за все, что она делает?

— Честно говоря, даже не знаю, сколько это продлится, — признался Зориан. — Ей нравится Кана, и наверняка приятно ее внимание. Однако ей может это быстро наскучить. К тому же, она лишь на время в Сиории — пока родители навещают брата в Косе.

— Жаль, — вздохнул Каэл. Потом ухмыльнулся. — Хотя, наверное, ты вздохнешь с облегчением, когда она уедет.

— Кто знает, — откликнулся Зориан. — Поживем — увидим. Сейчас она ведет себя вполне сносно, может, и не вернется к обычному безобразному поведению. Надеюсь, она переймет у твоей дочери немного уравновешенности.

— Нет, не стоит, — возразил Каэл. — Будет жаль, если столь жизнерадостная девочка утратит свою искру. Хотел бы я, чтобы и у Каны была хотя бы частица этой неуемной энергии.

— Может, поменяемся? — предложил Зориан.

— Нет уж, — фыркнул Каэл. — Передай мне ядовитые лютики и не отвлекай в ближайшее время. Данный этап требует концентрации.

Зориан молча стоял, наблюдая за работой Каэла, и думал, что еще готовит ему этот месяц.

Глава 15. Трудная пятница

Зориан почувствовал приближение заряженного маной шарика, но даже не шелохнулся. Он затруднялся сказать, справа или слева летит стекляшка — но точно не прямо в лоб. Каким-то образом он всегда ощущал летящие в него шарики. Всегда. Он не знал, как это получается, ведь он по-прежнему не мог почувствовать направление — но эта способность была очень кстати. Еще бы научиться так же точно определять сторону.

Шарик пронесся мимо, оставив Зориана гадать — над каким же плечом он пролетел?

— Слева, — предположил он.

— Неверно, — ответил Ксвим скучающим тоном. — Снова.

Новый шарик. И снова не в голову. Ничего удивительного, Ксвим быстро выяснил, что Зориан безошибочно чувствует угрозу — и перестал целиться в него. Не дарить же подопечному легкие баллы.

— Справа, — сказал он.

— Неверно, — тут же откликнулся Ксвим. — Снова.

Зориан нахмурился под повязкой. Ему кажется, или он угадывает все хуже и хуже? Что-то здесь не так. В начале занятия он угадывал больше половины — сейчас же — постоянно неверно. По идее, он даже чисто статистически должен время от времени угадывать. Вариантов-то всего два.

Так что когда Ксвим бросил очередной шарик, Зориан быстрым движением сдернул повязку — посмотреть, в чем дело.

Шарик как раз летел у него над головой.

Вот же сукин сын!

— Я не давал позволения снять повязку, — невозмутимо сказал Ксвим, словно Зориан не поймал его с поличным.

— Это жульничество! — возмутился Зориан, игнорируя замечание. — Конечно я никак не мог угадать, если вы не следуете собственным правилам!

— Вы и не должны угадывать, мистер Казински, — без тени смущения заявил Ксвим. — Вы должны чувствовать.

— Я и чувствовал, — выдавил Зориан.

— Тогда вы бы поняли все намного раньше, и вам не пришлось бы снимать повязку, — сказал Ксвим. — Хватит терять время, надевайте повязку и продолжим.

Зориан мысленно проклял мучителя, но сделал, как было велено. Горько признавать, но в словах Ксвима был резон. Он старается угадать, над каким плечом пролетал шарик — полагается на интуицию, а не на чувство магии. Но разве он виноват, что пока не может отследить столь быстрый и слабо излучающий объект? В книгах говорилось, что такой уровень мастерства достигается упорными многолетними тренировками! Серьезно, кто в здравом уме будет требовать этого от третьекурсника? Ну, то есть, кроме Ксвима. Хорошо хоть этот тип больше не метит ему в голову.

Остаток занятия прошел как обычно — монотонно и скучно. С другой стороны, осталось ли в школе хоть что-то не скучное? Он прожил во временной петле уже больше года, изображать интерес на уроках становилось все труднее. Его подмывало последовать примеру Зака и потратить парочку циклов на путешествия, но — нельзя. С одной стороны, если он хочет вырваться из петли, он должен тренироваться, а не тратить время впустую. С другой — он не хотел привлекать внимания. Даже не учитывая вероятного третьего путешественника, Зак наверняка все еще помнит совместные занятия. Забросить учебу — совершенно не в характере Зориана, это сразу бросится в глаза. Он и так балансирует на самой грани, привезя с собой сестру и прогуливая чуть ли не четверть уроков — но для этих странностей хотя бы есть правдоподобное объяснение. Он бы давно отбросил притворство, чтобы не свихнуться — но выбранный подход доказал свою эффективность, да и не настолько он устал… Это подождет, сейчас перед ним более насущные проблемы.

После занятия он отправился в библиотеку, отчитаться перед Киритишли. Обычно он не работал по пятницам — общение со Ксвимом отбивало всякое желание делать что-либо еще — но сегодня, на удивление, был не прочь поработать. Неужели он наконец привык к своему куратору?

— Зориан! — поприветствовала его Киритишли. — Как раз вовремя. Прибыла новая партия, а Ибери уже ушла домой.

— Э… хорошо, — отозвался Зориан. Он хотел было спросить, что за партия, но спохватился, что это глупый вопрос. Конечно же, партия книг. — Что мне делать?

— Просто распакуй коробки и предварительно рассортируй книги, — Киритишли указала на составленные горкой коробки. — Потом я проверю их повнимательнее и решу, что с ними делать.

— Вы не знаете, что с ними делать? — удивился Зориан. — А зачем тогда заказали?

— Я и не заказывала, — Киритишли покачала головой. — Кто-то подарил библиотеке свою коллекцию. Иногда случается. Некоторые завещают книги нам, другие получают книги в наследство и не знают, куда их девать. Множество старых томов, ценных только как антиквариат, и то не всегда. Сказать по правде, большая часть партии отправится на свалку.

— О? — Зориан открыл одну из коробок и наугад вытащил одну из книг. Руководство по выращиванию сливы, судя по обложке — издано лет двадцать назад. — Неожиданно. Помнится, кое-кто говорил мне, что библиотекари должны беречь каждый экземпляр, а не делить книги на "полезные" и "бесполезные".

— Ой, заткнись, — Киритишли сделала вид, что хочет отвесить ему затрещину; он благополучно увернулся. — Это идеал, а не прямое руководство к действию. Библиотека велика, но место на полках все же ограничено. К тому же, большинство этих книг у нас уже есть. Прекращай умничать и займись делом.

Зориан увлекся работой, распечатывая коробку за коробкой. Киритишли выдала ему здоровенный гроссбух, содержащий списки полученных в дар книг, и велела с его помощью отделить уже имеющиеся книги. Само собой, искать в нем названия вручную было бы кошмаром — бесчисленные страницы были плотно исписаны мелким шрифтом — но он знал, что книга предназначена совсем не для этого. В одном из прошлых циклов Ибери научила его заклятью, находящему в целевой книге совпадения с составленным списком. Тогда заклинание показалось ему бесполезным — сейчас же оно идеально подходило ситуации. Видимо, именно для этой цели и писались огромные тома библиотечных каталогов.

Киритишли вернулась после двух часов — и двух десятков торопливо исписанных листов; к тому моменту Зориан отложил в сторону все дубликаты и листал одну из новых книг. Похоже, она никак не ожидала, что он справится так быстро — раньше он не показывал библиотечных заклинаний такого уровня — и, кажется, она была слегка разочарована.

— Скучно с тобой, — сокрушенно вздохнула она. — А я так хотела показать тебе этот фокус после пары часов мучительных поисков в каталоге. Наверняка твое лицо было бы просто бесценно.

Зориан молча приподнял бровь, на что его взрослая и ответственная руководительница показала ему язык. Потом перевела взгляд на книгу в его руках.

— Нашел что-то интересное?

— Не совсем, — Зориан захлопнул книгу. В ней все равно не было ничего особо интересного. — Я надеялся отыскать сведения о могучей древней магии, но увы.

Киритишли фыркнула.

— Даже если бы нашел, от нее никакого проку. Что бы там ни писали в приключенческих романах, древняя магия практически всегда уступает современной. Забытые заклятья забыты не просто так — а потому, что они были непрактичны, требовали ныне утраченные условия или ингредиенты, либо шли вразрез с современной моралью. Например, сейчас не так-то просто найти участников для тантрического ритуала. Или, скажем, Геруанские вулканические заклятья — они работали только во время извержения некоего вулкана, который не был активен вот уже две сотни лет.

— Ох, — Зориан моргнул. — Нда, это… разочаровывает.

— Весьма, — согласилась Киритишли. — И даже если древние заклятья можно без проблем воспроизвести — ты не поверишь, как долго они сотворяются и насколько лишены гибкости. У магов прошлого не было развитых упражнений на плетения, им приходилось компенсировать недостаток контроля узкой специализацией и длиной формулы. В частности, были сотни заклинаний, изменяющих цвет объекта — каждое заклятье — на один цвет. Сейчас же принято обобщать заклинания, так как новые методики обучения позволяют корректировать эффект заклятья просто на прямом контроле.

— Из-за чего большинство старых заклинаний бесполезны для обученного мага, — закончил Зориан. Он давно знал, что образ предков изрядно приукрашен историками — взять хотя бы превращение северной Миасины в пустыню (официально называемое "Катаклизм", словно некое стихийное бедствие, не связанное с икосианами) и последующий исход в Алтазию. Чего он не знал — что икосиане были не только безответственными засранцами, они были еще и хреновыми магами. — А сертификация отсеивает необученных. Знаете, я давно гадал, почему столько простых заклинаний отнесено к первому кругу. Думал, это политика Гильдии, подталкивающая к сертификации — но, наверное, без навыков первого круга использование этих заклятий становится нетривиальной задачей.

— Не забывай и об авторах заклинаний, — сказала Киритишли. — Создать заклятье первого круга куда выгоднее и престижнее, чем общедоступное. Так что они почти всегда указывают допуск не ниже первого круга, и Гильдия идет им навстречу — возможно, по указанной тобой причине. Наверное, если постараться, можно добиться перевода многих из этих заклятий в общедоступные — но этим ты наживешь множество врагов среди разработчиков заклятий. Неблагодарная задача, к тому же придется постоянно следить, чтобы оппоненты не опротестовали решение.

Зориан молча переваривал услышанное. Само собой, он не собирался лезть в политику, во временной петле или вне ее. Если родители что-то и донесли до него, так это то, что он не создан для политики. Они, конечно, не совсем это имели в виду, но да ладно. Однако, знать подобные вещи не помешает. Надо будет потом раскрутить Киритишли еще на пару-тройку разговоров.

Зориан едва дождался, когда Киритишли отпустит его домой. День выдался длинным (и нудным) — обычные уроки, занятие со Ксвимом, работа в библиотеке… Он уже предвкушал, как вернется в дом Имайи и наконец сможет отдохнуть — но на выходе из библиотеки его перехватил подозрительный тип, поджидавший у дверей.

Ну, "перехватил" — громко сказано, вообще-то он просто стоял, прислонившись к колонне — молча и не загораживая прохода. Но их глаза встретились, и Зориан понял — этот человек здесь по его душу. Среднего возраста, небритый, в мятой дешевой одежде, он сошел бы за бродягу, если б не явно ощутимая в его позе уверенность.

Зориан замер, в сгустившейся тишине оба разглядывали друг друга. Он понятия не имел, кто этот человек и что ему нужно, так что держался настороже. Он не забыл, как его зарезали в одном из ранних циклов, и не горел желанием повторить этот опыт.

— Зориан Казински? — наконец спросил незнакомец.

— Это я, — подтвердил Зориан. Вряд ли ложь ему сильно поможет, и если драться — то лучше здесь, на территории академии, а не в переулках по пути домой.

— Детектив Хаслуш Икзетери, полицейское управление Сиории. Ильза попросила позаниматься с тобой прорицанием.

Зориан не знал, что и сказать. Ильза нашла ему в инструкторы детектива? А он так надеялся упросить инструктора показать ему запрещенные техники прорицания — они здорово помогли бы в его расследовании. Ну почему это оказался полицейский?

— Здорово, — ровно ответил Зориан. — Я все гадал, когда Ильза найдет кого-нибудь.

Если его вялая реакция и задела детектива, тот никак это не проявил. Он повернулся и зашагал прочь, жестом пригласив Зориана следовать за ним.

— Пойдем, парень, найдем приличную таверну, — сказал он, засовывая руки в карманы.

О да, таверна — идеальное место для обучения. Боги, мало того, что этот тип легавый, так он еще и дилетант. Вообще мог бы догадаться и просто по его виду — но Зориан старался не судить о людях по первому впечатлению, слишком уж часто это случалось с ним самим.

Видимо, все это ясно отразилось на его лице, поскольку детектив принялся оправдываться:

— Эй, не смотри на меня так. Все равно сегодня мы не будем заниматься ничем серьезным. У нас обоих был долгий день — ты устал, я устал, мы не знаем друг друга — нет смысла сразу начинать уроки. Черт возьми, мы можем даже решить, что не сходимся характерами, и закончить на этом. Так что сегодня мы просто выпьем и поговорим.

Ну ладно, возможно, Хаслуш не так плох, как ему показалось. Нужно отвыкать судить о людях поспешно. Вот только…

— Я не пью спиртное, — предупредил Зориан.

— Религия запрещает? — с любопытством покосился на него Хаслуш.

Зориан покачал головой. Он не был особо верующим — боги перестали отвечать на молитвы столетия назад; на его взгляд, они то ли перебили друг друга, то ли бросили свое творение на произвол судьбы. И, проклятье, учитывая легенды эпохи богов — возможно, людям лучше без богов. Слишком часто мор и глад обрушивались на города из-за малейших прегрешений. И то, что стремительный прогресс науки и общественного устройства начался именно с уходом богов — вряд ли просто совпадение.

— Неудачный опыт, — просто ответил он, не желая вдаваться в подробности.

— А, — Хаслуша такой ответ вполне устроил. — Ничего, можешь заказать фруктовый сок или что-то в этом роде. Да что там, я могу даже показать заклятье, которое использую, когда я при исполнении, но не хочу обижать людей, отказываясь от выпивки.

О, а вот это уже интересно! Зориан посмотрел на Хаслуша; детектив, правильно истолковав взгляд, продолжил:

— Простенькое заклятье школы изменения, превращающее спирт в сахар, — Хаслуш показал простое металлическое колечко на правой руке. — Я впечатал формулу в кольцо, чтобы не колдовать в открытую. Можешь мне поверить, творить заклинания над предложенным напитком — не самая удачная мысль. А так — прикоснулся к стакану, и все готово.

— Удобно, — оценил Зориан. Жаль, что это заклятье не попалось ему раньше. — Но я думал, органические вещества нельзя преобразовать магией изменения?

— Обычно нет, но только потому, что они сложны и малоизучены, а не из-за каких-то принципиальных запретов, — Хаслуш шел, внимательно изучая вывески. Похоже, просто ближайшая таверна его не устраивала. — Молекулярная структура что этанола, что глюкозы довольно проста, так что преобразовать одно в другое несложно, — он внезапно остановился перед очередной вывеской, бегло изучил ее и обернулся к Зориану. — Вроде неплохо. Что скажешь?

Зориан редко бывал в тавернах и вынес оттуда только плохие воспоминания — так что просто махнул в сторону двери и последовал за детективом.

Все было не так плохо, как он опасался: в таверне было темно и душновато, но столы были чистыми, а шум — приемлемым. Хаслуш выбрал столик в углу и, дождавшись, когда они оба сделают заказ, сотворил долгое, сложное заклинание. Видимо, некая разновидность полога тишины.

Зориан думал, тут же последует допрос, но ничего подобного не случилось. Если Хаслуш и выяснял что-то, то слишком деликатно, чтобы это заметить. Черт, он даже не спросил про Дэймена — пустячок, а приятно. В итоге Зориан постепенно расслабился и сам начал задавать вопросы. Например — откуда у полицейского детектива время и желание обучать студентов?

— Хе, — фыркнул Хаслуш. — Хороший вопрос. Обычно мне бы и в голову такое не пришло, но вчера командир свалил на меня на редкость дурацкое задание. Похоже, по городу ходят слухи о гигантских пауках-менталистах, живущих в канализации — и мне поручили эти слухи проверить, — он вздохнул и закатил глаза. — Нет, ну надо же — пауки-менталисты…

Зориан постарался не выдать удивления, и ему это удалось — в основном потому, что Хаслуш уткнулся в кружку. Он, сам того не сознавая, запустил слух? Хотя, вообще-то нечему удивляться — он рассказывал Тайвен про пауков в присутствии сестры и Имайи. Наверняка эта троица поделилась сплетней еще как минимум с дюжиной других.

— А после работы я встретился с Ильзой — мы давние друзья — пропустить пару стаканчиков и пожаловаться на трудности. Она рассказала, что не может найти тебе инструктора по прорицанию. Тут-то я и сообразил — это же идеальное решение моих проблем. Одним махом я спихну дурацкое дело на какого-нибудь другого бедолагу, помогу другу и разрешу свой давний спор с командиром. Видишь ли, пару лет назад чиновники Эльдемара решили заинтересовать молодых магов в полицейской службе. Только вместо нормальных шагов по привлечению молодых талантов, они тупо обязали магов, уже работающих в органах, знакомить молодежь с нашей профессией.

— А, — откликнулся Зориан. — То есть это входит в ваши обязанности?

— Угу, но я… не напрягался. Командир постоянно пилит меня из-за этого. Но и ты меня пойми — да, нам за это доплачивают, но сущие гроши — а морока та еще.

— Вам виднее, — пожал плечами Зориан. — А как, э… мое "знакомство с профессией" освободит вас от паучьего дела?

— Не могу же я разорваться, — ответил Хаслуш. На миг нахмурился и затем решительно кивнул. — Да. Именно так и сообщу руководству.

На этом разговор исчерпал себя, и Хаслуш пообещал встретиться с ним в понедельник. Зориан шел к дому Имайи в раздумьях — будет ли прок от полицейского расследования проблемы пауков. Вряд ли, учитывая отношение к делу того же Хаслуша — но все же… Надо будет расспросить детектива через неделю-другую.

Зориан нетерпеливо притоптывал, ожидая, когда хозяйка откроет дверь. У него был ключ от входной двери, но толку-то — к его досаде, Имайя частенько оставляла ключ в замке, и сегодня — не исключение. Он не мог войти без ее помощи.

Возможно, так и было задумано.

Звук открывающегося замка привлек его внимание — дверь распахнулась, явив обеспокоенную Имайю.

— Эмм… Что-то случилось? — спросил он. Неужто Кириэлле что-то натворила?

— Это я должна спросить, — ответила она. — Где ты был? Ты должен был вернуться несколько часов назад.

— Ээ… — растерялся Зориан. — А в чем проблема? Я же вернулся не посреди ночи.

Кажется, этого говорить не стоило — она одарила его сердитым взглядом. Он решительно не понимал причину — он вовсе не обещал спешить домой сразу после занятий. В Сирине родителям было все равно, чем он занят в свободное время — если он делал, что велено и не подрывал их бесценную репутацию. Какое непривычное чувство — когда кто-то волнуется, потому что ты не пришел домой вовремя…

— Послушайте, я извиняюсь, но после занятий я встречался с инструктором по прорицанию, и встреча подзатянулась. Серьезно, мисс Курошка, так у вас никаких нервов не хватит. Меня еще не раз будут задерживать после уроков.

Она вздохнула и, смягчившись, впустила его внутрь.

— На будущее, постарайся сообщать мне, когда задержишься, — сказала она. — Ведь наверняка есть заклинание для передачи сообщений в пределах города?

Следует признать, это неплохая идея.

— Я посмотрю, что можно сделать, — пообещал Зориан.

— Хорошо. Знаешь, твоя сестра уже давно спрашивает, где ты.

Зориан застонал.

— Она вам не сильно докучала?

— Нет, она просто ангелочек, — отмахнулась Имайя. Зориан молча закатил глаза. Если Кириэлле такой ангелочек, что же Имайя заждалась его домой? — Она почти весь день рисовала, играла с магическим кубом, что ты дал, и говорила с Каной. Или точнее — говорила Кане. Клянусь, эта девочка слишком тиха. Мне надо будет поговорить с Каэлом. Не дело, когда ребенок настолько безучастен…

Зориан кивнул, довольный, что затея с кубом удалась. Ничего особенного, просто каменный кубик со светящимися символами, образующими детскую головоломку. Он нашел схему в одной из книг, рекомендованных Норой в тот цикл, когда она вела у него продвинутый курс. Сделав головоломку, он добился двойной выгоды — попрактиковался с формулами и получил игрушку для Кириэлле.

— Похоже, она не скучала, — заметил Зориан. — Так зачем я ей понадобился?

— Ты ее старший брат, — Имайя странно посмотрела на него. — Ты нужен ей без особых причин.

— А на самом деле? — не уступал Зориан.

— Кана уснула, а твоя игрушка исчерпала ману и выключилась, — после короткого молчания признала Имайя.

— А, — Зориан кивнул. Он заметил, что накопитель маны в формуле слишком мал, но не рискнул отойти от схемы. Для более чем скромного запаса маны были свои причины — накопитель мог и взорваться при ненадлежащем обращении, а куб предназначался для начинающих. Эти ребята способны с первой попытки запороть даже надежнейшую формулу. Учитывая, с каким трудом он воспроизвел головоломку по инструкции, Зориан решил не искушать судьбу, внося изменения. Если Кириэлле понравится — он может просто наделать еще. Заодно и потренируется. — Она сейчас в своей комнате?

— Нет, она у тебя, читает твои книги, — невозмутимо сообщила Имайя.

У Зориана дернулся глаз — захотелось немедленно пройти в комнату и выкинуть оттуда Кириэлле. Сказать по правде, ему повезло, что у него вообще есть своя комната — Имайя пока не нашла жильцов. Увы, сохранить свои вещи в неприкосновенности было решительно невозможно. Кириэлле наведывалась к нему, когда пожелает, а Имайя относилась к этому, как его мать в Сирине. Похоже, она считала поведение Кириэлле "естественным".

И мелкая чертовка это знала! Она знала, что ей все сойдет с рук, как любимице домовладелицы — и пользовалась этим на всю катушку. Так что паршивка даже не обернулась, когда Зориан ворвался в комнату. Так и лежала с книгой поперек его кровати, вольготно сложив ноги на подушку. И как раз потянулась к тарелке с печеньем, сделанным Имайей, чтобы рассыпать по кровати еще больше крошек.

— Эй! — возмутилась она. — Это мое печенье! Найди себе другое!

Не обращая внимания, Зориан разглядывал трофейную тарелку.

— Вообще-то я просто хотел прекратить захламление кровати, но они выглядят так аппетитно…

— Нееет! — вскричала Кириэлле, глядя, как он угрожающе открыл рот над печеньем. Что характерно, с места она не двинулась. Похоже, чертовка осознавала, что стоит ей встать — и назад на кровать он ее не пустит.

— Знаешь что, — сказал он, прекратив дурачиться. — Я верну тебе печенье, если ты уберешь крошки, рассыпанные по кровати.

Кириэлле тут же принялась сметать крошки с покрывала на пол. Закончив, она дерзко улыбнулась ему.

— Ха-ха, — без тени веселья сказал Зориан. — А теперь возьми веник и убери как следует. За каждую минуту промедленья я буду съедать по печеньке.

В подтверждение своих слов, он отправил одну в рот. И правда вкусно.

Кириэлле вскочила с возмущенным воплем. Она безуспешно попыталась отнять тарелку назад, потом, когда поняла, что не выйдет (а он съел вторую) — убежала за веником и совком. Судя по всему, она заодно нажаловалась Имайе, поскольку та вскоре принесла еще тарелку печенья, "чтобы он не отбирал у сестры". Ну и ладно.

Увы, даже после возврата кровати законному владельцу, отделаться от Кириэлле не удалось. Теперь она возилась на нем, улегшись сверху, стоило ему на секунду прикрыть глаза.

— Так что тебе надо, Кири? — вздохнул Зориан.

Она ответила не сразу, увлеченно карабкаясь по нему, как по мебели. Наконец устроившись с комфортом — и изрядно потеснив его в процессе — она заговорила:

— Мне скучно. И кстати, твой кубик сломался.

— Он не сломался, — откликнулся Зориан. — Просто исчерпал ману. Если хочешь, завтра сделаю новый.

— Окей.

В наступившем молчании Зориан вновь попытался задремать.

— Зориан? — внезапно спросила Кириэлле.

— Да?

— Кто такие морлоки?

Он открыл глаза и с любопытством посмотрел на нее.

— Ты не знаешь, кто такие морлоки?

— Я знаю, что у них белые волосы и синие глаза, — сказала Кириэлле. — И что их недолюбливают. И что Каэл — один из них. Но мама никогда мне про них не рассказывала.

— Вот как? — пробормотал он.

— Ага, — подтвердила Кириэлле. — Она сказала, что приличные девушки не должны интересоваться такими вещами.

Из дипломатических соображений Зориан не прокомментировал, можно ли ее считать приличной. Даже не хмыкнул. Пожалуй, такая выдержка достойна медали.

— В общем, — начал он, — это раса подземных людей. Хоть большинство из них и покинули подземелья. Исчезновение богов дорого обошлось их цивилизации; монстры Подземелья вытеснили их на поверхность. Икосиане тоже не остались в стороне, спалив пару городов и отняв часть территории.

— Ох, — сказала Кириэлле. — Но почему тогда их не любят? По идее, это они должны не любить нас. И вроде бы Каэл ничего против нас не имеет.

— Думаю, Каэл мало что знает об обычаях предков. Как, наверное, и большинство морлоков. Что же до того, почему их не любят — в прошлом у морлоков были весьма жестокие обычаи. Они приносили людей в жертву и, вероятно, были каннибалами.

— Каннибалами?! — пискнула Кириэлле. — Они ели людей?! Но зачем?!

— Сложно сказать, — пожал плечами Зориан. — Икосианские поселенцы не стремились вникнуть в тонкости их религии.

— Ну да, они же ели людей, — сказала Кириэлле. — Это мерзко. Только не говори, что они все еще так делают?

— Не глупи, — фыркнул Зориан. — Власти никогда такого не допустят.

— О, — приободрилась Кириэлле. — Это хорошо. Так вот почему их не любят? Боятся, что морлоки их съедят?

— В том числе, — вздохнул Зориан. — Я слышал множество сплетен о том, что морлоки похищают детей на улицах и пожирают их. Но это еще не все. У них была собственная магическая традиция, сейчас запрещенная, но все равно практикуемая некоторыми морлоками. Гильдия называет ее "магия крови".

— Звучит зловеще, — заметила Кириэлле.

— Действительно, — согласился Зориан. — О ней практически нет официальной информации, но, по мнению большинства, это искусство жертвоприношения. Морлоки убивали людей или животных, чтобы творить заклинания. Сейчас они не могут убивать людей без последствий, но, вероятно, все еще приносят в жертву животных — в магических и ритуальных целях.

Кириэлле вздрогнула и плотнее прижалась к нему.

— Я рада, что Каэл и Кана не такие.

— Я тоже, Кири, — он погладил ее по голове. — Я тоже.

Глава 16. Нам нужно поговорить

Вырвав тетрадный листок, Зориан набросал короткую записку Имайе — что будет сегодня поздно из-за занятия по прорицанию с Хаслушем. Право слово, было бы из-за чего переживать — подумаешь, задержался после школы; но не ссориться же с ней из-за этого.

Само собой, одно дело написать записку, и совсем другое — доставить ее Имайе: от академии до ее дома было изрядно далеко. Впрочем, он, кажется, нашел решение. Перебрав множество заклинаний дальней связи — далеко не все из них были ему по силам — он нашел многообещающую связку заклятий. Вкратце, он собирался сделать движимый магией бумажный самолетик — а простейшее поисковое заклятье проложит курс к Имайе. Они с Кириэлле уже опробовали этот способ, но на значительно меньшей дистанции.

Отбросив сомнения, он сложил самолетик, активировал заклятья и запустил свое творение из ближайшего окна. Бумажный летун быстро скрылся из вида.

Что же… уроки окончены, сообщение отправлено. Пора идти к Хаслушу.

В этот раз Зориан даже не удивился, что встреча опять назначена в таверне. Кто бы сомневался. Смирившись, Зориан вошел в заведение, оглядываясь в поисках Хаслуша и стараясь не обращать внимания на взгляды других посетителей.

Хаслуша не было. Он ошибся адресом — или полицейский не явился? Хаслуш очень смутно описал маршрут, так что Зориан изрядно поплутал, разыскивая таверну — но вряд ли он ошибся. Он уже собирался выйти и вновь осмотреться, когда наконец осознал — что-то было не так.

Желание уйти отсюда было слишком, неестественно сильно. Наверное, не потрать он несколько циклов на мучительные "тренировки сопротивляемости" Кайрона, он не распознал бы ментальное воздействие.

Он вытащил поисковый компас и пробормотал короткое заклятье, настраиваясь на поиск Хаслуша. Стрелка тут же указала на непримечательного русоволосого мужчину в одежде рабочего, сидящего в левом углу. Вздохнув, Зориан поплелся к нему и уселся за его стол.

— Чего-то хотел? — проскрипел мужчина, глядя пустыми, налитыми кровью глазами. Да уж, жутковатый видок.

Вместо ответа Зориан произнес развеивающее заклинание. Волна очищающей силы накрыла неприятного типа, разрушая иллюзию. Вместо образины проявился обиженно надувшийся Хаслуш.

— Признаться, не ожидал такого, — сказал детектив. — Я думал, прежде чем сообразишь, ты войдешь-выйдешь раза три. Замечу, благодаря тебе кое-кто сорвал банк — лишь двое ставили на то, что ты сразу меня раскусишь.

Боковым зрением Зориан заметил, что двое посетителей показывают ему большой палец.

— Не могли бы вы отменить заклинание? — вздохнул Зориан. — Не уверен, что смогу сконцентрироваться на уроке, когда оно давит на мозги.

— Ох, точно, — Хаслуш щелкнул пальцами. Голова тут же прояснилась, желание немедленно убраться из таверны пропало.

— Ну и зачем вы все это затеяли? — спросил Зориан.

— Хотел посмотреть, насколько ты наблюдателен, — Хаслуш приложился к стакану. — Прорицание — сложная дисциплина, неудача в ней не всегда очевидна. Можно безупречно исполнить заклинание, но не получить ничего. Можно все запороть и даже не заметить, что где-то ошибся. Задать неверные вопросы, неправильно расшифровать ответы, не учесть важный фактор… С опытом будет проще избежать подобных проблем, но внимание к деталям никогда не помешает.

— Получается, найдя вас с первой попытки, я показал хороший результат? — предположил Зориан.

— Ты неплохо начал, — поправил Хаслуш. — Мы еще не закончили.

С этими словами детектив потянулся через стол и ухватил его за запястье. Все вокруг Зориана мгновенно исчезло, сменившись беззвучной чернильно-черной пустотой. Он видел и слышал только себя и Хаслуша, сидящего в воздухе — стул под детективом тоже выпал из восприятия.

— Не дергайся, — предупредил Хаслуш, когда Зориан попытался отнять руку. — Заклятье безвредно и исчезнет, как только мы разорвем контакт. Если тебя это утешит, я тоже ничего не вижу и не слышу.

— Тогда зачем оно? — спросил Зориан.

— Сколько людей было в таверне, когда я активировал заклятье? — спросил Хаслуш.

— Что? — Зориан глянул по сторонам и тут же понял, зачем нужна магическая темнота. — А. Вы хотите узнать, что я заметил в таверне.

— Сколько людей? — повторил Хаслуш.

Зориан напряг извилины. Он довольно внимательно оглядывал посетителей, когда искал Хаслуша, но ему и в голову не пришло считать их. И вполне возможно, пока он говорил с детективом, кто-то из них ушел, а он и не заметил.

— Двадцать… три? — наугад ответил он.

— Близко. Сколько трофеев висит на стене над нашим столиком?

Увы, хоть Зориан и заметил трофеи, он лишь скользнул по ним взглядом. Еще пятнадцать вопросов Хаслуша в том же духе, и Зориан растерял всю уверенность. Детектив наконец отпустил его руку, и таверна немедленно проступила из темноты.

— Да не расстраивайся ты так, — сказал Хаслуш. — Ты и правда неплох. И, сказать по правде, я не отменил бы наши занятия, даже если бы ты совершенно завалил проверку. Так как у тебя с прорицаниями? Стандартная программа второго курса, или есть что-то еще?

— Я знаю кучу библиотечных заклятий и овладел поиском севера, — ответил Зориан.

— Что, уже овладел поиском севера? — удивился Хаслуш. На взгляд Зориана, как раз в этом упражнении не было ничего сложного. — А я-то хотел задать его на дом. Что же, сегодня я покажу, как изучать предметы.

Он порылся в карманах плаща и выложил на стол перед Зорианом запечатанный конверт, старые карманные часы, закрытую коробку, здоровенный орех, заклинательный жезл и причудливую перчатку.

— Я часто изучаю предметы по работе, так что, думаю, с этого и начнем. Определение функции предмета, последнего владельца, наложенных заклятий и оберегов… на этом можно даже сделать карьеру. Некоторые делают, — пояснил Хаслуш. — Я слышал, ты метишь в разработчики заклятий, там этот навык точно не помешает.

— Что мне делать? — спросил Зориан.

— Сейчас я покажу необходимые заклинания, и приступим к тренировке, — Хаслуш указал на образцы.

Занятие вышло очень продуктивным, что навело Зориана на мысль: Хаслуш, судя по некоторым оговоркам, был не последним человеком в полицейском управлении. Может, он сможет что-то предпринять, если будет знать о вторжении? Следят ли за ним заговорщики? Чтобы выяснить, можно и умереть раз-другой.

— Большое спасибо, мистер Икзетери, — сказал Зориан. — Вы куда лучший инструктор, чем я думал вначале.

— Да ничего, — ответил Хаслуш. — Я специально поддерживаю непритязательный имидж. Так легче разговорить людей. Ну, и ради чего ты меня умасливаешь?

Зориан вздохнул. С чего бы начать…

— Вы можете сначала установить полог?

Хаслуш приподнял бровь, но, подумав, кивнул. Он быстро сотворил какие-то чары вокруг стола и выжидающе посмотрел на Зориана. Надо будет выпросить эти защитные заклинания в один из следующих циклов.

— Я слышал, что некие заговорщики планируют провести в город боевых троллей в ночь летнего фестиваля, предварительно нанеся артиллерийские удары во время фейерверка, — сказал Зориан.

Хаслуш напрягся — что же, по крайней мере, он воспринял сообщение достаточно серьезно. Как бы не потащил его в участок…

— Полагаю, ты не скажешь, от кого это слышал? — с подозрением спросил Хаслуш.

— Не могу, — подтвердил Зориан. — Но вроде бы источник надежен.

— Понятно, — вздохнул Хаслуш. Он плеснул в стакан еще вина, сделал глоток. — Знаешь, я ненавижу летний фестиваль. На время праздника магическая защита домов ослабляется, в город прибывают толпы народа, за которыми не уследишь, мэр и другие шишки фонтанируют идиотскими идеями… Идеальный момент для уголовников и террористов всех мастей.

Хех. Зориан никогда не рассматривал праздники в таком ключе.

— И как же эти парни собираются провести в город треклятых троллей, и чего хотят этим добиться?

— Через Подземелье, — ответил Зориан. — Что до их целей — честно говоря, не знаю.

— Что-нибудь еще? — спросил Хаслуш.

— Наверное, нет.

— Тогда последний вопрос, — сказал Хаслуш. — Почему ты рассказал все именно мне?

— В этом замешаны высокопоставленные чиновники, я не знаю, кому доверять. Вы же — достаточно влиятельны, и едва ли связаны с заговорщиками. Ну, и надеюсь, что вы не потащите меня в камеру для допроса.

Он не знал наверняка, замешано ли в заговоре городское руководство, но это было весьма вероятно. Он не представлял, как можно организовать вторжение таких масштабов без содействия кого-то из администрации.

— Я бы так и сделал, — признался Хаслуш. — Но тебе достаточно сказать, что это просто розыгрыш, и мне придется тебя отпустить. Гильдия ревностно охраняет свои привилегии — в конце концов, она была основана в интересах магов в противовес гражданским властям. Тебя отчитают за глупые шутки, а мне весь год получать от начальства за то, что повелся на розыгрыш и вызвал недовольство Гильдии.

— Эм, — промямлил Зориан. В голосе Хаслуша слышалась горечь. Он и не знал, что полиция Сиории настолько не в ладах с гильдией магов.

— Ничего, — сказал Хаслуш. — Я не сержусь. Пожалуй, я наведу кое-какие справки, и мы еще поговорим об этом на следующем занятии. А ты постарайся узнать побольше от своего таинственного источника.

Даже несмотря на угрозу покушения, Зориан ушел из таверны в приподнятом настроении. Будем надеяться, расследование Хаслуша не привлечет внимание заговорщиков.

По прибытию домой выяснилось, что Имайя получила его сообщение, но все равно недовольна. Судя по всему, бумажный самолетик врезался ей в затылок. А если бы попал в глаз, например?

Право слово, некоторым не угодить.

Дом молчал, из всех жильцов присутствовали лишь Зориан и Кириэлле — к счастью, последняя уткнулась в альбом и не лезла к нему. И хорошо, потому что левитировать улиток и так непросто. Мало того, что зверушка была живой, то есть имела врожденную сопротивляемость магическому воздействию — так она еще изо всех сил боролась с плетением левитации, изгибаясь и пытаясь вырваться из невидимой хватки.

Он немного жульничал — на самом деле он левитировал раковину, как более однородную и статичную структуру. По-хорошему, надо бы левитировать кого-нибудь вроде слизня, но… черт, даже с улиткой едва-едва получается.

— Бедная улитка, — заметила Кириэлле. — Может, отпустишь ее и будешь мучить какую-нибудь другую? У этой скоро психическая травма будет.

— Я ее не мучаю, — возразил Зориан, пытаясь перераспределить внимание на разговор с сестрой и удержание улитки в воздухе. — Она ничуть не пострадала. И я не уверен, что у нее хватит извилин для психической травмы. Клятое животное не менее энергично, чем в начале тренировки.

Кажется, Кириэлле хотела что-то возразить, но в итоге только фыркнула и обмякла на стуле.

— Ну и где он? — спросила она после недолгого молчания.

— Не знаю, Кири, — вздохнул Зориан. — Имей терпение. Назначенное время еще не пришло.

— Может, начнем без него? — предложила она.

— Нет! — огрызнулся Зориан. Улитка качнулась в воздухе и задергалась с удвоенной силой, ощутив слабину. Глаза на стебельках бешено вертелись из стороны в сторону. — Честное слово, Кири, иногда ты бываешь такой черствой… Я взялся за это только потому что Каэл попросил. И это твоя благодарность?

— Кто бы говорил про черствость, — возмутилась Кириэлле. — Ты скорее поможешь незнакомцу, которого встретил неделю назад, чем собственной сестре. И я благодарна, просто…

— Тогда будь хорошей девочкой и подожди, — прервал ее Зориан, медленно опуская улитку на ладонь. Позаниматься сегодня явно не выйдет. — Он вот-вот придет. Если тебе нечем заняться, унеси улитку и выпусти в сад.

— Что? Нет уж!

Зориан приподнял бровь.

— Ты же сама требовала освободить несчастное животное.

— Ну да, но я не стану трогать ее руками. Она склизкая и противная, уэээ…

Зориан закатил глаза и посадил злополучную улитку в коробочку — он выпустит ее потом, сейчас же… Хлопнула входная дверь — а вот и Каэл.

— А вот и я, — сказал морлок. — Надеюсь, не опоздал?

— Как ты узнал, что он на подходе? — с подозрением спросила Кириэлле, повернувшись к Зориану.

— Охранные чары, — отмахнулся Зориан. — И нет, Каэл, ты не опоздал. Просто Кириэлле, как всегда, нетерпелива. Ну ладно, ты говорил, что тебе нужна помощь с программой обучения третьего курса. С чем именно возникли проблемы?

— Даже не знаю, — ответил Каэл. — Как я и говорил, мое образование бессистемно — да, я знаю много разного, но даже и не слышал о некоторых вещах, очевидных правильно обученному магу. Может, ты кратко перескажешь программу первых двух курсов, и мы решим, с чего начать? Ильза сказала, что проверит меня через три месяца, так что время еще есть.

Зориан со значением посмотрел на сестру, но та отвела глаза. Он не сомневался, что Каэл прекрасно знает, в каких разделах ему нужна помощь — но, судя по всему, Кири упросила его подыграть. И почему ей так не терпится учиться магии прямо сейчас, неужто нельзя подождать пару лет и обучиться по всем правилам?

Нда, он, конечно, любит сестру и хорошо относится к Каэлу, но часто брать Кириэлле в Сиорию не стоит. Почти все свободное время уходит на Кириэлле, Имайю и Каэла (а иногда и на Кану) — заниматься самообразованием решительно некогда. С его точки зрения некогда — та же Кириэлле уже жаловалась, что он постоянно что-то учит и совершенно не уделяет ей внимания.

Но даже если и так — иногда можно отвлечься. Он вполне может уделить пару часов и помочь Каэлу с предстоящим тестом, пусть даже цикл и завершится задолго до теста. А если Кириэлле хочет при этом присутствовать — почему нет?

Он кратко описал им учебную программу первых двух курсов. Практически весь первый год студентов учат осознанно касаться своего магического ядра — в основном, заставляя активировать разнообразные магические предметы. В первый год даже был специальный курс — "Обращение с магическими предметами". Помимо этого, они разучивали все усложняющиеся цепочки пассов и слов — тренировка для будущих инвокаций. Остальное время занимала теория — основы икосианского языка, биология, история, математика, право. Многое из этого даже не относилось непосредственно к магии, но… стоп, а это еще кто?

— Придется прерваться, — он обернулся к двери. — Кто-то…

Дверь с грохотом распахивается, и в комнату врывается Тайвен, как всегда — буря и натиск. Мгновенно оглядывает комнату и устремляется к нему.

— …идет, — со вздохом закончил он.

— Сверчок! — радостно восклицает она. — Ты-то мне и… погоди, я не вовремя?

— Да? — на пробу ответил Зориан.

— Ничего, я на минуточку, — она сует ему под нос газету. — Видел?

Он вздохнул и, забрав у нее газету, положил на стол — на приемлемое для чтения расстояние. Так, что у нас тут…

Студент академии убивает Оганя!

Минувшим утром Зак Новеда сделал перед журналистами шокирующее заявление — что он сразил Оганя, устрашающего дракона, более ста лет терроризировавшего северную Алтазию. Разумеется, столь смелое заявление требует доказательств — и молодой наследник Новеда предоставил их, призвав труп дракона на глазах зрителей. Приглашенные специалисты Альянса подтвердили, что вероятнее всего, это действительно останки печально известного Ужаса Севера, хотя для вручения Заку официального вознаграждения необходима дополнительная проверка…

Зориан читал статью с каменным лицом. Он смутно осознавал, что Кириэлле и Каэл заглядывают через плечо, но не позволял себе отвлечься.

Так вот из-за чего были короткие циклы? Зак пытался убить дракона? Зориан даже не знал, что и думать об этом. С одной стороны, магический дракон смертельно опасен, и убить его — впечатляющее достижение. С другой — это откровенная трата времени и сил, Зак не получил ничего, кроме боевого опыта. Магия драконов недоступна людям, а сам Зак слишком богат, чтобы пытаться что-то выручить за шкуру дракона.

Зориан решительно не понимал, чего Зак добивается. Или старший путешественник просто творит, что в голову взбредет?

— Эй, Сверчок, ты же учился с этим парнем? — спросила Тайвен.

— Угу, — подтвердил он. — Мы и в этом году должны были оказаться в одном классе, но он не явился к началу занятий.

— Он сбежал из дома, — ответила Тайвен. — Около недели назад был изрядный скандал. Его спрашивали об этом на пресс-конференции, но он ушел от ответа.

Зориан кивнул. Зак просто сказал репортерам, что между ним и его бывшим опекуном "были определенные разногласия", не став вдаваться в подробности. Наверняка за этим скрывалась та еще история, но если даже газетчики ничего не раскопали — Зориан тем более не станет совать нос не в свое дело.

На вопрос о ближайших планах Зак ответил, что планирует вернуться в школу "на несколько месяцев". Здорово. Теперь придется несколько циклов быть тише воды, ниже травы, пока Заку не надоест академия.

— Огань — это не тот дракон, что уничтожил целую армию? — спросила Кириэлле. — Или мама просто пугала меня?

— Армия была небольшая, и Огань заманил их в ловушку, — ответил Каэл. — Генерал почему-то решил, что дракон будет дожидаться в логове — а тот взял и вышел навстречу. Он начертал на стенах каньона взрывные руны и заманил отряд туда. Выжили только некоторые из магов, успевшие телепортироваться из-под обвала.

— А я слышала, что еще он убил двоих из Одиннадцати Бессмертных, — добавила Тайвен. — Так как, черт возьми, этот Зак справился с тварью? Он что, живая легенда? Почему ты никогда не рассказывал, что учишься с таким парнем?

Зориан вздохнул. Проклятье, и что ей теперь ответить?

— Скажем так, — осторожно начал он. — В первые два года Зак учился совсем хреново. Он был настолько плох в магии, что даже были сомнения, пройдет ли он сертификацию — ты ведь знаешь, насколько она проста.

— Ерунда какая-то, — сказала Тайвен. — Даже если с убийством Оганя что-то нечисто — он на глазах у всех призвал труп взрослого дракона. Даже я пока что не могу призвать что-то настолько большое.

— Видимо, все изменилось за время летних каникул, — пожал плечами Зориан. — Каким-то образом между вторым и третьим курсами он из полного неудачника превратился в потрясающего гения.

— Это просто немыслимо, — фыркнула Тайвен. — Как такое вообще возможно?

— Путешествие во времени? — бесстыдно предположил Зориан.

— Немыслимо, как я и сказала, — отрезала Тайвен. — Ты уверен, что он просто не притворялся?

— Я ни в чем не уверен, Тайвен, — ответил Зориан. Истинная правда — даже после целого года во временной петле происходящее все еще с трудом укладывалось в голове. — А то немногое, что я знаю точно, звучит так дико, что ты никогда в это не поверишь.

— О, вот теперь ты меня заинтриговал, — Тайвен с вызовом скрестила руки на груди. — Ну же, удиви меня.

— Расскажи, расскажи! — поддержала ее Кириэлле. Каэл ничего не сказал, но, похоже, ему тоже было любопытно.

Хм. Он мог бы рассказать им про петлю, но даже если они поверят — что это даст? Они не лучше его разбираются во временных парадоксах, а если не удержат язык за зубами — выдадут его Заку или другим действующим лицам. С другой стороны, он ведь рассказал Хаслушу о вторжении — может, осторожничать уже поздно?

А, черт возьми, они же все равно не поверят.

— Что, если я скажу, что мы с Заком — путешественники во времени, многократно проживающие первый месяц учебного года, а в ночь летнего фестиваля на город нападет целая армия монстров и вражеских магов?

Тайвен приподняла бровь.

— Говори, не стесняйся, — подбодрил ее Зориан.

— Ты прав, — вздохнула она. — Я никогда в такое не поверю. Говоришь, все остальное, в чем ты уверен, звучит так же дико?

— По меньшей мере, — подтвердил Зориан.

— Хех, — задумчиво сказала Тайвен. — Заманчиво, но как-нибудь в другой раз. Я и так тебя отвлекла. Увидимся, Сверчок!

Зориан проводил ее взглядом и повернулся к Каэлу и Кириэлле:

— Итак, на чем мы остановились?

Те молча смотрели на него.

— Эм, — сказал он. — В чем дело?

— Это правда? — боязливо спросила Кириэлле. — Ты и правда путешественник во времени?

Зориан открыл было рот — и снова закрыл. Что?

— Может, твоя подруга и недостаточно внимательна, чтобы распознать правдивый ответ, но мы — другое дело, — пояснил Каэл. — Ты ведь действительно в это веришь? Что ты путешественник во времени.

— Я… да. Если это и заблуждение, то очень убедительное, — осторожно сказал Зориан. — Я помню заклинания, разученные в прошлых циклах. Обычно безумие не наделяет жертву новыми знаниями и умениями.

— Ничего не понимаю, — пожаловалась Кириэлле.

— Я тоже, Кири, — вздохнул Зориан. — Я тоже.

— Может, расскажешь все с самого начала? — терпеливо предложил Каэл. — То, что понимаешь.

— Я уже проживал этот месяц, — собравшись с мыслями, начал Зориан. — В первый раз, еще до того, как узнал о временной петле, я не взял Кириэлле с собой в Сиорию.

— Что?! — возмутилась Кириэлле. — Зориан, ты козел!

— Я просто жил в общежитии и просто учился, — продолжил Зориан, не обращая на нее внимания. Затем перевел взгляд на Каэла. — Как и ты, но тогда мы не знали друг друга. Впрочем, тогда у нас был еще один одноклассник.

— Зак? — предположил Каэл.

— Да, — подтвердил Зориан. — В отличие от двух первых курсов, он был великолепен. Он набирал высший балл на любой контрольной, владел сотнями заклинаний, а его результаты в алхимии впечатляли даже тебя.

Каэл ответил скептическим взглядом.

— Да-да, — уверил его Зориан. — Он словно стал другим человеком за время каникул. Тогда я особо к нему не присматривался — конечно, было любопытно, но — не мое дело. А потом, в разгар летнего фестиваля, началось форменное безумие. На город обрушились артиллерийские заклятья, следом на улицы хлынули монстры. Я встретил Зака посреди горящего города — он сражался с захватчиками. Сыпал высокоуровневыми заклятьями, бился, как взрослый боевой маг. У него неплохо получалось — но пришел лич и разобрался с ним.

Он замолчал, обдумывая следующую фразу, но Кириэлле не терпелось услышать продолжение:

— А потом? Что случилось потом?

— Мы умерли, что же еще, — усмехнулся Зориан. — Лич использовал какое-то странное заклятье — из школы некромантии, как мне сказали — и мы умерли.

— Тогда как ты вернулся назад во времени? — с подозрением спросила Кириэлле.

— Понятия не имею. Знаю только, что я внезапно оказался в своей постели в Сирине, когда ты пришла разбудить меня в своей очаровательной манере. Сначала я думал, все дело в заклятии лича, но циклы не прекращались и без заклятия. В ночь летнего фестиваля — или в момент смерти, если не повезет — моя душа возвращается в то утро, когда я уехал на поезде в Сиорию.

Они молча смотрели на него — Зориан уже думал, сейчас они засмеются, но тут заговорила Кириэлле:

— То есть ты путешественник во времени, но можешь перемещаться только на месяц назад, в один конкретный день, — Зориан кивнул. Она на удивление точно уловила суть. — И ты не можешь управлять этой способностью — разве что с помощью самоубийства.

— Верно, — подтвердил Зориан.

— Ты самый отстойный из всех путешественников во времени, — заявила Кириэлле, разрушив весь драматизм момента.

Прошло уже три дня, как он рассказал Кириэлле и Каэлу о временной петле — и, сказать по правде, их вялая реакция разочаровывала. Оба как будто верили ему, но вели себя как ни в чем не бывало. Оставшись с ним наедине, оба задавали вопросы, и, насколько он знал, Каэл наводил справки по своим каналам, но в остальном они продолжали жить обычной жизнью. Они даже не косились на него украдкой!

— Я же говорил, что провел во временной петле лишь чуть больше года, — объяснял он Кириэлле. — Я далеко не всеведущ и не знаю ответов на все эти вопросы.

— Поверить не могу, что ты все это время ходил в школу, — пробурчала она. — Я бы бросила уже на второй раз.

— И мигом превратилась бы в послушную копию Зака, — отрубил Зориан. — Я не от хорошей жизни действую так медленно и осторожно.

Негромкий стук в дверь заставил их смолкнуть. Паранойя Зориана и так была на взводе после разговора с Хаслушем, признание же Каэлу и Кириэлле усилило ее до предела. Нет, он, конечно, просил их держать язык за зубами — но вот послушают ли они его? Особенно Кириэлле. Так что он в любую секунду ожидал нападения ассасинов — к счастью, пока не дождался. Впрочем, сейчас он не особо напрягался — это был характерный тихий стук Каэла.

— Войдите, — отозвался Зориан.

Морлок, однако, не спешил заходить, остановившись в дверях.

— Нам нужно поговорить, — немного нервно сказал он. — Ты не заглянешь ненадолго в мою комнату?

— Это насчет путешествия во времени? — воспряла Кириэлле.

— Кириэлле, — вздохнул Каэл, — мне жаль, но не могла бы ты посидеть в своей комнате, пока мы с твоим братом поговорим? Это касается путешествия во времени, но это довольно… личное.

На мгновение показалось, что Кириэлле не согласится, но она лишь задумчиво посмотрела на них и кивнула. Провожая взглядом ворчащую сестру, Зориан был вынужден признать — он немного завидует способности Каэла управлять этой чертовкой. Его она никогда так не слушалась.

Пожав плечами, Зориан последовал за Каэлом в его комнату, где морлок деловито вытащил из-под кровати сундук и отыскал в нем таинственного вида книгу без названия, в толстом черном переплете.

— Я обдумывал твою… проблему последние пару дней, — пояснил Каэл. — И, кажется, кое-что нашел.

— Правда? — оживился Зориан.

Каэл открыл черную книгу и, полистав, протянул ему, указав на нужный абзац:

— Судя по тому, что ты рассказал — и по частям заклинания лича, что ты запомнил — вероятно, это оно.

— Слияние Душ, — прочитал вслух Зориан. — Требует по меньшей мере две цели. Производит объединение целевых душ в одну. Как правило, используется как часть более сложных ритуалов, так что итоговый результат бывает различен. При самостоятельном использовании итоговая личность практически всегда лишается рассудка либо получает тяжелые психические травмы из-за болезненного процесса слияния. Широко используется при создании связи фамильяра, и духовных уз в целом…

Это определенно казалось подходящим заклинанием, но откуда, черт возьми, у Каэла такая книга? Хмурясь, Зориан полистал книгу — она была полна заклинаний магии душ, многие абзацы написаны на незнакомых ему языках. Такое не получишь в библиотеке Академии — тем более, по студенческому билету.

Выходит, это личная книга Каэла.

— Скажи, Каэл… — осторожно начал Зориан. — Ты некромант?

— Сложный вопрос, — помолчав, ответил Каэл. — Я не порабощаю мертвых и не проклинаю живых. Скорее я практикую магию душ.

Просто отлично — он разболтал свой секрет одному из тех немногих, кто действительно может ему серьезно повредить. И он еще упрекал Кириэлле в безрассудстве буквально минут десять назад. Какой же он идиот…

Но — что сделано, то сделано, да и Каэл вроде бы не выглядит враждебно. Скорее наоборот, он сам смотрит на Зориана с опаской.

— Я не донесу на тебя, не беспокойся, — сказал Зориан. Хотя бы потому, что и думать не хочется, что в ответ сделает морлок. Надо же, некромант… — Ты обещал сохранить мой секрет — будет лишь честно, если я сохраню твой. Но все же, некромантия… ээ, то есть магия душ…

— У нее дурная репутация, но это интересная дисциплина, — слабо улыбнулся Каэл. — Учитель увлекалась ею, так что я решил продолжить традицию.

Традицию, ага. Зориан не стал расспрашивать дальше — были и более насущные вопросы. Пусть это и была опасная ошибка, но в результате он может проконсультироваться о своей проблеме с дружелюбно настроенным некромантом. Часто ли выпадает подобный шанс?

— Если лич действительно использовал не мне слияние душ, то почему я все еще… эээ, я? — спросил он. — Как я понимаю, заклятье должно было слить мою и Зака души воедино. Мы бы исчезли как отдельные личности.

— Ну, должен признаться, я не слишком разбираюсь в этой области, — сказал Каэл. — Я больше по части алхимии и медицины, а магия душ — побочный интерес. Могу предположить, что действие заклинания было вовремя прервано. Например, Зак мог убить себя, ощутив вмешательство в свою душу.

— Разумная мера предосторожности, — согласился Зориан. — Хотя когда мы с ним говорили, казалось, что он не знал о пережитой угрозе. Возможно, все дело в его амнезии.

— Или на нем было заклятье, убивающее его в случае недопустимого чужого вмешательства. Ты говорил, что временная петля может быть делом рук кого-то третьего. Столь искусный мастер душ наверняка предусмотрел подобную опасность и заранее принял меры.

— Ну да. Получается, заклятье лича не успело подействовать, поэтому мы отделались легким испугом, — вслух размышлял Зориан. — А мне досталась некая форма духовной связи, активирующая петлю. Скорее всего. В любом случае, части наших душ очевидно слились. Ты можешь узнать подробности?

— Возможно, — медленно сказал Каэл. — Но это потребует заклинаний. Заклинаний магии душ. Ты уверен, что настолько доверяешь злобному, коварному некроманту?

— Да, — Зориан закатил глаза. Может, это и не лучшая идея, но ему были отчаянно нужны ответы, и он доверял Каэлу. А он редко ошибался в суждениях. — Не буду скрывать, эта… магия душ меня напрягает, но это не значит, что я не доверяю тебе. Можешь использовать любые заклятья, какие сочтешь нужными.

После минут пятнадцати таинственных манипуляций, не давших никакого видимого эффекта, Каэл признал, что затрудняется с ответом. Единственное, в чем он был уверен — между Заком и Зорианом не было классической духовной связи. Если какая-то связь и была, то намного более редкостная и утонченная.

— Извини, — сказал Каэл. — Я думал, столь впечатляющие чары должны сразу бросаться в глаза — видимо, я ошибался. Может, если проверить Зака…

— Для этого нам придется сначала все ему рассказать, — заметил Зориан. — Я не уверен, что хочу этого.

— Конечно, — согласился Каэл. — Но даже не знаю, что еще могу для тебя сделать. Тебе нужен куда более опытный мастер душ — а по твоим словам, у меня не будет времени стать им. Даже если ты сумеешь убедить меня в самом начале следующего цикла — что наверняка будет непросто — мы едва ли добьемся чего-то за месяц.

— Хм, — выдохнул Зориан после непродолжительного молчания. — Может, ты научишь меня магии душ?

— Ты согласишься изучать ее? — с легким удивлением спросил Каэл.

— Ты сам говорил, что это не связано с проклятьями и порабощением мертвых, — ответил Зориан. — И мне очень нужны ответы — которые эта магия вполне может дать.

К тому же, тогда ему не придется пускать в свою душу посторонних. Если уж лезть внутрь себя — то лучше делать это самому.

— Хоть мне и льстит твоя широта взглядов, на самом деле ты вряд ли достигнешь нужного уровня, — сказал Каэл. — Да, многие заклинания этой школы доступны обычным магам вроде тебя — но более сложные требуют духовного зрения. Эта способность открывается после приема особого зелья из куколок могильных мотыльков.

— Наверное, редкое зелье?

— Могильные мотыльки почти всю жизнь проводят под землей, — пояснил Каэл. — Двадцать три года личинки живут в земле, чтобы потом на один день вырваться огромным роем ядовитых мотыльков, отложить яйца и умереть. Если тебе интересно — последний раз они роились менее десяти лет назад.

— То есть в ближайшие лет десять их не будет.

Каэл кивнул.

— Для зелья нужны свежие куколки, они не поддаются хранению.

— Есть ли другие способы обрести духовное зрение?

— Возможно, но я знаю только этот, — ответил Каэл. — По слухам, есть некие ритуалы с человеческим жертвоприношением, дающие сходный эффект — но я никогда ими не интересовался, и не думаю, что они тебе подойдут.

— Определенно нет, — согласился Зориан.

Несколько минут спустя Зориан, погруженный в раздумья, покинул комнату Каэла. Отказываться от мысли овладеть магией душ не хотелось — но торопиться не стоило. Будут и другие циклы.

Он зашел к себе и закрыл дверь — как вдруг ощутил знакомое касание чужого разума. Чувство напоминало тот случай в подземельях, но было не таким чуждым — и мягким, словно невесомое касание паутинки.

Он в панике заозирался в поисках нападавшего, одновременно пытаясь ментально выдавить чужака из своего разума. Но, несмотря на все тренировки с Кайроном, у него ничего не выходило.

[Так твой разум Открыт?] — прозвучал в голове четкий, уверенный голос. В отличие от встречи в подземелье, на этот раз не было ни боли, ни каскада образов… и это пугало еще сильнее. В прошлый раз его оппонент явно впервые встретил человека. Этот же точно знал, что делает.

[Любопытно. Ты уже встречался с нами? Тогда будет проще, чем я думала.]

Вон там! Вроде бы тени в том углу шевельнулись? Он уже собирался отправить туда магический снаряд — но внезапно онемевшее тело не слушалось.

Тень метнулась через комнату и приземлилась на кровати, прямо перед ним. Паук, как он и предполагал — но совсем не такой, как в его воображении. Не слишком большой — с туловище Зориана, пожалуй, и довольно… компактный, с короткими лапами. Порывшись в памяти, Зориан решил, что это разновидность прыгающего паука (5).

Существо повернулось к нему, и Зориан увидел пару больших, угольно-черных глаз, придающих пауку на удивление человеческое выражение. На "лбу" паука была пара глазок поменьше, но большая пара притягивала взгляд. Наравне с внушительными жвалами, наверняка способными без труда вскрыть ему череп.

[Приветствую, Зориан Казински,] — прозвучало у него в голове. — [Я давно хотела встретиться с тобой. Нам нужно мнооогое обсудить.]

Глава 17. Паучья симпатия

Повисло молчание — и физическое, и ментальное; Зориан смотрел в немигающие глаза собеседницы. У него не было фобий, связанных с пауками, но трудно не испугаться, оказавшись парализованным, во власти читающего мысли монстра. Он не мог даже попытаться пересилить оцепенение — паралич был сугубо ментальной природы. Противник контролировал его нервную систему.

Не сказать, чтобы ситуация была совсем безнадежной. Будучи магом, Зориан по умолчанию имел некоторую сопротивляемость ментальным воздействиям. Способность направлять свое мышление, очищая разум от лишних мыслей и эмоций, жизненно необходима магу. С другой стороны, контролировать свои мысли в течение долгого времени утомительно. Рано или поздно он не уследит за мыслями и выдаст чертовой паучихе… важный секрет. Опять же, от его сопротивляемости не будет пользы, если чудовище устанет от его упрямства и прибегнет к силе.

Паучиха первой нарушила молчание. Телепатически, разумеется — похоже, для нее это было единственным способом общения. Вообще говоря — неудивительно, у нее просто нет голосовых связок.

[Ты необучен,] — заметила она. — [Жаль. Я бы не отказалась обменяться опытом с психиком-человеком. Но, наверное, этого и следовало ожидать, учитывая нездоровое отношение твоего вида к магии разума.]

…Что?

[Что тебя удивляет? Не можешь же ты не знать о своем Даре,] — сказала паучиха, мысль несла недоумение и усмешку. — [Видишь? Ты только что ощутил мои эмоции. Что это, по-твоему, если не эмпатия?]

Мозг Зориана просто отказался принимать это. Он — эмпат? Что за чушь! Он никогда не был ни общителен, ни популярен — какой из него эмпат!

[Какая странная логика,] — заметила паучиха. — [У подобных мне — Аранеа — у всех открытый разум, но встречаются и одиночки, и неприятные в общении личности. Должна признать, некоторые даже специально используют свою эмпатию, чтобы отгородиться от остальной Паутины.]

Его разум тут же ухватился за вырисовывающиеся перспективы, но он сдержался и оттеснил лишние мысли на задний план. Сосредоточиться! Сейчас нельзя отвлекаться, слишком многое на кону.

[Должно быть, вы ошиблись,] — мысленно ответил он, не сомневаясь, что паучиха "услышит". — [Более вероятно, что вы случайно передали свои эмоции вместе с мысленным сообщением.]

[Это уже оскорбительно,] — немедленно ответила паучиха. — [Я — матриарх аранеа. Если я что-то передаю, это не может быть случайностью. Но не важно — хочешь отрицать свой очевидный талант эмпата — на здоровье. Меня интересует, почему ты затаил злобу на мою Паутину. Насколько я знаю, мы не сделали тебе ничего дурного, и я не понимаю, почему ты натравил на нас стражей города.]

О чем она гово… ох. Его предупреждение Тайвен опасаться пауков-телепатов — и последовавшее полицейское расследование в подземелье. Всю эту неделю он беспокоился о стольких вещах — но ему и в голову не пришло, что его выследят недовольные расследованием пауки. В этом есть некая ирония…

[Не знаю, поверите ли вы мне, но я ничего против вас не замышлял,] — передал Зориан. — [Я лишь хотел предупредить друга, чтобы она не наткнулась на вас в канализации. Похоже, это повлекло неожиданные последствия.]

[Почему мне не верить? Я читаю тебя,] — заметила паучиха. — [Но это не объясняет, откуда ты узнал про нас. Мы стараемся избегать чужого внимания. И, кстати, зачем было предупреждать твою подругу? Мы не нападаем на людей без веской причины.]

Вот дерьмо. И как ему теперь объяснить все это, не выдав ничего важного?

[Полагаю, причина кроется в той временной петле, в которой ты оказался?] — невинно спросила паучиха.

Если бы он мог, он бы стиснул зубы. Проклятье, как?! Он же специально не думал об этом!

[Для новичка твое владение мыслями впечатляет, но только если ты знаешь, что тебя читают. Перед тем, как выйти к тебе, я довольно долго наблюдала за твоей группой. И если тебя сложно читать незаметно, из-за открытого разума, то твой друг и твоя сестра ничем не защищены. Они не заметили, даже когда я копалась в их памяти — о чтении поверхностных мыслей и не упоминаю.]

Зориану захотелось себя стукнуть. Ну конечно, рассказав свои секреты Кириэлле, он здорово подставился — ведь где тонко, там и рвется. Он еще раз оценил ситуацию и мысленно вздохнул. Бесполезно. Паучиха переиграла его по всем статьям и полностью контролирует ситуацию. С ней как будто бы можно договориться — но Зориан, наверное, предпочел бы кровожадного монстра. Ему уже приходилось умирать, а вот сильный маг разума представлял для него действительно серьезную опасность.

[Ты упорно считаешь меня угрозой, хоть я и не давала тебе повода. Это начинает утомлять,] — с заметной ноткой раздражения передала паучиха. Зориан меланхолично отметил, что грубейшее вторжение в их частную жизнь и применение против него паралича достопочтенная матриарх не считает поводом для опасения. — [Я пришла просто поговорить. Стражи не нашли нас, Паутина не понесла потерь — ничего непоправимого не случилось. Я здесь не ради мести, а чтобы разрядить обстановку, прежде чем она выйдет из-под контроля. Я знаю, что люди боятся пауков, но я не собираюсь подчинять тебя или мучить до безумия. Мы не чудовища — не больше, чем люди.]

[Звучит не слишком обнадеживающе. Люди бывают теми еще чудовищами,] — заметил Зориан. — [Но я вас понял. И что дальше? Полиция скоро закроет дело и оставит вас в покое, я же не намерен в дальнейшем как-то вредить вашей… Паутине. Проблема решена?]

[Ну да,] — согласилась паучиха. — [Но, выслеживая тебя, я обнаружила кое-что несравненно более интересное, чем вражда человеческого ребенка. Ты ведь не думал, что я просто проигнорирую всю эту историю с временной петлей?]

[Честно говоря, я на это надеялся,] — признался Зориан. — [Она никак вас не…]

[Я тебя умоляю,] — фыркнула паучиха. — [Как выяснилось, я по сути ежемесячно лишаюсь памяти. Это очень даже меня касается.]

Зориан напряг извилины, пытаясь найти ответ, что убедит ее не влезать в это дело — но после пары секунд бросил это гиблое дело. В паучихе чувствовались непререкаемая уверенность и упрямство — что бы он ни сказал, это не поможет. Забавно, получается, он может читать мимику и жесты гигантского паука? Или все дело в его "эмпатии"?

[Послушайте,] — начал он. — [Если нам предстоит долгий разговор — я был бы признателен, если бы вы отменили паралич. Это очень неудобно и не улучшает моего настроения.]

[Я не настолько тебе доверяю,] — прямо ответила паучиха. — [Тебе достаточно крикнуть — и возникнет множество лишних проблем.]

[Я этого не сделаю,] — заверил Зориан. — [Это подвергнет опасности мою сестру и друзей. И я уверен, вы справитесь с кем угодно в доме.]

[А я не уверена. Я слишком стара, чтобы недооценивать магов,] — ответила паучиха. — [Но знаешь что? Почему бы нам сейчас просто не расстаться? Потом, как успокоишься, можешь спуститься в туннели и поговорить со мной на нейтральной территории — где нам обоим будет спокойнее.]

А ведь… и правда отличная мысль. Ну, кроме вопроса зачем…

[Зачем тебе искать меня, когда можно просто притвориться, что ничего не было?] — догадалась паучиха. — [Ну, во-первых, я вижу, что ты заинтересовался Открытым разумом, хоть и пытаешься это скрыть. И кроме меня — тебе не у кого спросить. Во-вторых, я не просто так поверила, что ты действительно заперт во временной петле. Я знаю кое-какие факты, что могут тебе очень пригодиться — но они не бесплатны. Уверена, мы договоримся о цене. И наконец, сотрудничество выгодно и для тебя. Я возглавляю тайное сообщество пауков-телепатов, чьи сети раскинулись по всему городу — ты ведь понимаешь, насколько полезен такой союзник?]

Зориан тяжело сглотнул, наконец сознавая серьезность ситуации. Ее группа настолько велика и влиятельна? Он знал, что она представляет интересы стаи пауков, она ведь и представилась как "матриарх аранеа", но думал, что речь идет всего лишь о дюжине-другой членистоногих. Внезапно антрацитово-черные глаза паучихи показались куда более угрожающими. Боги, во что он опять вляпался?

[Я рада, что мы поняли друг друга, Зориан Казински. Отдыхай, мы поговорим, когда ты успокоишься.]

Чужая воля накрыла его непроницаемым покровом, нажала мягко, но непреклонно. Он пытался сопротивляться, но паучиха словно не замечала его ментальную защиту. Несмотря на все усилия, Зориан погрузился во тьму. Очнулся он уже в пустой комнате — нигде не было и следа гигантского паука.

После долгих и непростых раздумий над "предложением" матриарха, Зориан пришел к выводу, что у него просто нет выбора. Он как-то сомневался, что она будет терпеливо ждать до конца месяца — а попытка привлечь на помощь власти лишь привлечет ненужное внимание и подтолкнет паучиху к более решительным мерам. А раз она знает о временной петле, ее возможности навредить ему существенно расширяются. И, конечно, его весьма заинтересовали обещанные сведения и ответы. Потенциальная выгода слишком велика, такое нельзя упускать.

При всем при том он отнюдь не собирался бежать к чертовой паучихе со всех ног — а то покажется, что он отчаянно в ней нуждается. Пусть подождет. В любом случае на встречу с матриархом лучше идти подготовленным.

Прежде всего, нужно побольше разузнать об этих "аранеа". В прошлые циклы он не нашел в библиотеке ничего полезного о пауках — в этот раз, вооруженный точным названием вида, он достиг куда лучшего результата. В книгах нашлось множество упоминаний, но увы, достоверность оставляла желать лучшего. Судя по всему, аранеа встречались так редко, что считались мифическим видом — и описания от разных авторов во многом противоречили друг другу. Все сходились на том, что эти пауки разумны и владеют магией — но это единственное, что совпадало. Аранеа приписывали самые невероятные способности, от превращения в человека до управления тенями. Зориан видел тому три возможных объяснения. У аранеа могло быть множество подвидов, сильно различающихся по внешнему виду и способностям. Авторы могли просто нести чушь. И наконец, аранеа могли быть магами в человеческом представлении — иметь гибкую и универсальную магическую систему. Зная его удачу, это наверняка третий вариант, как самый неудобный из трех. Противостоять группе природных менталистов опасно, но при должной подготовке вполне реально. Противостоять же группе магов, использующих совершенно незнакомую магическую школу… Никаких гарантий.

Впрочем, аранеа, которых он встречал, не демонстрировали ничего, кроме ментальных техник — возможно, это их естественная ниша. Прежде чем идти на встречу, нужно обязательно озаботиться защитой от ментальных атак. Также в одной из книг предполагалось, что аранеа могут быть уязвимы к яркому свету — с их ночным образом жизни и отсутствием век. Звучало вполне разумно, и Зориан не сомневался, что его навыков в заклинательных формулах хватит, чтобы смастерить простейшие световые гранаты. Еще парочка мер предосторожности — и он будет готов. Ну, готов настолько, насколько может быть маг с его способностями и доступными ресурсами — не так уж и много, но есть некоторый шанс убраться живым, если дела пойдут совсем скверно.

Помимо безопасности, его занимали слова матриарха о том, что он тоже эмпат. Сама идея вызывала подсознательное отторжение. Из того, что он слышал, эмпат — открытый, участливый человек, душа компании, мудрец и хранитель традиций. Как говорится, найдите десять отличий. Впрочем, может ли это считаться аргументом? Эмпаты крайне редки — во всяком случае, среди людей — и правдивые сведения о них перемешаны с домыслами. Так что Зориан был скорее готов поверить гигантскому пауку, чем писателям-людям. Однако же, если он все-таки эмпат — почему он сам об этом не в курсе? Казалось бы, способность ощущать чужие эмоции должна быть весьма заметна. Возможно, дело в том, что его дар слишком слаб и нестабилен, чтобы однозначно проявиться — но как это проверить?

К счастью, эмпатия не относится к опасным дисциплинам — он может свободно проконсультироваться с Ильзой и другими учителями. Начать же можно и не выходя из дома — их домовладелица, сама не будучи магом, активно интересовалась эзотерикой. Ее книжная коллекция вполне тянула на небольшую библиотеку. Почему бы не спросить ее — из всех, с кем он планировал посоветоваться, к Имайе проще всего подступиться.

Имайя нашлась на кухне — мыла посуду после ужина.

— Мисс Курошка, не уделите мне минуту внимания? Я хотел бы с вами поговорить.

— Говорила же, называй меня Имайя, — она прервалась, чтобы хмуро глянуть на него. — И мы, конечно, поговорим, но сначала я должна закончить. Сядь и подожди немного.

Вместо этого Зориан подошел и принялся ей помогать. Так она быстрее закончит, да и произвести чуть лучшее впечатление тоже не помешает. Похоже, своим поступком он застал ее врасплох — но она тут же собралась и продолжила, словно ничего другого и не ожидала.

Закончив, Имайя села за кухонный стол и жестом пригласила его присоединиться.

— Итак… — начала она. — Что так тревожит самого угрюмого из моих постояльцев, что он пришел за советом? Обычно ты старательно избегаешь моего общества, можно подумать, что ты меня ненавидишь.

— Я вовсе не ненавижу вас, мисс К… Имайя, — поправился Зориан. — Просто ни на что не хватает времени. Кириэлле требует постоянного пригляда.

— За ней сложно углядеть, не так ли? — задумчиво заметила Имайя. — Но что столь занятому молодому человеку нужно от меня? Ты ведь не пытаешься меня соблазнить?

— Что?! Нет! — воскликнул Зориан. Во имя всего святого, она же вдвое старше его! — Я не…

Он заткнулся, почувствовав, что она едва сдерживает улыбку.

— Очень смешно, мисс Курошка, — сказал он с каменным лицом, намеренно не называя ее по имени. — Очень, очень смешно…

— На мой взгляд, это и правда было смешно, — ответила Имайя со смешинками в голосе. — Но, вижу, ты плохо переносишь шутки над собой. Так о чем ты хотел поговорить?

— Ну, — начал Зориан, игнорируя ее замечание насчет шуток. — Вообще-то это насчет магии. Я заметил, что у вас довольно много эзотерической литературы.

— Это мое хобби, — ответила Имайя. — Меня всегда интересовала магия, особенно ее редкие формы. Я даже, как и ты, училась в магической академии. Там я и познакомилась с Ильзой — мы были одноклассниками. Но… это было давно.

Зориан кивнул, соглашаясь не углубляться дальше в ее прошлое. Не то чтобы оно его особо интересовало…

— Я так понимаю, вы прочли все эти книги? — спросил он.

— От корки до корки, — подтвердила она.

— Были ли там упоминания эмпатии? Точнее, как определить, не эмпат ли ты?

— Я читала об эмпатии, хоть этой книги сейчас у меня нет, — она заинтересованно посмотрела на него. — А что? Подозреваешь, что можешь быть эмпатом?

— Ну… возможно, — признался он. — В смысле, я не очень-то в это верю, но недавно повстречал настоящего эмпата — и она считает, что у меня тоже есть способности. Вот я и решил проверить — просто на всякий случай.

— Хммм, — протянула Имайя. — А почему ты не веришь, если тебе сказала настоящий эмпат?

— Разве эмпатия не должна быть явно ощутима? Я ничего такого не чувствую. В голову не приходит ни одного признака, показывающего, что я эмпат.

— Ни одного? — переспросила Имайя. — С трудом верится. Признаки эмпатии настолько обыденны, что зачастую встречаются и у обычных людей. Вообще-то многие эксперты и вовсе считают, что в эмпатии нет ничего сверхъестественного — просто некоторые люди наблюдательнее других и интуитивно понимают язык жестов. Так что, возможно, ты просто игнорируешь признаки. Вот скажи, разве тебе никогда не случалось инстинктивно чувствовать настрой даже незнакомых людей?

— Ну, такое случалось, — признал Зориан. — И не один раз. Но в этом нет ничего необычного.

— Как знать, — сказала Имайя. — Как часто у тебя это бывает, и насколько верно ощущение?

— Я… — он заколебался. — Я ощущаю это при каждом разговоре. И, по моим наблюдениям, это чувство редко ошибается. А что? Разве не у всех так?

Имайя окинула его задумчивым взглядом.

— Не то чтобы у всех. Говоришь, при каждом разговоре? А просто прохожие на улице? Ты… ощущаешь их настроение?

— Э, иногда? — Зориан нервно поерзал на стуле. — Знаете, у некоторых людей очень выразительный характер. Их без труда видно в толпе, даже с некоторого расстояния.

— Любопытно. Ну, а группы людей? Ты можешь оценить их настрой, не заговаривая с ними?

— Эм, нет, — ответил Зориан. — Честно говоря, когда я среди людей, давление вытесняет все прочие чувства. Если нахожусь в толпе достаточно долго, стирается даже ощущение отдельных людей, не то что всех сразу.

— Давление? — удивленно переспросила Имайя.

— Это… личная проблема, — промямлил Зориан. — Каждый раз, когда я нахожусь в большом скоплении людей, я ощущаю странное давление, со временем перерастающее в головную боль.

Он съежился на стуле. Зориан терпеть не мог рассказывать об этой проблеме — большинство тут же решало, что он либо врет, либо нуждается в психиатрическом лечении. Его родители, например, так и не поверили его словам, считая, что он просто не хочет ходить с ними на торжества. Им быстро надоело, и они пригрозили отдать его в психушку, если не прекратит врать — так что он больше не поднимал эту тему.

— Довольно… необычная проблема, — осторожно сказала Имайя. — Скажи, это давление всегда одинаково, или разнится от случая к случаю?

— Разнится, — ответил Зориан. — Чем больше людей, и чем ближе они, тем сильнее давление. Еще оно усиливается, когда толпа…

Он замолчал, наконец сообразив. Боги, как он не понял раньше?

— Да? — поторопила его Имайя. — Когда толпа?..

— …Испытывает сильные эмоции, — уныло закончил Зориан.

Повисло молчание. Зориан встал и принялся мерять комнату шагами.

— Твои эмпатические способности настолько сильны, что ты физически ощущаешь эмоциональный фон толпы, — заметила Имайя после недолгой паузы. — И ты говоришь — нет никаких признаков эмпатии?

— Все не так просто! Откуда я знал, что это за давление? — возразил Зориан, нервно взлохмачивая волосы. — Оно просто… было. Всегда было, постоянно мешалось с самого детства. Вы хоть представляете, сколько я из-за этого натерпелся? Разве эмпатия — это не дар свыше? Я же изо всех сил пытался не обращать на нее внимания, тщетно надеясь, что когда-нибудь это пройдет.

— Ну да, — согласилась Имайя. — Многие считают эмпатию великим благом. Но известно множество случаев, когда дар эмпата был слишком силен или нестабилен — и калечил носителя. По сравнению с некоторыми происшествиями, о которых я читала, ты еще легко отделался. Могло быть хуже.

"Могло быть хуже" — идеальное описание всей его жизни. Ну да ладно, наверняка есть способы как-то подчинить себе эмпатические способности — а времени у него навалом. Наверняка аранеа знают способ — хотя ему вряд ли понравится то, что они попросят взамен.

— Зориан? — помолчав, спросила Имайя. — Наверное, это щекотливая тема, но могу я задать тебе вопрос? Точнее, два вопроса.

— Конечно, — ответил Зориан. В конце концов, она помогла ему (хоть и совсем не так, как он ожидал), так что меньшее, что он мог сделать — удовлетворить ее любопытство.

— У меня сложилось впечатление, что тебе заранее не нравится, что ты эмпат, — начала она. — Почему? Может, я сужу по себе, но я решительно не вижу причин быть недовольным врожденной магической способностью. Надеюсь, ты не считаешь себя каким-то уродом просто из-за…

— Нет, нет, ничего подобного, — торопливо заверил ее Зориан. — Я знаю, что маги в первом поколении часто опасаются стать… ненормальными, но у меня с этим порядок. Настоящая причина, почему я не хочу быть эмпатом… намного более глупая. Я даже стесняюсь ее назвать, может, оставим эту тему?

— Ну уж нет, — ухмыльнулась Имайя. — Теперь я просто обязана это узнать.

Зориан закатил глаза. Кто его тянул за язык? Впрочем… она забудет об этом после рестарта петли.

— Хорошо, только никому не говорите, ладно?

Имайя демонстративно прикрыла рот.

— Дело в том, что эмпатия традиционно считается женской способностью, характерной для девушек и женственных парней.

— Ааа, — кивнула Имайя. — Ну конечно, что же еще может беспокоить молодого парня…

— Я не сексист, — поспешно добавил Зориан. — Просто некоторые уже достали меня замечаниями, что я выгляжу недостаточно мужественно. Они уже сидят у меня в печенках — если же я дам им такое "подтверждение" их правоты…

Из этих "некоторых" хуже всех были родители, в частности отец; но Зориан не стал вдаваться в подробности.

— Я никому не скажу, — заверила Имайя. — И, если это тебя утешит — нет никаких доказательств, что эмпатия чаще проявляется у женщин, чем у мужчин.

— Я знаю, — ответил Зориан. — Большинство магических способностей не привязаны к полу — кроме тех случаев, когда их специально такими создавали.

— И я думаю, что эти "некоторые" просто не знают, о чем говорят, — за невинной улыбкой Имайи таилось что-то проказливое. — По-моему, ты очень симпатичный молодой человек, и когда-нибудь сделаешь какую-нибудь девушку счастливой.

— С-спасибо. Так какой был второй вопрос? — Зориан попытался сменить тему на что-нибудь менее смущающее. Она уже достаточно позабавилась, хватит с него.

— Полагаю, ты собираешься развивать эту способность? — спросила Имайя. Зориан кивнул. — Держи меня в курсе своих успехов. Меня очень интересуют подобные вещи.

Зориан согласился, хоть это и было пустым обещанием. В следующем цикле она ничего из этого не вспомнит. После разговора Имайя вернулась к домашним хлопотам, Зориан же пошел к себе, обдумывать предстоящий визит к аранеа. Он не собирался проверять, что сделает матриарх, если он слишком затянет со встречей.

— Вот и все, — вслух сказал Зориан, останавливаясь перед входом в канализацию. Матриарх не сказала, где именно собирается с ним встретиться, но он помнил, где встретил пауков в прошлый раз, и собирался начать оттуда. — Последний шанс. Я все-таки советую тебе вернуться домой. Тебе незачем рисковать вместе со мной, Каэл.

Он пристально посмотрел на морлока, пытаясь оценить его настрой своими недавно открытыми эмпатическими силами. Увы, то ли морлок слишком хорошо контролировал себя, то ли способности Зориана работали хреново. Что бы Каэл ни думал о походе к паукам в подземелье, он был исполнен решимости сопровождать его. Зориан совершенно не понимал, почему. Он рассказал Каэлу о своей встрече с матриархом аранеа вовсе не для того, чтобы попросить помощи — ему просто нужно было с кем-то посоветоваться. Каэл выглядел идеальным кандидатом — он уже знал о временной петле и был бесспорно умен. И он заявил Зориану, что идти на подобную встречу без прикрытия — верх глупости. Зориан нехотя согласился — несмотря на логические доводы, ему вовсе не улыбалось рисковать чьей-то еще жизнью. Кажется, Каэла забавляло, что Зориан беспокоится за него больше, чем за себя — ведь во временной петле он, Каэл был в куда большей безопасности. Ну и пусть его — совесть Зориана еще не адаптировалась к петле, и он отчаянно боялся сгубить морлока в туннелях и оставить Кану сиротой — пусть даже всего на неделю.

— Хватит уже, — вздохнул Каэл. — Я определенно иду с тобой. Хотя бы для того, чтобы поговорить с матриархом об этической стороне ментальной магии.

Ну да — Каэл все еще злился, что паучиха без спросу рылась в его памяти.

Они спустились в туннели, Зориан указывал дорогу. Шли осторожно, время от времени оставляя ловушки — зачарованные каменные кубики. Если придется бежать — эти ловушки, по меньшей мере, задержат преследователей. Большинство несло просто формулу силового щита, но некоторые были… более агрессивного толка.

Каэл шел на правах анти-менталистской поддержки. Он постоянно поддерживал ментальный щит, и если случится конфликт — использует то же заклинание на Зориане. Каэл был уверен, что пауки владеют и другими способами общения, помимо телепатии, и советовал закрыться ментальным щитом с самого начала — но Зориан чувствовал, что для плодотворной беседы должен держать разум "открытым". Его инстинкты — или, скорее, неосознанные эмпатические способности — говорили ему, что аранеа придают огромное значение прямому соприкосновению разумов. Отгородиться глухим щитом — значит оскорбить их, даже при наличии альтернативных способов общения.

Прибыв на место, где Зориан вместе с Тайвен и ее парнями впервые встретил аранеа, он ощутил чужое мысленное прикосновение. Как и в его первую встречу, этот паук действовал куда грубее, настойчивее, чем невесомые касания матриарха, когда она посетила дом Имайи.

Зориан дернулся — поток психоделических образов и чужих эмоций ударил, словно кувалда. Каэл немедленно принял защитную стойку, но Зориан жестом велел ему успокоиться. Он был уверен — ему не пытались навредить, просто из-за различий между человеком и пауком было трудно установить контакт, а данный паук никогда этого раньше не делал.

Связь оборвалась так же внезапно, как и установилась. Однако чужое присутствие не исчезло, и Зориан вскоре ощутил другую аранеа, использующую первого паука как своеобразный передатчик.

[А, ты наконец нашел нас,] — раздался узнаваемый ментальный голос матриарха. — [Хорошо, а то я уже беспокоилась, что следовало оставить тебе более четкие ориентиры. Оставайся на месте, я скоро буду.]

— Она идет, — сказал Зориан. Каэл мрачно кивнул.

Им не пришлось долго ждать. Вскоре появилась матриарх, сопровождаемая двумя пауками на манер телохранителей. Наверное, то, что он сумел выделить из трех одинаковых пауков матриарха, свидетельствует, что он и правда эмпат. Вопрос в другом — почему он не заметил столь очевидную вещь без помощи говорящего паука?

[Я полагала, что мы поговорим наедине,] — сказала матриарх. — [Но раз ты привел охранника, я решила поступить так же. Что же, по крайней мере, ты не закрылся от меня, как твой друг — это выгодно отличает тебя от других людей, с которыми я говорила.]

— Каэл со мной не только как охранник, — для удобства морлока Зориан говорил вслух. — Он тоже вовлечен в происходящее, и я хотел бы, чтобы он принял участие в разговоре. Не могли бы вы говорить вслух, чтобы и он слышал?

Матриарх на мгновение задумалась, потом подняла четыре передние лапы и принялась выписывать в воздухе сложные фигуры. Зориан попытался было разобрать, что она пишет в воздухе — но сообразил, что она не пишет.

Она творит заклинание.

— Вот, — со стороны матриарха раздался женский голос, хотя ее жвалы не шевелились. — Это наша версия заклятья "волшебного голоса", с которым вы, несомненно, знакомы. Всего лишь звуковая иллюзия, но подойдет для наших целей.

Хех. Значит, пауки знают не только ментальные трюки.

— Спасибо за понимание, — осторожно сказал Каэл. Было видно, что он боится, но старается быть вежливым.

— Не стоит, это было нетрудно, — так же настороженно ответила матриарх. Видимо, для нее закрытый ментальным щитом Каэл казался подозрительным. Да, заклятье защищало его, но зато в глазах аранеа он выглядел угрозой.

— Умоляю, дитя, — фыркнула матриарх. Зориан слышал ее ушами, но одновременно слова транслировались прямо в мозг. Она озвучивала фразы для Каэла, но определенно не собиралась отказываться от "подобающего" способа общения. — Я могу прорвать эту смехотворную защиту в любую секунду. Нет, меня раздражает вовсе не это — а то, что он полностью отгораживается от меня. Как мне доверять ему, если он скрывает даже свои эмоции и поверхностные мысли? Это просто грубо.

У Зориана в голове не укладывалось, как можно выставлять свои мысли на всеобщее обозрение просто из вежливости. Ну, в чужой монастырь со своим уставом не ходят… А вот Каэл не проявил подобной терпимости.

— Грубо?! — возмутился морлок. — Вы без спроса вламываетесь в чужие разумы, и называете меня грубым? Вы просматривали мои воспоминания, черт побери, я имею полное право защищаться!

Матриарх передала Зориану телепатический аналог вздоха, но вслух этого не прозвучало.

— Да, я это сделала, — спокойно ответила она. — Твой друг мог оказаться нашим врагом, и мне нужна была информация. Ты же был его слабым звеном, чем я и воспользовалась. В конце концов, твой разум был ничем не защищен.

— Тогда почему вы не рылись в памяти самого Зориана? Это ведь куда быстрее и эффективнее.

— Эй! — возмутился Зориан.

— Я ограничилась его поверхностными мыслями из вежливости, так как его разум Открыт, — пояснила матриарх. — Обычаи аранеа предписывают спрашивать разрешения, прежде чем погружаться в память не-враждебных психиков, независимо от вида.

Каэл сузил глаза.

— А если перед вами не… "психик"?

— Тусклоумные — не в счет, — пренебрежительно ответила матриарх.

— Так, ладно, хватит ругаться, давайте перейдем к делу! — Зориан хлопнул в ладоши, пытаясь отвлечь этих двоих на себя. — Мы говорили о временной петле и о известных вам полезных сведениях. Но прежде всего, я должен спросить — упоминая этот "открытый разум", вы имеете в виду, что я эмпат?

Каэл удивленно посмотрел на него — ну да, он же ничего не говорил морлоку про свои эмпатические способности.

— Открытый разум предполагает эмпатию, но не тождественен ей. Эмпатия — лишь одна из доступных способностей, более простая в освоении — ты можешь пользоваться ей, совершенно не владея искусством психика. Открытый разум часто проявляется в слабой, неконтролируемой эмпатии, в связке с талантом к прорицанию и эпизодическими пророческими снами.

— Я… что? — промямлил Зориан, пытаясь осмыслить услышанное. А он-то думал, что разобрался в происходящем. Что же за чертовщина этот "психик" с "открытым разумом"? Она что, намекает, что он станет полноценным телепатом?

— После должной тренировки — вполне вероятно, — подтвердила матриарх. — Я могла бы многому тебя научить… разумеется, лишь в том случае, если мы договоримся насчет временной петли.

— И что вы хотите от Зориана? — с подозрением спросил Каэл.

— То же самое, что хочешь от него ты, мой дорогой Каэл, — с насмешливыми нотками ответила матриарх. — Я тоже хочу войти в петлю.

В первую секунду Зориан даже не понял, что она говорит — потом его глаза удивленно расширились.

— Вы хотите сохранять память из цикла в цикл? Застрять в петле вместе со мной и Заком? — недоверчиво спросил он.

Каэл смущенно поежился, отводя взгляд — матриарх же смотрела на него без малейшего намека на стыд.

— Я… Кажется, я понимаю, почему у вас возникло такое желание, — неуверенно сказал Зориан. — В смысле, не сказать чтобы я был рад этой ситуации, но я вижу ее многочисленные преимущества. Но, кажется, вы оба кое-что не так поняли, — он глянул на Каэла, но морлок по-прежнему избегал его взгляда. Видимо, думал, что он разозлится за желание "воспользоваться" им; но Зориан вовсе не злился. Просто недоумевал. — Дело в том, что я не знаю, как ввести в петлю кого-то еще. Я даже не знаю, как именно сам оказался в ней. Я просто не могу это сделать.

— Мы все правильно поняли, — вздохнул Каэл. — Мы не дураки, и знаем, что ты не можешь этого сделать, по крайней мере, до конца этого цикла, — он сердито посмотрел на матриарха. — Во всяком случае, я знаю. Может, великому матриарху аранеа известно что-то, чего не знает скромный тусклоумный.

— Я согласна с морлоком, — матриарх проигнорировала провокацию. — Крайне маловероятно, чтобы сегодняшний ты мог включить нас во временную петлю.

— Тогда я совсем запутался, — пожаловался Зориан. — Чего же вы хотите?

— Я собиралась создать в твоем разуме пакет моей памяти, который вернется назад во времени вместе с твоей душой, — невозмутимо сказала матриарх. — Не так удобно, как полноценное участие в петле, но вполне достаточно для моих целей.

— И… почему вы думали, что я на это соглашусь? — с подозрением спросил Зориан. Это звучало как серьезное вмешательство в его разум. Слишком серьезное, чтобы доверить его незнакомой паучихе.

— Уверена, у меня найдется чем тебя заинтересовать, — матриарх сопроводила фразу мысленным эквивалентом пожатия плечами. — Тебе нужны сведенья о петле, которыми я обладаю. Ты хочешь овладеть эмпатией. Тебе пригодится моя помощь в борьбе с захватчиками… Дальше продолжать?

Зориан вздохнул и перевел взгляд на Каэла.

— Я собирался свести тебя с определенными людьми, которые помогли бы тебе понять твою связь с Заком. Тогда ты смог бы включить в петлю и меня, — сказал морлок. — Вероятно, это займет несколько циклов, и, в отличие от уважаемой матриарха, я мало что могу тебе предложить, но знание механики петли в любом случае очень тебе пригодится.

За кадром осталось то, что эти "определенные люди" наверняка некроманты, и позволять им копаться в его душе не менее опасно, чем пускать паучиху копаться в его мозгах. А то и более опасно.

— Понятно, — вздохнул Зориан. — Каэл, мы обсудим это позже, поскольку пришли сюда не за этим.

— Не возражаю, — торопливо ответил морлок. — Мне и самому еще нужно многое обдумать.

— Угу, — сказал Зориан. — Тогда давайте перейдем к предложению матриарха. Из чистого любопытства — у вас есть имя? Если мы будем вести дела, к тому же столь деликатные, я хотел бы знать больше о своем партнере.

Матриарх ничего не сказала. Вместо этого она отправила короткий телепатический импульс — поток образов и понятий, вроде того, что посылал при встрече менее опытный паук. К счастью, этот импульс не был болезненным, только дезориентирующим — возможно потому, что был куда короче. Рассортировав образы и понятия, Зориан сообразил, что это и было имя. Правда, перевести его на понятный язык оказалось непросто.

— Копье Решимости, Пронзающее Самую Суть? — заинтересованно спросил Зориан.

— Вполне удовлетворительный перевод, — сказала матриарх. — И да, я понимаю, что он неудобен в устном общении. Ваш язык груб, на нем сложно воспроизвести имена аранеа и не получить что-то неуместно-драматичное. Ты можешь и дальше называть меня матриарх, я не возражаю.

Каэл саркастически хмыкнул на ее замечание о языке, но ничего не сказал. Зориан же соображал, что дальше.

— Ладно, — сказал он. — Вы говорили, что неспроста поверили во временную петлю. Не могли бы вы объяснить подробнее?

Но прежде, чем матриарх успела ответить, тишину подземелий разорвал громкий рев — и еще несколько следом. Зориан побледнел — он узнал этот звук.

К ним приближались боевые тролли.

Глава 18. Договор заключен

Пора бы уже привыкнуть — каждый раз, когда он хоть на шаг приближается к разгадке, случается какая-нибудь хрень, и все идет наперекосяк. Как специально. Напрашивалась мысль, что за этим стоит все еще гипотетический третий путешественник, но, вероятно, тогда было бы что-то серьезнее, чем кучка боевых троллей.

…если подумать, перемены в его восприятии просто пугают. С каких пор боевые тролли из смертельной угрозы стали досадной помехой?

[Только не снова,] — телепатически пожаловалась матриарх. — [Как эти существа нас находят? Я накрывала всю сеть защитой от прорицания…]

Значит, матриарх не впервые сталкивается с троллями — Зориан сделал пометку на будущее, обдумать в более спокойной обстановке. Обменявшись с Каэлом взглядами, оба повернулись и побежали к выходу. Зориан поманил за собой аранеа, матриарх мысленно выразила согласие.

[Они быстрее,] — заметила на бегу матриарх. — [Особенно по сравнению с нами — не считая коротких рывков, аранеа значительно медленнее людей.]

[Ничего страшного,] — подумал в ответ Зориан, не сомневаясь, что паучиха услышит. — [Мы с Каэлом подготовили пару сюрпризов на случай преследования. Они задержат троллей, и мы успеем добраться до поверхности.]

[А. Страховка на случай неудачных переговоров?] — догадалась матриарх. — [Ты хорошо скрыл эти мысли. Задумай я вероломное нападение, это застало бы меня врасплох. С другой стороны, ты и без ловушек смог бы убежать от аранеа, так что это было излишне. Хотя сейчас это нам пригодится.]

[Не так-то просто узнать скорость бега аранеа из человеческих книг,] — раздраженно подумал в ответ Зориан, притормаживая, чтобы пауки догнали его. Они были уже у первой ловушки, и ему не улыбалось запереть пауков в тупике с троллями. — [Вы не можете угомонить этих тварей своей ментальной магией?]

Тролли вырвались из-за угла сплошным потоком зеленых тел, завывая, как безумные, и с легкостью размахивая тяжеленными мечами и булавами. Зориан был уже готов; импульс маны в два покрытых символами кубика — и силовая пленка перекрыла коридор. Она не продержится долго под напором троллей, но она и не задумывалась несокрушимой.

[К сожалению, после нескольких столкновений, те, кто управляют троллями, приучились защищать их мозг,] — сказала матриарх. — [Ничего непробиваемого, но пока мы будем проламывать защиту — они несколько раз успеют размазать нас по полу.]

Сзади донесся оглушительный грохот; Зориан бросил взгляд через плечо и удовлетворенно улыбнулся. Тролли, похоже, не успели затормозить и на полной скорости врезались в силовой щит. В узком коридоре задние ряды не смогли вовремя среагировать и вдавили передних в барьер. А может, они просто не посчитали прозрачный барьер препятствием? Так или иначе, тролли барахтались за щитом огромной запутанной кучей; едва ли они смогут быстро продолжить погоню. Теперь Зориан и остальные точно успеют к выходу, даже в компании с медлительными аранеа.

Он активировал и два следующих щита, просто для гарантии; а вот кубики с формулами взрывных заклятий — просто подобрал и унес с собой. Сказать по правде, это было средство последнего шанса, и он даже не был уверен, что, активировав их, не подорвал бы себя вместе с врагами. К тому же, рассчитанные на куда более уязвимые цели, они вряд ли сильно повредили бы троллям.

Он беспокоился, как они проведут трех здоровенных пауков мимо охраны на выходе из подземелья — как выяснилось, зря беспокоился. Судя по всему, аранеа способны редактировать мысли людей в реальном времени, просто стирая себя из их восприятия. Зориан был вынужден признать — он никак не ожидал, что ментальная магия аранеа настолько изощренна. Видимо, он все еще недооценивает пауков.

Но в любом случае, они наконец были в безопасности, вне подземелья. Хех. Он даже не ожидал, что все закончится так… благополучно. Спасаясь от стаи троллей, он был морально готов к досрочному рестарту — но, видимо, иногда даже хорошим парням улыбается удача. Впрочем, при всем его непривычном везении, они все еще не закончили переговоры с аранеа, так что все пятеро направились в глухой уголок ближайшего парка.

— Здесь уже можно безопасно говорить, — сказала матриарх своим иллюзорным голосом. — Я не чувствую присутствия чужих разумов. Даже чертовых мозговых крыс нет.

— Кого нет? — не понял Зориан.

— Еще один вид психиков, недавно появившийся в городе, — проворчала матриарх. — Выглядят как обычные крысы, только со снятой макушкой черепа и открытыми мозгами.

— О, — припомнил Зориан. — А ведь я встречал что-то подобное, еще до временной петли. Но в последующих циклах я больше не посещал те места.

— Возможно, и к лучшему, — заметила матриарх. — Похоже, они работают на захватчиков. Они появились недавно, а когда мы попытались истребить их — на нас стали нападать тролли.

— Получается, эти крысы разумны? — спросил Каэл. — Вы имеете в виду, они что-то вроде шпионов?

— Они психики, как и мы, — ответила матриарх. — Их мозги соединены телепатически, образуя коллективный разум. По отдельности они немногим умнее обычной крысы, но чем больше их соберется, тем они умнее. И тем сильнее их ментальные способности. Они достаточно малы, чтобы пробраться почти куда угодно… и смерть отдельной крысы не наносит стае большого ущерба. Каждая из них — проводник всей силы и разума стаи. Почти идеальные шпионы, даже лучше нас, аранеа. Мы пытались выдавить их с нашей территории, но не смогли, так как за ними стояли захватчики.

— Вот срань, — сообразил Зориан. — тогда неудивительно, что захватчики так хорошо информированы. Они могут просто красть информацию из людских разумов, и никто не заметит. Им просто нужно найти достаточно осведомленного человека с незащищенным разумом — и все системы безопасности теряют смысл.

— Да, — подтвердила матриарх. — Аранеа могут действовать подобным образом, но далеко не так эффективно. Мы слишком большие, чтобы незаметно проникать в здания, и не можем так же легко жертвовать сородичами. Крысы проникают во многие недоступные нам места, особенно те, что защищены магией. Обереги, что пропустят парочку крыс, наверняка сработают на гигантского паука.

Внезапная мысль заставила Зориана нахмуриться. Если эти мозговые крысы снуют по всему городу и работают на захватчиков, то тогда те точно знают о временной петле. Сам Зориан старался помалкивать об этом, но Зак — другое дело. Если он не преувеличивал, то он рассказывал про путешествие во времени направо и налево, и порой с доказательствами. Тогда кто бы ни контролировал мозговых крыс, он знал, что Зак — путешественник во времени… и ничего не предпринимал. Почему? Не верил донесениям? Как-то не похоже на захватчиков, учитывающих каждую мелочь…

— Интересная мысль, — вернула его к реальности матриарх. — Я начинаю понимать, почему ты не хочешь открыто сотрудничать с Заком. Но мы отвлекаемся от темы. Ты слышал мое предложение, Зориан. Я была очень щедра на информацию, но, боюсь, так продолжаться не может. Мне нужен прямой ответ — согласен ли ты хранить для меня пакет воспоминаний?

Зориан вздохнул. Такой сложный вопрос… Он хотел — нет, он нуждался в том, что предлагала матриарх, и в то же время он не доверял ей. По возможности навредить ментальная магия лишь чуть-чуть уступала некромантии — и то только потому, что против менталистов были разработаны защитные чары, а против мастеров душ — нет.

— Вы многого просите, — пожаловался Зориан.

— И многое предлагаю, — возразила матриарх. — К тому же, я рискую не меньше тебя. Нет никаких гарантий, что ты каждый цикл будешь находить меня и передавать сохраненные воспоминания. Что мешает тебе следовать уговору несколько циклов, научиться всему, что хотел, а потом просто забыть про меня? Ничего. Я делаю шаг навстречу, доверяюсь тебе. Разве я не вправе ожидать того же?

Повисло молчание, Зориан переваривал сказанное. В ее словах была доля правды, хоть он и не считал, что ее риск соразмерен его. Он рискует своим рассудком.

А, черт. Кто не рискует…

— Хорошо, — сказал он. — Я согласен.

— Ты куда смелее меня, — заметил Каэл по дороге домой.

Вместо ответа Зориан рассеяно потер лоб. Сказать по правде, когда аранеа закончила, он не почувствовал никакой разницы. Каэл подозревал, что матриарх могла внедрить в пакет памяти управляющие функции, но…

— На самом деле, мне кажется, что это далеко не так опасно, — наконец сказал Зориан.

— О?

— Да. Прежде, чем идти к матриарху, я изучил возможности магии разума — как классическую школу магии, так и способности известных магических существ-телепатов. Я даже расспросил Ильзу и нашего преподавателя боевой магии. Даже не знаю, что они про меня напредставляли из-за этих расспросов, ну да ладно. Так вот, все сходятся на том, что даже мастер ментального искусства не может просто взять и незаметно переписать чужой разум. Это требует долгого времени, и жертву нужно лишить сознания — иначе она будет отчаянно сопротивляться, физически и ментально. Если бы матриарх попыталась сделать что-то действительно плохое — мы бы сразу это поняли.

— Не уверен, что в этом случае я смог бы тебе чем-то помочь, — заметил Каэл. — Мои боевые навыки весьма скромны, и едва ли помогли бы против трех гигантских пауков на расстоянии прыжка.

— Ничего страшного, — Зориан достал из кармана один из нерастраченных взрывных кубиков. — Мне было достаточно послать короткий импульс маны — и меня разорвало бы на куски вместе с матриархом. Сомневаюсь, что она успела бы обезвредить меня до подрыва.

— Самоубийство? — Каэл недоверчиво покачал головой. — Тогда я повторю: ты куда смелее меня.

— Как мне однажды сказал Зак, временная петля меняет твое отношение к смерти, — Зориан вернул кубик в карман. Если подумать, его самопальное защитное решение весьма напоминает ту защиту, что спасла Зака от заклятья лича. Пожалуй, ему стоит постоянно иметь при себе что-нибудь подобное, просто на всякий случай. Но, конечно, что-нибудь поменьше и не такое заметное, как два больших каменных куба.

— Все еще остается возможность, что она использовала на тебе менее заметное воздействие, — помолчав, заметил Каэл.

— Я знаю, — ответил Зориан. — Но ты слышал, что она сказала. Пакет продержится как минимум год. Я собираюсь избегать аранеа в ближайшие несколько циклов — за это время я найду способ проверить свой разум. Даже если не удастся самому овладеть ментальными техниками на нужном уровне — всегда можно найти специалиста.

— А. Хорошая мысль, — кивнул Каэл. — Хотя это означает, что ты дольше не получишь ответов матриарха. Она сказала, что ничего не скажет, пока ты не передашь ей эти воспоминания в следующем цикле.

— Допустимая задержка, — пожал плечами Зориан. Не то чтобы ему было нечем заняться; к тому же, Зак заявил, что собирается провести ближайшие циклы в Сиории. Черт, даже в этом цикле ему еще надо узнать, что Хаслуш может предпринять по поводу вторжения и что можно сделать, чтобы помочь детективу. Если, конечно, он вообще останется здесь на время фестиваля. Учитывая обстоятельства — он вовсе в этом не уверен. — Ну… так когда ты расскажешь мне, как ты собираешься войти во временную петлю?

— Позже, — проворчал Каэл. — Многие детали еще требуют доработки. Чертова паучиха, не умеющая держать жвалы на замке…

— Думаю, на самом деле она говорила без помощи жвал, — отметил Зориан. — Чистая звуковая иллюзия.

— Вот как? Разве ментальный щит не должен был защитить от иллюзий? Я думал, он отсекает любые воздействия на разум, включая полезные, — Каэл растерянно нахмурился.

— Заклятье матриарха не воздействовало на разум. Оно создавало настоящие звуковые волны, — пояснил Зориан.

— Но тогда это звуковое заклятье, а не иллюзия, так?

— Любые заклятья, воздействующие на органы чувств, официально называются иллюзиями. Многие иллюзии сотканы из настоящего света и звука, но все равно называются иллюзиями.

— Это… довольно неточно, — заметил Каэл.

— Думаю, дело в том, что большинство структурированных заклятий школы иллюзий сочетают… хмм, физический эффект с ментальным. Теоретически, их можно разделить по типу воздействия, и многие пытались, но в итоге Гильдия Эльдемара махнула рукой и оставила их одной группой заклятий.

— На удивление практично для Гильдии, — проворчал Каэл. — Похоже, даже они иногда думают головой.

Зориан промолчал. Не нужно быть эмпатом, чтобы догадаться, что морлок имеет зуб на Гильдию магов. Сам Зориан считал, что Гильдия неплохо справляется — но не настолько любил ее, чтобы отстаивать ее репутацию в споре.

Остаток пути они прошли в молчании.

С приближением летнего фестиваля становилось все более очевидно, что Хаслуш не собирается всерьез расследовать вторжение. То ли он не поверил словам Зориана, то ли ему приказали не лезть не в свое дело — но детектив явно утратил интерес к этой теме. Для Зориана это означало, что нужно забрать Кириэлле и убраться из города перед фестивалем — он не собирался умирать и тем более не собирался подвергать Кири опасности.

Интересно, удастся ли убедить Каэла и Имайю покинуть город вместе с ним.

Но у него еще было время. Сейчас ему хотелось только перекусить и прилечь. После изматывающих поручений Киритишли он был совершенно не в настроении что-то планировать. Дом встретил его соблазнительным запахом еды, доносящимся с кухни. Да, упорное желании Имайи быть в курсе его расписания немного раздражало, но, следует признать, еда, готовая прямо к его приходу, многое искупала.

Стоило ему зайти на кухню, как к нему подбежала Кириэлле.

— Братик, я поранила руку! — заныла она, размахивая перед ним пострадавшей конечностью. — Скорее, исцели ее!

Зориан поймал ее за руку и осмотрел "страшную рану". Крохотный порез, даже скорее царапина — она наверняка заживет сама еще до завтра. Боковым зрением он отметил, что Имайя с трудом сдерживает смех.

Зориан подавил вздох. Он не сомневался, что родня будет потешаться над его эмпатическим даром, но никак не ожидал, что Кири тоже опустится до этого. Несмотря на взаимосвязь эмпатии и целительства, она знала, что он не целитель. Хотя с его навыками плетения он мог бы научиться… над этим стоит задуматься.

Придав лицу строгое выражение, он повернул "раненую" руку сестры из стороны в сторону, словно изучая травму. Глубокомысленно хмыкнул и наконец посмотрел Кириэлле прямо в глаза.

— Боюсь, мисс, здесь ничего нельзя сделать. Придется ампутировать, — серьезно заключил он. Он повернулся к Кане, сидевшей за столом и внимательно наблюдавшей за ними, и со значением посмотрел на нее. — Принесите пилу.

Кана серьезно кивнула и стала выбираться из-за стола, но была остановлена смеющейся Имайей, объяснившей, что "он просто пошутил". Зориан не сомневался, что девочка и сама поняла, просто решила подыграть. Да и есть ли вообще в этом доме пила?

Кириэлле, надувшись, выдернула руку из его хватки.

— Дурак, — буркнула она и показала язык.

Ужин прошел относительно тихо, насколько это возможно в присутствии Кириэлле. Что поделать, она была шумной по натуре; впрочем, на его счастье, даже у нее случались периоды спокойствия. В основном, когда она рисовала или читала. Он все никак не мог к этому привыкнуть — на его взгляд, такая сосредоточенность совершенно не в ее характере. Тем более, что он по собственному опыту знал, что родители не одобряют хобби и стремятся отучить от них.

После еды Кириэлле увязалась за ним в его комнату. Ему было лень выгонять ее, к тому же, сегодня она была в благодушном настроении и особо не мешала. Он сидел на кровати, скрестив ноги, и отрабатывал упражнения на плетения; Кириэлле лежала на полу, обложившись листами, и увлеченно рисовала. Наконец ее карандаш замер, она принялась нервно грызть кончик. Зориан уже знал, что за этим последует.

— Зориан? — спросила она.

— Да? — со вздохом ответил он.

— Почему ты так стараешься? — она перевела на него заинтересованный взгляд. — Во временной петле ты можешь делать что угодно — но ты постоянно работаешь. Разве тебе никогда не хочется заняться чем-нибудь более интересным?

— Ты неправа, — ответил он. — Во-первых, делать "что угодно" нельзя. Ты — это то, что ты делаешь, и если я стану валять дурака, просто потому что мне за это ничего не будет — со временем это изменит мой характер. Во-вторых… на самом деле, мне интересно учиться. Ну, может, не всегда, но ты поняла, что я имею в виду, правда? — повисло молчание, Кириэлле мялась, явно желая, но не решаясь что-то сказать. — А в чем дело? Ты хочешь заняться чем-то другим?

Взгляд Кириэлле метнулся между ним и разбросанными листками, потом она наконец решилась. Собрав листы в стопку, она подбежала и плюхнулась к нему на колени.

— Можешь посмотреть мои рисунки и сказать, что думаешь? — выпалила она.

О. Что же, почему бы и нет. Раньше он не обращал особого внимания на ее рисунки, тем более, что она всегда прятала их, когда он подходил, но по тому, что он видел мельком, вроде неплохо. Хех, покуда он добрый, он даже не будет ее критиковать… слишком… сильно…

Проклятье.

Зориан молча смотрел и слушал, покуда Кириэлле оживленно показывала плоды своего труда, объясняя, что нарисовано. Не то чтобы тут требовались объяснения — рисунки были чертовски реалистичны. Не просто хорошо — действительно офигенно. Зориан мог бы поклясться, что смотрит работы профессионального художника, а не рисунки младшей сестры. Одна из картин — городской пейзаж Сиории — была так насыщена мелкими деталями, что он не представлял, как Кири вообще хватило терпения даже просто изобразить это все — тем более, изобразить правильно.

— Кириэлле, это невероятно круто, — честно сказал он. Вообще-то он собирался сначала покритиковать ее — но просто не видел, к чему тут можно придраться. — Почему мать все еще не хвастается, что в семье растет гениальный художник?

Кириэлле смущенно завозилась у него на коленях.

— Мама не одобряет, что я рисую. Она не покупает мне карандаши и ругается, когда застает меня за рисунком.

Зориан ошеломленно посмотрел на нее. Почему? С какой стати ей так поступать? Мать несговорчива и одержима социальным статусом, но ведь не откровенно злобна… Он вновь пролистал стопку рисунков, остановившись на портрете Бирна, парнишки, что ехал с ними на поезде. Кириэлле больше никогда его не видела, но смогла очень убедительно передать образ, рисуя по памяти.

— Погоди, — внезапно сообразил он. — Так вот почему ты таскаешь мои тетради и писчие принадлежности?

— Ой! Я думала, ты не замечаешь, — призналась она. — Ты никогда не говорил об этом маме. Спасибо, кстати.

Ну, он не говорил, потому что не думал, что мать чем-то поможет. Но раз уж вышло так удачно — черта с два он признается и потеряет ее неожиданную благодарность.

— А что насчет книг? Полагаю, их она тоже не одобряет? — предположил Зориан.

— Ага, — ответила Кириэлле, прижимая рисунки к груди. — Она никогда мне их не покупает. Говорит, что леди не должна тратить на это время.

А вот это вполне в духе матери. Мать никогда не одобряла его увлечение чтением, едва ли она обрадуется, если ее дочурка заведет ту же привычку. Хоть это и не объясняет запрета на рисование.

— Ну, мать есть мать, — сказал Зориан. Сестра выглядела расстроенной, и он ее прекрасно понимал. Ее положение оказалось невероятно схоже с его. — Не волнуйся. Со мной было так же. Она успокоится, когда поймет, что не может запугать тебя.

— И вовсе не так же! — неожиданно выкрикнула она.

Э, что?

— Кири…

— Ты не понимаешь! Все не так же, потому что тебя почти весь год нет дома, и она не может ничего с тобой поделать! Ты, и Дэймен, и Фортов — уезжаете сюда, учитесь магии, делаете, что хотите — а я никогда так не смогу! — она уткнулась лицом ему в грудь, ее пальцы болезненно вцепились в его руки. — Все не так же, потому что я девочка…

Зориан обнял ее, тихонько покачивая, чтобы успокоить. Кусочки мозаики в его голове наконец сложились в картину. Традиционалисты в Сирине нередко считали, что женское образование — напрасная трата времени и денег. Да что там, некоторые даже нарушали закон и не посылали дочерей в начальную школу, научиться читать и писать. К тому же магические школы, даже не самые престижные, всегда были дороги…

— Они не собираются отправлять тебя в академию, — вслух заключил он.

Кириэлле кивнула, все еще уткнувшись ему в грудь.

— Они говорят, что мне это не нужно, — она шмыгнула носом. — Они уже договорились о моем замужестве в пятнадцать лет.

— Как это мило с их стороны, — холодно сказал Зориан. — Но знаешь что, Кири? Разница действительно есть. Мне приходится самому противостоять родителям. У тебя же есть я.

Кириэлле оторвалась от него, пытливо заглянула в глаза.

— Ты никогда не помогал мне, — обвиняюще сказала она. — Каждый раз, когда я просила научить магии, ты прогонял меня.

— Я не знал, что все так серьезно, — он пожал плечами. — Думал, ты просто нетерпелива, не хотел тратить время на то, чему ты и так научишься потом. Но не сомневайся, если отец с матерью не передумают, у тебя всегда будет учитель в моем лице.

Несколько секунд она молча смотрела на него, потом перехватила его запястье, как при скреплении клятвы.

— Обещаешь?

Зориан сжал ее руку в ответ, заставив ее пискнуть.

— Обещаю, — подтвердил он.

За пару дней до летнего фестиваля Каэл наконец рассказал ему о своих планах. Они были куда более расплывчатыми, чем план матриарха, и заключались в посещении нескольких человек, способных, по мнению Каэла, пролить свет на проблемы магии душ и путешествия во времени. Никто из них не жил в Сиории, так что Зориану придется забросить учебу и мотаться по стране (а иногда и за границу). Морлок также сказал, что пара знающих людей живет в Великом Северном Лесу, но признал, что туда лучше не соваться без твердой уверенности в своих силах. Зориан запомнил имена и адреса, но исполнение плана откладывалось на потом.

Конец цикла прошел без происшествий — он, Кириэлле, Каэл и Кана уехали на поезде в ночь фестиваля и провели остаток времени за игрой в карты. Имайя отказалась покидать город, что неудивительно, учитывая внезапность их просьбы и уклончивость объяснений.

Так что Зориан, как всегда, проснулся в Сирине от утреннего приветствия Кириэлле. В этот раз он не взял ее с собой, что оказалось хорошей идеей — в этом цикле Зак вернулся в класс. Другой путешественник был не прочь пообщаться, но Зориан держался холодно и старательно избегал его. После нескольких дней Зак вроде бы признал поражение, но Зориан еще не раз ловил на себе его внимательный взгляд. Будучи несколько стесненным в своих действиях, Зориан с головой погрузился в плетения, боевую магию, прорицания и заклинательные формулы. Он не сказал Тайвен о "слухах" про пауков-телепатов — пока что он не собирался встречаться с матриархом.

Так прошел весь цикл. И следующий. И последующий. В общей сложности, потребовалось шесть циклов, чтобы Зак отказался от мысли познакомиться поближе. Несмотря на неудобства, Зориан был доволен достигнутыми результатами.

Он потратил три из шести циклов, обучаясь у неизменно жизнерадостной Норы Буул (три других цикла он учился у Хаслуша), и теперь был достаточно хорош в формулах, чтобы создать компактную и безобидно выглядящую систему самоуничтожения. Это по-прежнему был куб, но куда меньшего размера и сделанный из дерева и камня. Теперь он делал пару этих кубов в начале каждого цикла и цеплял к ключу на манер брелка.

Он также разыскал мага, специализирующегося в ментальной магии, и уговорил того проверить его разум на предмет закладок и других мерзких сюрпризов. Увы, маг ничего не смог сказать по поводу пакета матриарха, кроме того, что он содержит воспоминания. Впрочем, он заверил, что пакет дремлет и никак не влияет на разум Зориана. Если там и была какая-то ловушка, ей еще предстояло сработать.

На седьмой цикл Зак был по-прежнему в классе, но, похоже, уже махнул рукой на Зориана. Можно было приступать к делу.

Глава 19. Изгибы паутины

Зориана неизменно удивляло, как малейшие, незначительные решения изменяют все течение цикла. Верно и обратное, поступки, что должны были пустить все вразнос, зачастую не давали никакого видимого эффекта. Помнится, когда он в прошлый раз собрался в подземелья встретиться с матриархом, он просто заглянул к Ильзе и попросил выписать разрешение. Так что когда он, убедившись за пару дней, что Зак оставил его в покое, уверенно направился в кабинет Ильзы за разрешением — он не сомневался, что легко получит его.

Он ошибался. Как он ни убеждал и ни упрашивал — Ильза наотрез отказалась пустить новичка в подземелья. Он попытался показать свои успехи в боевой магии, но Ильза, даже не посмотрев, выставила его из кабинета. Прошло не меньше часа, прежде чем он успокоился и понял, чем этот раз отличался от прошлого.

В прошлый раз он пришел с Каэлом. С гениальным самоучкой, в одиночку растившим дочь и наверняка не раз бывавшим в опасных ситуациях. Раз Каэл уверен, что Зориан готов спуститься в туннели, и к тому же намерен его сопровождать — это вполне устроило Ильзу. В этот же раз он пришел один. Нет Каэла — нет разрешения.

Само собой, проблема была решаема. У него был как минимум еще один кандидат с правом доступа, которого можно уговорить помочь.

— Сверчок, я тебя ненавижу. Ты в курсе?

Зориан тяжело вздохнул, неотрывно глядя вперед, в темноту туннеля. Он и так прекрасно представлял себе выражение ее лица.

— Нет, Тайвен, откуда бы? Ты сказала об этом всего пять раз. Может, я и запомню, если повторишь еще столько же.

— Я просто не понимаю, — пожаловалась Тайвен, игнорируя его сарказм. — Когда я просила тебя пойти со мной — ты отказался, сказав, что это слишком опасно. И через пару дней ты приходишь и просишь отвести тебя в туннели.

Да, и он уже об этом жалеет. Почему она просто не осталась подождать у входа, как он просил? Он все еще не представлял, как будет объяснять ей про аранеа — ну, если они вообще найдут этих чертовых пауков. Хорошо бы тем хватило ума не показываться на глаза во время телепатического разговора — не слишком удобно, зато можно договориться о следующей встрече в более доступном месте.

— Вот скажи, ты это специально? — продолжала Тайвен, не дожидаясь его ответа. — Потому что, скажу по секрету, я на тебя очень, очень…

— Тайвен, пожалуйста, — взмолился Зориан. — Я уже попросил прощения! Сколько еще раз мне придется извиниться? Уж кто-кто, а ты должна бы понять — ты и сама не раз поступала со мной так же.

— Не совсем так же, — проворчала Тайвен. — Хотя бы скажи, куда мы идем.

— Сказать по правде — не знаю, — признался Зориан. Он понятия не имел, где живут пауки, и просто рассчитывал, что рано или поздно один из разведчиков аранеа коснется его своим разумом. — Но я узнаю, когда мы придем.

— Зориан, клянусь, если это розыгрыш…

— Я совершенно серьезен, — заверил ее Зориан. — Уверен, мы почти пришли, еще немного и…

Чужое присутствие скользнуло по границе восприятия и мгновенно отдернулось, ощутив, что его заметили. Телепатическое касание было грубее, чем у матриарха, но, несомненно, тоже аранеа.

— Постой! — крикнул он, надеясь, что аранеа еще поблизости. — Аранеа, я хочу поговорить! У меня важное сообщение для матриарха!

— Зориан, что ты несешь? — растерянно спросила Тайвен. — И вообще, кому ты это говоришь? Здесь никого нет.

Зориан не ответил, вслушиваясь в тишину. Секунды текли в молчании, Зориан терпеливо ждал ответа паука. Тайвен, похоже, разрывалась между злостью на него и волнением из-за непонятной ситуации. И наконец, аранеа решила возобновить контакт…

…выступив на свет прямо перед ним и Тайвен.

Увидев огромного волосатого паука, Тайвен ахнула и схватилась за жезл — Зориан едва успел перехватить ее за руку. Она изумленно посмотрела на него, потом перевела взгляд на паука. Аранеа стояла неподвижно, молча глядя на них большими угольно-черными глазами. Кажется, Тайвен поняла, что паук им не угрожает — чуть расслабилась, отпустила висевший у бедра заклинательный жезл.

— Зориан… — начала она, буквально излучая смесь беспокойства и раздражения.

— Я потом все объясню, обещаю, — со вздохом сказал он и повернулся к аранеа. — А вы! Нельзя было проявить хоть капельку осмотрительности? Почему вы не обратились ко мне телепатически, не выходя на свет?

Восстановившаяся связь принесла волну чужого удивления.

[Если ты хотел поговорить телепатически, почему сам не позвал телепатически? Разве ты не психик?]

Зориан поморщился. Было бы все так просто… Любые сведения о ментальной магии приходилось буквально выцарапывать — гильдия крайне негативно относилась к магии разума в любых, даже самых мирных проявлениях. Никто и не слышал ни о каких "психиках", не говоря уже о том, чтобы обучить его общаться телепатически. Нет, он нашел одно заклинание мысленной связи — но оно было ужасно грубым, требовало, чтобы собеседник специально снизил свою сопротивляемость, и передавало только слова, никаких эмоциональных оттенков.

[Я необучен,] — признался Зориан. — [И не знаю, как установить контакт. Могу только отвечать на чужую мысленную речь.]

Что, кстати, само по себе удивительно. Его никто не учил, это казалось естественным, как дыхание. Может, это и значит — быть "психиком"? Возможно, слово означало природного ментального мага с врожденными способностями.

[Какая жалость,] — ответила аранеа. — [Ты незавершен. Но, думаю, могло быть и хуже. По крайней мере, ты не тусклоумный, как твоя подруга.]

Зориан покосился на Тайвен, сдерживая ухмылку. Хорошо, что он говорил с аранеа мысленно — легко представить реакцию Тайвен, если кто-то назовет ее "тусклоумной".

— Что? — его взгляд не ускользнул от девушки.

— Ничего, — пробормотал он, помотав головой. — [Мисс аранеа, я… эм, вы же мисс, да?]

Нельзя сказать наверняка, но он ощущал в ней что-то женское. К тому же, если у них матриархат, то логично, что встречать чужака придут женщины.

[Все аранеа — женского пола,] — ответила паучиха.

[Что, правда?] — поразился Зориан. — [Как это вообще работает? Вы размножаетесь делением, или время от времени беременеете сами по себе?]

[Все куда проще. У нашего вида сильный половой диморфизм. Мужские особи меньше в размерах и практически неразумны. Мы не считаем их настоящими аранеа,] — объяснила паучиха. — [Если ты обращаешься к кому-то из нас, и тебе отвечают — это женская особь. Мужская, скорее всего, нападет вместо ответа — хотя ты едва ли встретишь их за пределами наших поселений.]

Несколько секунд Зориан переваривал услышанное, затем решил сменить тему. Да, все это интересно, но сейчас перед ним более важные вопросы, а Тайвен вот-вот сорвется — начнет буйствовать и требовать объяснений. Терпение — не самая сильная ее сторона.

[Не хочу показаться невежливым, но мне действительно нужно поговорить с матриархом,] — передал Зориан, пытаясь как можно точнее воспроизвести мозголомный концепт "копья решимости", служащий именем главной паучихи. Может, это поможет убедить аранеа, что он не бредит про пакет воспоминаний из другого времени.

[Я слушала твой разговор с Зоркими Глазами, Не Упускающими Ничего Важного, Зориан Казински,] — прозвучал в голове знакомый голос матриарха.

Наверное, очень удобно иметь возможность напрямую действовать через любого из своих подчиненных.

[Да, удобно,] — подтвердила матриарх. — [А теперь, может, ты наконец представишься и объяснишь, откуда знаешь мое имя? И можно будет перейти к твоему важному сообщению…]

[Я Зориан Казински, обучаюсь на мага,] — ответил он. — [А откуда я знаю ваше имя — вы сами сказали его мне… Прежде чем засунуть мне в голову пакет воспоминаний и поручить потом доставить его вам.]

[Я… не помню такого,] — с сомнением сказала матриарх.

[Я знаю,] — согласился Зориан. — [Если бы вы могли сохранить память о нашей встрече, не было бы никакой нужды заморачиваться с пакетом воспоминаний.]

[Серьезное заявление,] — помолчав, сказала матриарх. — [Откуда мне знать, что ты не врешь? Это может быть ловушкой. Ты можешь быть связан с людьми, что посылают против нас троллей.]

[Сказать по правде, я понятия не имею, чем подтвердить свои слова,] — ответил Зориан. — [Тогда вы были уверены, что сможете подтвердить подлинность пакета, и не сообщили мне ничего, что может вас убедить.]

[Понятно,] — сказала матриарх. Она ненадолго замолчала, словно раздумывая. — [Пусти меня в свой разум, чтобы я могла сама изучить пакет.]

[Конечно,] — согласился Зориан, без сопротивления пропуская матриарха глубже в память. Он повернулся к своей спутнице, растерянно смотревшей, как он играет в гляделки с гигантским пауком.

— Тайвен, мы с паучихой общаемся мысленно. Все должно быть в порядке, но если я вдруг упаду и начну биться в конвульсиях — можешь ее изжарить.

Его кубики самоуничтожения при нем, но лишняя предосторожность не помешает. Тайвен немедленно кивнула, Зориан заметил, что аранеа перед ними нервно дернулась при его словах. Матриарх, поглощенная работой, молчала.

Через несколько минут сознание матриарха наконец покинуло его разум.

[Я… я должна это обдумать,] — растерянно сказала матриарх. — [Приходи через три дня, поговорим.]

[Подождите!] — запротестовал Зориан. — [Мне нужно как-то попадать сюда в обход стражи. Иначе мне придется постоянно брать с собой Тайвен, а я совсем не уверен, что она согласится еще хоть раз.]

В его сознании тут же возникла схема туннелей и восемь маршрутов с поверхности в обход контрольных пунктов. Вау, правду говорят, что местное подземелье дыряво, как губка. Судя по всему, разговор с аранеа был окончен — паучиха перед ними метнулась в темноту и исчезла в туннелях, оставив его наедине с Тайвен.

Он устало повернулся к ней — и вздрогнул под ее суровым взглядом.

— Окей, паучиха ушла. Почему бы тебе не объяснить, что, черт возьми, тут творится? Говори, — потребовала она.

Дурацкие аранеа и их неосмотрительность… И что ему теперь сказать Тайвен? Хммм…

— Прежде всего хочу напомнить, что если бы ты подождала у входа, как я предлагал…

— Зориан!

— Ну да ладно, — легко уступил он. — Дело вот в чем. Я эмпат. Знаешь, что это такое?

— Не… совсем, — неуверенно отозвалась Тайвен.

— В общем, я могу чувствовать чужие эмоции, — начал он. — И к сожалению, на данный момент это просто инстинктивная способность. Я ее не контролирую, это чертовски неудобно, и я искал кого-нибудь, кто бы помог мне овладеть этой силой. Увы, я не нашел учителя среди людей, и… решил смотреть шире. Паучиха, которую ты видела — аранеа, вид разумных пауков-телепатов. Я надеялся уговорить их помочь с моим обучением.

Тайвен смотрела на него большими глазами, открывая и закрывая рот.

— И что они ответили? — наконец спросила она.

— Что они подумают, — пожал плечами Зориан.

Тайвен покачала головой и повернулась в сторону выхода, поманив его за собой.

— Пойдем отсюда, соблазнитель монстров, — бросила она. — Куда-нибудь, где я смогу сесть и выпить.

Он последовал за ней.

Как и обещала, Тайвен привела его в летнюю таверну, где можно сесть и расслабиться. То есть ей можно сесть и расслабиться — Зориану понравилось куда меньше, особенно то, что сидели за его счет. На удивление, Тайвен без возражений приняла его объяснения — решение учиться у пауков, по ее мнению, было "брутальным", а не глупым и беспечным, как сказал бы он сам — но на этом хорошие новости кончились. Она была очень недовольна, что он собирался встречаться с пауками без прикрытия — и стала допытываться, не совался ли он туда раньше, и если совался, то с кем. Разгорелся спор о целесообразности действий в одиночку и его способности вырваться назад на поверхность в случае конфликта. Зориан так и не понял — то ли она злится, что он подвергался опасности, то ли что он не позвал ее.

Судя по всему, второй вариант — так как она стала напрашиваться вместе с ним на новую встречу с матриархом. Само собой, он отказался — она бы только мешала. И само собой, это ей не понравилось. Понимая, что, действуя в лоб, она ничего не добьется, она сменила тактику и предложила помочь с боевой магией. Зориан прекрасно понимал, что это ловушка — она собиралась размазать его в "тренировочном поединке", показав, как он слаб против серьезного противника (и вновь настоять на сопровождении) — но все равно принял ее предложение. Ему самому было интересно, сколько он продержится против нее, и ему было нечего терять — ну, кроме гордости.

И вот он стоит против Тайвен в ее фамильном тренировочном зале, поглаживая пальцами жезл магических снарядов и соображая, как ему быть. Если верить Тайвен, защитные чары зала оберегали людей от магического урона, но использовать смертельные заклятья все равно не рекомендовалось. И хоть запрет на летальные чары в тренировочном поединке был вполне логичен, это лишало его большей части арсенала. Он оттачивал боевую магию вовсе не для спортивных поединков, его заклятья калечили и убивали.

— Смотрю, ты раздобыл заклинательный жезл, — уверенно улыбнулась Тайвен. — Наверное, обошелся в кругленькую сумму?

Интонация намекала, что деньги потрачены впустую. У Зориана никаких шансов пробить ее защиту магическими снарядами — и они оба это знали. Он и не собирался этого делать — биться на истощение с магом, чей резерв заметно больше? Ищите дураков в другом месте. Жезл был обманным маневром, призванным внушить Тайвен ложную мысль о его стратегии. Его настоящий козырь скрывался под правым рукавом — браслет с формулой магического щита.

— Я сделал его сам, — пожал плечами Зориан. — Так что он ничего мне не стоил.

— Вот как? — удивилась Тайвен. — Не знала, что ты настолько хорош в формулах. В смысле, я помню, что ты ими интересовался, но…

— У тебя свои таланты, у меня — свои, — пафосно ответил Зориан. Он и сам был доволен успехами в формулах. Не только потому, что тема интересовала его еще до петли — это даст ему финансовую независимость по завершению всей истории. Заклинательные формулы сложны, и мастерам хорошо платят. Он уже сейчас может практиковать, а по прошествии циклов станет еще лучше.

— И что? Как будто твой самодельный жезл сравнится с моим, — Тайвен протянула руку, и висевший на стене посох прыгнул ей в ладонь. Очевидно, магический посох — это было ясно еще до того, как Тайвен направила ману в оружие, и по древку побежали светящиеся желтые линии.

— Показушница, — хмыкнул он. Надо будет тоже так научиться.

— Готов? — Тайвен угрожающе наклонила посох в его сторону.

— Готов, — Зориан крутанул жезл в руке.

Тайвен среагировала мгновенно — залпом из пяти магических снарядов. Она была быстра, куда быстрее его, и, судя по лицу, уже ощущала себя победительницей.

"Торопишься, Тайвен," — подумал он, вскидывая руку с жезлом — активировать защиту — и второй рукой бросая в девушку бутылек с белой жидкостью.

Залп обрушился на щит, подобно кувалде. Сражайся Тайвен с прежним Зорианом, тем, что был до временной петли, на этом бы все и закончилось — любой его щит разлетелся бы, как стекло, под таким ударом. Но ей не повезло. Она сражалась с путешественником во времени, уже давно живущем в вечно повторяющемся месяце. По его прикидкам — почти два года.

По большому счету, два года — совсем не много. И все же — это целых два года непрестанных тренировок в боевой магии. Сосредоточившись на нескольких заклинаниях, он довел их почти до совершенства. Включая щит. Изогнутая силовая плоскость была практически невидима между атаками; перегрузив заклинание, он мог добиться значительного прироста прочности.

Щит выдержал. Удар роя атакующих заклятий на секунду сделал защитную плоскость видимой — но не более того.

И, прежде чем удивленная Тайвен решила, что делать дальше — Зориан послал короткий импульс маны в летящий бутылек. Сосуд рассыпался, словно раздавленный невидимой рукой, выпустив густое белое облако — жидкость немедленно испарилась.

Там не было ничего серьезного — просто алхимический состав, вызывающий приступы кашля, но Тайвен этого вполне хватило — она вывалилась из облака ослепшей, дезориентированной и сгибающейся от кашля. Зориан безжалостно воспользовался ее уязвимостью, послав магический снаряд прямо ей в грудь — надеясь закончить бой этим ударом, но подспудно ожидая, что она в последнюю секунду успеет выставить щит.

Что-то, возможно — его эмпатия, толкнуло его в сторону, когда Тайвен выбросила руку с посохом навстречу приближающемуся заклятью — и, соответственно, в его направлении. И хорошо, что толкнуло, потому что это был вовсе не щит. Сила ударила тараном, сметя его заклятье, как пушинку, и устремившись дальше. Он успел уклониться от основного луча, но его все равно задело попутным током маны — крутанув и подбросив в воздух, как куклу. Миг спустя он со всего маху встретился затылком с непреклонно-твердым полом тренировочного зала. Не будь вокруг защитных чар, он в лучшем случае отделался бы сотрясением.

Он лежал на полу, ожидая, когда потолок прекратит вращаться — Тайвен, мучимая кашлем, не мешала ему в этом занятии. Похоже, он сделал газ более ядовитым, чем собирался. С трудом поднявшись на ноги, он подошел к приходящей в норму девушке.

— У тебя интересное представление о нелетальных заклятьях, — заметил он.

— Так тебе и надо, — кха, кха! — жулик! — прорычала она.

— И все же — я ведь тебя достал? — улыбнулся Зориан.

Она фыркнула и легонько замахнулась на него посохом, очевидно ожидая, что он успеет увернуться. Из чистого пижонства Зориан закрылся щитом, заставив посох отскочить и вырваться из ее руки.

Тайвен заинтересованно оглядела его, постучала в щит рукой. Силовая пленка даже не утратила прозрачности.

— И что это за щит у тебя? — спросила Тайвен. — Он выдержал пять снарядов, да и выглядит… непривычно. Практически прозрачный, я вижу его только потому, что знаю, куда смотреть. Когда мы дрались, я не видела его до самого удара. Думала, что ты пытаешься закрыться рукой.

— Обычные щитовые чары, просто перегруженные и очень качественно исполненные, — пояснил Зориан. — Я очень долго отрабатывал это заклятье.

— Оно бы не спасло тебя без этого дурацкого трюка, — пробурчала она. — Мы же собирались биться магией, черт побери!

— Ты сказала, что хочешь оценить мой боевой стиль, — пожал плечами Зориан. — Кстати, в конце — откуда ты знала, куда бить? С зажмуренными-то глазами.

— А, это маленькая хитрость одного из моих учителей, — ответила она. — Правда, не думаю, что тебе она пригодится — слишком много потребляет маны.

— А поподробнее? — спросил он.

— Ну, ты испускаешь большой объем маны, насыщаешь им пространство вокруг себя. И можешь как бы ощупывать окружение этим облаком маны. Это дает очень смутную, смазанную картину — но, по крайней мере, ты ощущаешь концентрированные плетения маны, как твой снаряд. Даже с облаком маны я не чувствовала, где ты — но предположила, что где-то там, откуда прилетело заклятье.

Все это звучало… ужасно знакомо. Именно таким способом Зориан вскрывал замки; разве что в его случае он не считывал источники маны внутри замка. И разница в масштабе, конечно — одно дело — заполнить маной замочный механизм, и совсем другое — целое облако вокруг себя. Он просто не может позволить себе подобные траты энергии.

Однако…

— Тайвен, — начал он, — а если представить, что я создам такое облако маны вокруг головы. Смогу я чувствовать заряженные маной шарики, пролетающие сквозь него?

Тайвен моргнула и с любопытством посмотрела на него.

— Ну, наверное. Хотя, скорее всего, тебе придется потренироваться, чтобы ощущать облаком столь слабые источники.

— Но это проще, чем отслеживать летящие шарики своим врожденным чувством маны?

— Куда проще, — подтвердила она. — Да любой способ будет проще, чем это. Боги, ты должен быть, не знаю, уровня архимага, чтобы замечать столь слабые источники без помощи заклятий или плетений.

Зориан ощутил себя редкостным кретином. Конечно, задание Ксвима казалось невыполнимым — он же все делал неправильно! Ксвим, вероятно, ожидал, что он найдет какой-нибудь способ. Засранец просто не потрудился объяснить толком, чего ожидает от студента. Точнее, не потрудился объяснить вообще.

Боги, как же он ненавидит этого типа.

После ожесточенного спора о результатах поединка (он настаивал на ничьей, она — на своей победе), Тайвен потребовала еще несколько спаррингов — расставить все точки над i — и Зориан не стал отказываться. Разумеется, он проиграл все последующие схватки — Тайвен была заметно сильнее, а у него больше не было припасенных трюков в рукаве. И все же он остался доволен результатами — Тайвен приходилось поднапрячься, чтобы одолеть его. Она и сама признала, что, застав врасплох и действуя достаточно жестоко, он мог бы обезвредить даже настоящего боевого мага. Впрочем, так можно получить кучу проблем с законом. Гильдия крайне негативно относится к убийству, даже в рамках самообороны.

И, конечно, найденный способ выполнить задание Ксвима окупал все усилия. Лежащие в его основе навыки были давно известны, так что Зориан научился создавать облако маны вокруг головы буквально за пару часов. Да, он пока не мог отслеживать слабые источники маны — но шарики были также и физическими объектами. Так что в следующую пятницу, когда Ксвим, как обычно, задал свою замечательную тренировку — Зориан без проблем определял, куда летят шарики. На Ксвима это не произвело ни малейшего впечатления. Он просто стал кидать шарики очередями и потребовал, чтобы Зориан различал их по мощности заряда. Само собой, ничего не вышло — чувствительность облака маны оставляла желать лучшего. Но ничего — разобравшись с принципом, он быстро овладеет навыком в полном объеме. Возможно, уже в этом цикле, если Заку не придет в голову убить себя об очередного дракона.

К счастью, сейчас Зак был занят — пытался организовать грандиозную вечеринку в честь летнего фестиваля, пригласив весь класс в свой особняк. Зориан, как путешественник во времени, был одним из немногих, понимавших задумку Зака. Тот пытался сберечь как можно больше людей во время вторжения. Хотя Зориан и не представлял, что Зак будет делать во время нападения или как он добьется согласия Ильзы на прогул официального мероприятия всем классом.

Три дня спустя Зориан вновь спустился в подземелья. В этот раз найти аранеа было легко — они ожидали его. Если раньше он и сомневался, примут ли аранеа его всерьез, то все сомнения развеялись, когда проводник привела его на место встречи. Матриарх пришла лично переговорить с ним.

[Что же, у меня было время обдумать послание… другой меня,] — начала матриарх. — [История… не так невероятна, как можно подумать, к тому же, в пакете есть чертовски убедительные доказательства. Полагаю, нам следует обменяться информацией? Я знаю о тебе лишь то немногое, что ты рассказал друзьям; ты же не знаешь, что убедило меня поверить в твой рассказ.]

[Звучит разумно,] — осторожно ответил Зориан.

[Но ты хочешь, чтобы я начала первой,] — поняла его матриарх. — [Хорошо. Прежде всего, тебе следует знать, что моя паутина уже несколько месяцев борется с этими твоими "захватчиками". Они ужасно мешали, но были решаемой проблемой… до недавнего времени. Около недели назад они вдруг начали предугадывать каждый наш шаг. Они знали, как противостоять приемам, передававшимся от матриарха к матриарху на протяжении поколений и никогда ранее не использовавшимся в бою. Они были готовы к уникальным способностям некоторых аранеа, не имеющим аналогов в мире менталистов. Они даже знали наперед, как мы среагируем на каждый их шаг. Словом, невероятно, но они знали о нас все. Можешь не верить, но путешествие во времени всерьез обсуждалось как возможное объяснение их невозможной осведомленности.]

[Не прорицания?] — спросил Зориан.

[Мы знаем прорицания, дитя,] — ответила матриарх. — [Если мы в чем и хороши, помимо ментальных искусств, так это в прорицании. Но хорошо, что ты упомянул их — прорицания — тоже часть общей мозаики. Видишь ли, наша паутина регулярно пытается заглянуть в будущее посредством прорицания. С переменным успехом — значимые события искажают видение будущего. И как думаешь, что нам дало предсказание на неделю вперед?]

[Оно не сработало?] — предположил Зориан.

[Отнюдь, прекрасно сработало. Но каждая попытка давала совершенно новый результат — даже если прорицания проводились одновременно. И так — до тех пор, пока мы не попытались заглянуть дальше летнего фестиваля. После этой даты все попытки прорицания показывают лишь пустоту. Словно сам мир после летнего фестиваля просто не существует.]

Зориан сглотнул. Он часто задумывался, что происходит с миром после рестарта цикла, но оставил этот вопрос, как непознаваемый. Он даже не знал, рад ли он, что не продолжает существовать лишенным души трупом — или в ужасе от буквального уничтожения мира.

[Странно, что я ничего не слышал об этом,] — заметил он. — [Наверняка пророки среди людей тоже должны были это заметить.]

[Ты недооцениваешь сложность предсказания будущего,] — пояснила матриарх. — [Чтение грядущего требует мастерства, это долгий и утомительный процесс. Результаты зачастую бесполезны… или, что еще хуже, обманчивы. И даже если все удается — более или менее достоверны прогнозы лишь на несколько дней вперед. Чем дальше в будущее, тем более размыты предсказания. Мы, аранеа, продвинулись в прорицании дальше людей — но даже я регулярно слышу жалобы, что предсказания будущего — пустая трата сил. Но, думаю, ты прав. Людские организации, серьезно занимающиеся прогнозами, могли тоже обнаружить феномен — но, по разным причинам, молчат. Никто не любит предвестников беды — особенно власти. Было бы неплохо сравнить наши результаты с независимыми коллегами — но вряд ли прорицатели захотят поговорить с гигантскими пауками о своих видениях. Вот если бы молодой маг, интересующийся прорицаниями, попробовал поговорить с ними…]

[Я посмотрю, что можно сделать,] — сказал Зориан.

[Я дам тебе список имен,] — сказала матриарх. — [Теперь, может, расскажешь подробнее о временной петле и твоих наблюдениях?]

Зориан кратко обрисовал ситуацию, не упоминая того, что считал не относящимся к делу или слишком личным. Матриарх и сама дала ему минимум фактов, так что его совесть спокойна.

[Эта связь между тобой и Заком осложняет дело,] — заметила матриарх. — [Я не осуждаю твою осторожность, но уверен ли ты, что разговор с Заком активирует ее? Кто знает, что ему может быть известно. Уверена, он согласится соблюдать дистанцию, если ты все ему объяснишь.]

А вот Зориан отнюдь не был уверен. Он не сомневался, что Зак хочет как лучше, но тот никогда не мог похвастаться терпением и самоконтролем — и не было никаких признаков, что хоть что-то поменялось. Зак наверняка будет в восторге, узнав о втором путешественнике во времени, и не отстанет, пока связь не активируется — либо не будет доказана ее безвредность.

[Удивлен, что вы до сих пор не узнали все прямо из его мозга,] — отметил Зориан. — [Разве он не… гм, "тусклоумный"?]

[Он не психик, но неплохо защищает свой разум от чтения,] — она без тени смущения призналась в попытке украсть чужие воспоминания. — [Защита не абсолютна, но достаточна, чтобы скрыть все, кроме поверхностных мыслей. Не уходи от ответа.]

Зориан вздохнул.

[Все, что я знаю о духовных связях, указывает, что я и Зак ничем не связаны. Духовные связи легко обнаружить поисковыми заклятьями. В одном из циклов мой учитель прорицания научил меня заклинанию для поиска духовных связей, и я несколько раз применял его в школе. Все студенты, имеющие фамильяров, а также соединенные душами близнецы — все связи были отчетливо видны. Между мной же и Заком заклятье не видит ничего. И я не думаю, что побочный эффект от боевого заклятья некромантии может создать более тонкую связь, нежели специализированные заклинания.]

[Любопытно,] — прокомментировала матриарх. — [Но если не духовная связь, то что?]

[Каэл считает, что когда наша смерть прервала процесс слияния, связь между нами была обрезана, а не аккуратно расплетена. В результате во мне остался кусочек души Зака, и, вероятно, кусочек моей души — в нем. Предположительно, это сбило с толку контрольное заклятье временной петли — и, вместо того, чтобы выяснить, кто из нас настоящий Зак, оно просто включило в петлю нас обоих.]

[Это объяснило бы, почему Зак отсутствовал несколько циклов, а вернувшись — был серьезно болен,] — заметила матриарх. — [Вероятно, вы оба провели несколько циклов в коме, пока ваши души восстанавливались и срастались с чужеродными фрагментами. Но ему повезло меньше, и его душа понесла больший урон.]

[Да, это многое объяснило бы,] — согласился Зориан. — [Честно говоря, это самая правдоподобная из моих гипотез.]

[Тогда почему же ты не хочешь поговорить с Заком?] — спросила матриарх. — [А, понятно. Третий путешественник.]

[Да. Сейчас уже очевидно, что в петле есть по меньшей мере еще один путешественник, помимо меня и Зака. Кто знает, насколько он превосходит меня опытом, и он работает на захватчиков — так что у меня нет ни малейшего желания привлекать его внимание. И он знает про Зака. Должен знать, Зак совершенно не скрывается. Знает, но ничего не делает. Почему? Ведь Зак определенно пытается бороться со вторжением.]

[Потому что действия Зака ни на что не влияют?] — предположила матриарх. — [Из того, что ты рассказал, он пытается стать сильным и лично остановить армию врага. Этого не произойдет, даже будь у него все время мира на подготовку.]

[К тому же он уже может быть нейтрализован,] — добавил Зориан. — [Я почти не сомневаюсь, что Зак — ключевая фигура временной петли, изначальный путешественник. У него слишком большой потенциал в деньгах, семейных связях, таланте — временная петля полезна ему, как никому другому — и я не думаю, что это случайно. Более того, если меня включили в петлю из-за кусочка души Зака — значит, именно его механизм петли считает фокусирующей точкой. Но при этом, он очевидно ничего не знает о назначении петли, словно его забросили туда, ничего не объяснив.]

[Ты считаешь, что его память была изменена,] — заключила матриарх.

[Я думаю, Зак доверился кому не следовало,] — ответил Зориан. — [Они не могли избавиться от него — заклятье петли завязано на него. Но могли сделать его безвредным. Перенаправить его внимание в нужную сторону. Но я не Зак. От меня временная петля не зависит — значит, меня можно убрать в любую секунду. Если я заговорю с Заком и попадусь на глаза тем, кто за ним наблюдает, или сам Зак разболтает обо мне не тем людям — я могу просто… исчезнуть.]

[Ндаа…] — протянула матриарх. — [Тебе никогда не говорили, что у тебя паранойя? С другой стороны — возможно, только благодаря ей ты все еще жив и в здравом уме. Ты ведь понимаешь, что рано или поздно тебе все равно придется переговорить с Заком?]

[Надеюсь, не раньше, чем вычислю третьего путешественника,] — ответил Зориан.

[Тогда мы прежде всего должны выследить его,] — сказала матриарх.

[Но как? Я даже не знаю, с чего начать. Это может быть кто угодно.]

[Учитывая, что по твоим словам Зак собственноручно убил старого Оганя — далеко не "кто угодно"]

[Он не всегда был так силен,] — уточнил Зориан. — [В ранних циклах любой приличный маг мог справиться с ним — даже кто-нибудь из одноклассников. И это могло быть предательством, а не открытой схваткой — его могли опоить или заманить в магическую ловушку.]

[Говоришь, даже кто-то из одноклассников?] — задумчиво переспросила матриарх. — [Интересно. Ты вроде бы говорил, что Зак очень заинтересован в одноклассниках. Он мог поделиться секретом с кем-то из них — ведь они "всего лишь студенты". Насколько хорошо ты их знаешь? Никто не ведет себя странно?]

[Я… толком не знаю никого из них,] — признался Зориан. — [Думаю, я бы не заметил странностей, пока они в границах разумного. Я бы сказал, что некоторые из них точно не похожи на путешественников, но…]

[Постарайся выяснить,] — сказала матриарх. — [Будет очень неловко, если окажется, что Третий все это время был прямо у нас под носом. И попробуй вычислить, не связан ли кто-то из них с захватчиками.]

Матриарх дала ему список имен прорицателей, которые могут знать о проблемах с предсказанием будущего, и они договорились встретиться вновь через три дня. Его слегка раздражало, что о его эмпатии и правильном обучении даже речи не заходило, но, видимо, не так-то просто убедить пауков обучить его родовым ментальным техникам — сначала нужно доказать свою полезность.

И все же хорошо иметь союзника во всей этой путанице. Он лишь надеялся, что не совершает с аранеа ту же ошибку, что Зак совершил с третьим путешественником.

Глава 20. Вопрос веры

Зориан не любил храмы. Частично — из-за дурных детских воспоминаний, но в основном — он просто не понимал, как можно поклоняться кому-то вроде ушедших богов? Практически все священные тексты о золотом веке живописали божества как редкостных уродов, кому в здравом уме захочется, чтобы они вернулись? Никто так и не ответил ему на этот вопрос, и менее всех — родители, ходившие в храм лишь ради общественного мнения.

Храм перед ним тоже никак не способствовал душевному спокойствию. Огромное куполообразное здание на окраине Сиории было больше и внушительнее любого другого храма, в каком он когда-либо бывал — хотя, вроде бы, это один из самых маленьких храмов города. Однако матриарх аранеа утверждала, что именно здесь можно найти лучшего прорицателя города — во всяком случае, среди людей — так что следовало взять себя в руки и заняться делом.

Он неуверенно направился к тяжелым деревянным дверям, нервно поглядывая на гигантские скульптуры ангелов, стоящие по обе стороны от входа. Изваянные как живые, ангелы сурово взирали на приближающегося парня, словно оценивая и находя недостойным. Как он ни пытался, Зориан никак не мог выкинуть мысли о каменных ангелах из головы — в конце концов, это могли быть сторожевые големы или что-то столь же опасное. Он уже собирался открыть двери и войти, когда его внимание привлекли резные украшения на двери.

Изображения были изрядно стилизованы и располагались не по порядку — но Зориан практически мгновенно опознал сюжет. На дверях было вырезано нечто вроде несложного комикса, изображающего сотворение мира по верованиям икосиан. Согласно им, изначально мир был бушующим, бесформенным хаосом, в котором обитали семь изначальных драконов. Однажды с более высоких планов бытия спустились боги и убили драконов — всех, кроме одной. Последнюю они преобразили в материальный мир, где ныне живут люди — превратив ее тело в землю и камень, ее кровь — в воду, ее дыхание — в воздух, и ее огонь — в магию. Лабиринты туннелей под землей — драконьи вены, из них ушла превращенная в океаны кровь, но они все еще полны магией, источаемой Сердцем Мира — яростным, все еще бьющимся сердцем изначальной драконицы, скрытым в глубинах земли. Разгневанная своей участью, Дракон, что Внизу, пытается вырваться из своих пут, порождая извержения вулканов и землетрясения. Не в силах отомстить самим богам, она вымещает злобу на их любимых творениях — людях. Частицы ее сердца постоянно отделяются, порождая ужасающих чудовищ — и эти монстры устремляются вверх, к беззащитным жителям поверхности…

И далее в том же духе. Зориан не особо верил этой старой истории, но если понимать ее буквально — картина получается откровенно пугающая. Неудивительно, что Старая Вера так быстро уступает более дружелюбным новым культам, возникшим после ухода богов.

— Могу я чем-нибудь помочь, молодой человек?

Зориан оторвался от барельефа и повернулся к говорившему. Перед ним был молодой зеленоволосый мужчина в одеяниях священника. Его расслабленная поза и дружелюбная улыбка внушали доверие, но из картины выбивались зеленые волосы. Насколько Зориан помнил, зеленые волосы бывают только у отпрысков Дома Рейд, а эти ребята едва ли посвятят жизнь служению богам. Дом был печально известен своими связями с криминальным миром.

— Возможно, — ответил Зориан. — Я — Зориан Казински, обучаюсь на мага. Возможно, Жрица Килаэ согласится поговорить со мной? Ох, и простите за доставленное неудобство. Кажется, я слишком долго простоял на пороге.

— Младший жрец Батак, — представился мужчина. — И не беспокойся, множество людей подолгу не решается войти. Именно поэтому я лично встречаю приходящих. Насчет Килаэ… она сейчас проводит ритуал, но если согласишься подождать около часа — уверен, она будет рада выслушать тебя.

— Конечно, — согласился Зориан. Сказать по правде, все шло куда лучше, чем он рассчитывал. Он всерьез опасался, что для аудиенции у старшей жрицы необходимо пройти какой-нибудь религиозный тест. По сравнению с этим подождать час или два — сущая ерунда. — Эм, тогда я загляну чуть попозже?..

— Глупости, — заявил священнослужитель. — Проходи внутрь, я найду что-нибудь к чаю. Давно не выпадало шанса просто поговорить с кем-нибудь — увы, последнее время у нас мало посетителей.

Ух, похоже, тест все же может состояться — только замаскированный под обычную беседу.

— Неделя затишья? — спросил Зориан, входя в храм. Здесь царили приятная прохлада и полумрак, лучи разноцветного света струились из витражей над головой. И никаких людей. Нет, он был рад, что зал не забит битком, но и совершенно пустой храм тоже смотрелся неестественно.

— Если бы, — вздохнул Батак. Он повел Зориана меж рядов деревянных скамей, шаги гулко отдавались под сводами. — Скорее, десятилетие. Наш храм так и не оправился после Плача.

— В каком смысле? — спросил Зориан. — Какое отношение Плач имеет к вашему храму?

Батак окинул его оценивающим взглядом, тяжело вздохнул.

— Боги оставили нас, но церковь не утратила силы. Большинство жрецов владеют магией, старшие иерархи способны призывать ангелов и младшие духовные сущности, но главное — таинства и священные реликвии, доверенные нам ушедшими богами. И пусть многие из них были утрачены — мы остаемся непревзойденными целителями. Так что мы просто не могли остаться в стороне, когда эпидемия охватила страну, словно пожар. Увы, мы не только не смогли остановить болезнь, но и сами, общаясь с больными, понесли серьезные потери. Из-за нехватки обученных жрецов окраинные храмы вроде этого были заброшены — как Святым Триумвиратом, так и прихожанами.

Зориан огляделся, но не увидел никаких следов запустения. Храм был ухожен и чист, алтарь, высеченный из белого мрамора и обрамленный шелком, выглядел новым. Стены украшены множеством статуй, безупречно вписанных в колонны и ниши; деревянные поверхности покрыты искусной резьбой — рельефы на церковные сюжеты. Словом, по сравнению с храмами Сирина, этот был просто воплощением роскоши. Если он считается заброшенным — даже подумать страшно, каковы тогда центральные храмы Сиории.

Для приватной беседы Батак привел его к маленькой, неприметной двери у алтаря. Это был не классический кабинет, скорее подсобка — что-то среднее между кухней и комнатой отдыха — изрядно захламленная и выглядящая куда более живой, чем пустой и торжественный храм. Заваривая чай, Батак засыпал Зориана вопросами — кто он такой, чем занимается, откуда родом, кто его родители — самые обыкновенные вопросы, так что Зориан отвечал честно. Что неожиданно и приятно — жрец ни разу не спросил о его религиозных воззрениях. Зориан, в свою очередь, задал пару вопросов про Батака и Килаэ, пытаясь понять, что они тут делают, если храм заброшен.

Батак охотно просветил его. Церковное руководство не собиралось сносить храм — и тем более не собиралось бросать его на милость стихии. Понятно, почему — это не только расточительно, но и продемонстрирует всем слабость культа. Так что Батак и Килаэ были назначены сюда — якобы отправлять службы, на деле же — отгонять воров и вандалов и содержать здание в пристойном виде.

Отставив кружку, Батак решил наконец перейти к делу.

— Итак, — сказал жрец. — Может, поговорим о том, зачем вы здесь, мистер Казински? Возможно, и я смогу помочь — или эта тема не для ушей младших жрецов?

После краткого раздумья Зориан решил все рассказать. В конце концов, предсказание будущего вполне законно.

— Ну, — начал он. — Я слышал, что жрица Килаэ очень искусна в прорицании будущего.

Батак едва заметно напрягся, но быстро восстановил самообладание. Улыбаться, впрочем, перестал.

— Так и есть, — ответил он. — Это сложное искусство, и едва ли им возможно полностью овладеть — но Килаэ, пожалуй, лучшая из ныне живущих.

— Некоторых любителей не пугают сложности, — сказал Зориан, весело представляя, как зашипела бы матриарх, услышав подобную оценку. — И одна из них послала меня обсудить с Килаэ результаты своего прорицания. Некоторые особенности ее прогноза весьма… нетипичны.

С лица Батака исчезло все напускное добродушие. Неловкая пауза затянулась, Зориан даже подумал — не затронул ли он какую из запретных тем — но тут священнослужитель заговорил:

— А эти… нетипичные особенности — когда они появляются? Как далеко в будущее заглянула твой патрон, прежде чем все пошло наперекосяк?

Стало очевидно — Батак уже знает ответ. Он такой же младший жрец, как Зориан — простой посыльный.

— Особенность всего одна, после дня летнего фестиваля. Если точнее — прорицание не показывает ничего после этой даты… словно сам мир более не существует на этом отрезке времени. Но вы ведь и сами это знаете?

Вместо ответа Батак выругался, совершенно неподобающе своему сану, и принялся нервно мерить комнату шагами.

— Полагаю, это значит "да", — вздохнул Зориан.

Батак остановился и настороженно посмотрел на него. Через пару мгновений жрец с видимым усилием взял себя в руки.

— Прошу прощения, — сказал он. — Не хотел быть грубым, просто… Эх, наверное, мне стоит позвать Килаэ, чтобы мы могли обсудить это вместе.

— Разве она сейчас не проводит ритуал? — полюбопытствовал Зориан. Понятно, что прерывать магические ритуалы — крайне плохая идея, но, может, сейчас проводится сугубо религиозный обряд?

— Ну, вроде того, — смутился жрец. — Не думаю, что она сильно рассердится, если ее прервать. Во всяком случае, по такому поводу. Пожалуйста, подожди здесь.

Глядя вслед торопливо уходящему священнику, Зориан размышлял, почему белое пятно в предвидении так нервирует Батака. Нет, самого Зориана оно тоже нервировало — но потому, что он знал о причинах; для жрецов же это должно быть просто очередной аномалией. Подобно магии душ, прорицание будущего все еще толком не изучено, и неожиданные результаты, по идее, не должны никого удивлять. Он искренне надеялся, что нервозность священника вызвана его осведомленностью — что они узнали что-то важное, что он и матриарх аранеа проглядели.

Долго ждать не пришлось — Батак вернулся вместе с женщиной средних лет. Первой мыслью Зориана было, что она на удивление молода для старшей жрицы — впрочем, если у церкви и правда не хватает людей, то особо выбирать не приходится. В свою очередь, жрица оглядела его долгим изучающим взглядом, натянуто улыбнулась и села напротив него, рядом с Батаком.

— Добрый день, мистер Казински, — сказала она. — Килаэ Куоси, старшая жрица этого храма. Я слышала, что вы хотели поговорить со мной. Поговорить о прорицании будущего.

— Да, о дате, на которой обрывается предвидение, — подтвердил Зориан.

Еще несколько вопросов и ответов — и они убедились, что говорят об одном и том же. Жрица откинулась на стуле и хмуро посмотрела на Батака.

— Я же говорила, что это не ошибка.

— А я говорил, что проблема не в тебе, — возразил Батак. — Полагаю, мы оба оказались правы.

Килаэ вздохнула и вновь перевела взгляд на Зориана.

— Думаю, обсудить прорицание напрямую с твоим руководителем не получится? Не обижайся, но у тебя просто нет должной квалификации, да и твои сведения уже из вторых рук…

— Простите, — ответил Зориан. — Боюсь, моя "руководитель" желает сохранить инкогнито. Я согласен, что, общаясь напрямую, вы бы добились большего — но тут ничего не поделаешь.

И едва ли ситуация изменится в обозримом будущем. С точки зрения церкви, аранеа — монстры, слуги Дракона, что Внизу, соглашение с ними даже не рассматривается. Килаэ и Батак выглядят довольно либеральными для жрецов — но наверняка не настолько либеральны. Если он скажет, что пришел по просьбе гигантской разумной паучихи — его в лучшем случае выкинут из храма.

— А можно узнать, почему аномальный прогноз вас так беспокоит? — полюбопытствовал Зориан. — У меня и моей… руководителя есть причины для беспокойства, но что тревожит вас?

— А можно узнать, каковы ваши причины для беспокойства? — поинтересовалась жрица.

— Обмен? — предложил Зориан, стараясь не улыбнуться. Похоже, клюнули.

Жрица молча переглянулась с Батаком. И как им удается понимать друг друга с полувзгляда? Может, они любовники? Насколько он помнил, отношения между служителями культа были запрещены, но ведь правила существуют, чтобы их нарушать. Так или иначе, после нескольких мгновений паузы священнослужители приняли решение и повернулись к нему.

— Мы согласны обменяться сведениями, но ты первый, — сказала жрица. — И предупрежу заранее — я чувствую, когда мне лгут. Эта способность никогда меня не подводила, так что не трать время на ложь и полуправду.

Ух, а вот это уже неудобно. Зориан не ощущал никаких следов вторжения в свой разум, так что скорее всего, это не ментальная техника. Она оценивает правдивость через инстинктивное прорицание? Или вообще заглядывает ему в душу? Нет, это, конечно, может быть и блефом, но проверять что-то не хочется.

В итоге он решил рискнуть. Пара поисковых заклятий — узнать, не подслушивают ли их, и нет ли поблизости мозговых крыс. Порядок, можно говорить.

— Посмотрим, хватит ли вам этого, — вздохнул он. — Нас беспокоит, что хорошо организованная и обеспеченная террористическая группировка планирует устроить беспорядки в ночь летнего фестиваля. Некоторые их замыслы достаточно прозаичны — как, например, атака артиллерийскими заклятиями или тролли, проведенные в город через подземелье. Но они готовят и нечто куда более необычное — что-то, по самой своей сути блокирующее предвидение будущего.

Повисло молчание; священники неверяще смотрели на него.

— Никак не ожидала услышать… такое, — сказала жрица. — Боги и богини, это вообще вне моей компетенции. И… честно говоря, я не хочу знать подробности. Не хочу ввязываться в подобное.

— Возможно, и к лучшему, — согласился Зориан.

— Однако, если это и есть причина аномалии, то я не о том беспокоюсь, — задумчиво сказала жрица.

— Если возможно — я все еще хочу услышать вашу версию, — напомнил Зориан.

— Дело в ангелах, — вмешался Батак. — С тех пор, как боги перестали отвечать нам, ангелы… как бы сказать, заняли их место. Они не могут даровать магические силы или творить чудеса уровня богов — но они помогают советами, а иногда и личным участием.

— И что же они сказали про аномалию? — полюбопытствовал Зориан.

— В том-то и дело, — вздохнула жрица. — Мы не можем их спросить — уже неделю они не отвечают на призывы. Мы связывались с храмами до самого Коса, отовсюду один и тот же ответ. Даже самые благосклонные из небожителей игнорируют наши молитвы. Что уж там, до меня даже доходили слухи, что демонопоклонники тоже не могут связаться со своими отвратительными хозяевами. Словно что-то отрезало материальный мир от духовных планов.

Зориан тяжело сглотнул. Неделю назад… очевидно, с начала временной петли.

— Тревожные знаки, не правда ли? — заметила Килаэ. — А тут еще предвидение, обрывающееся в пустоту через считанные недели — честно говоря, меня это просто напугало. Твои слова, что эти происшествия не связаны между собой, обнадеживают.

Они поговорили еще некоторое время, но более ничего важного не выяснили. Он пообещал священникам не распространяться о их проблемах с духовным планом и покинул храм.

В отличие от жрицы, Зориана беседа ничуть не обнадежила.

Выйдя из храма, он решил приземлиться в одном из окрестных кафе и обдумать новые сведения за обедом. Несомненно, материальный и духовные планы разделены из-за временной петли, но вот что это значит… Может, петля воздействует только на материальный мир, заключив его в некий пузырь замкнутого времени? Обрывающееся предвидение хорошо вписывается в эту гипотезу. Судя по всему, заклятие не просто выдергивало кучу душ, вселяя их в прошлые тела — оно полноценно откатывало время в зоне своего действия, не затрагивая при этом парочку "особенных" душ. Неудивительно, что заклятье так легко передавалось — по сравнению с откатом времени на месяц назад одна-две дополнительные души в петле ни на что не влияют.

И это все очень дурно пахнет. Людям такое не под силу. Сотня сильных магов, имея исток и много времени на подготовку, могут воздействовать на страну средних размеров. Петля же охватывала, как минимум весь континент — иначе граница действия заклятья уже была бы обнаружена. Новости в наше время быстро распространяются. Зориан подозревал, что петля охватывает всю планету. Чудо, достойное эпохи богов… но если в деле замешаны высшие сущности, почему за ходом петли никто не присматривает?

Его размышления прервал скрипнувший стул. Кто-то решил присоединиться.

— А, это ты.

— Разве так приветствуют друга, Сверчок? — возмутилась Тайвен.

Зориан закатил глаза.

— Привет, Тайвен, — механически сказал он. — Не ожидал встретить тебя здесь, так далеко от привычных мест. Мне даже показалось, что ты меня выслеживаешь.

— Потому что так и есть, — заявила Тайвен. — Что это тебя понесло на окраину?

— Посещал один из храмов, — ответил Зориан. — Миленькая архитектура…

— Посещал храмы? Ты? — Тайвен фыркнула. Зориан промолчал. — Ладно, будь по-твоему. Не стану навязываться. Между прочим, я попыталась найти эмпата-человека, кто мог бы помочь тебе с твоими способностями.

— Вот как? — неожиданно интересный поворот разговора.

Тайвен смущенно улыбнулась.

— Ну, я нашла одну, но не уверена, что она тебе подойдет. Она целитель в одной из больниц Сиории, и она согласна обучить тебя, если ты пойдешь к ней в ученики и сам станешь целителем.

Зориан разочарованно цокнул языком. Он собирался в будущем освоить азы целительства, но далеко не в первую очередь. Нельзя обучиться на врача между делом — потребуется целиком посвятить цикл, а то и не один. Пока у него просто нет времени.

— Нет, мне это совершенно не подходит, — вздохнул Зориан. — Ничего не имею против целителей, но это не та карьера, о которой я мечтал.

— Я так и подумала, — сказала Тайвен. — Жалко бросать заклинательные формулы, когда ты потратил на них столько сил. Выходит, пауки — по-прежнему лучший вариант?

— Угу, — согласился Зориан. — Только… по правде сказать, что-то они слишком тянут с моим обучением. Может, если я намекну, что у меня есть и другие варианты — тогда они поторопятся? Как там зовут ту целительницу?

Глаза Тайвен опасно сузились.

— Ты что, опять ходил туда в одиночку?

Упс.

— Нууу…

Она перегнулась через стол и сжала его плечо. Больно.

— Зориан, ты кретин, — сердито начала она. — Я же говорила не соваться туда одному! Даже если ты так доверяешь этим чертовым паукам — а я не вижу никаких причин им доверять — там полно и других тварей! Неважно, насколько ты хорош, всегда лучше, когда кто-то прикрывает спину. Или ты считаешь, что я буду только мешаться?

— Я вовсе так не считаю, — поспешно сказал Зориан. — Просто не хотел беспокоить, да и…

— Я уже говорила, что согласна помочь, — отрезала она. — Так что эта отмазка не канает.

— …да и аранеа относятся к не-психикам с предубеждением, — закончил Зориан.

— К не-кому? — с подозрением переспросила Тайвен.

— Психики. Подобные мне и им. Я сам не очень понимаю, что это значит, но в общем — что-то вроде инстинктивных ментальных способностей. Видимо, отсюда и моя эмпатия — аранеа говорят, что это слабая форма телепатии, и когда обучусь, я буду способен на большее.

Тайвен на миг лишилась дара речи.

— Ты читаешь мои мысли? — помолчав, спросила она. — Я не давала своего согласия!

— Только смутное ощущение эмоций, и то не всегда, — со вздохом ответил Зориан. — Это еще одна причина, по которой мне нужны аранеа — чтобы научиться отключать эту способность, когда она не нужна. А как, ты думала, работает эмпатия?

— Вообще об этом не думала, — призналась Тайвен. — Но мы отходим от темы. Почему то, что я не психик, напрягает твоих восьминогих друзей?

— Откуда мне знать? Предубеждения редко имеют логичное объяснение.

— Ну так спроси у них, раз не знаешь! — потребовала она. — Потому что или ты внятно мне объясняешь, или я иду и спрашиваю сама. Это ж просто херня какая-то!

В отличие от жрецов, остальные прорицатели ничем ему не помогли. Многие из них вообще отказались с ним разговаривать, те же, кто не отказался, не делали долгосрочных прогнозов и не заметили ничего необычного. Ну, правда, один утверждал, что прорицал далеко вперед и все было нормально — но он выглядел редкостным шарлатаном и все порывался прочитать Зориану его судьбу за "умеренное вознаграждение".

Так что Зориан переключился на одноклассников, решив проверить, не скрывается ли среди них третий путешественник. Вероятность, конечно, мизерная, но лучше перестраховаться. Опять же, так он наконец узнает больше об одноклассниках, что давно собирался сделать.

Вместе с ним в классе ровно 20 человек — 12 девушек и 8 парней. Из них было трое, точно не являющихся путешественниками во времени — Акоджа, Бенисек и Каэл. Он хорошо знал обычное поведение первых двоих до начала петли — во время циклов они вели себя точно так же. Что до Каэла — события недавних циклов говорили сами за себя. Выписывая все, что он знает об одноклассниках, он быстро выделил двоих самых подозрительных: Тинами Аопэ и Эстин Гриер.

У Благородного Дома Аопэ была на редкость дурная репутация. Дом был основан во время Ведьминых Войн, когда один из ведьминых кланов согласился перейти на сторону икосиан в обмен на формальное дворянство. Икосиане, со своим извечным прагматизмом, согласились. Они, без сомнения, рассчитывали выжать из перебежчиков все секреты и по-тихому избавиться, но вышло наоборот. Дом Аопэ возвысился в стране икосиан, сокрушив всех конкурентов, и стал одним из наиболее влиятельных Благородных Домов в Алтазии. Головокружительный успех объяснялся не только расчетливой и дальновидной политикой — поговаривали, что Аопэ практикуют темные, запретные магические искусства из арсенала ведьм. Некромантию. Демонологию. Магию разума.

Разумеется, это были всего лишь слухи. Никто в здравом уме, ценящий свою жизнь и карьеру, не скажет, что Тинами Аопэ, старшая дочь главы Дома, практикует темные искусства. Упасите боги. К тому же, сама девушка была замкнута и болезненно стеснительна, да и выглядела, словно и мухи не обидит.

Само собой, это ничего не доказывало. Как известно, в тихом омуте… Если в классе и был кто-то, имеющий доступ к техникам, способным справиться с Заком и перенастроить временную петлю — то это Тинами. Тем более, что с ее замкнутым характером мало кто знал ее близко — некому было заметить странности в ее поведении.

Эстин Гриер, второй подозреваемый, был выбран из-за своего происхождения. Его семья переехала в Алтазию с Улькуаан Ибаса — печально знаменитого Острова Изгнанников. Большинство жителей острова — потомки магов, изгнанных после Войн Некромантов, так что Эстин тоже мог без особого труда узнать запретные заклинания.

Кроме того, Зориан был практически уверен, что маги, возглавляющие вторжение, прибыли как раз с Улькуаан Ибаса. Только там можно набрать столько некромантов и боевых троллей. И именно там в последний раз видели Кватач-Ичла — лича-военачальника, чье описание практически полностью совпадало с тем личем, что так отделал Зака в ту ночь, когда Зориан попал во временную петлю.

Разумеется, эти двое были слишком, очевидно подозрительны — если третий путешественник и правда скрывается в его классе, он наверняка не так заметен. Осознав, что ему критически не хватает исходных данных, Зориан решил обратиться к специалисту. К тому, кто может рассказать об одноклассниках все.

— Привет, Бенисек, — сказал Зориан, садясь рядом с полноватым парнем. — Можно попросить тебя об одолжении?

— Конечно, — ответил тот. — Что тебе нужно?

— Краткое досье на каждого в нашем классе. Включая последние сплетни.

[Какой интересный поворот,] — заметила матриарх. — [Подтверждение аномалии и еще одна подробность о природе петли — даже не ожидала такого успеха. Признаться, я вообще не ожидала от человеческих прорицателей чего-то полезного, а вот поди ж ты. Полагаю, по своим одноклассникам ты пока ничего не нашел?]

[Пока нет,] — ответил Зориан. — [Только начинаю. Думаю, это займет не один цикл, так что я бы не стал ждать скорых результатов.]

[Само собой. Что же, мне нечего добавить. Встретимся на следующей неделе, или у тебя есть еще вопросы?]

[Вообще-то есть. Два вопроса.]

[Спрашивай.]

[Во-первых, можете объяснить, что вы имеете в виду под "тусклоумными" и почему к ним такое отношение?] — спросил Зориан. — [Когда вы произносите это слово, оно звучит весьма неприятно.]

Лапы матриарха дернулись, последовала какая-то сложная эмоция — возможностей Зориана в эмпатии просто не хватало на расшифровку. Сказать по правде, такое происходило довольно часто — все же аранеа сильно отличались от людей, в том числе и ментально.

[Извини, если обидела,] — наконец сказала матриарх. — [У нас очень давно не было полноценного контакта с людьми, так что некоторое недопонимание неизбежно.]

[По-моему, вы не ответили на вопрос,] — указал Зориан.

[Твоя догадка верна: тусклоумный — тот, кто, в отличие от нас с тобой, не психик. Я не сомневаюсь, что они прекрасные люди, но мне — да и другим аранеа — сложно воспринимать их всерьез. Это как слепые от рождения… они вполне могут обходиться без зрения, но ты все равно будешь подсознательно считать их калеками.]

[Вы не объяснили, кто такой психик.]

[Все, от песчинки и до богов, объединено великой невидимой паутиной, пронизывающей все сущее,] — сказала матриарх. — [Психики открыты этой связи, и могут обращаться к другим разумам — или к самой вселенной, творя то, что вы называете магией.]

[Это… почти религиозное объяснение,] — сказал Зориан.

[Великая паутина играет важную роль в нашем духовном развитии,] — согласилась матриарх. — [Какой еще вопрос ты хотел задать?]

[А, точно. Я нашел человека-эмпата, которая может обучить меня некоторым приемам. Хотел спросить ваше мнени…]

[Нет!] — прервала его матриарх. — [Очень плохая идея! Ваши людские эмпаты — ужасные учителя! Все их "обучение" — показать, как отгородиться от Великой Паутины и жить, замкнувшись! Они внушают ученикам, что их способность — только слышать эмоции, и называют другие ментальные искусства аморальными! Они извращают величайший дар!]

Зориан растерянно моргнул. Да, он хотел спровоцировать реакцию — но никак не ожидал столь яростного ответа. Негодование буквально изливалось из матриарха, вероятно, тема ее здорово задела. Наверное, впервые с их встречи он вспомнил, что матриарх выглядит довольно устрашающе.

[Не ожидал такого сильного неодобрения,] — Зориан волевым усилием сохранил спокойствие. — [Может, тогда подскажете альтернативы? Мне действительно нужно взять эту способность под контроль.]

[Разве я не обещала помочь с обучением?] — спросила она.

[И совершенно позабыли об этом,] — ответил Зориан.

[Я думала, тебе нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью. Когда я сообщила тебе о твоем даре, ты явно был не в восторге. Может, мы бы лучше понимали друг друга, если бы ты не прождал шесть месяцев, прежде чем исполнить обещание?]

Ой.

[Но не важно,] — сказала она. — [Это бесполезный спор. Если хочешь учиться — я буду рада помочь. Приходи завтра в это же время, и мы начнем занятия.]

Она повернулась и направилась к выходу, добавив напоследок:

[А когда ты познаешь Великую Паутину во всем ее великолепии — можешь обратиться к этой своей человеку-эмпату и увидеть разницу своими глазами.]

Глава 21. Колесо Фортуны

Он сидел, скрестив ноги и закрыв глаза, глубоко в туннелях под Сиорией, пытаясь ощутить разум ближайших аранеа. Первое задание матриарха неприятно напоминало "упражнения" Ксвима на чувство маны. И, подобно чертовым заданиям Ксвима, оно никак не получалось.

[Прошло всего три дня,] — укорил его бестелесный голос матриарха. — [Ты едва начал. Имей терпение.]

— Должен быть и более быстрый способ, — пожаловался Зориан. Подобным методом проб и ошибок он мог бы учиться и самостоятельно. Пока что все участие матриарха сводилось к тому, что она, как опытный практик, следила, чтобы он не натворил ничего страшного. Хотя… положа руку на сердце, это уже очень ценное подспорье в освоении ментальной магии. И любой другой магии, если уж на то пошло.

[Не только это. Ощутить и коснуться Открытых разумов легче, чем разумов… не-психиков,] — добавила матриарх, слегка запнувшись в конце предложения. — [Я почему-то сомневаюсь, что ты нашел бы на поверхности много Открытых. Тем более — Открытых, согласных помочь тебе с тренировкой. Но неважно. Я понимаю, что первые шаги скучны и утомительны, но они необходимы. Извини, если не смогла объяснить доступно. Для меня эта способность совершенно естественна, аранеа учатся этому в раннем детстве, как люди, учащиеся ходить и говорить. Представь, что учишь ходить человека, всю жизнь бывшего парализованным — сможешь объяснить ему, как заставить ноги двигаться?]

Зориан нахмурился. То есть у него не получается упражнение для младенцев? Прекрасно, просто прекрасно. Глубоко вдохнув, он отбросил эмоции и еще раз попытался осмыслить задачу, найти альтернативные решения. Да-да, матриарх советовала просто продолжать, и рано или поздно у него получится — но он маг, черт возьми. Маги берут умом, а не упрямством.

Быть психиком — значит быть прирожденным магом разума. Что бы там матриарх не вещала про их экзотические верования, все сводится к этому. Психик может читать мысли и эмоции, проникать в память, перехватывать сигналы от органов чувств и от мозга к мышцам, общаться телепатически и лишь боги знают что еще, но все это завязано на разум. Матриарх сама признала, что для не связанных с менталистикой целей они используют адаптированную магию людей.

Возможно, подсказка кроется в прорицаниях. Если способности психика по своей сути ментальны, то почему они способствуют и прорицанию?

[Не всем видам прорицания,] — уточнила матриарх, как всегда знающая, что творится у него в голове. — [Только тем, что передают информацию напрямую в мозг. Дар позволяет легче расшифровывать результат, а поскольку большинство высокоуровневых заклятий прорицания передают по крайней мере часть результатов напрямую… Нетрудно представить, какие это дает преимущества.]

Внезапно в мозгу Зориана что-то щелкнуло. Библиотечные книги о ментальных искусствах утверждали, что заклятья для чтения мыслей не так уж сложны. Проблема в том, что их результат совершенно непонятен большинству пользователей, если они не посвятили его расшифровке долгие годы тренировок. Заклятья мысленной связи страдали этим же недостатком, хоть и в меньшей степени — если оба оператора говорили на одном языке, они по крайней мере понимали мысли друг друга. Другими словами, ментальные искусства подобны прорицаниям, вываливающим в разум заклинателя огромные объемы сырой информации… к чему большинство магов просто не подготовлены.

Получается, что определяющее качество психика — способность обрабатывать поступающие в мозг объемы данных, будь то чужие мысли или результаты прорицания. Что здесь существенно — это то, что способность к обработке — пассивный навык. Он уже присущ ему, нет никакой нужды напрягаться, пытаясь направлять свою силу в поисках других разумов. Искомое — уже внутри него. Он вновь глубоко вдохнул, и просто… открыл свой разум, представляя входящие данные огоньками в темноте.

Со всех сторон вспыхнули ослепительные звезды. Включая парочку в таких местах, про которые он ни за что бы не подумал. Похоже, матриарх привела с собой больше охраны, чем показала ему.

[Первый успех,] — заметила матриарх. От ее касания он утратил концентрацию, и образ развеялся. — [Молодец. Дальше будет куда проще. Я бы поздравила тебя с быстрым прогрессом, но я не знаю, как быстро другие люди осваивают это упражнение.]

— Мог бы и быстрее, если бы вы прямо сказали, что я делаю неправильно, — раздраженно ответил Зориан. — Так трудно было объяснить, что искать следует внутри себя, а не снаружи?

[Не моя вина, что ты отмахнулся от "бесполезных суеверий аранеа",] — беспечно возразила матриарх. — [И, сказать по правде, я не знала, что твоя проблема именно в этом. Подозреваю, что из-за моей привычки отвечать на твои мысли ты решил, что я вижу тебя насквозь? Боюсь, правда куда скромнее. Телепаты, как ты и я, испытывают те же трудности, что и маги-менталисты людей, мы просто не нуждаемся в структурированной магии и расшифровываем входящие данные быстрее. Если ты не формируешь мысли в полноценную речь, я могу уловить лишь смутную картину твоих эмоций и примерное направление мыслей. Тем более, что ты человек, а я аранеа, мы совершенно разные даже анатомически — не говоря уже о менталитете.]

— Хех, то есть язык и видовые различия все же имеют значение для психика, — отметил Зориан. — Я много думал об этом.

[Обычно это не представляет особой проблемы — большинство разумных мыслят словами,] — ответила матриарх. — [Так что если два психика знают общий язык — они будут понимать друг друга, как бы сильно ни различались их мыслительные процессы. Если же они не говорят на одном языке… в принципе, еще не все потеряно. Теоретически психик может общаться с совершенно чуждым разумом. Передавая общие понятия, достаточно широкой трактовки, чтобы реципиент уловил суть, но не настолько широкой, чтобы утратить смысл. К сожалению, этот способ очень груб, он причиняет боль и дезориентирует цель. Насколько я помню, ты уже испытывал подобное, встретив аранеа, незнакомую с людьми, в одном из прошлых циклов.]

— То есть вы так легко понимаете меня не только за счет большей ментальной силы?

[Не только. Я специально изучала язык людей, их обычаи и образ мышления. Как и другие аранеа, взаимодействующие с людьми. Однако наша паутина достаточно велика — большинство аранеа живут без необходимости соприкасаться с людьми. В частности, именно поэтому мои стражи молчат при встречах с тобой. Поверь мне на слово, обычно они куда менее сдержаны — но если попробуют заговорить с тобой, то вызовут у тебя головные боли.]

— Получается, менталисту проще атаковать, чем общаться? — полюбопытствовал Зориан. — В том смысле, что если неудачная попытка передачи — уже по сути атака, то, наверное, можно просто поджарить цели мозги.

[Это называется "ментальный удар", простейшая телепатическая атака,] — пояснила матриарх. — [И от него проще всего защититься. Хватит уже ждать от нас удара в спину. Разве взрывчатка, что ты постоянно носишь на себе, не дает уверенности в себе?]

— Она помогает, — согласился Зориан. — Но в данном случае я не имел в виду возможный конфликт между нами. Мне просто интересно.

[Ну хорошо. Тем не менее, вернемся к тренировке. Ты сделал свой первый шаг, но пока что он практически бесполезен. Тебе нужно ощущать чужие разумы мгновенно, без необходимости сесть и, закрыв глаза, сосредоточиться на задаче. В идеале — и вовсе ощущать других постоянно, что бы ты ни делал.]

Зориан вздохнул. Эта манера обучения определенно кого-то напоминает…

Остаток месяца прошел без происшествий — Зориан оттачивал свое ментальное восприятие и учился измерять мощность магических источников посредством облака своей маны. Хоть матриарх и отказалась учить его, пока он не освоит восприятие на приемлемом уровне, ее уроки уже позволили ему обрести некое подобие контроля над своей эмпатией. Нет, фокусироваться на отдельных людях в толпе он еще не мог — зато, сконцентрировавшись, мог заглушить в себе эмпатическое чувство. Уже одно это с лихвой окупало его труды — теперь присутствовать на неизбежных публичных мероприятиях будет несоизмеримо проще.

К слову о публичных мероприятиях — Зак весьма настойчиво приглашал в свой особняк на вечеринку в честь летнего фестиваля. В итоге Зориан сдался и обещал прийти. Да, он проведет целый вечер в опасной близости от другого путешественника — но ему хотелось испытать подавление эмпатии в "полевых условиях", да и ознакомиться с усадьбой Новеда тоже не помешает. К тому же он давно собирался получше узнать своих одноклассников, а вечеринка — отличный повод пообщаться с ними, не вызывая подозрений.

— Ты уверен, что я могу прийти вместе с тобой? — в который раз спросила идущая рядом Тайвен.

— Говорю же — да, Тайвен. Зак так и сказал — чем больше людей придет, тем лучше, — ответил Зориан. Неудивительно, учитывая настоящую цель Зака. — Слушай, если ты не хочешь…

— О нет, я конечно хочу. На праздник в поместье Новеда не каждый день приглашают. Просто как-то это все неожиданно, вот и все. Кстати, не думала, что ты согласишься — ты же ненавидишь сборища, разве нет?

— Либо Зак, либо официальный летний бал академии, — ответил Зориан. — Я просто выбираю из двух зол.

— А, вон как, — кивнула Тайвен. — Тогда да, ты выбрал меньшее.

Зориан покосился на Тайвен, ощутив легкий укол вины. Сказать по правде, он пригласил ее, чтобы своими глазами увидеть, как она будет сражаться с захватчиками. Он знал, что в боевой магии она куда лучше его — но, вероятно, все еще сопоставима. Ему как раз нужна близкая цель, не столь недостижимая, как Зак или опытный боевой маг вроде Кайрона.

С другой стороны, это же Тайвен — она наверняка все равно сражается с захватчиками в каждом цикле, пусть он и не видит этого. По крайней мере, в этот раз у нее будет союзник уровня Зака.

Едва Зориан коснулся рукой двери — та распахнулась, и Зак пригласил их войти. Вероятно, он знал о их прибытии с момента, когда они вошли на территорию — вполне логичная функция для наложенных на усадьбу охранных чар.

— Рад, что ты решил прийти, — сказал Зак, ведя их в обеденный зал, где, судя по всему, и будет проводиться праздник. — Учитывая твое отношение ко мне в последнее время, я бы не удивился, если бы ты забыл об обещании и остался в общежитии.

— Понятия не имею, о чем ты, — буркнул Зориан. В этом месяце они с Заком почти не общались. Второй путешественник просто утратил счет времени и путает разные циклы — или намеренно провоцирует его раскрыться?

— Эм, в чем дело? — Тайвен озадаченно переводила взгляд с одного на другого. — Никто не хочет ничего мне объяснить?

Зак посмотрел на нее, обернулся к Зориану и показал большой палец.

— Опять новая? Серьезно, всякий раз, когда я тебя вижу, ты всегда с новой девушкой. Я и не подозревал, что ты такой шустрый.

— Что? — хором спросили Зориан и Тайвен.

После секундной растерянности Зориан сообразил, в чем дело. Зак опять путал циклы. Акоджа, Ибери, и теперь Тайвен — Зак видел их всех в его компании. Но… все же совсем не так! Он ни одной из них и даром не нужен!

— Наш Зориан — кобель? — пугающе-спокойно спросила Тайвен.

— Нет, конечно! — рявкнул он, прежде чем развернуться к веселящемуся Заку. — А ты! Прекрати распускать про меня дурацкие слухи! Я точно помню, до сегодняшнего дня ты никогда не видел меня с девушкой! И ты еще спрашиваешь, почему я стараюсь держаться от тебя подальше…

Зак моргнул.

— Прости-прости, неудачно пошутил. Не беспокойся, я уверен, твоя девушка не бросит тебя из-за пары моих дурацких шуток. А если бросит — значит, она просто тебе не подходит.

— Вот как? — приняла подачу Тайвен. — Думаешь, он где-то найдет другую столь же сильную, умную и сексуальную, как…

— Тайвен, хоть ты не начинай, — вздохнул Зориан. — Зак, она не моя девушка. Просто друг.

— Просто друг женского пола, — приподнял брови Зак.

— Именно, — Зориан раздраженно скрипнул зубами.

— Ну, по крайней мере, тебе есть с кем танцевать, — легкомысленно заключил Зак.

В чем Зориан как-то сомневался. Тайвен очень хороша, со спортивной фигурой и ангельским лицом — и парней она предпочитает тоже идеальной внешности. Вполне возможно, что как только они выйдут к остальным гостям, она найдет себе подходящего партнера. Может и Зака, вон как задумчиво она глядит ему в спину.

— А знаешь, тут как-то пустынно, — шепнула она. — Я помню, что он последний из рода и все такое, но не видно даже слуг.

— Большинство слуг уволил мой опекун, когда я был совсем мал, — пояснил Зак. Неудивительно, что он услышал — Тайвен совершенно не умела шептать. — Когда родителей не стало, я был еще совсем ребенком. До моего совершеннолетия опекун мог делать все, что сочтет нужным — и он счел, что Дому Новеда не нужны преданные люди.

— В чем ты с ним не согласен, — закончил Зориан. В словах Зака отчетливо ощущалась подавляемая агрессия. Что хорошо сочеталось с фактом, что Зак часто избивал опекуна на дуэли в начале цикла.

Зак пристально посмотрел на него, вздохнул.

— Скажем так, между нами есть серьезные разногласия.

— Кстати, а что случилось с твоей семьей? — спросила Тайвен. — Как вышло, что ты остался последним из рода?

Зориан пихнул ее локтем и встретил ее возмущенный взгляд тяжелым взглядом. Она что, правда не понимает, насколько бестактен ее вопрос — или просто удивлена, что он ударил ее, а не наоборот, как обычно?

— Оставь, она просто не скрывает своего любопытства, — каким-то образом Зак, не оборачиваясь, был в курсе происходящего. — Сказать по правде, такое поведение мне даже нравится.

— Я заметил, — пробурчал Зориан. Если подумать, что Зак, что Тайвен ни в грош не ставили нормы приличия. Не совершил ли он страшной ошибки, сведя этих двоих вместе?

Зак пустился в пространное описание падения Дома Новеда… которое Зориан пропустил мимо ушей, разглядывая картины на стенах. Он уже давно выяснил все, что было возможно о Заке и его роде, так что сейчас не слышал ничего нового.

Трагическая, но отнюдь не редкая история. Вкратце ее можно свести к трем словам: Войны Раскола и Плач.

Старый Альянс был сложным образованием, лоскутной империей из множества соперничавших полуавтономных государств. Они далеко не всегда прислушивались к решениям Эльдемара, но, при всех своих недостатках, Альянс предотвращал открытые военные конфликты. Столкновения случались, но были очень редки и сугубо локальны — тем более, что у Альянса не было серьезных внешних врагов. Так что когда он распался и бывшие страны-участницы мобилизовали армии — это была первая за чуть ли не столетие война в регионе. Война, ошеломившая боевых магов Алтазии, подобно ведру холодной воды — война, где впервые было массово применено огнестрельное оружие.

Огнестрельное оружие было известно в Алтазии веками, но никогда не воспринималось генералами крупных стран всерьез. Ранние образцы были едва ли не опаснее для стрелка, чем для цели. Маги-артиллеристы были куда мобильнее и эффективнее пушек, не говоря уже о ручном оружии. И все же у технологии было достаточно сторонников, и она продолжала развиваться. Но несмотря на то, что морские державы начали оснащать корабли пушками, а некоторые наемные отряды продемонстрировали эффективное использование ружей, огнестрельное оружие продолжали считать тупиковым направлением. Хорошо обученный лучник ничем не уступал карабинеру, а зачаровать стрелу куда проще, чем крохотную пулю. Главное преимущество ружей — простота и скорость обучения — не интересовало генералов Альянса, имеющих прекрасно обученные армии.

Не интересовало до Войн Раскола. С распадом Альянса, каждая страна принялась торопливо укреплять свою военную мощь, и хоть какая-то армия сейчас была нужнее, чем отличные войска через десять лет. Малые страны, не способные тягаться с гигантами вроде Эльдемара в магической мощи, сделали ставку на огнестрел. Эльдемар же, имея обученную классическую армию, не стал связываться с "игрушками простолюдинов".

На самом деле никто не ожидал, что огнестрел окажется столь чудовищно эффективен. Даже страны, ставившие его во главу угла, планировали лишь сдерживать натиск классических армий ружейным огнем. Вышло иначе — отряды карабинеров буквально растерзали классические армии, застав крупные державы врасплох. Все ждали, что крупные страны легко раздавят меньшие и схватятся между собой — но в итоге ослабленные гиганты сами распадались на части, не в силах подавить внутренние противоречия. И хоть в результате все пересмотрели свои военные доктрины, учтя огнестрельное оружие, баланс сил уже был нарушен, и с каждым новым конфликтом политическая раздробленность все усугублялась.

Как будто этого мало, Войны Раскола буквально выкосили интеллектуальную и политическую элиту Алтазии — магические Дома. Не удивительно — профессия боевого мага весьма престижна, и многие Дома отправляли сыновей в армию, укрепляя свои политические позиции. С началом войн потребность в боевых магах еще возросла, и множество чародеев отправились на фронт за подвигами и щедрым жалованием. Вместо славы и денег они нашли свою смерть. Незнакомые с возможностями огнестрела, а зачастую и открыто презирающие оружие простолюдинов, маги сотнями гибли от пуль снайперов, под артиллерийскими ударами и массированным ружейным огнем. Множество Благородных Домов оказались на грани исчезновения, и Дом Новеда в их числе.

Дом Новеда, хоть и действовал во многих сферах, был по сути своей военным Домом. По словам Зака, главы Дома считали, что военная служба закаляет характер — так что все сыновья и многие дочери рода проводили по несколько лет в армии. Приближенные к королевской семье Эльдемара и твердо держащиеся традиционных ценностей, Новеда искренне поддерживали военные амбиции державы, отдавая армии всех, способных держать оружие. И когда с началом Войн Раскола Эльдемар перешел в грандиозное наступление на соседние страны, маги Дома Новеда были на самом острие атаки.

И дорого заплатили за это.

Но даже понеся в войнах тяжелейшие потери, Дом Новеда выстоял. Пара-тройка десятилетий — и они вернули бы утраченную силу и влияние. Увы, пришедший Плач перечеркнул эти планы.

До сих пор неизвестно, с чего началась эпидемия. Просто однажды среди солдат начала распространятся неизлечимая, смертельная болезнь, поражающая всех, соприкасавшихся с больными, вне зависимости от возраста, здоровья и магических сил. У заразившегося не оставалось никакой надежды — за лихорадкой с мучительными видениями следовала слепота, затем из глаз начинала сочиться кровь — верный признак близкой смерти. Традиционная медицина была не в силах помочь, магия не могла исцелить болезнь, и даже предоставленные церковью реликвии эры богов не остановили эпидемию. Перепробовав все, целители могли лишь бессильно ждать, когда мор сам сойдет на нет — что в итоге и произошло. Плач, охвативший весь континент, угас так же неожиданно, как и появился.

О точном числе жертв Плача все еще идут споры, но большинство исследователей сходятся на том, что болезнь выкосила от 8 до 10 процентов населения континента. Где-то люди пострадали сильнее, других же не затронуло совсем, безо всяких видимых причин. Например, семьи Зориана эпидемия не коснулась — ни родителей, ни братьев — просто невероятное везение. Зак же наоборот потерял во время Плача всю родню. Те Новеда, что пережили Войны Раскола, все до единого заразились и умерли, оставив от Дома лишь пустую скорлупу — последний из рода был еще слишком мал, чтобы позаботиться даже о себе.

— …на этом все и закончилось, — заключил Зак. — По крайней мере, Плач прекратил войны между соседями. Но довольно о грустном. Мы пришли!

И правда. Зориан от души порадовался, что обрел хоть какой-то контроль над своей эмпатией — выбранный Заком обеденный зал был куда меньше академического, да и студенты без учительского пригляда охотнее сбивались в кучки. Для него-обычного это было бы адом.

Пока он обдумывал, как бы удачнее влиться в толпу (и узнать из легкомысленной болтовни пару-тройку личных секретов), все решили за него. Тайвен тоже хотела к остальным, пусть и с более дружелюбными намерениями — и она ожидала, что он представит ее. Сойдет.

После пары самых близких знакомых — Каэла и Бенисека, если быть точным — Зориан огляделся, высматривая, кто не прочь отвлечься от разговора. Само собой, на столь большом празднике многие стремятся завязать новые знакомства — и это стремление далеко не всегда взаимно.

— Хорошо, кого еще ты знаешь? — спросила Тайвен.

— Ну, например, вон та высокая зеленоволосая девушка, спорящая с двумя парнями — Коприва Рейд.

— Погоди, та самая Рейд? Твоя одноклассница-гангстерша?

— Тайвен, ты ведь не имеешь в виду, что Дом Рейд связан с организованной преступностью? — слегка улыбнулся он. — Знаешь, это довольно серьезное обвинение. Ведь доказать это так и не смогли.

— Без разницы. Я не собираюсь связываться с наследницей гангстеров. Кто еще?

Зориан вновь оглядел толпу. Сказать по правде, когда ему случалось общаться с Копривой, та производила приятное впечатление. Да, не слишком тактична и иногда ругается, как матрос, но ничего… гм, гангстерского. Скользя взглядом по лицам, он вдруг обнаружил, что небольшая группка девушек смотрит прямо на них.

— Видишь тех пятерых девчат? — повернулся он к Тайвен. — Джейд, Неолу, Майя, Киана и Элси.

— Какие-то они… смешливые, — кисло ответила Тайвен. — Нет уж.

— Поздно, — отозвался Зориан. — Видишь, как они смотрят на нас? Сейчас договорятся, под каким предлогом подойти, и в атаку.

— Зориан, не накликай, — предостерегла Тайвен.

— Бесполезно, уж я-то их знаю. Их одноклассник пришел на праздник с незнакомой девушкой — теперь эти пятеро не успокоятся, пока не узнают все подробности, — пока он говорил, девушки дружно кивнули и направились в их сторону. — Видишь? Что я говорил, они уже идут к нам.

Тайвен тихонько застонала, затем быстро изобразила дежурную улыбку. Зориан ее прекрасно понимал — он и сам был не в восторге от предстоящей беседы, но он-то хотя бы знал заранее и успел морально подготовится. Что же, хоть он и не верил, что одна из этих болтушек может оказаться третьим путешественником, обещал же он проверить все возможные кандидатуры…

Да уж, вечер обещает быть долгим.

Как он и думал, когда начались танцы, Тайвен покинула его ради высокого симпатичного старшекурсника. Ну и ладно, не больно и хотелось. Задействовав свое отточенное умение избегать лишнего внимания, он выскользнул из сонма танцующих, высматривая укромный уголок, где его не будут дергать по пустякам. Тут же выяснилось, что не ему одному в голову пришла подобная мысль. Тинами Аопэ уже облюбовала укромное место — но вот выглядела она при этом… Хо-хо. Что-то в ее лице подсказывало, что на самом деле она вовсе не искала уединения.

— Привет, Тинами, — поздоровался он, заставив ее вздрогнуть от неожиданности.

— Мм… — пробормотала она. — Зориан, да?

— Верно, — подтвердил он. — Как насчет потанцевать?

— О. О! Но ты же пришел со своей девушкой? Она не будет возражать?

Зориан указал на танцующую с незнакомым парнем Тайвен.

— И Тайвен не моя девушка, просто друг.

— А, — она замялась. Зориан молча предложил ей руку. — Мм, тогда ладно, — она с неожиданной силой ухватилась за руку и с готовностью последовала за ним на танцпол.

За последующие полчаса Зориан мало что узнал о своей партнерше — и всерьез подозревал, что и это немногое смог узнать лишь из-за атмосферы праздника, заставившей ее хоть чуть-чуть приоткрыться. Она действительно очень застенчива — выходит, она не путешественник? Ее смущение казалось подлинным, наверняка путешественник, подобно Заку проживший в петле многие годы, успел бы перерасти подростковые комплексы?

— То есть в свободное время ты… выращиваешь пауков? — переспросил он.

— Тарантул, — подчеркнула она. — Хотя, мм… мне нравятся любые пауки. Я знаю, это странно, но…

— Глупости, — мягко возразил Зориан. Что странного в том, что утонченная скромная девушка разводит здоровенных волосатых пауков размером с кулак? — Пауки — это круто. Хотя сам я предпочитаю прыгающих пауков — их большие передние глаза придают им почти человеческое выражение.

Тинами ответила недоверчивым взглядом, потом нахмурилась.

— Ты смеешься надо мной, — обвинила она.

— Отнюдь, — он непринужденно улыбнулся. — Вообще-то я довольно часто навещаю крупную колонию прыгающих пауков. Просто поразительно, сколь многое можно понять, наблюдая за живой природой.

Тинами, прищурившись, засыпала его все усложняющимися вопросами о пауках. Зориан, как выяснилось, знал ответы на большинство вопросов — проводя свое расследование аранеа, он перелопатил огромное количество профильной литературы. В свою очередь, он спросил про более крупные магические разновидности, рассчитывая, что она интересуется только небольшими, "миленькими" породами. Зря он на это рассчитывал — она не только знала о чудовищных пауках куда больше его, но и обладала обширными познаниями о монстрах с паучьими чертами в целом, вплоть до паукообразных демонов.

Любопытно… Надо будет в одном из следующих циклов познакомить ее с аранеа. Это будет по меньшей мере забавно.

— Смотрю, стоило твоей прелестной спутнице оставить тебя — ты тут же нашел новую, — сказал сзади Зак, заставив его дернуться. Зориан сердито посмотрел на парня, гадая, почему не ощутил его приближения, обычно он… а, ну да, он же заглушил свое эмпатическое чувство, чтобы аура толпы не давила на мозги. Похоже, у него начинает получаться — увлекшись разговором с Тинами, он поддерживал блокировку неосознанно.

— Что тебе надо, Зак? — вздохнул он.

— Я — устроитель вечеринки, — ответил тот. — И обязан следить, чтобы гости ни в чем не нуждались. Хотя в данном случае я пришел спросить, не хочешь ли ты посмотреть фейерверк.

О да, Зориан определенно хотел посмотреть фейерверк. Так что он и Тинами присоединились к гостям в саду, откуда открывался хороший вид на ночное небо. Зориана, впрочем, интересовал скорее сам Зак, чем небо. Любопытно, как отреагирует Зак, если план матриарха увенчается успехом.

Зориан решил пока не биться с захватчиками — и не только потому, что был недостаточно силен. Активные действия неизбежно привлекут внимание третьего путешественника, возглавляющего вторжение — чего Зориан стремился по возможности избежать. Так что на данный момент он только собирал доступные сведения и копил силы. А вот аранеа не собирались уклоняться от битвы — весь месяц перед вторжением захватчики пытались истребить разумных пауков, и матриарх не желала отсиживаться, скрывая свою осведомленность. К счастью, лидеры захватчиков ничего не знали о его связи с аранеа — а сама матриарх считала, что он слишком полезен как разведчик и хранитель памяти, чтобы рисковать его раскрытием в бою.

Три дня назад они с матриархом согласовали план действий на период фестиваля. Последние несколько циклов Зориан наблюдал за ходом вторжения с разных точек, и был уверен, что проще всего расстроить планы врага, предотвратив начальный артиллерийский удар. Тем более, что он точно знал, откуда будут стрелять — совсем несложно вычислить стартовые позиции чего-то столь заметного, как яркие огни в ночном небе. Увы, подобраться к самим позициям и оценить их оборону ему не удалось — оба раза, когда он пытался, его убивали на подходе. Матриарх согласилась, что ликвидация огневых рубежей — простейший способ сорвать планы захватчиков.

Начался фейерверк… и ни одно боевое заклятье не взмыло в небо. Выражение растущего недоумения на лице Зака было просто бесценно.

— В чем дело, Зак? — невинно спросил Зориан. — Ты как будто раньше фейерверков не видел.

— Эээ… нет, я… В смысле, видел, конечно, но… Забей, — вздохнул тот.

Зориан пожал плечами и, повернувшись к Тинами, вновь предложил ей руку.

— Что думаешь насчет еще одного танца?

— Мм, да! — с готовностью согласилась она. — Давай!

Гости возвращались в особняк, насмотревшись на огненное кружево фейерверка — пока в саду не остался только Зак, хмуро глядящий в небо.

Разумеется, спокойно насладиться вечером Зориану не дали. Хоть уничтожение артиллерийских расчетов и нарушило выверенный план вторжения, захватчики все равно пошли в атаку. И судя по всему, поместье Зака было в числе приоритетных целей — вероятно, из-за хозяина. Наверное, если бы студенты увидели артобстрел города, Зак сумел бы их как-то организовать, но увы — теперь нападение застало гостей врасплох. Даже сам Зак, при всех его талантах, не сумел остановить врагов на границах поместья — так что несколько групп студентов оказались отрезаны от основной массы, собравшейся вокруг Зака. Зориан оказался в одной из таких групп.

Он, Тинами, Тайвен, Брайам и еще четверо незнакомых студентов забаррикадировались в одной из уцелевших комнат, отчаянно пытаясь сдержать натиск захватчиков. Четверо незнакомцев были практически бесполезны, зато остальные трое — буквально на вес золота. Брайам в самом начале вторжения призвал своего верного дрейка, Тайвен владела неким заклятьем, вызывающим невероятно разрушительный огненный вихрь — после первого удара захватчики не решались повторить наступление целых десять минут, а Тинами… Ну, она явно не была новичком, и в боевой обстановке ее поведение разительно изменилось. Она не знала разрушительных огненных заклятий, но от ее фиолетового луча даже тролли с ревом падали на пол. Заклинание не наносило видимого ущерба — похоже, некая разновидность болевого заклятья — но даже так оно было по-своему эффективно. Тинами не била лучом в кого попало, она провоцировала заторы, срывала атаки и сбивала концентрацию вражеских магов.

— Зориан, надеюсь, ты уже заканчиваешь — мы долго не продержимся! — крикнула Тайвен.

Не обращая на нее внимания, он аккуратно наносил на стены последнее сочетание взрывных рун. В таком деле лучше не торопиться, если не хочешь взлететь на воздух. Минуту спустя он закончил и поднялся на ноги — колени ныли от долгого сидения на корточках.

— Готово! — крикнул он в ответ. — Отходим по коридору!

Как Тайвен, Тинами и Брайам прикрывали его, пока он чертил руны — теперь он прикрывал их отступление вглубь особняка. Строго говоря, один из незнакомых парней помогал ему — но от него было мало толку, он знал лишь магический снаряд и целился по боевым троллям (чья шкура легко выдерживала такие атаки), вместо того, чтобы бить по вражеским заклинателям. Зориан, сознавая, что ему просто не хватит резерва бодаться со всем вражеским отрядом, решил для начала вывести из игры магов. Вскинув пронесенный под одеждой заклинательный жезл, он выстрелил слабым расщепляющим лучом. Он метил не в самих магов — пол перед ними не был защищен от магии. Луч оставил рваную отметину, взметнув крошки и облако каменной пыли — это хотя бы помешает им целиться.

Он переключился на стремительно приближающихся троллей. Мало что в его арсенале могло остановить разогнавшегося тролля — и ничего из этого нельзя применить мгновенно. Поэтому он решил просто пожертвовать изрядным объемом маны, вливая энергию в плетение огнемета.

Он не убил их — его огню не хватило жара, да и эти тролли, брошенные в бой после огненного вихря Тайвен, выглядели покрепче остальных — но атака захлебнулась. Воспользовавшись секундной передышкой, Зориан поднял еще одно облако каменной пыли и бросился по коридору, догоняя остальных. Второй парень — бесполезный трус — сбежал давным-давно, оставалось лишь надеяться, что теперь он успеет оторваться. Боевые тролли бегают куда быстрее его.

Коридор огласился яростным криком — один из троллей нагонял его. Проклятье, он ненавидит умирать.

Угрожающий фиолетовый луч прорезал воздух прямо над его головой — и попал в тролля. Тварь снова взревела, на этот раз от боли, и рухнула на пол. Зориан выбил жезлом еще каменной пыли и наконец вбежал в их новое укрытие.

— Спасибо, — тяжело дыша, выдавил он.

— Мм, пожалуйста, — Тинами вертела в руках серебряный амулет, всматриваясь в облака пыли. Похоже, формула фиолетового луча была впечатана в украшение.

— Идут, — подал голос Брайам.

— Следуем плану, — напомнила Тайвен. — Пусть зайдут в коридор — и уже тогда активируем взрывные руны.

— А что, если они заметят ловушку? — спросила одна из незнакомых девушек.

— Тогда это их хоть немного задержит, — ответила Тайвен.

Они не стали закрывать дверь — иначе удар вражеских магов просто осыпал бы их острыми щепками. Этот урок уже стоил им двоих товарищей.

Само собой, перед атакой троллей на позицию обрушились ударные и взрывные заклятья. После того, как Тайвен и Брайам, не особо напрягаясь, отбили первую волну атакующих, маги захватчиков, предвкушая победу, подошли ближе, чтобы поддержать троллей. Именно тогда Зориан послал короткий импульс маны в ближайшее сочетание рун, и оглушительный взрыв похоронил всех, кто был в коридоре. В комнату хлынули удушливые облака пыли, но Тайвен была наготове и успела создать купол чистого воздуха.

— Ладно, — прокашлялась она, успев-таки глотнуть пыли. — С этой стороны не полезут. Но у нас тут небольшая проблемка. Эта комната — тупик, выход только сквозь обрушенный коридор, либо в окно.

— Сад кишит врагами, — напомнил Зориан.

— Но у нас нет выбора, не так ли? — риторически спросил Брайам. — Мы не можем сидеть здесь вечно.

— А как мы спустимся? — спросила одна из незнакомых девушек. — Мы же не можем просто спрыгнуть со второго этажа.

— Хммм… хорошо, кто из вас знает заклинание парящего диска? — спросила Тайвен, поднимая руку.

Зориан тоже поднял руку; больше никто.

— Эх… Ну, наверное, сойдет. Окей, Зориан, бери этих двоих и следуй за мной, я же возьму остальной балласт.

— Эй! — возмутился один из упомянутых.

— Ну извини уж, говорю как есть, — безжалостно ответила Тайвен. — Идем, пока на звук взрыва не набежали новые засранцы.

И вот Зориан создает большой диск силы прямо за окном и выпрыгивает на него, следом за ним — Брайам и Тинами. Поначалу казалось, что все пройдет как по маслу — внизу не было врагов, диск Тайвен благополучно приземлился, его собственный диск уверенно держал вес трех человек. Зориан выругался — из-за угла здания вылетела стая железноклювов.

Ни он, ни Брайам с Тинами не могли разобраться со стаей. Птиц было около полусотни — даже если он собьет две-три, это ничего не изменит. Болевой луч Тинами, судя по всему, не был самонаводящимся, а твари быстры и проворны. Арсенал Брайама и вовсе ограничивался его дрейком, а птицам не было никакой нужды приближаться на расстояние огненного дыхания — они могли просто убить их дождем железных перьев.

Из чистого упрямство он послал самонаводящийся пронзающий снаряд, и краем глаза заметил, что Тайвен тоже дала залп. Восемь птиц пали, но это была капля в море — и теперь был ход врага. Воздух замерцал, и стая извергла в их сторону целое облако блестящих металлических перьев.

Выбирая между падением с опасной высоты и сотнями бритвенно-острых лезвий, Зориан не стал думать дважды. Диск исчез, и все трое рухнули вниз.

Наверное, на этом цикл и закончится — с его везением он обязательно свернет себе шею при падении — зато умрет относительно целым, а не изрезанным на ломтики. Кувыркаясь в воздухе, он на миг встретился взглядом с ящером Брайама — и мог бы поклясться, что дрейк на него очень зол. Впрочем, ничего нового, зверушка всегда выглядела сердитой.

Внезапно перед самой землей их падение плавно замедлилось, и они приземлились мягко, как перышки. И, прежде чем Зориан успел задуматься, что происходит, откуда-то сзади ударил настоящий шквал огненных снарядов, мгновенно истребив стаю железноклювов.

— Знаешь, Зориан, — произнес Зак. — Иногда мне кажется, что ты хочешь умереть. Как ты умудряешься постоянно так влипать? Ты почти такой же двинутый, как я!

— Понятия не имею, о чем ты, — пробормотал Зориан, вставая и помогая Брайаму и Тинами подняться. Удивительное дело, похоже, они не злились на него. Шокированы, да, но не разгневаны. Может, они не поняли, что он специально развеял диск?

— Ну что же, рад, что вы уцелели, но нам действительно пора убираться, — поторопил Зак. — Нечего стоять на открытом месте. Пойдем, я знаю, где мы будем в относительной безопасности.

Зориан огляделся. На удивление много студентов пережили штурм и послушно следовали за Заком. Или скорее наоборот — выжили именно те, кто следовал за Заком. В любом случае, им тоже стоило присоединиться — все же лучший вариант из доступных.

Они не ушли далеко — захватчики обрушились на них с новыми силами. Зориан фыркнул, услышав, как Зак клянет свое невезение. При чем тут невезение — скорее всего, нападающие наводятся на Зака, как на маяк. Он вообще озаботился хоть сколь-нибудь защититься от поисковых заклятий? Зная Зака — вероятно, нет.

Впрочем, сейчас Зориану было не до того — пока Зак отбивался от очередной стаи железноклювов, в самой гуще студентов, сея панику, вынырнул гигантский бурый червь. Зориан встречал этих тварей всего четырежды — и уже успел возненавидеть. Монстры двигались под землей, словно в воде, их шкура легко выдерживала сильнейшие удары и огонь. Зориан бессильно смотрел, как единственный червь с легкостью рассеял группу студентов, сделав перепуганных подростков легкой добычей для кружащих вокруг зимних волков.

Тинами же не стала просто смотреть. Ее фиолетовый луч, попавший в червя, подействовал. Тварь взвизгнула и развернула зубастую пасть в сторону девушки, запоминая цель. Ой-ей…

С угрожающим ревом червь нырнул в землю. Зориан немедленно зажмурился, стараясь отрешиться от грохота боя, почувствовать движущегося под землей монстра. Это оказалось несложно — пусть червь и не был психиком, он был единственным мыслящим существом ниже уровня земли. Зориан открылся, слушая приближающегося червя. Тинами замерла на месте, зная, что если оторвется от группы — попадет в лапы зимних волков, подобно другим студентам, совершившим эту ошибку… и, соответственно, не могла спастись от червя.

Монстр был уже у самой поверхности, когда Зориан отшвырнул Тинами в сторону, роняя на ее место взрывной кубик. Червь вырвался из земли, хлопнула гигантская пасть. Чудовищная морда развернулась в их сторону — и тут Зориан активировал кубик. Монстр содрогнулся всем телом и, заверещав, забился, как безумный — а затем изрыгнул наземь свои изорванные внутренности. Тинами, задетая огромным хвостом, отлетела в сторону и лежала без движения. Подбежавший Зориан с облегчением увидел, что девушка дышит и вроде бы не ранена. Он вновь обернулся к червю — может, тот все-таки издох?

Червь покачивался, как пьяный, у Зориана на миг мелькнула сладкая мысль, что он победил… но тварь повернула зубастую пасть в его сторону и с вызовом взревела. В этот раз чудище не ушло в землю, а с неожиданной для такой огромной туши скоростью потянулось к нему…

…он все еще был жив. Червь замер на волосок от его головы, словно упершись в невидимую стену… а потом внезапно извернулся, перекусывая подкрадывавшегося к Зориану зимнего волка.

[Смотрю, я как раз вовремя,] — сказал в голове голос матриарха. А вот и она сама — как ни в чем не бывало, выпрыгнула из тени ближайшего дерева.

— Спасибо, — поблагодарил Зориан. — Но почему вы здесь? Я думал, мы решили не встречаться там, где нас могут увидеть захватчики.

[Я решила, что вписать добытую сегодня информацию важнее.]

Зориан вздохнул и огляделся. Едва ли кто следил за ними в разгаре битвы, да и раскраска аранеа делала ее практически невидимой в темноте.

— Поторопитесь, — сказал Зориан, и матриарх тут же принялась за дело. Всех, кто совался в их сторону, перехватывал червь, видимо, все еще управляемый паучихой.

Пять минут спустя все было кончено — предводительница аранеа вновь скрылась в тенях, а Зориан поднял Тинами на руки и поспешил в сторону Зака. Он не сделал и пяти шагов — увитый разрядами красный луч вспыхнул прямо в глаза, и мир погрузился во тьму.

Глава 22. Сложности

Зориан проснулся в своей постели в Сирине, под очаровательное утреннее приветствие Кириэлле. Он был зол на вражеского мага, убившего его, и на себя, за то, что не уследил за окрестностями. Вот и стоило столько раз избегать смерти, только чтобы слечь от шального заклятья?

Все время поездки он набрасывал в тетради схемы магических формул. В основном безделушки — тарелки, сохраняющие еду теплой, или взрывные мины, срабатывающие при определенных условиях, но было и кое-что интереснее — он подумывал создать себе тренировочный манекен. Он подобрал последовательность заклинаний изменения, что позволят создать куклу из земли и деревянных обрезков — но вот заставить куклу двигаться будет ой как непросто. И даже если это получится — понадобится еще набор оберегов, чтобы боевые заклятья не взорвали манекен дождем глины и острых щепок. И, вероятно, понадобится хотя бы слабенькая функция самовосстановления, чтобы голем не развалился от микротрещин…

Да, за один цикл такое не разработать.

В любом случае, в этот раз Зориан не стал тянуть с визитом к аранеа. Едва вселившись в общежитие, он за час изготовил себе жезл магических снарядов — хоть какое-то оружие — и направился к ближайшему спуску в Подземелье.

В отличие от прошлых циклов, сейчас он не просто бродил по туннелям, надеясь наткнуться на разведчиков аранеа — он вслушивался своим новым чувством, пытаясь нащупать их разумы. Увы, пока глухо — только пробегавшая крыса да…

Он замер, сообразив, что у крысы не должно быть столь сильных и отчетливых мыслей. Беззвучный приказ светляку прибавить яркости — и он вознагражден безобразным зрелищем крысы с открытым мозгом.

Целую секунду Зориан и мозговая крыса смотрели друг на друга, решая, что же делать. Потом крыса тихонько, боязливо протянула к нему телепатический щуп, пытаясь углубиться в его разум. На краткий миг Зориан задумался, не схватиться ли с тварью телепатически, но отбросил эту глупую и опасную мысль. Он совершенно не разбирается в телепатических схватках, а крыса — всего лишь проводник стаи. Вместо ментального удара он вскинул свежесделанный жезл и выпустил магический снаряд.

В момент, когда его рука устремилась к жезлу, крыса разорвала контакт и попыталась сбежать. Слишком медленно. Магический импульс с громким хлопком врезался в мерзкое животное, буквально размазав его по полу.

Так, с этой покончено. Зориан потянулся во все стороны своим мысленным чутьем, пытаясь нащупать остальную стаю, но не нашел никого. Или он уничтожил одиночного разведчика, или же стая обладала способностью укрыться от его чутья.

К моменту, когда он тронулся дальше, измятую тушку мозговой крысы уже накрыло зеленым полупрозрачным гелем. Слизь, живущая на стенах расчищенной части Подземелья, была специально выведена менее агрессивной, чем ее дикие собратья, но Зориан решил не искушать судьбу и обошел падальщика по широкой дуге. Кислотные ожоги сложно лечить, даже с помощью магии.

Долгожданная встреча с аранеа его разочаровала. Найденная им паучиха не умела говорить с людьми, и ему пришлось минут десять изображать телепатическую пантомиму, заработав жутчайшую головную боль. Когда же с ним наконец связалась матриарх, она просто забрала пакет воспоминаний и сказала прийти позже.

Что и следовало ожидать — хотя он-то надеялся, что матриарх в прошлом цикле довела пакет до ума и теперь поверит ему быстрее. Да, паучиха довольно высокомерна и напориста, но как же хорошо хоть иногда поговорить с кем-то начистоту, ничего не скрывая. Да и сказать по правде, аранеа — едва не единственная ниточка к разгадке временной петли. Без их содействия он может лишь наблюдать да оттачивать свои магические навыки.

Так что направляясь в общежитие — проспаться после перенесенного издевательства над мозгами — он размышлял, как ему ускорить обучение магии. Ему нужен учитель. Кто-то, кто научит его нужным заклятьям, не отговариваясь, что они слишком опасны для новичка. Знает ли он кого-нибудь, подходящего на эту… о.

А ведь может и сработать.

На следующий день, когда Тайвен пришла звать его с собой в канализацию, он уже не спал — он отрабатывал боевые заклинания на тренировочной площадке академии. Сейчас он уже мог без труда блокировать ее поисковые чары, но не стал скрываться — ему нужен был спарринг-партнер, а может, и учитель.

Тайвен отвергла его признание, даже не заметив. Он считал, что давно уже переболел ею, но, видимо, где-то глубоко все еще теплилась обида — иначе он сообразил бы раньше, а не только в последнем цикле. Сообразил бы, не закрывайся он от нее подсознательно — Тайвен совсем не против помочь ему, особенно в вопросах боевой направленности. Так почему же он упрямо обучается боевой магии в одиночку, когда его друг в ней специализируется?

И вот он стоит, выпуская в мишень снаряд за снарядом, пытаясь сплести каждое заклятье как можно экономичнее. Он надеялся, что Тайвен, застав его за тренировкой, предложит свою помощь — и не прогадал. Впрочем, она поставила условие.

— Словом, ты бесплатно тренируешь меня в течение месяца, если я схожу с тобой на миссию в канализации? — уточнил Зориан.

— Ага! — Тайвен выглядела довольной. Понятно почему — она уговорила его участвовать, пообещав в обмен то, что и так собиралась сделать.

— Наверное, сойдет, — Зориан мысленно перебирал варианты действий. Можно, конечно, просто некоторое время побродить вместе с ними, как и планирует Тайвен — вряд ли аранеа побеспокоят их в его присутствии. Однако, поразмыслив, он предпочел другой путь. — Но у меня есть предложение. Я контактирую с колонией разумных пауков, живущих в туннелях, и что-то мне подсказывает, что часы могут быть у них. Хочу поговорить с ними, если вы обещаете вести себя прилично.

— Ты подружился с гигантскими подземными пауками? — заинтересовалась Тайвен.

— В общем, да, — согласился Зориан. Он бы скорее назвал аранеа знакомыми или временными союзниками, но Тайвен об этом знать не обязательно. — Надеюсь, ты и твои друзья сохраните это в секрете? Ты ведь понимаешь, что слухи об этом могут повредить как мне, так и паукам.

— Не беспокойся, я не сплетница, — отмахнулась Тайвен. — Да и Ворчун с Мямлей не любят чесать языками, так что твой секрет в безопасности, о великий соблазнитель монстров. Думаешь, если мы попросим, они просто отдадут нам часы?

— Да, если клиент не скрыл от нас ничего существенного. Зачем паукам карманные часы? И, кстати, прежде чем ты уйдешь — у меня есть просьба.

— О? И какая же?

— Научи меня огненному заклятью мощнее, чем огнемет, — ответил Зориан.

— Какой у тебя резерв? — тут же спросила Тайвен, ничуть не смущенная просьбой.

— Емкость двенадцать.

— Хмм, меньше, чем я думала, но вполне прилично, — отозвалась Тайвен. Зориан решил промолчать про свой крохотный исходный резерв. — Так какое заклятье тебя интересует?

— Что-нибудь, что может снести тролля с одного удара.

Тайвен посмотрела на него, как на ненормального.

— Что? Сверчок, тебе еще слишком рано связываться с троллями. Что, черт возьми, ты опять задумал?

— Просто сделай мне одолжение, — вздохнул Зориан. — Я не собираюсь ни с кем связываться, это только на крайний случай.

— Хмф, — Тайвен пожала плечами. — И это говорит парень, в свободное время спускающийся в канализацию, поболтать с гигантскими пауками. Но ладно уж, с такими увлечениями тебе и правда не помешает что-нибудь мощное. И не думай, что сможешь отмолчаться — потом жду от тебя объяснений.

— После летнего фестиваля, — легко пообещал он.

— Я запомнила, — она болезненно ткнула его пальцем в грудь. — Так, по твоим условиям подходят два заклятья, огненная стрела и испепеляющий луч — но они убьют тролля, только если попадут в голову. Стрелу можно сделать самонаводящейся, и она экономнее в мане. Луч наносит значительно больше урона, но и жрет куда больше энергии, и должен нацеливаться вручную.

— Научи меня обоим, — сказал Зориан. Похоже, стрела ему больше подойдет, но огневая мощь тоже нужна.

— Ты уверен в своих навыках плетения, Сверчок? Если подобное заклятье сорвется — парой искорок не отделаешься, будет настоящий взрыв.

Зориан саркастически усмехнулся.

— Поверь мне, с плетением проблем не будет, — он вытянул руку, обратив ладонь к земле, и мысленно потянулся к песку, что усыпал площадку. Песок и сухая грязь медленно поднялись полупрозрачным столбом, собираясь в шар под его ладонью.

Когда сфера достигла приличного размера, Зориан повернул ладонь к ближайшей мишени, выстреливая шар песчаной взвеси в цель. Увы, самопальный снаряд был слишком нестабилен и рассыпался облаком пыли на полпути к мишени, несколько смазав впечатление.

Впрочем, Тайвен хватило с лихвой.

— Проклятье, это было просто охрененно. Как ты это сделал? Не думаю, что я бы так смогла… Поднять и бросить камень — запросто, но песчинки? Это уже весьма продвинутый уровень. Хмм, если ты настолько хорош в плетении, я могу показать еще парочку полезных заклятий…

Зориан улыбнулся. Это определенно была удачная мысль.

В следующие несколько дней, покуда Тайвен готовила группу к походу в туннели, Зориан получил от нее экспресс-курс боевой магии. У Тайвен оказались на удивление широкие взгляды на обучение — вместо того, чтобы отрабатывать каждое заклятье до уверенного владения, она одно за другим показывала множество новых заклинаний. Поначалу она мотивировала это тем, что у него уже есть натренированная до хорошего уровня база, и сейчас гибкость и многообразие арсенала полезнее, чем еще один отточенный прием. Потом призналась, что испытывала его, пытаясь найти заклятье, что он не сможет сплести. Здесь ее ждало разочарование — его навыки плетения превосходили ее. Все, что могла сотворить она, мог и он.

Против ожидания, она учила не только и не столько атакующим заклятьям. Некоторые приемы, как "паучий клей", позволяли взбираться по отвесным стенам, "перышко" помогало не разбиться, упав с высоты, были и заклятья из репертуара выживальщика — защищающие от резких перепадов температуры и агрессивных погодных воздействий. Тайвен утверждала, что погода порой куда опаснее, чем живые противники, и раз уж он повадился в подземелья и подобные места — ему необходима адекватная защита.

От его защитных навыков Тайвен пришла в ужас. И дело даже не в том, что кроме простейшего щита он не знал никаких барьерных заклятий, хотя в этом тоже нет ничего хорошего — нет, речь шла об оберегах. Оберег накладывается долго, и если бой уже начался — большинство противников просто не дадут времени его наложить. Но если ты заранее знаешь, что будет битва… Даже простейшие обереги усилят твое сопротивление магии и защитят от наиболее часто применяемых чар. Ты знаешь магический репертуар противника? Тогда, правильно подобрав обереги, ты расстроишь все его планы. Потому-то человечество год от года уверенно наступает на занятые монстрами территории — большинство магических существ имеют лишь ограниченный набор врожденных способностей, к которым можно заранее подобрать оптимальные меры противодействия.

К сожалению, на один объект возможно наложить не более определенного количества оберегов — чары неизбежно начинают взаимодействовать, в итоге вся схема разрушается. Более того, действие некоторых оберегов конфликтует, так что для оптимизации защитной схемы нужен специалист. Сама Тайвен, будучи заточенной на атаку, не слишком в этом разбиралась, так что для чего-то сложнее азов ему потребуется другой учитель.

И, разумеется, она научила его множеству атакующих и защитных энергетических чар, в основном разделов огня и силы, а также и некоторое количество заклятий холода и электричества. В числе прочего, теперь он наконец мог использовать фаербол… целых два раза. Толку от этого не предвиделось, но Тайвен утверждала, что маг без фаербола — не маг, а с естественным ростом резерва полезность энергоемких чар возрастет.

— К слову об этом… Есть ли какие-то способы ускорить рост резерва? — спросил Зориан. — Я в курсе, что искусственное увеличение резерва чревато дурными последствиями, но можно ли тренировками подстегнуть естественный рост?

Тайвен оценивающе посмотрела на него.

— Технически, есть, — поколебавшись, признала она. — Достаточно постоянно опустошать свой резерв, тогда он начнет расти бешеными темпами. Однако столь быстрый рост загубит твои способности к плетению — медленный рост резерва нужен для того, чтобы душа привыкала пропускать больший поток маны без потери контроля. Обменять контроль на увеличение запаса маны крайне недальновидно, Сверчок. Лучше воздержись. Даже я бы так не поступила, а ты знаешь, я не самая благоразумная девушка в мире. Куда лучше подождать несколько лет, чтобы резерв вырос естественным образом.

Ну да, следует признать, сейчас время его не поджимает.

— Тогда понятно, — сказал он. — Получается, верхний предел резерва — граница пропускной способности души. И если искусственно превысить ее, навыки контроля будут безвозвратно утрачены. Неудивительно, что это не рекомендуется, даже если избежать побочных действий — больше силы при меньшем контроле…

— Всегда приходится выбирать между силой и точностью, — сказала Тайвен. — Просто обычно это не очень заметно, так как мало кто оттачивает плетение до пределов возможного. Многие маги считают, что лучше иметь большой резерв — контроль можно отточить упорными тренировками плетения, а вот увеличить резерв без последствий не выйдет. Это не так. Сколько ни тренируйся, людям с большим резервом просто недоступны тонкие манипуляции — продвинутая ментальная магия, подробные иллюзии или сложные конструкты школы изменения.

— Погоди, хочешь сказать, что с ростом резерва я утрачу способность к тонкому манипулированию? — переполошился Зориан.

— Нет-нет, я говорю о твоем естественном резерве — врожденной емкости до момента, когда ты начал развивать его регулярными магическими занятиями. Об изначальной емкости. Большинство заклятий, включая особо сложные, разработаны для обычных магов — то есть с емкостью от восьми до двенадцати. С твоими двенадцатью ты тоже в зеленом секторе. Да что там, я слышала о парне с естественной емкостью в пятнадцать, ставшего реально крутым мастером иллюзий — так что не стоит об этом беспокоиться.

Учитывая, что реальная естественная емкость Зориана — всего 8, ему и правда не стоит беспокоиться. На ум пришел Зак, чья естественная емкость должна быть около 60 с небольшим. Как такая чудовищная мощь вписывается в картину Тайвен?

— Как насчет людей с действительно большим резервом? — спросил Зориан. — С какой емкости тонкое манипулирование становится недоступно?

— Точных цифр не знаю, но, думаю, около двадцати, — пожала плечами Тайвен.

— А в случае действительно большой емкости? Например, шестидесяти?

Тайвен ошарашенно моргнула.

— Это уже ни в какие ворота! — помолчав, заявила она. — Такое вообще возможно? Но даже если возможно — не уверена, что это хорошо, даже для боевого мага. Носителю такого резерва придется потратить годы, чтобы достичь хотя бы минимального контроля, необходимого для сертификации. Может, и десятилетие, не знаю.

Зориан припомнил, как скверно с магией было у Зака до временной петли, нахмурился. Тогда он думал, что Зак просто лентяй, но, похоже, все куда сложнее? С другой стороны, Зак, очевидно, исключение из правил. Взять даже один только объем резерва, неслыханный среди людей. Он не нашел в книгах никаких упоминаний о магах с таким резервом, и большинство экспертов, которых он спрашивал, прямо отвечали, что такое бывает лишь в мифах. Да и как бы хреново ни было у Зака с магией, он все же прошел сертификацию — выходит, несмотря на чудовищный резерв, какой-то контроль над маной у него был.

Может, все дело в крови Дома Новеда? Она могла давать усиление резерва, сберегая контроль. Конечно, Новеда официально заявляли, что не имеют никаких родовых способностей, но Дома нередко лгут.

— Даже не знаю, стоит ли упоминать об этом, — голос Тайвен вырвал его из раздумий. — Но если тебе действительно жизненно необходима дополнительная мана, всегда можно вобрать больше природной маны, чем ты можешь усвоить. Уверена, ты и сам знаешь, чем это чревато.

Зориан кивнул. Магу доступно два вида маны — его собственная и природная, исходящая из подземелий. Собственная в той или иной мере присутствует у любого одушевленного существа, и настроена на того, кто произвел ее — легко откликается на волю мага и куда гибче и послушнее, чем любая другая энергия — она никогда не сопротивляется попыткам мага сплетать ее. В свою очередь, природная мана ядовита и тяжело поддается контролю. Однократное использование не убьет мага, но регулярное применение ведет к болезням и безумию. Маги прошлого запрещали обращаться к ней, веря, что природная мана отравлена ненавистью Мирового Дракона к людям — современные же маги нашли способы использовать ее без вреда для себя. Сейчас природная мана питает магические устройства — механизм не может заболеть или обезуметь. Другое применение природной маны — ее ассимиляция в собственный резерв, очищающая магическую энергию от ядовитых примесей. Пусть процесс ассимиляции и слишком медленный, чтобы запитывать им заклятья, этот способ быстрого восполнения резерва доказал свою эффективность и распространился по миру. В наши дни студентов обучают ему наряду с азами инвокации.

— Если делать это постоянно, я заболею и, возможно, сойду с ума, — ответил он.

— Верно, — подтвердила Тайвен. — Постоянно использовать сырую ману чертовски глупо, но если ситуация критическая… ну, пара дней лихорадки лучше, чем похороны.

— Ты уже так делала, — догадался он.

Тайвен удивилась, словно такой вывод не напрашивался.

— Э, возможно один раз… или дважды… — она поежилась. — Но пусть это останется между нами, хорошо? Большинство боевых магов делало это хотя бы пару раз в жизни, но инспекторы Гильдии не принимают ответ "да все так делают".

Зориан жестом показал, что нем, как могила. Не стоит забывать, что она тоже знает о нем много лишнего.

— Вернемся к уроку, о Великий Учитель, — сказал он. — Раз уж ты стала показывать энергоемкие огненные заклятья, я слышал, ты можешь создавать огненный вихрь…

В назначенный день Тайвен и ее друзья доверили Зориану показывать путь на территорию аранеа. Они уже пытались — безуспешно — найти часы с помощью прорицания; неудивительно, если часы и правда попали к паукам — аранеа были в состоянии войны с захватчиками, и их защита от прорицания работала на полную мощность.

[Вот мы и встретились снова, Зориан Казински,] — поприветствовала его матриарх. Ее окружал почетный караул из шести аранеа, но на виду были лишь двое. Остальные, прикрытые чарами невидимости, таились на потолке, ощутимые лишь в мысленном чувстве психика. — [И ты опять привел с собой гостей. В этот раз троих. Если так будет продолжаться, в следующие циклы нам придется подыскать более просторную пещеру.]

[Смешно,] — отозвался Зориан. — [Но вообще-то именно таким составом мы впервые встретили аранеа. Тогда, как и сейчас, мы искали часы, которые могут быть у вас. Не попадались?]

— Что происходит? — спросила Тайвен. Они втроем стояли позади него, оценивающе глядя на тройку пауков. — Почему ты встал и молчишь?

Прежде, чем Зориан успел ответить, матриарх задвигала передними четырьмя лапами в воздухе и заговорила вслух.

— О каких часах речь? — она обратила большие передние глаза на Тайвен.

На разъяснения ушло несколько минут, но в итоге матриарх припомнила нечто подобное.

— О, теперь вспомнила. Хотя тот человек точно не был случайным прохожим, как и его "часы" — не простое устройство для счета времени. Он вместе с еще двумя головорезами напал на нас, а убегая — потерял свою игрушку.

[Он из числа захватчиков,] — параллельно пояснила она мысленно. — [Или, по крайней мере, работает на них. Говоришь, ты видел его? Прекрасно, вот наконец и первая ниточка. Внешность, имя и личная встреча — этого хватит, чтобы прорицанием найти, где он живет… Ты ведь знаешь его имя? Отлично. Будем надеяться, что он назвал настоящее. Ты не здоровался с ним за руку? Нет? Постарайся обменяться рукопожатием, когда будешь отдавать ему устройство. Если знаешь, как, можешь добавить следящие чары…]

Матриарх как-то умудрялась вести два разговора одновременно, общаясь голосом с Тайвен и мысленно с Зорианом. Ему же было еще далеко до таких высот, так что он выпал из разговора, сосредоточившись на ментальной связи. Заметив это, паучиха перестала отвлекать его телепатией, позволив наконец вернуться к общей беседе.

— …так что я не знаю, что это за устройство, но это несомненно магический предмет. Он бесполезен для аранеа, но мы знакомы с концепцией обмена. Мы собирались обменять его на что-нибудь нужное у одного из наших партнеров-людей, но раз уж просит наш друг Зориан… Думаю, мы пойдем вам навстречу. Уверена, рано или поздно он вернет нам услугу.

— Ох… — Тайвен неуверенно повернулась к нему. — Ты… согласен, Сверчок?

— Без проблем, — он пожал плечами. Хоть на его взгляд, за это он ничего матриарху не должен.

[Я сказала это просто ради приличия,] — пояснила матриарх. — [Было бы странно, если бы мы просто отдали добычу. На мой взгляд, мы будем в расчете, когда ты поможешь выследить твоего нанимателя и "пообщаться" с ним.]

— Клык Победы принесет устройство, — возвестила матриарх, и одна из стражей метнулась в темноту туннеля. — Я бы попросила передать вашему нанимателю предупреждение, но, думаю, контакты с нами лучше не афишировать.

— А почему он вообще напал на вас? — спросила Тайвен. — Вы не кажетесь враждебными.

— Власти, как правило, убивают найденных на своей территории разумных монстров, — сказал Ворчун. Он и Мямля молчали на протяжении всего разговора, так что его слова застали Зориана врасплох. Тайвен мрачно посмотрела на говорившего. — Что? Я просто говорю, что ему не нужен был повод. Их присутствие — уже достаточная причина.

— Все несколько сложнее, — ответила матриарх. — Да, люди часто враждуют с другими разумными видами, но это потому, что те виды крайне неуживчивы, или кровожадны, или считают людей едой — либо все разом. В остальных случаях люди демонстрируют более… гибкий подход. Есть несколько драконов, мирно договорившихся с людьми, люди-ящеры Блантирра давно торгуют с людскими королевствами, да и многие из отколовшихся наций тайно или открыто заключили союзы с обитающими на их территории духами и кланами монстров.

— Похоже, вы много думали на эту тему, — заметил Зориан.

— Об этом мало кому известно, но мы издавна сотрудничали с людьми, — сказала матриарх. — Аранеа жили на глубинных уровнях с момента основания города. Перед строительством ударные группы людей зачистили туннели под будущим городом от большинства угроз. Это и позволило более слабым видам, вроде аранеа, занять территорию. Как вам известно, подземелья вокруг Провала — лакомый кусочек для всех магических существ, так что конкуренция была жесточайшая. К счастью, хоть аранеа и уступали другим претендентам в боевой мощи, мы сумели договориться с людьми к взаимной выгоде. Мы вышли на некоторых людей, сообщив им сведения о наших общих врагах — их сильные и слабые стороны, места обитания, стиль движения и атаки — все, чтобы ударный отряд истребил их, или ослабил, позволив нам закончить дело. Сбор информации всегда был нашей сильной стороной.

Зориана поразила как сама история, так и то, что матриарх рассказала ее в присутствии Тайвен и ее спутников. С другой стороны, он не сказал им, что аранеа читают мысли — их разум был ничем не защищен, так что матриарху, наверное, виднее. Опять же по завершению цикла они все позабудут.

— И хоть передача информации людям была выгодна и нам тоже — мы редко делали это бесплатно. Секреты за секреты. Опираясь на эти сведения, наши партнеры-люди делали себе карьеру; взамен они показали нам магию людей и помогли приспособить ее под наши нужды. Со своей собственной магической системой аранеа стали гибче и сильнее, укрепив свое влияние в регионе; паутина, обитающая под Сиорией, стала самой престижной среди аранеа. В период благополучия подскочила рождаемость, и вскоре во все стороны от Сиории устремились колонисты и дочерние паутины, подавляя сопротивление местных аранеа. Но хоть они и ушли из Сиории искать свой собственный путь, престиж и возможности центральной паутины манили их. Вскоре несколько дочерних паутин объединились и, используя опыт подавления местных аранеа, свергли паутину-прародительницу. С тех пор подземелья Сиории еще не раз меняли хозяев. Захватчиков сокрушала новая волна захватчиков, и так до сих пор. Мы — пятая паутина, контролирующая регион. И пусть сейчас наши позиции крепки, малейшая слабина — и зашевелятся все окрестные паутины.

— Хмм, — отозвался Зориан. — То есть, теоретически, если вас перебьют — или сильно сократят численность…

— Соседи, по меньшей мере, вышлют разведывательные экспедиции, — закончила за него матриарх. — Но речь не об этом — люди и аранеа никогда не враждовали. Ну, за вычетом отдельных… единичных инцидентов. С обеих сторон. По сути, я всегда поддерживала установление плотных контактов нашей паутины с жителями Сиории. Надеюсь, однажды придет день, когда аранеа смогут открыто выйти на улицы, как и другие граждане города.

— Подозреваю, вы также надеетесь, что власти будут защищать вас, как и других граждан, — добавил Ворчун. — Скажем, от этих враждебных "паутин", претендующих на вашу территорию?

— Признаться, такая возможность занимает мои мысли, — согласилась матриарх. — Едва ли администрация предпочтет остаться в стороне при нападении на их официального союзника.

— Так это ваша палатка вербовщика? — спросила Тайвен. — Хотите, чтобы мы стали вашими агентами?

— Чем больше контактов, тем лучше, — ответила матриарх. — Но нет, я не пытаюсь завербовать вас. Я просто почувствовала, что наша связь с Зорианом беспокоит вас, и попыталась разъяснить ситуацию. Однако пора заканчивать — Клык Победы возвращается с устройством. Обратитесь к Зориану, если захотите вновь увидеться с нами.

И действительно, телохранительница матриарха вернулась с часами. Зориан бы не удивился, принеси она их в зубах — но аранеа вернулась, оснащенная некой кожаной портупеей со множеством кармашков, в одном из них и были часы. Он на секунду задумался, как же они сделали эту штуку без рук, потом понял, что тупит. Матриарх уже сказала, что они часто обменивались с людьми — отсюда и портупея.

Группа распрощалась с пауками и с добычей направилась к заказчику.

— Даже не знаю, что и думать, — призналась Тайвен, когда они отошли на достаточное расстояние. — Они выглядят довольно милыми, но обнаружить под городом целую колонию этих существ, дергающих за ниточки боги знают сколько людей, как-то тревожно.

— Ага, — тихо согласился Мямля. Зориан понимал, почему Тайвен дала парню такую кличку — он говорил очень мягко, и временами его было трудно расслышать. — Вы в курсе, что Сиория знаменита паучьим шелком? Торговцы держат рот на замке, мол, коммерческая тайна. Большинство считают, что кто-то вывел продуктивную породу пауков и держит в окрестностях города паучью ферму — но теперь очевидно, откуда на самом деле паучий шелк…

Зориан слушал вполуха, обращая внимания лишь когда разговор затрагивал интересные темы — он изучал полученное от аранеа устройство. Как и сказала матриарх, это был магический предмет, выглядящий как часы, но не являющийся ими. Стрелки не двигались, заводная коронка не вращалась и была скорее декоративным элементом для придания убедительности. Он попытался вливать в механизм ману, но не получил отклика — возможно, подавать энергию нужно было строго определенным способом. Сложные магические устройства часто этим грешат.

Вот где ему действительно пригодились уроки Хаслуша о познании сути магических предметов. Назначение удалось установить без малейшего труда — это оказалось воровским инструментом. Сканером защитных чар, направляющим и усиливающим прорицания для поиска уязвимостей в сложных системах оберегов. Похоже, их заказчик искал слабые места в защите аранеа.

Но хоть выяснить назначение было легко, Зориан никак не мог понять, как пользоваться устройством. После нескольких безуспешных попыток открыть корпус, не повредив механизм, он решил действовать менее… ортодоксально. Создав между ладоней облако маны, он влил его в прибор сквозь неплотно подогнанные стыки, так же, как он открывал замки. Получившийся образ был очень размыт, но донес, что внутри множество кристаллов и бронзовых шестерней. Вероятно, доступ пользователя в этот отсек не предусматривался. А как тогда…

А, вот в чем дело! Стрелки были не просто неподвижны, они были изображены на стекле. Зориан нажал пальцем, вдавливая стекло в корпус — раздался тихий щелчок. Он убрал палец — и крышка тут же открылась, явив другой, сложный циферблат со множеством чисел и символов. Очень сложный циферблат… ему не разобраться с машинкой за тот час, пока они идут к заказчику.

Надо будет в одном из следующих циклов разобрать эту штуку и выяснить, как она работает.

Они закрыли контракт безо всяких сложностей. Зориан не стал накладывать на устройство следящих чар, не зная, насколько прибор чувствителен, и опасаясь его испортить. Это оказалось правильным решением — заказчик тут же сотворил над "часами" несколько диагностических заклятий — одно из них как раз выявляло простые следящие чары. По завершению сделки Зориан настоял на рукопожатии, утверждая, что именно так в его родной деревне скрепляют удачные договоры. Мужик закатил глаза и пробормотал что-то о деревенщинах, но пошел ему навстречу. Миссия выполнена.

После группа выпила в ближайшей таверне (Тайвен и слышать не хотела никакие возражения) и разошлась. Зориан немедленно спустился назад в подземелья, к аранеа.

[Говоришь, чтец оберегов?] — переспросила матриарх. — [Логично. Он и его сообщники довольно долго рыскали у наших границ, стараясь не привлекать внимания. Хоть я и не ожидала, что он пошлет за своим устройством детей.]

— Да, понятия не имею, о чем он думал, — согласился Зориан. — Как ни посмотри, затея дурацкая.

[Если все пойдет гладко, то мы скоро узнаем,] — сказала матриарх. — [К слову, нам стоит обсудить и другие темы. Кажется, в прошлом цикле я упоминала, что располагаю важной информаций.]

— Упоминали, — подтвердил Зориан. — Но не сказали, какой именно.

[Она касается захватчиков. Прежде всего, ты угадал — они с Улькуаан Ибаса.]

— Так я и знал, — нахмурился Зориан. — Что на этот раз? Жажда мести или наживы?

[И то, и другое,] — ответила матриарх. — [Они ненавидят вас за изгнание и считают, что вы ослабли, теперь, когда Войны Раскола и Плач выкосили ваших боевых магов. Но вопрос в другом. Он настолько прост, что удивительно, почему мы не задались им раньше. А именно, почему захватчики считают, что смогут занять Сиорию?]

Зориан открыл было рот, чтобы сказать — да с помощью временной петли же! — но успел вовремя закрыть его. Если верить матриарху, захватчики начали подготовку задолго до временной петли. Очевидно, кто-то из них потом стал путешественником и, передавая руководству предзнания, сделал замысел устрашающе эффективным. Но на что они рассчитывали раньше? Не зная точного размещения силовых структур, они не смогли бы накрыть их первым залпом. Не зная защитной схемы Академии, они не смогли бы пробиться на ее территорию. И, ко всему прочему, матриарх утверждала, что до петли аранеа не пускали захватчиков в городские подземелья. Затея захватчиков была обречена на провал.

— Возможно, они и не собирались, — сказал Зориан. — В смысле, захватить город. Сиория важна для Эльдемара, но это не столица и не промышленный узел. Это резиденция Гильдии Магов Эльдемара и самой престижной магической академии в мире — ни те, ни другие не стали бы сотрудничать с захватчиками. Скорее всего, они просто хотели нанести максимальный ущерб. Отвлечь магическую элиту Эльдемара, покуда основные силы вторгнутся где-то еще.

[Очень близко,] — сказала матриарх. — [Они действительно собирались нанести городу огромный ущерб, но не просто как отвлекающий маневр. Судя по всему, дата фестиваля имеет магическое значение. Это день, когда границы между планами слабее всего. Точнее, границы начинают слабеть за месяц, и это достигает пика в ночь летнего фестиваля. А фестиваль этого года еще более значим. Боюсь, мы, аранеа, слабо разбираемся в астрономии, но вроде бы в этом году фестиваль совпадает с… "сопряжением планет"?]

Зориан выдохнул, ощутив мороз по коже. Ну конечно! Как он не замечал этого все это время? Сопряжение сфер, вызванное парадом планет, случается где-то раз в 400 лет. В прошлый раз во время Сопряжения маги перенесли целый город с Миасины на южное побережье Алтазии, выполнив самую впечатляющую межконтинентальную телепортацию в истории. Если кто-то хочет устроить действительно грандиозное искажение пространства-времени — лучшего времени ему не найти.

— Да, это многое объясняет, — сказал наконец Зориан. — Например, почему временная петля возникла именно сейчас. Но подождите, как это помогло бы им сильнее повредить городу? Они что, хотели телепортировать город в море?

[Нет. Во-первых, они собирались призвать большое число высокоуровневых демонов в помощь силам вторжения. Именно так они и собирались сломить сопротивление нашей паутины и защитных чар Академии. Демоны, в особенности высокого ранга, практически иммунны к ментальным атакам и очень стойки к магии. Аранеа были бы истреблены, а ваши маги вынуждены были бы спасаться сами, а не поддерживать городские войска. Войска же столкнулись бы с троллями и огненными элементалями, неуязвимыми для пуль, и на закуску — с зимними волками и железноклювами.]

— Это… это ужасно, — Зориану потребовалась пара секунд, чтобы осознать масштаб угрозы. — Почему же они так не делают?

[Они не могут, помнишь? Во время петли призвать никого нельзя. Материальный план отрезан от духовных.] — напомнила матриарх.

— А, точно, — согласился Зориан. — Думаю, это здорово спутало им планы. Интересно, устраивали ли они вообще вторжение в первом цикле, еще не имея агента-путешественника? Они ведь понимали, что без демонов обречены на поражение.

[Полагаю, устраивали,] — ответила матриарх. — [Демоны, по сути, нужны лишь для отвлечения внимания. Как и остальные войска вторжения. Предводители захватчиков осознавали, что не смогут серьезно повредить городу, сровняв с землей, например. Нет, их настоящая цель — вход в Провал. Пока защитники города заняты, группа магов должна была закрепиться там и сотворить ритуал призыва.]

— Ууу, — пробурчал Зориан. — Дайте угадаю: действительно большой демон.

[Нет. Они хотели призвать первозданного.]

Кровь отхлынула от лица Зориана.

— Что?! Но… от города осталась бы дымящаяся воронка! А как же их собственные войска?

[В расход,] — прямо ответила матриарх. — [Все, кто достаточно значим, телепортируются в случае успеха, а пешек не жалко. К тому же, ты мог заметить, что в войсках захватчиков очень мало людей. Минимум ибасанских магов, необходимый, чтобы контролировать монстров и призванных демонов. И ты слишком оптимистично оцениваешь возможный ущерб. Руководство ибасанцев рассчитывает, что призванный с помощью величайшего истока на континенте, первозданный продержится на нашем плане неделями. Он будет буйствовать, оставляя целые просеки по всему континенту, пока не исчерпает энергию призыва — или пока маги Алтазии не сумеют отослать его обратно. И тогда удар с Улькуаан Ибаса сомнет истощенных и деморализованных выживших.]

У Зориана просто не было слов. С одной стороны, план был совершенно безумен, и часть его хотела заявить, что это никогда не сработает. Где они вообще достали ритуал для призыва треклятого первозданного? С другой стороны — он слишком много раз наблюдал, как ибасанцы сокрушают защитников Сиории, и не был склонен недооценивать их. Если они считали, что это сработает — это могло сработать.

— А где они найдут магов для ритуала? — спросил он. — Совершенно очевидно, что они не успеют спастись, когда рядом воплотится первозданный. И вы случайно не знаете, кого именно из первозданных они собираются призвать?

[Ритуал произведет Тайный Орден Звездного Дракона… ты, вероятно, знаешь его как Культ Дракона, что Внизу. Они, похоже, не возражают умереть, чтобы впустить в мир одного из "детей Великой Матери". Те же из них, кто не заняты в ритуале, участвуют во вторжении как обычные боевые маги и саботажники. Если подумать, весьма вероятно, что именно Культ снабжает захватчиков разведывательной информацией — надо будет познакомиться с ними поближе. И нет, я не знаю, который из первозданных. Только то, что один из нелетающих — ибасанцы не станут рисковать. Им совсем не хочется, чтобы тварь вдруг надумала навестить их маленький островок.]

— Не сомневаюсь, — сказал Зориан. — Получается, мы по уши в… проблеме. Как бы сильны ни были захватчики во временной петле, по ее завершению они станут еще опаснее. Они получат армию демонов, а нам придется потратить время, чтобы сорвать ритуал призыва. Хотел бы я сказать, что эти культисты просто психи и не призовут даже хромого беса, не говоря уже о треклятом первозданном… Но цена ошибки будет столь велика, что мы просто не можем рисковать.

[Да, все это серьезно усложняет дело,] — согласилась матриарх. — [Первоначально я планировала срывать планы захватчиков, пока третий путешественник не выдаст себя в гневе или по неосторожности. Затем заманить его в ловушку и терзать его разум до безумия. За несколько циклов найти оптимальный метод борьбы с захватчиками, и наконец вырваться из петли и разделаться с ними окончательно. Меры в отношении третьего путешественника все еще актуальны, но найти оптимальный метод в отсутствие столь весомого фактора…]

Зориана несколько напрягало, с каким безразличием матриарх говорила о доведении человека до безумия, но… Нужно признать, он не видел других способов справиться с третьим путешественником. Разве что уничтожить его душу, что, пожалуй, еще хуже. Да он и не знает, как уничтожать души. И лучше бы не узнать никогда.

— Да уж, — вздохнул Зориан. — Ну и денек. У вас больше нет столь же потрясающих откровений?

[Нет, столь же потрясающих нет. Однако ввиду недавних событий я не смогу уделить тебе достаточно времени в этом месяце. К счастью, для тренировок тебе уже не требуется помощь опытного психика, так что я подобрала подходящую замену. Зориан, познакомься с Исполненной Энтузиазма Искательницей Новизны.]

Одна из спутниц матриарха, поменьше и явно беспокойнее остальных, спрыгнула с потолка и приземлилась перед ним.

[Привет! Я — Исполненная Энтузиазма Искательница Новизны, и в этом месяце я буду твоим учителем! Я знаю, людям трудно даются наши имена, так что можешь звать меня просто Новизна. Я не возражаю!] — выдавая эту телепатическую скороговорку, она, словно играющий щенок, носилась кругами вокруг него. — [Знаешь, когда матриарх спросила, есть ли добровольцы обучать тебя, я сказала себе: "Новизна, это твой шанс!". Я всеми лапами за! Они говорят, мне еще рано защищать паутину, но во всяких психических делах ты еще как ребенок, а я уже могу присматривать за детьми! И хэй, ты ведь тоже можешь меня научить! Я столько хочу узнать про людей, например, как вы ходите на задних лапах и не падаете, или как…]

Зориан приглушил ее трескотню и сердито посмотрел на матриарха.

[У нее есть выключатель?] — мысленно спросил он.

От матриарха волной пришла усмешка и чувство удовлетворения.

Глава 23. Поджигая фитиль

На первый взгляд, Новизна — постоянный источник раздражения: беспокойная, импульсивная болтушка, не имеющая никакого понятия о личном пространстве, вечно путающаяся под ногами или тыкающая в него передними лапами. Зориан не боялся пауков, но был просто не готов к такой близости.

В трех словах — паучья версия Кириэлле. А выходки Кириэлле он терпел лишь потому, что она его младшая сестра.

Несмотря на это, он был доволен, что встретил ее. Да, характер молодой паучихи оставлял желать лучшего, и ее приходилось постоянно возвращать к теме разговора, но она по-прежнему была бесценным кладезем сведений об аранеа и психических искусствах. И, в отличие от матриарха, каждое объяснение которой казалось едва прикрытой попыткой манипуляции, Новизна была совершенно бесхитростна. Она говорила, что думала, а когда пыталась сменить тему или сказать полуправду — это было мучительно очевидно. Приятное разнообразие в контактах с аранеа.

Новизна, увлеченная знакомством с алхимическим оборудованием Зориана, пребывала в блаженном неведении о его мыслях. Еще одно отличие от матриарха — Новизна могла разобрать его мысли, лишь когда он медленно "проговаривал" их, специально адресуя ей. Так что он спокойно позволял себе расслабиться в ее присутствии.

[Люди делают столько странных штуковин,] — заявила Новизна, осмотрев и ощупав пробирки. Зориан не знал, то ли аранеа в целом свойственно так часто касаться предметов, и она просто не сдерживается в его присутствии, то ли это у Новизны такой характер, но паучиха явно любила ощупать то, что ее заинтересовало. К его вящему раздражению, это относилось не только к неодушевленным предметам, но и к нему самому — хорошо хоть он отучил ее забираться к нему на колени…

[Как вы вообще это сделали? Это такой же прозрачный камень, как и в вашем… "окне", но я не представляю, как вы выточили из него такую форму. И так гладко… Я знаю, эти ваши разветвленные верхние конечности ловчее с вещами, чем наши лапы, но это просто немыслимо. Знаешь, аранеа раньше пытались порабощать людей, чтобы те делали для нас вещи, но это оказалась сплошная морока — обмениваться намного проще. Вы, люди, быстро чахнете в подземельях, да и похищение всегда очень сердило всех остальных людей, даже не родственников. И… упс, это было очень-очень давно и мы совсем-совсем так больше не делаем, так что забудь, что я сказала, хорошо?]

— Мхм, — с сомнением откликнулся Зориан, решив все же не развивать эту тему. — Если интересно, прозрачный камень называется стекло, и его не обтачивают. Его делают из песка, нагревая его, пока он не расплавится и не станет пластичным, затем через длинные трубки надувают в пузыри.

Новизна повернулась и уставилась на него всеми глазами.

[Как, во имя бабушкиного сморщенного яичного мешка, вы до такого додумались? У людей что, магическое понимание сути камней?]

— Эм, нет, — терпеливо ответил Зориан. Объяснять что-то Новизне было долго и нудно, но тогда и она с большей готовностью рассказывала об аранеа, так что оно того стоило. — Люди всегда возились с разного рода инструментами. Сами по себе мы довольно уязвимы, так что ремесло — вопрос выживания. С помощью грубых инструментов делаются инструменты лучше, а с их помощью — еще более точные инструменты, и так до бесконечности. Я не знаю, как было изобретено стеклодувное дело, но точно не каким-то волшебным озарением.

[Не думаю, что вас можно назвать уязвимыми,] — с сомнением сказала Новизна. — [У вас невероятная магия, и с ее помощью вы покорили практически весь верхний мир.]

— Не все люди владеют магией, — возразил Зориан. — Маги — лишь малая часть населения, и в прошлом их было еще меньше.

[Честно говоря, эти ваши "инструменты" кажутся мне магией,] — призналась Новизна. — [Вы берете всякие там камни, проводите над ними сложные ритуалы, и они превращаются в эти удивительные вещи, что не сделать никаким плетением паутины. Эта ваша странная магия ремесла — самая захватывающая особенность людей. Была у меня надежда узнать некоторые секреты, обучая тебя, но, похоже это будет непросто, сам видишь,] — она помахала передними лапами, — [у меня нет этих ваших "рук", которыми люди все делают. Но это не значит, что я отступлюсь! Я обязательно что-нибудь придумаю!]

— Ну, ты сказала, что обучаешься магии, так что можно прибегнуть к ней, — предложил Зориан. — Есть же, в конце концов, заклинания крафта. Да, ты должна будешь понимать свойства исходных материалов и устройство того, что пытаешься создать, но без этого все равно не стать ремесленником.

[Честно говоря, я не поняла ни слова,] — помолчав, сообщила Новизна. — [Но кажется, ты пытался меня поддержать, так что спасибо!]

— Угу, — вздохнул Зориан. — И мы опять отвлеклись. Давай вернемся к уроку.

[Но он такой скучный!] — пожаловалась Новизна. — [Ты и так почти все это знаешь, надо только тренироваться, а здесь это все равно не получится. Ты ведь тренируешься, правда?]

— Конечно, — согласился Зориан. — На занятиях я почти все время пытаюсь почувствовать одноклассников и других студентов в здании. Все равно на уроках больше нечем заняться. Получается довольно неплохо, но чтобы хоть немного увеличить радиус, приходиться действительно сильно концентрироваться. Я пробовал также читать эмоции, но пока выходит с переменным успехом. Ты уверена, что никто не заметит? Если выяснится, что я без спросу лезу в чужие мозги, у меня будут большие проблемы.

[Говорю же, чтобы заметить, надо сперва вторгнуться в твой разум,] — заверила Новизна. — [Раз ты так беспокоился, я поспрашивала других аранеа, и они подтвердили. В общем, чувство чужих разумов и простейшая эмпатия не требуют погружения в чужой мозг. Я знаю, что ты не веришь в Великую Паутину, но представь себе… некий ментальный план, пронизывающий все вокруг. Мысли создают в нем волны, как камни, брошенные в спокойную воду, и те, кто Открыт, могут по этим волнам обнаружить чужой разум и что-то о нем узнать. Например, вид и общее настроение мыслящего.]

— Хмм. Звучит логично, — сказал Зориан. — То есть чувство разума и эмпатия — на самом деле два аспекта одной способности? Способности воспринимать этот твой ментальный план и расшифровывать его "волны". Не знаешь, влияют ли на нее заклинания ментальной защиты?

[О, несомненно,] — подтвердила Новизна. — [Даже простейшие щитовые чары, применяемые магами, сделают твою эмпатию практически бесполезной. Слишком сильные помехи. C другой стороны, их станет куда проще обнаружить. Любые ментальные заклятья, даже защитные, делают разум более "шумным" для психика. Если подумать — особенно защитные. Ну, кроме заклинания "Пустой Разум", которое отсекает пользователя от Великой Паутины, делая его совершенно невидимым и неуязвимым для магии разума. Жуткая вещь.]

Зориан знал об этом заклинании. Пустой Разум считался абсолютной защитой от ментальной магии, но был печально известен — продолжительное использование или ошибка заклинателя наносили серьезный ущерб психике. Окончательно репутация заклятья была испорчена, когда несколько магов-параноиков, поддерживавших Пустой Разум постоянно, сошли с ума. В большинстве случаев достаточно других, более безопасных защитных техник.

— Странно, — невинно сказал Зориан. — Матриарх говорила, что пожелай она напасть — никакая жалкая человеческая магия не спасла бы меня. А ты говоришь, что есть заклятье, полностью защищающее от любых психических сил…

[А, ну видишь ли…] — промямлила Новизна. — [На самом деле она была права, потому что… потому что это совсем разные вещи, ага? Одно дело щиты — их всегда можно обойти или проломить. А если отрезать себя от Великой Паутины, то тебя словно совсем нет! Чтобы коснуться чужого разума, нужно сначала его почувствовать, а если не можешь коснуться…]

— Я понял, — прервал ее Зориан. — Магия разума аранеа работает лишь через телепатическую связь. И вы не можете коснуться того, чего не чувствуете. Хмм, создатель Пустого Разума явно разбирался в психических силах — заклятье словно специально предназначено против них.

[Идея не особо нова,] — пробурчала Новизна. — [Опытный психик, постаравшись, может отсоединиться от Великой Паутины. Это называется "уйти в темноту". Но порядочные аранеа обычно так не делают, только воры, убийцы и диверсанты. Ну, и проблема не только в самом Пустом Разуме — если маг достаточно силен, чтобы применить его, он может в одиночку справиться с целой паутиной аранеа. У нас есть способы бороться с такими, но я совсем-совсем не могу о них рассказать, а то остальные меня растерзают. Ну, знаешь, оборонительные секреты и все такое.]

— Понимаю, — ответил Зориан. Он не собирался устраивать ей неприятности, так что оставил эту тему. Да и в любом случае, вряд ли эти секретные оборонные планы интереснее, чем "обрушить туннель на голову". — То есть Пустой Разум — умение психиков, воссозданное в заклинании. Наверное, не стоит удивляться — маги обожают копировать способности магических существ.

[Правда?] — спросила Новизна. — [А я думала, что магия людей настолько хороша, что вам уже нечему учиться у других. Матриарх постоянно говорит, как крута ваша магия, и что никто не может с вами сравниться…]

— Нет, это совсем не так, — возразил Зориан. — Маги икосианской традиции — а других ты едва ли встретишь — охотно заимствуют чужие магические решения. Вся система структурированной магии построена с учетом возможности расширения. И да, в последние годы мы и правда нечасто брали что-то от магических существ и других традиций — но только потому, что уже украли либо обменяли почти все, стоящее внимания.

[Это… отличается от того, что мне рассказывали,] — призналась Новизна.

— Не расстраивайся — большинство людей тоже считает, что наша магическая традиция ничуть не изменилась со своего появления на заре Икосианской Империи, — сказал Зориан. — Но вернемся к ментальным защитам. Ты сказала, что аранеа способны пробить или обойти любой щит, кроме Пустого Разума. Ты сама тоже на это способна?

[Конечно! За кого ты меня принимаешь?] — возмутилась Новизна. — [Не умей я биться телепатически, меня бы съели еще в яслях!]

— Что, серьезно? — Зориан моргнул. — Прямо съели бы, или…

[Эээ, нет, не буквально съели бы. Мы не позволяем вылупившимся паучатам пожирать друг друга вот уже… эээ… ну, это не относится к делу. Просто фигура речи, да. Ну так вот!] — поспешила сменить тему Новизна. — [Не знаю, как у людей, а новорожденные аранеа проводят первые несколько месяцев в яслях. Крохотный, скучный закуток со множеством паучат, где нечего делать, кроме как выпрашивать у смотрителей сказки или драться друг с другом — а смотрители не одобряют, когда новорожденные дерутся физически. Зато к… экспериментам… с психическими силами они куда снисходительней. Неизбежно происходят телепатические потасовки, так что там быстро учишься защищать свой разум.]

Зориан попытался было это представить, и, поежившись, задвинул мысль подальше. Пометка на будущее — во что бы то ни стало держаться подальше от яслей аранеа, просто на всякий случай.

— Это… интересно, но не совсем то, о чем я спрашивал. Я спрашивал не о защите — о пробивании защит, — сказал он наконец.

[Нельзя победить, только защищаясь,] — фыркнула Новизна. — [Я вообще не понимаю, почему ты настаиваешь на странном разделении ментальной атаки и защиты. Ответные удары — важная часть любой защиты. Даже слабая контратака отвлекает противника, заставляя его тратить время и силы на собственную защиту — тем ослабляя его атаку.]

— Я все забываю, что психические силы — не набор отдельных заклятий, а многообразные проявления одной-единственной способности, — признался Зориан. — С другой стороны, отпор может быть не только ментальным — если я выдержу твою телепатическую атаку, я могу просто использовать магию — или кулаки. Пожалуй, это самая разумная стратегия, учитывая, как мало я знаю о телепатических схватках. И отсюда — мое предложение: я хочу проверить, выдержат ли мои защитные заклятья твои атаки. Я активирую несколько ментальных щитов, а ты постараешься пробиться. Как тебе?

[Досточтимая матриарх дала мне строгие инструкции насчет темпов обучения,] — неуверенно ответила Новизна.

И, без сомнения, строгий наказ, чему учить можно, а чему нельзя. Зориан не питал иллюзий — аранеа собирались обучить его лишь малой части их психического арсенала. Хоть паучихи и относились к психическим искусствам, как к некой религии, и хоть они и стремились распространить свои убеждения на людей — они определенно предпочитали сохранить многие приемы в секрете. Да что там, некоторые оговорки матриарха явно намекали, что аранеа скрывают некоторые техники даже друг от друга — что уж говорить о чужаках. Можно и не упоминать, что обучать его некоторым вещам просто глупо со стороны матриарха — ведь он мог обратить эти навыки против нее. Например, он не сомневался, что Новизне строжайше запрещено обучать его приемам работы с памятью — они позволили бы ему влезть в пакет памяти матриарха и подсунуть ей фальшивку.

Впрочем, Зориана это устраивало. Он уже научился у аранеа куда большему, чем рассчитывал, а захоти он большего, чем согласится дать матриарх… Что же, аранеа живут не только под Сиорией, а Новизна утверждает, что паутины практически не общаются друг с другом. Предложив один и тот же секрет десяти разным группам, он без труда выменяет куда больше информации, чем согласилась бы дать любая одна паутина… что особенно забавно — он может предлагать секреты одних аранеа другим. Старый трюк, который икосиане использовали, общаясь с различными племенами — а временная петля еще упрощает дело.

Но если он задумает что-то подобное — ему нужно научиться защищать свой разум. У него сложилось впечатление, что племена аранеа за пределами Сиории куда менее дружелюбны — а ущерб, нанесенный разуму, перейдет с ним в следующие циклы. Матриарх обещала научить его "основам телепатического боя", что, вероятно, означало "не опасно для нас, но достаточно против мозговых крыс и менталистов-недоучек" — так что его весьма интересовало, как покажет себя ментальная магия людей против обычной аранеа.

— Это не урок, так что мы не ускоряем "темпы обучения", — надавил Зориан. — Просто эксперимент. Хочу посмотреть, чего стоят мои заклятья против тебя.

[Ладно, тогда я целиком за!] — неожиданно оживилась Новизна. — [Но, э, чур никаких физических атак, договорились?]

— Это сделает весь эксперимент бессмысленным, — согласился Зориан.

[Ага. Так мы делаем вид, что я нападаю из засады, или что я тороплюсь?] — спросила Новизна.

— А в чем разница?

[Ну, если бы я атаковала из засады, я бы постаралась обойти щиты на чистом мастерстве. Очень эффективно, но требует длительной подготовки — так что нужно либо чем-то занять цель, либо использовать эффект неожиданности. С другой стороны, если времени мало, я бы просто ломилась грубой силой. Быстрее, но требует больше энергии. О, и тут трудно соразмерить силы, так что вместе со щитами можно повредить мозг цели… эм… давай остановимся на варианте с засадой, хорошо?]

— Да, давай, — с каменным лицом ответил Зориан.

Следующий час выдался весьма познавательным — и неприятным. Для Новизны это было игрой, она действовала все эффективнее, несмотря на все усилия Зориана защититься разными сочетаниями заклятий и укреплением щитов. Довольно унизительно, когда легкомысленная, непоседливая аранеа проходит сквозь его щиты за каких-то 30 секунд. Да, в настоящем бою он испепелил бы ее за эти полминуты — но далеко не факт, что это получится. Что, если бы он не знал, где она? Или она была защищена оберегами? Или она была не одна?

Но результаты стоили испытанной неловкости. Теперь он знал, что лучшая защита от аранеа (и, видимо, и других психиков) — простейший ментальный щит. Более сложные защитные заклятья не выдерживали атаки Новизны.

[Большую часть заклинаний, что ты использовал, было совсем просто обмануть несколькими финтами и точным выбором времени,] — объяснила Новизна. — [Они все следовали простым защитным алгоритмам, и реагировали на мое вторжение одинаково. А вот тот барьер, которым ты окружал разум… Грубая штука, но, признаюсь, она доставила мне проблем. Никаких хитрых алгоритмов, одна сплошная броня. Не думаю, что смогла бы обойти его, не ошибайся ты каждый раз, когда применял его.]

— Я ошибался? — удивился Зориан.

[Да. В барьере были мельчайшие дефекты, через которые я и проникала внутрь. Не думаю, что так и было задумано,] — пояснила Новизна.

Значит, мельчайшие дефекты? Обычное дело для заклинательных контуров. Мало кто из магов может выполнить заклинание безупречно, да это обычно и не требуется — крошечные ошибки ни на что не влияют, кроме особых случаев.

Видимо, это как раз был особый случай. Зориан подавил вздох — голос Ксвима в его голове с готовностью заговорил о нынешних безнадежных магах и необходимости тренироваться до правильного, а не просто хорошего результата.

Как выяснилось впоследствии, мысли были пророческими.

Прибыв к куратору на еженедельное занятие, он ожидал стандартный час хрени от Ксвима — в этом цикле приходилось брать в руку пучок тонких палочек и пытаться сжечь одну, не опалив остальные или свою ладонь. Да, Ксвим встретил его как-то особенно хмуро, но Зориан уже привык к многочисленным странностям куратора.

Он не успел даже сесть — Ксвим решил побеседовать.

— Я слышал, вы освоили фаербол. Это правда?

Лишь усилием воли Зориан не нахмурился в ответ. Дурной признак — Ксвиму не нравится ничего, что делает Зориан, так что и в занятиях боевой магией с Тайвен он точно найдет, к чему придраться. Как, черт возьми, он вообще про них узнал?

Лицо Ксвима не выдавало ничего, а своей неумелой эмпатией Зориан уже пытался его читать — безрезультатно. У куратора был просто невероятный контроль эмоций, и абсолютно ничего не могло вывести его из равновесия.

— Я могу сотворить заклятье, да, — осторожно начал Зориан, словно отсрочка спасет его от припасенной Ксвимом критики. — Правда, лишь на самой малой мощности, но…

— Значит, не можете, — бесстрастно заключил Ксвим. И посмотрел ему в глаза, словно провоцируя возразить. К счастью, Зориан давно усвоил, что на подначки куратора лучше не реагировать, так что они молча скрестили взгляды. Наконец Ксвим прервал этот безмолвный поединок драматическим вздохом. — Нынешние маги… вечно они хватаются за навыки, к которым еще не готовы. Я ожидал от вас большего. В интересе к боевой магии нет ничего дурного, но сразу пробовать сильнейшее и самое впечатляющее заклинание из доступных — просто неосмотрительно. Фаербол вполсилы — вообще не фаербол. Вам следовало готовить надежную основу, пока вы не сможете исполнить фаербол подобающе.

— Что же, — спокойно ответил Зориан. — Почему бы вам не показать, как это делается?

Вместо ответа Ксвим молча вынул из ящика колоду карт и швырнул в него. Зориан, привычный к подобным выходкам куратора, инстинктивно поймал, прежде чем колода попала ему в голову.

— Карты? — он повертел колоду в руках. На вид — обычные игральные карты, только на лицевой стороне вместо достоинства карты красовались круги, линии, квадраты и другие геометрические фигуры.

— Карты, — подтвердил Ксвим. — Точнее — карты из манапоглощающего материала. Символы по углам не просто для красоты — они отталкивают ману, рассеивая ее в воздухе. Чтобы воздействовать на такую карту, нужно очень много энергии.

— И я буду воздействовать на них? — предположил Зориан.

— Уверен, вы попытаетесь, — рассеянно ответил Ксвим, демонстративно сосредоточившись на перекладывании ручек по столу. — Для мага столь скудных умений это крайне сложная задача. Вкратце — вы будете пытаться выжечь геометрические фигуры, изображенные на картах — и только фигуры. Можете начинать, когда будете готовы.

Зориан вновь посмотрел на карты. Вроде бы он уловил смысл упражнения — нужно использовать большой объем маны, и сделать это мгновенно — иначе символы просто развеют ману в пространство. По сути, задание воссоздает основную проблему боевой магии — необходимость быстро сплести огромный заряд маны, не сильно напортачив с контуром заклятья.

Глубоко вдохнув, он выбрал карту с самым, на его взгляд, простым рисунком — что может быть проще круга в середине? — и влил в нее мощный импульс маны.

Символы по углам чуть засветились — и все.

Проклятье. Похоже, это будет сложнее, чем он думал.

После череды неудач, когда он то тратил ману без малейшего результата, то испепелял карту целиком, обжигая пальцы, Зориан наконец сумел выжечь не просто дыру в середине карты, но что-то напоминающее геометрический узор. Ожидаемо, мнение Ксвима о его результате было весьма нелестным.

В итоге Зориан исчерпал весь свой резерв маны и был вынужден прекратить. Ищете упражнения, столь энергоемкие, что опустошат весь ваш резерв? Спросите у Ксвима. И, вместо того, чтобы просто отпустить его, куратор перешел к лекции о правильном способе поглощения природной маны. Судя по всему, если сесть неподвижно и сосредоточиться только на магической энергии, можно восполнять резерв быстрее. Не слишком-то полезный навык, но пригодится, если Зориан собирается освоить новое упражнение в сколь-нибудь приемлемые сроки.

На прощание Ксвим небрежно упомянул, что ожидает его завтра для следующего занятия. То, что завтра выходной, его совершенно не смущало.

— Тем лучше, — заключил он. — Значит, у нас будет весь день. Судя по тому, что я видел сегодня — нам потребуется много времени.

И этим дело не ограничилось. С этого дня Ксвим начал требовать ежедневных занятий, тратя все свободное время Зориана. Какая муха его укусила, ведь раньше он никогда не давал уроков сверх положенного? Черт его знает. Но это определенно раздражало.

У аранеа тоже были свои проблемы. Они легко выследили взломщика оберегов, что нанял группу Тайвен вернуть часы — но добраться до него оказалось куда сложнее. Он умел не только взламывать защитные чары, но и создавать их, и к тому же оказался сильным магом. Потеряв двоих, аранеа в итоге решили оставить его в покое на этот цикл и сосредоточиться на других целях.

И, конечно, они по-прежнему сражались с захватчиками во время летнего фестиваля.

Следующие два цикла были практически такими же — аранеа собирали сведения о захватчиках, иногда прося Зориана выступить их посредником, и начали серию покушений на выявленных культистов и сочувствующих захватчикам. Зориан учился боевой магии, ментальным искусствам аранеа, и пытался держать себя в руках на занятиях Ксвима. Их усилия приносили свои плоды — с каждым последующим циклом вторжение шло все менее успешно, и матриарх надеялась, что третий путешественник скоро будет вынужден открыто вмешаться.

Чего Зориан никак не ожидал — что Новизна будет помнить предыдущие циклы. Выходило, что матриарх не монополизировала пакет памяти, как он думал, а передавала ему память шести разных аранеа. Новизна, как его личный инструктор, была сочтена достаточно важной и включена в эту элитную группу, чем молодая паучиха чрезвычайно гордилась.

Но сейчас Зориан решил, что пора менять подход. Два цикла, полные Ксвима — более, чем достаточно, да и Тайвен уже научила его почти всему, что знает о боевой магии.

Он постучался в кабинет Ильзы и замер, ожидая ответа.

— Доброе утро, мистер Казински, — сказала Ильза с едва заметной смешинкой в голосе. — Признаться, не ожидала вас до пятницы. Полагаю, до вас дошли слухи о вашем кураторе?

— Нет, я давно знаю, что за человек Ксвим. Я здесь не поэтому, — ответил Зориан. — Я здесь, потому что хочу научиться телепорту.

Ильза удивленно моргнула.

— Очень… амбициозно. Оставляя в стороне вопрос, зачем мне тратить свое время, обучая тебя телепорту, почему ты думаешь, что уже способен освоить его? Даже простейшие виды телепорта очень сложны.

— Логичный вопрос, — согласился Зориан. — Как насчет демонстрации?

— О, разумеется, — Ильза со смешком сделала приглашающий жест. Не нужно быть эмпатом, чтобы догадаться — она не ждет от него ничего особенного.

Что же, вызов принят.

Он показал все — сложнейшие упражнения на плетение, самые трудные заклятья, что он выучил за два года временной петли. Безупречно ответил на все письменные тексты и дополнительные вопросы, что она задавала — местами потому, что действительно знал тему, местами — потому что она уже задавала эти вопросы в прошлых циклах. И, пока она переваривала тот факт, что он уже мог бы выпуститься из академии, Зориан достал из рюкзака несколько самодельных магических предметов и рассказал о своих экспериментах с заклинательными формулами. Пусть она и не была учителем формул — из прошлых циклов Зориан знал, что она хорошо разбирается в предмете и может по достоинству оценить его результаты.

— Удивлена, что ты не подал прошение о переводе в первую группу, — сказала Ильза, когда он наконец закончил.

Ах да, первые группы — там обучались студенты, далеко обогнавшие сверстников. Увы, ради престижа многие влиятельные люди старались устроить туда своих детей. Так что занятия там были не настолько и продвинутыми — иначе все те, кто попал туда благодаря связям, просто не смогли бы выдержать темп. Зориан слышал о первых группах и хорошее, и плохое, но в целом выходило — кучка высокомерных карьеристов. Совершенно не интересует.

— Думаю, я достигну большего, занимаясь самостоятельно, — ответил он. — Если бы я считал, что академии больше нечего мне предложить — я бы просто сдал экзамены экстерном.

— Не стоит торопиться, — предупредила Ильза. — Уверена, ресурсы академии весьма пригодятся тебе еще как минимум год. Ты еще не настолько хорош.

Академия не одобряла выпуск экстерном. Они позиционировали себя, как образовательное учреждение, способное помочь даже взрослым магам, не говоря уже о талантливой молодежи. Досрочный выпуск означал, что студенту уже нечему здесь учиться — натуральная пощечина преподавательскому составу. Да обучение уже оплачено вперед, и деньги в любом случае не будут возвращены.

Так что Зориан не собирался выпускаться экстерном — это не дало бы ему ничего, кроме испорченных отношений с академией. Тем не менее, он всегда считал, что аккуратный намек на угрозу помогает собеседнику серьезнее его воспринимать.

Ильза молча размышляла, ритмично постукивая ручкой по заполненным им письменным тестам. Зориан не прерывал ее, хоть затянувшееся молчание явно было дурным знаком. Похоже, попытка провалилась, в следующем цикле надо будет попробовать по-друго…

— Ладно, есть такой вариант, — внезапно сказала Ильза. — Я забираю тебя от Ксвима и становлюсь твоим куратором. Я обучаю тебя продвинутым курсам иллюзии, изменения, анимации и воплощения. Если сумеешь удивить меня своим прилежанием, я добавлю в список начальные пространственные чары. И если ты их освоишь… тогда я научу тебя простейшему телепорту.

Зориан моргнул. Что? Это куда больше, чем он просил! Не то чтобы он жаловался, но…

— Это больше, чем я надеялся, — сказал он. — В чем подвох?

— Ну, прежде всего, я ожидаю, что ты станешь моим персональным ассистентом, — начала Ильза. — Я пытаюсь найти такого вот уже два года, но ректор отказывается платить еще одну зарплату, а специалистов, желающих работать бесплатно, не так-то просто найти. В общем, твоей задачей будет разбирать горы письменных тестов и домашних заданий, что я получаю от студентов, и иногда проводить занятия с младшими классами. Или другие поручения, которые я сочту не моего уровня.

Фигово, но вполне честная цена за то, что она предлагает. Даже скорее все это очень похоже на…

— И ты официально станешь моим учеником, — продолжила Ильза. — Если я буду обучать тебя продвинутой магии и допущу до собственной работы — мне нужны гарантии.

…вот-вот. В другое время Зориан с большим подозрением отнесся бы к контракту с едва знакомым магом, ведь основная цель документа — создать ученику кучу проблем, если он не поладит с учителем, но… Этот контракт — всего лишь до следующего рестарта. Почему бы и нет, черт возьми.

— А, и ты станешь старостой в своем классе, — неожиданно добавила Ильза.

Зориан скривился. Должность мало того, что неблагодарная и противная — так еще и уже занятая другой.

— Акоджа будет в отчаянии, — пробормотал он. Он не хотел отбирать ее место, тем более что оно его совершенно не интересовало — но он не упустит такой шанс.

Ильза засмеялась.

— Зориан, я назначаю тебя лишь потому, что Акоджа больше не хочет быть старостой. Она говорит, что ненавидит эту должность — ее все избегают, и она хочет поменяться с кем-то. Увы, у меня не было других претендентов — во всяком случае, достойных доверия, — она понимающе посмотрела на него. — Ты был в числе тех, кого она рекомендовала, но я даже не стала тебя спрашивать. Все, что я о тебе слышала, указывало на то, что ты откажешься.

— И вы были совершенно правы, — согласился Зориан, все еще в легком шоке. Акоджа не хочет быть старостой? Она же буквально живет ради этого! И если она ненавидит эту должность — зачем трудиться с таким усердием? Если бы Зориана принудили к ненавистной работе, он делал бы ее спустя рукава, а то и вовсе сознательно саботировал, чтобы его заменили кем-то другим. Почему Акоджа не поступает так же? — Я соглашаюсь лишь ради вашего предложения.

— Так мы договорились? — уточнила Ильза.

— Да, но у меня есть вопрос и одно условие, — ответил Зориан. — Во-первых, почему именно эти предметы? И во-вторых, я хочу научиться телепорту до летнего фестиваля.

— Что-то я сомневаюсь, что ты освоишь требования к заклинанию менее чем за месяц, — сказала Ильза. — Но если, чисто теоретически, тебе это удастся — я выполню твое условие безо всяких проблем. И что тебя так привлекает в этом заклятье?

— Что-то вроде давней мечты, — пожал плечами Зориан. — Всегда считал, что телепортация — один из обязательных приемов в арсенале настоящего мага.

— Интересно. Из чистого любопытства — что еще должен уметь настоящий маг?

— Создавать силовое поле, магические предметы, метать фаерболы, чинить сломанные вещи и становиться невидимым, — ответил Зориан. — Я уже освоил первые четыре, пятое же незаконно без специального допуска.

Вообще-то он работал над тем, чтобы получить заклятье невидимости, но ей об этом знать не обязательно.

Ильза посмотрела на него с таким пониманием, что не владей он собственным разумом, он испугался бы, что она читает его мысли.

— Отвечая же на твой первый вопрос — я выбрала эти предметы, потому что это моя специальность, — сказала она. — Ученику подобает перенять науки, в которых особенно силен учитель, не так ли?

— Конечно, — согласился Зориан. — Правда, я не вижу, что у этих предметов общего. Разве специализации не более узки?

— Ну, когда я была молода, у меня тоже была давняя мечта, — сказала Ильза. — Я хотела овладеть истинным воплощением.

Зориан моргнул.

— В смысле — создавать реальные предметы из ничего? Разве это не миф?

— Да, именно так сейчас считает Академия, — подтвердила Ильза. — Источники до Катаклизма утверждали, что сильные маги были на это способны, но те заклинания были утрачены, и никто не сумел их воспроизвести. Многие маги считают, что древние записи просто приукрашают действительность, или имеют в виду что-то совсем другое. Так вот, в молодости я мечтала воссоздать эти заклятья, и изучала все, что может в этом помочь. Современное воплощение — по сути, создание осязаемых иллюзий, так что мне казалось логичным начать со школы иллюзий, и от нее переходить к воплощению. Далее, поскольку истинное воплощение работает с настоящим веществом, я перешла к заклинаниям изменения, применяемым в крафте.

— И… достигли ли вы успеха? — поинтересовался Зориан.

— Смотря что считать успехом, — пожала плечами Ильза. — Моя цель — создание заклятья, призывающего требуемое вещество, и чтобы заклинателю не требовалось знать, где находится источник материала. По моей теории, именно так древние икосиане "создавали" вещество. У меня что-то получилось, но заклинание пока работает лишь в специально оборудованном помещении, и расход маны в каждом новом случае очень разнится, в зависимости от того, что воплощаю. И этот неловкий эпизод с воплощением золота, когда заклятье выдернуло антикварные монеты из ближайшего музея…

Она покачала головой.

— Об этом — как-нибудь в другой раз. У меня сейчас следующий урок. К завтрашнему дню я подготовлю ученический контракт, так что приходи, как выдастся время.

Следующие пять циклов были и хлопотны, и по-своему скучны. Всегда приходилось что-то делать, но ничего из этого не было по-настоящему новым. Он быстро оттачивал разнообразные навыки, аранеа все успешнее противостояли захватчикам, и Зак наконец смирился с тем, что вокруг происходит что-то очень необычное — и никак не связанное с Зорианом.

Едва ли Зак поймет, кто стоит за всем этим — размах изменений совершенно затмевал действия самого Зориана. Аранеа начинали каждый цикл очень агрессивно, подбрасывая полиции Сиории анонимные письма, убивая пособников захватчиков и даже распуская слухи. В итоге, когда Зориан впервые в цикле входил в класс — изменения уже охватывали весь город, включая студентов и профессоров. Судя по всему, Зак не подозревал, что причина — в Зориане, или вообще в его классе.

Насчет последнего Зориан был согласен с Заком — кем бы ни был третий путешественник, он явно не учился с ними в одном классе. Зориан под разными предлогами пообщался со всеми — чему очень способствовала его новая должность, будучи старостой, он мог тормошить людей по самым разным вопросам — и с помощью своей постепенно улучшающейся эмпатии оценил их реакцию на некоторые намеки, доступные лишь путешественнику во времени. И не нашел никого подозрительного.

В целом же, на взгляд Зориана, все складывалось удачно. Особенно хорош был предыдущий цикл — он наконец получил от Ильзы заклятье телепортации, Зак начал включать голову и не бросаться на захватчиков в лоб, а захватчики не сумели занять здание академии и убежища — аранеа подтолкнули преподавателей поменять конфигурацию защитных чар.

Но матриарх теряла терпение. Что-то все сильнее беспокоило ее с каждым циклом, но она отказывалась говорить об этом, отделываясь пустыми отговорками. Кажется, она сосредоточилась на каком-то личном проекте, который описывала как "сбор информации" и "просто предчувствие" — и его результаты ей очень не нравились. Зориан подозревал, что она узнала что-то значимое о природе петли, но по какой-то причине не хочет с ним делиться. Это напрягало. Что может быть хуже того, что уже им известно?

Так или иначе, матриарх настаивала, что третий путешественник должен быть найден как можно скорее. Когда Зориан убедился, что Третий не скрывается в классе, она сочла, что тот, подобно Заку, проводит циклы вне Сиории. По всей вероятности, он просто снабжает захватчиков ключевой информацией в начале цикла и уходит по своим делам. И если они хотят выманить его — нужно, чтобы захватчики потерпели просто сокрушительное поражение.

Из этих соображений и был составлен план на следующий цикл. План, проигнорировать который будет просто невозможно…

Глава 24. Дым и зеркала

Зориан первым бы признал, что с ним не так-то просто поладить. Он замкнут, раздражителен и, как правило, предполагает в людях худшее. Он всегда осознавал это, еще до смерти и попадания во временную петлю — но раньше считал, что его мировоззрение вполне адекватно. Да уж, если бы кто-то неосмотрительно указал на его недостатки до временной петли — он бы среагировал с деликатностью потревоженной гремучей змеи.

Сейчас же… ну, он все еще считал, что его поведение вполне оправдано, и вряд ли занял бы первые места в конкурсе на самого дружелюбного парня, но временная петля изменила его. Сделала его спокойнее и… пожалуй, чуть более чутким к окружающим. Прошли годы с последней ссоры с родными, его финансовое положение по завершению петли было гарантировано, растущее магическое мастерство сделало его на диво увереннее, а размах нынешних проблем просто затмевал любые из прежних неприятностей.

Так что когда Кириэлле в третий раз за три минуты пнула его в колено, он не сорвал на ней раздражение. Даже не вздохнул. Так и продолжал смотреть в окно, на проносящиеся мимо поля — поезд подходил к Корсе.

— Мне скучно, — пожаловалась Кириэлле.

Зориан с любопытством покосился на нее. Чары, наложенные на поезд, мешали сплетать потоки маны, но почти не воздействовали на его дар эмпата — и он не ощущал в Кириэлле скуки. Скорее — смесь восторга, опаски и предвкушения. Насколько он мог судить, подобные сложные сочетания — и есть обычные эмоции людей, практически не поддающиеся расшифровке на его текущем уроне навыка.

— Что на самом деле тебя тревожит? — рискнул он.

Ее разум мгновенно вспыхнул мыслительной активностью, она открыла рот, чтобы ответить — но растеряла всю храбрость и неумело попыталась замаскировать это под просто глубокий вдох. Хмм, значит, это все-таки не просто беспокойство…

— Нисево, — пробурчала она, отводя глаза и подавленно теребя подол кофточки.

Зориан закатил глаза и легонько пнул ее по коленке. Ровно то же, что она сама только что сделала — но Кири ответила убийственным взглядом. Закономерно, ее попытка запугивания с треском провалилась — она была страшна, как рассерженный котенок.

— Скажи мне, — настоял он.

Она долго, с подозрением смотрела на него — потом сдалась.

— Когда мы приедем в Сиорию — ты поучишь меня магии? — с надеждой спросила она.

Только этого ему и не хватало. Правильным, логичным ответом будет "нет" — за месяц она ничего не освоит, этот цикл обещает быть крайне хлопотным и без нее, а в итоге она все забудет в момент рестарта.

— …Я посмотрю, что можно будет сделать, — сказал Зориан после пары секунд напряженного молчания. Напряженного для Кириэлле — похоже, она буквально затаила дыхание, ожидая ответа.

— Даааа! — закричала она, вскинув сжатые кулаки в воздух.

— Но взамен я хочу, чтобы ты мне кое с чем помогла, — добавил он.

— Ладно, — тут же согласилась она, даже не спросив подробности. — Эй, а ты можешь…

— Нет, — прервал ее Зориан. — Поезд зачарован, чтобы препятствовать плетению маны. Здесь невозможно творить заклинания.

— Ох, — приуныла Кириэлле.

Вообще говоря, Зориан слегка согрешил против истины. Обереги поезда, мешающие плетению, совсем слабы и могут лишь удержать студентов от шалостей и вандализма. Для мага уровня Зориана — не более, чем досадное неудобство. Он мог легко продавить защиту, но не собирался этого делать — в прошлых циклах он уже проанализировал обереги поезда и знал, что они немедленно сигнализируют о любом серьезном применении магии. Желание Кириэлле посмотреть бесплатное представление не стоит риска быть высаженным с поезда, не доезжая до Сиории.

Кириэлле открыла было рот, но треск динамиков опередил ее.

— Станция Корса, — разнесся эхом бесплотный голос. — Повторяю, станция Корса. Спасибо.

Что же, по крайней мере сестре будет кого доставать.

— Так много людей, — заметила Кири, разглядывая толпу за окном. — Я и не подозревала, что в эту твою школу едет столько народа.

Зориан, пытавшийся пересчитать пассажиров поезда своим чувством разума, промычал что-то утвердительное. Использование ментального чувства уже не требовало полной сосредоточенности, но всерьез отвлекаться он пока не мог. Потратив с полминуты на безуспешные попытки выделить и пересчитать отдельных людей в толпе, он решил, что это пока ему не по силам, и вновь обратил внимание на Кириэлле.

— Если столько людей изучают магию — почему тогда маги так редки? — спросила та.

— Они не так уж редки, — ответил Зориан. — Просто большинство магов, выучившись, не возвращается в родное захолустье. Полностью их понимаю — я и сам вовсе не собираюсь возвращаться в Сирин после выпуска.

— Что?! Почему?! — запротестовала Кириэлле.

Зориан поднял бровь.

— Сама не догадаешься?

Кириэлле надулась и возмущенно скрестила руки на груди.

— Ну, наверное. Но это значит, что я останусь одна с мамой и папой. Вот непруха…

— Просто тормоши мать, чтобы почаще отпускала навещать меня, — пожал плечами Зориан. — Рано или поздно она сдастся, тем более, что ты будешь ее единственной ниточкой ко мне. Отцу мы оба безразличны, так что он примет ее решение.

Кириэлле странно посмотрела на него.

— Я смогу тебя навещать?

— Когда захочешь, — подтвердил Зориан.

— Я тебя не раздражаю?

— О, еще как раздражаешь, — Зориан с улыбкой посмотрел на ее возмущенную мордашку. — Но все равно, ты — единственная в семье, кто мне действительно нравится. И, могу поспорить, я раздражаю тебя не меньше.

— Чертовски верно, — фыркнула Кириэлле, в качестве подтверждения снова пнув его по колену.

Они молча смотрели, как люди заходили в поезд и поодиночке или группками растекались в поисках свободных мест. Вскоре вагон начал заполняться — и в их купе появились дополнительные пассажиры: Ибери, Бирн и еще две девушки, которых он никогда до этого цикла не видел. Немного неожиданно — он думал, будет одна Ибери. Ну да ладно, пожалуй, это даже хорошо. Чем больше зрителей, тем лучше. Теперь нужен только предлог…

Ему не пришлось долго ждать.

— Да уж, твой брат куда лучше моего, — заключила одна из девушек, когда Кириэлле объяснила всем, кто она такая и почему едет в Сиорию. — Уверена, мой бы пошел на все, лишь бы не брать с собой младшую сестру.

— Я и сам чуть было не решил оставить ее дома из-за всей этой истории с Культом Дракона, что Внизу, — вклинился Зориан. — Но решил, что они, скорее всего, просто сборище психов. Серьезно, если бы призвать армию демонов было так просто, вся Алтазия давно была бы горящими руинами, так ведь?

Разговоры в купе смолкли — все повернулись к нему, глядя так, словно у него выросла еще одна голова. Зориан, изображая растерянность, ответил озадаченным взглядом.

— Что? — наконец спросил он.

— О чем… ты сейчас говорил? — осторожно спросил Бирн.

— Вы не слышали? — Зориан нахмурился, поежившись на сидении. — Культ Дракона, что Внизу, пригрозил… ну, то есть заявил о намерении призвать в день летнего фестиваля целую армию демонов. Сопряжение планов, что произойдет в этот день, будет сильнейшим за сотни лет, так что, видимо, для них это уникальная возможность.

— Ты серьезно, — то ли спросила, то ли заключила Ибери.

— Они так заявили, — пожал плечами Зориан. — А поскольку в Сиории полно этих двинутых… меня это несколько обеспокоило.

— В Сиории много сектантов Дракона? — недоверчиво спросил Бирн.

— Провал, — со вздохом ответила Ибери. — Для них это что-то вроде святого места — здоровенная дыра в глубины земли, откуда истекает мана. Они считают, что это прямой колодец до самого Сердца Мира.

Ух ты, хорошо, что здесь Ибери — сам Зориан не знал таких подробностей, а так даже врать не пришлось. Наверное, не стоит просто считать Культ сборищем идиотов — лучше все-таки выделить время и ознакомиться с их доктриной. Знай своего врага и все такое.

Разговор вскоре сменил направление, оставив сектантов и их планы. Зориан не вмешивался, ему не требовалось никого убеждать. Он не знал, повлечет ли этот разговор хоть сколько-нибудь значимые последствия — просто попытка запустить слух в самом начале цикла ему ничего не стоила.

Первая костяшка домино встала на место.

Как и в прошлый раз, когда он брал Кириэлле с собой в Сиорию, Бирн и Кириэлле захотели перед выходом в город прогуляться по вокзалу. Разумеется, к их выходу уже лило, как из ведра. Но, в отличие от того раза, теперь у Зориана был зачарованный амулет, сделанный им в Сирине в ожидании отхода поезда, так что защитный купол над всей группой нисколько его не утруждал. Соответственно, он решил сделать доброе дело и не стал спорить с Кириэлле, желавшей проводить Бирна до академии.

Вероятно, именно поэтому по прибытию в академию Бирн спросил, смогут ли они увидеться еще. Зориан объяснил ему, как добраться до дома Имайи и пригласил заглядывать, когда будет время. Имайя наверняка нисколько не будет против, и пусть самому Зориану парень по большому счету безразличен — он видел, что Кириэлле первокурсник явно понравился.

К слову об Имайе — в этот раз их первая встреча прошла куда удачнее. Видимо, в их пользу был тот факт, что они не стучались в дверь, промокшие до нитки, и не натащили воды в дом. Черт, она даже не стала возражать, когда Зориан сказал, что у него срочное дело и снова ушел под дождь.

Этим срочным делом был визит к аранеа, и не только чтобы передать пакет воспоминаний. Сегодня он нес с собой дары — пять каменных дисков, действующих как телепатические передатчики — это здорово поможет аранеа координировать действия на больших расстояниях. Само собой, шестой диск Зориан оставил себе — чтобы не спускаться в подземелья каждый раз, когда захочет поговорить с матриархом.

[Знаете, когда я просил связаться со мной как можно скорее, я не имел в виду, что вы должны будить меня хрен знает в каком часу ночи,] — Передал Зориан, вливая в послание все свое раздражение. У него все еще не очень получалось транслировать образы и эмоции, но хотя бы общее впечатление она наверняка получит. — [Не знаю насчет аранеа, но нам, людям для нормального функционирования нужен ночной сон.]

[Мои извинения,] — ответила матриарх. Чего-чего, а сожаления в ее мысленном голосе не было совсем. — [Твой подарок — просто потрясающее устройство. Весьма впечатляет.]

[На самом деле нет. Для магического предмета — работа довольно халтурная. Сразу видно, что я пожертвовал качеством ради количества. Большой, тяжелый каменный диск, привлекающий лишнее внимание, не слишком удобный, со сроком действия всего в два с половиной месяца…]

[Что все равно на полтора месяца дольше, чем требуется,] — заметила матриарх.

[Верно,] — согласился Зориан.

[Полагаю, ты можешь делать и более долговечные версии?]

[Разумеется.]

[Могут ли их делать другие артефакторы?] — спросила она. — [Или это твоя уникальная разработка?]

Зориан нахмурился. Зачем ей другие артефакторы, когда есть он? Она что, собирается кинуть его по завершению петли?

[Это моя разработка,] — сказал он. — [Другим придется сначала разрабатывать схему. Это потребует времени.]

Технически он не соврал. Да, он разработал передатчик с нуля, но в нем не было ничего сверхсложного. Пожалуй, любой хороший крафтер мог воссоздать его за месяц-два… разумеется, в том случае, если он психик — или может испытывать устройство на психиках. Но эти подробности ей знать совершенно не обязательно.

[Понятно,] — заключила она. — [Что же, не буду отрывать тебя ото сна. Просто хотела сообщить, что я изучила пакет воспоминаний и уверена, что он подлинный.]

Зориан закатил глаза. Как будто были какие-то сомнения. Видимо, получив все, что хотела, матриарх разорвала контакт, снова оставив его в одиночестве. Ну, по крайней мере в телепатическом одиночестве — он был в одной комнате с Кириэлле, и та, воспользовавшись его секундной заминкой, стащила с него последние сантиметры одеяла. Он бросил на нее убийственный взгляд, но сестра лишь закуталась поглубже в кокон ворованных одеял, видя сны и не ведая о его гневе.

Зориан вздохнул. Теперь ему точно не уснуть снова. Быстрый звукоизолирующий оберег — и он медленно выбрался с постели, стараясь не разбудить Кириэлле. Она та еще маленькая зараза, но не ее вина, что его разбудили среди ночи.

Пометка на будущее: у следующего поколения передатчиков должен быть выключатель.

Удивив Имайю тем, что встал раньше нее, Зориан ушел в город — пройтись по магазинам. План, который они с матриархом разработали в прошлом цикле, подразумевал, что он создаст множество магических предметов — значит, ему нужны материалы и инструменты. Не говоря уже о том, что если он хочет всерьез учить Кириэлле магии — ему опять-таки нужно кое-что купить.

Он всерьез рассчитывал на то, что Кириэлле, как и в прошлый раз, подружится с Каной. Да, он и сам весьма неплох в алхимии, и если понадобится — может справиться сам, но помощь Каэла в некоторых запланированных проектах была бы бесценна…

— Зориан! Сюда!

Он вынырнул из раздумий и поспешил к окликнувшему его. Вот Бенисек-то ему и нужен. Зориан сел рядом с полноватым парнем и, обменявшись дежурными любезностями, перешел к делу:

— Бен, друг мой, ты не поверишь, что я узнал на каникулах, — начал он. — Не знаю, чем они вообще думали, замышляя такое. Это словно сюжет второсортной приключенческой книги.

— Подробнее, — Бенисек подался вперед.

— Ну… — Зориан изобразил неуверенность. — Вообще-то это довольно секретно, знаешь ли. Я рассказываю это только потому что мы друзья, так что никому больше не говори, хорошо?

Ключевые слова — "секретно", "не говори никому". Теперь Бенисек разнесет сплетню вдвое быстрее.

— Разумеется, — согласился Бенисек. — Ты же меня знаешь, Зориан. Я никогда тебя не подведу.

Зориан не смог сдержать улыбку.

— Спасибо, Бен. Я знал, что могу на тебя рассчитывать.

Рассказав Бенисеку о зловещем замысле террористов обстрелять город в разгар летнего фестиваля, Зориан вернулся в дом Имайи — ждать Тайвен и ее приглашение прогуляться по канализации. Чтобы скоротать время, он занялся изготовлением тренировочной карты, вроде тех, с которыми он оттачивал навык плетения на занятиях Ксвима. Первоначально он собирался просто купить колоду в ходе утреннего шоппинга, но карты оказались намного дороже, чем он ожидал. Он даже чуть-чуть зауважал Ксвима, осознав, сколько денег куратор потратил в том цикле на его обучение. Его список претензий к Ксвиму по-прежнему тянулся на несколько страниц, но обвинения в скупости там не было.

Но, разумеется, он и в этом цикле впечатлит Ильзу, чтобы стать ее учеником. Дело не в скупости или щедрости — Ксвим совершенно невыносим, и терпеть его можно лишь в минимальных дозах.

Он закончил рисовать символы по углам карты и принялся вплетать нужное сочетание заклятий. Кириэлле, рисовавшая вазу с цветами, прервалась, сообразив, что он занимается магией, но, не увидев никаких визуальных эффектов, тут же потеряла к нему интерес и вернулась к рисунку.

Хорошо бы Бенисек не растрепал, от кого он услышал про террористов. Наверное, так и будет — Бен всегда старался скрыть своих информаторов, ведь так он мог делать вид, что черпает сведения из неких сверхсекретных источников, а не просто пересказывает сплетни. Но у Зориана был и запасной план, на случай, если представители власти потребуют от него объяснений. К тому же аранеа уже сейчас распространяют ту же историю еще в нескольких местах — теперь найти первоисточник будет сложнее.

Он как раз наносил на карту последние штрихи, когда в кухню ворвалась Тайвен и тут же нацелилась на него.

— Прив, Сверчок, а ты неплохо тут устроился, — она плюхнулась на соседний стул, заглянула через плечо. — Ооо, знакомая штука. Я тоже собиралась как-нибудь прикупить, но деньги вечно куда-то уходят. Сколько ты купил?

— Ни одной, — ответил Зориан. — Они слишком дорого стоят, так что я решил сделать их сам. Пока сделал только эту.

Тайвен с усмешкой приподняла бровь. Зориан нахмурился — она что, не верит, что он может сделать карту? Да раз плюнуть! Все еще хмурясь, он сунул ей законченную карту.

— Попробуй.

Театрально вздохнув, Тайвен сделала глубокий вдох и… тоже нахмурилась. Зориан уловил ее вспышку досады и удивления — она попыталась выжечь нарисованный круг, но не смогла.

— Что, не получилось? — ухмыльнулся он.

— Ты ее неправильно сделал! — надулась она.

— А вот и нет! — возмутился Зориан. — Просто ты не осилила!

— А вот и нет! — не осталась в долгу Тайвен. — Может, сам попробуешь, раз такой особенный?

— Хмф, — Зориан забрал карту назад. Он повернул карту так, чтобы ей было хорошо видно (и боковым зрением заметил, что Кириэлле, привлеченная спором, тоже внимательно следит за его действиями) и точно выверенным импульсом направил энергию.

Круг — и только круг — мгновенно вспыхнул алым и осыпался пеплом. Зориан сдул пепел на стол и гордо вручил истраченную карту Тайвен. И скрестил руки, ожидая ее ответа.

— Ахем, — раздался позади него взрослый женский голос. — Вы ведь уберете эту грязь с моего стола, не так ли, мистер Казински? О, и хотела бы предупредить — если ваши… эксперименты попортят мебель — вам придется возмещать ущерб.

Зориан обернулся и широко, дружелюбно улыбнулся Имайе. Та закатила глаза и указала на пепел на кухонном столе. Признав поражение, Зориан пошел в ванную за тряпкой, не обращая внимания на хихиканье Тайвен. На миг возникло искушение в отместку отказать ей и не пойти в канализацию.

Всего на миг. В этот раз ему действительно нужно идти с ней под землю.

— Так что ты от меня хотела? — спросил Зориан, вновь садясь рядом с Тайвен.

— А, ну, я тут подумала — может, ты присоединишься ко мне в одной небольшой экспедиции…

Терпеливо выслушав ее объяснения, Зориан сообщил, что имеет выход на аранеа и потребовал, чтобы они попробовали договориться, прежде чем ломиться силой. Как и в прошлых циклах, Тайвен приняла, что он водится с гигантскими пауками из канализации, без особого удивления — но в этот раз у нее было встречное требование.

— Раз уж ты так уверен, что можешь в одиночку шариться в Подземелье, встречаясь с разумными монстрами и одни боги ведают кем еще, я хочу испытать твои навыки, — сказала она. — К тому же, поскольку ты идешь с моей группой на потенциально опасное задание — совсем не помешает оценить твой боевой потенциал. Ты ведь знаешь боевые заклинания, не так ли?

— Множество, — заверил ее Зориан.

— Отлично, приходи ко мне завтра в полдень, я тебя проверю, — решила Тайвен. — Ты уверен, что если мы вежливо попросим, то они отдадут часы?

— Если часы у них, — ответил Зориан. — Что-то этот твой наниматель мне подозрителен. Ни за что не поверю, что он не знает, кто такие аранеа — но при этом посылает тебя отобрать у них часы. Он или пытается тебя убить, или… черт, даже не знаю, что ему нужно.

— Если эти часы незаконны или очень ценны — он мог послать кого-то, кто просто не поймет, что держит в руках, — нахмурилась Тайвен. — Насколько вообще опасны эти твои пауки? В смысле, да, они разумны и все такое, но ведь по-прежнему уязвимы к тому же огню. Может, он думал, что мы просто проломимся сквозь их ряды без разговоров?

— Все аранеа — маги, — ответил Зориан. Не совсем так, лишь малая часть пауков действительно была заклинателями, но гибкость и универсальность способностей психиков вполне тянули на специализированную магическую школу. — Они особенно хороши в ментальной магии, иллюзиях и скрытности. И они связаны телепатической сетью, так что запомнят, если ты сожжешь парочку их караулов. И в следующий твой визит в подземелья тебя будут поджидать притаившиеся в засаде полчища обозленных магических пауков.

— Дерьмо, — буркнула Тайвен. Он ощутил в ней вспышку гнева, затем она совладала с эмоциями. — Лучше этому засранцу не знать этих подробностей, а то я сдам его в ближайший полицейский участок. Это же практически попытка убийства!

— Давай сначала поговорим с аранеа и послушаем, что они скажут, — поспешно сказал Зориан. Ему вовсе не улыбалось, если Тайвен разругается с нанимателем и поход сорвется. — Гарантирую, пока я с вами — они не нападут.

Тайвен смотрела на него с непонятным выражением.

— Что? — спросил он.

— Ничего. Просто… я думала, что знаю тебя, а тут выясняется, что у тебя целая тайная жизнь, о которой я ничего не слышала. Слегка не верится.

— Ага! — внезапно влезла Кириэлле. Она до сих пор молчала, но, видимо, внимательно слушала. — Почему ты ничего не сказал даже собственной сестре?!

— А, это как раз просто, — с готовностью ответил Зориан. — Я не хотел, чтобы об этом прознали родители, так что глупо было бы говорить тебе. Ты хоть представляешь, сколько раз ты подкладывала мне свинью, выбалтывая мои секреты в их присутствии?

— Да ладно тебе! — заныла Кириэлле. — Я была ребенком и ничего не понимала! Не можешь же ты до сих пор злиться?

— Нет, конечно, — смутившись, промямлил Зориан. — Разве я только что не рассказал Тайвен об аранеа в твоем присутствии?

Тайвен расстроенно покачала головой, вставая со стула.

— У тебя слишком много секретов, Сверчок. Меня несколько задевает, что ты раньше не счел меня достойной доверия, но да ладно, я не из тех, кто копит обиды. Но не думай, что на этом все закончилось — я не слезу с тебя, пока ты не расскажешь всю историю. Увидимся завтра.

— Погоди, — сказал Зориан. — Вообще-то… да, я должен кое-что вам сказать. Всем вам. Мисс Курошка, я знаю, что вы подслушиваете, так что можете просто сесть с нами.

Имайя, возившаяся со столовыми приборами, крутанулась на месте и уперла руки в боки, сердито глядя на него.

— Ничего подобного. Я просто занималась своими делами — заметь, в собственной кухне. Если ты не хотел, чтобы я услышала, тебе следовало говорить в другом месте.

— Моя ошибка, — легко согласился Зориан. Он был уверен, что она давно закончила и просто тянула время, слушая разговор, но пускай. — Кири, помнишь, в поезде я обещал учить тебя магии в обмен на услугу?

— Ага? — поколебавшись, подтвердила Кириэлле.

— Так вот, сперва — немного предыстории. Я, как это называется, эмпат — могу ощущать эмоции других людей. К сожалению, до недавнего времени мои способности были мне неподконтрольны. И я не мог ни к кому обратиться за помощью… по крайней мере, среди людей.

— Пауки, — догадалась Имайя.

— Да, — согласился Зориан. — Все аранеа эмпаты, это часть их природы. Благодаря им, я теперь более или менее способен управлять своим эмпатическим даром, хоть на полное освоение уйдут еще долгие годы тренировок. Пока все понятно?

— Что я сейчас чувствую? — спросила Кириэлле.

— Сказать по правде — не знаю, — признался Зориан. — Чувства людей редко бывают простыми, и если цель не испытывает одну сильную эмоцию, мне остается лишь гадать, основываясь на прошлом общении с этим человеком. И чем лучше я его знаю, тем легче мне читать его.

— Но разве она не твоя сестра? — спросила Имайя. — Казалось бы, если кого ты и знаешь действительно хорошо, так это свою семью.

— Наша семья… — Зориан замешкался, подбирая слово. — Не слишком благополучна. Я стараюсь держаться от них подальше, и в результате провожу мало времени и с Кириэлле. И не только я многое утаиваю — у нее тоже есть от меня множество секретов. И получается, что даже будучи братом и сестрой, мы почти не знаем друг друга.

Повисло короткое молчание — все переваривали услышанное — но Имайя нарушила неловкую паузу, прочистив горло.

— Что же, тогда хорошо, что теперь вы вместе и можете узнать друг друга.

— Да-да! — тут же согласилась Кириэлле. — Эй, как думаешь, а я могу оказаться эмпатом?

— Извини, Кири, думаю, нет, — ответил он. — Если бы была — я бы почувствовал.

— Ты можешь чувствовать других эмпатов? — спросила Тайвен.

— Я чувствую все разумы вокруг, и эмпатов, и нет, — пояснил Зориан. — И получаю о них общие сведения — их вид, пол, насколько сложны их мысли и тому подобное. Эмпаты в моем мысленном зрении сияют, как маленькие солнца, так что… извини, Кири.

— Ничего, — грустно ответила она.

— То есть ты можешь чувствовать людей вокруг себя, вне зависимости от препятствий? — спросила Тайвен. — А на каком расстоянии?

— Если я использую чувство разума фоном, занимаясь чем-то другим — около десяти метров, — сказал Зориан. — Если же я специально сосредоточусь, сканируя окрестности… Раз в десять дальше. Однако, если разумов вокруг меня слишком много, я не успеваю различать их, и они сливаются в дезориентирующую, давящую на мозги массу. Поэтому в больших толпах я обычно полностью заглушаю свою эмпатию.

— Сверчок, я уже хочу тебя к себе в команду, — заявила Тайвен. — Я давно ищу нам сенсора. Теперь осталось только обучить тебя нескольким заклятиям прорицания, и…

— Уже, спасибо, — ответил он. — Я довольно хорош в прорицании.

— Тем лучше! Ты принят.

— Посмотрим, — вздохнул Зориан.

— Поразительно, — сказала Имайя. — Никогда не слышала о таком аспекте эмпатии, но, наверное, логично, что тот, кто чувствует эмоции, может по ним находить людей. Но ты ведь хотел рассказать не об этом, так?

— Не об этом, — кивнул Зориан. — Это мало кому известно, но эмпатия — лишь первое проявление гораздо более… опасной способности. Правильно обученный эмпат может установить прямой мысленный контакт с другим человеком и общаться с ним телепатически, читать его мысли, искажать его восприятие или рыться в его памяти. И аранеа обучают меня этому.

Он прервался, оценивая их реакцию. Ну, никто не перепугался и не разозлился — уже хорошо.

— Я не собираюсь делать это без разрешения, — продолжил он. — Но в то же время мне надо на ком-то практиковаться. Аранеа не слишком подходят — их разум слишком чужд для новичка вроде меня. Нужен человек-доброволец, и я надеюсь на твою помощь, сестра моя.

— Ты хочешь читать мои мысли? — уточнила Кириэлле.

— Грубо говоря, да, — подтвердил Зориан.

— А если я откажусь, ты все равно будешь учить меня магии?

— Несомненно. Это просьба, а не шантаж. Найду кого-нибудь другого.

— Ну… ладно, — решила она. — Я помогу тебе. Но, чур, никому не рассказывать о… том, что узнаешь. И в обмен ты поделишься своими секретами!

— Конечно, — улыбнулся он. — Это будет справедливо.

Все его признание, как осознал Зориан, прошло на удивление удачно. Да, после этого Имайя старалась пореже попадаться ему на глаза, а Кириэлле странно на него посматривала, но никто из них не боялся — так, испытывали неловкость, не более. Они приняли его слова куда лучше, чем он рассчитывал.

И, разумеется, Тайвен, которую совершенно не смутило, что он учится влезать людям в головы.

— Готов, Сверчок? — она крутанула в руках посох.

— Ага, готов, — Зориан крепче сжал жезл.

Если он что-то знал о Тайвен — а он знал — то сейчас она немедленно атакует. Она убеждена, что если бить в полную силу, то защищаться уже не придется — хотя защищаться она тоже умеет. И пусть его заклинательная техника превосходит ее, ему ни за что не победить в длительном бою — а значит, нужно прибегнуть к хитрости.

Было бы здорово, если б он все-таки сумел победить. Ее лицо после проигрыша старине "Сверчку" было бы просто бесценно.

Миг — и в него летят пять магических снарядов. Он позволил им бессильно разбиться об его щит, и ответил довольно необычным электрическим заклятьем. К Тайвен устремился искрящий луч — она в ответ создала пластину простейшего щита.

На полпути к цели, луч расщепился на три — один ушел влево, другой вправо, третий метнулся вверх. И снова изменили траекторию, атакуя Тайвен с трех сторон в обход плоскости щита.

Недостаточно. Она каким-то образом успела преобразовать плоский щит в сплошную сферу, прежде чем ее достало электрическое заклятье. Зориан швырнул пару дымовых бомб, пытаясь лишить ее обзора, и, целясь с помощью ментального чувства, стал под прикрытием дыма сплетать сложное заклятье, которого не было в его жезле.

Тайвен прибегла к порывам ветра, чтобы разогнать дым и, при удаче, зацепить и его. Завеса почти развеялась — но в этот момент заклятье активировалось, опустошая его резерв.

"Если это не сработает, я проиграл."

Яркий луч концентрированной силы ударил из его руки в щит Тайвен. Защитное поле вспыхнуло и почти мгновенно исчезло, безжалостная сила смела Тайвен и ударила об пол. Она уже не поднялась, лишившись чувств при ударе.

— Упс, — пробормотал Зориан. — Кажется, я малость перестарался — не будь оберегов, я мог убить ее…

Сотворив парочку диагностирующих чар и убедившись, что серьезных повреждений или внутреннего кровотечения нет, Зориан позволил себе улыбнуться. Ему нужно научиться соразмерять силы, но — он победил. И она обходилась с ним не лучше в их прежние схватки, так что не имеет права жаловаться. Ему уже не терпелось увидеть ее лицо, когда она очнется.

— Ну же, Сверчок, — прорычала Тайвен. — Найди уже этих своих пауков и пойдем отсюда. Мне уже тошно от этих подземелий.

Зориан вздохнул и вновь сфокусировался на ментальном чутье. Он справился бы быстрее, если бы Тайвен перестала изливать на него свое раздражение. Кое-кто совсем не умеет проигрывать.

— Эй, — отвлек его мужской шепот. — Что это вы с Тайвен не поделили?

Зориан скосил глаза на Ворчуна, взвешивая варианты ответа. В итоге решил быть предельно откровенным:

— Я сделал ее в спарринге. И она думает, что я сжульничал.

Ворчун оценивающе посмотрел на него.

— Ты побил Тайвен в спарринге? Разве ты не третьекурсник?

— Ну да, — согласился Зориан, и внезапно ощутил знакомое ментальное присутствие. — О, а вот и они.

После взаимного представления Тайвен сразу перешла к причине их визита — но ее ждало разочарование.

— Увы, боюсь, другая группа нападавших проникла в нашу сокровищницу и сбежала со множеством ценных предметов… Включая часы, что потерял вор, — с сожалением сказала матриарх. — Однако я знаю, где их лагерь.

Зориан знал, что это чушь собачья. Да, часы действительно были в другом месте — точнее, в одном из подземных форпостов захватчиков — но только потому, что сами аранеа подбросили их туда. Предполагалось, что группа Тайвен наткнется на форпост, осознает, что нашли что-то серьезное — что им самим не по силам — и доложит властям.

Задачей же Зориана было проследить, чтобы Тайвен и ее группа пережили встречу с захватчикам.

— Как удобно, — усмехнулся он. — Чтобы добыть часы, нам придется разобраться с вашими врагами.

— Удачное совпадение, — безмятежно ответила матриарх. — В конце концов, это выгодно обеим сторонам. Вы бесплатно узнаете местоположение часов, я решаю одну из своих проблем, не подвергая Паутину риску. Так вы хотите знать местоположение — или нет?

— А эти ваши враги — кто они? — спросила Тайвен.

— Точно не знаю, — сказала матриарх. — Среди нападавших был маг и два боевых тролля, но в их лагере наверняка есть и другие.

— Боевые тролли? — побледнела Тайвен. — Проклятье, мы на такое не подписывались!

— Обещанная плата явно не покрывает схватку с боевыми троллями и поддерживающим их магом, — негромко сказал Мямля.

— Может, стоит на всякий случай проверить? — рискнул Зориан. — С безопасного расстояния. Возможно, я смогу сказать, сколько их на базе.

— Угу, — решила Тайвен после короткого размышления. — Да, надо по крайней мере проверить. Не в обиду матриарху, но как-то трудно поверить в парней, бегающих по канализации с прирученными боевыми троллями. Возможно, тут какая-то ошибка.

— Полагаю, это возможно, — допустила матриарх. — Я раньше не встречала троллей и не видела нападавших лично, но по описанию очень похоже на троллей.

— Вот-вот, — кивнула Тайвен. — Так где, говорите, находится их лагерь?

Лагерь был уже за пределами канализации — все-таки эта часть Подземелья находилась под каким-никаким наблюдением властей, и спрятать там крупный отряд на продолжительное время не представлялось возможным. По той же причине и колония аранеа также проживала не в канализации — хотя и считали туннели своей территорией. Жилища Паутины и форпосты захватчиков располагались в так называемом "промежуточном слое."

Маги нередко спускались на этот уровень — но и частыми их визиты тоже не назовешь. Эта часть Подземелья была слишком опасна для безоружного гражданского — и не имела ничего ценного, способного привлечь проходчиков и искателей приключений. Город каждые несколько лет посылал на зачистку наемников, они же и обирали там все хоть сколь-нибудь ценное. Для тех же, кто хотел испытать себя против обитателей Нижнего мира и поискать сокровища — был Провал, открывающий прямой путь на нижние уровни, так и не расчищенные за десятилетия. Так что в промежуточный слой из города забредали разве что ищущие приключений студенты да изредка — патрули смотрителей.

Захватчики удачно выбрали время. Город был совершенно поглощен подготовкой к летнему фестивалю и сопутствующими проблемами — за подземельем никто не следил. В другое время за пару месяцев без присмотра не случилось бы ничего страшного, но сейчас…

— Срань господня, — прошептала Тайвен, выглядывая из-за укрытия, чтобы еще раз осмотреть лагерь. — Да у них тут целая гребаная армия!

— Пригнись, дура! — шепотом прорычал Ворчун, затаскивая ее назад за валун. — Хочешь, чтобы нас заметили? Если нас обнаружат, нам крышка. Там по меньшей мере сто троллей и не менее двадцати погонщиков.

— Извини, — ответила Тайвен. — Просто… не верится.

Зориан был вынужден согласиться. Он знал, что им предстоит увидеть — но даже его поразил размах увиденного. Впрочем, именно поэтому матриарх и выбрала именно этот лагерь из примерно дюжины известных форпостов захватчиков. Остальные были меньше и лучше замаскированы, но этот — этот размещался в большой пещере и был достаточно освещен, чтобы наблюдатель мог беспрепятственно разглядеть весь лагерь с высоты. Например, из этого туннеля. Если подумать, их позиция практически идеальна для наблюдения за лагерем.

"Хмм, любопытно…"

Он провел пальцами по стенке туннеля. Неровная, но при этом гладкая. Слишком гладкая, чтобы быть естественной. И валун, за которым они прятались — тоже.

"Похоже, все подстроено в еще большей степени, чем я думал, — решил Зориан. — Наверняка маги аранеа пробили этот туннель специально для нас. Это объясняет, почему никто не обращает внимания на этот вход — в то время, как два других охраняются. Они просто еще не знают, что он тут есть."

Ну да ладно — пора выполнять свою часть работы. Он вытащил из сумки зеркальце и молча наложил на него заклятье видения. Разумеется, лагерь был защищен от прорицания — но обереги скрывали от людей сам факт, что здесь находится лагерь. Зориан знал, что лагерь есть, знал, где он расположен — и более того, находился совсем рядом с ним — так что его прорицание беспрепятственно проходило сквозь защиту.

После пяти минут наблюдения через зеркальце, Тайвен решила, что видела достаточно, и жестом велела отменить заклинание.

— Пойдем, — сказала она. — Я хочу убраться отсюда, пока нам еще везет.

И они почти выбрались без происшествий. Почти.

Приближаясь к границе между нижними уровнями и канализацией, они внезапно натолкнулись на двоих магов в капюшонах, окруженных четырьмя троллями. На мгновение обе группы замерли — никто не ожидал подобной встречи. Зориан с раздражением отметил, что ментальный фон захватчиков неким образом приглушен — несомненно, защита против аранеа. Проклятье. Он должен был догадаться, что противник найдет способы противостоять ментальному чутью.

Пауза прервалась — один из магов приказал троллям атаковать.

Тайвен и ее спутники встретили приближающихся троллей без колебания, вскинув посохи, чтобы смести нападающих, прежде чем те доберутся до них. Зориан же предпочел отвлечь вражеских магов, выпустив залп из четырех пронзающих снарядов, по два на цель.

Одновременно произошло несколько событий. Один из магов прервал инвокацию и успел накрыться щитом, прежде чем в него ударили снаряды. Другой оказался менее искусен — его щит опоздал, и пронзающие снаряды ударили его в грудь, опрокинув фонтанирующее кровью тело. Ворчун и Мямля попытались сдержать троллей огнеметами, но если трое тварей отшатнулись от огня, то самый крупный и бронированный продолжал переть вперед, слегка оглушенный, но невредимый.

Тайвен ударила тараном силы, пытаясь отбросить всю вражескую группу и освободить пространство для маневра — у нее почти получилось, отступивших троллей и уцелевшего мага снесло вглубь туннеля, но передний тролль удержался на ногах.

Он вскинул здоровенную железную булаву над головой и с вызовом взревел — его рык оглушал, как удар, почти как ослабленная версия силового заклятья Тайвен. Странно, Зориан всегда думал, что тролли не владеют магией, кроме их дурацкой регенерации.

Впрочем, сейчас не время размышлять об этом — развивая успех, тролль кинулся к ним.

Зориан отчаянно сотворил перед группой большой щит, стремясь выиграть время. Увы, в отличие от тех троллей, с которыми он бился в прошлых циклах, этот был слишком умен, чтобы врезаться в щит с разбега. Тварь с огромной силой обрушила на щит булаву — раз, другой, третий. Силовая плоскость лопнула, и тролль пнул Зориана в грудь, отбрасывая по туннелю прямо в Ворчуна и Мямлю, прерывая их заклинания.

А вот Тайвен сумела завершить инвокацию. Огненный вихрь рванулся вперед, убив мага и троих троллей, спешивших на выручку сородичу — но едва опалив главного тролля.

И очень, очень его разозлив.

— Дерьмо, — прошептала Тайвен, глядя, как тварь заносит булаву для смертельного удара.

Он знал, что это может случиться, когда составлял этот план. Он знал, что ее смерть не будет окончательна. И все равно его до глубины души ужаснуло, что Тайвен сейчас убьют. Убьют из-за его хитроумных замыслов…

Он устремился к разуму тролля — и обнаружил, что защиты больше нет — хоть заклятье Тайвен и не смогло серьезно повредить твари, похоже, оно сожгло то, что прикрывало мозг тролля от магии разума. И, вместо какой-либо изощренной атаки, Зориан обрушил поток телепатической бессмыслицы, пытаясь разрушить мозг зверя просто напором.

Тролль отшатнулся, содрогнувшись всем телом, выронил булаву. Зориан бросил ему под ноги два взрывных куба.

— Тайвен, назад!

Ему не пришлось повторять дважды — она мгновенно вышла из ступора и метнулась прочь. Как только она отбежала — Зориан активировал бомбы, и оглушительный взрыв накрыл тролля.

И даже этого оказалось недостаточно. Тварь припала на колени, схватившись за поврежденную ногу — вся окровавленная после взрыва, но плоть уже начала исцеляться.

Проклятье, да что с этим троллем? Он что, какой-нибудь супер-тролль?

А потом два льдисто-голубых луча, выпущенные Ворчуном и Мямлей, попали троллю прямо в грудь — тот замер и покрылся коркой льда.

— Он наконец издох? — спросил Зориан.

— Не знаю, и мне без разницы, — ответила Тайвен. — Валим отсюда, пока не встретили еще одного.

Зориан глубоко вдохнул, пытаясь унять дрожь, и согласно кивнул. Попытался шагнуть — и скривился от боли в ноге. Он мог идти, но болеть еще будет всю неделю.

"Надеюсь, это того стоило, чертова восьминогая махинаторша," — подумал он.

[Значит, все сделано?] — уточнила матриарх.

Зориан сильнее сжал каменный диск в руке.

[Да, я ведь так и сказал, разве нет? К счастью, обошлось без жертв, но только чудом. Как ни посмотри, этот смертельный риск вам на руку — теперь Тайвен действительно разозлилась и намерена добиваться возмездия. Уже завтра она сообщит о захватчиках городским властям. Искренне надеюсь, что это не вы подстроили столкновение, мисс Копье Решимости, иначе я буду вами крайне недоволен.]

[Не беспокойся, я тут ни при чем,] — заверила матриарх.

[Да-да,] — вздохнул Зориан. Может, это уже паранойя, но в последние циклы матриарх становится все более скрытной. И с нее вполне станется устроить нечто подобное. — [А как у вас? Сделали, что хотели?]

[Да,] — подтвердила матриарх. — [Я связалась с Заком и сообщила ему, что аранеа знают о временной петле.]

Глава 25. Непредвиденное

Зориан молча разглядывал каменный диск в своей ладони. Свершилось. Теперь Зак знает, что во временной петле он не один. Да, его личность пока не раскрыта — матриарх сама представилась путешественницей во времени — но это уже всего лишь вопрос времени. Сейчас, когда Зак осознал наличие других путешественников, Зориану ни за что не удастся водить его за нос дольше парочки циклов. Если он вообще будет скрываться. В конце концов, если план удастся и третий путешественник будет нейтрализован, не останется никаких причин прятаться от Зака.

[И?] — спросил он. — [Какова была его реакция на ваше… представление?]

[Удивление, растерянность и гнев,] — откликнулась матриарх. — [Он и сам пришел к выводу, что кроме него в петле есть еще кто-то — только так можно было объяснить масштабные изменения последних циклов. Он не понимал, откуда они взялись и почему не связались с ним — и собирался чем-нибудь привлечь наше внимание. Он никак не ожидал, что другой путешественник окажется гигантским говорящим пауком — но, думаю, в итоге это не станет проблемой. Он не арахнофоб и не расист. И он очень разозлился, узнав, что есть и третий путешественник, и что этот третий стер его память — так что я закруглилась, чтобы он остыл.]

[Неудивительно,] — сказал Зориан. — [Я знаю, что для аранеа коррекция памяти — обычное дело, но мы, люди, обычно реагируем на нее болезненно. Как думаете, он поверил, что вы — путешественник во времени?]

[Вообще-то я сказала ему, что среди аранеа несколько путешественников. Что я могу подключать других ко временной петле. Технически правда, и выставляет нас более серьезной силой.]

[Не уверен, что это было действительно необходимо,] — задумался Зориан. — [Или вообще разумно. То, что мы запланировали, само по себе должно спровоцировать третьего путешественника на конфликт. Если он будет считать нас сильнее — он просто станет осторожнее… и опаснее.]

[Ты напрасно все усложняешь,] — ответила матриарх. — [Мы планируем засаду, а не генеральное сражение. Поскольку наш враг до сих пор игнорировал провокации — думаю, заставить его заглотить наживку — важнее, чем беспокоиться о последствиях. Как ты сам сказал, и как Зак убедился на собственном опыте — есть пределы тому, что может один маг. Как бы ни был хорош наш противник, ему не уйти живым из нашей западни.]

[Угу,] — с сомнением сказал Зориан. Он был далеко не так уверен в успехе, но и не имел других вариантов. Опять же, если план сорвется, возможно, она будет с ним более откровенной в следующем цикле. — [Значит, мы заручились поддержкой Зака?]

[Да, он поможет нам,] — подтвердила матриарх. — [Мне даже не пришлось предлагать плату. И он сам спросил список целей, чтобы он мог ослабить войска захватчиков до дня сражения. Очень искренний и открытый юноша. Не то что кое-кто со свирепствующей паранойей, должна заметить.]

Зориан сощурился, сжав в руке диск-передатчик. И что это было? Матриарх хочет сменить его на Зака? На кого-то более доверчивого, кем легче управлять?

Может, когда они разделаются с третьим путешественником, он, Зориан, станет следующей целью?

Решено. Чем бы ни окончилась их затея, он расскажет Заку о себе. У анонимности есть свои преимущества, но они меркнут перед той угрозой, что представляет собой эксклюзивный доступ матриарха аранеа к Заку. Это все может очень плохо кончиться.

[Ты замолчал,] — заметила матриарх. — [Ты ведь понимаешь, что я просто дразнила тебя?]

[Я думал,] — откликнулся Зориан, радуясь, что они общаются через передатчики, и она не может прочитать его мысли, пока он сам не пошлет их к ней. Это не было намеренной предосторожностью — скорее, результатом несовершенства схемы, но очень удачным результатом. — [Что насчет денег? Мои сбережения скоро истощатся, знаете ли.]

[К концу недели я смогу передать тебе около двадцати тысяч. Этого хватит?]

[Для ингредиентов — несомненно,] — подтвердил Зориан. — [А вот для найма специалистов… Не уверен. Услуги экспертов дороги, особенно при срочных и конфиденциальных заказах. Надеюсь, Каэл согласится помочь нам, иначе придется искать алхимика.]

[Оставляю это на тебя,] — сказала матриарх. — [Ты разбираешься в этом куда лучше.]

Повисло короткое молчание — Зориан и матриарх решали, что еще можно сказать.

[Послушай,] — внезапно начала матриарх. — [Ты знаешь, что аранеа иногда оставляют небольшие пакеты памяти в разумах своих самцов?]

Зориан моргнул. Что? При чем тут это вообще?

[Нет,] — поколебавшись, ответил Зориан. — [Не сказал бы, что знаю об этом.]

[Так вот, мы это делаем,] — сказала матриарх. — [Хороший способ передать тайное послание, если знаешь, как это делается. Если разбить пакет на маленькие фрагменты и аккуратно вписать в мозги целей, то без ключа практически невозможно не то что собрать пакет назад — а даже просто обнаружить его.]

[Зачем вы мне это рассказываете?] — спросил Зориан.

[Просто на всякий случай,] — пояснила матриарх. — [Самцы аранеа меньше самок и очень, очень трусливы. Как и другие животные, они боятся огня и громких звуков, а большинство заклятий прорицания, предназначенных искать аранеа, не воспринимают их как цель. Чаще всего, когда уничтожается Паутина аранеа, множество самцов выживает. Пакет воспоминаний в их разуме — хороший способ передать последнее послание.]

Зориан нахмурился. То есть матриарх признает, что все может окончиться катастрофой… Но зачем передавать послание столь запутанным путем?

[Почему просто не сказать мне?] — спросил он.

[Скорее всего, это пустые опасения,] — ответила матриарх. — [А ты и так слишком много беспокоишься. Это просто предосторожность на самый худший случай. Новизна передаст тебе ключ при следующей встрече.]

И, прежде чем Зориан успел что-то сказать, она оборвала связь.

— Очень по-взрослому, — пробурчал он, отбрасывая диск-передатчик на кровать рядом с собой. И все же, как бы она ни раздражала его, матриарх по сей день была крайне полезна. Наверное, стоит трактовать сомнения в ее пользу. Вдруг у нее и правда есть причины скрывать информацию.

Но вот ему самому тоже стоит со следующего цикла озаботиться предосторожностями. Просто на всякий случай.

Зориан ждал на вокзале Сиории. До приезда Каэла с дочерью еще нескоро, так что он коротал время, докучая заполонившим перрон голубям.

Воздействовать на животных даром психика оказалось на удивление и проще, и сложнее, чем на человеческий разум. Сложнее, потому что примитивные мысли труднее почувствовать и коснуться, и проще, потому что если психик сумел установить связь — то понять или подчинить себе содержимое птичьего мозга уже значительно легче.

Почувствовать голубя не так уж сложно — во всяком случае, в прямой видимости и полностью сосредоточившись на задаче — так что ничто не защищало птиц от экспериментов Зориана. Он просто сидел на скамье и методично касался своим разумом одного голубя за другим. Иногда он пытался только прочитать их неуклюжие мысли, не привлекая внимания птицы, иногда — перехватить контроль над чувствами или телом голубя. Ничего из перечисленного не получалось идеально, но делать было нечего, а некоторые успехи все-таки были. После где-то пятидесятого голубя он научился различать голодных, больных или ушибленных птиц. Ему удавалось заставить голубя споткнуться, замереть на секунду или в испуге улететь прочь.

К слову, последнее было совсем просто. Наверное, не стоит удивляться — ведь эффект практически совпадал с простейшим заклятьем "Отпугнуть животное", которое он освоил еще на втором курсе. Если подумать… заклятия разума, разработанные против животных, достать куда проще, чем заклятия против людей. Черт, да некоторые есть даже в свободном доступе в библиотеке академии. Пожалуй, стоит опробовать их в следующих циклах и сравнить действие со способностью психика.

Сейчас же он увлекся другой идеей — не управляя голубем напрямую, просто приглушить страх птицы и приманить, чтобы она сама подошла к нему. Да уж, это оказалось в разы сложнее, чем распугивать. Голуби и сами по себе готовы улететь прочь при малейшей угрозе, так что отпугнуть их легко, но вот подойти к странному типу, не дающему еду, но неподвижно смотрящему на них… Это шло вразрез со всеми инстинктами.

Потребовалось больше двадцати попыток, но он постепенно научился подводить голубей все ближе к себе. Наконец, на двадцать четвертой попытке ему попался голубь, достаточно смелый, чтобы пройти до конца. Он неторопливо подошел и, взлетев, опустился на скамейку рядом с Зорианом.

Голубь курлыкнул и уставился на него, даже не став возражать, когда Зориан, дотянувшись, взял его на руки.

Получилось! Зориан достал из кармана и предложил послушному голубю хлеба. Столь добросовестный подопытный явно заслуживал награды.

Он успел как раз вовремя — как раз прибывал поезд Каэла. Ссадив голубя назад на скамью, Зориан направился помочь парню с багажом.

— Каэл Тверинов? Я — Зориан Казински из твоего класса. Мисс Зилети послала меня помочь тебе устроиться и показать город. Не беспокойся насчет твоей дочери, я умею хранить секреты.

Каэл оценивающе оглядел его, кивнул.

— Благодарю за помощь, мистер Казински. И за молчание. Не покажете дорогу?

— Без проблем, — Зориан создал парящий силовой диск и принялся укладывать на него багаж морлока. — В конце концов, мы живем в одном месте.

— Вот как? — заинтересовался Каэл.

— Ну да. Или, скорее, будем жить, если ты снимешь комнату там, где рекомендовала мисс Зилети. Когда я сказал ей, что беру с собой младшую сестру и ищу альтернативу общежитию, она порекомендовала мне то же самое место.

— Младшую сестру? — Каэл поудобнее перехватил сидящую у него на руках Кану. Девочка внимательно изучала окрестности ярко-голубыми глазами, но хранила молчание. — А почему ты взял ее с собой, если не секрет?

— Родители уезжают в Кос, и кто-то должен присмотреть за ней. И, ну, обычно этим кем-то оказываюсь я. Вообще-то я не возражаю, да и домовладелица вроде бы хорошо ладит с детьми.

— Рад это слышать, — заметил Каэл. — Сказать по правде, я очень сомневался, ехать ли сюда, и беспокоился, что мисс Зилети могла преувеличить любовь ее подруги к детям, чтобы убедить меня.

— Не думаю, что об этом стоит беспокоиться. Имайя — хозяйка дома — кажется дружелюбной и честной. И я эмпат, так что моему суждению можно доверять.

Каэл пристально, вопросительно посмотрел на него.

— Слишком неожиданно? — спросил Зориан. — Извини, я не хотел затягивать. Я знаю, многим не нравится мысль, что кто-то может знать о их внутренних переживаниях, но не думаю, что смог бы навсегда скрыть это от своего соседа по дому.

— Если ты не возражаешь жить по соседству с морлоком, полагаю, я не вправе жаловаться, что ты эмпат, — покачал головой Каэл. — Честно говоря, я даже завидую. Кана все время молчит, и мне иногда хочется заглянуть в ее разум и узнать, о чем она думает.

Кана немедленно обняла его за голову своими маленькими ручками и легонько поцеловала в щеку. Каэл усмехнулся и, пряча улыбку, потрепал ее по голове.

"Кана: Каэл — 1:0", — подумал Зориан. Пусть девочка и молчала, но она точно знала, как управляться со своим отцом.

Спустя пару мгновений парни снова заговорили — но уже куда свободнее, преодолев первоначальную натянутость в разговоре.

В кухне Имайи было тесно. Тесно и шумно. Зориан и Кириэлле, Каэл с дочерью, пришедшие в гости Ильза и Тайвен, сама Имайя, наконец — кухня была заполнена до предела, и непрерывно велось по меньшей мере два независимых разговора. На удивление, Зориану это не мешало. В прошлом подобные сборища буквально выводили его из себя, и он под любым предлогом покидал их при первой возможности. Сейчас же, осознал он, эти люди не были ему чужими. Он впервые чувствовал себя среди людей своим — а не незваным гостем под прицелом пытливых, недобрых глаз.

Конечно, он и сейчас по большей части отмалчивался. Но это было умиротворенное молчание.

— …и тут Ворчун и Мямля вдарили по нему полярными лучами и заморозили на месте, — оживленно рассказывала Тайвен. — Не знаю, убило ли это его, но это позволило нам сбежать. Да уж, в такие передряги я раньше не влипала, скажу я вам. Хорошо, что там был Зориан — выбери я любого другого третьекурсника, и мы вряд ли пережили бы встречу с троллем.

Зориан поежился на стуле, ощутив укол стыда. Тайвен зря ему благодарна — не будь его, ей вообще не пришлось бы столкнуться с троллем.

— Успехи Зориана в таком бою, несомненно, впечатляют, но я вынуждена попросить, чтобы в будущем ты воздержалась от авантюр в подземелье с его участием, — Ильза усмехнулась. — Теперь он мой ученик, и если какой-нибудь тролль или другое чудище убьет его сразу после заключения контракта — это будет жутким пятном на моей репутации.

— Эээ, да… — пробормотала Тайвен. — Ну, я и сама не собираюсь соваться туда в ближайшее время. Я уже сообщила в полицию, но зачистка займет месяцы, а пока там слишком опасно.

— Мудрое решение, — кивнула Ильза и перевела взгляд на Зориана. — Тебя это тоже касается. Чтобы никакого риска в будущем. На первый раз прощается, раз уж ты помогал другу, и ситуация непредсказуемо обострилась, но с этого момента считай, что походы в Подземелье под запретом. Пока я не скажу, что можно.

— Конечно, — сразу же согласился Зориан, совершенно не планируя держать слово.

— И если надумаешь что-то столь же опасное — сначала поговори со мной, — предупредила Ильза. — Есть еще что-то, о чем мне следует знать?

— Вроде бы нет, — ответил Зориан. Взгляд Ильзы стал прямо-таки пронизывающим. Может, сообщить ей о чем-нибудь незначительном, пока ей не пришло в голову следить за ним? — Ну, я собираюсь регулярно встречаться со своим инструктором-аранеа, но она совершенно безобидна. И мухи не обидит, хоть она и гигантский паук.

— Ах да, пауки, — с видимым неудовольствием откликнулась Ильза. — Не беспокойся, Имайя уже рассказала мне о твоей… ситуации. Я собиралась поговорить об этом, но лучше сделать это в более приватной обстановке.

Зориан кивнул, благодарный Ильзе за сдержанность. Каэл все еще не знал о реальных возможностях его дара психика, Зориан пока не торопился его просвещать. Жалко, конечно, что Имайя рассказала о его "ситуации" без разрешения. Этого следовало ожидать, но все равно досадно.

— Любопытно, — сказал Каэл. — Если твой учитель и мухи не обидит, то что же она ест? Сколько я помню, все пауки — хищники.

— В основном крыс и бродячих собак, — ответил Зориан.

— Крыс? — с отвращением переспросила Кириэлле.

— Говорят, в Сиории встречаются весьма крупные особи, — сказал Зориан.

— О да, еще как встречаются, — подтвердила Тайвен. — Клянусь, я однажды видела, как крыса гналась за кошкой, а не наоборот…

— Это просто байки, — поспешно заверила обеспокоенную Кири Имайя. — Я живу здесь всю жизнь, но никогда не видела ничего подобного.

— Откуда ты знаешь, что они не едят и заплутавших людей? — спросила Ильза.

— Если верить Новизне, это все равно, что людям охотиться на драконов ради мяса. Практически всегда есть более легкая добыча, — ответил Зориан. — Не то чтобы аранеа были безобидны, вовсе нет, но если они и убьют меня, то точно не для того, чтобы съесть.

— Новизна? — переспросил Каэл.

— Так зовут аранеа, обучающую меня, — пожал плечами Зориан. — Ну, то есть ее на самом деле зовут Исполненная Энтузиазма Искательница Новизны, но это слишком длинно, и она не возражает, когда я сокращаю его.

— Какое глупое имя, — сказала Кириэлле.

Зориан хотел было ответить, что "Кириэлле" — не менее глупое имя, но передумал. Во-первых, по-детски препираться с сестрой лучше без свидетелей. А во-вторых, ему только что пришла в голову просто дьявольски забавная идея.

— Хочешь с ней познакомиться? — спросил он.

— Что? — не поняла Кириэлле.

— Новизна. Хочешь с ней познакомиться?

Кириэлле погрузилась в раздумья.

— Не знаю. Я не люблю пауков. Они противные.

— Ну ладно, — пожал плечами Зориан. — Я думал, ты не упустишь возможности познакомиться с кем-то из таинственной расы магических существ, которых мало кто из людей видел воочию. Шанс, выпадающий раз в жизни, и все такое. Но, кажется, я понимаю…

— Эээ, нууу… — промямлила Кириэлле. — Вообще-то я передумала. Она ведь не будет меня касаться?

Ну конечно, она будет ее касаться. Новизна жаждет пощупать все, что видит. По ее собственному признанию, однажды она сунула лапы в огонь — посмотреть, что получится.

— Уверен, если ты ее вежливо попросишь, она будет соблюдать дистанцию, — сказал Зориан.

Он сам не понял, как сумел сказать это с серьезным лицом. Иногда он сам себя поражает.

Они еще некоторое время беседовали, пока не исчерпали все темы. Ильза и Тайвен попрощались и ушли, Кириэлле развлекалась, пытаясь научить Кану рисовать. Само собой, в отличие от самой Кириэлле, Кана рисовала, как нормальный ребенок — то есть просто ужасно — но ни ту, ни другую это совершенно не смущало. Зориан удалился в свою комнату, рассчитывая сделать что-нибудь до прихода Кириэлле.

Не сложилось — буквально через минуту на пороге показался Каэл и вежливо постучал по дверному косяку.

— Не помешал?

— Нет, я сам еще только решал, чем заняться. Ты что-то хотел?

— Вроде того, — сказал Каэл. — Я просто зашел сказать, что ты можешь не осторожничать с упоминаниями твоей ментальной магии. Я уже понял, что ты не просто эмпат.

— Кириэлле разболтала? — со вздохом спросил Зориан.

— Скорее, дала достаточно зацепок, чтобы я догадался. Она весьма разговорчива. Но не злись на нее, я не собираюсь бежать в полицию только потому, что ты учишься читать мысли.

— Спасибо, — сказал Зориан. — Хотя, если честно, было бы лицемерием осуждать меня за изучение запретных искусств, мистер начинающий некромант.

Каэл отшатнулся, уставившись на него круглыми глазами.

— К-как?! Не может быть, чтобы…

Зориан жестом велел ему успокоиться. Каэл немедленно замолчал и высунулся в коридор, проверяя, не слышал ли кто. Зориан и так знал, что никто не подслушивал — он чувствовал, что остальные обитатели дома собрались на кухне. Тщательно все осмотрев, Каэл торопливо вернулся в комнату, закрыл дверь и тяжело привалился к ней.

— Откуда?.. — спросил он.

Пока что он выглядел скорее перепуганным, чем угрожающим, но Зориан знал — если он ошибется с ответом, все может измениться в любой момент.

— Ты знаешь заклятье "Волшебный замок"? — спросил он.

— Я… да, — ответил все еще ошеломленный Каэл.

— Запри дверь, а я поставлю защиту от шальных прорицаний, — велел Зориан и тут же начал сплетать оберег вокруг комнаты. Ничего особенного, но это убережет от простейших подслушивающих чар и, по идее, предупредит, если будет использовано что-то серьезное. Не то чтобы это было действительно необходимо, но лишняя практика не помешает — и нельзя быть слишком осторожным.

Пять минут спустя комната была экранирована, насколько это вообще возможно без серьезной подготовки, а Каэл явно терял терпение. Зориан решил, что сойдет. И начал:

— Позволь рассказать тебе историю о потерянном времени и о месяце, что все никак не кончался…

Неоплачиваемый труд подростков — освященная веками традиция магов. Пусть древняя система ученичества в большинстве стран и сменилась на специализированные академии, вызвав взрывное повышение качества молодых магов — но некоторые вещи просто не преподать в классном формате. Для подобных вещей молодому магу нужен наставник — тот, кто покажет секреты мастерства, поделится собственными, бережно хранимыми разработками, да даже просто сведет с нужными людьми. И у этих наставников всегда найдется много не самой почетной работы, в идеале — подходящей молодым магам и готовящей их к будущей профессии.

В идеале.

Зориан брел к классу за полчаса до остальных, размышляя, что вот его жизнь идеальной не очень-то назовешь. По сути, на учеников спихивали задания, которые наставники считали ниже своего достоинства — или всевозможную рутину. Та же должность старосты класса — одна сплошная трата времени. В прежних циклах это не особо его беспокоило — там нет ничего сложного, если не подходить к задаче с ответственностью Акоджи — но в этот раз столько неотложных дел требовало его внимания, что дополнительная обязанность просто бесила. Наверное, не стоило в этот раз напрашиваться в ученики к Ильзе — но что сделано, то сделано.

Он зевнул. Скорее всего, он просто не в духе из-за недосыпа. Разговор с Каэлом продлился несколько часов — морлока интересовало абсолютно все, и он, не переставая, сыпал вопросами. И хотя Зориан прекрасно его понимал и признавал, что время потрачено не зря — вообще-то тем вечером он собирался проверить отчеты об исследовании, собранные в классе по поручению Ильзы. Причем передать их ей, проверенные и с рекомендациями по оценкам, нужно было уже сегодня. Он думал, что с памятью прошлых циклов справится с задачей одной левой — но, видимо, из-за вызванных ими значительных изменений в цикле Ильза выдала совсем другие темы для исследования, и ему пришлось действительно читать всю эту писанину. В итоге он потратил на эту чушь большую часть ночи, да еще и встал на полчаса раньше обычного — он ведь, видите ли, староста.

Заглянув в класс, он обнаружил, что Акоджа уже была здесь. Закатив глаза от столь избыточной пунктуальности, он отметил ее в списке посещения. Доска в классе была вся покрыта корявыми рисунками, любовными признаниями и прочей ерундой, но пока он не собирался это исправлять — чистая доска непреодолимо притягивает идиотов, и к приходу учителя ее снова всю изрисуют. Кто знает, может, если он достаточно подождет, Акоджа очистит ее по собственной инициативе, как она иногда делает.

На удивление — они никогда не были ранними пташками — следующими пришли Анека и Арми — (печально) знаменитые близнецы Аширай. В семье Аширай постоянно рождались близнецы, связанные душами друг с другом, и сестры из его класса не были исключением. Когда Зориан выяснял, нет ли между ним и Заком духовной связи, он подумывал обратиться к ним за помощью — или хотя бы расспросить о механике духовной связи — но решил, что это неудачная мысль. Во-первых, семьи магов ревностно оберегали свои секреты, а семья Аширай явно метила в Дома, делая ставку на духовные связи. Пристальный интерес к их родовому искусству мог привести к очень некрасивым последствиям, и Зориан предпочел не рисковать, даже с учетом временной петли. Во-вторых, близняшки были ненадежны. Ненадежны уровня Бенисека. Смешливые болтушки, ничего не принимающие всерьез и не способные сохранить тайну даже за деньги.

Нет, правильно он сделал, что не стал с ними связываться.

Потом пришел Каэл — видимо, после его откровений морлок не сумел толком уснуть и пришел пораньше. Они не говорили в классе, но Зориан уже понял — в ближайшем будущем его ожидают новые расспросы. Прелестно. Он уже и забыл, насколько въедливым бывает Каэл, и как его интересует временная петля.

Следующими он отметил Брайама, Наима и Эдвина. Брайам помахал ему, придерживая своего дрейка второй рукой, Наим и Эдвин же просто прошли мимо, увлеченные беседой. Зориан не возражал — не то чтобы он хорошо знал кого-то из них. Наим был магом в первом поколении, подобно ему и Акодже — сын военного, дослужившегося в хаосе Войн Раскола до генерала. Родители Эдвина делали големов и явно передали свою страсть сыну — он постоянно возился с различными механизмами или рисовал чертежи, даже на лекциях, когда стоило бы сосредоточиться на другом.

Потом пришла Рэйни — рыжеволосая девушка-загадка, что перевелась в их класс в прошлом году. Сдержанная, вежливая и невероятно привлекательная, с хорошей успеваемостью и ничего не рассказывающая о себе и своей семье. Единственной, кто что-то о ней знал, была Киана, тоже из их класса, но и та непреклонно хранила молчание.

Так они и шли, один за другим, пока список наконец не заполнился, и сам Зориан смог пройти в класс и попытаться хоть немного передохнуть перед началом занятий. Он рассеянно очистил доску одним коротким заклятьем школы изменения, заставив мел осыпаться с ее поверхности на пол, и сел, ожидая звонка.

— Нет, Бен, отчет нельзя сдать через неделю, — прорычал Зориан. — Крайний срок был вчера. Сегодня я должен отдать их Ильзе. Улавливаешь закономерность?

— Да ладно тебе, Зориан, друзья для того и существуют, — заныл Бенисек. — Зачем мне лучший друг-староста, если он не может сделать мне пустячное одолжение?

— Ты просишь не одолжения, ты просишь невозможного, — сухо ответил Зориан. — Ничем не могу тебе помочь.

— Но мне правда, правда нельзя получить еще один неуд, — Бенисек с надеждой заглянул ему в глаза.

— Сочувствую, — ответил Зориан. — Возможно, об этом стоило подумать раньше. Ты уже знаешь, что Ильза терпеть не может, когда ее поручения игнорируются.

— Она совсем ненормальная! — возмутился Бенисек. — Ну кто же задает три отчета в первую неделю учебного года?

— Эмм, — вклинился еще один голос. Зориан мысленно вознес благодарственную молитву тому, кто еще внимал людским бедам с духовного плана. Он уже был готов придушить Бенисека, лишь бы тот заткнулся. Он уже переживал этот мучительный разговор в прошлых циклах, но обычно, общаясь со своим "типа другом", он не был настолько измотан. Вплоть до того, что всерьез обдумывал, нужен ли ему такой приятель.

Как выяснилось, за передышку следовало благодарить Неолу — впрочем, из-за нее выглядывали Киана и Джейд. Все три держали исписанные листки.

— Я знаю, что крайний срок был вчера, но я тут подумала…

— Нельзя ли сдать отчеты сейчас? — закончил за нее Зориан.

Она энергично кивнула и протянула листок.

— Нет, — с каменным лицом ответил Зориан.

— Серьезно? — встряла Джейд. — Из-за какого-то срока?

— Да? — ответил он риторическим вопросом.

— Может, мы просто оставим их здесь, — сказала Киана, кладя отчет на его парту, — а ты примешь решение, когда Бенисек отвяжется от тебя и даст немного остынуть?

— Эй! — запротестовал Бенисек.

— Без проблем, — пожал плечами Зориан. — Как хочешь.

Зориан терпеливо смотрел, как они сложили отчеты ему на парту и упорхнули из класса, ожидая, когда Бенисеку надоест упрашивать его… гм, получается, написать отчет вместо него? Затем спокойно извлек из сумки ручку, написал на каждом листке "сдан после крайнего срока" и бесцеремонно сунул к остальным отчетам. Пусть Ильза сама решает, что с ними делать.

— Почему ты еще здесь, Ако? — вздохнул он, поворачиваясь к последней студентке в классе. — Если беспокоишься из-за своего отчета, то он безупречен.

— Я правда рада, что ты сменил меня на посту старосты, — сказала она. — Не думаю, что вынесла бы еще один год. Когда на первом курсе я согласилась быть старостой, учителя говорили, что это почетно. Что староста обладает кучей преимуществ. Что старост все уважают. Но это полная чушь — и не нашлось никого достаточно глупого, чтобы сменить меня, когда я это осознала.

— Эй, — с легким укором сказал Зориан.

— Я не говорю, что ты сглупил, — тут же поправилась она. — Ты согласился в обмен на ученичество у Ильзы. Ты оказался куда умнее меня.

— Скорее не столь наивным, — заметил Зориан. Она дернулась; похоже, он угадал слишком точно. — Если ты ненавидела эту должность, почему ты так старалась? Почему бы просто не махнуть на все рукой?

— Потому что это неправильно, — яростно заявила она. — Нельзя уклоняться от своих обязанностей — а я приняла обязанности старосты как свои.

Зориан недоверчиво посмотрел на нее.

— Что? — с вызовом спросила она. Провоцируя сказать, что она неправа.

— Ничего, — сказал Зориан. Он не хотел с ней спорить. С тех пор, как он открыл в себе эмпатию, он все сильнее убеждался, что она питает к нему чувства. Не слишком сильные, но все же. И пусть он не ощущал взаимности, ему не хотелось ранить ее. А он ранит ее, если ответит честно — как бы ей ни казалось, что они похожи, они слишком различаются.

— Послушай, Ако, — начал он, поднимаясь со стула. — Я всю ночь проверял отчеты, и сейчас явно не в настроении для философского диспута. Можно отложить эти вопросы на потом?

— Тебе не стоило тянуть до последнего, — заявила Акоджа. — Это почти столь же скверно, как поступок тех трех.

— Вовсе нет, — не согласился Зориан, закидывая сумку на плечо. — И читать другим нотации не очень-то вежливо. Еще увидимся, Ако.

— Постой! — сказала она. Зориан ощутил от нее внезапную волну напряжения, больше того, она избегала его взгляда и с силой переплела пальцы под партой. — Я… мы можем поговорить? Не обязательно сейчас, но… Мне нужно твое мнение по одному вопросу.

Дерьмо. Что это на нее нашло, раньше такого никогда не было. Хорошо бы не признание — только драмы ему в этом цикле и не хватает.

— Это может подождать недельку? — спросил он. — В ближайшее время я буду очень занят.

— Да, — немедленно согласилась она. — Превосходно. Мне и самой надо еще подумать. Я… Я скажу тебе, когда буду готова.

— Вы хотели меня видеть? — спросил Зориан, заглядывая в кабинет Ильзы.

Ильза жестом пригласила его войти, не отрываясь от чашки с чаем. Зориан погрузился в кресло для посетителей и, не мешкая, передал ей собранные отчеты. Она лишь мельком глянула на стопку, отложив ее в сторону и сделав еще глоток.

И почти минуту молча разглядывала его, пока наконец не отставила чашку и не вздохнула.

— Я хотела поговорить насчет твоих экспериментов с магией разума, — сказала она, барабаня пальцами по столу. — Уверена, ты и сам знаешь, что большая часть ментальной магии носит нелегальный характер, но раз уж речь идет о врожденной способности, а не о заклятиях и литературе ограниченного допуска, то можно сделать некоторые поблажки. Ассоциация Эмпатов так долго убеждала всех, что эмпатия отличается от чтения мыслей, ты же… новаторски заявляешь, что одно логически проистекает из другого. Весьма противоречивая позиция. Тем не менее, осторожно прощупав этот вопрос, я пришла к выводу, что эти две способности действительно связаны, так что твоя версия правдоподобна.

— Технически, эмпатия и чтение мыслей — действительно разные вещи. Эмпатия — пассивная способность, не требующая вторжения в разум цели, чтение же возможно лишь посредством ментального контакта, — объяснил Зориан. — Просто любой эмпат при должном обучении способен читать мысли.

— Да? Любопытно, — заметила Ильза. — В таком случае, странно, что это не обнаружили другие маги.

— Вообще-то я тоже думал об этом, — сказал Зориан. — Для аранеа это врожденная способность. Они общаются друг с другом посредством телепатии, используют ее для детских драк, охоты, да для чего угодно. Естественно, они оттачивают ее до предела. С другой стороны, люди-эмпаты редки и лишены общества себе подобных — так что большинству приходится заново "изобретать велосипед". Тем более, что мало кто позволит читать его мысли, так что тренировать способность можно лишь незаконными способами. И большинство открывших в себе латентную способность либо помалкивают о ней, либо становятся натуральными преступниками. Вполне вероятно, что об этом известно многим эмпатам, но они никогда в этом не признаются.

— Отличное объяснение, — похвалила Ильза. — И я хотела поговорить с тобой именно о сложностях тренировки. Я так понимаю, твоя сестра согласилась тебе помочь, но, полагаю, ты бы предпочел большее число объектов, не так ли?

— Да, — согласился Зориан.

— Ты не поверишь, но кое-кто из студентов запросил помощи в тренировке магии разума. Понятно, что никто из преподавателей не хочет пускать к себе в голову необученного студента. Но и просто отказать будет… политически недальновидно.

— И вы хотите, чтобы место преподавателя занял я, — предположил Зориан.

— Это пойдет на пользу вам обоим, — сказала Ильза. — Вам обоим нужен объект для тренировки, и вы оба подходите на эту роль куда лучше, чем любой из профессоров академии.

— А если этот другой студент откажется? — спросил Зориан. — В смысле, то, что ему надо на ком-то тренироваться, совсем не значит, что он согласится, чтобы кто-то тренировался на нем.

— Тогда к академии никаких претензий — мы же предоставили вариант? — с заговорщицкой усмешкой сказала Ильза. — Но я очень сомневаюсь, что другая сторона будет возражать. Что скажешь?

— Хорошо, я попробую. С кем я буду работать?

— Это твоя одноклассница, Тинами Аопэ.

Зориан моргнул. Тинами… а, ну конечно это она. Молва приписывает дому Аопэ заигрывания с ментальной магией — в числе всего прочего. А далеко не все слухи — злобная клевета. И, если подумать, это прекрасно объясняет, почему запросом занимается Ильза.

Кстати, разве он не обещал себе как-нибудь познакомить ее с аранеа? О да, ситуация его полностью устраивает.

— Привет, Тинами, — сказал Зориан, входя в пустой класс, отведенный Ильзой для "занятия". — Я не вовремя?

— Уммм, — она помялась. — Вообще-то я жду кое-кого…

— Для занятий магией разума? — спросил он. У нее округлились глаза. — Это я. Если не возражаешь, сегодня я буду твоим партнером.

— Уммм, а… я… Не хочу показаться грубой, но я рассчитывала на эксперта…

Хех, Ильза не сказала ей, кто будет ее учить? Странно.

— Я прирожденный маг разума, — ответил он. — Если в академии и есть эксперт в данном вопросе, то это я. Почему бы нам не попробовать? Если я не смогу удовлетворить тебя, ты всегда можешь с презрением удалиться.

Она мгновенно стала пунцовой и отвела взгляд, в ее эмоциях чередовались смущение и гнев. Ух, возможно, он не слишком удачно подобрал слова…

— Неудачная фраза, давай притворимся, что я сказал что-то другое, — поспешно сказал Зориан. — К слову, я удивлен, что тебе не сказали, кто будет учить тебя. Что вообще Ильза про меня рассказала?

— Только что тебе тоже нужно на ком-то тренироваться, — тихо ответила Тинами. — Я не возражаю. Как правило, мне хватает ментальной дисциплины, чтобы в поверхностные мысли не просочилось ничего лишнего.

— Аналогично, — сказал Зориан. — Но в свою память я тебя не пущу.

— Х-хорошо, — согласилась она. — Я просто хотела потренироваться в телепатии и чтении мыслей. Сами заклятья несложны, но чтобы правильно их использовать, нужно много практики.

— Что же, можешь начать первой, — предложил Зориан.

Для такого случая он заучил раздел учебника по биологии, описывающий разные виды диких растений, и просто прокручивал его в голове, пока Тинами пыталась прочесть его мысли. Это не только исключало, что она увидит что-то лишнее, но и делало ее задачу проще. Читать мысли намного легче, когда они четко оформлены в слова, а не несутся запутанным потоком сознания, как у большинства людей. Вообще говоря, матриарх объясняла, что только так и возможно читать чужой разум, как книгу — когда цель действительно проговаривает в голове текст. В остальных случаях требовалось слишком много догадок и экстраполяции, так что ни один чтец не мог полностью понять другого разумного.

Но многие подходили чертовски близко к полному пониманию.

— Почему твои мысли полны информации о растениях? — нахмурилась Тинами.

Судя по всему, она не знала таких тонкостей. Обучение магии разума у Аопе было на редкость грубым — фактически, ребенка бросали в воду, надеясь, что он выплывет. Даже немного разочаровывает. Теперь он переключился на последовательности чисел и простые геометрические фигуры.

— Наверное, мне следует извиниться за свои сомнения, — сказала Тинами. — Ты действительно в этом разбираешься. Хочешь теперь попробовать ты?

Зориан кивнул и сфокусировался на ней, потянувшись своим ментальным чутьем к мерцающей звездочке ее разума.

[Уверена, что готова?]

Она взвизгнула, подпрыгнув на стуле.

— Ч-что?

[Телепатическая связь,] — пояснил он.

— Но… ты не сотворил заклинание, — нахмурилась она.

[Мне не нужно. Как я говорил, я прирожденный маг разума. Я чувствую все разумы в окрестностях и при желании могу касаться их. Сейчас я только говорю с тобой, но если ты готова — я коснусь своим сознанием твоих поверхностных мыслей.]

Она закрыла было глаза, но тут же опять нахмурилась и открыла их.

— Погоди. Я не понимаю. Если ты создал между нами мысленную связь, почему я не могу говорить с тобой телепатически?

[Полагаю, ты описываешь действие структурированного заклятья?]

— Ну да. В смысле, есть много заклятий, чтобы просто послать кому-то сообщение, но для каждого нового послания нужно вновь и вновь применять их. Если же нужна полноценная беседа — ты создаешь мысленную связь. Основная проблема в том, что люди зачастую не умеют управлять своими мыслями и передают через связь много неподобающего.

[Хмм, наверное, можно сказать, что я постоянно "посылаю" сообщения по созданной связи. Боюсь, я пока не знаю, как создать двухстороннюю связь,] — задумчиво сказал Зориан. Аранеа никогда не показывали ему двухсторонние связи, по вполне очевидной причине — психик может передавать сообщения по любой связи. Все аранеа — психики, так зачем им двухсторонние связи? Видимо, этим вопросом ему придется заняться самому. — [Ну ладно. Ты готова?]

— Да, — кивнула она. — Можешь начинать.

В отличие от него, Тинами не представляла текст или числа — вместо этого она со всеми подробностями представляла случайные сцены из своей жизни. Самые обычные сцены — лекция Ильзы, бессмысленный разговор Джейд и Неолу, сидящих неподалеку, прогулка по улице… Все было очень ярко и живо, но в то же время сложно для восприятия. Забавно, но читать младшую сестру было еще сложнее — как раз потому, что она и не пыталась ничего скрыть. Бурная река ее мыслей практически не поддавалась расшифровке, если только он не просил ее сконцентрироваться на чем-то одном.

— Окей, официально заявляю: мне завидно, — надулась Тинами. — Я три года тренировалась с матерью и ее подругами, но я и близко не так хороша.

— Не расстраивайся, — ответил Зориан. — У меня… нечестное преимущество.

— Как и у меня, — возразила Тинами. — Моя семья поколениями изучала магию разума, и все это мне доступно. Просто угнетает, насколько, оказывается, важен талант.

— А, так здесь не только талант, — сказал Зориан. — Мой учитель тоже занималась магией разума в течение поколений.

Она подняла бровь.

— Таких совсем немного, — заметила она. — Уверена, мать бы знала, если бы у кого из соперников появился новый ученик.

— Совсем немного среди людей, — улыбнулся Зориан. — Уверен, твоя мать бы не узнала — ну, если она не отслеживает ситуацию в разбросанных по Алтазии колониях пауков-телепатов.

Тинами замерла — а потом в восхищении подалась к нему.

— Пауки-телепаты? Хочешь сказать… ты и правда встретил одну из легендарных аранеа?

Легендарных? Зориан едва не фыркнул, хотя… Паучихи действительно очень скрытны. Да, были люди, контактирующие с ними, но никто из них не спешил предавать свои связи с аранеа огласке. Зориан сомневался, что дело в угрозах со стороны аранеа — или только в угрозах — скорее всего, маги, бывшие "в теме" просто стремились сохранить свою монополию в бизнесе с психиками, и конкуренты им вовсе не были нужны.

— Ее зовут Исполненная Энтузиазма Искательница Новизны, — сказал он. — Хочешь с ней познакомиться?

Глава 26. Смерть души

Храм впечатлял ничуть не меньше, чем в прошлый визит — те же суровые взгляды каменных ангелов, те же выглядящие заброшенными стены и та же история творения, вырезанная на входных дверях. Правда, в этот раз Зориан рассматривал барельеф с куда большим интересом — с учетом того, что он узнал после первого посещения, некоторые детали предстали перед ним в новом свете. В частности, изображенные в самом низу монстры, порожденные из частиц сердца Мирового Дракона — определенно первозданные. Они казались невозможными, словно сшитыми из лоскутов чудищами — общая черта всех первозданных — и соответствовали книжным описаниям наиболее известных тварей.

Богомерзкий гибрид скорпиона, стрекозы и сороконожки — несомненно, Хинс, Повелитель Саранчи, чей бронзовый панцирь неуязвим почти ни для чего, кроме оружия, выкованного самими богами, и чьи четыре клешни могут рвать сталь, как бумагу. Плюс способность извергать из пор своего тела жалящий, всепожирающий рой насекомых, опустошающий все на километры вокруг, пока сам первозданный разбирается с теми, кто мог бы противостоять саранче. Настоящее ходячее бедствие. Мешанина крыльев над Хинсом — вероятно, Гатесс, описываемый как сфера из разноцветных птичьих крыльев — и ничего более — порождающий чудовищные ураганы и вихри, где бы ни появился: все, что всасывается в центр крылатой сферы, пропадает без следа. Кабано-крокодило-дикобраз — Ушкечко, зверь из неразрушимого черного стекла, покрытый бесчисленными ядовитыми клинками — и способный выстреливать этими "иглами" в цель. А слизень, весь покрытый глазами и ртами…

— Могу я чем-нибудь помочь, молодой человек?

Зориан оторвался от изучения двери и повернулся к Батаку. В прошлый раз он просил о встрече с Килаэ, но на этот раз сойдет и младший жрец. Пожалуй, так даже лучше, учитывая мастерство Килаэ в прорицаниях. Он нервно улыбнулся и заговорил:

— Я… хотел бы поговорить с вами, если вас не затруднит.

— Разумеется! — с энтузиазмом ответил жрец, впуская его внутрь. Зориан и по прошлому разу помнил, что в этот храм нечасто заглядывают посетители. Должно быть, служить хранителем подобного места весьма одиноко. И вот они уже сидят за столом в каморке, где Батак принимает посетителей, а перед ними исходит паром свежезаваренный чайник.

— И… о чем же ты хотел поговорить? — спросил Батак, отпивая из кружки, после положенного обмена любезностями.

— Я хотел спросить о первозданных, — ответил Зориан.

Батак подавился чаем и несколько долгих секунд пытался откашляться.

— Зачем — кха! — тебе вообще что-то узнавать о них? — недоверчиво спросил священнослужитель.

— Я… не знаю, могу ли сказать вам. Мне не нужны неприятности.

Батак смотрел на него с легкой заинтересованностью, но Зориан ощутил нотки беспокойства в мыслях жреца.

— Ну, не знаю, слышали ли вы, но говорят, что кто-то планирует сорвать летний фестиваль, — начал Зориан.

— Я слышал об этом, да, — вздохнул Батак.

— Вот, а пару дней назад я с друзьями ходил на задание в верхних уровнях Подземелья. Шли просто вернуть потерянную вещь, но в итоге наткнулись на тайный подземный лагерь, набитый боевыми троллями, и еле ноги унесли. Полиция не распространяется о случившемся, но, как я понял, они нашли и другие лагеря. Кто-то потратил не один месяц, готовя плацдарм для нападения, и сил у них полно…

На объяснения и уточнения ушло больше часа, но Батак вроде бы поверил, что заговор куда более серьезен, чем он считал, и — главное — что нападение лишь прикрывает попытку призвать первозданного. К счастью, все, что рассказал Зориан, было чистой правдой, так что каким бы методом ни пользовался жрец для проверки правдивости, результат в любом случае будет положительным. Вероятно, жреца убедил еще и тот факт, что прорицания Килаэ обрывались после летнего фестиваля — успешный призыв первозданного вполне мог вызвать подобный эффект. Именно поэтому Зориан и пришел в этот окраинный храм, а не в главный собор города.

— Я извещу церковную иерархию, у них должна найтись одна-две группы дознавателей, чтобы проверить, — сказал Батак. — Особенно если у меня будет что-то весомее, чем анонимный донос. Нет ли у тебя чего-нибудь в письменном виде?

— Вот, — ответил Зориан, извлекая из сумки стопку тетрадей и документов. — Здесь все, что я знаю о вторжении. Старался изложить как можно подробнее. Хотя я бы предпочел, чтобы мое имя нигде не упоминалось.

Батак с сомнением разглядывал стопку.

— Не могу этого гарантировать. Если твое имя всплывет в ходе расследования…

— Не всплывет, — прервал его Зориан.

— Что же, тогда и проблем быть не должно, — пожал плечами жрец. — Несколько странно, что ты столько знаешь о заговоре, если сам не перебежчик из их числа.

Зориан ничего не ответил.

— Ну хорошо, — выпрямился Батак, чуть тряхнув головой, словно желая прогнать лишние мысли. — Ты все еще хочешь услышать о первозданных, или это был лишь предлог, чтобы привлечь мое внимание?

— Все еще хочу, да, — сказал Зориан. — Мне действительно интересно, зачем кому-то устраивать все это лишь для того, чтобы призвать одного из них.

— Сказать по правде, не думаю, что знания о первозданных ответят на твой вопрос, — заметил Батак. — Любой, кто хочет призвать одно из этих существ, определенно не в своем уме. Ну да ладно — скажи, что ты сам знаешь о первозданных?

— Это что-то вроде могущественных духов древних времен, — предположил Зориан. — Как фэйри или элементали, но старше, более чужды и намного опаснее.

Батак вздохнул.

— Так и знал, что ты скажешь нечто подобное. На будущее, если заинтересуешься неким аспектом духовного мира, начни с церковных книг, а не с трактатов магов. Я знаю, позиция церкви не всегда объективна, но мы действительно разбираемся в духах и всем, что с ними связано. С момента, как боги замолчали, нам оставалось лишь уповать на духов, так что мы многое о них узнали. И не стремимся скрыть это знание.

Зориан смущенно кивнул. Ему и в голову не пришло заглянуть в священные книги. Видимо, за это стоит поблагодарить городского жреца в Сирине — зашоренный старый ханжа доставил ему множество неприятностей, подорвав всякое доверие к Церкви в целом.

Батак побарабанил пальцами по столу, собираясь с мыслями.

— Что же, давай начнем с самих духов. Извиняюсь, если тебе это и так известно, но это нужно для объяснения, почему первозданные никак не могут быть духами.

Зориан жестом предложил ему продолжить.

— С практической точки зрения, духов можно поделить на две группы — внешних и природных духов. Внешние большую часть времени пребывают на духовных планах и приходят в наш мир лишь по призыву отсюда. Из них наиболее известны ангелы и демоны, хотя демонов мы рассматриваем как единую группу лишь для удобства — у них нет ничего, подобного ангельской иерархии, так что при встрече двух демонов они могут как договорятся между собой, так и схватиться насмерть. Природные духи — все то множество сущностей, что живет непосредственно в материальном мире. Ты уже упомянул элементалей и фэйри, наиболее распространенных природных духов. Вероятнее всего, природные духи изначально были внешними — они постепенно адаптировались к материальному миру, но сохранили общую черту всех духов. Они лишены тела в привычном для нас понимании, будучи бестелесными душами и нуждаясь в сосуде, чтобы взаимодействовать с окружающим миром.

— То есть все они — духовные сущности, — заключил Зориан. — Как личи или похитители тел.

— Да, очень удачное сравнение, — согласился Батак. — По сути, многие духи и есть похитители тел — они предпочитают обитать в людях или животных. И вполне возможно, что те, кто разработал способ превращения в лича, изучали для этого духов — особенности их взаимодействия с сосудом. Так вот, первозданные. У первозданных тела есть. Настоящие, из плоти и крови. Множество людей, даже среди магов, считают их духами из-за странной формы и невероятной стойкости к любому урону, но на самом деле первозданные ближе к драконам и другим магическим существам, чем к духовным сущностям. Странная форма духов объясняется пластичностью их эктоплазменной оболочки, которой можно придать любой, даже самый неестественный вид. Первозданные же — творения материального мира, как ты или я.

— Но подождите, — сказал Зориан. — Если первозданные не духи, а некие диковинные магические существа, то как заговорщики собираются призвать одного из них?

— Они и не собираются, — ответил Батак. — Я не стал прерывать, когда ты рассказывал, но ты определенно кое в чем заблуждаешься. Первозданных нельзя призвать, так как они уже здесь. Скованы, погружены в сон и запечатаны, но все же здесь. И их можно освободить.

Зориан ощутил мороз по коже. Первозданный не исчезнет. Ибасанские заговорщики считают, что выпустят на врагов некого крутого демона, но потом эта тварь не вернется назад, на родной план. Ей просто некуда возвращаться.

— Почему их запечатали? — спросил он. — Почему боги просто не убили их?

— Первозданные умирают не так, как остальные, — ответил жрец. — Они — реликты, осколки той эпохи, когда мир был юн, а Мировой Дракон была только что заключена в центре мира. Они ее истинные дети, чистейшее воплощение ее ненависти и ярости. И даже своей смертью они мстят богам и человечеству. Умирая, они порождают меньших, более слабых первозданных, и часто отравляют земли вокруг порчей. Даже боги сочли, что исправлять последствия гибели первозданных слишком трудно, так что их изловили и запечатали в дальних уголках земли.

— И заговорщики считают, что один из них запечатан в Сиории, — закончил мысль Зориан.

— Судя по всему, — подтвердил Батак. — Сам я не знаю — никто из ныне живущих не видел эти темницы, а хроники намеренно умалчивают о их местонахождении. Однако до недавнего времени — в историческом смысле недавнего — Сиория и была одним из "дальних уголков земли", так что, думаю, это вполне возможно. Хотя и странно, что никто до сих пор не нашел никаких признаков темницы — ведь маги регулярно спускаются в Провал…

— Понятно, — сказал Зориан.

Вскоре он попрощался с Батаком. Все это очень интересно, но мало что меняет с практической точки зрения. А его задача здесь уже выполнена.

Организовав это небольшое собрание, Зориан был весьма доволен собой. Если встречу Кириэлле и Новизны он устроил сугубо для развлечения и из любопытства, как Кириэлле отреагирует на выходки паучихи, то знакомство Тинами с Новизной… Ну хорошо, тоже из любопытства и потехи ради. Но это отнюдь не значит, что он не воспользовался случаем вытянуть что-нибудь из маленькой "мисс запретная магия". Скажем, заклинание невидимости… Он знал, вот просто знал, что Тинами обучена этому заклятью — незаконно? и что с того? — и он не ошибся. Так что теперь все заклинания из "арсенала настоящего мага" были наконец выучены — всего-то и потребовалось — пообещать сделать то, что он и так собирался сделать.

И в довершение всего — Новизна была просто в восторге, что он познакомит ее с еще двумя людьми. Ему не пришлось ее упрашивать — она решила, что это он делает ей одолжение.

О да, Зориан был очень доволен собой. Теперь осталось лишь дождаться гостей вместе с Кириэлле, а потом отойти в сторонку и наслаждаться зрелищем. Новизна сначала встретится с Кириэлле — их беседа будет явно короче и… обыденней, а потом дождется, пока в дом Имайи придет Тинами. Вроде бы никаких проблем возникнуть не должно, но на случай непредвиденного Зориан озаботился кое-какой страховкой…

— Значит, аранеа размером с собаку? — спросила Кириэлле.

— С большую собаку, — уточнил Зориан. — Но Новизна совсем не страшная, уверен, вы отлично поладите. Между прочим, она здорово напоминает тебя.

— Огромный паук напоминает меня? — удивительно пугающе для девятилетней переспросила Кириэлле.

— Скоро сама поймешь, почему, — Зориана это скорее развеселило. — Она уже здесь.

На разговор с Кириэлле уходила лишь половина его внимания — он тренировался использовать мысленное чутье, занимаясь другими делами. Поэтому он засек Новизну, как только та вошла в радиус его восприятия, хоть паучиха и пыталась приглушить свое мысленное присутствие. Он немедленно нанес телепатический удар — и аранеа тут же отбросила попытки скрыться, ввязываясь в короткую ментальную схватку, по результатом которой Зориан был выдворен из ее разума. Несмотря на поражение, Зориан был удовлетворен. Он "приветствовал" паучиху подобным образом уже несколько дней, с момента, когда понял, что Новизна не возражает против небольших мысленных потасовок — и, по сравнению с первыми днями, сегодня он держался просто отлично.

Довольно забавно — ссылаясь на приказы матриарха, Новизна отказывалась учить его телепатическому бою, но без проблем позволяла ему практиковаться. На самом деле, после первых дней она иногда даже начинала подобные спарринги сама — или пыталась подобраться к нему незамеченной, как сегодня. Наверное, дело в том, что она не воспринимало это как обучение — для нее это была просто игра. Она бы здорово на него обиделась, если бы услышала эту мысль, но факт остается фактом — она во многом все еще ребенок.

[Ничуть не лучше, чем вчера,] — упрекнула Новизна, не разделявшая его оптимизма. — [Я же говорила — надо было воспользоваться моим методом обучения. Вышло бы в миллион раз быстрее.]

[Я не полезу в ваши ясли,] — отрезал Зориан.

[Но там ты бы за неделю стал мастером телепатического боя!] — запротестовала Новизна. — [Ну, мастером по человеческим меркам.]

[Нет,] — повторил Зориан. И внезапно сообразил, что Кириэлле дергает его за рубашку. — В чем дело, Кири?

— Ты вдруг замолчал, — ответила та.

— Просто разговаривал с Новизной, — пояснил он, заработав от нее странный взгляд. — В смысле — телепатически.

— Ох, — глаза Кириэлле расширились при осознании. — Я так завидую этой способности. Я тоже хотела бы говорить с людьми, не боясь быть подслушанной. Это бы так помогло в присутствии мамы…

— И не говори, — вздохнул Зориан. — Насколько бы все было проще, умей я делать это раньше. Хотя, может, оно и к лучшему — жители Сирина переполошились бы, начав слышать голоса в голове, а гильдия магов сурово наказывает за злоупотребления ментальной магией… Однако же — давай я представлю тебя Новизне.

К чести Новизны — она не набросилась на Кириэлле, обняв всеми восемью лапами. К чести Кириэлле — она не взвизгнула и не спряталась за него, когда в комнату запрыгнул огромный черный паук. Они обе уставились одна на другую с подобающего расстояния, внимательно изучая.

[Крошечный человечек!] — телепатически воскликнула Новизна, прерывая молчание. — [Великая Паутина, насколько же она меньше тебя! Она уже умеет говорить?]

— Ч-что?! — возмутилась Кириэлле. — Конечно я умею говорить! В прошлом году я даже научилась читать и считать! Ты что, думаешь, что я младенец?

[О, так ты можешь говорить, прекрасно! Просто прекрасно! Я и правда опасалась, что ты еще младенец,] — призналась Новизна, перебираясь вправо-влево, чтобы оглядеть Кириэлле с разных сторон. — [Не то, что быть маленькой плохо, но меня тааак долго назначали воспитательницей, и знаешь, мне это тааак надоело… Детям все время что-то надо, они все время теребят тебя и никогда не расскажут ничего интересного…]

— Ээ, ага, — сказала Кириэлле и с подозрением посмотрела на Зориана. Лишь нечеловеческим усилием воли ему удалось сохранить нейтральное выражение лица. И только когда она вновь повернулась к Новизне, он позволил себе чуть-чуть искривить губы в усмешке. — Думаю, я понимаю. Но я-то уж точно не маленькая! Мне целых девять лет, это много!

[Ого, и правда много!] — согласилась Новизна. — [Ты всего на год младше меня! Но почему тогда твой брат настолько больше тебя?]

— Он… старше меня? — попыталась объяснить Кириэлле. — Погоди, если тебе десять, разве ты сама не ребенок?

[Нет, конечно!] — возмутилась Новизна. — [В прошлом году я прошла обряд совершеннолетия, так что я — взрослая аранеа, и никто в племени не сможет это отрицать!]

Зориан молча наблюдал за этим диалогом двух культур — стороны явно приходили к взаимопониманию. Обе жаловались, что окружающие не воспринимают их всерьез (интересно, почему? в самом деле…) и с готовностью делились информацией о своих видах. Он даже узнал об аранеа кое-какие подробности, о которых сам никогда не спрашивал. Судя по всему, срок жизни аранеа куда короче человеческого — 55 лет считаются глубокой старостью. Он и раньше знал, что они плетут паутину, но, как выяснилось, только для строительства стен, мостов и тому подобных сооружений — охотились аранеа без использования паутины. Он думал, что они — подземные жители, и лишь Паутина Сиории контактирует с жителями поверхности — оказалось, что в туннелях находятся только их поселения, охотиться же паучихи предпочитают наверху.

Само собой, в итоге Новизна не утерпела и попыталась подойти поближе — его храбрая сестренка тут же свернула разговор и сбежала. Не то чтобы Зориан не ожидал подобного исхода — на самом деле, встреча прошла куда лучше, чем он рассчитывал. Черт, Кириэлле даже намекнула, что не возражает как-нибудь встретиться с аранеа еще раз.

[Оуу…] — расстроилась Новизна, поникнув на диване. — [Я ее напугала.]

— Она сказала, что вы можете повидаться снова через несколько дней, — напомнил Зориан.

[Но я хотела поговорить еще,] — мысленно надулась паучиха.

— Дай ей время все осмыслить. И в следующий раз не пытайся ее обнять.

[Но ведь люди любят обниматься! Я точно читала это в одной из твоих книг!] — возразила Новизна.

Зориан на миг задумался, не объяснить ли ей, что это верно не для всех людей — его родители, например, отнюдь не стремились к близости со своими детьми, он даже и не помнил, чтобы его вообще обнимал кто-то, кроме Кириэлле. Впрочем, он и сам не рвался в чьи-либо объятья. Нет, наверное, не стоит.

— Боюсь, что аранеа просто неспособны правильно обниматься, — с умудренным видом изрек Зориан. — Печально, но ничего не поделаешь.

[Мы кажемся людям настолько уродливыми?]

— Пугающими, — поправил Зориан. — Правильно будет — "пугающими". Возможно, тебе не стоило с таким удовольствием расписывать, как легко ты пробиваешь клыками укрепленную шкуру и кости, или как ты убиваешь добычу, вонзая клыки в шею и перебивая позвоночник.

[Но кошки делают то же самое, и при этом очаровашки! Ты сам сказал!]

— А ты влезла, когда не надо, и добавила, что кошки еще и вкусные. И все мои усилия представить тебя не такой страшной пошли прахом, — заметил Зориан.

Новизна ответила какой-то неразборчивой мыслью, щедро окрашенной досадой. Зориан пожал плечами и вернулся к своей книге, ожидая прихода Тинами.

— О Богиня! — Тинами с восторгом разглядывала Новизну. — Какая же она красивая!

[Ну да, скажу без ложной скромности — мне говорили, что я весьма хороша собой,] — напыжилась Новизна, вставая ровнее и пытаясь казаться внушительней.

— И она и правда разговаривает телепатически, прямо как в историях! — воскликнула Тинами и повернулась к Зориану. — Где ты их встретил? Как ты с ней подружился? Можно мне ее потрогать? Как думаешь, если я попрошу, она будет меня учить? А ты…

— Не думаю, что смогу отвечать в стиле "да, да, нет, да", так что давай по вопросу за раз, — сказал Зориан. — И большинство этих вопросов надо задавать Новизне, а не мне.

— Ох! Прошу прощения, я не хотела показаться неуважительной, — Тинами повернулась обратно к Новизне. — Я просто была в восторге и хотела поделиться с тем, кто привел меня сюда. Сказать по правде, я всерьез подозревала, что это розыгрыш, и даже заранее приготовила небольшое проклятье…

— Эй! — возмутился Зориан. — Это противозаконно!

— …но, похоже, оно не понадобится. Наверное, и к лучшему, — невозмутимо закончила Тинами, словно не расслышав его. Затем глубоко вдохнула… — Кстати, меня зовут Тинами Аопэ.

Полчаса спустя Зориана бесцеремонно выставили из комнаты, чтобы девушки могли поговорить наедине. Неблагодарные стервы. Обе. Он даже подумывал, не использовать ли заклятие видения и не проследить ли за ними — но решил, что не теряет многого: наверняка Тинами подлизывается к аранеа, а Новизна млеет и важничает от оказываемого внимания. Еще полчаса он подежурил неподалеку, на всякий случай, потом стало очевидно, что его присутствие не требуется (и не особо желательно). Он заглянул в комнату и сообщил, что уходит.

Удалившись на достаточное расстояние — когда он уже не чувствовал Тинами на периферии своего ментального чутья — он нашел укромный угол и сотворил несложную защиту от прорицания.

— Можете выходить, — сказал он в пространство. Матриарх вышагнула из тени, вновь становясь видимой. Теперь, когда он и сам овладел заклятьем невидимости, это уже не так впечатляло. — Ну как?

[Она не путешественник и никак не связана с заговорщиками,] — ответила матриарх. — [И, насколько ей известно, ее семья тоже с ними не связана.]

Зориан кивнул. Ожидаемо — Аопэ входят в правящую элиту Эльдемара и слишком тесно вплетены в ее иерархию, чтобы участвовать в безумных выходках вроде ибасанского вторжения, да и Тинами слишком убедительна для его эмпатии, чтобы притворяться, но проверить стоило.

— С ее ментальной защитой проблем не возникло?

[Защита у нее есть, но неудачная, вроде тех "продвинутых" заклятий, что ты показывал Новизне,] — сказала матриарх. — [Уверена, что она не заметила моего вторжения, а я не делала ничего, что оставляет следы, только смотрела.]

— Она не могла обмануть вас? — спросил Зориан. — Я читал множество историй, где люди делают вид, что находятся под ментальным контролем злодея, а когда тот теряет бдительность — бьют ему в спину.

[Видимо, особенность вашей человеческой ментальной магии. Не могу представить, чтобы такое случилось с психиком. Ну, разве что жертва создаст фальшивый разум поверх настоящего, а нападающий этого не поймет. Но такое почти никогда не случается. Построить убедительный фальшивый разум невероятно трудно.]

Зориан моргнул. Он даже и не думал, что такое вообще возможно.

— Что же, извините, что зря потревожил вас.

[Глупости, это было разумное подозрение, к тому же в ее памяти я нашла кое-что полезное. Ее семья не просто не поддерживает заговорщиков — скорее всего, планы ибасанцев серьезно их обеспокоят. Сиория — их оплот, и они не хотят ее разрушения. А поскольку Новизна сейчас очаровывает молодую наследницу Аопэ — мы легко выйдем на главу Дома. Со столь знаменитым Благородным Домом на нашей стороне мы можем не сомневаться, что свидетельства о заговоре будут восприняты серьезно. Ты поговорил со жрецом?]

— Да, — подтвердил Зориан. — Он сказал, что церковь проведет расследование.

[Еще одно свидетельство в нашу пользу,] — удовлетворенно заключила матриарх.

— Надеюсь, меня не вызовут на допрос, — сказал Зориан. — Не думаю, что мои недомолвки и полуправда удовлетворят профессиональных дознавателей.

[Моя паутина старается отвести от тебя все подозрения, так что проблем возникнуть не должно,] — заметила матриарх. — [Мы уже уничтожили три поисковые группы Культа Дракона, что Внизу, и осторожно подталкиваем расследование властей Сиории в нашу сторону.]

— Вот как? — удивился Зориан.

[Мы решили провести в этом цикле репетицию,] — пояснила матриарх. — [Я уже говорила, что цель моей паутины — когда-нибудь легализоваться в городе, получить гражданство. Пока мы не можем раскрыться полностью — это сорвет наши планы в текущем цикле, но мы вышли на контакт с рядом влиятельных лиц Сиории — для координации противодействия вторжению, и чтобы оценить их реакцию.]

— И? — с интересом спросил Зориан.

[Реакция смешанная, да и то, что мы принесли дурные вести, тоже не способствует добрососедским отношениям. Мы подслушали несколько "секретных" совещаний, где обсуждалось, как разделаться с нами — к счастью, они решили подождать до летнего фестиваля. Но были и пара-тройка совещаний, где решали, какую выгоду можно извлечь из нашего появления.]

— Что вас полностью устраивает, — предположил Зориан.

[Никто не убивает курицу, несущую золотые яйца,] — сказала матриарх. — [Не обижайся, но человеческой жадности я доверяю больше, чем человеческому состраданию. Кстати, я поговорила с Заком на тему, что интересовала тебя. Ты был прав — он не помнит, чтобы какие-либо циклы беспричинно обрывались. Похоже, твоя смерть не вызывает рестарт.]

— Я догадывался об этом, — сказал он. — Даже Зак заподозрил бы неладное, если бы циклы обрывались в момент моей смерти. Еще одно доказательство того, что петля заякорена на Зака.

Одно время Зориан обдумывал гипотезу — не стоит ли за временной петлей чья-то воля — бога, решившего прервать Молчание, или чрезвычайно могущественного духа. Однако множество мелких деталей указывали, что петля, скорее, некое заклинание; в особенности то, как определяются путешественники во времени. Очевидно, что якорем петля так или иначе считала Зака, а все остальные — просто безбилетники. С другой стороны, этот механизм можно было достаточно легко обмануть с помощью слияния душ — и присоединиться к путешественникам. Все это определенно скорее напоминало нерассуждающий алгоритм заклинания, пытающийся исполнить противоречивые указания, чем действия живого, думающего разума.

Проблема в том, что заклинание предполагало мага, сотворившего его. А маги, как известно, не способны обратить время даже однократно — не то что раз за разом.

[Если мы сумеем взять третьего путешественника, мы наверняка получим ответы на многие вопросы,] — заметила матриарх. — [Подозреваю, что они в курсе, что такое петля и как она работает.]

— Угу, — согласился Зориан. — Будем надеяться.

Дни летели один за другим. Когда Зориан не исполнял какую-нибудь из своих бесчисленных обязанностей (чтоб он еще раз вздумал так себя загрузить…) он создавал всевозможные ловушки и снаряжение для засады на третьего путешественника, либо помогал аранеа очищать город от мозговых крыс.

В итоге выбор места и подготовка засады легли на плечи Зориана. Разумеется, паучихи и сами знали толк во внезапных нападениях — но они привыкли использовать летальные приемы или магию разума. Не самые полезные умения, учитывая, что третий путешественник нужен им живым и наверняка защищен от ментальных атак. Так что Зориану предстояло разработать западню, что поймает и обезвредит их цель — или хотя бы отвлечет, давая аранеа время пробить его ментальные щиты. Каэл помогал ему готовить сильную алхимическую снотворную смесь, а матриарх ассистировала на площадке — она лучше других аранеа разбиралась в структурированной магии и была хорошо знакома с рисунком потоков маны вокруг их поселения. Кроме того, именно она будет возглавлять засаду, так что должна до мелочей знать механизм магической западни.

В итоге ловушка, созданная Зорианом в центре поселения аранеа, состояла из трех частей. Первая часть была довольно экзотическим магическим эффектом, превращающим каменный пол в жидкость. Заклятье сработает лишь на мгновение, возвращая камню привычную твердость, когда цель уйдет в него по колено. Насколько Зориан мог судить, даже магу будет не так-то просто вырваться из застывшего камня. Тут нечего развеивать — как развеивание магии не вернет сожженную фаерболом книгу обратно в нетронутый вид, а если попытаться разрушить камень — легко зацепить собственное тело. Единственное, что приходит в голову — это телепорт или смена фазы, поэтому второй частью будет активация пространственного оберега, блокирующего почти любые фокусы с пространством. И наконец, в-третьих окрестности будут заполнены дымом, несущим алхимическое снотворное.

Довольно просто, но Зориан читал, что чем проще план, тем он надежнее. Впрочем, на всякий случай он организовал и запасные ловушки в других пещерах аранеа. Ничего сложного, просто взрывные заряды. Много, очень много зарядов.

Помимо этого, Зориан наделал целую кучу всевозможного снаряжения. Боевую экипировку для аранеа, участвующих в засаде — щитовые диски, отклоняющие слабые заклятья, зачарованные кубики и алхимические составы, дающие при использовании самые разнообразные эффекты. Снаряжение для себя и кучки боевых магов, скрытно нанятых матриархом для подстраховки. Само собой, в случае полного успеха ему самому не придется сражаться, и собственное снаряжение не пригодится… но в такое он и сам не верил. Ему и так чересчур везет.

Что же до охоты на мозговых крыс — это была его идея, и то, что он предложил нечто, до чего аранеа, при всех их связях и возможностях психиков, не додумались, грело его самомнение. Попросту говоря, он предложил изловить одну крысу и по ней искать остальных. Не то чтобы аранеа так не делали — но они привыкли решать все проблемы ментальной магией и пытались выследить остальных крыс по телепатической связи со стаей. Без особого успеха, так как разум стаи тут же отсекал связь с захваченной крысой. Зориан же использовал старые добрые поисковые заклятья, работающие за счет образца, связанного с искомой целью. И мозговой крысы, даже отрезанной от коллективного разума, вполне хватало, чтобы прорицание подействовало. По этой взаимосвязи Зориан и выслеживал крупные стаи мозговых крыс — их оказалось четыре — затем сопровождающие его аранеа своей ментальной силой сгоняли грызунов в плотную кучу, которую можно накрыть одним фаерболом. К концу месяца в городе практически не осталось мозговых крыс.

Когда его огненный удар испепелил последнюю стаю грызунов, одна из телохранителей-аранеа сказала, что теперь понимает, почему людей считают такими опасными.

Не один Зориан был занят весь этот месяц. Кириэлле упорно пыталась учиться магии, и куда прилежнее и настойчивее, чем когда-либо на его памяти. Для новичка она отлично справлялась, но увы, по способностям она была ближе к нему, чем, допустим, к Дэймену или другим вундеркиндам. Новизна стала кем-то вроде неофициального посредника между аранеа и Домом Аопэ, и при каждой встрече жаловалась Зориану на уроки дипломатии и подобающего поведения — матриарх взялась обучать ее ударными темпами. Тинами, со своей стороны, узнав некоторые особенности таланта психика, теперь занималась с Зорианом с куда большим интересом, а в остальное время работала над каким-то личным проектом, поглощавшим все ее свободное время. По некоторым обрывкам мыслей, просачивающимся во время занятий, Зориан подозревал, что она пытается искусственно превратить себя в психика. На его взгляд — безумно опасная затея, грубейшее вмешательство в работу собственного разума, но она же из Дома Аопэ, чего еще от нее ждать. Каэл тоже занимался чем-то своим, отказываясь говорить, чем именно — но, судя по книгам, которые он одалживал, это связано с заклинательными формулами. Зориан не возражал — Каэл здорово помог ему в этом цикле, выкладываясь на полную при подготовке западни. Он не думал, что морлок делает это по доброте душевной, и не забыл, как Каэла восхищает временная петля. Так что Зориан просто ждал, когда же Каэл наконец скажет, что на самом деле он хочет за свою помощь.

И, видимо, этот момент наконец настал.

— Привет, Зориан, — поздоровался Каэл. — Не очень занят?

— Да нет. Жду, когда придет Акоджа, и мы пойдем на танцы, — ответил Зориан. — Начинать что-то уже бессмысленно — она все равно придет невероятно рано. А что?

Да, Акоджа. Он и сам не понимал, почему пригласил ее на танцы. Вероятно, потому что она всеми способами намекала, что хочет этого, а он не хотел ее расстраивать. Хотя вслух она этого так и не сказала — черт возьми, она даже струсила на обещанной встрече и попыталась сделать вид, что ей нужна какая-то помощь в учебе, а не… ну, не то, чего она там хотела на самом деле. Хочется надеяться, что в этот раз она будет менее назойливой, и вечер кончится не так ужасно, как в прошлый раз.

— У меня для тебя… подарок и просьба, — сказал Каэл. Зориан мысленно перевел это как "взятка и требование". — Во-первых, я обдумывал твои рассказы о прошлых циклах и не мог не заметить, что на стороне противника сражается могущественный лич. С ними… очень трудно справиться, особенно средствами классической магии.

— Но не средствами магии душ? — предположил Зориан.

— Ну, вроде того. Это все еще непросто, даже с магией душ, но если ты ей владеешь — есть шанс удивить лича. Важно помнить, что при разрушении тела душа лича автоматически возвращается в филактерию. Уничтожение тела разрывает связь тела и души, очевидно, за отсутствием тела. Но если ты сумеешь сам разорвать эту связь — с личами и подобными существами это намного легче, ведь их связь с телом искусственна — то душу выдернет назад в филактерию, даже если тело останется неповрежденным.

— По сути, это натуральное изгнание, — заключил Зориан. — Это не убьет его, но…

— Чтобы занять новое тело, личу потребуется много времени — как минимум день, даже если допустить, что новое тело заготовлено заранее. В твоем случае, изгнать лича назад в филактерию — все равно что убить.

— Хочешь сказать, ты можешь научить меня такому заклинанию? — оживился Зориан.

— Эм, нет, — обломал его Каэл. — И сомневаюсь, что тебе помогло бы, если б я мог. Заклинание требует, чтобы ты коснулся цели.

Зориан поморщился.

— Это да, мне ни за что не подойти к личу на расстояние касания.

— Так что взамен я дам тебе это, — сказал Каэл, вручая ему маленький серебряный диск, напоминающий крупную монету. Только вместо обычной чеканки магический предмет был густо покрыт формулами.

— Мне не придется касаться лича! — сообразил через пару секунд Зориан. — Достаточно, чтобы монета коснулась его!

— Да, — подтвердил Каэл. — Я заметил, что твой стиль боя основан на зачарованном снаряжении, вот и впечатал заклинание в этот диск… Должно сработать, но у меня нет никаких гарантий, так что будь осторожен. Я постарался придать снаряду как можно более безобидный вид, но…

— Но далеко не факт, что лич позволит диску коснуться его, — закончил за него Зориан. — Здравый смысл подсказывает избегать странных предметов, которыми швыряется противник… Полагаю, попадания в магический щит цели недостаточно?

— Боюсь, что нет.

— Ага, я тоже этого боюсь. Но, в любом случае, спасибо. А что насчет… просьбы?

— Ну… сказать по правде, я хочу ответную услугу. Я думаю, что в дальнейших циклах ты наверняка снова прибегнешь к моей помощи, и ничуть не возражаю… но хотел бы тоже что-то с этого поиметь.

— Не знаю, что я могу сделать для тебя, что не исчезнет с рестартом цикла, — пожал плечами Зориан. — Чего же ты изволишь, о великий Каэл?

— Того, что ты уже делаешь — чтобы ты помог мне оттачивать навыки с помощью временной петли, — ответил морлок. — Это практически невозможно для тех дисциплин, где требуются навыки плетения — для этого нужно самому быть путешественником — но есть направление, что намного меньше зависит от контроля маны. Направление, в котором я весьма неплох.

— Алхимия, — сказал Зориан.

— Именно. Так вот, изучение алхимии на моем уровне требует множества экспериментов — изучение эффекта зелий, их оптимизация и создание новых рецептов. На это уходит прорва времени и денег, но когда рецепт уже разработан…

— Ты хочешь, чтобы я помогал тебе с разработкой рецептов, а потом передавал результаты в начале последующего цикла, позволяя тебе опираться на уже готовые разработки, составлять еще более продвинутые рецепты, а потом…

— Именно! — подтвердил Каэл. — И когда ты передашь мне результаты по завершению временной петли, я сэкономлю месяцы, возможно годы исследований! Для этого тебе придется больше узнать об алхимии, но думаю, тебе это только на пользу — с твоим стилем, тебе рано или поздно потребуется продвинутая алхимия.

Как выяснилось, весь этот месяц Каэл ставил разнообразнейшие опыты — их описание содержалось в переданной Зориану тетради. Огромный объем текста, но Каэл пояснил, что нужны только две последние страницы, где перечислялись, какие направления исследований оказались тупиковыми и приводился незаконченный рецепт зелья от лихорадки. Морлок добавил, что передача этих сведений не только поможет ему быстрее продвинуться в своем искусстве, но и позволит Зориану куда быстрее убедить его в правдивости невероятной истории с путешествием во времени. Тогда и он, Каэл, сможет помочь ему раньше и сделать больше (ну, ты понял). Не имея никаких возражений, Зориан потратил оставшееся время, запоминая последние страницы, а потом — просто листая тетрадь. Нечасто магу попадают в руки рабочие записи другого мага, и что-то из этого вполне может пригодиться в будущем.

— Зориан, пришла твоя девушка! — позвала Кириэлле. Она явно хотела, чтобы голос звучал насмешливо, но вышла дурацкая детская дразнилка.

— Иду, — отозвался Зориан, закрывая тетрадь, и вышел к Акодже, пытавшейся скрыть свое смущение от Имайи и Кириэлле. У бедняжки ничего не получалось, она решительно не знала, как реагировать на легкомысленные подначки его сестры или на советы Имайи, что делать, если Зориан начнет распускать руки (в целом, все сводилось к "пни его промеж ног"). Подождав пару минут, он сжалился и утащил одноклассницу прочь от этих двух.

Пора начинать представление.

Вечеринка проходила замечательно. Акоджа все равно действовала ему на нервы, но поскольку в этот раз она не выполняла поручение Ильзы, она хотя бы не потащила его заводить бессмысленные знакомства, ограничившись тем, что критиковала его каждые пять минут и деревенела от смущения и нервозности, хотя они якобы пришли просто потанцевать. Что касается заговорщиков — у них все складывалось неважно. У Зориана был с собой телепатический передатчик, и он знал, что все вторжение трещит по швам. Пусть городские власти и не поверили в масштаб вторжения, описанного аранеа, и приготовили явно недостаточно военной силы (причем, как понял Зориан, даже такое количество показалось многим чиновником избыточным), но они были готовы к нападению. Заговорщики же были жалкой тенью прежней мощи — без плацдармов, уничтоженных властями, и без многих предводителей, убитых аранеа. Предварительный обстрел сорвался — магов-артиллеристов перебили, прежде чем они успели что-то предпринять, академия решила сменить конфигурацию оберегов, блокируя телепортацию заговорщиков, а наземные войска ибасанцев столкнулись с гарнизоном, и силы защитников все прибывали — оценив масштаб угрозы, городские власти задействовали все имеющиеся войска.

Так что когда двери танцевального зала взорвались облаком щепок, поражая тех, кому не повезло стоять у входа, Зориан удивился. Очень удивился. Пару секунд спустя, прежде чем осела пыль и смолкли крики, в зал вошли трое.

В центре шел лич. Именно такой, каким Зориан и помнил его — внушительный скелет из черных, слегка поблескивающих металлом костей, в короне и металлическом доспехе. Царственный образ довершал скипетр в костяной руке. Слева от лича шла женщина в черной одежде, напоминающей военную форму — простые штаны, простая куртка с вышитым гербом (было далековато, и Зориан не видел отчетливо, но вроде бы в центре композиции был череп. Кто, черт возьми, станет и вправду помещать череп на свой герб?) и тяжелые кожаные сапоги. Все очень просто и утилитарно, но из-за черного цвета выглядело зловеще. Она шла уверенно, сжимая рукоять меча, с выражением равнодушной жестокости на лице, и Зориан не мог не отметить, что ее бледная кожа и угольно-черные волосы, стянутые в тугой хвост, придают ей довольно вампирский вид.

…потому что она и есть вампир, не так ли? О боги, всякий раз, когда он думает, что хуже ибасанцы уже просто не могут быть, они с готовностью показывают ему — можем, еще как можем.

Третий был с головы до пят укутан в кроваво-красную мантию. Лицо скрывала наведенная магическая тьма под капюшоном. В отличие от лича и вампирши, идущих с молчаливым достоинством, Красный (как его назвал про себя Зориан) шагал осторожно, оглядывая пораженных людей, его капюшон поворачивался вправо-влево, словно искал в толпе что-то. Или кого-то — он остановился, как только его взгляд встретился с Заком.

— Он, — гулким, искаженным магией голосом сказал Красный, указывая на Зака посохом.

И, словно дождавшись этой команды, в зал сквозь выбитые двери хлынули боевые тролли и маги в коричневых мантиях. Все вокруг наконец оправились от шока и сообразили, что на них напали.

И воцарился хаос.

По плану Зориана и матриарха, третий путешественник схватится с Заком, одолеет его и узнает из его разума об аранеа. Зориана смущали многие этапы плана, но больше всего — допущение, что Зак так легко проиграет Третьему. При всех его недостатках, Зак хорош в боевой магии.

Зориан почти сразу понял, что Красный — и есть третий путешественник, и как тот собирается справиться с Заком — Третий пришел не один. Зак не справлялся даже с одним личем; добавить в уравнение вампиршу и Красного — и исход станет очевиден.

Да, вокруг Зака — целый зал других магов, которые тоже включились в битву — но тролли и младшие маги ибасанцев связали их боем. Кайрон и еще пара других попытались вмешаться, но противник превосходил их наголову.

О да, они попытались. Кайрон сотворил сияющий силовой хлыст и отсек вампирше руку, а обратным движением оттолкнул ее меч (определенно зачарованный, горящий странным фиолетовым огнем, разъедающим магические щиты) далеко в сторону. Подозрение, что эта женщина — некая форма нежити, полностью подтвердилось: обрубок руки совершенно не кровоточил, да и потеря руки оказалась для нее лишь неудобством — она выхватила нож второй рукой и вернулась к сражению. Красного умудрился ранить один из студентов, когда дружный залп магических снарядов пробил защитную сферу. Увы, после этого трюка молодых магов почти не осталось, а враг, разделавшийся с ними в ответ, был практически невредим. Что же до лича — он словно издевался над противниками: ничто не могло даже поцарапать его кости. Зак, используя какие-то черные молнии, сумел разбить изукрашенную броню твари и даже сбил с черепа корону — но не смог оставить ни малейшей отметины на самом скелете. Из чего, черт возьми, эта штука сделана?

Зориан, хоть и не без внутренней борьбы, держался в стороне. План не предполагал его вмешательства, да и сказать по правде, если он попытается, его наверняка просто убьют. Он помог прикончить парочку боевых троллей и низкоранговых вражеских магов, оказавшихся в опасной близости от него, но в остальном — с тяжелым сердцем наблюдал, как трое противников теснят Зака.

Но ничто никогда не идет, как запланировано. Кайрону надоела однорукая вампирша, встревающая в его схватку с личем, и он отшвырнул ее в сторону. Она приземлилась рядом с Акоджей.

Зориан и Акоджа разделились еще в начале сражения, и он решил не возвращаться к ней — она, несомненно, в ужасе и постаралась бы удержать его от любых опасных поступков — а он не собирался стоять и смотреть, как вокруг убивают людей. Но сейчас вампирша, вместо того, чтобы поспешить назад к Кайрону, рванулась к Акодже. Почему? Будь он проклят, если знает, может, ей понадобился заложник? В любом случае, Зориан немедленно швырнул ей под ноги маломощный взрывной кубик, чтобы задержать, и влил большую часть своего резерва в испепеляющий луч, целясь ей в грудь.

Он никогда не любил лучевые заклятья: да, они наносят огромный урон, но невероятно прожорливы, и слишком легко, промахнувшись, растратить энергию луча по окрестностям. А в зале, битком набитом гражданскими, слово "окрестности" становится синонимом выражению "невинные жертвы". Но Зориан знал, что должен убить вампиршу быстро — она слишком проворна, а ее клинки пробивают магические щиты — стоит чуть замешкаться, и она перережет ему глотку. Так что он использовал сильнейшее заклятье в своем арсенале. К счастью, взрыв заметно дезориентировал ее, и Зориан без особого труда удерживал луч на цели — а наблюдая за ее схваткой с Заком и Кайроном, он уже понял, что она довольно уязвима к огню.

Он удерживал луч полных пять секунд, оставив от нее сильно обожженный скелет и кучу праха.

Акоджа выглядела перепуганной — и внезапным рывком безумной нежити, и его жестокостью. Студенты вокруг смотрели со смесью страха и восхищения, Красный продолжал биться с Заком, не обращая ни на что другое внимания. Лич же…

Ох, дерьмо, лич смотрел на него.

Тварь мазнула взглядом по дымящимся останкам вампирши и вперила в Зориана тяжелый, словно пронизывающий насквозь, взгляд пустых глазниц. Кайрон воспользовался моментом и снова взмахнул тем светящимся хлыстом, что, как бумагу, отсек вампирше руку, но вместо того, чтобы уклоняться, лич просто поймал хлыст костяной рукой — пальцы сжались на шнуре испепеляющего света без какого-либо вреда — и дернул на себя. Кайрон почти мгновенно развеял шнур, но все же не удержал равновесия. Лич тут же ударил искрящим разрядами красным лучом, прочертив линию от Кайрона до Зака. Брызнула кровь, оба мага упали.

— Аккуратнее! — заорал Красный. — Ты мог убить его! Я же говорил, что он нужен мне живым!

— Меня все это начинает утомлять, — ответил лич. — Он достаточно жив для твоих целей, и теперь не будет так брыкаться. И тебе стоит следить за языком, щенок — здесь командуешь не ты, и если я захочу тебя прикончить — мне никто и слова поперек не скажет. Твоя ценность сомнительна — слишком много твоих "сведений" оказались ложными.

— Говорю же, у нас где-то утечка, — сказал Красный. — Вот почему Зак и нужен мне целым.

— Чтобы вырвать знания из его мозга, целостность тела не требуется, — оборвал его лич. — Поторопись и сделай, что должен. Подкрепления из города уже направляются сюда.

Кажется, Красный хотел что-то ответить, но лич вновь повернулся к Зориану — так что маг нагнулся над неподвижно лежащим Заком, сотворил некое сложное заклятье и положил руку ему на голову.

Распластавшийся на полу Зак внезапно размазался в движении — видимо, просто притворялся — и попытался ударить Красного в лицо. Увы, Зак был явно не в форме: Красный отбил его рывок и несколько раз стукнул парня головой об пол, пока тот не затих — после чего вернулся к заклятью.

— И кто из нас неаккуратен? — гулко хохотнул лич. — Ты мог запросто расколоть ему череп. Живые так хрупки…

— Аранеа? — помолчав, пробормотал Красный. — Поверить не могу, никогда не думал, что эти треклятые букашки осмелятся… ладно, мне пора. Пришло время подчистить концы.

— Аранеа никогда не были… — начал было лич, но Красный уже исчез в телепорте. — Хм. В следующую нашу встречу я убью этого глупца. От него больше проблем, чем пользы.

Лич снова повернулся к Зориану, и люди, стоявшие вокруг парня, инстинктивно подались в стороны.

— Знаешь, я ее терпеть не мог, — светским тоном сказал мертвец, указывая на останки вампирши. — Считала, что она намного лучше, чем бедный старый Кватач-Ичл. Мол, я реликт, а она — новейшее поколение нежити, и тому подобная чушь. И теперь посмотри на нее — убита простым огненным заклятьем малолетнего студента. Но знаешь, хоть вся эта ситуация и забавляет меня, я не могу просто спустить подобное. Она была довольно важна, и как бы это меня не раздражало, я не могу просто вернуться и сказать: "Помните ту наследницу Дома Золтан, за которой вы просили присмотреть? Упс, я вроде как не уследил". Глава дома захочет по крайней мере твою голову, если не душу.

Ох, дерьмище. Теперь он еще и убил наследницу Дома? С другой стороны, он наконец получил подтверждение, что лич — действительно Кватач-Ичл. По крайней мере, теперь понятно, какого он пола — Кватач-Ичл был мужчиной, так? Еще бы выбраться из этой истории, не потеряв душу…

— Может, вы притворитесь, что не поймали меня, если я дам вам вот это? — собрав все мужество в кулак, спросил Зориан, вынул подаренный Каэлом диск и швырнул личу.

Ему невероятно повезло: лич среагировал именно так, как надо — протянул руку и поймал монету. Зориан подозревал, что мертвец не станет отбивать диск щитом или уворачиваться — тот считал себя неуязвимым и, учитывая его кости, имел на то основания. Но в момент, когда костяная рука сомкнулась на монете, лич замер и рухнул на пол, как марионетка с обрезанными нитями.

— Что? — спросил один из стоявших позади студентов. — Что случилось? Что, черт возьми, ты сделал?

Проигнорировав его, Зориан бросился к Заку и Кайрону, чтобы проверить их состояние. Через пару секунд его отодвинула в сторону девушка на несколько лет старше — сказала, что она врач, так что он не стал возражать.

Вместо этого он достал из кармана телепатический передатчик и закрыл глаза, чтобы дотянуться до аранеа и узнать, как дела у них.

А ведь все так хорошо начиналось. Заговорщик в красном, предположительно — третий путешественник, влез прямо в западню. Влез уверенно, успокоенный привычным рисунком защитных чар поселения и победами над стражами-аранеа, которыми матриарх пожертвовала, чтобы усыпить бдительность врага. Когда Красный достиг центра пещеры, пол обратился в жидкость, и маг погрузился в него.

Аранеа и люди-наемники немедленно атаковали, активировав глушащий оберег и наполнив пещеру снотворным дымом.

Но что-то пошло не так, на человека в мантии не действовала ни алхимия, ни пробившие защиту заклятья. Даже завязнув в камне, он умудрялся эффективно обороняться, отстреливаясь странными фиолетовыми лучами, мгновенно убивающими все, чего коснутся. Это заклятье было довольно долгим в подготовке и поражало лишь одиночные цели, так что потери пока были невелики, но все это бесило неимоверно. А когда один из этих лучей попал в наемника, у людей лопнуло терпение, и они ответили дружным залпом сияющих пик, пробивших щит Красного и попавших ему в грудь.

На мгновение матриарх испугалась, что они убили его, и весь их замысел рухнул — но все оказалось еще хуже. Не было никакого фонтана крови — путешественник в красном просто обратился в дым.

Они сражались не с самим Третьим. Всего лишь двойником, куклой из эктоплазмы, наделенной частью возможностей оригинала. Подделкой, посланной проверить путь и отвлечь их внимание.

Конус фиолетового света залил пещеру, мгновенно истребив всех наемников и множество ее верных аранеа. Проклятье — их враг воспользовался выигранным подделкой временем и подготовил собственную засаду. Она повернулась, чтобы скомандовать отступление…

Зориан дернулся, выходя из транса — связь с матриархом оборвалась. Смотреть ее глазами было странно и довольно неприятно, надо будет сказать, чтобы она не делала так без разрешения, но вот этот обрыв связи… Вероятно, матриарх мертва. И скоро умрут и остальные аранеа.

Они проиграли. После всех их усилий, они все равно проиграли. Проклятье.

— Зориан? — проскрежетал кто-то, отвлекая его от раздумий. Зак снова был в сознании, лежа на полу с замотанной бинтами головой. — Ты снова с нами? Ты был вроде как в отключке.

— Угу, — выдохнул Зориан. — Я… в порядке.

— Они сказали, что ты убил лича, — Зак слабо махнул рукой в сторону груды черных костей. Студенты посмелее кучковались вокруг останков, перешептываясь и показывая пальцами. — Как, черт возьми, ты это сделал?

— Оборвал связь между его душой и текущим сосудом, отправив его назад в филактерию. Он не умер, просто изгнан.

— О, — сказал Зак. — Но даже так… Я никогда и близко к этому не подходил. Откуда… Откуда ты узнал, как это сделать? Ты… ты…

— Мне надо идти, — поднимаясь на ноги, ответил Зориан.

— Эй, погоди! — Зак попытался сесть, но скривился и оставил эту затею. — Ты не можешь просто бросить меня и… Зориан! Зориан!!

Зориан проигнорировал его, как и Акоджу, сунувшуюся с вопросом, куда это он собрался. Просто пошел к выходу, мысленно прикидывая маршрут к ближайшему спуску в туннели. Никто не попытался остановить его.

— Зориан, ты засранец! — заорал позади Зак. — Клянусь, при следующей встрече я дам тебе в морду!

— Прости, Зак, — прошептал Зориан. — Но это подождет.

Когда он прибыл в поселение аранеа, Красный уже ушел, оставив горы трупов. Вероятно, пошел охотиться на уцелевших аранеа, рассредоточенных по городу — Зориан знал, что во время битвы в поселении многие паучихи выполняли задачи на поверхности. Как бы то ни было, он порадовался своей удаче и приступил к расследованию, что здесь произошло, и поиску уцелевших самцов аранеа.

Поселение было разрушено, но Зориан не мог не заметить, что большую часть урона нанесли сами аранеа, бесполезно пытаясь задержать наступающего Красного с помощью взрывных кубиков, что он им дал, и собственных ловушек. Красный убивал удивительно чисто — на телах не было никаких повреждений, очевидно, работа того странного фиолетового заклятья. С другой стороны, зачем он старался, убивая столь аккуратно, когда теми же фаерболами мог бы поджаривать по несколько целей разом?

Красный был чертовски методичен. Возможно, просто не знал, что самцы аранеа неразумны, или ему было все равно, кого убивать, но множество самцов не избежали смерти. Эта методичность тоже удивляла — в танцевальном зале маг не казался злобным или истеричным, так зачем так стараться перебить всех аранеа перед самым рестартом? О боги, он истребил даже детенышей в яслях! Ну да, так он мог не сомневаться, что достал всех возможных путешественников, но все равно — скоро же новый цикл, и они снова оживут.

Отвратительно. Пусть аранеа и не похожи на людей, что слегка смягчало впечатление от бойни, но все же целое поселение, уничтоженное до последнего детеныша… Хладнокровная жестокость Третьего вызывала отвращение.

Что же. Возможно, посмертное послание матриарха внесет какую-то ясность. С помощью поисковых чар и своего ментального чутья он выследил уцелевших самцов и извлек из их памяти кусочки шифра.

Как выяснилось, послание состояло из двух частей. Первая — просто описание, голос матриарха, объясняющий ее действия. Вторая — подробная карта подземелий Сиории, с местами, помеченными как особо важные. Обе части были неполными из-за убийственной настойчивости Красного, и, судя по всему, матриарх считала карту более важной — некоторые фрагменты были дублированы.

Неотвратимо приближался конец цикла, так что Зориан попытался рассортировать и собрать воедино кусочки шифра.

[Пробел]…значит, все пошло не так. Я знаю, ты думаешь, что я поторопилась и сама виновата, но… [Пробел]… проста: временная петля разрушается. Не знаю, сколько она еще просуществует, прежде чем… [Пробел]…может прекратить в любой момент. Поэтому остановить его было… [Пробел]…в этой игре может быть лишь один победитель. Я искренне… [Пробел]…надеюсь, что это не понадобится, но на всякий случай прикладываю карту к… [Пробел]…весь остальной континент. Не думала, что это возможно, даже с помощью… [Пробел]

И все. Карта была тоже полна пробелов, хоть Зориан и отметил, что даже с белыми пятнами — по коммерческим стандартам это очень подробная карта подземелий Сиории.

И, прежде чем он успел обдумать послание, цикл закончился, и все погрузилось во тьму.

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С доб… — начала было Кириэлле, но Зориан рывком сел и сгреб сестру в объятья. Шокированная Кириэлле замолчала, Зориан несколько раз вдохнул-выдохнул, пытаясь успокоиться.

— Что такое? — спросила Кириэлле, возясь в его руках, но не пытаясь вырваться всерьез. Зориан отпустил ее и попытался придумать ответ. Ничего не приходило в голову.

— Н-ничего, — выдохнул он. — Просто кошмар. Извини, что заставил беспокоиться.

Вот именно, кошмар. Все их интриги и приготовления, все его боевые тренировки, все трюки, что он придумал… и все равно они проиграли. Сокрушительно проиграли. А аранеа… их загнали и перебили, как собак. Зачем? Чего третий путешественник добивался этой бессмысленной жестокостью? Да и послание матриарха ничего толком не прояснило.

— Как будто я беспокоилась, — фыркнула она, ткнула его пальцем и соскочила на пол. — Мама хочет поговорить с тобой, так что тебе лучше поторопиться.

— Угу, — Зориан встал и шагнул в сторону двери. Кириэлле предсказуемо вылетела из комнаты и побежала занимать туалет, он же запер дверь и принялся ходить кругами, как тигр в клетке.

Нужно предупредить аранеа, предупредить как можно раньше. В этот раз он не возьмет с собой Кириэлле, и как только сойдет с поезда в Сиории… нет, нет, нет. Долго. Недопустимо долго. Учитывая действия Красного в прежних циклах и то, что теперь он считает их путешественниками — с него станется перебить их в самом начале цикла.

Нужно предупредить аранеа прямо сейчас, а не через день. Он телепортируется прямо в Сиорию. Он мысленно извинился перед матерью и Кириэлле, которые скоро обнаружат, что он исчез из запертой комнаты, и начал читать заклинание.

Он не мог прыгнуть прямо в поселение. Аранеа защищают свои поселения от телепортации — не говоря уже о том, что они живут глубоко под землей. Прыгать в подземелье — откровенно плохая идея, учитывая огромную толщу камня и магические помехи, вызываемые повышенным уровнем маны (в богатых энергией районах вроде Сиории ситуация еще печальнее) — можно запросто убиться в процессе. Как бы он ни торопился, умереть во время прыжка еще хуже, чем просто опоздать, да и лишней маны у него нет. С его уровнем навыка даже прыгнуть к портальному маяку Сиории не так-то просто.

Многие маги считают телепортацию опасной. Все дело в том, что это не только пространственное заклинание — важную роль играет компонент прорицания, осуществляющий определение точных координат цели. И если ошибиться с прорицанием… ну, можно огрести самые разнообразные проблемы. Кроме того, отдельные личности отнюдь не желали, чтобы кто-то телепортировался в их дом, и ставили защиту, которая не просто блокировала телепорт, а вызывала катастрофический сбой. Да, разумеется, незаконно, но все равно некоторые пользовались такими оберегами.

В остальном же телепортация была достаточно надежным и комфортным способом передвижения. Если вы не хотите попасть в защищенный сектор. Или под землю. Или туда, где ни разу не были. Угу.

Ну, неважно, главное, он мог прямо сейчас попасть в Сиорию. К счастью, город имел портальный маяк, перенаправляющий магов в центр и облегчающий наведение (да и маны тратилось меньше). После прыжка у Зориана еще будет часть резерва, что определенно не помешает.

Мир неприятно сместился — ему все еще было далеко до отточенного мастерства Ильзы — и вот он уже на портальной площадке Сиории. Он тут же пересек черту города и занялся подготовкой. Как бы ему ни хотелось немедленно спуститься в Подземелье и отыскать аранеа, нужно позаботиться о собственной безопасности. Он может спасти аранеа и в каком-нибудь другом цикле, но если он попадет в лапы Третьему — все пропало. Его резерв восстановится до приличных значений за полчаса, так что он пошел покупать снаряжение — делать самому не было времени.

Ну, найти в Сиории магическую лавку несложно — другое дело, что доступный ассортимент для такого, как он, был сильно ограничен законом. Он купил щитовой браслет и жезл магических снарядов, но все остальное требовало специального разрешения — которого у него, разумеется, не было.

— Не хочу показаться маньяком, но нет ли у вас… чего-нибудь поубойнее? — нетерпеливо спросил он.

— Ну, конечно есть, но не могу же я продать их тебе и влипнуть в неприятности? — лучезарно улыбнулся продавец, ничуть не смущенный вопросом. — Гильдия пристально следит за оборотом жезлов и амулетов, а я не хочу проблем ради кучки лишних монет. Извиняй.

Тут продавец пристально посмотрел на него.

— Но знаешь, если тебе нужна убойность, могу порекомендовать кое-что… нетрадиционное.

Он пошарил под прилавком и достал простую деревянную коробку. С невероятной помпой водрузил на прилавок, открыл и показал Зориану содержимое.

Зориан несколько секунд задумчиво смотрел в коробку. Действительно нетрадиционно, но…

— Беру, — решил наконец он.

Продавец понимающе улыбнулся и начал составлять чек.

Он заподозрил неладное, когда у границ поселения его не встретили часовые. Они определенно должны были уже вмешаться — он намеренно транслировал свое ментальное присутствие изо всех сил. Но никто не спросил, что ему надо, и никто не ответил на его голос. Это нервировало, и чем ближе Зориан подходил к поселению, тем больше в душу закрадывался страх.

Неужели он опоздал? Ведь он прибыл, как только смог!

Он наконец заметил одну из аранеа, а через полминуты — еще одну. Обе мертвы. Он не видел никаких следов борьбы, ни на телах аранеа, ни вокруг них, равно как не чувствовал "эха" после применения мощных заклятий. Все это до жути напоминало последствия атаки Красного в предыдущем цикле. Зориан остановился и поспешно наложил на себя заклятья — необнаружимости, блокирующее простейшие поисковые чары, усиления естественного сопротивления и невидимости. Он не знал, как действуют фиолетовые заклятья, но, похоже, это скорее проклятье прямого действия, чем физическая атака, так что сопротивление магии должно помочь. Наконец, он достал дешевый шарф, купленный на поверхности именно для этой цели, и замотал лицо. Да, сейчас он невидим, но невидимость спадет, если он сам будет колдовать.

Он осторожно вошел в поселение.

Там было натуральное кладбище. Повсюду молчаливо и неподвижно лежали мертвые аранеа, подвернув лапы и глядя в никуда блестящими черными глазами. Жути добавляло то, куда бы он ни посмотрел, нигде не было никаких следов боя. Ни отметин от заклятий, ни остаточной концентрации маны, ни тел, лежащих кучками там, где они насмерть встали против врага. Все выглядело так, словно аранеа внезапно умерли в разгар самого обычного дня — кто-то жевал крысу, кто-то плел некую скульптуру из паутины…

После получасового осмотра Зориан склонялся к мысли, что Третий сотворил некий масштабный ритуал, действующий подобно фиолетовым лучам, и убил разом всех аранеа в поселении, прежде чем они успели заподозрить неладное. Проблема была в том, что убило не всех. Некоторые самцы — около половины — пережили удар, что убил всех самок. И объяснение, что в момент атаки они просто были вне поселения, тоже не подходило — убитые часовые тоже были довольно далеко от границ.

Изловив несколько самцов и просканировав их разум, он кое-что заметил. Все самцы, которых он поймал… были ему знакомы. Он уже касался их разума, в прошлом цикле, когда собирал кусочки послания матриарха.

Нет. Не может быть! Аранеа же не путешественники во времени, тогда почему…

Резкое шипение и вспышка света — позади него открылся портал; Зориан немедленно развернулся к новоприбывшему. Хорошо бы это был Зак, они бы…

Разумеется, это оказался третий путешественник.

На целых две секунды оба мага замерли, удивленно глядя один на другого. Третий выглядел так же, как и в прошлом цикле — кроваво-красная мантия, не оставляющая открытым ни дюйма кожи, и некое защитное заклятье, прикрывающее лицо под капюшоном непроглядной темнотой. Зориан, по идее, был невидим, но то, как смотрел в его сторону Красный, не оставляло сомнений: заклятье невидимости Третьему не помеха.

Прерывая немую сцену, Красный отточенным движением выхватил заклинательный жезл и ударил пятью магическими снарядами. Не ожидавший этого Зориан успел лишь активировать щитовой браслет. К счастью, защита выдержала, но Зориан не собирался биться с типом, одолевшим Зака. Он резанул расщепляющим лучом по полу пещеры между ними, подняв облака каменный пыли, и отступил с поля боя.

Он побежал.

Он не ушел далеко.

— Защитился от прорицания, — раздался искаженный магией голос Красного. — Хорошо. Ты хотя бы умнее этого придурка Зака. Можешь себе представить — за все эти десятилетия он так и не научился скрываться от простейших поисковых чар. Ты же, с другой стороны, был в петле сколько — три, четыре года? И уже знаешь, как укрыться от моего духовного зрения.

Зориан промолчал, плотнее вжавшись в расщелину, где прятался, и напрягая извилины, как ему оторваться от этого типа. Хорошо, что Каэл научил его скрываться от духовного зрения — судя по всему, Красный — гребаный некромант.

И хорошо, что он успел сообразить, как Третий увидел его сквозь маскировку, иначе давно был бы мертв.

— Если тебе интересно, то они окончательно мертвы, — продолжил Красный. Похоже, он не мог точно определить местоположение Зориана, но не сомневался, что тот где-то рядом. И медленно подходил все ближе. — В прошлом цикле я не просто убил их. Сколько бы ни прошло рестартов, они останутся мертвыми, пустыми телами, навсегда лишенными души. Магия душ просто невероятна, не находишь?

Хоть он и подозревал нечто подобное, при этих словах у Зориана упало сердце. Аранеа… окончательно мертвы? Это… Из глубин сознания поднимался настоящий ураган вины и ярости, но Зориан безжалостно задавил его. Не сейчас. Еще будет время для отчаяния и самобичевания, но сейчас надо позаботиться, чтобы у него вообще было будущее.

— Но знаешь, я не так кровожаден, как могу показаться, — буднично сказал Красный. — Назови мне имена других, кого аранеа включили в петлю, и обещаю, я оставлю тебя в покое. Могу даже обучить тебя парочке трюков.

Зориан моргнул. Так вот почему Красный не попытался выкурить его, залив всю пещеру огнем? Он думает, что кроме Зориана есть и другие путешественники. Хех. Если подумать, то все правильно — именно так матриарх и сказала Заку.

Внезапно Красный метнулся и схватил его за рубашку. И, прежде чем Зориан успел что-то предпринять, вражеский маг несколько раз ударил его о стену пещеры, отчего в глазах все поплыло и заплясали точки. Он пытался вырваться, но никогда не был силен физически, а Красный — просто нечеловечески могуч, совершенно несоразмерно его фигуре.

— Скольких еще людей аранеа сделали путешественниками? — отбросив притворство, угрожающе спросил Красный.

Кто-нибудь другой попытался бы солгать, но Зориан знал, что лучше молчать. Любую фразу можно проверить прорицанием, найдя скрытые смыслы и степень правдивости. А найти смысл молчания не так-то просто.

— Ну хорошо, будь по-твоему, — драматически вздохнул Красный. — Значит, мне просто придется вырвать эти знания из твоего мозга. Что бы тебе ни говорили эти самодовольные букашки, не только аранеа владеют ментальной магией.

Зориан ощутил, как другой маг пытается коснуться его разума, и немедленно понял, что техника Красного невероятно примитивна и груба. Зориан был лучше и знал это. Не желая упустить предоставленный врагом шанс, он отбил телепатическую атаку Красного и сам вторгся в его разум. Он еще не умел наносить утонченные, изощренные удары, так что просто обрушил на разум Красного хаотический мысленный крик. Красный отдернулся и попытался разорвать канал, но не смог. Тогда он схватился за жезл, но Зориан свел его пальцы спазмом, и оружие покатилось по полу пещеры.

Через несколько секунд Зориан осознал, что хоть другой маг и не может тягаться с ним в телепатической схватке, он и не беспомощен. Подавить разум Красного не получалось, и стоит ему на миг ослабить концентрацию — враг вырвется из его мысленной хватки и размажет его в реальном мире. Он попытался заставить руку, удерживающую его, разжаться, но чужие пальцы на его горле не дрогнули.

Ну хорошо. Зориан выдернул из-за пояса купленный в лавке револьвер, вскинул и прямо в упор опустошил барабан в Красного.

Он потерял концентрацию еще на первом выстреле — грохот револьвера ошеломил его, но первые две пули вошли Красному в грудь, и тот отпустил Зориана, торопливо активируя защиту. Следующие четыре пули бессильно ударили в силовой щит, но урон был уже нанесен — первые две попали в цель, прорвав зачарованную ткань, по красным одеждам текла кровь.

Зориан воспользовался моментом, чтобы броситься наутек, надеясь, что раны не позволят Красному преследовать его. За спиной не слышалось чужих шагов — уже хорошо.

Расщепляющий луч едва не попал ему в голову — расслабляться пока рано.

— Пистолет?! — истерически взвизгнул позади него Красный. — И ты еще называешь себя магом?!

Зориан не удостоил его ответом, сберегая дыхание. Идея просто активировать свои бомбы — единственное, что он сделал сам перед приходом сюда — манила, но, очевидно, была фатальной. Его враг — некромант, и простое самоубийство против него не поможет. Цикл не перезапустится с его смертью — он не Зак.

Нет, он должен убить себя так, чтобы Красному не досталось тело. После секунды напряженного размышления он мысленно развернул карту подземелий, оставшуюся в наследство от матриарха, подыскивая что-нибудь… вот! Этот туннель ведет к длинной отвесной шахте, а под ней — огромное подземное озеро, помеченное как "опасное". Вероятно, это означает, что в подземных водах кто-то живет — и этот кто-то не прочь съесть любого, кто сунется к нему. Его тело сожрут задолго до того, как Красный до него доберется. Он прибавил скорости.

Еще два заклятья прошли буквально на волосок, Красный не отставал, похоже, раны нисколько его не беспокоили. Во имя богов, он же попал ему в грудь! Дважды! Что, проклятье, этот тип с собой сделал, чтобы добиться такой живучести? Очередной запретный ритуал?

Красный вконец потерял терпение — весь коридор залили искрящие синие молнии. Мышцы Зориана сжались все разом, океан боли вымыл мысли из его головы. Поздно — он уже шагнул за край шахты, и инерция, крутанув, швырнула его вниз.

Зориан кувыркался в воздухе, додумывая дурацкую мысль — смешно, он рвал задницу, лишь бы умереть, а Третий изо всех сил пытался его остановить. Он сумел сохранить ясность мыслей, и активировал взрывчатку над самой водой — мир вспыхнул болью и слепящим светом.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ

Глава 27. Плывя по течению

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Его затопило облегчение, а через миг — отчаяние. У него получилось — он уцелел после столкновения с третьим путешественником и сохранил душу. Но вот его соратники…

— Зориан? Ты в порядке?

Он молча посмотрел на сестру — в голове проносились бесчисленные мысли. Ей явно не по себе от его молчания и застывшего взгляда, но ему было не до того. Мысленно он все еще из последних сил убегал от Красного. Осознавал, что его едва не поймал кровожадный псих-некромант, черт знает сколько лет тренировавшийся в петле. Что этот некромант теперь знает, что есть еще один путешественник-человек, и может прямо сейчас направляться сюда.

Что аранеа мертвы. Мертвы, потеряны навсегда.

Он рассеянно спихнул с себя Кириэлле, надел очки и принялся мерять шагами комнату.

Убить душу невозможно. Их нельзя уничтожить, только изменить. На этом сходились все — учителя, книги по этой тематике, начинающий некромант Каэл… даже проклятый лич сказал нечто подобное в ту ночь, когда Зориан попал в петлю. Так как же тогда Красный убил души аранеа?

Пожалуй, проще всего предположить, что Красный узнал что-то, неизвестное обычным магам. В конце концов, он некромант, не ограниченный во времени и способный пережить провал большинства экспериментов. Может, он сумел добиться того, что не удалось другим некромантам. Впрочем, Зориан сомневался в этом — на его взгляд, лич разбирался в магии лучше, чем все другие известные ему маги, включая и Красного — а лич считал уничтожение души невозможным. Хотя, возможно, он выдает желаемое за действительное. Он не хотел смириться с гибелью аранеа. Да, черт возьми, он и правда привязался к дурацким паучихам! Конечно, они не всегда и не во всем ладили, но он не желал им зла и полагал, что это взаимно. Новизна уж точно не желала, она не смогла бы соврать и под страхом смерти. И… если быть до конца откровенным, он фактически воспринимал Новизну как вторую сестренку. Но ее больше нет, как и всех остальных аранеа Сиории.

И что хуже всего… Это он допустил расправу. Он весь вечер собирал кусочки послания матриарха, даже не думая о том, что происходит вокруг — пока Красный охотился на аранеа по всему городу. И ведь он знал, что против него — такой же путешественник во времени, но ему и в голову не пришло, что Третий может иметь козырь против себе подобных. О боги, до чего же он был глуп.

Хоть это все и странно… Начать с того, что если Красный мог окончательно устранить тех, кто ему мешал, почему он не пользовался этим заклятьем чаще? Определенно можно было бы изрядно облегчить вторжение, если убрать ряд ключевых фигур города. Но Зориан никогда не слышал, чтобы кого-то в правительстве находили мертвым в самом начале цикла — а ведь к его услугам была огромная разведывательная сеть аранеа. Конечно, можно было придумать объяснение: например, заклятье взимало с мага серьезную плату, и Красный не хотел прибегать нему без крайней нужды. Но это не сочетается с тем, что некромант перебил всех до единой аранеа. Если бы заклятье и правда дорого ему стоило, он бы все тщательно разведал и устранил только тех, кого необходимо.

Во-вторых, аранеа на самом деле не были путешественниками — заклятье вообще не должно было на них подействовать. Зориан был твердо уверен, что петля не возвращает назад все души — иначе каждый маг обнаружил бы необъяснимый прогресс в плетении после дюжины-другой циклов. К тому же, существовали и "обычные" боевые заклятья некромантии, вырывающие душу из тела, и Зориан время от времени замечал их применение в боях. Если бы каждый, чья душа была вырвана из тела, оставался мертвым навсегда, то еще до прихода Зориана в петлю скопились бы горы трупов, и все бы поняли, что происходит что-то противоестественное. Словом, получается, что души обычных людей "застрахованы" от любого вреда, что бы ни происходило с ними во время цикла. То, что Красный сумел обойти этот принцип, мягко говоря, удивляло.

Зориан остановился и нахмурился, обратив внимание, что Кириэлле уже успела незамеченной покинуть комнату. В нем крепла уверенность, что Красный каким-то образом использовал саму природу временной петли, чтобы добиться такого эффекта. Сам он не имел ни малейшего понятия, как работала петля, но, вероятно, Красный в этом разбирался. Без этого знания ему не разгадать загадку. Как всегда, ему требовалось больше информации.

…вот только его обычный источник — аранеа — истреблены врагом, не оставив ничего, кроме загадочного, фрагментарного посмертного послания.

Проклятье.

Следующие несколько часов Зориан действовал механически, пытаясь выглядеть обычно, скрыть свои сожаления, стыд и панический страх. Судя по встревоженным расспросам матери — без особого успеха; впрочем, в конце концов она приняла его объяснение о приснившемся кошмаре и оставила в покое, уже хоть что-то.

И ведь действительно — кошмар. Он не только потерял аранеа; нельзя игнорировать вероятность, что Красный сумел опознать его и может в любой момент атаковать их дом. Да, он прятал лицо под шарфом и не раскрывал рта, но способы, тем не менее, есть…

При этом его даже не посещала мысль немедленно убраться из опасного места. Во-первых и в-главных, в том случае, если Красный установил его личность и явится в Сирин, семья Зориана может быть навсегда потеряна, как аранеа, чего он никак не мог допустить. За время петли он привязался к Кири, и пусть он не питал особо теплых чувств к матери — он не позволит какому-то свихнувшемуся маньяку убить ее. Хватит того, что аранеа заплатили жизнями за его ошибку — будь он проклят, если бросит семью, спасая собственную шкуру.

Во-вторых, хоть раскрытие его личности и вполне возможно, это по-прежнему всего лишь вероятность, а не свершившийся факт. Да, его легко вычислить, проверяя отсутствующих одноклассников Зака одного за другим, но Красному это может просто не прийти в голову. Ведь некромант считал, что загадочный путешественник связан с аранеа, не с Заком. И нет никаких причин искать его в классе Зака. И пусть до самого Зака, наверное, уже дошло, что Зориан — тоже путешественник, едва ли парень будет сидеть в Сиории, дожидаясь визита Красного. Если у Зака есть хоть крупица здравого смысла (что, конечно, тоже не факт), то первое, что он сделает в начале цикла — уберется из города. Учитывая, что в прошлом цикле Красный, заручившись поддержкой лича, неслабо навалял Заку, и что в этот раз Зак помнит о произошедшем, едва ли он настолько дурной, чтобы оставаться там, где его может отыскать превосходящий по силе враг.

Он исходил из предположений, но что ему еще оставалось? Он загнан в угол. И мог только ждать и надеяться, что к устрашающему мастерству Красного в некромантии и одни боги знают каким еще преимуществам не прилагался и талант великого сыщика.

В любом случае, его нынешний план был предельно прост: сесть на поезд, как обычно, и сойти на следующей станции. В ближайшее время он и шагу не ступит в Сиорию. Красный определенно будет пристально следить за городом, выискивая связанных с аранеа путешественников; соваться туда сейчас смертельно опасно. Малейшая оплошность может выдать его с головой; что же до варианта залечь на дно на несколько циклов — он и сам не верил, что сейчас способен на такое. Нет уж, лучше пока держаться от города подальше. Само собой, рано или поздно он вернется, но прежде ему необходимо стать намного сильнее и осведомленнее.

Помимо решимости любой ценой избегать Сиории, у него не было никаких планов. По правде сказать, он вообще был растерян. Он не просто привязался к аранеа, они еще и были его главным союзником во всем этом безумии, их гибель буквально выдернула из-под него опору. И что, проклятье, ему теперь делать?

В итоге он решил, что ему необходимо время — успокоиться и осмыслить произошедшее. Продумать новую стратегию. Пожалуй, он просто побродит по стране цикл-другой. Или дюжину циклов. Если подумать, временная петля — идеальный шанс объехать всю страну, возможно, даже весь континент. Просто пройтись по новым местам, посмотреть достопримечательности. Расслабиться. Да, в последнем послании матриарха упоминалось, что петля постепенно разрушается, но в найденных им фрагментах не указывалось никаких конкретных сроков, а будь у него действительно мало времени — она наверняка подчеркнула бы это. Скорее, имелось в виду, что его запас времени не безграничен — довольно велик, но определенно конечен, и время уходит.

По крайней мере, он на это надеялся. В противном случае он обречен. С большим, но конечным запасом времени у него еще есть шансы. Если же у него осталось буквально несколько циклов… Невыносимая мысль.

— Мистер Казински? — прервала его раздумья Ильза. Как раз вовремя, его мысли опять свернули не в ту сторону, а он уже устал от всей этой безнадеги. — Вы слушаете?

— Слушаю, — солгал Зориан. Конечно, он не слушал — этот разговор с Ильзой уже был у него бесчисленно много раз.

— Хорошо, — с сомнением сказала она. — Как я уже сказала, жетон можно забрать и после выпуска, он очень дорогой и…

— А если я захочу забрать его сейчас? — перебил ее Зориан. Его сбережений должно хватить на месяц странствий, так что жетон едва ли понадобится для трудоустройства. Другое дело, что ему совсем не улыбалось скрывать свои магические навыки из опасения, что какой-нибудь излишне усердный полицейский сообщит о нем в Гильдию, и его дернут в академию. Жетон же, подтверждающий его членство и пройденную сертификацию, развяжет ему руки.

— Его можно получить в любом из отделений гильдии магов, — ответила Ильза. — Они есть в большинстве крупных городов и областных центров.

О, хорошо. Он опасался, что за жетоном нужно ехать в Академию.

В конце концов Ильза ушла, сказав на прощание, что ждет его на уроках. Хех, что-то новенькое. Она догадалась, что он собирается забить на учебу? Ну, даже если и так, без разницы — академия всегда смотрела на прогулы сквозь пальцы. Максимум — пошлют письмо родителям, извещая, что он пропускает занятия, и все. И к счастью для Зориана — никто это письмо читать не будет, родители собираются в Кос, навестить их драгоценного Дэймена.

Удовлетворенный принятым решением, он собрал вещи и отправился на вокзал.

Отбытие поезда в сторону Сиории несколько успокоило Зориана. Частично потому, что поезда всегда навевали на него сонливость, вымывая напряжение из тела и разума, но в основном — потому что Красный так и не явился. Прошли часы — кто-то с возможностями Третьего мог бы несколько раз подготовить и нанести удар по семье Казински — но никто так и не напал, что внушало надежду. Умиротворяющую надежду на то, что его личность не была раскрыта. Если Красный не вычислил его в прошлом цикле, то, скорее всего, уже не вычислит — если бы он знал, где искать, он наверняка справился бы за месяц. Пока рано расслабляться — надо подождать хотя бы еще несколько циклов, но начало обнадеживает.

Ему просто нужно не допускать таких проколов в будущем.

Поезд на миг замер, потом продолжил движение. Несмотря на первоначальный план сойти на первой же станции, Зориан решил остаться в вагоне. Первой станцией после Сирина был еще более крохотный поселок, совершенно ничем не примечательный сателлит. Если он сойдет здесь — это привлечет внимание местных, кто-то может даже узнать его и сообщить родителям, прежде чем те отбудут в Кос. Он прекрасно обойдется без подобной драмы. И к тому же, что, черт возьми, он будет делать в крохотном незнакомом поселке? Нет уж, куда лучше доехать до Нигелвара, а оттуда пешком в Тешинград. Нигелвар тоже не особо крупный городишко, зато достаточно важный транспортный узел, и сошедший там путешественник не вызовет ни у кого подозрений. Тешинград же — областной центр. Никакого сравнения с Эльдемаром, Корсой или Сиорией, но достаточно большой и оживленный, чтобы новоприбывшие воспринимались как должное.

И в Тешинграде есть отделение Гильдии, где он сможет получить жетон.

Он безо всяких сложностей сошел в Нигелваре и немедленно направился в сторону Тешинграда. К его вящей досаде, гроза, что неизменно обрушивалась на Сиорию в первый день цикла, оказалась куда более масштабным явлением — на полпути к городу его накрыло ливнем. К счастью, дождевой щит продержался достаточно, чтобы добраться до придорожной гостиницы и укрыться от непогоды. В результате там он и провел ночь, не слишком довольный вынужденной задержкой, пусть у него и не было никаких четких планов на этот цикл. Ко всему прочему, еда была ужасной, а люди странно на него поглядывали. Вероятно, из-за наряда — навязанная матерью одежда была несколько вычурна, да и дороговата для большинства гражданских, а возможности переодеться перед входом в гостиницу не представилось. Так что перед сном он накрыл комнату простеньким оберегом от воров и грабителей, но, к счастью, ночью его никто не побеспокоил.

Пережив, таким образом, ночевку в гостинице, Зориан с утра направился в Тешинград и прибыл туда спустя несколько часов… чтобы при попытке получить свой жетон сделать неприятное открытие. Как выяснилось, Ильза ничуть не преувеличивала дороговизну удостоверения. На это уйдет половина его сбережений! Грабеж средь бела дня, но служащий Гильдии, с которым он говорил, и слушать не стал про снижение цены. Вместо этого он указал на ближайшую стену, где красовалась доска объявлений. Практически один в один стенд Академии, только расценки более вменяемы — в отличие от Сиории, в Тешинграде не было такого наплыва молодых магов. Жетон будут делать в течение двух дней, за это время можно слегка подзаработать. Все равно больше заняться нечем.

Заказы были… несколько экзотичнее, чем он надеялся. Он охотно верил, что две курицы и мешок муки — честная цена за ремонт стены, но ему-то они зачем? Да и некоторые объявления, не оговаривающие оплату, выглядели весьма подозрительно. И все же дел для него нашлось — выше головы. За следующие три дня Зориан отремонтировал все, что только возможно, выследил пропавшую козу, перевез штабель каменных блоков на парящем диске с одного конца города на другой, помог женщине-алхимику со сбором трав и истребил расплодившихся крыс в одном частном зернохранилище на окраине. Ничего из этого не было чем-то особенно сложным, но Зориан солгал бы, скажи он, что ничему при этом не научился. Все-таки изучать заклинания академически и приспосабливать их под реальные нужды — две большие разницы.

— Что же, держи, — служащий за стойкой протянул ему жетон. На вид довольно непритязательный, но под пальцами ощущались сложные магические формулы, впечатанные в удостоверение. Надо будет когда-нибудь разобрать такой и выяснить, что там внутри. — С этим ты сможешь устроиться на любую работу, а не только неофициальные подработки. Хорошо потрудился, кстати. Давненько никто не проходил по улицам, решая проблемы горожан.

— Я делал это не по доброте душевной, — пробурчал Зориан.

— О, не сомневаюсь, — ответил распорядитель. — Но многие маги сочли бы столь обыденные поручения ниже своего достоинства и отказались из принципа.

— Многие задания можно было бы выполнить силами самих граждан, — согласился Зориан. — И, не в обиду, почему вы сами не поможете им, если они так нуждаются? Сомневаюсь, что Гильдия доверила бы региональное отделение неодаренному.

— Ха! — упрек совершенно не задел этого типа. — На самом деле я помогаю… когда есть время. Моя должность куда более хлопотна, чем кажется, можешь мне поверить. И хоть работа в объявлениях и не слишком срочна, ее выполнение без магии весьма тяжело и потребует много времени — но даже совсем зеленый маг вроде тебя, использовав пару заклятий, управится с ней всего за час. Так что, может, за эти пару дней ты и не спас мир, но жители города тебе точно благодарны — ты сделал их жизнь немного легче. Горожане сэкономили время и силы, ты получил легкий заработок, я избавился от некоторых утомительных обязанностей. Сплошная выгода, не находишь?

— Хмм, — неопределенно протянул Зориан.

— Итак… ты уже определился с работой, или все еще в поиске?

— Пока никаких идей, — ответил Зориан. — Я собирался некоторое время побродить по окрестностям, вдруг что приглянется.

— А, понятно. Что же, если хочешь, могу порекомендовать парочку мест неподалеку.

— Конечно, — он пожал плечами. — Проверить не помешает.

— Либо, если хочешь более высокооплачиваемый вариант подобных разовых работ — я бы посоветовал идти на север, к Сарокианскому плоскогорью. На фронтире всегда много работы — строительство инфраструктуры, охота на монстров, все, что угодно. Конечно, это куда опаснее, чем охотиться на крыс-переростков — но и куда прибыльнее.

— Интересная мысль, — сказал Зориан. Только вот главной базой освоения плоскогорья была как раз Сиория. Судя по картам, на север практически невозможно попасть, минуя город, а в Сиорию он в обозримом будущем не собирался. — Знаете, невозможно не заметить, что Гильдия весьма агрессивно продвигает колонизацию плоскогорья. Чем это вызвано?

— А, ну видишь ли, все из-за этой истории с Расколом. Разделившиеся страны все силятся превзойти друг друга, ищут все возможные преимущества. У Эльдемара удобный выход на неосвоенный север, глупо этим не воспользоваться. Я слышал, те места богаты ресурсами, как магическими, так и обычными.

Они проговорили около часа, обсуждая регион и доступные варианты. В этом цикле Зориан не собирался нигде надолго задерживаться, но в будущем мог захотеть попробовать одну из предложенных распорядителем работ, так что сейчас не помешает побывать во всех перечисленных местах — чтобы при желании мог телепортироваться прямо туда.

Словом, следующие две недели Зориан странствовал по области, посещая мастерские, библиотеки, алхимиков, гербалистов и так далее. Или просто знакомясь с новыми местами, между делом подрабатывая на случайных запросах встреченных селян и горожан. Он не забросил магические тренировки, но, не имея ни четкой цели, ни удобного архива заклятий, как библиотека Академии, сосредоточился на простейшем способе — упражнениях на плетение. Ему везло — большинство встреченных провинциальных магов владело кое-какими экзотическими упражнениями и охотно обучало им. И, в отличие от Ксвима, который просто называл свои требования — и ничего более, они подробно объясняли, что делать и в какой последовательности.

К концу цикла Зориан научился слой за слоем стачивать стеклянный шарик; делать то же самое с яблоком или иным фруктом; резать бумагу, проведя пальцем; вызывать рябь на воде, не прикасаясь к ней; левитировать каплю воды и придавать ей идеально сферическую форму; замораживать получившуюся сферу, и наконец — телекинезом чертить линии на земле. Он не овладел ничем из перечисленного в том смысле, в каком понимал Ксвим — но к счастью, Ксвима рядом не было, так что он мог переходить к следующему упражнению, когда сам сочтет исполнение удовлетворительным. Как выяснилось, разучивать новые плетения куда приятнее, если не нужно доводить каждое до безупречного результата.

Он также продолжал оттачивать ментальные навыки. Критически важное умение — только благодаря ему он пережил столкновение с Красным. Он даже подумывал разыскать другие колонии аранеа и, пользуясь преимуществами временной петли, начать потихоньку вытягивать из них знания, но пока просто не мог себя заставить. Прошло слишком мало времени, память о гибели аранеа — о его роковых ошибках и легкомыслии, приведшим к трагедии — была еще слишком яркой. Так что он просто использовал эмпатию в каждом разговоре и тренировался касаться разума животных. Развлекаясь, он проходил вдоль ручьев и озер, управляя носящимися над водой стрекозами, заставляя их выполнять головокружительные пируэты. Захватить примитивный разум насекомого было невероятно легко, но вот должным образом управлять им — совсем другой разговор, он до сих пор не мог контролировать более трех стрекоз за раз.

Дни сменялись днями. Он загружал себя так, что на депрессию просто не оставалось времени, но каждый вечер, перед сном, его вновь и вновь охватывали тревога и ощущение беспомощности. Все его планы казались бесполезными, обреченными на провал. Он недостаточно силен. Он мало что знает. У Красного — целые годы преимущества, и это уже не изменить.

С приближением рестарта его беспокойство все усиливалось. Да, в этом цикле он избежал столкновения с Третьим, но что насчет следующего? Вдруг он проснется в зловещей тишине и обнаружит, что в его отсутствие Красный перебил его семью, оставив пустые, бездыханные тела?

В последнюю ночь цикла Зориан так и не смог уснуть и просто стоял на укромном холме, найденном во время странствий, погруженный в свои мысли, лениво отгоняя комаров силой психика и глядя в ночное небо.

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым ут… Эй! — возмутилась Кириэлле, когда Зориан сгреб ее в объятья. — Какого хрена, Зориан?! Пусти меня, хам!

— Узнаю нашу Кириэлле, — театрально вздохнул он, слабо улыбаясь. — А теперь брысь с меня, а то снова обниму.

С родственниками все было в порядке, и, как и в прошлом цикле, Красный никак не проявлял себя. Значительно приободрившийся Зориан вновь сел на поезд и сошел в Нигелваре. В этот раз он не стал получать жетон — слишком дорого, и за весь прошлый цикл его не разу не попросили предъявить. Вместо этого он телепортировался туда, где закончил в прошлом цикле и продолжил свои странствия.

Он оценил — здесь, в провинции, быть магом — совсем не то, что в Сиории. Без огромного потока природной маны, хлещущего из Провала, во весь рост вставала проблема экономии энергии. Даже упражнения на плетение опустошали его резерв за пару часов — в то время как в Академии он был ограничен только собственным терпением и распорядком дня. Еще одна причина, по которой он сосредоточился на плетениях, а не на отработке настоящих заклятий.

И ему уже не хватало библиотеки академии. Раньше он полагал, что ее репутация просто раздута, но сейчас — когда он не мог, столкнувшись с проблемой, немедленно обратиться к ее бесчисленным полкам — сейчас он начал осознавать, до чего же она чертовски удобна. Да, в ней полно пробелов в экзотических областях знания, но в простых заклинаниях и обычных темах ей нет равных. Здесь же, в провинции, найти книгу с нужным заклинанием — сущее мученье. Они, в принципе, были, но описывали лишь самые азы, а хочешь чего поинтереснее — топай в другой поселок, а то и к частному коллекционеру.

Еще он выяснил, что заклинания — детекторы магии куда полезнее, чем он раньше думал. За пределами Сиории они и правда обнаруживали магических существ и предметы. В Сиории же большинство простых детекторов давало ложное срабатывание — чтобы найти что-то конкретное, приходилось задавать прорицанию жесткие рамки.

В общем, он начинал понимать, почему маги сбиваются в Сиорию и другие города, стоящие на Истоках. Все-таки — широкий спектр редких ресурсов, собранных в одном удобном месте.

Но Зориан продолжал свое путешествие. Он собирался посетить каждый из крупных городов страны — хотя бы для того, чтобы быть способным туда телепортироваться — и всерьез задумывался о туре по всему континенту. Единственное, что его останавливало — неизбежная морока при заграничной поездке. Он путешествовал, чтобы успокоить нервы, а не трепать их в спорах с чиновниками.

Когда минул еще один цикл, а Красный так и не объявился — Зориан наконец позволил себе расслабиться. Цикл сменился уже трижды, и если Красный до сих пор его не вычислил — наверное, уже не вычислит. Значит, все же не гениальный сыщик, и хорошо. Ободренный Зориан всерьез задумался, что ему делать дальше.

Ему следовало переговорить с Заком, но это не срочно. Едва ли Зак располагает сколь-нибудь важной информацией о механике петли, да и где его искать — непонятно. Конечно, они рано или поздно встретятся, и тогда Зориан не станет запираться — но пока нет смысла терять время, пытаясь отыскать парня, который наверняка не хочет быть найденным. Ему и так есть чем заняться. Перед тем, как даже задуматься о возвращении в Сиорию и поисках Зака, ему совершенно необходимо отточить кое-какие навыки. Нужно узнать больше о магии душ, превратить способности психика в настоящий инструмент и оружие, как у аранеа, и наконец — поднять свой боевой потенциал до уровня, на котором он сможет противостоять Красному в поединке.

Приоритетность была очевидна — если он не хочет вновь сражаться вслепую, он должен научиться хотя бы защищаться от магии душ. В идеале — выяснить, что Красный сделал с аранеа и — если возможно — обратить эффект. У него по-прежнему был составленный Каэлом список людей, способных помочь в этом вопросе, и, по счастью, все они проживали вне Сиории.

Второй пункт был не менее важен. Какие бы сведения втайне от него ни добыла матриарх, она наверняка извлекла их из чьего-то разума. Явно не из разума Красного — скорее, группы обычных людей, не знающих о петле, но владеющих отдельными кусочками общей картины. Если он вычислит этих ключевых людей и прочитает их память, он сможет восстановить утраченный секрет. Другими словами, ему просто необходимо развивать магию разума, и плевать на этическую сторону вопроса. Поскольку он вряд ли справится самостоятельно, нужно найти другие паутины аранеа.

Наконец, в схватке с Красным он был постыдно беспомощен, и не допусти другой маг фатальной ошибки — Зориана бы не стало. Ему нужно улучшить его ловушки и тактику засады, развить боевые навыки, чтобы не пропасть, если ловушки и засады не сработают, и овладеть техниками быстрого перемещения, чтобы суметь спастись, если боевых навыков тоже не хватит. И, насколько он мог судить, единственным способом была непрерывная практика — то есть ему нужно активно напрашиваться на неприятности. Другое дело, что все его инстинкты протестовали против подобного подхода.

Но у него нет выбора. Для начала он несколько циклов проведет в Подземелье и на диком севере, а потом решит, что делать дальше.

В свете этих целей он решил, что его третий после утраты аранеа цикл должен быть более упорядоченным, чем минувшие два месяца скитаний. Нанеся на карту жилища знакомых Каэла, он выбрал в качестве базы средних размеров город под названием Князевы Двери. Город располагался у границ северной пустоши и имел собственный спуск в Подземелье, так что проблем с боевой практикой быть не должно; имел Исток второго ранга — довольно чахлый в сравнении с другими, но все же лучше, чем ничего; и наконец — находился примерно в центре группы раскиданных по области знакомых Каэла, так что если с тем, что живет в городе, не выгорит — можно легко добраться до остальных. Идеальное место, чтобы начать.

С утра он телепортировался в ближайший из открытых им городов и направился к цели.

Глава 28. Котелок

"Никогда не знаешь, куда тебя занесет, — подумал Зориан, снова втыкая нож в волчью тушу. — Ни за что бы не поверил, если б мне на первом курсе сказали, что придется научиться свежевать зимних волков."

C другой стороны, технически он и не был обязан снимать шкуру — просто оставлять ее казалось жутким расточительством, в Князевых Дверях за шкуры давали хорошие деньги. Раз уж он все равно углубляется в пустоши в поисках монстров и опасных животных — стоит хотя бы немного подзаработать на этом.

Наконец с грязной работой было покончено. То, что настоящий охотник наверняка потратил бы вчетверо меньше времени и сил, его не волновало, важен результат. Он сложил шкуру в сумку и направился к виденному ранее ручью, собираясь смыть кровь и грязь с рук и одежды. Он подумывал приспособить для подобных дел заклинание, но поскольку заклятья сбора добычи основывались на анимации, это было пока невозможно. Заклятья анимации использовали навыки самого мага — пока Зориан не научится свежевать животных дедовским способом, он не сможет перепоручить грязное дело магии.

По пути к ручью он пытался высмотреть причину, по которой он вообще торчал в этой глуши — домик старой ведьмы по имени Сильверлэйк, одной из возможных наставников магии душ, упомянутых в списке Каэла. Пока что догадка Каэла, что ему придется ошиваться вокруг, пока ведьма сама не захочет его пригласить, сбывалась на все сто: он не нашел ведьмино жилище ни прорицанием, ни просто обходя местность. Если б не заверения Каэла, что ведьма живет именно здесь, он давно бы отказался от поисков. Он и нашел-то место лишь благодаря тому, что ведьма собирала все растения и грибы, употребимые в алхимии, а Каэл советовал искать подозрительно чистые, обобранные места.

Вздохнув, он опустил руки в воду. Недавние дожди превратили ручей в целую речку, довольно мутную, но все еще пригодную вымыть и остудить руки. Закончив, он присел у самой воды, праздно разглядывая свое отражение. Ну и видок. Под стать ощущениям. Не то чтобы он был совсем не в форме, да и на природе он не впервые, но двухчасовая прогулка по ухоженному пригородному лесочку — совсем не то же самое, что прожить почти неделю в великих северных пустошах, охотясь на зимних волков и стараясь избегать змей и прочую опасную фауну. Слава богам, он хотя бы догадался наложить оберег против паразитов — иначе клещи и пиявки доконали бы его в первый же день… если б комары не сделали это намного раньше.

И что особенно "радует" — он никогда к этому не привыкнет. Окрепшие мышцы и приобретенная выносливость исчезнут в момент рестарта. Надо будет при первой же возможности поискать усиливающие зелья или укрепляющие тело ритуалы, а то каждый цикл целую неделю маяться болями во всем теле, когда ноет каждая мышца, ему совсем не улыбалось. Или хотя бы зелье, облегчающее… стоп, дно ручья движется?

Он едва успел отдернуться назад — из мутной воды вырвалось нечто большое и коричневое, огромные челюсти щелкнули там, где только что была его голова. Зориан вскочил и отбежал назад — из ручья выбиралась здоровенная коричневая ящерица — и послал в голову твари залп из трех пронзающих снарядов. К счастью, не считая первого рывка, ящерица была медлительна — и все три магических импульса попали в цель. Череп животного взорвался, брызнув ошметками плоти, и ящерица упала замертво, все еще наполовину оставаясь в воде.

Зориан мгновенно активировал мысленное чутье, сканируя побережье в поисках подобных существ, и, не найдя никого, осторожно приблизился к трупу.

Это была саламандра. Огромная бурая саламандра, с тяжелой треугольной головой и черными глазами-бусинами — едва ли при жизни она могла похвастать хорошим зрением. Удивительно, как нечто столь большое могло спрятаться в неглубоком ручье, но мутная вода позволила твари застать его врасплох. Проклятье, было бы чертовски унизительно сдохнуть в зубах гигантской саламандры в первую же неделю. C другой стороны, он в первый день едва не сорвался в расселину, а вчера его пытался задушить плотоядный плющ…

— Есть ли в этих лесах хоть что-то, что не попытается убить меня, как только я отвернусь? — вслух спросил он.

Будучи один в пустошах, он совсем не ожидал ответа — но он его получил. В некотором роде.

— И чего это ты раскис? — спросил его резкий женский голос.

Вокруг, на сколько хватало глаз, никого не было, и его способность психика чувствовала только животных, но Зориан довольно быстро вычислил источник голоса — на ветке неподалеку сидел ворон.

— Нечего стоять и пялиться на моего фамильяра, малец, — голос вновь нарушил молчание. — Быстрее, вытащи тварь из ручья, пока ее не унесло течением. Ты хоть представляешь, сколько стоят гигантские саламандры таких размеров? Это же находка столетия!

Зориану хотелось ответить, что эта находка столетия чуть его не прикончила, но он сдержался. Если это та, кто он думает, то с ней лучше не ссориться. По словам Каэла, со старой ведьмой трудно договориться, но если удастся — она может ему многим помочь. Сильверлэйк очень сильна и искусна, но и совершенно невыносима. Вряд ли она убьет его или чем-то навредит, если он сам ее не спровоцирует, но она капризна и обожает тратить чужое время впустую. Зориан решил хотя бы попытаться найти с ней общий язык.

— Мисс Сильверлэйк, я полагаю?

Ворон разразился хохотом. Нда, смеющаяся птица выглядит действительно странно.

— Мисс, говоришь? А ты хорошо воспитан… что редко по нынешним дням. Что же, может, я даже выслушаю ту глупую просьбу, что привела тебя ко мне! — наконец ответила птица. — Так чего же ты стоишь? Разве я не сказала, что делать?

Вздохнув, Зориан отвернулся от ворона и принялся левитацией вытаскивать здоровенную амфибию на берег.

Сильверлэйк (просто Сильверлэйк, Каэл очень не советовал заводить разговор про ее фамилию) оказалась совсем не такой, как представлял Зориан. Да, она была стара, но для своих 90 лет — невероятно бодра и энергична. Зориан даже подозревал, что ей легче бродить по лесам, чем ему самому. И, несмотря на то, что она жила посреди пустошей, ее не назвать неухоженной — в ее иссиня-черных волосах не было ни одной белой пряди (вероятно, регулярная покраска), и ее коричневое платье было простым, но опрятным. Если б не морщины, он не дал бы ей и вполовину меньше лет. Действие неких зелий, или ей просто повезло со здоровьем?

Ну, не важно. Зориан проследовал за ней к домику, везя гигантскую саламандру на парящем силовом диске, и там она тут же приступила к разделке, демонстрируя немалый опыт. Ее руки совсем не дрожали, орудуя всевозможными ножами и тяжелыми емкостями, и Зориан укрепился во мнении, что она принимает некие препараты, чтобы замедлить старение.

В конце концов, Каэл уверял, что она — мастер зелий, а алхимия всегда считалась одним из лучших способов продлить жизнь и укрепить здоровье.

— Не думай, что я не заметила, как кто-то несколько дней шныряет в округе, — внезапно сказала она, не отрываясь от трупа саламандры. — Это раздражает. И беспокоит — потому как означает, что кто-то сказал тебе, где искать. Не хочешь просветить меня, кто именно?

— Мне сказал Каэл, — не стал запираться Зориан. Это не было тайной.

— Каэл? — она нахмурилась. — Нет, подожди, не говори. Уверена, я уже где-то слышала это и… а! Вспомнила, тот маленький засранец, что обрюхатил дочку Фрии! Впрочем, я слышала, что он на ней женился, так что, думаю, все в порядке. Сколько я помню, Фрия была даже рада. Она боялась, что девочка так и не найдет себе мужа.

— Почему? — полюбопытствовал Зориан. Сильверлэйк оценивающе глянула на него, взгляд ее карих глаз встретился с его взглядом, затем вернулась к работе. — В смысле, если я могу спросить. Вам не обязатель…

— Расслабься, мальчик, — пренебрежительно фыркнула ведьма. — Вот уж избытком такта я никогда не страдала. Если мне что-то не понравится, ты тут же об этом узнаешь. Если спросишь неподобающее — я пошлю тебя в задницу. Просто задумалась. Видишь ли… как ты, наверняка, уже догадался, Фрия, теща Каэла — ведьма, как и я. А про ведьм и их дочерей ходят грязные слухи — что они приносят в жертву сыновей, распутничают с демонами, травят мужей ради наследства, слишком ленивы, чтобы заниматься домом, и тому подобная чушь. Поэтому большинство мужчин дважды подумают, прежде чем связываться с дочерью ведьмы.

— Понятно, — сказал Зориан. Сам он не слышал подобных слухов, но вполне допускал, что такое возможно. У ведьм, соприкасающихся с запретными и аморальными областями магии, и правда дурная репутация.

— Я уже годы не видела ни Каэла, ни его жену, — продолжила Сильверлэйк. — Или Фрию, если на то пошло. Возможно, в их прошлый визит мне стоило быть помягче… ну, что сделано, то сделано. Странно, что морлок, сам не решаясь встретиться со мной, тем не менее послал тебя.

Зориан нахмурился.

— Думаю… вы кое-что недопонимаете. Не знаю, что между вами произошло, но они больше не приходили потому что мертвы. И Фрия, и жена Каэла заразились Плачем и умерли. Сам же Каэл слишком скорбит о жене и слишком занят дочерью, чтобы приехать к вам. До вас не так-то просто добраться.

На лице Сильверлэйк впервые мелькнуло ошеломление.

— Мертвы? Фрия… а я все это время думала… — пробормотала она, затем прервалась и задумчиво посмотрела на него. — Погоди. Ты сказал — занят дочерью? Вот как… хмм…

Сильверлэйк погрузилась в молчание. Зориан же огляделся, рассматривая стоящий неподалеку домик ведьмы. Он выглядел старым и дряхлым, но когда Зориан тайком активировал обнаружение магии — избушка вспыхнула светом, как маяк. Как, черт побери, он умудрился не заметить такое? Видимо, на строение наложена действительно мощная защита от прорицания. Другой вопрос, от чего запитана защита — оберег такой силы требует соответствующего источника энергии, а Истока маны здесь нет. Не может же она питать защиту всего дома самостоятельно? Каэл говорил, что она очень сильна и сведуща как в икосианской, так и в ведьмовской магических традициях, и что ее ни в коем случае нельзя недооценивать — но такое уже чересчур.

Впрочем, помимо невероятно сильной и сложной магической защиты, тут было не на что посмотреть. У стены было несколько полок, где на солнце сушились травы и грибы — но само по себе это не было чем-то необычным, многие охотники и лесорубы подрабатывают, собирая травы и продавая их в соседнем городе.

Сильверлэйк прервала его размышления, щелкнув пальцами прямо перед его лицом и забрызгав очки капельками крови и лимфы саламандры. Хоть Зориан и решил для себя быть вежливым с ведьмой, он не удержался от сердитого взгляда. Она же лишь ухмыльнулась в ответ, продемонстрировав идеально белые зубы. Похоже, за все свои 90 лет она не потеряла ни одного.

Да, определенно магия.

— Если ты закончил пялиться на мой дом, то давай продолжим, — сказала она. — У меня есть к тебе просьба. Ты ведь можешь связаться с Каэлом, так?

— Конечно, — ответил он. — Мы с ним друзья.

Ну, или будут друзьями, когда в одном из будущих циклов он вернется в Сиорию.

— Тогда я хочу, чтобы ты передал ему сообщение, — сказала она. — Ничего срочного, но я хочу, чтобы он знал… что я сожалею о том, как закончилась наша прошлая встреча, и что я буду рада видеть его и его дочь у себя. А, и что я хочу обучить его дочь секретам магии. Она — наследница достойной династии ведьм, насчитывающей бесчисленные поколения, и вправе продолжить ее… если пожелает. Все запомнил?

— Достаточно легко запомнить, — ответил Зориан. — И… могу я рассказать вам о причине моего прихода?

— Нет, — фыркнула она. — Думал, если ты знаешь парочку близких мне людей и согласен исполнить пустяковую просьбу, то я тут же брошусь решать твои безумные проблемы?

— Вы даже не знаете, зачем я здесь, — заметил Зориан.

— Никто не обращается ко мне из-за пустяков, — усмехнулась она. — Если Каэл послал тебя ко мне, значит, он не знает другого способа.

— …Полагаю, с этим не поспоришь, — признал Зориан. — Видите ли…

— Ничего не хочу слышать, — ведьма отгородилась от него окровавленной ладонью. — Я не стану слушать твою злосчастную историю, покуда ты не компенсируешь потраченное на тебя время. Хочешь моей помощи — заработай.

— А откуда мне знать, что вы вообще можете мне помочь? — спросил Зориан. — Может быть, я заплачу, но ничего не получу в итоге?

— Может быть, — ухмыльнулась Сильверлэйк. — Тебе придется рискнуть.

Чертова ведьма. Скорее всего, он просто потратит на нее время, но…

— Хорошо, — вздохнул он. — Что вы хотите?

Ее ухмылка стала заметно шире.

Мир вокруг него размылся — и вот Зориан вновь в Князевых Дверях, на одной из самых безлюдных улиц, где его телепортацию вряд ли увидят. В принципе, ничего страшного, если про его способность к телепорту узнают, но с другой стороны — это привлечет ненужное внимание. Далеко не каждый маг согласится учить этому заклятью пятнадцатилетнего, и еще меньше пятнадцатилетних сумеют научиться. Лучше быть осмотрительнее.

Убедившись, что его прибытие прошло незамеченным, он незамедлительно покинул переулок и уже направился к центру, чтобы чем-нибудь перекусить, когда его внимание привлек голос мальчишки-газетчика:

— Шокирующие новости! — кричал парнишка. — Группа наемников в Сиории найдена мертвыми — все до единого! Монстры бродят по улицам города! Совпадение или заговор, читайте в сегодняшнем выпуске! Шокирующие новости, шокирующие новости!

А вот это уже… интересно. Зориан молча свернул с пути, купил газету и отыскал укромный угол — прислониться к стене и почитать.

Как он и подозревал, найденные мертвыми наемники оказалась теми самыми, кого аранеа наняли для засады на Третьего — в статье приводилось фото лидера группы, легко узнаваемого благодаря шраму над правым глазом. Судя по всему, их нашли мертвыми в самом начале цикла, без каких-либо подсказок, что и как убило этих людей. Само собой, это очевидно неестественное происшествие привлекло всеобщий интерес. Напрашивающийся вывод — что кто-то за одну ночь уничтожил целую группу опытных боевых магов, причем далеко не все из них спали в момент убийства, а некоторые находились под мощными оберегами — обеспокоил многих, но другого объяснения не было.

К тому же, сразу после этого открытия по городу прокатилась волна инцидентов с монстрами, пробравшимися из Подземелья в канализацию, а то и вовсе на улицы. Эксперты разводили руками, городские власти спешно собирали отряд для зачистки туннелей и взятия ситуации под контроль до летнего фестиваля.

Да уж, все это несомненно помешает планам заговорщиков. Интересно, как они теперь будут выкручиваться. Если подумать, появление монстров на улицах легко объяснимо — захватчики прижали их в Подземелье, и твари бегут на поверхность. В прошлых циклах аранеа, сами того не желая, являлись своеобразной наковальней, о которую молот захватчиков сокрушал жителей нижнего мира. Но сейчас аранеа мертвы, и целый пласт защиты Сиории, о котором большинство людей даже не догадывались, исчез вместе с ними.

Зориан не сдержал мрачной ухмылки — пожалуй, Красный, использовав свое "убивающее души" проклятье, оказал захватчикам медвежью услугу.

Что любопытно, загадочные смерти и монстры на улицах, похоже, повлияли и на академию. Дополнительные репортажи после основной статьи упоминали, что многие семьи отозвали своих детей, обучающихся в школах Сиории — не исключая и его академию. В том числе и его одноклассница Джейд. Ее имя упоминалось среди известных студентов, покинувших Сиорию по соображениям безопасности, ведь ее отец занимал высокое положение в Доме Витэльсин; помимо нее, в списке упоминались и… и он?

Да, никакой ошибки — "Зориан Казински, младший брат Дэймена Казински" тоже вызван родителями домой. Интересно, с чего они взяли — он был уверен, что никто не успел связаться с его родителями до их отъезда в Кос; видимо, либо академия, либо газетчики предпочли истолковать его отсутствие в свете последних событий.

Зориан покачал головой и, сложив газету, направился дальше.

Проведя в Князевых Дверях неделю, Зориан решил, что город, пожалуй, ему нравится. Достаточно большой и оживленный, чтобы приезд только что выпустившегося мага не становился нездоровой сенсацией, но и не столь крупный и процветающий, чтобы молодые одаренные никому не были нужны. Будучи региональным центром, и имея как заметный Исток, так и вход в Подземелье, город имел множество магазинов, ориентированных на магов и нуждающихся в одаренных работниках. Множество возможностей трудоустройства для молодого мага, вплоть до того, что люди нередко сами предлагали Зориану работать у них.

Он отказывался — постоянная работа отнимет слишком много времени и отвлечет его от настоящей цели, но запомнить стоило — на тот день, когда вся эта история со временной петлей закончится.

— О, привет. Не возражаешь, если я присоединюсь?

Зориан оторвался от карты прилегающих районов и присмотрелся к подошедшему. Мужчина средних лет, со впечатляющими усами и объемным животом, на лице широкая улыбка. Причем эта улыбка нисколько не потускнела, покуда Зориан несколько долгих секунд молча разглядывал незнакомца. Судя по одежде, состоятельный горожанин — может быть, мелкий торговец, или один из магов-ремесленников, держащих в городе мастерские.

Видимо, очередное предложение работы.

— Конечно, — Зориан указал на свободный стул напротив себя. — Располагайтесь.

На мгновение он задумался, не убрать ли карту на время разговора — но решил не заморачиваться. На ней все равно не было ничего предосудительного — парочка пометок, что ничего не скажут человеку, не знающему контекста, и столь же неинформативные пометки, нацарапанные на полях. Сильверлэйк поручила ему собирать редкие магические травы по всему долбаному лесу, и лишь смутные намеки на то, где их искать, так что ему оставалось лишь пытаться расшифровать ее пояснения да консультироваться с местными гербалистами. А местные гербалисты отнюдь не горели желанием помочь конкуренту. К тому же он подозревал, что это лишь первое задание ведьмы и старался закончить его поскорее.

— Это да, это мы с удовольствием, — сказал незнакомец, плюхаясь на предложенное место. — Боюсь, мои старые кости уже не те, что раньше. Не могу долго стоять — колени не выносят. Видать, годы уже сказываются…

"Да и живот тоже," — подумал Зориан, но промолчал, ожидая, когда незнакомец скажет, что ему нужно.

— Должен признать, неплохое место, чтобы расслабиться, — его собеседник отвлеченно изучал листок меню. — Слегка дороговато, но тихо и свободно. Уединенно. Кстати, не возражаешь, если я закажу нам выпить?

— Я не пью спиртного, — покачал головой Зориан. Да и местным безалкогольным напиткам он тоже не доверял — что бы ни говорил его собеседник, заведение не отличалось высоким классом. — Вынужден отказаться.

— Ну, это просто нечестно, — ответил тот. — Что же, тогда мне придется пить одному. Не сочти за грубость, но у меня в глотке пересохло, да и просто неприлично беседовать в таверне без кружки пива.

Через несколько минут он наконец отпил из своей кружки и перешел к делу.

— Вот, совсем другой разговор. А теперь позволь представиться — я Гурей Цвили, из "Снаряжения Цвили и Рофолтина". К сожалению, старый Рофолтин умер два года назад, и теперь я — единственный владелец. Название, впрочем, оставил как было. Традиция.

Лишь усилием воли Зориан не потребовал, чтобы тот переходил к сути.

— Ну так вот, вижу, ты человек занятой, так что тянуть не буду — я слышал, ты ходишь в лес, собираешь алхимические ингредиенты и охотишься на зимних волков. И что ты продаешь магические предметы.

— Да, и что с того? — спросил Зориан. Ничего из перечисленного не было запрещено. За шкуры зимних волков в отделении гильдии давали неплохое вознаграждение — хищники нападали на скот, детей и одиноких путников; да и продажа магических предметов и алхимических реагентов вполне законна. Кое-где существовали ограничения, что можно и что нельзя продавать, но, как правило, это было действие монополии — а в Князевых Дверях никаких монополий не было. Он проверял. — Если вас это интересует, то я сертифицированный маг.

У него даже был жетон. Да, дорого, но он слишком много контактировал с магами, чтобы рисковать, работая без лицензии. Тем более, что, по его мнению, некоторые владельцы магазинов отнюдь не обрадовались конкуренции и с удовольствием сдали бы его Гильдии, имей они хоть какие-нибудь подозрения.

— Попросту говоря, я хочу, чтобы ты продавал ингредиенты и магические предметы мне, а не другим магазинам, — сказал Гурей. — Не подумай, что это шантаж или угрозы — я дам лучшую цену.

Зориан моргнул. А вот такого он не ожидал.

Час спустя они наконец пришли к некоему соглашению. Доплата Зориана не особо интересовала, но у торговца нашлось что предложить — полностью оборудованная алхимическая лаборатория, которой он сам не пользовался. За право время от времени ей пользоваться — и читать ботанические книги из личной библиотеки торговца — Зориан согласился в первую очередь предлагать свои товары ему. Гурей явно был доволен заключенной сделкой. Как, в общем, и Зориан — в городской библиотеке о травах почти ничего не было, Гурей же сказал, что его коллекция на эту тему куда обширнее. Да и возможность работать в настоящей лаборатории тоже была удачей — найти подобную не так-то просто, ну, если не телепортироваться в Корсу всякий раз, когда нужно что-то сварить. А столько маны на прыжки у него не было.

— А откуда, все-таки, столь высокий спрос на зелья и магические предметы? — спросил Зориан. — Город не столь велик, чтобы содержать столько магических магазинов. Я еще понимаю — мастерские, они всегда могут работать на экспорт, но как магазины вроде вашего находят рынок сбыта?

— А, это просто, — ответил Гурей. — Путешественники. Или, точнее, поселенцы и авантюристы. Видишь ли, наш город — одна из последних остановок на пути на север. Часть "Натиска на Север", как это называет правительство. И, раз мы — один из последних очагов цивилизации на их пути, у нас тут высокий спрос на жизненно важные товары.

— "Натиск на Север"? — переспросил Зориан.

— Смотрю, не любишь читать газеты? Вся эта затея с колонизацией Сарокианского плоскогорья, что так усердно продавливает правительство. Видел, наверное, плакаты, обещающие бесплатную землю, налоговые послабления и все такое? Часть стратегии Эльдемара, пытающегося обойти Суламнон и Фалкринею. Предполагается, что освоение северных пустошей даст стране значительный прирост населения и ресурсов. Все страны в той или иной мере граничат с пустошами, но только Эльдемар так серьезно вложился в эту затею. Не знаю, стоит ли оно того, но тот оборот, что оно мне приносит — против него я точно не возражаю!

Хмм, если подумать, влияние этой политики чувствовалось даже в академии. Ничего откровенного, но Сарокианское плоскогорье упоминалось в учебниках и заданиях куда чаще, чем можно было бы ожидать, учитывая скудность их населения и отсутствие чего-либо важного.

Так или иначе, торговец вскоре ушел, и Зориан вновь уставился в карту. Чертова ведьма…

— Может, теперь, когда я собрал нужные вам травы…

— Не глупи, малец, — прервала его Сильверлэйк, выхватывая из его рук связку растений. — Ты же не думал, что дурацкого сбора реагентов хватит, чтобы оплатить мою помощь? Считай это… отборочным туром. Кстати, ты невероятно долго с ним возился.

— Долго? — недоверчиво переспросил Зориан. — Я управился за три дня. И смог собрать их все так быстро лишь благодаря тому, что могу телепортироваться. Не говоря уже об опасности — вы не предупредили, что эти "перцовые мухоморы" при малейшей ошибке взрываются облаком парализующей пыльцы.

— Так это же общеизвестно, — отмахнулась ведьма. — Любой дурак знает. Вот, истолки эти раковины улиток.

Зориан заглянул в кожаный мешочек, полный ярких сине-красных раковин, и нахмурился. Он знал эту разновидность улиток. Они использовались для производства наркотиков, и их сбор был строго запрещен законом. Что важнее, их измолотые раковины — сильнейший галлюциноген, и если он вдохнет хоть немного — свалится в лихорадке с бредовыми видениями. Бросив на чертову старуху раздраженный взгляд, он активировал пылевой щит — тот же самый, что выручил его с мухоморами — взял ступку и пестик и принялся за работу.

Стоило ему закончить, как ведьма сунула ему в руки связку трав, что он собирал три дня, оттарабанила несколько кратких пояснений и указала на прислоненный к стене избушки старый котелок. Просто прекрасно — похоже, ему предстоит варить зелье традиционным способом. Не то чтобы он совсем растерялся — в конце концов, в детстве его обучала другая ведьма, но нужный состав был ему незнаком. Уже и не упоминая того, почему традиционный подход уступил место современной алхимии — он труднее, опаснее и его результаты, как правило, хуже.

Хорошо бы порученное ему зелье не оказалось из тех, что при малейшей ошибке взрываются прямо в лицо или травят парами. Ох, да кого он обманывает, конечно, оно именно из них. Вот честно, не будь временной петли и обратимости обычной смерти — он бы уже плюнул и оставил эту затею.

Как он и подозревал, зелье он запорол. К счастью, каждый раз, когда он был уже готов сделать особо опасную ошибку, Сильверлэйк его останавливала. Вот бы еще она делала это как-то иначе, без ударов ивовой веткой. А ну как попадет в глаз?

Он никогда не думал, что это случится, но он начинал скучать по Ксвиму и его шарикам. Прежний куратор был просто святым по сравнению с этой сумасшедшей старухой.

— Никуда не годится, — сказала Сильверлэйк, заглянув в котелок и задумчиво помешав получившуюся мерзко пахнущую фиолетовую смесь (должна была получиться тягучая, идеально прозрачная жидкость с приятным запахом). Ведьма радостно улыбнулась. — Видимо, тебе придется снова собирать реагенты, а потом пытаться снова, не так ли?

Зориан молча смотрел на улыбающуюся женщину, ощущая ее предвкушение посредством эмпатии. Она ожидала, что сейчас он сорвется, и с нетерпением ожидала этого! Гребаная садистка. Но увы, ее ждет разочарование. Он молча открыл сумку и достал еще одну связку трав.

Ее улыбка не изменилась, но Зориан отчетливо ощутил, насколько она разочарована. Хотелось улыбнуться, но он удержал покерфейс.

— Так ты собрал с запасом? — риторически спросила она.

— У меня богатый опыт работы со сложными учителями, — просто ответил Зориан. — И мои запасы не ограничиваются этой связкой.

— Хорошо. Они тебе понадобятся, — Сильверлэйк постучала по ободку котелка. — Это вышло ужасно. Не думаю, что тебе хватит двух попыток. Проклятье, я и насчет трех сомневаюсь! Иди, вылей эту срань в нейтрализационный колодец вон там и начни сначала.

Зориан вздохнул, отлевитировал котелок на парящий диск, после чего направился к колодцу. Это и правда оказался просто открытый колодец, обложенный камнями и покрытый алхимической резиной, чтобы сливаемые реагенты не впитывались в водоносный слой. Его учитель алхимии из академии пришла бы в ужас от столь легкомысленного обращения с алхимическими отходами, но если великая Сильверлэйк считает, что открытой ямы достаточно — кто он такой, чтобы спорить?

Закончив с этим, он вновь водрузил котелок на огонь и начал сначала. Наверное, Сильверлэйк все же права и он не справится за следующие две попытки — зелье определенно требовало очень тонкой регулировки температуры, чего крайне сложно добиться на дровяном костре. Опытная старая ведьма, вроде Сильверлэйк, наверняка уже инстинктивно понимала, как контролировать огонь, но у Зориана не было на этот счет никаких идей.

Вообще-то это и было главной проблемой так называемой "традиционной алхимии". Она слишком зависела от способности мастера на ходу внести необходимые поправки и получить приемлемый результат. В отличие от современной алхимии, опирающейся на точные измерения и стандартизированное оборудование, традиционная полагалась на интуицию, чутье зельевара. Традиционные рецепты пестрели выражениями вроде "пригоршня листьев", "медленный огонь" и "умеренное время". Зориану это было хорошо известно — как-то раз он в поисках нового знания проник в бабушкину библиотеку рецептов. И если судить по результатам его тайных попыток — под выражением "щепотка соли" он и бабушка понимали совершенно разное количество.

Еще одной проблемой было то, что он неплохо разбирался в варке зелий по одной дозе — котелок же предполагал приготовление разом нескольких доз. Количество зелья влияло на какие-то важные различия — но он, хоть убей, не мог вспомнить, какие.

— Кто тебя учил? — внезапно спросила Сильверлэйк.

— А? — пробормотал Зориан. — Что вы имеете в виду? Хотите знать, кто учил меня алхимии?

— Хочу знать, кто учил тебя зельям, — поправила она. — Ты все еще хреново справляешься, но вовсе не так беспомощен у котелка, как я ожидала. Кто тебя учил?

— Ээ, полагаю, моя бабушка, — ответил Зориан.

— Ведьма или просто домохозяйка, знающая пару рецептов? — спросила Сильверлэйк.

— Ведьма, — сказал Зориан. — Хотя, думаю, и не слишком преданная своему делу. Она дала мне несколько уроков, когда я был маленьким, но это продлилось недолго. Мать не одобряла, что она учит меня.

На самом деле, Зориан считал, что мать вообще не одобряла бабушку. Мать и дочь не слишком ладили. Зориан всегда считал довольно лицемерным, что мать постоянно читала ему нотации о важности семьи, но при этом терпеть не могла собственную мать.

— Хех. Любопытно. Но не рассчитывай, что из-за этого я проникнусь к тебе теплыми чувствами.

— И не мечтал об этом, — легко согласился Зориан.

— Хорошо. Наверное, ты обрадуешься — я решила, какую цену возьму с тебя за помощь.

— О? — оживился Зориан.

— Да. Маленькая птичка напела мне, что ты шастаешь по лесу, сражаясь со зверями. Так что это будет прямо-таки по твоему профилю. Скажи… Ты когда-нибудь слышал о "сером охотнике"?

Глава 29. Охотники и добыча

Послушать людей, живущих на цивилизованном юге, так Великий Северный Лес — одна гигантская смертельная западня, где каждый зверь, да и многие растения прикончат тебя при малейшей возможности. В действительности, как убедился Зориан, все было несколько сложнее. Несомненно, лес был полон опасных существ — даже олени были довольно агрессивны и пару раз, вместо того, чтобы убегать, пытались растерзать его — но, если знаешь, что делаешь, здесь можно без особого риска находиться целыми днями. Да, у него было нечестное преимущество в виде мысленного чутья — он обнаруживал многие угрозы задолго до того, как те замечали его. Больше того, он не заходил дальше пограничной зоны — а она все же безопаснее, чем нетронутые пустоши дальнего севера. И все же он был уверен, что не то что маг — даже просто опытный гражданский вполне может без происшествий пройти сквозь лес. Да что там, он и сам уже вполне освоился, проведя здесь меньше месяца.

В другое время он бы не пытался пройти незамеченным. Он приходил в пустоши именно за боевым опытом, так что таиться было бессмысленно. Не в этот раз — сейчас скрытность была необходима. Он совсем не хотел отвлекаться, находясь рядом с кем-то вроде серого охотника — и тем более не хотел привлечь внимание монстра, затеяв у самого логова шумную магическую схватку. Он медленно сжимал кольцо вокруг логова, выискивая возможные угрозы и опасные места, что могут помешать, если придется убегать в этом направлении. Кое-где он высек на деревьях и камнях по несколько взрывных глифов — едва ли они причинят серому охотнику хоть сколь-нибудь серьезный вред, но вполне могут выиграть пару секунд, чтобы Зориан смог телепортироваться.

Ему почти удалось добраться до логова без боя. К счастью, три похожих на комаров твари оказались слабыми противниками (и очень красиво сгорели), так что шум схватки не потревожил чудовищного паука. Зориан выбрал высокое дерево неподалеку (но и не слишком близко) от логова, левитировал на ветку повыше и, достав заранее зачарованный бинокль, приступил к изучению цели.

Местность оказалась довольно живописной — окруженный лесом небольшой каменистый овраг, с покрывающими камни узорами отложений и художественно разбросанными пятнами проросшей сквозь трещины травы. В одной из стен оврага была идеально круглая дыра, служившая входом в пещеру. Ведущий в темноту провал выглядел на удивление непримечательно и безобидно — не скажи ему Сильверлэйк, Зориан вполне мог просто не обратить на него внимания, оказавшись здесь в одном из будущих циклов.

Это стало бы его последней ошибкой — во всяком случае, в том гипотетическом цикле — серые охотники невероятно далеко прыгают и движутся с совершенно запредельной скоростью. Зориан мог бы поспорить на что угодно — обитатель пещеры способен одним прыжком достать до другого конца оврага — и добраться до него, прежде чем он понял бы, что вообще происходит.

В принципе, серый охотник — очень простой монстр. Просто серый, волосатый паук размером со взрослого человека… ну, и заодно еще невероятно быстрый, сильный, живучий и стойкий к магии. Он движется быстрее, чем ускоренный заклинанием маг, прыгает на невероятные расстояния, пули и простые боевые заклятья отскакивают от него, как горох, заклятья прямого действия он просто игнорирует, а клыками запросто разрывает сталь. А, и еще у него редкостно поганый яд, не разъедающий ткани или парализующий нервную систему, как нормальная отрава, а вместо этого блокирующий способность мага контролировать и сплетать ману. Пропустив укус, ты на долгое время лишишься магии — яд полностью выводится из организма за несколько недель. Судя по всему, токсин был выработан эволюцией против магических существ, основной пищи серого охотника — но против людей-магов он действовал не хуже. Словом, если ты один на один против подобной твари, и тебя укусили — это конец.

Случалось, что эти монстры истребляли целые группы боевых магов, специально направленных избавиться от пауков. Весьма впечатляюще для неразумных животных — обычные монстры, пусть даже очень опасные, как правило, не представляют такой угрозы для подготовленных охотничьих групп — их слишком легко заманить в ловушку. И конечно же, в уплату за свою помощь Сильверлэйк потребовала, чтобы он связался с этим суперпауком-магоубийцей. К счастью, она не просила, чтобы он убил монстра — Зориан подозревал, что пока это ему просто не под силу. К несчастью, задача была лишь чуточку проще — она хотела, чтобы он выкрал у самки серого охотника, обитавшей в этой пещере, несколько яиц.

Про жизненный цикл серых охотников ничего не было известно — тварей считали слишком опасными, и все их изучение ограничивалось описанием и вскрытием трупов — но Зориан не сомневался, что самка паука будет яростно защищать свое потомство. Добыть даже одно яйцо будет тем еще испытанием. Просто выждать момент и умыкнуть парочку не выйдет — вряд ли самка оставит кладку без присмотра. Как знать, может, она их вообще высиживает, живя на внутренних резервах организма, пока паучата не проклюнутся.

Зориан вернул бинокль в сумку и, достав тетрадь, начал записывать свои наблюдения. Пока что перед ним не стояла задача добыть яйца и не умереть — в этот раз он пришел разведать ситуацию и решить, возможно ли в принципе выполнить задачу. Как бы ему ни хотелось утереть нос старой карге, выполнив ее невыполнимую миссию, умирать ради этого просто глупо. Его время ограничено. Не слишком плотно, но все равно раз за разом умирать, замахнувшись на задачу не своего уровня — непростительное расточительство. Каждый прерванный цикл — это цикл, не использованный полностью. Если он не придумает действительно надежный способ добыть яйца, он не станет связываться. И даже если он найдет решение — пробовать он будет ближе к концу цикла, чтобы потерять как можно меньше дней в случае неудачи.

— Ну хорошо, — пробормотал он, захлопывая тетрадь. — Посмотрим, что у нас тут…

Первым делом он попытался найти самку охотника, чтобы убедиться, что она не покидала пещеру. Он не мог искать прорицанием именно серых охотников — он никогда их не видел и не имел при себе ни частицы их тел — но простейшее поисковое заклятье, настроенное на "гигантских пауков", указывало прямо на пещеру. Поскольку две другие разновидности гигантских пауков, обитающие в регионе — нефилы и ктенизиды — не живут в пещерах, вывод очевиден. Потом пришла очередь заклинания виденья — без малейших результатов. Ну, технически заклятье сработало… вот только в пещере царила непроглядная темнота. Ни светящихся кристаллов, ни фосфоресцирующего лишайника, что иногда освещает подземелья — просто пещера, куда не проникает ни лучика света.

Проклятье, вот об этом он не подумал. Пошевелив извилинами в поисках комбинации заклятий, которая позволила бы ему обследовать пещеру без необходимости возвращаться в город и садиться за книги, Зориан решил использовать два отдельных заклятья. Первым он использовал "магическое око", создав парящий глаз из эктоплазмы, удаленно передающий изображение к нему в мозг. Затем создал парящий шар света, по сути — просто "парящий светильник", только следующий не за ним, а за магическим оком. И направил летающего шпиона в пещеру, закрыв настоящие глаза и переключившись на изображение с удаленного сенсора. Да, свет может спровоцировать самку серого охотника, но Зориан сомневался, что из-за подобной мелочи она выскочит и нападет — или что она вообще найдет его на дереве.

На практике же то ли серому охотнику очень, очень не понравился магический светляк, то ли она сочла его добычей, но стоило призрачному глазу и следующему за ним светильнику приблизиться к пещере, как нечто серое врезалось в него на огромной скорости, и контакт Зориана с оком был грубо разорван. Удивленно моргая от резкой смены перспективы, он увидел, как из пещеры вымахнул серый охотник и принялся сновать вокруг, что-то ища.

После секунд десяти наблюдения, Зориан уяснил две простые истины.

Во-первых, что самке серого охотника совершенно не нужно весь день сидеть на своей кладке яиц — потому что она носит эти гребаные яйца под брюхом. Проклятье, это уже просто нечестно. Он берет свои слова о задании Сильверлэйк назад — это не то что легче, это куда сложнее, чем просто убить паучиху. Мало того, что яйца можно забрать лишь с трупа чудовища — так еще и нужно быть предельно осторожным, чтобы не повредить их в бою — кладка наверняка куда уязвимей, чем взрослый охотник.

И во-вторых — что паучиха подбирается все ближе и ближе к нему.

Он не сразу это заметил. Вместо того, чтобы сразу устремиться к нему, паучиха метнулась в сторону, замерла, словно прислушиваясь, вновь устремилась в как будто случайном направлении. Эти бросок-затем-пауза все повторялись и повторялись, и хоть в движениях паучихи на первый взгляд не прослеживалось никакой системы, вскоре Зориан с ужасом осознал, что чудовище с каждой секундой перемещается все ближе к нему.

То есть пауки-убийцы еще и сверхчувствительны? Что за дерьмо. Как она вообще его чувствует? Он ведь не поленился на всякий случай навесить на себя маскирующие заклятья и оберег тишины. Да, не слишком мощные, чтобы сберечь ману, но все же…

Он нахмурился. Так вот в чем дело? Серый охотник чувствует его магию. Магические существа — ее естественная добыча. Ее яд предназначен именно против магии. И, получается, у нее есть некое врожденное магическое чутье, позволяющее засечь жертву на огромном расстоянии. Его заклятья не скрывают Зориана, а наоборот выдают его. И были бы они сильнее — тогда паучиха не металась бы, пытаясь напасть на след, а мгновенно вычислила бы его местоположение.

Тогда у него проблемы. Он не может бездействовать — рано или поздно, монстр найдет его. С другой стороны, стоит ему активировать заклятье телепорта — паучиха наверняка мгновенно найдет его.

Прошло еще десять секунд. Паучиха уверенно сокращала дистанцию, в голову ничего не приходило — и Зориан решил действовать быстро и надеяться на лучшее. Глубоко вдохнув, пытаясь успокоиться, он со всей возможной скоростью начал заклинание телепорта.

Как он и боялся, серый охотник среагировала мгновенно. Стоило ему произнести первое слово заклятья, как паучиха оставила свои неуверенные метания и понеслась прямо к нему. Она вильнула в сторону, обходя россыпь высеченных на камне взрывных глифов, неким образом зная о их месте и назначении, и прыгнула боком. Вертикально приземлилась на ствол дерева и вновь прыгнула, порхая с дерева на дерево, с каждым прыжком набирая высоту, пока не подобралась вплотную к дереву Зориана.

Он успел закончить заклятье буквально в последний миг. И еще не одну ночь после ему снился подлетающий гигантский паук, тянущийся передними лапами и обнаживший для удара огромные черные клыки.

Лишь чудом пережив встречу с серым охотником, Зориан решил отложить задание Сильверлэйк на неопределенное время. В конце концов, в списке Каэла было много других людей, и может, если он придет к ней в какой-нибудь другой цикл, она даст менее самоубийственное задание.

Хоть это и весьма задевало. Мысль о том, как сильно он уступает тупому животному, напомнила ему о последнем цикле в Сиории, когда он столкнулся с Красным на руинах поселения аранеа. И то, что серый охотник, подобно аранеа, была гигантской паучихой, добавляло еще неприятных параллелей. Умом он понимал, что не стыдно проиграть твари, с которой поостереглись бы связываться даже знаменитые маги, и что он должен радоваться тому, что вообще уцелел, но его неэффективность удручала.

Весь следующий день он выслеживал ктенизидов, гигантских норных пауков — примерно того же размера, что и серый охотник, но коричневого окраса и куда менее опасных — выкуривая их из нор и убивая разными мучительными способами. Их глаза и ядовитые железы продавались куда лучше, чем шкуры зимних волков. Ему стоит почаще так делать.

Все еще в довольно мерзком настроении, он попытался выяснить, кто из списка Каэла может и согласен ему помочь. Когда он прибыл в деревеньку, где жил первый кандидат, и узнал от местных, что мага не видели уже два месяца, он не придал этому особого значения. Маг в отставке увлекался фамильярами — у него было целых шесть, плюс множество менее экзотических питомцев, и был в постоянном поиске иных редких созданий. Двухмесячное отсутствие было довольно необычным, но и не вызывало тревоги.

Но и других тоже не было на месте. Старая гербалистка, умеющая снимать проклятья, просто исчезла, и соседи не имели ни малейшего понятия, где ее искать. Двое братьев, построивших башню вдалеке от цивилизации и тайно изучавших магию душ, также отсутствовали, ворота их башни были сорваны, и внутри не осталось ничего ценного. Жрец из соседнего городка, изучавший нежить и средства борьбы с ней, был найден мертвым четыре дня назад, причина смерти неизвестна. Он был молод и не имел ни проблем со здоровьем, ни вредных привычек, так что его смерть вызвала подозрения. Алхимика, специализирующегося на магии трансформации, растерзала за пределами деревни стая необычно агрессивных кабанов. И так далее. Из всех только жрец и алхимик были точно мертвы, остальные же внезапно ушли куда-то по делам, либо просто пропали. Все это происходило на довольно большой территории, поэтому никто не заметил взаимосвязи — но Зориан знал, что это не совпадение.

Кто-то намеренно охотится на всех, владеющих знанием магии душ. Вопрос в другом — похищены ли пропавшие с какой-то целью, или уже мертвы.

Наконец ему посчастливилось найти одного из списка. Увы, тот не владел магией душ. Вани был "всего лишь" ученым, и, по мнению Каэла, мог направить его к кому-нибудь, кто владеет. Возможно. Тут была лишь одна сложность — Вани обожал говорить, перескакивая с темы на тему, и вряд ли помог бы тому, кто недостаточно вежлив с ним. Так что тем, кто искал его совета, следовало запастись терпением и быть готовым к постоянной смене тем.

С терпением у Зориана все было в порядке. Он постучался, и хозяин дома — жизнерадостный пожилой мужчина с намечающейся лысиной — ничуть не удивившись, впустил его внутрь.

Внутри было… забито. Пожалуй, другого слова и не подберешь. Дом до последнего дюйма был заставлен коробками, полками, пьедесталами с книгами, большими и малыми статуями, заспиртованными растениями и животными, витринами с крошечными моделями домов и тому подобными вещами. Там, где было видно стены — висели картины и гравюры. Когда Вани провел его в кабинет, Зориан зацепился взглядом за большую и очень реалистичную статую обнаженной женщины с весьма… выдающимися достоинствами, и выразительно поднял бровь.

— Это, эээ, типа богиня плодородия, — поспешил объяснить хозяин. — Она здесь на время, один из друзей прислал мне ее на хранение, ну, знаешь, как это бывает… Чрезвычайно интересный образец. Но к делу! Не думай, что я не знаю тебя, молодой человек — именно ты последнее время истреблял в округе зимних волков!

— Ээ… с этим что-то не так? — спросил Зориан.

— Не так? — хохотнул ученый. — Совсем наоборот! Наконец хоть кто-то решил немного приструнить этих тварей. Сейчас они еще ничего, но с приходом зимы станут агрессивными и начнут нападать на путников и отдаленные поселки. В последние зимы пропало несколько детей, и ведь все знают, что это, скорее всего, постарались зимние волки. Проклятые твари с каждым годом становятся все наглее…

— А почему никто не организует их отстрел? — спросил Зориан. В конце концов, гильдия магов и была создана, чтобы решать подобные вопросы.

— Зимой здесь все заметает, иногда целые города отрезает от остального мира на целые дни. Так что вовремя среагировать очень трудно. Чаще всего о происшествии становится известно несколько дней спустя, когда что-то предпринимать уже поздно, — Вани задумчиво побарабанил пальцами по столу. — Или, по крайней мере, так говорят власти и охотники. Лично я думаю, что они просто боятся Серебряного.

— Серебряного? — переспросил Зориан.

— Местная легенда. Несколько лет назад, когда зимние волки впервые начали наглеть, была предпринята попытка собрать большой отряд и устроить масштабную облаву. Затея… кончилась печально. По рассказам, несколько стай зимних волков, действуя слаженно, заманили охотников в западню, сумели разделить на меньшие группы и разбили их одну за другой. Они действовали не как стая животных, но как армия, и немногие выжившие рассказывали, что их вел огромный волк с блестящим серебристым мехом. Серебряный, вожак из вожаков, умом не уступающий людям, ведущий своих меньших собратьев против охотников. Эльдемарская Гильдия официально попыталась найти и уничтожить этого волка, но не нашла ни его следов, ни свидетельств, что несколько стай действовали совместно. Однако многие местные по-прежнему верят в его существование — говорят, что любой, кто охотится на зимних волков, рано или поздно встретится с Ним.

— Вот как, — нахмурился Зориан. — А вы что об этом думаете?

— Полагаю, это возможно, — признал Вани. — Мы живем в безумном мире, нельзя отметать ни одну версию. Это может быть сбежавший в лес эксперимент какого-нибудь чокнутого мага. Это может быть новая порода, возникшая в Сердце Зимы. Это даже может быть маг-перевертыш, с маниакальным упорством защищающий кровожадных хищников от этих ужасных людей. Кто знает, лично я просто радуюсь, что нашелся кто-то, не испугавшийся всех этих суеверий.

После еще пятнадцати минут разговора Вани наконец решил спросить, зачем Зориан вообще пришел к нему.

— Меня послал Каэл, — ответил Зориан. — Точнее, он упомянул вас как одного из тех, чей совет может мне помочь.

— Каэл! — обрадовался Вани. — О да, я помню его… какая жалость, что это случилось с его женой и тещей… Плач отнял у нас множество замечательных людей. Но ведь у него осталась дочь, не так ли? — Зориан кивнул. — Хорошо. Дети — величайшее сокровище. Передай ему мои слова. Ты знаешь, что он помогал мне с книгой? Он рассказывал?

— Рассказывал, — подтвердил Зориан. Каэл предупредил, что Вани несколько тщеславен и обожает обсуждать свои книги, так что прочитать одну-две из них не помешает. Зориан прислушался к его совету и прочитал две из них. Та, в написании которой помогал Каэл — он собирал сведения о людях в этом регионе — была о новейшей истории края. По большому счету — сборник анекдотов, некоторые забавны и интересны, некоторые убийственно скучны. Если б не совет Каэла, Зориан бросил бы ее еще на первой главе. — Я даже читал ее, как и еще одну.

— О?

— Она называлась "До-икосианская история Алтазии", — сказал Зориан, размышляя, польстить ли автору или сказать правду. На этот раз он решил быть правдивым. — Я… Она довольно интересна, но я со многим в ней не согласен. И прежде всего — с тем, что вы описываете до-икосианские племена Алтазии, словно они жили в вакууме, в то время как на самом деле все южное побережье Алтазии на протяжении тысячи лет было усыпано колониями и фортами икосиан. Икосиане вовсе не были в Алтазии чужаками, какими вы их описываете.

— А, но ведь исторические свидетельства ясно указывают, что культурное влияние этих прибрежных колоний не распространялось вглубь континента! — торжествующе возразил Вани.

— Формально это может быть верно, но икосиане были значительно более технически развиты, чем большинство племен Алтазии. Думаю, вы сильно недооцениваете влияние на культуру простого обмена технологиями…

Угу. Похоже, это надолго.

— И да, спасибо, — сказал Вани. Они уже проговорили несколько часов, причем ученый против ожиданий был явно рад встретить кого-то, не согласного с его выводами, и готового это обсудить. Зориан уже убедился, что Вани весьма начитан и буквально наизусть помнит с полдюжины энциклопедий, цитируя их дословно. Что бы он ни думал о его выводах, они точно основаны не на пустом месте. — Давненько у меня не было подобной дискуссии. Обычно те, с кем я общаюсь, не разбираются в этом настолько, чтобы поспорить со мной, а те, кто разбирается, не интересны.

— Вы мне льстите. Не думаю, что мои аргументы столь же весомы, как ваши. Я не провел и сотой доли тех исследований, что провели вы, — сказал Зориан. Слегка польстить никогда не помешает. — Но не смею больше тратить ваше время. Я пришел к вам, потому что мне нужен совет, где найти эксперта в магии душ.

— Магии душ? — нахмурился ученый.

— Я бы не хотел вдаваться в подробности, это довольно личное, — ответил Зориан. — Скажу только, что попал под воздействие неизвестного заклятья магии душ и хочу найти кого-то, кто поможет разобраться, что со мной сделали и как в дальнейшем предотвратить подобное.

— Хммм, — протянул Вани. — И Каэл направил тебя ко мне?

— Вы были в списке людей, кто может помочь мне. Однако из всех мне удалось найти только вас. Остальные же… ну, это очень тревожно. Позвольте я расскажу, что узнал за минувшие пару дней…

Вани слушал рассказ Зориана об исчезновениях с растущим беспокойством, и даже записал названные имена и факты.

— Это действительно очень тревожно, — согласился Вани, когда Зориан закончил. — Подумать только, это произошло у всех на виду, и за все это время никто не заметил связи… Не беспокойся, я доведу это до сведения властей. Но даже не знаю, кого могу тебе порекомендовать, когда столько специалистов оказались… недоступны. Дай подумать…

Минут через пять он все же нашел решение.

— Скажи, что тебе известно об перевертышах?

— Это люди, способные обращаться в животных? — предположил Зориан.

— Это люди с двумя душами, — поправил Вани. — В далеком прошлом их предки прошли ритуалы, соединившие их души с духом выбранного животного, что позволило им превращаться в этих животных и даже проявлять некоторые их способности в человеческой форме. Это очень старая магия, существовавшая еще до вторжения икосиан в Алтазию, и, к сожалению, большинство племен утратили секреты этих ритуалов. Сейчас новые перевертыши появляются только обычным размножением — ребенок наследует от родителей двойную душу. Однако существуют племена, сохранившие память о ритуалах и знание механики душ, позволяющее повторить процесс в современных условиях. Оно используется для обращения обычных людей в племя, но может помочь тебе в решении твоей проблемы.

— Понятно. А где мне найти этих перевертышей? — спросил Зориан.

— А вот этого, — Вани беспомощно развел руками. — Я не знаю. У племен перевертышей… непростые отношения с, так скажем, цивилизованными народами. Они часто избегают контактов. Но! Я знаю, что в нашем регионе есть сильное племя перевертышей-волков — из тех, что определенно сохранили нужное тебе знание. Не знаю, с кем нужно поговорить, чтобы встретиться с их предводителями, но я слышал, что вождь отправил свою дочь в Сиорию, учиться более современным видам магии. Кажется, ее зовут Рэйни. Рыжеволосая. Говорят, очень хороша собой. Может, начнешь с нее?

Зориан моргнул. Рэйни — перевертыш-волк? Это… просто вау. Хотя, если подумать, некоторые признаки определенно были.

— Что же, — Зориан поднялся со стула. — Вы дали мне много пищи для размышлений. Спасибо за уделенное мне время.

— Пустяки, — улыбнулся ученый. — Убей еще парочку зимних волков, и будем в расчете.

— А не возникнет ли у меня проблем с перевертышами-волками, если я убью слишком много волков?

— Они обращаются в волков, а не в зимних волков, — сказал Вани. — Уверен, они не любят друг друга. Зимние волки, как правило, убивают более простых сородичей и вторгаются на их территорию.

Зориан ушел от него, не зная, что делать дальше в этом цикле.

— Уже вернулся? — спросила Сильверлэйк, не отрываясь от своих трав. — Правда, я что-то не вижу с тобой мешка паучьих яиц.

— Это потому, что мама-паучиха таскает их, прижимая к брюху, — ответил он. — Задача невозможна. Зачем вы вообще меня за ними послали? Каэл говорил, что вы эксцентричны, но в целом безвредны. Это точно не было безвредным. Я чуть не умер.

— Если б я думала, что ты можешь очертя голову кинуться в бой и умереть, как идиот, от такой мелочи, я ни за что не дала бы тебе этого задания, — фыркнула Сильверлэйк. — И в любом случае, разве не рано опускать руки меньше, чем через неделю? Я терпелива. Я ждала годами, и я, черт побери, могу подождать еще несколько месяцев, пока ты не найдешь способ. Ты неглупый мальчик, уверена, ты что-нибудь придумаешь.

Зориан открыл рот — и снова закрыл. Ее логика оказалась неожиданно убедительной. Ведь она не знала, что он ограничен одним месяцем. И, на ее взгляд, дать ему долгосрочную задачу на несколько месяцев совершенно естественно. Куда спешить? Что же до опасности… похоже, она оценивает его способности выше, чем он сам. Может, он и правда слишком рано сдался?

— Несколько месяцев — слишком поздно, — сказал он. — Все, что после летнего фестиваля, для меня словно не существует.

Сильверлэйк внезапно отвлеклась от кучки травы и вперила в него тяжелый взгляд, ее глаза на миг ярко вспыхнули.

— Ты не умираешь, — констатировала она. — Во всяком случае, от болезни. За тобой кто-то охотится?

Зориан заколебался, уже готовый сказать "да" — перед глазами встал образ Красного. Но Сильверлэйк прервала его.

— Опять-таки нет, — она вернулась к травам. — У тебя есть враг, но у кого их нет?

Зориан раздраженно выдохнул и поднялся, собираясь уйти, пока его терпение не лопнуло, и он не набросился на нее. Она наверняка вобьет его в землю, если он попытается. Но перед тем, как телепортироваться, его пронзила неожиданная мысль.

Проклятье. Почему бы и нет?

— Чисто гипотетически, — начал он, — если к вам придет путешественник во времени и скажет, что знал вас в будущем, что вы спросите в качестве доказательства?

— Чисто гипотетически, — ее губы растянулись в жестокой усмешке, — я попрошу его достать мне яйца серого охотника.

Зориан поднял руки, признавая поражение, и под кудахтающий смех старой садистки телепортировался в свою гостиницу в Князевых Дверях.

Уединившись в гостиничном номере, Зориан сидел на кровати, разбирая недавно купленную винтовку. Довольно забавно — при сопоставимой убойности, достать огнестрел намного легче, чем формулы высокоуровневых боевых заклятий. В Князевых Дверях же, на самой границе пустошей, добыть ствол и вовсе проще простого. Ну-с, посмотрим, как эти штуки работают — и можно ли их зачаровать.

Сложность магического усиления огнестрельного оружия общеизвестна. Как и любое иное метательное оружие, винтовка может быть зачарована только на прочность и точность — если же нужен дополнительный магический эффект при попадании, то нужно зачаровывать сами пули. Увы, это совсем не просто — пули намного меньше стрел и арбалетных болтов, да и делаются из плохо совместимых с магией материалов. Опять же, во время прицеливания нельзя коснуться пули в стволе и влить в нее ману… Впрочем, может быть, если с помощью изменения врастить в механизм манапроводящие кристаллические каналы…

Изучая устройство оружия, Зориан отвлеченно перебирал в мыслях способы справиться с серым охотником. Он не собирался взаправду делать нечто подобное — все эти варианты были еще безумнее, чем его первоначальный план, но и вреда от этих фантазий не было.

Слабые стороны серых охотников известны. Во-первых, они не способны к дистанционным атакам — если сохранять дистанцию, тварь ничего не сможет тебе сделать. Проблема в том, что они очень, очень хорошо умеют эту дистанцию сокращать. Во-вторых — они всего лишь магические животные, и их можно без особого труда заманить в ловушку или зону поражения. Вот только с их скоростью и живучестью пауки вполне могут пережить эту ошибку. Да и магическое чутье, что продемонстрировал хищник в их прошлую встречу, может подсказать твари о наличии плохо замаскированных ловушек.

У него были некоторые мысли, как заманить монстра в западню, но большинство из них требовали заклятий, которыми он не владел. Если бы он умел создавать двойников и открывать порталы, он мог бы послать свою копию в качестве приманки, а потом открыть на пути охотника портал, ведущий в подготовленную ловушку. Черт, даже просто владение заклятьем двойника в миллионы раз облегчило бы ему жизнь — он мог бы пробовать свои идеи без риска для жизни. Если бы он знал заклинания, изменяющие рельеф, он бы просто замуровал тварь в пещере и подождал, пока та задохнется. Если бы он мог управлять большими объемами воды, он бы попробовал утопить паучиху. И так далее…

Он подумывал отравить или усыпить монстра — или еще каким-нибудь образом воздействовать сильнодействующими алхимическими соединениями… Вот только все, что достаточно сильно, чтобы свалить серого охотника, строго запрещено, изготавливается из редчайших ингредиентов и безбожно дорого. Он не знал, как приготовить такое самостоятельно, и не имел возможности купить.

Он мог прибегнуть к грубой силе — построить голема, который управится с паучихой. Будучи машинами, приводимыми в движение магией, големы невосприимчивы к яду и могут быть очень сильными — достаточно сильными, чтобы сокрушить долбаную паучиху в рукопашную. Вот только он не умел собирать големов. Вообще каких-либо, не говоря уже о способных одолеть серого охотника. Искусство строительства големов весьма сложно — достаточно сказать, что несколько Домов целиком посвятили себя этой отрасли, это определенно не то, что можно освоить за неделю-другую. Да даже за месяц-другой.

К тому же, даже умей он их строить, изготовление займет не меньше недели — а скорее куда больше; потребует специальной мастерской и множества дорогостоящих материалов. Он наверняка разорится, не доведя проект и до половины.

Так что оставался огнестрел. В конце концов, там, где против Красного не помогла магия — помог револьвер. Однако обычное оружие против серого охотника не пойдет — нужно что-то значительно мощнее. Увы, крупные калибры — привилегия армии; чтобы достать такой, ему пришлось бы проникнуть на военную базу и выкрасть оружие. Даже думать не хочется, чем это может обернуться — кто знает, чем защищены военные базы; а попасться и оказаться на допросе, напичканным всевозможными сыворотками правды — почти столь же опасно, как быть обнаруженным враждебным ментальным магом или некромантом. Да и у самой армии наверняка найдутся прикормленные ментальные маги и некроманты.

Да, и даже найди он что-то подходящее и не запертое за семью замками — его все равно нужно будет зачаровывать. А он пока что не знает, как зачаровать даже простую винтовку. И, вероятно, будет выяснять это до самого конца цикла.

Стук в дверь отвлек его от размышлений — Зориан поспешно спихал винтовку в коробку и засунул под кровать. Закон не запрещал ему иметь оружие, но и возиться с ним у всех на виду он тоже не собирался. На всякий случай проверив, на месте ли щитовой браслет, Зориан открыл дверь.

И не особо удивился, увидев за дверью Гурея. Торговец исправно скупал собранные им в лесу алхимические ингредиенты и части монстров — и разрешал пользоваться своей мастерской для изготовления сложных зелий и магических предметов. Он уже заказывал у Зориана парочку зачарованных вещей, видимо, решил заказать еще.

Но, как выяснилось, Гурея интересовало другое. Сразу после обмена любезностями он перешел к делу:

— Я хочу, чтобы ты помог мне обокрасть конкурента.

Глава 30. Игра прилавков

— Я хочу, чтобы ты помог мне обокрасть конкурента.

Зориан моргнул от неожиданности и недоверчиво посмотрел на торговца. Обокрасть?

— И… нахрена мне это? — поинтересовался он.

Гурей торжествующе ухмыльнулся.

— Я знал, что не ошибся в тебе. Ты не стал даже притворяться, что возмущен предложением.

Зориан нахмурился.

— Я просто не слишком эмоционален, вот и все. Это вовсе не значит, что я буду участвовать в краже, — раздраженно добавил он. — На самом деле, я даже представить себе ситуацию, в которой согласился бы на нечто подобное, могу лишь с большим трудом. Мне просто интересно, что это на вас нашло, с такими-то предложениями. Это ведь не попытка шантажа?

— О нет, я еще не сошел с ума, чтобы шантажировать парня, зарабатывающего охотой на монстров, — поспешно заверил его Гурей. — Да и нечем мне тебя шантажировать. Нет, мне просто показалось, что у меня есть, чем тебя заинтересовать, вот и предложил, хуже-то не будет. Ты вроде не из тех, кто устроит сцену только из-за того, что я придерживаюсь широких взглядов в бизнесе. В худшем случае ты просто откажешься.

Зориан ненадолго задумался. Похоже, здесь Гурей его сделал — даже реши он и вправду донести на торговца, будет его слово против слова Гурея. Доказать вину торговца будет жуткой морокой, Гурей наверняка отделается лишь легким испугом, а к самому Зориану это привлечет совершенно ненужное пристальное внимание властей. Вот и выходит, что на бесполезное рыцарство, не имеющее во временной петле никакого смысла, будет впустую потрачен целый цикл. Не говоря уже о том, что это может дойти до руководства академии — в прошлых циклах он уже убедился, как быстро они реагируют, когда у их студентов возникают проблемы с законом, а ведь технически он все еще числится на третьем курсе. А если академия узнает, где он и чем занимается — вполне возможно, что через шпионов и мозговых крыс эти сведения дойдут до Красного…

Нет, он не станет вмешиваться, даже если Гурей задумал убить кого-то. А если это простая кража… ну, кто знает, как бы он среагировал, не будь он во временной петле, но сейчас ему совершенно все равно.

— Что же, я определенно отказываюсь, — наконец сказал он. — Я знаю, путешественников вроде меня считают проходимцами, но, боюсь, моя совесть не настолько гибка. Я не собираюсь опускаться до разбоя, грабежей или что там вы подразумевали под своим… предложением.

— О, мне кажется, ты меня не совсем понял, — сказал Гурей. — Ты думаешь, что мне нужно украсть нечто материальное, и я предлагаю за это деньги, так?

Вместо ответа Зориан поднял бровь.

— Что-то более далекое от истины и представить трудно, — покачал головой Гурей. — Я как никто другой знаю, что при твоих доходах тебя не соблазнить грабежом. Дело даже не в совести, слишком большой риск, слишком мало выгоды. Нет, если задуманное пройдет благополучно — а я не сомневаюсь в твоих способностях — ничего не пропадет, ничего вообще не будет указывать на совершенное преступление, — он заговорщицки наклонился ближе к Зориану и шепотом продолжил. — Видишь ли, я хочу украсть не материальные ценности, а секреты.

О. О! Это уже всерьез меняет дело. Он по-прежнему не хотел ввязываться в делишки торговца, но теперь хотя бы понимал, почему тот так спокойно об этом говорит. Технически шпионить за другими магами тоже незаконно, но все знают, что это общепринятая практика. Черт, да если верить слухам, любой уважающий себя Благородный Дом имеет отдельную группу специально для этого. Главное — не попадаться. Даже академия, обычно дающая студентам изрядно приукрашенную картину магической культуры, признавала, что время от времени подобный "ремесленный шпионаж" имеет место. Иногда — совершенно легальный, например, изучение чар и продукции коллег заклятиями прорицания, или проверка доступных публикаций в надежде, что там проскользнет что-то секретное… Но законные методы крайне ограничены, что подталкивает магов к более сомнительным поступкам. Подкуп учеников и ассистентов, найм воров ради архивов и лабораторных журналов, тотальная слежка, соблазнения… способов бесчисленное множество, и постоянно изобретаются новые. Как и меры противодействия им.

Зориан помнил историю о двух магах, потративших годы в попытках вызнать секреты другого — и сохранить свои. В итоге, после десятилетия напряженной борьбы, они одновременно проникли в охраняемые лаборатории соперника… и не нашли там ничего стоящего. Потратив столько времени и сил на борьбу друг с другом, они ничего не добились в собственных исследованиях.

Ну, это, само собой, откровенное преувеличение, но Зориан бы не удивился, узнав, что все представители магического (да и не только магического) дела в Князевых Дверях регулярно прибегали к незаконным способам шпионажа. Волчьи законы бизнеса. По рассказам родителей он знал, что даже простые и честные на первый взгляд фермеры совсем не прочь уклониться от своих обязательств по контракту, если уверены, что это сойдет им с рук. Для кого-то вроде Гурея это, наверное, обычная практика.

Но это не было обычной практикой для самого Зориана. И Гурей совершенно прав в том, что выгода в случае успеха не стоит такого риска. Зориан открыл было рот, чтобы вежливо, но твердо отказаться, но тут Гурей сунул ему в руки книгу в коричневом кожаном переплете.

Зориан удивленно посмотрел на лишенную какого-либо заглавия книгу, потом вопросительно посмотрел на торговца. Тот жестом предложил открыть.

Последовав совету, Зориан принялся листать исписанные от руки страницы со сложными диаграммами. Чей-то личный журнал. Вот почему на обложке нет названия. Надо полагать, исследовательский журнал некого мага.

— Что это? — с подозрением спросил он.

— Образец, — ухмыльнулся Гурей. — Как я и говорил, предлагать тебе деньги глупо — во всяком случае, те суммы, которыми я располагаю — так что я нашел для тебя нечто, надеюсь, куда более интересное. Почитай его на досуге, и приходи завтра ко мне, скажешь свой ответ. Только не забудь, у меня есть и другие такие.

На этой ноте Гурей удалился, оставив Зориана с загадочным журналом в руках. Из любопытства он перелистнул в начало, может быть, название там? Первые страницы оказались пустыми, но в итоге его догадка оказалась верной:

"Олдвин Рофолтин".

"Прорыв и обход оберегов и других магических защит".

Рофолтин? Это ведь покойный партнер Гурея, так? Заинтригованный, Зориан сел на край кровати и погрузился в чтение.

Дочитав книгу Рофолтина, Зориан был вынужден признать, что он ожидал чего-то… более впечатляющего? Нет, книгу никак не назовешь плохой, но Гурей вручил ее, словно что-то совершенно потрясающее. Здесь же самым полезным была подробная пошаговая инструкция по созданию очков-анализаторов магии. Вплоть до готовых формул. Довольно-таки удачно, он уже давно подумывал сделать такие, а инструкций в открытом доступе не нашел — одни только формулы, наверное, сэкономили ему цикл-другой расчетов.

Но кроме очков в книге не было ничего полезного… Или Гурей на это и рассчитывал? Он сам сказал, что это образец, приманка, чтобы втянуть Зориана в эту авантюру, пообещав другие книги Рофолтина. И если у бывшего партнера Гурея еще книг пять, и в каждой есть что-то уровня очков-анализаторов — это сэкономит ему несколько месяцев. А если же Гурей, как он подозревает, оставил самое интересное на десерт… заманчиво. Куда более заманчиво, чем он изначально думал.

Покачав головой — он никак не ожидал от себя такой жадности — Зориан запер номер и направился к магазину Гурея. Необходимо сперва уточнить, что же именно торговец от него хочет, но… вполне возможно, что он согласится. Сказать по правде, он предполагал, что ему все равно рано или поздно придется заниматься чем-то подобным. Ему наверняка еще понадобится умение шпионить за другими магами и проникать в чужие дома — без этого собрать сведения о петле, Красном или магии душ вряд ли получится. По меньшей мере, так он может поучиться у специалиста, попробовать свои силы на чем-то простом, да еще и получить за это плату.

Сообразив, что ему совсем ни к чему торопиться к Гурею, Зориан замедлил шаг и выбрал наиболее живописный маршрут. Неспешно идя по улицам, он разглядывал дома и прохожих — внезапно ощутив, что, прожив в городе уже долгое время, он очень поверхностно с ним знаком. Он был так занят, что познакомиться с городом поближе даже не приходило ему в голову. Он даже не заглядывал в местное Подземелье, впрочем, конкретно это — намеренно, он отложил спуск, определяя, сколько времени в этом цикле займут другие задачи, и в итоге решил вообще отложить поход на какой-нибудь другой цикл. Подземелье никуда от него не денется. Но в любом случае, сейчас, внимательно разглядывая улицы, Зориан решил, что не много-то и потерял. В большинстве магазинов он уже побывал — выяснял цены на собранные ингредиенты — а в остальном город был довольно-таки непримечателен. Подобно Сиории, ощущалось, что город недавно пережил бурный рост — городской центр выделялся одноэтажными домами, традиционно для архитектуры Эльдемара окрашенными в желтый цвет — вокруг же возвышались новые многоэтажные здания. В остальном же было не на что посмотреть, хотя выделить пару дней и обойти город все же не помешает.

Наконец он прибыл к зданию с гордой вывеской "Снаряжение Цвили и Рофолтина" и зашел внутрь. Колокольчик, подвешенный на двери, зазвенел, извещая Гурея о его приходе — на удивление обыденная схема для магического магазина — и дородный торговец вскоре выглянул из дальней комнаты, посмотреть, кто там пришел. При виде Зориана его глаза тут же предвкушающе зажглись.

— Буду через секунду! — крикнул Гурей и вновь исчез за дверью. Предоставленный самому себе, Зориан огляделся по сторонам.

Как и в первый визит, его вновь поразило многообразие ассортимента магазина Гурея. Что здесь только не продавалось — от одежды, рассчитанной на северные пустоши, всевозможных магических предметов и руководств по выживанию до сушеных трав и магических материалов, используемых алхимиками и артефакторами. На самом же деле ассортимент магазина был еще внушительнее, чем казался на первый взгляд — Зориан уже знал от Гурея, что на самом деле многие товары никогда не выставлялись на прилавок, ожидая клиента, умеющего задавать правильные вопросы — или за которого было кому поручиться.

Гурей как-то рассказывал про посетителя, пожелавшего купить горшки с цветами, расставленные здесь и там для оживления интерьера. И хоть Зориан и понимал веселье Гурея, он так же понимал и того парня, решившего, что цветы продаются. Учитывая все остальное, что продавал Гурей, Зориан бы не удивился, узнав, что тот приторговывает и комнатными растениями.

— Зориан, друг мой… — появившийся из задней комнаты Гурей подошел к нему. — Ты уже прочитал ее? Интересная книга, не так ли?

— Она… довольно занятна, — нейтрально ответил Зориан. — Сама по себе — не очень, но если там, где вы ее взяли, и правда есть еще парочка — возможно, мне и правда стоит помочь вам с… вашей проблемой.

Гурей нахмурился — видимо, он ожидал куда более восторженной реакции на работу партнера. Открыл было рот, но Зориан прервал его:

— Прежде, чем мы продолжим, я бы хотел переместиться в более уединенное место. У вас найдется помещение, где можно сотворить парочку простейших оберегов?

— Найдется и кое-что получше, — самодовольно ответил торговец, возвращаясь в хорошее расположение духа. — У меня есть уже зачарованная комната… И обереги там — далеко не простейшие. Пойдем.

Он привел Зориана в небольшую, неприметного вида комнатку со столом и парой стульев… вот только стены, пол и потолок комнатки были все покрыты геометрическими фигурами и магическими символами, выполненными из кристаллизованной маны. Гурей положил ладонь на один из кругов — и вся сложная схема дважды вспыхнула ярким голубым светом, затем вновь угасла. Зориана, впрочем, это не обмануло — вспышки означали, что активировалась более энергоемкая часть оберега. Подобно многим мощным защитным чарам, этот оберег имел два режима — обычный, экономный режим, который можно поддерживать от источника чуть ли не вечно — и продвинутый, сжигающий ману куда быстрее, чем она восстанавливается, но в то же время много более эффективный.

Лишь когда Гурей прокашлялся, привлекая внимание, Зориан понял, что с головой ушел в изучение оберега. Упс.

— Это тоже "довольно занятно"? — с усмешкой спросил Гурей, убедившись, что его вновь слушают.

— Нет, это весьма впечатляет, — признал Зориан. — Тоже работа вашего покойного партнера?

— Да, — кивнул Гурей. — Он был очень хорош в этом. В смысле, в постановке оберегов. Ну, и в их взломе или обходе тоже, но, как я понимаю, это взаимосвязано. Научись ставить защиту — и ты знаешь девяносто процентов того, что нужно знать взломщику.

— Общепризнанный факт, — согласился Зориан. И, решив не затягивать игру словами, продолжил. — Итак… полагаю, именно ваш партнер отвечал за подобные операции, и теперь, когда его не стало, вам нужен кто-нибудь для грязной работы?

— Убойная прямота, — нервно хохотнул Гурей. — Но в целом, все примерно так и есть. Видишь ли, хоть я и держу магический магазин, сам я никогда не был силен в магии. Этим всегда занимался Олдвин — он решал магические проблемы, я же предпочитал более приземленную сторону бизнеса. Заводил знакомства, заключал сделки, находил новых партнеров и все такое. Как маг я — пустое место. Едва выходят даже простейшие заклинания.

— Я точно помню, что не раз видел, как вы пользуетесь магией, — заинтересованно посмотрел на него Зориан. — Да и чтобы активировать второй режим этого оберега явно нужно нечто большее, чем просто влить ману в круг.

— О, я просто всегда был неплох с магическими предметами, — ответил Гурей. — Для этого не обязательно быть искусным магом. Несколько особых упражнений на плетения, много практики — и готово. А если ты состоятелен, как я, и живешь на Истоке, можно даже раздобыть предметы, заряжающиеся от естественного фона, а не от моего скудного резерва… Но мы оба знаем, что у подобных игрушек множество серьезных недостатков, так что для деликатных миссий нужен настоящий заклинатель.

Зориан кивнул. Он и сам некоторое время назад подумывал компенсировать свой скромный резерв самозарядным магическим снаряжением, но с ним было слишком много проблем. Главным, неизбежным недостатком было то, что даже лучшие магические предметы и близко не могли сравниться с душой настоящего мага. Можно легко разработать формулу, значительно облегчающую сотворение заклинания, но вот заставить предмет самостоятельно выдавать заклятье по требованию… Трудно. Очень трудно, а то и попросту невозможно, в зависимости от того, о каких заклятьях идет речь. Обереги и одноразовые вещи вроде его кубиков самоликвидации обходили эту сложность — заклятие создавалось в процессе изготовления, и потом формула просто стабилизировалась — но большинству заклинаний подобный метод не слишком подходил.

А ведь эти чудеса артефакторики еще и нужно запитывать. Далеко не все города могли похвастаться высоким фоном естественной маны, и даже в самых изобильных местах зачастую не хватало энергии на немедленное сотворение заклятья. Так что практически все самозарядное снаряжение требовало встроенных накопителей маны, из чего следовали новые проблемы. Абсолютно надежных накопителей не существует — все они со временем теряют ману, да и могут взорваться из-за дефекта или избыточного заряда. Это если не вспоминать про целый набор боевых заклятий, специально разработанных, чтобы взрывать накопители.

Словом, Зориан пришел к мнению, что самозарядные магические вещи, скорее всего, не окупят потраченных на них сил. Пока он и близко не подошел к нужному владению магическими формулами, и даже будь это не так — преимущества этой крайне сложной отрасли артефакторики выглядели довольно сомнительно. Впрочем, он подумывал как-нибудь раздобыть схемы ударного жезла — пожалуй, простейшей из самозарядных формул, поражающей цель выплеском магической энергии, обычно в форме огня. Это оружие с подходящим именем считалось одним из немногих самозарядных предметов, эффективных в настоящем бою, во всяком случае, на близких дистанциях. Но это подождет, ударный жезл — скорее последний козырь или вспомогательное оружие, чем действенная основа боевой стратегии.

— Но не подумай, что я совсем бесполезен в этих, гм, делах плаща-и-кинжала, — заметил Гурей. — Как я уже сказал, магией занимался Олдвин, но цели — цели выбирал я. Ведь чтобы следить за опасным конкурентом, нужно знать, кто из конкурентов опасен. А мне всегда отлично удавалось вычислить соперника и быть в курсе его дел. Ты не поверишь, сколько всего можно узнать, имея хорошие связи и не скупясь на подарки.

— Вы хотите сказать — на взятки, — поправил Зориан.

— Зориан, друг мой, тебе еще многому предстоит научиться, — Гурей покачал головой. — Взяточничество противозаконно. Но нет ни одного закона против щедрости. Если ты достанешь собутыльнику редкое вино или поможешь приятелю попасть на званый прием — ты просто славный малый, и никто не докажет обратного.

— Ага, — вздохнул Зориан. — Наверное, не мне судить, раз уж я собрался в этом участвовать. Кстати говоря, может, вернемся к делу? Что вы от меня хотите и что предлагаете взамен?

— Я только за. Полагаю, ты знаешь Универсальный магазин Вазена?

— Крупнейший магический магазин в городе?

— Он самый. Когда-то "Снаряжение Цвили и Рофолтина" были крупнее и конкурировали с ним на равных, но со смертью моего партнера два года назад эти времена прошли. Недавно Вазен заключил сделку с компанией из Сиории, но подробности сделки неизвестны. Каждая собака знает, что он скупил множество схем магических формул, алхимических рецептов и лицензий, то есть собирается серьезно вложиться в производство, но ему удалось сохранить все детали в секрете. А это уже проблема. В зависимости от того, что он собирается производить, многие товары резко упадут в цене, а кое-какие материалы, наоборот, подорожают.

— Понимаю. Вам нужно знать, что планирует конкурент, чтобы подготовиться к его воздействию на рынок, — заключил Зориан.

— Ну да, и чтобы узнать, можно ли ему что-то противопоставить, — добавил Гурей.

— Полагаю, вы знаете, где можно добыть эти сведения? — спросил Зориан. — Надеюсь, не в самом магазине. Он наверняка надежно защищен чарами.

— Отнюдь не так надежно, как ты мог подумать — всего лишь простейшая защита от телепортации и прорицания. Но там постоянно, даже ночью, находятся люди Вазена, так что ты прав, соваться туда не стоит. К счастью, тебе и не придется. Паранойя Вазена сыграла с ним злую шутку — как я выяснил, вместо того, чтобы держать документы в охраняемом магазине, он забрал их в свой куда менее защищенный дом. Видимо, своим работникам он тоже не доверяет.

— А как защищен его дом? — спросил Зориан.

— Ну, мои сведения могли слегка устареть за два с половиной года с тех пор, как мой партнер изучал здание, но не думаю, что многое изменилось. На доме оберег от прорицания, плюс сигнализация на окнах и дверях, и все. Хотя сами документы наверняка в сейфе, и вот он-то наверняка защищен серьезнее.

— На самом деле, не самая плохая схема, — подумав, сказал Зориан. — Оберег против прорицания защищает от простейшего шпионажа и не дает просто прицелиться и телепортироваться внутрь. А защита на окнах и дверях не позволит проникнуть в дом без магии.

Защищены только проемы — обычное решение для экономии маны. Да, такой оберег бесполезен, если злоумышленники пройдут сквозь стену — или пробьют в ней дыру — но воры, способные проходить сквозь кирпич, едва ли заинтересуются скромным торговцем, а подрыв стены уже никак не относится к скрытному проникновению.

— Ты ведь можешь телепортироваться, верно? — спросил Гурей. — Ну, в смысле, понятно, что можешь, иначе не покрывал бы такие дистанции за столь короткое время, но насколько ты в этом хорош?

— Могу, — поколебавшись, признал Зориан. Он не задумывался, что это настолько очевидно — хотя чего он ждал, уходя утром и возвращаясь до заката с добычей, что водится лишь глубоко в лесах? — И, думаю, уже довольно неплохо. Выходит не слишком быстро, но без осечек.

— Превосходно. Значит, сигнализация нам не помешает, — ухмыльнулся Гурей. — У Олдвина был небольшой трюк, позволяющий превратить предмет во что-то вроде портального маяка и потом телепортироваться к нему, даже если никогда не был в том месте. Уверен, я смогу доставить внутрь какую-нибудь безобидную безделушку, тебе нужно лишь наложить на нее заклинание. Сам я не знаю, как это делается, но у Олдвина было записано в одном из журналов…

— Говорите, просто заклинание? Безо всяких формул? — заинтересовался Зориан.

— Да. Вроде бы "Заклинание Возврата". Это двухчастное заклинание, сначала ты превращаешь вещь в свой портальный маяк, между вами образуется связь. Потом можешь в любое время активировать вторую часть, и тебя "вернет" к этой вещи. Олдвин говорил, что это для быстрого отступления — оставляешь пометку в безопасном месте, и телепортируешься к ней, если дела пойдут совсем плохо.

— А почему не обычным телепортом? — нахмурился Зориан. — Столько лишних действий, когда хватило бы и обычного. Ведь чтобы поставить эту пометку в безопасном месте, там все равно надо побывать.

— Вот этого я не знаю. Если тебе интересно, придется разобраться самому, — ответил Гурей.

— Хм. То есть если все работает, как вы описали, и если вам удастся пронести маяк внутрь — то чтобы добыть документы, мне нужно "всего лишь" разобраться с сейфом?

— Да. Эта часть целиком на тебе — я понятия не имею, чем защищен сейф, — подтвердил Гурей.

Зориан молча посмотрел на торговца, вздохнул.

— Прелестно. Вот только, увы, я отнюдь не опытный взломщик оберегов, за которого вы меня почему-то приняли. Когда вы сказали, что вам нужна моя помощь, я думал — речь о простой магической поддержке. Это же мне попросту не по плечу. Извините, но если вы ни о чем важном не умолчали, то мне с этим просто не справится.

Гурей заговорщицки ухмыльнулся, наклонился поближе:

— А если я дам тебе сборник заклинаний Олдвина и его записи с пояснениями?

— Что? — моргнул Зориан.

Два часа спустя он покинул магазин Гурея с тремя новыми книгами подмышкой. Они договорились пойти за документами за три дня до летнего фестиваля, официально — чтобы Зориан успел изучить записи Олдвина, на деле же — чтобы потерять как можно меньше дней, если все пойдет насмарку.

Направляясь к гостинице, Зориан удовлетворенно мурлыкал какой-то мотивчик. Приятно иногда поймать попутный ветер. Со всей этой нервотрепкой с Сильверлэйк и таинственным исчезновением магов души, он уж думал, что зря потратил весь цикл. Теперь же… ну, по крайней мере, он получил новые заклятья, причем из тех, что ни за что не достать законным путем.

Жизнь налаживалась.

После разговора с Гуреем время словно ускорило бег. Отрабатывать заклятья из сборника Олдвина оказалось непросто — хотя бы потому, что большинство из них предназначалось против оберегов и требовала действующий оберег в качестве цели. К счастью, Зориану повезло найти пустой зачарованный дом — хозяин куда-то уехал — на котором можно было тренироваться сколько угодно, главное, чтобы не поймали за этим. Время от времени он и сам накладывал обереги — когда оттачивал разрушительные боевые чары, например — но собственная магия — совсем не то, что работать с незнакомой защитой.

Гурей неожиданно предложил Зориану тренироваться на защитах его магазина — с тем условием, что он ничего не испортит. Довольно странно. Гурей слишком много для него делал. Зориан подозревал, что грузный торговец рассматривает это как долговременную инвестицию, воспитывая себе помощника, чем и объяснялась неожиданная щедрость — но кто знает, как оно было на самом деле. Во всяком случае, он не ощущал враждебного умысла, так что Зориан приглушил паранойю и пытался просто радоваться удаче.

Существует три основных способа нейтрализовать оберег. Можно вытянуть из него всю ману, чтобы он просто исчез. Можно нарушить его структуру, развеять его. И наконец, можно обмануть оберег, чтобы он просто не сработал. В книгах это называлось "истощение", "взлом" и "обход". У каждого были достоинства и недостатки, но для задания Гурея обереги на сейфе придется именно обходить.

Истощение хорошо тем, что работает всегда — приложив время и силы, можно разрядить любую защиту, вопрос лишь в том, пойдет ли на это нападающий. Некоторые обереги, будучи отрезанными от истока, могли держаться месяцами — даже несмотря на попытки разрядить их. К тому же, нападающий должен полностью контролировать окрестности — истощение оберегов — сложная операция, которую слишком легко сорвать. Так что способ применялся при осадах и для отключения старых защит, исчерпавших свою полезность.

Взлом — быстрейший способ нейтрализовать защиту; просто разрушь структуру — и она сама развеется. Вот только многие обереги отвечают на подобное обращение взрывом или иными неприятными последствиями, уничтожая охраняемые ценности, а то и покусившегося на них. К тому же некоторые защитные чары просто слишком мощны, чтобы их мог взломать один или даже несколько магов — ну, если не найдут совсем вопиющую уязвимость. Словом, взлом оберегов был зачастую либо невозможен, либо нежелателен. Но если есть силы и опыт, а времени нет — самый подходящий способ.

Наконец, обход оберегов, рекомендуемый способ их нейтрализации. Если нападающему известен принцип работы защиты — допустим, он раздобыл схему оберега или изучил действующий заклинаниями прорицания — возможно обмануть чары, не активировав тревожные триггеры оберега. В некоторых случаях можно было даже наложить поверх защитных чар еще один слой, полностью их обезвреживающий. И только обход позволял сохранить вторжение в тайне, не повредив магическую защиту во время проникновения.

Поскольку по плану он не должен был оставлять следов, ни о каком истощении и взломе оберегов сейфа речи не шло, защита должна остаться в том же виде, что и была. В книгах, переданных Гуреем, было множество методов обхода, Олдвин и сам специализировался именно на этом подходе к оберегам — но пока Зориан не видел самого сейфа, было совершенно неизвестно, какой метод использовать. Оставалось лишь оттачивать все.

В преддверии летнего фестиваля Зориан вновь навестил Вани, узнать, нет ли вестей о пропавших магах души. Вестей не было, хоть ученый и признался, что особо не интересовался вопросом. Как он пояснил, это дело правопорядка, и лишнее вмешательство лишь наведет на них ненужные подозрения. Вероятно, он был прав — сейчас, когда дело расследовала полиция, пытаться что-то вызнать глупо, но Зориан решил для себя провести в следующих циклах собственное расследование.

Вани, в свою очередь, спросил, нашел ли он племя перевертышей — но Зориан признался, что оставил эту затею. Рэйни была в Сиории, и он не мог с ней связаться — а никто другой не сможет указать ему, куда идти. Ну, или сможет, но не захочет, итог-то один и тот же. Не говоря о том, что он вообще сомневался, что перевертыши могут хоть как-то ему помочь.

И вот день пришел. Гурей сумел доставить в дом Вазена небольшую табличку — просто засунул ее в конверт, добавил какую-то идиотскую рекламу и отправил по почте. Зориан не верил, что это сработает — но сработало, теперь осталось лишь дождаться, пока хозяин уйдет на работу, телепортироваться внутрь и отыскать сейф. Вазен был сорокалетним холостяком, так что в его отсутствие в доме никого быть не должно — но Зориан все равно заготовил одноразовый костюм, скрывающий лицо, и был готов телепортироваться назад при любом подозрительном шорохе.

Они прождали около часа, наконец Вазен вышел из дома, а Зориан телепортировался внутрь. Гурей, прикрытый невидимостью, остался сторожить снаружи — если он увидит, что Вазен возвращается, то нажмет кнопку на секундомере, что Зориан дал ему, и кольцо у Зориана на пальце станет горячим.

Ему повезло — дом был пуст… а еще в нем не было никаких сейфов, ни зачарованных, ни каких других. Даже после того, как он добавил на оберег от прорицания еще один слой, погасив защиту внутри дома, его заклятья не находили ничего. Вероятно, сам сейф был надежно защищен от прорицания. Зараза. Он наверняка за чем-то спрятан, вот только за чем? Не было ни пустот в стенах, ни потайных люков под коврами, ни потертостей на полу от частого перемещения мебели. И когда Зориан уже собирался сдаться и пойти зарыться в книги в поисках экзотического заклятья прорицания, что пробьет защиту, он наконец нашел. Кто бы мог подумать, сейф оказался в камине. Не обрати Зориан внимания на то, что камин относительно чист (и не вспомни, как он ненавидел чистить камин в Сирине), ему бы никогда не пришло в голову туда заглянуть.

Никакого удобного доступа в камин не было предусмотрено, так что пришлось повозиться — сейф был встроен в левую стену, и чтобы увидеть замок, требовалось зеркало. Но это не было препятствием, так, мелкое неудобство. Зориан начал накладывать анализирующие заклятья, пытаясь понять схему наложенного на сейф оберега.

Он едва успел заметить, что в камине присутствует очень слабый, локализованный оберег — как ему пришлось отдернуться назад и влить ману в щиты. Камин с оглушительным грохотом взорвался, заполнив комнату густым облаком удушливого пепла. Среагировавшая на его анализирующие заклятья защита активировала взрывной заряд. Щит уберег его от взрыва, но пепел так и лез в легкие.

Зориан телепортировался на улицу, схватил Гурея за руку и телепортировался еще раз, подальше от дома Вазена. Операция провалилась.

Провал перечеркнул все их планы. Теперь, когда Вазен знал, что кто-то охотится за документами, он точно усилит меры защиты — и Зориан совершенно не собирался пробовать свои силы против усиленного варианта, когда его чуть не убил обычный. А вот Гурей расстроился еще сильнее. Он долго и многословно извинялся за происшествие, негодовал из-за столь опасной ловушки, явно незаконной, сетовал, что и подумать не мог, что Вазен устроит так поступит — все это изрядно забавляло Зориана. С другой стороны, это объясняло, почему Вазен не заявил в полицию.

Сам же Зориан был крайне недоволен собой. Что бы там ни говорил Гурей, это именно его ошибка. Он должен был сначала проверить сам камин на наличие ловушек. Проклятье, он должен был проверить весь дом! Слова Гурея о том, что других защит нет, совсем не означали, что так оно и есть. Торговец сам сказал, что его сведения устарели.

Ну да ладно — со всей этой авантюрой он получил несколько новых заклятий и теперь знает, чего остерегаться в следующих циклах.

Он задумался, не сразиться ли ему с серым охотником, но решил, что не стоит. Он просто умрет отвратительным образом, а в этом цикле он и так слишком часто встречался со смертью.

Так что он просто уснул — и утром его разбудила сестра.

Глава 31. Отмеченный

Зориан, сохраняя на лице бесстрастную маску, смотрел на своего ухмыляющегося противника. Вот оно. Этот раунд, несомненно, определит победителя. Противник считал, что уже загнал его в угол, но у Зориана было секретное оружие — он заглянул в мысли соперника и знал, что победа уже за ним.

Ведь правила карточной игры достаточно просты.

— Двенадцать Тыкв, — сказал Зориан, кладя свою последнюю карту на стол. Соперник тут же перестал ухмыляться. Зориан старался сохранить нейтральное выражение, но, кажется, уголки губ слегка приподнялись.

— Сукин… Да как тебе может так везти?! — противник хлопнул своей последней картой поверх колоды. Всего лишь семерка Дубов, и близко не хватило бы для победы. И снова приложился к стакану крепкого ликера.

По мнению Зориана, мужик слишком много пьет — его мысли ощущались все более и более мутными… и хоть читать его силами психика становилось сложнее, уровень игры падал еще быстрее. Наверное, две последних можно было выиграть и без жульничества, но он сел за карточный стол именно чтобы отточить чтение мыслей в условиях реальной борьбы, а не чтобы раздевать беззащитных гражданских.

— Ну, на этом закончу, — Зориан поднялся. — Было весело, но мне правда пора идти.

— Эй, ты не можешь просто взять и уйти, — нахмурившись, возразил проигравший. — Так дела не делаются! Ты должен дать мне шанс вернуть мои деньги!

— Оринус, ты пьян, — сказал еще один из сидящих за столом. Их было двое, выбывших из игры две партии назад, но оставшихся за столом — выпить, пообщаться, побыть судьями и держателями банка. — Ты ничего не потерял. Это парнишка вернул то, что проиграл тебе в прошлой партии. Никто никому не должен.

— Угу, по сути, пять партий впустую, — встрял второй.

Зориан кивнул. Даже телепатия не гарантирует победы, иногда просто не идет карта. К тому же он намеренно слил пару игр, чтобы не возникло подозрений в жульничестве.

— Сейчас мы квиты, а мне действительно пора идти, так что самое время остановиться. Но если жаждете реванша — я могу избавить вас от лишних денег как-нибудь в другой раз. Я в городе весь месяц.

— Избавить меня от лишних денег, ха! — проревел Оринус. — Ты не остался без штанов только потому, что мой секретный прием не сработал!

— Напоить новичка теперь называется секретным приемом? — фыркнул другой игрок.

— Эй, не раскрывай мои секреты чужакам… А еще друг называется! — возмутился Оринус.

Еще несколько минут пикировки и попыток всучить алкоголь — и Зориан наконец сумел откланяться. Не обращая внимания на Оринуса, вслух размышлявшего, мужик ли Зориан вообще, раз не пьет спиртного, он вышел из гостиницы и пошел по улицам Князевых Дверей в поисках укромного закоулка, где он сможет вдали от чужих глаз телепортироваться. Игра, на удивление, оказалась и увлекательной, и полезной для развития его ментальных сил, но ему действительно пора было идти. Для задуманного им главное — не упустить момент.

В прошлом цикле он выяснил, что большинство магов души из списка Каэла недавно исчезли или погибли. Очень подозрительно — нельзя исключать, что все это неким образом связано со временной петлей, так что это необходимо расследовать. Увы, в прошлом цикле он совершил ошибку, рассказав обо всем Вани — тот поднял большую бучу, и места преступлений заполонила полиция. В итоге Зориан был вынужден отложить расследование на следующий цикл.

Чем он и занялся, как только проснулся в Сирине и сумел убраться оттуда, не вызвав подозрений матери и Кириэлле. Как он и подозревал, даже в первый день месяца практически все маги души уже исчезли. Что бы ни случилось с ними, это произошло до начала временной петли. Было лишь два исключения — два мага, погибших в прошлом цикле, на момент начала нового были живы и здоровы. Первый, жрец по имени Аланик Зоск, специализировавшийся на истреблении нежити, в прошлом цикле был попросту найден мертвым без следов насилия через несколько дней от начала месяца. Второй — Лукав Тэкло, алхимик, изучавший магию трансформации. Был растерзан кабанами неподалеку от собственного дома вечером второго дня месяца.

Естественно, Зориан собирался пообщаться с обоими, для чего их сначала придется спасти. Алхимик шел первым — его смерть ожидалась раньше, а причина смерти известна и предотвратима. Вот почему он оставил игру — если его расчеты верны, то он прибудет к дому алхимика за час или два до роковой прогулки. Если же он ошибся в расчетах, или его влияние на цикл неким образом заставило алхимика ускорить график… что же, будут и следующие циклы. Не навсегда же он умрет, в конце-то концов.

Наверное, он мог бы связаться с ним раньше и предупредить, но как он объяснит, откуда знает о нападении? Он только выставит себя еще более подозрительным. Да и честно говоря, он предпочитал, чтобы атака все-таки состоялась. Он сомневался, что нападут обычные животные, и был не прочь изучить их… да и алхимик наверняка с куда большей готовностью поможет своему спасителю от диких зверей, а не просто незваному гостю.

Телепортировавшись в нужный поселок и убедившись, что алхимик еще у себя, Зориан подыскал себе место для засады, убедившись, что его не видно из ближайших окон. Чего в таких вот крохотных городишках всегда было в избытке, так это любопытных старух, которым нечем заняться, кроме как следить за улицами в ожидании чего-нибудь необычного. Серьезно, в Сирине некоторые бабули с самого утра прилипали к окну, не упуская никого, проходящего по их землям. Он сбился со счета, сколько раз они доносили о нем родителям, когда он опрометчиво забывал об их недремлющих взорах.

Долго ждать не пришлось. Не прошло и получаса, как Зориан занял позицию, а алхимик уже вышел из дома. Хорошо, что он прибыл заранее. Зориан тут же применил заклятье невидимости и в некотором отдалении последовал за Лукавом. Оставалось надеяться, что в достаточном отдалении, и тот не сочтет слишком подозрительным, когда Зориан вмешается при первых же признаках опасности. Но ничего не поделаешь, он не решался отойти дальше, опасаясь, что алхимика убьют, прежде чем он успеет прийти на помощь. Если тот рассеян или не способен за себя постоять, то все может произойти в считанные секунды.

Да и само нападение может произойти в любую минуту. В отчете, что он читал в прошлом цикле, говорилось, что алхимика убили прямо на границе поселка, и именно туда Лукав и направлялся, к главной дороге, ведущей к соседнему поселку. Зориан осторожно достал заклинательный жезл и до предела напряг свое ментальное чутье, пытаясь обнаружить нападающих прежде, чем они проявят себя.

Он не почувствовал ничего необычного — поэтому был шокирован не меньше алхимика, когда стадо диких вепрей вырвалась из подлеска и устремилась к Лукаву. Они оба на миг замерли, и прежде, чем кто-то из них успел среагировать, звери покрыли уже половину дистанции, отделявшей их от цели.

К стыду Зориана, алхимик среагировал первым. Он отработанным движением швырнул навстречу приближающемуся стаду какую-то бутыль и немедленно залег. Не имея подобных рефлексов и считая, что находится достаточно далеко, чтобы взрыв не зацепил его, Зориан просто отменил невидимость и активировал щит. И зря — вспышка и оглушительный взрыв ошеломили его, в глазах заплясали искорки.

Проморгавшись, он обнаружил, что кабаны почти не пострадали от взрыва. Да, их раскидало в стороны (как и самого алхимика, видимо, в панике не рассчитавшего безопасной дистанции), а вожака, оказавшегося в эпицентре, порвало на части, но остальные были уже на ногах и вновь бежали к своей жертве. Даже зверь со сломанной ногой упрямо ковылял к оглушенному, окровавленному алхимику, не обращая внимания на боль — а ведь она должна быть просто ужасна.

Они не издавали ни звука, не боялись яркого света и грохота, и не обращали внимания на тяжелые травмы. Да уж, совершенно обычное зверье. Ну, он подозревал нечто подобное. Спеша, чтобы твари не прикончили алхимика, Зориан ударил в ближайших кабанов залпом из пяти магических снарядов. Ударных, не пронзающих — если он правильно понял, сквозные раны их даже не задержат. Ему нужно просто отбросить их от жертвы, чтобы успеть сотворить другое, менее традиционное заклятье, не записанное на жезле. Ну, и отвлечь их на себя, хоть он и не думал, что это возможно. Они явно стремятся убить одного конкретного человека.

Снаряды ударили с фланга, сшибая зверей с ног. Как он и ожидал, твари тут же, как ни в чем не бывало, стали подниматься, остальные же четыре так и бежали к алхимику. Но прежде, чем они достигли цели, Зориан закончил заклятье, и меж его рук возник большой сияющий диск.

Секущий диск — мощное, но на удивление экономичное режущее заклинание, позволяющее заклинателю управлять полетом дискового лезвия. Тайвен была невысокого мнения о заклятье — оно было не из тех, чем выстрелил-и-забыл, и требовало постоянной концентрации создавшего его мага. Да и двигался диск довольно медленно для боевого заклятья. По мнению Тайвен, любой опытный маг успеет уклониться или развеять лезвие — зато управляющий диском фактически изображает мишень.

Но кабаны не могли развеять диск силы и не могли атаковать на расстоянии, пока он без щитов. Направляемое Зорианом, дисковое лезвие метнулось навстречу зверям над самой землей, примерно на высоте кабаньего колена.

Зориан опасался, что он переоценил силу режущего заклятья, что ему просто не справится с крепкими кабаньими костями — зря опасался. Диск встретился с ногами первого вепря и просто прошел насквозь, не встречая видимого сопротивления. Позади него зверь рассыпался — ноги отдельно, туловище отдельно. Диск же продолжил движение к следующим кабанам.

Они победили, но едва-едва. С одной стороны, звери двигались по прямой и не пытались уклоняться, перехватить их было несложно. С другой стороны — Зориан не особо усердно отрабатывал это заклятье, и на первом проходе упустил двух кабанов. К счастью, алхимик к тому моменту уже пришел в себя и разобрался с недобитками, каким-то заклинанием изменения вызвав из земли веер острых каменных пик. Твари так стремились добраться до него, что буквально насадили себя на острия, где и застряли.

Вздохнув, Зориан позволил диску исчезнуть. Да, это победа, но его вклад в нее оставлял желать лучшего. Он растерялся в самом начале, а потом не самым удачным образом управлял секущим диском. Но что сделано, то сделано, по крайней мере, он достиг поставленной цели. Пора пожинать плоды. Он подошел к стоящему на коленях алхимику, переводившему взгляд то на Зориана, то на все еще дергающегося безногого кабана неподалеку.

Подойдя, Зориан нахмурился. У зверей не было ни единой мысли. Вот почему он не обнаружил их перед атакой — для его ментального чувства они просто не существовали. Добавим сюда, что после отсечения ног они все еще шевелятся, а раны совсем не кровоточат — и вывод становится очевидным.

Он не ошибся — звери определенно были мертвы. Насколько он знал, полностью невидимы для ментальной магии бывают только слизни, големы, маги, использующие "Пустой Разум" и так называемая "бездумная нежить". Кабаны вовсе не походили ни на слизней, ни на големов, и едва ли владели "Пустым Разумом". Вариант с нежитью так же объяснял отсутствие кровотечения и безразличие к боли.

— Вы в порядке? Кажется, вас сильно задело взрывом, — сказал Зориан, переключаясь на спасенного. Вблизи оказалось, что Лукав Тэкло — довольно симпатичный мужчина средних лет, крепкого сложения, с длинными черными волосами и аккуратно подстриженной бородкой. Честно говоря, Зориан ожидал кого-то… менее ухоженного. Селяне утверждали, что алхимик избегает человеческого общества и проводит почти все время в пустошах.

— Угу. Угу, я в порядке, — Лукав поднялся на ноги, и его тут же опасно качнуло. Зориан поспешно подхватил его и помог удержать равновесие. — Проклятье. Подорваться буквально на собственной бомбе. Да еще и безо всякой пользы. И они напрочь проигнорировали мой патентованный звериный репеллент. Кто-то крепко закодировал их…

— Я практически уверен, что это нежить, — вставил Зориан.

— Что, серьезно? — Лукав покосился на ближайшего вепря. — В глазах плывет… Оно… оно действительно все еще пытается доползти до меня?

— Думаю, да, — подтвердил Зориан.

Лукав пролаял тираду на каком-то незнакомом наречии Кхаски. Впрочем, Зориан догадывался о примерном смысле, так что, может, и к лучшему, что не понял.

— Извини, — сказал алхимик, сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. — Я не имел в виду ничего такого. И — большое спасибо, молодой человек. Мне здорово повезло, что ты оказался неподалеку. Если бы не ты, я бы наверняка умер.

— Ну, дело тут не только в везении, — ответил Зориан, заработав тяжелый взгляд от алхимика. — Вы ведь Лукав Тэкло, верно? Я искал вас по рекомендации одного из моих друзей, Каэла Тверинова.

— А, Каэл! — лицо Лукава тут же просветлело. — Славный парень, жаль, что он перестал ходить ко мне с тех пор, как обручился с этой ведьминой дочкой. Я надеялся взять его ассистентом, но, боюсь, Фрия добралась до него первой — у меня не было симпатичной дочери. У парня талант к алхимии. Я бы спросил, как у него дела, но это можно сделать и у меня, когда я несколько успокоюсь.

— Не возражаю, — сказал Зориан. — Хотя я хотел бы сначала посмотреть на этих кабанов. Думается, кто-то только что попытался убить вас. Едва ли кабаны сами по себе восстают из мертвых.

— Определенно не восстают, — согласился Лукав. — Младшая нежить — по сути, просто големы из плоти, с заключенной внутри душой или духом вместо заклинательного ядра. Сами по себе появляются только призраки и подобные духовные сущности. Аланик это неоднократно подчеркивал… Не знаю, кому понадобилось меня убивать, но, похоже, я разозлил какого-то некроманта. Не везет так не везет. Я сообщу в Гильдию, пусть они разбираются, но можешь изучать эти… штуки, сколько душе угодно. Мне и самому интересно, но я никогда не был силен в прорицаниях…

Зориан кивнул и приступил к работе, зафиксировав ближайшего безногого кабана заклятьем изменения, чтобы не дергался, и начав изучение.

Дурные предчувствия не обманули — Зориан не сумел найти ничего полезного и был вынужден оставить дело дознавателям Гильдии. По совету Лукава, он вновь призвал секущий диск и искрошил всех вепрей, кроме одного, на мелкие кусочки. Лукав считал, что одного вепря-нежити дознавателям за глаза хватит и не хотел, чтобы злоумышленник приделал трупам отсеченные ноги и вновь пустил их по его следу.

Единственного целого кабана алхимик заклинанием изменения погрузил глубоко под землю, дожидаться дознавателей.

— Зомби, скелетов и прочую нежить создать куда труднее, чем утверждают слухи, — пояснил Лукав по пути к дому. — Да, проще и дешевле, чем големов, но все же немалая трата времени и алхимических ингредиентов. Кто бы ни покушался на меня, потеря дюжины зомби ударит по его карману. Бессмысленно оставлять побежденную нежить в ремонтопригодном состоянии, экономя некроманту время и деньги. Аланик всегда советовал уничтожать их бесследно, просто на всякий случай. Никогда не думал, что этот совет мне пригодится, но вот смотри ж ты.

— Извините, но говоря об Аланике, вы имеете в виду Аланика Зоска? — спросил Зориан.

— Ну да, — подтвердил Лукав. — Полагаю, Каэл рекомендовал и его тоже?

— Да. На самом деле, он дал мне длинный список магов души — вы просто были там первым, — не совсем правда, ну да ладно. Алхимик жестом предложил ему продолжить. — Мне нужна помощь с заклятьем магии душ, попавшим в меня. Не хотел бы рассказывать это на улице. Надеюсь, вы выслушаете меня, когда придем к вам.

— Резонно. Но если в тебя попало не проклятье трансформации, я вряд ли смогу тебе многим помочь. На самом деле, тут лучше обратиться к Аланику — он тоже не эксперт по снятию проклятий, но он хотя бы владеет азами. Конечно, обратиться сразу в Гильдию было бы еще лучше, но, полагаю, у тебя есть причины не вовлекать их в это дело.

— Да, — подтвердил Зориан. — И хоть я и понимаю, что вы вряд ли сможете мне помочь…

— Эй, это было довольно обидно.

— …я все же надеюсь, что вы выслушаете меня и попытаетесь. Вполне возможно, что именно вам известен ключ к решению моей проблемы, если не само решение. На самом деле, моя проблема — не проклятье. Она настолько экзотична, что Каэл даже рекомендовал, если ничто другое не поможет, обратиться за решением к Сильверлэйк.

— Что? — недоверчиво переспросил Лукав. — Он посоветовал обратиться к этой чокнутой старой ведьме?

— И не говорите, — вздохнул Зориан. — Я слышал из надежного источника, что одного парня, обратившегося к ней за помощью, она послала добыть яйца серого охотника.

— Ну, это уже просто смешно, — пренебрежительно фыркнул Лукав. — Тебя разыграли. Даже Сильверлэйк так не поступила бы. В любом случае, я посмотрю, что можно сделать. Это меньшее, что я могу сделать для своего спасителя.

По прибытию в дом Лукава алхимик между делом набросал короткое заявление ближайшему представителю гильдии магов и заплатил одному из деревенских мальчишек за доставку письма в Князевы Двери. Видимо, парнишка был быстроног и уже не впервые помогал Лукаву с доставкой почты. Так или иначе, прежде, чем разговор дошел до проблемы Зориана, прошел целый час, за который Зориан успел рассказать о трагических обстоятельствах в жизни Каэла, а алхимик — постепенно успокоиться и дождаться, пока подействует зелье против контузии.

— Ужасно. Я думал, что вести о Каэле порадуют меня после происшествия, но они только расстроили меня еще сильнее, — сказал Лукав. Зориан промолчал, ожидая, пока тот продолжит. После нескольких секунд раздумья, алхимик со вздохом покачал головой. — Что же, думаю, зелье подействовало. Во всяком случае, мне уже не больно смотреть на лампу, а голова больше не кажется набитой ватой. Как думаешь, здесь ты можешь рассказать мне о своей проблеме? У дома есть простейшая защита от следящих заклятий, но не профессиональная, просто работа моего друга. Все равно в поселке недостаточно высокий естественный фон, чтобы постоянно поддерживать что-то серьезное. Полагаю, мы могли бы отправиться в Князевы Двери и снять там защищенную комнату в дорогой гостинице, но это значит — изрядно потратиться, чего я обычно избегаю.

— Можно и здесь, — ответил Зориан. Он уже, тренировки ради, изучил местную защитную схему и счел ее подходящей. Чуть хуже, чем сделал бы он сам за полный день работы, но куда лучше, чем поспешно вычерченная схема, как он планировал первоначально.

Собравшись с мыслями, он начал рассказ. Он вовсе не собирался рассказывать алхимику про петлю, но это не означало, что ему нечего сказать о своей ситуации. Он рассказал, что оказался втянут в схватку между личем и неизвестным магом, попал под перекрестный огонь и словил неизвестное заклятье магии душ. Другой маг развеял его, но ущерб уже был причинен. Проболев несколько недель, он вроде бы пошел на поправку — лишь чтобы выяснить, что заклятье все-таки оставило на нем след. Здесь Зориан отделался общими фразами, отказавшись детально описать последствия, настояв, что это личное.

— Сложно, — недовольно сказал Лукав, когда Зориан закончил. — Ты ведь понимаешь, что точное описание симптомов, возможно, могло бы однозначно указать на заклятье? И ты уверен, что это не разновидность трансформации?

— Абсолютно уверен, — подтвердил Зориан.

— Даже не частичная трансформация? — уточнил Лукав. — Не забывай, далеко не все трансформации имеют видимое физическое проявление. Большинство усиливающих ритуалов тоже на самом деле являются трансформацией, пусть даже они всего лишь увеличивают твою силу и ловкость. Для этой цели они придают пользователю качества других существ, незаметно преображая его.

— Этого я не знал, — признался Зориан. — Но нет, это все равно не трансформация. Скорее это нечто вроде внетелесного переживания, моя душа периодически покидает тело, затем возвращается на место. Так значит ритуалы усиления — на самом деле магия трансформации? Вот почему для них почти всегда требуются части животных и тому подобные вещи?

— Астральная проекция? — спросил Лукав. — Хмм, логично. Многие заклинания магии душ при неверном исполнении ослабляют связь души и тела, а ты сказал, что действие заклятья лича было прервано. Нет, не подумай, что было бы лучше дать ему завершить действие, но многие техники некромантов, будучи ненадлежащим образом прерваны, не менее опасны, чем в своей первоначальной форме. Ты совершенно прав, тебе может потребоваться помощь специалиста. И да, части животных и магических существ нужны, чтобы задать магии трансформации цель, образец. Например, "Орлиный взор" буквально наделяет тебя зрением орла. Для подобной аугментации магия трансформации весьма полезна, ведь она легко обратима.

— Разве? Я думал, трансформация опасна, — сказал Зориан. Во всяком случае, так утверждали в академии.

— Ну… может быть, чуть-чуть, — признал алхимик. — Но по сравнению с другими способами, риск невероятно мал. Видишь ли, можно сказать, что когда ты используешь на себя обычное заклинание, ты, по сути, наряжаешь свою душу в новую одежду. И не надо так на меня смотреть, все так и есть. Да, официальное название — "покров трансформации", но по сути, это просто одежды для души. Их можно надеть — и их можно снять. Даже если ты напортачишь с заклятьем и не сможешь вернуться к первоначальному виду, или твой враг зафиксирует тебя в измененном состоянии — достаточно развеивания или снятия проклятий, и ты вновь станешь собой. Твоя душа под покровом остается неизменной, и как только заклятье развеется — ты возвращаешься к исходному виду. Проблема в том, что иногда люди переоценивают себя и, трансформируясь, заходят слишком далеко — как, допустим, маг, превратившийся в тролля и телом, и разумом и перебивший всю свою семью, прежде, чем эффект заклинания закончился. Или когда покров трансформации слишком плотно прилегает к душе и не развеивается — и маг остается, например, воробьем, неспособным объяснить, что ему требуется помощь. Вот почему множество людей предпочитают не рисковать с заклинаниями и ритуалами, а просто покупают готовое зелье у профессионалов вроде меня. Никакого риска, выпиваешь — и готово.

— А…

— С другой стороны, если ты вмешиваешься в работу организма, скажем, магией изменения, последствия, как правило, необратимы, — продолжил Лукав. — Человеческое тело — сложная вещь, и не думаю, чтобы кто-то разбирался в нем настолько хорошо, чтобы заметно улучшить. Большинство зелий, усиливающих физическое тело — стимулирующие наркотики, при частом употреблении вызывающие привыкание или тяжелые побочные эффекты. А заклятья изменения, применяемые на собственное тело, используются крайне редко из-за множества ограничений, но если используются — потом сплошное мучение приводить цель к исходному виду. Можешь поверить на слово, меня часто зовут помочь разгрести последствия подобных заклятий. Но мы отошли от темы. Пойдем, я посмотрю, смогу ли чем-то помочь в твоем случае.

Лукав провел его в подвал, где за чередой запертых дверей обнаружилось просторное подземное помещение. Очевидно, некий ритуальный зал, на что прямо указывала огромная магическая формула из двух кругов, большого и малого, окруженных бесчисленными магическими символами. К тому же зал был идеальной кубической формы, равный по длине, ширине и высоте — правильные геометрические формы намного лучше удерживают магию, отчего схемы икосианской школы и пестрят кругами, треугольниками, пирамидами, цилиндрами, куполами…

Кроме магической фигуры на полу, в зале ничего не было — скорее всего, чтобы минимизировать интерференцию от посторонних предметов. Зориан понадеялся, что для теста ему не придется раздеваться — он слышал, что одежда влияет на некоторые, особо чувствительные методы магического сканирования, и был совсем не в восторге от такой перспективы.

К счастью, инструкции Лукава так далеко не заходили.

— Ну хорошо, оставь все магические предметы, какие есть на тебе, за пределами комнаты и встань в центр большого круга. Да-да, там, где оставлено свободное место.

Мысль отнюдь не радовала — он останется совершенно беспомощным, сняв всё магическое снаряжение. В особенности — заправленную под рубашку цепочку на шее, несущую три безобидно выглядящих стальных кольца. Эти кольца — последняя версия взрывных самоликвидаторов, которые он совершенствовал от цикла к циклу. Да, любой, владеющий азами магических формул, сможет сделать бомбу — но сделать ее абсолютно стабильной и безопасной, но при этом мгновенно срабатывающей по сигналу? Окутать ядро взрывного алгоритма слоями защиты от прорицания, сделав бомбы невидимыми для оберегов-миноискателей, что позволит носить их повсюду, включая защищенную мощными чарами территорию академии? Сделать их маленькими и легкими, удобными для постоянного ношения? О нет, на это способен далеко не каждый.

В итоге он решил снять все, кроме цепочки. Получить удар в спину неприятно, но, по большому счету, безвредно, а вот участие в неком ритуале, воздействующем на душу, без средств самоликвидации — уже грозит необратимыми последствиями. Он не настолько доверял Лукаву, пусть даже его эмпатия подсказывала, что тот искренен и не питает к нему враждебных чувств.

Он, не мешкая, сложил заклинательный жезл, щитовой браслет, сумку взрывных кубиков (взял на случай, если не будет хватать огневой мощи) и экспериментальное ядро голема, с которым он возился в свободное время, в кучку у дверей зала и вошел внутрь. Лукав уже сидел в меньшем круге, где в центре так же было оставлено достаточно места, чтобы мог поместиться человек. Подражая алхимику, Зориан сел на каменный пол в центре большего круга. Что-то подсказывало ему, что это затянется.

Видимо, магия Лукава не обнаружила цепочку с бомбами — во всяком случае, он ничего не сказал.

— На твоей душе нет никаких покровов, — заключил Лукав после пятнадцати минут изучения. — Я так и подозревал. Недомогания после воздействия заклятья явно намекают, что была затронута непосредственно сама душа. Давай посмотрим, нет ли в ней посторонних объектов…

Зориана это тоже весьма занимало. Его уже давно беспокоило, насколько большой кусок души Зака оказался внутри него, и не дает ли это каких неизвестных ему эффектов. Может быть, Лукав сумеет пролить свет на этот вопрос.

Прошло больше часа — алхимик хмурился и непрерывно творил заклинания. И наконец заговорил:

— Странно. В твою душу определенно нечто вплетено, но такого я никогда не видел. Если точнее — вплетено два нечто. Одно — некий сложный магический конструкт, очень плотно вплетенный в твою душу, определенно не магия душ, но что именно — понятия не имею. Невероятно, как нечто столь сложное могло появится в результате нарушенного заклинания. Я не имею в виду, что ты говоришь неправду, но такое у меня в голове не укладывается. Другое… ну, это, несомненно, часть чужой души, вплавленная в твою, но не думаю, что тебе стоит об этом волноваться. Это не дух и не какой-нибудь духовный паразит, и оно уже почти растворилось в твоей душе. Через год или два оно будет полностью ассимилировано.

— Какие будут последствия? — обеспокоенно спросил Зориан.

— Полагаю, никаких. Судя по всему, твоя душа просто переваривает чужую часть, а не отторгает ее. Так что особых перемен в характере быть не должно, да и вряд ли ты приобретешь какие-нибудь новые потрясающие способности от того или чего, кто поделился с тобой частью души. Хотя, возможно, чужой фрагмент уже повлиял на твою личность в самом начале, когда еще не был настолько ассимилирован, и это влияние может продолжаться. Ты не замечал радикальных отличий в своих мыслях и поступках до и после инцидента?

Зориан нахмурился.

— Если совсем откровенно, то да, я значительно отличаюсь от себя-прежнего. Но не уверен, что это именно влияние чужой души. Сам инцидент был очень болезненным, да и после много всего произошло…

— Я понимаю, — сочувственно покивал Лукав. — После встречи с темной стороной магии твоя жизнь круто изменилась. И ты настолько изменился сам, что влияние частицы чужой души просто теряется на этом фоне. Если хочешь моего совета — не беспокойся об этом. Ты — тот, кто ты есть, а чужой части уже почти не осталось. Если перевертыши, соединяя свою душу с душой зверя, по-прежнему считают себя собой, я не вижу причин, почему тебя должен смущать столь маленький кусочек.

— Я по натуре склонен к беспокойству, — ответил Зориан. — Хотя должен признать, то, что этот фрагмент скоро исчезнет, успокаивает.

— Что же, — Лукав поднялся на ноги, отчетливо хрустнув суставами. — Рад, что сумел успокоить тебя хотя бы в чем-то, но, боюсь, это все, чем я сам могу помочь. Со странным конструктом в твоей душе лучше обратиться к Аланику. Он очень недоверчив и встречает незваных гостей с подозрением, но я пойду с тобой и постараюсь сгладить острые углы. Ты же все-таки спас мне жизнь. Больше ты ничего не хотел?

— М, нет, наверное, — сказал Зориан. — Но если не трудно, не могли бы вы рассказать и о перевертышах? Вы их несколько раз упоминали. И, совершенно случайно, нет ли у вас выхода на местное племя перевертышей-волков?

— Ну, не то что бы… — Лукав покачал головой. — Я имею в виду, что я бы мог выйти на них где-то за неделю, но очень не хочется. С ними неприятно общаться, а с тех пор, как я пытался купить у них ритуал обращения в перевертыша, им тоже неприятно общаться со мной.

— А, — с легким разочарованием сказал Зориан. — Я просто говорил с Вани, ученым в Князевых Дверях, и он советовал попробовать обратиться за помощью к перевертышам. Как думаете, стоит попытаться?

— В смысле — помогут ли их познания в магии душ решению твоей проблемы? Возможно, хотя я бы не поручился, — ответил Лукав. — Но я очень, очень сомневаюсь, что они согласятся помочь. Племя, о котором он говорил — племя Красного Клыка — хранит свои обряды в полном секрете и с большим подозрением относится к тем, кто интересуется ими. Проклятье, об этом они не говорят даже с другими перевертышами! Они гордятся тем, что монопольно владеют магией перевертышей, и не станут делиться ей с другими.

— А почему тогда вы пытались купить у них их секреты? — поинтересовался Зориан.

— Ну, тогда я этого не знал. Откуда, черт возьми, мне было знать, если они практически не контактируют с остальным магическим сообществом? — проворчал Лукав. — Ну ладно, возможно, я был чуть настойчивее, чем следовало, но и они могли просто вежливо мне объяснить, а не устраивать сцену.

— Понятно, — осторожно заметил Зориан. Похоже, лучше не пытаться связаться с перевертышами через Лукава. Ну и ладно, сейчас у него есть более перспективный вариант — Аланик.

Они договорились, что Зориан зайдет завтра вечером, и они вдвоем отправятся к Аланику. Как утверждал алхимик, они со жрецом старые друзья, и тот примет Зориана куда лучше, если за него поручится Лукав.

Хорошо бы жрец и правда оказался столь сведущим, как утверждает Лукав.

На следующий день Зориан с самого утра упражнялся с секущим диском, чтобы в следующий раз, когда он решит пустить его в ход, он и правда мог управлять им. Когда диск наскучивал, или кончалась мана, он переключался на упражнения с левитацией. Под вечер Зориан телепортировался в поселок Лукава и провел около часа за неспешным разговором. Он не был уверен, но кажется, алхимик намекнул, что мог бы научить Зориана кое-каким своим секретам. Конечно, если он захочет поймать Лукав на слове, это будет означать ученический контракт, но во временной петле подобные затруднения носят сугубо временный характер. Может и стоит посвятить цикл-другой и узнать, что алхимик может ему предложить — но магия трансформации сейчас не приоритетна. Сейчас ему прежде всего нужны сведения о магии душ — и способах защититься от нее.

Наконец они собрались в путь. Лукав хотел просто дойти до дома Аланика пешком, но Зориан возразил, что это пустая трата времени, когда они могут просто телепортироваться на место. До сих пор он телепортировался с кем-то еще только один раз, когда они с Гуреем сбегали от дома Вазена, но он не сомневался, что сможет повторить успех. И, как выяснилось, его уверенность имела под собой все основания.

— Удивительно, что ты можешь телепортироваться в столь юном возрасте, — заметил Лукав, оглядываясь, чтобы понять, где они оказались. Они были неподалеку от храма, где Аланик жил и работал. Зориан не стал перемещать их ближе, поверив алхимику на слово, что жрец иногда сначала стреляет, а потом уже смотрит, в кого. — Сколько тебе, шестнадцать? Видимо, ты из тех, кого люди называют вундеркиндами. Ты, случаем, не из тех самых Казински?

— Нет, я просто однофамилец Дэймена, — солгал Зориан.

— Вот как, — сказал алхимик. — Тебя, наверное, уже достали этим вопросом.

— Вы не представляете, — вздохнул Зориан. К счастью, Казински — не настолько редкая фамилия, чтобы его уличили во лжи.

Ответ Лукава потонул в грохоте — впереди раздались взрывы, затем — сердитые крики на незнакомом языке и звуки выстрелов.

Зориан, нахмурившись, выхватил заклинательный жезл. Этого-то он и опасался. Те, кто стояли за исчезновением магов душ, поняли, что покушение на Лукава провалилось, и поперли напролом, спеша уничтожить последнюю цель. Они, без сомнения, знали, что Лукав и Аланик дружны, и что жрец скоро узнает о покушении.

Он осторожно двинулся вперед, Лукав последовал за ним.

В этот раз никакой нежити — видимо потому, что цель — известный истребитель нежити и умеет с ней управляться. Взамен было полтора десятка стрелков с ружьями — надо полагать, неодаренные наемники — и два мага в качестве поддержки. По какой-то причине вся эта компания не спешила штурмовать дом Аланика, чего-то ожидая. Не собираясь по-глупому атаковать группу стрелков в лоб, Зориан и Лукав укрылись за разросшимися деревьями, наблюдая за нападающими.

— Они пытаются сначала разрушить обереги здания, — сообразил Зориан. — Маг, что справа, пытается обрушить всю схему, тот, что слева, защищает его, пока он занят, а стрелки обстреливают окна, чтобы не дать Аланику бить в ответ.

В подтверждение его слов из окна второго этажа вырвался огненный луч, целя в мага, взламывающего обереги. Второй маг принял удар на щит, карабинеры же обрушили на засвеченное окно шквальный огонь.

— Мы должны помочь ему, — твердо сказал Лукав.

— Предлагаю дождаться удобного момента, — ответил Зориан. — Если мы вмешаемся прямо сейчас, нас попросту убьют.

— Ты справишься с магами, если я возьму на себя придурков с ружьями? — спросил Лукав.

Зориан с интересом посмотрел на него. И как он собирается это сделать? Он что, из тех идиотов, что недооценивает эффективность огнестрела даже после опустошительных Войн Раскола?

— Ну? — уже более настойчиво спросил Лукав.

Решив рискнуть, Зориан коснулся поверхностных мыслей алхимика. Он тотчас понял, что тот переживает за Аланика и не может допустить, чтобы тот погиб, если можно сделать хоть что-нибудь. Что Лукав готов идти в бой с ним или без него, и что он всерьез уверен, что может справиться с карабинерами. Хотя и не уверен, что выстоит, если стрелков поддержат маги.

— Да, я могу с ними справиться, — сказал Зориан. — Подождите две минуты, затем начинайте.

И, активировав невидимость, зашагал к вражеским магам.

Он медлил не ради драматического эффекта — заклинание невидимости, изощренная оптическая иллюзия, требовало полного сосредоточения. Отвлекись на что-нибудь — на бой или сотворение заклинаний — и все затрещит по швам. Если он перейдет на бег, он превратится в мерцающий силуэт, куда более заметный, чем если бы он шел в открытую.

Но и быстрого шага оказалось вполне достаточно. Зориан уже дошел до магов, когда у Лукава лопнуло терпение, и он с воинственным ревом устремился в бой.

Ну, по крайней мере Зориан решил, что это Лукав. Огромный бык, покрытый зеленой рыбьей чешуей, с горящими зловещим красным огнем глазами, вполне мог оказаться экспертом по трансформациям, и уж точно был не на стороне нападавших. Зверь громко замычал — в звук явно был вплетен магический эффект устрашения. Зориан без особого труда выдержал ментальную атаку, а вот трое из стрелков оказались не столь стойкими и с паническими воплями бросились наутек. Остальные карабинеры тоже слегка замешкались — и это дало быку драгоценные мгновения, чтобы сократить дистанцию, прежде, чем зазвучали выстрелы.

Как Зориан и подозревал, чешуя была не просто для красоты — пули ее не брали. Вражеские маги тоже осознали, что дела складываются не лучшим образом — защитник принялся читать заклинание, а взломщик, как мог, ускорил работу. Решив, что защитник более опасен, Зориан не стал выделываться с заклятьями, а просто вынул из-за пояса нож и нанес безжалостный удар в шею противника, вновь становясь видимым.

Другой маг, шокированный появлением Зориана, не успел среагировать и, получив коленом промеж ног, скуля, рухнул наземь. Убедившись, что никто из стрелков в него не целит (им было не до того — огромный бык, в которого превратился Лукав, втаптывал их в грязь) Зориан коснулся разума мага и нанес неумелый, но мощный телепатический удар. Как и ожидал Зориан, противник лишился чувств, выбыв из схватки.

Пока Зориан соображал, нужно ли помочь Лукаву — тот вроде и сам хорошо справлялся, а Зориан, в отличие от него, не был пуленепробиваем — со второго этажа устремились три огненных снаряда, испепелив трех беглых карабинеров, решивших было вернуться к своим. Чудовищный бык издал еще один устрашающий рев, и уцелевшие стрелки обратились в бегство.

Зориан внимательно следил за ними, готовый активировать щит, если те вздумают пальнуть пару раз на прощанье, но это не потребовалось.

Бык пренебрежительно фыркнул, взрыл землю копытом, и неожиданно… гм, как бы сказать, сложился раз и другой, превращаясь в человека. В Лукава, если быть точным.

Надо же, трансформация куда полезнее, чем он думал. Хотя он и понимал, почему Лукав хотел, чтобы он разобрался с магами — без рук алхимик не мог творить защитные чары и был уязвим для магии.

Но прежде, чем кто-то успел что-либо сказать, прямо перед ними приземлился невысокий, коренастый и лысый мужчина. Зориану потребовалась целая секунда, чтобы сообразить, что это, вероятно, Аланик Зоск, и он, проклятье, тупо спрыгнул со второго этажа.

Кажется, прыжок на нем никак не сказался, но все равно…

— Ал, кретин, я же просил так не делать! — заорал Лукав. — Я чуть не подорвал тебя, прежде чем понял, что это ты!

— Эй, парень, — Аланик совершенно проигнорировал Лукава. — Почему ты дал им уйти? Ты легко мог достать их, когда они убегали.

— Я… не хотел бить в спину убегающим? — растерялся не ожидавший такого вопроса Зориан. — Не знаю, просто это показалось мне чересчур жестоким.

Пару секунд Аланик без выражения смотрел на него. Его разум, хоть и не был защищен, ничего не сказал Зориану ни о характере, ни о настроении жреца — тот жестко контролировал каждую мысль. Зориан отстраненно заметил, что у Аланика разные глаза — один карий, один голубой. Голубой пересекал жуткий вертикальный шрам, совершенно непонятно, как жрец при этом не потерял глаз.

— Понятно, — наконец заключил жрец. — Ты еще молод.

— А это-то тут причем?! — возмутился Зориан. О боги, между прочим, они ведь только что спасли этого грубияна!

— При том, что ты мало сражался. Тебе не хватает опыта.

"Ну спасибо, засранец," — подумал Зориан, но промолчал, только нахмурился.

Он уже понял, что Аланик — тоже из этих самых. Везет же ему на несносных типов.

Похоже, нападение на храм двух десятков головорезов ничуть не смутило Аланика Зоска. Во всяком случае, в ответ на требование Лукава немедленно пойти и сообщить в региональное отделение Гильдии, он только отмахнулся, сказав, что "еще рано". Обезвреженного Зорианом мага жрец утащил в темницу под храмом (Зориан не понял, почему под храмом вообще есть темница, но не рискнул спросить), прямо заявив, что позже допросит его.

А пока что он не прочь услышать, зачем Зориан и Лукав к нему пришли. Нет, ему незачем успокаиваться, что за странный вопрос?

Зориан признал, что этот тип — грубиян, но выдержки ему не занимать.

— Любопытно, — сказал Аланик, когда Зориан повторил рассказанную алхимику историю. — Очень хорошо, я посмотрю, что с тобой сделали. Лукав, будь добр, подожди снаружи, пока я проверю мистера Казински.

Прямо здесь и сейчас? Похоже, да. В отличие от Лукава, жрец не использовал ни фигур, ни специально подготовленных залов, и вся проверка заняла около пяти минут.

— В твою душу вшит маркер, — без обиняков сообщил Аланик.

— Что? — спросил Зориан.

— Маркер. Сочетание маяка и идентификационной метки. Позволяет некоторым заклинаниям легко находить свою цель даже на больших расстояниях и безошибочно опознавать. Так делают владельцы дорогих магазинов, чтобы, отыскать украденные товары, тюрьмы строго режима, шпионы… Некоторые обереги настраиваются на конкретного человека и пропускают его без задержек. И так далее. Чаще так помечают предметы — отметить человека сложнее и требует чего-нибудь вроде специальной татуировки. В твоем же случае, метка вшита прямо тебе в душу.

Зориан молчал, но мысли неслись ураганом. Маркер. Так вот как он оказался в петле вместе с Заком. Заклинание не было настроено на душу цели, слишком ненадежно, ведь душа меняется или может быть повреждена, как в итоге и случилось с Заком. Нет, вместо этого использовался надежный и неизменный маркер.

А потом такие же маркеры получили Красный и Зориан — создатели петли перехитрили самих себя.

— Извлечь маркер… — начал Аланик, не обращая внимания на задумчивость Зориана.

— Я не хочу его извлекать! — вскинулся Зориан, отбросив менее срочные мысли.

Аланик задумчиво посмотрел на него.

— Полагаю, в таком случае тебе повезло — я не смог бы извлечь его, даже если бы захотел. Никогда такого не видел. Метка вросла необычайно плотно, слившись с каждой частичкой твоей души. Словно частицу тебя заменили этой штукой, а потом она проросла корнями повсюду, где это возможно.

О черт…

Не в силах сдерживаться, Зориан встал и заходил по комнате. Аланик бесстрастно наблюдал за ним, пока он слегка не успокоился и не сел обратно.

— Мне нужна информация, — сказал он. — И я хочу уметь защищаться от подобного в будущем. Вы можете мне помочь?

Аланик кивнул.

— Но не сегодня, — уточнил он. — Сегодня я провожу допрос.

Глава 32. Альтернативы

Несмотря на свое заявление, Аланик не пошел в темницу за пленником. Вместо этого он принялся рыться в заставленном зельями шкафу, пока оставшийся в комнате Зориан переваривал свалившиеся на него откровения. Сейчас он был не в настроении отвечать на неизбежные вопросы Лукава, а если помешает Аланику — жрец наверняка не постесняется сообщить об этом. Поскольку Аланик молчал, Зориан счел, что тот не возражает против его присутствия.

Итак, в его душе засел самовосстанавливающийся, способный к размножению магический конструкт. Какая-то часть его восхищалась мастерством того или чего, кто создал систему временной петли, но куда большая часть не могла не задуматься, что же понапихано в этот шедевр магических формул. Объяснение Аланика, равно как и то, что Лукав даже с помощью сложного ритуала не смог идентифицировать заклинание, указывало на что-то квазиживое, слишком сложное, чтобы быть просто меткой.

Он чувствовал, что это важно — ему как можно скорее нужно разобраться с устройством маркера. Во-первых, если в эту штуку встроены опасные функции, готовые покончить с ним при наступлении неких мистических условий активации, то ему лучше узнать это заранее. Не говоря уже о том, что в формуле маркера могут скрываться ключевые подсказки о природе временной петли. Какие еще секреты вшиты в маркер? Каэл, помнится, предположил, что наложенное на Зака заклятье, запускающее временную петлю, должно иметь страховку на случай любой мыслимой неприятности — и хоть маркер, определенно, не тянет на источник петли, он остается идеальным местом для этой страховки. Может, там даже зашифрована инструкция для пользователя временными петлями? Ну, настолько повезти ему не может, но можно же помечтать.

Главное же, что его беспокоило — если у него в душе уникальная метка, однозначно указывающая на путешественника, то почему Красный до сих пор его не выследил? Ведь его враг искусен в магии душ. Крайне маловероятно, что он не знает о наличии маркера. Так что ему не должно составить никакого труда вычислить всех путешественников, включая Зориана. Но до сих пор не вычислил. Почему?

— Мистер Зоск? — подал голос Зориан. — Не уделите мне минутку?

— Просто Аланик, — жрец с раздраженным вздохом оторвался от шкафа. Впрочем, у Зориана сложилось впечатление, что недовольство жреца направлено скорее на шкаф, чем на него. — Что ты хотел?

— Я помню, мы договорились начать завтра, но я просто хотел узнать, сложно ли отследить маркер вроде моего. Насколько трудно вам было бы отыскать меня, используя все известные вам способы?

— По маркеру? Практически невозможно, — незамедлительно ответил Аланик. — Эта штука слишком сложна. Чтобы правильно задать критерии поиска, мне потребовался бы исходный образец от разработчика.

Зориан нахмурился.

— А разве мой образец маркера не позволяет обойти эту проблему?

— Ну да, но для этого тебе нужно быть прямо передо мной и помогать фокусировать заклятье. А для такой ситуации уже не требуется поисковое заклятье, ты не находишь? — взгляд жреца внезапно стал пронзительным. — Но вопрос ведь не в том, можешь ли ты найти человека с исходным маркером, а может ли он найти тебя, не так ли, мистер Казински?

— Просто Зориан, — ответил он. Если жрец не настаивает на формальностях, его это тоже устраивает. — И да, в общем-то, именно это меня и беспокоит. Насколько трудно носителю другого маркера выследить меня?

Аланик стремительно прошагал к ближайшей книжной полке, вытянул неприметную коричневую книгу и передал ему.

— Нужное тебе заклинание — на сорок третьей странице.

Зориан быстро пролистал до указанной страницы. Это оказалось не просто заклинание, а целый десятиминутный ритуал. Он позволял заклинателю с помощью копии маркера отследить все подобные метки на совершенно умопомрачительном расстоянии. Если Зориан понял правильно, то радиус эффективного поиска выходил далеко за пределы Эльдемара!

Да, он требовал изрядно маны — до первого рестарта Зориан вообще не сумел бы им воспользоваться, и даже сейчас, после трех лет во временной петле, ритуал потребует значительную часть его резерва. Но все равно, для поискового заклятья государственных масштабов — немыслимо скромные требования. Вероятно, подобная сверхэффективность достигнута с помощью крайне узких критериев поиска. Пожалуй, единственная проблема — в том, что заклятье рассчитано на образец в руке заклинателя, и чтобы произвести поиск по маркеру в собственной душе, потребуется небольшая доработка.

Вот только Зориан искренне сомневался, что подобная корректировка ритуала составила бы Красному хотя бы малейшую сложность.

— То есть меня можно найти через всю страну, — пробормотал он.

— Да, — подтвердил Аланик. — Возможно, даже дальше. Я не слишком хорошо разбираюсь в поисковых чарах, возможно, есть версии с большим радиусом действия. Так что меня удивляет твое желание сохранить маркер. Надеюсь, у тебя есть веские причины ходить с нарисованной на спине мишенью.

— Угх. Я и сам не в восторге, но да. У меня действительно есть причины. И я бы хотел и сам воспользоваться этим поисковым ритуалом, посмотреть, сколько он найдет людей, но это подождет до завтра. Я и так задержал вас перед допросом.

— К сожалению, похоже, что у меня кончилась сыворотка правды, — жрец хмуро посмотрел на шкаф. — Досадно. Ее нет в свободной продаже, а Лукав будет делать очередную порцию несколько дней. Видимо, сегодня допроса не будет…

Ох. Действительно досадно — Зориан тоже хотел узнать, на кого работал тот тип. Он даже подумал, не предложить ли жрецу свои услуги в качестве чтеца мыслей, но сразу отмел эту идею. Не говоря уже о том, что так можно запросто утратить доверие Аланика и лишиться шансов на помощь с магией душ — он даже не знал, будет ли вообще от него какой-нибудь толк. Его телепатические навыки пока недостаточно развиты. Будет очень неудобно, если он раскроется как ментальный маг, а потом не сможет извлечь из разума пленника ничего стоящего. Лучше отложить это на последующие циклы, когда он получше овладеет своими силами психика.

— Неважно. Я что-нибудь придумаю. Но, боюсь, из-за этого нашу встречу придется отложить на день — на два. Как освобожусь, я пришлю тебе весточку через Лукава. Согласен?

— Конечно, — пожал плечами Зориан. — Только постарайтесь не умереть до нашей встречи. Кто бы ни стоял за покушениями — они явно не жалеют сил и едва ли отступятся.

— Тебя это тоже касается, молодой человек, — усмехнулся Аланик. — Кажется, тебе всегда везет оказываться в нужное время в нужном месте. Очень подозрительно. Будь я на месте нападавших — я бы определенно избавился от тебя, прежде чем пробовать снова. И не обижайся, но ты выглядишь куда более легкой целью, чем я.

Возразить было нечего. Зориан попрощался со жрецом, коротко пересказал случившееся Лукаву и вернулся в свой номер в гостинице. Спать, все проблемы — завтра, на свежую голову.

Предоставленный самому себе на ближайшие несколько дней, Зориан решил навестить Сильверлэйк — вдруг в этот раз переменчивая ведьма будет в лучшем настроении? Вот только найти ее дом никак не удавалось. У него была отличная память, и он точно помнил, где находилась избушка — но прибыв на место, он не обнаружил ничего. Ни дома, ни ведьмы, ничего. И, насколько он мог судить, это не было ни иллюзией, ни оберегом, воздействующим на разум — он не ощутил никаких ментальных воздействий, его заклинания массового рассеивания не выявили ничего скрытого, наконец, он просто прошел сквозь то место, где в прошлом цикле стоял дом, не встретив ни малейшего сопротивления.

Как, черт возьми, она это делает? Какие-то пространственные фокусы? Карманное измерение, пересекающееся с реальностью только при соблюдении неких условий?

Но, как бы это ни работало, очевидно одно — он не попадет к Сильверлэйк без приглашения. Учитывая, что в прошлый раз, чтобы привлечь ее внимание, он несколько дней скитался по окрестностям и чуть не погиб, Зориан решил не заморачиваться и найти себе другое занятие.

Расследование пропажи других магов душ, если быть точным. И пусть на данный момент Аланик казался наиболее перспективным источником, не помешает проверить и другие пункты списка. Так что, ожидая послания от жреца, Зориан проникал в дома пропавших и прочесывал их всеми известными ему заклинаниями прорицания. Опыт, приобретенный во время совместной авантюры с Гуреем, весьма пригодился — некоторые из домов были защищены от проникновения и наблюдения; в прошлом ему бы пришлось изрядно повозиться, чтобы попасть внутрь.

Он выяснил не так уж много, но, по крайней мере, прояснил для себя один вопрос — нападения действительно происходили задолго до начала временной петли. В двух домах обнаружились следы борьбы, и заклинания из арсенала судебных экспертов датировали эти следы от месяца до полутора перед началом петли. К тому же, дом старушки-гербалистки, снимавшей проклятья, на первый взгляд казался нетронутым — но Зориан с легкостью отыскал следы применения на мебель восстанавливающих чар и небрежно стертых со стен кровавых пятен — и то и другое датировалось тремя днями до начала петли.

Зориан мысленно поблагодарил Хаслуша за уроки прорицания — без них он никогда не получил бы хоть сколь-нибудь определенных результатов.

И, раз уж он все равно проникал в дома магов, он не забывал осмотреться в поисках чего-либо интересного — и здесь ему улыбнулась удача. У старушки-гербалистки сохранились записи о ее подработке снятием проклятий — Зориан прикарманил их, пусть даже сейчас они были ему не нужны. У нее так же остался весьма подробный рабочий журнал, описывающий, где в ближайших лесах можно найти редкие травы, и содержащий рецепты ее разработки. Зориан пока что оставил его, но сделал пометку в памяти как-нибудь показать журнал Каэлу и спросить, есть ли там что полезного. Разграбленная башня оказалась не такой уж разграбленной — Зориан обнаружил два тайника, что упустили налетчики. В одном нашлись три высококачественных боевых посоха и связка ударных жезлов. Во втором — стопка книг заклинаний по боевой магии, из тех, что не купишь в приличных магазинах. На взгляд Гильдии Магов, заклятья в этих книгах были чересчур эффективны и чересчур смертоносны. Разумеется, Зориан забрал все это себе. В других домах тоже было много интересного, но ничего из того, что стоило взять прямо сейчас. Например, у того мага, что помешался на фамильярах, остались груды книг по духовным связям, магическим существам и магии, связанной с фамильярами. Интересно, но не то, что нужно ему прямо сейчас.

В итоге пять дней спустя Аланик наконец связался с ним. Если бы Лукав не утверждал, что с его другом все в порядке, просто чем-то очень занят, то Зориан бы уже начал беспокоиться за жизнь жреца.

Так или иначе, он наконец сидел перед Алаником, готовый к обсуждению.

— Извини за задержку, — сказал Аланик. — Боюсь, те признания, что я выбил из пленника, повлекли куда более далеко идущие последствия, чем я думал.

— О? А не могли бы вы поделиться этими сведениями? — спросил Зориан.

— Боюсь, что нет, — Аланик пригвоздил его суровым взглядом. — Это явно не то, с чем тебе стоит связываться.

— Ладно, ладно, я понял, — Зориан успокаивающе поднял руки.

На самом деле он уже знал все, что выведал Аланик. У жреца было нечто вроде природной сопротивляемости ментальной магии — но у его друга Лукава — нет. Зориан просто поспрашивал эксперта по трансформациям о пленнике и считал его мысли, когда тот отказался отвечать.

В общем, маг, обезвреженный Зорианом, был нанят никем иным, как Вазеном — торговцем, которого они с Гуреем в прошлом цикле пытались обокрасть (ну ладно, пусть будет — проследить). Что хуже, торговец был лишь исполнителем — настоящий же заказчик таился где-то выше в местной иерархии. Кто-то, способный повлиять на полицию и следователей Гильдии.

Весьма интересные признания. Зориан и сам подозревал Вазена, ведь торговец заключил некую крупную сделку с кем-то в Сиории, то есть вполне мог быть связан с заговорщиками. Зориан и так планировал еще раз отправиться за документами, но теперь это приобретало дополнительный смысл.

— Хорошо, — кивнул Аланик. — С чего ты хочешь начать?

— Ну, прежде всего я хотел бы узнать, сможете ли вы научить меня защищаться от магии душ, — ответил Зориан.

— Есть сомнения? — поинтересовался Аланик, слегка наклонив голову.

— Я слышал, что маги без определённых способностей в восприятии душ могут использовать только простейшие заклинания магии душ, — пояснил Зориан. Да и по собственному опыту, из всех заклинаний Каэла он смог освоить только одно, скрывающее от духовного зрения других некромантов. А по словам Каэла, это самые азы.

— А. Смотрю, ты общался с некромантом, — заметил Аланик.

Зориан поморщился.

— Это… показалось мне логичным. Моя проблема касается магии душ, а он в ней разбирается.

— Хм. Некроманты, — выделил слово Аланик, — имеют обыкновение использовать свои заклятья на чужих душах, так что неудивительно, что они считают восприятие душ совершенно необходимым для их ремесла. Если же ты всего лишь хочешь укрыть свою душу неким защитным барьером, тебе оно просто не понадобится.

О, так вот почему он смог освоить духовную маскировку, но не другие заклинания душ?

— А с использованием сложных ритуалов, это ограничение можно обойти и для других вещей. Полагаю, ты уже познакомился с этим методом, когда Лукав пытался определить, что с тобой не так. Пусть скромные результаты тебя не обманывают — Лукав лишь поверхностно знаком с этим разделом магии. Если посвятишь себя этому искусству, ты сможешь добиться намного большего.

— Но без духовного зрения мне так и придётся довольствоваться долгими и неудобными ритуалами? — предположил Зориан.

Аланик вздохнул.

— Да. Но духовное зрение — слишком большой соблазн. Оно делает магию душ слишком легкой. Ради твоей бессмертной души умоляю — воздержись от этого пути. Для того, чтобы защитить себя, это не обязательно.

— Понятно, — сказал Зориан. — Из чистого любопытства, вы сами владеете духовным зрением?

И тут Зориан впервые увидел Аланика смущенным.

— Да. Но это… другое.

“Ну конечно, — подумал Зориан. — Как обычно, делай не как я, а как я говорю.”

Впрочем, вслух он этого не сказал. Вместо этого он спросил у жреца, чему он может научить.

— Я вижу два варианта, — сказал Аланик, быстро восстанавливая самообладание. — Во-первых, я могу обучить тебя набору защитных ритуалов против магии душ. Они, как ты и сказал, неудобны — исполнение может иногда длиться до двух часов, да и подготовка к ритуалу далеко не проста. Зато у них длительный эффект. При правильном исполнении — несколько недель. Преимущество этого способа — в том, что ты уже сейчас сможешь защитить себя — я уверен, что ты вполне способен исполнить простейшие ритуалы. К тому же некоторые из них могут воздействовать и на чужие души; впрочем, ничего из того, чему я тебя обучу, не подействует на людей против их воли.

— А недостаток — в том, что если враг застанет меня врасплох, то мне крышка, поскольку быстро защититься я не смогу, — закончил за него Зориан.

— Именно. Поэтому переходим ко второму варианту. Посредством нескольких упражнений на медитацию и особых зелий я могу научить тебя "чувствовать" свою душу. Если ты разовьешь эту способность до нужного уровня, ты сможешь использовать на себе любые заклинания магии душ. Эти заклятья позволят защищаться и анализировать собственную душу, возможно, ты даже сможешь пассивно ощутить вмешательство в нее, не прибегая к магии.

— Этот вариант мне нравится, — заметил Зориан.

— Даже не сомневался, — фыркнул Аланик. — Проблема в том, что этот способ небыстрый. На овладение им в достаточной мере уйдут месяцы — если, конечно, у тебя хватит воли и терпения выполнять упражнения ежедневно.

— Хватит, — коротко ответил Зориан.

— Увидим. Также должен добавить, что при этом варианте пока ты не освоишь восприятие своей души, ты будешь столь же уязвим для магии душ, как сейчас.

— Да, это довольно опасно, — признал Зориан. И все равно второй вариант звучал куда полезнее и эффективнее первого. Может, не будь он во временной петле, идея потратить месяцы на обучение и отпугнула бы его, но сейчас его все устраивало. — Полагаю, есть причины, по которым я не могу учить и то, и другое?

— Оба пути по-своему сложны, и я не думаю, что ты успешно справишься с двумя разом, — тоном, не терпящим возражений, заявил Аланик.

— Как скажете, — согласился Зориан. Он все равно собирался навестить жреца в следующем цикле, так что в принципе вполне мог чередовать способы. — А если так: вы обучаете меня основам духовных ритуалов, тому, что я могу освоить прямо сейчас, и потом мы переключаемся на восприятие души?

— Полагаю, это возможно. Только не забывай, что основы ритуалов мало что дадут, — заметил Аланик.

— Не страшно. Я все равно больше заинтересован во втором варианте. Основы ритуалов нужны мне только потому, что я собираюсь исполнить тот поисковый ритуал, что вы мне дали, а настройка его на часть моей души, вероятно, потребует практического опыта в магии душ.

— Вероятно, — согласился Аланик.

— Хорошо. А теперь мы подходим к самому главному вопросу, — вздохнул Зориан, встретив взгляд жреца усталыми глазами. — Что вы хотите в обмен на обучение?

Аланик закатил глаза.

— Не надо драмы, парень. Я верю, что обучение людей защите от некромантов и враждебных духов — часть моего призвания. Были бы желающие — я обучал бы целыми классами. Увы, по завершению Войн Некромантов, мало кто воспринимает духовные угрозы всерьез. Так что да, хоть я и собираюсь дать тебе парочку поручений, ничего сложного там не будет. Лукав сказал, что ты можешь телепортироваться?

— Да, могу.

— Превосходно. Я планирую время от времени посылать тебя курьером. Ничего сложного или опасного — просто бесплатная доставка писем и посылок.

Полчаса спустя они наконец договорились.

В целом, Зориан считал, что жрец довольно щедр — его главным условием было усердие ученика, в противном случае Аланик пообещал тут же разорвать договор и выставить его за дверь. На практике это означало, что Зориан должен, как часы, каждый вечер являться в храм и демонстрировать на уроках "прилежание и рвение". Ага. А, и еще все эти курьерские миссии — впрочем, Зориан воспринимал их скорее как практику в телепортации.

— Ну что же, — Аланик откинулся на спинку стула. — Теперь, когда мы с этим закончили, можно приступать к первому уроку.

— Что, прямо сейчас? — удивился Зориан.

— А есть причины откладывать?

— Нет-нет, я просто не ожидал. Большинство моих прежних учителей было… ну, неважно. С чего мы начнем?

Следующие две недели Зориан, не переставая расследовать исчезновения магов душ, посещал уроки Аланика. За несколько дней освоив азы ритуалов духовной защиты, он тут же переключился на медитации, необходимые для восприятия собственной души… где и выяснил две вещи. Во-первых, упражнения на медитацию оказались невероятно, убийственно скучными. Теперь понятно, почему жрец сомневался в его усердии — наверняка многие бросили бы эту мороку после пары занятий. Но нет, он достаточно силен… и к тому же, действительно нуждается в этом умении.

Во-вторых, Аланик, помнится, упоминал "особые зелья"? Тогда он не удосужился уточнить, и молчал до тех пор, пока Зориан не выпил такое особое зелье — что зелья на самом деле — сильнейшие галлюциногены. Практически сразу после приема на Зориана обрушилась какофония странных, невразумительных видений и запахов; звуки исказились до неузнаваемости, а мысли превратились в бурлящую мешанину. Опыт вышел на редкость неприятным, так что когда Зориан наконец пришел в себя и перестал ронять слюну на пол храма (этот гад мог бы дать ему хотя бы подушку), ему очень хотелось дать Аланику в морду. Жрец, по сути, опоил его до бессознательного состояния — и делал вид, что так и надо, утверждая, что без этих зелий процесс затянется на годы. Судя по всему, ему предстоит принимать их еженедельно.

И все бы ничего, но это не объясняло, почему нельзя было предупредить заранее. Сам Зориан подозревал, что это своего рода розыгрыш.

Ну, и помимо инцидента с зельями, была еще одна мелочь, которую Зориан не учел, напросившись на обучение у Аланика.

Аланик был жрецом. Жрецы, как правило, глубоко верующие люди. И, соответственно, их раздражает, когда кто-то наплевательски относится к религии — или плохо разбирается в догмах. А поскольку Зориан проводил вечера в храме Аланика, рассчитывать, что тот не заметит огромных пробелов в его религиозных познаниях, не приходилось.

К счастью, Аланик не стал из-за этого разрывать их договор. К несчастью, он взял на себя исправление этого вопиющего недостатка. И теперь, если Зориан не страдал от скуки на бесконечных медитативных упражнениях, ему приходилось слушать пространные лекции о богах, ангелах, духах и месте человека в естественном порядке вещей.

Да помогут ему небеса. А может, и нет. Едва ли ангелы воспримут его проблему с искренним сочувствием.

— …и когда свидетельства того, что боги смолкли, стало невозможно игнорировать, сознавая, что больше не будет чудес, Святой Триумвират решил ослабить ограничения на магию душ — что во многом смягчило потрясение Молчания, но также и повлекло далеко идущие негативные последствия. Однако об этом продолжим завтра, смотрю, ты уже теряешь нить повествования.

Слава богам. Зориан поспешил убраться из храма, пока жрец не передумал.

И, едва пройдя сквозь ворота, осознал, что идет прямо в западню.

Его насторожила ворона. Она выглядела вполне обычной, разве что слишком смелой, не улетевшей прочь при его приближении. Но у него уже вошло в привычку считывать мысли всех виденных животных в качестве тренировки — у вороны же мыслей не было. Немедленно насторожившись, он остановился и до предела раздвинул границы мысленного восприятия.

И тут же рванулся в сторону, чудом избежав обрушившегося града пуль. Почти инстинктивно он один за другим выпустил пару силовых снарядов — один — в зомби-ворону, взлетевшую, когда он увернулся от выстрелов, ему совсем не хотелось, чтобы эта пакость выклевала ему глаз, пока он занят другими врагами; другой же просто в воздух, как будто бы в никуда. Этот снаряд Тайвен называла "ревуном" — в полете он издавал громкий, пронзительный звук. Зориан рассчитывал, что шум отвлечет нападавших, хотя бы на секунду, и, главное, сообщит Аланику, что прямо у ворот его храма идет бой.

Ну, на случай, если просто ружейной пальбы недостаточно.

Первый заряд попал в ворону, разметав ее ливнем перьев и кусочков плоти (и ни капли крови), но второй не принес никакого эффекта. Зориану немедленно пришлось активировать щит, спасаясь от сияющего силового луча, следом хлестнул шквал пуль. Пришлось влить в щит половину резерва, но барьер, к счастью, устоял.

Ему повезло дважды — похоже, нападающие не имели никакого представления о тактике и израсходовали весь боезапас в первые секунды. Пока они перезаряжались, никто не мешал ему сменить позицию. Чем он и воспользовался, укрывшись за ближайшим деревом, активировав невидимость и поспешив прочь со всей скоростью, какую позволял оптический камуфляж.

И правильно сделал — вскоре в дерево, за которым он раньше укрывался, прилетел здоровенный фаербол, испепелив ствол и оставив вокруг жуткое обожженное пятно.

А эти ребята не сдерживаются.

Судя по перемещениям противника, отслеживаемым мысленным чутьем, его маневр их не обманул. Они знали, что он жив, и преследовали его. Ну, детка, пора проявить мужество и телепортироваться куда подальше!

Через пару мгновений он разочаровано вздохнул. Конечно же, первое, что они сделали — блокировали телепортацию оберегом. Ладно, если хотите — можно и по-плохому. Закрыв глаза, он определил мысленным чутьем ближайшего карабинера, коснулся его разума и нанес свой лучший телепатический удар.

Он ощутил, что враг ошеломлен, но остался в сознании. Неважно. Переключиться на следующего, повторить. Зориан хищно ухмыльнулся, почувствовав, что разум врага, не выдержав удара, отключился — карабинер лишился чувств.

Он переключался между нападающими, нанося удар за ударом. Две трети врагов сумели остаться в сознании, отделавшись ошеломлением и зверской головной болью на весь день — но треть стрелков выбыла, не выдержав атаки. Увы, поддерживающий стрелков маг сообразил, что происходит, и закрылся ментальным щитом. Но даже так, Зориан сумел замедлить противника и захватить инициативу.

Это далось ему не даром. Какими бы необычными не были его телепатические силы, это по-прежнему магия… и, как любая магия, они требовали ману. Кажется, эмпатия и мысленное чутье не расходовали энергию, да и касание чужого разума было столь экономно, что неощутимо даже для него, но вот телепатическая атака… Да, она потребляла совсем немного маны, особенно учитывая ее эффективность — но он выполнил ее множество раз за короткий срок. Он был почти истощен.

Оставалось надеяться, что Аланик все же оторвет задницу от стула, желательно прежде, чем маг приведет свой отряд в порядок и вновь атакует.

И, когда Зориан уже собирался минировать окрестности, рядом из телепорта возникла еще одна группа. У него прямо сердце оборвалось — ну знаете, это уже просто нечес… стоп, они схватились с первой группой. Ха. Похоже, Аланик вызвал кавалерию.

Вновь грохотали выстрелы и вспыхивали заклятья, но теперь стреляли не в Зориана. Он же мудро решил не встревать, почти израсходовав ману и опасаясь по ошибке получить пулю от новоприбывших.

Когда десять минут спустя перестрелка стихла, Зориан направился назад, к воротам храма. Там он нашел Аланика, беседующего с "кавалерией" — четырьмя боевыми магами Гильдии и небольшим отрядом эльдемарских солдат. Его расспросили об его участии в схватке, но по поручительству жреца не потащили на допрос в ближайшее отделение Гильдии. Похоже, слово Аланика имело в Гильдии немалый вес.

Он беспокоился, что нападавшие растреплют о его телепатических способностях, но, похоже, они посчитали, что Зориан использовал некое массовое оглушающее заклятье. Лидер гильдийцев даже похвалил его за сдержанность во время боя насмерть. Зато Аланик наградил его испепеляющим взглядом. То ли потому, что счел, что здесь что-то нечисто, то ли не одобряя его "мягкотелость". Зориан уже знал, что жрец твердо верит в око за око и добро с кулаками, так что вполне мог быть недоволен нелетальным ответом на пули.

Наконец его отпустили, предупредив, чтобы в ближайшем будущем не покидал Князевы Двери, и он поспешил в гостиницу.

Вернувшись в номер, он уже не хотел ничего, кроме как добрести до кровати и проспать до завтра. Да уж, вечер вышел… насыщенным. Он думал, что уже привык к покушениям и смертельному риску, но, похоже, пока и близко не набрал нужной твердости характера. Последовавший допрос тоже был не особо приятным, к тому же он, видимо, несколько перенапряг разум в этом бою — мысли казались вялыми и размытыми, слишком вялыми, даже учитывая усталость.

Но нет, спать пока рано. Сегодня он с помощью Аланика наконец закончил перенастройку поискового ритуала и хотел немедленно его испытать. Его резерв уже восстановился, можно попробовать. Он вытянул бутылек с приготовленным на прошлой неделе зельем бодрости и залпом осушил его. Голова почти сразу же прояснилась, и он принялся чертить магический круг — солью и толченым кварцем.

Когда фигура была вычерчена и трижды проверена, он неспешно провел ритуал, стараясь нигде не ошибиться — неудача также, как и успех, потратит значительную часть его резерва.

И в момент, когда он произнес последнее слово, Зориан внезапно ощутил направление и расстояние до всех маркеров в зоне действия ритуала.

Всех двух. Один был прямо в центре зоны поиска — очевидно, его собственный. Второй — далеко на юге, где-то у южных границ Эльдемара.

Следует признать, такого он не ожидал. Он думал, поиск покажет либо три маркера, либо только один, собственный. Но как их может быть всего два? Один из путешественников был вне зоны поиска? Или он что-то не так понял?

Надо будет повторять ритуал через разные промежутки времени — не появится ли третий? И обязательно — сразу после рестарта. Но если маркеров будет по-прежнему два, это будет означать, что у одного из путешественников маркера нет. Вероятно, у Красного — Зориан не сомневался, что второй маркер — это Зак. Это вполне объясняло, почему Красный, зная о нем, не мог просто найти его, и почему он спрашивал, сколько еще путешественников и где они.

Но тогда выходит, что Красный стал путешественником каким-то другим, отличным от него методом?

— Похоже, ничто в этом деле не дается легко? — вздохнул Зориан, потерев глаза.

Неважно. Эта проблема не влияет на его ближайшие задачи — научиться защищать свою душу, стать опытным бойцом и отточить способности психика. Мысли вновь свернули к сегодняшней битве, и он кивнул. Его действия не были безупречны, но он выжил и показал несомненный рост своих навыков.

Несмотря на все трудности, он продолжал движение к цели.

Глава 33. Врата

Стоя в пустой гостиной дома Вазена, Зориан мрачно смотрел на брызги зеленой массы, с отчетливым шипением проедающие пол. Глядя на них и не скажешь, что буквально только что на месте пятна кислоты была стопка документов из сейфа Вазена. Похоже, торговец действительно не хотел, чтобы эти бумаги попали в чужие руки.

А ведь операция начиналась так хорошо… Вообще все начиналось хорошо. Не видя смысла изобретать колесо, Зориан проник в дом торговца уже проверенным способом, затем обезвредил защиту сейфа. Кроме памятной взрывной ловушки там нашлась и усыпляющая, вырубающая грабителя, коснувшегося сейфа. Отключив обе ловушки и не обнаружив на сейфе никакой иной магии, Зориан тут же попытался вытащить документы.

Чем и запустил механическое устройство, вылившее на бумаги сильную кислотную смесь. Хорошо, что эта дрянь не попала на руки — судя по тому, что она делала с полом, она прожгла бы ему руки до костей, прежде чем он сумел бы от нее избавиться. На этом везение закончилось — ни одного документа спасти не удалось. Да, он сумел левитировать их из сейфа, но кислота прилипла к бумагам, словно клей. И прежде, чем он сумел как-то разделить их, она пожрала остатки документов и принялась за пол.

Его передернуло. Как же все-таки хорошо, что он вовремя успел выдернуть руки из сейфа…

И вновь он покидает дом Вазена с пустыми руками. Его подмывало отомстить, превратив дом во взрывную западню, но это было бы мелочно и глупо. Убийство столь влиятельного гражданина вызовет переполох, да и Аланик наверняка присматривает за торговцем. Да и по совести — он не вправе возмущаться, ведь это он пытался обокрасть торговца, а не наоборот.

И все же… Зориан не сомневался, что Вазен замешан в чем-то весьма скверном — и речь не о каком-нибудь уклонении от налогов или промышленном шпионаже. Желание торговца уничтожить документы удивляло — это наверняка сопряжено с огромными финансовыми потерями. Там, среди бумаг, было что-то еще. Что-то настолько запретное, что Вазен предпочел бы потерять все, но не быть уличенным в обладании этим.

Он определенно придет сюда и в следующем цикле. Может, торговец и не связан с ибасанскими захватчиками, стягивающимися к Сиории, или с группой, убивающей магов душ вокруг Князевых Дверей, но что-то он сомневался. Проверить стоит в любом случае.

Ну, если, конечно, Вазен не припас действительно жуткие сюрпризы для тех, кто преодолеет второй слой защиты. Надо будет взять с собой трехметровый шест — он ни за что больше не сунет руку внутрь сейфа.

Прибыв на очередное занятие медитацией на следующий день после покушения, Зориан был всерьез обеспокоен. И не только возможностью нового покушения — ему не понравился вчерашний взгляд Аланика, и Зориан гадал, чем это для него обернется. Однако занятие выдалось ничем не примечательным — никто не напал, да и Аланик ничем не показывал, что подозревает либо недоволен им. Так что он выкинул это из головы и по примеру жреца сделал вид, что ничего не произошло.

Сейчас, три дня спустя, он мог с уверенностью сказать, что это было ошибкой. Жрец утащил его на задний двор храма для "проверки боевых навыков", что звучало как неприкрытое наказание.

И вообще, почему во дворе храма вместо мирного, успокаивающего нервы сада находится боевая арена? Если вспомнить еще и про темницы в подвале, святость этого места вызывает большие сомнения.

— Эмм… Не то, чтобы я не был благодарен за помощь в укреплении моих скромных умений, но разве нам не нужно сконцентрироваться на внутреннем духовном зрении? — Зориан поежился. — Вы сами сказали, что для овладения этим навыком нужна полная концентрация.

Аланик просто смотрел на него из своего угла арены, молча и безучастно.

А потом указал на него посохом, метнув фаербол.

Сама по себе атака не удивила Зориана — честно говоря, он ожидал чего-то подобного. Но вот заклятье, которым жрец начал поединок… Фаербол совсем не подходит для проверки молодых магов — он слишком смертоносен! Даже маломощный заряд легко убьет при прямом попадании, а стандартные щиты от него не помогут. Неважно, насколько прочен экран — это по-прежнему силовой диск перед заклинателем, и расширяющаяся сфера магического огня просто обогнет его.

Замешательство длилось долю секунды, потом он активировал барьер — не просто щит, но полноценный купол, укрывающий со всех сторон. И почти сразу в барьер врезался фаербол, окружив Зориана сплошным покровом огня.

Когда пламя схлынуло, Аланик по-прежнему молча и неподвижно стоял в углу арены. Тревога несколько улеглась — фаербол был совсем слабый. Зориан знал это, поскольку один из отставных магов, которому он помог в своих скитаниях до прихода в Князевы Двери, научил его чувствовать свои защитные чары — и его купол легко выдержал попадание, хотя должен был едва устоять. Он ни секунды не сомневался, что при желании жрец может ударить намного сильнее. И то, что за фаерболом не последовали еще заклятья, убеждало, что это и правда проверка.

Ненормальная, опасная проверка, но к подобным вещам он уже привык.

Он послал в Аланика магический снаряд. Жрец пренебрежительно фыркнул, неспешно поднимая руку, чтобы отразить столь жалкую атаку, и Зориан едва сдержал ухмылку. Это выглядело как магический снаряд, но вовсе им не являлось — заряд не наносил удара сам по себе, он испускал сферическую ударную волну, как фаербол, только с силой вместо огня. Можно сказать, форсбол. Наверняка против столь слабой атаки Аланик воспользуется обычным щитом, и тогда форсбол…

Пространство перед Алаником искривилось и замерцало, и заклятье Зориана просто исчезло. Кажется, что-то вроде рассеивающей волны. Проклятье. Тут жрец решил, что пришла его очередь, и Зориану стало не до сожалений — пришлось уворачиваться от огненных стрел и испепеляющих лучей.

Он быстро понял, что Аланик предпочитает огненные заклятья. Даже когда Зориан переключился с универсальной защиты на специальные огненные щиты, почти прозрачные для других стихий, жрец продолжал использовать огонь. Когда первый шквал слабых, но быстро кастующихся огненных стрел не продавил защиту Зориана, Аланик перешел на огромные, медленно летящие сферы огня. Они не взрывались, просто окутывали цель пламенем. И когда Зориан сумел развеять их, следом полетели фаерболы — и теперь жрец не сдерживался.

Зориан при каждом удобном случае пытался контратаковать, но все его атаки обезвреживались с издевательской легкостью. Когда он попытался поднять пыль, Аланик без единого жеста призвал ветер, рассеявший облако. Зачарованные кубики не годились — жрец отбрасывал их телекинезом, для этого ему хватало просто отмахивающегося жеста. А все заклятья блокировались, перехватывались или развеивались. Даже когда Зориан стал пускать свои снаряды по сложным параболическим, спиральным траекториям или зигзагами, жрец без малейшего труда отслеживал и перехватывал их.

Наконец, практически исчерпав резерв, Зориан решил поставить жирную точку. Он влил остатки маны в силовой луч, направив его прямо Аланику в лицо. Если он попадет — он убьет жреца, но Зориан знал, что это попросту невозможно. Так и вышло, тот просто шагнул в сторону, а Зориан в истощении опустился наземь, подняв руки в знак поражения.

— Сдаюсь, — выдохнул он. — Что бы вы ни хотели, вы этого добились. Хотя если вы просто хотели показать, что я — не самая крупная рыба в пруду, то незачем было стараться. Я и сам знаю, что в поединке с опытным боевым магом мне крышка.

— Я хотел узнать, когда ты перейдешь к смертоносным приемам, — Аланик подошел и протянул руку, чтобы помочь ему подняться. Зориану на миг захотелось использовать "грозовую хватку" и тряхнуть этого гада электричеством, но он решил проявить благородство и просто принять помощь. Все равно бы это наверняка не сработало. — И я разочарован. Убивающий удар был нанесен, только когда ты совсем выбился из сил.

— Да черт побери, Аланик! — не выдержал Зориан. — Какой псих будет пытаться убить партнера в гребаном спарринге?!

— Ты? — предположил жрец, пряча улыбку. — Ведь ты пытался убить меня в конце поединка, не так ли?

— Это… Я знал, что на самом деле не попаду.

— Да, и я уверен, что ты знал это уже в первые минуты проверки. Тебе следовало перестать сдерживаться, либо, по крайней мере, следом за мной увеличить силу атак.

— Вот, кстати, давайте поговорим об этом, — вставил Зориан. — А что, если бы вы убили меня? Некоторые из ваших заклятий, попади они, отправили бы меня в больницу — а то и убили на месте! Вы не были вправе ожидать, что я владею нужными защитными навыками!

— Я контролирую, что сжигает мой огонь, — просто сказал Аланик. Зориан растерялся. Такое вообще возможно? — Кроме того, у меня есть божественный артефакт, исцеляющий любые ожоги, если жертва еще жива. Как бы это ни выглядело для тебя, на самом деле ты был вне опасности. И все же, ты должен был решить, что я неоправданно агрессивен — но все равно сдерживался. Подобная нерешительность может стоить тебе жизни. Как едва не стоила несколько дней назад.

— Так и знал, что это из-за тех стрелков, что я обезвредил, — проворчал Зориан.

— Да. Обезвредил. Они пытались убить тебя, к тому же — из засады, ты же пошел на риск, чтобы сохранить их жизни. Есть грань между милосердием и глупостью.

— Вы точно уверены, что вы жрец? — буркнул Зориан.

— Воинствующий жрец, — уточнил Аланик. — Далеко не все религиозные ордена посвятили себя миру и прощению. Но даже те, кто посвятили, обычно делают исключение для самообороны — если не в теории, то уж точно на практике.

— Ладно, хорошо, — уступил Зориан. — Но вам-то что до того? Почему это так вас задело?

— Глупый вопрос. Потому что я не хочу, чтобы ты умер.

— Эм, — растерялся Зориан, не зная, что ответить. И что, проклятье, это означает? В такие моменты он остро сожалел, что Аланик совершенно нечитаем для эмпатии. — Послушайте, сказать по правде — там не было никакого милосердия. Вы все не так поняли. Я просто атаковал их самым эффективным из доступных способов.

— Я тебя умоляю, — фыркнул Аланик. — Я очень хорошо знаю, насколько сложно обезвредить столь большую группу, не убивая. И ты хочешь сказать, что этот твой способ был для тебя наименее опасен?

— Ну да, — ответил Зориан. — Тут стоит сказать, что я природный ментальный маг. Я чувствую чужие мысли вокруг, вне зависимости от препятствий, и при желании могу нанести грубый телепатический удар. С его помощью я мог атаковать издалека, не входя в их радиус поражения. Чтобы добить, мне пришлось бы раскрыться и подойти на расстояние удара чем-то более смертоносным. Это было бы самоубийством.

Аланик с интересом посмотрел на него.

— Любопытная способность. Помнится, к моменту прибытия отряда из Гильдии далеко не все нападавшие были обезврежены. Ты просто не успел или…?

— Это слабая атака, — ответил Зориан. — Ей легко противостоять.

Аланик кивнул. Зориан надеялся, что жрец не станет расспрашивать его о принципах этой способности — он не был уверен, что сумеет убедительно соврать. К счастью, пока жрец не стал развивать эту тему.

— Что бы ты сделал, если бы подкрепление не прибыло?

— Попытался бы заманить их на минное поле, — пожал плечами Зориан. — Так что да. Я был вполне готов убить их, если бы они продолжили преследование. Меня можно во многом обвинить, но уж никак не в самоубийственной доброте. Вам не стоит за меня беспокоиться.

— Я бы не был в этом настолько уверен, — проворчал Аланик. — Но, похоже, я неверно оценил твои действия. Пойдем со мной.

Аланик вошел в храм, и Зориан последовал за ним. Вскоре они уже сидели на небольшой кухне, которую он никогда не видел. Впрочем, это ни о чем не говорило — опасаясь гнева Аланика, Зориан не исследовал храм, чтобы не забрести в какую-нибудь святую святых, где необращенным быть не положено. Насколько он знал, в большинстве храмов есть как минимум пара таких мест.

— Оставляя в стороне недопонимание, проверка была настоящей, — сказал Аланик, когда они расселись. — Я и правда хотел узнать, на что ты способен в боевой магии.

— И? — полюбопытствовал Зориан.

— Ты оказался лучше, чем я думал, — ответил жрец. Зориан приосанился, Аланик был явно не из тех, чью похвалу легко заслужить. — Но тебя, определенно, не назвать гением. Полагаю, твой исходный резерв был средним, может даже, ниже среднего; а твои заклятья выдают долгую практику, а не талант одаренного новичка.

Зориан нахмурился, уже позабыв испытанную гордость.

— У столь молодого мага не должно быть столь обширного боевого опыта, — продолжил Аланик. Упс. — Я давно уже это подозревал, а теперь я уверен. Ты не молодой выпускник, подыскивающий себе место. И не путешествующий маг, наткнувшийся на что-то себе не по силам. Ты активно ищешь неприятности. И уже долгое время.

Зориан ничего не сказал. Он чуть было не ответил, что это неприятности ищут его, а не наоборот, но осознал, что это не совсем правда. Сейчас он и правда искал неприятности. За этим он и прибыл в Князевы Двери. Да, у него были причины, но все же…

— Я не стану спрашивать, кто ты такой. Люди, начавшие сражаться в столь юном возрасте, обычно не страдают излишней доверчивостью. Ты мне не скажешь, а у меня нет причин допытываться. Нет, я хочу знать, каковы твои текущие цели. Я не верю, что ты случайно наткнулся на Лукава, когда на него напали вепри, или что маркер в твоей душе никак не связан с нападениями. Учитывая, как много я и Лукав сделали для тебя за прошедшие недели, думаю, мы заслуживаем немного откровенности. Зачем ты здесь на самом деле, Зориан?

— Что бы вы ни думали, я и правда пришел именно за тем, за чем сказал, — ответил Зориан. — В меня действительно попало заклятье магии душ. Я действительно пришел к Лукаву, а затем и к вам, потому что хотел разобраться, что со мной произошло. Все это правда. Но…

— Да? — поторопил Аланик.

— Я провел небольшое расследование о тех, кто стоял за нападением — в смысле, первым нападением, оставившим в моей душе маркер — и наткнулся на что-то очень серьезное. Они как-то связаны с руководством Сиории, и сотрудничают с местной группировкой Культа Дракона. Насколько я понял, они с Ибасы. Одна из причин, по которой я пришел сюда, помимо вашей помощи, в том, что я хотел вырваться с их территории.

— И ты думаешь, что напавшие на нас связаны с ними? — предположил Аланик.

— Учитывая, насколько велика и организована группировка ибасанцев, я не удивлюсь, если у них есть здесь подразделение. И то, что и те, и другие используют нежить и магию душ, вряд ли просто совпадение. Но я пока не уверен, и у меня нет доказательств.

Зориан не собирался выкладывать Аланику все. Те же вторжение в Сиорию и заговор с целью "призвать" первозданного он даже не рассматривал — Аланик наверняка потребует немедленно известить руководство Сиории, что даст Красному подсказку о его, Зориана, местоположении. С другой стороны, ему было что рассказать… как, например, исчезновения магов душ. Его собственное расследование практически застопорилось, так что, рассказав об этом, он уже ничего не теряет.

После нескольких изнурительных часов разговора, Аланик практически выставил его из храма, заявив, что ему надо подумать. Зориан не возражал, он и сам чертовски устал — даже если завтра жрец откажется иметь с ним дело.

Даже если он откажется — всегда есть следующий цикл. В этом осталось не так много времени.

Зориан как раз прилаживал к деревянному голему левую руку, когда в комнате внезапно появился еще один человеческий разум. Хотел бы он сказать, что среагировал быстро и решительно, но на самом деле он замер от неожиданности и испуга, несколько драгоценных мгновений собирался с мыслями, а потом понял, что таинственный "нарушитель" — это Аланик.

Он рассерженно уставился на жреца, телепортировавшегося в его номер безо всякого предупреждения, желая испепелить его взглядом. Увы, он не владел такой способностью, а сам Аланик сердитый взгляд проигнорировал.

Заметка на будущее: найти заклинание, поджигающее предметы взглядом.

— Проклятье, Аланик, что вы творите? — рявкнул Зориан. — Я мог, не разобравшись, выстрелить!

Аланик покосился на лежащую на кровати полуразобранную винтовку и поднял бровь.

— Ну, конечно, не из этого, — проворчал Зориан.

— Ты не пришел на вечернее занятие, — осуждающе сказал Аланик. — Я счел подобающим проверить, в чем дело.

— Я подумал, что должен дать вам больше времени, — защищаясь, ответил Зориан. — Вчера вы выглядели довольно раздраженным.

— Я был обеспокоен, а не раздражен, — поправил Аланик. — И мне требовалось время, чтобы подумать. Если бы я хотел, чтобы ты пропустил день, я бы так и сказал, — он посмотрел на недоделанного голема и вновь поднял бровь. — Любопытный выбор материалов для голема.

— Это прототип, — ответил Зориан. — Я не ожидаю многого от своего первого голема, так что выбрал дешевый и простой в обработке материал.

Аланик покачал головой.

— На самом деле не так уж важно. Полагаю, я могу дать тебе один день отдыха. Но скажи — нет ли чего-нибудь, о чем ты забыл упомянуть вчера?

— Вроде бы нет, — отозвался Зориан. Ничего, кроме того, что он скрыл специально. — Хотя я, если можно, хотел бы задать вопрос. Как эксперт в магии душ, как вы думаете — возможно ли убить душу?

— Нет, — немедленно ответил Аланик. — Что это вообще за вопрос? Мне опять прочитать тебе выдержки из Книги Зикиэля?

— Нет! — поспешно отказался Зориан. — Нет необходимости. Да, я помню, что говорится в книгах, но… некромант, о котором я рассказывал, помните, тот, что убил моих информаторов?

Аланик кивнул, показывая, что знает, о кем речь. На деле же он не знал и половины. Например, Зориан не упоминал, что его информаторы были гигантскими разумными пауками. Впрочем, он рассказал достаточно, чтобы Аланик понял, о ком речь.

— Он утверждал, что не просто убил их. Он сказал, что уничтожил их души, чтобы они никогда не вернулись в этот мир.

— Пустая похвальба. Он просто пытался запугать тебя, — фыркнул Аланик. — Души бессмертны. Конечно, их можно извратить, но не уничтожить.

— Даже если бы у него было неограниченно много времени на исследования? — настаивал Зориан. — Он похвалялся, что потратил десятилетия в поле растяжения времени.

— Некроманты тысячелетиями безуспешно пытались уничтожить душу, — сказал Аланик. — Попытки вскрыть неуязвимое ядро души и понять, как оно работает и можно ли его контролировать или воспроизвести издавна занимали некромантов. И многие из них ставили свои отвратительные опыты столетиями, не думая ни о морали, ни о жалости к тем, на ком они экспериментировали. И я искренне сомневаюсь, что один маг, проведя пару месяцев в камере растянутого времени, мог добиться большего, чем вся традиция некромантии за тысячу лет. Если он вообще мог пользоваться подобными местами. Лично я считаю, что скорее всего, он заливал.

— А если речь не просто о месяцах? — не отступался Зориан. — А о годах, возможно, десятилетиях?

— Ты имеешь в виду старую байку о Черных Залах, которыми якобы владеют разные организации? — спросил Аланик. — Эти слухи практически наверняка ложны. Это достижимо в теории, но невероятно трудно на практике — потребуется решить множество проблем, и само замедление времени — как бы ни самая простая из них. А для экспериментов некромантов, требующих постоянного притока новых жертв, это тем более верно. Если твой хвастливый некромант не имеет доступа, скажем, к Вратам Государя — его претензии смехотворны.

— Врата Государя? — переспросил Зориан.

— Никогда не слышал? — спросил Аланик. Зориан отрицательно помотал головой. — Ну а хотя бы о Шутур-Тарана Ихилкуше знаешь?

— Как я могу не знать? — оскорбился Зориан. — Наш учитель истории крепко вдолбил в нас первые три главы "Тринадцати Городов Салава". Это ведь последний царь Икоса, так? Объединивший все города-государства по берегам Умани-Ре и создавший Икосианскую Империю. Но причем тут он?

— Врата Государя — артефакт, предположительно, тех времен, — пояснил Аланик. — Как и многие другие великие правители, личность Шутур-Тарана окружена множеством фантастических историй и легенд. Эта история гласит, что он то ли создал, то ли нашел дверь в другой мир. Обнаружив, что на другой стороне он не стареет, он провел там "одиннадцать жизней", постигая тайны и оттачивая свое мастерство. Наконец он соскучился по дому и вернулся — только чтобы обнаружить, что отныне врата для него закрыты. И он укрыл Врата Государя в своей сокровищнице, дожидаться достойного наследника, что повторит его путь и с мудростью, обретенной на той стороне, приведет империю в новый век. Ну, или возродит ее, потому как никакой империи больше нет.

— Интересная история, — заметил Зориан.

— Но, вероятно, всего лишь история, — ответил Аланик. — Она, возможно, так и затерялась бы в каком-нибудь рассыпающемся сборнике мифов и легенд о первом императоре, но королевская семья Эльдемара очень любит ее — и утверждает, что владеет Вратами Государя.

— О?

— Да, хотя сказать по правде — здесь я не лучший рассказчик. Лично я считаю, что это просто утка, сфабрикованная королевской семьей ради дополнительной легитимности. Они никогда не упоминали ни Врата, ни другие икосианские артефакты до своего позорного фиаско в Войнах Раскола. Так что они, скорее всего, раздобыли где-то врата Бакоры и пытаются выдать их за легендарный предмет икосианской эпохи. Если же хочешь узнать больше — тебе лучше найти историка.

— Понятно, — сказал Зориан. — мне было просто любопытно. Но что такое врата Бакоры?

— Еще одна тема, о которой лучше спросить историка, — сказал Аланик. — Вкратце — это некая древняя сеть телепортов, значительно более старая, чем цивилизация икосиан. О Бакоре мало что известно — они оставили после себя лишь эти врата да горстку других артефактов — но покрытие их сети впечатляет. Врата находили по всей Миасине, Алтазии и даже в Блантирре. К сожалению, секрет активации врат был утрачен… а может, их магия просто давным-давно исчезла и вновь включить их уже невозможно. В любом случае, они представляют лишь историческую ценность — у современных магов своя сеть телепортации, так что интерес к вратам Бакоры иссяк, во всяком случае, со стороны магов.

Напомнив Зориану, что ждет его завтра на занятии, Аланик исчез так же, как и появился — телепортацией. Зориан покачал головой, вытряхивая красочные легенды о древних артефактах, и вернулся к работе над прототипом голема. Надо будет завтра расспросить Вани о Вратах Государя и сети Бакоры, хотя и вряд ли от этого будет толк. И хоть историю первого императора Икосии еще можно интерпретировать как проявление временной петли, как-то не верится, что древний артефакт, якобы хранящийся в столице, мог повлиять на Зака аж в Сиории. Впрочем, спросить все равно стоит.

И только полчаса спустя Зориан сообразил, что Аланик телепортировался в его номер — защищенный оберегами от телепортации.

Нахмурившись, Зориан записал напоминание на днях снести всю защитную схему и выстроить что-нибудь понадежнее. Да, и узнать у Аланика, как, черт возьми, он это сделал.

У Зориана были некоторые опасения, что в этот раз Вани примет его куда холоднее, чем в прошлом цикле. Ведь сейчас он не потратил большую часть месяца, сокращая поголовье зимних волков, что в прошлый раз так впечатлило ученого.

Как выяснилось, он зря беспокоился. Вани был столь же дружелюбен и готов помочь, как и всегда. Впрочем, и столь же болтлив и склонен перескакивать с темы на тему.

— Ах, Улькуаан Ибаса, остров изгнанников. Изумительное место и изумительная история. Знаешь, я написал книгу о Войнах Некромантов. Обращаясь к этой теме, сложно придерживаться объективности — слишком многие заранее считают их преступниками и монстрами…

Зориан издал звук, который можно было принять за согласие — хоть на самом деле его мнение об ибасанцах вряд ли могло стать еще хуже. Может, он бы и посочувствовал им, если бы раз за разом не видел резню и разрушения на улицах Сиории. Для него они были просто бешеными ублюдками.

Не ведая о мыслях Зориана, Вани пустился в пространные объяснения причин, приведших к Войнам Некромантов. Он говорил о конфликтах наследования во влиятельных Домах и королевских династиях, чьи лидеры обратили себя в личей или вампиров, когда наследники осознавали, что их очередь не придет никогда — родители уже не умрут от старости. Говорил о простолюдинах, страстно ненавидевших некромантов и не желавших жить под властью мертвецов. И наконец, о стремлении Эльдемара к доминированию на континенте, о его вмешательствах в конфликты по всей Алтазии для продвижения угодных ему людей.

Все это дошло до точки кипения, когда в королевстве Суламнон, союзнике Эльдемара, при поддержке Рейи и Намассара вспыхнуло восстание против королевской власти. После подавления восстания, король Эльдемара потребовал введения полного запрета на некромантию — либо территориальных уступок. В случае введения запрета армия Суламнона, активно использующая нежить, была бы практически расформирована, а многие могущественные аристократы были бы вынуждены передать титулы потомкам и уйти в изгнание.

Некроманты Суламнона не приняли договора и подняли собственную армию; их поддержала часть военных, верящих, что шансы на победу еще есть. Вскоре к ним присоединились многие, недовольные растущим влиянием Эльдемара — уцелевшие племена Кхаски, все еще имеющие какой-то военный потенциал, остатки ведьминых ковенов, немертвая аристократия других стран, понявшая, откуда ветер дует, и стремящаяся не допустить опасного прецедента и многие другие участники, предпочитавшие некромантов королю Эльдемара. Начались Войны Некромантов.

Мастера смерти вскоре показали себя жестокими и безжалостными противниками, их зверства над пленными и в захваченных поселениях потрясли континент. Вскоре все, кто сочувствовал им или поддерживал в пику Эльдемару, отвернулись от них. Вместо того, чтобы объединить силы, противостоящие амбициям Эльдемара, они стали именно тем врагом, победа над которым безмерно укрепила авторитет молодого государства. Когда эльдемарский генерал Ферт Орокло разбил армию некромантов под предводительством Кватач-Ичла, положив конец их организованному сопротивлению, весь континент вздохнул с облегчением. Эльдемарцы перекроили карту в свою пользу, при этом выглядя как герои, а не как агрессоры. Уцелевшие же некроманты бежали на обледеневший северный остров, ныне известный как остров изгнанников — Улькуаан Ибасу.

Король Эльдемара великодушно отпустил их. Решение, без сомнения, продиктованное милосердием, и нежелание рисковать солдатами, преследуя разбитого врага на никому не нужном клочке заледеневшей земли, тут совсем не при чем.

С другой стороны, учитывая, что от ибасанцев более ста лет не было никаких проблем, может, король был и прав. Да что там, Зориан до сих пор не понимал, чего ибасанцы хотят добиться разрушением Сиории. Возможно, их бессмертные предводители, помнящие свое поражение в войне, все еще жаждут мести?

— Эм, мне жаль прерывать столь захватывающую историю, — сумел наконец вставить слово Зориан. — Но я хотел бы спросить у вас о кое-каких исторических артефактах.

— О? — оживился Вани.

— Да, я хотел спросить, нет ли у вас каких-нибудь сведений о вратах Бакоры и Вратах Государя.

— Врата Государя — пустышка, — отмахнулся Вани. — Король не то что не отдавал их на изучение — он их даже не показывал. Я сомневаюсь, что они вообще существуют. А вот врата Бакоры…

Вани принялся рыться в стопках книг, это продолжалось не меньше минут пятнадцати. Наконец искомое обнаружилось в самом дальнем углу — он полистал найденную книгу и сунул ее Зориану, указывая на иллюстрацию.

Врата Бакоры выглядели совсем не так, как ожидал Зориан. Слушая Аланика, он представлял каменную арку, или кольцо, или что-нибудь в том же духе. Вместо этого на картинке был собранный из неких черных стержней скелет икосаэдра(6). На взгляд Зориана, совсем не похоже на врата.

— Изучать их сложно, ведь уже много веков никто не видел действующий образец, но судя по сохранившимся летописям и надписям на пьедесталах врат, они были чем-то вроде телепортационной платформы, — пояснил Вани, зачем-то поводив пальцем над картинкой. — Только они не пересылали объекты, а открывали пространственный прокол до других врат. Полагаю, стоять внутри двадцатигранника в момент активации — не самая удачная мысль.

Зориан недоверчиво посмотрел на ученого.

— Ну, думаю, там была некая защитная функция, отменяющая прокол, если внутри кто-то стоял, — защищаясь, ответил Вани. — А стержни — скорее всего, стабилизаторы, удерживающие проход открытым достаточно долго, чтобы можно было безопасно пройти.

— Хмм. Звучит необычно и впечатляюще. Почему же ими так мало интересуются? — спросил Зориан.

— Большинство считают, что они намного менее эффективны, чем современные телепортационные платформы, и к тому же неизбежно дороги и сложны в изготовлении. Заклятье врат почти наверняка воссоздано на основе Бакорской сети, и это фактически вершина пространственной школы, доступная лишь горстке сильнейших магов. С другой стороны, заклятье телепорта дешево и доступно. Ну, и тот факт, что сейчас они бездействуют, и мы не знаем, как вновь запустить их. Если их вообще еще можно запустить. Это древнейшие известные магические артефакты, вполне возможно, что их магия давным-давно не действует.

— А сколько их? — поинтересовался Зориан.

— Известны сотни, — ответил Вани. — И лишь боги знают, сколько еще осталось ненайденными, где-нибудь в джунглях или на вершинах гор. Бакорцы, видимо, обожали пихать свои врата куда попало. Хммм… Кажется, у меня где-то была карта известных врат на территории Алтазии.

Карту Вани искал в своем бардаке более получаса, но поиски увенчались успехом. Зориан с любопытством склонился над картой, почти сразу заметив знакомое название.

— В Сиории есть врата Бакоры? — удивился он. — Как? Где? Никогда не слышал ни о чем подобном.

— А, это, — фыркнул Вани. — Я и забыл про них. Эти врата — глубоко на нижних уровнях Подземелья Сиории. Очень опасная зона. Для большинства магов соваться туда будет самоубийством, так что, насколько я знаю, их не изучают. Исследователям достаточно других врат, в более безопасных местах.

Изучив карту и не найдя больше ничего интересного, Зориан поблагодарил Вани и откланялся. Врата Бакоры были интересны, но он не видел никакой связи с временной петлей.

Еще один тупик. Но, по крайней мере, на этот он потратил совсем немного времени.

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Зориан непонимающе смотрел на Кириэлле. Что? Почему он здесь? До летнего фестиваля еще несколько дней, а последнее, что он помнит — как спокойно ложился спать. Зак опять погиб раньше времени, или это его убили во сне, а он даже не понял?

Кириэлле, недовольная тем, что ее игнорируют, пнула его, вырывая из раздумий. Он отработанным движением ткнул ее пальцем в бок, заставив с возмущенным вскриком разжать руки, и, воспользовавшись моментом, спихнул ее с себя и поднялся.

— Мне нужно сотворить заклинание, — он посмотрел не нее. — Оставь меня ненадолго в покое.

— А можно мне посмотреть? — тут же спросила она.

Зориан поднял бровь.

— Думаешь, что сумеешь помолчать десять минут?

Она закрыла рот руками, изображая аллегорию молчания.

— Ладно. Иди закрой дверь, чтобы мать нам не помешала, — распорядился он. — Мне понадобится полная концентрация.

Не говоря уже о том, что мать придет в ярость, увидев, что он сыплет на пол соль и толченый кварц, так что лучшей ей этого не видеть. К счастью, оба материала были в комнате в достаточном количестве, так что поиск маркеров можно провести без промедления.

Десять минут спустя Зориан вновь ощутил местоположение всех отмеченных так же, как он. Снова двое — он сам и некто в районе Сиории. Меньше, чем через минуту, второй маркер внезапно сместился далеко на юго-восток, а потом снова на юг. Телепортация. Носитель маркера спешил убраться из Сиории.

Третьего маркера не было.

Второй практически гарантированно был Заком — одноклассник начинал цикл в Сиории, да и было бы логично, если у него был маркер — ведь от кого получил маркер сам Зориан? Так что оставался Красный — он либо начинал цикл очень далеко от Сирина, либо успел далеко телепортироваться за пятнадцать минут подготовки поиска, либо попросту не имел маркера.

Надо будет повторять поисковый ритуал каждые пару дней, проверять, не появится ли третий.

— Что за унылое заклинание, — пожаловалась Кириэлле, пихая его в бок и нарушая концентрацию. Видимо, это и был предел ее терпения. — Вообще посмотреть не на что!

— Вот, держи бабочек, — вздохнул Зориан, создавая стайку мерцающих, пестрых бабочек. На самом деле, при всей своей бесполезности, это было изрядно трудное заклинание — требовалось немало умения, чтобы создать так много плотных, убедительных и движущихся иллюзий. Но оно замечательно восхищало и отвлекало Кириэлле — лишь минуту спустя она сообразила, что он уже выскользнул из комнаты.

Заклинание стоило каждой минуты, что он потратил на тренировки.

— Ну хорошо, — пробормотал Зориан, делая глубокий вдох, чтобы успокоиться. — Я временно отключил защитную схему дома, нейтрализовал взрывную и усыпляющую ловушки, блокировал подачу кислоты и уничтожил триггер сигнализации, замаскированный под печать на документе. Вот оно. Третий раз за все платит.

И с этими словами Зориан послал маленького голема достать из сейфа бумаги и принести ему. Сам он ни за что не полезет в эту опасную штуку.

Деревянный голем, Версия 2, медленно пошел вперед. Его движения были неловкими и дергаными, но, по крайней мере, он не запинался и не качался, как пьяный — серьезный прогресс с Версии 1. В бою он был бы совершенно бесполезен, но с текущей задачей вполне мог справиться. Если не справится — у Зориана есть с собой складной трехметровый шест.

Невероятно, но все прошло гладко — голем заглянул в сейф и вытащил стопку документов, и никакая новая жуткая ловушка ему не помешала. Голем вернулся и протянул ему добычу.

Вот тогда-то это и случилось — Зориан почему-то решил, что когда он потянет бумаги на себя, голем автоматически их отпустит. Разумеется, у деревянной куклы не было таких рефлексов. Он не успел отпустить, и рывок повалил его. И прежде, чем Зориан успел что-то предпринять, драгоценные бумаги уже кружились по комнате, опускаясь на пол гостиной Вазена.

Зориан бы уже не удивился, если бы они еще и вспыхнули — но к счастью, бумаги были целы. Просто раскиданы по всей комнате, на то, чтобы вновь собрать их по порядку, наверное, уйдет не один час.

— Да пропади все пропадом, — проворчал Зориан, быстро собирая документы в неаккуратную стопку и запихивая в сумку. — Я просто заберу их и рассортирую потом.

Он подобрал своего неуклюжего голема и телепортировался прочь. Не считая мелких недочетов, миссия увенчалась успехом, и он мог наконец узнать, что же такого важного было в этих бумагах.

Глава 34. Необдуманные поступки

Само собой, он не понес бумаги к себе в номер. Он был уверен, что в стопке нет маячков, но также не сомневался и в том, что Вазен приложит все усилия, чтобы отыскать украденное с помощью прорицания. Может быть, у него даже получится, так что Зориан не хотел, чтобы рядом с бумагами было хоть что-то, указывающее на него. Глупо рисковать, когда он мог просто спрятать бумаги подальше.

В данном случае — подальше от Князевых Дверей — так, чтобы бумаги были вне радиуса практически любых прорицаний, совершаемых в городе. Так что после пары случайных телепортов, чтобы запутать возможных преследователей, последним скачком Зориан сместился далеко в леса к северу от города, рядом с небольшой удобной пещерой. Он нашел ее парой циклов раньше, когда искал ингредиенты для Сильверлэйк, и уже тогда подумал, что из этого места выйдет отличный временный лагерь. Нужна лишь пара завершающих штрихов, и она отлично подойдет для его целей.

Он вызвал парящий светильник, чтобы видеть в полумраке пещеры, и принялся за работу. Быстро сотворив массовое "отпугивание животных", чтобы выселить из пещеры летучих мышей и насекомых, он прибег к магии изменения, расчистив место и сделав из камня полки и рабочие поверхности. Опробовав получившееся на устойчивость и удобство, он решил, что каменные стулья его не устраивают, и сделал простейшую мебель из найденного в лесу валежника. Ну вот, вполне сойдет для его нужд.

— А теперь — переходим к сложной части, — пробормотал он самому себе.

Пора было составить для пещеры защитную схему.

За три часа Зориан наложил на пещеру все подходящие обереги от прорицания и несколько неподходящих, затем дважды проверил, работает ли схема и насколько стабильно. Если по совести… он был недоволен. Его набора оберегов от прорицания не хватало, чтобы выстроить действительно несокрушимую защиту, а практического опыта — чтобы правильно расставить приоритеты. Хуже того, даже на эту посредственную поделку он потратил столько времени — сколько же заняло бы создание чего-нибудь действительно сложного? Ему и правда нужно больше практиковаться в оберегах…

Он покачал головой, выгоняя лишние мысли. Ему нужно тренироваться во многих областях, но приходится соблюдать очередность. Защита от магии душ, потом боевая магия, потом ментальное искусство аранеа. Это самые срочные направления, откладывать их нельзя. Все остальное, включая и тайну документов Вазен, сейчас вторично. Если, несмотря на все его предосторожности, кража бумаг приведет к его преждевременной смерти… ну, тогда он просто отложит этот вопрос, пока не разберется со срочными, верно?

Хотя на первое время этой защиты должно хватить. Он выложил бумаги на каменный, поднимающийся из пола пещеры стол, уселся на преобразованный из опавших веток стул и принялся читать…

Несколько часов спустя, наконец прочитав и рассортировав всю стопку, он испытал сильнейшее искушение сжечь бумаги и развеять пепел по ветру. Так будет куда безопаснее… и поможет успокоиться. Он ожидал чего-то незаконного, но это было просто за гранью. Почему торговец вообще хранил все это в одном месте? Будь Зориан на его месте, он бы уничтожал письма немедленно по прочтению. Или Вазен на всякий случай собирал компромат? Тогда у него кишка не тонка, учитывая, с кем он имел дело.

А дело он имел с Судомиром Кандреем, мэром Князевых Дверей. Ну конечно, за все стоял чертов мэр. Неудивительно, что обращения в полицию по поводу исчезновений ничего не давали — даже если кто-то и брался за дело всерьез, руководство тут же пресекало это. Глава администрации в отдаленном районе — практически маленький царек, и может творить что угодно, если не будет это афишировать — или злить серьезных людей.

Правда, все это никак не объясняет, что ему нужно. Вазен, по сути, был для Судомира всего лишь поставщиком незаконных материалов и изредка посредником, нанимающим исполнителей для грязной работы. Судя по всему, он даже не знал о большинстве исчезнувших магов. Да и вообще, его тайное сотрудничество с мэром раньше было куда безобиднее — до момента три месяца назад, когда Судомир внезапно взвинтил ставки, требуя все более опасные товары во все больших количествах и организовывая ничем не прикрытые нападения, как те, на Зориана и Аланика. Судя по письмам, Вазена действия “клиента” все сильнее беспокоили и злили, тем более, что Судомир отказался объяснять, чем вызваны такие перемены. Так интересовавшая Гурея “сделка”, заключённая Вазеном с компанией в Сиории, оказалась, по сути, взяткой от мэра, чтобы успокоить торговца и сделать его сговорчивей.

Найденные в документах рецепты и чертежи были довольно интересны, но, на взгляд Зориана, не содержали ничего особо важного или зловещего. Зато он узнал компании, предоставившие документацию — их руководство, если верить аранеа, состояло в Культе Дракона.

Итак. Мэр Князевых Дверей связан с Культом Дракона, что Внизу. И достаточно влиятелен, чтобы они за бесценок передали его агенту исключительно важные документы.

Нда, версия ибасанского следа получила очередное подтверждение — хоть связующим звеном с заговорщиками оказался совсем не Вазен, как он предполагал раньше. И оставался вопрос, почему они охотились на магов души в окрестностях Князевых Дверей. Зачем? Какой ибасанцам прок от этого? Некоторые из пропавших могли считаться магами души только условно, и большинство из них не представляло никакой угрозы заговорщикам… или вообще кому-либо.

Зориан вздохнул. Как обычно, каждый полученный ответ влечет за собой два новых вопроса. Он сложил бумаги на каменную полку, решив пока не уничтожать их, и направился отсыпаться в свой номер.

Обдумав ситуацию на свежую голову, он решил пока не расследовать деятельность Судомира. Нечего еще сильнее ворошить пчелиное гнездо, когда можно просто дождаться следующего цикла, в котором он не крал бумаги Вазена, и никто ни о чем не подозревает.

Но день проходил за днем — никто так и не нашел документы в его лесном тайнике, и Зориан начал успокаиваться. Нет, он не поменял планы и не начал расследование, но решил, что в этом цикле ему повезло, и ничего серьезного не случится. Он медленно постигал внутреннее духовное зрение под руководством Аланика, в свободное время возился с деревянным големом (Версия 3) и не забывал ежедневно проводить ритуал поиска маркеров (без изменений; заклинание упорно показывало только две цели).

А потом, в середине месяца, он проснулся среди ночи и увидел над собой затянутую в черное по самые глаза фигуру с ножом в руке.

После он не раз задавался вопросом, что же подсказало ему, что он в опасности, но в тот момент он просто среагировал. Не утруждаясь структурированием потоков маны, он грубым рывком телекинетической силы швырнул в ассасина свое одеяло. Тот же (фигура явно была мужская) отшатнулся назад — сыграли эффект неожиданности и дезориентация от потери обзора.

Зориан едва успел подняться с кровати, как убийца стянул с себя тонкую ткань и рванулся к нему. Три взмаха ножа — глубокий порез и царапина на руке — убедили его, что в ближнем бою у него нет никаких шансов. Его взгляд метался по комнате в поисках хоть чего-нибудь — пожалуй, звукоизолировать номер с помощью магии было не самым удачным решением. Хотя неважно — даже сумей он позвать на помощь, едва ли кто-то успеет вовремя. Нет, главной ошибкой было то, что перед сном он сложил щитовой браслет и жезл магических снарядов в тумбочку.

Все, решено: чем бы ни закончилась эта схватка, он будет при каждом удобном случае отрабатывать магический снаряд, пока он не будет получаться инстинктивно. Сейчас, лишившись своих вещей, он недопустимо беспомощен.

— Если я умру, я взорву нас обоих! — крикнул он, даже не блефуя. По крайней мере, его ожерелье самоликвидации было на нем. Может, для подобных ситуаций стоит зарядить его не только взрывными чарами.

Убийца, услышав это, на миг замер, но тут же вновь бросился в атаку. Этого мига хватило — наконец сумев сконцентрироваться, Зориан хлестнул по нему телепатическим шумом. Ассасин дернулся, замедляясь, но устоял.

Ровно до того момента, когда Зориан, воспользовавшись ошеломлением врага, запустил ему в лицо пресс-папье. Щедро плеснула кровь, убийца рухнул на пол и уже не встал.

Минуту спустя, переведя дух и убедившись, что нападавший жив, но сейчас не представляет угрозы, Зориан решил, что не может сдать его в полицию. Они на коротком поводке у мэра, а именно Судомир, скорее всего, послал этого типа убить его. Или, точнее, приказал кому-нибудь все устроить — судя по письмам Вазена, именно так он и делал. И то, что убийца имел ключ от номера, позволивший обойти охранный оберег Зориана, тоже совершенно не успокаивало. В любом случае, он знал только одного человека к которому можно обратиться с подобной проблемой.

Страдальчески морщась в ожидании выговора, Зориан поднял бесчувственного ассасина с пола и телепортировался в храм Аланика.

Как он и надеялся, Аланик с готовностью поверил, что бесчувственный окровавленный мужчина — убийца, посланный за его, Зориана, головой, и согласился его забрать. Он даже дал ему быстродействующее — и отнюдь не дешевое — исцеляющее зелье, чтобы излечить раны и царапины, полученные в ходе скоротечной схватки.

Увы, он также решил, что теперь Зориан переселится к нему в храм. По словам жреца, он ожидал чего-то подобного с момента, когда Зориан предотвратил покушения на него и Лукава, и теперь ему очевидно, что вне храма парню угрожает опасность. А ну как нападавшие повторят попытку — и добьются успеха? Нет, воинствующий жрец был непреклонен — до разрешения ситуации Зориану следовало постоянно быть под защитой.

Зориан принял идею в штыки — ведь это означало фактически домашний арест до конца месяца — но Аланик четко дал понять, что отказ повлечет прекращение обучения. Выбора не было.

Несмотря на дурные предчувствия, все оказалось к лучшему. Раз уж в маленьком скучном храме было решительно нечем заняться, Зориан тратил почти все свободное время, непрестанно отрабатывая магический снаряд в попытках добиться полного автоматизма. Ну, он же все-таки обещал. Так вот, эти старания привлекли внимание Аланика, и тот согласился позаниматься с ним боевой магией. Увы, жрец ничем не мог помочь с магическим снарядом — тут требовалось именно многократное повторение. Взамен он учил добиваться максимальной эффективности в магии огня, видимо, бывшей его коньком.

Так что когда Зориану до смерти надоедало посылать в мишень снаряд за снарядом, он переключался на целую россыпь огненных заклятий — Аланик утверждал, что уверенное владение ими значительно улучшит его потенциал в боевой огненной магии. Одно из заклятий создавало вокруг мага огненное кольцо, затрудняющее врагам рукопашную атаку. По словам Аланика, искусный заклинатель мог заставить кольцо расширяться и сжиматься, разделять кольцо на несколько более слабых для большего покрытия или перемещать центр кольца вверх-вниз по телу. Другое создавало стайку самостоятельных огненных птиц размером с воробья, отвлекающих противника. Серьезная тренировка вплетения анимации в огненные чары, ведь эффективность птиц полностью зависела от точности их движений. И еще многие, многие заклятья. Аланик знал множество несложных огненных чар.

— Всего двадцать? — спросил жрец. — Да ладно, парень. Я знаю, ты можешь больше.

Зориан проигнорировал его, внимательно удерживая два десятка огненных шариках на орбите вокруг себя. Сотворить заклятье было совсем просто. Но вот управлять сразу двадцатью — отнюдь…

— Я не хочу перенапрячься, — ответил он, в качестве проверки контроля заставляя пару шариков отделиться от общей массы. Он уже заработал жуткий ожог, когда не уследил и позволил такому шарику попасть ему в тыльную сторону ладони, и совсем не хотел повторить этот опыт. Способность направлять крошечные фаерболы в любую сторону давала любопытное преимущество, но одновременно означала, что никакой страховки заклинание не предусматривало. — Если я буду создавать по полсотни, я быстро исчерпаю ману.

— Тебе и не нужно создавать их раз за разом, — заметил Аланик. — Поддержание потребляет куда меньше энергии, чем новый вызов. Весь смысл в контроле над огнем, и повторное сотворение заклятья тут ничем не поможет. Ты просто идешь на поводу у своего страха ожогов.

— Ну да, я не хочу нечаянно выжечь себе глаз или что-нибудь еще, — возразил Зориан.

Аланик вздохнул и покачал головой.

— Ты слишком напряжен. На сегодня хватит, продолжим завтра.

Зориан с облегчением отпустил заклятье. Что бы там ни говорил Аланик, оно ему не нравилось. С другой стороны, эксперт тут именно жрец…

— Можно спросить? — обратился он. Аланик жестом предложил ему продолжать. — Это правда, что вы можете сжигать цели выборочно? Ну, например, сделать так, чтобы ваши фаерболы не обжигали людей?

— А. Наверное, Лукав рассказал тебе об этом, — предположил жрец. Ну, версия ничем не хуже других. — Да, я могу. И, вообще-то, не только это. Впрочем, тебе не подойдет — это трудное умение, требующее множества специальных тренировок. В течение нескольких лет. И если ты не собираешься сфокусироваться на магии огня — а ты, если честно, скорее похож на мага-универсала — я не советую тратить на это силы, — он улыбнулся. — К тому же, к моменту, когда ты достигнешь нужного уровня, заклинание карманных метеоров, что так тебя беспокоит, станет для тебя сущим пустяком, так что защита от ожогов уже не понадобится.

— Понятно, — сказал Зориан. — Но знаете, вообще-то простенький оберег от огня сделал бы тренировку куда безопаснее. Почему я не могу сотворить его перед занятием?

— Опасность закаляет дух, — беззаботно ответил Аланик. — Когда над головой кружится обжигающий огонь, ты относишься к занятию куда серьезнее и учишься куда быстрее. Но главное — я хотел посмотреть, сколько времени тебе понадобится, чтобы вспомнить про оберег.

— Угх, — пробурчал Зориан. — Это было злобно.

Больше никаких покушений в этом месяце не было, и цикл завершился точно по расписанию, без неожиданных обрывов.

Поисковое заклятье так и не показало ему третий маркер, хотя под конец он совершал ритуал по несколько раз в день.

Три следующих цикла Зориан старался не привлекать внимания и сосредоточился на обучении. Не самое интересное времяпрепровождение, но в итоге он все же научился выполнять магический снаряд быстро и без вспомогательных средств. Он также освоил восприятие собственной души на достаточном уровне, и Аланик начал учить его набору защитных чар магии душ. Вдобавок он овладел кучей новых огненных заклинаний, усовершенствовал своего деревянного голема и попрактиковался в боевой магии на монстрах пустошей.

К сожалению, с ростом его навыков в каждым цикле, Аланик относился к нему со всё большим подозрением — жрец, несомненно, узнал свою школу, и в последнем месяце едва не отказался обучать его. Лишь пообещав рассказать все после летнего фестиваля, Зориан сумел убедить его, но, наверное, вскоре даже это не поможет. По его расчетам, у него было еще максимум два цикла, после чего жрец ни за что не станет ему помогать без чертовски убедительного объяснения — которого у него нет.

Но ничего страшного — к этому времени он будет уже далеко не так уязвим для магии душ, первая из поставленных целей будет достигнута. Он ведь не ожидал, что Аланик научит его вообще всему, что знает?

В следующем цикле Зориан решил снять свой собственный запрет на расследование деятельности Судомира — и со всеми предосторожностями начал наводить справки. Судомир был публичной фигурой, так что люди охотно обсуждали его… вот только сведения, почерпнутые из таких разговоров, были либо бесполезны, либо крайне сомнительны. Из всего, что он узнал, самым интересным был тот факт, что мэр часто покидает Князевы Двери "по служебным делам", и в последние месяцы эти отлучки участились. Это перекликалось и с письмами Вазена, где говорилось, что поведение мэра серьезно изменилось за последние месяцы.

Когда простые расспросы уже не приносили ничего нового, Зориан решил действовать посмелее и изучить связи мэра с Вазеном. Он не хотел связываться с самим торговцем, но, к счастью, этого и не требовалось. В отличие от того же Гурея, Вазен не делал все лично — у него были работники, причем работники, не обладающие паранойей и защищенностью своего шефа. Они брали работу на дом, хитроумно прятали ключи за цветочными горшками и не заботились о защите от магии. Один из них даже вел подробный дневник с интереснейшими размышлениями и примечаниями. Пожалуй, самым любопытным открытием было то, что Вазен регулярно отсылает некие грузы в место под названием "Поместье Яску" — причем сами работники считали, что такого поместья просто не существует. Пункт назначения не был отмечен на картах — просто дикие леса далеко на север от города. Дальше, чем Зориан когда-либо заходил.

Изучив имеющиеся карты, Зориан осознал, что понятия не имеет, сколько ему добираться до таинственного поместья. Недели? Месяцы? Проклятье, не могли эти двое выбрать место поближе? Вот же незадача…

Он обратился за помощью к Лукаву. Мастер трансформации знал толк в пеших переходах и мог подсказать, как добраться до места вдали от цивилизации. Может, какое-нибудь усиливающее зелье?

— Нет, думаю, усиливающие зелья тут мало чем помогут, — сказал Лукав, разглядывая принесенную Зорианом карту. — Срок их действия ограничен, а пешком тебе добираться туда как минимум две недели. Непросто. Может, это сказываются мои привычки, но рассматривал ли ты вариант просто превратиться в птицу и долететь?

— Не рассматривал, — удивленно признал Зориан. — Мне и в голову подобное не приходило. Насколько это сложно?

— Совсем не сложно, разве что дороговато, — ответил Лукав. — Тебе, вероятно, придется потратить одно или два зелья, чтобы привыкнуть к новой форме и освоить полет. Может и больше, зависит от того, как быстро ты учишься. Все же птицы сильно отличаются от людей.

Он передал Зориану прейскурант и указал раздел с птицами.

— Лично я рекомендую орла, — добавил он. — Хороший летун, превосходное зрение, и достаточно большой — мало кто рискнет напасть. Ну, и орел есть орел. Тебе же не требуется быть неприметным?

Зориан посмотрел на цену "зелья трансформации в орла". В принципе… приемлемо. Если понадобится, он мог купить три таких зелья — хоть тратить сбережения было безумно жаль. Хоть он и знал, что они вернутся в момент рестарта, разбрасываться деньгами было просто неправильно. Проклятье, он копил их годами! К тому же кто знает, может, деньги еще понадобятся ему в этом месяце?

— Полагаю, я попробую, — решил он. — Кстати, вы случайно не покупаете редких животных, обитающих далеко в лесах?

— Ха, нет уж. То, что можно добыть в лесах, я и сам прекрасно добуду. Извини. Хотя если ты захочешь рискнуть жизнью в местном подземелье — я бы заплатил хорошую цену за некоторые вещи, что можно там найти.

Он озирал окрестности невозможно-четким взглядом, паря в восходящих потоках. Это было просто невозможно описать — все было настолько отчетливо и богато красками, словно он всю жизнь прожил с мутной пленкой на глазах — а теперь ее наконец убрали. Это напоминало ему, как в детстве родители привели его к окулисту — и тот прописал очки. Отец был изрядно разочарован, но, впервые надев стекла, Зориан понял, что уже не откажется от них. Сейчас было то же самое — только куда ярче. При желании он мог различить отдельные листья на дереве в миле от него. Дома вдалеке, что для него-человека были бы лишь размытыми кубиками, были прекрасно видны, вплоть до старой кошки, прячущейся на крыше за печной трубой.

Быть орлом, — решил Зориан, — круто. Странно, но круто.

Он пару раз взмахнул крыльями, меняя курс, и при этом опасно накренился. Сказать по правде, он все еще скверно летал, а приземлениях лучше и вовсе не вспоминать. К счастью, крупные птицы проводят большую часть времени в воздухе, ловя восходящие потоки, так что проблем быть не должно. Он устремил взгляд вперед, туда, где должно быть поместье Яску, и заскользил над пустошами.

Впрочем, даже с невозможно острым зрением, ему быстро надоело лететь над лесом. Кроны деревьев надежно скрывали все, что под ними, так что смотреть было не на что. Он видел вдалеке заснеженные вершины гор — печально известные Зимние Горы, высящиеся над центральной Алтазией, по слухам — источник всего снега и холода, где каждый год пробуждается ледяное, безжалостное сердце зимы, чтобы вновь укутать землю в белое до прихода весны.

Зориан считал это все глупыми суевериями, но как знать, может, в этих словах и есть крупица истины. Ну, например, живущий в горах невероятно сильный ледяной элементаль или что-нибудь в том же духе. О горах было мало что известно — изучать их не менее опасно, чем исследовать нижние уровни Подземелья, но награда за риск в горах куда скромнее.

Наконец впереди показалась цель. Зориан беспокоился, не сбился ли он с курса, ведь сейчас он не мог свериться с картой, а сверху все выглядело одинаковым — но, видимо, зря. Поместье Яску было видно издалека. Вопреки его ожиданиям, конечная точка оказалась не просто неприметной поляной или стоячим камнем. Это было настоящее поместье.

Зориан несколько раз облетел его по кругу, пытаясь понять, что же лежит перед ним. Время и стихия оставили свои следы на белеющем среди моря зелени особняке, но он определенно был обитаем. К особняку был пристроен небольшой склад — и вот он явно был новоделом. На его крыше не было мха, даже острые глаза орла не находили трещин на стенах, да и в целом он выглядел куда проще и безыскуснее, чем основное строение.

Решительно непонятно, кому могло понадобиться строить здесь особняк. Ладно бы форт или наблюдательную башню — но роскошное жилье в отрыве от цивилизации, посреди опасных северных пустошей? Увы, его размышления были прерваны — вороны, сидевшие на деревьях вокруг поместья, заметили его и со злобным карканьем поднялись в воздух.

Зориан тут же переключился на них. Птицы были еще далеко, но для орлиных глаз это не помеха. Это были не вороны. Они были крупнее, и их угольно-черные перья с красными кончиками отливали металлом.

Железноклювы. Адские птицы севера. Зориан не питал иллюзий — в форме орла он не справится даже с одним, что уж говорить о целой стае. Хотя, если подумать, он, пожалуй, даже сейчас сможет сплести магический снаряд. И даже сбить парочку, прежде чем остальные порвут его на части. Только вот смысла в этом никакого нет, так что он прекратил кружить вокруг поместья и поспешил убраться подальше — пока успокоившиеся птицы не перестали кричать и не вернулись на деревья.

И что им так не понравилось? Возможно, их просто нервировало присутствие крупного хищника.

Ну, неважно. Все равно приземляться у самого поместья не стоило. Ближайшие окрестности хорошо просматриваются, да и наверняка защищены оберегами.

Он стал выискивать свободное место, где можно сесть, не рискуя свернуть шею (перенос повреждений с трансформированного на реальное тело происходил непоследовательно и странно, но Лукав заверил, что смерть окончательна в любой из форм) и наконец нашел поляну к западу от поместья. Несколько дальше, чем он надеялся, но выбирать не приходится.

После на редкость постыдного приземления, окончившегося головой в траве, Зориан вернулся к человеческой форме и несколько минут запоминал место, чтобы потом суметь телепортироваться сюда.

Закончив, он направился к поместью, собираясь взглянуть поближе. Ему уже не хватало потрясающего орлиного зрения, но некоторые вещи лучше делать с земли — так он сможет в случае опасности телепортироваться, или, например, сделаться невидимым. Насколько он знал, у железноклювов нет магического чутья, так что оптического камуфляжа должно хватить.

Он оказался прав — злобные птицы не обращали на него внимания, пока он подбирался к поместью, укрытый оптической иллюзией и аурой тишины. Но прежде, чем он вышел к цели, навстречу попалась стая зимних волков с особо крупным зверем во главе. В отличие от остальных, шерсть альфы не была белой. Она блестела серебром, и его мысли тоже отличались от других хищников. Сильнее, глубже, сложнее. Разумнее.

Зориан застыл, с ужасом глядя на стаю. Двадцать два зимних волка и неизвестный науке разумный суперволк. Дерьмо, вот кто его просил лезть на рожон? Как же, поможет ему маскировка против чувствительных волчьих носов…

Вот только… похоже, она помогала. Серебряный внезапно остановился и обвел взглядом заросли — у Зориана сердце пропустило удар, когда волчьи глаза посмотрели прямо на него — затем стая продолжила свой путь и скрылась за поместьем.

Выждав минуту, чтобы волки отошли подальше, Зориан медленно отступил в лес и телепортировался.

Подумав, он решил пока оставить поместье Яску в покое. Теперь он не сомневался, что это место связано с захватчиками, и что рано или поздно нужно будет все выяснить. Вот только обследовать поместье на его нынешнем уровне — наверняка сплошная череда смертей. К тому же он подозревал, что мэр — некромант, или, по крайней мере, имеет своих некромантов, так что гибель от их рук куда опаснее, чем просто обрыв цикла. Нет уж, если он собирается туда — то как минимум сначала должен закончить уроки Аланика и значительно улучшить свой боевой потенциал.

Так что сейчас, когда его обучение у жреца подходит к концу, ему стоит перейти к боевой магии, а затем найти другое племя аранеа и обучиться у них искусству психика. К этому подталкивало множество причин, но главное — возможность расшифровать пакет памяти матриарха, все еще хранящийся в его мозгу.

Он знал, что пакет далеко не вечен. Сейчас он стабилен, матриарх приложила все усилия, чтобы сделать его долговечнее, но со временем он неизбежно распадется, и вся память внутри будет утрачена. Если Зориан хочет заполнить пробелы в послании матриарха и понять, что стояло за ее словами, ему нужны эти воспоминания.

Он вовсе не ожидал, что это будет просто. Племена аранеа совсем не обязательно дружелюбны, и даже если ему повезет — им просто нет резона учить чужака, да еще и человека, своим тайным искусствам. И даже если он получит их помощь — расшифровать нечто столь чуждое, как память аранеа, будет той еще задачей. И даже если он научится это делать — у него будет всего одна попытка вскрыть пакет, не испортив содержимое и не запустив защитные механизмы, наверняка предусмотренные матриархом.

Но это все потом — сейчас он просто не чувствовал в себе уверенности, чтобы пойти в гнездо потенциально враждебных аранеа. Так как в ментальном бою у него нет никаких шансов, в случае столкновения остается лишь быстро сотворить мысленный щит и испепелить все на своем пути обычной магией. А для этого ему нужно как следует улучшить свои боевые навыки.

И так вышло, что у него был способ их улучшить — а заодно восполнить свой бюджет, оскудевший после покупки у Лукава двух зелий трансформации в орла — спуститься в подземелье! Раньше до подземелья в Князевых Дверях просто не доходили руки — поиск пропавших магов души, потом уроки Аланика — но игнорировать их и дальше не было причин. Большинство монстров в окрестностях города уже не представляли для него никакой сложности.

Так что через два дня после поспешного отступления от поместья Яску Зориан пришел к официальным воротам в подземелье и запросил разрешение на вход. К счастью, это было бесплатно — просто формальность, чтобы убедиться, что человек знает, куда идет.

— Не забывай, эта часть подземелья так и не была толком расчищена, — сказал дежурный за стойкой, передавая ему карточку допуска. — То есть множество сокровищ все еще там, но и опасность весьма велика. Там постоянно пропадают люди. И, если ты не состоишь в местной гильдии старателей — что лично я бы порекомендовал молодому магу — то искать тебя никто не будет.

Зориан ответил невнятным хмыканьем и пошел вперед и вниз, по длинной спиральной лестнице, пока не достиг пещеры, в которой был целый городок. Жители верхнего города называли его Деревней Старателей, хотя официально это были все еще Князевы Двери. На самом деле здесь мало кто жил — дома в основном принадлежали гильдиям либо магазинам, обслуживающим исследователей подземелий.

Он не собирался присоединяться к одной из гильдий. Насколько он выяснил, они не допускали новичков в пещеры без нескольких месяцев подготовки, что ему совершенно не подходило. Нет, их логика была понятна — никто не хочет, чтобы их новичков растерзали в туннелях, а мало кто из магов в возрасте Зориана способен за себя постоять — но факт остается фактом, для него они бесполезны. Да и денег покупать что-либо в магазинах у него не было, так что он не стал задерживаться в поселении. Да и народ тут был с гнильцой, требовали денег за ответы на простейшие вопросы — или хотели, чтобы за их "секреты" он сперва присоединился к их гильдии. Слава богам, он мог просто прочитать ответы у них в голове.

Стоя в углу большой пещеры под Князевыми Дверями, Зориан разглядывал скопление светящихся грибов. На первый взгляд — просто гигантские светящиеся грибы, что растут в подземелье здесь и там, но только на первый взгляд. Внешность его не обманула, он определенно чувствовал в гуще грибов звериные мысли… или это мысли самих грибов? Иллюзия? Или странные думающие грибы?

Решив, что это неважно, Зориан направил посох и ударил по "грибам" испепеляющим лучом. Если он что-то и уяснил за две недели в подземелье — так это то, что все здесь хотят убить его и съесть — впрочем, не обязательно в такой последовательности. Те же каменные клещи совсем не прочь парализовать его и отложить яйца в еще живое тело, чтобы личинкам было что есть по вылуплению. Так что во всех случаях надлежало бить первым — и подходить ближе к фальшивым грибам он не собирался.

Разумеется, стоило огненному лучу попасть в скопление, "грибы" ощетинились щупальцами туннельного спрута. Вон оно что. Способность этих тварей подражать цвету и текстуре окружающей пещеры впечатляла — и доставляла кучу проблем. Этому, впрочем, не повезло. Застигнутый сокрушительным огненным ударом врасплох, он в панике взмахнул щупальцами и осел на пол пещеры.

Зориан кинул в него камнем, чтобы убедиться, что зверь не притворяется, потом позволил себе расслабиться. Наверное, одна из таких тварей уже убила бы его, не имей он мысленного чутья — его главного преимущества над другими старателями. Благодаря ему он вовремя находил засады копейного червя, туннельных спрутов и другие скрытые угрозы на пути к нижним, богатым уровням подземелья. Неудивительно, что Тайвен в свое время была так рада получить его в команду.

Он направил парящие сферы-светильники рассыпаться по пещере и принялся медленно изучать стены в поисках кристаллов или редких минералов. В нетронутых уголках вроде этого кристаллы маны принесут куда больше денег, чем части животных. К тому же кристаллы маны неподвижны. Найдя их в одном цикле, он мог рассчитывать, что и в последующие месяцы они будут ждать его на тех же местах. Так что, составив карту залежей кристаллов, он сможет быстро собирать их, получая огромный доход прямо в начале каждого нового месяца. Особенно если он научится преодолевать помехи Подземелья и телепортироваться прямо внутрь.

Увы, в этой пещере он ничего не нашел. Посмотрев на обугленное тело спрута, Зориан задумался, не забрать ли ему мозг и клюв твари — ее самые ценные части — и не вернуться ли на поверхность? Он уже нашел две крупных залежи кристаллической маны и несколько мелких, так что поход уже можно считать полным успехом, а если продолжит — ему придется спуститься глубже, со всеми причитающимися опасностями подземных глубин.

Он решил продолжить — не то, чтобы пока он был в большой опасности, и даже если угроза внезапно выскочит навстречу, он…

Он свернул за угол и нос к носу столкнулся с парящим розовым слизнем, полностью покрытым глазами. Тварь светилась, сияющие нити танцевали внутри дымчатой полупрозрачной массы, все ее тело хаотично колыхалось, выпуская и втягивая отростки. В первый миг монстр не заметил его — бесчисленные глаза, все разного цвета, вразнобой моргали и двигались туда-сюда в глазницах. Но этот миг прошел, все глаза повернулись к Зориану, некоторые даже вытянулись на отростках, чтобы лучше разглядеть…

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Зориан неверяще уставился на ухмыляющуюся сестру. Что? Оно же просто…

— Да ладно?! — прорычал Зориан, закрыв лицо руками. — Вот так, да? Оно просто посмотрело на меня, и я умер? Что это еще за способность?!

— Эммм… — протянула Кириэлле.

— Забудь, что я сказал, — коротко обняв сестру, Зориан поднялся на ноги. Кириэлле не отцепилась, прилипнув, как репей, так что ее пришлось нести, пока он дошел до книжной полки, вытащил четвертый том Компендиума Жителей Подземелья и принялся листать. — Мне просто приснилось.

— Что приснилось? — заинтересовалась Кириэлле.

— Я вот-вот должен был разбогатеть, и тут меня убил… глазозверь? — Зориан наконец нашел описание. Угх. Даже имя у этой твари было глупым.

— Ох, — ответила Кириэлле. — Приятный сон, переходящий в кошмар. Терпеть такие не могу.

— Я тоже, Кириэлле. Я тоже, — он захлопнул книгу, и вернул на полку. Ничего полезного там не было. Да уж, "остерегайтесь его смертоносного взгляда".

Он задумался, не провести ли ему поисковый ритуал, но смысл в нем… Он никогда не показывал больше двух маркеров. Да и меньше тоже не показывал. Сейчас уже ясно, что так и будет всегда. Чем бы не пользовался Красный, это точно отличается от того, что используют Зак и Зориан.

Что же до Зака, тот всегда начинал цикл с бегства из Сиории. Направление, впрочем, разнилось, похоже, он просто бесцельно странствует по Эльдемару. Интересно, почему. Парень, как и сам Зориан, явно избегает Сиории, но в остальном в его перемещениях не прослеживается никакой системы — Зориан попытался нанести маршрут Зака на карту, но это ничего не дало.

Но да ладно. Зак есть Зак. У него и своих проблем хватает.

— Нда. Кири, может, уже слезешь с меня?

Глава 35. Допущенные ошибки

"Худшая часть цикла — это, определенно, его начало," — думал Зориан, стоя на перроне вокзала в Сирине. Он вытащил из кармана часы, с минуту смотрел на них, потом со вздохом вернул обратно в карман. Поезд опаздывал. Поезд всегда опаздывал, поскольку приходил в первый день после рестарта, когда изменения еще не успевали накопиться.

В эти минуты Зориан неизменно размышлял, зачем он вообще в каждом цикле садится на поезд, когда мог бы спокойно телепортироваться прямо из своей комнаты. Это избавило бы его от неприятных часов, а по парочке прошлых циклов он знал — в розыск его не объявят. По сути, он получил бы еще дополнительные полдня в каждом месяце — и это наверняка скоро сказалось бы, не так ли?

Но как и всегда, когда ему в голову приходила эта идея, он подумал, как это воспримут мать и Кириэлле. Он не видел их в те циклы, когда сбегал из дома сразу после рестарта, но это, несомненно, не могло их не расстраивать. И пусть он не слишком ладил с матерью, он знал, что та по-своему заботится о нем — ну, как умеет — а Кириэлле…

Он посмотрел на Кириэлле, угрюмо стоящую неподалеку. Рост навыков эмпатии имел и отрицательную сторону — теперь он знал, насколько сестра огорчена тем, что не едет с ним в Сиорию. И если даже это было настолько болезненно — он не хотел и думать, каково ей будет, если он просто исчезнет из своей комнаты. Неважно, насколько это рационально — он просто не может так поступить с ней. Он и так чувствует себя виноватым.

Он подошел и взъерошил ей волосы. Уныние сменилось раздражением — она отпихнула его руку и ответила угрожающим взглядом. Или, скорее, взглядом, который она считала угрожающим.

— Не будь такой мрачной, Кири.

Она ничего не сказала, но отчетливая вспышка гнева и обиды сама по себе была ответом.

Проклятье…

— Слушай… — начал он, — в следующий раз я возьму тебя с собой в Сиорию, хорошо?

Она растерянно посмотрела на него, пытаясь осознать, что он только что сказал, потом надулась и отвела взгляд. На миг ему показалось, что она ничего не ответит, но вихрь эмоций в ее мыслях успокоился, сменившись робкой, сдерживаемой надеждой.

— Обещаешь? — тихо спросила она после недолгого молчания.

— Да, — серьезно ответил он. — Обещаю.

Неожиданно для себя Зориан понял, что сказал правду. Когда он наконец решит вернуться в Сиорию, он возьмет с собой Кириэлле. Это не имело никакого смысла — ему придется тратить время и силы, приглядывая за ней, да и для нее самой ехать в Сиорию куда опаснее, чем остаться дома — но он все равно это сделает. И не только ради самой Кириэлле. Он и сам соскучился по дому Имайи, по Каэлу и Кане…

Ему пришлось отшагнуть назад, чтобы удержать равновесие — Кириэлле врезалось в него, обняв и уткнувшись лицом в живот.

— Лучше бы тебе сдержать слово, — она с подозрением посмотрела на него снизу вверх. — А то я никогда тебя не прощу!

— Ага-ага, — усмехнулся Зориан, потянув ее за нос, чтобы она отпустила его. Громкий свисток сообщил, что поезд наконец прибыл на станцию. — Мне пора идти. Поговорим, когда я вернусь.

Пятнадцать минут спустя он смотрел в окно, как оживившаяся Кириэлле энергично машет рукой вслед поезду. Зориан сдержанно махнул в ответ и улыбнулся. Может, это была и не самая умная мысль, но он чувствовал, что решил правильно.

Все недолгое время до Тешинграда Зориан пытался пересчитать пассажиров в вагоне с помощью мысленного чутья — что оказалось неожиданно трудной задачей из-за подавляющего магию оберега. Пусть магический белый шум, производимый защитой, сам по себе не препятствовал мысленному чутью, его влияние быстро нарастало с расстоянием, фактически ополовинивая привычный радиус восприятия. Все это неприятно напоминало магические помехи Подземелья, действующие подобным же образом.

Хмм… Если подумать, оберег наверняка и создавался по их подобию. Выходит, если он будет тренироваться в подобном обереге, он сможет научиться игнорировать воздействие Подземелья? В любом случае, это и правда стоит обдумать. Тренироваться, постепенно наращивая мощность подавляющего оберега, кажется куда лучшим планом, чем его первоначальный, предполагавший раз за разом телепортироваться в Подземелье, пока у него не начнет получаться.

Сойдя с поезда, Зориан тут же телепортировался в Князевы Двери и незамедлительно спустился в подземелья, собирая всю кристаллизованную ману, что он нашел в прошлом цикле до встречи с глазозверем. Но вот когда он попытался продать добычу в одном из магазинов Деревни Старателей, он столкнулся… с некоторыми сложностями.

Судя по всему, сходить в подземелье несколько раз, возвращаясь с горсткой кристаллов, как он делал в прошлом цикле, и набрать целую сумку за один короткий заход — две большие разницы. Дело даже не в том, что в магазине не оказалось достаточно денег, чтобы все это купить — сам факт, что он набрал целое состояние за один спуск, вызвал куда больший переполох, чем Зориан мог предположить. Ведь чтобы провернуть подобное, нужно либо владеть некой секретной методикой, намного превосходящей все остальные, либо отыскать богатую жилу. Естественно, оба варианта привлекли к нему внимание каждого старателя в Князевых Дверях, да и многих, не связанных с этой профессией, тоже.

Все его планы на цикл полетели псу под хвост. Он был в центре внимания, и не мог ни заниматься деликатными вопросами, ни поговорить с людьми без того, чтобы его узнали. Его обереги от прорицания прошли суровую проверку — за ним постоянно пытались следить с помощью магии, и хоть Зориан и считал, что защита в целом справилась со своей функцией, он не был уверен, все ли попытки удалось обнаружить и отразить. Один находчивый тип нанес магическую формулу на живых мотыльков, приспособив их для записи звука — и если бы Зориан не отгонял насекомых мысленным усилием и не заинтересовался, почему они всегда возвращаются, он бы так об этом и не узнал. Кто знает, сколько еще оригинальных уловок он просто не заметил?

И конечно, далеко не все прибегли к способам плаща-и-кинжала. Множество людей просто хотело обсудить с ним их "невероятное предложение", и далеко не все из них восприняли отказ спокойно. По меньшей мере одна группа немедленно напала на него, когда он послал их подальше — к счастью, они оказались не так хороши, как сами они думали, и он без труда обратил их в бегство. И была как минимум одна попытка проникновения, когда незадачливый вор не пережил электрический разряд, а Зориана вызвали в полицию и сурово отчитали за избыточно смертоносную защиту помещения.

Наконец, после недели агрессивных предложений и бесчисленных попыток следить за ним магией, Зориан признал поражение и покинул Князевы Двери. С постоянным вниманием окружающих он так и не смог спасти Лукава и Аланика, так что причин оставаться у него не было. Так что он просто собрал вещи, включая крупные кристаллы маны, что так и не смог продать, и телепортировался как можно дальше на юг.

Да уж, век живи, век учись. В следующий раз он не станет продавать добычу в Князевых Дверях — и вообще в одном месте. Вероятно, стоит отправиться в Корсу и Эльдемар — в крупных городах никого не удивишь большими партиями кристаллов, да и магазинов там должно быть больше. Хотя Сиория подойдет еще лучше — ну, когда он наконец решит вернуться туда — и крупный город, и магический центр континента.

Но и в этом цикле не все еще потеряно — ему есть чем заняться и вне Князевых Дверей. Например, искать другие паутины аранеа и договариваться с ними. Он помнил, что они разбросаны по всему континенту, но вот точного местоположения — кроме разоренного гнезда под Сиорией — не знал. И пусть он даже пока не готов иметь с ними дело — потратить цикл-другой, чтобы найти все паутины и выяснить, насколько они дружелюбны и готовы к сотрудничеству, не помешает. Если верить Копью Решимости, они вряд ли нападут просто за попытку поговорить. Ведь современные аранеа — потомки тех, кто обрел силу, торгуя с людьми, так что большинство едва ли будет против сделать это снова.

Поставив себе новую цель, Зориан телепортировался в Эльдемар, столицу королевства, чтобы посетить библиотеку Общества Картографов. Ее собрание карт не знает равных, и по большей части открыто для ознакомления — если ничего не портить, то платить нужно только за те карты, что хочешь скопировать. В прошлый визит в столицу Зориан провел в их библиотеке несколько дней, переходя от полки к полке в поисках интересных карт, и пообещал себе вернуться сюда, если будет возможность. Что же, причина ничуть не хуже других.

— Искренне надеюсь, что вы пишете не на нашей карте, молодой человек, — раздалось из-за плеча. — Потому как это, несомненно, будет расценено как порча имущества.

Зориан подпрыгнул от неожиданности — он так увлекся, что не заметил приближения библиотекаря. Посмотрел на исписанную карту на столе, обложенную стопками картографических планшетов, путевых журналов и атласов, затем перевел взгляд на старого бородатого смотрителя.

— Нет, — ответил он. — Это самая дешевая карта Эльдемара, что я нашел в магазине по пути сюда.

— Хмм. Ты не против, если я спрошу, над чем ты работаешь? Здесь нечасто встретишь столь молодого посетителя, тем более — столь увлеченного исследованием.

— Я хочу найти колонию аранеа, — сказал Зориан, не видя смысла в обмане.

— А аранеа — это…?

— Магические говорящие пауки.

— А. Похоже, увлекательный проект, — сказал старый библиотекарь. — Не буду мешать. Дружеский совет — замечу, что скопировать нужные карты у нас, вероятно, вышло бы дешевле. Общество Картографов не гонится за прибылью, так что мы стараемся держать цены как можно ниже.

— Я буду иметь в виду, — ответил Зориан. — А раз уж мы заговорили о копиях… как думаете, я могу научиться копировать документы, или это охраняемый секрет?

— Это не секрет, — заверил его библиотекарь. — Общество стремится сделать карты общедоступными, так что мы не храним монополию на этот вид магии.

— О, отлично, — сказал Зориан. Он знал несколько способов скопировать документ, но они основывались на анимации писчих принадлежностей. Способ откровенно не подходил для изображений, и даже тексты копировались чересчур долго. Заклятье же Общества Картографов за один раз создавало безупречную копию документа вплоть до мельчайших подробностей. — Означает ли это, что вы можете обучить меня этому заклинанию?

— Боюсь, наша библиотека не предоставляет подобных услуг. Но если ты посетишь центральное отделение, то там можно записаться на начальные курсы картографической магии — картирование, работа с картами и поиск по картам, как то, что ты делаешь сейчас, — сказал библиотекарь. — Цены весьма доступны, и это, вероятно, пригодится тебе в поиске этих твоих "аранеа".

Зориан задумчиво хмыкнул.

— Думаю, я попробую, — сказал он. Благодаря своему опрометчивому поступку в начале цикла, он не был стеснен в средствах, и все равно собирался задержаться в Эльдемаре еще на несколько дней.

Библиотекарь вскоре оставил его, и Зориан вернулся к работе над картой. Пока у него не было никаких свидетельств, но он выделил несколько мест, где стоит поискать поселения аранеа. Корса, Жатник, Гозд и Падина — крупные города с собственным спуском в Подземелье, куда легко добраться из Сиории, центра экспансии аранеа. В одном из них обязательно найдется поселение, и, возможно, если он вежливо попросит (или задобрит их взятками) они скажут ему, где искать остальных. Корса выглядела особенно подозрительной — в городе наличествовала серьезная текстильная промышленность, в числе прочего выпускающая спецодежду из паучьего шелка. Большая часть материала поступала из Сиории, что неудивительно — там производилась львиная доля паучьего шелка — но по крайней мере часть добывали на местах… у "практически безобидных гигантских пауков, обитающих в этом регионе".

Ага. Совсем не похоже на колонию аранеа.

Зориан сделал пометку в блокноте — проверить все поселения, производящие паучий шелк, и решил закончить на сегодня.

Он пробыл в Эльдемаре пять дней, хотя сказать по правде — все, что нужно для поиска аранеа, он выяснил уже к третьему дню. Оставшиеся два дня он отдыхал и мысленно готовился к предстоящему. Приближающаяся встреча с другим племенем аранеа вгоняла в тоску — он слишком хорошо помнил, что стало с прежними аранеа, с которыми он сблизился — а идти к племени телепатов с такими настроениями явно не стоило. Он постарался отвлечься, посещая достопримечательности столицы и заглядывая в магические магазины.

Только заглядывая, ничего не покупая — Эльдемар оказался чертовски дорогим городом. Все, от номера в гостинице до и так недешевых магических реагентов, стоило куда больше, чем в других городах. "Высокое качество требует больших вложений", — уверяли торговцы. Чушь собачья. Как он подозревал, все дело в том, что средний житель столицы просто богаче провинциала и готов заплатить больше. Множество театров, картинных галерей и музыкальных залов свидетельствовали, что жители столицы с готовностью тратили деньги.

При всем при том, город был хорош. Упорядочен. Огороженный королевский квартал был недоступен для простолюдинов вроде него, но это не означало, что власти бросили город за пределами стен на произвол судьбы. Зориан нигде не видел откровенных трущоб — все здания были ухожены, а улицы чисты. Полиция патрулировала весь город, иногда даже совместно с вооруженными солдатами.

Поспрашивав местных, он узнал, что за безопасностью здесь следили всегда. Еще со времен Войн Раскола Эльдемар был любимой целью террористов — и как минимум один из них сумел устроить городской пожар. От огня пострадали множество важных зданий, включая магическую академию Эльдемара и ее библиотеку. К моменту, когда город был восстановлен, большинство магов и профильных организаций перебрались в Сиорию, окончательно превращая ее в магическое сердце континента. Кажется, жители Эльдемара все еще не простили их за это. Так или иначе, после пожара меры безопасности были усилены, и так и не ослаблены впоследствии. Даже местное подземелье было методично зачищено и преобразовано в нечто более подконтрольное. Спускаться в подземелье в столице было запрещено, вместо этого королевская семья несколько раз в год направляла туда солдат, уничтожать все сколь-нибудь опасное.

То есть он мог вычеркнуть Эльдемар из списка возможных обиталищ аранеа. Если тут и была колония, ее наверняка уничтожили или изгнали. И теперь он понимал, почему целью заговорщиков была Сиория, а не Эльдемар, хоть в столице и находились королевский дворец, сокровищница и здания правительства — куда более желанные цели для врагов государства. Город был слишком хорошо защищен, и подобная масштабная акция здесь была просто невозможна.

Он все-таки посетил курсы Общества Картографов. Точнее, он доплатил и получил личного инструктора, чтобы сэкономить время. Маг, присланный Обществом, приятно удивил Зориана — молодой человек был вежлив и последователен в обучении. Приятное разнообразие на фоне учителей, с которыми обычно приходилось иметь дело. Они провели всего три занятия, но этого хватило, чтобы освоить множество специализированных заклятий, далеко не все из которых работали с привычными бумажными картами. Зориану особенно понравилось заклятье, проецирующее иллюзорную модель окрестностей над ладонью заклинателя — он вдоволь с ним поигрался.

Его подмывало провести здесь остаток цикла, возясь с картами и гуляя по столице, но он не стал. Перед ним стояла задача, а отпущенное ему время неумолимо сокращалось. Вечером пятого дня он собрал вещи и направился в Корсу, искать аранеа.

Корса была большим городом — третьим в королевстве после Эльдемара и Сиории. И хоть Зориан и не сомневался, что где-то здесь живут аранеа, на поиски в Подземелье уйдут годы. Так что он не стал даже пытаться. Вместо этого он пошел к местному производителю шелка и прямо попросил представить его аранеа.

Тот заявил, что не понимает, о чем Зориан говорит, и выкинул его из магазина, сказав больше не возвращаться. Жестко. Впрочем, он и не ожидал, что торговец согласится. Ему нужно было, чтобы тот передал своим партнерам-аранеа, что в городе странный парень, спрашивающий о них. И если местные аранеа хоть немного похожи на родичей из Сиории, они тут же этим заинтересуются. Ему не придется искать паучих — они сами его найдут.

Им потребовалось меньше двух дней.

Поздним вечером второго дня в Корсе Зориан ощутил в своем радиусе присутствие аранеа. Учитывая, что он сидел в траве на пригорке за городом, и вокруг не было ничего важного, можно было не сомневаться — это за ним.

[Приветствую,] — телепатически передал Зориан. — [Меня зовут Зориан Казински. Я пришел торговать.]

Разум аранеа все еще был чужд и странен для него, но эту эмоцию он разобрал — паучиха была потрясена до глубины души.

[Ты Открыт?] — спросила аранеа несколько секунд спустя.

[Да,] — подтвердил Зориан. Он решил не упоминать аранеа Сиории и свою связь с ними — вдруг они враждуют или еще что-нибудь. — [Могу я узнать, с кем разговариваю?]

[Я — Искательница Восьми Универсальных Путей, из паутины Клинков Глубины,] — передала аранеа. — [Ты можешь звать меня просто Искательница.]

[Значит, Искательница. Прежде всего, я хотел бы извиниться за способ, которым привлек ваше внимание — я просто не знал, как с вами связаться. Надеюсь, я не вызвал серьезного беспокойства,] — сказал Зориан. — [И надеюсь, что несмотря на не самое удачное начало, мы сможем договориться.]

[Боюсь, я не в праве говорить за всю паутину, так что ничего не могу обещать. Моей задачей было просто найти тебя и доложить паутине о результатах,] — откликнулась Искательница. В переводе с дипломатического — она должна была выпотрошить его память и узнать, что ему нужно, но из-за того, что он сам психик, план поменялся. — [Впрочем, я уверена, что столь незначительный инцидент будет забыт, если в будущем ты не станешь нас так пугать. Чтобы мне было что доложить матриарху — чем ты собираешься торговать?]

[Я ищу знаний и тренировки,] — сказал Зориан. — [Точнее, мне нужна помощь в освоении сил психика.]

[Но ты и так довольно искусен,] — заметила Искательница. Она направила слабенький щуп в обход защит Зориана, но тут же отступила, когда он жестко отразил вторжение. — [Мало кто из людей столь свободно говорит телепатически, и еще меньше тех, кто заметил бы мою попытку.]

[Вы мне льстите. Мы оба знаем, что в ментальных искусствах я все еще новичок,] — сказал Зориан. — [Я хочу продвинуться дальше основ. По меньшей мере, мне нужно уверенно освоить телепатический бой и манипуляции с памятью.]

Искательница передала вспышку удивления и неуверенности — Зориан так и не понял, что это означало. Какое-нибудь ругательство аранеа?

[Ты действительно амбициозен, маленький человек,] — сказала она. — [Надеюсь, ты понимаешь, сколь многого просишь. Не думаю, что это понравится главам. Что ты предлагаешь взамен?]

[У меня есть несколько магических предметов, которые, думаю, будут вам полезны. В том числе те, что позволяют говорить телепатически на больших расстояниях. Я сам изобрел их и изготовил, так что могу доработать схему по вашему запросу. И, поскольку я неплох в магии, я могу выполнять задачи, в которых требуется человеческая магия. Наконец, я владею важной информацией, которую мы можем обсудить позже — подозреваю, она вас очень заинтересует.]

Аранеа замолчала, переваривая принятое, затем ответила неуверенным согласием.

[Понятно,] — сказала Искательница. — [Как я уже сказала, я не вправе заключать сделки, но я передам твои слова матриарху. Следует ли мне передать что-то еще?]

[Эм, нет. Я только хотел узнать, как мне связаться с вами в будущем?]

Искательница замолчала на несколько мгновений, потом передала ментальную карту нижних уровней канализации Корсы — три места были отмечены синими солнышками.

[Ты можешь просто прийти в одно из этих мест, но, пожалуйста, прояви терпение. Вероятно, мы будем готовы встретить тебя не ранее, чем через пару дней — и поспешность будет говорить не в твою пользу.]

[Хорошо,] — согласился Зориан. Ему не хотелось торчать в Корсе, ожидая их решения; к счастью, ему и не требовалось. Он даст им средство связи, и заодно продемонстрирует качество своего товара — сразу двух зайцев.

Он достал из кармана крупный деревянный диск и положил на землю.

[Это телепатическое реле,] — сказал он Искательнице. — [Тот, кто коснется его, сможет говорить с носителем парного диска — вне зависимости от расстояния. В данном случае парное реле у меня. Я не задержусь в Корсе надолго, так что используйте его, когда примете решение.]

[Я не понесу потенциально опасный предмет в поселение,] — ответила Искательница. — [Но, полагаю, его можно унести куда-нибудь в дальний угол подземелья, где на него никто не наткнется. Прощай, Зориан Казински. Если получится, мы встретимся через несколько дней.]

Пока Клинки Глубины решали, принимать или нет его предложение, Зориан тоже не терял времени — он покинул Корсу и направился дальше, в поисках других поселений аранеа. Увы, хоть другие колонии и размещались под менее крупными городами, найти их оказалось куда сложнее. К моменту, когда Клинки Глубины наконец связались с ним, он нашел только одну колонию. Прославленные Собиратели Самоцветов жили под небольшой деревушкой недалеко от Тиклина и, хоть и встретили его вежливо и дружелюбно, сразу сказали, что по договору с жителями деревни торгуют только и исключительно с ними. Досадно. Впрочем, они с готовностью назвали ему местоположение пяти других паутин в ближайших окрестностях — из тех, кто мог согласиться на его предложение — так что это все равно был успех.

Однако, прежде чем он навестил хоть кого-то из этого списка, Клинки Глубины наконец-то передали, что готовы заключить сделку. В этом цикле оставалось всего полторы недели, так что едва ли он успеет что-то от них получить — но Зориан все равно отправился на встречу.

Вот только прибыв на условленное место, он обнаружил всего двух аранеа, что было очень подозрительным. Весь его скромный опыт общения с паучихами свидетельствовал, что их должно быть как минимум три — переговорщик и два телохранителя. Матриарх Сиории не являлась без как минимум четверых стражей — и это на встречу с ним, кого она знала и не опасалась. Прославленные Собиратели Самоцветов пришли на встречу ввосьмером.

Его худшие подозрения подтверждались — аранеа сказали, что они лишь проводники, которые отведут его на место настоящей встречи. Все это настораживало, тем более, что аранеа повели его вниз, в глубины подземелья под Корсой. Слишком глубоко, на его вкус.

— Ну все, хватит. Дальше я не пойду, — громко сказал Зориан, не утруждаясь телепатической речью. Его голос гулко отразился от стен огромной пещеры, сопровождающие аранеа вздрогнули.

[Пожалуйста, потерпи,] — нервно сказала одна. — [Мы почти пришли. Еще немного, и будем на месте.]

— Тогда вы можете просто сходить и привести их сюда, — ответил Зориан. — Мы можем поговорить и здесь… если вы не заманиваете меня в ловушку.

Они сжались при его словах — и это сказало Зориану все, что следовало знать. Он едва успел влить ману в заклятье ментального щита, впечатанное в медальон под рубашкой, как сдвоенная ментальная атака обрушилась на него, словно кувалды. Он немедленно ударил в одну из аранеа перезаряженным магическим снарядом, буквально размазав ее. Разум паучихи угас, он больше ее не чувствовал.

Вторая аранеа, поняв, что не сумеет вовремя пробить ментальный щит, прыгнула на него, обнажив клыки. И бессильно отлетела назад, отброшенная магическим щитом. Зориан выхватил жезл из-за пояса и направил на нее.

— Почему? — спросил он. — Скажи мне, и, возможно, я не испепелю тебя на месте.

Она не отвечала. Через секунду Зориан, к своему стыду, осознал, что она просто не может — глухой ментальный щит полностью отрезал его от телепатии. Он ненадолго приглушил щит, держа паучиху на прицеле.

[Пожалуйста, я ничего не знаю!] — мысленно взмолилась она. Зориан был готов к атаке через мысленную связь, но она даже не пыталась. Панический страх полностью захватил ее. — [Я просто должна была отвести тебя, никто не объяснил мне причин! Пожалуйста, не убивай меня, я не хочу умирать!]

Зарычав, Зориан ткнул в нее засветившимся жезлом. Он ощутил вспышку ее страха, она скрипуче вскрикнула и сжалась, ожидая смерти… потом замерла, когда вокруг нее просто появился прозрачный силовой купол.

И тут Зориан ощутил двух аранеа, приближающихся с той стороны, куда его вели "проводники". И еще, потом еще…

Срань. Похоже, проводники успели предупредить основные силы. Он яростно посмотрел на уцелевшую паучиху, заставив ее сжаться еще сильнее, и побежал в сторону выхода. Он знал, что люди бегают быстрее аранеа, так что он может просто…

Прямо по курсу, отрезая путь, проявились отметки восьмерых аранеа.

Зориан проклял свое невезение и затормозил, пытаясь найти выход. Его мысленный щит не протянет долго против… шестнадцати аранеа?! А, нет, восемнадцати, просто две отстали от остальных.

Удары шести аранеа врезались в его защиту, не пробив, но заставив покачнуться — перед глазами поплыло, ноги стали ватными. На миг мелькнуло отстраненное удивление, почему атакуют только шесть — потом он вспомнил объяснения Новизны. Если слишком сильно бить по мысленному щиту, можно повредить то, что под ним.

Атака с семи сторон. Его щит держал, но уже из последних сил — сам же он упал на колени.

Они не пытались убить его. Конечно нет, зачем им это? Они хотели захватить и…

Он едва не отрубился, когда удары девяти паучих смяли его защиту, как яичную скорлупу, и вонзились в его беззащитный разум. Мучительная боль ослепляла, изгоняя все мысли, не давая сосредоточиться. Ему нужно было что-то сделать, он точно знал, что должен, но хоть убей — не помнил, что именно…

Он ощутил, как одеревенели мышцы — кто-то чужой захватил власть над его телом и потянулся к памяти, за его знаниями. Он… должен… что-то… должен…

Внезапно в мозгу возникла отчетливая картинка — два ожерелья на его шее, одно — с защитным заклятьем, так и не спасшим его, а второе…

В голове прояснилось, теперь он знал, что должен сделать. Активировать кольца самоликвидации. Он ощутил чужую панику — аранеа поняли его намерение; еще три удара разорвали течение его мыслей. Они были куда слабее, чем те, что пробили его щит, но для незащищенного разума ощущались, как раскаленные ножи, вонзающиеся в мозг. Он сумел удержать нужную мысль — он должен во что бы то ни стало активировать кольца. Под ударами раскаленных ножей он забыл, что это за кольца, забыл, зачем ему это, но он помнил, что должен сделать. Должен… должен…

Едва ощутимый импульс маны коснулся колец на цепочке — и мир вспыхнул светом и жаром.

А потом была темнота.

Как и много раз до того, Зориан проснулся в своей комнате в Сирине. Однако в этот раз он проснулся не из-за прыгнувшей на него Кириэлле, и за окном было не утро — был вечер.

Ну, и еще у него просто раскалывалась голова. Еще одно существенное отличие.

Внезапно дверь открылась и в комнату неуверенно, словно опасаясь того, что может увидеть, заглянула знакомая голова. Зориан сощурился — без очков все было размытым — и внимательно посмотрел на Кириэлле.

У нее же почему-то удивленно расширились глаза. Он потянулся к ее мыслям, чтобы узнать в чем дело, и…

— Оу, — простонал он. Да, похоже, этого делать не стоило.

— Мам! Он пришел в себя! Он проснулся! Он проснулся! — закричала Кириэлле, оглушительно топая по лестнице. Зориан поморщился и попытался вспомнить, что же произошло. Как, проклятье, он умудрился сотворить с собой такое в самом начале цикла? Последнее, что он помнил, было…

Внезапно воспоминания нахлынули волной, принеся с собой новую вспышку боли — он вспомнил все. Ну, не буквально все — его память после схватки с "проводниками" была перемешана и размыта — но достаточно, чтобы понять, что произошло.

Эти гребаные вероломные твари!

— Зориан?

Голос матери заставил его вздрогнуть от неожиданности, возвращаясь к реальности.

— Э… я… почти в порядке, — пробормотал он. — Адски болит голова, но не думаю, что это что-то серьезное. Можешь подать мне очки?

Стекла вновь сделали мир отчетливым — теперь он видел, насколько обеспокоена смотрящая на него мать. Он мысленно поморщился. Он знал, что произошло, но лучше будет притвориться…

— Что со мной случилось?

— Ты не просыпался, — ответила мать. — Не поверишь, как ты перепугал Кириэлле — утром она прибежала с вытаращенными глазами, крича, что убила тебя. Ну, ты очевидно не был мертв, но что бы мы ни делали, мы не могли тебя разбудить. Мы вызвали врача, но он не нашел причину. По его словам, ты просто неожиданно впал в кому.

Зориан медленно кивнул. Звучало логично. Клинки Глубины здорово его… стоп, что там было в начале?

— Убила меня? — переспросил он.

— Ничего такого я не говорила! — возразила Кириэлле, входя с тарелкой супа в руках. — Мама просто придумывает! Я только… эм…

— Расслабься, Кири, — вздохнул он. — То, что ты прыгнула на меня, не могло вызвать такой эффект.

Судя по воцарившемуся молчанию, он явно сказал что-то не то. В чем…?

Ох. О черт.

— Как ты узнал, что я это сделала? — спросила Кириэлле.

— Потому что… ты всегда это делаешь? — предположил Зориан. Мозг все еще отказывался работать нормально. Наверное, поэтому он и прокололся. — О, суп? Это мне?

— И вовсе не всегда, — надулась Кириэлле, сунув ему тарелку. Фух, кажется, обошлось. Хотя мать смотрит с подозрением.

Набросившись на еду — аранеа истерзали его разум, но желудок был в порядке, а он весь день ничего не ел — Зориан задумался над сложившейся ситуацией. Этот цикл, судя по всему, потерян. Головные боли будут явно преследовать его не одну неделю, постепенно сходя на нет, а с больной головой от него никакого толка. Ко всему прочему, он сомневался, что мать после такого инцидента отпустит его в академию, так что из Сирина он может разве что сбежать. Вероятно, в этом месяце лучше всего отдохнуть и подлечиться, а также проверить, не осталось ли в голове никаких поганых сюрпризов или необратимых последствий нападения.

Он перевел взгляд на мать и Кириэлле — те обеспокоенно смотрели на него, словно он мог в любой момент снова впасть в кому — потом на пустую тарелку в руках.

— Так, — сказал он, — а добавки у вас, совершенно случайно, не найдется?

Как он и подозревал, мать и слышать не хотела о возвращении в академию сразу после необъяснимой комы и настаивала, чтобы он остался дома. С другой стороны, она и отец собирались через три дня выехать в Кос, и она вовсе не хотела откладывать поездку. Поскольку Зориан меньше всего на свете хотел побыть в обществе родителей (сейчас мать была на удивление добра к нему, но едва ли эффект сохранится дольше пары дней), он полностью поддерживал ее первоначальный план и был готов остаться дома один.

В итоге мать и отца не пришлось долго упрашивать. Зориан пообещал, что пробудет дома как минимум месяц, прежде чем вернется в академию; соседи взялись время от времени заглядывать, чтобы убедиться, держит ли он слово. А, ну и Кириэлле оставили с ним — но теперь это его уже не напрягало.

Что интересно, в этот раз он впервые с начала временной петли поговорил с отцом. Хватило одного ехидного комментария про "слабого, теряющего сознание сына", чтобы вспомнить, почему он не делал этого раньше. Если повезет, то в следующих циклах ему не придется с ним общаться.

Месяц тихо прошел за лечением и отдыхом. Кириэлле поначалу энергично взялась "выходить его", но ее хватило буквально на пару дней, после чего она махнула рукой и свалила всю готовку и работу по дому на него. Он не возражал — она хотела как лучше, но умела готовить лишь подгорелое мясо да недоваренные яйца. Зато с ее точки зрения, это означало, что он снова в порядке, и она вскоре стала приставать, чтобы он научил ее магии. От нечего делать, он согласился. По крайней мере, к магии она относилась с большим усердием, чем к готовке.

Когда цикл приближался к концу, Зориан наконец вздохнул с облегчением. Он не обнаружил никаких долговременных последствий ментального нападения. Мерзкие головные боли достаточно быстро утихли — к третьей неделе он был в полном порядке. После второй недели он мог свободно пользоваться силами психика, и в памяти не было пробелов — даже воспоминания о последних ударах сложились в стройную картину к концу первой недели, хоть самый конец было трудно понять из-за сумеречного состояния. Пакет памяти матриарха, к счастью, тоже не пострадал, дожидаясь момента, когда он сумеет его правильно открыть.

Ему повезло. Все могло кончится намного хуже. Неизмеримо хуже. Не сумей он вовремя активировать кольца…

И все же — это тоже опыт. Ему просто нужно лучше готовиться к посещениям аранеа в следующих циклах. Прославленные Собиратели Самоцветов дали ему наводку на пять племен — не могли же они все оказаться вероломными подонками, ведь так? Но при том ему следует готовиться намного тщательнее, чтобы события прошлого цикла больше никогда не повторились.

Если еще одно племя аранеа задумает напасть на него — он покажет им, какую чудовищную ошибку они совершили.

Глава 36. Битва умов

И наконец отдых длиной в месяц подошел к концу. Последние часы цикла Зориан провел с Кириэлле, на летнем фестивале в Сирине. Кири была в восторге — ни на одном фестивале раньше ей не позволяли бодрствовать так поздно, да еще и на улице. Он же, сказать по правде, не разделял ее восхищения — летний фестиваль в Сирине, как обычно, был невыразимо уныл. Зориан уже почти что хотел, чтобы сюда явились ибасанские захватчики — хоть какое-то разнообразие.

Ну ладно. Нет, на самом деле он этого не хотел. Просто весь праздник был крайне скучен, вот и все.

В любом случае, с началом нового цикла (традиционно открытого утренним прыжком Кириэлле) он решил вновь попытаться наладить контакт с аранеа и обучиться у них магии разума. В прошлый раз вышло, мягко говоря, не очень, но потом был целый месяц работы над ошибками, и теперь он готов попытаться вновь. Ну, конечно же, не прямо сейчас — он же не собирается немедленно телепортироваться к ближайшему поселению. Он и близко к ним не подойдет, пока не подготовит все необходимое и не отработает тактику. Соответственно, Зориан начал цикл так же, как и большинство предыдущих, отправившись в Князевы Двери.

Прибыв в город, он прежде всего озаботился двумя вещами. Во-первых, он спустился в подземелье и собрал все кристаллы маны, что он помнил… и ни одного не продал — ни в Деревне Старателей, ни в городе наверху. В этот раз он надеялся обойтись без фурора и нескончаемых попыток шпионажа. Во-вторых, он спас от убийц Лукава и Аланика — хоть в этом цикле и не собирался учиться у жреца. Одна из причин его поступка была сугубо сентиментальной — они оба многим помогли Зориану, и оставить их умирать, когда он мог это предотвратить, было просто неправильно — хоть их спасение, учитывая временную петлю, и было бессмысленно. Другая причина заключалась в том, что это давало ему сравнительно безопасный боевой опыт. Он знал, что может выстоять против зомби-вепрей, атаковавших Лукава, и против группы, напавшей на храм Аланика — но это по-прежнему были схватки насмерть, требовавшие полной отдачи.

Когда-нибудь, когда аранеа наконец обучат его своему искусству, он захватит двух магов, нападавших на храм, и прошерстит их память — вдруг они знают что-то важное? Пожалуй, и нескольких стрелков — тоже…

Но не стоит забегать вперед. Не будем считать цыплят до осени — вопрос сейчас не в том, как использовать магию разума, а в том, как вообще добиться, чтобы его этой магии обучили.

И первая и самая очевидная проблема — что делать, если все опять пойдет наперекосяк. Сколько бы он ни страховался, всегда остается шанс, что он переоценит себя — или что его застанут врасплох. Технически, на этот случай у него есть кольца самоликвидации, но схватка с Клинками Глубины продемонстрировала ему, как долго он тянет, прежде чем обратиться к ним. Ему следовало не ждать до последнего, а подорвать себя еще в момент, когда он понял, что выход перекрыт. Он мог придумать множество оправданий, но все они сводились к простой истине: он не хотел умирать. Его инстинкт самосохранения силен — и противится осознанному решению убить себя… хоть чисто логически он и понимает, что эта смерть не окончательна. Вот он и колебался, пока не стало несомненно, что ему не спастись — и это промедление едва не стоило ему всего.

При всем при том Зориан вовсе не хотел поломать себе психику, приучившись убивать себя — это явно не самая полезная привычка, особенно когда он вырвется из временной петли. Так что оставались два варианта решения проблемы. Во-первых, настроить самоликвидаторы на автоматическое срабатывание при определенных условиях. И во-вторых — расширить свой выбор на случай провала — чтобы не приходилось либо биться насмерть, либо убивать себя. Ему нужен способ сбежать с поля боя.

Автоматическое срабатывание казалось перспективным, к тому же Зориан уже имел дело с подобными схемами, изучая обереги — защиту, как раз и построенную на активации при выполнении заданных условий. К сожалению, если условия для большинства оберегов были сравнительно просты — вроде "к объекту прикасается человек" или "незарегистрированное живое существо пересекает границу" — то подобрать триггер, который убьет его в случае вмешательства в разум, но не сработает при обычной телепатической беседе, или от удара по голове, или от головокружения, или тысяч других неопасных воздействий… Даже если он сумеет создать нечто столь изощренное, ему еще придется мучительно долго проверять надежность полученной схемы. Проверять с помощью доверенного помощника-аранеа, что, по сути, лишает этот вариант всякого смысла.

Так что он решил жульничать. Вместо сложного, отлаженного сочетания условий — простой, как кувалда, триггер. Он настроил кольца на взрыв в случае потери сознания или острой головной боли… но только в активированном состоянии. В обычной жизни схема будет отключена, чтобы не срабатывала почем зря, но при первых же признаках опасности он включит ее. Не самое изящное решение, но пока сойдет. Еще бы не забыть выключить ее, когда опасность минует. Будет очень неловко взлететь на воздух только потому, что лег спать.

Закончив с этим, он переключился к способам отхода. Он рассмотрел все варианты — научиться у Лукава превращаться в горного червя или другое подземное существо, заклинания изменения, прокладывающие новые пути и создающие подземные убежища, смену фазы, ускоряющую магию и многое другое. Но чтобы он ни обдумывал, мысли неизменно возвращались к телепортации. Вершине магии движения, затмевающей все неуклюжие подобия. Если бы он мог как-то защититься от воздействия Подземелья и телепортироваться прочь, он бы просто не попал в западню Клинков Глубины, и вопрос самоликвидации даже не стоял бы перед ним.

К счастью, за месяц отдыха Зориан нашел способ обойти проблему воздействия. Так что прежде, чем спускаться в туннели, он превратил один из валунов у входа в якорь заклятья возврата.

Заклятье возврата как раз и было создано для быстрого отступления, а связь между заклинателем и его якорем позволяла даже телепортироваться из-под воздействия блокирующего оберега. Во всяком случае — простого оберега, препятствующего расчету, а не блокирующего вообще любые пространственные техники. Так что Зориан полагал, что заклятье прекрасного выдернет его назад к якорю и в условиях подземной интерференции.

И, в целом, он оказался прав — вот только после определенной глубины воздействие на связь становилось слишком сильным, и она обрывалась. Зато до этой границы заклятье работало безупречно, немедленно возвращая его на поверхность. Доступная глубина его совершенно не устраивала, но он был уверен, что сможет укрепить связь. Еще два дня он потратил, чтобы, используя все, что он знает о магических метках и заклинательных формулах, создать мощный якорь возврата — способный выдернуть его назад с любой глубины, сквозь любую толщу камня. Ему удалось, хотя теперь для якоря годились только крупные объекты, на которые можно нанести всю новую формулу. Ну и ладно, для его целей от якоря и не требуется особой мобильности.

Удовлетворенный успехами на обоих направлениях, Зориан потратил остаток недели на разработку всевозможных магических предметов и ловушек… в том числе более боеспособной версии своего деревянного голема. Големы, не имея собственного разума, практически неуязвимы для телепатических искусств аранеа, так что он собирался взять его с собой под видом носильщика. Вообще-то это и будет скорее носильщик — его изделие все еще очень далеко от смертоносного, мобильного узла оберегов, какими являются настоящие боевые големы… но все же это очевидно охранный механизм, и аранеа тоже это поймут. С таким стражем за спиной даже самые самонадеянные паучихи дважды подумают, прежде чем нападать.

Или, по крайней мере, он на это надеялся. С другой стороны, он надеялся, что впечатление от голема будет не слишком сильно — если он напугает аранеа, они просто откажутся с ним общаться…

Но хватит переживать попусту. Пора рискнуть. Собрав вещи, он вместе с големом телепортировался к поселению аранеа, что в прошлый раз приняли его дружелюбно. Пора вновь навестить Прославленных Собирателей Самоцветов.

В свой прошлый визит Зориан узнал, что эта колония добывает всевозможные драгоценные камни, в изобилии встречающиеся в местном подземелье, и обменивает их в ближайшей деревне на продукцию человеческих мастеров. Они, по сути, были шахтерами. Они сразу предупредили, что по соглашению с деревней не могут торговать с другими людьми, зато сообщили координаты пяти других поселений, где ему могли помочь. Так как его основной задачей и было выйти на контакт с как можно большим числом поселений, Зориан понял их слова буквально и не стал задерживаться. Но, подумав на досуге, он понял, что сглупил. Запрет на торговлю ничуть не мешал им принимать дары. И ему следовало их преподнести — кроме того, что это могло бы сподвигнуть их помочь ему еще чем-то, нельзя исключать возможности, что сразу после визита они сообщили о нем другим колониям. И в этом случае он определенно предпочел бы положительный отзыв, который был бы куда вероятнее, если ходить в гости не с пустыми руками.

Черт, у него ведь даже был для них идеальный подарок. Хоть он и продал большую часть кристаллов маны, собранных в подземелье под Князевыми Дверями, у него оставался неплохой запас для собственных экспериментов — и подобных ситуаций. Он не сомневался, что Собиратели с удовольствием приняли бы от него кристаллизованную ману — ведь они и сами продавали подобные вещи в деревне, и наличие у них еще парочки не вызвало бы ни у кого никаких подозрений.

Зориан вошел в туннель, ведущий к колонии Собирателей, и передал ближайшему часовому условный сигнал, которому его в прошлый раз научила матриарх паутины. Если аранеа и были удивлены, что человек знает, как правильно выйти на связь и попросить аудиенции, то они ничем это не выдали. Вместо этого к нему вышла матриарх, Та, Что Пожирает Огонь И Видит Злато, и ее эскорт из десяти аранеа. Хех, на две больше, чем в прошлый раз… видимо, он все-таки добился какого-то эффекта, приведя с собой голема. Но, хоть в этот раз матриарх держалась более напряженно, она ничем не возразила на присутствие голема, и, по сути, повторила ту же речь, что и в прошлый раз. Что им лестно его внимание, но они связаны обязательствами и не могут торговать с ним; зато есть множество других колоний, и можно поспрашивать там. Вот только в этот раз она назвала не пять, а восемь поселений. Помимо уже известных ему Жителей Лабиринта Розы, Хранителей Желтой Пещеры, Изысканных Мудрецов, Следующих За Рекой и Просвещенных Поборников, она открыла ему поселения Владеющих Талисманами, Служителей Призрачного Змея и Посвященных Молчащих Врат. Странно. Почему в этот раз список длиннее?

[Три последние паутины чем-то отличаются?] — спросил он.

[А, так ты слышал о них?] — поняла его по-своему матриарх. — [Да, они несколько сомнительны в своих отношениях с людьми и аранеа. Я бы не послала к ним молодого мага вроде тебя, но, думаю, ты можешь о себе позаботиться.]

И выразительно посмотрела на голема.

[Это просто носильщик,] — сказал Зориан.

[Ну разумеется,] — телепатический ответ матриарха окрасился иронией. — [Уверена, глифы на корпусе — тоже просто для красоты. Возвращаясь к нашему разговору — можем ли мы еще что-то для тебя сделать?]

[Вы уже сделали больше, чем я смел надеяться, досточтимая матриарх,] — честно ответил Зориан.

Он приказал голему подойти ближе и, проигнорировав прокатившуюся по собравшимся аранеа волну напряженности, вытащил из его рюкзака коробку. Снял крышку, открыв лежащие внутри кристаллы маны, и положил на землю перед матриархом.

[Пожалуйста,] — сказал он, — [примите этот скромный знак моей признательности за помощь.]

Несколько секунд матриарх молча смотрела на коробку, потом странно задвигалась. А, стоп, она всем телом пытается изобразить покачивание головой.

[Я не могу это принять,] — возразила она.

Зориан нахмурился.

[Уверен, руководство деревни не сочтет подарок нарушением торгового соглашения?]

[Дело не в этом! Сам твой подарок слишком щедр,] — сказала матриарх. — [Их слишком много.]

[Со всем уважением — не соглашусь,] — твердо сказал Зориан. — [Вы тепло встретили и были честны со мной. И хоть вы сами не могли мне помочь, вы указали мне путь. Сказав мне координаты, вы, вероятно, избавили меня от долгих месяцев поиска. Так что это меньшее, чем я могу отблагодарить вас за потраченное время.]

Матриарх молчала. Подождав, Зориан пришел к выводу, что разговор окончен, и пора уходить.

[Так или иначе, думаю, мне пора,] — сказал он. — [До встре…]

[Подожди,] — прервала его матриарх. — [Одна из паутин, о которых я говорила. Просвещенные Поборники.]

[Да?] — заинтересовано спросил Зориан.

[Они посвятили себя совершенствованию психических способностей до самого предела — даже по нашим меркам. В числе прочего это означает, что они крайне заинтересованы в изучении редких случаев — например, аранеа с уникальной способностью… или психика-человека. Ты нужен им ничуть не меньше, чем они тебе — помни об этом, поскольку они наверняка притворятся, что делают тебе величайшее одолжение.]

[…Вот как,] — ответил Зориан. — [Хорошо, что вы предупредили. Благодарю за совет, мудрая матриарх.]

[Право, не стоит,] — сказала она. — [Я просто немного помогла хорошему человеку. К тому же, эти высокомерные Просвещенные Поборники вечно смотрят на нас, простых шахтеров, сверху вниз, считая, что мастерство психика делает их лучше… Я не расстроюсь, если с них слегка собьют спесь. Но хватит о них, я сейчас поняла, что держу гостя на пороге. Если желаешь, я могу показать тебе наше скромное обиталище. И по пути мы сможем еще немного поговорить. ]

Зориан согласился, но сам незаметно активировал кольца самоликвидации.

Просто на всякий случай.

Несмотря на опасения Зориана, предложенный матриархом обход поселения обошелся без сюрпризов. Не было ни внезапных атак, ни холодящих кровь откровений — просто пробежка по туннелям с краткими комментариями. Зориан понял, что ему показывают внешнюю, наименее важную часть поселения… но, поскольку обход был лишь предлогом для разговора и обмена сведениями, не стал поднимать этот вопрос.

Матриарх кратко обрисовала ему другие паутины. Самыми необычными оказались Жители Лабиринта Розы — они никогда не поднимались на поверхность. Большинство аранеа, живя под землей, все равно очень зависели от поверхности — но только не Жители Лабиринта Розы, чья подземная жизнь не находила у других аранеа объяснения. Матриарх не знала, согласятся ли они учить Зориана, но была уверена, что они хотя бы не нападут. Хранители Желтой Пещеры, судя по всему, обнаружили настоящую редкость — подземный грибной лес — и сделали его своим домом. Они ревностно охраняли свою территорию, зная, сколь соблазнителен для всех подземный лес, но их тоже стоило навестить. Изысканные Мудрецы занимались "пряжей", тем, что заменяет аранеа заклинательные формулы — вместо того, чтобы высекать глифы на предметах, они вплетали магию в сложные конструкты из паутины. Зориан не понимал их подход — ведь паутина в любом случае куда более хрупка, чем вырезанный на камне или металле узор — но аранеа действовали именно так. По всей вероятности, из соображений удобства — лапы аранеа не очень-то приспособлены, чтобы что-то долбить и высекать, для этого им пришлось бы пользоваться магией изменения. Сплести паутину куда проще. Следующие За Рекой жили на берегу подземной реки и здорово наловчились делать лодки — и пользоваться ими. Это сделало их мобильнее, чем любая другая паутина аранеа, и позволило собирать куда больше ресурсов. Они активно торговали с людьми, хотя и не знаниями — просто добытыми вещами. И наконец, Просвещенные Поборники. Их территория была бедна ресурсами, так что они не имели дела с людьми — за отсутствием возможности, а не желания — взамен предлагая другим аранеа свое мастерство психиков. Матриарх настаивала, что Поборники завидуют богатству Собирателей, и не удержалась от колкостей об их характере и даже сексуальной потенции. Впрочем, она нехотя признала, что Поборники — при верном подходе — его лучший шанс обучиться.

Зориан никак не ожидал, насколько искусны оказались местные аранеа в вопросах ремесла. Паутина Сиории получала всю ремесленную продукцию от людей, не производя ничего, кроме шелка и частей монстров. Это напомнило ему Новизну и ее мечту овладеть "людской магией ремесла"… но мысли о Новизне вызвали в нем гнев и чувство вины, так что он оставил их.

О трех последних паутинах матриарх знала лишь общие сведения. Владеющие Талисманами, похоже, специализировались на магии, нося на теле металлические диски с выгравированными заклинательными формулами. Служители Призрачного Змея оставили веру в Великую Паутину и поклонялись некоему духу, которого нашли под землей. Посвященные Молчащих Врат владели то ли магией скрытности, то ли телепортацией, а может, и тем, и другим — они проникали в недоступные места и столь же легко ускользали оттуда. У всех трех племен была довольно скверная репутация. Владеющие Талисманами были невероятно жадны до магии, особенно до магических предметов — для Зориана это было либо очень хорошо, либо очень плохо. Служители Призрачного Змея слепо следовали своему духу-хранителю, а сам Призрачный Змей был, мягко говоря, эксцентричен. Посвященные Молчащих Врат были ворами — либо считались таковыми.

Зориан решительно поместил все три паутины в самый конец своего списка.

Со своей стороны, он немного рассказал матриарху о себе — как он учился магии в Сиории, как встретил там аранеа. Как они помогли ему ощутить свою силу психика и учили управлять ею. И о том, что сейчас они все мертвы, истреблены до последней.

[Выходит, подземелья Сиории вновь сменили хозяев? ] — риторически спросила матриарх. — [Что же, полагаю, это неудивительно. Ты не знаешь, какая паутина захватила их?]

[Никакая на данный момент,] — ответил Зориан. — [Их перебили не другие аранеа. Это… было что-то иное. Возможно, некий монстр, пришедший из глубин подземелья. С ними в Сиории последнее время было много проблем.]

[Я слышала что-то подобное от Бегущих Ночью,] — заметила матриарх. — [Но не думала, что все так плохо. Но будь уверен, скоро Сиорию займет новая паутина. Это лакомый кусочек. Нет, не думай, мы, Собиратели, довольны и тем, что имеем — но многие амбициозные племена не упустят выпавший им шанс.]

[Бегущие Ночью?] — переспросил Зориан.

[Аранеа, странствующие между поселениями, торгуя и разнося новости. Их лучше не искать. Бегущие не любят людей. Вся их жизнь проходит на территории людей, и слишком многие пали от магии и пуль. Они не будут рады, если их выследит маг-человек, каковы бы ни были его цели. Быть Бегущим — значит избегать людей, особенно магов.]

[Понятно. Не беспокоить Бегущих, если не хочу драки,] — заключил Зориан.

[Тебе уже случалось драться с аранеа?] — полюбопытствовала матриарх.

[Эм. Вроде того,] — отозвался Зориан. — [Мне тогда изрядно досталось. Кстати говоря, не слышали ли вы о паутине Клинков Глубины?]

[Думаю, нет. Откуда они?]

[Они живут под Корсой,] — ответил он.

[А, тогда неудивительно. Корса очень далеко от нас. Боюсь, паутины аранеа поддерживают контакт лишь со своим ближайшим окружением. Кроме новостей от Бегущих да редких путешественников мы почти ничего не знаем о дальних племенах. Это может показаться странным, но новости людей мы знаем лучше, чем новости аранеа. Так что ты хотел узнать об этих Клинках Глубины?]

[Мы договорились о встрече, но когда я пришел, они напали на меня,] — сказал Зориан.

[Ах,] — негромко отозвалась матриарх. — [Прискорбно это слышать. Подобные вероломные паутины бросают тень на всех нас.]

[Вы не можете объяснить, почему они так поступили?] — спросил он.

[Возможно множество причин,] — матриарх передала мысленный эквивалент пожатия плечами. — [Аранеа далеко не так однородны в вопросах культуры, как люди…] — Зориан едва сдержал смешок при заявлении, что люди культурно однородны. — […а относительная изоляция от других поселений быстро приводит к появлению собственных… особенностей. Возможно, ты чем-то их оскорбил. Возможно, так они проверяют каждого, желающего встретиться с главой. Возможно, они просто алчны и посчитали тебя легкой добычей. Сама я склоняюсь к последнему варианту, но кто знает, как было на самом деле?]

Вскоре после этого разговор стих, и они разошлись. Матриарх пригласила его посетить их после обхода других поселений, что Зориан перевел для себя как "приходи еще и приноси подарки", но, тем не менее, пообещал прийти. Пообещал всерьез — его визит к Собирателям оказался куда продуктивнее, чем он надеялся, и кто знает, что еще матриарх может рассказать ему при следующей встрече. И посетить их перед концом месяца совсем не трудно.

На следующий день он, полный решимости, направился к Жителям Лабиринта Розы.

Матриарх подробно объяснила ему, где искать, и все равно прошел целый день, прежде чем он встретил дозорных. Целый день в темных туннелях, путаясь, сворачивая не туда, возвращаясь — и, конечно, сражаясь с жителями Подземелья. Тот черный огнедышащий жук, чей панцирь не брали ни огонь, ни кинетическая сила, изрядно его напугал; но к счастью, жук был довольно медлителен, и магия холода прикончила его.

Да уж, недаром в названии паутины было слово "лабиринт".

[Зориан Казински из Сиории,] — начала представительница паутины. Местная матриарх отказалась выйти к нему, прислав взамен делегацию. Они не торопились, обсуждая его предложение по закрытой связи в течение почти двух часов, но, судя по всему, наконец пришли к решению. — [Мы обсудили твой запрос и приняли решение. Мы согласны учить тебя нашему Дару, но только на наших условиях.]

[И эти условия…?] — уточнил Зориан.

[На время обучения ты будешь жить с нами. Ты будешь есть и спать в нашем поселении, охотиться вместе с нами, патрулировать территорию — делать все, что и остальные члены паутины.]

Зориан лишился дара речи. Они что, всерьез думали, что он примет такие условия?! Начать даже с того, что рацион аранеа изрядно отличался от человеческого. Но даже игнорируя вопросы снабжения, такой подход требует полного доверия к паутине. Он будет в их лапах целыми днями…

…чего, возможно, они и добиваются. Или они хотят отпугнуть его невозможными требованиями.

[Условия не обсуждаются?] — спросил Зориан.

[Нет,] — ответила представитель. — [Если ты не хочешь вверить себя нам, как ты можешь требовать того же от нас?]

[Мне надо подумать,] — откровенно соврал он. Думать тут было не о чем — ему это совершенно не подходило. Но и грубить тоже не следовало. Кто знает, может, с их точки зрения, они оказывали ему великое благо.

[Не торопись,] — сказала представитель. — [Это серьезное решение. Если надумаешь — ты знаешь, где нас найти.]

[Мне жаль, но мы вынуждены ответить отказом,] — сказала аранеа. — [Возможно, через пару месяцев, если ты будешь все еще заинтересован. Но сейчас мы заняты… ремонтом поселения, и ничем не можем помочь. Надеюсь на твое понимание.]

Зориан смотрел на пару аранеа перед собой. То, что матриарх Хранителей Желтой Пещеры пришла всего с одним стражем, уже было подозрительно само по себе, но ее нервозность… К счастью, было непохоже, чтобы она что-то замышляла, скорее просто напугана и измотана. Как и ее спутница, как и дозорная, которую он встретил первой. Вся паутина по каким-то причинам была на грани паники.

Матриарх смотрела на него, чуть покачиваясь из стороны в сторону, переводя взгляд с него на голема и обратно, словно пытаясь что-то узнать.

[Мне жаль, если я побеспокоил вас,] — сказал Зориан. — [Уверяю, голем просто…]

[Нас не волнует твоя дурацкая игрушка!] — сорвалась матриарх. — [У нас куда более…]

Она вдруг прервалась и пару секунд молчала, прежде чем возобновить связь.

[Извини. Нервы. Пожалуйста, просто уходи. Тебе опасно здесь находиться.]

[Вам кто-то угрожает,] — предположил Зориан. В ответ пришли странные образы и чувства, сложные для понимания, но не безнадежно. [Точнее, что-то. Монстр. Тварь из глубин?]

[Разговор окончен,] — ледяным тоном сказала матриарх. — [Уходи, или я прикажу атаковать.]

[Может быть, я могу помочь?] — рискнул он.

[Нет, не можешь. Тебе здесь не рады. Уходи. Немедленно.]

Что ему оставалось? Он ушел.

[Да.]

[Да?] — удивленно переспросил Зориан. — [Вот так просто?]

Лунная Дорожка, Соединяющая Десять Тысяч Берегов, матриарх Следующих За Рекой, изучающе посмотрела на него.

[Ты ждал другого ответа? Твое предложение заманчиво. Мне совсем не помешают эти телепатические реле, чтобы наладить связь с форпостами. Я давно пытаюсь купить подобные у Изысканных Мудрецов, но эти алчные твари все время взвинчивают цены.]

Серьезно, после всех предыдущих переговоров он бы не удивился, если бы Следующие посоветовались с рекой, а река сказала бы "нет". С его удачей этого следовало ожидать. Но нет, они просто выслушали его и тут же согласились. Их согласие почти что разочаровывало, но не смотреть же в зубы дареному коню.

[Изысканные Мудрецы делают реле? А я-то думал, что добился невиданного прорыва…] — посетовал он. С другой стороны, для аранеа эта идея лежит на поверхности. Было бы наоборот странно, если бы никто из них не пытался.

[Если тебя утешит, то они — единственная известная мне паутина, владеющая этим секретом; и они не хотят делиться,] — заметила Лунная Дорожка. — [Они даже не продают готовые реле, чтобы мы не поняли принцип.]

А, ну конечно — извечная привычка магов ревностно оберегать свои секреты. Успех Икосианской магической традиции во многом объяснялся тем, что она боролась с этой привычкой — общедоступные магические школы, государственные библиотеки, предоставляющие книги молодым магам, проработанные юридически институты ученичества и монополий… И все равно, даже при этом многие маги уносили бесценные знания в могилу, так и не доверившись никому из учеников.

Зориан решил для себя, что если он вырвется из временной петли, то напишет книгу о способностях психика, чтобы подобные ему не мучились, как он, пытаясь овладеть своей способностью. Он не знал, много ли удастся передать в формате книги, но, по крайней мере, он попытается.

Три дня спустя, доставив первую партию телепатических реле и продемонстрировав, что они работают, как заявлено (а также зачаровав от вредителей одну из пещер-кладовых) Зориан наконец встретился с Разум Как Огонь, его новой учительницей менталистики.

[Для аранеа у вас на удивление короткое имя,] — заметил он.

[Имена, что ты слышишь — примерный перевод значения с мысленной речи аранеа,] — ответила она. — [Все имена одинаковой длины, но из-за языковых различий их не всегда возможно перевести кратко. И, по-моему, многие аранеа просто гонятся за пафосным звучанием. Ты готов к уроку?]

[Да.]

[Превосходно. Давай я расскажу, чему я буду тебя учить. Если уже знаешь что-то из перечисленного, или не согласен с расписанием — говори.]

Зориан кивнул, устраиваясь на небольшом стуле и оглядываясь. Комната была на удивление хороша, учитывая, что ее строили глубоко под землей гигантские пауки-телепаты — тут был нормальный стол и стулья, пара резных сервантов (совершенно пустых; улучив время, Зориан заглянул в ящики) и даже две картины с какими-то пейзажами на стенах. Только отсутствие окон и дорогой, явно магический светильник на столе, подсказывали, что он не в городской гостинице средней руки.

Любопытно. У Следующих За Рекой есть комната, обставленная для людей — то есть они достаточно часто принимают гостей с поверхности. Возможно, потом можно будет спросить.

[Прежде всего я собираюсь научить тебя заключать разум в защитную ментальную оболочку. Это простейший и самый затратный способ ментальной защиты, но при этом и один из самых эффективных. Тут все понятно из названия — подобно тому, как твой экзоскелет защищает твои мягкие внутренности…] — леди, кажется, вы не слишком разбираетесь в анатомии людей. — [так и эта техника создает мысленный экзоскелет, укрывающий сокровенные мысли.]

[То есть это, по сути, психический аналог заклятья ментального щита?]

[Покажи,] — потребовала она.

Зориан послушался. Он направил ману в амулет, висящий на шее, и защитный барьер тут же укрыл его разум.

Около минуты учительница молча стояла, не способная обратиться телепатически, но и не дающая сигнала снять защиту. Зориан решил ждать сигнала, но его не последовало — вместо этого через пару минут он снова услышал телепатический голос паучихи.

При том, что ментальный щит все еще был активен.

[Как я и думала,] — самодовольно сказала она. — [Заклятье изящно в своей простоте, но страдает теми же недостатками, что и вся человеческая ментальная магия. В частности, оно не сообщает тебе, когда тебя атакуют. Ты ведь даже не почувствовал, когда я проскользнула внутрь, так?]

[Я чувствую удары, если они достаточно сильны,] — возразил Зориан.

[Это не отклик щита, это проникающий урон,] — фыркнула она. — [Нет, может, это заклятье и послужило тебе в прошлом, но нам оно не подходит. Настоящий мысленный щит, которому я тебя обучу, намного лучше. Он может быть куда мощнее твоего заклятья, и бесконечно более гибок и универсален. Ты сможешь ощущать прощупывание, тонкое, не повреждающее твою защиту, но подсказывающее направление следующего удара. Ты сможешь укреплять или восстанавливать защиту без необходимости отключать ее и начинать сначала. Ты сможешь бить в ответ, не опуская собственную защиту…]

[Звучит здорово,] — сказал Зориан. Он отпустил заклятье, раз уж от него не было толку. — [Но, не сочтите за грубость, я думаю, кое в чем магия людей превосходит ваше искусство.]

[О?]

[Она обычно не требует непосредственного контроля заклинателя, и меньше подвергает его риску ответного удара. Насколько я знаю, у психиков это не так.]

[Верно,] — признала она. — [Но, думаю, недостаток гибкости, присущий заклятьям людей, перевешивает это достоинство. Впрочем, мы и так отвлеклись — когда ты научишься щиту, я покажу тебе, как атаковать в ответ.]

Зориан быстро убедился, что Разум Как Огонь очень серьезно относится к своей работе. Вместо того, чтобы встречаться раз в неделю и показывать лишь необходимый минимум, как он ожидал, она назначила занятия на каждый день и требовала от него полной отдачи. Уроки сводились к тому, что он любовно возводил вокруг своего разума барьер, а потом учительница безжалостно рвала его в клочья, останавливаясь лишь когда его разум оказывался беззащитен. Хорошо, что все-таки решил не активировать кольца самоликвидации, а то они сработали бы в первый же день, реагируя на жуткие головные боли.

И все же ему было грех жаловаться. Ведь именно это он и искал все это время, не так ли? Да, это оказалось куда болезненнее, чем он ожидал, после занятий он часами лежал пластом на кровати — но и куда эффективнее, чем он думал. Его мысленный щит быстро развивался, и после первой недели Разум Как Огонь стала приводить "приглашенных учителей", чтобы он не зацикливался на ее атакующем стиле.

Разумеется, не все шло гладко. Во-первых, подобно Ксвиму, Разум Как Огонь отказывалась переходить к сложным вещам, пока он не овладеет простыми, а ее требования были не менее высоки. Во-вторых, Следующие За Рекой внезапно повысили цену вдвое, затребовав еще десять реле, если он хотел продолжить уроки, а потом послав его убить гигантского крота, угрожающего одному из форпостов. Крот Зориана особо не впечатлил, но, видимо, для аранеа он был грозным противником, учитывая иммунитет к ментальной магии. Эти внезапные требования раздражали, но Зориан решил уступить и с легкостью сделал еще десяток реле, а потом заманил крота на подготовленное минное поле. Как бы ему ни хотелось разорвать соглашение из принципа, он не мог потерять такого учителя, как Разум Как Огонь.

Перед самым концом цикла Зориан вновь посетил Прославленных Собирателей Самоцветов, подарил еще несколько кристаллов маны, невзирая на протесты матриарха, и рассказал о своих похождениях. Они же не сказали ему ничего нового, так что визит оказался напрасной тратой времени.

С началом нового месяца он вновь отправился в Князевы Двери на подготовку, а оттуда — сразу к Следующим За Рекой, решив в этот раз не посещать Собирательниц. Следующие согласились столь же быстро, как и в прошлом цикле, и он вновь встретился с Разум Как Огонь.

Чего, вообще-то, и стоило ожидать. Теперь, когда у него была некая база, она стала давать ему передышки, немного рассказывая о себе и своей паутине. Она была именно учителем ментальных искусств, так что логично, что его доверили ей. Хотя обычно она учила не взрослых, а детенышей аранеа…

Возможно, это гордыня, но то, что его направили к учителю младших классов, изрядно уязвляло.

[Приготовься,] — неожиданно сказала Разум Как Огонь. Передышка завершена.

Зориан быстро возвел мысленный барьер, и удар телепатического шума безвредно омыл его. Подобные удары — простейшая форма телепатической атаки, доступная даже ему. Черта с два такой удар пробьет столь плотный барьер, как у него. С другой стороны, телепатический шум — самая быстрая в подготовке ментальная атака, и учительница всегда начинала с него, рассчитывая застать Зориана врасплох. Раньше, когда он еще не мог создать щит мгновенно, у нее это получалось — но даже когда это перестало работать, она упорно начинала атаку с этого удара.

Сразу после волны шума, по щиту побежали тончайшие булавочные уколы, выискивая слабину в его барьере. Раньше он пытался хитрить и намеренно создавал слабые места, закрывая их перед самым ударом, но быстро убедился, что эта тактика слишком опасна для новичка. Так что сейчас он действовал от глухой обороны.

Вскоре, убедившись, что слабых мест нет, паучиха попыталась создать их сама. Внезапные, концентрированные ментальные удары обрушивались в разные точки щита. Он узнал технику, которой Клинки Глубины прорвали его защиту и истерзали разум. И неудивительно, этот прием, "мысленный шип", как его называли аранеа, специально предназначался для пробивания барьеров. Но, в отличие от того раза, у него была новая защитная техника и всего один противник. Его защита держалась, он успевал восстанавливать и укреплять пораженные участки.

Разум Как Огонь быстро сменила цели, атакуя другие точки щита. Когда же и это не сработало, она продолжила дальше, все наращивая скорость ударов, пока Зориану не пришлось напрягать все силы, чтобы удерживать барьер. Между шипами пошли слабые, прощупывающие атаки, выискивающие трещины после сильных ударов. Зориан отчаянно затыкал дыры и укреплял щит везде, где ощущал уколы, пока град ударов не стих.

Успех. Обычно его барьер обрушивался на этом этапе. Может быть теперь она…

Чудовищное телепатическое давление обрушилось со всех сторон, сжимая его защиту, словно гигантские тиски. Прием, незатейливо, но точно названный "сокрушение разума", сомкнулся вокруг его барьера, словно рука в латной перчатке — вокруг мыльного пузыря. И, ослабленный шквалом прежних атак, его щит лопнул, как тот мыльный пузырь. Зориан испытал вспышку слепящей боли, но тут учительница поняла, что победила, и прекратила давление.

— Вашу ж мать, — вслух прорычал Зориан. — Обязательно было заканчивать этим приемом?

[Да,] — просто сказала Разум Как Огонь.

— Угх, — выдохнул Зориан.

[Пять минут отдыха, потом второй раунд,] — сообщила она.

— Беру назад все хорошее, что я о вас думал, — ответил он. — Вы просто воплощение зла.

[Другие мои ученики с тобой согласны. Меня не просто так зовут Разум Как Огонь,] — ответила она. — [Осталось четыре минуты.]

Проклятье.

Глава 37. Размеренным шагом

С каждой прошедшей неделей уроки Разум Как Огонь становились все скучнее. Да, они по-прежнему шли в копилку его навыков ментального боя, но были невыносимо однообразны и давали все меньший эффект. К тому же его защита уже уверенно держала атаки учительницы, так что уроки больше не заканчивались убийственной головной болью и желанием лечь и ничего не делать. Теперь занятия испытывали только его терпение, оставляя его утомленным и раздраженным, но вполне дееспособным.

Он принял решение. Раньше он так и не обошел все известные ему паутины аранеа, желая сначала закрепить основы у Следующих За Рекой, но сейчас ему все чаще казалось, что Разум Как Огонь намеренно тормозит обучение своим перфекционизмом, чтобы не показывать продвинутые техники. На его взгляд, он уже вполне прилично освоил защиту, так что обойти оставшиеся племена и послушать, что они скажут, ему не повредит.

Первым делом он направился к Просвещенным Поборникам. Они, по идее, должны быть крайне заинтересованы как в обучении аномального психика вроде него, так и в материалах, которые он предлагал. Увы, лишь по идее. Их первоначальные условия не лезли ни в какие ворота — они требовали просто баснословную сумму в деньгах и магических предметах. Разумеется, он не согласился — да и не мог согласиться, у него была лишь половина от запрошенной суммы. Даже если б он собрал все свои сбережения и продал все до единого кристаллы маны, этого все равно не хватило бы. На то, чтобы прийти к более вменяемой цене, ушло три недели — и то лишь потому, что аранеа наконец поняли, что он спешит. К тому моменту цикл уже заканчивался. Несмотря ни на что, он вновь и вновь приходил к ним в течение четырех циклов, пробуя различные подходы, но в итоге сумел сократить время переговоров лишь на пару дней.

Следовало признать, полученные с таким трудом уроки оказались высшего качества. Поборники не только дали ему действенные рекомендации по вопросу усиления ментальных щитов, что тут же сказалось в занятиях с Разум Как Огонь — они помогли и с другими аспектами его способности. Например, Зориан научился создавать двусторонние связи, позволяющие телепатически общаться с не-психиками, и поддерживать несколько связей одновременно. Аранеа даже научили его лучше обрабатывать результаты прорицания, сбрасываемые заклинанием непосредственно в мозг. Полезный навык. Тем не менее, на четвертый раз Зориан решил отказаться от услуг Просвещенных Поборников. Да, они были полезны, но не стоили той прорвы времени и нервов, что он на них тратил. К тому же, они наотрез отказались учить его манипуляциям с памятью, пока он не согласится на полное сканирование своей старейшинами племени, что практически ставило крест на их сотрудничестве. На такое он никогда не согласится.

Поскольку переговоры с Просвещенными Поборниками включали длинные периоды ожидания, Зориан параллельно пытался договориться с Изысканными Мудрецами. Их тоже пришлось долго уговаривать, на этот раз — из-за их подозрительности, да и то, что он продал Следующим За Рекой телепатические реле, отнюдь не улучшало их отношение. К счастью, после первого успеха в переговорах он тут же нашел лазейку, позволяющую быстро уговорить Мудрецов. Всего-то и нужно было продемонстрировать свое мастерство в заклинательных формулах и пообещать помочь адаптировать людские магические техники к Пряже. Это заинтересовало их куда больше, чем какие-либо материальные блага, и этот способ позволил сократить время переговоров до одной недели.

Впервые увидев Пряжу Изысканных Мудрецов, Зориан был поражен. Он ожидал чего-то относительно простого, например, знакомых икосианских глифов, вытканных на паучьем шелке — а то и образованных отдельными нитями. Вместо этого мастер Изысканных Мудрецов, с которой ему предстояло работать, привела его к четырем каменным столбам, меж которыми висела сложная, многослойная сфера паучьего шелка. Сфера тускло светилась белым в темноте комнаты, яркие точки танцевали по нитям в сложном, не поддающемся расшифровке ритме. Каждый дюйм ее поверхности (как оказалось — и внутренних слоев тоже) был покрыт глифами. Незнакомыми, не-икосианскими глифами. И сопровождающая сказала, что это упражнение для начинающих — никто не покажет незнакомому чужаку действительно ценные образцы.

В тот момент он понял, что взял себе задачу не по силам. Чтобы помочь Мудрецам с их Пряжей, он должен был сам разобраться в совершенно незнакомой заклинательной традиции. Да, дочерней по отношению к икосианской, что значительно упрощало дело, но тем не менее. Для этого ему потребуются годы. Отнюдь не та цель, которой можно достичь между делом.

И все же он попытался — что совершенно лишило его свободного времени на несколько циклов — и Изысканные Мудрецы как будто были довольны его работой, но в итоге решил, что это не стоит потраченных усилий. Хоть сама тема и была невероятно интересной — многие исследователи убили бы за возможность оказаться на его месте и изучать неизвестную магическую традицию — по большому счету, она отвлекала его от основной цели, что на данный момент было неприемлемо. И к тому же уроки ментальной магии, что он получил в оплату трудов, мало чем отличались от занятий у Следующих За Рекой. Да, он познакомился с боевым стилем, несколько отличающимся от Следующих и большинства других племен — Мудрецы во главу угла ставили групповой бой. Но ему от этого было мало пользы — у него не было напарника-психика, разве что выучил пару трюков против многочисленного противника.

Поначалу Мудрецы и слышать не хотели о том, чтобы обучить его работе с памятью. Но после двух циклов работы с пряжей делать вид, что он впервые ее видит, уже не представлялось возможным. На следующий раз он объяснил свой опыт тем, что ему показали азы в паутине Сиории — и его тут же доставили к матриарху, которая раньше не проявляла к нему никакого интереса, общаясь исключительно через подчиненных. Она была крайне заинтересована отправить с помощью Зориана экспедицию в Сиорию, чтобы установить контакты с местной паутиной. И даже известие, что та паутина была истреблена, не охладило ее энтузиазма — это просто меняло задачу экспедиции с дипломатии на мародерство. Прелестно. Но зато за доставку экспедиции в Сиорию, ее охрану и транспортировку назад ему обещали… ну, почти все, что угодно. И да, манипуляции с памятью в том числе.

Оставляя за кадром то, что экспедиция потребует его возвращения в Сиорию, и то, что речь шла о разграблении тел его павших друзей, была еще одна маленькая проблема. Он не был уверен, пользовалась ли паутина Сиории Пряжей. Он подозревал, что пользовалась — многие факты, упомянутые матриархом, на это указывали — но полной уверенности не было. А он всего-то хотел отговорку, откуда он знаком с искусством аранеа.

Определенно, прежде чем соглашаться на экспедицию, ему следует самому посетить руины поселения и посмотреть, что да как.

Теперь, когда Просвещенные Поборники и Изысканные Мудрецы выбыли из списка, во всяком случае — временно, у Зориана осталось лишь три возможных альтернативы Следующим За Рекой. Три "сомнительных" паутины, о которых предупреждали Собирательницы. И Зориан уже был готов нанести им визит — когда Разум Как Огонь внезапно решила, что они могут перейти от азов к более сложным приемам.

Заявление Разум Как Огонь, что его ментальная защита "удовлетворительна", и можно переходить к атакующим техникам, Зориан встретил со сдержанным оптимизмом, но многого не ждал. Вероятно, уроки станут менее болезненными, ведь теперь целью атак станет его учительница, но едва ли он чего-то этими атаками добьется. Ее ментальная защита должна быть первоклассной.

Но когда Разум Как Огонь просто встала перед ним и велела нанести удар со всей силы, он не стал возражать. Он влил в атакующую технику целую прорву маны, тот максимум, который мог выдержать заклинательный контур, и обрушил ее на щиты учительницы.

Результат превзошел все ожидания. Вместо того, чтобы бессильно отскочить от щитов, как ожидал Зориан, его атака с легкостью сорвала защиты аранеа и сокрушительным тараном врезалась в ее оголенный разум. Она закричала от боли, содрогаясь всем телом, и через секунду в комнате началось форменное светопреставление — все окрестные аранеа бросились выяснять, что происходит. Зориан попытался объясниться и не допустить конфликта — хоть ему и казалось, что следует немедленно бежать, а рука уже нащупала жезл возврата. К счастью, Разум Как Огонь вовремя пришла в себя и разрядила обстановку.

И тут же, заявив, что все в порядке и урок продолжается, выставила прочь всех аранеа, что сбежались на ее защиту.

[Проклятье,] — проворчала она, когда они вновь остались наедине. — [Мало того, что меня одолел зеленый человеческий психик, так еще и все об этом узнали. Мне это долго не забудут.]

[Э… простите?] — отозвался Зориан. Честно говоря, он даже не знал, что сказать.

[Не стоит,] — ответила она. — [Это целиком моя вина — твоя неопытность заставила меня считать тебя кем-то вроде наших детенышей. И я необдуманно посчитала, что и твоя атака будет такой же, как у них. Но хоть твои навыки ментального боя и оставляют желать лучшего, ты — опытный маг с большим резервом и уверенным владением маной. Мне следовало начать со своей лучшей защиты и постепенно снижать ее прочность. И уж конечно не стоило устанавливать мощность защиты по наитию. Пусть это будет уроком и для тебя — если решишь кого-то обучать, не будь самоуверенным и высокомерным. Не то и тебя одолеет едва вылупившийся детеныш.]

Эй, черт возьми, он не детеныш! Ему остался всего один год до совершеннолетия, а если считать и время петли, то он давно уже взрослый! Но спросил он совсем о другом:

[Я ведь вам ничего не повредил?]

[Нет, конечно нет. С чего ты… А. Похоже, спеша довести твои практические навыки до приемлемого уровня, я не дала тебе многого из теории. Например, что случается, когда нападающий пробивает щиты цели.]

[Что-то плохое?] — предположил Зориан.

[Да, но, вероятно, не настолько плохое, как ты представляешь,] — возразила она. — [Грубо говоря, с незащищенным разумом можно сделать четыре вещи. Во-первых, можно просто нанести телепатический удар, стремясь задавить его. В большинстве случаев это лишь позволяет на время обезвредить цель. Убить ментальной атакой очень трудно — обычно они вызывают лишь сильные боли и потерю сознания. Возможно — на продолжительное время, и после у цели будут головные боли, провалы в памяти и замешательство — но со временем она наверняка восстановится.]

[О. Этого я не знал,] — признался Зориан. Он всерьез полагал, что достаточно мощный телепатический удар может нанести необратимые повреждения. С другой стороны, "со временем" может означать и годы, так что не стоит недооценивать опасность. К тому же болевой эффект ментальных атак наверняка можно приспособить для пыток. — [Значит, травма вам не грозит, но некоторое время будет болеть?]

[Да, примерно так.]

[А остальные три вещи, что можно сделать с разумом?] — спросил он.

[Ну, во-вторых, из него можно извлечь информацию. Читая мысли или воспоминания. Конечно, читать мысли куда проще, но зачастую неэффективно. Аранеа, маги людей, да и многие гражданские обучаются владеть своим разумом, и считать нужное из их поверхностных мыслей становится куда труднее. Остается чтение памяти, которое сложнее, чем кажется — большинство людей имеет огромный объем воспоминаний, и способно вовремя ощутить и воспрепятствовать вторжению. Даже не-психик с сильной волей может не допустить начинающего психика до своей памяти…]

Зориан промолчал. Он много раз просил обучить его работе с памятью, но она каждый раз отвечала, что он еще не готов. И едва ли сейчас ответ будет другим. Разве что отказ будет не таким решительным.

[В-третьих и в-четвертых, есть то, что мы называем поверхностной и глубокой манипуляциями. Эффект поверхностных манипуляций кратковременен — обман чувств или усиление одной из эмоций жертвы, чтобы достичь желаемого результата. С другой стороны, глубокие манипуляции куда… окончательнее. Это изменение воспоминаний, стирание целых периодов жизни, глубокое внушение и превращение целей в спящих агентов. Под магией разума люди обычно понимают именно глубокую манипуляцию, но на самом деле она применяется очень редко. Подобные серьезные изменения требуют глубокого погружения в разум жертвы и продолжительной работы. В бою это невозможно — только по отношению к уже побежденному и обезвреженному противнику. И даже среди аранеа это искусство считается темным. Мало кто уверенно владеет им.]

— И теперь вы скажете, что поэтому и не хотите обучать меня работе с памятью, — вздохнул Зориан.

[И да, и нет,] — осторожно сказала Разум Как Огонь.

— То есть просто завуалированное "нет", — с иронией ответил он. — И уже третий раз подряд. Видимо, мне придется отыскать еще паутины…

[О, так ты обращался и в другие паутины?] — паучиху его замечание совершенно не задело. — [Любопытно, как-нибудь расскажи мне об этом. Но не списывай и нас раньше времени. Да, мы не готовы впустить тебя в свою память даже для тренировки, но это не значит, что мы не можем тренировать тебя — пока ты не нашел достаточно смелую аранеа, что откроет тебе свой разум.]

— А чтобы подготовить меня…?

[Для тебя главная сложность при чтении разума аранеа заключается в том, что наше восприятие мира слишком отличается от твоего. Наши глаза смотрят в трех направлениях, и только одно из них — взгляд больших передних глаз — подобно человеческому. Мы воспринимаем вибрацию ногами, а наше осязание намного изощренней твоего. Именно с его помощью мы находим дорогу в темноте туннелей.]

— Вы не можете видеть в темноте? — удивился Зориан. Большинство жителей подземелья могут.

[Нет, чтобы видеть, нам нужно хотя бы немного света,] — ответила она. — [Зато мы отлично видим в сумерках. Но мы отошли от темы. Я пытаюсь донести до тебя, что даже если ты получишь доступ к памяти аранеа — скорее всего, ты не сможешь ее прочесть. Сначала ты должен привыкнуть к нашему восприятию мира — и с этим я могу тебе помочь. Я могу допустить тебя до моих чувств, чтобы ты привыкал. Или даже упаковать пару-тройку незначительных воспоминаний и передать тебе, чтобы ты учился работать с пакетами памяти аранеа.]

— О, — глупо сказал Зориан. Да, по описанию это здорово пригодится. Пристыженный ее ответом, он вернулся к ментальному диалогу:

[Может быть, мы этим и займемся? Сказать по правде, все эти боевые тренировки уже достали. Не сомневайтесь, я осознаю, что ментальная защита — это важно, но если будем продолжать, я просто свихнусь.]

[Да, разумеется. Я хотела подождать, пока ты не сумеешь пробить мои щиты — и ты уже это сделал. Совсем не так, как я ожидала, но уговор есть уговор. Мы начнем с поверхностных манипуляций, они понадобятся тебе, чтобы касаться чужих чувств. Что твои прежние учителя-аранеа говорили тебе о них?]

[Почти ничего, кроме того, что они существуют,] — ответил Зориан. — [Но ведь поверхностные манипуляции — это, по сути, контроль разума? Мы проходили его в академии. Только теоретически, и с упором на выявление и противодействие, но тем не менее.]

[Кратко изложи, чему вас там учили,] — велела Разум Как Огонь. — [Хочется знать, с чем я работаю.]

Поведя рукой, Зориан создал в воздухе светящуюся диаграмму, известную среди студентов как "квадрат ментального контроля" — официального названия он не помнил. Оно было слишком длинным и мудреным для таблички с четырьмя словами — квадрат делился на четыре меньших, в каждом из которых был вписан способ воздействия на человека магией разума.

Доминирование Внушение

Манипулирование Иллюзии

[Симпатично,] — бесстрастно прокомментировала Разум Как Огонь. — [Но должна признаться, я никогда не изучала человеческую письменность, так что тебе придется объяснить, что это значит.]

А, точно. Он иногда забывает, что при всех своих контактах с людьми, аранеа — все же иные существа с совершенно другой культурой. Икосиане относились к письменности с едва ли не религиозным трепетом, и распространяли ее всюду, где приходили к власти; так что на всей территории бывшей империи была почти поголовная грамотность. Их политика вполне оправдывала себя — грамотность населения значительно упрощала подготовку множества магов. Аранеа, в свою очередь, такой традиции не имели — да и вряд ли смогли бы эффективно использовать человеческий алфавит. Он знал, что в паутине Сиории были аранеа, умеющие читать и писать, но большинство не считало нужным этому учиться.

[Заклинания доминирования и внушения подчиняют цель воле заклинателя,] — начал Зориан, указывая на верхнюю строку. — [В случае доминирования заклинатель прямо приказывает цели что-либо сделать и заставляет подчиниться. При внушении чужая воля преподносится как собственное желание цели. Эти заклятья зависят от обстоятельств и характера цели; в случае некоторых людей — или особых обстоятельств — этот вид ментальной магии совершенно бесполезен. Например, практически все откажутся убить себя или тех, кто им дорог, и практически невозможно убедить патрульного, что ты не тот, кого он ищет, если он видел портрет или ему на тебя указали,] — он перешел к нижней строке. — [С другой стороны, манипулирование и иллюзии не зависят напрямую от характера цели и обстоятельств применения. Манипулирование перехватывает контроль над двигательными центрами жертвы, управляя ей… ну, как марионеткой. Иллюзии воздействуют на восприятие цели. Ни то, ни другое нельзя перебороть усилием воли, правда, манипулирование должно сначала преодолеть магическое сопротивление цели, а иллюзии можно обнаружить и рассеять.]

Зориан вновь повел рукой, и схема разделилась на две половины — слева доминирование и манипулирование, справа внушение и иллюзии.

[Доминирование и манипулирование — силовые методы воздействия,] — пояснил он. — [Жертва знает, что находится под действием чар, и будет крайне недовольна заклинателем, когда их эффект закончится. Они применяются в бою, против несомненных врагов. Внушение и иллюзии действуют куда тоньше. Жертва может и не узнать, что на нее воздействуют — и задача заклинателя как раз и состоит в том, чтобы она как можно дольше об этом не узнала. Эти заклинания обычно применяются в разведывательных или криминальных целях.]

Принуждающие заклятья сверху, управляющие снизу. Силовые методы слева, тонкие воздействия справа. Да, все верно. Он развеял диаграмму, ожидая ответа Разум Как Огонь.

[Любопытная классификация,] — заметила та. — [В этой простоте что-то есть, я запомню. На самом деле все куда сложнее и не так четко разграничено… Но сейчас это не важно, мы вернемся к этому позже. Сказать по правде, я никогда не любила тратить время на теорию. Сегодня мы уже уделили ей достаточно времени, так что давай займемся чем-нибудь продуктивным.]

Последовавший урок оказался крайне болезненным, напомнив Зориану самое начало обучения, несколько циклов назад. Она настаивала, что обучает его так же, как и других учеников, но Зориан не сомневался — эта внезапная жестокость — расплата за то, что он застал ее врасплох.

К счастью, примерно через неделю она успокоилась. К несчастью, ему и в последующие циклы придется так же выводить ее из себя, так что неделя мучительной головной боли в начале каждого месяца ему гарантирована.

Бывают такие ситуации — куда ни кинь, везде клин.

Как оказалось, предположение Разум Как Огонь что он не может понять восприятие аранеа не просто верно — это оказалось чудовищным преуменьшением. Даже после целого месяца тренировок у него ничего не выходило. Одно только зрение аранеа вызывало у него головокружение и потерю ориентации, а про осязание и вовсе вспоминать не хочется. Волоски на их ногах имели рудиментарное чувство вкуса! Они чувствовали вкус земли, по которой идут! Зачем, во имя всего святого, их виду понадобилась такая способность?!

Помимо прочего, теперь привычка Новизны трогать все лапами — включая и его самого — представала в совершенно новом, не самом приятном свете.

Не то, чтобы за целый месяц он ничему не научился. Разум Как Огонь обучила его поверхностным воздействиям на чужой разум. Некоторые из них, вроде способности вызвать спазмы и отказ конечностей, уже были ему знакомы, но далеко не так подробно, как после ее лекции о перехвате управления над чужой нервной системой. Другие, как полный паралич цели, приглушение или усиление эмоций, перенаправление внимания в другую сторону или блокировка одного или нескольких чувств, были ему внове. Но хоть все эти умения, бесспорно, были полезны, отсутствие прогресса на главном, необходимом ему направлении удручало.

В итоге он все же решил обратиться за помощью к Просвещенным Поборникам. Как бы они его ни раздражали, они наверняка знали решение его проблемы. В этот раз он сумел сократить переговоры всего до двух недель — просто заплатив ту баснословную сумму, что они требовали. Ему пришлось целыми днями обследовать нижние уровни подземелья под Князевыми Дверями и продавать все, что находил, но зато, сумев немного снизить цену, он оплатил консультацию.

По мнению Поборников, он просто взялся за задачу себе не по силам. Во-первых, он пытался подключиться к чужим чувствам, сохраняя собственные, заставляя мозг одновременно обрабатывать два потока сенсорного восприятия. И нет, неподвижное сидение с закрытыми глазами не решит эту проблему. Для этой цели Поборники обучили его направлять свои способности внутрь себя и заглушать собственные чувства, оставляя только чужой поток восприятия.

Во-вторых, они рекомендовали сначала касаться более простых целей. Оптимально — других людей, ведь их чувства в точности такие же, как у него, но и некоторые животные тоже подойдут. И только когда он в совершенстве овладеет искусством касаться чувств других людей, тогда можно будет попробовать нечто столь чуждое, как чувства аранеа.

Попытавшись подключиться к чувствам прохожего на улице ближайшего города, Зориан осознал, что Поборники совершенно правы. Хоть в этот раз он и касался чувств человека — такого же, как он сам — он едва не упал от дезориентации. Судя по всему, ему придется долго тренироваться, прежде чем перейти на более экзотические цели.

И в этом тоже крылась проблема. Да, его ментальные способности уже были хороши, и он не боялся выдать себя, используя их на гражданских. Но рано или поздно он мог допустить ошибку, выдать цели, что он копается у нее в голове. Да и сказать по правде — никогда нельзя быть уверенным, что перед тобой именно гражданский — можно неосторожно влезть в мозги затесавшегося в толпу высокорангового мага, или нарваться на гражданского, обученного замечать подобные вторжения. А Гильдия очень жестко реагирует на незаконных магов разума. И ему совершенно не хотелось, чтобы на него открыли охоту, пусть временная петля, вероятно, и спасет от худшего исхода.

И это даже не рассматривая моральную сторону проблемы. Ему отнюдь не улыбалось атаковать невинных в качестве тренировки, а оправдывать свои поступки временной петлей явно было крайне нездоровым подходом. Может, он бы и пошел на это, если бы речь шла о сравнительно безвредном касании чувств, но Просвещенные Поборники четко дали понять, что и другие навыки тоже нужно будет сперва отработать на людях. Когда он займется работой с памятью, у него возникнут те же самые проблемы — разум аранеа отличается от человеческого не только своим восприятием. И ему придется тренироваться на себе подобных — а чтение памяти никак не назовешь безобидным или незаметным.

Ему требовались подходящие цели.

Зориан настороженно шагал по улицам Сиории, всеми чувствами выискивая в толпе малейшие признаки враждебности. Его нервозность наверняка была очевидна окружающим, с другой стороны — не он один здесь нервничал. Люди беспокоились из-за чудовищ, временами прорывающихся из подземелья — в городе ощущалась тревога, которой он не помнил по прежним циклам.

Его вторая вылазка в Сиорию проходила так же рутинно, как и первая. Он даже специально побродил по пустынным переулкам и дальним аллеям, провоцируя Красного или его агентов напасть, пока он вдали от людских глаз — но ничего подобного не произошло. Он не встретил даже грабителей, что обязательно происходило в приключенческих книжонках, что он время от времени читал. Вздохнув, он повернул навершие висевшего на поясе жезла возврата и мгновенно перенесся за пределы города. Удаленная от человеческого жилья точка привязки была ничем не примечательна — кроме того, что за прошедшие недели он превратил ее в настоящее минное поле. Сам он мог приходить и уходить, когда вздумается, но если наложенный на местность оберег засечет кого-то другого — будет активировано множество ловушек, самых мощных и смертоносных из тех, что были ему известны.

Он прыгнул еще трижды, перемещаясь между подготовленными тем же образом якорями, потом час шел в случайном направлении и только после этого телепортировался туда, куда собирался.

Два дня спустя, когда никто так и не пришел за ним в маленькую деревушку в самой глуши (он и выбрал ее временной базой именно потому, что на многие мили вокруг были лишь пшеничные поля), Зориан наконец вздохнул с облегчением… и тут же стал планировать свой третий визит в город. В следующий раз он проверит разоренное поселение аранеа, не оставил ли Красный для него ловушек.

Когда Зориану впервые пришло в голову вернуться в Сиорию, он отмел эту мысль, как полное безумие. Он еще не был готов, а поспешные действия вполне могли все погубить. Однако чем больше он думал об этом, тем больше эта идея ему нравилась. Красный больше не пытался его вычислить — если бы пытался, то давно бы нашел, в этом Зориан не сомневался. А вот почему Красный оставил поиски, несмотря на явное желание избавиться от других путешественников — Зориан не понимал. Он опасался, что враг насторожил в Сиории ловушки и узнает, как только он появится в городе — но сейчас и это казалось крайне маловероятным. За две вылазки в город Зориан обошел всю Сиорию и даже побывал в Академии, и ничего не произошло.

Это было важно — отчасти оттого, что он до безумия соскучился по знакомым лицам и хотел вновь их увидеть, пусть даже ненадолго; отчасти же — потому, что в Сиории были идеальные мишени для отработки ментальных искусств. Матриарх разгадала по меньшей мере часть загадки временной петли, перетряхнув память ибасанских заговорщиков и их сообщников — почему он не может сделать то же самое? Он не только отточит свои навыки психика, готовясь к вскрытию пакета памяти матриарха, но и подойдет к загадке петли с другой стороны. Двух зайцев одним выстрелом.

Он еще не собирался переезжать в город. Нужно еще раз все проверить, попробовать провести в городе неделю, раз-другой показаться на занятиях. Если Красный ничего не предпримет в ответ, тогда…

Тогда его долгое изгнание из Сиории наконец подойдет к концу.

Следующие три цикла Зориан чередовал занятия с Разум Как Огонь и краткие визиты в Сиорию. Враги так и не показались — даже в тот раз, когда он рылся в заваленном телами поселении аранеа. Некая часть его находила это крайне подозрительным, но в итоге это не отвратило его от города.

Особенно когда он вплотную приблизился к границам того, что Разум Как Огонь была согласна ему показать. Его защита уже была первоклассной, да и атакующие способности тоже не подкачали — даже его наставница признала, что теперь ей приходится выкладываться в поединке всерьез. Она показала ему множество простых приемов и техник, к тому же, у него стало получаться касание чувств аранеа — Просвещенные Поборники были правы, после тренировки на людях дела пошли в гору. Теперь, если он хочет, чтобы их занятия приносили пользу, ему придется отработать на людях глубокое сканирование памяти.

Разумеется, это означало, что сперва нужно найти аранеа, что согласится показать ему основы. Разум Как Огонь ответила решительным отказом — для обучения ей пришлось бы опустить защиты и показать Зориану свои сокровенные воспоминания. Даже среди аранеа это считается жестом исключительного доверия. К тому же, когда Разум Как Огонь в ответ предложила ему сделать то же самое, у него не осталось иного выбора, как тоже отказаться.

Он знал, что Изысканные Мудрецы согласятся — если он позволит им разграбить поселение в Сиории. Увы, обыскав разоренное гнездо во время одной из вылазок, он практически не нашел там Пряжи, и не был уверен, что из этой затеи вообще что-то выйдет.

Но ближе к концу этого месяца произошло кое-что интересное. После того, как Зориан магией изменения помог Следующим За Рекой выкопать новую пещеру, Лунная Дорожка позволила ему свободно находиться в поселении, так что он находился в покоях матриарха, когда к ней с просьбой о помощи прибыли послы Хранителей Желтой Пещеры.

Как выяснилось, Хранители были на грани истребления. Пещеру, в честь которой была названа паутина, источник их достатка, за несколько дней до начала петли занял некий огромный монстр с нижних уровней подземелья. Магическое сопротивление твари не позволяло использовать на ней ментальные техники, а сама она была невероятно сильна, живуча и к тому же регенерировала. Где-то через полторы недели с начала цикла Хранители совсем отчаялись. Чтобы вернуть пещеру, они напали всеми силами, пытаясь прогнать монстра назад в туннели. Атака обернулась катастрофой, аранеа потеряли и матриарха, и двух ее преемниц… советниц… словом, помощниц. Теперь, лишившись руководства и всякой надежды, они впали в отчаяние (по их словам — обдумали и приняли решение, но Зориан умел читать между строк) и просили о помощи всех, кто согласится выслушать.

К несчастью для них, Следующие За Рекой отнюдь не стремились связаться с монстром, способным сразиться с целой паутиной и победить. Но, к счастью, Зориан не разделял их опасений.

В прошлый раз, когда он предлагал помощь, его грубо отвергли. Но тот раз был в самом начале цикла, их старейшины были живы и верили, что смогут разобраться с угрозой. Вероятно, тогда они не считали, что им пригодится любая помощь — и опасались, что он воспользуется их моментом слабости и потребует слишком многого. Сейчас же, когда их правители мертвы, выбирать им не приходится.

Ему даже не пришлось предлагать — посланница сама подошла к нему с мольбой о помощи, как только Лунная Дорожка отказала ей, и та обратила внимание на присутствующего человека.

Заключив предварительную сделку (сводившуюся к "мы сделаем все, что угодно, только верни нам нашу пещеру!") Зориан вернул себя и посланницу к своему якорю на поверхности, и тут же вместе с ней телепортировался к поселению Хранителей. Кажется, посланница была поражена, что он знает местоположение их гнезда, и слегка дезориентирована после двух телепортаций, но быстро пришла в себя и провела его к нынешнему руководству паутины.

Несколько часов спустя он стоял у входа в огромную пещеру, заросшую подземным грибным лесом — а пара "телохранителей"-аранеа следили за ним из безопасной глубины туннеля. Предполагалось, что они должны вмешаться, если его дела будут плохи, но он всерьез подозревал, что они скорее отсидятся в сторонке, и — если он проиграет — доложат старшим, что маг "трагически погиб, прежде чем они успели вмешаться". Похоже, им требовалась вся их смелость, чтобы просто находиться здесь.

Зориан создал парящий глаз из эктоплазмы и направил его вглубь пещеры, ознакомиться с местностью. После его упражнений с чужими чувствами магический глаз казался детской забавой, ему даже не требовалось закрывать глаза, чтобы принимать от него картинку.

Следовало признать — пещера просто захватывала дух. Под огромным сводом пестрело головокружительное множество гигантских грибов. От привычных грибов-зонтиков до тех, что скорее напоминали деревья с опавшей листвой или длинные, мясистые шипы и ягоды. Оглядывая пещеру, Зориан даже заметил в некоторых местах нечто… скорее белые растения, чем грибы, с маленькими цветами и атрофировавшимися листьями. Крупнейшие из них неярко светились голубым, наполняя пещеру тусклым, призрачным светом.

Подобные подземные леса — настоящая сокровищница знаний и алхимических ингредиентов, к обладанию которыми стремились как люди, так и жители подземелья. А тут столь большой и практически неповрежденный. Неудивительно, что Хранители Желтой Пещеры так ревностно оберегают его.

Впрочем, он недолго любовался подземными красотами — монстр не прятался.

Тварь была в самом центре, восседая, подобно королю, в мелком озерце. Ну, относительно мелком. В центре Зориан запросто ушел бы с головой, но для чудовища, высящегося над водой, озерцо было просто лужей. Оно напоминало гигантскую жабу — чья мамаша согрешила с троллем, и которую с рождения держали на эликсирах мускульного роста. Узловатая темная шкура покрывала огромное — по меньшей мере пять метров в высоту, и это сидя — существо, а толстые лапы едва не лопались от тугих мышц. Ах да, и заканчивались эти лапы не присосками, а здоровенными острыми когтями.

Один из жабьих глаз, заметив нарушителя, крутанулся в глазнице, фокусируясь на парящем глазе Зориана, но чудовище не сдвинулось с места и вскоре утратило интерес к сенсору. Грибы вокруг озера были повалены — вероятно, для лучшего обзора — и сейчас монстр просто сидел в озере, изредка поглядывая по сторонам.

Зориан развеял глаз и повернулся к своим "телохранительницам".

— Мне понадобится несколько дней на подготовку.

За три дня до конца цикла Зориан был готов сразиться с жабой, что отняла у Хранителей их пещеру. Его план был прост: огонь.

Много, очень много огня.

Когда он наконец прибыл ко входу в пещеру, он прежде всего убедился, что жаба там же, где и в прошлый раз (она была на месте) и аккуратно опустил камень-детонатор в ящик с брусками легковоспламеняющегося алхимического состава, что он левитировал позади себя. Сделав это, он сотворил вокруг ящика иллюзию, сделав его похожим на аранеа, и направил в сторону монстра. Сам Зориан, удерживающий ящик в воздухе, следовал за ним под покровом невидимости, а еще дальше шагал крупный цельнометаллический голем. Кукла была полностью видима и предназначалась как крупная, очевидная цель для монстра, если все пойдет наперекосяк.

Зориан заранее обдумал несколько способов заставить тварь проглотить наживку, но ни один из них не понадобился. Похоже, Хранители не врали, что жаба обожает есть аранеа — она атаковала практически немедленно. Длинный кроваво-красный язык выстрелил с головокружительной скоростью, захлестнул ящик и мгновенно утянул его в огромную пасть.

И как только жаба захлопнула рот, Зориан послал короткий импульс маны, активируя детонатор.

Ужасный визг был, пожалуй, самым отвратительным звуком, что он слышал за всю жизнь. Это даже близко не походило на кваканье. Скорее это звучало, словно кто-то безжалостно резал целое стадо свиней. Жаба изрыгнула поток огня, крови и желчи, пытаясь избавиться от горящей субстанции, но тщетно — Зориан специально подобрал состав, прилипающий к поверхностям, словно клей — что бы тварь ни делала, ей не удавалось избавиться от огня. Сказать по правде, попытка срыгнуть горящий состав только усугубляла положение — если бы жаба захлопнула пасть, не давая огню кислорода, возможно, это сработало бы.

Вот только после нескольких безуспешных попыток чудовище вдруг перестало дергаться, увидело Зориана и его голема и тут же атаковало.

Зориан молча послал голема на перехват, даже не задаваясь вопросом, как тварь сумела его обнаружить. Жители подземелья, особенно столь сильные, обладали широким спектром самых неожиданных способностей. Зориан послал волну силы, целясь в лапы твари, и сумел немного ее замедлить — как раз настолько, чтобы голем попал стальным кулаком прямо в морду жабы. Тварь была куда крупнее железной куклы, но удар ошеломил ее, и она не успела увернуться от мощного фаербола, пущенного Зорианом.

Проклятье, она все никак не помрет. Чудовище вновь заверещало, обжигаемое изнутри и снаружи, пламя фаербола выжгло ему глаза. Что ничуть не помешало твари одним яростным порывом разодрать стального голема — которого он столько времени строил и укреплял — в клочья. Оно вырвало кукле обе руки, располовинило туловище и раскидало в стороны. Искалеченные останки верхней части рухнули неподалеку от Зориана, но он молчал и не двигался, стараясь не привлекать внимания.

Хотелось бы сказать, что дальше была эпическая битва, в которой он бесстрашно сразил чудовище, но на самом деле он так и таился, едва дыша, пока жаба бушевала в лесу, ища новых врагов. Потеря зрения изрядно подкосила монстра — жаба даже близко не обнаружила его местоположения. В какой-то момент тварь просто остановилась и рухнула наземь, наконец погибнув от полученных повреждений.

Но — победа есть победа, ведь так?

Его "телохранительницы" сбежали в разгар битвы, так что Зориан неспешно направился к временному лагерю Хранителей Желтой Пещеры, неся им добрые вести.

Две Хранительницы, вернувшиеся, чтобы удостовериться, что он говорит правду, пораженно смотрели на обгорелый труп твари, что едва не истребила их. Зориан, пытаясь проявить такт, сначала ждал, пока все уляжется у них в головах, но минут через пять начал терять терпение. И сердиться — что, неужто его победа над монстром и правда настолько немыслима?

Он прочистил горло, привлекая их внимание.

— Насчет моей оплаты…

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Зориан вздохнул. Хотел бы он, чтобы хоть часть циклов начиналась как-то иначе.

— И тебе доброго утра, Кири, — вежливо сказал он. — Может быть, слезешь с меня?

— Хмм… — она сделала вид, что задумалась. — Нет! Думаю, я пока останусь здесь.

— Жалко, — ровно ответил он.

— Ты ведь помнишь, что сегодня возвращаешься в академию? — спросила она.

— Как я могу забыть? — откликнулся он. — Вопрос в другом — хочешь ли ты поехать со мной?

Кириэлле потешно распахнула глаза, став похожей на испуганную кошку.

— В самом деле?!

— Иначе я бы не спрашивал, — ответил он.

Минут через пять ему удалось отвлечь перевозбужденную Кириэлле иллюзорной птицей и отправить ее собирать вещи.

Он, в свою очередь, был готов. В конце прошлого цикла Хранители Желтой Пещеры показали ему основы глубокого сканирования памяти, он убедился, что простое пребывание в Сиории не несет угрозы, и у него был примерный план на ближайшее время.

Пришла пора вновь навестить Академию.

Глава 38. Назад в Сиорию

В прошлых циклах он не раз ездил на поезде с Кириэлле и сохранил об этом не самые приятные воспоминания. Поначалу она всегда была в восторге, жадно всматриваясь в пейзаж за окном и комментируя все, что заметила — но увы, это длилось недолго. По пути в Сиорию просто было не на что смотреть, так что заскучавшая сестра отлипала от окна купе и обращалась к единственному оставшемуся источнику развлечения — к нему. И ему приходилось всю дорогу веселить ее.

Но это было раньше, когда он не прибегал к своему растущему мастерству плетения, чтобы творить магию в поезде. В этот раз он просто махнул рукой на возможный риск обнаружения. Он не заметил в купе никаких следящих чар, да и если его каким-то образом застукают — скорее всего, он отделается выговором и небольшим штрафом. Ничего хорошего, конечно, но лучше, чем несколько часов слушать нытье Кириэлле. К тому же это будет отличной тренировкой сотворения заклинаний под действием подавляющего оберега, чем он давно собирался заняться.

Вот почему сейчас перед ним парила водяная сфера, а по орбите вокруг нее медленно вращалось кольцо из ручек и стирательных резинок. Несмотря на кажущуюся обыденность, это было чертовски тяжело. Чтобы достичь нужного эффекта, он не использовал кучу начальных заклятий — это была неструктурированная магия, нечто вроде невероятно трудного упражнения на плетение. Сложность парящего конструкта, да отвлекающее воздействие подавляющего оберега — лишь с большим трудом ему удавалось удерживать сферу и ее спутники под контролем. Видимо, это его сегодняшний потолок в плете…

— Сделай лягушку! — с вызовом потребовала Кириэлле.

Он хмуро посмотрел на нее, она ответила ухмылкой, уверенная в своей победе. Уверенная, что нащупала предел его возможностей. Он ведь не собирался делать нечто столь трудное — поначалу был совсем небольшой шарик воды и две кружащие вокруг него ручки, что его вполне устраивало — но Кириэлле стала требовать повысить сложность. И когда он опустошил всю питьевую бутылку и задействовал все имеющиеся у них писчие принадлежности, он не сомневался в своей победе…

Он отвел глаза, вновь сосредоточившись на парящем конструкте. Вылепить из парящей воды что-то кроме шара будет невероятно трудно. Телекинетически управлять водой куда тяжелее, чем твердыми объектами, и задача была бы сложна даже без подавляющего оберега и оттягивающего его внимание кольца мелких предметов вокруг.

Но будь он проклят, если это заставит его поднять лапки кверху. Следующие пятнадцать минут он медленно преобразовывал водяную сферу во что-то, напоминающее скульптуру лягушки… Ну, насколько ему это удалось, то есть не очень. Хотя в процессе ему пришла в голову идея, и он вылепил не просто лягушку, а жабьего монстра, от которого он в прошлом цикле спас Хранителей Желтой Пещеры. Увы, Кириэлле его стараний не оценила.

— Это какая-то странная лягушка, — заявила она.

— Это дьявольская лягушка желтой пещеры, — бессовестно соврал Зориан, понятия не имевший, как на самом деле назывался тот монстр. — Огромная, смертоносная тварь, пожирающая маленьких девочек.

— Это глупо. Ты сочиняешь, — обвинила она. — Просто признай, что ты проиграл.

— Ха, ты просила лягушку, и я сделал ее. Не моя вина, что ты ничего не знаешь о захватывающем и многообразном мире магических амфибий. Давай я уберу это все и расскажу тебе историю о маге Сумраке, который спас тайное общество магов от одной из таких дьявольских лягушек.

И, прежде чем Кириэлле успела возразить, он поспешно разобрал парящий конструкт, пока ему еще хватало контроля — заставив ручки и резинки опуститься на сидение рядом с ним, а воду вернув в бутылку. Покончив с этим, он начал рассказывать слегка измененную историю своей схватки с жабьим монстром.

Ну хорошо, очень сильно измененную. В его рассказе Хранители Желтой Пещеры были людьми, магами-отшельниками, живущими на дальнем севере и практиковавшими "паучью магию", а отважный Сумрак сразился с жабой открыто, не прибегая к маскировке и ловушкам. Так история звучала куда внушительнее. Кириэлле поначалу слушала довольно скептически, но когда он стал создавать подробные иллюзии в качестве иллюстраций, от ее равнодушия не осталось и следа.

Зориан даже не знал, радоваться или сердиться на то, что она так восхищена иллюзиями. Они были… не то, чтобы совсем простыми, но ничего особенного. То, что он показывал с водой и школьными принадлежностями, требовало куда большего мастерства. Его подмывало открыть ей глаза на истинный уровень сложности в магии, но он подозревал, что сама по себе сложность ей безразлична. Еще в прошлых циклах он заметил, что из всех виденных школ магии ей больше всего понравились именно иллюзии. Возможно, это проявлялась ее натура художника?

Громкоговорители сообщили о прибытии в Корсу, и Зориан был вынужден прервать свой рассказ как раз в тот момент, когда Сумрак пробился сквозь бесчисленную свиту чудовища и вступил в пещеру, где монстр укрылся после их первой схватки…

…и разумеется, Кириэлле это не устроило. Она подождала, пока поток людей в вагоне рассосется, но как только поезд вновь тронулся, потребовала продолжения. Проблема заключалась в том, что в этот раз к ним в купе решила присоединиться Ибери, и Зориан не был уверен, стоит ли показывать ей свои способности. Вот только его сомнения не нашли у Кириэлле ни малейшего сочувствия.

— Ты не можешь остановиться сейчас, перед самым концом! — заявила она.

— Ну хорошо, только теперь без, гм, иллюстраций… — предложил Зориан.

— Нееет! — взмолилась она. — Это же лучшая часть истории!

Зориан выразительно посмотрел на Ибери, надеясь, что сестра поймет. Она поняла, но уступать не собиралась.

— Да ладно, не сдаст же тебя эта милая леди за волшебство в поезде! — в полный голос заявила Кириэлле и, повернувшись к растерянной Ибери, изобразила свой лучший щенячий взгляд. — Ведь правда?

— Эмм, — Ибери поежилась. — Что? Разве в поезде не стоит защита от магии?

— В самом деле? — удивленно спросила Кириэлле.

— В самом деле, — подтвердил Зориан. Смысла запираться не было. — Но она не блокирует магию совсем, просто делает ее труднее. Защиту можно преодолеть, если ты достаточно хорош.

— И… ты достаточно хорош? — неуверенно спросила Ибери.

Зориан молча пожал плечами и, к радости Кириэлле, возобновил рассказ и иллюзорное представление. Он заметил, что Ибери отложила книгу и тоже слушает его историю.

Она украдкой сама попыталось сотворить парочку простейших заклятий, когда думала, что он не видит — и нахмурилась, когда у нее ничего не вышло. Наверное, ей было любопытно, какой уровень плетения нужен, чтобы преодолеть защиту. На миг ему захотелось прочесть ее поверхностные мысли, но, поразмыслив, он отказался от затеи. Риск обнаружения был минимален — Разум Как Огонь обучила его незаметно пробовать чужие защиты — но ему не хотелось приобрести привычку без спроса лезть в чужие головы. Он оставил Ибери экспериментировать и сосредоточился на Кириэлле и истории отважного Сумрака.

Когда он закончил, Ибери тут же вступила в разговор. Нет, история ее не слишком заинтересовала, тем более, что она слышала лишь окончание, но способность Зориана преодолеть подавляющий оберег поезда произвела на нее сильное впечатление. Особенно когда она узнала, что он лишь начинает третий курс.

По прибытию в Сиорию их пути разошлись — но, прощаясь, Ибери, заметно нервничая, попросила его как-нибудь заглянуть в библиотеку… кое-что обсудить. Ну, пускай — он все равно собирался в набег на книжные полки за новыми заклятьями — заодно и узнает, что она от него хотела.

— Кажется, ты ей понравился, — заметила Кириэлле, когда они остались одни.

— Не, она без ума от Фортова, — отозвался Зориан.

— Что? — пораженно переспросила сестра. — Она и Фортов? Да быть не может!

— Ну, я не сказал, что они вместе, — уточнил Зориан. — Только то, что она в него влюблена.

— А ты откуда знаешь? — с подозрением спросила Кириэлле.

— Древние магические секреты? — предположил он. Кириэлле одарила его ледяным взглядом. — Ладно, ладно… Я расскажу, но позже, когда заселимся. Это не то, о чем стоит говорить на улице.

И даже разговаривая с сестрой, Зориан ни на секунду не прекращал вслушиваться в толпу своим мысленным чутьем. Даже если возможные враги используют ментальные щиты — пустота в потоке людских мыслей сама по себе будет тревожным сигналом. Впрочем, никто на вокзале не желал им зла — и никто из подозрительно выглядевших встречных не был невидим в мысленном чувстве. Минут через десять он вздохнул с облегчением — его опасения, что он затащил сестру прямо в ловушку, оказались напрасными.

Хмм, он знал, что потом будет дождь, но от него он с легкостью защитится… может, небольшой тур по городу, чтобы утолить любопытство Кириэлле?

— Эй, — позвал Зориан, привлекая ее внимание. — Хочешь посмотреть на центральную площадь? Там очень красивый фонтан, я и сам с удовольствием хожу на него посмотреть…

Конечно же, она хотела. Можно было и не спрашивать.

Зориан прожил во временной петле уже более четырех лет, за это время много чего произошло. И упомнить все происшедшие события — весьма непростая задача, даже с его великолепной памятью и подготовкой мага. То, что он отсутствовал в Сиории около полутора лет, стремясь скрыться от глаз Красного, дополнительно осложняло ситуацию — и многие мелкие детали "нормального" цикла совершенно вылетели у него из головы.

Так что ничего удивительного, что он забыл произошедшее на пути от вокзала к фонтану — ведь он не ходил этой дорогой с того самого, судьбоносного первого месяца, когда он попал в петлю.

И когда они наткнулись на перекрывшую путь стаю мозговых крыс, для Зориана это было столь же неожиданно, как и в первый раз. Вот только в отличие от первого раза он вовсе не был беззащитен, и едва не спалил всю стаю, прежде чем новая мысль заставила его остановиться. Наверняка уничтожение стаи привлечет к нему внимание захватчиков, а следовательно и Красного, и умнее всего будет просто отступить, как он и сделал в первом месяце.

Он ощутил, как стая пробует его ментальные барьеры, и, укрепив щиты, ударил в ответ. Попытки прекратились, но и его контратака почти не повредила коллективному разуму грызунов — крысы не имели никаких защит, вероятно, они помешали бы их связи, но его удар лишь вырубил несколько отдельных крыс, никак не повлияв на остальных. А если…

От Кириэлле хлынул поток ужаса — она наконец поняла, кто перед ней, и Зориан сообразил, что сейчас не время играться с крысами. Он, вероятно, практически неуязвим для них — но Кириэлле — нет. Он выпустил слабенькую струю огня, отгоняя ближайших грызунов, развернулся, схватил сестру за руку и побежал. Крысы, как и в прошлый раз, не преследовали их. Вероятно, они, как и он, не хотели привлекать внимания — хоть это и поднимает вопрос, что они делали средь бела дня на одной из главных улиц. Надо будет как-нибудь выяснить…

На бегу ему пришло в голову, как же невероятно ему повезло не столкнуться с мозговыми крысами до встречи с аранеа — твари прочитали бы его ничем не защищенные мысли и могли запросто узнать о временной петле. И даже если бы захватчики отмели путешествие во времени как явный бред, их бы наверняка заинтересовало, откуда ему известно об их планах…

— Эм, так мы еще можем увидеть фонтан? — отдышавшись, спросила Кириэлле, когда они отбежали на достаточное расстояние.

— Угу, я знаю другой путь, — ответил Зориан, указывая на ближайший парк.

Секундочку, разве в первом месяце он не пошел точно так же и не встретил по пути еще одну проблему? Да, точно, была еще какая-то… а! Девочка с велосипедом. Он совершенно про нее забыл. Ну, с этой проблемой он справится — просто быстренько достанет ей велосипед из речки, и можно будет идти дальше.

Когда они встретили плачущую девочку, Кириэлле вдруг стала непривычно тихой и держалась позади него. Велосипед Зориан достал без малейших усилий — просто протянул руку за перила и пожелал, чтобы велосипед взлетел к нему в ладонь. Куда больше времени ушло на то, чтобы хоть немного успокоить девочку и спросить, почему она плачет. Еще парочка заклинаний — высушить велосипед и очистить от скопившейся грязи — он просто мог это сделать и не видел причин сдерживаться. Наверное, сейчас велосипед был чище, чем до того, как упал в ручей.

— Ну вот, — удовлетворенно сказал Зориан. — Велосипед цел, чист и вытащен из реки. Можно больше не плакать, верно?

— Хорошо, — шмыгнула она носом. — Мм. Спасибо.

— Да что там, — ответил он. — Ну, удачи, а нам пора идти. Думаю, скоро пойдет дождь, так что и тебе лучше бы отправиться домой.

— Эй, не будь злюкой, брат. Не можем же мы оставить ее здесь, — внезапно вмешалась Кириэлле. — Мы должны проводить ее домой, просто на всякий случай.

— Он не злюка, — возразила другая девочка, выйдя из задумчивости. — И я и сама прекрасно дойду до дома. Я не тупая.

О, а эта малышка ему нравится. Нечасто кто-то принимает его сторону в споре с Кириэлле.

— Хмм. Приятно, что хоть кто-то не спешит обвинить меня во всех смертных грехах, — Зориан выразительно покосился на Кириэлле, та закатила глаза. — Но, думаю, Кириэлле не имела в виду ничего плохого. Ты выглядишь расстроенной, и она волновалась за тебя.

— Я просто… Мне только вчера дали велосипед, и мама сказала, чтобы я берегла его, потому что мы не можем позволить себе еще один, а я…

— Эй-эй, сейчас все в порядке, — поспешно прервал ее Зориан, видя, что она может опять удариться в слезы. — Он снова у тебя. Все хорошо, что хорошо кончается. Но, наверное, нам и правда стоит проводить тебя, по крайней мере, пока ты не успокоишься.

— Ага! — влезла Кириэлле. — А по пути мы можем поговорить и лучше узнать друг друга. Я только что сюда приехала, было бы здорово найти друга моего возраста. Как тебя зовут, кстати? Я — Кириэлле, а этот парень, что вытащил велосипед, мой брат Зориан.

— Ночка, — сказала та. — Но, эм, я не хочу вас задерживать.

— Мы никуда не торопимся, просто хотели посмотреть на фонтан, — отмахнулась Кириэлле. — Это можно сделать в любое другое время. Ну же, покажи нам, где ты живешь.

Дом Ночки оказался неподалеку — она жила возле парка, почему родители и отпустили ее одну. И, хоть подобная родительская беспечность была довольно странна, Зориан, чьи родители относились к нему так же, не стал лезть не в свое дело. Он вообще по большей части молчал, но ничего страшного: Кириэлле трещала за двоих. Ночка же поначалу нервничала и смущалась, постоянно озираясь и вздрагивая от малейшего шороха, но постепенно прониклась симпатией к его сестре. Ей было восемь, на год младше Кириэлле, и она тоже новенькая в Сиории. Ее семья переехала сюда пару месяцев назад, и у нее тоже не было друзей. Великолепно. Он уже видел, чем это все закончится…

Зориан еще раз попытался избежать неизбежного, попрощавшись, как только они довели Ночку домой — но не преуспел, поскольку их встретила мать девочки и настояла, чтобы они вошли, а он не хотел показаться невежливым. Пожалуй, у нее есть полное право узнать, кто эти двое незнакомцев, что привели ее дочь, так что стоит зайти, хотя бы просто успокоить ее. Ночка тут же выложила матери, что произошло — вот только в ее рассказе велосипед не падал в ручей, а попал в веревочную петлю… гм, которая каким-то образом оказалась в парке. Девочка, пропустив объяснения, сразу перешла к моменту, когда Зориан помог ей спустить велосипед с дерева.

Да уж, Ночка совсем не умела врать. Судя по взгляду ее матери, как только Зориан и Кириэлле уйдут, девчушке придется рассказать настоящую историю.

Реа — мать Ночки — на взгляд Зориана, была довольно пугающей. Она не выглядела опасной — те же иссиня-черные волосы и карие глаза, что и у Ночки, одежда и внешность обычной домохозяйки, но ему не потребовалось и пяти минут, чтобы понять, что здесь что-то нечисто. Ее движения были плавны и точны, она никогда не сбивалась и не медлила в разговоре, ее взгляд был устрашающе пронзителен, да и в целом она словно излучала ауру хладнокровия и уверенности. Сказать по правде, будь он здесь один, он бы поспешил откланяться, но Кириэлле совершенно не опасалась хозяйки и вовсю болтала с новой подружкой. В том числе и о том, почему они вообще пошли этим путем и встретили ее.

— Ах да, странные крысы с мозгами, — заметила Реа, когда Кириэлле дошла до этого момента. — Вокруг дома крутилась парочка, но в таких количествах — никогда. Мерзкие твари.

Зориан нахмурился. Почему мозговые крысы крутятся вокруг дома Ночки?

— Вам следует быть осторожнее, — сказал он. — Они называются мозговые крысы, и они могут читать мысли, возможно даже просматривать память, если их не прогонять.

— Хмм… значит, я правильно сделала, убив их, — ответила Реа.

— Да, но это не гарантирует безопасности, — возразил Зориан. — У них телепатический роевой разум, так что убив одну, вы не сотрете информацию о себе. Что знает одна мозговая крыса, знают и остальные. Лично я считаю, что вам следуют обратиться к властям, чтобы они истребили вредителей, но решать вам.

— Понятно, — сказала Реа после нескольких секунд молчания. — Я поговорю с мужем о твоем совете, и мы посмотрим, что можно сделать. Должна сказать, вы очень хорошо информированы для пятнадцатилетнего, мистер Казински.

— Брат очень умный, — вставила Кириэлле.

Помолчала бы, подлиза.

— Что же, спасибо вам за гостеприимство, мисс Сашал, но наша домовладелица ожидает нас, так что нам правда пора идти, — Зориан поднялся со стула и проследил, чтобы и Кириэлле встала. По словам Реи, ее муж вот-вот придет, а ему не хотелось бы объяснять все еще раз.

— Дождь совсем разошелся, — отметила Реа, глянув в окно. — Вам стоит подождать хотя бы пока погода не улучшится.

— К сожалению, не похоже, чтобы это произошло в ближайшее время, — сказал Зориан. — Но ничего, я могу телепортировать нас на место и укрыть от дождя, пока дойдем.

— Можно Кириэлле приходить поиграть со мной? — спросила Ночка.

— Э… да. Конечно, — ответил он. Кириэлле не простила бы ему, если бы он отказал. Хоть ему и не нравится, что она будет гулять в районе, кишащем мозговыми крысами…

Они попрощались и направились к дому Имайи.

На следующий день он встал пораньше и сказал Имайе, что будет в библиотеке, хотя на самом деле ничего подобного не планировал. Вместо этого он телепортировался в Князевы Двери и приступил к сбору кристаллизованной маны. В его памяти уже хранилась карта весьма значительного участка подземелья, и полностью обобрать его за день уже не выходило. Потребуется еще день или два, чтобы собрать все известные кристаллы. Нда, похоже, его память уже на пределе — он напрочь забыл некоторые малые месторождения, а те, что помнил, пришлось искать. Раздражает.

Интересно, что сказал бы он-прошлый, узнав, что когда-нибудь перед ним будет столько сокровищ, что он начнет попросту забывать о них. Вероятно, что-то неприличное.

Буквально через полчаса после возвращения в дом Имайи к нему пришла Тайвен.

— Дай угадаю, ты хочешь, чтобы я пошел с тобой в канализацию, отбирать часы у гигантских пауков, — "догадался" Зориан.

— Что? А, нет, я отказалась от этого заказа, есть куча более прибыльных, — ответила Тайвен. — Но откуда, черт возьми, ты это знаешь? Я упоминала об этом заказе разве что паре человек.

А, точно. Ситуация в Сиории сильно изменилась с его последнего цикла здесь — наемники, что он собрал против Красного, были мертвы, лишены душ, как и аранеа, а без аранеа чудовища с нижних уровней подземелья свободно проникали на поверхность. Многое изменилось — ему следует наконец запомнить это и не расслабляться.

Чем придумывать отговорки, он просто проигнорировал ее вопрос и задал собственный:

— Если ты здесь не за этим, то почему же ты здесь, Тайвен? Обычно ты не навещаешь меня просто от нечего делать.

Тайвен возмутилась, что она очень даже навещает его от нечего делать, и стала яростно отрицать, что пришла просить об одолжении. Наоборот, она предлагала ему возможность — возможность заработать богатство и славу, если он присоединится к ней.

Нда. Что же, по крайней мере, ее новый способ вербовки звучит куда притягательнее, чем старый.

Если вкратце — прорывы чудовищ, о которых он читал в газетах прошлого цикла, начались раньше, чем он ожидал. В первый же день месяца случилось несколько неприятных инцидентов — молодая пара серьезно пострадала, когда гигантская многоножка выползла из канализации прямо на оживленную улицу, а один ресторан пришлось эвакуировать, когда в подвал проник огромный желтый слизень и принялся пожирать все, до чего мог дотянуться. На следующий день все стало еще хуже, и пока Зориан собирал кристаллы в подземелье, произошло несколько смертельных случаев, вынудив городские власти пойти на экстренные меры. Одной из которых стало высокое вознаграждение за головы монстров и призыв группам старателей и наемников спуститься насколько возможно в подземелье и снизить поголовье чудовищ, прежде чем они доберутся до поверхности.

Тут-то Тайвен и поняла, что пришел ее звездный час. Уже отчаявшаяся доказать свое мастерство, она обеими руками ухватилась за возможность сделать себе имя охотой на монстров.

Вот только ей не хватало людей. Три человека — еще не охотничья группа.

— Не ожидал, что ты обратишься ко мне, — заметил Зориан. — Похоже, тут потребуются серьезные боевые навыки, а я только поступил на третий курс. Наверняка среди твоих сверстников есть кандидаты получше?

— Ну, дело в том, что другие группы тоже набирают людей… и они куда известнее и престижнее, чем малышка Тайвен. Будет проще, когда я покажу результаты, но если ждать, может стать слишком поздно. Так что выбирать не приходится.

— Выбирать не приходится? — ровно переспросил Зориан. До временной петли одной этой фразы было бы достаточно, чтобы он немедленно отказал ей. Он не был согласен и на второе место — что уж говорить о "за неимением лучшего". Но годы в петле укротили его гордыню, и он сознавал, что у Тайвен есть основания для подобного отношения — ну, исходя из известных ей фактов.

— Ладно, неудачно выразилась, — признала та. — Но ты и сам сказал, что ты только на третьем курсе. Насколько ты хорош в боевой магии? Уверен, что не станешь обузой для команды?

Хмм, насколько можно раскрыться? Тайвен иногда поразительно легкомысленна, но уж внезапный скачок в силе ее точно насторожит. И она одна из тех немногих людей, кто хорошо знал его до петли и помнит, каким он должен быть.

И кстати, стоит ли ему вообще с этим связываться? Похоже, это займет уйму времени, а у него и так скопилась целая куча срочных дел… может, притвориться слишком слабым и неопытным для участия?

Ладно, черт с ней, он попробует один раз. Как минимум, это отличное прикрытие для многих планов на этот цикл.

— Совершенно уверен. Я уже бывал в Подземелье, — признался он. — У меня неплохой арсенал боевых чар, и я не впаду в панику в случае опасности. Моя главная проблема — резерв маны, мой максимум — двадцать магических снарядов. И это после того, как я развил резерв долгими тренировками — в плане запаса маны я не выше среднего.

Несколько секунд Тайвен молча, недоверчиво смотрела на него.

— Ты уже был в Подземелье? — наконец спросила она. — Удивительно, как ты получил допуск. Академия очень не хотела давать его мне, когда я уже была на четвертом курсе.

— Я и не говорил, что спрашивал разрешения, — заметил он.

— Зориан…

— Что, хочешь сказать, сама так не делала? — с вызовом спросил он.

— Ну, может быть раз или два, — признала она. — Но в твоем случае речь не идет о единичных спусках. Чтобы настолько развить свой резерв, требуется интенсивная практика, учитывая, с чего ты начинал. Это явно было очень опасно.

— Иногда мужчина должен рискнуть, — процитировал Зориан, имитируя ее голос. — Разве не ты мне это сказала?

— Я говорила об ухаживании, и ты это знаешь, — возразила Тайвен. — Почему ты не мог последовать совету в этой области?

"Я и последовал, — с горечью подумал Зориан. — В итоге меня высмеяли."

— Чем ты недовольна? Ты наоборот должна радоваться, что твои поиски увенчались успехом, — вместо этого сказал он. — Так ты хочешь меня в эту свою команду, или нет?

— Хочу, хочу, — поспешно заверила Тайвен. Достала из сумки листок и положила на стол. — Наверное, ты прав, это сейчас не важно. Почему бы тебе не заполнить вступительную анкету, а я пока расскажу, что запланировала на завтра…

Следующую пару дней Зориан регулярно спускался в подземелья с Тайвен, Уриком и Ореном. Он быстро осознал, что основную его ценность для команды представляют отнюдь не боевые навыки — обычно объединенных сил Тайвен и двух ее товарищей вполне хватало для устранения любой угрозы, ему же приходилось вмешиваться лишь когда те трое тратили всю ману и нуждались в передышке. Нет, главным было то, что благодаря посланию покойной матриарха, он владел подробной картой значительной части подземелья, а его мастерство в прорицании позволяло проводить удаленную разведку и отыскивать конкретные цели. Без него, направляющего остальных, они бы только и делали, что слепо плутали в туннелях, пытаясь найти, с кем бы сразиться. На взгляд Зориана, навыки этих троих были безрассудно сфокусированы на боевке.

Будучи в Подземелье, Зориан не упускал шанса проверить базы захватчиков, пытаясь узнать, как они справляются с наплывом охотников на монстров. Группа Тайвен была далеко не единственной, польстившейся на щедрую награду, и с каждым днем охотников становилось все больше. Как выяснилось, захватчики отступили, бросив наиболее заметные лагеря и оставив в других чисто символические гарнизоны. Наверняка это скверно скажется на эффективности вторжения…

Когда же он не бродил по туннелям с Тайвен, Зориан разгребал ворох скопившихся дел и обязательств. Он выбрал все кристаллы под Князевыми Дверями и начал потихоньку продавать их — как в Сиории, так и за ее пределами. Он сводил Кириэлле в гости к Ночке и был неподалеку, следя, чтобы не появились мозговые крысы — и, к счастью, не встретил ни одной. В этот раз он познакомился с отцом Ночки, крупным, энергичным и бородатым дядькой по имени Саух — смешливым, разговорчивым, совсем не похожим на жену, но тоже по-своему устрашающим. Зориан всерьез подозревал, что приглашение в кузницу, полную молотов и других опасного вида инструментов было завуалированной угрозой, на случай, если он чем-то повредит Ночке. Он также заглянул в библиотеку и поговорил с Ибери. К его удивлению, она хотела, чтобы он позанимался с ней. Она давно искала репетитора, но те слишком дорого брали за свои услуги, и она рассчитывала, что сможет договориться с третьекурсником за обмен заклинаниями или нечто подобное. Предложение было интересным — но он и так был слишком занят, так что пообещал заняться ей после летнего фестиваля, если она не передумает. Возможно, в один из последующих циклов, когда он не станет связываться с Тайвен.

И, само собой, его никто не освобождал от учебы. Тоже морока, хоть и не столь утомительная. Из-за долгого отсутствия он позабыл многие детали учебного процесса, и теперь уроки представали перед ним в новом свете. Тревожная обстановка с монстрами повлияла и на академию. В классе отсутствовала Джейд — родители забрали ее домой. Разумеется, Зака тоже не было — и все, кроме знавшего истинное положение дел Зориана, считали, что его тоже отослали из ставшего опасным города. Кайрон на первом занятии объявил, что будет давать дополнительные вечерние занятия боевой магией, а Ильза открыто призвала всех, имеющих достаточные боевые способности, присоединяться к охотничьим группам, пообещав послабления и преференции всем, достигшим результатов. В качестве примера она назвала тех, кто уже охотился на монстров — Зориана, Брайама, Тинами, Наима и Эстина — чем несказанно его удивила — он никак не думал, что столько людей самоуверенно решат влезть во все это. Два дня спустя к этому списку присоединилась Коприва, а Майю и Ироро отозвали домой, до тех пор, пока обстановка не нормализуется.

Со всеми этими изменениями в составе класса и действиях профессоров, учеба раскрылась ему новой, еще не надоевшей стороной. Конечно, через цикл-другой она снова ему приестся, но пока было терпимо.

Прошло еще несколько дней. Число и масштаб прорывов постепенно сокращались, и город начал потихоньку возвращаться к нормальной жизни, более не напоминая перепуганную антилопу. На улицах все еще чувствовалась настороженность, вылазки в Подземелье не прекращались, но жизнь возвращалась в спокойное русло. Так что Зориан начал разработку заговорщиков, культистов и иных причастных к вторжению лиц, кого он знал еще от аранеа — отслеживая их перемещения и действия, но пока воздерживаясь от атак. Шумиха вокруг мертвых наемников и вторжений монстров вызвала серьезные изменения в планах захватчиков, так что его предзнание было крайне ненадежным. А он отнюдь не стремился действовать вслепую, предпочитая точно знать, где и когда нанести удар.

И что-то тут было не так… даже учитывая значительные изменения после того, как Красный удалил аранеа, захватчики были на удивление неэффективны. Хуже информированы. Раньше они знали, как обойти нужные обереги, как избежать глаз городских властей — но не в этом цикле. Зориан начинал подозревать, что в прошлых циклах заговорщики получали ключевые сведения от Красного, даже тогда, когда тот сам не принимал активного участия в боях, но в этом цикле ему что-то помешало.

Странно.

Приезд Каэла напомнил об их сделке — помочь Каэлу с алхимическими исследования в обмен на помощь с магией душ. Увы, тут тоже была своя проблема: за множество циклов вне Сиории Зориан забыл многое из блокнота Каэла. Тот каким-то образом сумел что-то восстановить по разрозненным отрывкам, что помогло убедить его в правдивости Зориана, но по сути, они вновь начинали с чистого листа.

Он уже понял — если он хочет, чтобы их сделка оставалась в силе — ему нужно найти способ не забывать. Без повторения в каждом цикле он вновь многое забудет, а объем важной информации все нарастал. И это касалось не только рецептов Каэла — он уже столкнулся с белыми пятнами на своей карте подземелий под Князевыми Дверями, забыл подробности прошлых циклов, вроде встречи с Ночкой, и у него было такое чувство, что удержать в памяти огромный объем сведений о захватчиках, который он сейчас собирал, тоже будет весьма непросто.

Ему нужно как-то улучшить память, и сделать это быстро. Надо будет заняться этим в следующие выходные, посмотреть, что получится.

Он постучал в дверь кабинета Ксвима и прилежно дождался ответа.

— Входите, — отозвался из-за двери Ксвим; Зориан вошел и, дождавшись приглашения, сел.

— Покажите свою базовую тройку, — велел куратор.

Зориан показал — молча, эффективно и без малейших возражений. В этот раз он решил проверить, насколько хватит Ксвима, если он будет без жалоб и нареканий выполнять все его требования. Конечно, предстоит долгий путь — он не рассчитывал поразить этого несносного типа уже в этом цикле — но он был полон решимости пройти этот путь до конца. Он будет отрабатывать любые, даже самые дурацкие упражнения Ксвима, день за днем, цикл за циклом, пока не освоит в совершенстве. Пока не освоит их все, если придется. В какой-то момент у куратора должны кончиться упражнения, ведь так?

Ксвим кинул в него шариком. Зориан, не глядя, чуть отклонил голову, пропуская стекляшку. Еще два шарика также пролетели мимо.

— Закройте глаза, — распорядился Ксвим.

Зориан закрыл. И все равно уворачивался от всех шариков — рассеянное облако маны окружало его, как сигнальное поле. Ксвим ничем не выдал удивления, впрочем, Зориан тоже.

— Можете открыть глаза. Вот шарики, — Ксвим достал из-за стола здоровенную коробку, наполненную ненавистными стеклянными сферами. Тут были самые разные размеры, и Зориан ощутил невольную благодарность, что Ксвим кидал только маленькие. Некоторыми, пожалуй, и вырубить можно. — Поднимите левитацией столько, сколько сможете. Быстрее, мы не можем сидеть тут весь день.

Зориан поднял все — но, увы, недостаточно быстро. Ну, на взгляд Ксвима недостаточно. Целый час тот заставлял Зориана поднимать и опускать шарики. Зориан же молчал, изо всех сил стараясь лучше выполнить поручение.

— Ну кто поднимает таким неаккуратным комом? Сделайте из них сферу. Теперь кольцо. Пирамиду. Это, по-вашему, пирамида? Может, вам стоит сменить очки, мистер Казински? Да, лучше. Но медленно — вы должны быть быстрее, намного быстрее. Начните сначала, со сферы. Еще раз. Еще раз.

Зориан как можно быстрее заставлял кучу шариков перетекать из формы в форму, пока наконец не случилась беда — он утратил контроль, и вся масса шариков с грохотом обрушилась на стол. Зориан вздрогнул — шарики прыгали по столу и раскатывались по всему кабинету. Его маска отрешенности на миг дала слабину.

Проклятье.

Несколько секунд Ксвим и Зориан бесстрастно смотрели друг на друга.

— Итак? — с любопытством спросил куратор. — Чего же вы ждете, мистер Казински? Скорее соберите их обратно в коробку, чтобы мы могли продолжить.

— Да, сэр, — как Зориан ни старался, в его голос прокралась нотка горечи. — Сию минуту.

Теперь несомненно: он правда ненавидит стеклянные шарики.

Глава 39. Подозрительные совпадения

Зориан молча смотрел на своего мучителя, пытаясь сохранить расслабленное и бесстрастное выражение. Ксвим смотрел на него — на фоне естественной, безупречной невозмутимости куратора усилия Зориана казались смехотворными. Но он выдержит. Он уже выдержал. Он (наконец-то) выполнил все неслыханные требования Ксвима, и сумел не сорваться. Разумеется, он ничуть не впечатлил этого типа, даже продемонстрировав невозможное для третьекурсника мастерство плетения — но иного он и не ожидал.

Молчание затягивалось.

— Это, — изрек наконец Ксвим, — было просто ужасно. Вы совершенно лишены гибкости, медлительны, и при этом парадоксально нетерпеливы. В вас, мистер Казински, я вижу неоправданную самоуверенность, вы переходите к продвинутым техникам, не озаботившись подобающей базой. Да, это частый недостаток у магов, но "другие тоже так делают" никогда не было достойным оправданием. Сначала мы поработаем над тем, чтобы это исправить — и только потом перейдем к чему-то более серьезному.

— Конечно, сэр, — спокойно ответил Зориан. — Дома я займусь упражнениями, которые вы показали.

— Хорошо. Я ожидаю лучших результатов к нашему следующему занятию, — Ксвим откинулся в кресле и небрежно махнул рукой. — Свободны.

Зориан уважительно кивнул, неторопливо поднялся со стула и покинул кабинет, стараясь не выдать спешки. Лишь закрыв за собой дверь и отойдя подальше, он позволил себе расслабиться.

Это было опасно. Очень, очень опасно. Он знал, что лезть в разум Ксвима — ничем не оправданный риск, но тот настолько разозлил его, что Зориан просто не смог удержаться. К тому же, каковы были шансы, что куратор будет защищать свой разум на обычном занятии? Судя по всему, немалые — мысленный щуп Зориана наткнулся на мощный ментальный барьер. Он немедленно отпрянул, перепуганный, что его раскрыли — но, видимо, защита, которую использовал Ксвим, не распознала столь тонкого касания. Ну, или Ксвим заметил, но не подал вида — впрочем, это крайне маловероятно, даже если бы куратор решил смотреть на его проступок сквозь пальцы, без язвительных комментариев о его неудачной попытке никак бы не обошлось.

А интересно, он что, поддерживает щит на каждом занятии? Каким-то образом узнал о способности Зориана, или Ксвим из тех магов, кто всегда экранирует мозг? Тут может быть множество вариантов. Надо будет без предупреждения вломиться к нему в кабинет посреди недели, чтобы узнать, поддерживает ли Ксвим защиту, когда не ожидает его…

Он все еще думал о Ксвиме, даже когда вернулся домой, но характерный отзвук мыслей Ночки и ее матери вытеснили его так называемого куратора из головы. Неожиданно — насколько он знал, сегодня они не договаривались о визите. Он сразу направился на кухню, где чувствовались Имайя и Реа, и обнаружил их за столом, сплетничающими за выпечкой и… сливовицей(7)?

Ну, неважно. Обменявшись приветствиями, он попытался по возможности вежливо узнать у Реи причину их внезапного визита. Судя по сердитому взгляду Имайи, с вежливостью вышло не очень, но самой Рее, похоже, было все равно.

— Ночка не могла дождаться вашего прихода, так что я сама привела ее к Кириэлле, — пояснила она. — К тому же, просто нечестно вынуждать тебя тратить время, приводя сестру к нам. Ты учишься магии и, как я слышала, занят и многими другими делами помимо этого — я же просто домохозяйка, у меня много свободного времени.

"Просто домохозяйка", ага. Если она и вправду та, за кого себя выдает, он… ну, нет, он не будет делать ничего опрометчивого, но его это весьма удивит. Теоретически это возможно, но ее уверенность и самоконтроль слишком хороши для домохозяйки.

— Что касается меня, я совершенно не возражаю, что Ночка будет приходить время от времени, — влезла Имайя. — Об этом можешь не беспокоиться.

— Понятно, — медленно проговорил Зориан. Он посмотрел на Рею, и та прямо встретила его взгляд. Она не делала ничего необычного, да и его эмпатия не ощущала враждебности, но все же это нервировало. Дело в ее позе, сообразил он — Реа кажется расслабленной, но совершенно не двигается.

Подчиняясь внезапному импульсу, он решил снова рискнуть — второй раз за день — и коснулся ее поверхностных мыслей. Он не хотел привыкнуть вторгаться в чужие мозги, но если кто-то выглядит угрожающе, это вполне может послужить оправданием. А Реа выглядела как минимум подозрительно.

Ее разум не был защищен, и, похоже, она не ощутила его касания. С другой стороны, это мало что ему дало. В данный момент она ни занималась самоанализом, ни вынашивала тайные планы. По большей части она просто наблюдала за ним, наблюдающим за ней. Зориан знал, что она кто угодно, но не обычная домохозяйка — Реа же знала, что он кто угодно, но не обычный студент.

Он решил поспрашивать о ее прошлой и нынешней жизни в надежде направить мысли в нужную сторону и узнать, что же с ней не так. Да и Имайю явно беспокоила их безмолвная дуэль взглядов, стоит нарушить молчание хотя бы ради нее.

— А знаете, я сейчас сообразил, что никогда не спрашивал, почему вы с семьей решили переехать в Сиорию, — начал Зориан. — Могу поспорить, это просто захватывающая история…

Следующие полчаса он беседовал с Реей о ее прошлом, Имайя изредка вставляла фразу-другую. Несмотря на все усилия, Зориан так и не нашел в ее мыслях никаких секретов. Она слишком сосредотачивалась на том, что говорила, размышления и случайные мысли почти ничего не добавляли к ее словам. Единственное, в чем он был уверен — что она ни разу не солгала. Ее рассказ о том, как их семья в поисках лучшей жизни перебралась из маленького провинциального городка в Сиорию, не был "легендой" — она действительно в это верила. Ее муж искал более высокооплачиваемую работу, Реа хотела расстаться с неприятными соседями, при каждом удобном случае распускавшими про нее гнусные слухи, да и плачевное состояние местной школы не устраивало обоих, им хотелось лучшего для Ночки. Вот они и переехали. Просто, не правда ли? Сейчас они обживались на новом месте и потому были несколько стеснены в средствах, но Рею это не беспокоило — она утверждала, что это временно.

Впрочем, два интересных момента он все-таки обнаружил. Во-первых, у Реи был просто неестественно острый слух. Во время всего разговора она машинально отслеживала беседу Ночки и Кириэлле в другом конце дома, за двумя закрытыми дверями и коридором. Сам Зориан, как бы ни напрягал слух, не мог расслышать решительно ничего. И во-вторых, Реа не знала, что он касается ее мыслей, но прекрасно читала собеседника старым добрым способом — и сразу поняла, что он подозревает ее и пытается разузнать ее секреты.

И ее это забавляло. Очень, очень забавляло.

Наконец Зориан был вынужден признать поражение, покинув разум Реи и откланявшись. По крайней мере, он мог быть спокоен, что Реа не замышляет ничего дурного в отношении его и Кириэлле, а остальное его не заботило. Она была вправе хранить свои секреты, покуда те не кусаются.

— Ах да, чуть не забыла, — сказала Имайя, когда он уже выходил. — Каэл хотел поговорить с тобой, когда ты вернешься. Сейчас он в подвале, снова возится со своим алхимическим оборудованием.

Поблагодарив ее, Зориан спустился в подвал, узнать, чего хотел Каэл. Это могло быть что угодно — при встрече он вывалил на морлока целый ворох бредовых откровений и проблем, и ему очень повезло, что Каэл сумел воспринять все это так рассудительно и сдержанно. Стыдно признаться, но сам он на месте Каэла едва ли показал бы и половину этой выдержки.

С другой стороны, он подозревал, что принять его объяснения Каэлу помогла жадность. Он не сомневался, что для Каэла временная петля была не чудовищной аномалией, но прежде всего уникальным шансом невероятно развить свои знания и навыки, если суметь разыграть верную карту. И это, несомненно, сказалось — он поверил рассказу Зориана. Вот и сейчас…

— А, вот и ты, — поприветствовал его Каэл. — Ты достал ингредиенты, которые я просил?

— Ага, — Зориан открыл сумку и достал деревянную коробку с алхимическими реактивами.

— Проблем не возникло? — спросил Каэл, принимая коробку и тут же приступая к проверке. Он вытащил бутылек с чернильно-черной жидкостью и зачем-то посмотрел на просвет.

— Нет. Продавец странно на меня смотрел, когда я заказал столько дорогих ингредиентов, но ничего не сказал. Хотя, пожалуй, следующую партию лучше брать в другом магазине.

— Пожалуй, — согласился Каэл, возвращая бутылек на место и захлопывая коробку.

Он даже не заикнулся о том, чтобы возместить траты. Одним из первых условий Каэла было финансирование его исследований. Зориан понимал его — это не просто желание получить спонсора, но и проверка, верит ли сам Зориан в историю с петлей. Ведь если он сам верит в петлю, он легко может за месяц потратить все имеющиеся средства, не так ли?

Каэл поставил коробку на стол, между другими коробками, керамическими мисками, бутыльками и другими алхимическими принадлежностями, заполонившими его мастерскую. На миг он ушел в себя, его ярко-голубые глаза оглядели подвал, затем вновь обернулся к Зориану.

— Как думаешь, как часто ты сможешь покупать еще? — спросил он.

— Ну… я не стану говорить "когда захочешь" — уверен, если ты возьмешься за дело всерьез, то сможешь потратить любую сумму — но сейчас я неплохо обеспечен. Благодаря петле я нашел быстрый способ добывать огромное количество кристаллизованной маны в подземелье Князевых Дверей; на ее продаже я получаю кучу денег, — пояснил Зориан. — Так что… две или три таких коробки в день, наверное? Может, и чаще, но мне кажется, это плохая идея — скупка дорогостоящих ингредиентов привлечет ненужное внимание.

— …Понятно, — медленно сказал Каэл, явно не ожидавший такого ответа. — Это огромная сумма. Если не секрет, зачем ты добыл столько? На собственные эксперименты?

— И на них тоже, — ответил Зориан. — Когда можешь тратить деньги, не глядя, многие вещи становятся куда проще. И быстрее. И да, я знаю, что это странно, стараться заработать побольше, находясь в петле.

— А другая причина?

— Жадность, я полагаю, — признал он. — Я хочу, чтобы по выходу из петли все мои финансовые вопросы были решены. Да, наверное, я мог бы потратить время с большей пользой, но…

— Не волнуйся, я прекрасно тебя понимаю, — Каэл чуть улыбнулся. — Наверное, я бы и сам на твоем месте делал бы что-то подобное. Даже, скорее, я бы начал это раньше, невзирая на остальные проблемы и угрозу других путешественников. Так много проблем исчезли бы из моей жизни при наличии миллиона-другого…

— Ну, ты же алхимик, — отозвался Зориан. — Эта профессия всегда была дорогой, если не довольствоваться тем, что сам выращиваешь или находишь. Понятно, что ты бы не отказался разбогатеть.

— Возможно. Хотя, думаю, до твоей эффективности мне было бы далеко. Ну, если не опускаться до воровства. Мне бы и в голову не пришло собирать кристаллизованную ману. Что же в ней такого, что люди готовы платить за нее такие деньги?

— Странно слышать это от алхимика, — заинтересованно посмотрел на него Зориан. — Уверен, истолченная кристаллизованная мана — важная составляющая многих зелий.

— Не в моих зельях, — покачал головой Каэл.

— А. Ну, кристаллизованная мана — по сути, природная мана в твердой форме. Сложнее использовать — ее сначала нужно извлечь в более привычную форму — но очень хороша в качестве магических батарей. Большинство накопителей, выполненных заклинательными формулами, разряжаются — кто за неделю, кто за пару дней. Кристаллизованная же мана в обычных условиях полностью стабильна. Это очень удобно, если нужно запитать мощный магический контур или оберег независимо от природной маны.

— А, так это те кристаллы, на которых работают новые поезда, — сообразил Каэл.

— Да, — подтвердил Зориан. — Я слышал, что использование кристаллов в поездах изрядно задирает цены, что беспокоит многих. Но — мне же лучше.

— Жаль, что их используют только для внешних устройств, — заметил Каэл. — Что-то вроде личной батареи позволило бы не задумываться о величине своего резерва. Ты не пробовал сделать такую? Пусть даже всего на несколько недель, но она наверняка была бы полезна.

— Конечно, пробовал, — фыркнул Зориан. — Это невозможно. Собственная мана, покинув тело, очень быстро теряет сродство с заклинателем. За считанные минуты становится неотличимой от природной.

— Эх.

— Вот-вот. А что насчет алхимических средств? Есть ли зелья, ускоряющие регенерацию, или дающие мгновенную прибавку?

— Не думаю. Полагаю, если бы такие зелья существовали, мы все бы о них слышали. Хотя в принципе это возможно — скорее всего, с серьезными побочными действиями, сводящими полезность зелья до минимума. Возможно, тебе стоит поговорить с Лукавом — если кто и знает о подобных рецептах, так это он, — Каэл неловко поежился. — И, раз уж речь зашла о Лукаве, у меня есть… личная просьба.

— Я слушаю, — с любопытством ответил Зориан.

— Так вот… — начал Каэл. — Когда я давал тебе список людей, кто может помочь с магией душ, это были не просто имена. Мы не были лучшими друзьями, но я знал этих людей. Мы давно знали друг друга, иногда встречались, обменивались новостями, и все такое… узнать, что кто-то целенаправленно похищает или убивает их, было очень неприятно.

Зориан вздрогнул. Теперь он сообразил — с его стороны было довольно жестоко просто взять и сообщить Каэлу об исчезновениях вокруг Князевых Дверей. Для Каэла это было не еще одной мрачной тайной, а прямым ударом по его знакомым.

— Я не сержусь, — поспешно добавил Каэл. — Я понимаю, что ты завален другими проблемами, и что сейчас твои первейшие задачи — выжить и разобраться в механизме петли. Однако я был бы очень признателен, если бы ты выследил убийц и нашел способ разобраться с ними.

— Разумеется, — без колебаний согласился Зориан. — Я и сам собирался это сделать. Просто отложил до тех пор, пока не решу более срочные вопросы и не стану чуть лучше в боевой магии.

Не говоря уже о том, что, наблюдая за силами захватчиков в Сиории, он приближается к разгадке и этой тайны. Эти происшествия определенно взаимосвязаны, возможно даже — разные этапы одной операции.

— Хорошо. Прямо гора с плеч, — тяжело выдохнул Каэл. — Если я чем-то могу тебе помочь, просто скажи. Я все еще навожу справки, но, думаю, смогу достать пару рецептов сыворотки правды.

— У меня уже есть магические методы допроса, но, полагаю, больший выбор не повредит, — ответил Зориан. Сказать по правде, сыворотка может оказаться эффективнее, чем его способ, по крайней мере, на данном этапе расследования, но это не лучший выход — ему все равно нужно тренировать сканирование памяти. — Кстати, имей в виду, что Лукав уже знает рецепт сыворотки правды, так что если твои поиски не дадут результатов, я всегда могу телепортировать тебя к нему для дружеской беседы. Возможно, он согласится поделиться.

— Он знает? Этот скользкий ублюдок никогда мне не говорил, — пробурчал Каэл. — К слову, это напомнило мне, что Лукав отнюдь не беспомощная жертва, как и его друг, жрец. Возможно, стоит подключить их к расследованию — они наверняка сами справятся с убийцами, если их вовремя предупредить.

А ведь это мысль. Договориться с Алаником, не раскрывая всех карт, будет чертовски трудно, но успех сулит огромные выгоды. Об этом стоит серьезно подумать, когда он вплотную займется расследованием особняка Яску и исчезновений вокруг Князевых Дверей.

— Что же, — помолчав, сказал Каэл, открывая один из ящиков рабочего стола и доставая оттуда дешевую, непримечательную тетрадь. — Об этом поговорили, и теперь я хотел бы обсудить другую неприятную тему: маркер в твоей душе.

Насторожившись, Зориан неосознанно выпрямился. Сказать по правде, когда он рассказал Каэлу о маркере и позволил морлоку просканировать его, он не ожидал многого. Пусть Каэл и некромант, но совсем неопытный. С другой стороны, он решил, что довериться парню не повредит — в магии душ что Лукав, что Аланик, были узко специализированы, и вполне могли упустить что-то, совершенно очевидное настоящему некроманту, пусть даже начинающему. И, похоже, он не ошибся.

— Что насчет маркера? — спросил он, едва скрывая возбуждение.

Каэл вздохнул и сунул тетрадь ему в руки. Однако, открыв ее, Зориан обнаружил, что ничего не понимает — страницы были полны неизвестного жаргона, каких-то диаграмм, перемежающихся абзацами текста, ничего не говорящими неподготовленному читателю. Он раздраженно посмотрел на Каэла.

— Скажу прямо, — проигнорировал его взгляд морлок. — Твой маркер не должен работать, — и, видя замешательство Зориана, перешел к объяснениям. — Меня сразу насторожило, когда ты описал, как плотно он вплетен в душу — зачем кому-то идти на такие сложности ради простого идентификатора? Это можно было бы объяснить желанием защитить маркер от повреждения или извлечения, но даже тогда это перебор — есть и менее опасные способы, защищающие, пока душа цела. Однако у этих способов есть общий недостаток — их намного проще скопировать, чем то, что укоренилось у тебя в душе. Думаю, это и есть причина. Маркер разработан с целью защиты от копирования. И для этого…

— Он постоянно проверяет душу носителя, чтобы убедиться, что его не пересадили другому, — закончил Зориан.

— Именно, — Каэл забрал тетрадь у него из рук, перелистнул несколько страниц и вернул.

Посмотрев на открытую страницу, Зориан увидел диаграмму, упрощенно изображающую человека, с кругами, треугольниками и линиями по всему телу. В прилагающемся абзаце текста говорилось о неких "каналах эссенции", "узлах контроля" и "мембранах перехода". Что по-прежнему мало говорило Зориану, но, по крайней мере, он понял, что на схеме изображены его душа, маркер и их взаимодействие.

— Я не говорю, что полностью разобрался в маркере, — пояснил Каэл. — Или даже в большей его части — это настоящий шедевр, очевидно созданный мастером магии душ. Меня особенно впечатлило, насколько он незаметен для сканирования — неудивительно, что, не зная о его присутствии, я никогда не находил его. И все же кое-что в нем мне вполне понятно, в том числе то, что маркер постоянно сверяется с душой, ее ядром, неизменной частью, и соответственно корректирует свое значение. Если пересадить его другому человеку, он будет идентифицироваться совершенно по-другому.

— Но это определенно не так, — возразил Зориан. — Эти чертовы маркеры у меня и у Зака одинаковы! Иначе поисковый ритуал просто не сработал бы!

— Он сломан, — спокойно ответил Каэл. — Твой маркер поврежден. Некоторые его части не действуют — возможно, потому что не признают тебя законным носителем, или же при пересадке были утрачены важные части. Предполагаю, что по меньшей мере одна из этих неактивных частей должна при твоей смерти посылать временной петле сигнал перезапуска — это объясняет, почему у тебя случается рестарт, когда умирает Зак, но с ним ничего не случается, когда умираешь ты. В отличие от тебя, он носит неповрежденный оригинал маркера.

— Но главная часть все равно работает?

— В некотором роде. Она делает то же, что и должна, сверяясь с ядром твоей души, но по какой-то причине идентификатор остался тем же, каким был у Зака. Эта часть тоже повреждена, но в твою пользу.

— Ух, — глупо сказал Зориан. Что тут еще скажешь? — Честно говоря, я не удивлен. Я всегда подозревал, что маркер так или иначе неисправен. Сильно сомневаюсь, что способ, которым я присоединился к петле, был изначально задуман разработчиками. Это что-то меняет?

— Зависит от точки зрения, — отозвался Каэл. — Тебе не грозит внезапно выпасть из петли, так что, думаю, с практической точки зрения ничего не меняется. Но посмотри на картину в целом. Если я прав, стечение обстоятельств, приведшее к твоему включению в петлю, было случайностью. Удачной случайностью, но тем не менее. Ее не повторить целенаправленно.

Зориан нахмурился. И что с то…

И тут он сообразил.

— Погоди. Но как тогда в петлю попал Красный?

— Хороший вопрос, не правда ли? — Каэл побарабанил пальцами по столу. — Боюсь, у меня нет ответа. Но он определенно использовал какой-то другой способ.

— Угу, — согласился Зориан. — Я тоже подозревал это, но не был уверен. Если он подключился к петле каким-то другим способом, это объясняет, почему он не воспользовался собственным маркером, чтобы выследить меня, так же, как я находил Зака. Если у него вообще есть маркер, то он отличается от того, что у меня и Зака, так что для того, чтобы выследить меня, ему пришлось бы захватить Зака как образец.

— И если он и правда мастер магии душ, как ты считаешь, то он, вероятно, уверен, что ты и Зак не можете иметь одинаковый идентификатор, и потому даже не пытался это сделать.

Они обменивались предположениями еще с полчаса, но на данный момент это были лишь гипотезы. У них не было способа подтвердить или опровергнуть эти теории. Каэл полагал, что Красный использует Зака, как матриарх Сиории использовала Зориана, передавая ему пакеты памяти, либо имея с ним некую духовную связь. Вариант с пакетами памяти Зориан отмел сразу же. Это бы просто не сработало, Красный активно действовал через считанные часы после рестарта цикла, что отчетливо видно по его прибытию в разрушенное поселение аранеа — а на то, чтобы усвоить столь большой объем воспоминаний, нужно не меньше суток. Не говоря уже о том, что Зак начинает каждый цикл по-разному, отправляясь в разные места — так что непонятно, как Красному вообще получать свой пакет памяти. Нет, враг точно не использует сохраненные воспоминания. И, если начистоту, в вариант с духовной связью Зориан тоже не верил — в таком случае Красный, узнав о новых путешественниках, просто проверил бы душу Зака на новые связи. Вместо этого он немедленно отправился за аранеа. Похоже, выяснить, не связан ли с Заком еще кто-нибудь, ему и в голову не пришло.

Сам Зориан предполагал, что у Красного тоже есть некий маркер. На его взгляд, тот, кто знает, что делает, вполне мог подключиться к петле "правильно", получив собственный идентификатор. Хотя тогда возникает вопрос, почему Красный просто не избавился от Зака, чтобы без помех делать, что хочет.

Что в Заке такого особенного?

— Да уж. Похоже, это нам ничего не даст, — заметил Зориан. — Еще что-то, что мне следует помнить?

— Все то же, что уже сказали Лукав и его друг-жрец — избегай любой магии, что может значительно изменить твою душу. Мы не знаем, почему идентификатор маркера остается с текущим значением, и что может вывести его из этого состояния, так что будь осторожен.

— Я и раньше избегал подобного, из этих же самых соображений, — не удержался от драматического вздоха Зориан. — Хотя и жалко. Похоже, моя глупая мечта сделать серого охотника, за которым меня посылала Сильверлэйк, своим фамильяром, или стать перевертышем в него так и останется глупой мечтой…

— А ты не знал? Большинство перевертышей не просто так выбирают обычных животных, — предостерег Каэл. — Становясь перевертышем, ты получаешь инстинкты своей второй души, а души магических существ очень сильны… и чем больше в них магии, тем сильнее. И они, как правило, свирепы и территориальны. Что касается серых охотников, то я уверен, они не потерпят в своих угодьях даже собственную родню, не говоря уже обо всех остальных. И если ты станешь перевертышем в такого паука — это отношение передастся и тебе. Далее, не забывай о потомках. Даже если тебе хватит сил полностью подчинить себе душу чудовища, вовсе не факт, что воля твоих детей будет столь же сильна — тем более, что инстинкты монстра будут влиять на них с самого рождения. Нет, я настоятельно советую тебе воздержаться от столь опрометчивого поступка. А насчет превращения охотника в фамильяра — не забывай, что духовной связи нужно много времени, чтобы окрепнуть, и все это время ты должен быть рядом с ним. Нет никаких гарантий, что за это время монстр тебя не убьет. И даже если ты сумеешь приручить паука, все остальные, не связанные с ним духовной связью, будут в страшной опасности.

— Можешь не объяснять. Я просто пошутил, — прохладно сказал Зориан.

— И хорошо.

— Хотя его способности были бы полезны, — мечтательно пробормотал Зориан. — Невероятная живучесть, скорость, сопротивление магии? Да, пожалуйста!

— Просто убей его, поруби на части и приготовь из них усиливающее зелье, — посоветовал Каэл. — Можешь попросить Лукава помочь, уверен, он не упустит такого шанса. Найдется не так много психов, что рискнут связаться серым охотником, так что он наверняка никогда не работал с его частями.

— А знаешь, мысль интересная…

— Рад, что смог помочь, — Каэл нахмурился, глядя на металлический сосуд с чем-то кипящим. — Хм, этот эксперимент идет хуже, чем ожидалось. А я-то думал, что в этот раз получится. Что же, пора перейти к четвертому варианту, — он оценивающе посмотрел на Зориана. — Как думаешь, у тебя найдется время помочь мне? Некоторые этапы совсем несложны, а если работа пройдет в твоем присутствии, может, ты не забудешь так много, как в прошлый раз.

— Да помогу я, помогу, но, во имя всех богов, хватит напоминать мне, — простонал Зориан. — Прошло больше года, очень напряженного года, так что конечно я многое забыл. К тому же я ищу способы укрепить свою память.

— Хмм, надеюсь, у тебя получится, — ответил Каэл. — Но тем не менее, мы оба знаем, что ты запомнишь лучше, если будешь понимать суть, а не просто заучишь рецепты и инструкции. Считай это бесплатным занятием по алхимии.

Ээх. Ну что же, он и правда нередко прибегал к алхимии для решения различных проблем, так что немного тренировки не помешает.

— Ладно. С чего мне начать?

На следующий день Зориан решил сдержать данное самому себе слово и поискать пути решения проблемы с памятью. Ну, на самом деле сначала пришлось провести урок магии для Кириэлле, но с этим сложностей не возникло. В этот раз она усваивала материал куда быстрее, чем в прошлые циклы — сказывался его накопленный опыт, теперь он куда лучше умел замотивировать ее — или объяснить так, чтобы было интуитивно понятно. Покончив с обязанностями на сегодня, он тут же отправился прогуляться, пока Каэл или Имайя не загрузили его чем-нибудь еще.

По большому счету, у него уже был на примете отличный способ хранения информации — он мог бы создавать пакеты воспоминаний, как матриарх паутины Сиории. Полученная от нее карта Подземелья Сиории была столь же отчетлива, как в тот день, когда он собрал ее из разума уцелевших самцов. Так что для владеющего манипуляций с памятью это очевидно было возможно. И тренировки работы с памятью не отвлекут его от текущих задач — он и так этим занимался. По сути, это и есть его первейшая текущая задача.

Вот только он еще не скоро добьется результатов. Может, через пару месяцев, может, через пару лет… ну, будем надеяться, что не через годы, пакет матриарха просто не продержится столько времени, но проблема никуда не делась: решение нужно ему уже сейчас. К счастью, маги людей как раз и славились привычкой быстро решать возникшие проблемы, и наверняка кому-то из них уже требовалось запомнить карту до последней чёрточки или книгу до последнего слова. Он очень удивится, если таких заклинаний не существует, вопрос лишь в том, где их искать.

Так что он решил начать с библиотеки академии. Не слишком оригинально, но поиск действительно лучше всего начать оттуда, да и он давно уже не касался бесконечных полок библиотеки. За время своего долгого отсутствия он успел соскучиться по этому месту.

Три часа спустя он уже не знал, то ли радоваться, то ли найти что-нибудь не слишком нужное, и спалить. К хорошим новостям — он нашел то, что искал. Не менее пяти различных заклинаний позволяли добиться нужного эффекта — как правило, записывая то, что заклинатель видел или слышал, и сохраняя это в его разуме. Они различались в деталях — например, некоторые позволяли прервать запись, некоторые нет, но суть была одинакова. По описанию, одно из заклятий могло создать запись даже задним числом, восстановив забытую магом информацию.

К плохим новостям — все эти заклятья были в секции с ограниченным доступом.

В секции магии разума.

Зориан откинулся на стуле, опасно балансируя на двух ножках, и снял очки, массируя глаза. Сказать, что получить допуск в закрытую секции библиотеки трудно — значит ничего не сказать. Чтобы получить то, что ему нужно, потребуется читательский билет с более высоким допуском — и ему не получить его законными способами.

Он сузил глаза, глядя в потолок. Ничего не поделаешь. Придется красть.

— Чем в такой замечательный день расстроен мой лучший студент?

Зориан резко дернулся и едва не рухнул вместе со стулом. С трудом восстановив равновесие, он обернулся и сердито посмотрел на Ильзу.

— Прости-прости, — судя по улыбке и ощутимым эмоциям, это были просто слова. — Не думала, что ты отреагируешь так… энергично.

— Вы просто застали меня врасплох, — ответил Зориан. Мысленным чутьем он ощущал человека за спиной, но в библиотеке это не было чем-то необычным. Он же не один в зале. — Чем я могу быть полезен, мисс Зилети?

— На самом деле ничем — я уже закончила то, ради чего пришла сюда. Ты был слишком увлечен чтением и не заметил, но я уже дважды проходила мимо тебя. Просто не хотела отвлекать, ты был так сосредоточен. А когда выходила из зала — заметила, что ты пытаешься взглядом прожечь дыру в потолке, вот и подошла узнать, что тебя беспокоит и могу ли я помочь.

— Я благодарен за предложение, мисс Зилети, — сказал Зориан. — Правда благодарен. Но не думаю, что вы можете мне помочь.

Да, она хочет помочь студенту, но Зориан подозревал, что просить ее стать соучастницей преступления все же не стоит. Мысль забавная, но очень уж неудачная.

— Так над чем ты работаешь? — спросила она. — Заклятья хранения памяти? Зачем они тебе понадобились?

— Мне нужно быстро и точно запомнить пару тетрадей, — честно ответил Зориан.

Ильза задумчиво посмотрела на него.

— Если это из-за домашнего задания…

— Нет, думаю, с заданиями я и так неплохо справляюсь, — покачал головой Зориан. Вообще говоря, скорее он справлялся слишком хорошо — как он ни пытался сдерживаться, по успеваемости он далеко обошел остальной класс. — Это личное. Все, что я могу сказать — что мне скоро нужно будет кое-куда съездить, и я не смогу взять ничего с собой. Ничего, кроме своей памяти. И хоть моя память и хороша, я не уверен, что смогу дословно запомнить, к примеру, сборник алхимических рецептов.

— Звучит подозрительно и зловеще, — заметила Ильза.

— Я не планирую ничего нелегального, — заверил Зориан.

— Даже не сомневаюсь, — издевательски-серьезно ответила Ильза. — Именно поэтому ты и разыскивал заклятья, допуска к которым у тебя, я точно знаю, еще нет.

— Именно поэтому я и был расстроен, когда вы подошли, — парировал Зориан. — Я думал, что нашел решение, но как оказалось, сейчас оно мне недоступно.

— Понятно, — сказала она. — Из чистого любопытства — нужен ли тебе доступ к сохраненной в памяти книге?

— Не уверен, что понял вас, — нахмурился Зориан. — Какой смысл в книге, если ее нельзя прочитать?

— Смысл в возможности копирования, разумеется, — улыбнулась Ильза. — Есть один фокус, которым пользуются мастера изменения, чтобы воссоздавать сложные объекты, не имея оригинала. Они создают мысленный оттиск объекта, сохраняют его в памяти, а потом просто отпечатывают копии этого оттиска, когда захотят. Ну, при наличии исходных материалов, конечно. В твоем случае это будет чистая тетрадь нужного размера и бутылек чернил.

— И… вы знаете, как это делать? — с надеждой спросил Зориан.

Ильза хмыкнула.

— Ну, я ведь тоже мастер школы изменения… Но даже если я соглашусь научить тебя, это весьма непростая комбинация заклятий. Для нее нужны серьезный опыт в изменении, и высочайший контроль плетений. Потребуются…

Зориан сконцентрировался и, не шевельнув ни пальцем, телекинезом снял с ближайшей полки тяжелую, окованную металлом книгу. Книга соскользнула с полки и подлетела к вздрогнувшей Ильзе. И прежде, чем профессор успела что-либо сказать, книга открылась и стала перелистываться, сначала медленно, потом все быстрей и быстрей, последние страницы промелькнули размытым пятном, и книга со щелчком захлопнулась. Закончив демонстрацию, Зориан вернул книгу на полку.

— Я не знаю, как мне прямо здесь показать свой опыт в изменении, — сказал в повисшей тишине Зориан, — но я могу преобразовать стальную сковородку в действующие часы. Насколько ваш метод сложнее?

— Не то чтобы сложнее, — Ильза хмуро смотрела на книгу на полке. — Но определенно отличается. Чтобы освоить его, тебе понадобится несколько дней тренировок, — она покачала головой и наконец вновь посмотрела ему в глаза. — Мы поговорим об этом в понедельник, мистер Казински.

— Значит ли это, что вы согласны научить меня?

— Еще нет. Понадобятся кое-какие проверки, чтобы убедиться, что для тебя это безопасно.

Вскоре Ильза ушла, оставив его наедине со своими мыслями. Он закрыл книгу и отложил в сторону. Способ Ильзы — не совсем тот вариант, что он искал, но, пожалуй, сойдет. По сути, он даже лучше, чем изначальная задумка. Куда менее утомителен. К тому же ему не придется мучительно расшифровывать информацию в голове каждый раз, когда решит что-то изменить или добавить. Да, он попробует этот метод.

Но читательский билет с высоким допуском он все равно украдет.

Две недели пронеслись в сплошных хлопотах. Большая часть из них была рутиной — сопровождение Тайвен и ее команды в Подземелье, уроки магии для Кириэлле или помощь Каэлу с алхимическими опытами (а заодно и периодические сканирования души, без особого, впрочем, результата). Ему повезло, что в этом цикле у Кириэлле была подруга ее возраста, так что сестра не претендовала на все его время. Он был вынужден признать, что в присутствии Ночки — какие бы скелеты ни хранила в шкафу ее мать — с Кириэлле было намного проще сладить, так что и в следующем цикле он наверняка пойдет через мост в парке.

Отдельного упоминания заслуживали две вещи. Во-первых, он выучил заклинания, о которых говорила Ильза, и они работали именно так, как обещано. Трудно даже представить, как его радовала долгожданная возможность сохранять письменные заметки из цикла в цикл. Каэл тоже был счастлив — теперь он мог пересылать себе-будущему куда большие объемы информации — и тут же вручил Зориану четыре полностью исписанные тетради, пообещав к концу месяца пятую. Оставалось надеяться, что количество тетрадей в следующих циклах будет расти помедленнее — в памяти Зориана был запас примерно на пятнадцать оттисков. Пакет памяти матриарха занимал слишком много места.

Во-вторых, он выяснил, что Ксвим круглосуточно поддерживает ментальный щит. Он трижды врывался в кабинет куратора в разное время дня, и барьер всегда был на месте. Увы, эти самовольные визиты доконали даже невозмутимого Ксвима, так что к следующему занятию Зориану было задано пять разных книг с техниками плетения. В зависимости от выбора куратора, ему предстояло создавать скульптуры из песчинок, разбирать часы телекинезом, не повреждая даже мельчайшие детали, упражняться со свечами и спичками, заниматься живописью без кисти, либо высекать глифы на камне движением пальца. А может, и все вместе, если Ксвим не успеет остыть.

Но все это было второстепенно — его главной целью было выслеживание ибасанцев и Культа Дракона, что Внизу, анализ их структуры и иерархии. Первоначально он собирался быть осторожным, просто наблюдая большую часть месяца, вычисляя их сторонников и места встреч, но… в общем, ему подвернулся шанс, и он им воспользовался. Если сами ибасанцы в большинстве своем были тренированными магами и проводили почти все время под землей, в надежно защищенных лагерях, лишь изредка выходя на поверхность — то их союзники в городе были куда более уязвимы. Зориан проследил за сектантами и простыми наемниками, работавшими с ибасанцами, до самых домов, и читал их мысли. Обереги на их домах, там, где они вообще были, оказались смехотворно простыми, так что Зориан основательно порылся в их вещах, в поисках зацепок на других участников заговора.

В процессе он выяснил кое-что интересное. Например, далеко не все ибасанские агенты в городе знали, во что ввязываются. Многочисленные торговцы, поставляющие захватчикам провизию, понятия не имели, кого кормят. Для них это был просто бизнес. Судя по всему, в глубинах под Сиорией действовали многие тайные группы, и большинство из них были достаточно безобидны — нелегальные сборщики опасных ингредиентов, секретные лаборатории торговых компаний, и даже законспирированные правительственные объекты. Торговцы считали, что работают с очередной теневой группировкой, и не задавали лишних вопросов. Некоторые наемники знали, что ибасанцы планируют террористические атаки во время фестиваля, но пока им платили, ничего другое их не интересовало — они даже не представляли истинного масштаба вторжения.

А еще был Культ Дракона, что Внизу, который всерьез поставил его в тупик. Секта имела крайне сложную, запутанную структуру, со множеством рангов и ступеней посвящения, каждой из которых преподносили свою версию учения. Ко всему прочему, многие из сектантов этим учением совершенно не интересовались — они состояли в культе исключительно ради выгоды. Их волновали только деньги — и, судя по всему, связи Культа давали шанс эти деньги неплохо приумножить. Некоторые даже знали, что в ночь фестиваля Культ планирует освободить Первозданного, чтобы тот разрушил город и окрестности — но ведь первозданные — просто старая сказка, так что ничего страшного, так?

Ага.

В рядах заговорщиков по-прежнему не было никаких признаков Красного, похоже, он даже не поделился с ибасанцами ни крупицей своих знаний, прежде чем отправиться по своим делам, так что Зориан решил быть поагрессивнее и начать свои тренировки чтения памяти на подходящих жертвах. Для этой цели он выследил небольшую сходку сектантов — собранную тремя магами, похоже, чуть повыше рангом, чем обычные пешки — и приготовился захватить их на опыты.

Восемь вооруженных сектантов, трое из которых были магами. Прежний Зориан назвал бы его чокнутым за одно только намерение напасть на эту банду в одиночку, даже из засады — но у ибасанцев не было никаких шансов, так как он заблаговременно узнал место встречи, напичкал здание ловушками и снял сектантов по одиночке, когда они подходили на собрание. С большинством хватило погружающего в сон телепатического приказа, как в свое время с ним пытались проделать аранеа при первой встрече. Последним пришел маг, в кольце которого была впечатана формула мысленного щита — его пришлось пару раз приложить о стену заклятьем "взрыв силы".

Вырубив и связав всех восьмерых, Зориан перевел дыхание и погрузился в память первой жертвы.

До обучения у Хранителей Желтой Пещеры, он представлял чтение памяти так, как его описывают в приключенческих книгах — прогулка среди психоделического пейзажа, по лабиринту символов, сражаясь с воплощениями подсознания жертвы. На самом деле — ничего подобного. Во всяком случае, в методе аранеа не было ничего подобного — Хранительниц весьма позабавили его представления. На самом деле при чтении памяти попросту использовался мощный ментальный щуп, пробивающий поверхностные мысли и погружающийся в глубины разума жертвы в поисках нужной психику информации.

Эта процедура была по самой своей сути довольно опасна — в отличие от легких поверхностных воздействий, глубокое сканирование могло необратимо повредить разум. Новичок вроде Зориана практически наверняка нанесет первому подопытному невосполнимый ущерб — если не готовиться несколько лет перед первой попыткой, на что у него решительно не было времени. Так что он даже не удивился, когда пять минут спустя первый ибасанец превратился в "овощ", пустую, не думающую оболочку. Хотя конвульсии и пузыри пены изо рта выглядели отвратительно и чуть было не заставили его немедленно отказаться от затеи. Он даже не смог ничего разобрать в памяти ибасанца — мужчина умер напрасно.

Через несколько минут, чуть успокоившись и заглушив голосок в голове, называющий его чудовищем и убийцей беззащитных, он перешел ко второму подопытному. На этот раз он решил не задерживаться в разуме жертвы дольше необходимого.

Номер два, три, четыре, пять и шесть пережили эксперимент. Возможно, они даже когда-нибудь выйдут из комы — ну, вышли бы, если б не конец цикла. Из памяти шестого он даже что-то понял — он не успел многого разобрать, спеша покинуть разум жертвы, но он узнал пару новых имен — хоть какая-то польза. Двое последних отделались легко. Они просто не знали ничего полезного.

Ощущая пустоту внутри, Зориан ушел с места расправы, отвлеченно размышляя, имел ли он право так поступать.

Придя домой, он нашел Кириэлле в слезах, а весь дом в смятении. Реа и Саух были найдены мертвыми в собственном доме — похоже, их растерзал монстр из подземелья, пробравшийся в город меж группами охотников.

О местоположении Ночки ничего не было известно.

Глава 40. Изменчивые следы

Утром Зориан проснулся совсем рано, разбуженный тихим, неразборчивым бормотанием спящей рядом с ним Кириэлле. Это на миг озадачило его — что сестра делает здесь, а не в своей комнате? — но тут его разум прояснился, напомнив произошедшее прошлым вечером.

Реа и ее муж мертвы, их дочь пропала без вести. Зориан никак не ожидал ничего подобного — в прошлых циклах он никогда о таком не слышал. Может, это происходило всегда, просто он был не в курсе? Или это тоже последствия уничтожения племени аранеа? То, что Реа и Саух были убиты подземным монстром, говорило в пользу второго варианта, но что-то подсказывало ему — нападение отнюдь не было случайным. В конце концов, зачем-то же за домом Сашал следили мозговые крысы, а захватчики нередко подчиняли монстров Подземелья и использовали их, как гончих.

Само собой, Кириэлле не ведала о его размышлениях — да и они были ей безразличны. Он никогда не был близок с семьей Сашал, к тому же для него их смерть вовсе не была окончательной — Кириэлле же, очень привязавшаяся к Ночке, была убита горем. Даже его слова, что Ночка все еще может быть жива, не остановили ее слез — она знала от полицейских, что это сделали монстры Подземелья, а у них нет привычки щадить пленников ради выкупа.

В итоге, Кириэлле смогла уснуть лишь когда Имайя дала ей "успокаивающего домашнего чая" — который на удивление быстро подействовал. Вероятно, слабый опиат. По-хорошему, ему и самому стоило бы попросить кружку — первая попытка чтения чужой памяти порядочно измотала его, и он был совершенно не готов разбираться с новой проблемой.

Зориан медленно и осторожно выбрался из постели и покинул комнату, стараясь не разбудить Кириэлле. Судя по всему, безуспешно — еще на полпути к двери ее ментальная активность резко возросла, но раз она не открыла глаза и ничего не сказала, он счел, что сестра не в настроении говорить. Или просто хотела снова уснуть — было еще очень рано…

Все остальные уже собрались за столом в кухне — Имайя, Каэл и даже Кана.

— Тоже не спится? — риторически спросил Каэл.

— Кириэлле пробралась ко мне в постель посреди ночи, — вздохнул Зориан. — Она не лучшая соседка и в обычные времена, а учитывая последние события…

— Бедняжка, — сказала Имайя. — Ей, наверное, тяжелее всех. Как вообще такое могло произойти посреди города — когда уже было известно об опасной активности монстров?!

Она еще минут десять поливала грязью городские власти за бездарную защиту от монстров — которая, к слову, прежде ее никогда не интересовала. Не требовалось быть эмпатом, чтобы понять, что трагедия подкосила не только Кириэлле. Судя по всему, домоправительница сдружилась с Реей, когда та приводила дочку в гости.

С другой стороны, Каэл и Кана держались куда спокойнее. Неудивительно — Каэл практически не общался ни с Реей, ни с Ночкой, а Сауха вообще никогда не встречал. Кана иногда играла с Ночкой вместе с Кириэлле, но не была с ней особо близка. К тому же она очень мала и вряд ли понимает, что произошло.

Имайя наконец выпустила весь пар и умолкла, хотя Зориан все еще ощущал в ней горечь. За столом повисло неловкое молчание.

— Ах да, — внезапно сказала Имайя. — Вчера я забыла тебе сказать, но полицейские хотели поговорить с тобой насчет… Реи и ее семьи.

— Со мной? — удивился Зориан. — Я же ничего об этом не знаю.

— Ты общался с Реей и ее мужем, — напомнил Каэл. — Вероятно, в полиции хотят узнать, не упоминали ли они чего-нибудь важного. Скорее всего, они проверяют всех, кто был знаком с жертвами.

— Понятно, — Зориан бездумно побарабанил по столу пальцами. — Они зайдут сюда, или мне сходить в участок?

— Детектив Икзетери сказал, что сегодня в полдень будет в доме Сашал, и хотел бы видеть там тебя, — ответила Имайя.

Зориан нахмурился. Икзетери? Звучит знакомо, где же он… а, ну да, так же звали его прежнего инструктора по прорицанию. И он тоже был детективом…

— Этот детектив Икзетери… его случайно зовут не Хаслуш?

— Полагаю, он так и представился, да, — хмурясь, сказала Имайя. — Должна заметить, я особо не прислушивалась. Не до того было. А что, ты его знаешь?

— Я о нем слышал, — ответил Зориан. — Ничего такого, просто любопытно. Хорошо, я встречусь с ним.

Тут на кухню забрела Кириэлле, решившая больше не пытаться уснуть, и все в молчаливом согласии сменили тему.

Первое, что пришло ему в голову — дом семьи Сашал вовсе не походил на место убийства. Зориан ожидал увидеть следы борьбы — разбитые окна, сорванную с петель дверь, может быть, даже пробоины в кладке — но дом выглядел невредимым. Лишь трое полицейских, торчащих у входа и мрачно смотрящих на него, напоминали о разыгравшейся здесь трагедии.

Все это совсем не похоже на простое нападение монстров. В нем крепла уверенность, что произошедшее отнюдь не было случайностью.

— Я пришел поговорить с детективом Икзетери, — обратился он к старшему из полицейских, высокому суровому усачу. — Он сказал подойти сюда. Он здесь?

— Внутри, — кивнул полицейский. — Но, боюсь, я не могу тебя впустить. Если готов подождать, я сообщу детективу о твоем приходе.

— Не возражаю, — сказал Зориан, изрядно покривив душой. Он бы предпочел войти и осмотреться в поисках зацепок. Едва ли полиция поделится с ним своими наблюдениями и выводами.

Неудобно. Можно, конечно, дождаться, когда они уйдут, и проникнуть в дом — но это может занять до нескольких дней; большинство улик к тому времени будет собрано полицией или просто утрачено. К тому же до рестарта цикла осталось совсем немного, так что если он хочет расследовать это убийство, он должен спешить.

Проклятье, как же не вовремя.

— Тогда подожди здесь, — сказал Усатый. — Как твое имя, парень?

Зориан назвался, и полицейский тут же направился в дом за Хаслушем. Но прошло пять минут неловкого молчания — оставшиеся полицейские смотрели на него с подозрением — и стало понятно, что придется запастись терпением.

Зориан беспокойно переминался на месте, вероятно, выглядя при этом еще более подозрительным. Он осознавал, что это не очень-то рационально, но стражи правопорядка изрядно нервировали его. Рассуждая логически, у них нет никаких оснований в чем-либо подозревать его, а весь этот вызов — скорее всего, простая формальность. Однако он прежде не очень ладил с полицией в Сирине, и он знал Хаслуша — его бывший инструктор временами был пугающе проницателен. Зориан вполне допускал, что детектив заметит в нем что-то странное и потребует более детального допроса — в лучшем случае потеря кучи времени, в худшем — необходимость перезапустить цикл посредством самоубийства.

Последнего следовало избежать любой ценой. Кириэлле уже потеряла подругу, страшно подумать, что с ней будет, если и брат погибнет, подорвав себя в полицейском участке. Пусть сам он этого не увидит, да и цикл кончится буквально через несколько дней, но его мутило от одной мысли об этом.

Может, попробовать прочесть мысли Хаслуша? Детектив, будучи магом на службе в органах, наверняка тренирован обнаруживать и блокировать ментальные воздействия, но и Зориан обучен весьма нестандартной телепатической технике. Ему не нужны ни жесты, ни заклинания, так что, возможно, он останется незамеченным. И это наверняка ответит на множество вопросов и позволит избежать проколов в разговоре…

…нет, слишком опасно. К тому же у него есть куда лучшие цели для сканирования — вот, стоят прямо перед ним. Вряд ли обычных полицейских обучали противостоять магии разума — максимум пара рекомендаций. А любой секрет надежен настолько, насколько надежно самое слабое звено…

Его щупы вползли в мысли полицейских. И тут же выяснилось, что на самом деле он их совершенно не интересовал — впрочем, убитая семья Сашал их тоже не интересовала. Один был голоден и думал об обеде, что дома готовит жена, второй фантазировал о некой женщине — администраторе в участке. Ну, ничего страшного — он направит их в нужное русло парой вопросов.

— Эм, господа, я ни в коем случае не хочу добавлять вам лишних проблем, но можете ли вы рассказать мне, что тут произошло? Саух и Реа были моими друзьями, я был потрясен, услышав об их смерти… вы можете рассказать мне?

Зориан и не рассчитывал, что они разговорятся — он бы ничуть не удивился, если бы полицейские молчали до самого прихода Хаслуша — но простое упоминание чего-либо часто вызывает у слушателя мысли на эту тему. Чего он не ожидал, так это буквально нахлынувшей неприязни и недоверия от одного из полицейских.

[А ведь выглядит совершенно нормальным парнишкой,] — думал тот. — [Никогда бы не подумал, что он якшается с бандой этого ворья, перевертышей-кошек. Пора бы уже запомнить, что нельзя полагаться на первое впечатление, когда вокруг столько магического дерьма…]

Реа была перевертышем-кошкой? Хмм. А ведь это многое объясняет. Вопрос в другом, почему полиция считает ее семью преступниками — причем подозревают и его, лишь потому, что он знал их?

Видимо, он чем-то выдал себя — второй полицейский поспешил вмешаться, чтобы не допустить конфликта. Вероятно, он не связал реакцию Зориана с телепатией, посчитав, что напарник не уследил за жестами и лицом.

— Мы здесь, чтобы отваживать любопытных, парень, — сказал он, — и знаем не больше твоего. Судя по всему, какая-то подземная тварь пробралась в дом и убила семейную пару. Нужны подробности — дождись, когда офицер Калан вернется с детективом.

Первый полицейский покачал было головой, но спохватился и перестал.

[Убившая их тварь не вломилась, а проскользнула в незапертую дверь, и не тронула никого больше — и это в густонаселенном районе. Если это и правда случайное нападение монстра, то я съем свои башмаки,] — подумал он. — [Скорее всего, котята сунули нос куда не следует, и поплатились за это. Боги свидетели, они везде лезут своими загребущими лапами…]

Зориан нахмурился.

— А что насчет Ночки? Их дочери? Мне сказали, что ее тело не было найдено, и она еще может быть жива?

Оба полицейских внезапно почувствовали себя неуютно. Даже первому, что терпеть не мог перевертышей, было жаль маленькую девочку, напоминавшую его собственную дочь. Они оба считали, что надежды нет, но, понятное дело, не хотели сказать это прямо, пытаясь придумать уклончивый ответ.

Их спас усатый коллега, вышедший из дома вместе с Хаслушем. Хаслуш, в свою очередь, повел Зориана прочь от дома, сорвав его план и дальше читать обычных полицейских, разговаривая с детективом.

Может быть, и к лучшему — читать два независимых мысленных потока было довольно трудно. Читать два независимых мысленных потока, при этом разговаривая с Хаслушем? Вероятно, пока это ему попросту недоступно.

— Итак, Зориан… Я ведь могу звать тебя Зориан? — начал Хаслуш. Зориан кивнул, помня, как детектив относится к официозу. — Так вот. Полагаю, мисс Курошка уже рассказала тебе, что здесь случилось, но, на всякий случай, повторю. Вчера утром Реа и Саух Сашал были найдены мертвыми у себя дома, рядом с изувеченными трупами двух гигантских многоножек. Их дочь пропала, и с тех пор ее никто не видел. Это тебе известно?

— Мистер Тверинов и мисс Курошка рассказали мне большую часть, но про многоножек я не слышал, — ответил Зориан.

— Да, эм, твоя младшая сестра была так расстроена, что я опустил подробности. Просто сказал, что было нападение монстров, — пожал плечами Хаслуш. — Мне жаль, что я ее огорчил, мне часто говорят, что я бываю бестактен, но ничего не могу с собой поделать. На этой работе быстро черствеешь — и я порой забываю, что окружающие не сталкиваются с преступлениями и смертью по несколько раз на дню.

Зориан хотел было ответить, что все понимает и не держит зла, но сообразил, что виноватый Хаслуш может выдать больше полезной информации, и промолчал. Вместо этого он вернул разговор к убийству:

— Значит, их убили многоножки? Дом выглядит неповрежденным. Как они пробрались внутрь?

— Через дверь. Похоже, жильцы оставили ее незапертой.

Зориан с сомнением посмотрел на Хаслуша.

— Я просто рассказываю, что мы нашли, — защищаясь, ответил Хаслуш. — Я знаю, что случай странный, потому мы и не закрываем его. И, кстати, не знаешь ли ты чего-нибудь о семье Сашал, что могло бы объяснить происшедшее?

Конечно, он знал — но если он расскажет о таком, у него будут серьезные проблемы. Так что он сообщил только то, что узнал о семье перевертышей из разговоров с ними — совсем немного, и, судя по разочарованному лицу Хаслуша, детектив уже все это знал. Неудивительно — даже одна Имайя наверняка уже рассказала все это и еще добавила.

— На самом деле это не было нападением монстров? — спросил Зориан.

Взгляд Хаслуша стал пронзительным — но Зориан твердо встретил его. Несколько напряженных секунд — затем Хаслуш достал из пиджака фляжку, сделал глубокий глоток.

— Нет, скорее всего, нет.

— Можно спросить, кто это сделал, и почему? — наудачу осведомился Зориан. Ну, как знать? Может, он даже получит ответ.

— Эй, если бы я это знал, мне бы не пришлось тебя расспрашивать, — заметил Хаслуш.

— То есть у вас нет предположений, — заключил Зориан.

— У меня слишком много предположений, — поправил Хаслуш. — Семья Сашал… много ли ты знал о них на самом деле?

— Полагаю, вы о том, что они были перевертышами?

— Ага, так ты знал об этом. Мне было интересно — остальные домочадцы, похоже, не знали, но Имайя упоминала, что ты с самого начала "беспочвенно подозревал" Рею. Что же, если ты знаешь, кто они, ты и сам понимаешь — это может быть что угодно…

— На самом деле — не понимаю, — помотал головой Зориан. — Я подозревал Рею, потому что она странно себя вела, а я склонен к паранойе. То, что они перевертыши, тут не при чем — сказать по правде, я почти ничего о них не знаю. Что не так с перевертышами-кошками?

— Грубо говоря, большинство перевертышей-кошек связано с криминалом, — ответил Хаслуш. — Обычно — воровство, контрабанда и шпионаж, иногда и убийства. Их вторая форма идеально приспособлена для этого — маленькая, малозаметная, привычная людям зверушка. Сколько незнакомых кошек ты встречаешь за неделю?

— Множество.

— Вот именно. В большом городе они повсюду. Здесь им, кроме людей, почти никто не угрожает, а люди в большинстве не обижают кошек. В довершение всего, перевертыш сохраняет часть звериных способностей и в форме человека — ночное зрение, нюх, которому позавидуют и собаки, невероятная ловкость и проворство, и множество других преимуществ.

— И это позволяет им с легкостью нарушать закон? — усомнился Зориан. — Как по мне, универсальность классических магов, служащих в полиции, без проблем справится со всеми этими способностями.

— Только если перевертыш работает в одиночку, чего обычно не происходит. Из всех перевертышей, кошки наиболее плотно интегрируются в общество. Они живут среди обычных людей, на первый взгляд, ничем от них не отличаясь, и могут все то же, что и обычный человек. Например, обучиться классической магии. Да что там — преступные связи дают им куда больше, чем может себе позволить обычный маг — ритуалы постоянного усиления, запрещенные заклятья скрытности и воздействия на других…

— Но есть ли у вас какие-либо свидетельства, что Реа и ее семья были именно такими перевертышами? — нахмурился Зориан. — Может, я и слишком наивен, но мне они не показались преступниками. Ведь есть же порядочные перевертыши-кошки?

— Несомненно, — кивнул Хаслуш, — и каждый встреченный перевертыш постарается убедить тебя, что он именно такой. Но, учитывая произошедшее, я сомневаюсь, что семья Сашал относилась к этим редким исключениям.

Полчаса спустя Хаслуш решил, что узнал достаточно, и отпустил его восвояси. Однако, вместо того, чтобы вернуться домой, Зориан слегка задержался. Убедившись, что Хаслуш ушел, он скрытно направился к дому Сашал, поискать зацепки. Полицейские охраняли входную дверь, но в самом доме никого не было. Превосходно. Зориан не рискнул пробираться внутрь, опасаясь сигнальных чар, но созданный им парящий глаз из эктоплазмы не поднял тревоги. Зориан закрыл глаза, переключаясь на картинку с магического глаза.

Тела Реи и Сауха давно были убраны, но по пятнам крови было несложно догадаться, где они умерли. Похоже, Реа была убита у дверей в комнату Ночки, до последнего пытаясь защитить дочь. Она не сдалась без боя — рядом валялись тела двух гигантских многоножек, почему-то оставленных полицией на месте. Твари были буквально разорваны — что-то острое рассекло хитиновые тела на сегменты — но этого оказалось недостаточно. Дверь в комнату Ночки — единственная во всем доме — была сорвана с петель, ее кровать перевернута, и никаких следов самой девочки.

Раньше Зориан тешил себя надеждой, что Ночка перекинулась в кошку и ускользнула, но, похоже, это было не так. Совершенно очевидно, что нападавшие зачем-то забрали ее с собой.

Через полчаса, не найдя ничего существенного, Зориан уже собирался уходить — когда, снова оглядывая место гибели Реи, заметил кое-что интересное. На оторванной голове одной из многоножек был знакомый символ, едва заметно нацарапанный на хитине лобовой пластины — архаическая икосианская пиктограмма "сердце" в круге. Не официальный символ Тайного Ордена Звездного Дракона, о нет, — но один из тайных знаков, по которым культисты нижних уровней посвящения узнавали друг друга.

Изучив другие куски многоножек и не найдя ничего особенного, Зориан развеял парящий глаз и направился домой. Его первое предположение оказалось верным — криминальные разборки тут не при чем, убийство как-то связано со вторжением. Да, пока он не представлял, каким образом связано, но он знал, где искать ответы.

В ближайшие дни он станет частым гостем Культа Дракона, что Внизу.

С этого дня расписание Зориана разительно изменилось. Кириэлле потеряла всякий интерес к магии и больше не просила уроков, кроме того, он вышел из охотничьей группы Тайвен и забросил занятия в Академии. Почти все время он выслеживал и атаковал известных ему членов Культа, пытаясь выяснить, что они сделали с Ночкой. Он не знал жалости ни к себе, громя по два и более тайных укрытия в день, ни к врагам, вырывая сведенья из памяти каждого заговорщика, попавшего к нему в руки.

Он многое узнал, потроша чужие мозги. Например, что Судомир Кандрей, мэр Князевых Дверей, действительно состоит в Культе… но при этом настолько независим, что Культ уже теряет терпение. Судя по всему, он не имел с ибасанцами никаких дел — мэр обещал своих железноклювов и зимних волков Культу, а не захватчикам в целом; да что там — верхушка даже не знала, что Судомир убивает магов души. Возможно, у него были собственные связи с Ибасой, или же он убивает магов по собственной инициативе. Зачем ему это надо — оставалось только гадать.

Помимо прочего, Зориан нашел множество схронов Культа, разбросанных по всему городу, его подземелью и окрестностям. Все они, гм, "плохо лежали". Он сделал пометку — настоящую, письменную, ведь теперь он мог забирать записи с собой в следующий цикл — прошерстить вражеские хранилища на предмет интересных вещичек или того, что можно быстро и дорого продать.

Однако сами поиски Ночки шли удручающе. Он выследил группу, что похитила ее, но они давно уже передали пленницу другой группе. Он отыскал и эту группу, но и у них ее больше не было, и они не знали, где она сейчас. Зориан глубоко, безжалостно врывался в их мысли, необратимо разрушая разум, но все было тщетно — они передали Ночку незнакомому высокоранговому культисту, и понятия не имели, куда он ее забрал.

Неприятно, но ожидаемо — сказать по правде, Зориан давно уже подозревал, что похищение Ночки и было настоящей причиной нападения на семью Сашал. За этим крылось что-то важное — приказ выкрасть девочку пришел из самой верхушки Культа. И, что подозрительно, обеим группам под страхом смерти было велено доставить девочку живой и здоровой. Зачем? Почему Ночка была им так нужна, тем более — живая и здоровая?

Напрашивался довольно мерзкий вариант — она нужна им в качестве жертвы, чтобы пробудить Первозданного. Ритуальные убийства часто использовались для призыва демонов, вполне вероятно, что и обряд освобождения Первозданного тоже без них не обойдется. Но почему именно Ночка? Из-за того, что она перевертыш? Среди прочих имен и титулов Первозданного культисты упоминали "Его Текущую Плоть", что могло указывать на способность полиморфизма. Но ведь в городе были и другие перевертыши. И даже другие перевертыши-кошки.

Он сомневался, что успеет докопаться до сути в этом месяце. Была бы у него еще неделя — но цикл уже завершался, да и Культ, столкнувшись с непрерывным террором, спешно усиливал меры безопасности — в последний раз он едва не угодил в засаду, и лишь его способность читать мысли спасла его от смерти. В таких условиях за оставшиеся два дня перед фестивалем он много не вызнает.

С другой стороны, каким бы ужасным ни было похищение Ночки, в конечном итоге оно ему на руку — если будет стабильно повторяться из цикла в цикл. Если он навесит на девочку надежный маячок, она может привести его в высшие эшелоны Культа, к тем, кто до сих пор так искусно скрывался в тенях. И, если ее действительно готовят в жертву, это выведет его к месту проведения ритуала, где можно найти ответы на многие загадки вторжения, а то и самой временной петли.

Оставалось лишь подождать и выяснить, как будут развиваться события в следующем цикле.

— Мы можем поговорить?

Зориан оторвался от книги и посмотрел на стоящую в дверях Кириэлле, нервно сжимающую опорный брус. Странно. С исчезновением Ночки сестра стала очень тиха и необщительна, он никак не ожидал, что она придет к нему с разговором.

— Конечно, — легко согласился он. Все равно ничем важным не занят. Предполагалось, что он будет сортировать записи, чтобы сохранить в памяти новейшие оттиски, но ему было откровенно лениво, и он тянул время за легким чтивом. Вполне можно уделить немного времени сестре. — Что такое?

Она подбежала и, прежде, чем он успел возразить, забралась на него. Учитывая, что он лежал на кровати, она практически воспроизвела хорошо знакомую ему ситуацию.

Проклятье, Кири, этой хрени мне и в начале цикла более чем достаточно, — подумал Зориан, но промолчал. Ей и так тяжело, нечего срываться на нее, когда она наконец решила приоткрыться.

— А где твои туфельки? — спросил он вместо этого. — Только не говори мне, что опять ходишь по дому босиком.

Кириэлле посмотрела на свои ноги, состроила виноватую мордашку:

— Не будь, как мама, Зориан. Это было-то всего один раз.

— Ты и сейчас это делаешь, — заметил он.

— Ну хорошо, два раза, — надулась она.

Вложив закладку, он отложил книгу в сторону, спихнул с себя сестру и сел на кровати. Она тут же повторила его позу, усевшись рядом. Повисло молчание, Кириэлле болтала босыми ногами, с преувеличенным интересом разглядывая их.

— Извини, — наконец сказала она.

— За что ты извиняешься? — удивился Зориан.

— За то, что была трудной.

— Трудной? — недоверчиво переспросил Зориан. Он на миг коснулся ее мыслей и увидел образ матери. Ух. Ну да, мать запросто могла сказать что-то в этом духе. Слезы ее раздражали. Если ей что-то в нем и нравилось, так это то, что он редко плакал, даже будучи ребенком. — Кири, ты потеряла друга. Грустить из-за этого нормально. Ты вовсе не была трудной.

— Но ты всю неделю избегал меня, — промямлила она.

— Вовсе нет, — возразил он, ошеломленный тем, что ей такое вообще пришло в голову. — Я просто… давал тебе время побыть наедине с собой. И к тому же, я…

Он замолчал, и она с интересом посмотрела на него.

— К тому же, ты…?

Рассказать, или не стоит?

— Я пытался найти Ночку, — наконец признался он.

У нее расширились глаза.

— Ты… Все это время… Тебе следовало сказать мне!

— Я не хотел давать тебе напрасную надежду.

— Но я все равно надеялась, — она вцепилась в покрывало своими маленькими кулачками.

Он приобнял ее за плечи и притиснул к себе. Сначала она была напряжена, но потом расслабилась и тоже обняла его.

— Я не нашел ее, — помолчав, сказал Зориан.

— Очевидно, нет, — судя по ее тону, это было и так понятно. — Но ты пытался. Ты знал, что скорее всего, не сумеешь найти ее, но все равно искал. А не ревел дома целыми днями, как я.

— Кири, тебе девять лет, — вздохнул Зориан. — Что ты могла поделать? Не будь так строга к себе.

Она ничего не ответила. Тогда он решил сыграть с ней в карты и вместе просмотреть ее рисунки. Он добился желаемого — сестра заметно оживилась. Когда-нибудь, в совершенстве овладев заклятьем изменения, что передает образы из цикла в цикл, он соберет альбом ее рисунков и сохранит его. Показывать Кириэлле то, что она рисовала в прошлых циклах, наверняка будет весьма забавно.

Ближе к вечеру Зориан счел, что дал Каэлу достаточно времени все закончить, и направился в подвал за последней обещанной тетрадью. Дверь не была заперта, так что он просто зашел и закрыл ее за собой.

Стоило двери захлопнуться, и звуки из дома наверху словно отрезало — активировались наложенные на подвал обереги. Защитные чары обеспечивали звукоизоляцию — и многое другое. Судя по всему, защита входила в стандартный набор чар, использующийся в лабораториях Академии, и была развернута в подвале Имайи, когда Каэл запросил алхимическое оборудование… И сейчас это было очень кстати, Зориану не приходилось каждый раз тратить часы на защиту помещения, чтобы поговорить с Каэлом на деликатные темы.

— Закончил? — спросил Зориан. Каэл не обратил на него внимания, глядя в лежащую перед ним книгу, но затем кивнул, отпихнул книгу и потер глаза.

— Да, я закончил, — морлок указал на тетрадь, лежащую поверх огромной стопки книг. — Вот она. У тебя все готово?

— Практически, — ответил Зориан. — Мне еще надо записать кое-что из того, что я узнал сегодня.

Каэл приподнял бровь.

— Я думал, сегодня ты взял перерыв в охоте на Культ.

— Так и есть, — подтвердил Зориан. — Но это не значит, что я вообще ничего не делал.

— О?

— В основном, я размышлял об оберегах. О том, что дома высокопоставленных культистов слишком хорошо защищены, и что с этим надо что-то делать. А потом я вспомнил, что для этих целей на черном рынке имеется специальный инструмент, и более того, я знаю, где достать его бесплатно. Перед самым началом цикла аранеа украли у захватчиков сканер оберегов, так что прибор все еще лежит в разрушенном поселении.

— Ты говорил, что не любишь туда ходить, — заметил Каэл.

— Не люблю, — вздохнул Зориан. — Там… слишком много тяжелых воспоминаний. И все поселение завалено трупами аранеа, как напоминание о моей ошибке, погубившей их.

— Я все равно считаю, что их души не были убиты, а неким образом исключены из петли, — сказал Каэл. — Я согласен с другими специалистами — душу невозможно уничтожить. Это, должно быть, какой-то трюк.

— Вообще-то путешествие во времени тоже считается невозможным, — заметил Зориан. — Хоть я и надеюсь, что ты прав. Но сейчас не об этом, речь о том, что я пошел в поселение за сканером… и не нашел его.

— То есть? — спросил Каэл.

— То есть либо кто-то был там до меня и забрал его, либо в поселении есть тайная часть, о которой я не знаю. И, сказать по правде, я склоняюсь ко второму варианту. Если подумать, скромность поселения аранеа сама по себе подозрительна. Паутина Сиории была богата и наверняка имела объемную сокровищницу. Матриарх часто намекала, что у них есть множество товаров для обмена. Но, осматривая руины, я ничего подобного не обнаружил — возможно, из-за того, что был не в своей тарелке и хотел побыстрее закончить.

— Думаешь, там есть что-то важное?

— В смысле, относящееся к петле? Вероятно, нет, — признал Зориан. — Но в противостоянии с Красным мне не помешает любое преимущество, а в сокровищнице может быть много полезного. Кто знает, что аранеа понатащили туда за долгие годы?

— Логично, — Каэл встал и потянулся. — Что же, я устал, пойду вздремну. Нам ничего больше не нужно обсудить?

— Как будто ничего срочного, — покачал головой Зориан.

— Понятно. Кстати, в день летнего фестиваля я возьму Кану на экскурсию в ближайшую деревеньку. Я и сам не хотел бы оказаться посреди вторжения, не говоря уже о Кане.

— Понимаю.

— Хорошо. Если хочешь, я возьму с собой Кириэлле, — предложил морлок. — Я же знаю, ты ломаешь голову, что с ней делать.

— Угу, — согласился Зориан. — Я не хочу, чтобы она присутствовала при вторжении, но с другой стороны, мне нужна свобода действий, чтобы выяснить, как все эти изменения повлияли на заговорщиков. Думаешь, она согласится поехать с тобой?

— Не знаю, зависит от тебя, — пожал плечами Каэл. — Мое дело — предложить.

— Ладно, ладно, я поговорю с ней, — вздохнул Зориан. — Уже сейчас чувствую, это будет "восхитительный" разговор.

— Утром сообщи, что вы решили, — сказал Каэл.

И на этом цикл подошел к завершению. Завтра он увидит, как сейчас происходят вторжения.

Зориан оглядывал собранные вещи, пытаясь вспомнить, не забыл ли он в спешке чего важного. Вроде бы ничего не приходило в голову, но забыть что-то очевидное, сосредоточившись на очередной мелочи — вполне в его духе.

Впрочем, до вторжения еще несколько часов, так что он отложил сборы и вышел из комнаты развеяться. Припомнив, что Имайя собрала дома целую библиотеку экзотических работ, он направился туда, поискать что-нибудь, что поможет скоротать время. Там он и нашел Имайю, с отсутствующим видом глядящую на книги.

— Мисс Курошка? — обеспокоенно спросил он. Его эмпатия подавала тревожные сигналы. — Вы в порядке?

— Хм? — тут ее мозг вновь заработал на полную, и она осознала его присутствие. — Ох, Зориан. Давно ты здесь?

— Только что зашел. Искал книгу, чтобы убить время, но вы выглядели…

— Не беспокойся, — вздохнула она. — Меня просто гнетет внезапная тишина в доме. Он кажется таким… пустынным.

— Хех. Я думал, вы наоборот будете рады долгожданным тишине и покою, — заметил Зориан.

Она фыркнула.

— Похоже, кто-то судит по себе.

— Возможно, — признал Зориан. Ему всегда требовалось хотя бы немного личного пространства, и будь он на ее месте, вероятно, радовался бы. — Но ничего страшного, Каэл и девочки уехали всего на один день. И знаете, вы тоже могли бы поехать с ними.

— Я понимаю. Но если, как ты говоришь, во время фестиваля возможны беспорядки, то я не хочу оставить дом на растерзание грабителям. Это… все, что у меня есть.

— Ох…

— Извини, это уже личное, — она улыбнулась. — Ты искал какую-то конкретную кни…

От входной двери послышался громкий стук. Имайя и Зориан переглянулись и одновременно подняли бровь — похоже, никто из них не ожидал гостей. Большинство горожан вовсю готовилось к фестивалю, собираясь к друзьям или на общее празднование. Имайя поспешила к дверям.

Короткая пауза — домовладелица общалась с пришедшим — затем Имайя позвала Зориана.

— Зориан, пришла твоя девушка!

— Девушка? — переспросил он сам себя. Откуда ей взяться, если он никого не…

Ох, не могла же она…

Могла. Еще как могла. Он вышел к дверям, посмотреть, о ком говорит Имайя, и увидел хмурую Акоджу.

— Привет, Ако, — ровно сказал он. — Не ожидал увидеть тебя здесь. Полагаю, дело в Ильзе?

— Я… да, — замешкавшись, ответила она. — Мисс Зилети сказала мне сопровождать тебя на вечер, раз у нас обоих нет партнера.

Как интересно. А Ильза-то откуда узнала? Да, у него не было партнерши, он вообще не собирался на танцы, но ей-то откуда знать?! Зориан никогда не давал ей намека, да и не только ей, никому, кроме… Черт. Имайя.

Он выразительно посмотрел на домоправительницу и вновь повернулся к Акодже. Такого он не планировал. Он собирался перемещаться по всему городу, наблюдая за вторжением, отмечая перемены в тактике, последствия накопившихся изменений, начиная с уничтожения аранеа и нанятых им боевых магов.

Иногда он ненавидел свой дар эмпата. Без него он бы не знал, как это важно для Акоджи, и как болезненно она примет отказ.

— У нас есть еще несколько часов до начала танцев. Заходи и подожди с Имайей, мне нужно закончить ряд срочных дел в городе.

— Ч-что? — она никак не ожидала, что он просто протиснется мимо нее и зашагает прочь. — Подожди, ты не можешь…

Зориан быстро сотворил заклинание и позволил городскому телепортационному маяку притянуть себя. У него была еще уйма дел — и не так много времени.

— И куда ты так спешил? — спросила Акоджа, когда они медленным шагом направлялись к танцевальному залу. Учитывая произошедшее, она неожиданно спокойна и вежлива. Зориан ожидал, что его "тактическое отступление" куда сильнее разозлит ее.

— У меня были предварительные договоренности. Я как раз собирался выходить, когда ты пришла, — ответил Зориан. — Что-то отменить, что-то уточнить…

Если точнее, он расставлял по городу маркеры для удаленного наблюдения. Следить за продвижением вражеских сил по городу — совсем не то же самое, что готовить засады на небольшие группки врагов и потрошить их память — но по крайней мере, хоть что-то.

Может быть, это и к лучшему. Его первоначальный план был самонадеян. Возможно, чересчур самонадеян…

По пути Акоджа рассказала, как остальной класс справлялся с неожиданными сложностями. Ничего критически важного, но это напомнило ему, что в этом цикле он не уделял одноклассникам должного внимания. Просто в этот раз выдался такой напряженный цикл, что было не до общения. Но, учитывая, что он и вернулся в Сиорию, чтобы повидаться с классом — это следует исправить в ближайшем будущем.

В этот раз вечер проходил куда благополучнее, чем прошлые танцы с Акоджей — сегодня она относилась к нему куда тактичнее, хотя Зориан, хоть убей, не понимал, почему. По идее, в этот раз он обошелся с ней куда хуже, чем в прошлый. Но так или иначе, как только боевые заклятья обрушились на город, он ускользнул от нее и перешел к наблюдению.

В этот раз первичный артиллерийский удар заметно отличался. Если раньше чары захватчиков били по заранее выведанным ключевым точкам, сея хаос и ломая сопротивление на корню, то этот обстрел… не впечатлял. Ну да, они расстреляли центральное полицейское управление, городскую администрацию, еще парочку очевидных целей, но, например, арсенал или здания резерва не пострадали. Даже не так: множество заклятий били куда придется, разрушая непримечательные жилые кварталы — да, это заметно увеличит потери среди мирного населения, но не даст никакой стратегической выгоды. Неожиданно, но был обстрелян каждый храм в городе — Зориан понятия не имел, чего они пытались этим добиться — раньше захватчики так не делали.

Уличные бои в этом цикле шли куда яростнее, чем в прошлые разы. Частично из-за того, что на этот раз защитники города пострадали куда меньше при первом обстреле, но и силы захватчиков были скоординированы куда хуже обычного. Вместо единого, точно направленного порыва, они бессистемно метались по городу, зачастую отвлекаясь на бесполезные цели, вроде жилой застройки. Такое случалось и в прошлых циклах, но никогда — в таких масштабах.

На академию ибасанцы напали не лучше, чем в других местах. Новый залп артиллерийских заклятий метил по самому зданию академии, а не по куда более уязвимым общежитиям и вспомогательным постройкам. В итоге падающие звезды бессильно разбивались о мощный оберег академии, нанося минимальный урон. Не связанные пожарами и обрушениями вокруг основного корпуса, учителя организовали эвакуацию студентов и других некомбатантов куда успешнее, чем в прошлые разы.

Забавно, раньше он считал, что учителя крупно сглупили, направляя детей в подземную западню, особенно учитывая, что по пути к убежищам они полностью открыты для нападения. В этот раз все выглядело куда профессиональнее. Эвакуация прошла без малейших проблем, никто не напал на них, пока их вели к убежищам.

К этому моменту Зориан уже не сомневался — он видит настоящее вторжение ибасанцев, каким оно должно быть без вмешательства Красного. Если подумать, большинство их "ошибок" легко объяснялось куда меньшей осведомленностью, незнанием ключевых фактов.

Похоже, в этом цикле Красный действительно оставил захватчиков без какой-либо поддержки. Интересно, это разовое событие, или ему надоело возиться с заговором?

Его размышления прервала Ильза, спустившаяся в убежище и потребовавшая, чтобы все, способные сражаться, вышли с ней на защиту академии. Благодаря его членству в охотничьей группе Тайвен он тоже считался боеспособным, так что Зориан встал с пола и вместе с другими студентами пошел вслед за Ильзой. Снаружи стало понятно, что заставило Ильзу обратиться к помощи студентов — множество захватчиков собиралось сразу за чертой защитного купола академии, явно готовясь к решительному штурму. Целые роты боевых троллей, зимних волков и скелетов, при поддержке ибасанских магов-погонщиков и стай остроклювов. Чего он не ожидал — что среди смертоносных птичьих стай найдется парочка летающих дрейков, а на земле над этой маленькой армией высились массивные ящеры размером со слона.

— Громовые ящеры, — скривилась стоящая рядом Ильза. — Невероятно живучи и смертоносны. Они могут выдыхать перед собой разряды молний, так что, если придется приблизиться к тварям — не заходите спереди.

Прелестно. В прежних циклах таких образин не было. Может, захватчики не бросали их в бой, поскольку это просто не требовалось?

Но времени на размышления не было — хоть ибасанцы явно не были полностью готовы к штурму, командующий армии монстров направил их в атаку. Может, он обратил внимание, что защитники академии спешно возводят укрепления, а может, у него просто кончилось терпение. В любом случае, орда с громовыми ящерами во главе устремилась прямо на них.

Зориан знал, что если он просто высадит весь резерв в боевую магию, толка от него будет совсем немного — так что у него была идея получше. Сосредоточившись на громовых ящерах, он проник в их примитивные мозги и с облегчением обнаружил, что они не так уж и хорошо защищены от магии. Может быть, это было неизбежно — вероятно, захватчики и контролировали тварей с помощью магии, так что просто не могли надежно изолировать их от нее. В любом случае, это означало, что он мог на них воздействовать. Пусть не управлять, как марионетками, но хотя бы подтолкнуть в нужном направлении.

Ожидаемо, когда атакующий вал приблизился к созданным магией изменения баррикадам, ящеры распахнули зубастые пасти, готовясь снести преграду электрической атакой. Зориан поспешно перехватил контроль и заставил монстров развернуться друг к другу — гроздья молний ударили в чешую. Крошечные мозги чудовищ затопила ярость, они становились и зарычали один на другого, слишком тупые, чтобы заподозрить внешнее влияние. Зориан не упустил этот шанс, усилив их гнев и подтолкнув к схватке, два огромных монстра сцепились.

К чести остальных захватчиков, они просто обежали сражающихся исполинов, не пытаясь вмешаться. Начался бой за академию.

Зориан пораженно оглядывал усыпанную телами площадь. С начала петли он успел поучаствовать во многих битвах, но в столь масштабных — никогда. Бой, едва начавшись, превратился в кровавый хаос, и даже сейчас Зориан не до конца понимал, что здесь произошло.

Они победили, отбросив захватчиков — лишившись значительной части чудовищ, ибасанские маги предпочли отступить — но они потеряли много больше, чем Зориан мог себе представить. Он и сам в какой-то момент был со всех сторон окружен зимними волками и выжил лишь благодаря пяти ударным жезлам, что он тайно пронес на танцы. Ну, и благодаря своевременному прибытию Кайрона с подкреплением, оттеснившего врагов.

Он чуть не подпрыгнул, когда чья-то рука тяжело легла ему на плечо, и едва не ударил назад пронзающим снарядом, но успел понять, что это всего лишь Кайрон.

— Так это ты всю битву влезал в мозги крупных тварей? — спросил профессор боевой магии.

— Угу, — пожал плечами Зориан. В самом конце цикла можно было не беспокоиться о своих секретах. — Я счел, что это самое эффективное, что я мог сделать.

— Ну, тот летающий дрейк изжарил бы Нору живьем, если бы ты не воткнул его в землю, за это спасибо. Хотя нам еще предстоит серьезно поговорить о том, где ты этому научился и что ты можешь…

— Ха, — фыркнул Зориан. — Боюсь, слишком поздно.

— О? — со смесью угрозы и любопытства спросил Кайрон.

— Да, — подтвердил Зориан. Он еще раз посмотрел на часы. Два тридцать девять ночи. — Боюсь, этот цикл уже закончился.

Пару мгновений Кайрон молча смотрел на него, потом открыл было рот… Но прежде, чем он произнес хоть слово, все погрузилось во тьму, и Зориан проснулся в Сирине, готовый начать месяц заново.

Глава 41. Среди бесчисленных амбиций

Начало нового цикла мало чем отличалось от предыдущего — он точно так же сел на поезд вместе с Кириэлле, развлек ее магическим представлением и подредактированным (и весьма приукрашенным) рассказом о своих похождениях, и даже немного поговорил с Ибери. Впрочем, именно что немного — в этот раз он не заинтересовал девушку, успев закончить представление до Корсы и не демонстрируя ничего необычного в ее присутствии.

— Вот мы и на месте, — утвердившись на перроне, Зориан помог Кириэлле вытащить ее сумку из вагона. Забавно, но она настояла, что сама понесет свои вещи; впрочем, из прежних циклов он знал, что ее решимости не хватит надолго. Что же, пусть пока что делает, как хочет. — Добро пожаловать в Сиорию, драгоценнейшая сестра.

— Как будто у тебя есть другие сестры, — огрызнулась она, оглядывая исполинский вокзал.

— Тогда ты знаешь, что я говорю правду, — с серьезным видом ответил Зориан.

Кириэлле проигнорировала его, разглядывая цветастые вывески, огромные часы, висящие под сводом вокзала, и толпы людей, спешащих во всех направлениях. Сказать по правде, она держалась куда лучше, чем сам Зориан, когда он впервые приехал в Сиорию.

— Большой, — наконец заключила она.

— Сиория — крупный город и важный транспортный узел, — просто ответил Зориан. — Здесь интенсивное движение.

— Не возражаешь, если мы немножко пройдемся и осмотримся? — спросила Кириэлле.

— В смысле — пройдемся по магазинам и осмотримся в поисках сувениров? — "перевел" Зориан. Она надулась. — Конечно, можем и пройтись. Но купим только что-то одно, и в пределах разумного.

— А что значит — в пределах разумного? — спросила она, вдумчиво изучая вывески.

— Обратись к здравому смыслу, — сухо ответил Зориан. Вот он еще о значении слов с ней не спорил.

— А если я не уверена? — не отступалась она.

— Спрашивай, — отрезал он.

Вероятно, он мог бы купить любую понравившуюся ей вещь, особенно учитывая, сколько он заработает в ближайшие дни, но потакать прихотям Кириэлле — явно неудачная мысль. Сдержанность и так никогда не была ее сильной стороной, страшно подумать, во что она превратится, если он ее избалует.

Так что следующие полтора часа Зориан просто следовал за Кириэлле, порхавшей от магазина к магазину, словно пьяная бабочка, без какой-либо видимой последовательности. С другой стороны, он не особо и пытался понять ее логику — почти все это время он тренировал мысленное чутье, пытаясь считывать информацию об окружающих людях. Столь большие и тесные толпы по-прежнему оглушали его, забивая восприятие размытой, неразборчивой мешаниной эмоций и странных образов. Впрочем, он уже начинал различать в этом фоне отдельных людей. В качестве тренировки он постоянно касался разума Кириэлле, используя ее как некий телепатический якорь, и пытался одновременно коснуться случайных прохожих в толпе. Долгая, изнуряющая работа, но его уже достало оставаться без чутья и эмпатии каждый раз, когда вокруг собирались люди.

В итоге, Кириэлле выбрала стеклянный шар со снегом. Следует признать, игрушка была хороша — домик и деревца внутри шара были столь богаты мелкими деталями, словно кто-то уменьшил настоящий дом вместе с куском земли и заключил в стеклянную сферу. Очевидно, для изготовления игрушки использовалась весьма сложная магия — хоть в конечном продукте ее совершенно не ощущалось — и цена была соответствующая. Хотя и куда скромнее, чем опасался Зориан, так что он купил шар без возражений. Интересно, хватит ли его нынешнего навыка изменения, чтобы сделать такой же?

Выбрав сувенир для Кириэлле, они, как и в прошлом цикле, направились к фонтану на площади. Но на этот раз Зориан сразу повел сестру через парк — встречаться со стаей мозговых крыс было совершенно не обязательно. Учитывая, что разум Кириэлле ничем не защищен, так можно привлечь ненужное внимание, а то и выдать что-то важное — неоправданный, недопустимый риск.

Как выяснилось, одно это уже было серьезным изменением. Так и не увидев мозговых крыс, Кириэлле никак не могла рассказать о них Рее, они просто не упоминались в разговоре. И похоже, в прошлый раз он не понял, насколько встревожил мать Ночки своим рассказом — ничего не зная об опасных грызунах-телепатах, Реа держится куда спокойнее… и куда настойчивее предлагает погостить у них. Хм.

Он позволил Рее и Кириэлле "уговорить" его задержаться. Похоже, выпал редкий случай покопаться в мыслях Реи, пока она ни в чем его не подозревает — грех не воспользоваться им на полную катушку.

— Королевская Академия Сиории? Не сочти за грубость, но для парнишки из провинции — весьма впечатляет, — заметила Реа. — Нет-нет, мы и сами из провинции — но разве Академия не принимает только… э…

— Очень талантливых или очень родовитых? — закончил Зориан. Распространенное среди обывателей заблуждение. Дождавшись кивка Реи, он продолжил. — На самом деле нет. Успешное поступление зависит от того, насколько удачно ты сдал вступительные, есть ли у тебя рекомендации от профессоров или других известных людей, и расстроит ли твой провал кого-нибудь влиятельного. По сути, если можешь оплатить обучение и хорошо сдашь вступительные, тебя точно возьмут.

— И ты хорошо их сдал? — полюбопытствовала Реа.

— Я вошел в полусотню лучших, — гордо ответил Зориан. Вообще говоря, он был сорок восьмым, но это уже несущественные детали.

— Брат довольно талантлив, — неожиданно влезла Кириэлле. — Но, эм, вероятно, тут есть и заслуга нашего брата Дэймена. Во всяком случае, так говорит мама.

— Что? — подчеркнуто-спокойно переспросил Зориан.

— Ммм, — заторопилась Кириэлле. — Не сердись, ладно, а то мама говорила мне не повторять это, потому что ты рассердишься, но она рассказывала, что тебя и Фортова так легко взяли в Академию только из-за Дэймена и его успехов…

— Дэймен тут вообще не при чем, — прошипел сквозь стиснутые зубы Зориан. — Я хорошо сдал экзамены, мое поступление никогда не было под вопросом! Мать, как обычно, приписывает все хорошее Дэймену, а меня равняет с этим придурком Фортовым, только чтобы…

— Я вам верю, мистер Казински, — вмешалась Реа. — Успокойтесь. Незачем набрасываться на сестру.

— Да, извините, — в его словах невольно прозвучала горечь.

Повисло неловкое молчание. Прекрасно. Ай, молодца, Зориан.

Проклятье, почему эта ерунда так сильно его задела?

— Получается, ваш брат — Дэймен Казински? — спросила наконец Реа. — Тот самый?

— Да, — вздохнул Зориан. — Тот самый.

— Погоди, выходит, другой твой брат знаменит? — бесхитростно спросила у Кириэлле Ночка. — А чем?

— Много чем, — Кириэлле смущенно пожала плечами и смолкла, видимо, не желая сильнее расстраивать его.

— Дэймен — "экстремальный археолог", — Зориан изо всех сил старался подавить раздражение. — Он предпринимает экспедиции в опасные места — ищет руины и древние артефакты. А иногда и редкие растения или магических животных, хотя это уже не археология. Он очень удачлив, и потому знаменит.

Ну, как-то так. Далеко не полное объяснение, но в целом верно. Остается надеяться, что этого хватит.

— Я около года ничего о нем не слышала, — заметила Реа.

— Он в Косе, — ответил Зориан. — Судя по всему, нашел в джунглях что-то очень важное, но пока хранит это в секрете. Не сомневаюсь, вы вновь о нем услышите, когда он наконец соизволит поделиться своим открытием.

К счастью, на этом тема Дэймена была закрыта. Воспользовавшись тем, что Реа задавала довольно личные вопросы, Зориан тоже не преминул поспрашивать о личном. Ее история оказалась практически такой же, как в прошлом цикле, но в этот раз читать поверхностные мысли было куда проще — сейчас Реа не пыталась поглубже укрыть свои секреты от кишащих вокруг телепатических крыс.

И в ее мыслях нашлось кое-что интересное. Во-первых, Саух не был перевертышем — только Реа и Ночка. Далее, Реа и правда была преступницей, но, встретив Сауха, решила оставить это в прошлом и жить с ним честной жизнью. Как… романтично. Вот только ни ее подельники, ни жители городка не спешили забыть, кем она была, так что молодая семья собрала вещи и уехала прочь. Туда, где их никто не знал, где они могли начать с чистого листа. Где Ночка сможет расти, не отягощенная прошлым своей матери.

Проклятье, то, что готовил для этих людей Культ Дракона, что Внизу, просто выводило из себя. Вряд ли он сможет бесстрастно наблюдать, как родителей Ночки убьют, а саму ее похитят. Хотя, если подумать, в текущем цикле этого и не требовалось — даже если он с помощью Ночки выследит высокоранговых культистов, его навыков сканирования памяти пока очевидно недостаточно, чтобы их прочитать. И кто сказал, что он вообще может как-то повлиять на ситуацию? У него не было надежного способа защитить Ночку — если Культ сменит расписание, Зориану придется ежеминутно следить за семьей Сашал, чтобы успеть вовремя вмешаться.

Так что он решил отложить первоначальный план на потом и проследить за развитием ситуации. Кто знает, может, происшествие в предыдущем цикле было случайностью, и культисты обычно не трогают Ночку. Хотя маячок на нее повесить надо — на всякий случай…

К моменту, когда они наговорились, уже вовсю шел дождь. Реа пыталась уговорить их переждать, но Зориан, зная, что это надолго, отказался. Укрыв себя и Кириэлле защитным пологом, он попрощался с семьей Сашал.

Когда они добрались до дома Имайи, щит все еще уверенно держался — на них не упало ни капли. Похоже, его мастерство и объем резерва постепенно растут.

Следующие несколько дней заняла рутина — он побывал в Князевых Дверях и запасся кристаллизованной маной, продал оные кристаллы в нескольких магазинах Сиории, вступил в охотничью группу Тайвен и проверил, как пережили рестарт цикла сохраненные в памяти тетради (они были в порядке).

Зато с началом занятий Зориан решил выглянуть из своей зоны комфорта и пообщаться кое с кем из одноклассников. С Рэйни, если быть точным. Он как раз изучал перевертышей, а она вроде как волчица. Может, подскажет ему что-нибудь важное? Спросить стоит в любом случае.

Вот только с этим была одна большая проблема — у Рэйни было множество поклонников, ее постоянно донимали признаниями и предложениями встречаться — не подумает ли она, что и ему нужно того же? А встречаться с кем-либо она точно не намерена, она ясно дала это понять за прошедшие циклы. Как ему завязать с ней разговор и не быть превратно понятым?

Он целый день бился над этим вопросом, а потом решил, что страдает фигней. Ну, подумает она, что он хочет ей признаться, и что? Да, она категорически отказывала всем, но, насколько он знал, вежливо и без рукоприкладства… ну, кроме того парня, которому она дала в морду, но там все согласились, что нечего было распускать руки. Так что худшее, что с ним может случиться за попытку заговорить — его пошлют подальше, не выслушав. Не смертельно, а с учетом временной петли — он всегда может попробовать другой подход.

Однако худшего не произошло. Когда Зориан попросил встретиться с ним после урока, Рэйни тихонько вздохнула, глянула в потолок, словно спрашивая небеса, чем она так провинилась, но дала согласие.

Занятие началось и закончилось, одноклассники разбрелись, и наконец остались лишь Зориан, Рэйни и Киана. А Киана-то что здесь делает? Он понятия не имел, но Рэйни не возражала, и он тоже промолчал. Но вот знает ли Киана, что ее подруга — перевертыш? Если нет, то Рэйни вряд ли скажет спасибо за раскрытие своего секрета.

Проблемы на ровном месте…

— Извини, — сказала Рэйни. — Тебе наверняка хотелось поговорить наедине, но Киана настояла, что она тоже должна присутствовать, вот и…

Она беспомощно пожала плечами. У нее и правда был виноватый вид, Зориан, наверное, даже поверил бы ей, не умей он чувствовать других. Он покосился на Киану — та тотчас же, нахмурившись, выпрямилась. Кажется, кто-то пытается выглядеть грозно. На самом-то деле она чувствовала скуку и нетерпение — похоже, для нее это было привычной, давно надоевшей ролью.

Зориан едва сдержал усмешку. Самое забавное, что если бы он решил с кем-то встречаться, то это была бы как раз Киана, а не Рэйни. Она нравилась ему еще до петли — сугубо отвлеченно, эстетически, разумеется. Если не изменяет память, Зак даже застукал его, когда он пялился на нее — в тот судьбоносный, самый первый цикл. Какая-то часть его даже захотела признаться Киане прямо сейчас — просто чтобы посмотреть их реакцию.

Но нет уж — пять минут развлечения не стоят целого месяца драмы. К тому же, его симпатия к Киане основывалась лишь на внешности — на его взгляд, она не уступала Рэйни, а сам он предпочитал рыжим брюнеток. Откуда ему знать, может, она ужасная стерва.

— Если ты не возражаешь против ее присутствия, я тоже согласен, — ответил он. — Кстати, можно создать звукоизолирующий барьер? Неолу с подружками подслушивает под дверью, а я бы предпочел обойтись без лишних ушей.

— Угх, — пробурчала Рэйни, поднимаясь со стула и направляясь к дверям. — Нет нужды. Я сейчас.

Зориан ощутил, как четыре сгустка эмоций метнулись прочь. К моменту, когда Рэйни открыла дверь, они пробежали уже половину коридора; так что не прошло и минуты, как волчица вернулась на место.

— Ну что же, — начала она. — Теперь, когда шпионы изгнаны, можно перейти к делу. О чем вы хотели поговорить, мистер Казински?

— Киана знает о перевертышах? — спросил Зориан.

Судя по ее потрясенному виду, Киана знала.

— Ч-что? — растерялась Рэйни. — Откуда ты знаешь?

— Я попросил ученого по имени Вани рассказать о перевертышах, и…

— Вани из Князевых Дверей? — перебила его Рэйни. — Разве ты не из Сирина?

— Верно, — подтвердил Зориан. — Но это не значит, что я не могу посещать Князевы Двери. У меня там друзья.

— Ну конечно, — вздохнула Рэйни. — Послушай…Зориан. Я не просто так это скрываю.

— Поэтому я и спросил, знает ли Киана, — кивнул Зориан.

— Знаю, — вмешалась Киана, скрещивая руки на груди. — И я буду милосердна и поверю, что ты тоже сохранишь это в секрете, хоть и дружишь с этим балаболом Бенисеком. Так чего ты хотел от Рэйни?

— Я познакомился с парочкой перевертышей-кошек, и хотел задать о них пару вопросов другому перевертышу, — сказал Зориан. — И решил спросить у Рэйни первой — не согласится ли она ответить на эти вопросы.

Повисло молчание — девушки переваривали услышанное.

— Я… э… это слишком серьезный вопрос, а у нас не так много времени, — решила Рэйни. — Скоро начнется следующий урок.

— Ну да, — согласился Зориан. — Не обязательно обсуждать это прямо сейчас. Я только хотел узнать, согласна ли ты помочь мне.

— Возможно, — небрежно ответила Рэйни. — Я избегала эту тему, просто чтобы не выдать себя, но в твоем случае — ты и так уже знаешь. К тому же, если общаешься с перевертышами-кошками — тебе и правда может понадобиться совет. Не обижайся, но кошки редко оказываются приличными людьми.

— Я слышал об этом, — признал Зориан. — Так как мы поступим?

— Не знаю, — призналась Рэйни. — Мне надо подумать. Ты совершенно застал меня врасплох. Я скажу тебе, когда определюсь с местом и временем.

— Жди, мы сами с тобой свяжемся, — заключила Киана.

На этом разговор завершился — все трое поспешили на следующий урок. Зориан был в общем доволен результатом… хоть он и вызвал любопытные взгляды и шепотки одноклассников, а итог был пока неизвестен.

Рэйни отнюдь не спешила со встречей, но Зориана это вполне устраивало. Время позволяло, а ему было чем заняться.

Например, в данный момент он прочесывал поселение аранеа в поисках подсказок, где искать сокровищницу. Без особого успеха, но он и не рассчитывал на быстрый результат — что это за тайная сокровищница, которую можно найти за день?

Зориан бродил по туннелям поселения, напрягая мысленное чутье в поисках уцелевших аранеа. Безрезультатно. Поселение было гигантской могилой, усеянной телами и до сих пор не тронутой лишь благодаря наложенным защитным чарам. Время от времени он перехватывал чужие мысли, но это всегда оказывался очередной житель подземелья, пытающийся проникнуть внутрь, либо один из выживших самцов аранеа.

Не то, чтобы последние были совсем бесполезны — хоть и полуразумные, они все же были того же вида, но при этом, в отличие от самок, не имели мощной защиты. Зориан поймал всех встреченных самцов и читал их разум в поисках информации о сокровищнице — больше ради тренировки, чем в надежде и правда найти нужные сведения.

Хотя следует признать, самцы оказались куда умнее, чем он думал после слов аранеа — по уровню интеллекта они были ближе к воронам и свиньям, а не лошадям и собакам. Трое даже действовали сообща, подготовив на него засаду, и он едва сумел избежать укусов.

Насколько он помнил из рассказов аранеа, их яд довольно слаб, но рисковать все равно не хотелось.

— Проклятье, — выдохнул Зориан. Ничего, ни единой зацепки. — У меня все, закончил на сегодня. Каэл, ты закончил обследование?

Каэл оторвался от скрюченного тела какой-то несчастной аранеа, медленно переключаясь от сосредоточенной работы к способности поддерживать разговор.

— Хмм? А, это, — пробормотал он. — Да, я давно уже проверил их на магию душ. Никаких следов. Вообще никаких, и это всерьез меня пугает. Не расскажи ты, что здесь произошло, я бы решил, что это не тела разумных существ, каким-то образом лишенные душ, а удивительно искусные куклы из плоти, никогда этой души и не имевшие. Но я только что закончил глубокое медицинское сканирование, и могу точно сказать, что это не просто куклы из плоти. Не знаю, что и думать. Это не похоже на эффект какого-либо известного мне заклинания магии душ.

Проклятье. А он так надеялся, что Каэл что-нибудь выяснит.

— И больше ничего не можешь об этом сказать? — спросил он. — Вообще ничего?

— Нет. Хотя, постой, — с сомнением отозвался Каэл. Зориан жестом поторопил его. — Сканирование показало, что эти пауки действительно умерли в первый день месяца — это произошло около двух утра.

— А, понятно, — помолчав, ответил Зориан. — Получается, начало временной петли приходится почти за шесть часов до моего пробуждения.

— Да, — согласился Каэл. — Не уверен, есть ли от этого польза, но это интересно.

— Весьма, — согласился Зориан. — Особенно если я научусь просыпаться в самом начале цикла, а не как обычно.

Каэл кивнул и вдруг полез в карман за часами.

— Ох, я и не заметил, как много времени прошло. Я обещал Кане прогулку в парке, как думаешь, можем ли мы…

— Да, — не стал дослушивать Зориан. — Потому-то я и отвлек тебя от обследования. На сегодня с меня хватит этого места. Собирай вещи, и я верну нас в подвал.

Пять минут спустя Каэл и Зориан телепортировались в подвал дома Имайи — точнее, к массивному камню в подвале, служившему якорем для заклинания возврата. Чем дольше Зориан пользовался им, тем больше ему нравилось заклинание — возможность прорваться через мощнейшие магические помехи или телепортационные обереги подкупала. Было бы совсем хорошо, если бы поддержание связи с каждым из якорей не расходовало ману — но увы, совершенство недостижимо. У Каэла хватало своих дел, так что Зориан попрощался с ним и отправился искать Кириэлле.

Он нашел ее на кухне, разговаривающей с Имайей и забавляющейся с миниатюрным големом, что он ей сделал. Забавно, но, похоже, никто в доме не понимал, сколько труда и денег вложено в эту штуку — для них это была просто магическая кукла, не стоящая особого внимания. Для Зориана же маленький голем был особенным по другой причине: схему конструкта он разработал в прошлом цикле.

Хотя из цикла в цикл Зориан и уделял много времени работе с формулами и созданию зачарованных вещей, он долго не решался заняться этим с полной отдачей — ведь со следующим циклом ему приходилось восстанавливать достигнутое по памяти. Что было даже в чем-то хорошо, вынуждая его каждым разом по-новому оценивать свои решения и оптимизировать их, а не механически воспроизводить проверенные варианты — но чертовски замедляло процесс. По сути, он был ограничен простыми проектами, но теперь, когда появилась возможность сохранять записи прошлых циклов, он мог заниматься артефакторикой по-настоящему.

Поприветствовав Имайю, он повернулся к сестре:

— Привет, Кири. Готова к новому уроку магии?

— Да! — радостно согласилась она.

— То есть ты прочитала первые три главы из той книги, что я дал тебе?

— Эээ, да… — она тут же растеряла энтузиазм. — Правда, э, я там немного пропустила…

Зориан понимающе посмотрел на нее. Было такое чувство, что начни он спрашивать — и выяснится, что пропущено отнюдь не "немного".

— Ну хорошо, — он положил на стол перед ней маленький черный кубик. — Это поглощающий куб. У него очень простое назначение — он поглощает любую ману, что ты испускаешь, при этом линии на гранях начинают светиться. Казалось бы, какой в этом прок — но начинающие маги еще не умеют чувствовать течение маны внутри себя, и потому не знают, получается ли то или иное упражнение. Куб же решает эту проблему. Потом, когда ты научишься уверенно испускать ману, мы перейдем к целенаправленному вливанию силы в куб, чтобы развить контроль…

Кириэлле осторожно взяла кубик в руки, словно опасаясь, что непонятная штука ее укусит, провела пальцем по высеченным на гранях линиям.

— А разве ты учился на таком? — спросила она. — Я думала, ты занимался с теми стеклянными шарами, что привез домой после второго курса.

— Верно, но оказалось, что это не лучший тренажер, — пояснил Зориан. — Стеклянные шары — массовая продукция, их делают дешевыми, а не качественными. Куб, что ты держишь, лучше подходит для обучения.

— О, — она удивленно посмотрела на него. — Он… дорогой?

Ну, технически — Зориан сам изготовил кубик, но материалы тоже были отнюдь не дешевыми.

— Да, но не беспокойся об этом, — отмахнулся он. — Если ты и правда всерьез настроена учиться, я не против за это заплатить. И, Кириэлле…

— Да?

— К следующему уроку тебе действительно нужно прочитать те три главы, и я хотел бы, чтобы ты больше меня не обманывала.

По крайней мере, ей хватило совести покраснеть.

По мнению Зориана, первая неделя цикла прошла успешно. Да, он так и не нашел ничего в поселении аранеа, но все остальное складывалось отлично.

Красный опять оставил захватчиков без какой-либо поддержки, так что их дела были не лучше, чем в прошлом цикле. Это был уже второй раз, известный Зориану — а началось все явно куда раньше. Неужто после их схватки Красный отказался от поддержки вторжения? Очень странно, учитывая, сколько сил он тратил на это прежде. Может, он поддерживал захватчиков только чтобы отвлечь Зака и скрыть последствия собственных действий? Хотя в таком случае ему не следовало бы лично выходить против Зака…

Но что бы ни двигало Третьим, его отсутствие было на руку Зориану. Убедившись, что Красный опять игнорирует захватчиков, он немедленно открыл охоту на известных ему культистов и их союзников. Пока что он не узнал от них ничего нового, но каждое погружение в чужую память на шаг приближало его к пакету воспоминаний матриарха, так что он не жаловался. Помимо этого, Зориан проверил несколько тайников захватчиков, найденных в прошлом цикле, и даже обчистил один, где защита была похуже. К его разочарованию, там не было ничего, кроме целой кучи немаркированных зелий — они перекочевали к Каэлу, для выяснения что это и как их лучше использовать. Зориану было слегка неловко эксплуатировать морлока, но тот откликался на его просьбы с неизменным энтузиазмом, так что, наверное, все в порядке.

Его охота на монстров вместе с Тайвен тоже проходила удачнее, чем раньше — ведь теперь он знал местоположение гнездовищ и основные пути миграции в подземелье. Тайвен была на седьмом небе, хотя иногда, когда думала, что он не смотрит, бросала на него странные взгляды. Догадалась, что прорицанием такой точности не достичь? Ну, неважно — пока она ни о чем не спрашивает, можно и дальше пользоваться предзнанием, а проблемы решать по мере их поступления.

Его замысел получить следующий уровень допуска в библиотеке тоже продвигался, хотя пока что был на начальной стадии. Он выбрал простейший способ: отирался у входа в библиотеку в часы пик и украдкой сканировал мысли проходящих, выискивая редких посетителей с высоким уровнем доступа. Ведь хоть Академия и не спешила давать допуск студентам, среди других посетителей таких счастливчиков хватало. Многие маги владели им — и почти не пользовались. Если он с умом выберет, у кого… позаимствовать, то жертва может даже не заметить пропажи. И, если повезет, библиотекари тоже не обратят внимание, что на допуске написано другое имя.

Но главное его достижение за неделю происходило здесь и сейчас — его первое в этом цикле занятие с Ксвимом. Куратор отличался чрезвычайной пунктуальностью, всегда проводя занятие от и до, минута в минуту. Однако же сегодня Зориан настолько успешно выполнял все запредельные требования Ксвима, что тот продлил встречу далеко за отведенное время. Зориан ничего не сказал, продолжая молча и эффективно выполнять указания, но в душе он улыбался. Пусть Ксвим и сохранял бесстрастное выражение лица, отступление от расписания означало, что Зориан на верном пути в своей борьбе с невыносимым куратором.

Увы, как бы ему ни хотелось узнать, до скольки бы его продержал Ксвим, у Зориана были и другие договоренности.

— Говорите, тренировочное занятие. И что же это за занятие, позвольте полюбопытствовать, если вам оно важнее работы с куратором? — поинтересовался Ксвим.

— Поручение профессора Зилети, — перевел стрелки на Ильзу Зориан. — Я должен встретиться с другим студентом для тренировки ментальной магии.

Ксвим молча посмотрел на него. Если Зориан, собиравшийся поразить его этим признанием, ожидал уточнения, действительно ли речь о ментальной магии… он с треском провалился. Ксвим просто посмотрел на него, разок стукнул по столу пальцем, и все.

— Почему вы не сообщили об этом раньше? — спросил куратор.

— Не специально, сэр, — заверил его Зориан. — Просто это наша первая встреча, а вы с самого начала стали задавать упражнения на плетение. Я не счел возможным прерывать занятие, чтобы сообщить не относящийся к делу факт.

— Хмф. И, говорите, будете заниматься с другим студентом? Слепой ведет слепого… — осуждающе покачал головой Ксвим. Потом характерным жестом отмахнулся, отпуская его. — Что же, хорошо. Идите. Не буду отрывать вас от ваших обязанностей.

— Благодарю, сэр, — Зориан поднялся со стула. — Мне прийти в следующую пятницу?

— Нет, приходите в понедельник после уроков, — распорядился Ксвим. — Мне надо увидеть эту вашу ментальную магию в действии, чтобы составить план занятий.

Хаа… А вот этого он не ожидал. Ксвим намекает, что может помочь ему с ментальной магией? Да, у куратора очень достойный ментальный щит, но Зориан все равно сомневался, что Ксвим может научить его чему-то новому в телепатии. Да и сам факт, что куратор собирался помогать с менталистикой — даже если предположить, что он в ней разбирается — уже поражал, разве этот тип не зациклен на плетениях и прочих азах?

Решив просто дождаться понедельника и узнать, Зориан вышел из кабинета Ксвима и направился на встречу с Тинами.

Ну, технически, он еще не знал, что идет к Тинами, но учитывая, что предпосылки те же, что и в прошлом цикле (он рассказал о своей телепатии Ильзе и попросил партнера для тренировок), было очевидно, кем окажется этот партнер. И действительно, в назначенном кабинете его уже ожидала Тинами.

— Ты и есть обещанный ментальный маг? — с сомнением спросила она.

[Да,] — ответил он телепатически, заставив ее дернуться. Тинами сузила глаза.

— Ты опоздал, — обвиняюще сказала она.

— Извини. Ксвим неожиданно решил продлить наше занятие. Сумел отпроситься лишь несколько минут назад.

— Ты выбрал в кураторы Ксвима? — удивилась Тинами. — Почему?

— Я живу в Сирине, — объяснил Зориан. — Это весьма далеко от Сиории. К моменту, когда Ильза добралась до меня, все остальные кураторы были уже заняты и остался один Ксвим.

— Он настолько плох, как о нем говорят?

— Сегодня он два часа гонял меня по азам плетения.

— Оу. Ладно, это оправдывает несколько минут опоздания, — признала она. — Наверное, в будущем нам стоит перенести наши занятия, на случай подобных инцидентов.

— Вероятно, — согласился Зориан. Даже он не знал, что теперь придет в голову Ксвиму, а ведь он проживал этот месяц уже много, много раз. — Есть ли что-нибудь, о чем мне следует знать, прежде чем мы начнем?

Как и в прошлый раз, Тинами хотела отработать телепатию и чтение поверхностных мыслей. По меркам Зориана, она была весьма посредственным телепатом, но показала хорошую обучаемость. Сам же он в основном тренировал касание чужих чувств. Сейчас он уже достаточно уверенно подключался к восприятию других людей, но вот делать что-то, получая двойной объем ощущений, было невероятно трудно. Особенно если он и Тинами смотрели в разные стороны.

Сказать по правде, Тинами не могла предложить ему ничего, что он не мог бы практиковать с Кириэлле, Каэлом или прохожими на улице… но эти занятия были ключиком к однокласснице, а он ведь решил уделить классу пристальное внимание. К тому же сотрудничество с Тинами может быть весьма полезно, учитывая, из какой она семьи. И весьма опасно, учитывая их пристрастие к ментальной магии и некромантии, но он был готов рискнуть. Жаль только, что все опять нужно начинать с чистого листа — в прошлый раз, когда он сходился с Тинами, он знакомил ее с аранеа, куда более интересными ей, чем его скромная персона. Так что сейчас общение ограничивалось лишь ментальными тренировками. С другой стороны, раньше его это устраивало — он воспринимал ее лишь как манекен для отработки мысленного касания. Сейчас же, когда под рукой нет аранеа, ему придется заинтересовать ее каким-то другим способом.

— Ладно, я все же спрошу: где, черт возьми, ты так глубоко изучил магию разума? — не выдержала Тинами. — Я годами тренировала это умение, с очень хорошими учителями, но ты с легкостью превосходишь меня во всем. Как так?

— Это секрет, — прямо ответил Зориан. — Можешь спросить, когда мы узнаем друг друга получше.

— Когда? — она приподняла бровь.

— Когда, если, как тебе будет угодно. Суть в том, что пока мы недостаточно знакомы, чтобы задавать столь личные вопросы.

— Тоже верно, — она со вздохом откинулась на спинку стула. — Хотя это и обидно. Я знаю, меня не назовешь гением, но…

И тут в дверь постучали. Зориан и Тинами переглянулись и пожали плечами, понятия не имея, кто в это время мог стучаться в пустой класс.

— Схожу, проверю, — поднялся со стула Зориан. Вполне возможно, что ищут кого-то из них, а с его везением — наверняка его.

За дверью обнаружилась Киана.

— Эм, привет? — неуверенно поздоровался Зориан.

— Привет, — Киана заглянула в класс и изменилась в лице, увидев Тинами. Перевела удивленный взгляд на него…

— Это личное, — сварливо сказал Зориан, предваряя вопросы. Он шагнул в коридор и прикрыл за собой дверь, обеспечивая им толику приватности.

— Я ничего не говорила, — она, защищаясь, подняла руки. — Просто пришла передать, что Рэйни наконец решила снова встретиться с тобой. Завтра в десять утра, по этому адресу, — она сунула ему в руки сложенный листок. — И, это и так понятно, но не болтай об этом, хорошо?

— Вот я еще не радовал сплетников, — закатил глаза Зориан. — Ты тоже там будешь, в качестве охраны?

— Нет, но владелец ресторана — друг Рэйни, так что не делай ничего лишнего. О, кстати, Рэйни передавала, что это определенно не свидание. Хоть двое подростков и встречаются наедине в ресторане…

Она заговорщицки улыбнулась.

— Эй, разве ты не должна быть на стороне подруги?

— Просто шучу, — вздохнула она. — О боги, у тебя, как и у нее, совершенно нет чувства юмора. Да помогут нам небеса, если вы и правда сойдетесь… увидимся, Зориан.

И она просто повернулась и ушла, не дожидаясь его ответа. Она… изрядно отличается от образа в его воображении. Покачав головой, он сунул записку с адресом в карман и вернулся в класс.

— Извини за задержку, — сказал он. — Небольшой личный вопрос, который… эй, почему ты так на меня смотришь?

— Быть не может, — пробормотала она. — Я слышала, что ты подкатывал к Рэйни, но чтобы она согласилась? Как ты этого добился? Я думала, это вообще невозможно!

— Это не свидание, — спокойно объяснил он. — Ты спешишь с выводами.

— Если только… ну конечно! — воскликнула она. — Конечно, мастер-телепат может легко нащупать ее слабые места!

— Эй! — возмутился он. — Это уже обидно. Я бы никогда не влез в ее мысли без спроса.

— Почему нет? — поинтересовалась Тинами. — Я бы на твоем месте влезла.

— Ты… уверена, что стоит говорить подобное?

— Я тебя умоляю. Ни на секунду не поверю, что ты никогда не злоупотреблял своей силой, — обвинила его Тинами. — Ты слишком хорош — этого не добиться законными способами.

— Давай закроем эту тему, — холодно сказал Зориан. — Почему бы нам не вернуться к занятию? Ну, знаешь, тому, зачем мы сюда пришли?

— Ты мне одно скажи, что вы все в ней находите? — совершенно проигнорировала его слова Тинами. — Что в ней такого, чего нет у меня? Рыжие волосы? Дело в рыжих волосах, да?

Зориан, не в силах сдерживаться, закрыл лицо руками. А ведь день так хорошо начинался…

Глава 42. Количество и качество

Зориан ждал, сидя на скамейке неподалеку от ресторана. Рэйни пока не появлялась, но это как раз было понятно — он нашел ресторан куда быстрее, чем ожидал, и пришел раньше времени. Впрочем, ничего страшного — он коротал время, пробуя свое мысленное чутье на прохожих, глядя глазами пролетающих голубей и оттачивая плетения на горстке камушков, что носил с собой специально для этой цели.

Серьезно, когда Ксвим не стоит над душой, плетение как-то… успокаивает. Наверное, стоит найти какое-нибудь сложное — то есть действительно сложное, а не долбаное "недостаточно, начните сначала" Ксвима — и уделить врем… хм?

Уронив парящую кучку гальки в ладонь и сунув в карман, он наклонился к кусту, где его чутье засекло едва слышное течение примитивных мыслей. Даже зная, куда смотреть, он далеко не сразу нашел прячущегося среди листвы богомола. И, глядя на маленькое создание, Зориан решил попробовать…

Он направил ладонь и сосредоточился, пытаясь телекинезом притянуть насекомое, не раздавив, как… ну, как насекомое. Что оказалось совсем непросто — богомол отчаянно вцепился в ветку. Зориан рассчитывал застать его врасплох, но для того, кто только что пребывал почти без движения, у богомола оказалась мгновенная реакция. Однако и Зориан не собирался отступать. После пяти минут борьбы, он все же сумел отцепить богомола от ветки, не повредив, и притянуть, удерживая в воздухе. Богомол яростно извивался, явно возмущенный произволом, но телекинетический контроль Зориана был сильнее.

Был, до момента, когда богомол решил, что с него хватит, внезапно развернул крылья и улетел. Упс, точно — богомолы же умеют летать… совсем из головы вылетело. Пожав плечами, он вновь обратился к мысленному чутью, проверяя, не пришла ли Рэйни.

Она пришла. Да, ее не было видно из-за угла здания, но ментальный узор, несомненно, ее. Он направился к ресторану и скоро вновь был у входа, стараясь не смотреть в ту сторону. Когда же она наконец вышла из-за угла, она не пошла к нему, о нет — встала и смотрит настороженно. Да что с ней такое? Он же согласился, что это не свидание, чего она колеблется? Он "случайно" повернулся в ее сторону, сделал вид, что только заметил, помахал.

Решившись, она подошла и поздоровалась.

— Извини, я не особо спешила, — сказала она. — Большинство моих знакомых хорошо если всего на десять минут опоздают, так что и я привыкла подходить попозже. Долго ждал?

— Немного ждал, да, — признал Зориан. — Но, сказать по правде, лишь потому, что пришел слишком рано. Не беспокойся, я нашел, как скоротать время.

— О? Не расскажешь, как именно?

— Ничего особенного, просто упражнялся в плетении, — Зориан вынул камушки из кармана и закрутил их вращающимся кольцом над раскрытой ладонью. — Глупо, да, но занимает время.

Рэйни молча посмотрела на летающие камни, покачала головой, пробурчав что-то неразборчивое, и жестом поманила его за собой в ресторан. Он ссыпал гальку в карман и поспешил следом.

Войдя в обеденный зал, Зориан понял, почему ресторан называется "Грозный Сом". Под потолком и правда висело чучело здоровенного сома, достаточно крупного, чтобы заглотить человека. Гм…любопытное украшение для обеденного зала. Рэйни его реакция на этот шедевр таксидермиста позабавила — хоть он и знал об этом только благодаря эмпатии, она ничем себя не выдала, направляясь к ближайшему столику.

Он бы не удивился, если бы она набрала полную тарелку мяса — волчий аппетит и все такое, но она ограничилась жареной форелью и овощами. Хех. Пора бы ему перестать судить о людях поспешно… кстати о суждении, ему ведь платить за двоих? Его циничная часть полагала, что да, ведь Рэйни выбрала довольно дорогое блюдо — с другой стороны, она дочь вождя. Может, для нее это обычное дело. А может, она даже обидится, если он вздумает платить за нее, и решит, что он все-таки за ней ухлестывает…

— Заказ будут готовить некоторое время, — сказала Рэйни. — Почему бы тебе пока не рассказать об этих кошках?

Зориан огляделся, не слушает ли кто. Людей в зале хватало, на его взгляд — слишком людно для подобных разговоров, но речь пойдет в основном о ее секретах, а она, похоже, не возражает. По крайней мере, никто из обедающих не обращал на них внимания.

Он рассказал ей все, что мог открыть, не затрагивая вторжение или криминальное прошлое Реи — о котором ему очевидно было неоткуда знать. Но даже так, он очень надеялся, что Рэйни не пойдет поговорить с Реей — некоторые упомянутые им подробности иначе как слежкой за семьей Сашал было не объяснить.

— Не думаю, что они желают тебе вреда, — сказала Рэйни, когда он закончил. — Иначе они не оставляли бы с тобой свою дочь и не позволили бы ей сблизиться с твоей сестрой. Большинство перевертышей-кошек лишены какой-либо чести, но не трогают соседей, друзей и знакомых. Не пакостят там, где живут.

Что же. Зориан и так знал, что перевертыши разных видов не отличаются особым единством, но, похоже, они еще и недолюбливают друг друга. Или, по меньшей мере, такие, как Рэйни, не любят таких, как Реа.

— Похоже, перевертыши-волки не любят перевертышей-кошек? — озвучил он свою мысль.

— Мы практически не контактируем. У нас не плохие отношения с ними — их просто нет, — пояснила Рэйни. — Лично я считаю, что они бросают тень на всех перевертышей, и я знаю, что многие в племени разделяют эту точку зрения. Тебе следует быть осторожнее с этими новыми друзьями. Я сказала, что они, скорее всего, не замышляют против тебя, но это не значит, что они не опасны. Перевертыши-кошки — как правило, не просто перевертыши — из всех видов они глубже всех сроднились с икосианской магической традицией. И чаще всего заигрывают с иллюзиями, ментальной магией, видением и другими… сомнительными дисциплинами. Вполне возможно, что они каким-нибудь образом следят за тобой.

— Я буду иметь в виду, — кивнул Зориан. — Любопытно, это всегда так? Перевертыши разных видов всегда избегают друг друга?

— Вовсе нет, — покачала головой Рэйни. — Мы стараемся поддерживать связи с другими общинами, это просто кошки… Ну, это долгая история, а судя по запаху, нам уже несут нашу еду. Продолжим после обеда.

Она не ошиблась — им действительно вскоре принесли их заказ. И то ли Рэйни очень проголодалась, то ли привыкла есть быстро, но она смела свой обед менее, чем за полчаса. А потом с нетерпением смотрела на него, покуда он неторопливо доедал. Грубо. Он не собирался из-за нее торопиться.

— Ладно, — сказал наконец Зориан, отодвигая тарелку. — Мы говорили об отношениях между перевертышами.

— Ага, — согласилась Рэйни. — Ну, прежде всего тебе следует помнить, что представление о перевертышах как о неких странных магах, живущих на задворках нормального общества, очень… современно. Перед наплывом икосианских беженцев, захвативших континент, перевертыши не жили на задворках. Частично из-за того, что другие местные ненавидели нас и никогда не позволили бы селиться рядом. Частично из-за того, что у наших племен была собственная земля.

— Остальные аборигены настолько вас ненавидели?

— О да, — подтвердила Рэйни. — Даже сейчас разрозненные остатки их племен, живущие здесь — вы, не различая, называете их Кхаски — на дух нас не переносят. К счастью для нас, они утратили какое-либо влияние и ничего нам сделать не могут. Тем и хорошо было икосианское завоевание — в отличие от аборигенов Алтазии, для икосиан перевертыши не были нелюдями и жуткой угрозой. Просто местные узкоспециализированные маги, которых они рассчитывали включить в свое общество.

— Но? — спросил Зориан.

— Но их попытки ассимилировать нас так и не увенчались успехом, — пожала плечами Рэйни. — Мы говорим на икосианским и следуем законам страны, но почти все виды упорно цепляются за последние крохи автономии. И перевертыши-волки всегда были самыми яростными и успешными в этой борьбе.

— А, вот как, — сообразил Зориан. — А поскольку перевертыши-кошки отказались от своей автономии и влились в остальное население, вы с ними не очень ладите.

— Да, — вздохнула она. — Мы не враги, но они полностью отринули наш путь и пошли своим. Обе стороны согласились, что нам больше нечего сказать друг другу, и с тех пор избегают контактов.

Зориан хмыкнул. Что-то он сомневался, что волки не считают кошек врагами. Кошки — да, вполне могли махнуть рукой, но в глазах волков они дезертиры. Просто волки не в силах что-то с этим поделать.

— И перевертыши-кошки добились успеха? — поинтересовался он.

— Большого успеха, — признала Рэйни. — Правительство Эльдемара обожает приводить их в пример, когда другие племена спрашивают, что будет, если они откажутся от традиционного уклада. Вот почему власти никак не прижмут кошек, несмотря на всю их незаконную деятельность. Если крупнейший успех интеграции перевертышей провалится, остальные племена тоже задумаются, нужно ли им такое.

Да уж, совершенно точно "не враги".

— Но если кошки столького добились, разве не логично воспользоваться их опытом? — спросил Зориан. — В смысле, я понимаю отвращение к криминалу, но что мешает вам заполучить собственных магов? Готов поспорить, именно икосианская магия обеспечила кошкам львиную долю их успеха.

— А зачем, по-твоему, я здесь? — улыбнулась Рэйни.

— Э, ну… — промямлил он. — Ну да, ты обучаешься на классического мага, но как я понял, ты — исключение, а не правило. Почему твое племя послало кого-то учиться только сейчас? Не раньше?

— То, что больше всех в изучении икосианской школы преуспели те, кто отрекся от традиций — не случайно, — ответила она. — Казалось бы, очевидный выход, но на практике — это дает правительству дополнительные рычаги давления на племя. Соплеменники, обученные магии, нередко рвутся к власти и вовлекают Гильдию, а через нее — и государство, во внутренние дела племени.

— А, — кивнул Зориан. — Что и надо государству, стремящемуся ликвидировать самостоятельность племен.

— Да, — согласилась она. — К тому же старейшины племени очень консервативны и плохо ладили с вернувшимися магами, набравшимися нового. Часто случалось, что маг просто уходил из племени, устав от постоянных стычек с ними.

— Тогда почему ты здесь? Что изменилось? — спросил Зориан. От сидящей напротив девушки повеяло смутными, но определенно отрицательными эмоциями. — Или это слишком личный вопрос?

— Это… нет, не то, чтобы личный, — она на миг нахмурилась, потом взяла себя в руки. Она явно злилась, но, похоже, не на него. — Пожалуй, тут две основных причины. С раскола Старого Альянса послужившая его причиной политика централизации была дискредитирована и давление на племена перевертышей ослабло. Так что обученные вне племени перевертыши стали заметно меньшей угрозой. К тому же, нынешняя ускоренная колонизация Сарокианского плоскогорья беспокоит племена перевертышей, ведь путь колонистов лежит через их земли. Если группа магов решит поселиться на нашей территории, далеко не факт, что мы сможем выпроводить их без помощи властей.

— За которую власти попросят ответную услугу, — предположил Зориан.

— Ну, на самом деле они должны помогать нам бесплатно, — сказала Рэйни. — Это их работа. Но каждый раз, когда мы не можем решить проблему самостоятельно, мы подрываем свою репутацию. Если обращаться за помощью слишком часто, наша автономия сохранится только на бумаге. Так что для подобных вопросов нам нужны собственные маги. Эти два обстоятельства убедили руководство племени рискнуть и послать людей на обучение.

Зориан кивнул и более не касался этой темы, хотя и было очевидно, что она недоговаривает. Рэйни не лгала — он не чувствовал этого намерения, но были вещи, которые она решительно не хотела обсуждать. Видимо, что-то личное. Что-то, заставившее ее затаить обиду на собственное племя, о котором она говорила с уважением и гордостью.

Возможно, ее учеба в Сиории — своего рода ссылка.

Он попросил ее описать другие виды перевертышей, и она с готовностью ухватилась за новую тему.

Политическая обстановка у перевертышей оказалась неожиданно сложной. Помимо кошек, отказаться от старого уклада и влиться в общество пытались вороны и совы — не так удачно, как кошки, но все же жили вполне пристойно. Перевертыши-гадюки тоже пробовали этот путь, но не преуспели — не смогли интегрироваться и были практически истреблены, подняв мятеж в разгар Войн Раскола. Волки, олени и вепри, образовывающие ядро традиционалистов, стремились сохранить племенной уклад и привилегии перевертышей. Раньше их активно поддерживали медведи и лисы, но с годами их позиция менялась, и сейчас среди них было много сторонников ассимиляции.

Наконец, было три вида перевертышей, заметно выделявшихся из общей массы. Во-первых, орлы, не признававшие над собой никакой власти, с правом автономии или нет. Они просто превратились и улетели в Зимние горы, где и сумели дожить до этих дней. Никто не знал, как они выживают в столь опасной, кишащей монстрами среде — орлы разорвали всякие отношения с остальным человечеством. Даже с другими перевертышами. Еще были перевертыши-тюлени, выбравшие не ту сторону в Войнах Некромантов и практически истребленные Эльдемаром. Выжившие бежали на Улькуаан Ибасу, и с тех пор о них никто не слышал. Рэйни подозревала, что даже если они сумели выжить на острове, они не захотят общаться с другими перевертышами. Третьими были перевертыши-голуби, никогда не бывшие племенем — они появились усилиями эксцентричного мага, сумевшего добыть ритуал трансформации и достаточно упорного, чтобы создать собственный клан перевертышей. Другие перевертыши относились к ним с откровенным пренебрежением, но Рэйни нехотя признала, что голуби неплохо справляются. Способность превращаться в птицу дает определенные преимущества.

— Сказать по правде, удивлен, что не было других подобных попыток, — заметил Зориан.

— Пытаются многие, — ответила Рэйни. — Как правило, безуспешно. Поначалу все идет хорошо, а потом у первого поколения появляются дети. Малейшая ошибка, и дети перевертышей вырастают… неполноценными. У традиционных видов есть опыт десятков поколений — новосозданным же приходится нащупывать путь вслепую. Мало у кого хватает терпения.

От перевертышей разговор перешел на недавние вторжения монстров и их последствия. Рэйни расспрашивала, что он делает в "своей" команде, но Зориан старался избегать ответов, резонно полагая, что она, в отличие от Тайвен, не примет его неправдоподобно возросшие способности как должное. Рэйни не настаивала. Хотя он не ожидал, что вторжения так сильно на нее повлияют.

— Честно говоря, этот кризис избавил меня от многих иллюзий, — поделилась Рэйни. — Меня отправили сюда, чтобы я обучилась магии и стала силой племени, я была так уверена в себе… И вдруг я узнаю, что многие одноклассники уже готовы к встрече с настоящей опасностью, а я… нет. Я думала, что я одна из лучших в классе, а оказалось — только по успеваемости. Мне это не нравится. Я должна была присоединиться к вам в вашей борьбе.

Зориан понятия не имел, что тут можно ответить, так что промолчал. На этом разговор завершился, и они разошлись. Новая встреча даже не обсуждалась, но Рэйни сказала, чтобы он не стеснялся задавать вопросы, если они у него появятся. Пожалуй, это даже больше, чем он рассчитывал.

И да, разумеется, платить за обед пришлось ему.

Зориан крутил в руках свой новый читательский билет, бездумно разглядывая выгравированные на нем опознавательные глифы. Само собой, на билете значилось другое имя, ведь он украл его, проникнув в дом другого мага… но, против ожиданий, никто не спешил его разоблачать. Как выяснилось, билеты высоких уровней допуска уже не были просто листком бумаги, как его прежний — это были небольшие деревянные пластинки с нанесенными опознавательными глифами. Чтобы воспользоваться таким, требовалось всего лишь подойти к дверям в закрытую секцию и вставить билет в специальную прорезь. Если допуск билета позволял, то дверь открывалась. Все происходило без участия библиотекарей, никто не просил его предъявить билет — ни когда он подходил к закрытой секции, ни когда он провел несколько часов в разделе ментальной магии.

Если честно, то он чувствовал себя идиотом. Он ожидал жесточайшего контроля, идентификации личности на каждом углу — а нашел защиту, которую обошел бы и ребенок. Знал бы он, что все настолько просто, он пришел бы сюда раньше. Судя по всему, проблемы могут возникнуть только в одном случае — если прежний хозяин билета обнаружит пропажу… но об этом Зориан не беспокоился. Он очень тщательно выбрал цель, не взял ничего, кроме билета, и приложил все усилия, чтобы скрыть сам факт проникновения и кражи. Даже если маг внезапно вспомнит о своем билете, которым не пользовался многие месяцы, ему вряд ли придет в голову, что билет украли. Кто в здравом уме полезет в чужой дом за читательским?

Тем не менее, Зориан подозревал, что попробуй он провернуть подобный трюк с билетом более высокого допуска, защита его тут же остановит. Надо будет как-нибудь добыть билет с максимальным допуском и опробовать под конец цикла.

Но это потом, сейчас же — узнать, что готовит ему Ксвим. Зориан сунул билет в карман и направился… к двери…

Он нахмурился. Что за чертовщина? Он был уверен, что пришел к кабинету Ксвима, он был здесь бессчетное число раз, и все остальное было на своих местах. Вот только…

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул, накрывая разум глухим ментальным щитом. Внушение стихло — больше ничто не нашептывало ему игнорировать кабинет куратора, заставляя взгляд соскальзывать с двери. Нет, точнее, это разум перестал отбрасывать дверь как нечто несущественное, очевидно не то, что ему нужно. Будь он чуть менее уверен — кто знает, сколько бы он искал вход в кабинет.

Усилием воли приглушив раздражение на Ксвима, Зориан открыл глаза и постучал — и тут же вошел, не дожидаясь ответа. Куратор спокойно смотрел на него, переплетя пальцы.

— Прискорбно, — заявил Ксвим. — То, что столь примитивная ловушка задержала вас — пусть и ненадолго — показывает, сколь катастрофически вы не готовы к опасностям ментальной магии.

— Да, сэр, — легко согласился Зориан. Он уже привык к манерам Ксвима, слова куратора больше не задевали его. — Потому я и просил мисс Зилети о партнере для тренировок.

Ксвим отмахнулся от его объяснения, как от надоедливой мухи.

— Со слов Ильзы я понял, что вы — прирожденный маг разума, так? — Вопрос Ксвима, похоже, был риторическим, поскольку он не собирался ждать ответа. — Похвально, что вы по собственной инициативе пытаетесь исправить свои недостатки. Многие маги с врожденными талантами ошибочно принимают свою предрасположенность за настоящее мастерство, подвергая опасности окружающих. И даже себя. Особенно себя.

Ух ты, Ксвим что, только что похвалил его?

— Но, к сожалению, — продолжил Ксвим, — результаты вашей попытки, как и показанные в пятницу навыки плетения, ниже всякой критики. И мне, как куратору, придется с нуля перековать вас в грамотного и ответственного заклинателя.

А, нет. Показалось…

— Понятно, — с нотками горечи сказал Зориан. — Не сочтите за дерзость, но я не знал, что вы разбираетесь в магии разума. Я думал, вы ведете продвинутое плетение для четвертых курсов.

— А также частные занятия с одаренными студентами первого и второго курса, — по лицу Ксвима на миг пробежала тень гримасы, вновь сменившись привычной невозмутимостью. Видимо, Ксвим был не в восторге от этих "одаренных". — И, что важнее, я веду факультатив для четвертых курсов — защиту от враждебной магии. Очевидно, это включает и защиту от магии разума.

— А, — протянул Зориан. Это объясняло постоянно активный ментальный щит куратора. Но все же… — Должен заметить, моя врожденная способность уже дает мне весьма мощную и универсальную защиту.

— О? Как любопытно, — заметил Ксвим. — Скажите, ваша способность — сугубо защитная, или также позволяет касаться чужого разума?

— Второе, — признался Зориан. — Поэтому я и попросил мисс Зилети — мне требовался доброволец для тренировки телепатии и чтения мыслей.

— В таком случае вы, вероятно, уже знаете, что я поддерживаю ментальный барьер, — констатировал Ксвим.

— Ну, да, но не потому, что я пытался проникнуть в ваш разум, — солгал Зориан. — Просто основа моего дара — пассивная форма эмпатии. Я чувствую эмоции людей, но ничего не ощущаю от вас. Насколько я знаю, такое бывает только с активным щитом.

— Уверен, что это единственная причина, и вам и в голову не приходило отомстить невыносимому куратору, порывшись в его мозге, — снисходительно сказал Ксвим. — Однако сейчас я хочу, чтобы вы попытались вторгнуться в мой разум. Постарайтесь пробить мой барьер и расскажите, чем он отличается от вашего.

О, прекрасно, просто прекрасно. Можно напасть на Ксвима, и за это ничего не будет? Как он мог отказаться? Тем не менее, хоть куратор изрядно бесил его, Зориан все же не хотел отправить Ксвима в больницу, так что не стал сразу начинать со своего мощнейшего ментального копья по неподготовленной защите. Вместо этого он прошелся по щиту серией легких пробных ударов, ища уязвимые места — и не находя их. Затем обрушил град пусть слабых, но уже настоящих атак, оценивая прочность щита куратора.

К его величайшему удивлению, щит Ксвима не уступал защите самого Зориана или аранеа. С другой стороны… это означает, что он может не сдерживаться! Он сфокусировал сильнейшее ментальное копье, на какое был способен, и обрушил его на барьер.

Его лицо хранило спокойное и сосредоточенное выражение, но внутри Зориана захватил кровожадный восторг — он ощущал, как под его сокрушительным ударом трескается и прогибается защита Ксвима…

…чтобы через миг вновь воспрять, столь же безупречно-прочной, как в самом начале.

У Зориана расширились глаза. Б-быть не может… он восстановил барьер?! Как? Ксвим точно не психик, а ни одно известное Зориану заклинание не способно к самовосстановлению. Во всяком случае, так быстро. Сам Зориан не смог бы так быстро поднять пробитую защиту. Проклятье, да даже аранеа, учившие его, этого не могли.

Он трижды нанес мощные удары — с тем же эффектом. Атаки повреждали щит Ксвима, но тот моментально восстанавливался — менее искусный телепат подумал бы, что вообще не наносит урона.

Зориан сузил глаза. Нет. Нет, он не отступит. Грубая сила не помогает, но уроки аранеа не прошли зря — в его арсенале было еще много приемов. Он перешел к атакующим связкам Разум Как Огонь, словно противостоял не классическому магу, а психику, как и он сам — и постепенно нащупал недостатки щита куратора. Во-первых, Ксвим, похоже, не чувствовал пробных касаний — все, что не могло пробить барьер, просто игнорировалось. Во-вторых, щит был абсолютно равномерен — Ксвим никогда не усиливал одну часть защиты, даже когда удары раз за разом наносились в одну точку.

Выяснив это, Зориан отказался от мощного, но кратковременного ментального копья — взамен он выбрал участок щита и надавил. Надавил, не отпуская ни на миг — и вскоре барьер пошел трещинами, не выдерживая натиска. Восстановление было невозможно — давление Зориана пересиливало регенерацию щита, трещины все расширялись, грозя полным обрушением защиты. Зориан перенаправил парочку потоков от основного луча в расширяющиеся бреши, заставив куратора вздрогнуть — телепатическая сила обожгла его поверхностные мысли.

— Стоп! — скомандовал Ксвим, вскинув ладонь.

Зориан немедленно отступил, позволяя куратору восстановить защиту и отдышаться.

— Да уж, — Ксвим помассировал переносицу. — Только головной боли мне сегодня и не хватало. Наверное, пора уже отвыкать провоцировать студентов. Тем не менее, это был захватывающий опыт. Не классическая ментальная магия, а скорее атака мха-забывайника, краба-отшельника Лазурного моря или стаи мозговых крыс.

— Ваша защита ведь не была заклинанием? — спросил Зориан.

— Нет, не была, — подтвердил Ксвим. — Подобно вашим способностям, это неструктурированная магия.

— Но как? Я же вижу, что вы не… эм, не прирожденный маг разума.

— Ментальные упражнения плетения, — сказал Ксвим таким тоном, словно это все объясняло.

— В ментальной магии есть упражнения плетения? — изумился Зориан.

— Упражнения плетения есть во всех разделах магии, — ответил Ксвим. — Без них не заложить надежного основания для заклинаний.

И правда, глупый вопрос. Вместо этого надо было спросить, как эти упражнения позволили Ксвиму защищаться на уровне полноценного психика. Пусть и несколько однобоко, но все равно, стоит признать — весьма впечатляюще.

— Не знал, что упражнения плетения дают способность неструктурированной магии, — заметил Зориан.

— Серьезно? — поинтересовался Ксвим. — А что, по-вашему, такое упражнения плетения, как не неструктурированная магия? Посвятите годы тренировкам плетения, и количество неизбежно перерастет в качество. Что касается ментальной магии — желание защититься от нее всегда было настолько сильно, что за столетия было разработано бесчисленное множество тренировок. Продемонстрированный мной навык не назвать заурядным, но и чем-то выдающимся он тоже не является.

Зориан нахмурился. Если подумать, он уже встречал немало людей с тем или иным видом ментальной защиты, не похожим на структурированную магию. Тот же Аланик или Реа. Если верить Копью Решимости, у Зака тоже есть мысленный щит — с которым она не рискнула связываться. Ему давно уже следовало догадаться.

— А вы можете применять неструктурированную магию для телепатии или чтения мыслей? — спросил он, следуя интуиции.

— Лично я? Нет. Никогда не интересовался ничем, кроме защиты, — сказал Ксвим. — Но если вы спрашиваете, возможно ли это в принципе, то ответом будет да… с оговорками. Это потребует огромных усилий и принесет весьма скромные плоды — например, такой менталист, даже посвятив всю жизнь тренировкам, не сможет повторить те телепатические удары, что вы наносили с такой легкостью.

Так и есть — все как с магией душ. Изрядно потрудившись, можно получить сильно урезанную версию, действующую только на себя, но воздействовать ей на других практически невозможно.

— Итак? — нетерпеливо спросил Ксвим, прерывая его размышления. — Ваше сравнение?

— А, да. Судя по всему, ваш щит передает вам куда меньше информации, чем мой; он слишком однороден, а ваши реакции на удар чересчур предсказуемы и играют на руку опытному противнику, — с удовольствием принялся критиковать Ксвима Зориан. Куратор просто кивнул, ничем не показывая, что отповедь его задела. — С другой стороны, ваш щит намного менее уязвим и быстрее восстанавливается, чем мой.

— Вот как, — сказал Ксвим, откидываясь на стуле. — Полагаю, тогда мы знаем, что мы будем тренировать, не правда ли?

— Хорошо, — согласился Зориан. Его это и правда устраивало. Укрепить ментальную защиту никогда не повредит. — Но как мы будем тренироваться? Не думаю, что классическое ментальное заклятье подействует на меня — кроме неожиданных трюков вроде вашей двери.

— Неожиданности бывают разные, мистер Казински, — Ксвим выдвинул ящик и, достав заклинательный жезл, направил ему в лицо. — Позвольте мне продемонстрировать.

Зориан поспешно укрепил мысленный щит, готовясь принять атаку Ксвима — но ее не последовало. Вместо атаки его коснулось что-то вроде развеивающей волны, и его защита испарилась, как капля, упавшая в раскаленную печь.

А следом прилетело оглушающее заклятье.

Он выдержал. Пусть его застали врасплох и лишили щита — он был опытным магом, прошедшим "тренировку сопротивляемости" Кайрона, так что сравнительно слабое заклятье не свалило его. Но все равно было очень убедительно.

— Настоящий маг разума, — заметил Ксвим, — успел бы восстановить защиту до второго заклятья.

Зориан вздохнул. Ну да, настоящий успел бы.

— Начать сначала? — предположил он.

— Начать сначала, — подтвердил Ксвим.

И, к вящей ненависти Зориана, все оставшееся время Ксвим раз за разом направлял жезл и разносил его щит вдребезги.

После памятного занятия в понедельник Ксвим заменил большую часть их обычных занятий на тренировки ментальной магии, непрерывно испытывая его защиту на прочность и задавая длинные списки упражнений. Большинство ментальных плетений оказались смехотворно легкими, направленными на те навыки, которыми он уже владел на уровне рефлексов, но некоторые, в сочетании с закрытым разделом библиотеки, и правда научили его кое-чему новому.

Но в будущем он не собирался повторять этот опыт. Пусть Зориан и узнал от Ксвима пару новых трюков, уроки куратора были невыносимы, а показанные им техники не требовали его непосредственного участия.

К тому же, его занятия с Тинами тоже оказались практически бесполезны. Тренировка на ней не давала особых результатов, а любая попытка заговорить заканчивалась одинаково — она пыталась вытрясти из него, кто обучил его магии разума.

Более того, похоже, именно она разболтала всем о его встрече с Рэйни — когда в понедельник он пришел на занятия, весь класс уже был в курсе. Видимо, в отместку за то, что не отвечал на ее расспросы. Так или иначе, это на корню загубило все его шансы сблизиться с Рэйни — она согласилась, что в этом нет его вины, но не желала, чтобы их видели вместе. Должно быть, громогласные поздравления Бенисека перед всем классом стали последней каплей.

И как ему вообще пришло в голову подружиться с этим парнем?

Что же, век живи, век учись. Смирившись с загубленной до конца цикла репутацией, он с головой ушел в поиски сокровищницы аранеа, собственные эксперименты и охоту на заговорщиков. И если с двумя последними пунктами все было благополучно, то поиски сокровищницы были все так же безрезультатны. Решено, он примет предложение Изысканных Мудрецов и проведет их в поселение Сиории в обмен на помощь в работе с памятью. Может быть, экспедиция аранеа преуспеет там, где он потерпел неудачу; да и обучение работе с памятью никогда не помешает. Да и Хранителей Желтой Пещеры надо будет опять спасти от чудовища — может, сейчас, когда он начал разбираться в чтении чужих разумов, они смогут показать ему что-то новое.

Его охота на заговорщиков продвигалась успешно, без шокирующих откровений, но со стабильным ростом телепатического мастерства и пополнением списка осведомленных целей. Увы, его постоянные налеты переполошили захватчиков, и защита высокопоставленных культистов была ужесточена — Зориан не рискнул с ними связываться. Он посетит их в следующие циклы, когда они не будут ждать нападения.

Ближе к концу месяца Зориан дал культистам передышку, только наблюдая и потроша их тайники. Опять-таки, в тайниках не было ничего умопомрачительного, но в одном нашлась крупная сумма, которая определенно пригодится ему в следующих циклах, да и найденные в начале месяца зелья выглядели многообещающе. Каэл сказал, что ему понадобится еще месяц, чтобы разобраться со всеми, но некоторые определенно были высококлассными боевыми зельями — летучие ядовитые соединения, липкие горючие смеси и тому подобные составы. Они отлично сочетались с его боевым стилем.

А за несколько дней до фестиваля он наконец перехватил долгожданное сообщение: руководство Культа приказало одной из младших групп похитить Ночку. Это была другая команда, и время не совпадало с прошлым месяцем, но его бдительность принесла свои плоды.

Он атаковал их на полпути к дому семьи Сашал, когда они вели гигантских многоножек через канализацию. Первоначально он собирался перехватить контроль над монстрами и натравить их на культистов, чтобы выглядело, словно твари вышли из-под контроля. Увы, маг, управлявший многоножками, крепко знал свое дело — как только Зориан попытался повлиять на мысли чудовищ, тот восстановил свой контроль и криком известил остальных о нападении.

Так что Зориан перешел к плану Б и швырнул в гущу культистов трофейное зелье из тайника. Погонщик многоножек, как и три его питомца, погибли на месте, промороженные до костей, когда мерцающая голубая взвесь из разбившейся склянки попала в воздух. С другой стороны, бросок раскрыл его местонахождение, и Зориану пришлось принимать на щит настоящий шквал заклятий от трех уцелевших культистов.

К счастью, без соперника в лице культиста-погонщика захватить последнюю многоножку было парой пустяков. И прежде, чем трое заговорщиков осознали, что происходит, ядовитые жвалы твари вцепились в ногу ближайшему, заставляя остальных переключиться на нового врага.

У них изначально не было шансов — хотя они и убили многоножку, прежде чем Зориан прикончил последнего. Сочтя свою работу завершенной, он покинул место схватки, гадая, что теперь предпримет Культ. Пошлют ли они за Ночкой большие силы? Насколько она важна для них?

Вероятно, он скоро это узнает.

Вопреки ожиданиям Зориана, культисты оставили Ночку в покое. Вместо этого на следующий день нападению подверглась другая семья — в этот раз — высокопоставленного армейского офицера, одного из перевертышей-голубей, о которых так пренебрежительно рассказывала Рэйни. Сам он и его жена не пострадали, но их восьмилетний сын был похищен неизвестными, и никто не потребовал выкупа.

В отличие от прошлого нападения на семью Сашал, это похищение вызвало широкий общественный резонанс. Ведь в этот раз атаковали не кого попало, а офицера королевской армии… да еще и не удосужились замаскировать похищение нападением монстров, просто ворвавшись ночью и похитив ребенка. Это произвело эффект разорвавшейся бомбы.

Итак. Культистам зачем-то нужен перевертыш, вероятнее всего — ребенок. Скорее всего, для "призыва" Первозданного. И ради этого они без колебания разворошили муравейник перед самим фестивалем, невзирая на риск раскрытия.

И, очевидно, это не обязательно должна быть Ночка.

— Эй, Зориан, — окликнула его Кириэлле, отвлекая от размышлений.

Он посмотрел на сестру — та пыталась нарисовать новому голему лицо. Зориан подозревал, что из множества мелких улучшений, внесенных им в новую модель, Кириэлле интересовало только одно — по ее просьбе у новой куклы были длинные каштановые волосы. Похоже, на взгляд сестры, они выглядели недостаточно естественно.

— Что? — спросил он.

— Кого ты пригласил на завтрашние танцы?

— Не твое дело, — буркнул он. Угх, надо будет убраться из дома к началу фестиваля, вдруг Ильза опять кого-нибудь пошлет.

— Ты пойдешь с той рыжей, с которой встречаешься? — спросила она.

— Не… Погоди-ка, а ты-то откуда знаешь?!

— Каэл рассказал, — она, задумавшись, прикусила ручку кисти, потом добавила бровям куклы пару легких штрихов.

Вот же паршивец… Наверное, с его точки зрения, это чертовски забавно.

— Думаю, тебе бы не помешала девушка, — заметила Кириэлле, вновь поворачиваясь к кукле. — А ты как считаешь, Косьенка?

Подчиняясь наложенным чарам, голем ответил на вопросительные интонации медленным, веским кивком.

— Видишь, даже Косьенка…

— Кири, — прервал ее Зориан.

— Да?

— Заткнись.

Глава 43. Потрясение

Возможно, Ильза, как и все остальные, поверила, что у него уже есть подружка — а может быть, он просто сумел в этот раз не выдать своих намерений, но за ним никого не прислали. Не то, чтобы Зориан задержался в доме Имайи и убедился в этом лично — этак можно опять оказаться с незапланированной девушкой на руках — но он оставил там следящий маячок и время от времени проверял ситуацию.

Какая-то часть его злилась, что он вообще думает об этом. По большому счету, эта мелкая драма ни на что не влияла — цикл уже заканчивался, последствия его прогула просто не успеют наступить. Опять же, вряд ли его можно винить, если он не придет на встречу, о которой не договаривался. Но, гм… ему было любопытно, а короткие проверки через маяк не требовали особых усилий.

Большую же часть времени он крался в двух шагах от продвигающегося фронта очередного вторжения, выслеживая отделившиеся от общей массы группки ибасанцев. Ну, и внушая себе, что он не должен вмешиваться каждый раз, когда захватчики убивают беззащитных граждан, ведь после рестарта с теми опять все будет в порядке. Первое осложнялось обилием всевозможных монстров с острым нюхом, сопровождающих магов. Второе — неразборчивой жестокостью захватчиков. О небо, некоторые из них даже вламывались в дома, вырезая целые семьи! Причем не ради грабежа, а просто бессмысленно проливали невинную кровь. Безумие.

Умом он, конечно, сознавал, что подобное происходит в конце каждого цикла, но это никогда не было для него настолько… личным. В этот раз он был здесь, видел все собственными глазами и хладнокровно решал, вмешаться или пройти мимо. И речь не шла о слишком сильных для него отрядах — этих было легко игнорировать, он никогда не рвался пожертвовать жизнью ради других. Нет, все дело было в группах, с которыми он вполне мог бы справиться на своем нынешнем уровне… вот только не видел способа одолеть ибасанцев, не убивая. И смысл тогда вмешиваться? Ему требовались живые ибасанские маги для чтения памяти — за тем и пришел. Схватка без шансов захватить пленных — пустая трата времени и маны, плюс ненужный риск привлечь внимание Кватач-Ичла. Древний лич неизменно вмешивался лично, если кто-то чересчур успешно противостоял силам вторжения.

Не говоря уже о том, что Красный может таиться где-то в городе, поджидая, когда путешественник во времени выдаст себя. Не то, чтобы этот вариант был очень вероятен — последнее время Красный совершенно забросил помощь вторжению — но и отметать его было небезопасно. Нет уж, лучше придерживаться первоначального плана и избегать ненужных стычек.

Так что, может, и хорошо, что его мозг занят дурацкой школьной драмой. По крайней мере, это отвлекает.

Удача улыбнулась ему прежде, чем настроение стало совсем поганым — он наткнулся на парочку ибасанских магов, отделившихся от основных сил с довольно легким прикрытием. Ну, относительно легким. С ними было два боевых тролля и дюжина скелетов, а неподалеку били витрины еще полдюжины троллей — но Зориан не сомневался, что справится с ними, если застанет врасплох.

Он направился к этим двоим, мысленно подталкивая железноклюва, чьими глазами смотрел, подлететь поближе для лучшего обзора. В том, чтобы использовать воздушных разведчиков ибасанцев против них самих, была некая сладостная ирония, но главная причина, по которой он использовал птиц, а не виденье, была проста — зрение железноклювов куда острее, и они прекрасно видят в темноте. Очень удобно. Он пытался провернуть тот же трюк с сопровождающими захватчиков боевыми троллями, но их чувства оказалось очень сложно воспринимать. У троллей ужасное зрение, и они не различают цветов — так что ориентируются на свой невероятно острый нюх и, в несколько меньшей степени — на слух. Не говоря уже о том, что они двигались намного медленнее железноклювов, а сами ибасанцы контролировали громил куда плотнее, чем птичьи стаи. Хмм… а если…

Следуя внезапной догадке, Зориан сфокусировался на ближайшей стае, пытаясь подчинить летящую в хвосте птицу. Для животного та оказалась на удивление волевой, но Зориану никто не мешал, и вскоре железноклюв отделился от стаи и устремился к нему. Ха, сработало. И никто не реагирует. Замечательно. Похоже, эти пташки — еще большая дыра в защите ибасанцев, чем он думал.

Он достал из кармана бутыль с зельем и передал ее приземлившейся птице. На то, чтобы телепатически убедить магического ворона не сжимать когти слишком сильно — во избежание плохих вещей — ушло некоторое время, но в итоге все получилось. И он направил птицу спикировать на ибасанцев и уронить бутыль на них.

Он бы ничуть не удивился, если бы эта затея провалилась. Слишком многое зависело от того, как точно птица исполнит его приказ — ведь Зориан только побуждал ее, а не контролировал полностью, и все зависело от способностей самого железноклюва. Впрочем, и хорошо — едва ли Зориан смог бы сам управлять птичьим телом с необходимой точностью и сноровкой. С другой стороны — в итоге он оказался всего лишь наблюдателем… Ай, да ладно — даже в случае провала это неплохо отвлечет заговорщиков, открывая возможность для атаки…

Железноклюв превзошел все его ожидания. Мало того, что птица по собственной инициативе атаковала магов сзади, так еще и бутыль уронила именно в то место, куда указал Зориан. В то самое место. Если подумать, железноклювы и перьями демонстрируют устрашающую меткость — видимо, некая врожденная способность. Так или иначе, бутыль разбилась, исторгнув облако желтого газа, в считанные секунды вырубившее ибасанцев. На их свиту усыпляющее зелье не подействовало — у боевых троллей был усиленный магией метаболизм, а у скелетов метаболизма вовсе не было. Зато теперь, когда погонщики были без сознания, Зориану ничего не стоило натравить троллей на скелетов. Не прошло и минуты, как вся нежить была размолота в порошок.

Он направил железноклюва сделать пару заходов на троллей — а птица поняла это как "направить пару перьевых залпов прямо троллям в глаза". Упс. В итоге бывшие телохранители магов в слепой ярости убежали за птицей, оставив Зориана наедине с бесчувственными ибасанцами.

Это была пятая группа за вечер, но впервые все прошло настолько гладко. Ему даже в бою принимать участие не пришлось. Определенно, стоит активно использовать железноклювов и в будущем.

Оттащив ибасанцев в более укромное место, он глубоко вдохнул и погрузился в их память.

Из всех направлений ментальной магии, чтение памяти по своей механике больше других похоже на прорицание. Ты должен четко решить, что ты ищешь, и если задашь неверный вопрос — получишь бесполезный, а то и сбивающий с толку ответ. В случае Зориана, он искал в памяти ибасанцев ответы на четыре главных вопроса. Знали ли они мага в ярко-красной мантии. Где должен проводиться ритуал "призыва" первозданного. Что они знали о целях вторжения. И последнее, но не по значению — было ли им что-либо известно о временных петлях и вообще о путешествиях во времени. Все то же самое, что он искал в памяти культистов весь этот месяц. В этот раз ему повезло — один из пленников явно был высокоранговым магом и должен был знать больше, чем рядовые боевики, чью память он потрошил до сих пор.

Никто из ибасанцев ничего не знал о маге в красном, и лежащие перед ним не были исключением. Когда же он запросил, не пропадал ли кто из заговорщиков во время рестарта цикла, выяснилось, что несмотря на анархию во время самого вторжения, подготовка осуществлялась в строжайшей дисциплине. Любая вольность сурово каралась предводителями, а тех немногих, кто пытался сбежать, в назидание другим выследил Кватач-Ичл. В итоге все попытки дезертирства прекратились задолго до начала петли.

Что, по мнению Зориана, практически исключало вероятность того, что Красный — один из ибасанских захватчиков. Он и сам это подозревал, памятуя, как в тот вечер лич обращался с Красным, но дополнительное подтверждение не помешает. И до сих пор оставалась возможность, что Третий принадлежит к Культу Дракона, что Внизу, не практикующему столь жесткой дисциплины.

Что касается места проведения ритуала освобождения первозданного — официально никто из ибасанцев его не знал… но по факту — офицеры, вроде этого, были в курсе, что ритуал будут проводить над Провалом, или, по крайней мере, настолько близко к нему, насколько возможно.

Прочитав это, Зориан ощутил себя идиотом. Ну конечно. Конечно же Провал — самая заметная и значимая достопримечательность Сиории. Он ведь даже знал, что руководство Культа уделяет Истоку особое внимание — но ему и в голову… проклятье. В его оправдание можно сказать, что низкоранговые заговорщики считали, что ритуал проведут где-то в никому не известном сверхсекретном месте.

Проще всего было выудить сведения о целях вторжения — потому что о них ибасанцы почти ничего не знали. Похоже, лишь верхушка заговора знала, что они пытаются достичь, рядовые же участвовали просто потому, что пошли за Кватач-Ичлом. Древний лич пользовался среди ибасанцев непререкаемым авторитетом. Тысяча лет опыта, помноженные на соответствующие знания и могущество. Он помнил еще те времена, когда боги говорили с людьми, и, по слухам, даже нес благословления некоторых из них. В довершение всего, в отличие от просто суровых предводителей Ибасы, Кватач-Ичл считался суровым, но справедливым. Видимо, для изгнанников он был кем-то вроде святого. И если он говорил, что вторжение того стоит — люди без колебаний шли за ним.

Плюс к тому — ибасанцы считали жителей Алтазии выродившимися слабаками, что падут пред ними, как колосья под серпом. С другой стороны — Эльдемар тоже не брезговал подобной пропагандой, так что в этом, пожалуй, нет ничего удивительного.

Что же до путешествий во времени, очередная жертва, как и все предыдущие, ниче… стоп! Что-то есть. Не петля, не путешествие, но, кажется, Эльдемар держит глубоко в Подземелье лабораторию, изучающую магию времени. Растяжения времени, если быть точным. Лаборатория надежно охраняется, защита просто потрясает воображение — как и должно быть, учитывая, на какой она глубине — так что захватчики оставили ее в покое. Некоторые вожди ибасанцев, особенно Кватач-Ичл, весьма этим недовольны — очевидно, что если Эльдемар содержит лабораторию в столь опасном месте — там явно что-то важное, что пригодилось бы и заговорщикам. Увы, остальные лидеры сочли, что гипотетическая выгода не стоит сил, что потребуются для штурма.

А вот это уже… интересно. Ибасанский маг не знал, где расположена лаборатория — но, кажется, это знал сам Зориан. На карте, оставленной ему матриархом, хватало особо отмеченных мест — и в два из них он так и не сумел добраться. Одно было окружено форпостами заговорщиков и тщательно патрулировалось — судя по всему, главная база. Второе было чертовски глубоко — он даже не пытался туда спуститься, справедливо полагая, что не переживет визита на нижние уровни. Упорство аранеа, картировавших глубокие уровни, куда решился бы спуститься не каждый из сильных магов, всерьез впечатляло.

У него не было доказательств, но он предчувствовал, что лаборатория времени находится именно там. А учитывая, что матриарх пометила этот сектор как важный — лаборатория наверняка имеет прямое отношение к его ситуации.

В поисках новых сведений он еще глубже погрузился в память ибасанца. Он ощущал, как содрогается под его безжалостным напором разум жертвы, но, воочию увидев зверства захватчиков, лишился к ним всякого сострадания.

Похоже, маршрут, указанный матриархом, отнюдь не был единственным — или даже главным. Грузы поставлялись исследователям не извилистым путем с уровня на уровень, а прямым спуском в Провал до нужного уровня, где в отвесной стене был пробит туннель, соединяющий лабораторию с остальным миром. Это не решало его проблем — пусть такой подход исключал большую часть опасностей нижних уровней, но спуск без допуска по-прежнему оставался смертельным риском. Может быть, если он…

Упс. Он перестарался — под нажимом его — все еще довольно грубого — поиска разум пленного мага не выдержал, превратившись в бессвязную мешанину. Проклятье, из этого больше ничего не выжмешь.

Два пронзающих снаряда оборвали жизни ибасанцев, Зориан развернулся уходить — и увидел сидящего на подоконнике соседнего дома железноклюва. Птица не спешила нападать, просто глядя на него. Зориан коснулся ее мыслей — так и есть, тот самый железноклюв, которого он использовал. Но почему такой смирный? Контроль Зориана над птицей давным-давно рассеялся…

Он ожидал гнева, хотя бы за то, что подчинил летучего монстра, но гнева не было. Лишь злорадное удовлетворение при виде мертвых заговорщиков. Выходит, железноклювы не любят ибасанцев, или, может, этот — особенный?

— Ну что, — сказал Зориан. — Как насчет того, чтобы убить еще нескольких?

Птица непонимающе наклонила голову. Ну да, очень умное, волевое, но все же животное… Он послал мысленный образ — они вдвоем убивают захватчиков.

Железноклюв пронзительно вскрикнул, вспышка убийственной ярости была столь сильна, что Зориан отступил на шаг.

Злоба. Ненависть. Убивать.

— Ага, — пробормотал парень. — Будем считать, что это значит "да".

В этот раз он даже не стал подчинять птицу — просто велел искать следующую небольшую группку захватчиков, сам же пошел искать других птиц, которых можно переманить на свою сторону.

Зориан успел "обработать" еще две группы, прежде чем перед ним внезапно возник Кватач-Ичл, и в лицо полыхнул столь любимый личем дезинтегрирующий луч. Он умер мгновенно, не успев даже среагировать.

Ну и ладно, цикл все равно уже практически завершился. По крайней мере, он успел поэкспериментировать с железноклювами. К его вящей досаде, выяснилось, что его контролю подвержен лишь крохотный процент летучих монстров — попытка же подчинить "неправильного" железноклюва неизменно приводила к тому, что вся стая бросалась на него, норовя разодрать на лоскуты. При этом птицы, с которыми он успел договориться раньше, мгновенно переходили на сторону собратьев — чего, откровенно говоря, и следовало ожидать, но в первый раз это совершенно застало его врасплох. Так или иначе, теперь было очевидно — железноклювы действительно ненавидят ибасанцев, но обратить их против прежних хозяев очень непросто. Что-то гарантировало их верность — но маги, в чьей памяти он искал объяснения, не знали, что именно, да и не интересовались, считая магических воронов просто тупыми животными.

Он начал новый месяц так же, как и два предыдущих — следил, как там дела у заговорщиков, добывал кристаллы маны, помогал Тайвен с охотой в Подземелье, и дальше по списку. С той разницей, что теперь он делал все это куда эффективнее. Помимо прочего, в этот раз он сразу украл читательский билет высокого уровня допуска и воссоздал Косьенку для Кириэлле.

В новом цикле, как и в предыдущих, захватчики не демонстрировали предзнания. Красный уже третий раз подряд бросил ибасанцев на произвол судьбы, и Зориан начал подозревать, что теперь это правило, а не исключение. Похоже, после их столкновения, Третий путешественник совершенно разочаровался в захватчиках.

Вопрос в другом — почему? Он столько лет упорно поддерживал ибасанцев, почему сейчас перестал?

Или, возможно, следует спросить, зачем поддерживал? Что это ему давало? Был ли это просто способ отвлечь Зака на очевидную, но на самом деле не важную для путешественников цель? Или он, так сказать, мутил воду, чтобы хаос в конце каждого цикла скрывал последствия его собственных действий? Возможно. С другой стороны, сам объем тактической информации, что Красный сливал заговорщикам, намекал, что тут что-то более важное. Его стараниями вторжение было абсолютно оптимизировано, чтобы нанести городу максимальный ущерб — Третий наверняка потратил на это прорву сил и времени. Итог вторжения чем-то важен ему. Так почему он перестал? Что изменилось?

Зориан попытался рассмотреть ситуацию с точки зрения параноика. Красный считал, что аранеа включили в петлю неизвестное, но значительное число людей. Они хорошо организованы и достаточно хитроумны, чтобы годами скрываться от него — выследить и истребить их будет непросто. К тому же, в их схватке Зориан продемонстрировал ментальную магию — то есть противостоящая группа располагает способами уничтожить его окончательно. Получается, петля внезапно стала для Красного куда более опасной, с расчетливыми и изворотливыми врагами, таящимися за каждым углом.

Будь Зориан на месте Красного, развернул бы он широкомасштабную охоту на враждебную группу? Нет, определенно нет. Он бы немедленно убрался, и не только из Сиории, вообще из этого региона. А если же он начинает цикл где-то в окрестностях — он бы первым делом телепортировался прочь, как это сейчас делает Зак. Он не знал, сколько времени бы он выжидал, но Зак по-прежнему избегает Сиории, а из них троих Зак — самый безрассудный.

Пожалуй, и неудивительно, что Красный не показывается в городе. Сейчас Зориан понимал — та уловка Копья Решимости куда более коварна, чем он думал первоначально. Но когда Красный осознает, что противостоящего легиона путешественников просто не существует?

Была и другая версия. Если Красный пытался оптимизировать вторжение, чтобы оно было максимально эффективно по завершению временной петли, и если аранеа не безвозвратно убиты, как он утверждал, а просто исключены из петли… Тогда дальнейшая оптимизация будет просто тратой времени. По завершению петли аранеа вернутся, и любой план, не учитывающий их, даст заведомо худшие результаты. Признаться, эта версия нравилась Зориану именно потому, что допускала возвращение аранеа, но она неплохо объясняла и многое другое. Например, почему Красный не прибегал к своему "душеубийству" более активно, не использовал его на обычных людях. Это было бы просто глупо — с ними все равно пришлось бы разбираться потом, но без обкатки тактики во время петли.

Зориану оставалось только надеяться, что расследование ибасанского заговора даст ему новые подсказки. Впрочем, если ничто другое не поможет — он всегда может пойти по пути Зака и раз за разом самоубийственно штурмовать лабораторию времени, очевидно имеющую отношение к петле. И рано или поздно он проникнет туда, ведь так? Если Зак таким способом сумел даже убить Оганя — какая-то лаборатория не доставит особых проблем.

Хмм, возможно, его подход нерационален, и ему стоит просто привлечь Зака к штурму лаборатории. Он все еще сомневался, стоит ли раскрываться перед Заком — это может раскрыть его и Красному, если тот следит за парнем; опять же, он не был до конца уверен, что от Зака сейчас будет какая-то польза — но чем биться головой о стену, лучше заручиться поддержкой того, кто бился об стену долгие годы и достиг в этом впечатляющих успехов.

Да, об этом действительно стоит подумать на досуге.

С началом занятий Зориан решил вновь сойтись с Рэйни, в этот раз исключив тренировки с Тинами. Нет, он не отказался от мысли сблизиться с наследницей Аопэ, но, очевидно, за раз можно пробовать только с одной, а с Рэйни, похоже, проще поладить. В этот раз он не стал повторять первоначальный разговор, но волчица все равно согласилась встретиться с ним.

Бенисек, решивший было громогласно поздравить Зориана, проявил прискорбную неосторожность и растянулся на полу, запутавшись в собственных ногах. Таинственное и забавное происшествие, к которому Зориан ну совершенно не имел никакого отношения — с другой стороны, ведь славно, что Бен выставил дураком только себя, а не себя и Зориана?

Но, хоть Зориан и рассчитывал в этот раз ближе сойтись с Рэйни, обхаживание ее включало долгие периоды ожидания, за время которых можно уделить внимание другим одноклассникам. А поскольку с его чертовой удачей любая девушка могла отколоть тот же финт, что и Тинами в прошлом цикле, это должен быть парень. Хмм, кто из его одноклассников может оказаться интересным… о! Эдвин же у нас увлекается големами, так? Его родители работают в производстве големов, и в прошлый раз, задав парню достаточно заурядный вопрос по этой теме, он нарвался на целую лекцию. Что же… он может показать Эдвину чертежи своего голема и спросить его мнение. Будет любопытно сравнить свои наработки с чертежами настоящего энтузиаста.

Он дождался конца занятия и подошел к беседующим Эдвину и Наиму. Как и всегда, увидев их вместе, Зориан не мог не отметить, как же сильно они отличаются — как внешне, так и характером. Эдвин был невысок, черные волосы и смуглая кожа выдавали в нем потомка южан, может быть, даже из Миасины. Наим, со своим средним ростом и русыми волосами, выглядел куда обыденнее, выделяясь разве что атлетическим сложением, редким для их возраста. Эдвин был общителен и экспрессивен, легко увлекался и отчаянно жестикулировал в разговоре. Наим был спокоен и сдержан, словно монах, достигший просветления и более не тревожащийся о бренном. Они были как солнце и луна, но все равно были неразлучны.

Сказать по правде, Зориан колебался, прежде чем подойти к ним. Он опасался, что его внезапное обращение вызовет у них подозрения. Его прежние отношения с этими двоими были вежливы, но очень отстраненны. Они практически не знали друг друга. Впрочем, это было справедливо и по отношению ко всем остальным одноклассникам, разве что кроме Бенисека.

Но его беспокойство оказалось напрасным. Эдвин был по натуре дружелюбен, что проявилось вдвойне, стоило ему узнать причину. И, хоть от Наима чувствовалась нотка раздражения, оно относилось к теме разговора, а вовсе не к присутствию Зориана. Наим не разделял одержимости Эдвина големами.

— Отличный стабилизатор для небольшой куклы, — заметил Эдвин, проведя пальцем по цепочке глифов. — Не думаю, что он бы подошел к чему-то больше и тяжелее, стальному голему в человеческий рост, например, но для куклы — идеально подходит. Надо будет запомнить. Но я не понимаю, зачем ты добавил вот это, — он постучал по трем сжатым узлам, которыми Зориан стабилизировал конструкт. — Неоптимально и попросту избыточно. Схема прекрасно заработает и без них, они просто без особого смысла изменяют некоторые параметры.

— На самом деле, без них схема как раз не работает, — ответил Зориан. — Все прототипы ломались, пока меня это не достало, и я просто не привел параметры к нужным величинам насильно. Сейчас все работает, но вносить изменения стало на редкость хреново. Я надеялся, что ты поможешь мне с этой проблемой.

Эдвин ошарашенно посмотрел на него.

— Погоди… Это что, настоящая схема? Ты это строил?

— Ну да, — сказал Зориан. — Иначе какой в этом смысл?

— Но разве это не чертовски дорого?

— Дорого, но ничего запредельного, — хотя сказать по правде, его представления о запредельном могли сильно измениться со времен до петли. — И я оплачиваю это из своего кармана, так что ни у кого нет возражений.

— О нет, я и не критикую, — ухмыльнулся Эдвин. — Черт, хотел бы и я быть на твоем месте! Уверен, что тебе не нужен ассистент?

— Это… возможно, — поколебавшись, ответил Зориан. Он видел, что Эдвин предлагает всерьез, и просто не был готов к этому. Он думал, придется приложить усилия, чтобы привлечь Эдвина к своим проектам, а тот сам предлагает помощь. — Как думаешь, сколько времени сможешь уделить этому?

Наим коротко фыркнул. Похоже, парень не возражал, что беседа идет без его участия, но сейчас не мог не вмешаться.

— Он занимается этим каждую свободную минуту, — слегка улыбнулся Наим. — Правильный вопрос — на сколько хватит твоего терпения, прежде чем ты не выдержишь и пошлешь его домой.

— Ой, помолчал бы, — возмутился Эдвин. — Как будто ты чем-то лучше меня, мистер Ежедневные Тренировки. У меня — големы, у тебя — единоборства.

— Последнее время я довольно занят, и не знаю, сколько смогу выделить времени. Но, думаю, я найду по паре часов через каждые день-два, если не возражаешь.

— Я за, — тут же ответил Эдвин. — За шанс увидеть мои схемы в действии я даже готов просыпаться до обеда в выходные. Но чем ты так занят? Учебный год только начинается.

— Ну, я веду несколько независимых проектов, — пояснил Зориан. — Я уже говорил о големах, но кроме того я много работаю с заклинательными формулами, алхимией, прикладной магией общего назначения и так далее. А продвинутым плетением и боевой практикой занимаюсь по остаточному принципу.

— Смотрю, ты не концентрируешься на чем-то одном, — сказал Эдвин. — Но все же впечатляет — ты сумел включить это все в свой распорядок дня.

— И при этом нашел время для охоты на монстров, — добавил Наим.

— Я воспринимаю ее как боевую практику, — ответил Зориан.

Наим насмешливо посмотрел на Эдвина; тот нахмурился.

— Что? — спросил Зориан.

— Когда я сказал, что хочу вступить в охотничью группу для тренировки в реальных условиях, Эдвин назвал меня недоумком. Сказал, что никто другой не стал бы рисковать жизнью ради тренировки, — Наим похлопал Зориана по плечу. — Что же, судя по всему, нас как минимум двое. Добро пожаловать в ряды недоумков.

— Угу, — пробурчал Зориан. — Но постой, зачем еще студенту участвовать в охоте?

— Деньги. Слава. Долг, — пожал плечами Наим.

Ах да, некоторым же платят за это. И они не застряли в петле, лишающей смысла всякие там славу и долг.

Но прежде, чем он ответил, в разговор неожиданно включился еще один одноклассник.

— Извиняюсь за вмешательство, — сказал из-за спины Зориана Эстин Гриер. — Но я не мог не услышать ваш разговор. Не возражаете, если я тоже выскажу пару соображений?

Повисло молчание, все трое повернулись к заговорившему. Наконец Эдвин прервал неловкую паузу:

— Мы просто болтаем, — усмехнулся он. — Это не закрытый клуб или что-то подобное. Говори, не стесняйся.

Зориан изучал Эстина боковым зрением. Парень был одним из прежних подозреваемых — до личной встречи с Красным, Зориан полагал, что Эстин может быть третьим путешественником, ведь его семья приехала в Эльдемар с Улькуаан Ибасы. Откровенно говоря, парень и выглядел подозрительно — высокий, сурового вида, с острыми чертами лица, с черными волосами, густыми бровями и столь темными карими глазами, что они тоже казались черными. Прибавить сюда неизменно мрачное выражение, сдержанность и неразговорчивость — и выходит довольно зловещее впечатление.

Но это на первый взгляд — насколько мог судить Зориан, Эстин был просто обычным, хоть и довольно пугающего вида, студентом. Он не был связан с заговорщиками и не давал повода заподозрить, что знает о временной петле.

— Очень хорошо, — серьезно кивнул Эстин. — Я хотел отметить, что пусть большинство студентов и участвуют в охоте не только чтобы испытать и закалить себя в горниле битвы, они наверняка рассматривают это как дополнительный плюс. На решение могут влиять много разных соображений.

— Так ты… тоже не против боевой практики? — предположил Наим.

— Да, — подтвердил Эстин. — Можно сказать и так. И обратите внимание — нас таких тут трое. Возможно, мы можем помочь друг другу. Собираться, обмениваться трюками и личными наработками, проводить спарринги.

Для столь неразговорчивого парня, Эстин, раз открыв рот, оказался весьма общителен. Впрочем, Зориану и самому было любопытно, каков их уровень, раз они участвуют в охоте. Наим был тем более за, так что, поговорив, они решили как-нибудь попросить у Ильзы разрешение использовать полигон. Открытый полигон, на земле — так как магия Эстина была "не слишком хороша в помещениях", что бы это ни значило.

Эстин спросил и Эдвина, не хочет ли он присоединиться, но тому было не интересно. Эдвин не любил драки и не интересовался боевой магией. Зориан заверил парня, что договоренности по работе над големами остаются в силе.

Оставалось лишь как-то выкроить время в его и так перегруженном расписании.

Найти полигон оказалось несложно — академия располагала множеством тренировочных площадок, и вход на большинство из них был для студентов свободным. Далеко не все из них были предназначены для боевой магии, но страховочные защитные чары были везде, так что боевая тренировка вполне допускалась. По словам Ильзы, подобное "нецелевое" использование площадок академии практиковалось уже долгое время и считалось нормальным даже среди профессоров. Так что она рекомендовала не ждать неделю, пока им выделят часы работы боевого полигона — еще и не факт, что подходящего и в удобное время — а просто зарезервировать одну из площадок на пару часов. Главное, не вклиниться в официальное расписание других групп.

Вооруженные этим знанием, они обошли доступные площадки и отыскали одну — просто огороженный и зачарованный участок на территории академии, где было в избытке земли и камней, нужных Эстину для его целей.

Эстин, как выяснилось, обладал врожденной магической способностью — он мог управлять землей, камнем и сходными материалами без структурированных чар, подобно тому, что мог Зориан в менталистике. Он не особо распространялся об особенностях своего дара — судя по всему, это родовая способность, чьи тайны следует оберегать от посторонних — но похоже, для его эффективного использования требовались тренировки; навыки Эстина были выкованы талантом и усердным трудом. В нескольких ознакомительных спаррингах, что они провели в начале, ибасанец использовал свой дар, только левитируя тяжелые комья земли и с ошеломляющей точностью перехватывая ими магические удары. Ну, когда видел атаку — описавший круг снаряд Зориана беспрепятственно попал ему в спину. К тому же, на формирование земляной сферы требовалось некоторое время, и парень не мог контролировать больше четырех разом — когда Зориан ударил залпом из восьми снарядов, тот просто сдался и попросил в будущем так не усердствовать.

Тем не менее, его прием, несомненно, был удобен. Похоже, защита земляными сферами не требовала внимания заклинателя, и тот мог полностью сосредоточиться на атакующих чарах. Знай он что-то серьезнее магического снаряда, или умей он вплести в снаряд функцию самонаведения — он мог бы стать серьезным противником для Зориана.

То есть для очень сдерживающегося Зориана. Он заранее решил показать только два заклинания — магический снаряд и простейший щит — и хорошо, что решил, потому что даже всего с двумя заклинаниями без усилий справлялся с обоими. Особенно в случае с Наимом. Будучи магом в первом поколении и не имея за душой ни особых способностей, ни долгой магической традиции, тот обходился теми же снарядом и щитом. Вот только у него не было многих лет петли, чтобы довести эти заклятья практически до совершенства.

Сражайся он с прежним Зорианом, до петли, Наим бы его размазал. Его резерв вдвое превышал старый резерв Зориана, и он определенно уже не первый год был знаком со щитом и снарядом, постепенно оттачивая свое мастерство. Плюс к тому, он был подвижен и ловок — сражаясь с Эстином, он просто уворачивался от каждого удара. Прежний Зориан, понятия не имевший, как сделать снаряды самонаводящимися, попадал бы не чаще, чем Эстин.

Но, к несчастью для Наима, он сражался с нынешним Зорианом, и у парня не было никаких шансов на его собственном поле. Щит Зориана не пробивался ничем из арсенала Наима, а уворачиваться от его снарядов просто не получалось.

После этого Наим и Эстин, явно назло ему, предложили перейти к рукопашной. Трезво оценивая свои шансы и не желая опозориться, Зориан спасовал, признав, что в рукопашном он им не ровня. У обоих парней при этом был очень самодовольный вид.

Ну и ладно, пусть будет им утешительным призом. Всяко лучше, чем если они затаят обиду. Между тем эти двое провели не меньше пяти раундов, и стало очевидно, что хоть Эстин и крупнее, Наим просто лучше его в единоборствах. Позднее Зориан узнает, что это и имел в виду Эдвин — одержимость Наима единоборствами ничуть не уступала одержимости южанина големами. Парень тренировался ежедневно, с почти религиозным пылом, и было достаточно хорош для соревнований национального уровня.

После они обменялись методиками тренировки и маленькими хитростями — на удивление полезными Зориану, поскольку у обоих нашлось по парочке простых упражнений плетения, даже не приходивших ему в голову. Впрочем, большая часть объяснений и демонстраций все равно ожидаемо выпала на его долю — ведь из троих он был самым опытным.

Он покинул встречу полностью удовлетворенный итогом. Наим и Эстин, вероятно, тоже были довольны, раз хотели как-нибудь собраться снова — хотя Эстин и кидал на него недовольные взгляды, когда думал, что он не видит. Зато когда они собрались вновь, пришли не только они трое.

Кроме них были Брайам, Коприва и Рэйни, желающие присоединиться. Наим и Эстин тут же спихнули решение на него, задним числом избирая его главным. Прелестно. Конечно, он дал согласие. Хотя бы потому, что если отказать Рэйни — это вряд ли улучшит ее отношение.

Проблема заключалась в том, что в боевой магии все трое новичков совершенно не разбирались. Да, Брайам уже состоял в охотничьей группе, но только благодаря своему фамильяру, огненному дрейку, и практически все его заклинания служили лишь поддержкой его живому огнемету. Коприва готовилась вступить в группу, но опять-таки не благодаря боевым качествам — она собиралась снабжать группу алхимическими бомбами и зельями, и сама полагалась в основном на них. У Рэйни наверняка были в запасе трюки перевертыша — на крайний случай, но она скрывала эту свою сторону, а о ее достижениях в классической боевой магии лучше было и не упоминать.

С горем пополам они все же наладили совместное занятие, хоть свалившиеся на Зориана куча работы и ответственность отнюдь не радовали. Раз уж он был "главным", то и заниматься с новичками выпало именно ему.

После занятия его догнала Рэйни и вручила записку с местом и датой. Тот же самый ресторан, что и в прошлом цикле — впрочем, ожидаемо, ведь, по словам Кианы, Рэйни дружит с его владельцем.

Между всеми этими хлопотами переговоры Зориана с Изысканными Мудрецами уже близились к завершению. В обмен на транспортировку в Сиорию, охрану их "поисковых групп" и доставку назад, Зориану были обещаны занятия с тремя учителями ментальной магии, одна из которых, предположительно, была экспертом в работе с памятью. И эта эксперт также согласилась просканировать разум до пяти пленников, которых доставит к ней Зориан, и поделиться с ним результатами. Ну, и в качестве бонуса, Зориану полагалась часть добычи поисковых групп — предлог наблюдать за работой искателей-аранеа, якобы чтобы его не обделили, по факту же — чтобы запомнить, где что искать в следующих циклах.

К его стыду, то, что он не нашел за целый месяц, Изысканные Мудрецы отыскали за два дня. Как оказалось, чтобы найти сокровищницу паутины Сиории, нужно было спуститься в шахту, куда аранеа скидывали мусор — на половине глубины в стене был ход, ведущий к сокровищнице. Туннель был достаточно просторен для аранеа с поклажей, а вот Зориану пришлось ползти на четвереньках до самого входа. Вообще говоря, в шахте было множество ответвлений, но все остальные заканчивались тупиком, так что, зная общее направление, найти нужный не составляло труда.

По словам Мудрецов, подобные шахты как раз и позволяли аранеа сравнительно безопасно пробираться даже на глубокие уровни Подземелья. Да, по шахте вполне могло подняться что-то действительно жуткое, но ее легче оборонять и в крайнем случае всегда можно обрушить. Когда под рукой не было готовых шахт, аранеа нередко пробивали их заклинаниями обработки камня.

Сокровищница была… огромна. Одни только здоровенные катушки паучьего шелка, надо полагать — основной источник дохода паутины, занимали уйму места. Было навалом и обычных богатств — деньги, драгоценные металлы, камни. Немало алхимической взрывчатки и зелий, в том числе куча исцеляющих, если верить словам Мудрецов — адаптированных к физиологии аранеа. Эта находка привела искателей в восторг, и они хотели, чтобы Зориан помог им встретиться с автором зелья — вариант, что их приготовили сами аранеа Сиории, даже не рассматривался всерьез. Хватало тут и книг заклинаний, алхимических рецептов и схем заклинательных формул, многие из которых были запрещены, редки или крайне дороги. Изысканные Мудрецы собирались забрать их с собой для изучения, но они согласились, что Зориан снимет с некоторых копии для личного пользования. Это его вполне устраивало — работы тут до конца месяца.

Наконец, в сокровищнице было полно и вещей, интересных только для аранеа. Кожаные ремни и упряжи, используемые паучихами для транспортировки вещей, питательные блоки — аналог сухих пайков, и тому подобные предметы. Все это весьма впечатлило Изысканных Мудрецов, восхищенных технической продвинутостью паутины Сиории. На взгляд Зориана, там не было ничего особенного, но, надо полагать, не так-то просто развивать технику, не имея рук.

Невероятно, но сокровищница была лишь вершиной айсберга. В поселении обнаружилась еще одна тайная часть, о которой он даже не подозревал — зал магических исследований, для доступа в который требовалось избирательно отключить несколько компонентов защитного оберега в одной из комнат, а затем проследовать в открывшийся в потолке проход. Увы, дальше следовал новый защитный рубеж, и ни Зориан, ни Изысканные Мудрецы так и не смогли взломать чары на дверях. Лидер поисковиков начала задумываться о том, чтобы просто выбить дверь, но опасалась потерять содержимое зала — в составе чар мог быть механизм самоуничтожения. Судя по всему, сами Мудрецы защищали свои мастерские именно так.

Наконец, нашелся и архив клана аранеа — Зориан проглядел его, потому что ему никогда не приходило в голову коснуться телепатией бугристой стены в глубине поселения. Как выяснилось, эти бугры были "камнями памяти", магическими хранилищами мыслей и воспоминаний. По мнению Зориана, метод явно уступал письменности, но Мудрецы называли такой подход куда более удобным и естественным, наверное, им виднее. Что было важно — в архиве нашлись сведения почти обо всех сделках паутины, кроме особо секретных, и теперь Зориан, пожалуй, мог воспользоваться некоторыми из прежних партнеров аранеа для своих целей. Изысканных Мудрецов это не интересовало — они не собирались здесь селиться, просто вывезти все, что не прибито гвоздями — так что комнату архива отдали ему.

К своей вящей досаде, Зориан вспомнил, что уже находил стену памяти в прошлом цикле, во время обыска. Тогда он счел, что необычная текстура камня может быть важна… так что он пробурил стену магией изменения, и был разочарован, не найдя ничего, кроме камня.

Он как раз вернулся в дом Имайи после очередной встречи с Мудрецами — оказывается, там его ждала Тайвен. Любопытно. Следующая охота назначена на завтра. Может, она хочет увеличить число вылазок? В этот раз Зориан активно пользовался предзнанием, так что их спуски в Подземелье неизменно проходили крайне успешно — может, она хочет ковать железо, пока горячо? Если так, то ему придется разочаровать ее — он слишком занят, чтобы выкроить дополнительное время.

Но, подойдя поближе, он немедленно понял, что Тайвен здесь не за этим. Она расстроена. Она попросила поговорить с ней наедине, так что он провел ее к себе и запер дверь. Комната была надежно зачарована еще в начале месяца, так что тратить время на чары приватности не пришлось.

— Что случилось? — спросил он.

— Он спрашивает, что случилось, — пробурчала она.

Ох, срань, она расстроена из-за него. Хотя он не помнит ничего, чем он мог бы ее расстроить.

Она достала светло-голубой кристалл и швырнула на тумбочку рядом с кроватью.

— Что это? — потребовала она ответа.

— Это что, риторический вопрос? — растерянно спросил он. — Кристалл маны, разумеется.

— Да, но почему у тебя под кроватью их целый ящик?

Зориан нахмурился.

— Ты что, рылась в моей комнате?

— Не я, твоя младшая сестра, — ответила она. — Она с Ночкой играли в принцесс и делали короны из кристаллов маны — себе, Кане и Косьенке. Я спросила у них, где они достали "эти красивые камни".

Ну что за хрень, Кири?!

— Окей, — Зориан выдохнул, пытаясь успокоиться. — Давай пока что отложим этот вопрос. Что тебя так расстроило? Почему так важно, что у меня под кроватью ящик кристаллизованной маны?

Она сжала кулаки, кипя обидой и… ненавистью к себе? Что?!

— Да потому что! — выкрикнула она и врезала кулаком в стену, заставив его вздрогнуть. — Потому что! Потому что, потому что, потому что!

— Тайвен, пожалуйста! — закричал уже Зориан, отчаянно пытаясь ее утихомирить. — Пожалуйста, успокойся, я не понимаю тебя!

Она что… плакала?

— Как ты можешь быть настолько хорош во всем?! — выкрикнула она, отпихивая его. — Ты так продвинулся в алхимии, что тебя хвалит Каэл. Ты делаешь големов в свободное время. Ты настолько владеешь прорицанием, что взрослые профессионалы не верят моим рассказам. И ты, я так понимаю, столь крут в боевой магии, что тебе доверили обучать группу!

— Это не то, что… — начал было Зориан.

— Не ври мне! — она вновь сорвалась на крик. — Я знаю, что как боец ты лучше меня. Ты пытаешься скрыть это, но я же вижу. Я не дура!

— Я никогда и не считал тебя дурой, — заверил Зориан.

Она пропустила его слова мимо ушей.

— Я работала над этим годами! — она всхлипнула. — Я на два года старше тебя, и я так старалась! Каждый день, каждый выходной, каждую свободную минуту. Я концентрировалась, не распыляла усилия. Я жила этим. И тут выясняется, что ты не только лучше меня в этой избранной области, но и так же хорош во всех остальных! Как?! Как ты можешь быть настолько лучше меня? Что я делаю не так?!

— Ничего! — поспешно заверил ее Зориан. — Ты и правда чертовски крута, Тайвен, я смог приблизиться к твоему уровню лишь потому, что я грязный жулик и играю без правил.

— Проклятье, так научи и меня играть без правил! — выкрикнула она.

И, прежде чем он нашел, что ответить, она… крепко обняла его и зарыдала у него на плече. Помедлив, он неловко обнял ее в ответ, отчаянно соображая, как ему теперь быть.

В голову ничего не приходило. Наверное, и хорошо, что Тайвен отнюдь не собиралась успокаиваться.

Глава 44. Демонстрация доверия

Кто-то может сопоставить факты и понять, что его способности слишком развиты для его возраста — эта мысль посещала Зориана не раз и не два. Он всегда старался сдерживаться, никому не показывая слишком много одновременно, оставаясь в границах правдоподобного — но прекрасно сознавал, что достаточно настойчивый наблюдатель без особого труда составит полную картину и поймет, что тут что-то не то. Он не видел способа этого избежать — если не тратить почти все время на чертовски утомительное и нудное притворство, без особых шансов на успех и с явным риском для психики. В конце концов он решил просто не думать об этом. Если его не застукают на чем-то противозаконном, он всегда может просто послать любопытствующих куда подальше. Со всей вежливостью, но тем не менее.

Он даже вполне допускал, что тем, кто разоблачит его, будет именно Тайвен. Как ни посмотри, она подходит лучше всех. Пожалуй, она единственная знала его достаточно хорошо, чтобы понять, насколько неестественен его внезапный рост мастерства. Плюс к тому, последнее время он много с ней общался, давая подсказку за подсказкой. И наконец, они были довольно близки, были… друзьями. Она вправе требовать объяснения и не постесняется напомнить о своем праве.

Он понимал все это, но Тайвен все равно умудрилась застать его врасплох. Да и потом он ожидал от нее всякого — но никак не слез. Совершенно на нее не похоже. Да, она очень эмоциональна, но при том и несгибаема, всегда идет вперед, невзирая на трудности.

Он покосился на Тайвен — та сидела на кровати рядом с ним. Видок у нее был еще тот. Плакать она уже перестала, но следы никуда не делись — красное лицо, шмыгающий нос, словом, весь букет. Но, во всяком случае, ее эмоции практически улеглись, может, она уже готова говорить?

— Полегчало?

В ответ она несильно ткнула его кулаком в плечо.

Да, определенно полегчало.

— Вот же отстой, — пожаловалась она. — Я так себя накрутила, пришла требовать ответов, а в итоге мы даже не поругались как следует. Только выставила себя дурой. Тебе что, трудно было вспылить в ответ, начать оправдываться, повести себя… как Зориан?

— Ну, извини? — слегка растерянно отозвался он. Его подмывало спросить, что значит "как Зориан", но некоторые тайны лучше оставить нераскрытыми. — Сказать по правде, ты тоже вела себя… не как Тайвен.

— Наверное, — уступила она. — Ты мне вот что скажи. Ты всегда был настолько талантлив? Ты все это время обманывал меня?

— Нет, — просто ответил он.

Она пристально вгляделась, ища малейшие признаки неуверенности, тяжело вздохнула.

— Ясно. Я тоже так посчитала. Тебе бы пришлось очень постараться, чтобы притворяться столько времени — причем безо всякого смысла. Но хорошо, что ты сам подтвердил. Вот только… Это означает, что ты превзошел меня во всем, включая мою специальность, всего за пару месяцев, что мы не виделись. Выходит…

— Ты ошибаешься, — покачал головой Зориан. — Я не превзошел тебя. Уверен, если мы сразимся, ты одолеешь меня в девяти случаях из десяти. Ты все еще лучше меня.

Одолеет, если он с самого начала не вырубит ее ментальной магией. Или не нападет из засады. Или не заминирует поле боя так, что тут все взлетит на воздух. Впрочем, Тайвен наверняка не сочтет такую победу "настоящей", так что, по сути, он все верно сказал.

— Неважно, — фыркнула она. — С твоим бешеным ростом ты нагонишь меня за считанные недели, а потом оставишь далеко позади. Не переставая совершенствоваться и по всем остальным направлениям. Разве я неправа?

— Типа того, — она бросила на него раздраженный взгляд, и он поспешил пояснить. — Все куда сложнее. Мне никак не нагнать тебя "за считанные недели". Но время для меня и для тебя течет по-разному, и у меня его намного больше.

— Что? Что ты несешь? — растерянно посмотрела на него Тайвен.

— Мы вернемся к этому позже. Прежде, чем начну рассказ, я хочу знать, что тебя так расстроило, — спокойно ответил он.

— Чегооо? Зориан, ну нельзя же намекать, а потом "мы вернемся к этому позже". Это, э… требует немедленного объяснения! Я же теперь не успокоюсь, пока не узнаю ответ!

— Я знаю, — широко улыбнулся Зориан. — Потому ничего и не объясняю, пока ты не расскажешь.

Она одарила его испепеляющим взглядом. Он лишь улыбнулся еще шире.

— Ты — чудовище, — она отвела глаза. — К тому же, я уже говорила, что меня расстроило, уверена, ты все прекрасно расслышал. Все, что я делала, те навыки, что я оттачивала всю жизнь… Если ты догнал меня с такой легкостью, то чем, черт возьми, я занималась все эти годы? Я не знаю, какой трюк ты использовал, да это и неважно — потому что он не должен был сработать! Я хороша в боевой магии, и я посвящаю ей всю жизнь, ты не можешь просто заняться ей и догнать меня меньше, чем за три месяца… даже не сосредотачиваясь на ней! Это возможно лишь в одном случае… если на самом деле я просто бездарность…

— Ох, перестань, — Зориан поспешно обнял ее, ощутив, что девушка готова вновь разрыдаться. — Ну что за глупости. Почему ты сомневаешься в себе? Разве мои успехи отменяют твои достижения?

— Достижения? — переспросила она, отпихивая его. — Какие еще достижения? Я работаю долбаным помощником учителя, Зориан. Да еще по не-магическому предмету! Ты правда думаешь, что, выпускаясь из академии, я мечтала именно об этом?

Он нахмурился. Выходит, Тайвен воспринимает свою "временную подработку" с куда меньшим оптимизмом, чем хочет показать… Наверное, ему следовало и самому догадаться — да, не найти наставника после выпуска — еще не трагедия, но это не могло не ударить по ее самолюбию. Хотя…

— Тайвен, разве твои родители — не боевые маги? Почему они не воспользовались своими связями, чтобы найти тебе наставника, или просто работу получше?

— О, мои родители с удовольствием нашли бы мне наставника, — фыркнула она. — Точнее, они уже присмотрели его! Один из их старых друзей, избегающий любых опасностей с тех пор, как скальный червь оттяпал ему ногу. Только осторожность, только минимизация риска — он не берется ни за что серьезнее, чем истребление грызунов. Именно этого и хотят родители. Пойди я у них на поводу, мне пришлось бы лет до тридцати охотиться на крыс.

— Ох, — смутившись, пробормотал Зориан. Кажется, он затронул не ту тему.

— Ага, — согласилась Тайвен. — Я люблю своих родителей, и знаю, что они желают мне добра, но здесь наши мнения не совпадают.

— Да уж, извини, что напомнил. Но серьезно, если подозреваешь, что ты недостаточно хороша — забудь об этом. Ты офигенный боевой маг, и что бы я ни делал, этот факт не изменится.

— Как-то… с трудом верится, — вздохнула Тайвен. — Я не смогла найти себе наставника. От моей команды не было никакого толку, пока к нам не присоединился ты. А родители все капают на мозги, что я еще не готова и начинать надо постепенно. Приятно, конечно, услышать похвалу, но, учитывая все перечисленное…

— Тайвен, дело не в том, что на самом деле ты недостаточно хороша, но тебе никто не сказал об этом, — сказал Зориан. — Дело в том, что с нашей последней встречи я более четырех лет оттачивал свои навыки.

Тайвен уставилась так, словно у него выросла вторая голова.

— Ну да, вообще-то теперь я старше тебя, — продолжил он. — Учитывая это, очень впечатляет, что я все еще не могу просто размазать тебя в бою. Конечно, ударь я в спину — я убью тебя мгновенно, но встреться мы в чисто магическом поединке — мне пришлось бы использовать все, что умею, и то победа не гарантирована. Так что ты офигенна, я настаиваю.

— Не понимаю, — ответила она. — Ты как будто не шутишь, но не может же это быть всерьез. Как ты можешь быть старше меня? Это так не работает, Зориан.

— Ты что, уже забыла мои слова? — забавляясь, спросил Зориан. — О том, что время для нас течет по-разному. Кто-то, помнится, говорил, что не успокоится, пока не услышит объяснение…

— Слушай, ты же знаешь, что я не люблю головоломки, — сварливо ответила Тайвен. — Почему бы тебе просто не объяснить по-человечески, что тут происходит, а?

Конечно, почему бы и нет.

— Я уже проживал этот месяц, — начал он. — Много-много раз. При каждой смерти или в ночь летнего фестиваля мою душу выдергивает из тела и переносит назад во времени к началу месяца. Бесконечная временная петля, в которой я с каждым циклом становлюсь немного сильнее. Ты не помнишь прошлых циклов, поэтому рост моих навыков кажется тебе необъяснимым — но на самом деле это обычный постепенный прогресс. Веришь или нет, но именно ты показала мне многие боевые приемы, которым теперь завидуешь.

— Заткнись. Я не завидую! — возмутилась она.

Он приподнял бровь.

— Из всего моего объяснения ты услышала только это?

— Ну, по крайней мере, на этот пункт можно что-то ответить, — сказала она. — Что, черт возьми, мне сказать про все остальное? Ну да, это типа все объясняет, но это же…

— Безумие? — подсказал Зориан.

— Угу, — согласилась она. — И довольно страшное. По сути, ты утверждаешь, что через пару недель я умру, и меня сменит другая, более молодая я. И что это происходит постоянно, просто я об этом не помню. Это же натуральный ужастик!

— Я предпочитаю считать это не смертью, а чем-то вроде амнезии, — заметил Зориан. — Ты — по-прежнему ты, просто теряешь несколько недель жизни.

— Регулярно теряю, — добавила она.

— Да, регулярно, — подтвердил он. — Я не говорю, что это не страшно, просто не думаю, что это эквивалентно смерти. Хотя, признаться, я здесь не очень объективен — считай я, что каждый цикл кончается смертью миллионов человек, давно бы уже свихнулся.

— Ох, — вздрогнула она. — Прости, я все еще воспринимаю твою ситуацию скорее как гипотетическую, а не реально сложившуюся. И все же, если это не розыгрыш — клянусь небесами, Зориан, если ты меня разыгрываешь, я заклею тебе рот той липкой дрянью, которой поливают опасных преступников — то все это совершенно ненормально. И очень несправедливо. Почему только ты помнишь происходящее?

— Не только я, — поправил он. — В петле есть как минимум еще два путешественника, возможно больше. Один из них хочет уничтожить Сиорию.

Она молча посмотрела на него, потом встала с кровати. Мелькнула мысль, что он слишком много вывалил на нее за раз, и теперь она просто уйдет, но вместо этого Тайвен принялась рыться в его тумбочках, что-то ища. Он хотел было прекратить безобразие, но решил сперва подождать и увидеть, что же ей надо.

Она же, отыскав чистую тетрадь и ручку, выбрала книгу побольше и вновь села на кровать рядом с ним. Положив книгу на колени, как импровизированный стол, она открыла тетрадь и что-то черкнула вверху страницы.

Хех, никогда бы не подумал, что Тайвен склонна конспектировать.

— Теперь я готова, — сообщила она. — Почему бы тебе не начать с начала…

В итоге он так и не понял, сумел ли он ее убедить. Она много записывала, еще больше спрашивала, а потом просто ушла, сказав, что ей нужно это обдумать.

Сказать по правде, он даже не ожидал столь многого. Хорошо бы она смогла побороть свой скепсис и принять его историю. Было бы здорово иметь возможность поговорить о петле с кем-то кроме Каэла. Не то, чтобы морлок его чем-то не устраивал, напротив, но иногда очень хотелось услышать еще чье-то мнение.

И Зориан не был бы Зорианом, если бы после каждой, даже самой тоненькой светлой полоски в его жизни не являлся кто-то со здоровенной темной полосой. В этот раз этим кем-то оказался Ксвим. Придя в его кабинет на еженедельное занятие, Зориан узнал, что "его" тренировочная группа была замечена, и Ксвим отнюдь не в восторге, что столь безнадежный дилетант пытается кого-то учить. Дабы сделать его "хоть отдаленно похожим на учителя", Ксвим решил увеличить нагрузку — теперь они будут встречаться три раза в неделю.

Как же он все-таки ненавидит этого типа…

Зато разговор с Рэйни, похоже, прошел неплохо. Во всяком случае, в этот раз она держалась с ним куда свободнее, чем в прошлом цикле, и даже заказала бокал вина. Разумеется, ничего нового он от нее не узнал — она повторяла то же самое, но это как раз было ожидаемо. Не мог же он просто начать с того места, где они закончили в прошлом цикле, а что-то придумывать не хотелось. Неделя и так выдалась напряженной, так что он просто последовал готовому сценарию.

— Знаешь, — Рэйни чуток отпила из бокала, — у меня такое чувство, что ты все это и так знаешь.

Упс. Он не ожидал от нее такой проницательности. Вроде бы он нигде не прокололся, значит, это она настолько хороша. Хорошо, что он не пытался ей лгать.

— Вроде того, — признал он.

— Зачем же ты спрашиваешь о том, что и так знаешь?

— Чтобы я мог сравнить с тем, что знаю, и выяснить, не вешаешь ли ты мне лапшу на уши, — ответил он.

— Кажется, ты путаешь меня со своими друзьями-кошками, — пренебрежительно фыркнула она. — Тебе не кажется, что предполагать в людях худшее довольно грубо?

— Хочешь сказать, твой приход на тренировку не был такой же проверкой для меня? — улыбнулся он.

— Угх. Это было настолько очевидно? — Рэйни вздохнула. — Ну, там было не только это… но да, я хотела оценить твое отношение ко мне.

— И? — полюбопытствовал он. — Каков вердикт?

— Неплохо, — сказала она. — Ты не третировал меня за то, что я куда слабее твоих приятелей, но и не бросил все, чтобы только "помогать" мне. Равное отношение ко всем. Уважаю. Я не хочу особых привилегий.

— Значит, ты будешь приходить и дальше?

— Да. Как я уже сказала, посмотреть на твою реакцию было лишь одной из целей. Я не врала, когда сказала, что хочу стать сильнее.

Она замолчала, что-то обдумывая.

— Мне кое-что любопытно, Зориан, — наконец сказала она. — Что заставляет тебя так стараться? В смысле, ты один из лучших в классе практически по всем предметам, а боевой магией и вовсе владеешь на уровне четвертого курса. Это ведь требует постоянных и немалых усилий. Чего ты хочешь достичь?

Хмм. Интересный вопрос. Главная причина, по которой он оттачивает магические навыки, это, ясное дело, желание выжить… но это касается не всех областей магии. Некоторыми он занимался просто из личного интереса. Забавно, но теперь он уже не знает, чем он хочет заниматься после освобождения из временной петли. Большинство вариантов, которые он рассматривал прежде, уже его не интересовали, будучи слишком скромными и скучными для мага его уровня, а ведь мастерство и дальше будет расти.

Он мог бы найти что-то более интересное. Но что именно?

— Независимость, — в итоге ответил он. Рэйни посмотрела на него с любопытством, и он поспешил уточнить. — Мои отношения с семьей сложились не лучшим образом. Я хочу поскорее расстаться с ними. Получить собственный источник дохода, купить собственное жилье, ну и так далее.

Чистая правда, не считая того, что он уже с легкостью может это сделать. Но ничего лучше в голову не пришло.

— Понятно, — сказала она. — Извини, если лезу не в свое дело, но почему у тебя не сложилось с семьей?

— Это личное, — вздохнул Зориан, — и довольно долгая история. Вкратце — родителям я не особо нужен. Я — третий сын и сплошное разочарование.

— Разочарование? — переспросила Рэйни. — А можно подробнее?

— Ты, вероятно, и так это знаешь, но мой старший брат знаменит.

— Да, Дэймен, — кивнула она. — И что?

— Я — не он, — просто сказал Зориан.

— Ааа, — протянула она. — В этом смысле разочарование… Но тогда и у второго брата должна быть та же проблема?

— Верно, но он куда общительнее и популярнее меня, — пожал плечами Зориан. — Он никогда не сравнится с Дэйменом, но на их взгляд — и так сойдет.

А еще Фортов — самовлюбленный засранец, и Зориану на него плевать.

— Интересно, — заметила она. — А давай рассмотрим гипотетическую ситуацию. Допустим, что первым родился не Дэймен. Допустим, это был ты, и для родителей ты всегда был лучшим сыном. А потом Дэймен проявляет себя, и они тут же переносят всю любовь на своего нового вундеркинда. Ты уже никому не нужен, и родители ожидают, что ты без слов уступишь свое место новому любимчику. Как думаешь, твое отношение к ним было бы таким же, как сейчас?

Ох ты ж. Что-то ему подсказывало, что ситуация ни разу не гипотетическая.

— Ну… — он тяжело сглотнул. — Сказать по правде, не уверен, что могу говорить за того, гипотетического меня. Его жизнь настолько отличается от моей, что это был бы совсем другой человек. Однако… если допустить, что мы с ним каким-то волшебным образом поменяемся местами… да, я относился бы к гипотетическим родителям так же, как сейчас.

— Ты бы не стал бороться за свое право первородства? — спросила она.

— Нет, — он покачал головой. — Тот, другой я, испытав родительскую любовь, мог бы попытаться ее вернуть. Я же все равно буду стремиться к самостоятельности. Смена декораций ничего во мне не изменит.

— Понятно, — задумчиво протянула она.

Вскоре они закончили разговор и разошлись. Шагая к дому Имайи, Зориан гадал, правильно ли он ответил на ее "гипотетический" вопрос.

Впрочем, она согласилась встретиться на следующей неделе, так что, возможно, он еще узнает, в чем тут дело.

Остаток субботы он провел с Эдвином, разрабатывая нового голема. Новая модель обещала быть более впечатляющей, стальной куклой куда крупнее Косьенки — хоть и не настолько крупной, как он планировал изначально. Эдвин объяснил, что строительство големов более метра ростом запрещено без специальной лицензии. Зориан уже нарушал это правило в прежних циклах и определенно нарушит в будущих, но сейчас не видел в этом смысла. Вряд ли Эдвин донесет на него, но и помогать с откровенно незаконным проектом он тоже наверняка не будет. Для Зориана арест казался небольшим неудобством, Эдвин же воспринимал закон куда серьезнее.

На следующий день он с утра покинул дом и спустился в подземелья Сиории. Сегодня заклинательный зал будет открыт — если он не совладает с оберегами, то Изысканные Мудрецы откроют дверь силой, наплевав на последствия.

Сам Зориан не одобрял подобный подход. С тех пор как Изысканные Мудрецы начали поиски, не прошло и недели, казалось бы, куда спешить? Ну да, они объяснили свое желание закончить скорее — подземелье Сиории — желанная добыча для всех аранеа, центр их магического и технологического развития, так что они опасались атаки соседних племен. И да, благодаря петле Зориан знал, что их опасения напрасны, но не мог же он сказать им, что видел будущее и никто не придет.

Ну да ладно, даже если они потеряют содержимое зала — ничего страшного, во всяком случае, для него. Он всегда может отложить поиски на другой цикл.

Подходя к мертвому поселению, он мысленно потянулся вперед, сообщая часовым Изысканных Мудрецов о своем прибытии. Его встретила глава экспедиции, Колесо Фортуны И Золотая Пыль.

[С возвращением, Зориан Казински,] — поприветствовала его аранеа. Он уже просил ее называть его просто по имени, но безуспешно. — [Есть ли новости с поверхности?]

[Ничего важного,] — ответил он. — [Активность монстров спадает, так что и число охотничьих групп в Подземелье скоро должно резко сократиться.]

[Хорошо,] — откликнулась она. — [Это место далеко от их обычных путей, но я все равно беспокоилась, что на нас наткнутся. Ты готов попытаться?]

[Думаю, да. Хотя мне все равно кажется, что вы торопитесь.]

[Так и есть,] — согласилась она. — [Я ничуть не подвергаю сомнению твои боевые навыки, но все же ты один, и не можешь быть в нескольких местах одновременно. Нам следует поторопиться.]

Они дошли до входа в заклинательный зал. Здесь уже были шесть других аранеа, две изучали защитные чары, остальные ждали команды к штурму. Коротко переговорив со взломщицами оберегов, Зориан создал у себя под ногами парящий диск и взлетел к отверстию в потолке, скрывающему дверь.

Он достал анализатор оберегов — те самые "карманные часы", за которыми сюда когда-то спускалась Тайвен, и чье отсутствие подсказало ему о наличии сокровищницы. В той самой сокровищнице, найденной Мудрецами, прибор и нашелся — и хоть Зориан и планировал разобрать его и понять, как он работает, сейчас аппарат был куда полезнее в рабочем состоянии. Зориан направил в механизм заклятье прорицания и приступил к работе.

Из того, что ему и взломщицам-аранеа удалось на данный момент выяснить, вход перекрывали три слоя защиты. Первый поражал любого, коснувшегося стен, электрическим током. Второй раскалял окружающий воздух до смертельных температур. И третий обрушивал на незадачливых грабителей каменный свод. Все три имели сложные и искусно скрытые триггеры, завязанные на четвертый, сигнальный слой, который так и не удалось обнаружить.

Очевидно, прежде всего следовало обезвредить третий слой, но он был и самым чувствительным к постороннему вмешательству. Изысканные Мудрецы разработали способ отключить его, но он, несомненно, активирует все остальные слои — как те, что они обнаружили, так и неизвестные, спрятанные глубже ловушки.

Анализатор оказался на высоте — сигнальный слой, над поисками которого они столько бились, был для прибора как на ладони. Все… оказалось не так скверно, как он опасался. Он справится. Зориан передал Колесу Фортуны, что может отключить защиту. Аранеа в комнате засуетились, многие покинули рабочую зону, опасаясь, что он переоценил себя и может вызвать обвал. Впрочем, взломщицы и Колесо Фортуны остались. Первые помогут ему распутать чары, Колесо Фортуны же просто заявила, что "должна присутствовать". Зориан, поглощенный работой, не стал спорить.

Следующие полтора часа он и взломщицы медленно и осторожно распутывали сигнальный слой, а потом переключились на сами двери. Двери тоже имели собственную защиту, не столь впечатляющую, как основная, но тоже вполне способную все загубить — Зориан вздохнул с облегчением, когда они наконец сумели их открыть, не потревожив ловушки.

Увы, в тот же миг активировалась защита самого зала, полностью независимая от основной схемы — и потому невидимая снаружи. Не успей Зориан создать купол щита и направить диск, на котором они стояли, прочь от дверей, прогремевший взрыв убил бы их на месте. И даже так, их все равно впечатало в пол ударной волной, заставив потерять несколько драгоценных секунд.

Приходить в себя было некогда — из развороченных дверей заклинательного зала в комнату полились клубы ядовито-желтого газа — а Зориану совершенно не хотелось узнать его свойства на себе. Задержав дыхание, он поспешно запечатал пролом силовой пленкой, и применил заклятье, что на его глазах использовал Кайрон во время вторжения. Он вскинул ладонь, заставляя газ стянуться к нему и собраться в компактную сферу.

Собрав всю отраву, он преобразовал клубящийся в силовом пузыре газ в инертную пыль и обсудил ситуацию с Колесом Фортуны — к счастью, глава экспедиции не пострадала. Взломщицам оберегов повезло меньше — они были живы, но едва-едва. Как оказалось, аранеа не могут задерживать дыхание, как люди, так что паучихи вдохнули ядовитый газ, прежде чем Зориан его нейтрализовал. Они поправятся, но это будет нескоро, так что Колесо Фортуны попросила доставить их в поселение Мудрецов и привести двух других взломщиц взамен.

После он, как мог, изучил зал парящими глазами и другими удаленными сенсорами — помещение было полностью разрушено взрывом и покрыто подозрительной зеленой слизью. Колесо Фортуны мысленно пожала плечами, объявила, что операция завершилась провалом, и распорядилась закрыть пролом магией изменения, пока оттуда не вылезло еще чего похуже.

[Не вини себя за эту неудачу,] — сказала она ему. — [Если бы мы действовали согласно первоначальному плану, эта дополнительная защита все равно бы сработала, и, вероятно, убила бы всю штурмовую группу. К тому же, нам все равно пришлось бы разбираться с теми ловушками, что ты успел обезвредить до взрыва. Так вышло куда удачнее.]

Что же, в этом тоже было здравое зерно. Оставив главу экспедиции разбираться с последствиями, он направился к своим учителям ментальной магии.

Их не пришлось долго искать — все три собрались в одном из дальних уголков мертвого поселения, общаясь между собой. До этого цикла подобные разговоры меж аранеа были совершенно ему недоступны — телепатия все же зависела от языка, и он понимал аранеа лишь когда они "говорили" понятным для него образом. Но сейчас одна из наставниц начала учить его телепатическому языку аранеа, так что кое-что он все-таки уловил. Само собой, он делал лишь первые шаги, но чтобы понять общую тему, этого вполне хватило. Они обсуждали сильнейшие из соседних племен — Пылающую Вершину, Носящих Красное Клеймо и Темно-Синих — и насколько они опасны для экспедиции, если надумают занять Сиорию. Увы, это все, что он понял — разобрать подробности не удалось.

Надо будет прошерстить архив в поисках сведений о соседних паутинах. Их тоже можно будет как-нибудь посетить, узнать, что они могут предложить.

[Приветствую,] — послал он всем трем. — [Ни от чего не отвлекаю?]

[Мы просто коротали время,] — ответила Голос Мира. Она обучала его восприятию мыслей и чувств аранеа. И именно она по собственной инициативе взялась научить его языку аранеа, утверждая, что без уверенного владения им он никогда не приблизится к пониманию разума паучих. Из трех учителей она отличалась наибольшим энтузиазмом, часто занимаясь с ним сверх положенного времени или показывая вещи, не входящие в программу. — [Ты пришел на ежедневное занятие?]

[Да,] — подтвердил он. — [Я знаю, что я рановато, но вскрытие заклинательного зала завершилось аварией.]

[Мы слышали,] — эту аранеа звали просто Кувалда. Подходящее имя, учитывая, что она специализировалась на телепатических боях и предпочитала мощные, безжалостные атаки. — [Колесо Фортуны всегда была безрассудна. По крайней мере, ты предотвратил жертвы. Признаться, я не ожидала многого от такого "охранника", но, похоже, и от тебя бывает польза.]

[Кувалда!] — возмутилась Голос Мира.

[Я просто говорю, как есть,] — без тени смущения ответила та.

[Не будем препираться в присутствии ученика. Мы подаем дурной пример,] — сказала Память О Бессмертной Славе, третья из учителей. Зориану иногда казалось, что она его недолюбливает. То ли учить жалкого человека было ниже ее достоинства, то ли учить вообще… Но так или иначе, она не позволяла этому сказываться на качестве обучения, так что ему было не на что жаловаться. [Построим занятие по той же схеме, что и в прошлый раз?]

[Не вижу никаких препятствий,] — ответил Зориан.

[В таком случае, продолжим с того места, где остановились вчера. К слову, на следующее занятие нам понадобится кто-то, играющий роль… "практического пособия". Ты говорил, что с этим проблем не возникнет?]

[Нет,] — заявил Зориан. — [Не возникнет.]

Оглушить какого-нибудь культиста и притащить сюда для допроса и ментальной тренировки и правда несложно. Правда, он еще не решил, выбрать ли кого-нибудь низкорангового, которого никто не хватится, или замахнуться повыше. Это надо будет серьезно обдумать.

[Прежде, чем мы начнем, я хотел бы кое о чем спросить,] — сказал он.

[О? И о чем же?] — спросила Память О Бессмертной Славе. — [Случайно не о массивном пакете памяти в твоем сознании?]

Угх. Этим и было плохо обучение у аранеа — чтобы научить его работать с памятью, наставница должна была коснуться его разума. Он не сомневался, что заметил бы серьезные действия с ее стороны — но ничего не мешало ей просто взглянуть украдкой.

[Мне казалось, вы обещали не рыться у меня в голове?] — раздраженно заметил он.

[Я и не рылась,] — возразила она. — [Хранилище памяти аранеа в человеческом разуме, тем более таких размеров, само по себе очень заметно. К тому же, разве ты только что не собирался попросить меня рассмотреть его повнимательнее? В таком случае — не понимаю, что тебе не нравится.]

Зориан обреченно вздохнул. Он терпеть не мог, когда аранеа отвечали на его мысли, прежде, чем он облечет их в слова. Это просто грубо. Но по сути она была права — ему было необходимо ее экспертное заключение о пакете памяти матриарха — потому что его собственные неумелые чувства говорили, что пакет начал разрушаться.

Если это правда, то он должен знать, сколько времени у него осталось.

После непродолжительных препирательств он все же открыл свой разум, впуская ее к хранилищу памяти. К счастью, она вела себя прилично, так что взрывные заряды в его ожерелье не пробудились.

Закончив осмотр, она наконец покинула его разум.

[Боюсь, ты прав,] — сказала она. — [Стенки пакета действительно начали разрушаться.]

Сердце словно ухнуло в пустоту. Этого-то он и боялся. Он просто не готов, вскрой он пакет сейчас — вряд ли он хоть что-то поймет. Но если он промедлит…

[Сколько у меня времени?] — спросил он.

[Трудно сказать. Никогда не встречала столь большие пакеты памяти, так что мне сложно оценить. Полагаю, он будет стабилен еще месяца три. Может быть, четыре. Но если не хочешь рисковать — тебе следует открыть его в ближайшие пару месяцев.]

[Можно ли как-то остановить или хотя бы замедлить разрушение?] — в отчаянии спросил Зориан.

[Починить пакет памяти легко — если он создан тобой,] — сказала Память О Бессмертной Славе. — [И куда труднее, если это чужие воспоминания. Не думаю, что смогу починить что-то столь сложное, да и ты едва ли позволишь мне столь активно копаться в твоем разуме. Если хочешь, я преподам тебе основы, но чтобы починить эту штуку, тебе понадобится учитель получше.]

[Не подскажете, где мне найти такого?] — спросил Зориан.

[Вероятно, Просвещенные Поборники могли бы тебе помочь,] — сказала она. — [Но я слышала, что с ними непросто договориться. Они заламывают бешеные цены.]

Угх, опять они. Что же, отчаянные времена требуют отчаянных мер. По крайней мере, собрать деньги на их чертовски дорогостоящие услуги теперь будет несложно.

[В таком случае, я хотел бы отложить плановые занятия и сконцентрироваться на работе с пакетами памяти.]

[Разумеется,] — легко согласилась она. — [Смотри, это делается вот так…]

Домой он вернулся уже под вечер, уставшим и расстроенным. Первоначально он собирался еще поработать после визита к Мудрецам, но неудача с заклинательным залом и подтверждение, что пакет матриарха разрушается, отбили всякое желание что-то делать.

— О, наконец-то! — встретила его Имайя. — Твоя подруга уже тебя заждалась. Она в подвале с Каэлом. Позвать ее, или сам пойдешь к ним?

Подруга? Она?

— Тайвен? — предположил он. Имайя кивнула. Хех, не ожидал ее так рано; это или очень хорошо, или очень плохо. — Я пойду, узнаю, что ей нужно.

— Знаешь, когда твоя "подруга" приходила в прошлый раз, она ушла из дома заплаканной, — светски заметила Имайя.

— А почему вы произносите слово "подруга" с такой интонацией? — насторожился Зориан.

— Вы часом не разбиваете девичьи сердца, а, мистер Казински?

— Угх. Между мной и Тайвен ничего такого нет, договорились? И потом, если кто из нас и разбивает сердца, то это определенно Тайвен, — возразил Зориан.

Домовладелица посмотрела на него с явным интересом.

— Давайте не будем об этом, — покачал он головой.

К счастью, она не стала настаивать, так что он направился в подвал, повидаться с Тайвен. Он застал ее за разговором с Каэлом — они обсуждали временную петлю, сверяли ее записи и строили предположения.

— Значит ли это, что ты мне поверила? — с надеждой спросил он.

— Наверное, — ответила она. — В это все еще трудно поверить, но все, что ты рассказал, сходится. Или, по крайней мере, все, что я могу проверить. Да и Каэл вроде бы верит тебе. Так что да, пожалуй, и я поверю.

— Ты можешь рассказать что-нибудь, что убедит тебя в следующем цикле? — спросил Зориан.

— Мы как раз об этом говорили. Я не знаю. Что-то личное скорее выбесит меня — я решу, что ты следил за мной или копался у меня в голове. Если ты выловишь меня в самом начале и сходу начнешь показывать, чему научился, я точно поверю, что творится что-то странное, но подумаю, что ты — двойник или одержим чем-то. В этот раз мы много общались в первую неделю, только поэтому я и не сомневалась, что ты… мм, это ты.

— А если так: я начинаю цикл точно так же, присоединяюсь к твоей группе и все такое; несколько дней раздражаю тебя своими возросшими способностями, а потом выкладываю все, прежде чем ты сама пойдешь искать ответы?

Тайвен расслабилась, и он только сейчас понял, как она была напряжена.

— Что такое? — нахмурился Зориан.

— Я… боялась, что ты будешь просто повторять тот же самый сценарий, как в этом месяце, — призналась она. — Пусть я и не буду помнить, я не хочу раз за разом реветь перед тобой. Спасибо, но и один раз был достаточно унизителен.

— Сказать по правде, меня тоже совершенно не устраивает раз за разом доводить тебя до слез, — сказал он. — Так что этот вариант в любом случае не рассматривался, даже если бы ты не возражала.

Она, смутившись, отвела взгляд.

Каэл прочистил горло, привлекая внимание.

— Не хочу вам мешать, но нам нужно многое обсудить.

— Да, — поспешно ухватилась за новую тему Тайвен. — Прежде всего — Зориан, почему ты до сих пор не поговорил с Заком? Этот твой "Красный" угрожает вам обоим, и ты сам сказал, что считаешь Зака центром происходящего. Логично было бы работать вместе. Не понимаю, почему ты колеблешься.

— Прежде всего, существует вероятность, что Красный отслеживает действия Зака. Тогда, выйдя на связь с Заком, я выдам себя Красному, — сказал Зориан. — Во-вторых, подозреваю, что стоит мне связаться с Заком, и все мои планы вылетят в трубу. На ближайшие месяцы у меня намечено несколько срочных дел, я не могу терять время, возясь с Заком. И даже если он проявит понимание — он все равно напросится участвовать в моих планах. Многие из которых требуют деликатности, которой он начисто лишен. В итоге выходит, что сейчас не самый подходящий момент, чтобы выходить с ним на связь.

— И что, ты так и будешь избегать потенциального союзника? — спросила Тайвен.

— Только пока я не выясню мотивы захватчиков и не разберусь с пакетом памяти матриарха, — уточнил Зориан. — А после я встречусь с ним и узнаю, чем занимался он, и чем мы можем помочь друг другу.

— Хаах. Ну ладно, — смягчилась она. — Это имеет смысл. Сказать по правде, я думала, что ты просто упрямишься. Каэл сказал, что ты чем-то обижен на Зака, а я-то знаю, насколько ты злопамятен.

— Каэл ошибся. Я вовсе не обижаюсь на Зака, — ответил он, раздраженно покосившись на морлока. — Ну да ладно. С этим разобрались. Что еще нам надо обсудить?

Каэл выдрал лист из тетради и протянул ему.

— Мы составили список, — ухмыльнулся он. — У Тайвен множество предложений.

Вздохнув, Зориан взял листок и начал читать. Вот надо же было Тайвен заявиться именно сегодня…

Да уж, не везет, так не везет.

Глава 45. Тонкие материи

Чем дальше, тем все сильнее Зориан убеждался, что совершенно не знает Тайвен. И дело было даже не в тех неожиданных тревогах и неуверенности, что таились за ее неизменным оптимизмом — он никак не ожидал, что она подойдет к проблеме временной петли настолько вдумчиво. Выслушала, не перебивая — и даже конспектируя — а потом вернулась со списком новых вопросов и идей. Совершенно нетипичное для нее поведение. Привычная ему Тайвен во всем следовала принципу "не раздумывай — действуй!", к тому же она сама призналась, что не до конца поверила в его историю — так что столь глубокий подход его просто ошарашил.

Но, хоть ее совместный с Каэлом список и удивил его, чего-то совсем уж революционного там не было — а то, что было, сводилось к четырем основным вопросам. Почему он не привлек на помощь никого, кроме ее и Каэла? Почему он не сообщил о происходящем правительству и администрации Академии? Почему он распыляет внимание на столько предметов, а не сосредоточится на чем-то одном? И наконец, почему он уделяет так мало внимания боевой магии?!

Последний пункт его особенно порадовал. Ведь всего несколько дней назад его "невероятные боевые навыки" довели Тайвен до слез — а теперь она говорит, что он должен был лучше стараться.

Право слово, удовлетворить некоторых просто нереально.

Увы, саму Тайвен ее переоценка ценностей нисколько не забавляла. Его доводы, почему он отнес боевую магию ко второстепенным целям — из-за того, что большинство его проблем нельзя было решить насилием, а сам он не имел к нему предрасположенности — она просто отмела, заявив, что подтянет его до пристойного уровня. С помощью спаррингов.

Постоянных, ежедневных, опасно-серьезных спаррингов. Когда он давал свое согласие, он и представить не мог, во что это для него выльется. Спарринг с Тайвен, считающей его самонадеянным новичком с парой фокусов, и спарринг с Тайвен, воспринимающей его всерьез с самого начала, и не боящейся его покалечить — две большие разницы. Она была свирепа и безжалостна — он даже опасался, что если не приложит все усилия, то может и вправду умереть, несмотря на защитные чары тренировочного зала. Как-то все это чересчур.

Может, она все еще дуется на него за столь быстрое развитие.

— Готов? — она задорно крутанула боевым посохом.

— Нет? — на всякий случай ответил Зориан. Он был только что от Ксвима и совершенно не успел отдохнуть. Последнее, чего он сейчас хотел — чтобы его отмутузили под предлогом тренировки.

— Какая жалость, — ухмыльнулась Тайвен. — Мы начинаем. Давай!

Ну, он и не надеялся, что это сработает. Зориан, не мешкая, рванулся в сторону, уклоняясь от первого удара. Причем это был не магический снаряд или еще что-то вменяемое — нет, она начинала поединок мощным лучом силы. Именно "Копьем силы", как называлось заклятье, она теперь и орудовала в спаррингах с ним. Он даже не пытался принять удар на щиты — луч был специально заточен на пробивание простых силовых барьеров, концентрируя огромную ударную мощь на крохотном участке щита. Более продвинутые и мощные защитные чары смогли бы выдержать атаку, но в арсенале Зориана таких не было. Он уже убедился в этом на собственной шкуре во время первых спаррингов — руки и туловище были покрыты жуткими синяками. Даже на максимальной мощности защита зала не могла полностью смягчить удар такой силы.

Нет, единственный выход — вовремя убраться с пути луча. К хорошим новостям — лучевые заклятья нельзя сделать самонаводящимися, то есть уклонение в принципе возможно. К плохим — "копье" летит с умопомрачительной скоростью, и на столь короткой дистанции от него чрезвычайно сложно увернуться. Да и его хреновая физическая форма отнюдь не помогала уворачиваться.

Впрочем, в последние дни он был просто вынужден учиться быстро, так что луч прошел мимо.

Он немедленно ответил порывом ветра, стремясь выбить ее из равновесия, а если получится — то и ослепить. Увы, она уже видела этот трюк в его исполнении, так что просто прикрылась погодным щитом и ответила фаерболом в полную силу. О боги, она реально не сдерживается. Он послал развеивающую волну — она жрет куда меньше маны, чем полноценный защитный купол. К тому же сферический щит обездвижит его, чем Тайвен непременно воспользуется.

Похоже, она это и планировала — следом за фаерболом ударило копье. Вздумай он принять огонь на щит, не смог бы увернуться от луча.

Он швырнул в нее рой магических снарядов, безо всяких затей, просто по прямой. На самом деле это была просто обманка, провоцирующая Тайвен ответить в излюбленной манере, мощным тараном силы — защита и контратака одновременно. Вот почему вслед за снарядами пошел электрический луч, невосприимчивый ко встречным силовым волнам.

Он угадал — она попыталась контратаковать тараном, но вовремя раскусила его замысел и увернулась от луча. Воспользовавшись ее заминкой, Зориан прибег к короткому телепорту, возникнув у нее за спиной. Конечно же, она засекла его — вероятно, тем самым трюком с облаком маны, которому когда-то научила его — но успела лишь торопливо прикрыться куполом щита, встречая его ударную волну. Он атаковал копьем силы — пусть почувствует это на себе — но Тайвен непринужденно увернулась, ответив залпом из восьми снарядов, вынуждая его снова использовать развеяние. Любопытно, почему она все еще посылает снаряды так кучно — ведь уже убедилась, что такой залп он может развеять одним контрзаклинанием. Или просто не может ударить с разных сторон? Он знал, что в плетениях далеко превосходит ее — возможно, контролировать каждый снаряд отдельно ей просто не под силу.

Он вновь телепортировался, уклоняясь от тарана силы, и послал собственный залп магических снарядов — каждый из которых летел собственной причудливой траекторией.

Битва бушевала еще пару минут, потом Зориан исчерпал ману и был вынужден сдаться. На его взгляд — неплохой бой, по крайней мере, он не заработал новых синяков. Тайвен, само собой, была недовольна, пеняя ему на расточительную трату маны, но правда была проста — ее напор просто не позволял экономить энергию. Лучше уж он проиграет технически, исчерпав резерв, чем опять попадет под удар боевого заклятья.

— В настоящем бою остаться без маны — значит умереть, знаешь ли, — заметила Тайвен.

— А получить сквозную дыру в груди от копья силы — не значит? — возразил он, заработав пристальный взгляд.

— Угу, ладно, уел, — она прошла к ближайшей скамейке и жестом поманила его сесть рядом. — Ты обдумывал тот список, что дал тебе Каэл?

Конечно обдумывал. Он даже обсуждал с ней некоторые из пунктов, причем ей, кажется, не понравились его ответы. Сочтя, что этим вопросом она требует более подробных объяснений, он начал по порядку перечислять свои аргументы.

Проще всего было объяснить, почему он не ищет помощи других людей, в особенности правительства. Чем больше людей знают его секрет, тем выше шанс, что кто-то обмолвится кому не надо и наведет на него Красного. Если у них нет чего-то жизненно для него важного, что нельзя получить другим путем — остальных лучше держать в неведении. Если начистоту, то даже вовлекать Тайвен уже было бессмысленным риском. Он открылся ей по той же причине, что толкала его раз за разом брать Кириэлле с собой в Сиорию, создавая себе кучу проблем и теряя уйму времени — ему нужен был кто-то близкий, с кем можно поделиться наболевшим.

Естественно, об этом соображении он умолчал — сомнительно, чтобы это понравилось Тайвен. Так что он акцентировал внимание на том, что практически никто в здравом уме не поверит в его историю, а убеждение потребует нескольких недель и чревато ненужной шумихой — особенно в случае с правительством или администрацией академии. Зак неоднократно пытался рассказать им о петле, но никто не воспринял его всерьез — нет никаких оснований ожидать, что у него выйдет лучше.

— Но разве ты не говорил, что Зак не блещет умом? — полюбопытствовала Тайвен.

— Есть немного, — согласился Зориан. — Но для этой цели он подходит куда лучше меня. Мне ни за что не внушить чиновникам такого доверия, как Зак.

— Ах да, эта твоя ментальная магия…

— Ну, и это тоже, но вообще-то я имел в виду, что наверняка не смог бы быть столь же откровенен и честен, — признался он. — Я бы обязательно о многом умолчал, вызвав у них подозрения.

Тайвен задумчиво оглядела его.

— Ты ведь и мне рассказываешь далеко не все, не так ли?

— Я рассказываю тебе большую часть, — возразил он. — Все, что на мой взгляд относится к делу.

Она промолчала, глядя на него с явным неудовольствием.

— Но в любом случае, — поспешно продолжил он, чтобы сменить тему, — даже если не учитывать перечисленное, все равно идти к городским властям — очень плохая идея. Очевидно, что кто-то на самом верху сотрудничает с захватчиками. Практически уверен, что кто бы ни возглавлял Культ Дракона, что Внизу, он тоже не последний человек в городской администрации — не просто же так его члены получают от города самые выгодные контракты и избавлены от бюрократических проблем. Логично предположить, что ибасанцы тоже купили кого-то наверху.

— Все время забываю об этом, — призналась Тайвен. — Что, если подумать, само по себе дико. То, что весь наш город под колпаком какого-то безумного культа — одно из самых страшных откровений в твоей истории, но то, что я просто исчезну в конце месяца, просто затмевает все.

Ох. Она все еще зациклена на этом. Он постарался сменить тему, перейдя к вопросу о чрезмерном распылении внимания.

Ее упреки, что лучше бы он сконцентрировался на одном-двух направлениях, были вполне обоснованы. Увы, он просто не мог так поступить — он постоянно сталкивался с нештатными ситуациями, требующими бросить или отложить все и немедленно взяться за новую проблему. Другая причина крылась в его характере — он мог сфокусироваться на чем-то лишь на определенное время, после чего доходило до полного отвращения и потребности срочно сменить вид деятельности. Не то, чтобы этот недостаток сильно мешал ему — он все равно собирался стать магом-универсалом — но он понимал, почему узкому специалисту вроде Тайвен это не понравится.

— А насчет боевой магии, которой я "уделяю мало внимания"… ну, мы уже не раз говорили об этом, и ты знаешь мою точку зрения, — продолжил он.

— Но ты все равно приходишь на спарринги, — заметила она. — Я знаю, я была довольно… настойчива, но я не смогла бы заставить тебя, если бы ты решил отказаться.

— Ну, я все же хочу стать лучше, — пожал плечами Зориан. — Нет смысла отказываться от бесплатных тренировок. Просто хотелось бы, чтобы они были сдержаннее.

— Ой, да ладно тебе, — фыркнула Тайвен. — Чего тебе бояться? Кто у нас большой и страшный путешественник, не умирающий по-настоящему?

— Легкомысленное отношение к смерти легко может войти в привычку и угробить меня после выхода из петли. Так что предпочитаю не умирать без острой необходимости — или совсем уж потрясающей выгоды, — ответил он. — К тому же, ты понимаешь, что петлю перезапускает смерть Зака, а не моя? Если нечаянно убьешь меня, тебе придется жить с этим до конца месяца.

Судя по ее лицу, такое ей в голову не приходило. Да, уже ближе к его старой доброй Тайвен.

Она пробормотала что-то про изнеженные комнатные растения и откинулась на холодную стену позади скамейки. Не самая полезная привычка.

— А знаешь, тебе ведь не обязательно тренировать боевую магию именно со мной, — сказала она. — В Сиории немало инструкторов. Учитывая твои финансовые возможности и способность тратить их снова и снова, ты мог бы поучиться у всех. Пусть боевая магия для тебя и не на первом месте, но задуматься стоит. Это уникальная возможность, такое доступно лишь во временной петле.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Зориан.

— Множество магов просто не станут обучать ученика своих соперников, — пояснила она. — Из принципа. Ну, и одно дело показать пару трюков зеленому новичку — и совсем другое делать еще сильнее вундеркинда, впитавшего наставления многих ветеранов. Да что там, некоторые попросту откажутся иметь с тобой дело, если покажешь себя чересчур компетентным. Никто не хочет своими руками вырастить себе опасного конкурента.

— Тайвен, не обижайся, но Дэймен без проблем находил могущественных наставников, — возразил Зориан. — И чем более он становился известным, тем больше людей хотели обучать его.

— Не сомневаюсь в этом, — согласилась она. — Но можешь мне поверить, немало дверей закрылось перед ним по той же причине. Но для тебя это не проблема — мало того, что будущие наставники не узнают, кто учил тебя раньше и что ты на самом деле можешь, так ты можешь, например, подписывать ученические контракты — они все равно исчезнут в конце месяца. Проклятье, да ты можешь даже принимать реально херовые условия в обмен на сокровенные тайны старших магов. Просто… подумай об этом, хорошо?

— Я думаю об этом. Думал с самого начала временной петли. Просто более срочные проблемы вечно съедают мое время, — ответил он. — Кстати, никак не ожидал что ты предложишь такое. Тебя это не смущает? Ведь по сути, мы говорим о том, чтобы украсть секреты, над которыми эти люди бились всю жизнь, ничего не предложив взамен.

— Ну да, — сказала она. — Но если начистоту — на твоем месте я сделала бы это без малейших колебаний. Как и девять из десяти тех самых экспертов, которых ты жалеешь. Ты ведь не хочешь сказать, что никогда не делал подобного?

— Иногда, — признал Зориан. Перед его внутренним взором тут же встала Ильза, к которой он напросился в подмастерья в обмен на особое обучение. — Но я веду список людей, которым обязан в этом смысле, и которым постараюсь как-то отплатить по выходу из петли. Хотя список уже очень длинный, и я не представляю, как отблагодарить некоторых из них…

— Угх, — она смущенно отвела глаза.

— Что?

— Ты совсем странный, Зориан, — пожаловалась она. — Можешь быть на редкость эгоистичным поганцем, а потом говоришь что-то вот такое — и я ловлю себя на том, что совсем не понимаю тебя.

— Это взаимно, Тайвен, — улыбнулся он.

— Что взаимно — что я, по-твоему, эгоистичная поганка, или что ты меня не понимаешь?

— И то, и другое, — сама напросилась.

Она издала возмущенный звук и легонько пихнула его.

— И склонна к насилию, — добавил он.

— Ну и ладно, — она встала со скамейки. — На следующий спарринг я позову Ворчуна и Мямлю, чтобы у тебя было разнообразие. И, думаю, я могу напомнить кое-кому из бывших одноклассников, выбравших боевую карьеру, о прежних услугах и попросить их тоже сразиться с тобой. Технически твои заклинания безупречны — но тебе нужны боевые рефлексы.

Зориан с интересом посмотрел на нее.

— Почему ты так стараешься? — спросил он. — Не хотелось напоминать о неприятном, но пару дней назад тебе было невыносимо думать, что я превзойду тебя на твоем поле. Почему такая резкая перемена? Ведь ты сама сказала, что не до конца веришь в историю с петлей.

— Потому что на кону твоя жизнь, — серьезно ответила она. — Это — главное, что я поняла из твоего рассказа. Будь это не так… ну, я бы вконец извелась от зависти. Но это не только преимущество, но и ответственность, и кто-то нацелился на твою жизнь. На фоне опасности, которой ты подвергаешься, все мои обиды кажутся такими… пустяковыми.

Хах… так вот почему она так настаивала на боевых тренировках?

— Не умирай, хорошо? — сказала она, не дождавшись ответа. — Ведь ты — мой лучший друг.

Зориан замялся, понятия не имея, что отвечать на такое признание. Довольно грустное признание, как подсказывала его язвительная, циничная часть. До временной петли он был не особо дружелюбен, к тому же лелеял обиду на Тайвен, посмеявшуюся над его признанием в любви. Не случись вторжения и временной петли — успел бы он спасти их дружбу? Или так и отталкивал бы ее, не зная, как она к нему относится, пока она в конце концов не сдалась бы?

— Я постараюсь, — наконец сказал он. Он не мог ничего обещать, это было бы ложью, и они оба это знали. — Скажи, Тайвен, ты не задумывалась, как можно использовать петлю тебе на пользу? Ну, как Каэл с его алхимией?

— Да нет, — она грустно покачала головой. — Это ведь бесполезно? Для боевой магии нужны плетения и тренировки, их не передашь в записи. Чем мы с тобой можем помочь другой Тайвен?

— Я могу научить тебя множеству упражнений плетения и отметить, какие помогают тебе лучше других, — ответил Зориан. — Я могу показать тебе разные боевые заклятья, что нашел за время петли, запомнить, которые подходят тебе лучше и как их эффективнее тренировать. Сейчас мои уроки магии с Кириэлле по меньшей мере вдвое эффективнее, чем были вначале, так что мы легко можем составить для тебя вдвое более быструю программу тренировок.

— Но много ли можно впихнуть в один месяц? — скептически спросила Тайвен.

— Не попробуем — не узнаем, не так ли? — возразил Зориан. — К тому же нет никаких причин ограничивать продолжительность тренировки месяцем. Разве каждый новый прием, что ты узнаешь, требует сперва овладеть всеми предыдущими?

— Нет?

— Ну вот видишь. А это значит, что мы можем разбить нашу тренировочную программу на отрезки по месяцу и оптимизировать их по отдельности. И разработать план тренировок по меньшей мере на год, особенно если ты выделишь время на дисциплины поддержки, которые до сих пор игнорировала. В частности, каждый раз, когда я в новом цикле присоединяюсь к твоей группе, я остро чувствую твою слабость в прорицании.

Похоже, Тайвен разрывали противоречивые чувства. Идея определенно захватила ее, но в то же время она чувствовала… вину?

— Даже не знаю… — сказала она. — Кажется, это потребует прорву времени, и не принесет тебе никакой пользы. И ты сам сказал, что уже занят слишком многими важными вещами.

Конечно, она была права. И все же — он был многим ей обязан, а это казалось отличным способом отблагодарить. Он найдет время. Может, не так много, но найдет.

— Я все равно собирался заняться боевыми плетениями, — сказал он. — Пожалуй, вдвоем с тобой это будет полезнее, чем в одиночку. Ты наверняка лучше меня поймешь, которые из них полезнее. И кто сказал, что мне придется неотрывно опекать тебя — уверен, ты многое можешь проверить сама, а потом передать мне тетрадь с результатами для следующего цикла, как делает Каэл. Или просто рассказать мне о том, что выяснила, перед летним фестивалем.

Тайвен не пришлось долго уговаривать — по сути, именно этого она и просила в момент слабости — "научить и ее играть без правил". Он пообещал принести первую партию заклятий и упражнений к завтрашнему спаррингу и ушел по своим делам.

Интересно, когда до нее дойдет, что она согласилась день за днем заниматься плетениями? Надо будет до завтра потренировать своего внутреннего Ксвима.

Глубоко под землей, в разрушенном поселении аранеа Зориан терпеливо ждал, пока Память О Бессмертной Славе считает память ибасанского мага, захваченного им для допроса. Ему пришлось далеко зайти в контролируемый захватчиками сектор Подземелья, зато повезло наткнуться на одного из средних офицеров Ибасы, так что он с нетерпением ждал результатов чтения памяти.

А пока аранеа работала, он парил над полом пещеры неподалеку от нее, удерживая себя в воздухе плетением левитации. В его левой руке сменялись камешки, которые он плетением разрушал в песок. Он давно овладел обоими упражнениями, но белый шум подземелья несколько затруднял исполнение и тем делал их неплохим способом скоротать время.

У него уже кончались камни, когда аранеа наконец покинула разум жертвы и подошла к нему.

Само собой, он не рассказывал Памяти О Бессмертной Славе ничего о путешествиях во времени, так что в ее отчете они закономерно не упоминались. Но в нем хватало и других интересных сведений.

[Ибасанцы боятся вас,] — сказала Память О бессмертной Славе. — [То есть не кого-то конкретного, а в целом человеческие нации на континенте. Ваша техническая революция не затронула их, и они опасаются, что со временем станут бессильны и незначительны. А поскольку вы недавно пережили несколько разрушительных гражданских войн и смертоносную эпидемию, и сейчас разобщены как никогда — многие на Ибасе считают, что сейчас самое время ударить. Многие прямо требовали начать вторжение, но, похоже, одна из влиятельных фракций считает военный конфликт самоубийством и настаивает на возобновлении дипломатических связей с континентом. Соответственно, операция в Сиории преследует две основные цели. Во-первых, выставить вашу нацию слабой, делая потенциальное вторжение с Улькуаан Ибасы более привлекательным для умеренной части островитян. К тому же подобная слабость вполне может разжечь еще одну войну на континенте, которая еще ослабит уцелевшие державы. Вторая цель — сделать заключение мира между Эльдемаром и Улькуаан Ибасой совершенно невозможным, тем подрывая позиции фракции примирения.]

[Они не опасаются, что Эльдемар может в ответ вторгнуться на Ибасу?] — спросил Зориан.

[Улькуаан Ибаса далека и негостеприимна, а у Эльдемара хватает соперников на континенте,] — пояснила Память О Бессмертной Славе. — [Они ожидают ответных мер, но ничего существенного. Максимум серию налетов.]

Сам Зориан был в этом далеко не уверен. Эльдемар последнее время был на подъеме, а его правители — горды и агрессивны. Он вполне допускал, что королевская семья и Совет Благородных начнут ответное вторжение на Ибасу — просто из принципа, наплевав на затраты. Особенно учитывая, что Ибаса дипломатически отрезана от континента и не вплетена в сложнейшую паутину альянсов, не позволявшую более крупным державам Раскола просто присоединить мелкие силой оружия.

Но аранеа продолжила рассказ, и стало очевидно, что захватчики полагались отнюдь не только на нерешительность властей Эльдемара. Незадолго до начала месяца, перед самой временной петлей, ибасанцы сумели тайно захватить форт Орокло.

Расположенный на небольшом островке к северо-востоку от Эльдемара и названный в честь генерала, что разбил армию Кватач-Ичла в конце Войн Некромантов, форт Орокло, несмотря на скромные размеры, выполнял две важные функции. Отсюда велось наблюдение за Улькуаан Ибасой, и здесь же пополняли запасы сторожевые корабли Эльдемара. Сами ибасанцы вроде бы называли его "Кинжальный форт", сравнивая его с клинком у собственной глотки. Покуда Эльдемар владел фортом, он имел превосходный опорный пункт для ударов по острову.

И теперь, прежде чем королевство сможет начать ответное вторжение, придется сначала отбить Орокло — мощную крепость в труднодоступном месте.

[Тут что-то решительно не сходится,] — указал Зориан. — [По вашим словам, ибасанцы перебрасывают войска с Ибасы в Орокло, потом оттуда куда-то на Сарокианское плоскогорье, и оттуда в подземелья Сиории.]

[Да, и что тут такого?]

[Тут недостаточно опорных точек для эффективной цепи телепортов,] — пояснил он. — [Всего одна остановка на такое расстояние, да еще конечная точка глубоко в Подземелье? Быть того не может. И ладно бы они пересылали письма или небольшие посылки, но армию… Даже будь Кватач-Ичл лучшим масс-телепортером во всем чертовом мире, чудовищные затраты маны поставили бы крест на столь длинных прыжках.]

Ну да, всего одна промежуточная остановка объясняет, как ибасанцы сумели переправить армию незамеченной через территорию королевства, но…

[Они телепортируются не так, как ты показывал нам,] — заметила Память О Бессмертной Славе. — [С помощью некой каменной конструкции они открывают пространственный переход между двумя точками. Как открытая дверь.]

Что?

[Можете подробнее описать эту "дверь"?] — нахмурился Зориан.

Вместо устного описания аранеа просто спроецировала образ "двери" из памяти ибасанца прямо в его разум.

Против его ожиданий, это не была каменная арка — это был огромный каркас икосаэдра, набранный из каменных балок. В центре диковинного геометрического объекта, словно окно, вырезанное в воздухе, парили сами пространственные врата. На первый взгляд круглые, очерченные размытым искажением, словно кто-то провел пальцем по сырой акварели, смазав цвета — но аранеа услужливо прокрутила модель, и стало понятно, что врата выглядят круглыми со всех сторон. Это сфера.

Что же… наверное, это снимало некоторые вопросы. Заклятье врат — вершина пространственной магии, требующая как огромного расхода маны, так и величайшего мастерства плетения, но на стороне захватчиков — древний лич. Если кто и мог, не напрягаясь, открыть врата, так это Кватач-Ичл.

Но…

[Они вдохновлялись древними артефактами, известными как Врата Бакоры,] — добавила аранеа. — [Хоть они и не смогли до конца разобраться в их принципе и активировать их, они выяснили, что "икосаэдр" вокруг врат стабилизирует их на неограниченное время. До тех пор, пока врата снабжаются маной. Так что они создали собственную версию врат.]

[Погодите, хотите сказать, что эта штука внизу действует непрерывно?] — удивленно спросил Зориан.

[Если верить нашему пленнику — да,] — ответила аранеа. — [Насколько ему известно, проход никогда не закрывается.]

О боги, постоянный пространственный переход… тогда неудивительно, что захватчики сумели перекинуть в город столь мощные силы и постоянно их снабжают. Он засыпал аранеа вопросами о принципах, устройстве и ограничениях этих самопальных Врат Бакоры, но, как выяснилось, захваченный ибасанец не имел об этом никакого понятия. Как, вероятно, и любой другой заговорщик, кроме предводителей, а может быть — и Кватач-Ичла, заведовавшего вратами.

Досадно. И все же тот факт, что заговорщиков снабжают через постоянный пространственный переход, открывает некоторые возможности. Например, если он сумеет достаточно быстро захватить врата, он сможет попасть прямо на главную базу ибасанцев, а то и на сам Остров Изгнанников. Разрушение врат, без сомнения, расстроит заговорщикам все планы, если только они не смогут быстро создать новые врата, что как-то сомнительно. И наконец, шанс украсть проект у его создателей — то, что он определенно попытается сделать при малейшей возможности.

Остается надеяться, что принцип известен кому-то кроме Кватач-Ичла, и что Врата работают не на детских душах или чем-нибудь подобном, потому что это и правда потрясающее открытие.

[А что насчет лаборатории, о которой я говорил?] — спросил Зориан.

[Ничего нового,] — ответила Память О Бессмертной Славе. — [Откровенно говоря, я думаю, что ты не там ищешь. Ты сказал, что прежние аранеа узнали о лаборатории что-то важное? Не думаю, что они узнали это от ибасанцев. Конечно, я не могу быть уверена, пока не читала кого-нибудь из их главных, но похоже, они не знают, что в лаборатории, и это их не интересует. Разве что кроме лича — а мы оба знаем, что прежние аранеа никогда не смогли бы заглянуть в память этой твари.]

[Что же, очевидно, они узнали это от кого-то еще,] — сказал Зориан.

[Ну, это же правительственный объект. Очевидно, что кто-то в правительстве знает, чем они там занимаются. Полагаю, если хочешь проследить путь прежних аранеа, тебе стоит найти чиновника, которому отчитывается эта лаборатория.]

А ведь… вполне логично. Он не сомневался, что Копье Решимости без малейших колебаний напала бы на городских чиновников, если бы знала, что ей за это ничего не будет. А ей за это ничего и не было бы — ведь она знала, что находится во временной петле, и события после определенной даты просто не имеют значения.

[Звучит логично, но давайте пока не будем ссориться с городскими властями.]

[Меня это полностью устраивает,] — ответила аранеа.

У Зориана больше не осталось вопросов, так что они попрощались, договорившись встретиться завтра для обычного занятия.

Недели следовали за неделями, и хоть он и не добился потрясающего прорыва, многие проекты Зориана уверенно продвигались вперед. Он выучил все, что передала ему Память О Бессмертной Славе о создании и укреплении пакетов памяти, и прилежно оттачивал то, что показывали две другие наставницы из Изысканных Мудрецов. Он переворошил всю библиотеку в поисках упражнений плетения для себя и для Тайвен и вместе с Эдвином построил аж трех разных големов. Наконец, он выучил множество новых заклятий из книг, что он с Мудрецами нашел в сокровищнице аранеа Сиории.

Из новых заклятий его больше всего заинтересовала парочка совершенно незаконных версий телепорта, позволяющих прорваться через слабые обереги. Если он овладеет ими, его мобильность в черте города резко возрастет. Само собой, городские власти могут обнаружить, что кто-то уклоняется от портального маяка, но даже если и так — во время вторжения это будет уже неважно.

А, и он встретился с Рэйни еще пару раз, обогатившись подробными сведениями об истории и текущей политической ситуации племен перевертышей. Занимательно, но едва ли полезно. Впрочем, эти встречи помогали ему отвлечься, так что полезность сведений отходила на второй план.

— Кстати, мне любопытен один момент, касающийся магии перевертышей, — сказал Зориан. — Заранее извиняюсь, если спрашиваю о племенных секретах, но чем перевертыш лучше обычного человека, использующего ритуал или зелье звериного облика? Я знаю, что перевертыши обходятся без материальных компонентов зелья, и что вы способны к частичной трансформации, обретая способности другой формы, но с учетом всего — это как-то не впечатляет.

— Ну, не забывай, что перевертыши происходят из древних времен, когда магия трансформации была куда менее развита и доступна, — заметила Рэйни. — И ты кое-что упускаешь. Превращение перевертыша куда быстрее и безопаснее, чем все, что ты можешь получить с помощью алхимии, и он сразу получает инстинкты звериной формы. Обычный маг, превратившийся с помощью зелья, не сможет не то что уверенно двигаться — даже просто восприятие звериных чувств будет очень трудно, ведь они так отличаются от привычных людских. Перевертыш же понимает свою иную форму инстинктивно, так что, скажем, перевертыш-птица без проблем научится летать, а перевертыш-волк — понимать, что означает тот или иной запах.

— А, — Зориан тут же вспомнил, как тяжело было летать в форме орла, даже после нескольких тренировочных трансформаций. — Да, в этом плане зелья серьезно уступают.

— А ведь есть и фактор скрытности, можешь спросить у своих друзей-кошек, — продолжила Рэйни. — Превращаться куда проще, когда ты можешь сделать это просто усилием воли, когда угодно, насколько угодно, без странных движений и подручной алхимии. И раз уж мы заговорили о твоих кошачьих приятелях, мне тоже кое-что любопытно. Ты столько знал о перевертышах до встречи с ними, или стал изучать эту тему, поскольку начал общаться с перевертышами?

— Я знал о перевертышах задолго до встречи с ними, — сказал Зориан. В каком-то смысле правда. — Мне нужна была помощь, и я обратился за советом к Вани. Он и подсказал мне, к кому обращаться.

— Ко мне? — удивилась она. Потом нахмурилась. — Или к перевертышам в целом?

— И то, и другое, — ответил Зориан. — Тебя он назвал по имени.

— О? — она подалась вперед. — И чем же я могу тебе помочь?

— Уже не важно, — покачал головой Зориан. — Мне уже помогли, и там же сказали, что обращаться к перевертышам смысла нет.

— Эй, так нечестно, — надулась она. — Нельзя же так — заинтриговал, а теперь говоришь, что уже не важно. Или ты мне все расскажешь, или я пошлю письмо Вани и узнаю от него.

Угх. Вряд ли она серьезно, но если да — может выйти очень неловко, ведь Вани не помнит разговора. Серьезно, ему стоит держать язык за зубами, а то он окончательно превратится в Зака.

— Это очень личное, так что, надеюсь, ты не потребуешь подробностей, хорошо? — вздохнул Зориан. — Вкратце — мне не повезло попасть под заклинание некромантии, и в мою душу врос кусочек чужой души. Я искал ответов, что со мной произошло, и Вани посоветовал обратиться к твоему племени. Но он не знал, как выйти с ними на связь, и предложил тебя в качестве посредника.

— Ох, это… куда серьезнее, чем я думала. Извини, что пристала. Ты не…

— Все в порядке, — отмахнулся Зориан. — Не беспокойся. Я нашел доброго жреца, он помог мне научиться чувствовать и защищать свою душу, так что в будущем это не повторится.

— Понятно. Это хорошо, — она отвела взгляд, о чем-то размышляя, потом вновь посмотрела на него. — Но хоть какие-то плюсы ты от этого получил?

— Я… не уверен, — уклончиво ответил Зориан. — Я все еще до конца не разобрался, что представляет собой эта новая часть и что она делает.

— Правда? — нахмурилась Рэйни. — Но ты же сам сказал, что научился чувствовать свою душу?

— Да, и…?

— Так почему бы тебе не сосредоточиться на новой части и не понять, что это? Кажется, это важно. Наверное, ты хочешь поскорее забыть о происшедшем, но поверь перевертышу — не стоит забывать про часть своей души, она-то точно тебя не забудет.

— Погоди, но как мне почувствовать часть моей души? — нахмурился Зориан. — Жрец меня такому не учил.

Рэйни открыла было рот, потом закрыла и задумалась.

— Знаешь, — наконец сказала она. — Не уверена, умеет ли кто-то кроме перевертышей чувствовать отдельные части души. Остальным это, пожалуй, и не нужно. Ну, если они не хотят изменить часть себя, что обычно очень плохо кончается. И жрец определенно не станет таким заниматься, если не погряз в ереси. Так что, наверное, твой учитель просто не знал, что это возможно.

— Ох, — тупо сказал Зориан.

— Хочешь, я научу тебя? — предложила Рэйни.

— Что? — изумился Зориан. — Серьезно? Разве перевертыши не оберегают свои секреты?

— Нет? — уже не так уверенно ответила Рэйни. — Во всяком случае, не об этом. Это очень простой прием, перевертыши учатся ему еще в детстве, иначе не смогут пользоваться своими способностями. Не вижу ничего плохого в том, что ты научишься этому — да и ты мне очень помог на практических занятиях.

Ого, это впустую потраченное время неожиданно окупилось? Этот цикл определенно богат сюрпризами.

— Да, я бы не отказался, — пожал он плечами. — Назови время и место.

Он не рассчитывал на потрясающие результаты, но попробовать все равно стоило. По крайней мере, Рэйни утверждала, что это просто, так что много времени не займет.

Как выяснилось, концентрироваться на отдельных частях души и правда несложно — если кто-то опытный покажет принцип. Ну, понятное дело, если заранее помучиться и обрести восприятие души. Результаты тоже превзошли ожидания — он и правда мог ощутить маркер и его связи с душой, правда, в отличие от перевертышей, он не владел инстинктивным знанием его функций — ведь маркер изначально не был частью его самого.

Рэйни его неполный успех ничуть не смутил — она посоветовала пытаться еще. Перевертышу на полное ознакомление со звериной частью души требовались месяцы, и хоть она и не считала его случай чем-то столь же сложным, сдаваться после пары дней было явно преждевременно.

Что же, справедливо. Наверное, он может выделить на эти попытки час-два в неделю и посмотреть, что из этого выйдет.

Но день фестиваля стремительно приближался, и Зориан с головой ушел в подготовку к концу цикла. В этот раз он задумал попробовать кое-что весьма дерзкое.

Он собирался в разгар вторжения проникнуть на главную базу ибасанцев и пройти сквозь Врата, чтобы узнать, куда они ведут. И там, если получится, найти новых кандидатов на допрос.

Глава 46. По ту сторону

— Готов, — сказал Зориан. — Начинай, когда хочешь.

Эстин, его очередной спарринг-партнер, сосредоточенно кивнул и атаковал быстрой чередой магических снарядов. Зориан спокойно принял обстрел на щит, одновременно следя за тем, как Эстин выполняет заклинание, чтобы потом высказать свои соображения, и пытаясь подобрать ту минимальную мощность барьера, что выдержит снаряды. Обычно — не лучшая идея, вздумай он экономить на защите в реальном поединке, с той же Тайвен, к примеру, это кончилось бы весьма скверно. С другой стороны — его напарники на тренировках давно уже отчаялись его победить. Он был слишком хорош и не особо умел сдерживаться, так что теперь служил живой мишенью и советчиком.

Это не делало его бесполезным для группы, вовсе нет, но зато самому приходилось изощряться, чтобы тренировки шли ему впрок.

После четырнадцати снарядов они поменялись ролями — теперь Зориан атаковал, а Эстин защищался. Выходец с Ибасы был единственным в группе, способным выдержать его снаряд в полную силу, так что можно было не сдерживаться. Парящие земляные сферы оказались куда прочнее, чем он думал, выдерживая магические снаряды без каких-либо последствий. Что бы Зориан ни делал, он не мог даже просто расколоть сферу, не то что пробить насквозь. Интересный вызов его способностям.

В случае с магическим снарядом Зориан уже практически достиг своего потолка силы. Как и для любого другого заклятья, существовал предел маны, что можно влить в снаряд, не разрушив магический контур. А жаль — ведь после бесчисленных тренировок магический снаряд стал самым экономичным из его заклинаний. Настолько экономичным, что уже не годился для измерения магического резерва — сейчас он мог выпустить очередью 35 снарядов, более чем вчетверо от его начального запаса. Так не должно было быть, тем более, что он ощущал — его резерв еще не достиг своего максимума; логично было предположить, что теперь заклятье расходует значительно меньше энергии, чем раньше. Система оценки резерва в снарядах просто не была рассчитана на таких, как он, отрабатывающих эталонное заклинание с таким остервенением.

И все же, при всем своем мастерстве, он знал от Кайрона, что еще не овладел магическим снарядом полностью. Правильно исполненный снаряд невидим — чего пока не наблюдается.

Хотя у него были кое-какие мысли на этот счет.

Во всей тренировочной группе никто, кроме Эстина, не мог выдержать его снаряд без разрушения щита. Даже обычные, не усиленные снаряды уже были для них слишком сильны — и ему пришлось искать способ ослабить заклятье до подходящего им уровня. Он быстро убедился, что намеренно ослабить заклинание чертовски сложно. Сплести контур с дефектами, чтобы он выдерживал меньше маны, было неэлегантно и оскорбляло его профессиональную гордость — а сделать заклятье слабее при безупречном контуре оказалось куда сложнее, чем на первый взгляд. Его рефлексы, отточенные за годы петли, и сама структура заклинания стремились оптимизировать эффект — и лишь постоянными усилиями ему удавалось сопротивляться.

И все же за несколько дней он освоил этот навык — и выяснил, что с заметным уменьшением мощности свечение и видимость летящего заклятья практически пропадали. На доступном ему минимуме снаряды казались едва заметной рябью в воздухе — увы, это касалось и ударной силы. Тем не менее, его усилия окупились — на малой мощности было куда проще найти огрехи и недоработки магического контура заклятья; исправив их, он тут же ощутил небольшой, но заметный рост экономичности обычных снарядов.

Он подозревал, что невидимость силовых заклинаний именно так и достигается — сначала добиваешься безупречного и экономичного исполнения ослабленной версии, потом наращиваешь объем маны, пока не получаешь идеальный результат на полной мощности.

Ни одна из его книг не описывала такого способа тренировки — везде предлагалось бесконечно повторять обычную версию заклинания, но попробовать явно стоило. Официальный подход заключался в бездумной отработке заклятья годами и десятилетиями — да, у него было время петли, но это еще не повод тратить его на это.

Так и не пробив земляную защиту Эстина, Зориан объявил небольшой перерыв, чтобы все могли восстановить запас маны. Сам он не нуждался в отдыхе — Зориан намеренно использовал на тренировках лишь малую часть резерва, и уже развил свою способность поглощать фоновую ману практически до предела, так что буквально через несколько минут резерв будет полон — но не стоит забывать о том, что остальным требуется перевести дыхание.

Что же, по крайней мере, он лучше узнает возможности ровесников. Он уже и забыл, каково было на этом уровне, что было сложным, а что невозможным в принципе. Будем надеяться, что подобный опыт поможет ему достовернее притворяться обычным студентом, или хотя бы заранее оценивать, что может привлечь всеобщее внимание.

Их передышку прервал Эдвин, явившийся в сопровождении их новейшего голема.

— Прив, Эдвин, — поприветствовал его Наим. — Зачем пожаловал? Решил наконец присоединиться?

— Ха, вот уж нет. Я здесь из-за него, — парень положил руки голему на плечи и с гордостью подтолкнул поближе к зрителям.

Пусть Зориан и был несколько пристрастен, но все равно — конструкт выглядел внушительно. Чуть менее метра ростом, голем не выглядел угрожающе — но и безобидной игрушкой его тоже не назовешь. Стройная человекоподобная кукла из алхимически обработанной стали, движимая мощной батареей на кристаллизованной мане. Даже несмотря на резкий толчок Эдвина, кукла двигалась плавно и естественно, ни на миг не теряя равновесия, в отличие от прежних работ Зориана. Голем выглядел и действовал, как надежный маленький помощник и последняя линия обороны хозяина.

Они действительно хорошо потрудились. Привлечь Эдвина к големостроению было верным решением.

— Прикольно, — пожал плечами Наим. — Это то, над чем вы с Зорианом работали все это время? А что с ним?

— Да, — подтвердил Зориан. Когда он уходил, Эдвин начинал серию тестов, чтобы проверить работу голема. Он нашел критический дефект, или просто пришел похвастаться? — С изделием что-то не так?

— Изделием? — притворно возмутился Эдвин. — Его зовут Челик, и он совершенен! Да вы только посмотрите на него! Поздоровайтесь с Челиком. Челик, поприветствуй этих добрых людей.

Голем помахал металлической рукой и вновь уронил ее вдоль корпуса.

Ага, значит, Эдвин просто пришел похвастаться. Зориан заметил, что Эстин и Коприва закатили глаза, в то время как Брайам и Рэйни, похоже, были и правда впечатлены. Наим же лишь безмятежно улыбался, и было решительно непонятно, то ли он искренне рад за друга, то ли его забавляет ситуация.

— К сожалению, кое-что я все-таки не сумел толком испытать, — признался Эдвин. — Мы зачаровали этого красавчика всеми защитными оберегами, какие знали. Ну, то есть зачаровывал Зориан, а я наблюдал и записывал. Но так или иначе, дело в том, что Челик должен быть способен выдержать очень значительный магический урон, и…

— И ты хочешь, чтобы мы испытали его защиту, — предположил Эстин.

— Да, — ухмыльнулся Эдвин. — Так что сейчас я отойду, а вы все можете атаковать.

— Все вместе? — полюбопытствовала Рэйни.

— Ага, — кивнул Эдвин. — Не беспокойтесь, он реально прочный. Не думаю, что кто-нибудь из вас может повредить его в одиночку.

Эстин нахмурился, принимая вызов, и упер ладонь в землю. Пару секунд ничего не происходило — а потом, безо всякого предупреждения, земля под Челиком распахнулась оскаленной пастью, и, поглотив его, сомкнулась. Бедный голем оказался практически погребен — лишь голова торчала из земли.

Эдвин уставился на закопанного голема, потом неуверенно перевел взгляд на Эстина. Ибасанец с легкой улыбкой наклонил голову, явно довольный собой.

— Окей. Я погорячился, — смущенно хохотнул Эдвин. — А теперь можно откопать его, чтобы продолжить испытания?

Потом они пытались разнести маленького голема дружным залпом магических снарядов и предсказуемо не сумели. Даже снаряды Зориана совершенно не повреждали Челика, хоть иногда и опрокидывали на землю. Эстин попытался расплющить голема земляной сферой, но смог только повалить и обездвижить — и то лишь на время, пока сфера продолжала давление. Наконец Брайам призвал фамильяра, и молодой дрейк обрушил на голема струю огня. Это, по крайней мере, дало видимый эффект — стальная кукла раскалилась. Похоже, огненный оберег не справлялся с непрерывным воздействием. Эдвин поспешно прервал испытание, не желая, чтобы Челик испортился.

В целом же — вполне удовлетворительно. Да, уязвимость к ямам-ловушкам и другим обездвиживающим средствам была очевидна, но у Зориана уже были кое-какие мысли, как защитить от этого последующие модели.

Их практическое занятие завершилось вместе с испытаниями голема, и большинство участников разошлись. До летнего фестиваля оставалось всего пара дней, так что это было их последнее совместное занятие. Было неожиданно грустно — сперва он жутко жалел потраченное время, но сам не заметил, как привязался к ребятам. Все же приятно, когда тебя уважают за твое мастерство, а не критикуют без конца, утверждая, что тебе еще бесконечно далеко до приличного мага.

Он повернулся к Рэйни, последней, оставшейся с ним на полигоне. Она явно не спешила уходить — хочет о чем-то поговорить?

— Да?

— Ты узнал что-нибудь о чужеродной части в своей душе? — спросила она.

Она явно тянет время; впрочем, пускай. Почему бы и не ответить.

— Вроде того, — сказал он. — Я нашел несколько способов взаимодействовать с ней, но знаю, как подействует лишь один из них. Или, по крайней мере, думаю, что знаю. Я скоро опробую его.

Невероятно, но факт — в маркере была заложена возможность управления со стороны носителя. Там было множество… как бы сказать — переключателей, триггеров, запускающих некое действие по команде. Многие из них были неактивны, никак не реагируя на его осторожные касания. То ли он не знал, как их включить, то ли они были повреждены при копировании маркера от Зака к нему. Но множество были исправны и с готовностью отзывались, исполненные нетерпения, как щенята перед прогулкой. Не имея ни малейшего представления, что они делают, он не рискнул экспериментировать с ними.

И был еще один. Один переключатель, назначение которого Зориан понял мгновенно, лишь коснувшись его сознанием. Он собирался испытать его после своей пробной вылазки по ту сторону врат.

— Найди кого-нибудь, кто в это время присмотрит за тобой, — предупредила Рэйни. — По крайней мере, они смогут позвать на помощь, если тебе будет плохо.

— Найду, — солгал Зориан. — Может, теперь расскажешь, что тебя беспокоит?

— Ты тут ничем не поможешь, — вздохнула она. — Скорее, мне хочется выговорится. Кроме Кианы, мне не с кем это обсудить… Сама виновата, наверное. Я ничего не делала, чтобы завести друзей. А беспокоить этим Киану я не хочу, вот и…

— Говори, не стесняйся, — подбодрил ее Зориан. — Это часом не касается твоей семьи?

— Да, — подтвердила она. — На прошлой неделе я написала им письмо. Спрашивала, могу ли приехать к ним на фестиваль. Они ответили, что не хотят меня видеть. Ну, не буквально, но я умею читать между строк.

Сурово. Что она сделала, чтобы заслужить такое отношение? Впрочем, она сказала, что хочет выговориться, так что, наверное, он скоро узнает. Зориан промолчал, предоставляя ей говорить.

И, после короткой паузы, она собралась с мыслями и заговорила.

— Власть в моем племени передается по наследству, — начала она. — Вождем становится старший сын прежнего вождя. Простой принцип, но проблема в том, что у моего отца не было сына. Когда мама носила меня, у нее была тяжелая беременность, а племя отказалось обращаться к целителям со стороны. После меня она больше не могла рожать детей. По крайней мере, мы так считали. В итоге было решено, что в отсутствие мужчины-наследника сойдет и женщина. Кризиса наследования не хотел никто.

Хмм, выходит, наследницу приняли, но очень неохотно. Учитывая «гипотетическую ситуацию», о которой она спрашивала раньше, Зориан уже догадывался, что будет дальше…

— С самого детства мне постоянно говорили, что ради племени я должна быть сильной, — продолжала Рэйни. — Что я должна стараться и воплощать все наши идеалы, чтобы никому и в голову не пришло оспорить мое право вести племя. Я принимала это. Я гордилась, что мое племя и мои родители возлагают на меня такие надежды. Я старалась и добилась успехов. Даже мои самые непримиримые критики замолчали. А потом мама вновь забеременела.

Зориан мысленно поморщился. Родился сын, не так ли?

— Девять месяцев спустя отец получил сына, о котором всегда мечтал, — с горечью сказала она, подтверждая его догадки. — Конечно, меня не отбросили сразу. Прежде нужно было убедиться, что мой брат полностью подходит на роль вождя. Некоторое время я надеялась, что мои мастерство и усердие склонят чашу весов в мою пользу — но разумеется, он оказался клятым вундеркиндом. Стало очевидно, что со временем он превзойдет меня. Это… было непросто принять. Я не хотела уступать право наследования, и некоторые соплеменники даже поддержали меня — ведь я доказала свои способности, а мой брат пока ничего не достиг, да и назначенного наследника никогда раньше не лишали прав — словом, все было запутанно. Но моим злейшим врагом оказался отец — я думала, он будет гордиться мной, а он громче всех требовал, чтобы я освободила места для брата. Как я могла победить, когда отец был против меня?

— Выходит, они не желают твоего возвращения, потому что считают тебя угрозой легитимности наследника? — уточнил Зориан.

— Я и есть угроза его легитимности, — ответила Рэйни. — Или была. Не знаю. Сейчас я вообще ни в чем уже не уверена. Такое чувство, что все было напрасно. Ради чего мне теперь жить? Меня всегда учили жить ради племени — а теперь я даже не уверена, захочу ли вернуться, когда они наконец позволят. Что там меня ждет? Вряд ли счастливая жизнь…

Зориан молча изучал ее, раздумывая, стоит ли попробовать утешить ее. Кажется, она больше злится, чем грустит, и вряд ли оценит его попытку. Лучше не рисковать.

— То есть сюда ты фактически изгнана? — спросил он.

— По сути, да, — согласилась она. — Пока я здесь — они могут без помех укреплять позиции брата. К тому же то, что чужаки обучают меня чужой магии, убивает мои последние надежды на место вождя.

— Тогда непонятно, почему они не пускают тебя домой на время фестиваля, — заметил Зориан. — То есть я вообще не понимаю, зачем ты хочешь туда, к отцу и брату, которых не выносишь, но речь не о том. Если у тебя не осталось никаких шансов, то они спокойно могли бы позволить тебе вернуться. Они поступают очень мелочно.

— В прошлый раз я держалась с братом довольно стервозно, — призналась она. — Наверное, маленький засранец нажаловался родителям — потому как меня перестали пускать к нему. Видимо, боялись, что я его убью. Это так обидно…

Они проговорили еще некоторое время — ну, то есть говорила Рэйни, а он слушал — пока она наконец не выпустила весь пар, помолчала немного и заявила, что уже поздно и ей пора идти. Впрочем, перед уходом она сказала, что ей было приятно поговорить с ним, и спросила, продолжат ли они эти встречи, хоть его цель уже достигнута.

Он согласился. Конечно, согласился — и, несмотря на ее внешнюю невозмутимость, он ощутил, что она рада его ответу. Но летний фестиваль был уже на носу, скоро она забудет все, что произошло за этот месяц. При следующей встрече они, по сути, опять будут незнакомцами.

Он решил больше не сходиться с Рэйни. Во всяком случае, не во время циклов. Но он пообещал себе, что если когда-нибудь вырвется из петли, то постарается действительно подружиться с рыжей волчицей. Она слишком напоминала ему его самого, каким он был до петли, он не мог просто оставить ее. Она сказала, что он ничем не может ей помочь — но может быть, просто еще одного друга будет достаточно.

Он в одиночестве стоял посреди полигона, погруженный в раздумья, пока не пришло время возвращаться в дом Имайи.

До летнего фестиваля оставался один день, все было готово. Он опять предотвратил похищение Ночки, изготовил все, что понадобится ему для штурма врат, и эвакуировал Изысканных Мудрецов в родное племя. Оставалось лишь получить записи Каэла и Тайвен и сохранить их в памяти для будущих циклов.

И именно за этим они и собрались в подвале Имайи.

— Вот, — Тайвен протянула ему небольшую тетрадку. — Поверить не могу, что говорю это, но я рада, что месяц кончается. Ты не представляешь, как надоедает каждый день тренировать плетения.

— Тайвен, я уже четыре года учусь у куратора Ксвима, — заметил Зориан.

— Да-да, помню… — отмахнулась она.

— Покажи мне, чему удалось научиться, — попросил он.

— Что? Но здесь же все записано, — возразила она.

— Неважно, я хочу увидеть собственными глазами, — не уступал он. — Не все можно передать на бумаге.

Пятнадцать минут спустя он пришел к выводу, что она неплохо продвинулась. Кое-что, что он считал элементарным, по-прежнему не давалось ей — то ли он объяснял совершенно неправильно, то ли эти упражнения ей не подходят — но были и те, что получались совершенно естественно. Во всяком случае, неплохое начало.

— Слишком медленно, — подытожил он. — И в конце ты немного сбилась. Начни сна…

— Зориан, если ты еще раз скажешь «начни сначала»… — предупреждающе сказала Тайвен.

— Ладно-ладно, я выключу своего внутреннего Ксвима, — усмехнулся он. — Закончим на этом. Думаю, я увидел все, что хотел. Каэл, что насчет тебя? Глаза подводят меня, или тетрадей действительно стало меньше, чем раньше?

— Ты сказал, что это твое заклятье запоминает книгу, а не текст, вот я и решил писать как можно плотнее, чтобы сэкономить место, — ответил Каэл. — Как я понимаю, одна книга занимает один и тот же объем, вне зависимости от того, сколько в ней записано.

— Все так, но мысленный оттиск не идеален, при воспроизведении неизбежны дефекты. Надеюсь, ты писал не слишком мелко…

Быстрая проверка показала, что убористый почерк Каэла вполне читаем после хранения, так что Зориан незамедлительно считал всю стопку.

— Ну, видимо, это все, — смущенно сказала Тайвен. — Увидимся в следующем цикле. Хотя я и не буду помнить…

— Вообще-то, я собираюсь не посещать Сиорию ближайшие пару циклов, — признался Зориан. — Мне нужно остановить, или хотя бы замедлить разрушение пакета памяти матриарха. И подтянуть мои навыки чтения памяти, чтобы понять там хоть что-то, если спасти пакет не удастся. Пока не разберусь с этим, я не могу тратить время на уроки.

— Это понятно, — сказал Каэл. — Со своей стороны, замечу, что в своем исследовании практически исчерпал все легкодоступные возможности. В следующий раз надо будет связаться с другими экспертами, возможно, получить кое-какие малодоступные реагенты — и не самым законным путем. Я знаю, что ты избегаешь лишнего ажиотажа, так что тебе стоит обсудить это с моей будущей версией.

Как, однако, вовремя он берет перерыв от Сиории. Сейчас ему подобные хлопоты совершенно не нужны.

Они вскоре разошлись, и Зориан направился к Кириэлле. Оставалось еще кое-что, что он хотел сделать до рестарта.

— Кири, можешь показать мне свои рисунки? — спросил он.

Ее не пришлось долго упрашивать. Сестра выбежала из комнаты и вскоре вернулась с толстой пачкой листов — ее творческими достижениями за месяц. Похоже, она рисовала все, что ей приглянется — воробьев на улице перед домом, сам дом Имайи, его обитателей, деревья в парке, где она гуляла с Ночкой — все подряд. Зориана особенно впечатлила подборка рисунков главного вокзала Сиории — Кири ухитрилась запомнить не то что вывески посещенных магазинов, но даже выставленные в витринах товары. Сам он забыл практически все это пять минут спустя — она же сохранила в памяти достаточно, чтобы зарисовать на следующий день.

Если у него когда-нибудь появится свободное время, надо будет попросить Кири научить его рисовать. Вряд ли он достигнет в этом успехов, но сам факт того, что Кириэлле будет учить его, представлялся изумительным.

— А здесь — Ночка в форме ко… эээ… — запнулась Кириэлле, едва успев остановиться. Перепугано посмотрела на него и попыталась запихнуть рисунок с котенком под стопку уже просмотренных.

Хех.

— Может быть, она в форме котенка? — невинно спросил он.

— Ты знал! — задохнулась от удивления Кириэлле.

— Я знал, — подтвердил он. — А ты сама поняла, что она перевертыш, или Ночка тоже совершенно не умеет хранить секреты?

— Я умею хранить секреты! — запротестовала она. — И, эм, она как-то оговорилась, что у нее есть магия, и я не отставала от нее, пока она не показала.

А ну да, как же не похвастаться своими способностями. Ну, и чудовищная назойливость Кириэлле, быстро убеждающая жертву, что проще уступить. Он не винил Ночку — ему и самому приходилось испытывать это на себе.

Помимо Ночкиной промашки, других сюрпризов среди рисунков он не нашел. И уже собирался было считать стопку на хранение в память — как мигом всполошившаяся Кириэлле бросилась на защиту своих работ. Ему пришлось долго убеждать ее, что заклинание совершенно безвредно, и он даже не думал уничтожать ее художества. Как ей вообще такое пришло в голову?

— Фортов однажды сжег целую стопку рисунков, когда я попросила показать магию, — призналась она. — Сказал, это такая шутка.

Зориан закатил глаза. Ну да, Фортов может. Особенно учитывая, какой надоедливой может быть Кириэлле… Но все равно — поганый поступок.

— Довольно обидно, что ты сравниваешь меня с Фортовым, но да ладно, — Зориан быстро считал пачку листов и вернул сестре. — Вот. Все готово.

Кириэлле тут же пролистала стопку, убедившись, что все рисунки целы, и унесла их к себе. Впрочем, вскоре вернулась с обеспокоенным видом.

— Зориан, а зачем ты запоминал мои рисунки? Ты ведь в любой момент можешь попросить, и я покажу. Ты что, уезжаешь?

Зориан покосился на нее, не зная, что ответить. В следующие несколько циклов он не будет брать сестру с собой, жалко ее, но ничего не поделаешь. Потому он и тратил объем памяти на рисунки, вместо того, чтобы заполнить его чем-то более полезным.

А она молодец, сообразила. Наверное, заметила другие приготовления.

— Да, — признался он. — Уезжаю. После летнего фестиваля.

— Ох, — сказала она. — Но разве тебе не надо ходить на уроки?

— Ну да. Но это важнее, — ответил он. — Не волнуйся, я быстро. Ты и не заметишь, как пролетит время.

На удивление, она приняла его слова без возражений. Хорошо. Еще не хватало истерики перед вторжением.

— Но, — заявила она. — С тебя подарок, когда вернешься. А то я скажу маме, что ты оставил меня с кучей незнакомцев.

— Само собой, — закатил глаза Зориан. Интересно, если подарить ей ее же собственные рисунки — будет ли это жульничеством? Наверное, да. Но он все равно это сделает, хотя бы для того, чтобы оценить ее реакцию.

Пространственные врата под Сиорией были надежно защищены. Чтобы просто приблизиться к ним, нужно было проскользнуть меж бесчисленных ибасанских патрулей, а потом взять штурмом целый укрепленный лагерь, разбитый вокруг врат. Одним магом тут не обойтись — нужен целый отряд, и у защитников будет полно времени, чтобы заглушить врата, если почувствуют угрозу. Не говоря уже о том, что в случае массированной атаки на помощь ибасанцам наверняка придет Кватач-Ичл. Нет, единственным вариантом оставалось скрытное проникновение. Тоже отнюдь не простая задача, учитывая, что лагерь кишел магами и боевыми троллями, и наверняка был наглухо зачарован. Но у Зориана был план. Правда, на редкость дерзкий — вне петли он никогда не пошел бы на подобное — но все-таки был.

План строился на допущении, что во время вторжения все силы ибасанцев будут брошены в бой, оставляя у врат минимум охраны. То есть лучшее время для проникновения — разгар вторжения. Если ибасанцы умны и осторожны — то охрана будет достаточна, и план завершится, не начавшись. Если они действительно умны — то врата будут заглушены, и все его ожидания пойдут прахом. Но Зориан был готов побиться об заклад, что для боя на поверхности заговорщикам понадобятся все доступные силы, а врата будут открыты для экстренного отступления к себе на остров. Улькуаан Ибаса далеко. Зориан надеялся, что предводители заговорщиков оставят у врат лишь необходимый минимум охраны, с приказом в случае чего вызывать Кватач-Ичла.

Так что когда наконец пришел день вторжения, Зориан спустился в туннели под городом в поисках «добровольцев» — зубастых подземных тварей. Кого-то достаточно сильного, чтобы отвлечь охрану, но и достаточно слабого, чтобы часовые не вызвали подкрепление. Обычный набег монстров, то, что нужно, чтобы незаметно проскользнуть в ибасанский лагерь.

Ему пришлось как следует поискать, но в итоге он набрел на стаю крюкогоблинов — низкорослых гуманоидов, похожих на бескрылых летучих мышей, с острыми, похожими на серпы, когтями. Смертельно опасны в ближнем бою, но и весьма уязвимы. Угроза — и в то же время не особо опасная. Идеально.

Потом потянулось время ожидания. Его предположении об отходе ибасанских войск из лагеря потихоньку претворялось в жизнь — почти все патрули ушли наверх, позволяя Зориану наконец подобраться к истоку ибасанского вторжения. Ну, планировку он уже знал из памяти пленных офицеров, но видеть своими глазами — все же другое дело.

В гигантской пещере раскинулся целый городок. Неудивительно, учитывая, сколько войск тут держали заговорщики. В центре были даже каменные дома — вероятно, выращенные из пола пещеры магией изменения. В центре каменного квартала находилось сердце лагеря — врата. Вокруг же как попало лепились шатры и загоны для боевых троллей.

Городок не имел стен, но у каждого туннеля пещеры размещались посты, образуя первую линию обороны.

Дождавшись, пока поток ибасанцев из лагеря иссякнет, и все успокоится, Зориан послал мысленный приказ крюкогоблинам напасть на один из постов, постаравшись до предела усилить их кровожадность и подавить страх. Впрочем, особо трудиться не пришлось — крюкогоблины злобны от природы, впадая в неистовство от малейшей провокации. Они, вереща, навалились на часовых, и в лагере воцарился хаос.

Изначально Зориан собирался отвлечь остальные посты гоблинами, а самому — атаковать один из них, но этого не потребовалось. Прибыв на место, он обнаружил, что ротозеи-часовые покинули пост, чтобы помочь товарищам против гоблинов. Или тут и не было часовых, ушли на поверхность? Так или иначе, грех упускать шанс.

Он прошел до самых врат, не встретив ни малейшего сопротивления. Один раз он пересекся с магом, бегущим на звуки потасовки, но простейшего внушения «тут все в порядке, не на что смотреть» хватило с головой, ибасанец побежал дальше. Зориан никак не ожидал, что все будет настолько просто. Увы, у самих врат тоже были часовые — и вот они, несмотря на переполох, никуда не ушли.

Четыре мага и два тролля. Наверное, он мог бы справиться с ними, но точно не бесшумно. Досадно… Он уже собирался плюнуть на маскировку и начать швырять фаерболы, когда от внешнего поста с криками прибежал один из дозорных. Крюкогоблины прорвали периметр, и часовой хотел, чтобы маги призвали на помощь Кватач-Ичла.

Упс… Он никак не ожидал, что его маленькие миньоны одолеют часовых. Похоже, ибасанцы доверили охрану лагеря кучке бесполезного сброда. А он еще удивлялся, что так легко проник внутрь.

К счастью для Зориана, маги не спешили вызывать лича — кажется, сама идея приводила их в ужас. Лидер группы с минуту распинался, что Кватач-Ичл спустит с них шкуры, если вызвать его сражаться с вонючими гоблинами, и в итоге послал пару магов и обоих троллей подавить «вторжение».

Зориан ошарашенно смотрел на врата, у которых осталось всего два мага. Окей… Это все упрощает. Дождавшись, когда карательный отряд скроется из вида, он метнул в часовых бутылек с усыпляющим газом. Один — тот, что говорил с дозорным, надо полагать, лидер — сумел вырваться из облака, лишь слегка ошалев, и тут же заработал пронзающий снаряд в голову. Второй добросовестно свалился там, где стоял, и Зориан, отогнав облако газа порывом ветра, спешно подошел к вратам.

С каким удовольствием он изучил бы это чудо до мельчайших подробностей — но увы, не было времени. Сейчас важно узнать, что находится по ту сторону. Сквозь проем виднелась некая большая комната, по счастью, пустая. Странно — неужели другие врата не охраняются? Он попытался направить в проем свое мысленное чутье и с удовольствием обнаружил, что пространственный туннель не мешает его чутью. И с еще большим удовольствием убедился, что с другой стороны нет прячущихся часовых.

Насторожившись, но помня о дефиците времени, он глубоко вдохнул и шагнул в проем.

Он шагнул на пол незнакомой комнаты, и его духовную защиту омыло магией, силясь опознать его. Панцирь вокруг его души отразил касание, и Зориан мгновенно ощутил, как вокруг сгустилось мрачное, угрожающее внимание. Обереги засекли его и сочли нарушителем.

За его спиной проем врат заискрил молниями. Окно в пространстве стало стремительно уменьшаться и с неяркой вспышкой исчезло.

Он не ожидал закрытия портала, но его это не беспокоило. Он уже на нужной стороне, а теперь еще и ибасанцы из лагеря не ударят ему в спину.

Быстро оглядевшись, он убедился, что комната и правда пуста, за вычетом погасшего икосаэдра в центре. Тут была всего одна дверь, и Зориан разнес ее в щепки, не рискуя связываться с ее сторожевыми чарами, глупо взявшись за ручку. Выйдя из комнаты врат, он отправился на разведку, стараясь осмотреть как можно больше, прежде чем подоспеют ибасанцы с этой стороны.

Вот только на перехват ему никто не спешил. И это точно не было спешно возведенным лагерем. Врата находились в подвале роскошного особняка. Огромного и, судя по всему, пустого особняка. Зориан сперва даже растерялся — ведь промежуточная точка должна была размещаться на Сарокианском плоскогорье, он ожидал лагерь в лесу.

А потом его наконец отследили, и все встало на свои места — ему в ногу чуть не вцепился мертвый кабан, точно такой же, как те, что напали на Лукава.

Он действительно на Сарокианском плоскогорье. В поместье Яску. И тут полно нежити.

Дернувшись, он увернулся от ножа в руке противника — молчаливого человека, замотанного в черную ткань. Зориан уже пробил ему голову магическим снарядом, но это совершенно его не смутило. Еще один мертвец в черном, тоже с ножом, заходил слева, а гребаный кабан, похоже, готовился к новой атаке.

Зориан бросил перед собой мерцающий цилиндр, во все стороны ударила развеивающая, сбивающая магию волна. Трупы, что нападали на него, рухнули на пол, освобожденные от привязанных к ним душ.

Зориан вздохнул. Уже третья развеивающая граната, при том, что их и было-то всего пять — он не ожидал напороться на орды нежити. И запасы одноразового снаряжения практически исчерпаны. Он не рассчитывал победить — эта вылазка, скорее всего, закончится препоганейшей смертью, но все равно досадно.

И очень, очень опасно. Толпы нежити указывали на близость некроманта. Умирать здесь может быть крайне неудачной идеей.

Он уже собирался вернуться в комнату врат и забаррикадироваться там, как вдруг его мысленное чутье засекло приближающегося живого человека.

Дерьмище. А вот и некромант. Тогда понятно, почему трупы отступили. Зориан рассыпал по полу оставшиеся у него взрывные кубики и отступил вглубь коридора.

Потом на другом конце открылась дверь, и показался высокий, мускулистый мужчина со впечатляющими усами. Он глянул на Зориана и радостно заулыбался, словно встретил старого друга после долгой разлуки.

— Добро пожаловать! — сказал он. — Я — Судомир Кандрей, хозяин этой скромной обители. Могу я узнать, зачем ты вторгся в мой дом?

— Не понимаю, о чем вы, — Зориан сделал еще шаг назад. И еще шаг. И еще. — Дверь была открыта, так что я просто прошел сквозь врата. Если не ждете гостей, вам не следовало оставлять их без присмотра. А то, знаете, так может заявиться целая армия…

Зориан отступил еще на шаг. Судомир шел к нему, еще шаг вглубь коридора…

Сейчас! Зориан послал магический сигнал, активируя кубики и превращая коридор в…

Эм, то есть нет, ничего не произошло. Какого черта?

— Чудесная вещь — обереги, ты не находишь? — улыбнулся Судомир. — Не могу же я допустить, чтобы в моем доме устраивали взрывы. И к тому же, даже если бы твоя ловушка сработала, это не убило бы меня. Уверяю, меня очень непросто убить…

Прелестно. Зориан молча посмотрел на этого типа и мысленно потянулся к маркеру в своей душе.

— Что ты делаешь?! — резко спросил Судомир. Похоже, уловил воздействие на душу. Клятые некроманты со своим шулерским духовным зрением.

Проигнорировав противника, Зориан послал команду переключателю — тому единственному, чье назначение сразу понял. Все тут же погрузилось в темноту, и Кириэлле разбудила его в Сирине.

Он выдохнул с облегчением, изрядно удивив сестру. Слава богам, все получилось.

Глава 47. Политика

Погрузившись в мысли, Зориан сидел в одиночестве пустого купе, глядя в окно и ничего не видя. Ему давно пора уже было выходить, но конец прошлого цикла все никак не шел из головы — так что он решил отложить все на несколько часов и собраться с мыслями. Все равно у него пока не было четкого графика.

На миг закрыв глаза, он нащупал на вросшем в душу маркере переключатель, что помог ему сбежать от Судомира, и сосредоточился на порождаемых им ощущениях. Они не были облечены в слова, но все равно вполне понятны — резкий обрыв всего и возврат к началу.

Возврат к началу петли. Именно это значилось на переключателе, и по результатам проверки — так оно и было. Он может завершить цикл, когда захочет. Может в любой момент начать сначала, не оставив врагам столь уязвимую душу. Проклятье, что там душу — вообще ничего не оставив — по его воле мир исчезнет. Достаточно нажать на кнопку.

Это меняло все. Некромантия, его главный и самый жуткий кошмар, внезапно стала куда менее опасной и пугающей. Его уже не так сильно беспокоит, что кольца самоуничтожения могут отнять или подавить изощренными оберегами — маркер практически невозможно обнаружить и отобрать. Многие идеи, ранее отметавшиеся, как чересчур опасные — изучить поместье Яску, например, или раздразнить Кватач-Ичла, истребляя ибасанцев — неожиданно стали вполне возможными.

Впрочем, все еще оставалась опасность умереть или лишиться чувств, не успев среагировать на угрозу — как и опасность психотропных препаратов. Мелькнула мысль, нельзя ли настроить триггер, активирующий переключатель в случае смерти… Это потребует более глубокого изучения магии душ — но ее в любом случае стоит изучать, да и чтобы устранить одну из своих главных слабостей — явно стоит постараться.

К плохим новостям — кнопка перезапуска могла влиять и на Зака с Красным. Прервался ли их цикл одновременно с его? Вероятно, да. Должен прерваться, если он правильно понимает механику переключателя. Они могли не заметить, ведь он использовал перезапуск в самом конце месяца… но если он собирается и дальше использовать эту функцию, они обязательно заметят.

Не то, чтобы это что-то меняло… И Зак, и Красный и так в курсе, что в петле есть как минимум двое других, так что ничего нового они не узнают. Ну, Зака это может ошарашить — его месяц никогда раньше не обрывался досрочно, но и ладно. Пусть на своей шкуре ощутит, каково было ему, когда кое-кто вздумал поохотиться на драконов.

Отпустив маркер, Зориан открыл глаза и ненадолго сосредоточился на пейзаже за окном. Впрочем, вскоре его мысли вновь вернулись к событиям прошлого цикла.

Сказать по правде, он не ожидал от своей вылазки к вратам такого успеха. Он ждал у врат под Сиорией куда более многочисленную и боеспособную охрану, а на другом конце — другую, не менее защищенную ибасанскую базу. Он не думал, что пройдет далеко за врата — скорее, его бы не удивило, если б погиб еще на подходах. Первый раз планировался скорее как разведка ибасанских укреплений боем.

Что же, видимо, с поставленными целями он поскромничал — достигнуто много больше. Теперь, зная, в каком удручающем состоянии пребывает охрана врат, и что ибасанских подкреплений с другой стороны можно не опасаться, в следующие циклы он может действовать куда более прямолинейно. Например, вполне можно привести небольшую армию големов и зачистить охрану, чтобы неспеша изучить врата. Само собой, необходимо проконтролировать, чтобы охрана не вызвала Кватач-Ичла, но с этим он, наверное, справится. К тому же эти големы очень пригодятся ему против нежити в поместье Яску — они столь же неутомимы, как и зомби, но лишены уязвимой для некромантии души.

Разумеется, вспомнив поместье Яску, Зориан вспомнил и свое столкновение с Судомиром Кандреем — что несколько остудило его энтузиазм. Да, он вышел из переделки без потерь, но факт остается фактом — некромант переиграл его во всех отношениях, загнал в угол, и лишь непроверенная способность позволила сбежать из его когтей. Нет, такие «противостояния» его совершенно не устраивают.

Впрочем, сказать по правде, ситуация была не настолько скверной. Цикл уже заканчивался, возможно, он смог бы протянуть время и избежать последствий. В конце концов, он мог бы метнуть себе под ноги фаербол максимальной мощности и надеяться, что Судомир не сможет захватить его душу, имея на руках лишь пепел. Сложно правильно оценить опасность, не зная характера врага и пределов его возможностей как некроманта.

Что же, скоро он узнает своего врага получше. Будучи мэром Князевых Дверей, Судомир — весьма публичная фигура, о нем можно многое узнать из официальных — и не очень — источников. К тому же Зориан собирался вновь наведаться в поместье Яску в конце месяца. Не было никаких причин отказываться от задуманного — подготовка к штурму почти не охраняемых врат не займет много времени, а кнопка перезапуска делает визит в логово некроманта куда менее безумной авантюрой, чем раньше.

Кстати, надо будет все же разобраться с местными оберегами. Похоже, Судомир использовал в Яску что-то действительно изощренное — и игнорировать этот факт Зориан просто опасался. Кто знает, что из запретных арсеналов некромантии вплетено в защитную схему поместья?

Может, ему вообще не активировать защитные чары? Если он найдет способ пройти авторизацию, обереги не активируются. Не мог же Судомир вписать в эти чертовы чары каждого ибасанского солдата — значит, есть некий ключ, открывающий беспрепятственный проход.

Поразмыслив, он пришел к выводу, что такой ключ был бы полезен, но, вероятно, лишь отложил бы проблему — на месте Судомира он обязательно добавил бы дополнительные уровни проверки. А судя по тому, насколько некромант полагается на обереги — там наверняка продумано и учтено все это — и многое другое.

Сообщение о следующей станции вырвало его из раздумий. Решив, что и так достаточно задержался, Зориан подхватил свой багаж и направился к выходу.

Пришло время вновь посетить племена аранеа.

Когда Зориан в последний раз приходил учиться у Просвещенных Поборников, это вылилось в изматывающие трехнедельные переговоры, пожравшие все его деньги в обмен на полезное, но определенно не решающее знание. Тогда ему требовалось другое — но Поборники не желали учить его этому. Так что вскоре он прекратил тратить на них время, найдя другие, более сговорчивые паутины.

Но сейчас ситуация изменилась. Он стал куда лучше в ментальной магии — хочется думать, что теперь они примут его не так пренебрежительно. Сейчас он может согласиться на их многочисленные запросы — он знает путь к сокровищнице аранеа в Сиории и тайникам Культа Дракона, что Внизу. Наконец, после того, что Голос Мира рассказала о культуре и обычаях аранеа, он склонялся к мысли, что в прошлых неудачах виноват он сам. Он был нетерпелив и неуважителен, что, вероятно, и провоцировало паучих затягивать переговоры — чтобы надавить и потребовать большей оплаты, да и просто в отместку.

Посему, встретившись с Просвещенными Поборниками в первый день нового цикла, Зориан не стал ничего предлагать — только представился и попросил о встрече когда-нибудь в будущем. Ему сказали прийти через два дня, что он и сделал, принеся дары и потратив пару часов на вежливую болтовню. И только потом предложил свой амбициозный начальный план, требующий от них многого — но и дающий не меньше. Разумеется, они отказались, выдвинув куда более требовательное встречное предложение — переговоры начались…

На то, чтобы прийти к соглашению, потребовалось целых полторы недели — раздражающе долго, но все же куда лучше, чем прежде. Соглашение, подобно тому, что он некогда заключил с Изысканными Мудрецами, включало не только уроки восстановления пакетов памяти, но и шлифовку основных телепатических навыков, тренировку боевых техник и дальнейшее развитие способности касаться и распознавать чувства аранеа. В последнем, по собственному признанию Поборников, они были не очень сильны, но готовы были предложить, что имеют. Кажется, эта часть сделки привела их в восторг.

Конечно, Зориан не сидел без дела эти полторы недели — большую часть времени он обходил другие паутины аранеа, узнавая, что они могут предложить. Он побывал у Владеющих Талисманами, Служителей Призрачного Змея и Посвященных Молчащих Врат — в трех «сомнительных» паутинах, о которых ему когда-то рассказали Прославленные Собиратели. Раньше он опасался соваться к ним, но с тех пор его ментальная защита сильно окрепла. Он также навестил семь ближайших к Сиории племен, о которых узнал от Изысканных Мудрецов — Пылающую Вершину, Носящих Красное Клеймо, Темно-Синих, Кристаллические Факелы, Несокрушимый Серебряный Орден, Певцов Откровения Камня и Загадки Открытия. Каждая паутина была по-своему интересна, но никто из них не мог помочь с восстановлением пакета лучше, чем Поборники.

Владеющие Талисманами специализировались на магии — сильнее и глубже, чем любая другая известная ему паутина — и потому не годились для его экзотической ментальной проблемы; впрочем, нельзя сказать, что визит к ним был напрасной тратой времени. Из любопытства он купил несколько металлических дисков, что они использовали для инвокаций. Впечатанные в них заклинательные формулы поразили его — вынужденные, в отличие от людей, работать с минимумом небольших инструментов, Владеющие стремились вместить в каждый диск как можно больше формул. Структура была сложна и невероятно плотна, но работала мягко и эффективно, без помех и разрушительных резонансов, обычно свойственных столь сжатым массивам формул.

Сами по себе диски были бесполезны для Зориана — он не был аранеа, для которых они предназначались. Но, будучи во многом схожими с заклинательными формулами, используемыми людьми, они могли многому его научить. Учитывая, как сильно он полагался на зачарованные инструменты, любой прогресс в этой области был ему на руку.

Служители Призрачного Змея отказались говорить с ним. Вроде как их… бог? дух-хранитель? сказал, что он несет зло, и его нельзя пускать в поселение. Зориан понятия не имел, в чем дело, но это само по себе делало паутину весьма интересной. Что этот дух знал о нем, чтобы без лишних слов прогнать? Пока он оставил Служителей в покое, но сделал заметку вернуться к ним в следующем цикле, до того, как предпримет что-либо еще, и посмотреть на их реакцию.

Посвященные Молчащих Врат тоже его удивили — оные врата оказались вратами Бакоры, вокруг которых разрослось поселение. Очень, очень любопытно. А когда он начал задавать вопросы, аранеа очень забеспокоились и откровенно пытались сменить тему. По их словам, они знают о вратах не больше, чем люди, но стоит ли им верить? Они что-то недоговаривали, а их племя было известно среди аранеа своей таинственной способностью к быстрому перемещению. С другой стороны — что бы они ни скрывали, они не собирались этим делиться, так что он не стал допытываться.

Увы, они не горели желанием его обучать. Посоветовали несколько племен, которые он уже знал, тех же Просвещенных Поборников, и все. С другой стороны, они не отказывались торговать, совсем не отказывались. Их интересовало почти все, что он предлагал, но более всего — кристаллизованная мана. Ее они были готовы скупить всю, или сколько он сможет продать. В обмен они предложили широкий выбор книг и магических предметов, явно сделанных людьми… и многие из них были совершенно незаконны. А на тот случай, если ему было нужно что-то другое, они даже предложили свести его с «торговыми партнерами» из числа людей. Также они — после недолгих расспросов — признали, что готовы снабжать его информацией о других паутинах — их местоположении, репутации, слабостях. Впрочем, тут же предупредили, что если он злоупотребит этими сведениями, то с их сотрудничеством будет покончено.

Поразмыслив, Зориан задал вопрос об альтернативе Поборникам как экспертам менталистики — и согласился на запрошенную цену. Через несколько часов представительница Посвященных вернулась со списком из еще восьми племен, известных своим мастерством в магии разума. Поблагодарив, Зориан отправился дальше.

Семь паутин вокруг Сиории были в чем-то похожи. Во-первых, все они были дружелюбны к людям — общаться с ними было куда проще, чем с остальными. Во-вторых, все они специализировались на магии — Сиория была эпицентром магической революции аранеа, и все окрестные племена привыкли так или иначе использовать это преимущество. Наконец, все они были куда враждебнее к соседям, чем любые другие паутины на его памяти. Пылающая Вершина, Носящие Красное Клеймо, Кристаллические Факелы и Несокрушимый Серебряный Орден — все четыре племени попытались нанять его для атаки соседних поселений, а аранеа Пылающей Вершины и вовсе заявили, что хотят истребить Загадки Открытия до последнего ребенка и самца. Ну, и все семь племен очень интересовались сведениями о паутине Сиории и ее слабостях.

Поговорив с ними, Зориан отчетливо понял, почему Копье Решимости так опасалась соседей и искала союза с людьми.

К счастью, аранеа не настаивали, чтобы он дрался за них, довольствуясь мирными торговыми отношениями. Зориан, само собой в первую очередь искал наставников магии разума. Местные племена, хоть и специализировались с классической магии, были неплохи и в ментальной, особенно в ее боевом аспекте. Большинство из них не возражало обучать его, хоть Певцы Откровения Камня и Несокрушимый Серебряный Орден потребовали более тесного сотрудничества, чем он мог позволить себе в этом цикле. К тому же многие из них предлагали редкие алхимические компоненты с нижних уровней подземелья, некоторые из которых отсутствовали в свободном доступе.

Увы, обучаясь у телепатов, невозможно скрыть, что ты работаешь с другими из них, так что за раз он мог учиться только у одной паутины. У одной местной — за вычетом Кристаллических Факелов, отказавшихся учить его, если не будут единственными наставниками, остальным было безразлично, что он сотрудничает с Просвещенными Поборниками.

В итоге он выбрал Темно-Синих — самое мирное из тройки сильнейших племен вокруг Сиории. К тому же, они специализировались в подчинении обитающих в подземельях монстров — как он выяснил, весьма отличными от него способами, что могло помочь ему лучше понять образ мыслей аранеа. Да и просто эффективный способ обезвреживать и управлять магическими существами ему точно не помешает.

Так что на этот цикл он договорился об обучении у двух племен аранеа. Просвещенные Поборники возмущались, спрашивая, в чем смысл учиться у каких-то Темно-Синих, когда его уже обучают «лучшие из лучших», но Зориан не мог не заметить, что это известие заставило их стараться куда лучше.

А вот подыскать третью группу наставников уже явно будет неудачной идеей. Лучшее — враг хорошего.

До самого конца месяца ничего особенного не происходило. Он прилежно обучался магии разума у Просвещенных Поборников и Темно-Синих, а в свободное время оттачивал другие магические дисциплины и готовился к штурму врат в конце цикла. Он шерстил книги в сокровищнице аранеа Сиории, выписывая все интересные и разучивая особо полезные. Анализ оберегов посредством прорицания, новые боевые заклятья, структурированная магия разума… Он разучил столько новых заклинаний, что уже не мог упомнить все. Он упорно перебирал новые упражнения плетения, выписывая, с которыми из них проще работать, какие содержат подвох, и в каком порядке их лучше разучивать. Просто удивительно, как мало столь нужной информации было в учебных материалах.

К концу месяца Зориан был полностью готов к новой вылазке в ибасанский лагерь. Он пересмотрел свой арсенал в свете полученной в прошлый раз информации, и в этот раз подготовил себе поддержку в виде шести големов. Также во время визитов в Сиорию он захватил нескольких ибасанцев, пытаясь вызнать у них, как пройти врата, не активировав обереги поместья Яску. К сожалению, никто из пленников не знал ответа. Оставалось надеяться, что стража у врат окажется более осведомленной.

Наконец, он постарался по возможности скрытно собрать как можно больше сведений о Судомире Кандрее. И раз уж тайный хозяин поместья Яску был мэром Князевых Дверей, Зориан телепортировался туда и расспрашивал жителей, считывая при этом их мысли. Как выяснилось, Судомира ценили — умелый администратор, приведший город к расцвету. Он на все сто процентов воспользовался стремлением Эльдемара колонизировать север, добившись стремительного обогащения города, а потом, не скупясь, поделился им с жителями. Он, будучи сдержанным и даже скрытным, никогда не отказывал в дружеском разговоре. Могущественный и талантливый маг, специализирующийся на оберегах. Его жена умерла во время Плача, скорбя о ней, он так и не женился снова.

Что любопытно, оказывается, поместье Яску тоже не было особым секретом. Многие были в курсе, что Судомир держит личную резиденцию где-то в северных пустошах, и что там обстряпываются смутные делишки. Однако под смутными делишками люди понимали сравнительно безобидные вещи, вроде контрабанды или наркотических оргий. Жители города допускали, что мэр связан с преступностью — но не что он поднимает мертвых и планирует государственную измену.

В день летнего фестиваля Зориан прибыл в Сиорию и спустился в туннели, ожидая начала вторжения. В этот раз он не смог найти стаю крюкогоблинов, что так пригодились ему в прошлом цикле — то, что в этом месяце он не охотился в Подземелье вместе с Тайвен, полностью изменило положение монстров в день вторжения — так что остановил свой выбор на самке гибкохвостого скорпиона. В основном потому, что ее сопровождал целый выводок молодняка. Если он прикажет ей атаковать ибасанский лагерь, остальные без принуждения последуют за ней.

Пока она отвлекала стражу, Зориан, как и в прошлый раз, проскользнул в лагерь. Големы, куда более медлительные и заметные, чем он, остались в резерве, пока он не разберется с более подготовленными магами и троллями у самих врат.

Хуже всего были боевые тролли. Маги были нужны ему живыми, чтобы он мог отыскать в их памяти сведения о вратах и призыве Кватач-Ичла, но то, что мягко обезвредит людей, на троллей вообще не подействует. Обдумав варианты, он попросту разместил на пути к вратам испепеляющие ловушки, а потом издалека атаковал врата самонаводящимися заклятьями, несущими газовые бомбы. Все пространство вокруг врат превратилось в густое облако усыпляющего газа — вероятно, бомб он потратил вдвое больше, чем надо — но главное, маги были обезврежены, а тролли с оглушительным ревом неслись к нему.

Они на полном ходу влетели в ловушки, но вместо того, чтобы сгинуть жуткой смертью, прекрасно пережили огонь. Зориан мгновенно осознал свою ошибку — это были не обычные боевые тролли, вовсе нет — это были те, сверхстойкие тролли, которых он когда-то встретил вместе с Тайвен. Тролли, неуязвимые к огню. Он телепортировался, спасаясь от здоровенных железных палиц, но лишь на несколько метров, и твари снова кинулись к нему.

Последовавшая битва, в которой он беспрестанно телепортировался и швырял в быстро звереющих монстров все подряд, стоила ему почти всей заготовленной взрывчатки и четверых из шести големов, которых пришлось вызвать на подмогу. Проклятье.

Но, по крайней мере, он был жив и здоров, чего не скажешь о противнике. Замороженные лучами холода тролли были на всякий случай разбиты вдребезги. Век живи, век учись — в следующем цикле ловушки будут замораживающими.

Проверив остальных ибасанцев, Зориан обнаружил, что они опять проиграли. Стражи сумели ранить маму-скорпиона, но это лишь привело детенышей в безумную ярость. Ибасанцы бросились врассыпную, чем и воспользовался Зориан, зачистив всех, кто сражался лучше других или пытался организовать оборону.

Разобравшись с большинством вероятных угроз, вернулся к вратам и разогнал облако газа, чтобы добраться до усыпленных магов.

Найденное в их памяти обнадеживало. Во-первых, только эти четверо знали, как призвать Кватач-Ичла. Другие караульные не просто так прибегали к ним за помощью — они не просили разрешения, они просто не знали, как. Способ был достаточно прост — всего лишь послать сигнальное заклятье, впрочем, чтобы древний лич услышал — требовался зачарованный ключ.

А ведь он уже видел этот ключ. Тот самый амулет в форме слезы из полированного черного камня, что всегда носили высокоранговые заговорщики. Раньше он думал, что это просто украшение, тайный знак положения — ведь амулеты не фонили магией и не несли впечатанных формул — но, похоже, он заблуждался. Даже сейчас он не понимал, как они действуют, а провести глубокий анализ не решался, опасаясь что-нибудь активировать и призвать сюда лича. Получить в лицо расщепляющим лучом не было никакого желания.

Здесь же крылась разгадка «правильного» доступа в поместье Яску — достаточно, если первым пройдет высокоранговый ибасанец. Тогда обереги сочтут, что все в порядке, и беспрепятственно пропустят всех последующих. Зориан не знал, то ли все, имеющие высокий доступ, вписаны в охранные чары, то ли достаточно амулета, да и ему было не важно. Он просто пропихнул во врата одного из бессознательных стражей вместе с амулетом и шагнул следом. Уцелевшим големам он на всякий случай приказал идти сразу за ним, не отставая.

И наконец смог выдохнуть с облегчением, когда обереги сочли его своим, и врата не закрылись. Получилось.

— Посмотрим, что удастся найти, прежде чем Судомир почует неладное, — пробормотал Зориан, перешагивая через бессознательного ибасанца.

Он жестом приказал големам следовать за ним и зашагал вглубь поместья Яску.

Для ключевого звена в цепи вторжения особняк был удивительно пуст. Сейчас, когда не нужно было отбиваться от нежити, Зориан наконец смог оглядеться, и был поражен обыденностью этого места. Пустой, но в остальном совершенно обычный особняк.

По пути к центру здания, где, вероятно, находился Судомир, Зориан не встретил ни ловушек, ни оживших мертвецов… Ровно до того момента, как пересек невидимую черту, и ощутил, как охранные чары безуспешно пытаются считать его душу. Немедленно возникло давящее ощущение — обереги концентрировали энергию вокруг нарушителя.

Зная, что о скрытности уже можно забыть — орды нежити уже в пути — Зориан приступил к изучению оберегов. И для начала швырнул вперед один из оставшихся взрывных кубиков и активировал его. Кубик взорвался, но это не обязательно значило, что подействовали внесенные в формулу изменения. В прошлый раз его взрывные чары тоже прекрасно работали до встречи с Судомиром. По всей вероятности, обереги переходят в режим максимального подавления только по команде хозяина, а в остальное время экономят ману.

Попытавшись виденьем определить, закрылись ли врата, он потерпел неудачу — внутри особняка не работали никакие известные ему чары прорицания. Телепорт тоже не работал, а когда он наложил на каменный цилиндр якорь возврата и выкинул его подальше в окно — «вернуться» к якорю тоже не вышло. Помимо прочего, обереги наполняли особняк помехами, прерывающими плетения — недостаточно мощными, чтобы лишить его возможности колдовать, но определенно затрудняющими и затягивающими процесс.

Он мог бы просто сбежать через окно — на удивление доступный вариант, благо, большие створки легко открывались изнутри — но решил остаться. В прошлый раз Судомир был весьма разговорчив, и сейчас, зная, что у него есть гарантированный путь отступления, Зориан был не прочь пообщаться с некромантом. Может, Судомир из любителей прихвастнуть? Это глупо, но такие люди встречаются.

Следующие полчаса Зориан сражался с непрерывным наплывом нежити. В отличие от прошлого цикла, сейчас Зориан сохранил развеиватели и другие расходники, предоставив големам сдерживать мертвецов, пока он разбирался с другими. Он неплохо проредил мертвую орду — в конце концов Судомир предпочел отозвать уцелевших зомби, пока не лишился их. Во всяком случае, именно так это истолковал Зориан, когда мертвые вепри и трупы в черном развернулись и бросились наутек.

Ха. Неожиданно. Интересно, придет ли Судомир, раз у Зориана еще остались големы? Некромант наверняка наблюдал за ним — прорицанием или через обереги, так что он точно знал, что Зориан еще опасен.

Пожав плечами, Зориан достал найденный в сокровищнице аранеа анализатор оберегов и приступил к работе. Если Судомир не станет вмешиваться — значит, он сможет спокойно разобраться в здешней защитной схеме — тоже своего рода победа.

Как он и предполагал, оберегам его действия не понравились. Подобная попытка анализа немедленно отметила бы его как врага — не будь он давно уже отмечен. Зориан ожидал нечто подобное, потому и не пытался читать защитные чары сразу по прибытию. Чего он не ожидал — что обереги будут активно сопротивляться анализу. Смещение фокусов локальных полей, повторяющиеся импульсы помех — все это было слишком гибко, слишком… умно для нерассуждающего магического конструкта. Неужто Судомир прямо сейчас, в реальном времени, перестраивает защитную схему — или обереги сами по себе неким образом разумны?

Воздух перед ним замерцал, и Зориан немедленно послал туда копье силы. Впрочем, на мерцании это никак не сказалось, и вскоре перед ним возник призрачный — и очень знакомый — образ. Высокий, крепкий мужчина в возрасте — дорогой коричневый костюм, здоровенные усы, широкая улыбка.

Впрочем, улыбка его не обманула. Пусть проекция Судомира и пыталась выглядеть беззаботно, улыбка была куда менее естественной, чем в прошлый раз.

— Привет-привет! — поздоровался с ним некромант. — Не знаю, в курсе ли ты, но вообще-то это частная собственность. Нельзя же просто прийти и начать все крушить! Что я тебе такого сделал?

— Удивлен, что вы открыто показываете лицо, Судомир Кандрей, — заметил Зориан, настороженно осматривая окрестности на случай, если его пытаются отвлечь разговором.

— Ха! Маг твоего калибра не мог попасть сюда случайно, — фыркнул Судомир. — Твои навыки, твое снаряжение… уверен, ты прекрасно знал, что здесь встретишь. Меня интересует другое — кто ты? Вежливые люди сначала представляются, ты так не думаешь?

— Почему вы помогли ибасанцам напасть на Сиорию? — спросил в ответ Зориан, не собираясь быть вежливым и не разделяя веселья собеседника. — Погибли тысячи, а сколько еще погибнет… Что они вам такого сделали?

— Ах, право, ничего личного, — пожал плечами Судомир, его улыбка несколько поблекла. — Просто оказались не в том месте не в то время. Политика порой бывает жестока.

— Политика? — переспросил Зориан. — Они пытаются выпустить на континенте Первозданного, и вы считаете это политикой?! Я бы еще мог понять мотивы ибасанцев, но вы? Вам-то это зачем?

Судомир молча, оценивающе смотрел на него.

— Вот как, значит, ты и об этом знаешь? — некромант недовольно цокнул языком. — Ну, мне бы не хотелось обсуждать с тобой свои планы, мой дорогой нарушитель. Однако, между нами — готов поспорить, что ибасанцы слишком многого ждут от первозданного. О да, он много чего разрушит, но чтобы носиться по континенту, сметая все на пути? Да ни в жисть. Думаю, пройдет максимум неделя, прежде чем Эльдемар соберет достаточно войск и убьет его. Это если он не окажется тупым животным, что попадется в первую же западню.

— Полагаться на подобные предположения очень рискованно, — нахмурился Зориан. — Что, если вы ошибаетесь?

— Ничто в жизни не дается без риска, — наставительно произнес Судомир.

Угх. Этак он ничего полезного не узнает, а этот тип откровенно тянет время. Зориан одним жестом развеял проекцию и вновь зашагал к центру поместья, сопровождаемый двумя големами. Возиться с оберегами не было смысла, раз уж он не смог преодолеть непривычно умную самозащиту схемы.

Перед ним вновь возникла проекция некроманта, но он развеял ее, не дав вымолвить ни слова.

— Ну знаешь, это уже просто грубо! — зазвучал со всех сторон бесплотный голос. Больше никаких изображений, только звук. — Мы же разговаривали!

Дверь не открывалась, так что Зориан кинул к ней три последних взрывных куба. Ничего не произошло.

— Извини, но никаких взрывов в моем доме, — заявил голос Судомира.

Зориан нахмурился. Все как в прошлый раз. А он ведь изменил формулу, чтобы преодолеть защитные чары. Нехорошо. Сами по себе противовзрывные чары не новы — их накладывают на каждое сколь-нибудь важное здание. Однако обычно это простейшая защита, не способная противостоять его мастерству. Оберег Судомира же подавил не только обычные кубики, но и специальный вариант, разработанный как раз для работы в условиях мощной защиты.

Он непроизвольно коснулся одного из колец самоуничтожения на цепочке вокруг шеи. Его старый способ рестарта цикла, оставленный на всякий случай. Он быстро отцепил одно из колец и метнул в дверь, дабы проверить, сработает ли оно. Кольца были его лучшим творением в области взрывных чар, и должны были работать в любых условиях.

Кольцо не взорвалось. Хмм. Может, оберег работает на каком-то экзотическом принципе, полностью подавляя все взрывные формулы?

Для проверки он бросил в дверь бутылек со взрывчатой жидкостью — никакой магии, чистая алхимия. Грохот, пыль, брызнувшие во все стороны острые щепки.

То есть алхимическая взрывчатка работает. Уже хоть что-то.

— Сколько же ты принес расходников? — спросил голос Судомира. — Это, наверное, обошлось в целое состояние! Польщен, конечно, что ты потратил на бедного старого меня столько денег, но оправдано ли это?

Оставшаяся в особняке нежить возобновила атаку, нападая чуть ли не из каждой двери в запутанных коридорах. Они не могли его достать, но они его замедляли — и этого оказалось достаточно.

Ему банально не хватило времени — цикл завершился прежде, чем он успел найти Судомира.

Ну что же, всегда можно попытаться еще раз.

Следующий цикл был во многом похож на предыдущий. Он вновь договорился с Темно-Синими и Просвещенными Поборниками об обучении и потратил большую часть месяца над улучшением своих ментальных навыков. Впрочем, небольшое отличие было — в самом начале цикла он посетил Служителей Призрачного Змея.

Они ответили то же самое, что и в прошлый раз: Призрачный Змей сказал, что он несет зло и должен уйти. Попытки узнать, что за зло он несет, не увенчались успехом — дух отказался говорить, в чем заключается зло. Сам факт, что он несет зло, уже был злом. Он был худшим из зол.

С ума сойти. Что же, ненавидеть кого-то за просто так — еще не преступление, а ему тут ничего не оставалось — разве что попробовать прорваться силой. Но если он нападет, тогда получится, что сраный дух был прав?

Его занятия с Поборниками быстро принесли плоды. К концу месяца он уже был готов попытаться починить пакет матриарха. И это сработало — ну, по большей части. Он не исправил дефект, но разрушение приостановилось, давая ему еще два месяца. По словам Поборников, это единственное, что можно сделать с чужим пакетом памяти — залатать его, чтобы продержался еще некоторое время, но сам по себе процесс укрепления повреждает содержимое, и к нему можно прибегнуть лишь несколько раз. Исходя из размеров и состояния пакета матриарха, Поборники заключили, что он выдержит лишь еще один ремонт.

У него было два месяца, чтобы научиться лучше чинить пакеты памяти, после чего будет шанс еще немного продлить срок. Выходит, в зависимости от результатов второго ремонта, у него есть четыре-пять месяцев, чтобы научиться понимать мысли аранеа и попытаться прочитать сохраненные воспоминания.

Он решил, что пора поучиться действительно читать память аранеа. Не выполнять упрощенные упражнения с наставниками, а действительно читать память. Само собой, ни Просвещенные Поборники, ни Темно-Синие не дадут своего согласия — как и любая другая паутина. Чтение памяти — практически всегда враждебный акт — то, что можно делать лишь с врагами.

Решение было очевидно. Ему были нужны враги-аранеа.

Первыми в голову пришли Клинки Глубины. В конце концов, они напали на него, и пусть сейчас они не помнят об этом — он не забыл. Это даже получалось некоторое время — ему удалось подкараулить и захватить для чтения нескольких их дозорных.

Его первые две попытки вышли так же, как когда-то с людьми — то есть совсем скверно. Впрочем, он быстро приспособился и вскоре узнал о Клинках Глубины кое-что интересное. Как выяснилось, они частенько нападали на одиноких магов — правда, только на тех, что исследовали подземелья под Корсой, и очень тщательно выбирали цели, но определенно готовы напасть на любого, до кого дотянутся. К тому же они жили очень глубоко в подземелье, и после каждого подстроенного «исчезновения» отступали вглубь, пока поиски не прекратятся.

Именно так они и поступили, сообразив, что на них охотятся — просто оставили верхние уровни и забились на глубину. Зориан уже знал, что это надолго — на недели, возможно, месяцы — а штурмовать поселение в глубине не рискнул.

Так что он просто обчистил их тайники на верхних уровнях (скорее, чтобы просто досадить — в деньгах он не нуждался) и стал искать другие цели.

Он спросил у Темно-Синих и Просвещенных Поборников, нет ли у них врагов среди аранеа — и, к его удивлению, именно Поборники дали ответ. Он ожидал, что Темно-Синие вцепятся в такую возможность, учитывая их окружение, но, похоже, ситуация их устраивала. Впрочем, и им кое-что требовалось… и за это они обещали почти что угодно. Вкратце — нужно было истребить кристаллических слизней, терроризирующих сборщиков ингредиентов на нижних уровнях.

Кристаллические слизни практически неуязвимы к физическому урону, весьма быстры, поглощают большинство видов магической энергии и могут стрелять чем-то вроде кристаллических стрел. И даже мельчайший осколок такой стрелы, попав в тело, быстро превращает живое существо в кристаллическую статую. Этих тварей иногда называли кристаллическими василисками — никто в здравом уме не хотел с ними связываться.

Так что Темно-Синие не особо удивились, когда он отказался.

Что же до Просвещенных Поборников, то они, судя по всему, конфликтовали с паутиной, которую называли «Шкура Демона» или «Завывающие». Это не было настоящим именем — таинственное племя отказывалось говорить, отвечая на попытки контакта телепатическим аналогом воя, так что Поборники не знали их самоназвания. И они не возражали, если Шкура Демона исчезнет — или сократится в численности.

Что же, к концу месяца Зориан узнал кое-что и о них. Например, что они называли себя Испытателями Невыразимого, и были так называемыми «старыми аранеа» — прежним, не владеющим магией племенем, из тех, кого истребили или подчинили себе новые, магические аранеа, пришедшие из-под Сиории. На их глазах владеющие магией чужаки вытеснили всех соседей — кого в открытом бою, кого постепенной иммиграцией, пока Испытатели не остались одни. Для них это Просвещенные Поборники были «Шкурой Демона».

Грустно, да, но и сами Испытатели Невыразимого были жестокими убийцами, нередко атакующими соседей, а порой и людские поселения, если подворачивалась возможность. Зориан без зазрения совести охотился на них.

И когда наконец подошел конец месяца, он перешел к последним приготовлениям к штурму врат. Хотелось думать, что в этот раз его големы доживут до поместья Яску и дадут ему преимущество над нежитью Судомира.

Как говорится, третий раз за все платит.

Глава 48. Колодец душ

Зориан, хмурясь, смотрел на бумаги. Огромную кучу бумаг, покрывающую широкий деревянный стол — стол, что стоял в небольшой искусственной пещере вдалеке от человеческого жилья, приспособленной им под мастерскую и опорный пункт. Стороннему наблюдателю все эти грубые диаграммы и нацарапанные в спешке примечания наверняка показались бы безнадежной путаницей, но на самом деле в этом хаосе присутствовал свой порядок. Зориан убил немало времени, чтобы разложить все листки, и каждый из них был именно там, где нужно.

Задумчиво постукивая карандашом по столу, Зориан еще раз оглядел результат. Здесь было все, что он знал о Судомире и поместье Яску, а также все, относящееся к предстоящему штурму. Вообще говоря, план действий у него уже был готов… но еще раз все перепроверить не помешает — вдруг он забыл что-то важное. До летнего фестиваля осталось лишь три дня, и если он хочет что-то серьезно изменить, то сейчас — последний шанс сделать это.

Пообщавшись с Судомиром в прошлом цикле, Зориан пришел к выводу, что мэр Князевых Дверей преследует собственные цели, по сути, представляя собой третью группировку в составе вторжения. Не просто член Культа Дракона, что Внизу, или сторонник ибасанцев — он явно на что-то рассчитывал, и это что-то отнюдь не совпадало с намерениями двух других фракций.

Увы, он так и не сумел выяснить, что подразумевал Судомир, говоря о «политике». Это могло быть что угодно — причин желать окоротить Сиорию — или вообще стереть ее с лица земли — было множество. Судомир мог пытаться изменить баланс силы в Эльдемаре, чтобы продвинуть одну из группировок, или лишить Сиорию ее регионального значения, чтобы перенаправить средства в собственный город. Он мог действовать в интересах других стран, стремясь ослабить все королевство, или просто хотел отвлечь центральную власть, уничтожив оплот лоялистов и спрятавшись за внешними врагами. Вариантов было бесчисленное множество, и Зориан понятия не имел, как отсеять ложные.

Ну, кроме как раз за разом атаковать поместье Яску или самого Судомира. Первым он уже занимался, а второе было проще сказать, чем сделать. Если устроить налет на городскую администрацию — Судомир просто телепортируется прочь, а где он проводит свободное время, Зориан не знал. Уж точно не в своем доме в Князевых Дверях — особняк был практически заброшен. С его удачей — Судомир может запросто проводить все время в безопасности поместья, неприступного до самого дня вторжения.

Нет, выбранный способ определенно верен. В день вторжения Судомир уязвим, как никогда, и не только потому, что безрассудно отправляет практически все силы в Сиорию. Очевидно, что Яску для него не просто тайная база, иначе Судомир просто сбежал бы в прошлом цикле. Там что-то есть — нечто, что он не пожелал бросить, даже будучи застигнутым врасплох и загнанным в угол. И, как подозревал Зориан, стоит узнать, что же там хранится — и цели Судомира станут очевидны.

Он еще несколько минут скользил взглядом по бумагам, оценивая и отбрасывая возможности, пока не дошел до раздела, описывающего защитные чары Яску. Он нахмурился сильнее — эти обереги беспокоили его. Проведенные исследования подсказали несколько способов воспроизвести эффект, с которым он столкнулся в поместье, но, если начистоту… Скорее всего, Судомир вплел в защитные чары Яску человеческие души. Очевидный вариант, учитывая явную склонность Судомира к некромантии — и хорошо объясняет то странное зловещее ощущение, что он испытывал, активировав защиту. Привычные ему обереги не давали столь явной подсказки, что нарушитель уже обнаружен.

Другим доводом было то, что насколько он знал, рядом с поместьем не было истока маны. Он провел несколько дней, кружа вокруг поместья, изучая местную геомантию и скрываясь от зимних волков — и не нашел ни одной лей-линии, от которой можно было бы запитать защиту. Иными словами, поместье не могло позволить себе мощной защиты — во всяком случае, традиционными методами. Души же… Души продолжают производить ману даже после смерти. Потому они и ценятся духовными сущностями вроде демонов, и потому нежить куда удобнее големов. На защиту, какую он видел в Яску, потребовалось бы множество душ, но это выполнимо. А у Судомира явно нет дефицита в душах, учитывая, сколько нежити он контролирует.

Увы, то, что магия душ запрещена, отнюдь не способствовало поискам информации о ее возможностях и ограничениях. Даже будучи уверенным, что действительно имеет дело с работающим на душах оберегом, Зориан не знал, какие возможности это дает Судомиру, и как это можно использовать. Добавить сюда то, что у Судомира в сердце его владений, несомненно, припасено что-то на крайний случай — и желание слепо ломиться туда, не представляя, с чем придется столкнуться, пропадало совершенно.

К счастью, он все же был магом. У него были способы угнаться за двумя зайцами.

На эту идею его натолкнула проекция Судомира. Нет, Зориан не мог спроецировать себя в центр поместья, обереги не позволят — но он мог удаленно управлять своей армией големов. Большинство магов сочли бы это как минимум непрактичным — но он-то был телепатом, и, черт побери, весьма неплохим. Все, что ему требовалось — встроить в големов телепатические передатчики и, потрудившись над заклинательными формулами кукол, заставить их понимать мысленные команды.

Вышло хорошо. Нет, даже лучше, чем хорошо. Может быть, дело в том, что он сам зачаровывал големов, и они были предрасположены к его образу мышления, но мысленное управление работало без малейших нареканий — словно появилось еще несколько дополнительных тел. Он никогда не добился бы такой координации и точности с устными командами — что заставляло задуматься, стоит ли вообще в будущем использовать голосовое управление. Если он будет делать големов для себя, то управление голосом сгодится лишь в качестве резерва, на случай, если что-то заглушит его телепатию.

К сожалению, просто послать големов на Судомира, управляя ими из относительно безопасного места, едва ли получится. Во-первых, если он не будет присутствовать лично, он не сможет поддержать своих кукол магией. Превратить их в проводников своей магии не выйдет — даже его ментальная магия не распространялась дальше самих големов. Он не сможет активировать свои развеивающие гранаты и другие зачарованные предметы магическим импульсом — то есть придется пересмотреть свой арсенал в пользу более грубых и менее универсальных средств. Наконец, Судомир мог попросту сообразить, в чем дело, и оборвать его телепатический контроль. Книги утверждали, что именно поэтому дистанционно управляемые системы не пользовались особой популярностью у магов — их слишком легко нейтрализовать, если противник разбирается в этом деле. Остается надеяться, что задуманная им мера противодействия сработает… Кстати, пора бы уже проверить, как она там.

Со вздохом уронив карандаш на стол, Зориан вышел из «центра планирования» и направился в мастерскую, где его ждали големы и другое снаряжение. Большинство големов были уже готовы и неподвижно стояли у дальней стены, ожидая приказов. Шесть големов — два крупных, мощных, что будут сдерживать атаку врага, и четверо меньших, проворных атакующих — основа его небольшого отряда. Он мысленно коснулся их, проверяя, не нарушился ли управляющий интерфейс со времен последнего теста. Порядок. Хорошо. Первые десятка полтора версий были не слишком стабильны, но, похоже, в финальной схеме он вычистил все недостатки. Зориан повернулся к причине своего прихода — его последней, пока незавершенной разработке.

Голем не впечатлял. Тонкий, скелетоподобный, и при этом даже меньше, чем скоростные атакующие куклы. Анимирующее ядро тоже было так себе — голем не мог ничего делать самостоятельно, нуждаясь в постоянном управлении. Он был бы бесполезен практически в любой области… кроме той, ради которой Зориан и делал его.

Служить его двойником. Голем имитировал его рост и пропорции, а ядро предназначалось для телепатической синхронизации с оригиналом. Магические сенсоры передавали изображение и звук, и хоть Зориан и не смог добиться той же координации, как в собственном теле, кукла вполне сможет кидать гранаты и ходить достаточно естественно, чтобы сойти за человека.

Он покосился в сторону алхимического уголка, где на тщательно отрегулированном огне тихо кипела вязкая розовая жидкость. Похоже, искусственная кожа практически готова, но купленный рецепт предписывал не менее пятнадцати минут доваривать состав, так что он пока оставил его, коротая время очередной проверкой големов.

Наконец, по прошествии пятнадцати минут, он опрокинул состав на голема и принялся торопливо лепить свое подобие, пока смесь не затвердела окончательно.

После получаса работы он отошел на шаг, оглядывая результат своих трудов. Вышло… так себе. Несмотря на все усилия, голем не то что на него — даже просто на человека не особо-то походил. То ли он совсем хреновый скульптор, то ли надо было наплевать на рецепт и снять состав с огня раньше. Но, на самом деле, сойдет — добавить глухую одежду, здоровенные защитные очки и, пожалуй, шляпу — этого должно хватить, чтобы спрятать огрехи. Чтобы Судомир принял его за человека, по крайней мере — до личной встречи, когда духовное зрение некроманта раскроет любую маскировку. Ничего не поделаешь, сложно скрыть, что у голема нет души.

Ну да ладно, даже если вся затея обернулась тупой тратой времени, он ни о чем не жалел. Зориан всегда мечтал завести двойника и сгрузить на него самые неприятные обязанности — и этот проект — еще один шаг в нужном направлении. Заклятья анимации на высших уровнях сложности становились устрашающе разумными, так что создать голема-двойника, на первый взгляд неотличимого от него, должно быть возможно.

Впрочем, глядя на корявую копию пред собой, Зориан отчетливо сознавал, как далек он от заветной цели.

Это никак не сможет заменить его на семейных собраниях!

К настоящему времени штурм подземного лагеря был отработан почти до автоматизма. Зориан разобрался со стражей практически безупречно — разве что пара пещерных дрейков, использованных для отвлечения внимания, были убиты раньше срока. Да, твари были крупны и свирепы, но, похоже, орда более слабых монстров сдерживает ибасанцев куда лучше. С другой стороны — он сохранил всех големов и почти весь зачарованный арсенал, так что первую фазу плана можно считать успешной. Можно приступать к серьезной операции. Он пропихнул бесчувственного караульного сквозь врата, чтобы обмануть защиту, и шагнул следом, сопровождаемый ударной группой големов.

План был прост: Зориан останется в комнате врат под охраной одного крупного голема, а все остальные куклы направятся вглубь особняка на встречу с Судомиром. Сам он возглавит ударную группу через маленького голема-двойника, время от времени давая остальным куклам приказы голосом. Оставалось надеяться, что Судомир решит, что столкнулся с двумя противниками, один из которых охраняет врата, а другой с големами прорывается к хозяину поместья. Тогда некромант не только не станет глушить телепатическое управление, но и сконцентрирует внимание на атакующей группе, не стараясь уничтожить самого Зориана.

Первый сюрприз ждал его там, где в прошлом цикле активировались обереги: защита не реагировала. Странно. Поразмыслив, Зориан решил, что система обнаружения, вероятно, работает на магии душ, как и все остальное в поместье — и потому не среагировала на бездушных кукол.

Увы, это лишь отсрочило проблемы, так как вскоре группа подошла к запертой двери. Голем-двойник не имел ни инструментов, ни достаточной ловкости рук, чтобы вскрыть замок, так что Зориан просто приказал крупному голему выбить дверь. Естественно, проигнорировать такое обереги не могли — в поместье поднялась тревога. Зориан двинул группу вперед, надеясь пройти как можно дальше, прежде чем Судомир соберет свою нежить на перехват.

Что любопытно, несмотря на тревогу, врата по-прежнему были открыты. Зориан ощущал сконцентрированное на нем враждебное внимание оберегов, но пространственный переход действовал. Конечно, можно было предположить, что защита закрывает врата только при активации в самом помещении — но это было так глупо, что Зориан сразу отмел предположение. Мастер оберегов уровня Судомира не может так ошибиться. А даже если ошибся — у него наверняка есть способы закрыть врата самостоятельно.

Так что же он упустил? Зачем Судомиру открытые врата, если в поместье посторонние?

Впрочем, неважно. Есть лишь один способ узнать. Големы ускорили шаг, несмотря на первые волны неупокоенных. В этот раз у Зориана было полно зачарованных кубиков, и он тратил их, не скупясь. Его группа неостановимо рвалась вперед, и сопротивление нежити становилось все менее организованным. Судомир даже не пытался связаться с ним, ни лично, ни посредством проекции.

Ловушек было куда меньше, чем он ожидал — впрочем, это как раз было логично. Судомиру было незачем пичкать коридоры разрушительными чарами — никто не станет громить собственный дом, когда поместье и так почти всегда переполнено стражей. Единственная попавшаяся по пути ловушка заполнила весь коридор густым желтым дымом — вскоре после чего на големов обрушились остатки мертвых защитников поместья. Учитывая, что газ никак не подействовал на големов, Зориан счел, что яд направлен против живых нарушителей, но щадит мертвых кабанов и воинов-зомби. К тому же газ заметно ухудшал видимость, давая нежити еще одно преимущество.

Видимо, Судомир собрал все силы для этого последнего удара — к кабанам и мертвецам в черном присоединились мясные големы. Эти твари сумели вывести из строя парочку атакующих големов, но итог был предрешен. Сокрушив мертвецов, Зориан прорвался сквозь последнюю дверь, отделяющую его от цели. Его голем-двойник шагнул в сердце поместья Яску, и у Зориана перехватило дыхание.

Каждый дюйм стен большой круглой комнаты был исписан глифами заклинательных формул. Символы не были нарисованы или высечены — отлитые из сверкающего серебристого металла, они были вмурованы в кладку; впрочем, поразили его отнюдь не стены. В центре комнаты высился массивный кристаллический цилиндр, тянущийся от пола до потолка, крепящийся прочными металлическими обручами к каменным основанию и навершию. Цилиндр светился мягким голубым светом, то разгораясь, то затухая, словно гигантское сияющее цилиндрическое сердце.

Зориан молча смотрел на цилиндр и изукрашенные глифами стены, гадая, куда, черт возьми, он опять влез. Он ожидал найти здесь что-то необычное, да, но размах увиденного просто ошеломлял.

— Красиво, правда? — из-за колонны вышагнул Судомир. — Я долгие годы создавал все это. Это мое любимое детище, и я не хочу, чтобы его повредили, так что будь поосторожнее со своей взрывчаткой, хорошо?

Зориан нахмурился. Судомир просто стоял, насмешливо улыбаясь, словно провоцируя его. Мелькнула мысль просто бросить големов в атаку и раздавить некроманта, но он сдержался. Посмотрим, может, сначала удастся что-нибудь узнать.

— Цилиндр — емкость для хранения душ, так? — сказал он через голема. — Так вот как вы питаете защиту поместья. Там, должно быть, сотни и сотни душ…

— Емкость для хранения душ?! — возмущенно переспросил Судомир. Его левая рука дернулась, но он успел тут же перехватить ее правой. — Думаешь, это просто…

Некромант залился смехом, словно услышав восхитительную шутку.

Ему кажется, или в этот раз Судомир несколько не в себе?

— Мой дорогой, глупый, незваный гость… Ты ведь понятия не имеешь, что здесь нашел? Оглянись вокруг! — Судомир раскинул руки, словно пытаясь объять комнату. — Думаешь, это просто хранилище душ? Нет-нет-нет, друг мой, ты видишь пред собой подлинный колодец душ, содержащий тысячи единиц духовной эссенции, и готовый вместить еще миллион!

— Миллион душ? — растерянно переспросил Зориан. — Да ладно вам… откуда вы возьмете столько?

— В Сиории почти полмиллиона жителей, — пожал плечами Судомир. — Если вторжение пойдет по плану, большая часть их сегодня умрет. Они направятся сюда и присоединятся к тем, кого я уже собрал.

Он легонько постучал по кристаллической колонне.

— Что? — Зориана накрыло ужасающее озарение.

— О да… Все это место… — Судомир крутанулся, раскинув руки. — Для душ оно словно воронка муравьиного льва. Сюда притягиваются души всех, кто умирает поблизости от поместья Яску. Обычно таких совсем немного, ведь мы в самой глуши, но сейчас…

— Врата, — закончил за него Зориан. — Врата позволяют вам дотянуться своей ловушкой душ до Сиории, где ибасанцы убивают людей. Вот почему вы не закрыли их, даже осознав, что на вас напали.

— Каждая секунда, пока врата закрыты — это секунда, когда души не поступают в колодец, — согласился Судомир. — И, видишь ли, когда я заметил нарушителей, с той стороны больше не проникали враги. Только вы двое… или, может, ты один? Я не вижу в тебе душу. Ты не отреагировал, когда я заполнил коридор удушающим газом. Не говоря уже о том, как подозрительно пассивен маг у врат. Ты — своего рода изощренная проекция, так?

Но прежде, чем Зориан успел что-то ответить, некромант вновь захохотал, громко, истерически, дергая руками, неестественно сжимая их. Зориан уже понял, что с Судомиром что-то серьезно не в порядке. Своим успешным проникновением он вызвал в некроманте разительные перемены. Хохот, дергание, неожиданно искренние ответы… Он словно накачался наркотиками. Неужто запаниковал и принял какое-нибудь нежелательное усиливающее зелье? Или провел ритуал с настолько тяжелыми побочными эффектами? Так или иначе, Судомир становится все менее и менее вменяем, вряд ли от него можно узнать еще что-то полезное.

— Почему? Почему?! — внезапно возопил некромант, без предупреждения переходя от смеха к драматическому отчаянию. Его кожа шевелилась, словно под ней скользили змеи, глаза вспыхнули синим сиянием. Да, определенно, запаниковал и сделал что-то глупое. — Зачем ты пришел?! Все шло так хорошо, так безупречно! Все эти годы, что я вынашивал планы, все жертвы, на которые я пошел… Я не позволю тебе забрать их у меня! Не позволю, не позволю, не позволю!

Зориан приказал големам атаковать, но было уже поздно. Прежде, чем его бойцы успели добраться до Судомира, тот внезапно раздулся, изменяясь, превращаясь в огромного монстра, лишь отдаленно напоминающего человека. В зеленой твари было что-то от пресмыкающихся, с махонькими рудиментарными крылышками на спине, словно смесь тролля с драконом.

Понятное дело, брошенных в бой големов это не смутило, но чудовище было быстрее и сильнее творений Зориана. И, похоже, обладало регенерацией троллей, закрывая раны. Малые големы были быстро разнесены вдребезги, да и большой едва держался.

Зориан уже собирался пустить в ход весь оставшийся арсенал, когда выяснилось, что выдыхать огонь тролле-дракон тоже умеет. Его бедный голем-двойник не выдержал и секунды под испепеляющим жаром.

Не прошло и минуты, как контакт с большим големом оборвался. Зная, что не выстоит против обезумевшего преображенного Судомира, Зориан прошел сквозь переход назад в ибасанский лагерь и попытался проанализировать врата.

Ожидаемо, защита врат среагировала на попытку изучения и деактивировала систему. Он и не сомневался, что это случится. Что же, по крайней мере, Судомир до него не доберется — к тому же нашлась одна из ловушек Кватач-Ичла, защищающая врата. Наверняка потребуется множество циклов, но он чувствовал, что сможет разобрать защиту перехода методом проб и ошибок.

Хотя додумать эту мысль он не успел — древний лич явился узнать, что тут происходит. Не желая связываться с ним, Зориан активировал переключатель, перезапуская цикл.

Обдумав все в спокойной обстановке начала нового цикла, Зориан решил, что с Судомиром надо что-то делать. Первоначально мэр интересовал его лишь как слабое, но осведомленное звено среди предводителей вторжения, но правда о сборе душ выбила его из колеи. Он не представлял, зачем могли понадобиться сотни тысяч душ, но уж точно не для чего-то хорошего. Политика, значит. Хмф.

С другой стороны, это его ловушка душ… Она должна быть очевидна для тех, кто знает, что искать. Столь масштабное магическое воздействие просто так не спрячешь. Так вот почему Судомир истребил местных магов душ? Чтобы они не наткнулись на его извращенный шедевр и не доложили правительству? Тогда можно просто сообщить властям, и они со всем разберутся.

Хотя сейчас ему было не до того — время было на исходе, пакет памяти матриарха стремительно разрушался. Так что два следующих цикла он занимался все тем же — обходил племена аранеа, обучаясь работе с пакетами памяти и мышлением паучих. Впрочем, в конце обоих циклов он штурмовал врата — но уже не пытаясь пробиться к колодцу душ. В этом попросту не было смысла — он совершенно в этом не разбирался и не думал, что сможет что-то узнать. Вместо этого он изучал особняк, составляя карту и проверяя, нет ли там еще чего интересного. Увы, больше ничего интересного не было. Во всяком случае, по сравнению с ловушкой душ в сердце особняка.

Он также пытался изучать амулеты-слезинки предводителей ибасанцев — и тоже без особых успехов. Несмотря на его опасения, попытки анализа не призвали к нему Кватач-Ичла — с другой стороны, ничто не говорило и о том, что он держит в руках магический ключ. Оставалось лишь предположить, что ключом был сам материал амулета. Зориан не смог определить его, да и уничтожить амулет тоже не вышло. Это сразу напомнило материал, из которого был сделан скелет Кватач-Ичла — столь же темный и стойкий к воздействиям.

Хоть Просвещенные Поборники и оставались его основными учителями, за эти два цикла Зориан обошел те восемь паутин, о которых узнал от Посвященных Молчащих Врат. К сожалению, хоть какую-то пользу удалось извлечь лишь из трех — Храм Разума, Творцы Совершенных Фантомов и Сторонники Созерцания. В первом цикле он учился у аранеа Храма Разума, во втором — у Творцов. Со Сторонниками дело не заладилось — они слишком любили загадки и уклончивые ответы.

Храм Разума специализировались на памяти — хоть и не читали ее, а оттачивали собственную. Они многому научили его о пакетах памяти, впрочем, все это относилось к созданию своих, а не восстановлению чужих. Теперь он овладел методикой в достаточной мере, чтобы никогда не забывать нужное. Это, как минимум, позволит ему значительно сократить объем записей, что он сохраняет в конце цикла — метод магии изменения был хорош для чужих сведений, вроде рецептов Каэла, но для собственных нужд ментальная магия подходит куда лучше.

Имя Творцов Совершенных Фантомов говорило само за себя. Они работали с иллюзиями — как из света и звука, так и мысленными внушениями. Они ничем не могли помочь с разрушающимся пакетом, но ведь его содержимое еще придется читать и расшифровывать — а Творцы знали очень многое о ментальных различиях между людьми и аранеа. Они были просто обязаны знать — иначе их иллюзии не действовали бы на людей.

Но, сколь ни была полезна их помощь, в итоге лишь один способ действительно помогал ему лучше понять разум аранеа — обезвредить пару-тройку и насильно считать их память. Даже когда Лукав изготовил ему зелье трансформации в аранеа, это дало меньший эффект.

В конце второго цикла он вновь попытался восстановить пакет матриарха. Это была его последняя попытка, и он рассчитывал получить четыре или пять месяцев отсрочки.

В итоге он получил всего три.

Проклятье.

Пусть до открытия пакета матриарха и оставалось всего три месяца, Зориан решил прекратить учиться у аранеа и вернуться в Сиорию, как обычно, взяв с собой Кириэлле. Особого смысла продолжать обучение не было — он все равно больше не мог чинить пакет памяти, а единственным, что еще помогало, были нападения на паучих и чтение их разума. На это ему не требовалось выделять весь месяц. К тому же он хотел обсудить Судомира и его замыслы с Каэлом — все же морлок был единственным некромантом среди друзей Зориана.

Впрочем, он не стал рассказывать о Судомире немедленно — это наверняка расстроит парня, ведь многие из его друзей и знакомых были убиты мэром-некромантом и, вероятно, тоже оказались в ловушке душ. Не лучшее, что можно добавить к словам, что ты путешественник во времени, и менее, чем через месяц ожидается опустошительное вторжение ибасанцев. Пусть Каэл спокойно ознакомится со своими тетрадями — поговорить о Судомире можно и потом.

К его вящей досаде, возвращение в Сиорию означало, что ему опять придется терпеть дурацкие занятия с Ксвимом. Левитировать шарики, заставлять их светиться разными цветами, собирать из них разные формы… Тоска смертная. Стоп, слить два шарика в один? Чего? Раньше Ксвим никогда не давал задания из раздела изменения. Но неважно, он уже изучал упражнение самостоятельно — ничего сложного.

Ксвим хмурился. Ему удалось удивить этого непробиваемого типа — стоит ли радоваться, или, наоборот, волноваться?

Радоваться не стоило. Задания Ксвима становились все более необычными. Зориану пришлось левитировать воду, замораживать ее, создавать из льда идеальный куб, потом разрубать его надвое, не раскрошив, преобразовывать монету, выжигать изображения на деревянной пластине, заставлять монету вращаться, лепить из свечного воска, держать ладонь над свечой, не обжигаясь, заставлять кости падать нужной стороной, чинить испорченные часы, заставить цветок увянуть, телепортировать улитку…

Многие задания оказались ему решительно не под силу, особенно последние. С другими он справился, хоть и не совсем так, как хотел куратор. Но, невероятно, вместо того, чтобы торжествующе остановить его и заставить повторять, пока не получится, Ксвим называл следующее задание, словно желая знать все, на что он способен.

— Скажите честно, — начал Ксвим, — вы действительно Зориан Казински?

— Да… — ошарашенно ответил Зориан. — А почему вы спрашиваете?

— Вы слишком хороши, — прямо заявил Ксвим.

Что? Теперь, значит, он слишком хорош? С ума сойти. Что так впечатлило этого типа? Вроде бы он не показывал ничего более существенного, чем обычно.

— Сочту это за комплимент, — ответил он. — Но я определенно Зориан Казински, никаких сомнений.

— Тогда как вы объясните свои навыки в плетении? — спросил куратор. — Они совершенно невозможны для вашего возраста и известной биографии. Неважно, насколько вы талантливы — ваше плетение слишком… проработано, это может быть лишь результатом долгих лет практики.

— Я рано начал тренироваться, — попытался он.

Ксвим ответил скептическим взглядом.

— Буду откровенным с вами, мистер Казински, — вздохнув, сказал он. — Я знаю, что это я научил вас тому, что вы демонстрируете. Не всем упражнениям, нет — но тем, которыми вы овладели должным образом. Вы не только демонстрируете приемы, которым не учит более никто из известных мне наставников, но и знаете меня достаточно хорошо, чтобы предугадывать мои следующие слова.

Уупс… А он даже не заметил.

— Но тут есть небольшая проблема, мистер Казински, — подавшись вперед, продолжил Ксвим. — Я не припоминаю, чтобы я обучал вас. И поверьте мне, у меня очень хорошая память. А теперь я хотел бы услышать ваше объяснение.

Зориан молчал целую минуту, лихорадочно соображая, что ему ответить. Он мог бы уйти в несознанку, но вряд ли Ксвим оставит его в покое, а самое простое объяснение феномена — что он использовал на кураторе магию разума. Учитывая, что технически он вполне на это способен — и что это несложно выяснить — лучше не доводить дело до официального расследования.

Он мог бы активировать переключатель и завершить цикл, но это… было явно избыточно. Он всегда может сделать это позднее, если дела пойдут совсем плохо. Плюс к тому, это привлечет ненужное внимание Зака и Красного.

А так ли плохо, если он расскажет правду? Ксвим умеет защищать свой разум и явно не из болтливых. Как бы куратор ни раздражал его, он — сильный взрослый маг с обширными познаниями в разных областях магии. Он мог бы быть очень полезен, если удастся его убедить.

— Я жду, мистер Казински, — поторопил его Ксвим.

— Ну хорошо, — сдался Зориан. — Правда в том, что мы все заперты в некой временной петле. Месяц до летнего фестиваля бесконечно повторяется, но большинство людей не сохраняют память об этом. Впрочем, некоторые помнят, и я — в их числе…

Ксвим молча слушал его, не задавая вопросов и не выказывая недоверия. Конечно, Зориан рассказал не все — например, не стал упоминать о вторжении, да и о себе рассказал лишь необходимый минимум. Определенно не стоит говорить куратору, что он может влезть ему в голову, раз уж тот уже подозревает его в этом.

Наконец он закончил, и в кабинете повисла тишина. Ксвим задумчиво молчал, Зориан терпеливо ожидал его реакции.

— То есть, — наконец сказал Ксвим, — вы утверждаете, что проходили эти занятия уже несколько лет, но через несколько недель я вновь обо всем забуду?

— Да, — подтвердил Зориан.

— Наверное, вам пришлось несладко, — как-то неожиданно искренне заметил куратор.

— Эээ… — протянул Зориан, не зная, что ответить.

— Я все еще сомневаюсь, стоит ли вам верить, — пояснил Ксвим. — Это совершенно невероятно. Но, если вы говорите правду, то я должен принести извинения за… свои прежние воплощения. Видите ли, я, как правило, очень требователен к своим ученикам — первые месяц-два.

…Что?

— Что? — спросил Зориан, не веря своим ушам.

— Это закаляет характер и отсеивает непригодных, — пожал плечами Ксвим. — К тому же, большинству студентов, распределенных ко мне, пойдет на пользу поумерить спесь. Увы, в условиях этой вашей «временной петли» все иначе. Знай я о сложившейся ситуации, я не стал бы подвергать вас такому отношению в течении нескольких лет.

Зориан не знал, то ли засмеяться, то ли дать этому типу в морду. Он по месяцу издевается над студентами, чтобы закалить им характер? Что за идиотизм? Как ему вообще такое пришло в голову?

— Знали бы вы, как мне хочется вас ударить, — честно признался он. — Просто слов нет!

— Расширением вашего словарного запаса мы займемся позже, — отмахнулся Ксвим, пододвигая к нему бумагу и ручку. — А теперь берите ручку и выписывайте факты, что могут подтвердить ваши слова.

Напоследок одарив Ксвима яростным взглядом, Зориан начал писать. Да уж, этот цикл явно будет непрост…

Глава 49. Замена

Путешествие во времени не так-то легко подтвердить. Его доказательства обычно сводятся к обладанию невероятными знаниями и навыками — но, увы, редко бывают убедительны — «невозможность» путешествия общеизвестна среди магов. Магия предоставляет едва ли не бесчисленное разнообразие способов узнать недоступное — и безо всяких перемещений во времени; нехарактерные же умения могут попросту означать, что демонстрирующий их — не тот, за кого себя выдает. Почти все, что Зориан мог перечислить Ксвиму, было вполне возможно объяснить обыкновенной хитростью.

И все же, пусть он и не знал, поверит ли ему куратор, Зориан не сомневался, что выписанные им факты заставят Ксвима хотя бы задуматься. Циклы во многом разнились между собой, но что-то оставалось неизменным — так что он мог предоставить множество мелких предсказаний. Что будет написано в газетах, какие распродажи пройдут в магазинах перед фестивалем, каких студентов отзовут домой из-за вторжений монстров. Хорошо, что с начала цикла прошла всего неделя — события не успели значительно отклониться от обычного курса.

Каждый из его прогнозов можно было легко объяснить — по отдельности. Но все вместе? Даже будь он лучшим в мире супершпионом, это все равно не объяснило бы всего.

Он передал листок Ксвиму, тот, молча прочитав список, кивнул и убрал его в карман. Затем сообщил Зориану, что попытается проверить его теорию на выходных, так что ожидает его в понедельник.

Ну, как-то так. Учитывая обстоятельства — уже неплохой результат. Зориан даже опасался, что куратор раскритикует его почерк и заставит переписывать, пока не добьется «приемлемого» результата. Попрощавшись с Ксвимом, он вышел из кабинета.

Он шел домой, размышляя, как бы ему подвести Каэла к разговору о ловушке душ Судомира, когда заметил, что ему издалека машет зеленоволосая девушка. Застигнутый врасплох, он даже не сразу сообразил, кто это, при том, что зеленые волосы очень редки и говорят сами за себя. Его одноклассница, Коприва Рейд.

Он неуверенно помахал в ответ. Может, это обычная вежливость — с другой стороны, он и раньше встречал Коприву вне стен академии, и тогда она так себя не вела. Просто кивала при встрече, или говорила «привет», если он здоровался с ней, но никогда не привлекала внимания первой. Что и неудивительно — она его совершенно не знала, как, впрочем, и большинство одноклассников. Так почему сейчас…

А, впрочем, неважно. Сейчас он и так все узнает — она перешла улицу и направлялась прямо к нему.

Зориан рассматривал приближающуюся девушку, гадая, не влип ли он в очередную неприятность. Вроде бы нет — он не ощущал от нее ни враждебности, ни тревоги, но рядом с ней он всегда чувствовал себя неуверенно. Сейчас не так сильно, как до петли — раньше он вообще по возможности избегал ее — но и сейчас у него не было желания связываться с кем-то из Дома Рейд. Даже сейчас он ничего не сможет сделать, если его напичкают химией — химией, с которой работает этот Дом.

И это опасение явно разделяли и остальные. Коприва была высокой, фигуристой девушкой — что было особенно очевидно сейчас, когда она шла к нему — но за годы обучения мало кто осмелился ухаживать за ней. Даже Бенисек не рисковал с ней заигрывать — что само по себе впечатляло. Зориан был уверен, что во всем классе лишь Коприва и Акоджа избежали внимания Бена.

— Зориан, ты не поверишь, как я рада тебя видеть, — сказала она, подойдя. Он удивленно приподнял бровь. — Ты ведь живешь в одном доме с Каэлом, так?

— Да, — заинтересовавшись, ответил он.

— Отлично. Я договорилась встретиться с ним по одному делу, и он объяснил, как пройти к этому «дому Имайи», но… Кажется, я что-то не так запомнила, и не могу найти дорогу, — объяснила она. — Может, ты подскажешь, как пройти?

— Я могу не только подсказать. Я как раз иду туда, так что, если не возражаешь, могу проводить.

— Здорово! На это я и надеялась, — ухмыльнулась она. — Тогда веди. И не рассказывай другим, что я заблудилась, хорошо? Это пипец как стыдно, не представляю, как я так облажалась. Если Каэл спросит, скажи… что мы встретились по пути. В принципе, так оно и есть.

Зориан кивнул, и они зашагали к дому Имайи. Правда, он не удержался и слегка нахмурился. «По одному делу», значит? Это то, что он думает?

Увы, Коприва заметила — и сделала собственные выводы.

— Эй, что за взгляд? — запротестовала она. — Тебе что, не нравится, что я зайду к вам в гости?

— Не в этом дело, — поспешно ответил он. А она обидчива… — Просто я не так это себе представлял, когда Каэл сказал, что нашел кого-то, кто достанет «редкие» реагенты. Я думал, это будет кто-то… ну, постарше.

Чистая правда — когда Каэл сказал, что нашел, где достать довольно много запрещенных к свободной продаже ингредиентов, Зориан подумал, что морлок нашел некий подпольный магазин или что-то в этом духе — а не купил их у одноклассницы. С другой стороны, стоит признать — идея не так уж плоха. Дом Рейд специализируется на выращивании магических растений и переработке их в алхимические реагенты. Также ни для кого не секрет, что они поставляют наркотические вещества и запрещенные препараты и тесно связаны с преступными группировками. Пару лет назад было нашумевшее судебное разбирательство, когда выяснилось, что во главе нескольких банд контрабандистов стоят «изгнанные» члены Дома — но суд закончился ничем. Дом Рейд владеет немалой долей полей, теплиц и лесных хозяйств Эльдемара — как и многими секретами этого ремесла, так что правительство предпочло с ними не ссориться.

Так что да, подход Каэла был логичен — хоть Зориан и удивился, что это сработало. На месте Копривы он бы заподозрил подвох и гневно отмел любые намеки на незаконную деятельность. Надо будет узнать у Каэла, как он добился ее согласия — может, какой-то секрет? Ведь он и сам собирался иметь дело с преступными группировками.

— Погоди, так ты в курсе? — удивилась она.

— Угу. Нас можно назвать партнерами, — ответил он.

— Хех, — она оценивающе оглядела его. — А по тебе и не скажешь. Ты, как бы сказать, слишком правильный. Впрочем, ты весьма целеустремлен — а дедушка всегда говорит, что законными путями многого не добьешься.

Да уж, спасибо старшим за их жизненную мудрость.

— Сказать по правде, я бы тоже не подумал, что ты занимаешься подобным, — заметил он. — Наверное, было не слишком приятно, когда Каэл пришел к тебе с запросом? Не раздражает, когда одноклассник уверен, что ты замешана в «негласных» делах семьи, просто потому, что ты из Дома Рейд?

Она пренебрежительно фыркнула.

— Они все так думают, просто молчат из вежливости. Во всяком случае, большую часть времени. К тому же на его счет и у меня были кое-какие подозрения. Я, знаешь ли, не соглашаюсь на сделки с кем попало. Если бы обратился ты — я, наверное, послала бы тебя на хрен. А если б ты не отстал — стукнула бы. Но Каэл — морлок, так что я посчитала, что он серьезен. У морлоков тоже есть, как бы сказать, определенная репутация…

А. Так вот почему все сработало.

Потом Коприва попыталась вызнать, зачем им запрещенные реагенты и откуда они взяли деньги на их покупку. Зориан ответил на первый пункт — для медицинского исследования (чистая правда, если Каэл не обманул), оставив денежный вопрос без ответа. Он в свою очередь, поинтересовался, не планирует ли она сообщить о них куда следует — читая ее поверхностные мысли для гарантии. Она, само собой, отвергла такой вариант — насколько он мог судить, правдиво — причем подозрение скорее позабавило, чем обидело ее. Хотя она и не верила, что ингредиенты нужны в медицинских целях — но Зориан не стал ее переубеждать.

Потом разговор сбавил обороты, став более обыденным. В основном про академию — безобидная, нейтральная тема — но Коприва не упускала случая поинтересоваться его личной жизнью. Любопытно — в прошлых циклах, когда она посещала тренировочную группу, она не была так разговорчива.

За разговором они наконец дошли до цели, и Коприва познакомилась с Имайей. То ли домовладелица никогда не слышала о Доме Рейд, то ли лучше владела лицом, но кажется, она была искренне рада гостье. И настояла, что переходить к делу, ничем не угостив — откровенная грубость.

— Никаких дел на голодный желудок, — заявила она лекторским тоном. — Это закон.

И, раз уж Коприва ничуть не возражала против домашнего печенья, Зориан тоже уступил. Он никуда не торопился.

Наверное, ему не стоило удивляться, когда Коприва попросила пива — и когда у Имайи оно нашлось. Он тайком преобразовал напиток в безалкогольный, но это оказалось роковой ошибкой — вкус стал еще хуже.

В итоге сделка была благополучно заключена — правда, короткий визит затянулся далеко за полдень. Коприва познакомилась с Кириэлле и на удивление хорошо поладила с ней. Надо будет серьезно поговорить с сестрой, что можно и что нельзя упоминать в присутствии зеленоволосой — Коприва сказала, что еще пару раз зайдет, занося материалы. Наверное, стоит поговорить и с Имайей, на случай, если та не знает, с кем имеет дело.

Но в целом все это не вызывало особого беспокойства. Сделку заключил Каэл, Зориан только оплатил — вот пусть Каэл ей и занимается.

Боги свидетели, Зориану и так есть чем заняться.

На выходных он собирался все два дня охотиться на аранеа и читать их память, готовясь к открытию пакета матриарха, но его план не выдержал столкновения с реальностью. Выбранная первой целью Пылающая Вершина оказалось совершенно неподходящей жертвой.

Они были воинственным племенем, искусным в магии и телепатии, и всю жизнь посвящали конфликтам с соседними паутинами. Патруль, который он выследил, казался Зориану легкой добычей — но только казался. Аранеа бились безупречно слаженно, у них нашлась какая-то ментальная атака, частично проходящая сквозь его щиты, и даже само место столкновения оказалось заранее подготовленным. В итоге его заманили к взрывной печати — он никак не ожидал, что валун в двух шагах от него рванет. Зориан почти сумел принять взрыв на щит, но серьезно повредил руку, не считая бесчисленных царапин и ссадин. И голова буквально раскалывалась от пропущенных ментальных ударов.

Зориан активировал заклятье возврата и бежал.

Как потом выяснилось, в целом он не особо пострадал, но на выздоровление все равно ушло несколько дней, даже с целительными зельями Каэла. Атаковать других аранеа в таком состоянии явно было очень плохой идеей — так что от планов пришлось отказаться. Проклятье.

Ну, зато Каэл был счастлив. С тех пор, как он выяснил, что Зориан может телепортироваться по всей стране, морлок все пытался подбить его на вылазку в северные пустоши, пособирать редкие травы и грибы для его исследования. Зориан был решительно против, считая затею тратой времени… но раз уж его планы на выходные провалились, а сам он был не в лучшей форме для других занятий — он пошел Каэлу навстречу.

В итоге в это воскресенье он вместе с морлоком гулял по лесу. Он ожидал, что его задачей будет телепортировать их с места на место и защищать от хищников, но Каэл был непривычно общителен и объяснял все, что делал. Каждый раз, находя искомое растение, алхимик рассказывал, почему этот вид встречается только в таких условиях, для чего он применяется и как его правильно собирать. Причем все это было редкими и ценными сведениями, которые не найдешь в книгах — мастера предпочитали не делиться подобными тонкостями. Если слишком много людей отправится за редкими травами, можно запросто загубить весь вид, так что гербалисты передавали секреты только своим ученикам. И даже это не спасло некоторые виды от полного уничтожения, что несколько сократило доступный алхимикам выбор зелий.

Так что да, это было полезно. И все же…

— Я так и не понял, почему ты хочешь собирать все это лично, — проворчал Зориан, срезая ножом речную траву. Тут был свой секрет: резать нужно быстро и в точно выбранном месте, иначе алхимические свойства травы будут утрачены. Не так-то просто с раненой рукой. — Мы могли бы сэкономить кучу времени, купив все в магазинах. Да, дорого, но мы можем себе это позволить. Легко. Время сейчас дороже денег.

— Боюсь, ты ошибаешься, — покачал головой Каэл. Морлок присел на корточки неподалеку, разглядывая здоровенный валун, словно это была интереснейшая вещь в мире. Зориана подмывало спросить, что в этой глыбе такого, но, подумав, решил, что ему не хочется это знать. — То, что мы собираем здесь, очень сложно найти в магазинах. Богатые и влиятельные алхимики скупают все непосредственно у поставщиков, до прилавков почти ничего не доходит.

— Правда? — удивился Зориан. — Странно. Если на них такой спрос, то почему никто не выращивает их на продажу? Ну, знаешь, как дом Рейд и подобные ему.

— Не каждое растение можно вырастить в искусственной среде, — ответил Каэл. — Множество из них по ряду причин не выживает нигде, кроме естественной зоны обитания — а воссоздать ее не всегда возможно, или неоправданно дорого. Другие прекрасно вырастут — но утратят алхимическую ценность при малейшем отклонении от нужных условий. Некоторые можно пересадить в сад, и они приживутся, но семян уже не будет. Некоторые растут так долго, что никто не станет ждать, пока они вызреют.

— Хорошо, я понял, — прервал его Зориан. — Магические растения сложно окультурить. Вообще говоря, я и так это знал, просто растения, что мы собираем, не кажутся… ну, чем-то особенным. Но если ты говоришь — поверю на слово. Сам я не тяну на эксперта в ботанике.

— Как и я сам, просто знаю кое-что в этой области. Приемная мать настояла, что если хочу стать настоящим алхимиком, то я должен это знать, — Каэл поднялся на ноги, отбросив комок мха, что только что рассматривал. — Ты закончил? Помощь нужна?

— Вот, — Зориан протянул ему срезанную траву. — Кажется, все сделал правильно, но на всякий случай — проверь.

Каэл оглядел пучок в его руках и тут же выкинул три стебля, которые Зориан, сам того не заметив, испортил. Как он их отличил — оставалось только гадать.

— Думаю, здесь мы закончили, — Каэл коротко огляделся. — Вряд ли здесь можно найти что-то еще, не углубляясь в лес. Как думаешь, ты уже можешь телепортировать нас в следующую точку?

— Конечно. Мой резерв давно восстановился.

— Тогда отправляемся. На этот раз глубже в пустоши. Мы за весь день не встретили ничего действительно опасного, так что я хотел бы поискать призрачный плющ или луноцвет, — Каэл указал на север.

Зориан кивнул, не беспокоясь о возросшей опасности. Да, в северных лесах хватало тварей, способных его убить, но он наверняка успеет засечь их вовремя и телепортировать обоих. Минуту спустя они возникли на новом месте, и Каэл начал осматривать окрестности.

— Все же телепортация очень удобна, — заметил беловолосый парень. — Не могу дождаться, когда и я научусь. Как думаешь, сколько мне понадобится времени?

— Не знаю. Год или два? — предположил Зориан. — Если наляжешь на плетения. Мы можем всего за пару месяцев составить для тебя оптимизированный план тренировок, как сделали его для Тайвен.

— Ха… Возможно, когда-нибудь я поймаю тебя на слове, — ответил морлок. — Сейчас — нет, я и так трачу слишком много твоего времени и нервов. Не буду наглеть.

— За время петли ты уже очень помог мне, — заверил его Зориан. — И, на мой взгляд, заслуживаешь того же.

— Вот как, — задумчиво произнес Каэл. — Тогда я хотел бы побеспокоить тебя насчет всех этих исчезновений вокруг Князевых Дверей. Многие из этих людей были моими друзьями и знакомыми, и их судьба очень меня беспокоит. Я знаю, что в этих циклах ты очень занят, но, может, потом сможешь расследовать эти происшествия?

Что же. Он не планировал сегодня поднимать эту тему, но, наверное, сейчас самое время рассказать Каэлу о Судомире и его ловушке душ.

— Вообще-то, насчет исчезновений…

Зориан подозревал, что Каэлу не понравится рассказ — и его подозрения оправдались. Чего он не ожидал, так это в какую ярость придет его друг, выслушав до конца. Совершенно потеряв голову, морлок потребовал, чтобы они немедленно переместились к поместью Яску и занялись ловушкой. Потребовался почти час, чтобы убедить его, что это на редкость плохая идея — Зориан был ранен, Каэл ослеплен эмоциями, и оба совершенно не подготовлены к штурму.

— Ты ведь понимаешь, что это значит? — спросил Каэл. Вопрос явно риторический, поскольку он сам тут же ответил. — Каждый раз, когда ты умирал во время вторжения, твою душу вместе с другими засасывало в эту штуку.

— Да, и что? — спросил Зориан. — Механизму петли это явно безразлично. Он просто выдергивает душу из этой колонны назад и продолжает, как обычно.

Хотя если подумать, это само по себе давало подсказку, как действует петля. Может быть, механизм петли настолько могуществен, что без проблем извлекает его душу из гигантской тюрьмы, наверняка защищенной всеми возможными способами… а может быть, ее принцип действия попросту обходил подобные сложности. Если в конце цикла все действительно уничтожается и откатывается назад, то покуда душа цела, ее местоположение не имеет значения.

— Да, и процесс сбора душ, судя по всему, достаточно щадящий, чтобы твоя душа не понесла заметного ущерба даже после стольких раз, — сказал Каэл. — Что же, это немного успокаивает. Но, Зориан… я правда не знаю, чем я могу тут помочь. По большому счету, я всего лишь новичок; а Судомир, очевидно, настоящий эксперт в магии душ. И он глубоко погрузился в те области, которых я не стал бы даже касаться — так что даже будь я опытней, это ничего бы не дало. В ближайшие пару дней я посмотрю, что можно сделать, но скорее всего, чтобы справиться с Судомиром, понадобится помощь кого-то другого.

— У тебя нет никого на примете? — рискнул Зориан.

— Я уже дал тебе список людей, касавшихся магии душ — но Судомир разобрался с большинством из них, — Каэл грустно покачал головой. — Извини. Может, попробуешь того воинствующего жреца, друга Лукава? Он очевидно имеет немалый опыт в магии душ и, похоже, может помочь. Да и в целом тебе стоит обратиться к церковникам. Они регулярно сталкиваются с подобными Судомиру, так что располагают как опытом, так и нужными исполнителями. Уверен, они не проигнорируют твое обращение — церковь относится к проблеме некромантии очень серьезно, да и проверить твои слова очень легко — достаточно телепортировать кого-то из них к поместью Яску, и они сами найдут доказательства.

— Интересная мысль. Может, я и попробую ее в следующем цикле, если ты не придумаешь ничего другого, — сказал Зориан. — Хотя меня беспокоит, что все это может вылиться во что-то крупномасштабное и привлечь внимание Красного. Судомир тесно связан с ибасанцами, и атака на Яску угрожает раскрытием всего их заговора.

— На самом деле, это может быть к лучшему, — задумчиво сказал Каэл. — Красный считает, что ты — часть враждебной ему армии путешественников, так? В таком случае наоборот будет более подозрительно, если ты время от времени не устраиваешь чего-то крупномасштабного.

— Ну, возможно, — сказал Зориан. — И все равно, это слишком явная подсказка Красному, где искать его врагов. Как по мне, так выделяться слишком опасно.

Вскоре они исчерпали доводы, и повисло неловкое молчание. Каэла явно угнетала невозможность чем-то помочь против Судомира, его настроение портилось все дальше, и Зориан понятия не имел, как его ободрить. Да и не факт, что сам Каэл хотел бы ободрения. Наконец морлок решил завершить поход и попросил Зориана телепортировать их домой.

Поход за реагентами наконец закончился.

И вот пришел понедельник, а с ним и визит к Ксвиму. Куратор не уточнял, когда ему следует подойти, так что Зориан собирался зайти к нему после занятий. Ксвим, как выяснилось, не разделял его точку зрения. Он не собирался ждать и устроил небольшой переполох, явившись на первый урок и забрав Зориана. Непонятно, хорошо это или плохо, а сам Ксвим отказался обсуждать что-либо, пока они не заперлись в его кабинете.

— Итак, — спросил Зориан, — каков ваш вердикт?

Вместо ответа Ксвим достал из шкафчика каменный шар размером с ладонь и вручил ему.

— Направьте туда ману, — распорядился он.

Стоило Зориану направить в шар ману, как тот вспыхнул мягким желтоватым светом. Знакомо. Эта штука напоминает простейшие тренировочные шары, с которыми они занимались на первом курсе — их используют, чтобы научить студента контролировать поток энергии. Сейчас-то ему зачем…

Стоп…

— Эта штука сверяет сигнатуру моей маны? — поинтересовался он.

— Да, — подтвердил Ксвим. — Личная мана каждого уникальна. Можно скрыть или изменить сигнатуру своей маны, но подделать чужую, насколько мне известно, нельзя. Как максимум, вы могли бы добиться от шара ложного срабатывания, но я бы заметил, что вы в нем копаетесь. Похоже, вы — действительно тот, за кого себя выдаете, мистер Казински. Я так и предполагал, но не проверить было бы безответственно.

— Сначала замок, настроенный на мою ману, теперь это… Откуда вообще у академии сигнатура моей маны? Не припоминаю, чтобы я сдавал ее, — Зориан протянул шар обратно Ксвиму.

— Это происходило каждый раз, когда вы пользовались тренировочными шарами на первом курсе, — Ксвим качнул шар перед ним. — Оставалось лишь сохранить шар для дальнейшего использования.

— Это вообще законно? — нахмурился Зориан.

— И даже предписывается, — кивнул Ксвим. — Правительство хочет иметь сигнатуры каждого мага. Это значительно упрощает, к примеру, процедуру идентификации.

— Ясно, — вздохнул Зориан. — А теперь, когда мы выяснили, что я действительно Зориан Казински…

— Да, проблема «временной петли», — Ксвим убрал шар в ящик. — Полагаю, вы знакомы с господствующим мнением о путешествиях во времени?

— Считается, что они невозможны, — кивнул Зориан. — Я знаю. Но это всего лишь теория…

— И множество неудачных экспериментов, — прервал его куратор.

— …и мой личный опыт утверждает обратное, — проигнорировал его Зориан. — Что бы ни гласило господствующее мнение, я знаю, что путешествие во времени возможно. Вопрос лишь в том, смогу ли я убедить вас.

— По крайней мере, вы убедили меня, что в вашей истории что-то есть, — сказал Ксвим. — Но, боюсь, чтобы поверить во временную петлю, мне понадобится дополнительное убеждение. Как думаете, сможете вы прояснить для меня кое-какие моменты?

Следующие полтора часа Ксвим расспрашивал его о механике временной петли и сопутствующих событиях. Расспросы были весьма дотошны — куратор наверняка понимал, что Зориан что-то скрывает, но не требовал раскрыть все. И ничего не записывал, просто глядел на него, молча слушая ответы — что, честно говоря, нервировало.

— Материальный мир отрезан от духовных планов? — Ксвим поднял бровь. — И вы не удосужились включить этот факт в список, что составили в пятницу?

— Ну, а что это доказывает? — защищаясь, возразил Зориан. — Ничего, касающегося временной петли.

— Нет, но это смягчает одно из очевидных несоответствий в вашей истории, — сурово посмотрел на него Ксвим. — А именно — невероятный размах описываемого феномена. По вашим словам, петля действует в космическом масштабе — не просто отсылает вашу душу назад, но буквально откатывает назад все, кроме вас и других путешественников. Невероятное заявление. Вселенная слишком велика, а известная нам магия имеет четкие ограничения. Но если временная петля отсекает материальный план от духовных — значит, ее зона действия уже ограничена, что делает концепцию куда более убедительной. Вы спрашивали у астрономов, нет ли странностей в движении звезд и планет?

— Нет, — нахмурился Зориан. — А почему вы думаете, что должны быть странности?

— Потому что любой грамотный разработчик заклятий стремится минимизировать расход маны, сколько бы ее ни было в запасе, — пояснил Ксвим. — Если бы я разрабатывал заклятье временной петли, что вы описываете, я бы не стал расширять зону действия сверх необходимого минимума. Зачем напрасно тратить энергию? Никто никогда не достигал соседних планет, не говоря уже о звездах. Можно просто заменить небо иллюзорным экраном, и остановиться на этом. Большинство людей не заметят разницы.

— Но могут заметить астрономы, — закончил за него Зориан.

— Да. В особенности, если заклинание, как вы говорите, родом из эпохи первого икосианского императора. Тогда не было телескопов, и даже лучшие звездочеты могли полагаться лишь на остроту своего зрения. Иллюзия, достаточная для того времени, будет очевидно недостаточна сейчас.

— Наверное, можно попробовать, — с сомнением сказал Зориан. — Хотя я и сомневаюсь, что из этого что-то выйдет. Уверен, что нельзя просто вырвать одну планету из системы небесных тел, не вызвав чудовищных катаклизмов, что убьют нас всех.

— Где-то должен быть предел, — сказал Ксвим. — Я поговорю с парочкой знакомых астрономов, послушаю, что они скажут. Вы же сделайте пометку в следующий раз включить в список факт отсечения от духовного плана. Это сразу сделает вашу теорию куда правдоподобнее. И не забудьте подписать список вот этим.

Ксвим достал из кармана полоску бумаги и передал ему. На ней безупречным почерком был записан длинный ряд букв и цифр. Насколько мог судить Зориан, никакой закономерности в их последовательности не было.

— Некое шифрованное послание? — вслух предположил он.

— Что-то вроде того. За прошедшие годы я продумал много разных сценариев, и в их числе — если я подозреваю, что моя память будет изменена против воли, и хочу оставить послание для себя в будущем, — удивил его Ксвим. Вот это паранойя… Но мысль хорошая, надо будет придумать что-то аналогичное. — Вам придется в точности запомнить последовательность — малейшая ошибка, и все это утратит смысл.

Зориан за несколько секунд запомнил код и немедленно создал небольшой пакет памяти, сохраняя это знание навсегда.

— Готово, — он вернул записку Ксвиму. — Что дальше?

Он думал, что Ксвим тут же спалит бумажку — как в приключенческих книгах, что он читал в детстве — дабы не допустить ее попадания не в те руки. Но нет, Ксвим просто сунул ее в карман и задумчиво посмотрел на Зориана. Ну, так не интересно.

— А вот это, мистер Казински, я должен спросить у вас, — ответил Ксвим. — Я опасался, что вы самозванец и что вы изменили мою память. Вне зависимости от того, действительно ли вы путешественник во времени, вы развеяли эти опасения. Сказать по правде, я не вправе требовать чего-то еще. Действительно, что же дальше.

— Ну, технически вы — мой куратор, и помогаете мне развиваться, — сказал Зориан, надеясь, что Ксвим наконец возьмется за дело по-нормальному. Любопытно, на что похоже обучение у него после этого уродского испытания воли.

— К сожалению, сейчас не лучшее время для этого. Мне нужно будет тщательно проверить ваши навыки во всех областях, чтобы решить, как лучше помочь вам, а я и так уже надолго оторвал вас от утренних занятий, — сказал Ксвим. — Но я кое-что подготовлю к нашей встрече в пятницу.

— Надеюсь, не очередной набор упражнений плетения? — не удержался Зориан.

— Нет, — едва заметно улыбнулся Ксвим. — Хоть я определенно намерен исправить все очевидные недостатки в ваших основных навыках и довести мастерство плетения хотя бы до приемлемого уровня, сейчас я намерен максимально развить ваши возможности в магии пространства. В конце концов, именно эта отрасль магии занимается манипуляциями со временем, что в вашей ситуации делает ее приоритетной. Это трудное и требовательное искусство, но, если вы выдержали несколько лет моего испытательного месяца и продолжали приходить, вы обладаете необходимым терпением, чтобы добиться успеха.

Хмм. А ведь звучит неплохо. Хотя первая часть довольно зловещая, но он подождет практики. Вообще-то он и не отказывался научиться новым плетениям, особенно если Ксвим не будет прибегать к изматывающей отработке, как раньше, а будет по-нормальному объяснять, что и как.

В любом случае, на этом разговор завершился, и, попрощавшись с куратором, Зориан вышел из кабинета.

Впервые в жизни он уходил от Ксвима в лучшем настроении, чем пришел.

Следующие несколько дней ему пришлось ждать, пока постепенно пройдут последствия его неудачной атаки на Пылающую Вершину, и его здоровье восстановится. Каэл по-прежнему сидел, зарывшись в книги по некромантии, возился с каким-то заклятьем и отказывался говорить про Судомира. Утверждал, что сейчас занят, и они обсудят все, когда он закончит. Зориан подозревал, что морлок дуется на него за бестактную подачу новостей о ловушке душ, но не мог сообразить, что можно было бы сделать лучше. Может, Каэл недоволен тем, что он так долго тянул? С другой стороны, Тайвен в этот раз отреагировала на его откровения куда лучше. Похоже, она куда более восприимчива, если не ждать срыва.

Так или иначе, период выздоровления был скучен, и Зориан искал, чем бы ему заняться. Он потехи ради воссоздал сохраненные в памяти рисунки Кириэлле и показал ей. Она много хмурилась, изучая работы, особенно те, что изображали интерьеры дома Имайи и его жильцов — но свою руку не признала. Наоборот, раскритиковала неизвестного художника и предложила, как улучшить технику — это было действительно забавно. А потом спросила его, откуда он взял рисунки, и обиделась, когда он честно ответил: из головы.

Последовавший спор каким-то образом перешел в импровизированный урок рисования, а Зориану было достаточно скучно, чтобы всерьез в нем участвовать. К его удивлению, Кириэлле сочла, что у него вполне приличные способности к рисованию. И что он может стать не хуже ее, если приложит усилия. Да уж, учитывая, сколько на нем висело дел — едва ли он наскребет на это время. Впрочем, если в качестве хобби…

В один из этих неспешных дней Зориан направился в библиотеку, подыскать книгу о внутренней политике Эльдемара. Частично из-за того, что слова Судомира о политических интересах могли содержать крупицу правды — и частично потому, что, задумавшись о Доме Рейд, он осознал, как преступно мало знает о ситуации во власти Эльдемара. Конечно, он вряд ли найдет объяснение оговорке Судомира, но немного просвещения тоже не помешает.

По идее, внутренняя картина Эльдемара сравнительно проста. Монархия, в которой власть короля ограничена Советом Старейшин — собранием дворян, что теоретически должно было давать королю советы и помогать в управлении страной. Места в Совете передавались по наследству и принадлежали Благородным Домам. Собственно, это и делало Дом Благородным — место в Совете означало прямое влияние на жизнь страны. Обычный Дом, при всех его привилегиях и свободах, такой возможности не имел.

Конечно, в реальности все было куда более запутанно. Корона и Совет непрерывно конфликтовали, Дома при каждом удобном случае преступали границы своих полномочий, организации вроде Гильдии Магов или Святой Церкви Триумвирата были значимы сами по себе, действуя, как влиятельные и независимые игроки. И это еще не рассматривая разные полуавтономные образования, вроде племен перевертышей или Свободного Порта Луйя.

Словом, все было изрядно закручено, и попытка Зориана разобраться не увенчалась особым успехом. Он уже собирался махнуть рукой и уйти домой, когда наткнулся на Тинами. Точнее, это она на него наткну… подкралась — он стоял неподвижно, спиной к ней, и узнал о ее присутствии лишь по знакомому оттенку мыслей, памятному по занятиям прошлых циклов. Сначала он не собирался показывать, что заметил ее… но раз уж она так старалась заглянуть через плечо и узнать, что он там читает, стоило хотя бы поздороваться.

— Привет, Тинами, — сказал он, не оборачиваясь. Застигнутая врасплох, она немедленно дернулась назад. Ха. Получилось. Он стер ухмылку с лица и повернулся к девушке. — Могу я чем-то тебе помочь?

— Н-нет, извини, — она запнулась, но тут же взяла себя в руки. — Мне было просто интересно, что ты читаешь. И не могу не спросить: «Раскол расколов»? Серьезно? Эту…

Она помедлила, явно подбирая приличное слово.

— Зачем ты читаешь этот хлам?

Зориан посмотрел на книгу в своих руках. Вообще-то он не заметил в ней ничего плохого — впрочем, как и ничего хорошего. Честно говоря, он листал ее лишь по тому, что одна из прочитанных ранее неплохих книг упоминала ее в списке литературы.

— Я пытаюсь разобраться в политическом вопросе, но почти ничего не знаю о политике, — честно сказал он. — Так что читал что попало, листая их в надежде найти нужное.

Он вернул «Раскол расколов» на полку. Книга все равно была чертовски скучной.

— А что за вопрос тебя интересует? — спросила Тинами.

— Я ищу, кому может быть политически выгодно спалить Сиорию дотла, — прямо ответил Зориан. — Разумеется, чисто гипотетически.

— Речь идет о внутренних или внешних силах? — невозмутимо уточнила она.

— Внутренних, — ответил Зориан. — Как я понимаю, за границей число врагов почти бесконечно.

— На самом деле — нет, — поправила Тинами. — Сиория снабжает континент критически важной продукцией. Разве что Суламнон да парочка других стран могли бы желать ее исчезновения.

— Как насчет Улькуаан Ибасы? — поинтересовался Зориан.

— Они? — фыркнула Тинами. — Да что они могут? Их потолок — грабить торговые суда. А пока Эльдемар контролирует форт Орокло, они даже на это толком не способны.

Зориан невнятно хмыкнул. Пожалуй, он не мог винить ее за такой настрой — до вторжения он и сам, вероятно, ответил бы так же.

— Логично, — кивнул он. — Насколько я понял, ты разбираешься в политике?

— Я — наследница Благородного Дома, — Тинами пожала плечами, — и обязана знать такие вещи. Так что да, можно сказать — разбираюсь.

— Превосходно. Тогда не посоветуешь ли мне книгу о внутренней политике, что не будет… хламом?

Он думал, она откажется или подскажет пару названий. Чего он никак не ожидал — что она будет пятнадцать минут таскать его по библиотеке, подбирая материал, в точности соответствующий его вопросу. Когда она закончила, у него в руках были три книги, причем одна из них была устрашающе здоровенной и навевала сонливость одним своим видом. Кажется, просить Тинами о помощи было слегка… неосмотрительно.

— Извини, я слегка увлеклась, — на удивление искренне сказала она.

— Да ничего, — вздохнул он. — Хотя, сказать по правде, я очень сомневаюсь, что прочитаю все это.

И качнул стопкой книг в руках.

— Если выбирать одну из них — возьми «Время лишений», — посоветовала Тинами. О, отлично, это не гроссбух. — Она самая важная из них. Войны Раскола и Плач совершенно изменили политическую картину Алтазии, а Эльдемара — в особенности. Без понимания, какие последствия они повлекли, и как страны боролись с ними, ты никогда не разберешься в политике Эльдемара.

— Понятно, — тихо сказал Зориан. В этом был смысл: Войны Раскола, по сути, создали Эльдемар в его нынешнем виде, да и Плач тоже произошел отсюда. В те дни еще никто не сознавал, какую смертельную опасность он несет, и как тяжело он скажется на судьбе страны. Неудивительно, что эти события так сильно повлияли на все. — Полагаю, дело в вызванной ими массовой гибели магов?

— Вроде того, — ответила Тинами. — Точнее, в попытках восстановить их численность. До Войн Раскола большинство магов принадлежали к Домам — или имели хотя бы одного одаренного родителя. Маги в первом поколении, вроде тебя, тогда были… ну, не то чтобы совсем редки, но распространены куда меньше, чем сейчас. Но после войн и Плача многие из этих Домов и семей пресеклись или разорились, утратив ключевых членов и не в силах справиться с трудными временами. Эльдемар же не желал остаться без магов — кто-то должен был сменить умерших. Итогом стал невообразимый раньше наплыв магов в первом поколении.

— И? — спросил Зориан. — Наверное, я не слишком объективен, сам будучи родом из гражданских, но… в чем проблема?

— Это не то чтобы проблема, — осторожно ответила Тинами. — Но это до неузнаваемости изменило политику страны. Первое поколение поддерживается Гильдией и, соответственно, Короной. Когда Корона в очередной раз сцепляется с Домами или другими независимыми группами, первое поколение единым фронтом выступает на ее стороне. Наплыв обретенных магов позволил Эльдемару невероятно быстро оправиться после войн и эпидемии, но он же укрепил королевскую власть и сделал Гильдию куда более влиятельной, чем раньше, что пугает многие фракции.

— Интересно, — задумчиво протянул Зориан. — Но как это относится к Сиории и людям, что желают ее исчезновения?

— Ну, Сиория незаменима для амбициозных магов первого поколения, — пояснила Тинами. — Большинство других истоков жестко ограничены в производимой мане, что ограничивает магическую деятельность в округе. Обычно их контролирует некая сложившаяся группа, иногда даже Дом, и они не рады новичкам. Провал же ежесекундно извергает невероятный объем энергии, больше, чем мы можем потратить. В Сиории нет дефицита в мане, поэтому никто не считает, сколько здесь магических горнов, лабораторий, и других подобных заведений. Неудивительно, что маги первого поколения стремятся сюда — что делает Сиорию крупнейшим оплотом лоялистов. В политическом смысле она настолько важна для центра, что ее называют второй столицей. И все, кто не в ладах с Короной или Гильдией, хотели бы, чтобы она исчезла. Хотя, думаю, большинство не зашло бы так далеко. Внешнеполитическая обстановка довольно опасна, и никто не хочет серьезно ослабить страну, а Сиория — один из самых населенных городов и центр силы.

— То есть, по твоим словам, противники Сиории, скорее всего, происходят из Домов, недовольных утратой их исторического значения, — подытожил Зориан. Увы, это не объясняло слова Судомира: неизвестно, был ли он из первого поколения, но мэр точно не принадлежал к знати. — Но ведь здесь резиденции многих Домов, и даже Благородных. Твой, например. Или Новеда.

— Не все Дома дружны между собой, — пожала плечами Тинами. — Многие из них были бы счастливы, если бы все Аопэ умерли во сне.

Оу.

— Забавно, что ты упомянул Новеда, — продолжила она. — Ты ведь знаешь, что с ними произошло?

— Все они, кроме Зака, мертвы, — тут же ответил он.

— Да, и затем Корона назначает опекуном Зака Тесена Цвери, — подхватила она. — А он за копейки распродает друзьям и знакомым все имущество Дома, не забывая получать огромную плату за «опекунство». Мало кто осмелится сказать это прямо, но он буквально выпотрошил останки Благородного Дома. А Новеда были очень, очень богаты. Не будь Зак таким идиотом, думаю, он был бы очень зол на городские власти, содействовавшие грабежу. И будь я на его месте, уверена, я бы с радостью спалила Сиорию дотла. Ну, или, по крайней мере, хотела бы.

Хех.

— А знаешь, — сказал Зориан. — Я не отказался бы услышать подробности этой истории…

Глава 50. Сокрытие

Пожалуй, он совсем не удивился, узнав, что Тесен Цвери обворовывает Зака. Во-первых, он знал, что Зак не ладит с опекуном и время от времени без видимых причин устраивает ему взбучку в начале цикла. Во-вторых, в одном из циклов Зак сам сказал ему, что не одобряет то, как Тесен распоряжается его имуществом. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что это не просто расхождение во взглядах. Зориан рассматривал хищения как одно из возможных объяснений ситуации, но не мог представить, зачем Тесену рисковать репутацией ради смехотворных — для человека его положения — сумм.

Оказалось же, что он слишком узко мыслил. Тесен не просто приворовывал из активов Новеда — он откровенно нацелился на все их имущество. Невероятная дерзость. Кто же стоит за Тесеном, если он не боится столь беспардонно предавать оказанное доверие? Что могло заставить королевскую семью назначить столь негодного опекуна последнему из вернейшего Дома?

Словом, спрашивая Тинами о разграблении Дома Новеда, Зориан ожидал услышать целую историю. Длинную, запутанную и драматичную. Но услышал на редкость прозаичный рассказ о простых жадности и коррупции.

Назначение Тесена Цвери опекуном Зака в свое время было совершенно логичным. Он был патриархом Благородного Дома Цвери, давнего союзника Новеда, имел неплохую репутацию. Так что когда он предложил опекать наследника Новеда, никто не возражал — влиятельный аристократ, могущественный маг и союзник Дома — кто справится лучше него?

Увы, его жадность оказалась куда сильнее, чем чувство долга или почтение к павшим союзникам. Стоило ему получить доступ к имуществу Новеда, Тесен не терял ни минуты. В итоге большая часть их состояния была за бесценок распродана членам Дома Цвери, и даже эти гроши вернулись к самому Тесену — в виде «платы за опеку», что он платил себе за столь блестящую работу.

— И никто не возмутился? — не поверил Зориан. — Корона, например? Я слышал, Новеда были близкими союзниками королевской семьи. Или многочисленные вассалы и союзники Новеда — должны же они были сохранить хоть какое-то влияние, и им не могло нравиться происходящее. Да черт, даже другие Благородные Дома — неужто никто не пожелал заступиться за Зака?

— Дом Новеда действительно был верным союзником Короны, — согласилась Тинами. — Но и Дом Цвери — тоже. И, в отличие от Новеда, Цвери перенесли трудные времена без особых потерь. Корона не стала ссориться с одной из своих опор — тогда она не могла себе это позволить. Подозреваю, они были неприятно удивлены действиями Тесена, но предпочли смотреть на это сквозь пальцы.

Она замолчала и чуть нахмурилась, размышляя.

— К тому же я слышала, что Тесен щедро даровал Короне часть реликвий из сокровищницы Новеда, — наконец продолжила она. — Он вообще очень щедро раздавал их богатства. Полагаю, это заткнуло немало ртов.

— Понятно, — пробормотал Зориан. — Они получили свою долю и передумали протестовать. Но все же, если Тесен был так бесцеремонен, как ты говоришь, кто-то должен был вмешаться. Не всех можно купить деньгами — такое не могло остаться без ответа.

— А, ну, я описала ситуацию более явно, чем было на самом деле, — пояснила Тинами. — Видишь ли, Тесен в любом случае должен был приостановить многие проекты Новеда и распродать значительную часть их имущества… Проблема в том, кому он их продал и по каким ценам. Предполагалось, что он соберет из остатков Благородного Дома надежное, отлаженное ядро. Он же пустил все их состояние на обогащение собственной семьи и свою политическую карьеру, оставив Заку лишь мелочь на карманные расходы. Но все не так очевидно, чтобы доказать это — необходимо целое расследование, за время которого Тесен сто раз успеет привлечь свои связи и разобраться с оппозицией.

Что же, если воровство Тесена не раскрыть без детального расследования — это многое объясняет. Например, почему одноклассники не в курсе неприятностей Зака. Большинство из них — отчаянные сплетники, и знай они о проблеме — знали бы все, включая его.

Хотя если Тинами с такой готовностью все ему выложила — почему она не рассказала остальным? Наверное, проще всего спросить у нее самой.

— Ну, если бы мы говорили, скажем, в прошлом году, я ничего из этого не рассказала бы, — ответила она. — Тогда Зак был в нашем классе, и я не стала бы ничего говорить без его ведома. Но, раз он бросил учебу, это уже неважно.

Ах да — поскольку Зак, как обычно, исчез из Сиории в самом начале цикла, многие полагали, что он бросил академию. Да и его многочисленные прогулы в первые два года обучения делали эту версию весьма убедительной…

Интересно, знал ли Зак о махинациях Тесена до временной петли? Зориан склонялся к варианту «не знал» — поведение парня в первые два года ничем не выдавало беспокойства о будущем или злобы на опекуна — но он мог ошибаться. Может, Зак действительно хороший актер.

— Как думаешь, что из всего этого ему известно? — спросил он.

— Не знаю, — ответила Тинами. — Я только раз пыталась его разговорить, и… Уф, кажется, тогда я зашла слишком издалека — он решил, что я с ним заигрываю.

Зориан не удержался от смешка.

— И ничего смешного! — возмутилась она.

Поговорив с ней еще несколько минут, он выяснил, что в случае с Заком Тинами ему не помощник. Она знала о ситуации в целом, но, ожидаемо, никаких деталей. С другой стороны, разговор натолкнул его на мысль — что, если подобное случалось не только с Домом Новеда?

— О да, это время от времени случается, — согласилась с ним Тинами. — После Войн Раскола и Плача многие ослабевшие Дома и семьи были также расчленены. Большинство стран были слишком заняты своими проблемами, чтобы сдерживать хищников, особенно если эти хищники были связаны с правящей верхушкой или влиятельной фракцией. Можно сказать, по сравнению с некоторыми наследниками былых Домов, Заку еще повезло. Других обчистили до нитки и выбросили на улицы без гроша за душой. Но Новеда — все же Благородный Дом, и Тесен не может зайти так далеко. Ему все же нужно прикрытие, на случай, если посыплются обвинения. Так что у Зака все еще есть его особняк и кое-какие средства, на что Тесен всегда может сослаться.

Интересно. Зориан сомневался, что Зак хотел бы в отместку спалить город — для этого он слишком хороший парень — но вот другие, менее удачливые, озлобленные на тех, кто нажился на их беде… Им будет все равно, кто еще пострадает. Может, Красный как раз из таких? Это объяснило бы его стремление уничтожить Сиорию…

Впрочем, пока это всего лишь праздные мысли — все равно никак не проверить. Но вот когда он разберется с пакетом памяти матриарха — пожалуй, стоит отыскать живущих в Сиории разорившихся наследников. Просто на всякий случай.

Его разговор с Тинами вскоре завершился. У обоих были дела, да и она, кажется, что-то заподозрила из-за его интереса к этой теме. К его удивлению, она хотела встретиться еще раз; а может, удивляться и не стоило — она намекнула, что хочет попросить об одолжении. Договорившись о следующей встрече, он попрощался с девушкой и направился домой…

…чтобы, придя, обнаружить там натуральное светопреставление.

Оказывается, Коприва решила сегодня заглянуть к ним, принести реагенты для Каэла. Сама по себе — отличная новость, но вот время для нее оказалось… не самым подходящим.

Она была не единственным гостем. Пришли также и Реа с Ночкой: младшая — поиграть с Кириэлле, старшая — выпить и поговорить с Имайей. Да еще и Тайвен зашла что-то обсудить с Каэлом. В итоге, когда Коприва принесла ингредиенты, Каэл был занят в подвале с Тайвен, а Имайя — на кухне с Реей. Так что встретить гостью взялись свободные обитатели дома — Кириэлле, Кана и примкнувшая к ним Ночка.

Коприва уже виделась с Кириэлле — но не с Каной. Каэл не хотел, чтобы слухи о его дочери расползлись по классу, и держал девочку подальше от посетителей. Но Каэла там не было, а Кириэлле совершенно не умела хранить секреты, так что когда Коприва попросила представить ее подруг, она рассказала все, как есть.

Тут уже включились все собравшиеся — запаниковавший Каэл упрашивал Коприву сохранить все в секрете, Кириэлле запоздало извинялась перед Каэлом, Коприву все это откровенно веселило, а Имайя пыталась утихомирить бедлам. Что забавно — как выяснилось, Тайвен тоже не знала, что Кана — дочь Каэла. Она, несмотря на одинаковые ярко-синие глаза отца и дочери, решила, что девочка — дочь Имайи, и не стала уточнять.

Увы, развернувшаяся драма так захватила всех, что никто не вспомнил про упаковку реагентов, принесенную Копривой… Никто, кроме Ночки. Ее же загадочная упаковка очень заинтересовала — и она решила познакомиться с ней поближе. И то ли Коприва завернула реагенты не слишком надежно, то ли Ночка была чересчур настойчива — но девочка умудрилась вдохнуть галлюциногенного порошка и утратила контроль над своей формой. Ее глаза приобрели вертикальный, как у кошки, зрачок, появились когти и хвост, а когда остальные бросились выяснять, что произошло — она на них зашипела.

Начался второй раунд драмы: Реа переживала, что ее дочь выдала себя, и злилась на Коприву, оставившую «опасное вещество» в руках детей, Коприва пыталась оправдываться, Кириэлле уверяла Рею, что все в порядке, она и так знала, что Ночка может «превращаться в котеночка», Реа сердилась на Ночку за неосмотрительность, а бедная Имайя опять пыталась всех успокоить.

И как раз в этот момент домой вернулся Зориан — и был поражен, узнав, что тут творилось в его отсутствие.

— Проклятье, меня не было всего пару часов, — пожаловался он. — Смотрю, вы не теряли времени даром.

Его замечание почему-то вызвало враждебные взгляды со всех сторон.

— Ладно, послушайте, — примирительно сказал он. — Мне кажется, вы делаете из мухи слона. Во-первых, я уверен, что Коприва не собирается рассказывать про Кану в академии… — конечно он был уверен, он же заглянул в ее мысли. — …и не думаю, что кто-то из нас станет относится к Рее и Ночке хуже лишь потому, что они перевертыши.

— С чего ты взял, что я тоже перевертыш? — скрестив руки на груди, возразила Реа. — Ночка могла унаследовать это и от отца.

— Так что единственный сравнительно серьезный момент, — проигнорировал ее Зориан, — то, что Ночка надышалась порошком.

— Клянусь, я надежно запечатала упаковку, — пробормотала Коприва.

— Вероятно, Ночка проткнула ее когтями, — со вздохом признала Реа. — Она любит срывать ими обертку.

— Так или иначе, реагенты оказались здесь из-за меня… и Каэла, но суть не в этом, — продолжил Зориан. — Я ощущаю себя в чем-то ответственным за происшедшее. Что, по-вашему, будет подходящей компенсацией?

— Ой, нет никакой ну… — начала было Реа, но дочь прервала ее:

— Я хочу куклу, — невнятно сообщила она. Эффект галлюциногенной пыли уже ослаб, но еще не прошел полностью. — Как у Кири. Она сказала, это ты ее сделал.

— Я сделал куклу для Кири? — удивился Зориан, но через миг сообразил, о чем речь. — А, ты про Косьенку. Ну, технически, это не кукла, но да ладно. Если твоя мама не возражает — никаких проблем.

— А эта «кукла» не взорвется, если ее сломать? — с подозрением спросила Реа.

Вполне закономерный вопрос. Некоторые магические предметы несли в себе мощный заряд маны и запросто могли детонировать при ненадлежащем обращении. Но не в этом случае. Он, как и Реа, не собирался доверять маленьким девочкам взрывчатку.

— Нет, просто перестанет двигаться, — ответил он. — Голем по большей части сделан из дерева и питается природной маной, так что там нечему взрываться.

— Тогда я не возражаю, — пожала плечами Реа. — Хотя это и совершенно излишне. Ночка просто пытается на тебе нажиться, я не буду в обиде, если ты ей откажешь.

— Мам! — возмутилась Ночка. — Ты же должна быть на моей стороне!

Внезапная вспышка эмоций со стороны Каны отвлекла Зориана от этого спектакля. Малышка, сидевшая на коленях Каэла, отчаянно ерзала, явно борясь сама с собой. Она, как всегда, молчала, но Зориан чувствовал, что все ее внимание сосредоточено на нем, что она хочет что-то сказать…

— Дай угадаю, — предположил он, — ты тоже хочешь куклу?

Кана закивала с такой силой, что стало страшно, вдруг голова оторвется. Со всех сторон грянул смех.

— Ладно-ладно, — вздохнул Зориан. — Я понял. Будут вам две куклы-голема. В ближайшие дни я занят, но к выходным должен успеть.

Если подумать, этого следовало ожидать. Кириэлле уже неделю хвасталась новыми игрушками — конечно, ее подруги захотели такие же. Наверное, в прошлые циклы они не стали просить из вежливости — или не нашли предлога.

— Черт, теперь и мне стало завидно, — пробурчала Коприва. — Почему мне никто не предлагает куклу?

— Ты слишком большая, чтобы играть в куклы, — закатил глаза Зориан.

— Ты можешь играть с Косьенкой, когда будешь у нас, — предложила Кириэлле.

— Оуу, — ухмыльнулась Коприва, взъерошивая ей волосы. — Ты такая прелесть. Трудно поверить, что ты и этот бука Зориан — родственники.

Эй…

— На самом деле брат классный, — Кириэлле отпихнула руку Копривы и принялась приглаживать волосы. — Он как дикобраз. Мягкий и теплый, если пролезть под иголки.

Угх. И ведь это было только началом. После того, как он разрядил ситуацию и обещал паре маленьких девочек дорогостоящие игрушки. Правду говорят, что ни одно доброе дело не остается безнаказанным.

И вновь пятница, и вновь занятие с Ксвимом. Правда, в этот раз они работали не в кабинете — Ксвим на весь день зарезервировал один из закрытых тренировочных залов. Как он пояснил, предстоит заниматься «серьезными вещами», которым не место в кабинете.

— С нашей последней встречи я пообщался с астрономами, — Ксвим открыл дверь и запустил его внутрь. — Пока рано говорить наверняка, но результаты не обнадеживают. В движении небесных тел нет никаких странностей. Более того, за небом сейчас пристально наблюдают — из-за парада планет. Маловероятно, что это иллюзия — скорее всего, зона действия петли охватывает всю солнечную систему.

— Если петля вообще ограничена какой-либо зоной, — заметил Зориан.

— Да, — легко согласился Ксвим. — Это верно. Но, хоть проверка астрономической гипотезы и дала столь удручающие результаты, кое-что интересное в области магии времени я все же нашел. Скажите, вы когда-нибудь слышали о Черных Залах?

— О тех, где можно за день прожить несколько лет? Они и правда существуют? — не поверил Зориан.

— Нет, таких точно не бывает, — покачал головой Ксвим. — Но бывают те, что растягивают день на месяц. И нас в данном случае интересует, как достигается столь значительное растяжение времени. Магия времени имеет четкие ограничения — даже мощнейшие ускоряющие заклинания могут растягивать время лишь в четыре-пять раз. Большего не достигнет даже самый искусный и могущественный маг — граница между темпоральными потоками начинает разрушаться.

— Как же тогда эти Черные Залы ускоряют время до тридцати раз? — нахмурился Зориан.

— Их полностью изолируют от остального мира, — ответил куратор. — Потому они и называются Черными. Их замыкают и полностью запечатывают. Это значительно снижает нагрузку на границу временного потока, но, с другой стороны, делает контакты с остальным миром невозможными на все время работы. Как только запускается растяжение времени — рабочее помещение становится недоступным. Ни доставить припасы, ни связаться магическим путем… И даже духовный план отрезан.

Зориан нахмурился.

— Вот как. То есть известны случаи, когда мощная магия времени требует для работы изолированное пространство. Но, как я понял, для этого метода необходимо наглухо герметизировать зону действия?

— Временная петля, очевидно, использует более продвинутый принцип, — откликнулся Ксвим. — Так что вполне вероятно, что зона действия изолируется более… деликатно.

— Возможно, — согласился Зориан. — Хотя любопытно — почему об этих Черных Залах так мало известно? До сих пор я слышал о них только пересуды. Если они столь эффективны, то почему Эльдемар не использует их открыто?

— Черные Залы не только расходуют фантастический объем энергии — их весьма непросто правильно использовать, — пояснил Ксвим. — Полная изоляция означает, что каждая операция должна быть очень тщательно спланирована. Любой просчет в чем-то важном — и операция будет провалена, много времени и маны будут потрачены впустую. К тому же Черные Залы нельзя включить или выключить, когда заблагорассудится, а весь необходимый объем маны используется в момент активации. Насколько я понимаю, есть и другие сложности, из-за чего многие специалисты считают Залы напрасной тратой денег. После ряда особенно неприятных происшествий репутация Залов оставляет желать лучшего.

— О? — заинтересовался Зориан.

— Черные Залы изначально не имели механизма аварийной остановки, — сказал Ксвим. — После активации те, кто были внутри, были заперты до конца срока действия.

Зориан поморщился. Да уж, и что тут могло пойти не так?

— По меньшей мере одна группа погибла из-за нехватки запасенной воды. Другая чуть не умерла от голода, не заметив вовремя, что запасы продуктов поражены каким-то жучком. И даже если все организовано подобающим образом, мы, по сути, запираем нескольких человек в тесном помещении, без каких-либо развлечений и возможности уединиться. Нередко происходили ссоры, несколько экспериментов завершились кровопролитием. В одном памятном случае исследовательская группа умудрилась буквально истребить друг друга — когда Зал был наконец распечатан, выживших внутри не было.

— А если использовать Зал в одиночку? — спросил Зориан.

— Большинство людей не выдерживают длительного одиночества, — покачал головой куратор. — К тому же, использовать Зал для одного человека столь же дорого, как и для группы — а группа за месяц успеет больше.

Перейдя к делу, Ксвим попросил его продемонстрировать кое-что из продвинутой магии — по большей части, боевые заклинания и изменение ландшафта, а также телепортацию — которая, в отличие от остальной Сиории, здесь работала без ограничений. Впрочем, да — Ксвим же обещал обучить его работе с пространством. Через некоторое время куратор жестом остановил его.

— Кажется, вы не специализируетесь ни в одной из отраслей, — заметил он.

— Ну, разве что в заклинательных формулах, — ответил Зориан. — Но это не то, что можно продемонстрировать быстро.

— Тем более, — согласился Ксвим. — Я сравнительно слабо разбираюсь в формулах и едва ли смогу точно оценить ваши навыки.

Погодите, так Ксвим не знает все обо всем в магии? Видимо, злорадное удивление отразилось на лице Зориана, поскольку куратор счел нужным объясниться:

— Я понимаю, почему заклинательные формулы столь ценятся магами, но сам нахожу их несколько безвкусными, — пояснил он. — По большей части это костыли. Овладев заклинанием на должном уровне, вы не будете нуждаться в формулах.

— Ну да, — поморщился Зориан. Он понимал, почему кто-то, столь ценящий совершенство плетения, обходится без вспомогательных инструментов, но ведь формулы — это не только жезлы…

— Я не критикую вас, мистер Казински, — уточнил Ксвим. — Просто объясняю свое равнодушие к этой дисциплине. Овладев вашей специальностью, вы сможете достичь многого. Но хватит об этом — под отраслями я имел в виду те, что используют плетение маны. В этом смысле вы универсал, так?

— Я оттачиваю те заклинания, что требуются в каждом отдельном случае, — сказал Зориан. — Но да, в целом стараюсь взять всего понемногу. Насколько я понимаю, основная причина специализации магов — нехватка времени. Я не то, чтобы полностью избавлен от этой проблемы, но, думаю, смогу добиться многого не в одной, а в нескольких отраслях.

— Путь архимага, — кивнул Ксвим. — Одобряю. В вашей ситуации выбрать что-то другое было бы непрактично. Рад, что вас, по крайней мере, не придется переубеждать.

Хех. Ксвим что, только что похвалил его? Но, в любом случае, это напомнило о том, что давно уже его интересовало…

— А вы — архимаг? — спросил Зориан.

— Архимаг — не официальный титул, который можно где-то получить, — ответил Ксвим. — Просто так называют мага, овладевшего несколькими отраслями искусства настолько, что он может в них превзойти среднего специалиста. Полагаю, это относится и ко мне, хотя самому так называть себя крайне нескромно. Архимаг — тот, кого признали другие, а меня мало кто считает таковым. С другой стороны, меня мало кто знает, что полностью меня устраивает…

То есть ответ — «да». Удивительно, что такой, как он, работает учителем — подобные ему крайне редки и высоко ценятся. Впрочем, если он не стремится к известности, то спокойная преподавательская работа — то, что надо.

— А у вас есть специальность? — спросил Зориан. Стоит попробовать узнать о нем побольше, пока Ксвим в сравнительно хорошем настроении.

— Защита от магических воздействии, — сказал Ксвим. — Вообще-то я веду продвинутый факультатив на четвертом курсе. И, разумеется, чтобы от чего-то защититься, нужно хорошо в нем разбираться. Так что я познакомился со многими областями магии. Но не пора ли вернуться к вам? Должен сказать, для следующего путем архимага, ваш подход несколько… неоптимален.

— В чем именно? — нахмурился Зориан.

— Для начала — ваш выбор упражнений плетения, — ответил куратор. — Да, отработка множества разнообразных упражнений, как вы делаете, несомненно полезна, но это не лучший способ обучения универсала. Вам стоит сосредоточиться на манипуляциях сырой маной и чувствительности. Подобные базовые упражнения отнимают много времени и не дают немедленного эффекта, но, овладев ими, вы будете быстрее осваивать другие заклинания, и ваша магическая эффективность повысится.

— Я даже и не слышал о таких упражнениях, — растерянно признался Зориан.

— Это не то, что интересно специализированному магу, — пояснил Ксвим. — А большинство книг пишутся именно специалистами. Тут против вас работает ваш возраст — большинство магов, даже самые талантливые, приходят к этим заклинаниям значительно позже — так что те, кто обучал вас, вероятно, не думали, что вам это интересно. Молодым магам всегда хватает низко висящих плодов, дающих быстрый результат.

— Да уж. Так о каких упражнениях мы говорим? — спросил Зориан. — Я совершенно не представляю, что это за «работа с сырой маной», которой мне следует заниматься.

— Что же, одна из серьезнейших проблем, что я заметил в ваших навыках — вы не ощущаете ману вокруг себя на сколь-нибудь приемлемом уровне, — ответил куратор. — И, предположу, ваше чувство собственной маны едва ли лучше, чем у одноклассников. Для кого-то вашего биологического возраста это прискорбно, но полностью ожидаемо. В вашем же случае это совершенно недопустимо.

Зориана подмывало спросить — недопустимо по меркам Ксвима, или по меркам нормальных людей? — но он сдержался. Не хотел прерывать интересный разговор, да и к бесконечным придиркам куратора он давно привык.

— Я читал, что чувство маны — довольно продвинутое умение, с трудом дающееся даже опытным магам.

— Верно, но ваш уровень слишком плох даже с учетом этого, — заметил Ксвим. — Предположу, что сказалось многолетнее пребывание в Сиории, буквально омываемой природной маной. Само собой, это полезно для тренировок, но это приучает молодых магов к некой… расточительности.

Зориану не требовалась эмпатия, чтобы ощутить неодобрение Ксвима.

— К тому же в подобном месте весьма затруднительно тренировать чувствительность, — продолжил тот. — Природная мана пропитывает все, притупляя чувства. Было бы куда лучше отрабатывать чувство маны где-то вне города. Этот тренировочный зал специально зачарован, чтобы экранировать природную ману — вы это заметили?

— Нет, — нахмурившись, признал Зориан. Хотя сейчас, когда Ксвим сказал это…

— Что я и имел в виду, говоря, что ваша способность ощущать ману никуда не годится, — подытожил Ксвим. — Вы должны были заметить падение уровня немедленно, как только вошли. Но ничего страшного — я здесь именно за этим, помочь вам избавиться от недостатков и добиться лучшего из возможных результатов. Так вот, хотя упражнения, которые я покажу, весьма трудно практиковать в Сиории вне защищенного зала — вы владеете телепортацией. Рекомендую просто перемещаться куда-нибудь подальше от города, и там работать над чувством маны. А теперь смотрите внимательно…

К концу занятия Зориан был слегка ошарашен тренировочной программой Ксвима. Пусть куратор и не был таким говнюком, как в прошлых циклах, он оставался крайне требовательным наставником, подходящим к обучению смертельно серьезно. Он показал ему более двадцати упражнений на чувство маны в себе и вокруг, и ожидал, что Зориан будет отрабатывать их по несколько часов ежедневно. Словно этого мало, Ксвим показал несколько экзотических разновидностей телепорта — освоить к следующему занятию — и обманчиво-простое упражнение магии пространства.

Оно заключалось в том, чтобы взять камешек и сформировать вокруг него так называемый «пространственный барьер». Судя по всему, с формирования этой границы начиналась любая работа с пространством и временем — например, известные ему заклинания телепортации всегда сначала заключали его в подобный барьер, и не срабатывали, если что-то — блокирующий оберег, например — препятствовало формированию границ. Натренировавшись создавать барьер, он станет лучше во всех пространственных чарах.

Проблема же заключалась в том, что барьер совершенно не воспринимался обычными чувствами, из-за чего отрабатывать упражнение было очень трудно. Как придать форму тому, что лишь едва ощущаешь в слабом отклике собственной маны? Едва ли он быстро освоит это упражнение.

Конечно, умей он острее чувствовать ману — особенно собственную — упражнение давалось бы ему куда легче. Зориан не сомневался, что Ксвим дал ему это задание именно затем, чтобы продемонстрировать важность ощущения маны и как ему мешает слабость в этой области. Угх.

Дни сменялись днями. Каэл все еще занимался проблемой Судомира, но Зориан и сам по себе был очень занят, так что оставил морлока в покое. Он возобновил атаки на аранеа, но в этот раз был скромнее и выбрал не монстров вроде Пылающей Вершины, а несколько меньших племен. Соответственно, его налеты проходили успешнее, и способность читать разум аранеа стремительно развивалась. И, раз он уже рылся в памяти захваченных аранеа, он решил заодно искать там интересные упражнения, развивающие ментальную магию. Он не нашел ничего революционного, но каждый новый трюк или версия уже известной техники, найденные в чужой памяти, делали его чуть сильнее.

Сдержав слово, он вновь встретился с Тинами. И она действительно хотела попросить его об одолжении — ей было интересно его фамильное древо. Неожиданная просьба — но, похоже, она собирала эти данные со всех одноклассников для «личного проекта». Его циничная сторона предположила, что проект назывался «сбор информации для разведки Аопэ», но кто знает… Может, она интересуется не только пауками, но и генеалогией. В любом случае, Зориан не видел причин отказываться — и там же набросал ей грубую схему на тетрадном листке. Увы, древо было весьма неполным — он слабо знал свою родословную, особенно с материнской стороны. Мать терпеть не могла упоминания о своей матери-ведьме и всем, что с ней связано.

Впрочем, Тинами все устроило. Кажется, она пришла в восторг, узнав, что Зориан происходит из рода ведьм. Хотя, учитывая истоки Дома Аопэ, это вполне объяснимо.

Несмотря на историю с реагентами Копривы, Реа продолжала приходить и приводить Ночку. Кажется, их дружба с Имайей лишь укрепилась, когда стало известно, что они перевертыши. Между тем Ночка и Кана стали гордыми обладательницами миниатюрных големов-кукол. Ночка, подобно Кириэлле, попросила куклу женского рода и назвала ее Рутвица, зато Кана, удивив его, выбрала мужчину. Беловолосого. Зориан не знал, как она сама называла игрушечного парня, но Кириэлле и Ночка, похоже, сошлись на имени Ягленак.

Ко всему прочему, Кана догадалась, что он неким образом понимает ее мысли, и теперь, когда хотела что-то сказать, она подходила и дергала его, чтобы он это озвучил. А он еще думал, что она маленький ангелочек. Видимо, лишь до тех пор, пока ей от него ничего не было нужно.

Наконец, когда месяц приближался к завершению, Каэл решил, что перебрал все варианты. Он попросил Зориана телепортировать его в окрестности Яску, чтобы он попробовал изучить ловушку душ. Он сомневался, что это что-то даст, но ничего другого в голову не приходило.

Зориан согласился, решив в этот раз взять с собой и Тайвен. В основном потому, что и сам собирался присмотреться к ловушке — только не в плане магии душ, а как мастер заклинательных формул — и им нужен был кто-то, кто будет отгонять волков и железноклювов, пока они работают. Тайвен не возражала — скорее наоборот, обрадовалась возможности сразиться — и они отправились к цели.

Они пробыли там совсем немного — причем Зориану пришлось отвлечься от замеров и помочь Тайвен с налетевшими железноклювами, но Каэл успел оценить, что задача ему не по плечу. После вылазки морлок держался очень сдержанно и тихо.

На следующий день он под надуманным предлогом выманил Зориана из дома и попросил телепортировать его к северу от Князевых Дверей — повидать могилу жены.

— Мы на месте, — сказал Каэл, указывая на виднеющийся впереди заброшенный домишко.

— Наконец-то, — буркнул Зориан, силясь восстановить дыхание. Он сочувствовал парню, правда сочувствовал, но когда Каэл сказал «недалеко от дороги» — Зориан решил, что это и правда недалеко. Час ходьбы в гору, по узкой, ухабистой лесной тропе — немного не то, что Зориан называл словом «недалеко». И как, черт возьми, Каэл совершенно не запыхался? Он не кажется крепче его…

Дойдя до заброшенного дома, Зориан остановился перевести дух и осмотреться; Каэл же немедленно ушел за дом, прибрать две простые земляные могилки.

— Не ближний свет, — заметил Зориан, помогая морлоку дергать заполонившую все траву. — Не обижайся, но почему ты похоронил жену в такой глуши?

— У меня не было особого выбора, — ответил Каэл. — Поблизости есть лишь одна деревушка, с дремучими, суеверными людьми. Они никогда не позволили бы мне похоронить ведьму и ее дочь на их кладбище. И даже если бы я уговорил их — тут же осквернили бы могилы, стоило мне лишь отвернуться.

— Отвратительно, — нахмурился Зориан.

— Ничего, — Каэл грустно покачал головой. — Это их дом. Думаю, это место упокоения им подходит.

— То есть вторая могила…?

— Фрия, — сказал Каэл. — Моя теща, и мой учитель. Она умерла незадолго до Намиры.

Намирой, как уже знал Зориан, звали покойную жену Каэла. Грубые каменные надгробья — видимо, Каэл сделал их сам — несли фамилию Тверинов. Судя по всему, женившись, он принял фамилию Намиры. Любопытно — не то, чтобы такое совсем не встречалось, но было довольно редко. И как правило — когда гражданские, женившись, входили в Дом.

Хотя, может быть, это обычай ведьм. Он знал, что одной из причин для разногласий между матерью и бабушкой было то, что мать, выйдя замуж, взяла фамилию отца, а не наоборот. Учитывая, что мать поступила согласно эльдемарским обычаям, он никогда не понимал, чем бабушка недовольна.

Они молча стояли у расчищенных могил. Наконец, после нескольких минут, Каэл нарушил молчание:

— Извини.

— За что? — не понял Зориан.

— Я потратил твое время, — со вздохом объяснил Каэл.

— Что? — удивился Зориан. — Ты всего лишь навестил могилу жены, это совершенно нормально.

— Нет, я про Судомира и его ловушку душ, — уточнил морлок. — Я затянул все на две недели и так и не достиг результатов. Мне следовало сразу отказаться, но…

— Ааа, — протянул Зориан. Он понял, что результатов не будет, еще после первой недели. — Это… Да ничего страшного. Ты уверен, что ничего не хочешь добавить?

— Ничего, — покачал головой Каэл. Потом достал из внутреннего кармана небольшой блокнот и передал Зориану. — Вот. Я записал сюда все, что может иметь к этому отношение. Имей в виду, это просто смелые предположения — понятия не имею, возможно ли что-то из перечисленного в реальности.

— Понял, — Зориан сунул блокнот в карман. Еще будет время его изучить. — Но даже если это предположения — это уже больше, чем ничего.

— Пожалуй, — сказал Каэл. — И все равно — чувствую себя бесполезным.

— В чем дело? — полюбопытствовал Зориан. Он давно уже знал, что Каэл очень переживает из-за своей неспособности помочь с Судомиром, но не понимал причин.

— Не знаю, — признался Каэл. — Может, это напоминает мне, как Фрия и Намира заразились Плачем, и я мог лишь бессильно смотреть, как они угасают. Или, возможно, я слишком много об этом думаю. Говорят же, что не стоит слишком копаться в собственной психике.

Зориан, не удержавшись, скривился. Каэл нечасто упоминал постигшую его трагедию, так что он иногда забывал, сколь болезненно это должно быть для его друга. Никто из его близких не умер от Плача, но он слышал, что обреченные страшно страдают в конце.

В такие моменты он сознавал, что тень былой эпидемии все еще нависала над страной. С конца Плача прошло лишь несколько лет, люди все еще оплакивали погибших.

— Надеюсь, ты не обидишься за этот вопрос, — сказал он. — Но как ты умудрился жениться в тринадцать лет?

Каэл расхохотался.

— Что? — наконец спросил он. — Неужели за все эти циклы ты никогда об этом не спрашивал?

— Ну, как-то не было подходящего повода… — промямлил Зориан, застигнутый этой внезапной сменой настроения врасплох.

— Знаешь, Зориан, иногда мне кажется, что ты чересчур тактичен, — отсмеявшись, сказал Каэл. — Я бы на твоем месте точно спросил бы уже во втором-третьем цикле. И, кстати, ты ошибся на два года. Мне было пятнадцать, когда родилась Кана.

Зориан странно посмотрел на него.

— Я старше, чем выгляжу, — пояснил Каэл. — Я на два года старше остальных, но Ильза сказала, что это не имеет значения.

Хах. Никогда бы не подумал.

— Так вот, — продолжил морлок. — Рассказывать тут особо нечего. Моя мать умерла родами, а отец начал пить, и я быстро приучился держаться подальше от дома. Деревенские дети не хотели водиться с морлоком, так что я бродил по пустошам, выискивая вещи на продажу. Однажды я повстречал в лесу Намиру, и она отвела меня к своей матери. Вскоре Фрия узнала о моей ситуации и предложила перебраться к ней. Конечно, я согласился.

— Неужто тебя не отпугнули истории про ведьм и зелья из детской крови? — пошутил Зориан.

— Ну, подобные же истории говорят, что морлоки едят людей, так что я не особо им верил, — ответил Каэл. — Да и вскоре я узнал, что Фрией двигало не только сочувствие. Ей был нужен наследник, а Намира не имела способностей к магии.

— Я думал, магия ведьм прежде всего завязана на зелья и не требует особого мастерства плетения? — спросил Зориан.

— Так и есть, — подтвердил Каэл. — Но Намира все равно не подходила. У неё был не тот характер, не те инстинкты. А Фрия не хотела, чтобы ее секреты умерли вместе с ней, вот и решила взять ученика со стороны. И выбрала меня, потому что… ну…

— Ты нравился Намире? — предположил Зориан.

— Да, — вздохнул Каэл. — Она сделала это официальным условием — если хочу учиться, то должен жениться на ее дочери. Но сказать по правде, я бы женился на Намире и без ее принуждения.

Следующие полчаса Каэл рассказывал короткие, не связанные между собой истории тех времен. Кажется, ему становилось значительно легче. Выговорившись, он вздохнул и кивнул Зориану, что пора возвращаться в дом Имайи, пока остальные не начали волноваться.

— Я не стал упоминать Судомира в своих лабораторных журналах, — внезапно сказал Каэл перед самым отбытием. — Если я когда-нибудь спрошу у тебя про магов, пропавших здесь — солги мне. Скажи, что ничего не знаешь, или что-нибудь в том же духе. Я ничем не могу им помочь, и это не дает мне сосредоточиться на работе. Последние две недели были просто ужасны — так что в плане алхимии я не добился вообще ничего.

Зориан секунду молча смотрел на него, потом кивнул:

— Договорились.

Глава 51. По нарастающей

Новый цикл начался также, как все предыдущие — безжалостным прыжком Кириэлле.

— С добрым утром, братик! — воскликнула она, усаживаясь сверху. — Доброго, доб… Эээй!

Легким усилием воли Зориан подхватил сестру телекинезом и поднял в воздух. Оборвав традиционное приветствие испуганным вскриком, она отчаянно пыталась ухватиться хоть за что-нибудь, но все было тщетно. Может, знай она о его коварстве заранее, Кири успела бы найти опору, но сейчас она была полностью в его власти. Побарахтавшись в воздухе, она пришла к тому же выводу и, надувшись, посмотрела на него.

— Так нечестно, — пожаловалась она, глядя сверху вниз. — И с каких это пор ты так можешь?

Зориан проигнорировал вопрос, изучая свое плетение чувством маны. Да, ему все еще было далеко до мастерства даже в простейших формах восприятия, но месяц под руководством Ксвима определенно не прошел даром. Даже его нынешнее неполноценное чувство маны здорово помогало, позволяя вовремя находить и исправлять огрехи на силовых линиях, грозящие дестабилизировать все плетение. Подумать стыдно — он все это время пренебрегал столь мощным подспорьем… впрочем, возможно, и к лучшему. Столь быстрый прогресс объяснялся не столько самими упражнениями, сколько направляющими усилиями куратора — попытайся он заниматься самостоятельно, была бы пустая трата времени.

Видя, что он отвлекся, Кириэлле внезапно рванулась снова, пытаясь ухватиться за него. Зориан тут же поднял сестру повыше — ее пальцы на волосок не достали до одеяла.

— Эй, ну чего ты… — заныла она. — Зориан, не будь козлом! Опусти меня вниз!

Злодейски улыбнувшись, он отлевитировал ее в сторону от кровати.

— Медленно! — поспешно уточнила она, угадав, что ей грозит. — Опусти меня медленно!

Его подмывало отпустить ее и поймать над самым полом, но он отбросил опасную идею. Он не настолько уверен в своем умении левитации… да и в скорости реакции — тоже. Плавно опустив Кириэлле на пол, он стал выбираться из постели.

Увы, пережитый полет привел Кириэлле в восторг — она тут же набросилась на него с нескончаемым потоком вопросов. Ух… Кажется, это была большая ошибка… И как ее теперь угомонить?

— А как долго ты можешь это делать? — спросила она.

— Не знаю, — ответил Зориан. Он и правда не знал, но, может, если ответить на пару-тройку самых глупых вопросов, то она наконец отстанет? Только надо поскучнее и поподробнее. — Это во многом зависит от того, как ты при этом себя ведешь и не отвлекаюсь ли я на что-то другое. Но при твоем полном содействии — по меньшей мере час.

— Отлично! — просияла Кириэлле. — Тогда у меня идея!

Зориан спускался по лестнице, изо всех сил стараясь не шуметь. Они решили удивить мать, но если та…

— Зориан, спускайся уже! — а вот и она. И, судя по звуку шагов, направляется прямо сюда. — Завтрак сты… нет…

Глядя на них, она замерла на пороге лестничного холла. Нет, сам Зориан был таким же, как обычно — но вот Кириэлле парила в воздухе рядом с ним.

Повисло молчание — кто-то переваривал увиденное, кто-то, затаив дыхание, ожидал реакции. Первой не выдержала Кириэлле — у мелкой чертовки не хватило терпения довести план до конца.

— Мам, я лечу! — провозгласила она и замахала руками, как крыльями.

Мать открыла было рот, потом снова закрыла его. Молча закатила глаза и развернулась, бормоча что-то нелицеприятное о детях и магах.

— Когда наиграешься, приходи завтракать, — сказала она и вновь скрылась на кухне.

Зориан переглянулся с Кириэлле. Удобно — она как раз парила вровень с ним.

— Это того стоило, — решительно заявила она.

О да. Определенно стоило.

— И вышло так, что в поисках утраченных воспоминаний Сумрак пришел в Корсу и спустился в ее подземелья, разыскивая таинственных меченосцев-Скорпионов, охраняющих легендарную Сферу Памяти, — драматически вещал Зориан. — Но не ведал он, что, вопреки легендам, меченосцам-Скорпионам отнюдь не свойственно благородство, и что спуск в глубины под Корсой будет опаснее, чем, все с чем он встречался до сих пор…

Он картинно взмахнул рукой, и его иллюзия, развеявшись эктоплазменной дымкой, сменилась новой сценой.

Кириэлле, умостившаяся на краешке сиденья, слушала, затаив дыхание. За многие циклы Зориан успел подобрать наиболее интересный ей стиль повествования, так что теперь удерживал ее внимание без особых усилий. И хорошо, таким образом долгая дорога в начале месяца переносилась куда легче — для них обоих.

На самом деле, сказку он рассказывал на автомате — мозг был занят планами на новый цикл. Нужно было решить, или провести еще один сравнительно спокойный цикл, или сообщить Церкви Триумвирата о ловушке душ Судомира. Первый вариант казался более разумным — у него оставалось всего два цикла, считая этот, чтобы отточить свою способность к чтению памяти аранеа до необходимого для вскрытия пакета уровня — он не мог сильно отвлекаться. К тому же второй вариант неизбежно повлечет широкий резонанс, и при малейшей ошибке может навести на него Красного.

Выбор казался очевидным, но Зориана не отпускало беспокойство. Бездействие Красного настораживало. Да, конечно, Третий может опасаться целой армии враждебных путешественников, но почему он ничего не предпринимает, пусть даже через посредников? Паранойя шептала — тут что-то не так, да и Тайвен с Каэлом не сомневались — Красный не просто затаился, а готовит что-то серьезное. Может, и есть смысл сдать Судомира властям, слегка поворошить пчелиное гнездо — вдруг удастся выяснить, что планирует враг?

К тому же содействие властей здорово поможет в его расследовании ибасанского заговора. Занявшись Судомиром, следователи неизбежно выйдут на ибасанцев и культ Дракона, что Внизу. Даже просто запомнив, кого арестуют, и навестив этих людей в следующих циклах, он сэкономит целые месяцы слежки. Если же он получит доступ к материалам расследования и памяти дознавателей… Это будет просто бесценно.

Его главной проблемой в расследовании было то, что он один и не может действовать открыто. У официальных служб такой проблемы не будет. Наверное, сколь опытным и искусным он ни станет за время петли, ему никогда не сравниться в эффективности со следователями и контрразведкой Эльдемара. У королевства есть свои маги разума, и его люди посвятили этой работе всю жизнь. Они будут искать там, где ему даже в голову не придет — просто потому, что нет нужного опыта.

Да, чем больше он думал, тем больше ему нравилась эта идея. Потребуется крайняя осторожность, но это может снять едва ли не все его вопросы.

По прибытию в Сиорию он отправится в церковь.

— Эй, не отвлекайся! — возмутилась Кириэлле. — Ты же еще не закончил. Сейчас будет самое интересное!

— Прости-прости, — поспешно повинился Зориан. Забавно, но самым интересным для Кириэлле были сражения. Ну, или применение крутой магии. — Так вот, и когда меченосцы-Скорпионы вели Сумрака к тайному святилищу, где на пьедестале под Священным Сталактитом покоилась Сфера Памяти, его проводники внезапно набросились на него…

Хоть Зориан и решил по прибытию обратиться в Церковь Триумвирата, обустроившись, он занялся отнюдь не этим — первым делом он разыскал Ксвима и рассказал ему о временной петле. Смысла ждать пятницы не было — чем раньше куратор поверит ему, тем раньше они примутся за работу. Вообще говоря, он надеялся, что в этот раз куда легче убедит Ксвима — у него же был тот пароль, полученный в прошлом цикле.

Увы, «легче» не означало «легко». Несмотря на пароль — Зориан не сомневался в его правильном написании — Ксвим встретил его с крайней подозрительностью. Потребовались долгие часы вопросов и ответов, прежде чем куратор хотя бы принял его рассказ на рассмотрение — и даже тогда весь его облик выражал скепсис. Сказав Зориану, что они поговорят в пятницу, он выставил его из дома. Возможно, следовало дождаться понедельника и поговорить в академии…

Хотя неважно. Может, после визита в храм ему вообще понадобится свободная неделя — разбираться с последствиями.

На следующий день он взялся за дело. Он выбрал храм, где уже бывал в прошлых циклах — тот, с дружелюбным зеленоволосым жрецом и прозревающей будущее старшей жрицей. Никаких особых причин выбрать именно этот храм не было — но почему бы и нет? В какой бы храм он ни обратился, они все равно передадут его сведения вышестоящим инстанциям.

Батак был как всегда вежлив и гостеприимен — он тут же вышел ему навстречу и пригласил в храм. И, угостив чаем и обсудив погоду, деликатно обозначил свой интерес:

— Давненько к нам не заходили молодые люди, — заметил он. — Ты часто бываешь в храмах?

— Ну… нет, — признался Зориан. — Честно говоря, я стараюсь их избегать. Навевают неприятные воспоминания. Но мне нужно кое о чем сообщить и спросить совета, и вот я здесь.

— О? И что же это за неприятные воспоминания? — поинтересовался Батак.

Ну конечно же, его заинтересовало именно это. Зориан надеялся, что слова «кое о чем сообщить» отвлекут внимание на себя, но увы.

— Это довольно долгая история, — вздохнул он. — Прежде всего, вам следует знать, что я эмпат.

— То есть можешь чувствовать эмоции других? — уточнил жрец. — Полезный дар.

— После обучения — полезный, — кивнул Зориан. — Но будучи ребенком, я совершенно его не контролировал. Я даже не знал, что я эмпат. Знал только, что в больших толпах на меня накатывают головокружение и дурнота. А в Сирине, где я родился, храм постоянно был битком набит людьми. И когда родители приводили меня туда, я терял сознание, вызывая переполох…

— Неприятно, — сочувственно заметил Батак.

— Не так неприятно, как реакция старого жреца, — покачал головой Зориан. — Он принимал это на свой счет. Решил, что я — «дурная кровь», которую отвергает святой храм.

— Дурная кровь? — не поверил Батак.

— Моя мать происходит из рода ведьм, — пояснил Зориан.

— А, — понимающе сказал жрец. — Тогда логично. Хоть я и осуждаю реакцию того человека, предположение, что все дело в неком наследии ведьминого рода, вполне убедительно. Кровь всегда была очень важна для ведьм, и они весьма ценили наследуемые способности. Многие из их семей имели тот или иной родовой козырь.

— Погодите, — нахмурился Зориан. — То есть моя эмпатия…

— Вполне возможно, — кивнул Батак.

Проклятье. Выходит, старый лицемер был прав на его счет, пусть даже частично? Если его эмпатия — на самом деле наследие рода ведьм, то он и правда терял сознание из-за «дурной крови» …

Вот уж действительно, смех и грех.

— Я думал, что среди особых способностей эмпатия довольно заурядна, — сказал он. — Ей владеют много людей… ну, относительно много.

— Особые способности не берутся из ниоткуда, — ответил Батак. — Чаще всего это результат действия зелий, ритуалов, одержимости духом и тому подобных вещей. Но иногда подобный дар дремлет в потомках, пробуждаясь через поколение или два. Это не афишируется, но когда в семье гражданских «внезапно» рождается одаренный ребенок, это почти всегда означает, что родословная малыша… интереснее, чем все считают. А что касается относительной распространенности эмпатии… Полагаю, интересные родословные встречаются чаще, чем можно представить.

А это и правда… интересно, учитывая, что ведьмы встречались лишь на Алтазии, а эмпаты — на всех трех населенных людьми континентах. Зориан как-то сомневался, что все эмпаты Миасины и Хсана происходят от ведьм Алтазии, что означало… Если Батак прав, и «случайная» эмпатия уходит корнями к предку, осознанно превратившему себя в психика… Тогда таких случаев пробуждения психических сил выходит просто неприлично много.

То есть существует некий действенный способ превратить обычного человека в психика. Не слишком простой, иначе эмпаты заполонили бы все, но явно и не слишком сложный.

И опять же, его семья. Если силы психика — их родовая способность, то у матери и Кири с братьями она тоже должна быть — пусть и в спящем виде. Он знал, что большинство из них не освоили ее — он бы почувствовал открытый разум — но, может быть, Дэймен… Его старший брат всегда удивительно хорошо понимал людей.

Впрочем, пока это никак не проверить. Дэймен в Косе, и даже если посвятить весь цикл путешествию на другой континент, он вряд ли успеет до него добраться. Пока он в петле, он не встретится с братом — ну, если не найдет способ мгновенного межконтинентального перемещения.

Но так или иначе, пусть его родня и не психики, возможно, их спящий талант еще возможно пробудить. Пробудить уже существующее всяко проще, чем создать с нуля, так что можно, например, сравнительно легко и безболезненно сделать психиком ту же Кириэлле. Не то, чтобы он собирался это сделать — сама мысль о Кириэлле-менталистке вызывала в нем безотчетный ужас — но, может, когда она подрастет и станет более ответственной…

— Однако, — продолжил Батак после короткой паузы, — ты, кажется, упоминал, что хочешь что-то сообщить и спросить совета?

— Да, — Зориан достал запечатанный чистый конверт и передал его нахмурившемуся Батаку.

— Анонимный донос? — пробормотал жрец.

На взгляд Зориана, анонимностью тут и не пахло. Он бы предпочел отправить конверт по почте, не встречаясь со служителями церкви лицом к лицу. Увы, при всей притягательности этого варианта, это ничего бы не дало. Подобную анонимку отправили бы в мусорку, не прочитав и наполовину. Если он хочет, чтобы Церковь восприняла его всерьез — необходимо убедить хотя бы одного жреца, что написанное правдиво.

— Не могу не спросить — действительно ли это необходимо? — спросил обеспокоенный Батак.

— Информация в конверте касается преступной деятельности весьма влиятельного человека со множеством сторонников, — прямо сказал Зориан. — Если мое имя всплывет, это поставит мою жизнь под угрозу.

— Вот как, — вздохнул Батак. — Очень хорошо, я передам твой конверт, как есть. Но должен предупредить — руководство не слишком любит анонимные доносы. Не доверяет им. Он будет рассмотрен, не сомневайся, но пройдет довольно много времени, прежде чем дознаватели займутся им.

— «Довольно много» — это сколько? — нахмурился Зориан.

— Несколько недель. Возможно, месяцев, если их отвлечет что-то срочное, — ответил жрец.

Черт. Задумка обернулась пшиком. Похоже, придется обратиться к плану Б — поговорить с Алаником Зоском. Зориан до последнего надеялся избежать этого — ясно же, что суровый воинствующий жрец будет задавать вопросы — но, похоже, выбора нет. Если уж надо рассказывать кому-то лично — то Аланик, пожалуй, его лучший выбор. Пожилой жрец наверняка поверит ему и, возможно, даже сохранит его личность в тайне.

Хотя в крайнем случае он всегда может просто перезапустить цикл.

— Так, с этим разобрались, — Батак отпихнул конверт на край стола. — О чем ты хотел спросить совета?

— О душах и некромантии, — прямо ответил Зориан.

— Ох, — Батак сразу как-то подобрался. — Довольно… необычный интерес. Насчет некромантии, молодой человек, я могу дать лишь один совет: никогда не прибегай к ней.

— Я и не собирался, — качнул головой Зориан. — Я хотел узнать, зачем это может кому-то понадобиться. И зачем кому-то собирать тысячи душ в огромном цилиндрическом кристалле.

Батак молча посмотрел на него, потом скосил глаза на лежащий с краю конверт. Вновь пододвинул его и написал большими печатными буквами «СРОЧНО», после чего вернул донос на место.

Что же. Неизвестно, насколько эта пометка повлияет на сроки, так что с Алаником все равно надо поговорить, но тоже неплохо.

— Ты, вероятно, уже это знаешь, но душа — весьма загадочное творение, — серьезно начал Батак. — У нее множество функций, многие из которых мы не то что изменить — даже понять не можем. Но главное в ней — несмотря на мнение многих магов — отнюдь не то, что душа позволяет производить и сплетать ману. Главное — то, что душа — живая запись всего, что составляет ее владельца.

Зориан непонимающе поднял бровь.

— Боги создали души, чтобы хранить облик и мысли смертных для суда в посмертии, — продолжал Батак. — Так что боги, ведающие все тайны душ, могли с их помощью творить настоящие чудеса. Имея душу, они могли вернуть человека к жизни, пусть даже тело его сожжено дотла, а пепел развеян по семи ветрам. Заглянув в душу, они могли узнать всю жизнь человека от самого рождения. Они могли вновь даровать человеку молодость, вернув его к записанному в душе раннему облику. Наконец, согласно некоторым преданиям, они могли создать совершенную копию человека, во всем подобную оригиналу.

— Копию человека? — нахмурился Зориан.

— Это не столь удивительно, — отмахнулся Батак. — Подобное можем сделать и мы — тем же заклятием симулакрума(8), например. И пусть магическая копия во многом несовершенна, она достаточно схожа с человеком, чтобы некоторые подвергали сомнению этичность заклинания. Они верят, что развеивание симулакрума равнозначно смерти человека.

— А вы верите?

— Нет, — Батак покачал головой. — Я, разумеется, следую учению Церкви — человеком может считаться лишь имеющий душу. У магической копии души нет. Но мы отвлеклись, да и я не настолько разбираюсь в этой отрасли магии. Важно же то, что магия душ теоретически способна дать смертному магу почти божественную власть над другими. Не удивительно, что испокон веков многие искали этой власти. Их усилия так и не увенчались успехом, но некроманты не сдаются, продолжая творить бесчисленные зверства в надежде познать тайны душ.

Зориан задумался, оценивая новую информацию. Он с готовностью принял тезис, что душа — божественное записывающее устройство, это прекрасно объясняло, как он сохраняет память из цикла в цикл. Если подумать — любопытно, ведь общеизвестно, что память хранится в мозге. Выходит, каждый цикл начинается с того, что душа переписывает содержимое его мозга, или тут еще более интересная схема?

Хотя что-то в этой истории с богами, создающими копии людей, не дает ему покоя… Словно он упускает что-то важное.

— Так вот почему повреждение души столь губительно для тела? — полюбопытствовал он. — Связь между душой и телом, очевидно, работает в обе стороны?

— Очевидно, — согласился Батак. — Но природа этой связи и ее принцип остаются загадкой. Известно, что душа, лишенная тела, не может мыслить или чувствовать. Ей нужен сосуд, пусть даже просто оболочка из эктоплазмы… но и тело не может жить без души. Впрочем, весьма вероятно, что последствия повреждения души связаны с жизненной силой.

Зориан напряг извилины, припоминая, что это за жизненная сила и причем тут она. По всему выходило, что это просто еще одна разновидность личной маны, не смешивающаяся с резервом, поддерживающая жизнь и защищающая от внешних магических воздействий. И поскольку ее запас был, как правило, невелик и не мог использоваться для заклинаний, преподаватели в академии не уделяли ей особого внимания.

Стоп. В этом все и дело, так? Жизненная сила необходима для поддержания жизни. И это просто еще одна разновидность маны. А внешняя, подверженная воздействиям часть души как раз и отвечает за течение маны в теле. Если повредить эту часть души — жизненно необходимая энергия будет двигаться бесконтрольно…

— Теперь понял, — кивнул Зориан. — Хотя, если вы не возражаете против еще парочки вопросов…

Зориан покинул храм два часа спустя. К его удивлению, зеленовласый жрец пригласил его заходить еще. Неожиданно. Он думал, что после затронутых тем жрец будет относиться к нему более настороженно. Сомневаясь, стоит ли принимать приглашение, он дал неопределенный ответ и направился домой.

На следующий день Зориан отправился в Князевы Двери, поговорить с Алаником. Он рассчитывал на некоторое расположение — ведь он спас Лукава от посланцев Судомира и помог самому Аланику отбиться от врагов; но для полной уверенности он сперва заглянул в гости к Вазену — торговцу, делающему грязную работу для Судомира — и выкрал из его сейфа кучу вещественных доказательств…

…На которые Аланик даже не взглянул. Стоило Зориану завести разговор про набитое нежитью поместье, где установлена ловушка душ, жрец немедленно потребовал, чтобы он телепортировал его туда. Не завтра, не через час, когда он ознакомится с принесенными документами — немедленно.

Что Зориан и сделал, мысленно ворча из-за впустую потраченных усилий. И… неужто Аланик ни на секунду не заподозрил, что Зориан может телепортировать его в ловушку? Видимо, не заподозрил.

Они возникли на границе территории поместья — Аланик просто повернулся в сторону особняка и молча замер. Прошла минута, другая…

— Эм, вы в порядке? — не выдержал Зориан. — Разве вам не надо творить заклинания, проверять мой рассказ?

— Нет нужды, — спокойно ответил жрец. — Я и так чувствую, как ловушка пытается втянуть мою душу.

Зориан испуганно посмотрел на него.

— Это не опасно, — заверил его Аланик. — Души живых существ очень прочно соединены с телами, а эффект довольно слаб. Я заметил его лишь благодаря обостренному духовному восприятию. Смотрю, ты тоже в какой-то мере владеешь чувством души, но пока не можешь замечать подобные вещи.

То есть сильные маги душ могут обнаружить ловушку, просто пройдя мимо? Тогда неудивительно, что Судомир счел всех, интересовавшихся этой отраслью магии, опасными. И пусть большинство похищенных и убитых явно не дотягивали до уровня, показанного Алаником, малейший прокол мог привести к разоблачению.

Зориан мысленно выругался, заметив в небе приближающиеся темные точки. Клятые железноклювы.

— Не хочу прерывать вас, но сюда уже направляются стражи поместья, — сообщил он Аланику. — Если не уйдем, окажемся по уши в зимних волках и мертвых вепрях. Можете поверить на слово — я это уже проходил.

— А, так ты уже шнырял по окрестностям? — заинтересовался Аланик.

— Если бы вы прочитали документы, что я принес, вы бы все это знали, — пробурчал Зориан.

— О, не волнуйся, мы еще вернемся к этим бумагам, когда будем вместе с военными планировать штурм поместья.

Зориан шокировано посмотрел на жреца.

— Что? — хохотнул Аланик. — Ты думал, мы вдвоем проникнем в логово некромантов? Нет, мы позовем с собой солдат, боевых магов, артиллерию, и наведем тут порядок. А потом ты поможешь мне разгребать завалы.

— Эй, а меня спросить? — ответ, против его желания, прозвучал довольно вызывающе. Черт, вот именно этого он и опасался…

— Не жалуйся, — отрезал Аланик. — Я и так знаю, что бы ты ответил: ты не хочешь в этом участвовать. Ты хочешь вернуться домой и притвориться, что тебя это не касается, так?

— Ну, да, — признал Зориан. — Я дал вам всю известную мне информацию, чего еще от меня требовать?

— Что-то я очень сомневаюсь, что ты передал все, что тебе известно. А военные усомнятся еще сильнее, — вздохнул Аланик. — Они захотят найти тебя — и они тебя найдут. С другой стороны, если ты с самого начала будешь при мне, они поостерегутся на тебя давить. Это может звучать странно, но рядом со мной ты в большей безопасности, чем вдалеке от сражения.

И, словно в подтверждение своих слов, Аланик указал рукой на приближающуюся стаю железноклювов и щелкнул пальцами. Слепящий разряд электричества ударил в вожака, дуга перескочила на соседнюю птицу, с нее на следующую…

В мгновение ока два десятка тварей рассыпались дождем обожженной плоти и кружащихся перьев.

Окей, следует признать — это впечатляло. Особенно учитывая, что Аланик специализируется на огне. Похоже, спектр его умений куда шире, чем думал Зориан.

Но все же…

— А откуда военные узнают обо мне, если вы им не скажете? — возразил он.

— Мне придется им рассказать, — покачал головой жрец. — Из меня очень скверный лжец, а они подозрительны и настойчивы. Они быстро поймут, что я работаю с кем-то еще, и они, несомненно, захотят узнать, с кем.

Угх. Ну что за отстой. Может, махнуть рукой и перезапустить цикл?

…Впрочем, пока нет. Может, что-то из этого и выйдет.

— …Мне нужно сохранять инкогнито, — наконец сказал Зориан.

— Мы что-нибудь придумаем, — бросил Аланик.

Вот и все. С этого момента он мог считать себя в команде жреца.

Надо сказать, Зориан никак не ожидал от королевства столь быстрой реакции на угрозу. На мобилизацию войск и подготовку к штурму ушло всего четыре дня. Церковь Триумвирата тоже не осталась в стороне, прислав две группы по дюжине воинствующих жрецов в дополнение к предоставленным Эльдемаром нескольким сотням солдат и около полусотни боевых магов. В роли ударной силы выступали тринадцать улучшенных магией орудий и четыре гигантских боевых голема.

Сам Зориан в подготовке почти не участвовал. По большей части он молча сопровождал Аланика, завернувшись в глухую мантию с капюшоном, выданную жрецом. А когда говорил — делал это через зачарованный шар, озвучивающий его мысли. Эту штуку он сделал сам, несколько удивив Аланика. Похоже, его восприятие в очередной раз отличалось от общепринятого — то, что он считал забавной безделушкой, было дорогостоящим и сложным в освоении магическим инструментом.

По словам Аланика, остальные члены штурмовой группы считали Зориана неким высокопоставленным дознавателем, посланником Церкви — и изрядно его опасались, что весьма забавляло жреца. Во всяком случае, его присутствие почти все воспринимали, как должное, но цикл только начинался, и Зориан не смел надеяться, что так пойдет и дальше. Но, по крайней мере, пока его личность не была раскрыта.

И все же — все это было ему в новинку. Он совершенно иначе представлял все это, когда принимал решение сдать Судомира Церкви. Да и чего уж там — сам Судомир наверняка давным-давно бежал — он никак не мог не заметить подготовки к штурму.

Зориан как-то поделился своими соображениями с Алаником, но жрец с ним не согласился:

— Судомир вложил в это поместье слишком много времени и средств, — сказал он. — И ни за что не бросит его без боя. А четыре дня — слишком мало, чтобы вывезти все ценное; к тому же не факт, что эти четыре дня у него были. Не думаю, что он заметил нас немедленно.

— Если бы вы не вспугнули его в самом начале, могли бы спокойно арестовать его в городе, — заметил Зориан.

— Отнюдь. Нельзя просто взять и арестовать влиятельного политика. Нужны веские доказательства, иначе все обернутся против нас. Зато для атаки на гнездо нежити не нужно никаких иных причин, а внутри мы наверняка найдем множество доказательств его вины.

Зориан покачал головой — он далеко не был в этом уверен, но и спорить не стал. Поживем — увидим. Кто знает, может, Аланик и военные правы.

С теми силами, что были стянуты для штурма поместья, ни о каком факторе внезапности не могло быть и речи. Даже с использованием телепортации, на развертывание войск неизбежно уйдет куча времени. Так что операция начнется с того, что три группы магов прибудут первыми и накроют окрестности масштабным блокирующим телепортацию оберегом — чтобы Судомир не сбежал, оценив собранные против него силы.

Ну, эта часть плана прошла как по маслу… Вот только активация оберега разворошила осиное гнездо: стоило чарам набрать силу, как из особняка и его склада нескончаемым потоком хлынули мертвецы. Скелеты, мертвые вепри, мясные големы, здоровенные уроды, сшитые из человеческой плоти (Зориан даже не знал, что тут такое есть. Хотя, возможно, это просто укрупненная версия мясного голема) — армия нежити Судомира потрясала воображение. Зориан мог только предположить, что сам не сталкивался с этими ордами лишь потому, что к тому моменту они штурмовали Сиорию.

Не ожидавшие столь яростной контратаки армейцы силились удержать строй. К счастью, все здесь были закаленными и дисциплинированными бойцами, и уже знали, что будут сражаться с нежитью — паники не было.

Орудия раз за разом били в накатывающий вал мертвецов, изрядно его прореживая. Четыре цельнометаллических боевых голема, хоть численно и уступали сшитым из плоти чудовищам, оказались куда сильнее и прочнее их. Мясные гиганты не могли прорваться, будучи отбрасываемы вновь и вновь, пока не рассыпались на части. Увы, хаос начавшегося сражения взял свою цену жизнями — в первые же минуты сражения королевские войска потеряли десятерых магов и более полусотни солдат.

Тем не менее, купленного жизнями времени хватило, чтобы переломить ситуацию. Маги, преодолев начальные трудности, завершили какое-то групповое заклинание, и перед ордой нежити возникли два огромных огненных смерча.

Словно живые, огненные вихри ворвались в атакующую орду, всасывая и испепеляя нежить. Странное дело — они и не думали слабеть, а словно становились жарче с каждым уничтоженным ходячим трупом.

Тех немногих мертвецов, что прорвались сквозь огонь артиллерии, големов и огненные смерчи, встречали гранатами и крупнокалиберными пулями — теперь до строя королевских сил не доходил ни один.

И тут крыша поместья Яску взорвалась. У Зориана мелькнула мысль, что Судомир запаниковал и, как в прошлый раз, допустил фатальный просчет, но из поднявшегося облака пыли раздался рев.

Что-то огромное. Ударная волна от рыка прокатилась по окрестностям, разметав скрывающую особняк пыль. И взгляду Зориана предстала мощная металлическая платформа — которую практически целиком занимал столь же гигантский костяной дракон. Его полированные кости играли узорами желтых силовых линий от бесчисленных заклинательных формул, а меж ребер угнездился сложно выглядящий механизм.

Что?

Чегоо?!

Откуда у Судомира эта хреновина?! И почему он раньше никогда не намекал, что владеет чем-то подобным?!

Но костяному дракону его переживания были глубоко безразличны. Огромный скелет озарился тусклым желтым светом, образовав на костях крыльев нечто вроде призрачной мембраны, и лениво взмыл в воздух.

Взмыл, чтобы направиться прямо к Зориану и Аланику.

Битва за поместье Яску началась.

Глава 52. Распад

Вот чего-чего, а костяного дракона Зориан никак не ожидал. За прошлые циклы он не раз приходил в поместье и считал, что знает о вооруженных силах Судомира все. Как он умудрился прозевать нечто столь… большое во всех смыслах? Ко всему прочему, после столь эффектного появления монстр попер прямо к нему…

Ну, скорее всего, не к нему лично — тварь, вероятно, нацелилась на командование штурмовой группы, желая одним ударом обезглавить военных. Могло и получиться — большинство офицеров находились при штабе. Да, чтобы добраться до них, нужно прорваться через основные силы и преодолеть защиту ставки — но с этим крылатый костяной дракон, напитанный мощной магией, наверняка справится.

И все бы хорошо, но там же находился Аланик и, соответственно, сам Зориан, не отходящий от жреца ни на шаг. Так что чудовищный крылатый скелет пер прямо к нему.

— Самое безопасное место, значит, — угрюмо пробурчал Зориан. Негромко, но достаточно, чтобы Аланик расслышал.

Суровый жрец не ответил, сплетая какое-то заклинание. Если Зориан правильно понял — некая защита от прорицания. Видимо, Аланику не понравилась та легкость, с которой Судомир вычислил местоположение штаба, и он решил принять меры.

Оглянувшись вокруг, Зориан убедился, что остальные маги тоже спешно творят заклинания. Ставка с самого начала боя напоминала разворошенный муравейник, сейчас же вихрь кипучей деятельности захватил всех. Всех, кроме Зориана — он прекрасно сознавал, что, вмешавшись, скорее навредит, чем поможет. Лучше не лезть под руку, пока не попросят.

Дракон еще только начинал свой полет к их штабу, когда из окружающих поместье лесов поднялась плотная черная туча. Железноклювы. Бесчисленные крылья заслоняли небо, а зловещее карканье было слышно даже отсюда. Похоже, Судомир собирался с их помощью открыть путь для дракона.

Разделившись на пять меньших стай, магические вороны устремились к королевским войскам, засыпая их градом бритвенно-острых перьев. В ответ один из боевых големов поднял раскрытые ладони — и в гуще птиц загрохотали взрывы, убивая железноклювов сотнями. Солдаты тоже не были беззащитны — достав некие стреляющие гранатами устройства, они открыли огонь емкостями с зельем. Заряды взрывались светом и электричеством, с легкостью выкашивая атакующих птиц. Однако напор железноклювов не ослабевал, словно стаи были бесконечны. И гибель множества сородичей лишь распаляла их ярость — карканье становилось все громче, а ливень смертоносных перьев все плотнее.

Зориан, хмурясь, поежился. Ему с самого начало не нравилось, куда бесконтрольно скатывается этот цикл — сейчас же это чувство усиливалось. Такими темпами элдемарские войска могут и проиграть. Может, оборвать цикл и начать сначала?

Нет… еще рано. Он слегка рисковал, ведь смерть означала попадание в ловушку душ Судомира, но он хотел узнать, что будет дальше. Или, по крайней мере, чем закончится бой. Может, у Судомира есть и другие козыри в рукаве, помимо приближающегося мертвого дракона.

К слову о драконе — Зориан ожидал, что тварь налетит и будет рвать их зубами и когтями. Скелеты, как правило, ни на что иное не способны. Но, видимо, заклинательные формулы на костях и механизмы в грудной клетке рептилии были не просто для красоты. Еще издалека, на подлете дракон разинул пасть и ударил по ним тонким желтым лучом из глубин черепа. Неяркий луч был едва виден, но Зориан знал — это отнюдь не признак слабости. Луч мгновенно достиг ставки, практически не рассеявшись по пути к цели.

К счастью, отвечавшие за защиту маги не зевали — пока тварь разевала пасть, они успели поднять барьер. Не привычную Зориану тонкую силовую оболочку, но толстую, вязкую стену эктоплазмы, искажающую видимое за ней.

Ударивший луч расплескал огромный кратер, углубившись более, чем на половину толщины — но стена выстояла, а материал, окружающий отметину, устремился в дыру, заполняя ее. Считанные секунды спустя барьер был как новенький.

Дракон еще дважды ударил лучом в то же место, пытаясь пересилить регенерацию барьера. Тщетно. Стена успевала восстановиться.

Мертвую тварь это ничуть не смутило — она неотвратимо приближалась к ставке. Огненные вихри, перемоловшие первую волну нежити, двинулись наперерез. Дракон впервые слегка изменил курс, нацелившись на один из вихрей, и выпустил мощную развеивающую волну. Пламя заметно потускнело, но не рассеялось. И тут крылатая тварь наконец оказалась на расстоянии атаки эльдемарских магов — и на нее обрушился шквал бесчисленных заклятий. Обстрел был очень разнообразен — пожалуй, тут не нашлось бы и двух одинаковых заклинаний. Зориан чуть запоздало сообразил, что маги пробуют защитные чары дракона, ища наиболее очевидные уязвимости.

Увы, заклинания королевских магов были ничуть не эффективнее того желтого луча дракона. Костяной монстр оказался неожиданно ловок, уклоняясь в воздухе с невероятным проворством, и к тому же имел собственную магическую защиту. Ничего особенного, обычная силовая сфера — но эти заклятья недаром ценятся магами за их надежность. Ее оболочка защищала не хуже монолитной стены — а большинство заклинаний были неспособны проходить сквозь стены.

Несмотря на это, обстрел не прекращался, а огненные вихри силились втянуть дракона, поглотить его. И, хоть вихри явно были энергетическими конструктами, они производили достаточное физическое усилие — костяной дракон завис, не в силах вырваться из их хватки. С другой стороны, ущерба огонь не наносил. Защиту мертвой твари словно питал некий неисчерпаемый источник — скорее всего, все те же захваченные души, как в случае с оберегами поместья. И эта защита отражала все, с чем сталкивалась.

Но — не бывает абсолютных защит, а зависший в одной точке дракон — просто большая мишень. Один из магов нащупал нужное сочетание — блин пурпурного огня прилип к защитной сфере дракона и быстро разъедал ее — и вскоре первый защитный слой пал. Тут уже и дракон оценил угрозу и удвоил усилия. Он обрушил град ударов на огненные вихри и окружающих солдат, в итоге погасив обе огненные воронки.

И вновь ударил желтым лучом, но теперь не в барьер, защищающий ставку, и не в основные силы штурмового отряда. Луч чиркнул по земле перед барьером, взметая целые облака пыли и гравия. Видимость резко ухудшилась, многие выпущенные заклятья детонировали или сбились с курса, пройдя мимо цели.

Зориан уже не сомневался — они имеют дело отнюдь не с безмозглым автоматом, как большинство зомби. Костяного дракона, несомненно, направлял разум — или сам конструкт наделен мышлением, или Судомир удаленно управляет им, как сам Зориан управлял големами в последний раз, когда штурмовал поместье.

А если драконом управляет разум — то он может быть уязвим для магии разума. Зориан попытался дотянуться до твари своим мысленным чутьем, но та была слишком далеко.

— Можете подманить его поближе? — спросил он Аланика. — Я понимаю, что опасно, но когда он будет ближе, я, возможно, смогу его обезвредить.

— Мы уже работаем над этим, — неожиданно вклинился в разговор один из ближайших магов. — У нас тоже приготовлен сюрприз, но мы опасаемся спугнуть эту штуку. Если поймет, что дело нечисто, будет держать дистанцию. Что вы задумали?

— Хочу попробовать атаковать его разум, — признался Зориан.

— О? Маг разума? — риторически спросил военный, оценивающе глядя на него. — Пожалуй, может сработать. Скажите, когда будет подходящий момент, и мы постараемся обеспечить вам возможность.

Зориан не представлял, какую такую возможность они могут обеспечить для ментальной атаки, но тем не менее кивнул.

Пока большинство магов занималось драконом, остальные войска разбирались с атакующими железноклювами. В какой-то момент к общей свалке присоединились стаи зимних волков и боевых троллей, но, несмотря на это, королевские войска по-прежнему держались. Несколько минут спустя Зориан понял, в чем дело — отдельные маги исчезали в телепорте и возвращались с подкреплениями. Видимо, командование было готово к неудачному развитию событий и имело резерв на этот случай. Небольшой, но постоянный приток свежих магов и солдат вливался в штурмовой отряд, позволяя сдерживать натиск.

— Приближается! — крикнул маг, с которым говорил Зориан. Действительно, костяной дракон отбросил уловки и летел прямо на них. — Когда он подлетит поближе, мы дадим залп парализующими чарами. Вряд ли подействует, но это должно нагрузить его ментальную защиту. Когда дам сигнал — начинайте. У вас одна попытка, затем мы переходим к нашему плану.

Зориан сконцентрировался на приближающейся цели, пытаясь дотянуться своим мысленным чутьем. Дракон непрерывно атаковал защитный барьер своим желтым лучом, и чем ближе тварь подлетала, тем тяжелее приходилось эктоплазменной стене. Ударив в упор, дракон, наверное, пробьет барьер и попадет по штабу… Если луч прорвется сквозь следующие слои защиты. Но даже если дополнительная защита выдержит — это не продлится долго. Монстра нужно остановить, и чем скорее, тем лучше.

Крылатая тварь ускорилась, явно намереваясь врезаться в барьер всей своей массой, не сомневаясь в прочности костей. Но было поздно — дракон вошел в радиус психических сил Зориана. Разум, управляющий костяным чудовищем, был как на ладони. Да, там была защита — но Зориан знал, что сможет прорваться. Если успеет — тварь с бешеной скоростью неслась прямо на…

Дюжина ярко-синих зарядов обрушилась на подлетающего дракона — окружающие Зориана маги атаковали параличом. С такого расстояния даже невероятно проворная крылатая тварь не могла уклониться — и у нее больше не было защитной сферы. Заклятья попали в дракона, и под их слитным ударом ментальная защита разлетелась, как яичная скорлупа под молотком. На долю секунды гигантский скелет замер, летя по инерции. И хоть сам паралич слетел практически мгновенно, это было неважно — главное, ментальный щит еще не восстановился.

Зориан немедленно атаковал шквалом психических клинков — прямо в разум, управляющий скелетом. Контролер, не ожидавший удара, отпрянул, охваченный растерянностью и болью, и Зориан, воспользовавшись его ослабшим влиянием, тут же перехватил управление костяным драконом.

Чудовищная тварь нырнула в воздухе и на полной скорости врезалась в землю, так и не долетев до ставки. Взметнулись тонны пыли и грязи, чудовищный остов пропахал широкую колею, своротив пару деревьев, и, наконец, остановился неподалеку.

Пару секунд все вокруг Зориана молча смотрели на него.

— Твою ж мать, — сказал кто-то. — Сработало.

— Он еще цел, — отрывисто сказал Зориан. — И его контролер борется со мной. Я могу лишь удерживать его на месте, и то это не продлится долго.

Да уж, хоть он и застал управляющего этой штукой врасплох, атаковать противника через подконтрольную марионетку было чертовски сложно — даже для него. Это сильно снижало силу и скорость его ментальных ударов, в то время как враг уже восстановил защиту и пытался вырвать у него контроль над крылатым монстром. И у него это получалось, Зориан быстро утрачивал позиции — в этой клятой хреновине явно был встроен мощный управляющий контур.

— Ты сделал больше, чем достаточно, — Аланик повернулся к одному из старших офицеров. — Давайте живой металл.

Четыре укрытых за ставкой орудия открыли огонь, безошибочно поражая неподвижного дракона. Вместо того, чтобы взрываться, снаряды распускались спутанной массой серебристых нитей, что тут же оплетали кости чудовища.

— Мы собирались использовать их, чтобы приземлить эту штуку, — пояснил Аланик. — Но так даже лучше. Когда живой металл пустит корни — тварь больше никогда не взлетит. Как думаешь, сколько еще ты сможешь…

И тут контролера окончательно оттеснил Зориана от управления гигантским скелетом. Костяной дракон зашевелился, пытаясь разорвать металлические нити.

— Неважно, — вздохнул Аланик. — Видимо, по-простому не получится.

Гигантская нежить рвалась изо всех сил, но нити держались. Они извивались, словно металлические черви, неустанно стремясь охватить давно мертвые кости. Усилия дракона приносили обратный эффект — его рывки и удары о землю наоборот открывали нитям новые места, чтобы закрепиться. Тварь попыталась оглушить их, испустив развеивающую волну, сменила одно за другим четыре магических поля — столь же безрезультатно — а потом попыталась ударить по ставке своим желтым лучом. Не судьба — к тому времени нити уже добрались до костяной шеи и не позволили повернуть череп в нужную сторону.

Дракон яростно взревел, как при своем первом появлении. С такого расстояния это было уже опасно — ударная волна от рева вполне могла раскидать незащищенных людей, а громкость звука — разорвать барабанные перепонки. К счастью, защитные чары ставки справились, и Зориан отделался лишь неприятным звоном в ушах.

Эльдемарские войска обрушили на дракона шквал снарядов и заклятий, видимо, совершенно не опасаясь повредить нити живого металла, что держали тварь на земле. И не ошиблись — серебристые нити оставались целехонькими. Или, возможно, полученный ущерб немедленно восстанавливался — этот живой металл оказался чертовски пластичным материалом.

А вот Судомира постигшая дракона неприятность совершенно не устраивала — вскоре после начала обстрела из особняка вырвались несколько ярких заклятий и взмыли в небеса, вычерчивая гигантскую параболу к цели. Намного дальше, чем способна обычная магия.

Это сразу напомнило Зориану его первое вторжение ибасанцев — разрушительные заклятья, замаскированные под фейерверк, с которых и началось сражение. Артиллерийские заклинания. Требующие долгого времени каста, жрущие невероятно много маны, но устрашающе мощные и дальнобойные.

Остальные тоже безошибочно опознали угрозу. Командование отряда немедленно решило перенести ставку — два ярких светляка летели в их сторону, и проверять, выдержат ли обереги, никому не хотелось. К счастью, артиллерийские чары, разработанные против неподвижных укреплений, сравнительно медленны — от них вполне возможно уклониться. Впрочем, Судомир, вероятно, и не рассчитывал убить их этим залпом — просто хотел прекратить обстрел дракона. Чего и добился — военные в спешке меняли позицию, стремясь убраться с пути падающих звезд.

Впрочем, эльдемарские маги не ограничились уклонением — стоило им переместиться на новое место, как они тут же начали творить свои артиллерийские чары. Вскоре ответные метеоры устремились к поместью Яску. Но прежде, чем они пролетели и половину дистанции, заклятья некроманта достигли целей. Одно из них неожиданно оказалось наведено на дракона. Похоже, Судомир сделал ставку на то, что костяная тварь прочнее, чем металлические нити.

Мир вспыхнул светом, жаром и грохотом.

И тотчас из поднявшегося облака пыли взлетел освободившийся дракон. У него не было одной лапы, многие кости треснули, и нанесенные на них формулы тускнели, но он все еще двигался. Несколько обрывков серебристой нити упрямо цеплялись за кости, но их было слишком мало, чтобы хоть как-то повлиять на монстра. Расчет Судомира оправдался.

Мир вновь содрогнулся — эльдемарские артиллерийские чары достигли поместья. Возникший над особняком сияющий золотой купол выдержал залп, но сильно потускнел и пошел рябью.

Костяной дракон развернулся и взял курс на поместье. Войска некроманта отступали — уцелевшие зимние волки и тролли тоже бежали в безопасность чащи.

Что же до железноклювов — их осталось менее половины, и как только дракон сбежал, они тоже бросились врассыпную, прочь от поместья Яску. Коснувшись мыслей нескольких птиц, Зориан ощутил, что те никогда более не собираются сюда возвращаться. Чем бы Судомир ни держал их, гибель такого числа сородичей это перевешивала.

Первое сражение за Яску завершилось, но никто не тешил себя надеждой, что дальше будет проще.

Следующие несколько часов Судомир всеми силами старался замедлить продвижение штурмового отряда. Его уцелевшие миньоны постоянно беспокоили военных внезапными налетами, не нанося особого вреда, но оттягивая силы на себя. Костяной дракон, например, был по-прежнему опасен — более не рискуя атаковать в лоб, он, тем не менее, не упускал ни одной возможности ударить в слабо защищенное место. К тому же окрестности поместья были буквально усеяны спешно созданными ловушками — обычными и магическими — и затаившимися мертвецами в черном, знакомыми Зориану по прежним, одиночным штурмам. Наконец, обереги поместья работали на полную мощность, сжигая накопленные запасы маны, но выдерживая непрерывный обстрел эльдемарских магов.

Зориан поначалу думал, что они играют на руку Судомиру. Что некромант тянет время, пока его приятели-ибасанцы уходят через врата в подвале особняка, а потом и сам уйдет вслед за ними. Но время шло, и становилось очевидно, что Судомир почему-то решил оборонять поместье до последнего. Если бы хотел, он уже сто раз мог бы сбежать.

Но вне зависимости от решимости Судомира, исход осады был решен еще в первом бою. И чем дальше, тем туже затягивалась петля на шее мэра-предателя. Заросли вокруг поместья, таившие западни и засады, были выжжены дотла, запасы мертвецов истощались, а защитные чары были уже на пределе.

И тут Судомир вновь удивил Зориана.

Он капитулировал.

Что еще более удивительно, это не была какая-то ловушка, как поначалу решил Зориан. Некромант действительно открыл ворота и деактивировал чары, позволив себя захватить. Это… уже ни в какие ворота не лезло. Судомир мог легко убежать, как поступили ибасанцы в поместье — военные нашли следы недавнего пребывания множества людей — но он остался. Один. И даже если ибасанцы закрыли за собой врата, он всегда мог просто улететь в закат на своем крутом костяном драконе.

Зориан подождал, пока эльдемарские дознаватели обследовали поместье, затем поделился своими соображениями с Алаником.

— И что тебя удивляет? — спросил жрец. — Если бы он упорствовал до последнего, мы похоронили бы его под руинами особняка. Никто не хочет умирать, а некроманты — особенно.

— Но врата, что мы нашли в подвале… — начал было Зориан.

— Да, просто поразительно, — нахмурился Аланик. — И ты спрашиваешь себя, почему он не сбежал вместе со своими неизвестными союзниками? Не забывай — то, что они сотрудничали, не значит, что они в хороших отношениях. Возможно, он счел, что в эльдемарской тюрьме ему будет лучше, чем в гостях у так называемых союзников.

— Но если бы он хотел, он бы наверняка смог бежать, — настаивал Зориан. — Например, он мог просто улететь. Боги свидетели, мы не смогли бы его перехватить, если бы он оседлал своего дракона и улетел, куда глаза глядят.

— Нет, но мы бы его выследили, — заметил Аланик. — Хотя, ты, вероятно, прав. Он мог бежать. Но это означало бы, что мы все тут сровняем с землей. Похоже, Судомир очень привязан к этому месту. Это работа всей его жизни, и он не может допустить ее уничтожения.

Некроманту настолько дорога его ловушка душ?

— Но разве ее не в любом случае уничтожат? — теперь нахмурился Зориан. — Не станет же Эльдемар терпеть на своей территории огромную ловушку душ?

Аланик молча посмотрел на него, тяжело вздохнул.

— Они определенно выпустят запертые в ней души. О них теперь знает слишком много людей, и если станет известно, что души невинных по-прежнему заперты внутри, разразится жуткий скандал. В крайнем случае, я уверен, что смогу убедить Церковь надавить на власти. Но увы… Я не могу обещать, что само устройство будет уничтожено. Творение Судомира омерзительно, но при этом и весьма впечатляюще — во всяком случае, для некоторых. Вполне вероятно, что он сумеет договориться с властями.

— Договориться?! — не поверил Зориан. — Но как? Я знаю, что государство тайно держит агентов-некромантов, но Судомир…

— Я знаю, — Аланик успокаивающе поднял руки. — Но с Эльдемара станется переоборудовать поместье в засекреченную исследовательскую лабораторию, где Судомир будет «отбывать домашний арест». Да, его заставят работать на благо страны, и он будет ограничен в своих возможностях, но, очевидно, это недостаточно суровое наказание для чудовища вроде него. Я практически уверен, что сейчас он именно этого и добивается.

— Понятно, — уныло ответил Зориан. Он и так знал, что Эльдемар не назовешь оплотом чести и справедливости, но работать с кем-то вроде Судомира… Это неприятно удивляло.

С другой стороны, они ведь еще не знают, что Судомир не просто практиковал запрещенную магию — но и предал страну в интересах внешних врагов. Зориан подозревал, что эта незначительная деталь не очень-то понравится властям…

— Но, разумеется, — продолжил Аланик, — если я выясню о нем что-то действительно серьезное, прежде чем эльдемарские черные отряды уволокут его в застенки, то этого соглашения может и не быть. Далеко не все можно замести под ковер.

— Это… намек? — Зориан с подозрением посмотрел на жреца.

— Твоя телепатическая схватка с Судомиром через его марионетку очень впечатляла, — заметил Аланик. Хм, так значит, крылатым скелетом управлял сам Судомир. — Перехватить контроль, пусть и ненадолго, мог лишь очень сильный маг разума.

Стоп, Аланик что, предлагает ему порыться в памяти Судомира? О да… он не станет возражать.

— Ни слова больше, — ответил Зориан, пытаясь скрыть возбуждение. — Я с удовольствием помогу вам.

— Тогда пойдем, — жрец повернулся и поманил его следовать. — Но имей в виду, у нас будет не больше часа. Это не официальное дознание, и я вынужден учитывать правила…

Вот уж это Зориана совершенно не беспокоило. У него было предчувствие, что скоро все равно придется перезапустить цикл, так что возможные последствия его не интересовали. Зато упускать такую возможность он точно не собирался. Он-то думал, придется хитрить и изворачиваться — но ему просто предложили. Он шел следом за Алаником, обдумывая, какие вопросы он задаст некроманту.

— А почему вы просто не накачали его сывороткой правды и не допросили? — спросил Зориан. Аланик делал так в прошлых циклах — почему не стал в этом?

— Сыворотка оставляет слишком заметные следы в крови жертвы, — покачал головой Аланик. — Я же говорил, что вынужден учитывать правила. И когда Судомир обвинит меня в форсированном допросе, у него не должно быть доказательств.

— Вот как, — кивнул Зориан. — Извините за тупые вопросы, просто я раньше с таким не сталкивался — вам придется потерпеть.

— Эксперт магии разума, не разбирающийся в допросах, — ровно прокомментировал Аланик, закатив глаза. — Ну да.

Зориан не стал отвечать. Не объяснять же ему, как он на самом деле учился менталистике. Хорошо, что Аланик не стал задавать вопросов. Во всяком случае, сейчас.

Для того, кого захватили королевские дознаватели, Судомир выглядел на удивление хорошо. Да, на нем были наручники, прерывающие плетение, и ошейник со взрывчаткой, но в остальном он совершенно не пострадал. Кажется, их приход его обеспокоил — да и на Аланика некромант смотрел очень кисло, но молчал. Заглянув в его поверхностные мысли, Зориан узнал, что жрец уже пару раз приходил задавать вопросы и совершенно достал Судомира. Тот отказался что-либо говорить Аланику, тоже подозревая, что действия жреца не совсем правомерны.

Зориан пожал плечами и принялся за работу. Он и не пытался действовать деликатно — безжалостно взломал ментальный щит Судомира мощным ударом и запустил щупы глубоко в чужой разум. Судомир схватился за голову, не в силах сопротивляться. В непосредственной близости от менталиста, с подавленными магическими способностями, он просто не мог вышвырнуть Зориана из своего сознания. Он даже не мог закричать от боли или позвать на помощь — Зориан контролировал его голосовые связки.

Единственной проблемой было — как заставить некроманта вслух отвечать на вопросы Аланика. Ему не хотелось, чтобы воинствующий жрец понял, с какой легкостью он читает чужую память, но заставить жертву делать что-то было куда сложнее… к тому же что-то запрещало Судомиру говорить на некоторые темы. Хм, оказывается, некромант не растерялся и перед капитуляцией наложил на себя запрещающий гейс — и теперь не мог ничего рассказать ни о связях с Ибасой, ни о вторжении в Сиорию. Нет, так дело не пойдет. Зориан и затеял все это, чтобы сдать ибасанский заговор властям — от гейса придется избавиться.

Он не был мастером магии душ, чтобы просто снять запрет — к счастью, этого и не требовалось. Магия разума — лучшее средство против духовных печатей; она не только позволяет получить информацию без участия жертвы, но и способна вытравить из ее памяти все упоминания о запрете. Собственно, из-за этой лазейки гейсы и применялись так редко — жертва зачастую могла просто заплатить менталисту и навсегда забыть о полученном приказе. Духовная печать технически продолжала существовать, но не могла подействовать, если о ней не знать.

Гейс, наложенный Судомиром на самого себя, был совсем недавним, так что Зориан вычистил все воспоминания о нем буквально за пять минут. Он даже не стал сообщать об этом Аланику.

Во всяком случае, когда в ходе допроса стали вырисовываться истинные масштабы действий Судомира, Аланик отбросил все мысли о коротком тайном допросе. Дознание длилось несколько часов, и прекратилось лишь потому, что Зориан опасался необратимо повредить разум Судомира непрекращающимся сканированием. И за эти несколько часов он окунулся в настоящий кладезь информации о ибасанских захватчиках, культе Дракона, что Внизу, и самом Судомире. В основном — имена соучастников и места, где можно найти неопровержимые улики — Аланику были нужны именно такие сведения, и Зориан не видел причин ему отказывать. Он и сам собирался навестить перечисленных людей в следующих циклах, но в этот раз уступит очередь Аланику.

Что интересовало самого Зориана, так это причины, побудившие Судомира все это затеять. Как выяснилось, первопричиной всего была смерть его жены. Нет, Судомир и до этого был отпетым некромантом, но, когда его жена заразилась Плачем и умерла, он совсем сошел с нарезки. Вместо того, чтобы отпустить ее и жить дальше, он извлек ее душу и попытался вернуть к жизни. И, разумеется, потерпел неудачу. Не так-то просто заставить душу умершего вновь мыслить, не говоря уже о подобии жизни. В итоге он привязал душу жены к поместью Яску, частично восстановив ее мыслительные способности. Вот почему защитные чары действовали так пугающе разумно — и почему некромант предпочел сдаться, но не допустить разрушения поместья.

По сути, главной причиной, почему Судомир согласился сотрудничать с ибасанцами было то, что Кватач-Ичл обещал ему ритуал, способный воплотить душу жены в лича. Обычно для преобразования в лича маг должен быть живым, но Кватач-Ичл утверждал, что может скорректировать ритуал для бестелесной души. Было ли это правдой или нет — оставалось только гадать.

Другой причиной — той самой «политикой» — было желание Судомира легализовать некромантию. Логично — он собирался вернуть жену в виде лича, да и сам не планировал мирно умереть от старости — и вечно скрывать это было невозможно. Особенно если он собирался и дальше оставаться во власти — а он собирался. Так что он хотел принудить Эльдемар снять некоторые ограничения с магии душ — или хотя бы сделать для него исключение. Для этого, по его замыслу, требовалось ослабить Эльдемар (чтобы королевство отчаянно нуждалось в его помощи) и, соответственно, усилиться самому.

Подробности этого амбициозного плана выяснить не удалось — он был слишком сложен и изощрен, чтобы разобраться в нем за пару часов. Да и, сказать по правде, Зориана не особо интересовали подробности. На его взгляд, вся затея была сущим безумием, замешанным на самообмане. Судомир хотел вернуть жену, потому и помогал ибасанцам. Остальное — лишь отговорки для самого себя.

Помимо этого, Зориан узнал еще пару-тройку любопытных деталей — например, как Судомир контролировал железноклювов. Оказывается, он похитил их птенцов и держал в заложниках, а также подчинил нескольких вожаков магией. Железноклювы достаточно умны, чтобы понять ситуацию с их драгоценными птенцами — но недостаточно, чтобы распознать магическое вмешательство в иерархию стаи, так что это вышло на удивление эффективно. Зориан пока не решил, можно ли это как-то использовать, так что пока оставил для дальнейшего обдумывания.

Потом тема допроса (не без помощи Зориана) сменилась на призыв первозданного — и Зориан решил проверить, не знает ли Судомир ответ на давно мучивший его вопрос.

— Зачем культу Дракона, что Внизу, ребенок-перевертыш для ритуала?

— Дети, — поправил некромант. Он уже не пытался сопротивляться ментальному сканированию Зориана — так было менее болезненно — и лишь стремился увести допрос в сторону от важных тем. К несчастью для него, Зориан с прошлых циклов знал очень многое об их действиях. — Несколько. Для ритуала нужно не менее пяти детей перевертышей. Желательно больше.

Зориан нахмурился. Пятеро детей?

— Что с ними делают? — спросил Аланик.

— Приносят в жертву, разумеется, — закатил глаза Судомир. Ну да, спроси очевидное, узнаешь очевидное. В мыслях отчетливо отразилось его отношение к подобным вопросам.

— Почему так много? — спросил Зориан. — И почему детей? Почему детей перевертышей?

— Из одного перевертыша можно добыть лишь немного эссенции первозданного, — ответил Судомир. — И с возрастом она все плотнее интегрируется в организм, ее уже не извлечь. Только в маленьких детях есть сколь-нибудь значительное количество свободной эссенции.

Что?

— Поясните, — велел Аланик.

Судомир вздохнул.

— Если просто вшить в свою душу еще одну, это не сделает тебя перевертышем. Во всяком случае, таким, которых мы знаем.

В сознании некроманта мелькнула цепочка образов, и Зориан глубже погрузился в его память. Судомир разбирался в этом, потому что… Потому что он годами изучал перевертышей. Он захватил десятки перевертышей, подверг их мучительным экспериментам, пытаясь понять, как они устроены. Он даже несколько раз пытался сам создать перевертыша — самой удачной из его поделок был Серебряный. Вот только Серебряный не был человеком, научившимся превращаться в зимнего волка — наоборот, Судомир взял волка и вшил в него душу человека, увеличив его мыслительные способности и даровав возможность обращаться в человека. Зачем некроманту вообще это понадобилось?!

Зориан глубоко вдохнул и очистил голову от лишних мыслей. Опыты Судомира над перевертышами были чудовищны, но это капля в море на фоне его остальных злодеяний. Спрашивать о причинах — впустую тратить ограниченное время дознания.

— Чтобы сделать трансформацию столь отточенной и гибкой, предки современных перевертышей воспользовались кое-чем еще, — продолжал некромант. — Они использовали каплю крови первозданного, заточенного под Сиорией. Этот первозданный известен своим мастерством перевоплощения, так что его кровь была мощным катализатором ритуала. Это одна из причин того, что ритуалы перевертышей столь сложно воспроизвести. Даже если узнать все тонкости, все равно потребуется кровь перевертыша — другим путем получить эссенцию первозданного неоткуда.

— То есть культисты хотят использовать эссенцию первозданного, как ключ к его темнице, — закончил мысль Зориан.

— Да, — подтвердил Судомир. Зориан ощутил, что некромант не прочь поговорить об этом — ведь, обсуждая культистов, они отвлеклись от его собственных преступлений. Хотя он технически и состоял в культе, единоверцы были ему глубоко безразличны. — В какой-то мере эссенция — все еще часть первозданного, и ее можно использовать, чтобы соединить наш мир с карманным измерением, где заточен первозданный.

— Карманным измерением? — переспросил Аланик.

— Потому они и называют это ритуалом призыва, — пояснил Судомир. — Фактически, первозданный находится на другом плане бытия. Чтобы сдержать его, боги создали темницу вне обычного пространства. Но это карманное измерение всегда соприкасается с нашей реальностью — и культ давно уже нашел якорь этой темницы.

Вскоре Зориан был вынужден прекратить допрос, опасаясь за рассудок некроманта, но прежде, чем он это сделал, он стер память о самом допросе. Для Судомира в минувшие часы ничего не происходило.

Когда они вышли, Аланик отметил, что Зориан использовал магию разума без слов и жестов. Похоже, чаша терпения Аланика была уже переполнена его странностями, и жрец скоро потребует объяснений. Увы, но Зориан не мог просто имитировать жесты и тексты заклинаний — маг уровня Аланика заметил бы обман.

…Когда он вернулся в Сиорию, был уже поздний вечер, и Кириэлле давно спала. Имайя дожидалась его, хотя он и предупредил, что будет отсутствовать весь день, и просил его не ждать. Право слово, для домовладелицы она слишком заботится о постояльцах.

Укладываясь спать, он еще подумал — что повлечет за собой штурм поместья Яску. Что же, видимо, он скоро это узнает.

Следующие пару дней Аланик не связывался с ним и ничего не требовал. Что отнюдь не означало, что дознаватели сидели без дела — Сиорию сотрясали скандал за скандалом, когда высокопоставленных и влиятельных людей вдруг арестовывали и уводили на допрос. Зориан внимательно следил, кого арестовывают, хотя и так знал большинство из них от Судомира.

Помимо этих наблюдений, Зориан произвел несколько налетов на паутины аранеа, продолжая накапливать опыт чтения паучьей памяти. Он давно уже научился правильно выбирать цели, так что захватывал дозорных без особых проблем — но эмоционально это очень выматывало. По сути, он нападал на невинных, просто потому, что нуждался в жертвах для тренировки — при этом сложно не почувствовать себя злодеем. Некоторые аранеа умоляли его остановиться или говорили с ним, вместо того, чтобы сражаться — таких он оставлял, предпочитая искать тех, кто отвечает ударом на удар, пусть это и было чертовски непрактично.

Наконец через несколько дней Аланик связался с ним — прислав письмо. В коротком послании говорилось, что некие люди интересуются им, но пока что жрецу удается избегать этой темы. Если он хочет сохранить анонимность — жрец советовал сидеть тихо и не высовываться, поскольку уже возможны его поиски. Логично. Зориан уже решил для себя через пару дней перезапустить цикл — хотелось только посмотреть, не случится ли чего интересного, ведь аресты еще не достигли своего пика.

К тому времени Каэл уже поселился в их доме, и Зориан уже рассказал ему о петле и передал лабораторные журналы — так что с ним можно было обсудить полученные от Судомира сведения. Следуя просьбе морлока, Зориан умолчал о его друзьях и знакомых, но и без них им было о чем поговорить.

— О? В телах перевертышей есть эссенция первозданного? — удивился Каэл.

— Во всяком случае, так он сказал, — кивнул Зориан. — Меня же интересует, как они собираются ее извлекать. Им действительно обязательно убивать этих детей?

— Наверняка, — теперь кивнул Каэл. — По описанию это похоже на часть их жизненной силы. Так же передается по наследству. И, вне зависимости от метода, извлечение жизненной силы никогда не идет донору на пользу. Ритуальное жертвоприношение — просто быстрейшая разновидность магии крови, но даже если культисты используют что-то более изощренное — результат, вероятно, будет таким же.

— Магия крови? — заинтересовался Зориан. — Ты с ней знаком?

— Ах да, ты, вероятно, не знаешь… Гильдия скрывает эту информацию, так? — вслух размышлял Каэл. — Магия крови использует жизненную силу людей — обычно для питания заклятий. Жизненная сила куда мощнее обычной маны, так что всегда есть соблазн. Но, разумеется, расходовать собственную жизненную силу и крайне вредно, и опасно, так что большинство практиков используют чужую. Ну, знаешь, все эти истории, где злодей ради силы приносит в жертву людей? Это и есть магия крови.

— О. Так это она и есть? Как-то даже разочаровывает, — заметил Зориан. — Учитывая манию Гильдии стирать все упоминания о ней, я представлял нечто невероятно таинственное и зловещее.

— Покуда есть жертвы — магия крови до безобразия проста, — ответил Каэл. — К тому же жизненная сила людей практически одинакова. В жертву сойдет любой гражданский. Это быстрый и кровавый путь к силе, и Гильдия опасается, что если сведения будут общедоступны — слишком многие захотят пройти этим путем. Опять же, я слышал, что магия крови позволяет красть родовые и особые способности — можешь себе представить, как к этому относятся Благородные Дома. Так что Гильдия сурово карает тех, кто прибегает к магии крови — а тем не удается скрываться, магия крови требует слишком много жертв.

Прежде, чем Зориан ответил, снаружи загрохотали взрывы, и они оба выбежали на улицу. Остальные жильцы были в порядке — только напуганы и растеряны — но, кажется, Зориан понял, что происходит.

Поднявшись на крышу, он убедился в своей правоте — город горел, а на улицах зверствовали тролли и вражеские маги.

Ибасанцы и Культ начали вторжение раньше срока.

Следующие несколько часов пролетели в непрерывной суете. Да, в этот раз у захватчиков не было железноклювов и нежити Судомира. Да, сегодня королевские войска были куда более готовы к бою. И все равно захватчики были чертовски сильны и стремились нанести максимальный ущерб. Зориан хотел бы пойти на улицы, пронаблюдать за этим необычным вторжением, но не мог оставить остальных жильцов дома Имайи без защиты. Так что он оставался у дома, уничтожая забредающие группки ибасанцев, а в периоды относительного затишья — наблюдая за городом посредством прорицания.

Что любопытно, хоть он и уничтожил по меньшей мере шесть отрядов, Кватач-Ичл так и не пришел разобраться с ним. Видимо, сегодня у древнего лича хватало более важных забот.

Сказать по правде, Зориан понятия не имел, чего ибасанцы пытались добиться своим преждевременным вторжением. Их первоначальный план нападения в разгар летнего фестиваля хотя бы имел шансы нанести городу серьезный урон — этот же налет был обречен с самого начала. Впрочем, возможно, у их просто не было выхода. Они, несомненно, знали, что эльдемарские дознаватели уже идут по следу, так что ждать летнего фестиваля было бы действительно глупо… с другой стороны, захват поместья Яску отрезал их путь отступления на Ибасу.

Некоторое время спустя его видение показало, что самые ожесточенные бои идут вокруг Провала. Там сконцентрировалось большинство захватчиков, а Кватач-Ичл и вовсе не отходил оттуда. Неужто захватчики сделали ставку на успешный призыв первозданного? Очень на то похоже. Какая-то часть его спросила, означает ли это, что Ночка похищена и будет принесена в жертву, но он задвинул эту мысль подальше. Даже если и так, он ничем не мог ей помочь, а в следующем цикле она вновь будет жива.

Хотя… это даже любопытно. Если культисты все же сумеют освободить первозданного, он наконец увидит силу и опасность чудовища своими глазами. До конца цикла было еще далеко, первозданный успеет явить свою мощь.

Прошло еще некоторое время, и Зориан внезапно понял — вот оно. Бой за Провал достиг своего апогея, эльдемарские солдаты отчаянно пытались смять сопротивление захватчиков, Кватач-Ичл в ответ сыпал головокружительным разнообразием смертоносных заклятий. В какой-то миг маги Сиории сумели расплавить часть его черепа неким золотым огнем — Зориан впервые видел, чтобы кто-то сумел нанести древнему личу заметный урон — но его это не останавливало. Над Провалом — и, вероятно, внутри — пространство дрогнуло и заструилось, искажая перспективу, словно воздух над горячей поверхностью. Из глубины медленно прорастали угловатые черные нити, множась, чертя зигзаги в воздухе…

Трещины, сообразил Зориан. Реальность трескалась.

Внезапно огромный объем пространства просто… обвалился внутрь, открыв висящую в воздухе черную дыру. Что-то темно-коричневое и огромное, подобное руке, усыпанной глазами и ртами, вырвалось из разрыва в небе, но Зориан даже не успел это разглядеть. Совершенно без его участия ожил маркер в его душе — и все поглотила чернота.

Он проснулся в Сирине — Кириэлле желала ему доброго утра.

Зориан, вздохнув, помог Кириэлле вытащить багаж из вагона — голова все еще была занята событиями прошлого цикла. Почему цикл внезапно завершился? Случилось ли это потому, что Зак умудрился умереть именно в этот момент? Или, как он подозревал, это эффект освобождения первозданного?

Какова связь между петлей времени и первозданным? Не предназначена ли петля, чтобы не допустить освобождения чудовища? Интересно, обычный рестарт в конце месяца происходит из-за истечения срока, или именно в этот момент захватчики обычно освобождают первозданного, а он никогда не пытался вмешаться в ритуал? Хмм.

— Добро пожаловать в Сиорию, Кири, — сказал он. — Довольно впечатляюще, не находишь?

Конечно, он жульничал. Он знал, что центральный вокзал впечатляет Кириэлле. Впрочем, в этот раз, похоже, ее интересует что-то другое.

— Эмм, — она указала куда-то позади него. — По-моему, тот парень хочет с тобой поговорить.

Зориан обернулся — и увидел топающего к нему сердитого Зака. Зориан так растерялся, что не двигался, пока одноклассник не подошел вплотную.

Преодолев смущение, он открыл было рот, чтобы поздороваться, но прежде, чем он успел сказать хоть что-то, кулак Зака, размазываясь в движении, метнулся вперед и врезался ему в челюсть.

Глава 53. Призраки

Едва заметив угрожающее движение Зака, Зориан инстинктивно попытался отшагнуть и уклониться. Увы, он никогда не был хорош в рукопашной — а прямо за ним был свален их багаж. О который растерянный Зориан благополучно запнулся и, получив дополнительный импульс от удара в лицо, растянулся во весь рост, больно приложившись затылком о твёрдый бетон.

Он не потерял сознания, но в голове от удара помутилось. Едва ли надолго — от силы на пару секунд — но, когда он вновь смог связно мыслить, обстановка вокруг разительно переменилась. Кириэлле звала на помощь во всю мощь лёгких — а когда хотела, она могла кричать действительно громко — одновременно пиная и царапая Зака, словно дикая кошка. Сам Зак был на грани паники, неловко пытаясь защититься, не повредив ей, и при этом оправдываясь. Безуспешно — крики и визг Кириэлле совершенно его заглушали. Бедняга был в полной растерянности, явно не представляя, что теперь делать.

Будь вокруг не так людно, Зориан с удовольствием полежал бы подольше, наслаждаясь зрелищем и злорадствуя. Так этому паршивцу и надо. Сейчас же он спешно — насколько получилось — принял вертикальное положение и огляделся. Как он и думал, они были в центре внимания — все вокруг смотрели на них, переговаривались и перешептывались, показывали пальцами. Скорее всего, никто до сих пор не вмешался лишь потому, что Зак очевидно «проигрывал» Кириэлле, придавая ситуации комический оттенок. Но все могло измениться в любую минуту — учитывая хотя бы то, что к ним уже спешили двое полицейских. Лучше прекратить бардак сейчас, пока не стало еще хуже.

Он крикнул Кириэлле, чтобы та прекратила и успокоилась — и сам удивился, когда сестра свернула боевые действия и юркнула за него. Увидев, с какой яростью она его защищала, он думал, что ее будет куда труднее угомонить. Но нет, видимо, сейчас, когда он снова был на ногах, обязанность защищать их обоих вновь возлагалась на него. Что же, справедливо. Логика подсказывала, что он куда лучше подготовлен к противостоянию с Заком, чем девятилетняя девочка — но это была неверная логика. Он очень сомневался, что смог бы загнать Зака в глухую оборону, как только что сделала Кириэлле. Хорошо, что Зак явно был не в настроении продолжать конфликт.

Кириэлле высунулась из-за спины Зориана, напоследок одарила Зака грозным взглядом — отчего тот едва заметно вздрогнул — и вопросительно уставилась на брата. Ясное дело, она хотела знать, почему какой-то незнакомый тип подошел и дал ему в морду. Кстати, хороший вопрос. Почему Зак это сделал? В голову нихрена не приходило. Нет, он, конечно, допускал, что в следующий раз они с Заком встретятся уже врагами — но не так же. Кто же лезет на путешественника во времени с кулаками — да еще и на вокзале, среди сотен свидетелей? Такое даже Заку в голову не придет. Так в чем же дело?

Тяжело вздохнув, Зориан взъерошил волосы пятерней, хмуро посмотрел на Зака — и понял две вещи.

Во-первых, он совершенно не чувствовал парня — ни эмпатией, ни мысленным чутьем, словно перед ним никого не было. То есть или это очень убедительная иллюзия — или этот тип закрылся заклятьем Пустого Разума. Скорее второе — удар был вполне себе настоящим. Похоже, в этот раз Зак пришел куда более подготовленным.

И во-вторых — когда они придут в дом Имайи, надо будет остричь Кириэлле ногти — сейчас они вполне способны проливать кровь. В ходе короткой «схватки» с ней Зак обзавелся жутко выглядящими царапинами на локте.

Ну, как он уже отметил, Зак больше не хотел сражаться. В ответ на его тяжелый взгляд парень натянуто улыбнулся и смущенно помахал рукой.

Угх, — страдальчески подумал Зориан. — Вот же…

— Это, — громко заявил он, — просто недоразумение.

— Да! — немедленно подхватил Зак, энергично закивав. — Точно, недоразумение.

Но, разумеется, так просто отделаться не удалось. Зориану и Заку пришлось минут пятнадцать объяснять Кириэлле, что они знают друг друга, что они одноклассники, и что Зак просто исполнял обещание дать ему в морду при следующей встрече — за все хорошее. Ну, во всяком случае, так утверждал Зак.

Зориан ушам своим не верил. Он что, серьезно? Нет, что-то подобное вроде бы и правда упоминалось — в том проклятом цикле с душеубийством, когда они виделись последний раз — но он уже и думать об этом забыл. Люди часто говорят такое, но выполнять… Зориан совершенно забыл об этом «обещании» — пока Зак не напомнил.

Так или иначе, после Кириэлле им пришлось объясняться с подошедшими полицейскими. Поскольку Зориан выступил в защиту Зака, того не арестовали… зато оштрафовали обоих — за нарушение общественного порядка. На взгляд Зориана — вопиющая несправедливость, но, поскольку Зак немедленно пообещал заплатить за обоих, он не стал особо возмущаться.

А потом был третий раунд объяснений. Поскольку их «драка» произошла сразу по прибытию в Сиорию, Фортов был неподалеку и решил выяснить, что там творится. Было очень непривычно видеть, что брат в кои веки обеспокоен их благополучием — но это не продлилось долго. Выяснив, что и Зориан, и Кириэлле в порядке, и что нападавший — его «друг», Фортов тут же оставил их, вернувшись к своей компании.

Ну, не то чтобы Зориан возражал — чем меньше он общался с Фортовым, тем лучше. Хотя — впервые на его памяти брат обратился к нему, не желая ни о чем попросить, и даже не раскритиковав. Новое, и потому интересное ощущение.

— Ну ладно, — Зориан хлопнул в ладоши. — Теперь, когда мы закончили — давайте собираться. Наша домовладелица ждет нас, да и я хотел бы уйти куда-нибудь, где на нас не будут пялиться.

— Он пойдет с нами? — с подозрением посмотрела на Зака Кириэлле.

— Да, — подтвердил Зак. Парень уже почти отошел от нападения Кириэлле, вернув свою обычную уверенность. — Мне надо обсудить с твоим братом кое-какие вещи.

— Какие такие вещи? — потребовала ответа Кириэлле.

— Серьезные вещи, — ответил Зак.

Она посмотрела на Зориана в ожидании подтверждения и, получив кивок, недовольно фыркнула.

— Вы оба дураки, — надулась она. — Так себя ведете у всех на виду… А я испугалась, что на нас и правда напали…

— Ну чего ты, — Зориан обнял ее одной рукой. — Знаешь, меня действительно тронуло, когда ты бросилась меня защищать. За меня впервые кто-то вступился с тех пор как… то есть вообще впервые.

— Она — что-то с чем-то, — пробурчал Зак, разглядывая кровавые полосы у себя на руке.

— Так что давай так: потерпи Зака сегодня, и вечером перед сном я отвечу на любые твои вопросы, — продолжил Зориан, проигнорировав этого нытика.

— Правда? — с подозрением спросила Кириэлле.

— Правда, — подтвердил Зориан. Он нечасто рассказывал сестре про петлю времени, но не видел в этом особой проблемы. И раз в этом цикле она будет плотно общаться с Заком — почему бы не рассказать? Все равно Красный скорее выследит его через перемещения Зака, чем собирая разрозненные слухи, распущенные Кириэлле.

— Правда? — заинтересовался Зак.

— Да, правда! — возмутился Зориан. Что за отношение? Они словно не верят в его искренность. — Я уже рассказывал ей о циклах, и все было в порядке.

— Рассказывал? — нахмурилась Кириэлле. — Но я не помню никаких «циклов».

— Полностью ожидаемо, — потрепал ее по голове Зориан. — Не беспокойся, скоро все станет понятно.

Во всяком случае, он на это надеялся. Он снова покосился на Зака, внезапно выследившего его именно сейчас, после долгого отсутствия в Сиории.

Он действительно надеялся, что появление Зака сделает все понятнее — а не запутает окончательно.

Первоначально Зориан собирался провести цикл, как и предыдущие, но внезапное появление Зака внесло свои коррективы. Так что он не пошел на встречу с Ночкой, сразу направившись к дому Имайи. Кириэлле выбалтывала Ночке все, что знала, а поскольку та тоже не умела хранить секреты — это плохо сочеталось с его намерением рассказать сестре о временной петле.

Первую половину пути они прошли в неловком молчании. Ну, сам Зориан был вовсе не против помолчать и подумать — но он знал, что ни Зак, ни Кириэлле к длительному молчанию не предрасположены. Просто оба не знали, как вести себя в присутствии другого, и сдерживали себя. Это продлилось до начала дождя. Тут уже Кириэлле махнула рукой на незнакомого парня и стала, как и всегда, играться с дождезащитным куполом, созданным Зорианом. Это растопило лед — и они оба принялись болтать, и с Зорианом, и между собой.

Понятное дело, они не могли обсуждать петлю посреди улицы и в присутствии Кириэлле — так что разговор скатился на магические навыки и их демонстрацию. Не только интересная для обоих тема, но и возможность сравнить свои умения в магии с другим путешественником. Ну, не в полном объеме, конечно — Зориан не стал раскрывать весь свой арсенал, да и вряд ли Зак был полностью откровенен — но тем не менее. Даже неполное сравнение весьма интересно.

Итоги сравнения подавляли. Да, как он сам говорил когда-то давно, Зак лучше всего разбирался в боевой магии — но за время, прожитое в петле, он стал весьма компетентным универсалом. Он был архимагом на зависть другим архимагам — прекрасно разбираясь во всех областях магии, включая и знаменитые своей сложностью и узкой специализацией лечебные заклинания. В качестве демонстрации он исцелил нанесенные ногтями Кириэлле царапины. И даже в ремесленных отраслях магии — алхимии и заклинательных формулах, в которых Зак, по собственным словам, разбирался хуже всего — и в которых специализировался Зориан — познаний последнего Новеда хватало, чтобы на равных поддерживать разговор.

Наконец, небольшие демонстрации для Кириэлле однозначно показали — в искусстве плетения Зак ничуть не уступает Зориану. Несмотря на чудовищный резерв маны, он владеет контролем на первоклассном уровне.

Что бы Зориан ни думал о подходе Зака к временной петле, первый путешественник, несомненно, не терял времени даром — он десятилетиями упорно оттачивал свои навыки, и это принесло свои плоды. Если подумать, со стороны Зориана было жутко самоуверенным надеяться нагнать его за какие-то пять лет.

— Знаешь, я не мог не заметить, что твой брат сразу ушел, даже не поговорив со мной, — заметил Зак. — Не то, чтобы меня это не устраивало, но мог бы и поинтересоваться, кто и почему средь бела дня напал на его брата.

— Он знает, что мы оба его терпеть не можем, вот и старается держаться подальше, — пояснила Кириэлле, изо всех сил пытаясь поймать летающих вокруг нее водяных дракончиков. Зориан с Заком соревновались, кто сможет создать из дождевой воды более реалистичных крошек-драконов, так что под куполом их летала целая стая. Зориан не сомневался, что победил, но бывшая судьей Кириэлле заявила, что не видит разницы. Предательница.

— Не думаю, что он настолько тактичен, — поморщился Зориан. — Ему просто жаль тратить на нас время. Есть и более интересные занятия.

— Нет, уверена, он знает, что ты его ненавидишь, — покачала головой Кириэлле. — Он сам мне как-то сказал наедине. Потому и избегает тебя, когда возможно. Считает, что так тебе будет лучше.

Зориан нахмурился. Пожалуй, он действительно не пытался скрыть своего отношения к Фортову, так что неудивительно, что тот знал. А вот принять, что брат действует не только из эгоистичных побуждений, было уже сложнее. Если Фортов так заботится о нем, то почему он все равно время от времени просит об одолжениях? Как специально, ведь Зориан потому и недолюбливал брата, что все запоротые Фортовым обязанности автоматически перекладывались на него.

— Думаешь, я слишком резок с ним? — поинтересовался Зориан. До временной петли сама мысль о том, что это может быть его виной, вызвала бы яростное отрицание. Сейчас же — ему было и правда интересно, что об этом думает Кириэлле.

— Нет. Да. Наверное, — ответила та. — В смысле, он все равно козел, и мне он тоже не нравится, так что я тебя понимаю. Но, может быть, нам не стоит отвечать ему тем же. Может, он бы исправился, если бы мы были к нему более терпеливы. Вот только не получается. Я иногда стараюсь быть с ним помягче, но это непросто.

— Да уж наверное, — саркастически хмыкнул Зориан.

— Знаешь, мне начинает казаться, что в твоей семье не все в порядке, — заметил Зак.

— Ты даже не представляешь, — ответил Зориан. — И хорошо, что не представляешь. Давай не будем об этом, хорошо?

— Ладно-ладно, — уступил Зак. — Этот дом?

— Да, это дом Имайи, — кивнул Зориан, проследив за его взглядом. — Погоди немного, я договорюсь с домовладелицей, кое-что распакую, и мы сможем поговорить. Ты уже подготовил подходящее место?

— Я… не заглядывал так далеко, — признался Зак.

Зориан вздохнул. И на что он надеялся?

— Тогда пойдем в туннели, в разрушенное поселение аранеа. Там остались весьма неплохие защитные чары.

— О, ты знаешь, где оно? — заинтересовался Зак. — Кто-то из пауков выжил?

— Пауков? — нахмурившись, пробормотала Кириэлле. Она всю дорогу жадно ловила каждое слово, пытаясь понять, что они скрывают. Правильно делала, но как же умилительно выглядело…

— Нет, никто не выжил, — покачал головой Зориан, заставив Зака сдуться.

— То есть только мы двое или… — с надеждой спросил тот.

Сейчас Зориан не мог читать Зака эмпатией, но этого и не требовалось. Тот явно хотел повстречаться с другими путешественниками, и чем их больше, тем лучше. Видно, тоскливо и одиноко было парню все эти годы.

— Только… Погоди, дай я устрою Кириэлле дома, и тогда поговорим.

— Лучше бы тебе не забыть про обещание, — пригрозила сестра, ткнув его меж ребер костлявым пальцем. Да, однозначно стричь ногти.

— Идет, — сказал Зак. — Я подожду в…

— О нет, — прервал его Зориан. — Знаешь, что со мной сделает Имайя, если узнает, что я оставил человека под дождем, не пригласив внутрь? А она узнает, потому что Кириэлле — жуткая сплетница.

— Эй! — возмутилась упомянутая сплетница.

— И она не посмотрит, что ты маг и можешь легко защититься от дождя, — продолжал Зориан. — Она будет пилить меня несколько дней. Так что ты идешь с нами и знакомишься с Имайей.

И так, вместе с Заком и Кириэлле, он поднялся на крыльцо и постучал…

Где-то через час, уладив все срочные дела, Зориан вел Зака по туннелям подземелья Сиории. Заодно рассказывая, как все происходило на самом деле. Что не было никакой армии путешественников — только он и протащенные им посредством пакетов памяти аранеа. И что в результате столкновения аранеа не стало — по словам Красного, их души были убиты. Хоть у Зориана и были сомнения на этот счет, налицо бесспорный факт: аранеа Сиории встречают каждый новый цикл уже мертвыми.

Добравшись до места — Зак наконец смог обойти разрушенное поселение и увидеть все собственными глазами — они сели и приступили к разговору.

— Знаешь, сразу после того цикла я пытался найти это место, — заметил Зак, глядя на труп одной из аранеа. Зрелище разоренного поселения подействовало на парня неожиданно сильно, учитывая, что аранеа не были людьми, и он едва их знал. — Но нашел только несколько одиночных тел.

— Дальние дозорные, — пояснил Зориан.

— Угу, наверное… Может, в итоге я и нашел бы лагерь, но меня уже поджидал этот… «Красный».

Зориан навострил слух. Наконец хоть что-то о действиях Красного после их столкновения.

— Он напал на тебя? — подавшись вперед, спросил он.

— Напал и слился, — самодовольно ухмыльнулся Зак. — Без поддержки Кватач-Ичла он не шибко-то крут.

Хм, значит, Зак может победить Красного один на один. Хорошая новость.

— Наверное, он рассчитывал на эффект неожиданности, но я засек его за милю, — продолжал Зак. — Я подозревал, что он может следить за мной, и был начеку. Но все же… Он сумел сбежать, а я не рискнул рыскать в подземельях с таким врагом за спиной. Я убрался из Сиории и остаток цикла скрывался.

— Он больше не пытался нападать? — спросил Зориан.

— Один раз, — ответил Зак. — В самом начале следующего цикла. Телепортировался сквозь все защиты в мой дом и попытался убить меня прямо в спальне, пока я одевался.

— И снова сумел сбежать?

— Ну, кхм, — смущенно кашлянул Зак. — В тот раз это я сумел сбежать. Сам понимаешь, я был без штанов и еще толком не проснулся. Так вот, после этого случая я стал первым делом телепортироваться из Сиории — во избежание повторения. Хотя Красный больше не предпринимал новых попыток покушения.

— Хмм, — задумчиво протянул Зориан. Это не объясняло странного бездействия Красного — едва ли тот все свое время посвящал охоте на Зака; но все равно интересно. Что ему все-таки было нужно от Зака?

— Итак… почему ты именно сейчас перестал скрываться? И обязательно было бить меня? — кисло спросил Зориан. — У меня до сих пор зубы ноют.

— Ты еще спрашиваешь, — фыркнул Зак. — Одни боги знают, сколько ты провел в петле вместе со мной, но никогда не говорил мне об этом. Нет, даже хуже того — когда я сам пришел к тебе, ты включил дурачка, а сам проворачивал свои дела у меня за спиной. Уже только за это стоило тебе хорошенько врезать.

Зориан смущенно поправил очки. Ну хорошо, если сформулировать так — и правда звучит некрасиво. Но у него же были веские причины! Определенно были!

— Хотя знаешь, я понимаю, — продолжил Зак. — Этот ублюдок в красном дергал меня за ниточки. Он что-то сделал с моей памятью, и, вероятно, как-то отслеживал меня…

— Ты уверен, что он сейчас тебя не отслеживает? — прервал его Зориан.

— Я знаю, как укрыться от поисковой магии, Зориан, — холодно ответил Зак. — И, полагаю, получше тебя. Просто обычно этого не делаю, я же думал, что один в петле, о чем беспокоиться? Но с той ночи я постоянно поддерживаю многослойную защиту от поиска. Этот говнюк так и не смог меня найти — и вряд ли кто-то сможет.

— Я смогу, — поправил его Зориан. — С другой стороны, у меня есть преимущество, которого нет у Красного. Что же, если ты говоришь, что уверен в своей защите, поверю на слово.

Зак с непонятным выражением посмотрел на него. Он практически инстинктивно обратился к эмпатии, чтобы лучше понять… ах да, Пустой Разум.

Да, Зак определенно умел защищаться — когда хотел.

— Как-нибудь потом расскажешь, — парень покачал головой. — В общем… извини, что сорвался. Все еще злюсь на себя за то, что Красный меня поимел. Нервно реагирую. Словом… я понимаю. Из-за Красного рассказывать мне было опасно. Я все еще думаю, что тебе следовало все мне рассказать, но я понимаю и твою логику. И даже могу понять, почему ты в ту ночь сбежал, не сказав ни слова — учитывая, чем это все закончилось.

Зак указал на труп аранеа.

— Так что я решил на время оставить тебя в покое. Даже когда стало понятно, что Красный больше за мной не охотится и вообще куда-то пропал, я держался подальше, чтобы не привлекать к тебе внимания. Вдруг он все же следит каким-то образом. Я счел, что ты знаешь, что делаешь, и когда будешь готов — сам меня найдешь, и мы займемся петлей и Красным вдвоем.

И как он ожидал, что его найдут, если сам защитился от поиска? Впрочем, этот вопрос подождет. Сейчас лучше не прерывать.

— И тут ты устраиваешь эту херню в прошлом цикле, — в голосе Зака вновь прорезалась злость. — Начинаешь действовать, да еще с таким размахом. Запускаешь вторжение на несколько недель раньше срока. И даже не пытаешься со мной связаться. Думаешь, я не разозлился? Не захотел дать тебе в морду? Ты такого низкого мнения обо мне? Если я не справился с двумя охрененно сильными противниками, один из которых — тысячелетний лич, то, думаешь, можешь…

— Зак, слушай, это… вышло не нарочно, — поспешно вставил Зориан, пока тот не накрутил себя. Этак можно и опять по лицу получить. — Я ничего такого не планировал. Я ошибся, все вышло из-под контроля и зашло слишком далеко, а я просто хотел узнать…

— Ты вообще собирался со мной связаться? — в лоб спросил Зак.

— Да. Определенно, — подтвердил Зориан. — Возможно, уже в следующем цикле.

Зак в замешательстве отпрянул.

— Ох, — сказал он, быстро успокаиваясь. — Ну, в таком случае, наверное, и хорошо, что я нашел тебя именно сейчас, так?

— Я, как бы сказать, занят кое-чем важным, — вздохнул Зориан. — И должен сосредоточиться на этом. А, черт, мне и в прошлом цикле надо было сосредоточиться, а не ломиться в поместье Яску — иногда я реально туплю. Поэтому я и хотел связаться с тобой в следующем цикле.

— Если это настолько важно, почему бы тебе не принять мою помощь?

— Тут ты ничем не поможешь, — ответил Зориан. — Помнишь те пакеты памяти, в которых аранеа сохраняли знание о петле? Так вот, дело в том, что…

Он принялся объяснять ситуацию с пакетом матриарха и про свои попытки научиться лучше понимать аранеа, чтобы прочитать его содержимое. Заодно пришлось рассказать про свои ментальные способности. Заку эта отрасль магии явно не нравилась — впрочем, вполне ожидаемо, после того, как ее использовали на нем. Поколебавшись, Зориан предложил Заку заглянуть в его разум и оценить, что с ним сделал Красный — но Зак, ожидаемо, отказался. Он признался, что пока недостаточно ему доверяет — и, возможно, никогда не будет полностью доверять. Хорошо хоть не обиделся.

— Если я правильно понял, ты нападаешь на патрули аранеа и практикуешься в чтении памяти на захваченных паучихах, — подытожил Зак.

— Да, — согласился Зориан.

— И ты думаешь, я тут ничем не помогу? — удивился Зак. — Зориан, ты болван.

— Эээ… — пробормотал тот, не зная, что ответить.

— С моей помощью тебе не нужно будет тратить время, выслеживая патрули. Мы можем просто войти в главное поселение и повязать всех, — сказал Зак. — Я так уже делал. Все эти месяцы я не только скрывался от Красного, я проводил собственное расследование — и в числе прочего по всему континенту искал другие племена аранеа, чтобы узнать, не могут ли они мне помочь. Вот только, в отличие от тебя, я не психик — а они очень грубы и пренебрежительны к «тусклоумным». Я не раз дрался с аранеа и знаю, как с ними справиться. Они мне не ровня. Я настолько сильнее, что могу обезвредить целую группу, не убивая. С моей помощью у тебя были бы сотни подопытных аранеа еженедельно, может быть — ежедневно. Зависит от того, с какой скоростью мы находили бы новые паутины.

Зориан тяжело сглотнул, молча глядя на Зака. Да, это… аргумент. Такое ему даже в голову не приходило.

— Ну, что сделано, то сделано, — пожал плечами Зак. — Но теперь я здесь, и у тебя больше нет оправданий, чтобы тупить дальше. Когда начинаем?

Поразмыслив, Зориан решил не откладывать на потом — они пойдут в атаку на первую паутину уже завтра. А пока что он вернулся в дом Имайи и поговорил с Кириэлле. Она сказала, что верит его рассказу про временную петлю, но он чувствовал, что не убедил ее полностью. Даже когда он воссоздал ее рисунки из прошлых циклов и показал ей.

Хотя стоит признать — рисунки здорово помогли.

— Просто гора с плеч, — сказала она, уходя спать. — Ты был так добр ко мне, что я до смерти перепугалась. Думала, вдруг тебя подменили каким-нибудь двойником.

— Иди спать, Кири, — вздохнул он.

На следующий день Зориан отыскал одну из меньших паутин в окрестностях Сиории и привел туда Зака. Он как-то сомневался, что все пройдет гладко, но его опасения оказались беспочвенными: поселение было захвачено с устрашающей легкостью.

Никаких тактических хитростей не понадобилось. Зак просто вошел через главные ворота и обрушил на растерявшихся защитниц шквал заклятий. Прозрачные голубые волны силы швыряли аранеа об стены, извивающиеся электрические змеи жалили молниями, нити эктоплазмы захватывали тех, кто пытался бежать. Сообразив, что Зак неуязвим для магии разума, защитницы прибегли к ловушкам, засадам и внезапным атакам — но не смогли даже замедлить мага. Магические ловушки развеивались, не-магические обезвреживались заклятьями изменения, а массовые атаки Зак просто встречал лоб в лоб, неизменно одерживая верх.

Не прошло и получаса, а все аранеа, что не успели бежать, были захвачены или мертвы. От Зориана потребовалось лишь найти поселение — потом он просто стоял и наблюдал избиение.

Зак просто ужасал.

— Как думаешь, этого количества тебе хватит для работы? — Зак вопросительно посмотрел на него, покачиваясь на пятках.

Зориан ответил раздраженным взглядом. Он чувствовал вокруг не менее пятидесяти аранеа. А этот паршивец знает, что Зориан столько не наловит за целую неделю. Типа подколол.

С другой стороны, учитывая продемонстрированный уровень мастерства — пусть хвастается. Заслужил.

— Угу, — ответил он. — Более чем.

Как следует поговорив и обменявшись информацией, они сошлись на том, что ни Зак, ни Зориан толком ничего не знают о петле. Как Зориан и подозревал, Зака больше интересовало, как остановить вторжение, и о механизме самой петли он особо не задумывался. По его словам, он всегда считал, что для выхода из петли надо сначала одолеть ибасанцев. Он не мог объяснить, почему так считает — в его памяти было много пробелов — но нисколько в этом не сомневался.

Это могло подтверждать одну из теорий Зориана, что рестарт цикла в конце месяца объясняется высвобождением первозданного, но могло быть и просто внушением Красного, чтобы сбить Зака с толку. В конце концов, при высвобождении первозданного в прошлом цикле пространство шло трещинами — чего Зориан никогда раньше не видел. А ему не раз случалось смотреть на Провал в момент рестарта. Почему столь зрелищных эффектов никогда раньше не было?

Так или иначе, оба согласились, что пакет матриарха — самая многообещающая из имеющихся зацепок. И всю следующую неделю они разыскивали и разоряли поселения аранеа. По паутине каждый день — объем накопленного Зорианом опыта превосходил все ожидания. За неделю он считал больше разумов, чем за два предыдущих цикла, вместе взятые.

Что особенно важно — теперь он не был ограничен лишь дозорными и разведчиками — он мог читать их старейшин и даже матриархов. Высокоранговые аранеа были не только куда сложнее для чтения — что само по себе ценный опыт — расшифровать их мысли тоже было на порядок сложнее. Похоже, существовали способы обратить ментальные силы внутрь, на собственный разум — и большинство высокоранговых аранеа в той или иной степени владели ими. Он пока не до конца разобрался, для чего это делалось, но под этими техниками мышление и восприятие разительно менялись.

Как матриарх могущественного племени, Копье Решимости, несомненно, тоже владела этими приемами. Попробуй Зориан вскрыть ее пакет раньше, до помощи Зака, его наверняка ждал бы препоганейший сюрприз.

В понедельник, когда начались занятия, Зориан заглянул к Ксвиму и попытался вновь рассказать ему о петле. В прошлом цикле куратор встретил его с большим подозрением, и его так и не удалось убедить. Сложно сказать, то ли сам Зориан выбрал неправильный подход, то ли повлияли аресты и скандалы в Сиории — но в этот раз он решил минимизировать риск. Он подозревал, что в прошлом цикле действовал слишком поспешно, и теперь вернулся к старой схеме.

Он дождался начала занятий и посетил Ксвима в его кабинете, постарался свести свои доводы к самым необходимым, и в конце предъявил куратору тот самый секретный код. Ксвим все равно велел дожидаться пятницы, но в этот раз у Зориана сложилось впечатление, что он добьется успеха.

Он не ошибся. В пятницу куратор все же принял его историю и вновь решил помочь ему с пространственной магией и плетениями. На первый раз он только проверил текущий уровень Зориана, но к следующей пятнице обещал кое-что посущественней.

Учитывая, сколько хлопот ожидалось в этом цикле, Зориана такой неспешный темп полностью устраивал.

Кстати, первая неделя напомнила ему, каково быть в центре внимания Кириэлле, когда ту не отвлекает Ночка. Без подруги-сверстницы Кириэлле норовила занять все его свободное время. Он уже почти и забыл, какой надоедливой и прилипчивой она может быть — пришлось делать всевозможные магические игрушки, чтобы сестра хоть ненадолго оставила его в покое. К счастью, она обожала головоломки — а в старых учебниках заклинательных формул было множество готовых схем, видимо, маги прошлого, в свою очередь, обожали их изобретать.

Когда наконец приехали Каэл и Кана, последняя взяла на себя часть этой непосильной ноши. В те циклы, когда Зориан знакомил Кириэлле с Ночкой, Кана неизбежно становилась третьей лишней. Нет, конечно, они играли с ней, но в компании из трех человек кто-то всегда остается за кадром — а Кана была не только заметно младше остальных двух, но и к тому же молчалива. Наверное, без Ночки она была куда счастливее.

Поскольку Каэл, как обычно, сразу получил свои записи и объяснения, а Зак часто навещал дом Имайи, эти двое наконец смогли встретиться и поговорить. Немного поговорили о петле — Каэл еще не прочитал все записи, из цикла в цикл их скапливалось все больше, так что не мог уверенно поддержать тему. Потом разговор перешел на алхимию. И Плач. Зориан думал, что они будут избегать этой болезненной темы, но, похоже, пережитая трагедия наоборот сближала парней.

Сейчас же Зак и Зориан сидели под деревом где-то у черта на куличках — в ничем не примечательной рощице посреди полей неподалеку от Жатника. Зак пытался сплести из маргариток венок — и терпел презабавнейшие фиаско, Зориан изучал карту Эльдемара с нанесенными на ней поселениями аранеа. Теперь, прочитав память нескольких дипломатов и матриархов аранеа, он знал сотни и сотни племен — выбрать новую цель для атаки становилось непросто.

— Эй, Зориан, — Зак в очередной раз порвал несчастный венок и раздраженно отбросил его. — Я помню, что времени мало, но как думаешь, не можем мы отвлечься на пару дней и поискать одну конкретную паутину?

Зориан с интересом покосился на него. Сказать по правде, текущий темп изматывал его, и он сам скоро взмолился бы о передышке.

— Думаю, да, — кивнул он, указав на карту перед собой. — Не скажу, что уже составил полную карту, но если на ней и нет нужной паутины, то вполне могут быть подсказки, где ее искать.

— Угу, потому я и спросил, — сказал Зак. — Сначала я собирался подождать, пока ты откроешь пакет матриарха — но чем больше думаю, тем больше склоняюсь к мысли проверить сейчас. Это может помочь понять мысли матриарха.

— И что же это? — спросил Зориан.

— Копье Решимости тогда сказала мне, что если с ней что-то случится, мне следует поговорить со Служителями Призрачного Змея, — ответил Зак. — Но она не сказала ни где они, ни как с ними связаться. Потому с тех пор я и искал племена аранеа.

Зориан нахмурился. Служители Призрачного Змея? Отказавшиеся говорить с ним, потому что их дух сказал, что он «несет зло»? Может ли их дух знать что-то о временной петле?

Хотя да, петля отсекла материальный план от духовных, а эти аранеа поклоняются какому-то духу змеи. Даже если это природный дух, живущий на материальном плане, он все равно может быть связан с другими планами и знать нечто важное.

— Искать не придется, — сказал он. — Я знаю, где они, и могу сказать прямо сейчас.

— Оу, — сказал Зак. — Блин, а я столько времени потратил на поиски… Когда мог просто прийти к тебе и спросить, где они живут. Нам надо было связаться намного раньше.

— Ну да, — согласился Зориан. — Но так вот, думаю, лучше я не пойду с тобой, просто объясню дорогу. Я несколько раз пытался говорить с ними, но они всегда отвечали, что я не нравлюсь их духу и должен уйти. Якобы я несу зло.

— Странно, — нахмурился Зак. — Что ты им такого сделал?

— Ничего, — покачал головой Зориан. — Я даже пытался приходить к ним в самом начале цикла, до контактов с другими аранеа. Они всегда отвечали одинаково. Не знаю, в чем дело, но будет лучше, если ты пойдешь один и ничем не выдашь, что знаешь меня.

Выслушав объяснения, Зак немедленно телепортировался к Служителям, а Зориан отправился домой в Сиорию — отдохнуть наконец и дождаться его возвращения. Вот только долго ждать не пришлось — Зак явился в дом Имайи буквально через пару часов. И сел за стол напротив Зориана с нечитаемым выражением лица.

— Они меня выставили, — сообщил он. — Их дух сказал, что я несу зло.

— Вот как? Значит, мы оба несем зло, — Зориан задумчиво побарабанил пальцами по столу. — А они не уточнили, какое зло ты несешь?

— Нет, — покачал головой Зак.

— Думаешь, стоит взять поселение штурмом и считать их память? — спросил Зориан. Он не хотел доводить до крайностей, но Служители явно владеют важной информацией о петле.

— Нет, — поспешно ответил Зак. — Если они знают, что мы путешественники, у них может быть способ отслеживать циклы. Напав на них, мы можем навсегда испортить с ними отношения. Может, нам заявиться вместе и не уходить, пока они не согласятся поговорить с нами?

Зориан выгнул бровь.

— Что? Стоит попробовать! — защищаясь, сказал Зак. — Не стоит недооценивать силу назойливости.

В итоге Зориан согласился с планом взять Служителей измором. Предупредил Кириэлле и Имайю, что задержится, и вместе с Заком отправился навестить подозрительно негостеприимное племя.

Стоило им приблизиться к поселению, как их немедленно запустили внутрь. Зак и Зориан растерянно переглянулись и попытались узнать у проводников-аранеа, почему их с такой готовностью приняли. Им ответили, что Призрачный Змей хочет их видеть, а остальное стражей не волнует. Что им сказали, то они и делают.

Их привели в большую круглую пещеру, частично заполненную водой. В центре этого миниатюрного подземного озера высился утес, к нему от входа вел каменный мост. Свод пещеры был усыпан гроздьями крохотных светящихся кристаллов, словно звездное небо над темными неподвижными водами.

Да уж, впечатление от пещеры было жутковатое.

Над серединой озера, чуть выше утеса, парил гигантский, молочно-белый прозрачный змей. Светящиеся розовым глаза были единственными пятнами цвета на всем призрачном пресмыкающемся. Имена духов частенько были поэтичны и иносказательны, но в случае с Призрачным Змеем — имя точно отражало суть.

Как только они с Заком вошли в пещеру, Призрачный Змей обратил на них взгляд огромных сощуренных глаз. Волна розового света пробежала по призрачной чешуе от глаз до кончика хвоста, и дух заговорил:

— Оставьте нас, оставьте нас, оставьте нас, — голос змея был мягок и мелодичен, никакого шипения. Правда, непонятно, зачем он повторил трижды — аранеа отправились на выход уже после первого раза.

Призрачный Змей молчал, пока паучихи не вышли и не заперли ворота.

— Как? — требовательно спросил он. — Как вас может быть двое? Я достаточно знаю о правилах — лишь один может войти, и лишь один — выйти.

— Не знаю, о чем вы, — Зак скрестил руки на груди. — Почему бы вам не начать с самого начала, а?

— Ты не можешь приказывать мне, Заклейменный! — рявкнул Призрачный Змей, гневно дернувшись в воздухе, потом вновь обратив горящий взор на Зака. — Я ненавижу, ненавижу, ненавижу тебя! Вор и убийца! Лжец, крушитель яиц!

— Эй, это клевета! — возмутился Зак. — Мы даже не знакомы! Мы впервые видим друг друга!

— Впервые? Правда, правда, правда? — сузил глаза Призрачный Змей, вновь начав повторяться. — Откуда мне знать, даже если это так? Я знаю, как это происходит. Вы оба несете Клеймо, — он мельком глянул на Зориана. — Лишь поэтому я говорю с вами. Я знаю Клеймо и знаю, что оно означает. Многие забыли, ведь оно спало последние Эпохи, но я старше гор и рек, и я помню. Я помню зло, что они совершили, что привело к моему падению. И если они делали это в Конце, то кто рискнет представить, что они творили Между? Но Заклейменный всегда один — а вас двое. Это бессмысленно, бессмысленно, бессмысленно!

— Призрачный Змей, поверьте, мы сами мало что понимаем, — сказал Зориан. — Судя по вашим словам, вы знаете о временной петле, так?

— Временной петле? — медленно переспросил Призрачный Змей, словно пробуя слова на вкус. — Интересное выражение. Но никто не помнит, то, что Между. Только Заклейменный. Это много раз повторялось в прошлом, и понять это несложно.

— Ну так поделитесь своей мудростью с нами, убогими, — закатил глаза Зак.

— Говорите, раньше тоже случались временные петли? — торопливо спросил Зориан, пока Зак все не испортил. К счастью, дух знал о петле, но, видимо, не помнил прошлых циклов. Просто знал, что он в петле, и мог опознать путешественника по маркеру… то есть эту попытку можно повторять до победного конца.

— Они были обычны, как чередование дня и ночи, — ответил Призрачный Змей. — Каждые четыреста лет, когда планеты выстраивались в ряд. Но потом Врата были утеряны… а может быть, Ключ. Но, видимо, кто-то вновь запустил эту отвратительную вещь. Чтоб ему гореть в раскаленном сердце мира — навсегда, всегда, всегда!

Змей скорчился в воздухе, в ярости на того, кто запустил временную петлю. Потом вновь посмотрел на них.

— Я помню. Вы нет? — спросил он. — Не отвечайте, я вижу по лицам. Я не понимаю, как можно поделиться Клеймом, но, очевидно, это произошло. Я более не желаю с вами говорить.

— Пожалуйста, о великий дух этой пещеры, — Зориан преклонил колени, надеясь лестью и смирением выторговать еще немного времени. — Я понял, что прежние Заклейменные очень виноваты перед Тобой. Мы не оспариваем Твой гнев. Но мы были брошены в петлю, сами того не ведая, против нашей воли.

— Лесть приятна, но бесполезна, — ответил Призрачный Змей. — Я знаю, как это делается, делается, делается… вы будете приходить снова и снова, вытягивая из меня всю мою мудрость, мои страхи и слабости, и будете брать, брать, брать, пока не заберете все. Я могу лишь вообще не иметь с вами дел. Что вы мне сделаете? Пусть я умру сегодня, завтра я вновь буду жить.

— Мы только хотим узнать, как работает временная петля, — сказал Зориан.

— Да! — поддержал его Зак. — Просто расскажите, что происходит! Если мы и правда злодеи-манипуляторы, как вы думаете, тогда мы и так все это знаем.

Некоторое время Призрачный Змей молча парил в воздухе.

— Очень хорошо, — наконец сказал он. — Но после этого вы уйдете. И если в вас есть хоть крупица чести, вы больше не придете ко мне. Даже когда я забуду.

— Обещаем, — легко согласился Зак. Зориан против воли озадачился, серьезно ли он. Призрачный Змей мог бы стать таким ценным источником информации…

— Обещания — лишь свист ветра, но это лучше, чем ничего, — сказал Призрачный Змей. — Смотрите внимательно.

Дух опустил взгляд в озеро, и с поверхности поднялась большая сфера воды. Она подлетела к стоящим Заку и Зориану и завибрировала, словно грозя взорваться.

Но вместо взрыва распалась, образовав грубую схему — горизонтальную линию, на которой острием вниз стоял треугольник.

— Линия внизу — это Начало и Конец, — пояснил Змей. — Это мир где вы родились и где умрете. Треугольник — это мир Между. Он существует меж одним мгновением и другим, постоянно исчезая и возникая вновь. Жизнь, сжатая в миг. Мы все заперты в нем, фантомы, призраки, созданные для Заклейменных, чтобы учиться и испытывать себя. Когда огонь, что питает мир Между, иссякнет, мы все растворимся в пустоте… кроме Заклейменного, кто достигнет Конца и вновь проживет месяц — в последний раз, раз, раз…

— Погодите, вы хотите сказать, что мы все — не настоящие? — не поверил Зак. — Что мы — просто иллюзия?

— Не иллюзия. Репродукция, — поправил Призрачный Змей. — Если ты повторишь картину до последнего мазка кистью — будет ли она столь же настоящей, как оригинал?

— Но это же… — начал было возражать Зак.

— Довольно! — рявкнул дух. — Я дал вам то, что вы просили. Исполните свою часть сделки и уйдите, уйдите, уйдите! Стража! Проводите их прочь, прочь, прочь!

И, прежде, чем Зориан или Зак успели возразить, он нырнул в озеро и скрылся из вида. И его призрачная природа ничуть не помешала ему обдать их фонтаном брызг — парни едва успели поднять щиты, иначе бы здорово вымокли.

Нда, это было грубо.

А потом пришли аранеа и вежливо, но твердо выдворили их из поселения. Где они и встали, молча обдумывая услышанное.

— Ну, — прервал молчание Зак. — Что думаешь?

— Думаю, нужно как можно скорее открыть пакет матриарха, — ответил Зориан.

Рассказ Призрачного Змея натолкнул его на страшную мысль, чем мог все это время заниматься Красный…

Глава 54. Врата закрыты

Переговорив с Призрачным Змеем, и будучи выдворенными из поселения, Зак и Зориан телепортировались подальше от любопытных глаз и сели обсудить дальнейшие действия. Тут-то и разгорелся спор.

Зориан очень хотел уединиться на пару часов и обдумать услышанное. Убедиться, что его логика не содержит изъянов. У него уже были подозрения — страшные, чудовищные подозрения — из тех, что так просто не расскажешь. Он вообще сомневался, что когда-нибудь поделится ими с кем-либо. Даже с Заком.

Тем больше причин на некоторое время отвязаться от другого путешественника.

А вот Зак придерживался иной точки зрения.

— Мы должны обсудить все прямо сейчас, — настаивал он. — Пока память еще свежа.

— У меня хорошая память, — возразил Зориан. Он сохранил весь визит с помощью магии разума и теперь никогда его не забудет. Ход разговора можно всегда восстановить во всех подробностях. — Будет лучше, если я пока обдумаю слова духа.

— Да на здоровье, — пожал плечами Зак. — Кто тебе мешает? Но тебе незачем никуда уходить. Я умею быть терпеливым. Просто тихо посижу в сторонке и подожду, пока ты не будешь готов. Словно меня тут вообще нет.

Зориан раздраженно посмотрел на него. Он серьезно сомневался в способности Зака сидеть тихо сколь-нибудь долгое время — но даже если он может… это все равно не то. И Зак, несомненно, тоже это понимает.

— Слушай, — не менее раздраженно глянул на него Зак. — Я же вижу, к чему все это идет. Если я оставлю тебя одного, у тебя будет время придумать, как навешать мне лапши на уши. Ты что-то знаешь.

— Это всего лишь догадки, — покачал головой Зориан. — И, сказать по правде, захоти я оставить их при себе, я бы не стал заморачиваться с обманом. Просто не стал бы ничего говорить.

Зак на секунду замялся.

— Окей, — сказал он. — Пожалуй, я был к тебе немного несправедлив. Извиняй. Но все равно, разве ты не подумываешь оставить меня в неведении? После того, как я рассказал тебе про этого тупого змея и помог с тренировками магии разума? Ты ведь понимаешь, насколько это подорвет доверие между нами?

Зориан отвел взгляд. Конечно, он понимал. Но ведь все куда сложнее! Если его подозрения верны — о каком вообще доверии между ними может идти речь?

«В этой игре может быть лишь один победитель,» — гласило обрывочное послание Копья Решимости.

«Лишь один может войти, и лишь один — выйти,» — сказал Призрачный Змей.

Если лишь один путешественник может сохранить обретенное в петле, а всё остальное развеется в пустоте, словно его никогда не было — то как они вообще могут сотрудничать? Любой альянс будет лишь временной мерой и неизбежно окончится предательством.

И, учитывая все факторы, Зориан не сомневался — у Зака куда больше шансов победить в предстоящем противостоянии. Хотя бы потому, что механизм петли считает его более полноправным путешественником.

Но все же, хоть большая часть его в голос требовала любой ценой сохранить эти размышления в тайне — некая маленькая, но непреклонная часть возражала против сокрытия сведений от Зака. Все это казалось странно знакомым…

Поразмыслив, Зориан осознал, что ему не нравится. Идея скрыть часть знаний «до тех пор, пока он не будет уверен», и обида Зака… все это один в один напоминало его собственные споры с Копьем Решимости, прежде, чем ее душа была «убита». И правда — он практически не сомневался, что она пыталась скрыть от него те же самые догадки, что он собирается скрывать от Зака. И он хорошо помнил, как тогда ненавидел скрытность матриарха…

Хочет ли он пойти по ее стопам, зная, чем все тогда кончилось? Не лучше ли поставить себя на место Зака и поступить соответственно?

Доверие не возникает само собой — нужен первый шаг.

— Хорошо, — вздохнул он, вновь поворачиваясь к Заку. — Я расскажу.

— Свершилось! — патетически возопил Зак, воздев руки. — Я уж думал, придется еще раз стукнуть тебя, чтобы ты образумился.

Заметка на будущее: переговорить с Заком насчет его нездоровой тяги решать все вопросы насилием. Но это потом, сейчас хватает более важных тем.

— Должен предупредить: что то, что я расскажу, может полностью разрушить какое-либо доверие между нами, — снова вздохнул Зориан. — Ну, в смысле, мы уже не доверяем друг другу. Например, в моем присутствии ты всегда поддерживаешь заклятье пустого разума. При длительном использовании это заклятье вредно для разума — и я ни на секунду не поверю, что ты этого не знаешь. Но ты используешь его, опасаясь, что я при первой же возможности влезу к тебе в мозги.

Зак дернулся, на его лице проступило забавное выражение удивления. Прямо как у Кириэлле, которую Зориан как-то застукал таскающей сладости из кухонной кладовки.

— Не вини себя, — Зориан пресек его возможные объяснения, грустно покачав головой. — Это разумно. На твоем месте я бы действовал точно так же. Но это хороший пример — мы уже не доверяем друг другу. Насколько это недоверие усилится, если окажется, что покинуть временную петлю со всем накопленным опытом может только один?

— Что? — пораженно спросил Зак. — Как? Почему?

— Призрачный Змей практически сказал это открытым текстом: петлю покинет лишь один путешественник, — сказал Зориан. — Остальные… видимо, исчезнут. На самом деле это логично — не думаю, что изначально планировалось более одного путешественника. Или «Заклейменного», как нас зовет Змей. Наверное, имея в виду маркер. Ну так вот, если наша ситуация действительно беспрецедентна, как заявил дух, и механизм петли был действительно задуман для…

— Зориан, — прервал его Зак. — Не пойми меня неправильно, но… ты отстойно объясняешь. Я нихрена не понял! Ну, то есть что-то понял… Но все равно начни с начала. Если можно.

— Ладно, — вздохнул Зориан, пытаясь подавить раздражение. — С начала. Прежде всего, никакого путешествия во времени не происходит.

— Нет? — нахмурился Зак. — А что тогда? Этот, типа, иллюзорный мир?

— Не иллюзорный, — покачал головой Зориан. — Все это настоящее. И мы настоящие. Плоть и кровь, и душа, и все такое.

— Уже хорошо, — выдохнул Зак. — Я бы не пережил, если бы все, выученное здесь, оказалось пустышкой, а я вернулся в реальный мир прежним Заком. Так что же это тогда — копия реального мира?

— Почему нет? — ответил Зориан. — Говорят, боги могли создавать точную копию человека — вплоть до души. Да и смертные маги, судя по всему, когда-то могли создавать материю из ничего. Вот, давай покажу…

Он достал из рюкзака лист бумаги и кое-какие инструменты школы изменения — и создал копию одного из рисунков Кириэлле, попутно объясняя другому путешественнику, как действует заклинание.

— Чертовски полезная связка заклятий, — заметил Зак. — Ну почему она не попалась мне раньше? Столько проблем сразу стали бы проще…

— Да, хм… могу научить тебя позже, — сказал Зориан. — Так вот, я считаю, что и петля делает то же самое — только в несравненно большем масштабе. Ее механизм снял слепок мира, точно так же, как я поступил с записями Каэла и рисунками сестры. Потрясающе детальный слепок всего одного мига — но на всей планете. А может, и за ее пределами. И с этого слепка раз за разом воссоздаются копии, живущие по месяцу, уничтожаются и создаются снова.

Зак, задумавшись, глядел на воссозданный им рисунок. На нем были изображены два дерущихся воробья. Удивительно, как удачно Кириэлле сумела запечатлеть миг схватки одним рисунком. Если бы она занималась магией с тем же усердием, что и рисованием…

— Это безумие, — наконец сказал Зак.

— А путешествие во времени — не безумие? — поднял бровь Зориан.

— Не знаю, мне оно как-то кажется более правдоподобным, — вздохнул Зак и вернул рисунок Зориану. — Хотя, пожалуй, это объясняет многое из того, что нес Призрачный Змей. Но вот чего оно не объясняет — если наш исходный мир реален, и та копия, где мы сейчас тоже реальна… то где она находится? Целому миру нужно много места, знаешь ли.

— Полагаю, в карманном измерении, — ответил Зориан. — У меня нет доказательств, но смотри: чтобы все это работало, мы сейчас должны быть под действием просто чудовищного ускорения. Как иначе в реальном мире пройдет лишь миг — а в этом… мире петли — десятилетия и даже века?

— А, понял, — сказал Зак. — Пока мы здесь, время в реальном мире не останавливается — просто здесь оно течет так быстро, что в реальности проходит совсем чуть-чуть.

— Именно, — подтвердил Зориан. — Но подобное ускорение на порядки превосходит даже лучшие из существующих лабораторий ускорения времени.

— Да, и что? — пожал плечами Зак. — На фоне копирования всего мира это не особо впечатляет.

— Пожалуй, — согласился Зориан. — Но, подозреваю, дело не только в том, что создатель всего этого невероятно могуществен. Чтобы залы ускорения времени хоть сколь-нибудь эффективно работали — их изолируют от остального мира. Но это делается просто стенами и магической защитой — степень изоляции сравнительно невелика. С другой стороны, карманное измерение соприкасается с остальным миром лишь в одной точке — там, где находится якорь. Это максимальная изоляция из возможных — и, уверен, возможности ускорения в карманном измерении также максимальны.

— То есть по-твоему, временная петля — это полноценная копия мира, заключенная в собственном карманном измерении и ускоренная относительно реального мира, — подытожил Зак. — Там имеется чертовски детальный слепок мира, каким он был в начале месяца, и на его основе раз за разом создаются новые копии.

— Да, — подтвердил Зориан. — Это только мои предположения, но это согласуется со всем, что мне удалось узнать.

— А я-то думал, запутаннее быть уже не может, — пожаловался Зак, закрыв лицо руками. Через секунду-другую он выпрямился и вновь повернулся к Зориану. — И что это означает для нас? Чем это отличается от настоящей временной петли?

— Для начала, это означает, что добиться «идеального месяца» невозможно, — сказал Зориан. — Нельзя прожить цикл, решить, что он тебя полностью устраивает, и жить дальше с этого места. Чтобы сделать все «по-настоящему», нужно сначала выйти из петли — и вновь оказаться в начале месяца.

— Ладно, это серьезное отличие, — согласился Зак.

— Во-вторых, это означает, что аранеа Сиории в реальном мире наверняка будут живы и здоровы, — продолжил Зориан. — Если все вокруг нас — копия, и наше измерение отсечено от остального мира ради ускорения, то что бы ни происходило внутри — это не скажется на оригиналах в реальном мире.

— Но он может убить их души и в реальном мире, — нахмурившись, заметил Зак.

— Сомневаюсь, — ответил Зориан. — Не думаю, что это заклинание действительно убивает души. По-моему, оно просто неким образом помечает их, чтобы механизм петли не воссоздавал их в следующих циклах. Если временная петля — действительно тренировочный механизм, как считает Призрачный Змей, то такая функция вполне оправдана. Она позволит Заклейменному избавиться от непреодолимых препятствий, просто исключив их из петли.

— Что? Это нечестно, — возмутился Зак. — Почему он так может, а я нет?

Может быть, раньше ты и мог, — подумал Зориан. — Вполне возможно, что Красный узнал заклинание от тебя, а потом стер тебе память…

— Как думаешь, возможно ли как-нибудь… снять эту метку? — спросил Зак. — Хорошо, конечно, что аранеа не потеряны навсегда, но если бы они помогали нам тут — было бы еще лучше.

— Не знаю, — сказал Зориан. — Зависит от того, что именно он с ними сделал. И есть еще одна проблема.

— Да? — заинтересовался Зак.

— Учитывая настоящую природу петли, не думаю, что мы можем спокойно ждать, пока в механизме кончится заряд, — сказал Зориан. — Думаю, остаться внутри петли в момент завершения — значит исчезнуть навсегда. Если мы хотим пережить петлю — нам нужно покинуть ее, пока не поздно. Что не так-то просто — никто из нас не знает, где выход, и как его достичь.

Зак ошеломленно смотрел на него. Похоже, такая мысль ему в голову не приходила.

— И в довершение всего, Призрачный Змей сказал, что лишь один может покинуть петлю, — вздохнул Зориан. — Выходит, что когда один из нас выйдет в реальный мир — остальные путешественники умрут. Будут стерты из реальности.

— Мы этого не знаем, — возразил Зак. — Да и откуда тупой змее знать об этом? Ты сам слышал — он не помнит ничего, что происходило в прошлые петли. Он мог соврать, чтобы рассорить нас. С него станется — он ненавидит Заклейменных.

— Но что, если он прав? — спросил Зориан. — Что, если может быть лишь один победитель?

— Тогда ни один из нас не покинет петлю, пока мы не найдем решение, — немедленно ответил Зак. Сел прямее и решительно посмотрел ему в глаза. — Мы придумаем, как выйти из петли вместе. Должен быть способ.

Зориан ощутил его порыв даже несмотря на Пустой Разум. Следует признать — когда хотел, Зак мог быть весьма харизматичен. Жаль только, что он позабыл одну важную деталь…

— Проблема в том, — негромко заметил Зориан. — Что в петле не только мы с тобой. Еще есть Красный.

Зак, замерев, умолк.

— …дерьмо, — наконец заключил он.

— Оно самое, — согласился Зориан. — Думаю, я знаю, почему от него никаких вестей.

— Думаешь, он пытается выйти из петли? — в голосе Зака прорезался страх.

— На его месте, я бы так и поступил, — сказал Зориан. — Он считает, что против него объединилось неизвестное число путешественников, по меньшей мере один из них лучше его в магии разума, а ты, по сути, ускользнул из его хватки. Зачем рисковать, противостоя всем этим врагам, когда можно просто покинуть петлю, стерев их из реальности? Он все равно был здесь достаточно долго, чтобы получить все, что хотел.

— Проклятье, — процедил Зак, пнув ближайший булыжник. — Проклятье! Почему?! Ну почему всегда так?! Я наконец — наконец-то! — узнал хоть что-то обо всей этой срани — и конечно же, говнюк, собирающийся опять меня поиметь, как всегда на несколько шагов впереди меня! Зориан, пожалуйста, скажи, что догадываешься, где искать выход.

— Это всего лишь догадка, но подозреваю, он может быть в лаборатории времени в подземельях Сиории, — сказал Зориан. — Копье Решимости постаралась обязательно донести до меня ее координаты, несколько раз продублировав этот участок карты. Там должно быть что-то важное.

— Отлично! — просиял Зак. — Когда мы идем туда?

— Очень нескоро, — фыркнул Зориан. — Там невероятно мощная защита. Даже Кватач-Ичл отказался штурмовать лабораторию без поддержки армии.

— Проклятье, — сдулся Зак. — Ну конечно, это было бы слишком просто.

— Надеюсь, в пакете памяти матриарха найдутся нужные сведения по этому поводу, — заметил Зориан. — По крайней мере, там должно быть хотя бы объяснение, почему это место столь важно. Так мы хотя бы будем знать, стоит ли тратить на него время.

— Ну, это уже что-то, — вздохнул Зак. — Будем надеяться, что, найдя выход, мы не увидим спину уходящего Красного.

— Не искушай судьбу, — сказал Зориан. — В любом случае, не могу не спросить: допустим, мы найдем выход, и там не будет Красного…

— Я же уже сказал. Мы сделаем это вместе, — правильно понял его Зак. — Когда мы найдем выход, мы разберемся с Красным, чтобы он больше не представлял угрозы, а потом сядем и придумаем способ покинуть петлю вдвоем. А если не придумаем сами — найдем того, кто поможет. Мир большой, кто-то обязательно должен знать.

Зориан молча смотрел на другого путешественника, смущенный его уверенностью и чувством справедливости. Хотя он бы не отказался слышать его эмоции — вдруг Зак вешает ему лапшу на уши, а сам готовится выйти из петли при первой же возможности. Насколько Зориан может доверять ему?

А где-то на задворках сознания крохотная вероломная часть его шептала — насколько Зак может доверять ему?

После этого разговора Зак и Зориан, как одержимые, охотились и охотились на аранеа. День за днем, неделя за неделей… череда племен уже начинала смазываться перед внутренним взором Зориана.

Но это приносило свои плоды — его способность понимать аранеа стремительно прогрессировала. Он даже разобрался, что высокоранговые аранеа делали с собственным разумом.

Они воздействовали на собственные мысли — отсеивали лишнее, приглушали эмоциональные всплески, подталкивали себя в нужном направлении. Судя по всему, эти методы повышали продуктивность и позволяли принимать взвешенные решения.

И они были невероятно опасны. Допустив ошибку, можно было умереть, впасть в кому, необратимо сойти с ума, а то и хуже… а допустить ошибку в этом разделе менталистики было чрезвычайно просто. Ведь никто до конца не понимает собственный разум.

Несмотря на опасность, Зориан был очарован идеей. Это не было в буквальном смысле усилением интеллекта — но действовало почти так же. Он наверняка как-нибудь попробует… но не сейчас. Нет времени. Оставалось лишь надеяться, что Копье Решимости не вмешивалась в свой разум столь же радикально и изощренно, как некоторые старейшины аранеа.

Занятия с Ксвимом проходили без затруднений. Зориан решил не рассказывать куратору о своих гипотезах насчет природы петли — он не был в них полностью уверен и беспокоился, как Ксвим воспримет то, что он всего лишь копия. Да, куратор исключительно сдержан и уравновешен, но подобное откровение… С другой стороны, Зориан расспросил его о карманных измерениях.

Увы, Ксвим о них почти ничего не знал. Секреты их создания были редки и ревностно охранялись — лишь величайшие маги могли создать хотя бы небольшое измерение, и они не спешили делиться своими секретами. Ксвим утверждал, что, несмотря на знакомство со многими талантливыми магами, он никогда не видел карманного измерения — что несколько позабавило Зориана. Технически, куратор наблюдал карманное измерение прямо сейчас — пусть и не сознавал этого.

Из-за занятий с Заком, охоты на аранеа и уроков у Ксвима у Зориана практически не оставалось свободного времени. Все это выматывало, и он решил в этом цикле отказаться от многих привычных занятий. Например, он не стал охотиться на монстров вместе с Тайвен — и не рассказал ей о временной петле.

Когда месяц уже подходил к концу, Зориан счел, что подготовился — насколько это вообще возможно. Он сообщил Заку, что возьмет пару дней отдыха, а затем попытается вскрыть пакет матриарха.

Больше всех обрадовалась Кириэлле. Она наконец-то получила брата в полное распоряжение, пусть и всего на пару дней… во всяком случае, она сделала именно такой вывод.

Шел второй день его самопровозглашенного отдыха, и Зориан лежал на кровати, читая довольно тупую фантастику про путешествия во времени. Главный герой вернулся в прошлое на три года назад, чтобы предотвратить разрушительную войну и спасти свою возлюбленную. Книга оказалась неожиданно забавной — впрочем, едва ли автор это планировал — предполагалось, что это романтика, а не комедия, просто Зориан никак не мог воспринимать это серьезно.

Заклинание путешествия во времени, работающее на силе любви — каково, а?

В его досуг вклинилась Кириэлле, запрыгнув на кровать (и на него, да), отвоевав себе место рядышком и теперь делая вид, что тоже читает.

— Можно кое-что спросить? — помолчав, спросила она.

— Давай, — Зориан перевернул страницу. Кириэлле тут же перелистнула страницу назад. Хм, неужели и правда читает?

— Ты всегда берешь меня с собой в Сиорию?

Ох… Опять этот вопрос.

— Нет, не всегда, — признался Зориан.

— Почему? — немедленно спросила она; в ее голосе звучало возмущение. Она наверняка ожидала подобного ответа, но он ее определенно не обрадовал.

— Потому что это опасно, — ответил он. — Я и Зак — не единственные путешественники. Есть еще один, и он охотится на нас. Сказать по правде, мне следовало бы вообще никогда не брать тебя в Сиорию…

— Нет! — возмутилась она.

— Но я слишком славный парень, чтобы так поступить, — закончил Зориан.

— Мама говорит, что хвалить самого себя некрасиво, — сообщила Кириэлле.

Раздраженно посмотрев на сестру, Зориан накрыл ее лицо раскрытой книгой. Она сердито фыркнула и, ухватив книгу, принялась дубасить ей. Впрочем, осознав бессмысленность этой тактики, она вскоре прекратила — и поняла, что он специально отвлекает ее от разговора.

— Если этот тип настолько опасен, почему вы не сообщите в гильдию магов?

— Потому что против путешественника во времени от них никакой пользы, — закатил глаза Зориан. — Я даже сомневаюсь, что они вообще поверят мне. А если и поверят — это только даст этому уроду еще одну подсказку, где меня искать.

— Отстой, — заключила Кириэлле.

— Угу, — согласился он.

Она поерзала, положила книгу на кровать рядом с собой.

— А от меня есть польза?

— Ты помогаешь мне сохранять рассудок, — ответил Зориан.

— И всего-то? Там, на вокзале, я защитила тебя от Зака, — надулась она.

— Да, не поспоришь, — согласился он. Пусть ему ничего и не угрожало, Кириэлле была великолепна. — Но если серьезно — что тебя беспокоит? Ты что, боишься, что наскучишь мне, если я не беру тебя с собой в каждом цикле?

— Да, — призналась она. — Дэймен и Фортов поступили в академию, завели себе новых друзей и забыли про нас. А потом и ты уехал в академию, правда, у тебя не было друзей, и я знаю, что нехорошо радоваться этому, но, значит, ты не забывал про меня…

— Кири… — вздохнул Зориан.

Она, не слушая его, торопливо продолжала, едва успевая переводить дух, словно боясь, что он исчезнет, стоит ей замолчать.

— Но ты все равно отдалялся, и тебя всегда все раздражало. А потом ты взял меня с собой, и внезапно стал добр ко мне, но теперь у тебя есть этот Зак, который тоже путешественник, и он будет помнить тебя, а я забуду, и…

— Кири, Зак никогда не заменит мне тебя, — вздохнул Зориан, обнял сестру, привлекая к себе, и закатил глаза, пока она не видела. Иногда она переживает из-за сущей ерунды. — Он достает меня, почти как ты, но у него нет оправдания — ему не девять лет.

За это его стукнули. Ну, по крайней мере, не плачет.

— Я прощу тебя за то, что ты не всегда берешь меня с собой, — наконец решила Кириэлле. Очень великодушно с ее стороны. — Но я запрещаю тебе забывать меня!

— Договорились, — легко согласился он. Скажет же такое…

Хотя, если подумать, это зависит не только от него. Что будет с ним и Кириэлле, если Красный вырвется из петли, обрушив искусственный мир? В смысле, с настоящими Зорианом и Кириэлле, ведь сейчас они оба копии…

И еще одно. Он — всего лишь копия настоящего Зориана. Если он сумеет вернуться в реальный мир… что станет с оригиналом? Угх… от одной этой мысли начинала гудеть голова. Он, пожалуй, предпочел бы, если бы механизм петли пересадил его душу в оригинал — получится, что, выйдя из петли, он убьет настоящего, но ведь петля уже убила многие сотни Зорианов, одним больше, одним меньше…

Согласился бы с ним настоящий Зориан? Пошел бы он на смерть, чтобы жил более поздний Зориан? Скорее всего, нет… Но если придется — его это не остановит.

Завтра он наконец откроет пакет матриарха. Хотелось верить, что там он найдет ответы на все эти вопросы…

— Так вот, — Каэл вручил ему бутылек со светящейся желтой жидкостью. Приглядевшись, Зориан заметил, что светится не весь состав, а крошечные пылинки взвеси. — Это зелье, о котором я говорил. Зелье познания себя. Оно улучшает способность отрешиться от внешних раздражителей и сосредоточиться на себе. Его обычно используют, чтобы ощутить ток своей маны или душу, но, полагаю, для этого вида магии разума тоже подойдет.

— Насколько ты уверен в этой штуке? — с подозрением спросил Зориан, взбалтывая состав в бутыльке. — Ты ее как-то проверял, или…

— Его использовала моя учитель, чтобы помочь мне овладеть моими… способностями, — сказал Каэл. — И оно определенно работает. И хоть я и не уверен, что оно поможет в твоей задаче, оно определенно не помешает. Зак вызвался испытать зелье на себе, так что мы точно знаем, что оно не препятствует магии разума.

Каэл указал на испытателя, и тот, широко улыбнувшись, немедля показал два больших пальца.

Угх. Этот засранец всегда поддерживает Пустой Разум в его присутствии, но с готовностью пьет подозрительные зелья, приготовленные малознакомым некромантом. Порой он его просто не понимает.

— Ладно. Поехали, — Зориан залпом выпил светящуюся жидкость.

И практически мгновенно его мысли приобрели невероятную отчетливость — в то время, как окружающий мир, наоборот, стал далеким и размытым. Нет, его чувства не притупились, просто на них стало куда сложнее сосредоточиться.

Он не стал бороться с зельем и обратился внутрь себя. Он ощущал, как бьется его сердце, как движутся его мышцы, когда он чуть заметно меняет позу… он чувствовал свой резерв маны, и как он отзывается на его прикосновения… его духовное чувство, обычно едва различимое, стало куда отчетливей…

Проклятье. Почему он раньше не спрашивал Каэла о таких зельях? Они бы чертовски пригодились, когда он оттачивал свое восприятие души.

Нет, нельзя отвлекаться — он отбросил лишние мысли и нырнул в глубины памяти, где хранился пакет матриарха. Теперь он не ощущал непривычной четкости — вероятно, его магия разума сама по себе была достаточно остра, и не усиливалась зельем — но ничего. Он мысленно взял разрушающееся хранилище воспоминаний и стал аккуратно разбирать…

Видимо, недостаточно аккуратно. Пакет памяти, и так бывший на грани разрушения, не выдержал его все еще недостаточно умелого прикосновения — и буквально взорвался, на миг дезориентировав Зориана шквалом непонятных образов — может быть, некий защитный механизм? Высвободившиеся воспоминания начали быстро угасать.

Мысленно ругаясь, Зориан вцепился в гаснущие обрывки памяти, силясь сохранить хоть что-нибудь.

Раньше он надеялся, что Копье Решимости не зашла в экспериментах над собственным разумом столь же далеко, как некоторые старейшины аранеа. Как же он был наивен… В обрывках мыслей, тающих в его разуме, чувствовался почерк мастера, на фоне которой все прежние эксперты казались жалкими дилетантами. Похоже, Копье Решимости нашла способ превратить часть своего разума в магический вычислитель, могла временно разделять сознание на несколько потоков и была способна воспринимать чувства множества аранеа как единую, целостную картину. И это лишь то, что он успел заметить. Даже будь у него еще несколько лет на чтение разумов аранеа, он сомневался, что смог бы верно расшифровать воспоминания внутри пакета.

Но, несмотря на это, один из фрагментов читался совсем легко — потому что был предназначен специально для него.

[Если ты читаешь эти воспоминания,] — сказало эхо памяти матриарха, — [значит, скорее всего, наш план провалился, и все пропало. Так же это значит, что ты стал достаточно хорош в магии разума, чтобы вскрыть пакет и считать мои воспоминания. Молодец. Надеюсь, ты отнесешься к моим тайнам с уважением и не станешь читать остальное.]

Зориан прямо-таки ощутил ее самодовольную усмешку. Она не постеснялась придать посланию эмоциональную окраску. Матриарх прекрасно знала, что у него нет никаких шансов расшифровать остальные воспоминания.

Эта паучиха даже после смерти насмехалась над ним.

[Я знаю, ты думаешь, что всему виной моя спешка, но выслушай меня. Я собрала все, что смогла узнать о временной петле. Большую часть сведений я узнала от духа-покровителя другого племени аранеа — Служителей Призрачного Змея. Найди его, если еще не нашел, но будь готов к тому, что он не особо тебе обрадуется.]

Неслабое преуменьшение. Может, матриарх не сознавала, как яростно Призрачный Змей ненавидит путешественников во времени, или посчитала такое предупреждение достаточным?

[Среди других источников — исследователи магии времени из лаборатории под Сиорией — ты найдешь ее на приложенной карте — и некоторые заговорщики, имевшие дело с нашим таинственным врагом-путешественником. Похоже, ибасанцев весьма интересовал их новый информатор, и они приложили значительные усилия, чтобы узнать о нем больше.]

Проклятье. А он так и не смог вытащить из заговорщиков ничего о Красном. С другой стороны, когда он сумел заняться ими как следует, Красный уже не сотрудничал с ибасанцами.

[Из того, что я узнала, временная петля — нечто вроде… подделки, параллельного мира. Мы реальны, но одновременно нет. Это сложно понять. Или принять. Но из этого следует простая и понятная проблема: петля разрушается. Я не могу сказать, через сколько циклов она полностью исчезнет, но знаю, что просто ждать конца нельзя. Нужно покинуть это место. И все, что я узнала о нашем враге, говорит о том, что он ничуть не обеспокоен поисками выхода. Я ни на секунду не поверю, что он достаточно глуп или самоуверен, чтобы не думать об этом. Напрашивается вывод — он уже нашел выход и может в любое время покинуть петлю. Мы должны любой ценой остановить его. Его нельзя выпустить из петли.]

А вот это уже плохо…

[И, если начистоту…] — тень матриарха поколебалась, словно не уверенная, стоит ли продолжать. — [Сказать по правде, я надеялась узнать способ, с помощью которого наш враг присоединился к петле. Чтобы я тоже могла присоединиться… а потом покинуть ее первой.]

Э… что?!

[Не подумай, я не бездушная тварь. Я сделала бы все, что в моих силах, чтобы помочь альтернативной версии тебя на той стороне. И Заку — тоже. Но, по сути, я собиралась предать тебя. То, чего я могла бы добиться — для моей паутины, для моего вида, и да, для себя самой… слишком заманчиво. Надеюсь, что если ты вырвешься из петли, ты не станешь винить другую меня в моей слабости, но я просто не могла поступить иначе. Ничего личного, но победитель может быть только один. Мне действительно жаль.]

Вспышка гнева едва не заставила Зориана уничтожить послание, не дослушав. Все это время он винил себя в ее смерти, надеялся, что Красный солгал, и их можно вернуть… а Копье Решимости собиралась ударить его в спину?

Но нет. Он не станет стирать послание. Оно важно. Слишком важно, чтобы отказываться от него.

Он дослушает до конца. Все же он многим обязан матриарху. Пусть она и пыталась его предать.

[Не знаю, будет ли это сообщение хоть сколь-нибудь полезно. Но если петля с легкостью создает наши копии, она может также легко уничтожить нас. Наш враг определенно имеет глубокие познания о механизме петли. Итак, сообщение. Надеюсь оно не понадобится, но на всякий случай я прикладываю карту с базами заговорщиков — и, что важнее, лабораторией магии времени глубоко под Сиорией. Я уверена, что выход из петли находится там — это древний артефакт, называемый «Врата Государя». Ты, без сомнения, легко найдешь легенды о нем в книгах. Там надежная охрана, но в конце послания будет способ попасть туда мирным путем. Что бы я ни делала, Врата не отозвались мне — но, возможно, ты, как настоящий путешественник, сможешь их пробудить. В противном случае тебе придется искать «Ключ», чтобы открыть их. Этого лучше избежать, потому что, если я правильно поняла Призрачного Змея, Ключ состоит из пяти реликвий первого икосианского императора. Кольцо, корона, посох, сфера и кинжал. Все они давно утеряны, скорее всего, раскиданы по всей Миасине. Тебе придется обыскать весь соседний континент. Не думаю, что это возможно, даже с помощью чего-нибудь вроде действующих Врат Бакоры, так что я не собирала сведений о них…]

Далее прилагалась карта подземелий Сиории, почти такая же, как уже была у него, только без белых пятен. И наконец, матриарх передала ему, где найти правительственного инспектора, имеющего доступ в лабораторию — проверить работу и расход казенных средств. По словам матриарха, чиновник даже не был магом, и его было легко подменить… она сама проникала в лабораторию именно таким способом.

Кроме этого послания, Зориан не сумел расшифровать ничего из воспоминаний в пакете. Но, сказать по правде, и это было чересчур много — намерение матриарха предать его, факт, что Красный может знать, как покинуть петлю, эти Ключи…

Тут эффект зелья наконец прошел, и он вновь ощутил окружающий мир. И Заку, и Каэлу не терпелось услышать, что он узнал — и Зориан постарался пересказать все. Все, кроме того, что Копье Решимости собиралась предать его. Это слишком личное.

Они пришли к единогласному выводу, что нужно немедленно заняться лабораторией. Так что уже завтра Зориан отправится к инспектору и украдет идентификационные карточки и все, что им понадобится для проникновения.

Через два дня все было готово. Так как среди правительственных инспекторов не слишком много подростков, Зак купил на черном рынке два зелья перевоплощения, превративших их в непримечательных мужчин среднего возраста. Это чувствовалось… странно. Но неважно, изменив внешность и имея все необходимые документы, они просто пришли в соответствующую контору и потребовали доступ в лабораторию.

Зориан беспокоился, что матриарху просто повезло, а в их случае кто-нибудь свяжется с начальством, запросит подтверждения… ничего подобного. Никого даже не насторожило, что вместо одного инспектора пришли два.

Идиот Зак не придумал ничего лучше, чем взять и спросить об этом. Зориан уже готовился стереть провожатым память и наорать на придурка, но вопрос никого не насторожил.

За безопасностью тут вообще не следят.

— Вы, наверное, новенькие, — сказал охранник. — Лабораторию постоянно проверяют. Королевская семья переживает за свои бесценные Врата Государя и посылает проверяющего за проверяющим. Потому-то тут столько охраны. Сказать по правде, не понимаю, как исследователи вообще их терпят. Будь я на их месте, я бы отослал эту хреновину обратно в сокровищницу — чтобы не мешали работать. Могу поспорить, она даже не настоящая…

Их провели к впечатляющему магическому лифту на краю Провала — и он доставил их в лабораторию. Они прошли мимо нескольких менее секретных отделов — один из сопровождающих их охранников выболтал все, что о них знал. Хорошо, что Зак поддерживал разговор — можно было молчать, и при этом не казаться грубым.

Второй охранник молчал, как и Зориан. Они обменялись понимающими взглядами, закатили глаза, слушая этих болтунов, и более не обращали друг на друга внимания.

Еще пара контрольно-пропускных постов, где едва взглянули на их документы, и вот они, наконец, на месте.

Их встретили двое исследователей — один средних лет, второму, на взгляд Зориана, было не больше восемнадцати. Они предложили «инспекторам» пройтись по лаборатории, и были удивлены, когда те согласились.

— Мало кого из проверяющих интересует наша работа, — заметил старший исследователь, представившийся как Крантин Кеклос. — Обычно они спешат удостовериться, что Врата Государя в порядке, и как можно скорее покидают лабораторию.

— О, мы определенно собираемся посмотреть на Врата Государя, — улыбнулся Зак. — Но взглянуть на то, чем вы тут занимаетесь, тоже довольно интересно.

— Разумеется, — сказал Крантин. — Не сомневайтесь, мы работаем с ними очень бережно. Мы благодарны Короне за возможность изучить этот уникальный артефакт.

— Похоже, в отличие от остальных, вы не сомневаетесь в их подлинности? — полюбопытствовал Зориан.

— Я не уверен, что это Врата Государя из легенды, — признал Крантин. — Но это, несомненно, подлинный артефакт Эры Богов.

Следующий час Крантин и Ареад — следующий за Крантином младший ассистент — показывали Заку и Зориану лабораторию. Зориан чувствовал, что, несмотря на сдержанность, Крантин был в восторге, что может показать свою работу «влиятельным людям». Исследователь хотел большего финансирования и поддержки от Короны, и рассчитывал, что они замолвят за него словечко.

Лаборатория делилась на три основных отдела. Во-первых, линейка из трех Черных Залов — самый маленький — для экспериментов над растениями и животными, два других — для людей. Второй отдел занимался сочетанием алхимии и темпорального ускорения. Наконец, третий отдел работал с огромным черным кубом, около четырех метров по ребру. На одной из сторон была подобная двери выемка, но Крантин сказал, что они так и не смогли открыть ее.

На этой двери была высечена знакомая схема — горизонтальная линия, и стоящий на ней острым углом треугольник.

— Вот они, — простер руку Крантин. — Врата Государя. Несмотря на легенду, мы считаем, что это не врата в другой мир, а некий исключительно мощный зал ускорения времени. К сожалению, мы так и не сумели активировать их. У меня были большие надежды на приближающееся сопряжение сфер — оно весьма усиливает пространственную магию — но и оно не помогло запустить их. Увы.

— Невероятно, — сказал Зак, с нечитаемым выражением глядя на куб.

— Да, — согласился Крантин. — Трудно поверить, что подобная вещь десятилетиями собирала пыль в сокровищнице семьи Новеда. Если бы не щедрость мистера Цвери, подарившего неиспользуемые артефакты Новеда Короне, кто знает, сколько еще они оставались бы в неизвестности!

— Да, — процедил сквозь зубы Зак. — Он так щедр, наш Тесен…

— Ну, — кашлянул Крантин, сообразив, что задел болезненную тему. — Буду рад ответить на ваши вопросы, но это все, что у нас есть. Если хотите…

Оглядевшись, Зориан убедился, что они одни, и коснулся мыслей исследователей. И Крантин, и Ареад были отлично обученными магами, но — специалистами в магии времени, а не магии разума. В считанные секунды Зориан ввел их мозги в ступор. Они остались на ногах и выглядели нормально, но, по сути, были без сознания.

Зак поднял бровь в наступившей тишине.

— Ты разобрался с ними? — спросил он, поворачиваясь к Зориану.

— Да, — подтвердил Зориан. — Итак. Ты знаешь, как активировать эту штуку? И стоит ли это делать? В смысле…

— Попробуем коснуться ее, — сказал Зак.

…ну, окей. Все равно идей получше у них нет.

— Нам стоит сделать это одновременно, — заметил Зориан.

— А, точно — тогда можно рассчитывать, что мы активируем ее одновременно. У нас ведь одинаковые маркеры, так что может получиться, так?

— Так, — нехотя согласился Зориан. Он не был в этом уверен, но что им еще оставалось? Если матриарх права, то Красный уже знает об этом месте и может уйти, когда захочет. Но петля все еще существует, значит, он еще не ушел. Почему? Зориан бы ушел на его месте.

Ему нужны ответы, спрятанные в этой штуке.

— На счет три, — сказал он. — Раз, два… три!

Они слитным движением одновременно коснулись диаграммы.

Прошла пара секунд.

— Ничего не происходит, — посетовал Зак. — Черт…

— Нет, — нахмурился Зориан. Он чувствовал, как что-то из куба перед ним тянется к нему, стремясь к маркеру. Запрашивая… подтверждение? — Я что-то чувствую. Не знаю, научился ли ты чувствовать свой маркер…

— Нет, еще нет, — ответил Зак.

— Ну, думаю, я просто…

Он коснулся одного из переключателей маркера. Таинственная сила изнутри куба тут же потоком хлынула в него. Все скрылось в темноте.

Зориан уже думал, что сейчас проснется в Сирине от утреннего приветствия Кириэлле.

Но нет. Он парил в черной пустоте. И рядом был Зак.

— Воу, что случилось? — оглядываясь, спросил Зак. — Где это мы?

— Куб запрашивал подтверждение, — сказал Зориан. — И я его дал. И вот мы здесь.

— Если из-за этого мы навечно застряли здесь, я тебя никогда не прощу, — предупредил Зак.

— Ты сам знаешь, что на моем месте поступил бы также, — ответил Зориан.

— Ну да, но из нас двоих благоразумный параноик именно ты. И знаешь, соглашаться на непонятные запросы таинственного древнего артефакта безрассудно даже с моей точки зрения.

Прежде, чем Зориан успел ответить, перед ними возник еще кто-то.

Нет… скорее что-то. Сущность отдаленно напоминала человека, но было очевидно, что это лишь подобие. На ней не было одежды, но не страшно — половых органов, волос и всего такого тоже не было — лишь гладкая кожа. Лицо было равнодушно и пусто, глаза — сияющая белая пустота.

— Приветствую, Контролер, — тихим, бесстрастным голосом сказала сущность.

Зак среагировал быстрее его, схватившись за заклинательный жезл — и обнаружил, что тот приклеился к кобуре. Проверив свое оружие, Зориан убедился, что его постигла та же судьба. И вообще, вся одежда пристала к коже, и хоть он и чувствовал свой резерв маны, он не мог выпустить ни искры.

— Кто ты? — потребовал Зак. — Что это за место?

— Я — Страж Порога, — так же безразлично ответила сущность. — А это — зал управления.

— Не думаю, что это настоящее место, — заметил Зориан. — Заметил, что одежда стала частью твоего тела?

— А ведь ты прав… — нахмурился Зак, безуспешно попытавшись закатать рукав.

— Мы — что-то вроде проекций, — сказал Зориан. — Как и тот, кто перед нами.

Они дружно посмотрели на сущность. Та сочла, что это некий запрос.

— Чего вы желаете, Контролер? — спросил Страж.

— Можем ли мы покинуть это место? — спросил Зориан.

— Разумеется, — легко согласился Страж. — Хотите сделать это сейчас?

— Покинуть — значит вернуться в тела, из которых мы были спроецированы, — уточнил Зак.

— Ответ прежний, — подтвердил Страж.

— Как насчет временной петли? — спросил Зориан.

— Временной петли? — невнятно переспросил хранитель. Его глаза вспыхнули, затем вновь сфокусировались на них. — Простите, но врата закрыты.

— Что? — возмутился Зак. — Что, черт возьми, значит «врата закрыты»?

— Контролер уже покинул петлю, — пояснил Страж. — Никто другой не может уйти.

Повисло короткое молчание — Зак и Зориан переваривали услышанное.

— Но я думал, что мы и есть Контролеры, — возразил Зак.

— Вы Контролер, — с готовностью согласился Страж.

— Но вы только что сказали, что Контролер покинул петлю, — нахмурился Зориан.

— Так и есть, — подтвердил Страж.

— Почему тогда петля все еще существует? — спросил Зориан.

— Петля не может быть завершена, пока Контролер внутри, — ответил Страж.

— То есть Контролер покинул петлю, но ты не можешь ее завершить, потому что Контролер все еще в петле? — спросил Зак. — Не замечаешь противоречия?

— Не думаю, что мы имеем дело с разумным существом, — сказал Зориан. — Скорее, это некое заклинание, сбитое с толку, потому что вместо единственного Контролера их оказалось несколько. Страж, сколько людей сейчас перед тобой?

— Лишь Контролер может попасть сюда, — спокойно ответил хранитель.

— Погоди, — дрожащим голосом сказал Зак. — Ты хочешь сказать, что…

— Красный каким-то образом выдал себя за Контролера петли, — вздохнул Зориан. — Он уже ушел. И теперь никто другой не сможет уйти.

— Врата закрыты, — подтвердил Страж.

Ой, мля…

КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ

Глава 55. Порог

Почти полминуты в черной пустоте царила тишина. Ни Зак, ни Зориан не знали, что сказать — Страж же спокойно ждал дальнейших вопросов. Зориан предпочел бы считать, что он пересматривал планы в свете новой информации — но на самом деле большую часть этого времени он удивлялся, почему Зак так сдержано все воспринимает. Он ожидал, что напарник сорвется, начнет орать и сыпать проклятьями — но нет, Зак был неожиданно спокоен и собран. Лишь хмурый взгляд выдавал его недовольство.

— Итак, — нарушил тягостное молчание Зак. — Что дальше?

— Честно? Понятия не имею, — признался Зориан. — Никак не думал, что Красный уже покинул петлю. Хотя, если подумать — этот вывод напрашивался…

— Угу, в этот раз он действительно нас поимел, верно? — вздохнул Зак.

— Ну, я бы не был столь категоричен, — улыбнулся Зориан. — Уверен, он ожидал другого. Предполагалось, что мы исчезнем. Что с выходом Контролера петля схлопнется, навсегда устранив угрозу в нашем лице. Но мы все еще здесь, и раз механизм петли настолько отклонился от нормы — может быть, мы все еще можем покинуть ее.

— Хех, — усмехнулся Зак. — А ведь и верно. И еще это значит, что теперь я могу не сдерживаться. Как и ты. Мы оба долгое время таились, чтобы Красный не заметил наших действий. Но теперь, когда он ушел…

— Да, — согласился Зориан. — На мой взгляд, сейчас у нас три приоритетных задачи. Во-первых, мы должны узнать, сколько осталось времени до разрушения петли. Во-вторых, мы должны найти способ выйти. И в-третьих, нужно узнать, кто, черт возьми, скрывается под личиной Красного — чтобы сразу же разобраться с ним, если… когда мы сумеем выйти.

Зориан повернулся к Стражу Порога, молча парящему в пустоте рядом с ними. Похоже, хранитель не в обиде за недостаток внимания.

— Нужно расспросить Стража обо всем, что придет в голову, — заметил Зориан. — Кто знает, какими еще секретами он владеет — а сам он не спешит ими делиться. Правда, на это уйдет много времени — наверное, стоит вернуться в тела и убедиться, что нам не помешают.

— Стоит ли об этом беспокоиться? — Зак демонстративно подергал приросший к телу пиджак. — Похоже, чтобы доставить нас сюда, куб выдернул наши души из тел. Какая разница, что произойдет с телами?

— Возможно, мы просто спроецированы сюда, — покачал головой Зориан. — Сказать по правде, это кажется простейшим способом. С другой стороны, тогда Контролер, возящийся с Вратами, будет крайне уязвим. Хмм… Страж?

— Вы просто спроецированы сюда, но события во внешнем мире не повлияют на продолжительность визита, — ответил Страж. Похоже, он достаточно умен, чтобы распознать в их беседе неявный вопрос. Интересно. — Если ваши тела получат критические повреждения, или будет зарегистрировано воздействие на душу, я перенесу ваши души во Врата, где они будут в безопасности. Ваше пребывание здесь не прервется, но для возвращения вам придется перезапустить петлю — я не смогу вернуть ваши души в поврежденные тела.

— Хммм, приятно слышать… наверное, — пробормотал Зориан. И повернулся к Заку — тот уже смотрел на него. — У тебя есть вопросы к Стражу, или…?

— Спрашивай первым, — качнул головой Зак.

— Ладно. Прежде всего, продолжительность нашего пребывания здесь чем-нибудь ограничена?

— Когда этот цикл завершится, завершится и ваш визит, — ответил Страж. — Иных ограничений нет.

То есть при рестарте петли их закинет в их тела в начале месяца, но до тех пор они могут оставаться здесь. Тогда у них полно времени.

— Каковы условия для окончания цикла? — поинтересовался Зориан. — Достаточно ли просто прошествия времени, или нужно нечто большее?

— Прошествия времени достаточно, — подтвердил Страж. — Цикл не может длиться более месяца. Помимо этого, существует множество условий, при которых цикл прерывается досрочно.

— Можешь ли ты перечислить эти условия? — спросил Зориан.

— Нет, — равнодушно ответил Страж. — Вашего допуска недостаточно.

Зориан удивленно моргнул. Хоть он и не ожидал, что хранитель ответит на все их вопросы — но только потому, что это просто тупое заклинание, а не потому, что эта штука просто откажется отвечать.

— Что?! Но я думал, мы — Контролеры! — встрял Зак. — Как это нашего допуска недостаточно?

— Допуск Контролера имеет ограничения, — пояснил Страж. — Лишь Создатель и его представители могут запрашивать сведения о работе Врат.

— Создатель? — удивленно переспросил Зак. — Создатель чего?

— Врат, разумеется, — ответил Страж. Зориан так и представил, как тот закатывает глаза — хотя это не было предусмотрено в его облике, да и голос оставался бесстрастным.

— То есть Контролер — не главный во временной петле? — уточнил Зориан. Страж немедленно подтвердил. — Хорошо, а что ты можешь рассказать о Создателе?

— Вашего допуска недостаточно, чтобы узнать личность Создателя, — сообщил Страж.

Что же, он и не ожидал чего-то иного.

— Угх. Как же он бесит! — пожаловался Зак.

Следующие десять минут прошли в бесплодных попытках узнать хоть что-то о Создателе, его представителях, был ли это бог, как подозревал Зориан, когда Создатель в последний раз взаимодействовал с Вратами, и так далее. Ответ Стража оставался неизменен: они не имеют права это знать.

С каким удовольствием Зориан вторгся бы в мысли конструкта и узнал, все, что нужно… Увы, невозможность творить магию в этом месте распространялась и на его способности психика. У них не было средств склонить хранителя к сотрудничеству, и в итоге они перешли к другим темам.

— Ты сказал, что цикл не может длиться более месяца, — напомнил Зориан. — Можешь объяснить, почему?

— В конце цикла все уничтожается, — начал Страж. Что же, теперь они знают это точно… Зориан давно это подозревал, и наконец получил подтверждение. — С точки зрения некоторых философских школ, это можно рассматривать, как массовое убийство.

— Но далеко не всех школ, не так ли? — скривившись, пробормотал Зориан.

— Другие не считают уничтожение копии убийством, если ее отличие от оригинала невелико, — проигнорировал его замечание Страж. — Временная петля создана с учетом этих соображений. Поэтому нельзя допустить, чтобы у скопированных петлей сущностей было время накопить существенные отличия от оригинала — иначе это будет неэтично. В качестве оптимального срока был выбран один месяц.

— Что, если одна из копий узнала о временной петле и научилась сохранять непрерывную память? — спросил Зориан. — Чисто теоретически.

— Такой копии можно лишь посочувствовать, — заметил Страж. — Ведь покинуть петлю может только Контролер.

— Вот этого я не понимаю, — неожиданно вмешался Зак. — Откуда такое правило? Ну, в смысле, если Контролер и так изначально один — зачем этот дополнительный запрет?

— Чтобы Контролер не прихватил в реальный мир некоторые копии из петли, — как нечто, само собой разумеющееся, пояснил Страж.

Повисло короткое молчание — Зак и Зориан осмысливали услышанное.

— По… почему это так важно? — подрагивающим голосом спросил Зориан.

— Потому что в петле лишь одна настоящая душа — душа Контролера, — ответил Страж. — Все остальные — копии. Когда Контролер покидает петлю — мне нужно всего лишь вернуть его душу в исходное тело. Если же петлю должна покинуть одна из копий — мне придется заменить ей исходную душу оригинала, по сути, убив его.

Снова воцарилось молчание — на этот раз дольше.

То, что для выхода придется заменить собой душу оригинала, не удивляло — Зориан и сам давным-давно предположил это. Вот чего он не ожидал — так это того, что Зак, похоже, вовсе не копия. Да уж, Контролер — это не просто человек с маркером…

— То есть когда создается временная петля, в нее затягивает душу Контролера, — подытожил Зориан. — Поскольку это оригинал, он спокойно может покинуть петлю. Но для выхода кого-нибудь другого потребуется убийство, что неприемлемо. Все верно?

— Да, — подтвердил Страж.

— Но ты можешь это сделать? — неожиданно спросил Зак. — Если одна из копий хочет уйти отсюда — можешь ли ты заменить ей душу оригинала?

— Теоретически, — согласился Страж. — Но это противоречит моему предназначению. Я — Страж Порога. Одна из главных задач, порученных мне Создателем — защищать оригинал от угроз из петли. Если изменившаяся копия попытается убить оригинал, заняв его место, я приложу все усилия, чтобы остановить ее.

— А как насчет нормальной, не изменившейся копии? — спросил Зориан. — Ведь наверняка можно заменить оригинал нормальной копией. Они же практически одно и то же! Ничем не хуже, чем убивать миллионы душ каждый месяц, не так ли?

Страж колебался. Повисло напряженное молчание…

— Если отличие копий от оригинала невелико, замена теоретически приемлема, — наконец признал он. — Но я все равно откажусь, так как моя задача — не допустить влияния петли на реальный мир. Лишь Контролеру, с опытом и секретами, полученными в петле, дозволено покинуть ее и оставить след в реальном мире — так как он, технически, и не принадлежит петле.

— Хорошо, — кивнул Зориан, знаками показывая Заку оставить эту тему. Страж все еще сохранял невозмутимость, но, похоже, последние вопросы заметно поколебали ее. Зориан опасался, что если они перестараются, то хранитель поймет, что один из них — копия, и попытается как-нибудь «исправить» это. Лучше не рисковать. — Перейдем к другим вопросам. Страж, ты сказал, что врата закрыты, так как Контролер покинул петлю.

— Да, — подтвердил хранитель.

— Можешь сказать, сколько циклов назад это произошло?

— Контролер все еще в петле, Контролер, — дал бесполезный ответ Страж.

Попробовав перефразировать вопрос, они убедились, что Страж понятия не имеет, когда Красный покинул петлю. Контролер ушел, но на самом деле остался, и заклятье было в полной растерянности.

Попросив Стража описать Красного в поисках каких-нибудь зацепок, они опять ничего не добились — несмотря на сходство с человеком, хранитель воспринимал мир совершенно иначе. Похоже, его не интересовали приметы Контролера — кроме маркера, разумеется.

— Значит, ушедший Контролер имел маркер? — спросил Зориан.

— Разумеется, — подтвердил Страж. — Иначе как бы он покинул петлю?

— А как вообще Контролер получает маркер? — спросил Зориан. — Он передается по наследству, накладывается самими Вратами по какому-то признаку, или что?

— Контролера отмечает Ключ, или Создатель, или его представители, — сказал Страж. — Я не знаю, по какому принципу отбирают Контролеров. Моя задача не требует знания подобных вещей.

— Но Ключ утерян, — хмурясь, вставил Зак. — Разбросан по всему миру. И если Создатель — бог, как ты думаешь… боги столетиями не отвечали верующим. Остаются только представители. Кто это может быть?

— Пока неизвестно, — пожал плечами Зориан. — Но, похоже, ты был специально выбран для участия в этом.

— Или был выбран Красный, — мрачно сказал Зак. — Я помню, ты считаешь первоначальным путешественником меня, но то, что Красный смог запросто выйти… может быть, настоящий — как раз он. Ты видел, как Страж отреагировал на вопрос о замене оригинальных душ копиями. Как смог бы выйти Красный, будь он всего лишь копией?

— Не знаю, — вздохнул Зориан. — Жалко, что как только заходит речь о выходе Красного, Страж неизменно тупеет.

— Если бы он не тупил, нас, наверное, стерло бы из реальности в момент его выхода, — заметил Зак. — Так что оно, пожалуй, и к лучшему. Кстати, Страж. Этот мой маркер уникален, так? Разных маркеров в петле быть не может?

— Не может, — согласился Страж. — Если отметить нового Контролера до запуска петли, предыдущий маркер станет недействительным. Внутри же петли нанесение маркера Контролера невозможно — только малые маркеры.

— «Малые маркеры»? А это еще что такое? — потребовал ответа Зак.

— Наложив малый маркер, Контролер может временно присоединить людей к петле, — пояснил Страж.

— Что?! — возопил Зак. — К петле можно добавить людей, и ты сообщаешь это только теперь?! И что значит — временно?

— Хотя я с удовольствием отвечу на ваши вопросы, если это в моих силах, я создан не для того, чтобы обучать Контролера работе с петлей, — сообщил Страж. — Это дело того, кто отметил вас. И временно — значит отмеченный малым маркером человек сохранит свои память и способности до шести циклов, затем маркер развеется.

— Но зачем малый маркер сделан временным? — спросил пораженный Зак. — Нельзя сделать его постоянным?

— Он сделан временным, чтобы отклонение копий от оригинала было в пределах допустимого, а Контролер не слишком привязывался к отмеченным копиям, — объяснил Страж. — Малый маркер не сделать постоянным — это было бы бессмысленной жестокостью. Ведь копии в любом случае не могут покинуть петлю.

— Но если копии, осознающие себя дольше месяца, считаются людьми, разве это не значит, что использование малого маркера равносильно убийству?

— Да, — с готовностью согласился Страж. — Но, поскольку ответственность лежит не на Вратах, это приемлемо. Контролер сам решает, готов ли он использовать эту способность.

— Значит… — помолчав, начал Зориан.

— Я бы никогда не воспользовался этим заклятьем, — прервал его Зак, угадав, что он собирается спросить. — Никогда. Зачем мучить себя, вводя людей в петлю, если знаешь, что через каких-то шесть циклов они вновь забудут все и станут прежними?

— Тоже верно, — уступил Зориан, сообразив, что задел болезненную для Зака тему. — Страж, как насчет способности исключать людей из петли? Чтобы каждый новый цикл они начинали мертвыми, лишенными душ телами? Есть ли такая возможность?

— Контролер владеет и такой способностью, — подтвердил Страж.

Зориан уже понял, что спрашивать, применялась ли она ранее, нет смысла. Страж почти не отслеживал происходящее в петле, кроме Контролера его мало что интересовало.

— А способность вернуть «стертых» таким образом людей? — спросил он вместо этого. Он был все еще зол на матриарха за намерение предать его, но, тем не менее, не отказался бы вернуть ее.

— Нет, — сказал Страж. — Эта способность приказывает Вратам внести изменения в основной шаблон, на основе которого создаются циклы. Их нельзя отменить без прямого вмешательства Создателя. Рекомендую Контролеру использовать эту способность сдержанно и обдуманно.

Следующие двадцать минут Зак и Зориан пытались вызнать у Стража, как Контролеру использовать эти способности, и какие еще возможности им доступны. Увы, это не принесло результатов — Страж не знал, как активировать способности, и отказался перечислить список умений, ссылаясь на недостаточный уровень допуска.

— Ерунда какая-то, — пожаловался Зак. — Он с готовностью отвечает на вопросы о конкретных способностях, но не вправе просто перечислить список?

— Ну, если Создатель не хотел, чтобы все Контролеры знали полный набор доступных способностей, то это имеет смысл, — предположил Зориан. — Если некоторым… а то и вообще всем Контролерам не давалось полной информации — то стоило предусмотреть, чтобы Страж не сказал лишнего.

Столь же безрезультатно окончились попытки Зориана узнать о истории и назначении петли. Страж заявил, что не знает о прежних петлях ничего, кроме того факта, что они были. Судя по всему, он не сохраняет памяти о прошлых петлях. Что же касается назначения петли…

— Назначение петли определяют Контролер и избравший его, — заключил Страж. — Или, точнее, это полностью на усмотрении Контролера. В конце концов, в петле он делает, что хочет, и мало что может повлиять на него.

— Ладно, тогда следующий вопрос, — вздохнул Зориан. — Можешь сказать, сколько осталось времени, прежде чем петля исчерпает энергию и исчезнет? Сколько у нас времени?

— Да, конечно. Оставшегося заряда хватит на пятьдесят два цикла, — сказал Страж. — Исходя из предположения, что все циклы продлятся полное время, это чуть более четырех лет.

Четыре года. Возможно, он просто зажрался — но это так мало… Он задал вопрос на всякий случай, просто проверить реакцию — внутренне готовый вновь услышать про недостаточный уровень допуска, он, тем не менее, на этот раз получил ответ.

— Временную петлю положено активировать на пике сопряжения сфер, — пояснил Страж. — К сожалению, что-то пошло не так, и она была запущена на месяц раньше. Это привело к значительному перерасходу энергии и сокращению доступного времени.

— Ты знаешь, сколько уже действует эта петля? — спросил Зориан.

— Девятьсот шестьдесят семь циклов, — ответил Страж. — Примерно тридцать лет линейного времени.

Секундочку, тот что-то не так… Как почти тысяча месяцев может быть равна всего тридцати годам?

— Погоди, — нахмурился Зориан. — Выходит, петля расходует энергию в зависимости от числа перезапусков, а не от продолжительности цикла?

— Да, — подтвердил Страж.

— Но я столько раз прерывал циклы, умирая из-за какой-нибудь тупой херни в самом начале, — возразил Зак. — Ты что, хочешь сказать, что я впустую тратил отпущенное время?

— Да, — бесстрастно подтвердил Страж. — Но Контролер вправе это делать. Видимо, вы считали, что достигнутый результат стоил пожертвованного времени.

— Да ни хрена он не стоил! — возмутился Зак. — Я просто не знал! Знай я все заранее, я был бы куда осторожнее со всей этой хренью!

— Прискорбно, — заметил Страж без малейших признаков сочувствия. — Похоже, вы не были должным образом подготовлены к деянию. Когда покинете петлю, вам следует предъявить претензии тому, кто отметил вас.

— О да, обязательно предъявлю. Как только найду этого ублюдка, — мрачно пообещал Зак. — Ну ладно, пора уже и спросить… Страж, как нам открыть Врата?

— Вам нужно предъявить мне Ключ, принеся его части к Вратам, — просто сказал Страж. — Собрав все пять частей, вы получите уровень допуска, достаточный для повторного открытия Врат.

— Но ты не скажешь нам, где их искать, так? — уточнил Зак.

— Нет, — немедленно откликнулся Страж. Ну разумеется… — Но вам будет несложно отыскать их. Их присутствие можно определить с помощью маркера.

В который уже раз Зориан пожалел, что к чертовой метке на его душе не прилагается подробная инструкция.

Они расспрашивали Стража еще два часа, но не узнали почти ничего нового. Когда же они наконец решили выйти, хранитель сообщил, что пока они общались, их тела понесли «чрезмерный урон», и теперь для выхода им придется перезапустить цикл — тупой алгоритм не счел нужным сообщить об этом ранее.

Минут пять прослушав ругань Зака и сообразив, что тот не собирается прекращать, Зориан просто потянулся внутрь себя и активировал переключатель, перезапуская петлю.

Все сменилось чернотой и милосердным безмолвием.

Как обычно, с утра его разбудил прыжок Кириэлле. Дальше все также следовало привычному сценарию — поговорить с Ильзой, избежать разговора с матерью за завтраком. Он даже пригласил Кириэлле с собой в Сиорию, хотя первоначально собирался поехать один. Во-первых, он осознал, что его намерения как можно скорее собрать Ключ и найти способ обмануть Стража совершенно не были обдуманы и требовали сперва успокоиться и принять взвешенные решения. Но не менее важной причиной было то, что ему требовалась передышка. Предыдущий цикл — с нескончаемой охотой на аранеа и неожиданными откровениями в конце — полностью его измотал, и он был просто не готов тут же хвататься за следующий долгосрочный проект. Цикл-два отдыха не повредят. У них маловато времени, но не настолько мало.

И пока он соображал, как лучше объяснить это Заку, в дверь постучали.

Что? Это… этого обычно не случалось…

Он направился к двери, одновременно потянувшись мысленным чутьем — и обнаружил на пороге Зака. Похоже, другой путешественник не стал ждать его на вокзале в Сиории. Зориан растерялся, и не только потому, что Зак решил зайти в гости…

Он чувствовал его разум. Да, закрытый щитами, но более не под действием Пустого Разума. Эта демонстрация доверия даже слегка растрогала его.

— Привет, Зак, — поздоровался он. — Не ожидал увидеть тебя здесь.

— Ну, наша прошлая встреча закончилась немного внезапно, — хмуро посмотрел на него Зак. — Вот я и решил заскочить к тебе, договорить.

— Извини, — поморщился Зориан. — Я знаю, я поступил по-скотски, резко все завершив, но я был расстроен услышанным от Стража, а ты орал на эту штуку и начал входить во вкус…

— Да ничего, — отмахнулся Зак. — Я тоже малость сорвался. Наверное, и хорошо, что ты остановил меня, прежде, чем я успел наделать дел. Эта штука была невозмутима, но если кто и может достать даже магический алгоритм, то это я.

— Зориан, кто там? — неожиданно подошла мать. Обернувшись, Зориан заметил и Кириэлле, выглядывающую из-за кухонной двери.

— Всего лишь Зак, — ответил он. — Мой одноклассник из Сиории.

— Ох, неужели друзья Зориана наконец зашли в гости? — с подчеркнутым удовлетворением заметила мать. — Я уже думала, что не доживу до этого дня. Может, представишь нас?

— Разумеется, — согласился Зориан. Приличия требуют. — Мама, это Зак Новеда, мой одноклассник и друг. Зак, это Сикэн Казински, моя мать. Девочка, выглядывающая из-за двери — моя младшая сестра, Кириэлле.

Мать раздраженно оглянулась на Кириэлле и жестом велела ей подойти и подобающе представиться. Слегка надувшись, сестра подошла и как положено обменялась рукопожатием с Заком.

— Эй, а где Фортов? — шепотом спросил Зак.

Но мать, всегда отличавшаяся отличным слухом, услышала его.

— Он в гостях у друга. Мы встретимся с ним на вокзале. Полагаю, ты поедешь в Сиорию тем же поездом, что и Зориан, так?

— Да. Поездом. Конечно, — пробубнил Зак, вопросительно глядя на Зориана. Он, видимо, считал, что они просто попрощаются и телепортируются в Сиорию.

— Я решил в этот раз взять с собой Кириэлле, — сказал Зориан. — Надеюсь, ты не возражаешь, что она поедет с нами.

Кириэлле посмотрела на Зака своим самым грозным взглядом — мол, пусть только попробует возразить.

— Эм… ладно. Конечно, я согласен, — сказал Зак.

Следующие двадцать минут мать пыталась напоить Зака чаем и выведать о нем все, что возможно. Зак, памятуя рассказ Зориана о матери, предпочел не упоминать, что является наследником Благородного Дома, сказавшись просто богатым сиротой из Сиории. Впрочем, судя по оценивающим взглядам матери, она явно разгадала истину. Такие вещи она всегда замечала сразу.

Наконец все четверо собрались и направились на вокзал Сирина.

— А почему Зак идет без багажа? — возмутилась Кириэлле, глядя на сумку со своими вещами, которую мать заставила её нести самой.

— Ну, начнем с того, что я живу в Сиории, — ухмыльнулся Зак. — Мой багаж уже там.

— Нечестно… — пробормотала она.

— Вот приедем в Сиорию — узнаешь, что такое нечестно, — сказал ей Зориан. — От вокзала до места, где мы поселимся, час ходу, и я слышал, что будет дождь…

Наконец прибыв на вокзал, они встретили там окруженного друзьями Фортова. Мать настояла, что нужно представить ему Зака, вызвав у Зориана неожиданно сильную вспышку раздражения.

— Зориан, не обижайся, но как по мне — у тебя вполне неплохая семья, — сказал Зак, когда им наконец удалось отделаться от компании Фортова. — Может, я и пристрастен, поскольку у меня семьи нет, а я хотел бы ее иметь… Но я правда не понимаю, почему ты так против них настроен.

— Это личное, — резко ответил Зориан. — Ты многого не знаешь. Оставим эту тему.

— Ладно, как хочешь, — вздохнул Зак. — Я не хотел тебя задеть. Вообще-то я хотел извиниться.

Зориан озадаченно посмотрел на него.

— Извиниться? За что?

— Ну, в прошлый раз ты упомянул, что я общаюсь с тобой только под Пустым Разумом, то есть не доверяю…

— Тебе не за что извиняться, — покачал головой Зориан. — Я же сам добавил, что на твоем месте поступил бы так же, помнишь?

— Не обижайся, Зориан, но я не хочу поступать, как ты, — покачал головой Зак. Вот так, значит? Да пошел ты, Зак! Это чувство взаимно! — Суть в том, что ты был прав. Мы не доверяем друг другу, и таким путем мы ничего не добьемся. Если мы хотим вырваться отсюда, мы должны работать вместе.

Ну, тогда он имел в виду нечто другое, но сейчас Зориан был с ним согласен, и не стал поправлять.

— Так вот, думаю, ты уже заметил, но я больше не под Пустым Разумом… — сказал Зак.

— Разумеется, — кивнул Зориан. — Как заметил и то, что твой разум закрыт щитами.

— Ну да, — закатил глаза Зак. — Доверяй, но проверяй, как говорится?

— Я и не возражал, — заметил Зориан. — Просто хотел отметить, что щит не похож на заклинание. Неструктурированная ментальная защита, верно?

— И конечно же, ты уже попробовал ее на прочность, — вздохнул Зак. — Клятые мозголазы. Но да, она неструктурирована. Я научился ей давным-давно, еще в первом десятилетии петли.

— Для умения, которое ты практикуешь десятилетиями, она… не очень, — признался Зориан. — В смысле, я знаю, что, не будучи психиком, очень сложно оттачивать неструктурированную магию разума, но я встречал обычных магов с такой защитой — и у них она была куда лучше.

— Да я особо и не оттачивал ее, так как… ну, для отражения простеньких вторжений в разум этого вполне хватало, — сказал Зак. — Это не я такой ленивый, это общее мнение магов о неструктурированной ментальной защите. По крайней мере, так говорили мои учителя. Научись отражать простенькие атаки, а для серьезных есть обереги. Если же не успеваешь поднять оберег — вычисли источник атаки и бей. Или беги. Большинство магов сходятся во мнении, что изощренная неструктурированная защита не стоит потраченных на нее усилий.

— Ну, я не совсем объективен, но я бы так не сказал, — заметил Зориан.

— Да, я и сам теперь вижу, что глупо было прислушиваться к общему мнению, — признал Зак. — Я провел в петле десятилетия, что-что, а время у меня было. Я отточил множество куда менее полезных умений, просто чтобы покрасоваться — мне точно не стоило пропускать это. Но хватит об этом. У меня к тебе просьба.

— Продолжай, — кивнул Зориан, подбадривая его жестом.

— Не лезь в мои мозги без спроса, — сказал Зак. — Даже если застанешь меня без ментальной защиты.

— Ну хорошо, — согласился Зориан. — Я понимаю. Но что, если я заподозрю, что ты под влиянием другого мага разума?

— Я… подумаю об этом, — пробормотал Зак. — Пока что — нет. Не шарься у меня в мозгах даже в этом случае. Просто выруби меня, и подожди, пока все пройдет.

Зориан хотел было указать, что некоторые эффекты магии разума не проходят сами по себе, но он видел, что тема Заку очень неприятна, и решил, что это может подождать.

— Ладно. Оставлю твои мозги в покое. Только мысленное чутье и эмпатия — они не требуют вторжения в твой разум, и их почти невозможно отключить. Что-нибудь еще?

— Ага, — сказал Зак. — Знаешь, у меня здорово пригорает, что ты можешь работать с маркером, а я нет. Я могу принять, что никогда не сравнюсь с тобой в магии разума — это особая способность и все такое, но это твое восприятие души — я легко освоил бы, если бы знал о нем. Как думаешь, ты сможешь меня обучить?

— Думаю, я лучше познакомлю тебя с одним из моих учителей, — нахмурился Зориан. — У Аланика есть зелья, которые я больше нигде не встречал, и он знает, что делать, если все пойдет наперекосяк. Впрочем, не думаю, что возникнут какие-то проблемы — несмотря на первое впечатление, он с готовностью помогает людям.

Наконец прибыл поезд, и они были вынуждены прерваться. Они всю дорогу проведут в одном купе с Кириэлле — все тайные разговоры лучше отложить на потом.

Впрочем, даже если бы они и захотели обсуждать тайные знания, Кириэлле бы им не позволила. Вся настороженность, которую она испытывала к Заку, испарилась после двадцати минут скучной поездки. Она засыпала его вопросами о Сиории и академии. Зак позже признался, что никак не ожидал такого отношения, помня, как прохладно она держалась с ним в прошлом цикле. Но, как пояснил Зориан, та Кириэлле познакомилась с Заком куда менее приятным образом… и не забыла этого до самого конца цикла. Сейчас же она наоборот вела себя естественно.

— Несколько странно, что ты терпеть не можешь остальную семью, но так близок с сестрой, — заметил Зак. — Так было всегда, или…?

— Она всегда нравилась мне больше остальных, — сказал Зориан. — Но нет, до петли наши отношения с ней были куда хуже. По некоторым причинам я никогда и не брал ее с собой, пока не начал помнить прежние циклы.

— А. Я догадывался, что там что-то подобное, — сказал Зак. — Так что, у нас есть план на этот цикл?

— Я надеялся взять передышку на цикл или два, — вздохнул Зориан. — Мне нужно подумать и осмыслить все это. Слишком много всего.

— Хммм… ладно, — помолчав, сказал Зак. — Да и нам в любом случае понадобиться время, чтобы сработаться. Ты ведь все равно можешь представить меня этому Аланику, насчет восприятия души?

— Несомненно, — подтвердил Зориан. — Можешь работать над своим восприятием, пока мы составляем план действий. Да и мне самому есть чем заняться, знаешь ли.

— О? И чем же ты займешься?

— Я давно хотел поучиться у моего куратора, Ксвима, но никогда не мог толком на этом сосредоточиться. Теперь же, когда распадающийся пакет памяти больше не требует моего внимания, я, пожалуй, сосредоточусь на учебе у него и посмотрю результаты. Хотя я все еще не уверен, что рассказать ему насчет петли и ее принципа. В смысле, ее механика шокирует даже меня, при том, что я помню прошлые циклы… Не уверен, что стоит рассказывать Ксвиму, что на самом деле тут происходит.

— Тут я тебе не помощник, — покачал головой Зак. — Я и раньше не мог никого убедить, что мы во временной петле, а теперь, когда всплыли эти безумные подробности… Даже не представляю, как ты убедил Ксвима, что ты не врешь про путешествие во времени — сколько раз я ни пытался, он никогда не верил мне.

— Ты приходил к Ксвиму и рассказывал ему о петле? — переспросил Зориан. — Видимо, ты не шутил, когда сказал, что обошел практически всех.

— Да уж… — согласился Зак. — Как думаешь, тебе будет проще убедить его, если я пойду с тобой? Теперь я могу демонстрировать довольно чумовую магию…

— Не знаю, — сказал Зориан. — В прошлые разы я не рассказывал ему о тебе, но только чтобы не дать Красному лишних подсказок, если тот заметит действия Ксвима. Теперь же, когда мы знаем, что Красный ушел, возможно, стоит включить тебя в рассказ.

Зориан задумался на пару секунд.

— В понедельник я пойду один, — решил он. — Но скажу ему, что ты тоже путешественник во времени — может быть, он заинтересуется.

Разумеется, Ксвим заинтересовался. Сказать по правде, будь Зориан на его месте, и услышь от студента, что есть еще один путешественник во времени, он бы отреагировал так же. Поэтому на следующий день Зориан вернулся в кабинет Ксвима вместе с Заком.

— Итак, мистер Новеда, — начал Ксвим. — Мистер Казински утверждает, что вы двое оказались в… «петле», и много раз прожили этот месяц. Судя по всему, вы провели там больше времени, чем он. Я уже выслушал историю мистера Казински и видел его доказательства, теперь меня интересуете вы. Но прежде, чем мы начнем, признаться, я хотел бы увидеть ваш уровень мастерства. Не возражаете, если мы потратим часок-другой на проверку вашего магического искусства?

— Не вопрос, — пожал плечами Зак. — Хотя, наверное, для этого нам стоит выйти на свежий воздух…

— Этого не потребуется, мистер Новеда, — заверил его Ксвим. — Мы будем проверять простые упражнения плетения.

— Упражнения плетения? — удивился Зак. — Эм, несколько разочаровывает, но да ладно. Готов, когда скажете.

Ох, божечки. Может, его предупредить?

Не-е-ет… Нет, так будет куда забавнее.

— Пожалуйста, пролевитируйте эту ручку, — сказал Ксвим, вручая Заку одну из рассыпанных по столу ручек. — И заставьте ее вращаться в воздухе.

Зак улыбнулся, с легкостью выполняя порученное…

…и тут ему прямо в лоб прилетел стеклянный шарик, заставив потерять концентрацию и уронить несчастную ручку.

— …что? — растерянно спросил Зак.

— Вы не смогли, — сообщил ему Ксвим, нетерпеливо барабаня пальцем по столу.

— Но… вы кинули в меня шарик! — возмутился Зак.

— И вы немедленно утратили концентрацию, — тяжело вздохнул Ксвим. — Прискорбно. Говорите, вы тренировались магии десятилетиями? Чем вы все это время занимались? Тот же Зориан никогда бы не позволил подобной мелочи отвлечь его, а ведь он провел в петле всего несколько лет.

В наступившей тишине Зак удивленно переводил взгляд с Ксвима на Зориана и обратно, словно не в силах поверить тому, что услышал.

Зориан же прилагал все усилия, чтобы не заржать. Пожалуй, он понимал, зачем Ксвим это сделал — грязный трюк, совершенно не подобающий учителю, но, боги, до чего же смешно…

— Что же, полагаю, этого следовало ожидать, — сказал Ксвим. — Десятилетия посредственного обучения дают посредственный результат. Еще один многообещающий студент загублен нашим безобразным магическим образованием. Давайте попробуем еще раз, но теперь — как следует. Начните сначала…

— Я его ненавижу, — сказал Зак, выходя из кабинета Ксвима. — Не думаю, что за всю жизнь я когда-либо столь же сильно хотел кого-то задушить.

— Угу, Ксвим на всех производит примерно такое впечатление, — согласился Зориан.

— Ну, то есть я знал, что он говнюк, но я никогда не думал, что он… такой говнюк. Ты знал?

Да, он знал. О, как хорошо он это знал…

— Если он всегда такой, то нахрена ты ходил к нему из цикла в цикл? — удивленно спросил Зак.

— Хотел доказать, что он ошибается, — пожал плечами Зориан. — Да, он засранец, но он требовал совершенства в том, чем я всегда гордился, и я не мог этого игнорировать. К тому же, если узнать его получше, он не настолько кошмарен.

— Не настолько кошмарен, — закатил глаза Зак. — Надеюсь, это все, и мне больше никогда не придется общаться с этим типом.

— А знаешь, Ксвим очень хорош в неструктурированной ментальной защите, — невинно заметил Зориан.

— Нет, — немедленно ответил Зак.

— Что? — ухмыльнулся Зориан. — Я всего лишь хотел посоветовать тебе обратиться к нему за помощью в освоении навыка. Уверен, он был бы рад помочь.

— Нет. Однозначно нет, — помотал головой Зак. — И не думай, что я не заметил, как ты наслаждался зрелищем, пока я страдал. Это тебе еще аукнется, вот увидишь.

Но вместо того, чтобы испугаться, Зориан наконец перестал сдерживать смех.

Глава 56. Сокрытое

Несмотря на все возмущение Зака, Зориан счел визит к куратору полным успехом. Да, Ксвим отнесся к навыкам Зака с явным пренебрежением — но Ксвим есть Ксвим. На самом деле он по-своему оценил Зака, иначе не задавал бы все более и более сложные упражнения. Впрочем, это как раз неудивительно — способности Зака к плетению действительно впечатляли, особенно зная, насколько велик его резерв. И пусть он не отточил свое плетение до тех безумных уровней, что достиг Зориан под руководством Ксвима — плетения Зака были куда лучше, чем это вообще возможно для такого резерва. Зориан не сомневался, что эта демонстрация добавила его рассказу убедительности.

На следующий день Зориан решил познакомить Зака с Алаником и узнать, согласится ли жрец обучить парня какой-нибудь духовной защите. Так что в церковь они отправились прямо с утра — пропустив все занятия в академии. Не то, чтобы эти занятия кого-то из них интересовали…

Поначалу все шло именно так, как представлял Зориан. Зак говорил, Аланик слушал, Зориан же по большей части отмалчивался. Жрец уже имел представление, о чем его просят — Зориан объяснил все, договариваясь о встрече — но хотел выслушать и Зака, прежде чем принимать решение. К счастью, пока что Зак четко придерживался сценария и не выболтал ничего лишнего.

По сути, их «легенда» была предельно проста: они попали под действие боевой магии душ, и в их душах отпечатался некий маркер. После пережитого потрясения Зак хочет научиться защищать душу от подобных атак.

— Во всем этом меня смущает один момент, — сказал Аланик, переводя взгляд с замолчавшего Зака на Зориана. — Если пострадали вы оба, почему только Зак хочет научиться защищаться? Неужто произошедшее тебя не обеспокоило?

— А, ну, я уже умею ощущать свою душу и защищать ее, — пояснил Зориан.

— Правда? — заинтересовавшийся Аланик приподнял бровь.

— Зачем мне лгать? — пожал плечами Зориан.

Аланик молча посмотрел на него, затем потянулся через стол и положил руку ему на плечо, плотно обхватив пальцами. Зориан уже собирался спросить, что он делает, как вдруг все его чувства словно взбесились.

Его повело на стуле — мир вокруг кружился и таял, как неплотная иллюзия, тело чувствовалось как будто перекрученным в совершенно невозможную позу. Тут он наконец сообразил, что происходит, и обратился к магии, чтобы яростно отшвырнуть Аланика прочь от своей души. Получилось — мир вернулся к норме, но у Зориана осталось нехорошее подозрение, что это не он отбил атаку, а сам Аланик отступил при первых признаках сопротивления.

Зориан яростно посмотрел на жреца, и тот убрал руку с его плеча.

— Хлипкая защита, — сказал Аланик. — Рабочая, но хлипкая. Стоит подумать еще раз, мистер Казински. Обучение у меня пригодится тебе не меньше, чем мистеру Новеда.

— Да знаю я! — вспылил Зориан. — Я просто подумал…

…что Аланик откажется его учить, как отказывался в прошлых циклах. Во всяком случае, без объяснений, который Зориан тогда не хотел давать.

Хмм.

— А знаете, что? Я передумал, — вздохнул он. — Значит ли это, что вы согласны обучать нас? Нас обоих?

— Полагаю, что да, — Аланик побарабанил пальцами по столу. — Вы многое недоговариваете, но, думаю, не со зла. Могу я спросить, кто научил тебя защите души?

— Друг-перевертыш, — ответил Зориан.

Почти не соврал, пусть львиную долю обучения и произвел сам Аланик.

— Перевертыш, говоришь? — Аланик снова задумчиво посмотрел на него. — Очень хорошо. Пойдемте, я проверю эти маркеры, результат духовной атаки.

— Эмм, мы не хотим их убирать, — поспешно уточнил Зак.

— Да, ты уже говорил, — согласился Аланик. — Я только посмотрю. Не беспокойся, я ничего не сделаю без вашего согласия.

— Ничего вроде внезапной духовной атаки, чтобы проверить мои слова об умении защищаться? — ядовито уточнил Зориан.

— Не ной, — ответил этот черствый тип. — В духовном плане я лишь легонько коснулся тебя.

— От этого вашего «легонького касания» меня чуть не вывернуло прямо вам на стол, — сообщил ему Зориан.

— Хмф, — фыркнул Аланик. — Значит, твоя защита еще хлипче, чем я думал.

Вздохнув, Зориан решил оставить эту тему.

— Где ты берешь таких невыносимых учителей? — шепнул ему Зак, следуя за Алаником вглубь храма. — У тебя что, всегда так? Не думаю, что я выдержу еще одного «Ксвима» на следующий же день.

Зориан тотчас ощутил соблазн свести Зака с Сильверлэйк — показать, что такое по-настоящему невыносимый учитель. По крайней мере, что Аланик, что Ксвим не только мотали нервы — они еще и учили чему-то полезному. Интересно, сможет ли Зак справиться с серым охотником… ну, убить паучиху он, наверное, сможет, но вот убить так, чтобы паучьи яйца не пострадали…

Хотя, если подумать, Сильверлэйк нельзя назвать учителем — она совершенно ничему его не научила.

— С мистером Зоском куда легче поладить, чем с Ксвимом, — шепнул он в ответ, задвинув посторонние мысли подальше. — Да, он бывает довольно резок, но всегда справедлив. Он не обижает людей без причины. Сказать по правде, моя духовная защита действительно хлипка. Дай ему шанс.

— Счастлив слышать, что в меня так верят, мистер Казински, — встрял в их разговор Аланик. Упс, похоже они переговаривались недостаточно тихо. Или у Аланика очень острый слух. — Меня очень заинтересовал этот ваш Ксвим. Надеюсь, вы как-нибудь нас познакомите.

Зориан скривился, как от зубной боли. Ксвим и Аланик в одном помещении? Да ни в жисть…

Видимо, Аланик заметил его реакцию — он хохотнул.

— Я шучу, мистер Казински, — в голосе жреца звучало веселье. — Если бы я действительно захотел встретить этого «Ксвима» — я нашел бы его сам. Вряд ли его сложно найти — с таким-то именем.

— Наверное, вы правы, — согласился Зориан.

Ксвим — действительно редкое имя, к тому же он подозревал, что его куратор довольно известен в определенных кругах. В престижных заведениях уровня Академии Сиории не бывает безвестных работников. Так или иначе, кому-то вроде Аланика, явно имеющего связи с разведкой — а то и не одной — найти Ксвима будет несложно.

И вновь Зориан задался вопросом, что будет, если он расскажет Аланику о петле. Нет, конечно, не в этом цикле, но когда-нибудь в будущем… помощь и советы воинствующего жреца ему бы точно не помешали.

С другой стороны, он же теперь работает не один, не так ли? Еще вопрос, что на это скажет Зак.

Ну да ладно. Будем надеяться, что с Алаником Зак поладит лучше, чем с Ксвимом.

— Угх, — выдохнул Зак, выходя от Аланика. — Это психоделическое зелье — полный абзац. И, похоже, эту дрянь мне предстоит хлебать несколько циклов?

— Совершенно необязательно, — уточнил Зориан. — Оно только ускоряет обучение. Ты можешь прибегнуть к медитациям и обрести духовное восприятие медленно, но безболезненно.

— Нет, я знаю свой предел, — покачал головой Зак. — Даже ты выбрал быстрый путь, а у меня терпения еще меньше. Я, наверное, никогда не пойму, как ты умудрялся все это время скрывать знания о петле… Кстати, чем вы занимались, пока я ловил приходы?

— Все тем же «легоньким касанием», — поморщился Зориан. — Он наносил слабые духовные удары, а я защищался. Да, наверное, это полезно. По крайней мере, это нарабатывает нужные рефлексы. Обычно я защищаюсь от магии душ оберегами, но и эти тренировки пригодятся — вдруг меня застанут врасплох духовным заклятьем. Хотя это и странно… Почему теперь, когда я привел тебя, Аланик вдруг согласился помочь мне отточить защиту? Как твое присутствие делает меня менее подозрительным?

— Думаю, дело в том, что я выгляжу куда более честным, — ухмыльнулся Зак. Зориан закатил глаза. — В любом случае, что дальше?

— Дальше? Ну, ты либо возвращаешься домой и делаешь, что хочешь, либо можешь пойти со мной в подземелья Князевых Дверей, — сказал Зориан. — Я собирался отправиться туда, пока ты занимаешься с Алаником, но, раз этот план по понятным причинам провалился, пойду сейчас.

— Ты собирался развлекаться в подземелье, пока я страдаю? — нахмурился Зак.

— Смотря что ты понимаешь под развлечениями, — ответил Зориан. — Я всего лишь собирался набрать кучу кристаллизованной маны и утащить ее на поверхность.

— Я не совсем понял, — сказал Зак. — Зачем тебе столько кристаллизованной маны?

— Продать, разумеется, — сказал Зориан. — Часть пойдет на големов и магические предметы, но большая часть — на продажу. Я несколько циклов запоминал, где находятся скопления, и теперь легко могу набрать целую кучу. Практически денежные россыпи.

Зак надолго замолчал.

— Вот срань… — наконец заключил он. — Умно. И почему я сам об этом не подумал? Я мог бы использовать этот трюк десятилетиями…

— Неужто у тебя проблемы с деньгами? — поинтересовался Зориан. — Разве ты не безбожно богат?

— Далеко не так богат, как про меня думают, — покачал головой Зак. А, точно, ведь его опекун обкрадывает его. — Черт, даже не так богат, как думал я сам, спасибо моему скользкому опекуну. Но главное — большая часть моих денег мне недоступна. Она или на долгосрочных банковских счетах, или запрятана так далеко, что не вдруг доберешься. И даже будь у меня доступ к деньгам, на серьезные траты потребуется одобрение опекуна. Так что в те циклы, когда мне требовались крупные суммы, мне приходилось добывать их самому.

— Хмм. И как ты выходил из положения?

— Ну, обычно просто убивал какую-нибудь магическую тварь и продавал тушу, — пожал плечами Зак. — Если знаешь, кому продавать, можно неплохо навариться. Хотя твой вариант мне нравится больше. Куда безопаснее, и ненамного дольше. Но разве вброс на рынок большого объема кристаллизованной маны не обваливает цены?

Зориан покачал головой.

— По большому счету, та мана, что я собираю за несколько дней — капля в море. Даже если я весь месяц буду заниматься только этим, я наберу лишь малую часть дневной выработки нормальной шахты. Хотя продавать большие объемы в одном магазине все равно не стоит — это привлекает внимание.

— Ясненько, — кивнул Зак. — Откуда начнем?

Когда они наконец вернулись в Сиорию, Зориан привез с собой целых пять ящиков кристаллизованной маны — куда больше, чем обычно удавалось собрать за один заход в Князевы Двери. Пожалуй, они с Заком немного перестарались, но ничего. Денег много не бывает.

Зориан, отправляясь за кристаллами, обычно придерживался более безопасных, давно обследованных и картированных им участков подземелья — но Зак настоял углубиться дальше в подземелье. Зориан согласился, положившись на мощь своего напарника. Ему и самому было любопытно — вдруг они найдут там что-нибудь интересное? Впрочем, ничего выдающегося они не нашли — лишь несколько новых скоплений кристаллов и странные подземные растения — Зориан не смог их опознать и прихватил с собой парочку. Потом покажет Каэлу, когда тот наконец приедет. Ничего действительно опасного им так и не встретилось — к удовлетворению Зориана, не собиравшегося терять цикл из-за дурацкого несчастного случая — и к недовольству Зака, надеявшегося подраться и выпустить пар.

— Было весело, — сказал на прощание Зак. — В следующий раз нужно спуститься поглубже.

— Не самая лучшая идея, — заметил Зориан. — Мы уже зашли глубже той отметки, где я встретил летающую глазастую тварь, убивающую взглядом. Чудо, что сегодня мы не напоролись на что-нибудь подобное. Ты правда хочешь потерять месяц из-за какого-то дурацкого подземного монстра?

— Угх. Вечно ты обламываешь все веселье, — пожаловался Зак.

— Мы всегда можем поохотиться на монстров, терроризирующих город после исчезновения аранеа, — напомнил Зориан. — Я уже делал это в прошлых циклах вместе с Тайвен, но… рядом с ней мне всегда приходилось сдерживаться. Она слишком хорошо меня знает, и никогда не поверит, что я просто много тренировался.

— Тайвен. Ага, помню ее, — сказал Зак. — Она была с тобой, когда я пригласил всех к себе, отметить летний фестиваль. Вы с ней близки?

— Не в том смысле, в котором ты, наверное, думаешь. Мы просто друзья.

— Просто друзья, и изредка свидания? — ухмыльнулся Зак.

Угх.

— Уверен, что уже говорил тебе, но Тайвен не интересуют такие, как я. Я не в ее вкусе, — буркнул Зориан, надеясь этим закрыть тему.

Ага, щас.

— А, она отвергла тебя, — с умудренным видом покивал Зак. — Ну, не расстраивайся. Нельзя получить всех, даже с временной петлей и бесконечными попытками. Например, я, как ни пытался, так и не смог развести Рэйни или Акоджу на свидание.

Зориану тут же захотелось расспросить его о попытках приударить за Акоджей — это наверняка было просто бесценно. Впрочем, подумав, он решил, что не хочет этого знать.

— Надеюсь, ты помнишь, что я провел в петле всего несколько лет, причем большую часть этого времени скрывался от различных угроз и влипал в «неожиданности», — сказал он.

— Ну да, и? — непонимающе спросил Зак.

— У меня не было никаких свиданий, кроме выбора спутницы на летний фестиваль, — пояснил Зориан. Хмм, а встречи с Рэйни считаются за свидания? Наверное, нет. — И уж тем более я не пытался, как ты, перепробовать всех одноклассниц.

Повисло потрясенное молчание — Зак смотрел на него, разинув рот.

— Серьезно?! — наконец выдохнул он.

— Серьезно, — подтвердил Зориан.

— Ты рехнулся, — заявил Зак. — Помяни мое слово, ты пожалеешь об этом, когда выйдешь из петли. Такого шанса больше никогда в жизни не будет!

— Ты заговорил, как старик, — заметил Зориан.

— Ну, я и правда на несколько десятилетий старше тебя, — напомнил Зак. — Слушай старших, молодой человек, я знаю, о чем говорю…

Через десять минут, прошедших в бессмысленной перепалке, они наконец разошлись. Любопытно — даже после целого дня духовных шлепков Аланика, ползанья по темным, кишащим монстрами подземелья и насмешек другого путешественника, Зориан в кои веки был счастлив.

Хотя без последнего пункта он бы точно обошелся — теперь все мысли сворачивали на девушек.

И он не сомневался — узнай об этом Зак, он бы поднял его на смех.

Козлина…

Через два дня после их визита к Ксвиму, куратор вызвал его в кабинет и сообщил, что все же счел их рассказ возможным, и хочет обсудить дальнейшие планы. Да уж… неожиданно быстро. Все еще непривычно, как сильно влияет на людей присутствие Зака. И Ксвим, и Аланик восприняли его куда серьезнее — просто потому, что он был не один. Неужто число единомышленников настолько прибавляет убедительности, или все куда сложнее?

Он даже думал спросить об этом самого Ксвима, но тот вряд ли мог объяснить, чем руководствовались его прошлые воплощения. К тому же это могло выдать, что он скрывает от Ксвима важную информацию о временной петле.

В любом случае, сейчас он стоял напротив куратора на одном из тренировочных полигонов Академии.

— Итак, — сказал Ксвим, — сегодня вы один. Полагаю, второй путешественник во времени не принял моего предложения?

— Боюсь, вы произвели на него не лучшее первое впечатление, сэр, — уважительно ответил Зориан.

— Жаль. Ему бы не помешала моя помощь. Но хватит о тех, кто отступает перед трудностями — мы здесь, чтобы помочь вам. Говорите, мы с вами уже работали с магией пространства? Продемонстрируйте.

Зориан сразу понял, что от него требуется. Он достал из кармана крупную гальку и протянул ее на ладони, показывая Ксвиму.

И тотчас создал вокруг камня безупречный пространственный барьер. Внешне ничего не изменилось — но он не сомневался, что Ксвим сумеет каким-то образом оценить работу. Возможно, он просто настолько хорош в восприятии маны…

— Удовлетворительно, — вынес вердикт Ксвим. — Продолжайте оттачивать навык в свободное время, но для наших целей сойдет.

Зориан кивнул, возвращая гальку в карман — он уже привык к невероятному перфекционизму куратора и не обижался. Его пространственный барьер был не просто «удовлетворителен», и они оба это знали. Зориан уже перешел к работе с объектами сложной формы, вроде статуэток, и собирался вскоре перейти на живых, двигающихся насекомых.

— Похоже, вы неплохо освоили простейшее заклятье телепорта, и даже знаете многие его вариации, — сказал Ксвим. — Так что сегодня я, наоборот, покажу вам, как защищаться от телепортации.

— Я уже знаю оберег от телепортации, — сообщил Зориан.

— Вот как? — сказал Ксвим. — Давайте проверим.

Он повел рукой, создавая на земле четыре светящихся сферы по углам большого квадрата.

— Защитите этот участок от телепортации, а потом я постараюсь телепортироваться туда, — велел Ксвим.

Зориан пожал плечами и исполнил требуемое. По собственному скромному мнению, он был очень неплох в оберегах, но не тешил себя надеждой, что этого хватит против Ксвима. Кто знает, какими изощренными пространственными приемами владеет его куратор?

Ну вот. Может, и не лучшая из его работ — он был ограничен как в сроках, так и в материалах, но это, по крайней мере, заставит куратора…

Не говоря ни слова, Ксвим просто развеял оберег площадным заклятьем и спокойно телепортировался на незащищенный участок.

Зориан знал, что протестовать бессмысленно, но просто не смог удержать возмущение в себе:

— Нечестно, — заявил он. — Вы сказали, что постараетесь телепортироваться, а не развеете мою защиту.

— Хмм, а настоящий противник будет играть по правилам? — спросил Ксвим. — Вам не кажется, что он тоже телепортируется к самому оберегу и избавится от него?

— Если бы вы дали мне больше времени, я бы заякорил оберег на что-нибудь, и его нельзя было бы развеять, — сказал Зориан.

— А если бы вы дали мне больше времени, я бы принес пару насосов маны и откачал из оберега всю энергию, — безжалостно ответил Ксвим.

— Угх. Ладно. Можно попробовать еще раз? — спросил Зориан.

— Разумеется, — кивнул Ксвим. — Можете пробовать столько раз, сколько сочтете нужным.

После двух часов и пяти пересчетов оберега, Зориан наконец создал защиту, которую Ксвим не смог просто развеять. Он развернул оберег далеко за пределы очерченного сферами квадрата, но куратор не возражал против «жульничества». Тот даже похвалил его, заметив, что Зориан «наконец перестал мыслить шаблонами».

И вот, когда Ксвим не смог рассеять его защиту — куратор просто телепортировался в квадрат, словно никакой защиты и не было. Зориан не стал бы расстраиваться, если б не одно «но» — судя по всему, Ксвим использовал простейшее заклинание телепорта.

— Что это было? — спросил он. — Как вы телепортировались туда обычным телепортом? Это заклятье состоит из трех этапов, и мой оберег подавляет все три.

— Я создал микроскопические пространственные врата и через них раздвинул оберег, освободив место в середине, — пояснил Ксвим. — И просто телепортировался в незащищенный участок. Это стандартный способ обхода мощных защит, хотя большинство магов предпочло бы вместо микроскопических врат забросить внутрь зачарованный предмет.

— Полагаю, это потому, что создать врата, даже крошечные, не всем под силу, — предположил Зориан.

— Да, — подтвердил Ксвим. — Но я не один такой, так что стоит научиться противодействовать этой тактике.

— Хорошо, — устало сказал Зориан. — Я признаю поражение, учитель. Я не умею надежно защищаться от телепортации, пожалуйста, научите меня. И, если возможно, я хотел бы обучиться и фокусу с вратами.

— Подозреваю, до врат мы дойдем еще нескоро, ученик, — едва заметно улыбнулся Ксвим. — Но посмотрим. А теперь — слушайте внимательно…

Дни сменялись днями. Помимо уроков Аланика и Ксвима, Зориан играл с Кириэлле и составлял новые заклинательные формулы. По поводу формул он заручился поддержкой неизменно энергичной Норы Буул, которая в свое время помогала ему делать первые шаги. Ее советы были на удивление полезны, даже после всего, чему он научился… хотя это и привлекло к нему лишнее внимание — Нора не собиралась молчать о невероятном таланте к формулам, найденном среди студентов. Впрочем, в отсутствие Красного Зориан не опасался лишней огласки.

Они с Заком пару раз спускались в подземелья Сиории, поохотиться на монстров. Зориан уже знал, где находятся гнездовья большинства тварей, а поскольку рядом с Заком ему не требовалось сдерживаться и скрывать свои знания, за пару заходов они серьезно проредили поголовье жителей подземелья. По просьбе Зориана, Зак не вмешивался в его схватки, если не было непосредственной угрозы. Что, к его стыду, случалось чертовски часто — да его боевые навыки росли, но он все еще не был человеком-армией, как Зак.

Наконец приехал Каэл, и Зориан просветил его и Тайвен насчет временной петли. Каэла, как обычно, было легко убедить, а вот Тайвен все еще сомневалась. Впрочем, убедить ее в своей правоте всегда было непросто…

В данный момент они с Заком просто бездельничали на лугу, вдали от людских поселений. В смысле, от обитаемых поселений. Здесь рядом была небольшая деревенька, но она совершенно обезлюдела во время Плача, и теперь местные считали ее проклятым местом. Зориан сомневался, что это продлится долго, но пока что деревенька была пуста, а поля заросли травой.

Несмотря на мрачную историю, здесь было очень красиво. Да, за десятилетия странствий Зак нашел несколько действительно симпатичных мест.

— Чему вчера так радовался Каэл? — спросил Зак. — Помнится, в прошлом цикле он принял новости о петле гораздо спокойнее.

— Ну, поскольку мне больше не надо прятаться от Красного, Каэл счел, что теперь может привлечь к своим экспериментам из цикла в цикл других алхимиков, — пояснил Зориан.

— Звучит очень дорогостояще, — нахмурился Зак.

— Вероятно, и будет, — кивнул Зориан. — И я бы не одобрил, что он сорит моими деньгами, но на самом деле мне самому особо некуда их тратить. К тому же, если кончатся эти, у меня есть и другие источники.

— Другие источники? — спросил Зак.

— Я знаю расположение нескольких тайников ибасанцев и Культа вокруг Сиории, — сказал Зориан. — И я всегда могу обокрасть их дома — я знаю много имен и адресов.

— Но ведь это воровство, — возразил Зак.

— Да, и? — озадаченно спросил Зориан. — Почему бы не обворовать их? Они — кровожадные захватчики.

— Ну… наверное, в этом есть смысл, — признал Зак. — Просто это как-то неправильно, понимаешь?

— Но ты же спокойно помогал мне врываться в поселения аранеа, чтобы насиловать их умы, оттачивая ментальную магию и крадя умения? — полюбопытствовал Зориан.

Зак скривился.

— Я, э… как-то не рассматривал это с такой точки зрения. К тому же, они пауки, не люди. Подобные действия проще оправдать, когда не понимаешь их мимику и жесты, а словами они не говорят.

— Это потому, что ты был под Пустым Разумом, — напомнил Зориан. — Они просто не могли говорить с тобой. А со мной они говорили. Они много раз просили, умоляли меня остановиться.

— Ух, вау… — смущенно пробормотал Зак. — Все это… та еще херня. А я все гадал, почему ты не хотел штурмовать больше одного поселения в день…

Зориан молча кивнул. Не то, чтобы его мучила совесть, но он никогда больше не повторит тот цикл. Иначе он неизбежно превратится в чудовище.

Вскоре Зак снова прервал затянувшееся молчание:

— Знаешь, Зориан… Посмотрев, как ты бьешься против аранеа в том цикле и против монстров в этом, я не мог не заметить, что твоя боевая магия несколько… упрощена.

— Наверное, — протянул Зориан, недоумевая, к чему тот клонит.

— Я не говорю, что она плоха! — поспешно уточнил Зак. — Совсем неплоха, учитывая обстоятельства. Но, гм… думаю, для наших целей этого недостаточно.

— Тоже верно, — согласился Зориан. — Хотя я работаю над этим. Ты имеешь в виду, что я мог бы заниматься больше?

— На самом деле я собирался предложить научить тебя новым заклятьям, — ухмыльнулся Зак. — Учитель из меня так себе, но, чтобы расширить твой арсенал боевой магии, учитель и не нужен.

Не было никаких причин отказываться — Зориан был всегда не прочь освоить новые трюки, особенно столь труднодоступные, как боевые заклинания. Само собой, выучить заклинание — еще не значит быть способным уверенно применять его в бою — почему Зориан и придерживался классического набора — магический снаряд, щит, фаербол и тому подобное.

Они быстро выяснили, что любимые трюки Зака совершенно не подходят Зориану. Например, Зак обожал многослойные системы щитов — высочайшая надежность, но и умопомрачительный расход маны. Или его привычка бить целыми залпами заклятий, преодолевая защиту цели — тоже не самая экономная тактика.

Но все же…

— Так вот, это один из тех модных шестиугольных щитов, что рисуют на картинках в книгах, — Зак специально творил заклятье медленно, чтобы Зориан запомнил слова и жесты. Вокруг Зака возникла призрачная сфера, составленная из шестиугольных сегментов. — Лично я обычно не заморачиваюсь им, но для кого-то вроде тебя может подойти. Его главный плюс в том, что, если атака пробьет щит, она выбьет только один сегмент, а не обрушит всю сферу. Хотя это и делает щит менее надежным, чем многослойный купол, который я уже показывал. Поэтому я редко к нему прибегаю.

— Он действительно может мне подойти, — согласился Зориан.

— Наверное, на сегодня хватит, — Зак отпустил щит, и тот рассыпался мерцающими огоньками, вместо того, чтобы просто погаснуть, как обычный купол. Миленько.

— Да, — согласился Зориан. — Будет лучше, если я сперва поэкспериментирую с этими заклятьями, прежде, чем браться за новые.

— Не стесняйся спрашивать, если понадобится помощь, — сказал Зак. — Что уж там, может, когда-нибудь и ты научишь меня чему-нибудь.

Зориан приподнял бровь.

— Кто сказал, что я не могу научить тебя прямо сейчас?

— Эм, я имел в виду боевую магию, — отмахнулся Зак.

— Как и я, — немедленно возразил Зориан.

— Зориан, я тебя умоляю, — фыркнул Зак. — Боевая магия — мой конек. Я оттачивал ее десятилетиями. Даже если ты владеешь неким тайным заклятьем, никогда не встречавшимся мне, я, скорее всего, уже знаю более эффективный аналог. Я могу повторить или превзойти все, что ты можешь в боевой магии.

— Хмм, — задумчиво протянул Зориан. — Думаю, это стоит небольшой проверки. Не возражаешь?

— Легко, — пожал плечами Зак. — Что будем делать?

— Видишь вон ту глыбу? — Зориан указал на здоровенный камень в некотором удалении от них. Зак жестом предложил ему продолжать. — Смотри, как я творю заклинание.

— Понял, — Зак отступил так, чтобы видеть одновременно камень и Зориана.

Он медленно и осторожно начал жесты заклинания. Зак глядел озадаченно и насмешливо — ведь это явно был обычный магический снаряд — но ничего не сказал.

Зориан завершил заклятье. Краткий миг ничего не происходило.

А потом валун взорвался, брызнув осколками камня, заставив Зака вздрогнуть от неожиданности.

— Что? — невнятно пробормотал он. А потом с подозрением уставился на Зориана. — Ты что, заранее наложил на камень взрывной глиф, или что-то подобное?

— Неа, — широко ухмыльнулся Зориан. — Это был невидимый магический снаряд.

— Невидимый магический снаряд? — медленно переспросил Зак.

— Ты не знал? — невинно спросил Зориан. — Идеально исполненное силовое заклятье полностью прозрачно, по сути, невидимо. Мне было непросто научиться этому, но, уверен, мастер боевой магии вроде тебя освоил эту технику давным-давно.

Зак молча посмотрел на него, потом на разнесенный вдребезги валун.

— Так что, — солнечно улыбнулся Зориан. — Как думаешь, сколько тебе понадобится времени, чтобы повторить это?

Три дня спустя Зориан уже сам жалел, что раззадорил Зака. С самого момента демонстрации напарник был буквально одержим желанием повторить его трюк, отказываясь понять, что за несколько дней упорных тренировок такого не достичь.

— Не понимаю, что ты так завелся, — наконец сказал Зориан. — Это просто забавный трюк, практически бесполезный для таких, как ты.

— Это дело принципа, — отозвался Зак, посылая очередной снаряд в дерево перед собой. Зориан сомневался, что несчастное растение выдержит эти издевательства. — Я человек боя. Это мой конек, и я занимался этим на десятилетия больше тебя! Я не могу допустить, чтобы ты превзошел меня в боевой магии.

Зориан только вздохнул. Все это неприятно напоминало сцену с Тайвен, когда та узнала, насколько он продвинулся в боевой магии. Может, это общая черта всех боевых магов?

Ну, по крайней мере, в отличие от Тайвен, Зак не плакал… это бы вообще никуда не годилось.

— Дай я хоть покажу, как это правильно делается, — предложил Зориан. — Так ты никогда не добьешься нужного эффекта.

Зак на миг остановился, раздумывая, потом покачал головой.

— Может быть, потом, если я так и не разберусь за несколько дней, — сказал он. — Я предпочитаю сам разбираться в подобных вещах.

Ну что же, он пытался. Беспомощно пожав плечами, Зориан предоставил Заку пытаться грубой силой решить проблему, требующую тонкости.

Наконец Зак то ли исчерпал ману, то ли задолбался швырять магические снаряды — скорее второе, учитывая его чудовищный резерв — и уселся рядом с Зорианом.

— Не возражаешь, если я поспрашиваю тебя о первых воспоминаниях в петле? — помолчав, спросил Зориан.

— Не стесняйся, — пожал плечами Зак. — Но имей в виду, что первые воспоминания о петле все как в тумане, и я с трудом вспоминаю что-то конкретное того периода.

— Угу, ты говорил, — кивнул Зориан. — Но я много думал над твоими словами, и сейчас, и тогда, когда скрывал от тебя, что тоже путешественник…

— Как последний засранец, — перебил его Зак. — Я знаю, я уже говорил об этом, но это стоит повторить.

— Когда ты уже оставишь эту тему в покое? — пожаловался Зориан.

— Никогда, — заявил Зак.

— Так вот, — не стал настаивать Зориан. — Помнится, ты говорил, что пытался убедить всех, кто вообще слушал, что мы во временной петле. Зачем ты это делал?

— Я оказался в какой-то безумной петле, и в конце каждого месяца на город нападали, — напомнил Зак. — Конечно же я искал помощи.

— То есть выходит… — попытался подытожить Зориан. — Что твои первые воспоминания — это растерянность? Временная петля была непривычна и странна, а не как что-то естественное?

Зак, хмурясь, задумался.

— Угу, — кивнул наконец он. — Примерно так. Совершенно непохоже, что меня заранее предупредили и подготовили к петле, если ты об этом. Наверное, это довод в пользу того, что настоящим Контролером петли был Красный, а?

— Нет, эта версия все еще кажется мне нелогичной, — ответил Зориан. — Стал бы он терпеть твое присутствие, не будь ты незаменим? И помнишь ли ты, чтобы цикл хоть раз без видимых причин прервался досрочно?

— Нет, — сказал Зак. — Я бы запомнил нечто столь странное. У меня случались неожиданные рестарты во сне, но я практически уверен, что меня попросту убивали.

— Хмм. Сомневаюсь, что Красный никогда не умирал до конца месяца, что означает — цикл перезапускается только при твоей смерти. И это достаточно очевидно указывает, что ты важнее, чем я и он.

Они обсуждали этот момент еще минут десять, но так ни к чему и не пришли. Потом разговор плавно перешел на то, как им убедить остальных, что они во временной петле, и Зак начал припоминать самые забавные неудачи в своих давних поисках союзников…

— Ты сказал Бенисеку, что ты путешественник во времени? — удивился Зориан. — Поверить не могу, что тебе это вообще пришло в голову.

— Заткнись, — буркнул Зак. — Разве вы с ним не друзья?

— Эм, типа того, — признал Зориан. — Но, боюсь, наша дружба не перенесла влияния временной петли. Мне несколько неловко, ведь он не виноват, что не может расти и учиться вместе со мной, но…

— Можешь не продолжать, — сказал Зак. — Многие в классе были моими приятелями, но сейчас большинство из них мне совершенно чужие.

— Вот-вот, — сказал Зориан. Не будем о грустном. — Так что случилось, когда ты рассказал Бенисеку о петле?

— Поначалу казалось, что он мне поверил, — сказал Зак. — А наследующий день я пришел на уроки и оказалось — он рассказал половине академии, что я совершенно рехнулся. Причем, что забавно, у всех были разные мнения, в какую безумную хрень я верю…

— Ага, узнаю старину Бенисека, — кивнул Зориан. — То есть, говоря, что ты рассказал всем, ты действительно имел в виду всех?

— Ну, ясное дело, я не говорил с каждым жителем Сиории, — сказал Зак. — Но все равно — их было много. Студенты, учителя, городские чиновники, сам понимаешь.

Зориан побарабанил пальцами по земле, обдумывая, кто в классе среагировал бы самым забавным образом. О!

— Как насчет Вейерса? — спросил он. — Ему ты тоже рассказал о петле?

— Кому? — растерянно спросил Зак.

— Вейерс Боранова, — сказал Зориан. — Ну, помнишь, тот парень, что дал тебе в морду на втором курсе? Его вышвырнули из академии до начала петли, но технически он тоже наш одноклассник, вот я и подумал…

Он остановился, перехватив странный взгляд Зака.

— Что такое?

— Зориан… о ком, черт побери, ты говоришь? — медленно спросил Зак.

Зориан молча посмотрел на него, потом начал объяснять подробно.

— Я говорю о Вейерсе Боранова. Член Благородного Дома Боранова и наш одноклассник в первые два года. Высокий, светловолосый, с ярко-оранжевыми глазами — и вертикальным зрачком, как у змеи. Вы друг друга терпеть не могли… ну, то есть все ненавидели этого поганца, а он, похоже, тоже ненавидел всех, так что тут все, как у всех… Так вот, о чем я — не мог же ты забыть этого парня, верно?

Зак поежился.

— Понятия не имею, о ком ты говоришь, — наконец признался он.

Ух ты. А вот это уже… очень, очень интересно…

Глава 57. Нежеланный

Зориан сосредоточенно изучал два листка бумаги перед собой, методично проверяя каждую строчку, отмечая совпадения и различия двух списков. Зак сидел рядом и, задумчиво хмурясь, молча наблюдал за его работой.

Несмотря на мрачную атмосферу, это были просто списки имен. Они оба независимо друг от друга составили список всех, кого сочли хоть сколь-нибудь значимым — одноклассники, учителя, городские чиновники… Зориан надеялся, сравнив оба списка, узнать, нет ли в памяти Зака других очевидных пробелов. Или в его собственной памяти — это было менее вероятно, но Зориан не сбрасывал со счетов вероятность, что тоже подвергся изменению памяти.

— Действительно ли это необходимо? — спросил Зак. — Может, я просто забыл этого парня?

Зориан оторвался от листков и недоверчиво посмотрел на него.

— Эй, я просто спросил! — заторопился Зак. — В смысле, я провел в петле довольно много времени, а его отчислили еще до начала петли. Чтобы встретиться с ним, мне пришлось бы специально его искать — а зачем мне? Если я правильно тебя понял, мы не очень-то ладили.

— Я тебя умоляю, — фыркнул Зориан. Сам он не сомневался, что неспособность Зака вспомнить хоть что-нибудь о Вейерсе Боранова имеет искусственную природу. — Я бы понял, если бы ты просто махнул рукой на этого урода. Да я и сам поступил практически так же. Но полностью забыть о его существовании и всем, что с ним связано?

Но, если верить Заку, именно это и произошло. Зориан видел тому лишь одно объяснение — кто-то вычистил из памяти парня все упоминания о наследнике дома Боранова.

Непонятно, почему сам Зак так противился этому объяснению — хотя парочка вариантов у Зориана была…

Он вернулся к сравнению списков, время от времени встречая в списке Зака незнакомые имена. Впрочем, неудивительно — список Зака был куда длиннее его, отражая общительный характер другого путешественника.

— Кто такой Илиним Кам?

— Он был в параллельном классе на первых двух курсах, — пояснил Зак. — Мы иногда вместе тусовались. Ты его вряд ли помнишь — ты тогда был довольно нелюдим. По-моему, ты вообще избегал компаний, я прав?

— Да, — признал Зориан. — Я тогда был постоянно занят. Едва пересекался с одноклассниками, что уж говорить про посторонних. С другой стороны, когда я искал в академии подозреваемых на роль Красного, я бегло проверил параллельные классы. И я не помню никакого Илинима Кама.

— Ну, как я и сказал, он был в параллельном классе, — отметил Зак. — Он не прошел сертификацию и отчислился.

Что же, это многое объясняет. Тогда он проигнорировал всех, кто не смог перейти на третий курс, сочтя их не относящимися к делу. Кстати, именно так он и пропустил Вейерса.

— Надо будет так же составить списки отчисленных — может, и там встретятся сюрпризы, — заметил Зориан. За Илинимом опять шли учащиеся из других классов. — К слову, не могу не заметить — ты знаешь множество людей из других классов…

— Я уже понял, к чему ты ведешь, — прервал его Зак. — Что я могу без подготовки перечислить половину потока, но никак не вспомню нашего одноклассника.

— И? — подбодрил его Зориан. — Что ты на это ответишь?

— Ты прав. В том, что я забыл этого Вейерса, определенно что-то не так. Теперь доволен? — сдался Зак.

— Да, — кивнул Зориан. — А теперь скажи — кто такая Аникса Правоски?

Следующие полтора часа они тщательно просматривали оба списка. К хорошим новостям — других очевидных пробелов в памяти Зака не было. Только по Вейерсу ничего.

— Ну и… как думаешь, Вейерс и есть Красный? — осторожно спросил Зак.

— В том и вопрос, не так ли? — Зориан снял очки и посмотрел на просвет. В основном для того, чтобы потянуть время и определиться с ответом.

— Да, именно в том, — терпеливо, как придурку, сказал Зак. — Может, попробуешь ответить?

Угх. Какой настойчивый.

— Возможно, — сказал Зориан. — Но не знаю. Меня кое-что смущает.

— Что, например? — заинтересовался Зак.

— Например то, что Вейерс, если это был он, вытер из твоей памяти только себя, — сказал Зориан. — Это так… непрофессионально. От Красного я ожидал большего. Если бы этим занимался я, я бы стер еще четырех-пятерых случайных людей, чтобы замести следы.

Зак кисло посмотрел на него.

— Знаешь, Зориан, иногда у меня против воли возникает подозрение — вдруг на самом деле Красный — это ты?

— Ты видел нас обоих в одной комнате, — невозмутимо заметил Зориан.

— Это ничего не доказывает — я уже знаю, что Красный умеет создавать симулакрумы, — скрестил руки на груди Зак.

Заметка на будущее: попросить Зака научить его этому заклинанию; тот наверняка освоил это умение за десятилетия в петле, а Зориан бы от него точно не отказался. Жаль только, сейчас на повестке были более срочные вопросы, так что он нехотя отложил это на потом.

— Во-вторых, мне сложно поверить, что кто-то вроде Вейерса может оказаться скрытным и терпеливым Красным, — продолжил он, возвращаясь к прежней теме. — Во имя богов, он устроил скандал прямо во время суда! Даже ты ведешь себя сдержаннее.

— Эй… — запротестовал Зак.

— С другой стороны, мы и сами не особо похожи на тех, кем были до петли, не так ли? — признал Зориан.

— Во многом похожи, — не согласился Зак. — Но я тоже считаю, что его вспыльчивость до петли мало что доказывает. Например, ты сам до петли был довольно неприятен в общении, и посмотри на себя теперь…

Похоже, Зак мстит за ту фразу про его несдержанность. Ладно, пускай, заслужил.

— У меня были причины так себя вести, — заметил Зориан.

— Кто сказал, что у Вейерса не было причин? — возразил Зак. — Уверен, с его точки зрения, он вел себя совершенно адекватно.

Следовало признать — он был прав. Вполне возможно, что временная петля устранила большинство проблем Вейерса и позволила ему стать спокойнее. Как это случилось с самим Зорианом.

— Полагаю, ты прав, — помедлив, сказал он. Покачал головой, отгоняя лишние мысли. — Думаю, по большому счету неважно, Вейерс ли Красный, или нет. Затертые воспоминания означают, что Красный не хотел, чтобы вы общались — и это автоматически делает его важным. Нам следует его проверить.

— О, вот с этим совершенно согласен, — кивнул Зак. — Хотя интересно… если Вейерс действительно Красный, то что мы увидим, найдя его?

— В зависимости от того, каким способом Красный покинул петлю, это может быть или лишенное души тело, как аранеа Сиории, или обычный человек, не знающий о петле, — сказал Зориан.

— А почему лишенное души тело? — растерялся Зак.

— Ну, обдумывая, какими способами Красный мог убедить Стража выпустить его из петли, я сообразил, что он мог просто попросить переместить его душу в тело оригинала, — пояснил Зориан. — Думаю, опытному некроманту несложно попросту вытеснить старую душу и занять тело.

— Но согласится ли на такое Страж? — спросил Зак. — И вообще, может ли он так сделать? Он утверждал, что если тело оригинала уже имеет душу, то их придется менять местами.

— Очевидно, я не знаю ответа на этот вопрос, — хмыкнул Зориан. — Я не настолько хорошо знаю возможности некромантии — и Стража. Это просто одна из гипотез.

Некоторое время они обменивались предположениями — впрочем, вскоре отказались от бесполезного занятия. Сперва нужно найти Вейерса, тогда будет видно.

Повисло короткое молчание — оба задумались о чем-то своем.

— Уверен, что не хочешь, чтобы я проверил твой разум? — наконец спросил Зориан.

— Что? — непонимающе спросил застигнутый врасплох Зак. И через миг нахмурился, осознав суть вопроса. — Нет. Однозначно нет. Извиняй, но один маг разума уже исковеркал мне мозги, и я не собираюсь сдаваться на милость другого. К тому же, какой в этом смысл? Может, в отличие от тебя, я и не эксперт в менталистике, но даже я знаю, что удаленные магией воспоминания нельзя восстановить. Ты предлагаешь просто пошариться в моих мозгах без какого-либо результата.

— Действительно, правильно стертые воспоминания не подлежат восстановлению, — легко согласился Зориан. — Но кто сказал, что Красный затер их идеально? Я видел его ментальную магию в действии, и она совершенно не впечатляла. Вполне возможно, что он что-то упустил.

— У тебя искаженное восприятие магии разума, — ответил Зак. — Это не Красный плох, это ты пугающе хорош. И в любом случае, ответ по-прежнему «нет».

— А если я скажу, что ты можешь все еще быть под влиянием магии разума? — спросил Зориан.

Зак удивленно посмотрел на него.

— О чем ты, черт побери?! — повысил он голос.

— Трудно поверить, что в прошлых циклах ты никогда не слышал упоминаний о Вейерсе, — со вздохом указал Зориан. — Его не часто вспоминают, но время от времени его имя всплывает в разговорах. За прошедшие десятилетия ты должен был заметить, что есть некий парень, которого знают все в классе — кроме тебя.

— Ну… с какого-то момента я стал реже бывать в классе… — попытался объясниться Зак.

— Зак, ты с подозрительной настойчивостью избегаешь темы Вейерса, — прямо сказал Зориан. — Сам посмотри, совсем недавно ты носился с мыслью, что просто забыл одноклассника. Как будто не очевидно, что его намеренно удалили из твоих воспоминаний. Я думал, ты будешь рад обнаружить нечто столь важное, но ты всячески стремишься закрыть тему.

— Зориан, ты опять все усложняешь, — упрекнул его Зак. — Говори по-человечески.

— Ладно. Возможно, ты находишься под действием некого внушения не думать о Вейерсе, — сказал Зориан. — И, вероятно, поскорее забыть, даже если тебя навели на мысли о нем. Посмотрим, будешь ли ты помнить об этом разговоре завтра.

— Даже не шути об этом, Зориан, — предупредил Зак.

— На месте Красного я бы так и поступил, — пожал плечами Зориан. — Но, подозреваю, об этом можно не волноваться. Если Красный не стал толком маскировать свое воздействие, вряд ли он заморочился чем-то сравнительно сложным. Пожалуй, внушения вполне достаточно. Сам посуди, не будь я столь настойчив насчет твоих пробелов в памяти касательно Вейерса, ты бы наверняка просто отмахнулся и выкинул проблему из головы.

Зак прошипел сквозь зубы что-то неразборчивое — судя по всему, в адрес Красного. Что-то насчет его происхождения от собак и пристрастия к мужским гениталиям. Что бы там ни было, Зак добрых несколько минут ходил кругами и бормотал.

Честно говоря, неуравновешенность напарника тревожила Зориана. И далеко не впервые. Видимо, десятилетия в петле, без возможности полноценного общения, дались парню тяжелее, чем он считал.

А насколько все было бы хуже, если б петля сработала, как должно, продержав его так сотни лет? Может быть, у Призрачного Змея и были основания для такого отношения…

Наконец Зак перестал ходить кругами, раздраженно взъерошил волосы и повернулся к Зориану:

— Поверить не могу, что я это делаю. Правда не могу, но выбора нет. Зориан?

— Да? — заинтересовался тот. Неужто Зак наконец решил пустить его в свой разум? Вероятно, что еще это может быть…

— Отведи меня к Ксвиму, — скривившись, попросил Зак. — Мне все же понадобятся эти уроки ментальной магии.

— О, — удивленно моргнул Зориан. Неожиданно. — Ага. Конечно.

Он даже не знал, доволен ли он или раздражен результатом. Он добивался совсем не этого — но, по крайней мере, это будет забавно.

Следующие пара-тройка дней выдались не слишком удачными. К хорошим новостям — Зак не забыл про Вейерса, так что если он и был под внушением, то оно не заходило столь далеко. Увы, на этом хорошие новости кончались. Поиски Вейерса не дали ничего. Они знали его имя, внешность и адрес — но все равно не могли найти. В итоге Зак и Зориан накрыли прорицанием весь город — и не получили отклика. Либо Вейерс был под действительно мощной защитой, либо его не было в Сиории.

К тому же никто, даже официальные лица, не знали, где его искать. Поспрашивав представителей академии (и прочтя в их мысли после отказа отвечать), Зориан выяснил, что после отчисления Вейерс не контактировал с ними, хоть и должен был прийти и подписать документы. Академия направила его Дому протест, но не получила ответа. Полиция, в свою очередь, не получала заявлений о смерти или пропаже Вейерса, хотя его не видели много дней.

Зак и Зориан даже прямо обратились в Дом Боранова с просьбой о встрече, но представители рода сказали им убираться. Не буквально, они были достаточно вежливы, но ясно дали понять, что не желают с ними говорить.

По всему выходило, что найти Вейерса будет куда сложнее, чем ожидал Зориан. Впрочем, он уже не удивлялся и не расстраивался. Когда хоть что-то в этой петле было простым?

На всякий случай он решил опросить и одноклассников. Хотя бы тот же Бенисек был просто обязан слышать хоть что-то о незадачливом наследнике Боранова — другой вопрос, можно ли воспринимать эти слухи всерьез…

— Сегодня ты, для разнообразия, вовремя, — поприветствовала его у дверей класса Акоджа, делая пометку в листке посещения. — Добрый знак. По какому случаю?

Зориан хотел было заметить, что на самом деле он невероятно рано, но сдержался. Пускай.

— Вообще-то я хотел поговорить с тобой, — сказал он.

— Со мной?! — у нее округлились глаза. — Ээ… то есть, конечно… о чем ты хотел поговорить?

— О Вейерсе Боранова, — ответил Зориан.

— О нем? — скривившись, спросила она. Он явственно ощутил ее недовольство. — Умеешь же ты выбрать тему, Зориан.

— Прости, — он и правда почувствовал укол вины. Судя по транслируемым ей чувствам, он, вероятно, на миг дал ей ложную надежду на развитие отношений. Чего в его планах точно не было. — Я просто подумал, что ты, как староста, можешь что-то знать о нем.

— Сказать по правде, я старалась поскорее забыть о нем, — ответила она. — Словами не выразить, как я была рада, когда его отчислили.

— Кстати, об этом… Не знаешь, что на самом деле случилось на том слушанье? — спросил Зориан.

— Нет. И никто не знает, — покачала головой Акоджа. — до меня доходили слухи, что он напал на одного из судей, но это, вероятно, чушь. Это было бы чересчур, даже для Вейерса.

При всем своем отношении к этому типу, Зориан был вынужден согласиться. Вейерс умел сдерживать свой норов в присутствии учителей — и других людей, имеющих над ним власть — так что вряд ли сглупил бы настолько.

Впрочем, полностью отрицать такую возможность Зориан тоже не стал бы.

— То есть ты его больше не видела? — уточнил Зориан. — И не слышала, что он потом делал?

— Нет и нет, — она с подозрением оглядела его. — А что это ты вдруг заинтересовался Вейерсом?

— Зак хотел с ним что-то обсудить, но не может найти, — ответил Зориан. — Я согласился ему помочь, вот и расспрашиваю людей.

Он почувствовал вспышку ее раздражения при упоминании Зака. Ей не нравилось, что он неожиданно сошелся с Новеда, но, к ее чести, она ничего не сказала. Надо будет когда-нибудь спросить, за что она так невзлюбила парня.

— Может, его Дом посадил его под домашний арест за отчисление из академии? — предположила Акоджа. — Все же был изрядный скандал, и им вряд ли понравилось бы, появись он на публике, напоминая об этом. Хотя бы пока страсти не улягутся. Зная Вейерса, он не стал бы терпеть насмешки и шепотки за спиной. Он бы сорвался и сделал ситуацию еще хуже.

— Возможно, — согласился Зориан. Как возможно и то, что от Вейерса осталась лишь пустая, лишенная души оболочка, а его Дом не хочет это разглашать. Если они с Заком не найдут никаких подсказок — они проникнут в особняк Боранова. — Это имело бы смысл, но раньше его выходки не беспокоили Дом, так что…

— Да, — кивнула Акоджа. — Просто безобразие, сколько ему сходило с рук. Боюсь даже представить, что бы со мной сделали родители, вздумай я вести себя так. А если бы меня отчислили? Наверное, меня сослали бы в деревню к родственникам. Могу поспорить, Вейерс быстро научился бы держать себя в руках, если бы после каждой выходки его заставляли работать на ферме.

Ух ты. А у Акоджи суровые родители. Неудивительно, что она выросла такой правильной.

— Как думаешь, а как бы отреагировали твои родители, если бы тебя отчислили? — поинтересовалась она.

— Я… даже не знаю, — признался Зориан. — Сказать по правде, я бы просто не рискнул узнать. Они и так не слишком меня любят, и моя успеваемость — единственное, что их во мне устраивает. Если бы меня отчислили, я, наверное, не стал бы возвращаться домой, а собрал бы вещи и бежал из страны.

Акоджа растерянно посмотрела на него, явно не зная, что сказать.

— Ааа… — наконец смущенно протянула она. — Вот как…

— Не бери в голову, — ответил Зориан. — Все это чисто теоретически, ведь меня не могут отчислить, как Вейерса. Последний вопрос. Знаю, это звучит странно, но не знаешь ли ты, на что способен Вейерс?

Акоджа все еще задумчиво смотрела на него, вероятно, захваченная прошлым признанием. Ему даже захотелось заглянуть в ее разум — но он сумел удержаться. Если он начнет читать мысли направо и налево, кто знает, к чему это приведет? Да и читать мысли влюбленной в тебя девушки — явно не лучшая идея.

— Полагаю, ты имеешь в виду магические способности? — наконец уточнила она. Зориан кивнул. — Ну, за вычетом его безобразного поведения, он неплохо учился. Возможно, его Дом нанимал ему репетиторов, а то и сами обучали его. Мне также известно, что он мог с легкостью вызывать огонь без заклинаний и жестов — впрочем, для Боранова это нормально.

Зориан кивнул. Благородный Дом Боранова славился своим владением огнем. Оранжевые глаза с вертикальным зрачком у всех членов главной ветви намекали, что дело в родовой способности или ритуале, а не просто секретных методах тренировки — впрочем, только на уровне домыслов. Дома во все времена яростно оберегали свои секреты.

Поблагодарив Акоджу за потраченное время и терпение, Зориан прошел в класс. Он хотел попытать счастья еще с парой человек.

— Привет, Бенисек, — сказал Зориан, садясь рядом с ним. — Не возражаешь, если я кое-что спрошу?

— О! Неужели великий Зориан наконец соизволил вернуться к старому другу? — сказал Бен. — А я уж думал, ты променял меня на Зака.

Если б не широкая улыбка Бенисека, Зориан бы всерьез обеспокоился, не обидел ли он парня, игнорируя его. К счастью, сказался беспечный характер Бена, мало что принимающего близко к сердцу.

Да и, честно говоря, они не были близкими друзьями. Хотя в этом скорее виноват сам Зориан.

— Не сгущай краски, — ответил он. — У человека может быть больше одного друга, знаешь ли.

— Верно, верно, — с готовностью согласился Бенисек. — Да и ты в этом году выглядишь довольным жизнью. Может быть, нашел себе подругу?

Он выразительно приподнял брови — Зориан в ответ закатил глаза.

— Ну и ладно, не хочешь — не говори, — надулся Бенисек. — Но ты ведь понимаешь, что я все равно узнаю?

— Что ты знаешь про Вейерса? — спросил Зориан, пропустив последний вопрос мимо ушей.

— Вейерс? — переспросил Бенисек. — А, кажется, ты наконец заметил, что его больше нет с нами. Я все забываю, что ты живешь у черта на куличках и не общаешься с людьми. Ну так вот, да, он устроил скандал на дисциплинарном слушанье и был отчислен. Видимо, даже у Благородных Домов не на всех хватает влияния.

— Не знаешь, что именно он сделал? — спросил Зориан.

Бенисек не знал. Он слышал кучу домыслов на эту тему — вроде того, что Вейерс прямо на слушанье спалил чьи-то свидетельские показания, или принялся хвастаться, что спит с дочерью одного из руководителей. Вот только все они были из разряда «слышал от одного парня, чей друг узнал все от своего знакомого», так что Зориан выслушал их с изрядным скепсисом.

Бенисек, ожидаемо, не знал, где сейчас может быть Вейерс. Но это вовсе не значило, что ему было нечего сказать.

— Знаешь, не ты один задаешь про него вопросы, — сообщил он. — Я слышал, что кто-то тайком опрашивает людей о его местонахождении. Предлагают вознаграждение за подтвержденные сведения.

Хех.

— Ты знаешь, кто они? — спросил Зориан.

— Знал бы — уже сказал, — пожал плечами Бен. — Но если перебирать кандидатов… думаю, это люди его собственного Дома. Вряд ли они позволили бы кому-то постороннему назначить награду за кого-то из них.

— Может, они просто не знают? — предположил Зориан.

— Если знаю я, они тем более знают, — покачал головой Бенисек. — Я — всего лишь любитель. Благородным Домам служат профессионалы.

Значит, Вейерса ищет и его собственный Дом? Любопытно. И странно, что они его все еще не нашли — если, по словам Бена, у них своя шпионская сеть. Тем более, что они — его родичи, и наверняка знают парня куда лучше.

Поблагодарив Бенисека, Зориан двинулся дальше.

— Нет, я не знаю, за что отчислили Вейерса, — сказала Тинами. — Впрочем, не факт, что там было что-то ужасное. Если академия созывает дисциплинарное слушанье — значит, их терпение уже на пределе. Он мог просто повысить голос на одного из судей, или сделать еще что-нибудь незначительное — и они воспользовались предлогом. Жаль, что он настолько не владел собой — это последнее, что сейчас нужно его Дому.

— Почему? — заинтересовался Зориан. — С его Домом что-то не так?

— Благородный Дом Боранова — военный род, — пояснила Тинами. — Они сильно пострадали в Войнах Раскола.

— А, что-то вроде того, что случилось с Домом Новеда? — спросил Зориан. — Их тоже обокрали?

— А, ты знаешь об этом… — сказала она. — Нет, не совсем. В отличие от Новеда, они пережили Плач без серьезных потерь. Но при расколе Старого Альянса они понесли огромные потери и все еще далеки от полного восстановления. И подобное поведение избранного наследником… совершенно не добавляет им престижа в глазах других Домов.

Хмм… То есть Дом Боранова был ослаблен, но не настолько, чтобы их могли грабить, как Новеда. Разрушение Сиории, вероятно, не в их интересах — зачем Вейерсу помогать захватчикам?

— Может, Дом ему просто безразличен? — вслух пробормотал он.

— В другое время я бы сочла идею о наследнике Благородного Дома, которому безразличен его род, смехотворной — его же с рождения готовили когда-нибудь принять ответственность. Но с Вейерсом явно творилось что-то странное, — сказала Тинами. — Так что не знаю. Возможно.

Ее объяснения были интересны, но она не знала где искать Вейерса. И, поскольку Тинами была последней в его списке, он решил свернуть опрос — оказавшийся неожиданно плодотворным.

Он вышел из класса, собираясь найти Зака и рассказать о том, что узнал. Другой путешественник предпочел переговорить с Ксвимом насчет уроков ментальной магии, но давно уже должен был освободиться.

К удивлению Зориана, когда он пришел к кабинету Ксвима, Зак все еще был внутри. Это могло быть или очень хорошо, или очень плохо.

К счастью, ему не пришлось долго ждать. Минут через пятнадцать дверь открылась, выпуская Зака

— Ну, как прошло? — спросил Зориан.

— На удивление терпимо, — ответил Зак. — Он все еще довольно язвителен, но больше не пытался вывести меня из себя.

— Угу, как я понимаю, это его настоящий характер, — сказал Зориан. — Он согласился учить тебя?

— Да, — подтвердил Зак. — Это было просто. Мы договорились в первые минут пятнадцать.

— Тогда чем ты занимался все это время? — поинтересовался Зориан. — Он что, решил дать первый урок немедленно?

— Нет. Да, — сказал Зак. Зориан бесстрастно посмотрел на него. — В смысле, в конце он дал небольшой урок, но мы задержались из-за другого. Большую часть времени мы спорили о твоей теории, что я нахожусь под действием внушения. Он считает, что с моей стороны глупо не найти кого-нибудь и не проверить эту версию немедленно.

— Ну, он прав, — прямо сказал Зориан. — Если не доверяешь мне, стоит нанять кого-нибудь из сертифицированных ментальных магов Гильдии. Они весьма надежны. Я и сам как-то обращался к ним.

— На самом деле я доверяю тебе больше, чем всяким там «экспертам», — сказал Зак. — Просто… Я не хочу, чтобы на мне использовали магию разума. Пустить кого-то в мои мысли — последняя мера. Даже если это внушение существует — это не срочная проблема. Сейчас оно, по сути, уже не важно. Я лучше научусь сам справляться с подобным.

— Как скажешь, — уступил Зориан. Они уже спорили об этом; повторение ничего не даст. — К другим новостям, я поспрашивал в классе насчет Вейерса…

Он пересказал Заку то немногое, что удалось узнать от одноклассников. Само собой, важнейшим был тот факт, что Дом Боранова, похоже, также разыскивает Вейерса.

— Проклятье, — сказал Зак. — Получается, ломиться в их поместье нет никакого смысла?

— Если не найдем Вейерса до конца цикла, наверное, стоит все равно попробовать. Просто на всякий случай. Но если они действительно ищут его, тогда, конечно, его там нет.

— Не понимаю, — сказал Зак. — Кто-то вроде него слишком заметен, чтобы просто исчезнуть. Одни только глаза чего стоят — большинство встречных сразу обратят внимание. Но он как сквозь землю провалился. Может, физически вышел из петли?

Зориан нахмурился. Теоретически, это было возможно. Копии людей в петле столь же реальны, как и оригиналы — без вмешательства Стража копия, вероятно, могла выйти из карманной реальности в настоящий мир.

— Думаю, это возможно, но не будем торопиться с выводами, — сказал он. — Давай сначала попробуем отыскать его, и посмотрим, что получится.

— Я просто не вижу, что еще мы можем попробовать, — пожал плечами Зак. — Кроме проникновения в поместье Боранова, что, как мы уже знаем, практически наверняка тупик.

— Цикл только начался, — возразил Зориан, хоть и был внутренне согласен с Заком. — Поживем, увидим, вдруг он где-то объявится. Может, его Дом, располагающий куда большими ресурсами, найдет его первым.

А пока им и без того было, чем заняться.

Всю следующую неделю и Зак, и Зориан постепенно постигали науку Ксвима и Аланика и продолжали искать Вейерса. Увы, наследник Боранова не появлялся, и все его поиски не увенчались ничем. Даже расширив охват с Сиории на соседние поселения, они ничего не добились.

Зак склонялся к мысли, что Вейерс не стал торчать в городе, а отправился куда-то далеко. В этом случае искать его следовало в начале цикла, не дав времени отдалиться. Идея была не хуже любой другой, но прямо сейчас — бесполезна. И она не объясняла, зачем Вейерсу бежать из города.

Несмотря на бесплодность поисков, Зориан был доволен. У них наконец была рабочая версия о личности Красного, Аланик вновь согласился учить его магии душ, да и все личные проекты неплохо продвигались. Он даже сумел убедить Тайвен, что они с Заком — путешественники во времени, хотя добиться этого было непросто.

Изначально он признался Тайвен, чтобы продолжить разработку идеального плана тренировок для нее. Однако, когда она наконец поверила, она решила помочь — найдя спарринг-партнера его уровня; по ее словам, это лучший способ развития боевого мага, а то с одними манекенами и подземными монстрами он уже начал застаиваться. В итоге она выставила против него ребят из своей группы — и нескольких ее бывших однокурсников, кого сумела убедить.

Он победил в примерно половине схваток. Мог бы победить во всех, но использование ментальных сил и своих зачарованных предметов противоречило самому духу учебного поединка.

— Мне иногда хочется попробовать самой, — как-то сказала Тайвен. — Но по-настоящему, а не когда ты ограничиваешь себя только заклинаниями. Но что-то подсказывает, что тогда ты надерешь мне задницу, а моя гордость такого не переживет.

— Угу, в этом случае я просто продавлю твои ментальные щиты и выключу тебя, — сказал Зориан. — Ты просто не успеешь побить меня, пока держатся твои щиты. Раньше успевала, но не сейчас.

— Догадываюсь, — кивнула она. — И это не говоря уже о всей той взрывчатке, что ты носишь на себе. Я видела ваши с Каэлом тесты алхимических гранат. Учитывая, сколько ты их наделал — наверное, достаточно просто бросить все и подорвать. Они обходятся столь же дорого, как я думаю?

— Еще дороже, — поморщился Зориан. — Сами по себе гранаты — еще ничего, но эксперименты для улучшения их рецептуры просто губительны для моего кошелька. Я уже практически на мели. Видимо, придется все-таки грабить заговорщиков.

Тайвен скорбно покачала головой.

— И ты так спокойно об этом говоришь, — упрекнула она. — Думаю, эта временная петля на тебя плохо влияет.

— Забавно, большинство знакомых считают, что петля улучшила мой характер, — улыбнулся Зориан. — Но да, в некотором смысле я становлюсь хуже.

Поболтав еще чуток о морали временной петли и допустимом поведении для путешественника во времени, они разошлись по домам.

На следующее утро Зак и Зориан постучались в кабинет Ксвима, явившись на очередное занятие. Вот только куратор уже был не один.

Там был Аланик. Когда Зак и Зориан вошли, эти двое спокойно беседовали, прихлебывая чай, как парочка давних друзей.

— А, мистер Казински и мистер Новеда, — сказал Ксвим. — Вы-то нам и нужны. Проходите, присаживайтесь. Мы с мистером Зоском как раз обменивались крайне занятными историями…

Глава 58. Вопросы и ответы

Кабинет Ксвима не особо отличался от кабинетов других преподавателей — небольшое помещение с книжными шкафами вокруг большого стола; таинственные стопки документов, зачем-то собираемые учителями, пробрались и сюда, заполонив почти все свободное место. Кабинет был не слишком просторен и для двоих — вчетвером же здесь было откровенно тесно. Тут даже стульев было недостаточно! Впрочем, последнее легко решалось с помощью магии.

Понятно, что на самом деле Зориана беспокоила не теснота — а сам характер произошедшей встречи. Знакомство Ксвима с Алаником могло сильно осложнить остаток цикла, а то и вынудить их завершить цикл раньше времени. Тем не менее, эффект неожиданности и теснота вносили свою лепту, подчеркивая угрожающий подтекст встречи — и Зориан против воли задумался, не было ли это сделано специально? Могли Ксвим и Аланик подстроить встречу именно здесь и сейчас, чтобы оказать дополнительное психологическое давление? Если так, то это рискованный ход. Сам он на их месте не стал бы так делать — некоторых людей лучше не загонять в угол.

Но да ладно. Может, он ищет скрытый смысл там, где его никогда не было — и учителя просто об этом не подумали. К тому же нельзя сказать, что их действительно загнали в угол — например, Зориан в любой момент может перезапустить цикл.

Обменявшись неуверенными взглядами, Зак и Зориан поздоровались с учителями, зашли и постарались устроиться поудобней — насколько было возможно.

Усаживаясь, Зориан размышлял, что могли рассказать друг другу двое учителей. Аланик, пожалуй, мог рассказать Ксвиму все, что знал — но знал он немного, и мог разве что утвердить куратора в мыслях, что Зак и Зориан что-то скрывают. С другой стороны, Ксвим владел куда более полной картиной… но станет ли он рассказывать воинствующему жрецу о временной петле? И если станет — то поверит ли ему Аланик?

Впрочем, судя по выразительным взглядам учителей, он все это скоро узнает.

— Не ожидали встретить меня здесь? — с вызовом спросил Аланик.

— Да, — легко согласился Зориан. — Это весьма… любопытно. Не думал, что вы знаете друг друга.

— Мы и не знали, — пожал плечами Аланик. — Просто кое-что насчет вас меня беспокоило, а вы не спешили раскрыть правду. Вот я и отыскал его, надеясь, что он знает больше.

— И так совпало, что вы пришли сюда в назначенное нам время? — приподнял бровь Зориан. — Как удачно.

— Удача тут не при чем. Вообще-то я уже третий раз встречаюсь с вашим куратором, мистер Казински, — охотно признал жрец. — И сегодня я здесь ради встречи с вами двумя.

— А, — кивнул Зориан.

— Хватит уже ходить вокруг да около, — Зак, явно будучи не в настроении играть словами, повернулся к Ксвиму. — Что вы ему рассказали?

— Учитывая характер сложившейся ситуации, мы решили, что скрывать что-либо глупо, — ответил Ксвим. — Я рассказал мистеру Зоску все, что знаю о временной петле… и надеюсь, что вы двое сделаете тоже самое для меня. Очевидно, вы знаете намного больше, чем говорите. Должен заметить, я представлял себе благодарность за свою помощь несколько иначе.

Ох. Похоже, играть на чувстве вины Ксвим тоже неплохо умеет.

— Рассказывать все о петле — не лучшая идея, — а вот Зака его слова не проняли. В отличие от Зориана, он очень мало общался что с Ксвимом, что с Алаником, и не чувствовал себя обязанным им. — Я знаю, я пробовал. Расскажи слишком много — и либо вызовешь панику, либо тебя сочтут психом. И это было тогда, когда я знал вполовину меньше, чем сейчас. Не так-то просто убедить людей, что временная петля реальна.

— Мне кажется, я выслушал вас без особого предубеждения, — заметил Ксвим.

— Зориану пришлось годами отрабатывать выедающие мозги упражнения, прежде, чем вы стали воспринимать его всерьез, — закатил глаза Зак. — И даже теперь вы оттягиваете решение на недели, стоит ему прийти не вовремя или сказать что-то не то. И это Зориан — когда я пытался рассказать вам о петле, вы вообще слушать не стали!

Ксвим нахмурился, но ничего не сказал.

— Так, давайте немного успокоимся, — вмешался Зориан, пытаясь предотвратить скандал. — И прежде всего… Мистер Чао, мистер Зоск… прошу прощения за то, что мы многое скрывали от вас. Нам казалось вполне логичным не раскрывать некоторые детали, но я понимаю, что с вашей стороны это выглядит иначе.

Аланик пренебрежительно фыркнул, наведя Зориана на новую мысль.

— Кстати, можно задать вопрос? — Зориан посмотрел на жреца. — Как Ксвим убедил вас, что петля реальна?

— Чтобы вы знали, как убедить меня в будущем? — догадался Аланик. Зак и Зориан кивнули. — Сказать по правде, я все еще не уверен, что это не бред.

— Ох, — сдулся Зориан. Проклятье.

— Тогда какого черта вы пилите нас, если сами не верите? — спросил Зак, защитным жестом скрещивая руки на груди.

— Потому что в это верите вы, — ответил Аланик. — Так что даже в худшем случае вы просто заблуждаетесь, а не лжете. Не очень-то приятно, что вы рассказали о петле Ксвиму — но не мне. Видимо, сочли, что я того не стою. Но знаете, я бы не прекратил уроки только из-за того, что не поверил вашей истории. Просто считал бы вас слегка ненормальными.

Зориан кисло посмотрел на Аланика.

— Это вы сейчас говорите, а приди я к вам, владея вашими техниками защиты и ссылаясь на временную петлю, вопрос вашего доверия встал бы очень остро.

— А, так это все-таки мои техники, — кивнул самому себе Аланик. — Признаться, этот вопрос не давал мне покоя. Одна из причин, по которой я отыскал Ксвима. Все же сложно ожидать, что такому можно научиться у перевертыша…

— Кое-чему из восприятия души я действительно научился у перевертыша, — уточнил Зориан. — Но большинству приемов меня научили вы.

— Вот как. Согласен, это могло создать некоторые сложности, — задумчиво сказал жрец. — Да, петля объясняет все, но ведь есть и более простые объяснения. Например, ты мог оказаться могущественным магом разума…

— Так и есть, — признался Зориан.

На нем скрестились три изумленных взгляда. Даже Зак не ждал от него таких слов, предполагая, что он постарается скрыть эту милую деталь.

— Эй, они хотели всю правду. Так пусть слушают, — пожал плечами Зориан. — Да, я — могущественный маг разума. Это одна из приоритетных способностей, которые я развивал в петле.

— Отличный выбор в вашей ситуации, — одобрительно кивнул Ксвим. — Невероятно полезная и столь же опасная для тренировок вне петли способность.

Аланик возмущенно посмотрел на Ксвима.

— Так вот, представим… Я прихожу к вам, демонстрирую выученные у вас приемы, — Зориан смотрел прямо в глаза Аланику. — Вы спрашиваете, как это возможно, я рассказываю про путешествие во времени. Вы не верите и проверяете меня на ментальную магию. И выясняется, что я менталист. Что дальше?

— Дальше начинаются проблемы, — признал Аланик.

Повисло молчание — каждый думал о чем-то своем.

— Что же, этого мы не предусмотрели, — Ксвим раздраженно покосился на Аланика. Изукрашенный шрамами жрец невозмутимо пожал плечами. — Давайте больше не будем ничего представлять. Признаю, рассказать все может быть труднее, чем кажется на первый взгляд. Тем не менее — настаиваю, попробуйте хотя бы раз. В противном случае… мы оба приостановим занятия с вами до конца этого цикла.

— И дополнительно — если вы честно расскажете обо всем, — тут же добавил Аланик, — я расскажу, как усыпить мои подозрения в следующих циклах.

Зориан задумчиво хмыкнул. Кнут и пряник. Честно говоря, угроза не особо впечатляла — потерять две недели занятий жалко, но не более того.

Он переглянулся с Заком — тот безразлично пожал плечами.

— Не возражаю, — сказал Зак. — Мы же и так планировали рано или поздно рассказать, верно? В худшем случае, узнаем, как делать не надо.

Взвесив все еще раз, Зориан был вынужден согласиться. Ситуация была бесконечно далека от запланированной, но разве он еще не привык? Даже во временной петле ничто никогда не идет, как планировалось. Почему бы не рассказать все и не оценить их реакцию. Он открыл было рот — и его тут же прервал Ксвим:

— Если не возражаете, мы хотели бы услышать все от Зака.

— Я? — удивленно спросил Зак, указывая на себя пальцем. — Почему? Зориан рассказал бы куда лучше. Он не только сам дошел до многих разгадок, но и знает вас двоих куда лучше меня.

— Возможно, — согласился Аланик. — Но мне намного легче оценить твою искренность, чем в случае с Зорианом.

Зак с сомнением посмотрел на него.

— Они не используют на тебе магию разума, — качнул головой Зориан. — Я бы заметил. Но учитывая услышанное и некоторые прежние оговорки Аланика, полагаю, он владеет неким сверхъестественным способом отличать правду от лжи.

Зориан, замолчав, нахмурился. Ему это что-то напоминало… Мысль вертелась в голове, постоянно ускользая… А, вот же — Килаэ, прозревающая будущее жрица, тоже говорила, что поймет, говорит ли он правду.

— Знаете, вы не первый жрец, утверждающий, что может чувствовать ложь, — сказал он Аланику. — Это какая-то неизвестная мне способность жречества?

— Эта способность связана с магией душ, — ответил Аланик. — Но ты в чем-то прав — жрецы высоких уровней посвящения часто владеют ею. Внешняя часть души — аура — в некоторой степени реагирует на мысли и эмоции человека, и владеющие духовным зрением могут научиться распознавать эти реакции. И, поскольку большинство людей не ощущают свою душу — и не могут ее контролировать — мастер магии душ может понять по ауре куда больше, чем по мимике и интонациям.

— Но я чувствую свою душу, и со мной этот способ менее надежен, — продолжил за него Зориан.

Аланик кивнул.

— Но на самом деле я не настолько владею своей аурой, — заметил Зориан. — Вы учили только укреплять ее, сопротивляясь духовным атакам.

— Это если верить тебе, — пожал плечами Аланик.

— Ладно, ладно, я расскажу, — вклинился в их разговор Зак. Он повел рукой, создавая над столом Ксвима иллюзию планеты.

— Это наш мир, — сказал Зак, указывая на неторопливо вращающийся сине-зеленый шар. Затем указал на зеленое пятно, отдаленно напоминающее очертания Алтазии. — И примерно вот здесь находится Сиория. Под городом расположена лаборатория магии времени, где хранится могущественный древний артефакт, вероятно, божественного происхождения. Исследователи считают, что это продвинутая камера ускоренного времени, и они в чем-то правы. При активации он считывает все, существующее в мире… и создает копию.

Зак вновь повел рукой, и призрачная планета разделилась на две одинаковые сферы, отплывшие в стороны от изначальной позиции. Они отличались тем, что левая больше не вращалась, словно застыв в потоке времени, а правая вертелась, как юла.

— Копия мира находится в собственном пространственном кармане, под действием мощнейшего ускорения времени. С точки зрения скопированных людей, живущих в скопированном мире, исходный мир замер между мгновениями. Сотня лет умещается в долю секунды. Впрочем, скопированные люди об этом не знают. Единственное, что указывает на искусственную природу скопированного мира — отрезанные от материального мира духовные планы.

Зориан краем глаза заметил, как при этих словах напрягся Аланик.

— Время в скопированном мире идет не совсем обычно, — продолжил Зак. Он подправил иллюзию правой планеты — теперь после каждой пары оборотов она возвращалась к исходному положению. — Вместо непрерывного движения вперед во времени, мир периодически возвращается в исходное состояние. Все воссоздается заново, страны и люди вновь копируются со считанного в самом начале шаблона. Все повторяется снова и снова, месяц за месяцем. Наблюдающему это может показаться, что он попал во временную петлю.

Зак откинулся на спинку сотворенного стула, выдержал драматическую паузу, глядя на Ксвима и Аланика. Зориан подозревал, что несмотря на все возражения, напарник наслаждается процессом.

— И такие наблюдатели действительно существуют, — возвестил Зак. — Целых три.

— Три? — Аланик приподнял бровь.

— Три, — кивнул Зак. — Должен был быть всего один, знающий о повторах, отмеченный загадочным маркером в его душе, чтобы сохранять воспоминания из цикла в цикл. Зориан считает, что это я. Если и так, я не помню, чтобы меня избрали. Кто-то еще нашел способ тоже помнить прошлые циклы, и похозяйничал в моем разуме, стерев многие воспоминания. Спустя много времени я решил один на один сразиться с древним личем, и в наказание тот попытался сплавить мою душу с душой Зориана.

И Ксвим, и Аланик смотрели с явным интересом, но Зак предпочел закончить рассказ, не став вдаваться в подробности:

— Мы выжили, но в результате Зориан получил действующую копию маркера, тоже узнав о временной петле. К сожалению, в итоге это подтолкнуло второго путешественника во времени покинуть скопированный мир. По причинам, которых я пока не буду касаться, это означает, что из скопированного мира больше нельзя уйти, не обманув систему. А между тем фальшивый мир почти исчерпал энергию и исчезнет через четыре с небольшим года.

— Вот и все, — Зак взмахнул рукой, стирая иллюзорные планеты, и широко улыбнулся учителям. — Все мы — лишь копии оригиналов, живущие в цикличной, сверхускоренной копии реального мира. В копии, что скоро исчезнет, забрав нас с собой. Что бы вы ни делали — все бесполезно, и если мы не узнаем, как взломать систему — наши действия тоже окажутся бесполезны. Я ничего не упустил, Зориан?

Зориан подавил желание закатить глаза. Всего ничего, пару тысяч подробностей. И обязательно было подавать все столь провокационно? Убедить их и так непросто, зачем дополнительно усложнять… Но да ладно, он подыграет Заку.

— В день летнего фестиваля в Сиорию вторгнутся ибасанские войска. Культ Дракона, что Внизу, собирается выпустить первозданного в центре города, пока защитники будут заняты. Мэр Князевых Дверей — некромант, и собирается собрать души всех погибших во время конфликта в безумной попытке воскресить умершую жену в виде лича и легализовать некромантию, — бесстрастно перечислил он.

— Эм, это не совсем относится к петле, так что я оставил это напоследок, — беспечно ответил Зак.

В кабинете повисло неловкое молчание. Кажется, что Ксвим, что Аланик лишились дара речи и просто неуверенно смотрели на них, изредка переглядываясь со странным видом.

Зориан припомнил, как выглядели они с Заком, обнаружив здесь Аланика — все-таки есть в мире справедливость.

— Итак, — хлопнул в ладоши Зак. — Вопросы есть?

Спустя несколько часов — и много-много вопросов — Ксвим и Аланик сочли, что на сегодня хватит, и распустили собрание. Не то, чтобы они поняли все, отнюдь — но, по крайней мере, они разобрали основные моменты, касающиеся механики петли и ибасанского вторжения.

— Проклятье, я весь вымотался, — сказал Зак, когда они шли назад по городу. — А ты говорил — разгрузочный цикл, успокоиться, собраться с мыслями… С этими объяснениями и поисками Вейерса выходит чертовски утомительный месяц.

— У меня бывали и хуже, — заметил Зориан. — Но да, я тоже не это имел в виду, говоря о цикле-другом на отдых.

— Думаешь, это хотя бы того стоило? — спросил Зак. — Не похоже, что мы их убедили.

— Это из-за вторжения, — сказал Зориан. — Если б я не видел его собственными глазами, тоже вряд ли поверил бы. Оно почти столь же невероятно, как сама временная петля. Честно говоря, это меня как раз не беспокоит. В отличие от петли, то, что касается ибасанцев, Культа и Судомира, совсем несложно проверить. Надеюсь только, что Ксвим и Аланик, проверив эту часть истории, не запаникуют и не наделают глупостей.

В результате в следующие четыре дня они еще дважды встречались с их все более нервными учителями, объясняя дополнительные подробности. Как Зориан и опасался, их больше интересовала не сама петля, а вторжение и планы Судомира. Он все понимал, но это не значило, что ситуация его не раздражала.

Другой причиной для недовольства был Аланик — несмотря на свое обещание, жрец не спешил объяснять им, как успокоить его будущие воплощения. И хоть его слова, что нужно сперва кое-что проверить, поначалу были вполне понятны — теперь Зориану начинало казаться, что его обманули.

Так что он был приятно удивлен, когда на пятый день Аланик пришел к нему домой — сообщить обещанную информацию.

— То есть нам нужно просто сказать, что мы послушники этой вашей мутной церковной организации — и все? — недоверчиво уточнил Зориан. — И вы в такое поверите?

— Месалианский Орден вовсе не «мутный», — хмуро посмотрел на него жрец. Да, Аланик, конечно. — Просто не слишком известный. И конечно, я не поверю просто так. Но и не брошу все, чтобы тотчас проверить ваши слова — особенно если вы предъявите мне убедительно выглядящее рекомендательное письмо и отвлечете на другие проблемы. На того же Судомира.

— Если я расскажу вам про поместье, все покатится в бездну, — покачал головой Зориан. — Я знаю, я уже пробовал.

— Так не рассказывай мне про поместье, — пожал плечами Аланик. — Расскажи о чем-то другом. Грехи этого человека не поддаются исчислению, уверен, мы сможем подобрать что-нибудь подходящее.

— Может сработать, — кивнул Зориан. Вновь поглядев на Аланика, он отметил, насколько усталым и взъерошенным выглядит жрец. Кажется, последнее время он постоянно не высыпался. — Так что, значит ли это, что вы поверили нам насчет петли?

Аланик тяжело вздохнул.

— Я уже сам не знаю, во что верить. Но я счел, что не помешает это сообщить. Если петли нет — эти сведения для вас бесполезны. Если же петля есть… Ну, тогда, похоже, ты и Зак — наша единственная надежда на благополучный исход.

И тут их нашла Имайя и отчитала Зориана за отсутствие гостеприимства — он не предложил Аланику ни еды, ни напитков. А вот чего он не ожидал — что хозяйка уговорит жреца присоединиться к обеду. Впрочем, потормошив Аланика, он выяснил, что воинствующий жрец был слишком занят проверкой их рассказа и со вчерашнего дня ничего не ел.

Имайя наслаждалась своим триумфом.

— Что ты там говорил? — усмехнулась она. Риторический вопрос. Они оба прекрасно помнили его слова. — Что это «бесполезные условности», и что его это «очевидно» не интересует? Похоже, тебе еще есть чему поучиться у старшего поколения, а?

Зориан не препятствовал ее торжеству — ведь она, в конце концов, оказалась права. Так или иначе, Аланик зашел еще раз на следующий день — хотя обедать не стал (Зориан предлагал; Имайе было не в чем его упрекнуть) а предложил вдвоем навестить Лукава.

— Вы уверены, что нам не стоит взять с собой и Зака? — спросил Зориан, когда они отошли от дома Имайи.

— Я хочу обсудить перевертышей и первозданного, — сказал Аланик. — Как я понял, Заку нечего добавить — все, что он знает, он слышал от тебя. Не вижу причин беспокоить его. Или, думаешь, он обидится, что его не позвали?

Зориан задумался. Если бы они шли заниматься чем-то активным — той же охотой на монстров — тогда конечно. А так — Зак уже устал от разговоров с Ксвимом и Алаником и каждый раз жаловался на скуку. Он, вероятно, не станет возражать, если Зориан справится без него.

— Наверное, нет, — он покачал головой. — Я просто потом перескажу ему, о чем мы говорили.

— Хорошо. Тогда поспешим к границам города, чтобы телепортироваться к Лукаву, — сказал Аланик.

— Не обязательно, — с удовлетворенной улыбкой возразил Зориан. — Давайте просто найдем безлюдную аллею, и я телепортирую нас прямо из города. Телепортационный маяк давно уже мне не мешает.

Если Аланик и был удивлен, он ничем это не показал. Наверное, после обрушившихся на жреца откровений это уже мелочи. Они отыскали укромное место, и вскоре были у деревни, где жил Лукав.

По пути они успели поговорить — воинствующий жрец изложил ему свои соображения за последние дни. В основном — касающиеся освобождения первозданного из его пространственной темницы.

— Так вы считаете, что эта петля была запущена, чтобы предотвратить его освобождение? — уточнил Зориан. — Что же, ваша логика понятна. С одной стороны, и петля, и освобождение первозданного явно завязаны на парад планет — и то, что они происходят почти в одно время — не совпадение. С другой стороны, петля по каким-то причинам была запущена на месяц раньше срока. И каждый цикл завершается в момент освобождения. Наконец, если первозданный освобождается досрочно — цикл немедленно перезапускается.

— На мой взгляд, вывод очевиден, — заметил Аланик.

— Увы, когда дело касается петли, ничто не очевидно, — вздохнул Зориан.

— Как скажешь, — отозвался Аланик. — Мы почти пришли. Если не возражаешь, начну разговор я.

Как выяснилось, Аланик уже говорил с Лукавом на эту тему. Он рассказал другу то, что слышал от Зориана — в частности, что некая группировка пытается принести в жертву детей перевертышей, чтобы выпустить в мир первозданного — и спросил совета, как отследить жертв до ритуала. Лукав задавал множество вопросов — в конце концов жрец устал и решил свести Лукава с самим Зорианом.

Не то, чтобы Зориан смог многое разъяснить — он и сам не все понимал. Эссенция первозданного была тайной и для него.

— Не понимаю, зачем они убивают этих детей, — пожаловался Лукав. — Если эссенция первозданного — ключ к его темнице, то зачем им так много? Они могли бы… ну, не знаю, накапать немного крови?

— Мост, не ключ, — поправил Зориан. Сам он не очень понимал разницу, но Судомир произнес это так, словно различие было важно. — Вероятно, для ритуала им нужно как можно больше эссенции, вот они и высушивают жертв. Извлечения части жизненных сил недостаточно.

— Даже не будь это необходимо, они все равно убили бы их, — сказал Аланик. — В таких ритуалах не оставляют свидетелей.

В итоге Аланик так и не получил того, что хотел. Он хотел найти способ отыскать похищенных детей до ритуала, а заодно точное местоположения якоря темницы (объяснение Зориана — «где-то в Провале» — его явно не устраивало). Увы, все, что мог посоветовать Лукав — обратиться за помощью к местной диаспоре перевертышей.

Аланик уже вышел из дома алхимика, а вот Зориан задержался. Он хотел обсудить с Лукавом свою идею ускорить обучение с помощью зелий трансформации — превращаться в магических существ с особыми способностями, а потом использовать полученный опыт для развития собственных. Его особенно интересовали существа с развитым восприятием маны — потому что развитие собственного восприятия удручало. Ксвим утверждал, что темпы его развития «приемлемы», но у Зориана не было времени на всего лишь «приемлемое».

У Лукава были для него хорошая и плохая новость. Да, этот способ работал. Известное в узких кругах подспорье, не получившее широкого распространения из-за крайне высокой стоимости зелий. Впрочем, для него и Зака деньги проблемой не были. Вот только этих зелий не было в свободной продаже. Чтобы получить их, требовались хорошие связи — и множество лицензий. Особенно если речь идет о нужных ему количествах.

К счастью, Лукав прекрасно умел делать эти зелья и был не против помочь им. От Зориана требовалось лишь добыть нужное существо в достаточно целом виде и внести «умеренную плату» — и алхимик изготовит зелье-другое. Остатки же, не пригодившиеся для зелья, отойдут Лукаву.

У Зориана было чувство, что его бесстыдно разводят, но, в конце концов — это всего лишь деньги. Хорошо хоть, Лукав согласен по его просьбе нарушить закон. Хотя желание научиться готовить эти зелья самому и не зависеть от Лукава никуда не делось.

Во всяком случае, над этим стоит поразмыслить. Он сделал мысленную пометку на будущее и направился дальше.

Следующие пара дней выдались на удивление спокойными. Аланик и Ксвим согласились учить их дальше, перестав донимать расспросами. Эти двое явно и дальше поддерживали контакт, обсуждая петлю и захватчиков, но больше не делились выводами — и, кажется, что-то замышляли. Зориана это слегка беспокоило, но не настолько, чтобы потерять покой. Их разум был достаточно открыт для эмпатии — и он не ощущал враждебных намерений, направленных на него или Зака.

Сам Зориан, утомленный переговорами с учителями, не занимался ничем существенным. Он вновь пробовал рисовать, чтобы занять время, возился с набросками заклинательных формул и учился у Зака новым заклинаниям.

Он все же уступил Тайвен и согласился на несколько раундов рукопашного боя. В других обстоятельствах он никогда бы не пошел на это, как бы ему ни было скучно, но теперь его навыки големостроения уперлись в неумение драться. Поговорив с Эдвином, его единомышленником в классе, он узнал, что тот, хоть и довольно неохотно, берет для этой цели уроки боевых искусств. Собственно, там он и познакомился с Наимом. И нет, другого способа решить проблему не было.

Само собой, Тайвен его размазала. Она была сильнее, тренированнее и опытнее. Впрочем, было не так плохо, как он опасался — она пыталась сдерживаться и дала ряд полезных советов о том, что он делал неправильно.

Хотя учитель из нее все равно хреновый. Зориан как-то не считал, что ученик должен уходить с занятия в синяках. Надо будет подыскать нормального инструктора. Может, Наим знает такого.

Еще одна пометка на будущее…

Был очередной спокойный день. Большинство обитателей дома Имайи, плюс Зак и Тайвен, собрались за игрой в карты, оккупировав кухонный стол. Кана и Кириэлле присоединились к другим участникам — они сами очень скверно играли, да и игроков не может быть слишком много. Разумеется, Кириэлле досталась Зориану — все-таки сестра. Она давала ужасные советы, а когда он им не следовал — громко возмущалась, подсказывая другим, какие карты у него на руках. Кана, в свою очередь, сидела на коленях у Имайи — Каэл отсутствовал, отправившись на деловую встречу с другими алхимиками, так что домовладелица взяла девочку под крыло. Малышка по большей части просто смотрела, но когда Имайя время от времени спрашивала у нее совета — добросовестно тыкала пальцем в одну из карт.

Имайя всегда следовала ее советам — и все равно играла лучше, чем Зориан с Кириэлле.

Может, стоит изредка подглядывать в чужие мысли? Да, жульничество, но ему мешает Кириэлле — а они играют без помех, это ведь его несколько оправдывает, не так ли?

Он оглядел оппонентов. Зак уверенно лидировал. У Зориана были смутные подозрения, но если напарник и жульничал, то решительно непонятно, как. За ним шла Имайя, несмотря на «помощь» Каны. Тайвен была на третьем месте, но все равно на целых три очка впереди него. Учитывая его карты и излучаемую соперниками уверенность, Зориан сомневался, что ход игры возможно переломить.

— Вот эту! — потребовала Кириэлле, указав на карту. Очередной неудачный совет.

Тем не менее, он послушался. Пусть увидит, к чему приводят ее решения.

Внезапно в дверь постучали. Видя, что все движется к его очередному проигрышу, Зориан вручил карты сестре и вызвался сходить проверить.

Это был Ксвим. Видимо, краткий отдых наконец подошел к концу.

— Приветствую, мистер Казински, — сказал куратор. — Я вас от чего-то оторвал?

— Вообще-то нет, — ответил Зориан. — Ну, немного. Но ничего важного, не волнуйтесь. Проходите, пожалуйста.

К его удивлению, Ксвим не перешел сразу к делу, а принял приглашение Имайи на чай и некоторое время поговорил со всеми. Его особенно заинтересовала Тайвен — куратор сумел распознать, что она тоже знает о временной петле.

Зориан чуть было не запаниковал — он уже не сомневался, что стоит на пороге очередного кризиса, и будет несколько дней разгребать последствия. Ведь он никогда не рассказывал ни Тайвен, ни Каэлу всей правды о временной петле. К счастью, куратора больше интересовали режим тренировок для Тайвен и помощь в алхимических исследованиях Каэла, чем обсуждение механики петли.

Наконец Зориану удалось остаться с куратором наедине и объяснить, что Тайвен и Каэл знают лишь часть правды, и он будет благодарен, если все так и останется. Ксвим, кажется, этого не одобрял, но обещал прислушаться к его пожеланию.

Куратор, в свою очередь, поинтересовался, почему Зориан никогда не говорил ему о Каэле и Тайвен — вынудив его признаться, что он совершенно забыл упомянуть о них. Да и ко «всей правде о петле» они, на его взгляд, не относились. Ксвим не стал спорить, но по-прежнему собирался расспросить его друзей об их впечатлениях.

В итоге Зориан, Зак и Ксвим заперлись в лаборатории Каэла для приватной беседы.

— Что, снова вопросы, да? — недовольно спросил Зак.

— Да. Но не те, о которых вы подумали, — ответил Ксвим. — Вообще-то я пришел поговорить с вами о планах на будущее.

— Ну, они еще не определились до конца, — признался Зориан. — Поймите, буквально в прошлом цикле мы узнали, что заперты в этом мире. И предшествующие события тоже были очень напряженными, так что в этом цикле мы собирались устроить себе небольшие каникулы. Я потихоньку уточняю общий план в голове, но он все еще весьма приблизителен.

Текущий план Зориана на будущее был предельно прост. Воспользоваться лазейками временной петли, чтобы скопить огромные суммы. Нанять кучу специалистов по всему городу — а может, и по всей стране и зарубежью — в качестве исследователей, детективов и учителей. Поднять связи аранеа в преступном мире — вдруг и там найдется что-то полезное. Договориться с племенами аранеа насчет секретов ментальной магии. Прошерстить архивы Гильдии и все магические библиотеки, включая библиотеку академии, на предмет сведений о запретной магии.

— Думаю, вам стоит больше пользоваться магией разума, — сказал Ксвим.

— Что? — нахмурился Зориан. Такого ему еще не советовали. — Что вы имеете в виду?

— Что вам следует охотиться на магов и похищать их секреты силой магии разума, — прямо сказал Ксвим. — Не только заклинания и методы тренировки, но и все, что может склонить их к сотрудничеству.

— Вы… вы уверены, что учитель может давать такие советы? — пораженно спросил Зак.

— У вас слишком мало времени — а вы должны повторить трюк Красного и найти способ вырваться в реальный мир, — пояснил Ксвим. — Сложность этой задачи даже на мой взгляд выглядит угнетающе. Вам следует использовать все доступные инструменты.

Куратор молча достал из внутреннего кармана толстую тетрадь и передал Зориану. Открыв ее, Зориан обнаружил полные листы имен, адресов и кратких примечаний.

— Эти люди могут помочь вам — улучшить навыки, навести на важные сведения или материальные компоненты. Однако далеко не все из них согласятся помочь вам, особенно в случае действительно нужных вещей. В этом случае… я рекомендую обратиться к более агрессивным, даже незаконным методам убеждения.

Чем дольше Ксвим говорил, тем тяжелее казалась тетрадь в руках Зориана. Всего лишь игры подсознания, но он ничего не мог с этим поделать.

— Вы не представляете, что советуете, — горько сказал он, борясь с желанием швырнуть тетрадь в Ксвима.

— Вероятно, нет, — согласился Ксвим. — Мне не случалось бывать в таких ситуациях, а если бы пришлось — не уверен, что я бы решился. Особенно в вашем возрасте.

— Вы советуете мне нападать на людей, не сделавших ничего плохого, лишь потому, что у них есть то, что я хочу, — сказал Зориан. — Такие поступки меняют человека. Даже делая это с гигантскими пауками, я чувствовал себя ужасно. И я точно не хочу привыкнуть к этому занятию.

— Тогда просто игнорируйте мои слова, — сказал Ксвим. — Я только советую, я не могу вас заставить. Если считаете, что справитесь и так, или что этот путь слишком дорого вам обойдется — тогда не делайте это. Все просто.

Повисло молчание; Ксвим и Зориан молча смотрели друг на друга, пальцы Зориана, сжимающие тетрадь, побелели от напряжения. Зак растерянно смотрел на них, словно ожидая, что они схватятся.

Наконец Ксвим прервал поединок взглядов, дотянувшись и прижав руку Зориана с тетрадью к его груди.

— Но в любом случае возьмите тетрадь, — сказал он. — Она вам обязательно пригодится.

На этом куратор попрощался с ними и удалился. Зориан вновь посмотрел на тетрадь и с силой грохнул ее на алхимический стол Каэла.

— Худшие в жизни каникулы, — горько сказал он.

Зак ничего не ответил.

Глава 59. Шаг вперед

Зориан вышел из дома вскоре после Ксвима. Не то, чтобы он куда-то собирался — просто хотелось проветриться, да и другого способа побыть одному он не видел. Остальные жильцы поняли, что между ним и Ксвимом произошло что-то неприятное, и донимали его расспросами. Понятно, что они хотели как лучше, но, боги, какие же они надоедливые…

Тем более, что он просто не мог ответить на их вопросы. Сперва пришлось бы объяснять истинную природу петли и множество других вещей, что он скрывал от них.

Может, он и не вправе сердиться на них. Учитывая, сколь много он от них скрывает, их любопытство вполне оправдано. Но сейчас он был не в том настроении, чтобы судить взвешенно и рационально. Лучше побыть одному, пока не остынет.

К счастью, Зак не пошел с ним. Надо будет потом поблагодарить его за понимание.

Некоторое время он бесцельно брел по улицам Сиории, разглядывая витрины и встречных прохожих. Потом ему это надоело, и он решил пройтись по памятным местам. Он заглянул в старое общежитие, где жил в ранних циклах — теперь в его комнате жил кто-то другой; побыл на крыше, глядя на город и подставляя лицо ветру. Потом спустился в подземелья, прошел безжизненными коридорами разоренного поселения аранеа. Наконец, он пришел к Провалу и некоторое время стоял, вглядываясь в бездну и отвлеченно гадая — темницу первозданного разместили здесь из-за Провала, или сам Провал образовался, когда здесь разместили темницу?

Отойдя от исполинского истока, он наткнулся на стайку мозговых крыс, прячущихся в тени здания. Он так давно не пытался противостоять захватчикам, а последнее время было столь насыщено событиями, что он и думать забыл об этих грызунах. Зориан не сомневался, что в магии разума он куда сильнее стаи, так что больше не опасался их. Хмм…

Следуя минутной прихоти, он мысленно потянулся к одной из крыс, чтобы переговорить с коллективным разумом стаи. Может, он угрозами или посулами сможет склонить их на свою сторону? Или хотя бы заставит их собирать сведения и для него — шпионы нередко работают сразу на несколько сторон…

Подключиться было просто. Даже слишком просто. Сама структура роевого разума не позволяла ему использовать ментальные щиты, как это делал сам Зориан. Взамен в схватках с враждебными менталистами стая полагалась на свою численность и совокупную психическую мощь.

А вот выйти на контакт оказалось даже сложнее, чем он ожидал. Стая воспринимала каждое его обращение, как атаку, била в ответ по сформированным связям, а когда это не срабатывало — отсекала крыс-передатчиков от общего коллектива.

В итоге, когда Зориан махнул рукой на попытку договориться и перешел к более агрессивным действиям, общий разум предпочел отступить и отрезал от себя всю группку крыс перед ним.

Слегка разочарованный Зориан зашагал дальше, даже не став убивать ошеломленных и перепуганных внезапным одиночеством крыс. Какой в этом смысл? А вот идея подчинить себе мозговых крыс запала в голову. Как заставить стаю прислушаться к себе? Продолжать беспокоить их, пока не захотят высказать свое недовольство? Сам Зориан на их месте не стал бы долго терпеть и послал бы урода куда подальше — вдруг и правда послушает?

Хотя, возможно, он зря приписывает совокупности грызунов человеческое мышление. Может быть, чтобы поговорить с их коллективным разумом, ему следовало поймать крысу и магией накрепко привязать ее к стае. Чтобы эту связь невозможно было обрезать.

Усевшись на скамейку и достав блокнот, он начал набрасывать заклинательную формулу, что намертво прикрепит мозговую крысу к остальной стае. Металлическая клетка с тремя пересекающимися оберегами… нет, стоп, это не сработает. Может, ему не усиливать имеющуюся связь, а просто создать свою? Если пометить небольшим маркером пять-шесть крыс, это создаст необходимый резонанс…

Потом он все же был вынужден прерваться — начинало темнеть. Пора возвращаться домой, все равно за один присест формулу не рассчитать, понадобится еще пара дней. К тому же он наконец успокоился — больше нет нужды держаться подальше от дома Имайи.

Забавно — разработка формулы для общения с мозговыми крысами как способ поднять настроение. И что он в ней нашел, в этой формуле? Поразмыслив, он пришел к простому выводу: у этой задачи было решение. Да, он не знал, какая из его идей лучше подойдет в этой ситуации — но все равно не сравнить с проблемами петли, к которым он даже не знал, как подступиться. Он понятия не имел, где искать пять Ключей, и даже если найдет — это не подскажет, как ему выйти из петли вместе с Заком. Он решительно не представлял, как выследить парня, которого не нашел даже его собственный Благородный Дом. И у него не то что не было нужных для решения этих задач навыков — он даже не знал, какие навыки ему вообще нужны.

И в свете этого — имеют ли хоть какой-то смысл предложенные Ксвимом методы? За время прогулки Зориан успел полистать тетрадку. Некоторые из выбранных Ксвимом людей были экспертами в прорицании и магии разума, что потенциально могло помочь в сборе информации. Но большинство работали с магией в целом.

По сути, его проблема — в недостатке информации. Будет ли ему проще, если он станет лучше как маг?

Вообще-то, вполне возможно. Велики ли шансы того, что найденные Ключи не придется добывать на пределе сил? Зная его везучесть — минимальны. Да и выход из фальшивого мира, каким бы он ни был, наверняка потребует куда большего магического искусства, чем его нынешний уровень.

И это не учитывая проблему Красного, с которым неизбежно придется столкнуться, когда (если) они сумеют выйти из петли.

Он вернулся домой уже затемно, но Имайя все еще не спала, дожидаясь его.

Право слово, он совершенно не понимает эту женщину.

— Вы ведь знаете, что ждать меня было совершенно не обязательно? — раздраженно спросил Зориан. — У меня есть ключ.

И даже забудь он ключи, ничего не стоило открыть замок магией. Он мог даже закрыть его обратно изнутри тем же способом.

— Я знаю, — кивнула она, не обращая внимания на его тон. — Но все равно хотела тебя дождаться. Тебе уже лучше?

— Да, — признал Зориан. По сути, он ничего не добился, но хотя бы успокоился.

— Куда ходил? Просто гулял по городу? — понимающе спросила Имайя.

— В основном, — пожал плечами Зориан. — Купил Кириэлле заколку, слазил на крышу здания, посетил кладбище, поглядел в пропасть и попытался поговорить с крысами.

— Ты купил сестре подарок? — заинтересовалась она. — По какому поводу?

Зориан странно посмотрел на Имайю. Из всего перечисленного она услышала именно это?

— Она была недорогой, и я подумал — почему нет? — он сел напротив домовладелицы. Спать не хотелось. Он не устал. — Так почему вы дожидались меня? Разве я не всего лишь постоялец?

— Даже не знаю. Слышала я об этих «постояльцах». Ужасные, говорят, создания, приходят домой пьяными посреди ночи, портят мебель и стены и никогда не платят вовремя, — в голосе Имайи искрились смешинки.

— Клевета, — сухо ответил Зориан.

— Если серьезно, то ты в чем-то прав, я слишком к вам привязалась, — она легонько вздохнула. — Наверное, виноваты Кана с Кириэлле. Заставляют задуматься о детях, которых я всегда хотела.

Несколько удивленный Зориан посмотрел на домовладелицу. Нет, в том, что она хочет детей, нет ничего удивительного, но за все те циклы, что он знает ее, она практически никогда не говорила о себе. Он чуть было не спросил ее, почему она тогда не замужем, но вспомнил предупреждение Ильзы не упоминать о мужьях и браке.

— И не надо так на меня смотреть, — сказала она. — Желать детей нормально, знаешь ли. Я понимаю, что в твоем возрасте об этом еще не задумываются, но со временем все придет.

— Я ничего не говорил, — покачал головой Зориан. — Хотя… заранее прошу прощения за дерзость, но если вы хотите детей — почему бы вам их не иметь? Да, некоторые будут осуждать вас как мать-одиночку, но…

Он не успел договорить — Имайя расхохоталась.

— Ох, это было забавно, — наконец сказала она. — Видимо, Ильза предупредила тебя не упоминать моего мужа, и ты сделал свои выводы? Нет, проблема не в том, что я одна. А в том, что я бесплодна.

Ох.

— Муж оставил меня, когда это выяснилось, — продолжила Имайя. — Он тоже хотел детей, а я не могла ему их дать. Ну вот — теперь и ты знаешь. Это не то, чтобы большой секрет, и я почти смирилась с этим, так что можешь не стесняться. Я куда крепче, чем думает Ильза.

Она на миг задумалась.

— Но и просто так тоже не напоминай, — добавила она. — Это грустная тема.

— Я понимаю, — кивнул Зориан. Зачем, спрашивается, ему лишний раз напоминать ей? — Только один вопрос. Ваше бесплодие… проблема в том, что лечение было вам не по карману, или болезнь неизлечима?

— Второе, я полагаю. Целители в обычных клиниках точно не знают, как ее излечить. Если решение и существует, то потребуется бюджет небольшой страны, чтобы отыскать и добыть его.

Зориан мысленно отложил это на будущее и перешел к другим темам. При всей ее трагичности, проблема Имайи — далеко не первая в списке его задач. Хотя и не повредит осмотреться в поисках средств чудесного исцеления — когда будет искать Ключи или еще что в том же духе. Да и Каэлу, несомненно, пригодятся сильнодействующие препараты — как и им самим.

Он проговорил с Имайей еще полчаса — в основном о Кириэлле, и чем она занималась, пока он отсутствовал. К его облегчению, сестра вела себя на удивление прилично — в этом цикле он бывал дома реже, чем в предыдущих, и всерьез опасался, что это скажется на ней. А так — она разве что разбила пару тарелок и не удосужилась сказать ему об этом. Тоже, конечно, ничего хорошего — узнай он об этом сразу, наверное, мог бы починить их магией. Сейчас же, когда осколки давно в мусорке, остается только заплатить за них Имайе.

Не то, чтобы это было накладно, но все равно. Завтра он выскажет мелкой паршивке все, что об этом думает.

С утра Зориан засел у себя в комнате, обложившись грудой книг. Часть из них были совершенно обычными, взятыми в библиотеке или купленными в магазинах. Другие были из сокровищницы аранеа — или украденными у культистов, сотрудничающих с ибасанцами.

Он искал что-то — хоть что-нибудь, что позволит ему быстро развиваться, не прибегая к предложенному Ксвимом методу.

Увы, безуспешно. Что и следовало ожидать — если бы был очевидный способ быстрого магического развития, он бы использовался повсеместно.

Так что он даже обрадовался, когда в комнату зашел Зак — на него можно было со спокойной совестью отвлечься. Кстати, Зак, что забавно, и сам пришел с книгой. Его нечасто можно было застать за чтением — тем более, такого здорового тома.

— Что-то интересное? — полюбопытствовал Зориан.

— На самом деле — нет, — откликнулся Зак. — Медицинский учебник. Каэл одолжил. Он уже несколько дней капает мне на мозги, что петля — идеальное время для медицинских исследований, и что я должен уделять им больше времени. Кажется, кое-кто сказал ему, что я хорош в целительстве.

Зориан проигнорировал обвиняющий взгляд. Он не обещал хранить это в секрете, да и сам Зак наверняка мог без труда отделаться от Каэла, если бы захотел.

Так что вместо ответа он сменил тему, переходя к сути:

— Что ты думаешь о предложении Ксвима?

Зак, скривившись, швырнул книгу поверх стопки.

— Оно мне не нравится, — сказал он. — Крайне не нравится. Это ведь то же самое, что Красный сделал со мной, так? Но это не значит, что ты не можешь этого делать. Я не одобряю метод, но я понимаю доводы Ксвима. Если сочтешь, что должен — я не буду тебя останавливать.

— Ты никогда не делал подобного, когда поначалу копил силы? — спросил Зориан.

— Именно такого — нет, — покачал головой Зак. — Я даже тогда недолюбливал магию разума. Но да, я присваивал библиотеки и сборники заклинаний, отбирая их у других магов. Правда, обычно они того заслуживали. Может, и тебе поступать так же? Атаковать только тех, кого совесть позволяет?

— Это я и так делаю, — возразил Зориан. — А если не слишком активно — то только из-за нехватки времени. Ксвим же утверждает, что этого совершенно недостаточно. Что нужно брать все, что нужно, у кого угодно, не прислушиваясь к совести.

Зак хмыкнул, о чем-то размышляя. Зориан терпеливо ждал ответа.

— А знаешь, из всех моих навыков лишь малая часть получена против воли прежних хозяев, — наконец сказал Зак. — Большинство я выучил, попросту заплатив, упросив или как следует надоев очередному эксперту. Само собой, едва ли у меня это вышло, не будь я последним из Новеда. До нашего падения Дом поддерживал молодых талантливых магов из приличных семей, и даже сейчас многие из них считают себя обязанными роду Новеда. Да и то, что я остался один, а мой опекун разворовал имущество Дома, лишив меня наследства, тоже частенько склоняло людей на мою сторону. Наконец, многие просто хотели прославиться, обучая последнего из Новеда, или рассчитывали, что я восстановлю Дом в прежних силах и не забуду их помощи. Деньги, слава и фамильное наследие здорово помогают убедить учителя. Может быть, мы сможем убедить и парней из твоего списка?

— Мысль интересная, — помолчав, признал Зориан. — Не знаю, насколько рабочая, но попробовать определенно стоит. Кстати, если подумать — отблески чужой славы найдутся и у меня, благодаря старшему брату. Надо будет попробовать разыграть эту карту. В прошлом не получилось, но тогда я ничуть не напоминал вундеркинда от магии вроде Дэймена. Сейчас же, с отточенными за время петли навыками, я вполне сойду за его младшую версию.

Зак удивленно посмотрел на него.

— Да-да, не напоминай, — кисло сказал Зориан. — Самому тошно полагаться на его имя, но отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Зак молча покачал головой.

— Как насчет черных залов? — наконец просил он. — Мы можем с их помощью получить дополнительное время?

— Кстати, да, — согласился Зориан. — Я проверил их и уверен, что мы сможем убедить операторов раз в месяц выделять нам зал.

— Всего раз в месяц? — нахмурился Зак.

— Черные залы потребляют очень много энергии, — пояснил Зориан. — Лаборатория под Сиорией запускает их дважды в месяц, но первый запуск производится в очень неудобное для нас время — в самом начале цикла. Мы никак не успеем получить доступ — разве что взять лабораторию штурмом. Но даже если у нас получится — это ничего не даст, потому что лабораторию наверняка закроют, и второй запуск будет отложен.

— Угх, — разочарованно буркнул Зак. — Но даже так, это ведь означает, что доступное время удваивается? Один запуск даст нам целый месяц за один день.

— В какой-то мере верно, — ответил Зориан. — Но это месяц без доступа к экспертам или материалам, кроме тех, что мы возьмем с собой. Несомненно полезно, и мы будем это максимально использовать, но все же далеко не так хорошо, как удвоенный цикл.

— Может, мы найдем где-нибудь другие доступные черные залы? — предположил Зак.

— Поискать стоит, — согласился Зориан. — В любом случае, в этом цикле зал под Сиорией недоступен — увы, день запуска уже прошел. Но со следующего цикла мы будем использовать его ежемесячно, чтобы получить максимум времени на тренировки.

— Угу, — кивнул Зак. — Только что-то подсказывает мне, что это будут убийственно скучные месяцы…

— Скорее всего, — не стал отрицать Зориан. Особенно для Зака, которому явно будет непросто высидеть несколько недель запертым в маленькой комнатке. — Опробуем в следующем цикле и скорректируем планы. Если этот вариант нам не подойдет — откажемся от него.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — фыркнул Зак. — Я не настолько нетерпелив и не откажусь от уникальной возможности просто потому, что это будет немного скучно.

Коротко обсудив, что взять с собой в камеру ускоренного времени (Зак настаивал на варианте «подружек», но отступил, когда Зориан принялся терпеливо перечислять недостатки этой идеи) оба замолчали. Зак рассеянно перебирал лежащие вокруг книги, иногда даже пролистывая некоторые из них.

— Что-нибудь еще? — спросил он. — В этой баррикаде из книг есть что-нибудь стоящее?

— Почти ничего, — признался Зориан. — Усиливающие ритуалы выглядят интересно, но это если мы найдем подходящий. К сожалению, в случае с ритуалами маги предпочитают хранить их в секрете. Чтобы правильно настроить ритуал, зачастую требуется угробить кучу «испытателей» — вот никто и не хочет признаваться, что владеет такими знаниями. Хотя вроде бы в верхушке Культа Дракона, что Внизу, есть хороший специалист — так что если выследим его — можем получить что-то интересное.

— Разве усиливающие ритуалы не отнимают часть твоего резерва навсегда — на поддержание эффекта? — спросил Зак. — Вряд ли тебе это подойдет. Не обижайся, но лишней маны у тебя практически нет.

— Потому я и подчеркнул, что нам нужен подходящий, — ответил Зориан. — К тому же, это не обязательно должен быть я. Ты и так неплох, но можешь стать еще лучше, а твой резерв вполне позволит одно-два улучшения.

Поразмыслив, Зак покачал головой.

— Что-то не тянет ставить над собой эксперименты, — заметил он. — Не то, чтобы я был однозначно против, но чтобы я согласился — это должно быть чертовски крутое улучшение.

— Это понятно, — пожал плечами Зориан. Ну да, опасения Зака оправданы: усиливающие результаты могут быть весьма опасны, а последствия некоторых могут проявляться и после рестарта цикла. — О! Давно хотел спросить, да все забывал. Можешь научить меня заклинанию симулакрума?

— Ээ, нет, — отозвался Зак. — Я как-то находил это заклинание, но не смог освоить. В свитке говорилось, что заклинатель должен «ощущать свою душу» — а тогда я не знал, о чем речь. Видимо, то самое, чему меня сейчас учит Аланик, но тогда я этого не знал, и в итоге забил.

— Хммм, — задумчиво протянул Зориан. — Ну, я ощущаю свою душу, с этим проблем нет. Но, подозреваю, этот свиток не так-то просто достать?

— Я даже не помню, где находил его, — Зак на мгновение задумался, потом покачал головой. — Извини, это было очень давно. Кажется, это было в святилище того лича в Тарамане, но вполне могло быть и в сокровищнице демонопоклонников Тетры или в том тайном хранилище под Марболкано — или в сотне других мест.

— Черт, — пробормотал Зориан. — Что же, постарайся вспомнить. Я не могу найти подробное описание заклятья, но в зависимости от его принципа, оно может здорово нам пригодиться.

— Постараюсь, — кивнул Зак. Но прежде, чем он успел что-то добавить, в комнату ворвалась Кириэлле и драматически объявила, что у них гости.

Вчера заходил Ксвим, сегодня пришел Аланик.

Обменявшись приветствиями, Зориан запустил жреца в комнату и вновь уселся посреди книг на кровати. Аланик полистал некоторые из них, хмурясь при виде сомнительных работ, украденных у культистов, но ничего не сказал.

— Вчера приходил Ксвим, — сообщил Зориан, видя, что жрец не торопится начинать беседу.

— Я знаю, — бесстрастно ответил Аланик. Зориан не ощущал от него никаких эмоций.

— Надеюсь, вы не станете убеждать меня последовать его совету, — предупредил Зориан.

— Упаси боги, — Аланик одарил его угрюмым взглядом. — Зачем мне это, если я с ним решительно не согласен?

— Не согласны? — удивился Зориан.

— Я жрец, — напомнил Аланик. — Как я могу одобрить нападения на невинных людей ради магической силы?

— Заранее прошу прощения, но в прошлых циклах вы не казались мне воплощением нравственности, — хмуро сказал Зориан.

— По отношению к врагам — возможно, — пожал плечами Аланик. — Но к союзникам и невинным подобные методы не должны применяться.

Повисло недолгое молчание, присутствующие переваривали услышанное. Но через пару секунд Аланик выдохнул и закрыл глаза, словно смирившись.

— И в этой связи, — начал он. — Должен сказать, что рассказанное тобой ужасает и угнетает. Без твоего вмешательства что я, что Лукав погибнем в начале месяца. Даже если вторжение в Сиорию не увенчается успехом, оно все равно унесет тысячи жизней — и большинство этих душ достанутся некромагическому устройству Судомира. Последствия вторжения могут запросто запустить новые войны раскола, и я даже не хочу думать, что может натворить этот твой Красный, если его не остановить.

— И что дальше? — нахмурился Зак. — Мы и так знаем, что ставки чертовски высоки.

— Я как раз перехожу к этому, — Аланик кисло посмотрел на Зака, тот закатил глаза. Вместо того, чтобы препираться с ним, жрец повернулся к Зориану. — Насколько я понял, чтобы покинуть этот фальшивый мир, вам необходимо собрать пять Ключей, так? И предполагается, что маркер на твоей душе может распознать их, но ты не знаешь, как именно.

— Все верно, — подтвердил Зориан.

— В таком случае, тебе следует лучше овладеть своей душой. Если повезет, ты сможешь полнее понять маркер и открыть эту столь необходимую способность.

— Но ведь я уже занимаюсь этим, — указал Зориан. — Вы и так учите меня полнее ощущать свою душу, разве нет?

— Я обучаю тебя самым безопасным из имеющихся методов, — ответил Аланик. — Как любого другого подростка, обратившегося ко мне за помощью против магии душ. Но это не самый быстрый способ. Далеко не самый. Есть и другой способ — смертельный при малейшей ошибке, и навсегда оставляющий на теле свой след. В обычных условиях я не предложил бы этот способ никому. Но сейчас мы не в обычных условиях, и если ты прав насчет временной петли, то и последствия ошибки будут минимальны — просто преждевременный обрыв твоего цикла.

На взгляд Зориана — отнюдь не минимальные последствия. Но все же стоит попробовать хотя бы раз, чтобы оценить полезность способа.

— Насколько этот метод быстрее? — спросил Зориан.

— Намного быстрее, — чертов жрец не собирался вдаваться в подробности. — К тому же, он позволяет достичь уровня, совершенно недоступного безопасным способом. Лишь с помощью крайних мер можно полностью овладеть восприятием своей души.

— Что же, — помолчав, сказал Зориан. — Тогда я определенно заинтересован.

— Ага, тогда выбора нет, — сказал Зак. — В таком случае мы, конечно, пройдем его.

Аланик странно посмотрел на Зака.

— Боюсь, пока это предложение только для Зориана, — жрец покачал головой. — На твоем текущем уровне у тебя нет никаких шансов пережить ритуал. Он требует определенного навыка в восприятии души.

— Что? — возмутился Зак. — Мне нельзя обучиться быстро? Нечестно! Я совсем не против рискнуть жизнью!

— Рискует тут Зориан, — поправил Аланик. — Ты же просто погибнешь безо всякого толка. Нельзя легкомысленно отказываться от жизни. Даже тебе.

После продолжительного (и очень громкого) спора Зак нехотя признал, что Аланик не допустит его до смертельной тренировки. Он может пройти с ними до места проведения ритуала, но потом вернется к их обычным урокам.

Зориан же, что странно, чувствовал не страх, но азарт. Сказать по правде, тренировки восприятия души — самые скучные из всех, какими ему приходилось заниматься, и он с готовностью ухватился за предложение Аланика. Он прекрасно понимал огорчение Зака, которому этого не предложили.

Оставалось лишь надеяться, что Аланик его не переоценил. А то Зак никогда ему не забудет, если он сдохнет на какой-то там тренировке.

Два дня спустя Аланик привел их в совершенно незнакомое — даже Зориану — место. Не в храм и не в любое из мест, куда Аланик водил его в прошлых циклах. Это была… гм, попросту яма в глуши — в данном случае — в безлюдной части леса — ведущая к темной, пыльной лестнице. На стенах прохода были нанесены подавляющие свет обереги, так что осветить путь — что огнем, что магией — было невозможно. Оставалось медленно спускаться по неровным ступеням, ориентируясь на чувство маны и проклиная того, кто все этого построил. Вероятно, это был Аланик — судя по тому, как уверенно он шел. Если он и не строил подземелье, то в любом случае был прекрасно знаком с ним.

Так или иначе, они наконец пришли — в просторный, идеально квадратный зал. Он не был затемнен магически, но Аланик запретил освещать его магией, ограничившись факелами — так что все равно было довольно темно.

— Это ритуальный зал, — сказал Аланик. — А ритуал, к которому мы готовимся, смертельно опасен при малейшей ошибке. Любая магия, не относящаяся к ритуалу, может повлиять на исход. Магический свет, по идее, безопасен, но лучше не рисковать.

— Все это выглядит чертовски зловеще, — проворчал Зак. — Не поручись за вас Зориан, я бы уже атаковал.

Аланик не ответил, отработанными движениями зажигая факелы. Тусклый свет заполнял помещение, открывая взглядам высеченную в полу сложную заклинательную формулу с множеством концентрических кругов.

— Может, вы наконец объясните, в чем заключается ритуал? — спросил Зориан, пытаясь расшифровать сложный узор. Внешний круг — просто барьер маны, отсекающий рабочую зону от воздействий внешней среды, достаточно распространенный подход. Внутренний же круг походил на некий якорь, не позволяющий находящемуся внутри…

— Суть упражнения — в том, что ты ненадолго умрешь, — повернулся к нему Аланик. Все факелы уже горели.

Зориан снова посмотрел на внутренний круг. Значит, вот это будет удерживать его душу, чтобы она просто не отлетела?

— Точнее говоря, — продолжил Аланик, — я извлеку из тебя душу, не погасив сознания. Освободившись от плоти, ты обретешь невиданную глубину понимания своей души и происходящих в ней процессов. Отчасти потому, что чувства тела более не будут отвлекать тебя, отчасти — потому что не скованную телом душу проще и нагляднее изучать.

— А я что тебе говорил? — громко прошептал Зак. — Он и правда собирается убить тебя. Я выиграл.

— Мы не спорили, — шепнул в ответ Зориан. — И ты прав только технически — как я понимаю, упражнение включает в себя мое возвращение к жизни.

— Если вы неспособны отнестись к ритуалу с должной серьезностью — я прекращаю! — сердито сказал Аланик.

Зак жестами показал, что заткнулся, Зориан же придал лицу суровое выражение.

Аланик, хмуро посмотрел на них пару секунд, затем продолжил.

— Чем дольше ты находишься вне тела, тем глубже ты познаешь свою душу и лучше отточишь навыки, — сказал он. — Но чем дольше ты находишься вне тела, тем тоньше становится пуповина, связывающая тебя с ним. Ты должен найти идеальный баланс, неосторожность или ошибочное суждение будут стоить тебе жизни.

Аланик на миг замолчал.

— Еще не поздно отказаться.

Серьезно? Словно он повернет назад, зайдя так далеко.

— Я хочу рискнуть, — качнул головой Зориан. — Что я должен делать?

— Сядь в центре формулы, — велел Аланик. — Перед началом ритуала нужно подготовиться. Я наложу на тебя несколько заклинаний. Одно свяжет твою душу с телом — но не притянет ее назад без твоего желания. Другое создаст нечто вроде магического мозга, что позволит тебе оставаться в сознании вне тела. Если одно из этих заклятий не сработает — ты умрешь…

Следующие пятнадцать минут Аланик разъяснял Зориану механику ритуала — и даже несколько раз задавал вопросы, чтобы удостовериться, что тот все усвоил. Несколько утомительно, но, наверное, столь опасные процедуры и должны вестись с максимальной предосторожностью. Наконец жрец счел, что парень готов к ритуалу, но подчеркнул, что благополучный исход не гарантирован. В таких делах ни в чем нельзя быть уверенным.

Занятно. Зориан не мог не заметить, что для проведения ритуала необходим владеющий духовным зрением мастер, что наложит заклятья магии душ на ученика. Эксперт по духовной защите тут не подойдет — это уже чистой воды некромантия. Еще один намек на то, что в шкафу у Аланика могут найтись скелеты…

— А, и еще одно, прежде, чем мы начнем, — сказал жрец. — Как ты, вероятно, знаешь, тела живых существ не предназначены для жизни без души. Твой выход из тела повлечет ужасные последствия. Ущерб, нанесенный буйством жизненных сил, коварен и очень тяжел в исцелении. Множество людей сгубили свое здоровье, оттачивая восприятие души этим способом. В твоем случае необратимого вреда не будет — петля вскоре вернет тебе здоровое тело. Но это не защитит тебя от немедленных последствий. Даже если все пройдет безупречно, ты очнешься разбитым, испытывая адские боли.

— Понятно, — коротко ответил Зориан.

— Просто предупреждаю, чтобы ты не запаниковал и не повредил себе еще сильнее, — продолжил Аланик. — Первое время после пробуждения лучше не говорить и не шевелиться. Просто терпеть боль и тошноту, пока твое тело не восстановит равновесие.

Зориан кивнул, уже предчувствуя мучения.

— Готов?

Нет.

— Да, — сказал он увереннее, чем чувствовал себя.

Не было никакого предупреждения. Аланик резким движением охватил его макушку и потянул.

Зориан лишь однажды испытывал такую боль — когда Кватач-Ичл пытался смешать его душу с душой Зака. Он хотел закричать — но обнаружил, что тело больше не слушается его.

Со всех сторон надвинулась темнота, тело онемело, звуки в зале постепенно угасли. Его сознание стало сжиматься все сильнее — пока не исчезло совсем.

Нет, что-то все-таки было. Перед ним вспыхнула его душа — так ярко и отчетливо, как он никогда раньше не ощущал. Он на миг запаниковал, пытаясь понять, что с ним произошло, инстинктивно пытаясь нащупать опору несуществующими конечностями — и не находя ничего. Но через миг он вспомнил произошедшее и слова Аланика — прежде всего он должен найти связь, ведущую к его телу. Ее никак нельзя упускать из виду, так что ее следует найти как можно скорее.

Он был один — настолько одинок, что это не описать словами. Он чувствовал свою душу, но кроме нее вокруг была лишь безмолвная пустота. Это вызывало панический страх, ему захотелось немедленно вернуться в тело.

Он сдержался. Постепенно успокоившись, он приступил к работе.

Он не знал, сколько времени он созерцал свою душу, отслеживая ее структуру и то, как она взаимодействует с маркером. Здесь было трудно оценить прошедшее время. Впрочем, неважно, даже если прошли считанные мгновения — даже просто прибыв сюда, он узнал так много… здесь все было настолько очевидно и понятно, и он уже видел…

Пуповина! Она истончается!

Преодолев приступ паники, Зориан активировал связь, и его душу втянуло обратно в тело.

Пройдя новую тренировку Аланика пару раз, Зориан мог сказать совершенно однозначно: оживать куда более мерзко, чем умирать. Когда Аланик выдергивал его душу, это было охрененно больно, но только на краткий миг. Муки от возвращения к жизни тянулись часами, утихая очень медленно.

Справедливости ради — это было эффективно. Очень эффективно. После четвертого захода Зориан наконец определил, какая часть маркера ответственна за обнаружение Ключей. Судя по всему, ее было так сложно отыскать, потому что функция была сильно ограничена расстоянием — увы, просто идти в сторону, куда указывает маркер, не выйдет. Но, хотя бы, они смогут засечь Ключ, если он будет неподалеку.

В Сиории Ключей не было. Он проверил на всякий случай — чтобы, как идиот, не прозевать цель у себя прямо под носом.

Помимо этого, он нашел функцию маркера, сообщающую, сколько осталось циклов. Они и так знали это от Стража, но зато теперь могли проверить остаток, когда захотят.

К другим новостям — Зак явно завидовал его новому восприятию души и, соответственно, контролю над маркером. Он изо всех сил трудился над стандартными упражнениями Аланика, собираясь пройти тот же путь, хоть Зориан и описал ему в красках, насколько поганые ощущения вызывает ритуал.

Зориан даже не стал упоминать, что Зак едва-едва начал, и будет готов к ритуалу не раньше, чем через несколько циклов.

В любом случае, приближался конец месяца, следовало подготовиться. Каэл вновь принес ему свои рабочие тетради, а сам Зориан обновил свои записи, как и результаты подбора режима тренировок Кириэлле и Тайвен.

В этот раз его коллекция вновь пополнилась — и Ксвим, и Аланик принесли свои записи на сохранение. Причем Ксвим принес далеко не одну тетрадь…

— Признаться, в этом вы меня обошли, — сказал куратор. — Мне бы и в голову не пришло хранить целые тетради в памяти. Надеюсь, вы не против оказать мне ту же услугу, что и своему другу?

— Конечно, — ответил Зориан. Избавившись от пакета матриарха, он высвободил место для множества тетрадей. Потом перевел взгляд на Аланика, стоявшего позади куратора. — Как насчет вас? Уверены, что хотите передать только эту тоненькую тетрадку?

— Там все, что мне нужно, — покачал головой Аланик. — В отличие от Ксвима и Каэла, я не собираюсь использовать петлю для исследований. Мне нужны лишь факты и имена, чтобы тратить меньше твоего времени в следующий раз, когда ты будешь рассказывать мне про петлю.

— Тогда, полагаю, эту тетрадь стоит отдать, лишь если мы решим рассказать вам, — заключил Зориан.

— Очевидно, — согласился жрец. — Но если хочешь продолжить особые тренировки — это единственный способ убедить меня.

— Это я уже понял, — ответил Зориан. — Что же, наверное, это все. Полагаю, это наш последний разговор перед рестартом цикла.

Ксвим и Аланик с сомнением переглянулись.

— Вообще-то есть кое-что еще, — сказал Аланик. — Я и Ксвим собираемся возглавить ударную группу и во время вторжения прорваться к Провалу, чтобы прервать так называемый «призыв».

— Эм, не буду вас останавливать, — растерянно сказал Зориан.

— Само собой, — Аланик красноречивым взглядом посоветовал ему не тупить. — Я хочу, чтобы ты пошел с нами. Если мы прорвемся к месту проведения ритуала, мы сможем опознать участвующих магов и допросить их в следующих циклах. Также есть хорошие шансы, что там будут и главы местного отделения Культа. Разве все это тебя не интересует?

— Еще как, — согласился Зориан. — И да, ваше предложение логично, я просто не сразу его понял. Наверное, я так много раз проигрывал захватчикам в бою, что подсознательно не верю в победу. Вы ведь понимаете, что если мы будем прорываться к месту ритуала, нам придется сразиться с Кватач-Ичлом?

— Понимаем, — сказал Ксвим. — Он стар и силен, но он всего лишь один маг.

— Ну, скорее один маг, командующий целой армией монстров и прихвостней, — заметил Зориан. — Ладно, я в деле.

— Хорошо, — сказал Аланик. — Как думаешь, Зак согласится?

— Вы шутите? Да он никогда не простит нам, если не позовем его на хорошую драку, — откликнулся Зориан. — Просто скажите, куда подойти — и мы придем.

Когда Аланик сказал, что они с Ксвимом возглавят ударную группу, Зориан ожидал увидеть десятка два магов и может быть вдвое больше стрелков. Вместо этого, придя на место сбора вместе с Заком, он обнаружил почти сотню человек — и все маги. Да, некоторые были с винтовками, но Аланик пояснил, что это предпочитающие огнестрел маги — простых солдат в группе не было.

Ксвим и Аланик явно восприняли его предупреждение насчет Кватач-Ичла всерьез. Хорошо.

Так или иначе, Аланик, возглавлявший отряд (Ксвим не рвался в командующие) решил не тратить силы, пробиваясь к Провалу. Вместо этого вся группа затаилась неподалеку от цели, ожидая начала вторжения.

— Цель операции — захватить глав вторжения с поличным, — пояснил жрец одному магу, спросившему, почему они не атаковали призывающих немедленно. — Нужно подождать, пока они начнут и наберут обороты, иначе они могут просто сбежать.

Видимо, Ксвим и Аланик известили защитников города — яростная схватка вокруг Провала завязалась с самого начала вторжения. Защитники пытались прорваться, захватчики же стягивали к Провалу все новые и новые силы.

— Подождем, пока защитники города немного измотают захватчиков, — заявил Аланик, бесстрастно глядя на резню.

Зориан тоже смотрел, выискивая в толпе Кватач-Ичла. Древний лич имел привычку часто телепортироваться в бою, так что отследить его было той еще задачкой.

— Каждый раз, когда он исчезает из виду, кажется, что сейчас он появится у меня спиной, — шепотом признался Зориан.

— Угу, я тебя понимаю, — так же шепотом ответил Зак. — Я сражался и побеждал других личей, но никогда не мог справиться с этим сукиным сыном. А он обожает устраивать херню, когда меньше всего этого ждешь.

Чтобы успокоить нервы, Зориан занялся тем же, что и в недавние дни — проверил функцию поиска Ключей. Никакого толка, конечно, но это напоминало ему, что он сильно продвинулся вперед. Успокаивало.

Вот только сейчас он что-то почувствовал. Захваченный восторгом, он сконцентрировался на маркере и…

— Твою мать, — прошипел Зориан, разом напрягшись.

— Что? — обеспокоенно спросил Зак.

— Я нашел Кватач-Ичла, — горько ответил Зориан, указывая влево. Лич просто стоял у одного из домов, наблюдая за сражением.

— О, — откликнулся Зак, найдя глазами врага. — Что он, черт возьми, делает вдалеке от общей свалки?

— Не знаю, — сказал Зориан. — И, если честно, мне все равно. Я нашел один из Ключей.

— О? — повеселел Зак.

— Помнишь корону, которую носит Кватач-Ичл? — спросил Зориан.

Зак тупо смотрел на него мгновение, потом скривился.

— Да ты издеваешься.

Увы, Зориан был серьезен. Согласно маркеру, Кватач-Ичл носил корону икосианских императоров, один из необходимых им пяти Ключей.

— Этот цикл становится все лучше и лучше, — вздохнул Зориан.

Глава 60. Нисхождение в бездну

Вот только думать о древнем личе и его короне было некогда. Стоило Зориану замолчать, как впереди в ряды ибасанцев, взметнув облака пыли, врезались три артиллерийских заклятья; на поле боя воцарился хаос. Судя по всему, удар был нанесен специально, чтобы отвлечь внимание от их группы — Аланик немедленно скомандовал выдвигаться к Провалу.

Группа рванулась вперед, как спущенная пружина, спеша воспользоваться неразберихой. Зориан с трудом держал заданный темп — большинство бойцов было тренированными взрослыми, он же был слабоват даже для подростка. Приходилось выкладываться на полную, чтобы не отстать — не прими он зелье выносливости перед боем, не продержался бы и нескольких секунд.

Зориан всегда знал, что физическая форма важна для боевого мага — хотя бы потому, что именно под этим предлогом академия два первых года гоняла их на физкультуру — но только в петле он осознал, насколько она важна. Дело даже не в способности держать удар или в козыре на случай рукопашной, хотя это, конечно, тоже важно. Дело в мобильности. Тренированный боец быстрее движется в бою, больше несет, меньше устает.

В подобные моменты Зориан остро чувствовал, насколько это значимо, и насколько его хлипкое тело ограничивает его. Пока что сойдет и зелье, но ему действительно надо что-то с этим делать. Что же, по крайней мере, не он один запустил физическую форму — Ксвим тоже принял то зелье, чтобы не отставать от группы. Это немного утешало.

На бегу Зориан заметил, что Кватач-Ичл опять пропал из вида. Быстрое обращение к маркеру подсказало — древний лич переместился довольно далеко от сражения, примерно туда, откуда прилетели заклинания.

Нда… союзным магам здорово не повезло. Похоже, больше артиллерийской поддержки не будет. С другой стороны, поскольку каждая секунда отсутствия Кватач-Ичла играет на руку их группе — возможно, это и к лучшему. Значат ли эти мысли, что он окончательно ожесточился? Вероятно. Но все равно, то ли из-за близящегося конца цикла, то ли потому, что он никогда не видел этих людей — но Зориан сохранял холодное, расчетливое мышление. Он молча поблагодарил этих магов за их жертву и выкинул их из головы.

Несмотря на отвлекающий удар, их приближающуюся группу быстро заметили и бросились на перехват. Захватчики все еще не восстановили координацию после обстрела, так что выделенная группа была куда меньше, чем могла быть — но все равно, на пути отряда встали около сотни магов, десятка два троллей, небольшая стая железноклювов и множество скелетов.

На взгляд Зориана — ничего сложного. Пусть вся группа Аланика не насчитывала и сотни человек, они были куда лучше оснащены и, вероятно, лучше подготовлены, чем средние маги захватчиков. К тому же, в группе были Зак и сам Зориан. Вопрос был не в том, сумеют ли они смести ибасанцев, а в том, успеют ли они это сделать до возвращения Кватач-Ичла.

Полетели заклятья. Вражеские маги атаковали первыми, обрушивая на группу Аланика шквал за шквалом магических снарядов. Огненные стрелы, электрические лучи и копья чистой силы фокусировались на нескольких частях группы, атакуя с отработанной синхронностью, пытаясь продавить индивидуальные щиты. В ответ ударная группа сбросила темп; авангард остановился, поднимая общие щиты и контратакуя, остальная половина рванулась вперед. Стоило им поменяться местами, как поменялись и роли — те, кто раньше защищались, побежали вперед, теперь остальные прикрывали их.

Хоть подобная тактика здорово замедляла продвижение, она была чертовски эффективна. Сближаясь с противником под непрерывным огнем, ударная группа не потеряла ни одного бойца. Шквал вражеской магии развеивался, разбивался о щиты, отклонялся вырванными из мостовой парящими каменными глыбами. В то же время отряд не забывал и об атаке, боевые чары то хлестали по всему строю захватчиков, то концентрировались, нащупав слабо прикрытый участок. С каждым обменом залпами ибасанцы теряли людей — кого-то убивало на месте, кто-то корчился, умирая.

И вражеские маги запаниковали. Бросив в атаку троллей, скелетов и железноклювов, они прекратили передвижения, исступленно сжигая свои резервы, чтобы достичь максимальной плотности огня. Этот отчаянный натиск поначалу принес результаты — ударная группа потеряла троих, но быстро перестроилась, прекратив продвижение и встав оборонительной формацией.

Вот теперь Аланик, Ксвим и Зак взялись за дело по-настоящему. Аланик за несколько секунд сотворил гигантскую птицу из слепящего оранжевого пламени и направил ее навстречу железноклювам. Истребив стаю — просто пролетев сквозь нее — огненная птица устремилась к группе отчаянно колдующих ибасанских магов. Кто-то из них сумел сбить ее развеивающей волной, но вместо того, чтобы исчезнуть, птица взорвалась, поглотив всю группу — и часть соседних — в ревущем раскаленном инферно.

Сам же Аланик уже не следил за своей птицей. Отпустив ее на волю, он занялся приближающимися боевыми троллями и скелетами. Указав в их сторону посохом, он выпустил очередь из пяти крохотных — но ярких, словно маленькие звезды, невероятно быстрых оранжевых искр. В мгновение ока они достигли троллей и детонировали в чудовищное море огня, куда мощнее, чем заурядные фаерболы.

Большинство троллей обратились в пепел, но пять из них оказались теми самыми, сверхстойкими троллями, с которыми уже приходилось встречаться Зориану. Мощнейшие защитные чары укрывали их от огня и любого другого ущерба. Эти пятеро пережили удар Аланика, но были обожжены и растеряны, так что жрец переключился на приближающиеся полчища скелетов.

Огонь остальной группы уже потрепал орду нежити, но в строю все еще было несколько сотен костяных воинов — тех, что лучше других держали магический удар. Видимо, в их кости были впечатаны мощные обереги, защищающие от обычных заклятий. Казалось, что не меньше четверти от общего числа скелетов все же прорвутся к их группе, что действительно опасно — но когда вал нежити был уже совсем близок, Аланик сделал резкий жест свободной рукой.

Не было никаких спецэффектов — просто зловещий огонь, горящий в пустых глазницах нежити, тотчас погас. Полчища скелетов молча повалились наземь, как марионетки с обрезанными нитями.

Ксвим тем временем противостоял вражеским магам. Стоило захватчикам сконцентрировать на ком-то огонь — как по его жесту на пути чар возникали прозрачные фиолетовые облачка, развеивающие добрую половину враждебной магии. Иногда, когда ибасанцы прибегали к действительно мощным заклинаниям, куратор пускал стремительные молочно-белые шарики эктоплазмы, безошибочно перехватывающие и подрывающие вражеские удары на полпути. А в те редкие мгновения, когда группе не требовалась защита, Ксвим обстреливал вражеские щиты яркими голубыми искрами — и сколь бы мощными ни казались защитные чары, они мгновенно рассеивались.

Зак, на удивление, не стал, как остальные, сыпать атакующими заклинаниями. Вместо этого он выдирал из мостовой здоровенные куски и швырял их в захватчиков, как живая катапульта. Грубо, но неожиданно эффективно — в отличие от чар, булыжники и гравий не развеять, да и защититься от массивных снарядов было непросто. Ибасанцам оставалось лишь пытаться увернуться — что зачастую подставляло их под другие, не менее смертоносные удары. Те же пятеро троллей, что пережили огненные звезды Аланика, не успели среагировать и были сокрушены многотонным каменным градом.

Зориан даже задумался на миг, почему, при всей эффективности, другие не повторяют за Заком — но сообразил, что большинству просто не хватит меткости. В отличие от боевых чар, булыжники не имели самонаведения. Вероятно, Заку потребовались буквально десятилетия практики, чтобы достичь такой устрашающей точности.

Сам же Зориан пока не собирался вступать в магическую перестрелку, прекрасно сознавая, что растратить свой скромный резерв в самом начале будет не самым умным поступком. Пока что он просто шарил по рядам ибасанцев мысленным щупом, выискивая уязвимые цели. Большинство вражеских магов имели ту или иную ментальную защиту, но вот качество ее сильно различалось. Мысленные щиты некоторых были откровенно хлипки; были и такие, кто вообще не прикрыл свой разум. Зориан безжалостно карал подобную неосмотрительность, вонзая мысленные когти в беззащитные мозги и заставляя своих марионеток атаковать других ибасанцев. Едва ли он мог бы нанести хотя бы часть этого ущерба, пользуйся он классической боевой магией.

Одновременно он напрягал свое мысленное чутье, высматривая засады и Кватач-Ичла. Именно это позволило ему засечь тройку вражеских магов, обходящих группу, чтобы ударить с тыла. Их заклятье невидимости было весьма неплохо — но вот среагировать вовремя они не успели, и расщепляющий луч Зориана перерезал всех троих пополам.

Внезапно он ощутил чужие мысли прямо под собой — и они стремительно приближались. Это ощущение уже было ему знакомо…

— Каменный червь! — крикнул он, подсвечивая безвредным лучом света примерную точку выхода твари.

Эльдемарские маги молча кинулись в рассыпную, окружая маркер готовым к атаке фронтом. Неким образом почувствовав их движение, червь изменил курс, но и Зориан тут же переместил светящуюся метку. Слишком упрямый, чтобы отступить, монстр вырвался из земли, обдав их фонтанами гравия. Не прошло и пяти секунд, как непрерывный шквал заклятий иссек его на кусочки.

А потом это случилось. То, чего боялся и бдительно ожидал Зориан — Кватач-Ичл вернулся. Он возник из телепорта позади ударной группы, рассчитывая застать их врасплох — и это сработало бы, если б Зориан, немного знакомый с привычками древнего лича, не держался в хвосте группы.

Размазываясь в движении, бессмертный указал костяным пальцем туда, где было больше всего эльдемарских магов. Зориан даже не стал кричать — союзники все равно не успели бы среагировать — вместо этого он выхватил из кармана иссиня-черный металлический кубик и швырнул в лича.

Лохматый красный луч расщепляющей энергии вырвался из костяного пальца, стремясь рассечь ни о чем не подозревающих жертв. Металлический кубик Зориана летел куда медленнее, и никак не успел бы, прежде, чем луч сделает свое кровавое дело — но этого и не требовалось. Красный луч неожиданно изогнулся и впился в летящий кубик, безвредно впитываясь в черный металл. Луч погас, а кубик все так же летел — пока Кватач-Ичл небрежным жестом не откинул его в сторону телекинезом.

Но это дало Зориану время вскинуть руку и вызвать громкий хлопок, привлекая всеобщее внимание к арьергарду.

— Здесь лич! — крикнул он.

Но вместо того, чтобы продолжить атаку, Кватач-Ичл вновь телепортировался. В этот раз он возник справа от группы — и вновь ударил расщепляющим лучом. Зориан был слишком далеко, чтобы кинуть новый кубик; здесь был Зак, но он не успел толком среагировать, прикрыв только себя. Остальные тоже пытались — но успели не все. Резанувший по самому центру формации красный луч пробил просеку, убив или ранив по меньшей мере полтора десятка бойцов.

Не дожидаясь ответного удара, Кватач-Ичл вновь сместился, на этот раз слева от группы. Вот только здесь был Ксвим, и он, в отличие от Зака, успел. Увитый разрядами красный луч ударил в темно-зеленый магический щит, прикрывающий куратора. Кватач-Ичл повел рукой, но луч словно приклеился к щиту Ксвима, изгибаясь и вибрируя, но отказываясь отцепиться.

Бессмертный погасил луч, но прежде, чем он успел сделать что-то еще, Ксвим толкнул руку вперед, и его темно-зеленый щит врезался в лича, словно таран. Кватач-Ичл отступил на шаг; в остальном он не понес никакого урона. Зато этой краткой паузы хватило, чтобы ударная группа дала залп.

Древний лич внезапно ускорился, размазываясь в движении, создавая десятки щитов. Он блокировал, уклонялся, разворачивал чары назад в заклинателя. Затем пнул мостовую, метнув в эльдемарцев гигантскую глыбу — дружный телекинетический удар множества магов отбросил ее в сторону, но и лич уже телепортировался, вырвавшись из-под обстрела.

В этой короткой стычке погибло не менее четверых — некоторые пали от отраженных заклятий, некоторых убило летящим с глыбой щебнем.

Словно замыкая круг, Кватач-Ичл возник перед группой. Но здесь его ждал не только Аланик — и Ксвим, и Зак телепортировались на передний край. Зориан остался в тылу — в прямом магическом столкновении с личем от него было мало толку. Но это не значило, что он бездействовал…

Стоило личу появиться, Аланик метнул какую-то золотистую сферу — на что мертвец среагировал… почти испуганно. Кватач-Ичл немедленно воздвиг между собой и сферой сложно выглядящую трехслойную защиту — и не ошибся, золотой шар пробил два первых слоя и увяз лишь в последнем. В тот же миг лича с двух сторон атаковали Ксвим и Зак — Зак шестью черными летящими лезвиями, Ксвим — каким-то многослойным белым шаром.

Лич вновь ускорился. Зориан уже понял, что эти скачкообразные ускорения означают применение мощных темпоральных чар. Но, так или иначе, невероятная скорость позволила личу увернуться от лезвий и развеять сферу.

Точнее, попытаться развеять. Развеивающая волна ободрала с шара верхнюю оболочку, но большая часть продолжала лететь.

Лич вновь попытался телепортироваться — но было поздно. Зориан закончил наспех вычерченную на земле магическую формулу и влил большую часть резерва в оберег, заякоривая его на получившуюся фигуру. Все вокруг накрыло мощное анти-телепортационное поле, заклятье лича рассеялось, не успев сработать.

Многослойный шар попал Кватач-Ичлу прямо в грудь. Взвизгнув, словно пила, он пробурил доспехи и взорвался внутри грудной клетки. Весь скелет древнего лича вспыхнул искрящим белым светом и замер без движения. В этот момент черные лезвия Зака, не попавшие в цель с первого раза, повернулись и вонзились в лича, легко рассекая практически неуязвимый черный металл костей. В мгновение ока лич лишился обеих рук, клинки вгрызались все глубже… Аланик снова повел рукой…

Внезапно во все стороны от Кватач-Ичла ударила темно-красная волна силы. Она с легкостью расшвыряла Зака, Ксвима и Аланика — и устремилась дальше, раскидывая остальных бойцов ударной группы. Физический компонент атаки был блокирован, не дойдя до Зориана, но, похоже, волна несла аспект магии душ, просто проходящий сквозь щиты. Надежно укрытая душа Зориана выдержала давление — но множество магов вокруг были ошеломлены, а то и вовсе лишились чувств под этим духовным ударом.

Стоило волне прокатиться, как Аланик снова был на ногах — похоже, жрец выдержал удар без каких-либо последствий. А вот Ксвиму и Заку повезло меньше — оба были живы и в сознании, но все еще на земле, явно не в состоянии сражаться. Заку, похоже, было совсем худо — парень катался по земле от боли.

— Дерьмо, — прошипел Зориан. И, потормошив ближайшего мага, из тех, что перенесли волну лучше других, указал на вычерченную формулу. — Проследите за этим, чтобы лич не смог телепортироваться, хорошо?

И, не дожидаясь ответа, побежал к Заку, надеясь, что не опоздает. Если Кватач-Ичл ударит беспомощного Зака чем-то действительно серьезным из магии душ — будет катастрофа. Проклятье, не стоило ему соглашаться на эту авантюру…

К счастью, лич не атаковал — он левитировал к себе отсеченные руки. Те просто коснулись плеч и сами приросли на место. Да вы издеваетесь. Аланик почти немедленно начал отчаянную атаку, посылая золотистые сферы одну за другой, заставляя тварь уклоняться и поднимать щиты — но было очевидно, что он лишь выигрывает время, и вряд ли сможет долго поддерживать такой темп.

Зориан наконец добежал до Зака и стал оттаскивать его в сторону. Им повезло — даже побывав в эпицентре удара, физически Зак почти не пострадал.

— Сука, как же больно, — пожаловался Зак. — Ненавижу магию душ.

Ну, если он может ныть, значит, все не так скверно. Хороший знак.

Ксвим, быстрее оправившись после атаки, неуверенно поднимался на ноги. Увы, Аланик уже выдыхался, и лич решил добить двух подраненных врагов, пока те не восстановили силы. Тварь вновь резко ускорилась и метнула две темно-красных сферы — одну в Зака, одну в Ксвима.

Зориан, зная, что щиты не помогут, немедленно кинул навстречу заряду еще один поглощающий кубик. Это сработало — шар темного света вильнул и впитался в кубик, одной проблемой меньше. Но вот прикрыть Ксвима он не успевал никак. Бедный куратор, ему ни за что…

Ксвим почти что пренебрежительно отмахнулся левой рукой — отбив заряд, как детский мячик. Вопреки всем ожиданиям, коснувшись руки, шар не взорвался, а послушно отскочил в сторону, подорвав часть мостовой.

Ух…

Может, Зориану и показалось, но вроде бы даже Кватач-Ичл был впечатлен.

Затянувшийся миг прошел — вокруг кипела битва. Аланик и Ксвим вновь вовсю обменивались заклятьями с древним личем, Зориан же тащил Зака к относительной безопасности своего строя. Ударная группа уже оправлялась от сокрушительной волны и тоже включалась в магическую дуэль — Ксвиму и Аланику стало чуть полегче. Увы, большинство эльдемарских магов были куда уязвимее куратора и воинствующего жреца, контратаки лича отнимали жизни. Меньше чем за минуту отряд потерял более двух десятков человек — но это не поколебало решимость уцелевших.

Видимо, Кватач-Ичл наконец решил, что с него хватит, и попытался избавиться от анти-телепортационного поля Зориана. Он исторг мощную развеивающую волну… и ничего не добился. Используй Зориан просто оберег — его, вероятно, развеяло бы немедленно, но он не пожалел времени и создал надежный якорь.

Вот только Кватач-Ичл тоже это понял — видимо, развеивающая волна подсказала ему параметры оберега. В краткий миг между ударами лич внезапно присел — и прыгнул, воспарив, словно на него не действовала гравитация. Перемахнув большую часть ударной группы, бессмертный приземлился прямо у якоря оберега. Маг, которого Зориан попросил охранять формулу, не отступил — как и дюжина других, оказавшихся рядом, но небрежный жест древнего лича раскидал их, как котят.

И в тот же миг Кватач-Ичл вновь ускорился и метнулся вперед, ударив рукой в центр грубо начерченной формулы. Во все стороны брызнула земля, якорь исчез, и, не успел Зориан даже глазом моргнуть — следом исчез и лич. Телепортировался.

Быстрое обращение к маркеру указало, что лич покинул радиус обнаружения.

На отдых, перегруппировку и подсчет убитых ушло несколько минут; затем группа вновь устремилась к Провалу. Из почти сотни боевых магов выжило лишь сорок два, и пятеро из них были слишком тяжело ранены, чтобы продолжать.

На взгляд Зориана — они еще легко отделались.

Чем ближе они пробивались к Провалу, тем ожесточеннее было сопротивление, тем многочисленнее и сильнее враги. Несмотря на это, за время броска группа потеряла совсем немного бойцов — такие бои были эльдемарским магам не в новинку. К тому же, не только они пробивались к Провалу — были и другие, более крупные отряды, атакующие с других направлений. Захватчики не могли выставить против их сравнительно небольшой группы серьезные силы.

Кватач-Ичл дал им длительную передышку. Насколько Зориан понял из перемещений лича и обрывков мыслей в головах вражеских магов, бой с их группой недопустимо долго отвлекал лича от других, не менее важных участков, что привело частичному прорыву обороны захватчиков вокруг Провала. Так что тварь была слишком занята, ликвидируя другие очаги напряженности и восстанавливая позиции ибасанцев.

Впрочем, совсем он о них не забыл, время от времени появляясь и пробуя их на зуб. Один раз он возник высоко в воздухе над группой и попытался разбомбить ее сверху. В другой раз — телепортировал прямо к ним пару грозовых ящеров. А один раз — появился в изрядном удалении и сотворил целый рой злобных магических существ, тут же атаковавших их. Все эти попытки не приносили особого успеха — в значительной мере потому, что Зориан отслеживал его через корону и всегда знал, когда лич появлялся. Так или иначе, Кватач-Ичл не задерживался, немедленно отступая каждый раз, когда попытка проваливалась.

Зориану особенно понравились грозовые ящеры — поскольку Кватач-Ичл не прихватил с собой их погонщиков, никто не мешал Зориану подчинить обоих монстров. Так что вместо удара по группе, ящерицы, следуя воле Зориана, радостно истребляли любые серьезные отряды ибасанцев на пути отряда. Под его контролем монстры были настолько эффективны, что Кватач-Ичл прибыл специально, чтобы уничтожить их.

Жаль, он не задержался — Зориан не успел поблагодарить его за подарок.

Увы, ничто не длится вечно. Когда они опасно приблизились к цели, Кватач-Ичл счел, что с них достаточно. Он вновь появился перед группой, и в этот раз не один, а с еще пятнадцатью ибасанскими магами. Стало очевидно, что это не очередной пробный удар — древний лич был готов ко второму раунду.

И первое, что он сделал, появившись — это указал костяным пальцем на Зориана, выпуская ему в грудь сияющее зеленое копье.

Почему? А хрен его знает. Может, лич заметил, что парень как-то отслеживает его перемещения. А может, его впечатлило, как Зориан блокировал телепортацию и управлял ящерами. Но в любом случае, Кватач-Ичл желал его смерти.

Зориан даже не стал пробовать кидать кубики — Кватач-Ичл уже был слишком хорошо с ними знаком и однозначно учел их, творя заклинание. И, то, как сияющее копье с легкостью пронзало возведенные эльдемарскими магами многослойные щиты, тоже говорило само за себя. Вместо этого Зориан обратился к маркеру, готовясь перезапустить цикл — он не знал, несет ли заклятье лича аспект магии душ, но лучше перестраховаться.

Но прежде, чем он коснулся переключателя, вмешался Ксвим. Куратор выбросил вперед руки — одну в сторону летящего копья, другую в сторону группы лича — создавая два небольших искажения в пространстве. И сияющий заряд, прошивший множество щитов, ничуть не растеряв сил, влетел в рябящий воздух — и просто исчез…

…чтобы тут же вылететь из другого пространственного возмущения, попав в одного из магов, сопровождавших Кватач-Ичла — чей поспешно созданный щит не спас его от удара.

Да это же миниатюрные врата, сообразил Зориан. С помощью пары врат куратор развернул атаку Кватач-Ичла против самих ибасанцев. Зориан на миг задумался, почему Ксвим не направил копье в самого лича — потом сообразил, что так куда лучше. Да, ударить лича его собственным заклятьем было бы приятно, но это вряд ли сразило бы древнюю тварь, а теперь — у них стало на одного врага меньше.

Завязалось яростное сражение. Маги, которых привел с собой Кватач-Ичл, видимо, были элитой захватчиков — куда могущественнее среднего ибасанского мага. К счастью, несмотря на все понесенные потери, ударная группа все еще имела более чем двукратный численный перевес — и эльдемарские боевые маги не очень-то и уступали элите ибасанцев.

Вот только оказалось, что Кватач-Ичл действительно намерен прикончить Зориана. Не то, чтобы он полностью сконцентрировался на нем, но и лич, и его свита били по нему при каждой возможности. Вскоре стало настолько скверно, что Ксвиму пришлось бросить все и только защищать его.

Вокруг царил хаос. Целые ливни сияющих звездочек проносились в воздухе, сталкиваясь со щитами и чужими заклятьями. Устрашающий черный луч, словно впитывающий в себя весь свет, резанул по группе, заставив Зориана последовать примеру лича и телепортироваться. Три ярко-красных луча проскользили сквозь строй, прижимаясь к земле, пытаясь поднырнуть под щиты. Гигантский тигр из синего пламени задрал пару эльдемарцев, затем метнулся к Ксвиму и Зориану — чтобы встретиться с едва видимым защитным экраном куратора. Тигр спокойно прошел сквозь щит — но, видимо, лишился чего-то критически важного, поскольку тут же рассеялся. Один из вражеских магов разбил о землю глиняный горшок — выпустив с дюжину призраков, от которых тут же избавился Аланик. Около дюжины отвратительных измененных чем-то гигантских крыс попытались напасть на отряд со спины под мощными чарами невидимости — но были истреблены Зорианом, чье мысленное чутье видело их, как на ладони. На подмогу личу прибыла еще одна группа ибасанских магов — но Зак преобразовал землю у них под ногами в гигантские челюсти и убил их всех разом, захлопнув чудовищную пасть.

— Так не пойдет, — высказался Зак, отступая к Зориану и Ксвиму. — Слишком медленно. Мы просто не успеем.

— Более чем уверен, что этого-то они и добиваются, — ответил Зориан. — Им не обязательно нас убивать — достаточно задержать до конца ритуала.

— Знаешь, в этой битве от вас с Ксвимом все равно никакого толка, разве что вражеский огонь притягивать, — сказал Зак. К ним по дуге устремился розовый заряд в виде цветка, но Зак вырвал из мостовой очередной кусок камня и бросил наперерез. Булыжник не только рассеял обманчиво-забавные чары (едва ли им было бы смешно, попади эта штука в цель), но и полетел дальше, к магам захватчиков, вынуждая их защищаться. — И подозреваю, что Аланик и его парни вполне справятся без меня.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Зориан, сканируя поле боя в поисках угроз всеми доступными естественными и сверхъестественными чувствами.

— Что будет достаточно, если места ритуала достигнем только мы. Пусть Аланик отвлекает Кватач-Ичла — мы отправимся без него.

Ну да, звучало логично. Вряд ли Аланик возразил бы против такого решения.

— Ладно, но как мы туда доберемся? — спросил Зориан.

— Предоставь это мне, — Зак хрустнул костяшками. — Ксвим, подойдите поближе, чтобы минимизировать объем. Так заклятье будет сильнее.

— Что вы задумали? — полюбопытствовал Ксвим.

Но Зак не ответил. Стоило куратору шагнуть к ним, как парень выпалил длинное, сложное заклинание, и вокруг них возникла полупрозрачная белая сфера. Через миг она рванулась в небо, как пушечное ядро.

Набрав впечатляющую высоту и оказавшись вне зоны действия большинства заклинаний, сфера с тремя пассажирами резко сменила курс и на бешеной скорости устремилась к Провалу. Кватач-Ичл и его маги пытались сбить ее, но сфера петляла, как колибри над цветами, виляя, меняя скорость и вектор движения с невероятной прытью. Те немногие заклятья, что все же задели ее, лишь вызвали крошечные волны на стенках, словно камешки, упавшие в воду.

Несмотря на умопомрачительные маневры сферы, Зак, Зориан и Ксвим парили в ее центре без малейшего дискомфорта. Зориан не сомневался, что одна только инерция должна была уже сотню раз убить их, но они не ощущали перегрузок. Ну, то есть желудок просился наружу при виде маневров Зака, но это было чисто психологическое, а не вина заклинания.

Они на огромной скорости достигли Провала и, не раздумывая, нырнули в него.

Осталось лишь найти место проведения ритуала.

Провал был огромен. Зориан знал, что ритуал должен проводиться где-то здесь, а Аланик не сомневался, что он должен проводиться под землей. Но даже с этими подсказками нужно было проверить множество мест. Зориан ожидал, что им придется убить уйму времени, разыскивая цель с помощью прорицания.

На самом же деле найти культистов оказалось до смешного легко. Стоило им немного заглубиться в пропасть, как они увидели парящую в центре гигантского колодца каменную платформу.

— Похоже, это оно, — озвучил общую мысль Ксвим.

Стоило им увидеть платформу — как люди на платформе увидели их. Сфера снова заплясала в воздухе, уворачиваясь от атак, не прекращая снижение. Зориан мысленно приготовился к посадке, но у Зака была идея получше. Сфера, едва не врезавшись в платформу, сменила курс, пытаясь смести с нее защитников.

Зазвучали панические крики — многие не успели среагировать и свалились с края в черную бездну Провала.

Сфера проехалась по всей платформе, сбрасывая, калеча и давя ибасанцев на полной скорости. Наконец она остановилась и пропала, оставив Зака, Ксвима и Зориана рядом с центром платформы.

— Заклятье меня здорово измотало, — Зака заметно шатнуло. — Прикройте, пока я приду в себя, хорошо?

Времени отвечать не было — застигнутые врасплох неожиданной и непривычной атакой, ибасанские защитники опомнились и бросились на Ксвима с Зорианом.

Зориан огляделся, сплетая атакующие чары. В центре платформы высился большой каменный куб, густо покрытый магическими формулами. Его окружала кольцевая структура большой формулы, высеченной на самой платформе. В воздухе над кубом парила большая темно-красная сфера, ее поверхность слегка колыхалась в магических потоках. Кровь, сообразил Зориан. Рядом с кубом стоял один из магов, вероятно, лидер ритуала — и еще шестеро по границе кольцевой формулы. Все семеро синхронно чертили руками фигуры в воздухе и читали инкантации, не обращая внимания на поднявшийся переполох.

И хоть Зориан и хотел бы прервать ритуал, атаковав эту семерку, это было невозможно. Центр платформы был защищен мощным силовым куполом — они знали это, потому что Зак уже пытался проехаться по этим затейникам своей летающей сферой, но был отброшен невидимой защитой. Зориан попытался пройти — вдруг щит блокирует только магию — но купол был тверд, как камень.

И Зориан не мог не заметить, во что была одета семерка ритуалистов. Все они носили алые мантии, а их лица под капюшонами скрывала наведенная темнота. Какая… знакомая одежка. В точности такая же, как та, что носил Красный. Ну, то есть на мантии лидера было еще золотое шитье в виде стилизованного дракона, а вот на шестерых других — в точности такие же.

Помимо проводимого в центре ритуала, на платформе было еще две интересных детали.

Во-первых, прямоугольная каменная плита, напоминающая алтарь. На ее гладкой поверхности были высечены несколько канавок, ведущих к каменным же чашам по бокам. Сама плита была идеально чиста — но вот пол вокруг был густо заляпан красным.

Рядом с плитой были сваленные в кучу мертвые дети. Их было четверо — обнаженных, бледных, без единой кровинки, со вскрытыми ребрами.

Во-вторых, неподалеку были семь клеток — четыре были открыты и пусты, в трех были еще живые дети. Они уже были раздеты, нося только толстые коричневые ошейники. Кожа вокруг ошейников была красна, местами стерта до крови — видимо, дети отчаянно пытались сорвать их. Зориан предположил, что ошейники не позволяют им трансформироваться.

Из трех детей там было два мальчика и девочка. Зориан не знал мальчишек, но вот девочка оказалась знакома. Ночка, маленькая перевертыш-кошка, подружка Кириэлле в некоторых циклах. Когда Зак, Ксвим и Зориан прибыли на платформу, дети были безвольно поникшими, но сейчас, увидев шанс на спасение, они громко звали на помощь и дергали прутья решеток.

Это было нелегко — но Зориан проигнорировал их. Прямо сейчас им ничего не грозило, ибасанцы были связаны боем с ним и куратором — или заняты ритуалом. Он просто нырнул в память мальчиков, запоминая их имена и адреса, а также обстоятельства похищения.

Постепенно на платформе оставалось все меньше ибасанских магов. Этот процесс особенно ускорился, когда Зак перевел дух и включился в бой. Но даже так — все трое сражались уже долгое время и были порядком измотаны — а врагам было некуда отступать, и они бились с мужеством отчаяния.

Один из вражеских магов без предупреждения выбросил обе руки в сторону Зориана, выпустив яркий заряд силы. Зориан закрылся, но какая-то часть атаки прошла сквозь щиты и врезалась в него, сбивая с ног. Он едва не упал с платформы, в последний момент успев приклеить руки к камню неструктурированной магией — и повиснув над черной бездной.

Он втянул себя назад на платформу — только чтобы увидеть летящий прямо в него ядовито-желтый луч — и времени уклоняться или творить щиты не было.

Но прежде, чем луч попал в него, на пути заклинания встал Ксвим. Видимо, куратор полностью исчерпал резервы маны — и вместо того, чтобы блокировать или отразить луч, мог только принять его на себя.

Луч ударил Ксвима прямо в грудь, не нанеся никакого видимого ущерба. Однако куратор тотчас рухнул на пол, словно все кости в его теле утратили жесткость.

Резким движением Зориан взорвал череп ибасанца лучом концентрированной силы и подбежал к Ксвиму. Увы, все было, как он и боялся — куратор казался невредимым, но был уже мертв.

Зориан не стал задерживаться. Смысла оплакивать куратора не было — с началом нового цикла он будет в порядке. И лучшее, что Зориан мог сделать, чтобы почтить его жертву — это убедиться, что вся эта рискованная авантюра не была напрасной.

К тому моменту на платформе почти не осталось вражеских магов, а тех, что еще были, методично добивал Зак. Поразмыслив, Зориан счел, что напарник справится и сам, и направился к центру платформы.

Семеро магов прилежно продолжали ритуал, словно ничто за пределами магического круга их не интересовало. Зориан не знал, то ли они настолько уверены в своем защитном барьере, то ли они просто не могли остановиться под страхом чего-то более страшного — и ему было все равно. И раз он не мог добраться до них физически, он потянулся мысленно.

Защитный купол, при всей своей мощи, никак не препятствовал психическим способностям Зориана. Это была хорошая новость. Плохая же заключалась в том, что все семеро магов защитили свой разум невероятно надежно. Зориан никогда еще не встречал ментальных защит такой мощи и изощренности у не-психиков. Их разум был обернут в многослойные защиты, окружен обманками, отвлекающими от настоящих мыслей, и даже снабжен активной защитой, атакующей в случае вторжения.

И это были шесть «внешних» магов. Лидер был под действием Пустого Разума — абсолютно недосягаем для Зориана.

Не смущаясь сложностями, Зориан выбрал одного из шести и начал ломать его защиты.

Маг дернулся, но ничего не сказал, продолжая читать мантру и двигаться в ритме с остальными. Значит, все-таки не смел прекратить. Зориан проигнорировал обманку и начал последовательно разбирать ментальные щиты.

Через несколько секунд, когда Зориан начал сдирать щиты, вражеский маг задергался. Он попытался выделить часть сил и сдержать Зориана, но не был психиком и без структурированной магии мог только поддерживать щиты. Наконец он оставил ритуал и по новой сотворил несколько заклятий мысленной защиты.

К сожалению для него, было уже поздно. Может быть, если бы он бросил ритуал в самом начале, он мог бы несколько замедлить вторжение Зориана — но сейчас психик уже завладел инициативой и слишком хорошо ознакомился с дефектами его защит.

Тем временем остальные красные маги тоже забеспокоились. Судя по всему, для проведения ритуала им требовалось именно шесть магов на внешнем кольце — и отлучка одного грозила все испортить. Кровавя сфера над кубом опасно изгибалась и бурлила, лидер читал свою мантру все громче и громче, пытаясь удержать ее под контролем.

Зориан не обращал внимания на их трудности, сфокусировавшись на своей жертве. Наконец последний барьер пал, и он ворвался в разум мага.

— Проклятье, убирайся из моей головы! — взвизгнул маг, хватаясь за голову.

Зориан, разумеется, не стал его слушать. Он грубо перерывал память культиста, сметая сопротивление, разыскивая имена, цели, пароли, места встреч, адреса…

— Нет! — внезапно закричал лидер ритуалистов. — Нет, нет, НЕТ! Не может быть! Мы были так близки!

Кровавая сфера кипела и бурлила, на поверхности на миг проглядывали глаза и разинутые рты — а потом все успокоилось.

Одно бесконечное мгновенье сфера крови неподвижно висела над камнем — ничто не нарушало ее идеальной формы.

А потом все вспыхнуло ярко-алым — и мир Зориана погрузился во тьму.

Глава 61. Осиные гнезда

Зориан проснулся в Сирине, разбуженный привычной утренней выходкой Кириэлле. Кажется, обошлось. Когда в прошлом цикле все залило красным светом, он всерьез опасался длительных последствий. В конце концов, речь шла о первозданном — а эти твари могли воздействовать на души, вспомнить хотя бы, какую роль сыграла эссенция первозданного в создании перевертышей.

Выставив Кириэлле из комнаты, он сел и произвел быструю проверку разума и души в поисках возможного ущерба — и успокоился лишь когда диагностические чары не нашли ничего.

Интересно, что значил тот красный свет. Понятно, что культисты утратили контроль над ритуалом, и он сорвался, убив всех присутствующих… но каким образом, и как далеко распространились разрушения? Вполне возможно, что срыв ритуала почти так же опасен для города, как и его успешное завершение.

Впрочем, неважно — нужно найти способ предотвратить его еще до начала.

К тому же, если он предотвратит ритуал — Ночка и другие дети-перевертыши не умрут страшной смертью. Последние часы Зориан держался на адреналине, да и вражеские маги, пытающиеся тебя убить, тоже здорово отвлекают… в общем, тогда он сумел отстраниться от кошмарного зрелища. Но сейчас его не отвлекало ничего — а память у Зориана была очень хороша, особенно теперь, после тренировок у аранеа.

Проклятье. Это будет преследовать его месяцы напролет. Особенно что касается Ночки. Не то, чтобы страдания других детей оставили его равнодушным, но все же они были незнакомцами. За время вторжений Зориан бессчетное число раз видел, как с незнакомцами происходят ужасные вещи, и в какой-то мере свыкся с этим. Но Ночка… ее он знал. Знал еще до петли, до того, как она сдружилась с его сестрой — хоть тогда она и была всего лишь «девочкой, чей велосипед он достал из ручья». И он не мог просто отмахнуться от этих воспоминаний и заняться чем-то другим.

К счастью, ничего придумывать не пришлось — как и в прошлом цикле, Зак явился к нему домой и отвлек его разговором. Вскоре парни уже сидели в купе отправляющегося в сторону Сиории поезда.

— Мм, в этот раз без Кириэлле? — задумчиво хмыкнул Зак. — Полагаю, в этом цикле отдыха уже не будет?

— Уже? — усмехнулся Зориан. — О да, в прошлом цикле мы замечательно отдохнули.

— Если начистоту, то в этом по большей части виноват ты сам, — ответил Зак. — Если действительно хотел расслабиться, нечего было так активно лезть в серьезные дела. Вообще, лично я считаю, что настоящий отдых возможен лишь вне Сиории. Если хочешь, мы все еще можем сделать это. Я знаю роскошный пляж на юге континента, в Тетре…

— Не думаю, что это хорошая мысль, — отмахнулся Зориан. — Пойми меня правильно, мне действительно нужна передышка, но… я просто не смогу расслабиться, думая обо всем этом. Давай потратим пару циклов на расследования в свете новой информации, а потом можно будет отдохнуть.

— О? — оживился Зак, подавшись вперед. — Ты нашел в памяти того мага что-то интересное?

— Множество всего, — довольно кивнул Зориан. Прорыв к Провалу был чертовски рискован, даже для путешественников во времени; но и награда превзошла самые смелые ожидания. Видимо, даже во временной петле работало старое правило про риск и шампанское. — Хочешь все в подробностях, или только основные моменты?

— Давай пока основные, — ответил Зак. — Детали можно обсудить позже.

— Ладно, — кивнул Зориан. Как он и думал. — Прежде всего, видел, во что были одеты маги под куполом?

— Красные мантии, — кивнул Зак. — Похожие на ту, что носит третий путешественник.

— Не просто похожие на мантию Красного, они полностью идентичны, — уточнил Зориан. — Никаких сомнений. И это любопытно, поскольку в магазине такую мантию не купишь. Их изготавливают только для членов внутреннего круга Тайного Ордена Звездного Дракона. Лишь они вправе их носить.

— Красный мог просто украсть ее, — заметил Зак. — Хотя, признаться, у меня нет никаких идей, зачем ему стараться и добывать именно такую.

— По идее, эти мантии — шедевр магической инженерии, — сказал Зориан. — Изготовленные из редчайших материалов — включая нити скарлетита и багряный морской шелк — и оплетенные мощнейшими защитными и ограждающими чарами. Если маг, которого я читал, прав, и они действительно настолько хороши — то ничего удивительного, что Красный захотел себе такую мантию. Я и сам теперь хочу. Надо будет выкрасть одну в этом цикле и попробовать разобрать.

— Что уж там, если они так хороши, то мы украдем все, — добавил Зак. — Если они из багряного морского шелка, то стоят бешеные деньги, даже из-за одних только материалов. Правда, теперь мы не знаем, действительно ли Красный — культист, или носил их мантию из чисто практических соображений.

— Думаю, есть значительная вероятность, что он культист, — сказал Зориан. — Когда охотился на нас, он появлялся в самом начале цикла, и уже был в этой мантии. Что означает — она у него в свободном доступе. Особенно когда он пытался убить тебя прямо в спальне — очень похоже, что тогда он отправился немедленно, без долгих приготовлений, и уже был в красном.

— А это аргумент, — нахмурился Зак. — Что же, в таком случае найти его будет несложно. Сколько, кстати, человек в этом их внутреннем круге?

— Пятнадцать, — ответил Зориан.

— И, прочитав того мага, ты узнал их всех? — удивился Зак.

— Нет, не всех, — Зориан покачал головой. — До конца цикла я успел узнать личности только пятерых. Но, зная сколько их всего, выйти на остальных будет нетрудно. Тем более, что я знаю, кто возглавляет Культ.

— Черт, я начинаю реально завидовать твоей ментальной магии, — сказал Зак. — Я, как ни пытался, не мог раскопать на культ ничего стоящего. Какой там глава, я даже на старших членов так и не вышел. Даже сыворотка правды не помогала.

— Вероятно, потому, что все члены внутреннего круга, как и остальные значимые лица Культа, приняли гейс не разглашать имен других членов, — заметил Зориан. — А для ментальной магии это не преграда.

— Да, давай, хвастайся, — пробурчал Зак. — Ну, так чего ты ждешь? Ты собираешься сказать мне, кто главный псих, или нет?

— Ватима Тинк, глава местного отделения Гильдии Магов, — сказал Зориан.

Повисло молчание — Зак переварил услышанное.

— Ох, дерьмо, — наконец сказал он. — Тогда неудивительно, что захватчики целый месяц беспрепятственно хозяйничали под городом. Он же спокойно может запретить или саботировать любые неудобные ему расследования в Сиории.

Зориан молча кивнул. Хоть Эльдемар и имел несколько отдельных институтов правоохранения и национальной безопасности, Гильдия Магов была первой из них. Если предаст она — все остальные ничего не смогут сделать.

— Доверили лисе курятник сторожить, — буркнул Зак. — Наверное, не стоит удивляться, было же очевидно, что предательство было на самом верху… но такого я все равно не ожидал. Что, черт возьми, он рассчитывал получить, чего у него и так не было?

— О, а вот это отличный вопрос, спасибо, что напомнил, — откликнулся Зориан. — Видишь ли, я выяснил, зачем ритуал внутреннему кругу культа — и это сильно отличается от того, что думают рядовые культисты и ибасанцы.

— Они не собираются выпустить первозданного посреди города во славу их злобного бога-дракона? — полюбопытствовал Зак.

— Нет, — покачал головой Зориан. — Так считают лишь рядовые служители культа. Внутренний же круг знает, что хоть ритуал и предполагает призыв первозданного, тварь не должна вырваться на волю. Они собираются подчинить его и держать как живое супероружие — или джинна, исполняющего желания. Считается, что заключенный здесь первозданный — Панаксет, Что Из Текущей Плоти, и внутренний круг рассчитывает, что он может даровать им вечную молодость и… несколько улучшить тела.

— Улучшить? — переспросил Зак, подняв бровь. — Это когда ты становишься быстрее и сильнее, но весь покрываешься глазами и щупальцами?

— Ну, тот маг, которого я читал, ожидает, что ему вернут здоровье и омолодят до двадцати одного, — пояснил Зориан. — И увеличат член.

Зак фыркнул.

— Панаксет — не перевертыш в современном смысле, а скорее скульптор плоти, — продолжил Зориан. — Теоретически, он действительно может исцелять, омолаживать и видоизменять живые существа. Вопрос в другом — смогут ли они им управлять.

— И как, смогут? — спросил Зак. — В смысле, управлять.

— Понятия не имею, — признался Зориан. — Но лично я сомневаюсь. Они собираются сдержать его заклятьем, заякоренным на его эссенцию, и подчинить его разум. Даже сами культисты сознают, что заклятье не сможет долго сдерживать вечно меняющуюся суть Панаксета. То есть на попытку подчинить первозданного у них будет не больше пятнадцати минут.

— И ты сомневаешься, что они успеют, — предположил Зак.

— Я не думаю, что они сумеют, даже будь у них все время мира, — сказал Зориан. — Посуди сам. Когда я вторгся в разум того мага, я столкнулся с невероятно мощной и изощренной ментальной защитой. Лучше, чем все, что я встречал у людей. И все же я прорвался сквозь нее за считанные минуты. Тогда я думал, что эта защита компенсирует уязвимость основного купола к мысленным атакам. Но это лишь бонус — на самом деле ментальная защита нужна, чтобы пережить ответный мысленный удар первозданного.

— А, понятно, — сказал Зак. — Ты считаешь, что раз сумел так быстро прорвать защиту, то это сможет и первозданный.

— Угу, — согласился Зориан. — Конечно, может быть и так, что я переоцениваю Панаксета, и он не справится с культистами. Но первозданные — древние существа, что были угрозой даже для богов, а сила Панаксета — в манипуляции живой плотью, включая и нервную систему. Так что он, как минимум, должен иметь мощнейшую ментальную защиту. Могу поспорить, что он даже не заметит мысленной атаки — если атаковать будет не мастер-телепат.

Они проговорили еще с полчаса, обсуждая секреты, добытые Зорианом в прошлом цикле. Наконец, разговор начал стихать.

— Хех, — задумчиво сказал Зак. — А я-то думал, что Кватач-Ичл не последовал за нами, потому что был слишком занят Алаником.

— В какой-то мере, так и есть, — ответил Зориан. — Если бы Кватач-Ичл отправился за нами, его бойцов бы неминуемо истребили… а я подозреваю, что ибасанские маги ему куда дороже культистов Сиории. Так что Аланик и его бойцы действительно сдержали лича. Впрочем, если бы Кватач-Ичл счел, что без него ритуал будет сорван, он бы наверняка вмешался. К счастью для нас, у него не лучшие отношения с верхушкой культа — и они не сказали ему, что во время ритуала будут практически беззащитны. Он понятия не имел, что семеро сильнейших магов на платформе не смогут участвовать в бою.

— Они опасались, что Кватач-Ичл воспользуется их слабостью, — предположил Зак.

— Именно, — кивнул Зориан. — Тем более, что они не были уверены, известна ли ему истинная цель ритуала. По идее, он не должен был знать, но старого, могущественного архимага не так-то просто одурачить. И если он знал о их планах подчинить первозданного — то вполне мог вмешаться и сорвать их, как только тварь выберется из темницы.

Следующую минуту оба молчали — Зориану было нечего добавить, Зак о чем-то размышлял.

— Знаешь, я тут подумал, — Зак оглядел купе. — Почему мы все еще в поезде? Ты не взял с собой Кириэлле, и мы уже далеко от Сирина. Почему бы просто не телепортироваться в Сиорию?

— Ну да, — согласился Зориан. — Я просто счел, что купе ничуть не хуже любого другого места. Хотя, если не возражаешь, перед Сиорией надо бы заглянуть еще кое-куда.

— Без проблем, — пожал плечами Зак. — Куда идем?

— Эльдемар.

— Столица? — уточнил Зак. Зориан кивнул. — Зачем?

— Проверить, нет ли там других Ключей, — ответил Зориан. — Если подумать, Ключи — реликвии первого икосианского императора, так что вполне возможно, что некоторые из них хранятся в королевской сокровищнице. Сам посуди, корона Эльдемара изо всех сил позиционирует себя как наследника Икосианской Империи. Даже если у них нет самих Ключей, в их архивах определенно стоит порыться — они могут знать, где искать. Почему бы не начать наш поиск Ключей с них — по меньшей мере, найдем подсказку.

— Ты… собираешься вломиться в королевскую сокровищницу? — спросил Зак. Потом качнул головой, тихонько хохотнул. — Хотя да, хорошая мысль. Надо будет еще проверить сокровищницы Суламнона и еще парочки крупных отколовшихся стран — не только Эльдемар собирает имперские реликвии, знаешь ли.

— Я знаю, но Эльдемар ближе всех, и, полагаю, там должны знать о схожих инициативах других стран — и степени их успешности, — заметил Зориан.

— И остается лишь одна проблема — вломиться в королевскую сокровищницу не так-то просто, — серьезно сказал Зак. — Сегодня утром, безо всякой подготовки, нам это точно не провернуть. И даже со всеми нашими талантами, я сомневаюсь, что мы сможем сделать это незаметно. Ты не поверишь, как расстраиваются монархи, когда в их сокровищницу влезают воры. Это как пнуть осиное гнездо — они не отстанут от нас весь месяц, и их нельзя недооценивать. Возможно, стоит отложить экскурсию на конец месяца.

— Ладно, — сказал Зориан. Он и сам не думал, что будет просто. — Но я все равно хочу посмотреть на их защиту, чтобы знать, с чем нам предстоит иметь дело. Я так понимаю, ты уже влезал в сокровищницу — может, расскажешь о своих впечатлениях, пока идем?

— В саму сокровищницу я так и не попал, — ответил Зак. — Хотя, признаться, не особо пытался. Просто смеха ради, посмотреть, смогу или нет. Ну… это оказалось куда сложнее, чем я думал. С ибасанцами, готовящими вторжение у всех на виду, можно подумать, что королевские силы бесполезны — но это не так. Они хранят свои сокровища очень, очень надежно. Еще бы они ценили верных граждан так же высоко, как имущество…

Последнюю фразу Зак пробурчал себе под нос, но Зориан услышал.

— Я знаю, что это может привлечь к нам враждебное внимание, — отозвался Зориан. — Потому-то я в этот раз и не взял с собой Кириэлле. Одна из главных причин, по которой я в прошлом цикле не беспокоил Дом Боранова — потому что их ответ может ударить по всем, кто окружает нас. Я понимаю, что по большому счету не страшно, если Кириэлле, Имайя или остальные пострадают из-за наших действий — ведь с рестартом цикла все вернется назад — но я просто не могу так.

— Не парься, — отмахнулся Зак. — На самом деле, так даже лучше. Я опасался, что ты будешь подталкивать меня к разным жутким вещам во имя практичности, но ты вроде ничего.

Довольно забавно — Зак не относит предложение ограбить королевскую сокровищницу к «жутким вещам». Впрочем, неудивительно, учитывая, что корона ничего не делала, пока опекун Зака разворовывал Дом Новеда.

— В любом случае, в этом цикле мы наживем целую кучу могущественных врагов, — сказал Зориан. — Королевская семья, Дом Боранова и многие другие. Я собираюсь открыть охоту на внутренний круг Культа, а они, подозреваю, тоже все весьма влиятельные люди.

— То есть будем ворошить одно осиное гнездо за другим? — риторически спросил Зак. — Неплохо. Я делал так пару циклов. Было весело.

Зориан молча посмотрел на Зака. Иногда он действительно завидовал старшему путешественнику, у которого были целые десятилетия на эксперименты и забавы.

В итоге их визит в столицу прошел без происшествий, по большей части — благодаря Заку, вовремя предупреждавшему Зориана, что очередная идея не сработает, или что они могут вызвать тревогу во дворце. Будь Зориан один — обязательно бы попался на одну из бесчисленных уловок. Защитные чары дворца были столь всеобъемлющи, что засекали даже, если кто-то смотрел на здание слишком долго. Зориан понятия не имел, как это работает, но решил поверить Заку на слово. Хотелось думать, что тот не шутил.

Впечатлившись защитой дворца, Зориан решил не рисковать и ограничиться простым наблюдением, используя пойманных голубей для удаленного обзора. Обереги дворца могли засечь животных-шпионов, но едва ли они тянулись высоко в небо — а у голубей отличное зрение.

Насколько мог судить сам Зориан, его шпионов не заметили. Впрочем, даже если и засекли — Зак и Зориан покинули город еще до начала, и Зориан управлял голубями через цепочку телепатических реле.

На следующий день они отправились к Ксвиму и Аланику — убедить учителей, что временная петля реальна, а им нужна помощь. Тут Зак и Зориан несколько не сошлись во мнениях — Зориан считал, что убеждать надо постепенно, а Зак предлагал просто вывалить на них всю имеющуюся информацию, и посмотреть, что получится. В итоге решили действовать методом Зака — если сработает — в будущем они сэкономят много времени; если же нет — потеряют один цикл, ничего страшного.

Ожидаемо, ни Ксвим, ни Аланик не были в восторге от их рассказа, но оба приняли свои записи из прошлого цикла и согласились по крайней мере обдумать эту теорию. Сказать по правде, это было больше, чем рассчитывал Зориан.

Вейерс по-прежнему отсутствовал. Зак подтвердил, что так было и в самом начале цикла — он пытался найти парня до того, как направился к Зориану; того не было нигде в Сиории. Так что на третий день нового цикла Зак и Зориан решили заняться парнем всерьез.

В частности — вломиться в особняк Боранова и допросить Андорила Боранова — опекуна Вейерса, чьи родители погибли во время Плача.

Тонко сработать не удалось — пусть и переживающий не лучшие времена, Дом Боранова по-прежнему был старым Благородным Домом, и их особняк имел первоклассную защитную схему. Ни Зак, ни Зориан не были в настроении постепенно изучать ее в течение нескольких месяцев, чтобы отключить обереги незаметно. Они решили просто вломиться силой, убедиться, что Вейерса не держат где-то внутри под мощными скрывающими чарами, захватить Андорила и телепортироваться в заранее подготовленное место, где можно неспеша его расспросить.

Они начали посреди ночи — когда большинство горожан спит, да и власти реагируют не так быстро — Зориан сотворил несколько заклятий прорицания, анализирующих обереги, разыскивая основу защитной схемы особняка. Конечно, прикосновение чужака к защитным чарам тут же было обнаружено — но чтобы люди внутри заметили, осознали и среагировали, требовалось время — а Зориан уже выяснил все, что хотел.

— Вон там, — Зориан указал в сторону якоря.

— Понял, — Зак быстро выполнил длинную цепочку жестов. — Я пробью нам дорогу.

В стену особняка пришелся сокрушительный удар артиллерийского заклятья, проложив новый проход в самую глубь здания. Они вбежали внутрь и, обезвредив ошеломленных защитников, устремились к якорю защитных чар.

Легкость, с которой они вломились в резиденцию Дома, поразила Зориана. Никто не мог противостоять им — застигнутые врасплох неожиданной и яростной атакой, большинство жителей особняка в панике пытались скрыться, даже не помышляя о сопротивлении. Менее чем за минуту Зак и Зориан достигли комнаты оберегов. Дверь была из толстой, алхимически усиленной стали, и едва ли поддалась бы их спешному натиску… но, к сожалению для Дома Боранова, стены были куда более хрупкими, и Зак бесцеремонно выбил дверь вместе с коробкой. После этого разбить золотой шар, служащий якорем оберегов, было совсем просто.

С разрушением основы рухнули и все защитные чары особняка. Богатые семьи иногда предусматривают резервную схему на случай предательства или неполадок основного якоря — но, видимо, Боранова не стали этим заморачиваться. Без защитных чар просканировать здание не составляло труда — Вейерса здесь не было.

Неважно — они ожидали подобный результат. Путешественники во времени тотчас направились к Андорилу, который успел сообщить властям о вторжении и сейчас пытался организовать оборону. За весь их налет лишь группа Андорила оказала какое-то сопротивление — но, не прикрывшись ментальными щитами, они даже не успели понять, что происходит, как Зориан выбил большую часть защитников.

Захватив бесчувственного Андорила Боранова, Зак и Зориан телепортировались прочь из особняка. Еще серия телепортаций — каждый раз новое заклятье и новое направление, и наконец прибыли в подготовленное помещение — глухую подземную камеру без выходов на поверхность.

Чего они не ожидали — так это того, что услышав вопрос про Вейерса, пришедший в себя Андорил засмеется.

Горьким смехом, но тем не менее.

— Вейерс, Вейерс, Вейерс! Всегда этот парень, не так ли? — вздохнул Андорил. — Ну, и что он на этот раз учудил?

— Неважно, — гулко прозвучал искаженный магией голос Зориана. Они оба завернулись в несколько слоев ткани и скрывающих чар, а их пленник, по идее, сейчас не мог колдовать из-за введенного Зорианом подавляющего магию яда. Оставалось надеяться, что эти меры скроют их личность от будущих следователей, ведь парни собирались отпустить пленника после допроса. — Где Вейерс сейчас?

— Не знаю, — раздраженно прорычал Боранова. Зориан, читавший его мысли, видел, что он не лжет.

— Разве вы не его опекун? — спросил Зак. — Как вы можете не знать?

— Словно он когда-нибудь слушал меня! — сорвался Андорил. — Меня назначили опекуном мальчишки, но не дали права его наказывать. Он приходит и уходит, когда захочет. Я не видел его уже неделю, с тех пор, как его отчислили из академии.

— Почему его отчислили? — спросил Зак.

— Он вспылил и устроил вокруг себя огненный взрыв. Никто не погиб, но многие были обожжены, включая преподавателя, пытавшегося остановить его, — пояснил Андорил. — Академия сочла это нападением. Он же говорит, что просто утратил контроль над магией, и что если бы обучение в академии хоть чего-то стоило, его бы научили управлять своими способностями.

— А что думаете вы? — спросил Зак.

— Что Вейерс просто не совладал со своими способностями, и что академия это знает. Им просто нужен был повод отчислить его, — пренебрежительно хмыкнул Боранова. — Впрочем, я их не виню. Будь я на их месте, тоже не хотел бы иметь с ним дело. Проклятье, Вейерс, ну почему ты вечно все портишь…

— Вы на удивление охотно рассказываете все это, — заметил Зориан.

— Я устал брать на себя вину за его выходки, — ответил Андорил. — Я не видел мальчишку неделю — и меня уже похищают безумцы, разыскивающие его. Безумцы, готовые открыто напасть на резиденцию Благородного Дома посреди города — и достаточно сильные, чтобы преуспеть. Нет уж, мне моя шкура дороже.

Повисло молчание — Зак и Зориан обдумывали услышанное. В мыслях пленника Зориан прочитал, что их маски несколько успокоили его — будь они с открытыми лицами, он бы счел, что его уже списали в расход, и не стал бы говорить. А так — оставались шансы, что его отпустят, когда он расскажет все, что нужно.

Тем более, что они спрашивали о Вейерсе — а не о других, более важных секретах Дома.

Они расспрашивали его еще час — и узнали о своем недружелюбном однокласснике много нового — что-то Андорил честно рассказал сам, что-то добывали чтением мыслей, погружением в память и ее краткосрочным стиранием. Как выяснилось, у Дома Боранова была родовая способность, но большинство ее членов не могли пробудить ее в полную силу. В пассивном варианте кровь Боранова просто давала выдающиеся способности к огненной магии. И лишь главная ветвь знала, как «воспламенить» кровь в активный режим, обретя впечатляющие способности.

Хоть Войны Раскола и Плач не истребили Дом Боранова, род потерял большинство главных членов. Из главной ветви уцелел один Вейерс, его отец погиб, не воспламенив дар сына и не оставив инструкций, как это делается.

В результате некоторые влиятельные члены Дома стали подвергать сомнению право Вейерса унаследовать власть. Он слишком молод, говорили они, и не был воспламенен. Что это за наследник Боранова, если он не владеет своим даром? Почему он должен возглавить Дом? Может, в эти трудные времена стоит выбрать кого-то надежного, проверенного? Кого-то… вроде них?

Конфликт угрожал расколоть Дом, пока сторонники Вейерса не создали новый ритуал воспламенения, собрав все доступные исторические сведения и домыслив недостающие части. Спеша опередить других, и не решаясь дать кому-то другому легитимность воспламененного дара, они испытали ритуал на самом Вейерсе.

Поначалу казалось, что все сработало. Вейерс получил способность неструктурированной огненной магии, как его воспламененные предшественники, мог открывать магические замки, предназначенные для воспламененных, и получил доступ на закрытую территорию рода. Конкуренты смолкли, и некоторое время все было хорошо.

Увы вскоре выяснилось — то ли ритуал содержал серьезный дефект, то ли требовалась специальная подготовка наследника, но Вейерс начал терять контроль над эмоциями и магией. У него начались скачки настроения — заливистый хохот чередовался со смертельной тоской и вспышками убийственной ярости. Его неструктурированная магия огня стала откликаться на подсознательные порывы, полностью выйдя из-под контроля, словно обретя собственный разум.

Дом Боранова спешно разыскал специалистов и упражнения, позволившие Вейерсу хотя бы частично взять себя в руки. Впрочем, до полной вменяемости было далеко, и вновь зазвучали предложения лишить Вейерса права наследования. В ярости он попытался добиться казни соперников, но Дом Боранова был не в том положении, чтобы убивать своих… по сути, такая попытка привела бы род к войне.

Вейерс постепенно погружался в пучину горечи и злобы на предавших его родичей, и начал срываться на окружающих. Когда же он пошел в академию, его гнев распространился и на нее, ведь учебные методики, на его взгляд, действовали слишком медленно. Академия подвела его, как и собственная семья.

К сожалению, раз Вейерс и Андорил не ладили, опекун понятия не имел, есть ли у парня друзья или приятели вне Дома. И вряд ли кто-либо в Доме Боранова знал больше — Вейерс сжег все мосты, соединявшие его с родом, даже с теми, кто изначально поддерживал его, виня их в последствиях ритуала. По сути, наследником он был только на бумаге. Его не лишили прав по одной простой причине — претендентов на место главы было довольно много, и Совет Старейшин не хотел нового раскола, неминуемого, если они начнут делить власть прямо сейчас.

Они вырубили Андорила и оставили его в поле недалеко от Сиории, с расчетом, что он придет в себя через несколько минут. Потратив еще полчаса на заметание обратного следа, они вернулись в особняк Новеда. Формально Зориан снова жил в общежитии академии, на деле же он согласился переехать к Заку на этот цикл. Вдвоем они были более готовы отражать возможное нападение — или бежать.

Ведь за одну только эту ночь они нажили себе множество врагов, а к концу цикла их будет еще больше. Если за ними придут — лучше держаться вместе, не позволяя разделаться с собой поодиночке.

Их налет на особняк Боранова вызвал грандиозный скандал. Первоначально Зориан планировал сразу после этого начать охоту на внутренний круг Культа — но был вынужден отложить это на потом, видя, какие силы привлечены к охоте на дерзких налетчиков. Власти Сиории были крайне недовольны происшествием на их территории — вместе с участившимися прорывами монстров в последние дни это ставило под вопрос безопасность проживания в городе.

В итоге Зак и Зориан провели следующие три дня вне города, проверяя места, где в прошлом побывал Зак, в поисках заклинания симулакрума. Вероятно, был и более эффективный способ добыть заклятье, но Зориан был уже по горло сыт сбором информации; к тому же этот способ позволял ему опробовать новые боевые приемы против различных оппонентов, которых помнил Зак. Понятное дело, сам Зак был в восторге.

Они сразились с целым племенем невидимых горных йети, чтобы порыться в их сокровищнице из вещей погубленных путешественников. Они истребили заполонивших древний храм гигантских кристаллических ос, и пробились в тайное хранилище, где и был главный улей. Они поймали терроризировавшего деревни по берегам Воги гигантского сома-людоеда, и добыли из его желудка металлический сундучок со свитками, прекрасно сохранившимися все эти годы. Они взяли штурмом башню некроманта и разогнали культ демонопоклонников.

Они не нашли заклятье симулакрума, но цикл только начинался, и Зориан не считал время потраченным зря. Он не только получил ценный боевой опыт, но и нашел среди добычи множество новых интересных заклятий. Хоть Зак в свое время и ознакомился с ними, у него были другие приоритеты, и множество заклинаний, не подошедших ему, весьма заинтересовали Зориана. Например, Зак практически не интересовался заклинательными формулами, в то время как Зориан ревностно изучал каждый встреченный магический предмет, пытаясь понять его секреты и углубить собственные познания.

Помимо поисков заклинания симулакрума и сортировки добычи, Зориан добыл для Лукава несколько интересных магических существ — для приготовления зелий трансформации. Первые результаты были довольно интересны, хотя судить о том, удалась ли идея, было пока преждевременно.

Он также навестил нескольких экспертов из списка Ксвима. Не для того, чтобы напасть и выпотрошить их память — пока он просто пытался узнать, что может получить от них мирным путем. Увы, все было, как и предсказывал Ксвим — свои главные секреты они не продавали ни за какие деньги. Впрочем, даже то, чем они были готовы поделиться, уже было весьма полезно — особенно в случае той женщины, мастера магического восприятия — она указала ему на неосуществимость некоторых идей и помогла сузить выбор зверей для тренировочной трансформации. Судя по всему, одним из лучших вариантов тренировки восприятия было превратиться в глазозверя — ту розовую, покрытую глазами летающую субстанцию, что убила его в одном из циклов.

Правда, когда Зак и Зориан отправились в подземелья под Князевыми Дверями за образцом, они так и не нашли ни одного. Даже в том месте, где тварь убила Зориана.

Спустя пять дней после первого разговора Ксвим и Аланик наконец вызвали их для беседы. Их собственные записи и тайные коды сработали — учителя неохотно, но все же приняли версию о временной петле. Ксвим поверил легче, чем Аланик — похоже, столь дикая концепция просто не укладывалась в голове у воинствующего жреца. С другой стороны, куратора крайне обеспокоило вторжение и планы заговорщиков высвободить первозданного — в то время как жрец воспринял это как должное.

Вчетвером они детально разобрали финальную битву (ее по понятным причинам не было в записях), обсудив тактику Кватач-Ичла, использование и эффективность заклинаний, а также информацию, добытую Зорианом из разума культиста. Было выдвинуто множество идей и предложений — и наверняка их будет еще больше, когда Аланик и Ксвим пару дней обдумают новую информацию.

Подробности жертвоприношения детей привели Аланика в ярость; жрец потребовал их имена, чтобы мог позаботиться об их защите. Зориан не возражал — это в какой-то мере снимало с него часть ответственности.

Наконец, после этого Зак и Зориан занялись внутренним кругом Культа. В этот раз их действия были куда скромнее и продуманнее, чем открытое нападение на особняк Боранова — но имели не меньший резонанс. С одной стороны, внутренний круг состоял из могущественных магов, занимающих высокие посты в различных организациях — они редко оставались одни, а их дома были надежно защищены. С другой стороны, парни охотились не только за секретами, но и за имуществом культистов. Проникая в дома, они забирали все, что казалось ценным, любопытным или подозрительным.

Только стала стихать шумиха вокруг нападения на Боранова, а вырывающимся из подземелья монстрам наконец дали отпор — как разразилась новая череда скандалов — многие выдающиеся маги стали жертвами ограбления. Страсти накалились настолько, что корона заявила о своем намерении направить группу своих дознавателей — проверить город и его учреждения.

У администрации Сиории выдался на редкость тяжелый месяц.

Дверь, отделяющая Черный Зал от лаборатории времени, с глухим стуком захлопнулась. Для окружающего мира она откроется на следующий день. Для оставшихся внутри Зака и Зориана начинался дополнительный месяц этого цикла.

— Получилось, — довольно сказал Зак. — На секунду мне реально показалось, что мы облажались, но у нас получилось.

— Мы и облажались, — отозвался Зориан, разглядывая лежащую на коленях красную мантию. Знаменитую красную мантию внутреннего круга, одну из четырех, добытых ими в налетах. — Нам не удалось как следует воссоздать королевскую печать, и парень, проверявший документы, это заметил. Мне пришлось подправить его воспоминания.

— Ох, — сдулся Зак, но тут же снова взбодрился. — Ну, все хорошо, что хорошо кончается. Мы ведь ничего не забыли?

Зориан покосился на целый штабель ящиков, что они пронесли в Зал. Всего понемногу — вода, пища, книги, заклятья и упражнения, множество кристаллизованной маны, чтобы компенсировать отсутствие здесь природного фона, любопытные магические предметы на изучение, настольные игры для досуга. Понятно, что он не видел сквозь стенки, но все ящики были здесь — значит, ничего не забыто.

— Не думаю, — покачал он головой. Затем отложил мантию и устало посмотрел на Зака. — И вообще, чего ты так радуешься? Ты понимаешь, что мы вдвоем заперты в крошечной комнатенке на целый месяц, чтобы читать методички и отрабатывать упражнения?

— Не будь занудой, Зориан, — возразил Зак. — Я первый раз в камере ускоренного времени. И эта штука может быть офигенно полезна. Прикольно же!

Зориан предвкушающе хмыкнул. Посмотрим, на сколько его хватит…

Глава 62. Неподобающее использование

Зориан сидел на полу, скрестив ноги, закрыв глаза и сосредоточившись. Перед ним в тишине Черного Зала глубоко под Сиорией парила большая сфера воды — ее идеальную поверхность не нарушала даже малейшая рябь. Вокруг сферы кружилось множество маленьких водных шариков, каждый следовал по собственной орбите, при этом не сталкиваясь с другими.

В воздухе без предупреждения просвистел кусок кристаллизованной маны, пробив одну из маленьких сфер и врезавшись в центральную. Вся система дрогнула, угрожая рассыпаться.

Не рассыпалась. Пара напряженных секунд — и Зориан восстановил контроль, теперь о столкновении напоминал лишь плавающий в большой сфере кристалл да уменьшившееся число шариков-спутников — две малые сферы столкнулись, и их пришлось влить в центральную.

Зориан открыл глаза и одарил Зака убийственным взглядом.

— Тааак скуууучноооо, — вздохнул Зак, лениво швыряя еще один кристалл. Зориан временно перераспределил внимание, перехватив снаряд телекинезом и бросив обратно в Зака. Без особого успеха — Зак столь же небрежно поднял руку и поймал кристалл.

Зориан покачал головой, разрываясь между весельем и раздражением. Они провели в Черном Зале всего десять дней, а Зак уже на стенку лез от скуки.

Он вновь сосредоточился на водных сферах, заставив их слиться в одну и тонкой струей устремиться назад в емкость. Десять секунд — и остался лишь парящий в воздухе мокрый кусок кристаллизованной маны. Зориан позволил ему упасть в ладонь, затем вновь посмотрел на Зака.

Сказать по правде, это было утомительно даже для него. Они были заперты в крошечной комнатке, без какой-либо возможности уединиться. И здесь не было дня и ночи, что изрядно сбивало биоритм. Теперь он куда лучше понимал ту группу, что перебила друг друга, не дождавшись конца месяца.

Тем не менее, это было необходимо, и оба понимали это. Да, было тяжело, но они продвигались вперед. Зак постепенно оттачивал восприятие души и ментальные барьеры, изредка испытывая последние при участии Зориана. В остальное время он либо пытался убить время, либо помогал разбирать бесчисленные книги и документы. Они пронесли с собой целую гору материалов — украденных из тайников высокоранговых культистов, добытых в поисках заклинания симулакрума, найденных в сокровищнице аранеа или просто купленных в магазинах Сиории. Исследователь из Зака был так себе, но Зориан все равно ценил его помощь.

Что до самого Зориана, то он большую часть времени разбирал эти материалы, оттачивал плетения и обдумывал заклинательные формулы. Сейчас он не мог воплотить их в жизнь — не было нужных материалов, да и экспериментировать с магией в маленьком замкнутом помещении весьма чревато — но мог рассчитать теоретическую часть.

— Если тебе так скучно, почему бы не дочитать свитки, что я тебе дал? — спросил Зориан, медленно вытягивая энергию из кристалла в руке. В отрезанных от мира Черных Залах не было естественного фона — и восполнять резерв приходилось кристаллизованной маной.

— Угх. Я не говорил, что не очень люблю читать? — спросил Зак.

— Говорил, — бесстрастно ответил Зориан. — Неоднократно.

— Тогда скажу еще раз, — фыркнул Зак. — Я не люблю читать. Особенно — напыщенные и малопонятные измышления культистов-демонопоклонников.

— Первозданные — не демоны, — уточнил Зориан.

— Неважно, — Зак снова швырнул в него куском кристаллизованной маны. Зориан попытался поймать кристалл свободной рукой, но был далеко не так ловок, и едва ли сумел бы… Если бы не подправил траекторию телекинезом. Он бросил в Зака другой кристалл, специально целясь выше — но Зак без труда поймал его над головой. Он всегда был так хорош, или это результат трех десятилетий практики? — Я уже начинаю сомневаться, есть ли вообще в их текстах хоть что-то стоящее. Пока ничего полезного там я не припоминаю.

— Ну, по меньшей мере, у них самое полные материалы по магии крови, включая учебники и руководства, — Зориан вытащил из стопки непримечательную книгу в коричневом кожаном переплете. На первый взгляд, книга была пуста, но если подать в нее ману строго определенным способом — на страницах проступят слова. — Кто знает, сколько нам бы пришлось собирать эти незаконные материалы, если бы не культисты.

Зак выразительно посмотрел на него.

— Что? — спросил Зориан.

— Магия разума, магия душ, а теперь еще и магия крови, — отозвался Зак. — Ты словно задался целью стать по-настоящему жутким.

— Почему ты решил, что я собираюсь овладеть магией крови? — поднял бровь Зориан. — То есть ты прав, но как догадался?

— Сложно не догадаться, когда ты уже в третий раз перебираешь эти книги, — ответил Зак. — Что же, раз ты так заинтересовался — значит, там не только способы сцедить из других людей побольше крови?

— Верно, — кивнул Зориан. — Вкратце, есть три направления магии крови. Во-первых, ее можно использовать как усилитель, чтобы в критической ситуации придать своим заклятьям больше силы. Очевидно, это не проходит бесследно для здоровья. Жизненная сила куда нужнее организму, чем мана, даже небольшая ее растрата крайне утомляет, и восстанавливается она куда дольше — последствия могут длиться днями и неделями.

— Хех, — задумчиво сказал Зак. — По описанию, это как использовать сырую естественную ману, когда прижмет — только здесь ты рискуешь только здоровьем, а не здоровьем и рассудком.

— По сути, да, — кивнул Зориан. — Как я понимаю, использование своих жизненных сил почти во всех отношениях лучше использования сырой маны.

— Почти во всех отношениях? — переспросил Зак.

— Ну, признаться, убить себя, исчерпав жизненные силы, несколько легче, чем до смерти отравиться сырой маной, — пояснил Зориан. — И все же, на мой взгляд, риск вполне приемлем. Особенно в нашем случае, благодаря способности избавиться от нанесенных тренировками и практикой долговременных повреждений.

— А точно ли рестарт цикла избавляет от таких повреждений? — нахмурился Зак. — Откуда ты знаешь, что не возникнут проблемы?

— Специальная тренировка Аланика фактически наносит ущерб моим жизненным силам, — пояснил Зориан. — Самые серьезные симптомы проходят через несколько часов после занятия, но остальные сохраняются на многие дни. Я быстрее устаю, теряю аппетит, испытываю боли и спазмы — и прочее в том же духе.

Похоже, Зак растерялся, услышав такое.

— Ты никогда об этом не говорил.

— Не хотел жаловаться, — покачал головой Зориан. — За то, что я получаю на этих тренировках — цена невысока. В любом случае, Аланик изрядно измотал меня в прошлом цикле — здоровье не успевало восстановиться, и становилось все хуже и хуже. Я мог это выдержать, но было весьма ощутимо. Но цикл закончился — и вместе с ним исчезли все накопленные за месяц проблемы со здоровьем.

— А сейчас? — хмуро спросил Зак. — Ты опять с каждым днем чувствуешь себя все хуже?

— Нет, в этом цикле я сбавил темп, — ответил Зориан.

— Хорошо. Пусть даже здоровье вернется, целый месяц мучиться нарастающими болью и усталостью всяко не на пользу психике.

Зориан задумчиво хмыкнул. Да… это аргумент.

— А каковы два других направления магии крови? — помолчав, спросил Зак, вырывая его из размышлений.

— Ах да. Два других направления, — спохватился Зориан. — Ну, второй способ, вероятно, самый известный. Или, скорее, печально известный. Ритуальное убийство людей для извлечения их жизненной силы и использования ее в заклинаниях. Обычно для призыва демонов.

— Что? — Зак странно посмотрел на него. — Почему именно для призыва демонов?

— Творить заклинания на чужой мане очень трудно, — ответил Зориан. — Она не ядовита, в отличие от естественной, но ее очень тяжело сплетать и контролировать. В случае с чужой жизненной силой это еще труднее — ведь она куда более насыщенна, чем мана. Чтобы применить чужую жизненную силу каким-нибудь сложным образом — требуются долгие и трудоемкие ритуалы. Гораздо проще призвать демонов на собственном резерве, а чужую жизненную силу отдать им в качестве оплаты.

— Я думал, в качестве оплаты демоны требуют души, — сказал Зак.

— Они принимают и то, и другое, и еще много чего, — пожал плечами Зориан. — Зависит от конкретного демона.

— Ладно, хрен с ними, — Зак явно не горел желанием обсуждать демонов. — Поскольку первое направление довольно любопытно, но подходит далеко не везде, а второе мерзко, как я и опасался, полагаю, тебя заинтересовало третье?

— Верно. Третье направление магии крови связано с усиливающими ритуалами, — с горящими глазами ответил Зориан.

Он принялся объяснять. Усиливающие ритуалы — сложные магические обряды, дающие постоянное магическое улучшение. Сверхчеловеческая сила, регенерация, полет, огненное дыхание, способность видеть ману… это лишь малая часть тех способностей, что могла дать эта отрасль магии.

Разумеется, за все нужно платить — иначе это использовалось бы повсеместно. Прежде всего, безопасных усиливающих ритуалов не бывает — все они чрезвычайно сложны и опасны, а малейшая ошибка может убить, искалечить или свести с ума. Во-вторых, ритуал превращает объект в магическое существо… а магическому существу нужна мана.

Магические существа не просто так жили в районах с высоким уровнем естественной маны — она требовалась для поддержания жизни и использования способностей. Покинув зону с достаточным естественным фоном, они не погибнут мгновенно — но будут быстро слабеть, пока не умрут. Именно поэтому сильные монстры из глубин Подземелья все еще не захватили поверхность — слабого фона верхнего мира просто не хватит им для существования.

Человек, тем или иным путем получивший особую способность, тоже должен за нее платить. Часть его резерва будет, по сути, утрачена, будучи постоянно задействованной для поддержания дара. Максимум резерва будет навсегда снижен.

Дорогая цена для мага — в особенности того, чей резерв и так ниже среднего, как у Зориана. Маг, собирающийся пройти усиливающий ритуал, должен очень хорошо подумать — стоит ли того новая способность.

Впрочем, хотя плата и неизбежна… ее размер не установлен точно. В зависимости от сложности ритуала, качества материалов и мастерства мага, проводящего обряд, можно потерять половину своего резерва — а можно лишь одну десятую.

Магия крови, по своей природе работающая с самой сутью жизненной силы, теоретически способна вплести новую способность исключительно удачно. Настолько удачно, что способность станет наследуемой, образовав новый род. Собственно, многие династии магов были основаны именно таким образом.

Добавить к усиливающему ритуалу магию крови — значит сделать смертельно опасный обряд еще опаснее… но и цена, взимаемая за новую силу, может быть значительно уменьшена.

Совсем плата не исчезнет. Даже с магией крови, пройдя ритуал, Зориан утратит часть своего бесценного резерва. Зато эта часть может быть достаточно малой — чтобы не отметать возможность, не рассматривая.

— Разумеется, это не первостепенная задача, — закончил Зориан. — Но я определенно собираюсь в будущем поработать в этом направлении.

Зак неодобрительно цокнул языком.

— Должен сказать, идея мне не очень-то нравится, — сказал он. — Каждый раз, когда я слышу «магия крови», на ум сразу приходят дети-перевертыши из прошлого цикла.

Зориан вздрогнул, вспомнив эту картину.

— Но, уверен, до такого ты не дойдешь, — поспешно добавил Зак. — Просто… воздержись от человеческих жертвоприношений для призыва демонов, ага?

— Ага, — кивнул все еще подавленный воспоминаниями Зориан.

Вообще-то он собирался сказать, что самому Заку ритуалы принесли бы еще больше пользы — но, наверное, сейчас не время говорить об этом.

Зориан листал сборник экзотических упражнений плетения, подыскивая что-нибудь заковыристое — но не убийственно сложное. Впрочем, большинство упражнений в книге были сущим безумием — даже по его меркам. Не прекращая листать, он попытался вспомнить, где же они нашли эту книгу.

Через пару секунд он сообразил. Книга была в сокровищнице аранеа. Они с Заком попытались пробиться и в тайное отделение за потолком, где паутина Сиории, вероятно, хранила настоящие сокровища — но потерпели неудачу. Несмотря на растущее мастерство Зориана, они все же потревожили защитную схему, уничтожив все содержимое.

Не страшно. Рано или поздно он сумеет туда проникнуть. Защита, несомненно, хороша, но уже не кажется чем-то непостижимым. Зориан не сомневался, что найдет способ вскрыть хранилище за следующие пять-шесть попыток.

— Что ты все маешься с упражнениями плетения? — спросил Зак, не глядя на него. Был слишком занят, жонглируя впечатляющим числом кристаллов маны.

Показушник.

— Потому что еще не достиг своего предела, — как само собой разумеющееся, ответил Зориан.

— Зориан, в плетении ты уже начинаешь меня обгонять, — вздохнул Зак. — А моих навыков плетения достаточно, чтобы сотворить практически любое заклинание. Включая действительно сложные, вроде исцеляющей магии. Ну вот скажи, зачем тебе такой сумасшедший уровень?

— Плетение не бывает «слишком хорошо», — ответил Зориан.

— Ты слишком много времени проводишь с Ксвимом, — сказал Зак. — Этот тип совершенно заморочил тебе голову.

— Даже малейшее улучшение моих навыков означает, что я трачу на заклинания меньше маны, — пояснил Зориан. — А для парня с маленьким резервом, вроде меня, ценна каждая капля энергии. Не всем же быть монстрами с неисчерпаемым запасом, вроде тебя.

— Да, черт возьми! Я такой один! — Зак демонстративно выпятил грудь колесом. И, соответственно, не уследил за кристаллами; те посыпались на пол, некоторые разбились. — Упс?

Зориан фыркнул.

— Тебе не удалось выяснить, почему твой резерв настолько велик? — полюбопытствовал он. — Должна же быть причина, по которой ты так сильно отличаешься от других.

— Увы, нет, — Зак перешагнул через рассыпанные кристаллы и сел рядом с ним. — Никто из тех, с кем я консультировался, не смог дать ответ. Большинство считали, что это некая недокументированная родовая особенность Новеда. И, видимо, очень редкая, иначе об этом было бы известно.

— И, полагаю, просто невероятным везением это тоже не объяснить? — спросил Зориан.

— Да, это вряд ли, — сказал Зак. — Уверен, что ты уже заметил — несмотря на огромную разницу в объеме резерва, мои навыки плетения не сильно уступают твоим.

— Конечно заметил, — кивнул Зориан. — Я считал, что это просто результат десятилетий практики.

— Ха. Ну, и это тоже, — сказал Зак. — Но вообще-то я сдавал нормативы академии и до петли, что исключает вариант с везением. Имея емкость пятьдесят, сплетать потоки, словно у меня двадцать пять — слишком удобно, чтобы быть случайностью.

— Хмм, да, — задумчиво сказал Зориан. — Но ведь и двадцать пять — это вовсе не мало. Удивительно, что ты смог настолько развить свои навыки с таким трудным стартом.

— У меня было на это куча времени, — напомнил Зак. — А учитывая, что ты догнал меня за каких-то пять лет — это и вовсе не впечатляет. Тем более, что мое плетение достигло потолка — а твое продолжает совершенствоваться.

— Уверен, если ты попросишь, Ксвим сможет помочь тебе с этой проблемой, — поддел его Зориан.

Зак скривился — а потом его лицо внезапно стало задумчивым. Несколько секунд он молча смотрел на Зориана, нервируя его.

— Что? — нетерпеливо спросил тот.

— А знаешь, если ты твердо решил развить свое плетение до предела, тебе стоит уделить время лечебной магии. Или, по крайней мере, диагностике. Многие диагностические заклятья анализируют не только тело, но и состояние магии. С их помощью ты сможешь отследить потоки энергии в организме и лучше понять границы своих возможностей.

Пожалуй, в этом был смысл. Зориан уже неплохо представлял течение собственной маны — благодаря тренировкам Ксвима, но это сулило дальнейшее улучшение.

— Может быть, в другой раз, — покачал головой Зориан. — Звучит интересно, особенно если я всерьез займусь магией крови, но пока у меня другие планы.

— А у нас есть планы? — шутливо удивился Зак.

— Окей, довольно расплывчатые планы, — признал Зориан. — Но они есть. Погоди, ты что, хочешь составить подробный список?

В итоге они решили отдохнуть и развеяться ближайшие несколько часов. Сыграли в карты и настольные игры, повспоминали разные истории и даже устроили конкурс рисунка. К сожалению, они так и не решили, чей портрет лучше — портрет Зака, нарисованный Зорианом, или портрет Зориана работы Зака — так что неохотно сошлись на ничьей.

Оставалось еще десять дней. Зориан ничуть не жалел, что они затеяли все это — но, проклятье, как же он ждал конца срока…

— Наконец-то! — Зак крутанулся, раскинув руки, словно стремясь объять окружающий их лес. — Наконец, после долгих лет заточения…

— Всего тридцать дней, — поправил Зориан.

— Они тянулись, как годы, — упрямо возразил Зак. — Черт, никогда не думал, что буду так рад видеть натыканные вокруг деревья. Зориан, смотри — деревья! Деревья!

Зориан молча улыбнулся. Он тоже был рад покинуть Зал, но опускаться до чудачеств Зака не собирался. Зак же, словно в пику ему, подошел и обнял ближайшее дерево.

Зориан остановился, с интересом глядя на представление. Любопытно, насколько его хватит… Тем более, что вверх-вниз по стволу бегало множество муравьев — и им внезапная помеха совершенно не понравилась.

Зак отшатнулся от ствола, ругаясь шепотом и пытаясь стряхнуть кусающихся муравьев. Зориан, не выдержав, засмеялся — и отскочил назад, когда Зак стал стряхивать муравьев в его сторону.

— Козел, — обиженно буркнул Зак.

— Да ладно тебе, — Зориан поманил его жестом. — Мы недалеко от дома Аланика. Отдадим ему наш доклад, а потом можно отметить освобождение.

За месяц в Черных Залах они свели вместе все значимые сведения из документов культистов. Само собой, Зориан и сам собирался этим воспользоваться — но почему бы не поделиться результатом с Алаником? Его свежий взгляд мог подсказать что-нибудь стоящее.

— Звучит неплохо, — последовал за ним Зак. — Но место выбираю я. Без обид, Зориан, но ты совершенно не умеешь развлекаться.

— Что-то подсказывает мне, что я об этом пожалею, но да ладно, — откликнулся Зориан.

— Если не о чем жалеть — значит, ты толком не развлекался, — с мудрым видом ответил Зак.

Похоже, Аланик никак не ожидал увидеть их на пороге, но благодаря докладу — сюрприз оказался приятным.

— Спасибо, — сказал жрец. — Должен сказать, я не понимал, как вы можете относиться к вторжению так спокойно, пусть даже и во временной петле. Радует, что на самом деле вы работаете над этой проблемой.

— Сложно постоянно злиться на что-то в течении многих лет, особенно, когда все ежемесячно возвращается к истокам, — ответил Зак. — Но мы не игнорируем вторжение.

— Не забудьте составить подобный доклад с вашими сведениями к концу месяца, — добавил Зориан.

— Разумеется, — согласился Аланик. — Что собираетесь делать теперь?

— Сегодня? Напиться, — отозвался Зак. Угх, так вот что он задумал? — А потом, хм… Наверное, мы с Зорианом продолжим поиски заклятья симулакрума. Уверен, я раньше находил его, но никак не вспомню, где. Ну почему это заклятье так трудно достать?

Вопрос, скорее всего, был риторический — но воинствующий жрец ответил.

— Потому что симулакрум — важная ступень для тех, кто собирается стать личем. Овладеешь заклятьем — и ты уже почти готов. Не говоря уже о том, что это заклятье — худший кошмар криминалистов. Так что Гильдия пристально следит за всеми, кто владеет им — кроме особо доверенных лиц.

— То есть… об этом заклинании лучше молчать? — риторически спросил Зак. Аланик молча посмотрел на него. — Ага, понятно. Но погодите, разве это не значит, что искать его следует у некромантов и личей?

— Да? — ответил Аланик, затем нахмурился. — Постой. Ты знаешь, где искать некромантов и святилища личей? И… о скольки местах идет речь?

Пятнадцать минут спустя было решено — Аланик присоединяется к поискам заклятья. А Зак сядет и выпишет все, что помнит о некромантах, личах, демонопоклонниках, лагерях работорговцев и других криминальных элементах. Или хотя бы о тех, чье местоположение он еще помнит — в отличие от Зориана, у Зака не было способов навсегда сохранить что-то в памяти, да и сама память была не особо хороша.

У Зориана возникло подозрение, что в этом месяце записи Аланика будут куда более объемны.

— Да чушь собачья, — слегка заплетающимся языком возмутился Зак. Опустошил еще один стакан и с прищуром посмотрел на Зориана. — Где ты мог научиться так пить? Ты как-то жульничаешь. Жулик.

Ну, тут он был совершенно прав. Зориан использовал прием, показанный Хаслушем, и превращал алкоголь в сахар. Но мы ведь об этом никому не расскажем, правда?

Он осушил еще стакан подслащенной воды и широко, удовлетворенно улыбнулся Заку.

В море Ишекатара — на юге, меж двух «зубцов» континента Алтазии — орудовало пиратское судно. Ну, то есть пиратских судов там хватало — но это было особенным: почти вся команда состояла из скелетов. На судне было лишь три живых человека — три брата, каждый из которых был довольно способным некромантом.

Костяным Пиратам, как их прозвали матросы, до недавнего времени было не на что жаловаться. Торговые компании региона славились своей скупостью, комплектуя суда минимально возможными экипажами. Скелеты же не просили ни еды, ни жалования, и не возражали, когда ими до отказа набивали трюм. Так что когда огрызки торговых команд сталкивались с пиратской командой огрызков, исход был заранее предрешен. Мертвецов было значительно больше, и они не боялись пуль.

Так что единственной проблемой было догнать очередную жертву — но корабль трех братьев был особенным и в этом смысле. Незадачливые торговцы зачастую до последнего не подозревали, что их преследуют, и многие отдавали груз без боя, едва осознав, кто на них напал. Пиратам оставалось лишь сгрузить к себе все ценное, при необходимости выкинув за борт часть костяной команды — численность скелетов легко восполнить — и отправиться к скупщику.

Но сегодня их полоса везения кончилась. Паруса горели, в корпусе зияли пробоины, а из трюма доносился грохот магической схватки. Сегодня их брали на абордаж.

В трюме корабля Зориан бился с полчищами скелетов.

— Ерунда какая-то, — проворчал он, резанув сияющим лучом на уровне колен. Он уже убедился, что воина-скелета не одолеть, разбив череп — его нужно расчленить на части. — Почему я вожусь с безмозглой нежитью, когда был бы куда полезнее против живых и думающих врагов? Лучше бы у Зака и Аланика была убедительная причи…

Судно содрогнулось под очередным взрывом, но Зориан успел прикрепить себя к палубе телекинезом и устоял на ногах. Скелетам повезло меньше — большинство повалилось, предоставляя ему отличную возможность прикончить еще нескольких и сменить позицию.

Следовало отдать братьям-некромантам должное — обереги судна были хороши, иначе сражение давно разнесло бы корабль в щепки. Хотя, если подумать, защита корабля наверняка поддерживалась душами многочисленных жертв — что уже не так впечатляет.

Или, возможно, источниками питания для оберегов служили сами скелеты? В чем-то даже изящное решение. Хмм…

Прежде, чем костяная орда оправилась и вновь кинулась на него, Зориан сотворил множество подвижных нитей из эктоплазмы, опутав передовую группу скелетов и стянув их в плотный костяной шар. Поднапрягшись, он подтащил его к ближайшей пробоине и вышвырнул за борт. И следующую партию — туда же.

Так, теперь, если он прав…

О, обереги и правда разрушаются. Ух ты, у них что, вообще нет резерва на подобный случай? Или хотя бы настроить, чтобы защитные чары гасли постепенно, а не все разом. Он берет свои слова назад — защита корабля никуда не годилась.

Зориан зашагал к сердцу корабля, где Зак и Аланик бились с его хозяевами, но когда дошел — все было уже кончено.

— Когда ты сказал «это просто», я думал, что вы справитесь быстрее, — заметил он, подходя.

— Полагаю, это ты обрушил защиту корабля? — Аланик ткнул ближайший сундук посохом, разряжая электрическую ловушку. Зориан молча кивнул. — Благодарю. Она здорово мешала. Давненько я не сражался в местах, где столь надежно подавлена магия огня.

— Извиняюсь, я бился с ними давно и напрочь забыл про их обереги, — Зак с нервным смешком постучал себя по лбу. — Тогда я не стал биться со скелетами, а потопил все судно, так что мне это показалось достаточно простым.

То есть заклятья симулакрума здесь, скорее всего, нет. И все же, движимый интересом, Зориан присоединился к Заку и Аланику, обезвреживающим магические ловушки на сундуке. Пусть там и нет нужного заклятья, но может быть что-то стоящее. Но неожиданно…

— Нашел! — завопил Зак, торжествующе вскинув угольно-черный футляр для свитков над головой.

— Что, у пиратов все-таки было заклятье симулакрума? — удивился Зориан.

— Ага, это оно. Я хорошо запомнил — этот футляр раз за разом уничтожал свое содержимое, это реально бесило. А потом я все же сумел его открыть — и там оказалось заклятье симулакрума. Ух, как я тогда разозлился…

Зориан вновь посмотрел на черный футляр и кивнул Заку. Тот, против ожиданий, не стал расплетать чары или возиться с замком — его магия мигнула, и футляр разлетелся на кусочки, словно иссеченный невидимыми лезвиями.

Ну… тоже способ, пожалуй.

— Можно? — спросил Аланик, протягивая руку. Зак переглянулся с Зорианом, Зориан пожал плечами, и кожаный свиток перекочевал к воинствующему жрецу.

— Все в порядке, — наконец объявил Аланик. — Среди разновидностей симулакрума встречаются неполные, а то и намеренно испорченные версии, губящие неосторожных, но это заклинание, похоже, настоящее.

Хех. Признаться, Зориан даже не думал о такой возможности. Он знал, что бывают фальшивые заклятья и заклятья-ловушки, но не считал это особой проблемой — тем более, что есть проверенные издатели. Но, пожалуй, среди незаконных или труднодоступных заклятий процент фальшивок действительно будет выше. Особенно, если заклятье нашлось не в типографском издании, а в неопознанном свитке.

Аланик передал ему свиток, и Зориан медленно прочитал его.

Заклинание симулакрума, как уже знал Зориан, создавало эктоплазменную копию заклинателя. Копия была полностью автономна, могла мыслить и действовать по своему усмотрению — и даже творить заклинания. Однако у нее не было собственной души — и, соответственно, собственного резерва маны. Расходовалась мана самого заклинателя — на создание двойника, на поддержание, на каждое из его заклятий…

Все это он пересказал Заку, уже читавшему описание, но благополучно забывшему почти все за давностью лет.

— Заклятье все равно полезно, — заметил Зориан. — Иметь еще одного меня сугубо для ментальных задач — уже огромное подспорье. Хотя и не так удобно, как я надеялся.

— Угу, малость разочаровывает, — согласился Зак. — Пойдет в качестве приманки или бесплатной рабочей силы, но едва ли применимо в бою.

— Лично я в этом не уверен, — возразил Зориан. — Конечно, я не стану гвоздить фаерболами на пару с симулакрумом, но мои телепатические способности требуют совсем немного маны. И это отличное оружие первого удара, так что иметь двойника и произвести вдвое больше ментальных атак в начале боя полностью оправдано. Вдвое больше Зориана, вдвое больше магии разума.

— Как будто твоя магия разума недостаточно жутка сама по себе, — добродушно проворчал Зак.

— Следует помнить о двух вещах, — неожиданно вмешался Аланик. — Во-первых, симулакрум — не идеальная копия. Особенно поначалу — двойник по своим способностям будет серьезно уступать оригиналу. Когда твое мастерство возрастет, ты будешь создавать все лучшие копии… но как ни крути, симулакрум — скорее отражение. Это особенно заметно, если поддерживать двойника длительное время. Очень не рекомендую держать двойника более суток — иначе у них начнет развиваться собственная личность, и ваши цели могут не совпасть. Уже случалось, что симулакрумы убивали своих заклинателей. А учитывая, что ты, судя по всему, мастер разума, и твой симулакрум тоже будет таким…

— Угу, я понял, — поморщился Зориан. — Не оставлять двойника надолго, а то ему может прийти в голову переписать мою личность своей, или еще что в том же духе.

— Да, — кивнул Аланик. — Во-вторых, следует помнить, что хоть симулакрум и не идеальная копия, он очень похож на тебя. Например, некоторые люди очень скверно принимают мысль, что они лишь чья-то копия — их симулакрумы разрушатся или впадут в неистовство сразу после создания. Не думаю, что это касается тебя или Зака, если учесть предполагаемую природу временной петли, но будь осторожен, передавая заклятье другим. Аналогично, если ты не любишь что-то делать — то твой симулакрум тоже это не любит… спихивать ненавистную работу на двойника — плохая идея. И если ты не готов пожертвовать жизнью ради другого — не жди этого от симулакрума.

Другими словами, симулакрум — не раб, и согласится делать лишь то, на что согласился бы он сам. Что же, могло быть и хуже.

Дослушав Аланика, они покинули горящий корабль и вернулись в Эльдемар. Костяные пираты больше никого не потревожат.

Остаток цикла Зак и Зориан провели, охотясь на культистов Сиории, с редкими вылазками в места, что помнил Зак. Они уже нашли заклятье симулакрума, так что могли бы прекратить — но оба сочли, что стоит продолжить. Зориана интересовал боевой опыт и та часть добычи, что в свое время пропустил Зак; Заку же просто хотелось подраться. Время от времени к ним присоединялся Аланик, хотя с приближением конца цикла расследования оставляли ему все меньше свободного времени. Ксвиму тоже предлагали, но он отказался, сказав, что «слишком стар для всего этого».

Через четыре дня, как парни покинули лабораторию времени, там обнаружили подлог. Само собой, Зак и Зориан были уже далеко, но все же… Зориан разобрался, в чем причина — что забавно, их раскрыли, потому что они не предоставили в министерство отчет о проделанной работе. Судя по всему, по завершению работы каждая группа должна предоставить отчет в трех экземплярах — чем занимались в Черных Залах и чего достигли. И раз они не потрудились этого сделать, кто-то из чиновников инициировал расследование. Подай они бюрократам эту дурацкую бумажку — скорее всего, никто бы ничего не заподозрил. Вряд ли их вообще кто-то читает.

За три дня до конца цикла они наконец сделали то, к чему готовились весь месяц — проникли в королевский дворец Эльдемара, начав скрытно, а потом, когда их раскрыли — продолжив нагло, грубой силой.

Они продвинулись всего на две трети, прежде, чем защита дворца вынудила их отступить, но даже эта короткая вылазка открыла им две важные вещи.

Прежде всего — в сокровищнице Эльдемара был один из Ключей. Кинжал, если Зориан правильно расшифровал показания маркера. Чтобы собрать все пять, им придется найти способ проникнуть в сокровищницу.

Во-вторых, вторжение во дворец вызвало грандиозный переполох. Дворцовая стража преследовала их несколько часов, и отстала лишь когда они углубились на нижние уровни Подземелья. И даже это дало им лишь несколько часов передышки — пока королевская семья организовывала общенациональный розыск.

Минуло уже три дня, но страсти не собирались стихать. Попытка вторжения во дворец была главной темой разговоров, красовалась на первых страницах газет и плакатах «Внимание, розыск». За их голову, похоже, назначили огромную награду — что, впрочем, было несколько несерьезно, ведь у короны не было их примет. Слава богам, оба прекрасно разбирались в анти-прорицательных чарах и имели красные мантии внутреннего круга культистов.

Но хоть преследователи и не знали их примет, какой-то способ отслеживания у них все-таки был — эльдемарские дознаватели буквально дышали им в спину. Парням приходилось постоянно двигаться, им ни разу не удалось отдохнуть больше шести часов. Это изматывало и злило, тем более, что оба понятия не имели, как их находят.

— Я же говорил, надо подождать конца цикла! — на бегу сказал Зак, красная мантия неприятно искажала его голос. Спасительный лесок был уже совсем близок.

— И что? Я и не спорил! — возразил Зориан столь же искаженным голосом.

Но прежде, чем Зак успел ответить — над головой раздался пронзительный крик, затем второй. Зориан даже не стал смотреть вверх — он и так знал, что это снова те два гигантских венценосных орла, несущих по паре боевых магов. Треклятая группа уже сидела у них в печенках, всегда появляясь первой, отрезая пути отступления и сбивая заклятья, пока подтягивались другие преследователи. Увы, орлы были быстры и проворны, а их наездники — очень хороши, так что разделаться с ними до подхода остальных сил было практически невозможно. Сейчас Зак и Зориан уже не пытались огрызаться — напрасная трата времени — предпочитая бежать.

— Не думаю, что мы долго протянем! — Зак отбил какую-то разноцветную молнию в ближайший куст, спалив его дотла. — Сколько еще?

Зориан оглянулся на огни Сиории. Преследователям могло показаться, что они мечутся хаотично, но на самом деле они специально заманивали дознавателей сюда. Приближался конец цикла, вот-вот начнется вторжение.

— Думаю, начнется прямо…

Но прежде, чем он закончил, с холмов по городу ударили бесчисленные артиллерийские заклятья. Очередное вторжение было официально открыто.

Зориан чуть не зарычал от досады. Вечно чертова реальность срывает его пафосные заявления.

— Неважно, уже началось!

— Да, большое спасибо. Сам бы я ни за что не догадался, — с сарказмом отозвался Зак.

Зориан, промолчав, шагнул ближе к напарнику — и Зак завершил заклинание, создав вокруг них полупрозрачную белую сферу, с головокружительной скоростью устремившуюся в воздух.

Гигантские орлы оказались способны потягаться с ними в скорости — наверное, не стоило даже удивляться. Но теперь их невольно прикрывала целая армия захватчиков — сфера прошила крупнейшую в окрестностях стаю железноклювов, раздавив множество птиц и разъярив уцелевших.

К сожалению для орлов и их наездников, железноклювы не стали разбираться, кто прав, кто виноват. Тем более, что две цели из трех были явно более уязвимы, да и следовали за первой, наверняка действуя заодно.

Путешественники во времени не стали задерживаться — Зак направил сферу в ближайшее здание, пробив стену и оказавшись внутри. Железноклювы отстали — стены мешали им целиться, да и снаружи остались более легкие мишени. Так что, убив несколько смелых птиц, последовавших за ними внутрь, Зак и Зориан просто телепортировались в другую часть города.

Сказать по правде, Зориан ожидал, что придется всю ночь водить преследователей от одной группы захватчиков к другой — просто из-за упрямства королевских дознавателей. Но, видимо, он слишком плохо о них думал — уже после третьего столкновения с ибасанцами преследователи оценили масштаб происходящего и отказались от погони, присоединившись к защитникам Сиории.

Возможно, повлияло и то, что в третий раз они наткнулись на Кватач-Ичла и лишились своих орлов.

Зак и Зориан сидели на крыше самого высокого здания Академии, наблюдая за сражением.

— Вау, — сказал Зак. — А знаешь, эти королевские маги-охотники очень ничего… когда бьются с кем-то другим.

— Ага, — согласился Зориан.

— И что теперь? — спросил Зак. — Будем просто сидеть и смотреть конец света из первого ряда?

— Нет, — покачал головой Зориан. — Есть идея получше. Пойдем ограбим библиотеку академии.

Лицо Зака приняло весьма забавное выражение.

— Я серьезно, — уточнил Зориан. — Понятно, что там вряд ли есть что-то действительно важное, но мне всегда было интересно, что хранится в секциях самого высокого допуска.

— А ведь… это мысль, — сказал Зак. — Поверить не могу, что я сам до этого не додумался. Хотя бы просто для галочки.

И те несколько часов, пока защитники города из последних сил бились с захватчиками, Зак и Зориан хозяйничали в библиотеке. Им не мешали — весь персонал давно бежал в укрытия.

И когда рестарт цикла укрыл все непроглядной тьмой, Зориан еще успел подумать, что не дочитал книгу…

…и обязательно продолжит чтение через месяц.

Глава 63. Течение дней

К северу от Князевых Дверей, глубоко в пустошах затерялся небольшой, неприметный овраг — со столь же непримечательной пещерой в одном из склонов. Едва ли случайный путник удостоил бы его второго взгляда; хотя, знай он северные леса действительно хорошо — мог бы заметить, насколько здесь… спокойно.

Вот только в действительности все было наоборот. Живущий в пещере был силен и смертоносен, и многие обитатели леса уже поплатились жизнями, зайдя на его территорию. Этим и объяснялось царившее здесь спокойствие — хищник истребил или распугал животных в округе.

Но даже зная все это, нашелся безумец, готовый прийти сюда и бросить вызов самке серого охотника, живущей в пещере. Высоко над оврагом парила плотно исписанная кристаллиновыми глифами деревянная платформа; на ней стоял подросток, как две капли воды похожий на Зориана, но не совсем бывший им.

Он был симулакрумом Зориана, и он был послан сюда на смерть.

Он смотрел на логово серого охотника с безопасной высоты, нервно теребя в кармане похожее на часы устройство — контроллер парящей платформы. Было бы откровенной ложью сказать, что его не тревожило задание. Да, это была его собственная идея, когда он еще был един с оригиналом, но… одно дело — принять решение создать свою копию, чтобы выманить гигантского паука-людоеда, и совсем другое — осознать, что ты и будешь той самой приманкой.

Он — отражение своего заклинателя… А Зориан обладал весьма сильным инстинктом самосохранения. Сколько себя помнил, он никогда не испытывал судьбу, и даже узнав, что заперт во временной петле, неизменно избегал лишнего риска.

Ему было страшно. Но вот, признался. Ему было не просто тревожно — ему было по-настоящему страшно. Да и как иначе? Его вот-вот порвет на куски гигантский паук, а он должен спокойно стоять и ждать, когда это произойдет. Ему…

Он помотал головой, пытаясь успокоить бег мыслей. Он сам принял это решение. Он помнил, как составлял план, помнил доводы, почему все должно происходить так, а не иначе, и сейчас эти доводы по-прежнему в силе. Лишь собственная трусость заставляет его колебаться. И пусть Зориан никогда не был и вряд ли когда-либо будет воплощением смелости… он не настолько безнадежен.

И все же. Меньше часа назад он решил пожертвовать своей копией. Он отчетливо это помнит. Это ощущалось его решением, хотя технически его в тот момент еще не существовало. И как его характеризует то, что он, будучи столь решительным тогда, колеблется, сам оказавшись этой жертвой?

Одно из колец на цепочке внезапно завибрировало. Оригинал пытался связаться с ним. Он послал мысленный импульс в кольцо — в телепатическое реле — устанавливая канал к настоящему Зориану. Мелькнула мысль, нельзя ли использовать вместо реле их душу — ведь она у них общая. Впрочем, сейчас не время — он слишком мало знал о магии душ, и не мог даже оценить, насколько это реально.

[Готов?] — спросил настоящий Зориан.

Симулакрум на секунду замешкался с ответом. В мыслях оригинала чувствовалась… уверенность. Страх и сомнения, терзавшие его, даже не коснулись подлинника — напротив, в нем ощущалось нетерпение, даже предвкушение. Совсем недавно они были одним — и уже такие различия в восприятии…

Хотя неважно. Неожиданно для самого себя, он не винил оригинал. Какой в этом смысл? Зориан несколько циклов неустанно оттачивал заклятье симулакрума и теперь создавал весьма достоверные копии. Без сомнения, он такой же, как настоящий Зориан — и, поменяйся они вдруг местами, вполне возможно, вел бы себя так же.

Винить Зориана значило винить себя.

[Готов,] — откликнулся симулакрум.

Поколебавшись, он замкнул свои соображения о душе как телепатическом проводнике в пакет памяти и переслал оригиналу. На всякий случай — вдруг тому по какой-то причине это не пришло в голову?

Повисло короткое молчание — оригинал о чем-то размышлял. Затем пришел ответ — всего одно слово:

[Вперед.]

Без возражений и промедления симулакрум нажал кнопку на контроллере, и платформа с головокружительной скоростью рухнула вниз. Настал момент истины — он все же сумел отбросить сомнения и действовать без колебаний. Страх не исчез, но теперь его дополняла решимость… или отчаяние? Так или иначе, глядя на стремительно приближающуюся землю, он знал, что справится. Что он выполнит свою роль.

И хоть его платформа неслась навстречу твердой, безжалостной земле — симулакрум не боялся разбиться. Они не падали, о чем однозначно свидетельствовал, например, заданный угол платформы к горизонту. Устройство исполняло управляемый спуск — и он не сомневался в его надежности. Он помнил, как создавал его.

Напротив, его напряженное внимание было приковано к неприметной пещере. Он уже смирился (ну, почти смирился) со скорой участью быть разорванным гигантским пауком, но оставался другой вопрос — принесет ли его жертва желаемый результат. План был несложен — он должен всего лишь заманить самку серого охотника на платформу, чтобы сработали ловушки и запирающие обереги. Вот только серый охотник чертовски хорошо чуял ловушки. Собственно, этим и объяснялся его маневр: теоретически, упав с неба посреди охотничьих угодий паучихи, он обескуражит ее и спровоцирует на немедленную атаку.

Теоретически. На практике же паучиха была отвратительно непредсказуема. Зак и Зориан уже не впервые сражались с ней, и в прошлых схватках… ну, в итоге они смогли победить. В некотором смысле. Да, они убивали паучиху, но в одном из циклов Зак был укушен и до самого рестарта не мог пользоваться магией, а в другой раз Зориан сломал обе ноги и был выведен из строя на целую неделю, несмотря на все лечение, что можно купить за деньги. Боги, это было действительно больно. К счастью, симулакруму подобное не грозило — он был всего лишь копией разума в оболочке из эктоплазмы, и у него не было костей.

Хорошо бы ловушка сработала. Было бы здорово получить паучьи яйца — что до сих пор не получалось — хотя бы для того, чтобы сунуть их в лицо Сильверлэйк. Впрочем, Зориана устроит и просто уверенная победа, без сокрушительных травм, которые придется лечить до конца месяца.

Симулакрум нахмурился. Знаете что? Он не оставит все на волю случая. Если он должен умереть, то пусть его смерть хотя бы не будет бессмысленной. И прежде, чем платформа коснулась земли, он зачерпнул из общего с оригиналом резерва маны и сотворил ускоряющее заклятье. Мир вокруг замедлился — его восприятие ускорилось в два с половиной раза. Этого не было в плане — оригинал наверняка честит его последними словами за растрату драгоценного запаса энергии — но оригиналу придется смириться, ведь ускорение может позволить ему вовремя среагировать и выполнить свою задачу.

Платформа неожиданно мягко опустилась на землю — мощные обереги смягчили удар до едва ощутимого, но симулакрум все же замешкался на миг. Он тут же взял себя в руки, но серый охотник уже сделал ответный ход.

Быстро. Кажется, они вновь недооценили паучиху — с момента контакта не прошло и секунды, а тварь уже выпрыгнула из пещеры. Видимо, засекла вторжение и начала двигаться, пока симулакрум был еще в воздухе.

Ускоренные чувства позволили ему разглядеть летящую мохнатую тушу во всех ее жутких подробностях. Огромные глянцево блестящие жвала, бездушные черные глаза, шерсть, покрывающая все тело, словно взъерошенные перья…

Симулакруму было не стыдно признать, что на мгновение его просто парализовал страх. Он тут же собрался — в тот самый момент, как паучиха врезалась в землю уже за пределами оврага и, взметнув пыль и мелкий гравий, вновь взмыла в воздух. Он напряженно следил за полетом зверя, прикидывая, как удержать его на платформе, пока не активируются обереги. Но что-то было не так — серый охотник прыгнул слишком высоко и быстро, этак он…

Проклятье, тварь его просто перепрыгнет! Приманка ее не заинтересовала. То ли паучиха поняла, что платформа — ловушка, то ли сообразила, что он всего лишь конструкт из эктоплазмы, и не сочла его особо опасным — в любом случае, серый охотник совершенно проигнорировал платформу и стоящего на ней симулакрума.

Какой-то миг в нем боролись раздражение — и нездоровое веселье. С одной стороны, быть проигнорированным после всех мучительных переживаний — довольно смешно… но то, что паучиха не клюнула на приманку и явно прет к оригиналу — безнадежный провал его миссии. Будучи копией, он куда менее ценен, чем подлинник.

Он уже собирался подтащить паучиху телекинезом, или привлечь ее внимание магией разума… но память подсказала — это не сработает. Серый охотник имеет просто безумное сопротивление магии, и пытаться прямо воздействовать на него — все равно, что пытаться удержать живого угря. Бесполезно. Так что он пошел другим путем и метнул в проносящегося над головой монстра толстый шнур магической энергии, пытаясь поймать тварь и притянуть к себе. Вот только паучиха извернулась в воздухе, буквально на сантиметр уклонившись от веревки. И вновь распрямилась, приземляясь на все лапы — уже довольно далеко от платформы.

Разозлившись, симулакрум метнул спину твари ком эктоплазменных нитей, пытаясь привлечь ее внимание. Он уже знал, что паучиха достаточно сильна, чтобы вырваться — но, к его вящей досаде, даже не попал. Серый охотник мгновенно среагировал, перекатившись в сторону; несколько нитей успели закрепиться, вцепившись в лапы, но паучиха лишь ускорилась, вырывая комья поросшей травой земли, и порвала нити, даже не заметив. Тварь устремилась прочь, пару раз вильнув, уклоняясь от посланных симулакрумом магических снарядов. Заклятья были сотворены в спешке и до предела заряжены энергией — но все равно практически невидимы, демонстрируя отточенное мастерство Зориана — вот только тварь засекла их, даже не оборачиваясь, и сумела увернуться, превзойдя вплетенную в заклятья функцию самонаведения. Проклятье, как такое вообще возможно?!

Симулакрум смотрел на оставшийся в траве след, глубоко вдыхая и выдыхая, чтобы успокоиться — хотя эктоплазменному конструкту и не нужен воздух. Проклятая паучиха не то что не запрыгнула на платформу — она даже не удостоила его вниманием, уклоняясь от атак. Словно для нее симулакрум не был угрозой — а просто слегка агрессивной частью пейзажа!

Что же. Задание, очевидно, провалено — но он может пригодиться оригиналу и как-нибудь иначе. Он побежал вслед за монстром, по пути запрашивая указания. Оригинал видел все его глазами, так что много объяснять не пришлось. Ему тут же велели «просто наблюдать и больше не тратить ману». Блин, ну и козел. Ну да, возможно, он и потратил несколько больше общей маны, чем надо, но все же! Он же хотел как лучше.

Когда он наконец догнал паучиху, вокруг кипела битва. Серому охотнику противостояли Зак и Зориан, плюс несколько големов — пара тяжелых и медлительных защитников и десяток небольших, проворных атакующих. Монстр рванулся к Зориану — настоящему Зориану — но врезался в толстый многоцветный щит и был отброшен. Зак, воспользовавшись этим, попытался пронзить тварь тройкой черных пик, но паучиха мгновенно извернулась, кружась меж заклятьями, как лист на ветру, и вновь устремилась к Зориану, едва ее ноги коснулись земли. Она неслась зигзагами, взметая фонтаны песка и гравия, безошибочно избегая заранее размещенных ловушек — включая совершенно немагические, вроде волчьих ям и медвежьих капканов. Зак пытался накрыть монстра натуральным ливнем заклятий, Зориан же управлял големами, стремясь подвести паучиху под удар или в ловушку. Бесполезно — тварь двигалась с невероятными скоростью и проворством, а в те редкие моменты, когда уклониться от всех атак было невозможно — неизменно точно выбирала тот удар, что могла выдержать без значительного ущерба.

В очередной раз подловив паучиху, Зак метнул ей в спину шар спрессованного камня — но та, словно лошадь, лягнула задними ногами, разбив упрочненный магией камень, будто ком рыхлой земли. Зориан сумел попасть в зверя мощным испепеляющим лучом, но всего лишь выжег проплешину в густой шерсти. Зак поймал паучиху в куб многослойных силовых полей, но серый охотник прорвал барьер, как бумагу, и вырвался, прежде, чем парни успели укрепить клетку. Один из маленьких големов вцепился паучихе в спину — та без колебаний треснулась спиной о дерево, сбросив голема.

Симулакрум наблюдал за битвой, выжидая подходящий момент. Он знал, что, несмотря на отсутствие видимых результатов, ситуация пока под контролем. Путешественники во времени уже дважды бились с паучихой и научились ей противостоять, пусть и дорогой ценой. Паучиха все еще была жива лишь потому, что ни Зак, ни Зориан пока всерьез не пытались убить ее. Они все еще надеялись получить сравнительно целую кладку яиц, потому и избегали наиболее подходящие тут площадные заклятья.

И действительно, хоть парни и не могли пока убить паучиху, они постепенно оттесняли ее в сторону платформы. И она тоже это заметила — и упиралась изо всех сил.

Наконец, когда и Зак, и Зориан начали выдыхаться, исчерпав большую часть маны, а из десятка малых големов осталось всего два, путешественникам удалось заманить серого охотника в ловушку. Зориан специально приоткрылся, сотворив силовой щит чуть выше, чем нужно — и паучиха клюнула, попытавшись поднырнуть и добраться до парня. Может, тоже устала и решила рискнуть? В любом случае, Зориан был готов и тут же открыл перед собой пространственные врата — ведущие прямо на платформу. Паучиха попыталась извернуться в воздухе, но Зак придал ей ускорение мощным порывом ветра.

И когда тварь уже падала на готовую к активации платформу, она внезапно раскрыла последний козырь — выпустив струю паутины и буквально оттянув себя в сторону на получившемся тросе.

— Ну все, с меня хватит, — прорычал Зак. — Плевать на яйца, кончаем ее.

— Ладно, — недовольно согласился Зориан.

Симулакрум прекрасно понимал чувства подлинника: успех был так близок…

Один из уцелевших големов вновь попытался затолкнуть паучиху на платформу, но та сделала заднее сальто — иначе и не скажешь — и приземлилась прямо на голема. Оттолкнувшись от его головы, она вырвалась из зоны риска, заодно закинув самого голема на платформу.

…и по-прежнему недоступен.

Внезапно все вокруг затопило море огня — Зак сделал свой ход, и впервые за всю схватку паучиха закричала. Да, она была быстра и живуча, но не могла уклониться от удара по такой площади, а пламя слишком горячо, чтобы его игнорировать. Тварь выжила, но в ее шерсти появились огромные проплешины, пара глаз лопнули от жара.

От яиц не осталось и следа.

Самка серого охотника издала пронзительный скрежет и, обезумев от ярости, кинулась в атаку. Больше даже не пытаясь избегать ударов, она устремилась к Заку — даже быстрее, чем раньше — верно определив источник огня. Прорвалась сквозь шквал заклятий двух магов, потеряв еще один глаз и ногу, прыгнула. Она почти сумела вонзить жвала в грудь Зака, но Зориан успел переместить напарника к себе.

Обезумевший серый охотник смертельно опасен. Больше не считаясь с целостностью собственной шкуры, берсерк идет на все, чтобы добраться до врага. В прошлых циклах резкая смена тактики застала их врасплох — именно тогда Зориан получил те переломы — но теперь они были готовы, и противостоять обезумевшей паучихе было даже проще.

Площадная заморозка Зака, режущий силовой ком от Зориана, дружное самопожертвование уцелевших големов, облепивших паучиху и подорвавшихся — и тварь наконец издохла. Ее изувеченный труп словно прошел сквозь горнило войны — но на взгляд симулакрума — чудо, что тело вообще не разорвало на кусочки.

— Жалко, — оригинал подошел к трупу паучихи. — Я и правда думал, что в этот раз мы сумеем добыть яйца.

— А я просто рад, что в этот раз меня не куснули, — Зак потер грудь, словно отгоняя фантомную боль. — Спасибо, что отдернул. И не будь таким жадным. С этой тварью даже просто биться замучаешься, не то что ловить живьем. У нас по-прежнему есть ее труп в сравнительно приличном состоянии — значит, мы снова можем приготовить те офигенные зелья восприятия маны. Как по мне — уже достаточная награда.

Симулакрум улыбнулся, вспомнив потрясение Лукава, когда они в одном из прошлых циклов притащили ему труп серого охотника. Увы, пауки-убийцы были столь редки и опасны, что общедоступных рецептов для зелий из них просто не существовало, не говоря уже о конкретном зелье восприятия. Лукав не смог им помочь — сказал, что это уже не его уровень. Он мог лишь дать им список более компетентных алхимиков, предупредив, что даже им, скорее всего, придется разрабатывать рецепт с нуля. Зак и Зориан две недели обходили перечисленных мастеров, пока не нашли ту, что взялась изготовить зелья — и даже ей потребовалось больше цикла. В следующем месяце им пришлось передать ей ее собственные записи и придумать этому убедительные объяснения.

В итоге они получили рецепт мощных зелий восприятия маны, но все эти сложности наконец убедили Зориана самому научиться готовить зелья трансформации. Он все еще был новичком в этом направлении, но даже то, что уже узнал, было весьма полезно. Зелья орлиного глаза были на удивление просты в приготовлении, и давали невероятную зоркость.

— Именно, — сказал подошедший симулакрум, заставив Зака вздрогнуть.

— Ты все еще здесь? — спросил Зак. — А, точно, Зориан же сказал, что паучиха проигнорировала тебя.

— Угу, серый охотник совершенно мной не заинтересовался. Полагаю, распознал, что я симулакрум. Острота его чувств действительно впечатляет.

— Вот уж верно, — проворчал Зак. — Зориан, ты точно уверен, что тварь не разумна?

— Да, — ответил Зориан. — Я не могу на нее воздействовать, но мысленное чутье на ней прекрасно работает — и я могу оценить уровень разумности. Она тупее тролля.

— Но не глупее вороны или кабана, — возразил первоисточнику симулакрум. — Животная хитрость. Помнишь, как Зак притащил нас в тот бар в Князевых Дверях и, напившись, полез общаться с охотниками?

— Угх, такое забудешь… — ответил Зориан.

— Знаешь, Зориан, когда ты вот так разговариваешь сам с собой, это реальный сюр, — вставил Зак.

Ни оригинал, ни копия не удостоили его ответом.

— Так вот, — продолжил симулакрум. — Они еще рассказывали, как их наняли извести кабанов, разоряющих поля вокруг города — и жаловались, как быстро звери научились распознавать и избегать западни. Они даже говорили, что кабаны научились находить магические ловушки — как известно, не имея восприятия маны.

— Да, но для этого нужна тренировка, — нахмурился Зориан. — Не попадайся кабаны в ловушки, они бы не научились их обходить. Серому охотнику негде такому научиться.

— Откуда ты знаешь? — возразил симулакрум. — Нас сюда послала Сильверлэйк, помнишь? Логично предположить, что сначала она попыталась добыть яйца сама — но не смогла. Я сомневаюсь, что она открыто сражалась с паучихой, так что…

— Она использовала ловушки, — наконец понял Зориан. — Она использовала всевозможные ловушки — и научила тварь избегать их.

Похоже, мысль, что Сильверлэйк фактически натренировала монстра отражать атаки людей, привела Зориана в ярость — а вот Зак только усмехнулся.

— Коварные наниматели, прямо-таки ностальгия, — заметил он. — Помню, когда меня впервые подставили, я злился еще сильнее, чем сейчас Зориан. Между прочим, забавно, но твой симулакрум понял это раньше тебя. Как так вышло?

— Различия в мышлении, — пожал плечами симулакрум.

— Мы разделились считанные часы назад, — отмахнулся Зориан. — Какие между нами могут быть различия?

Симулакрум раздраженно нахмурился. Он не стал отвечать словами — вместо этого продавил мысленный канал и швырнул оригиналу несколько ярких воспоминаний. Изматывающее ожидание на летающей платформе. Ужасающее зрелище прыгнувшего в его сторону серого охотника. Ненавистное чувство бессилия, когда он мог только наблюдать за боем, не вправе вмешаться. Зориан ахнул и отшагнул назад, бросив на него потрясенный взгляд.

— Серьезные различия, — ответил симулакрум и добровольно отпустил эктоплазменную оболочку, развеявшись дымкой.

Его работа была завершена.

Зориан стоял под ярким солнечным небом — на брошенном поле, вдалеке от всего важного или опасного. Стоял не один, а в окружении знакомых лиц — Зак, Тайвен, Имайя, Кириэлле, Кана и Каэл. Все они сгрудились вокруг каменного стола, созданного Зорианом прямо из земли, и глядели на выстроившиеся в центре бутыльки с зельями. Каждый глядел по-своему.

Зак казался слегка заинтересованным, но собранным и спокойным. Тайвен была задумчива, погрузившись в себя и едва ли обращая внимание на окружающее. Имайя разрывалась между тихим восторгом — и волнением, время от времени хмуро посматривала на Кириэлле и Кану, наверняка считая, что они слишком молоды для такого. Каэл, судя по кислым взглядам в сторону Зориана, был с ней согласен. Впрочем, совесть самого Зориана молчала — если Каэл не хотел приводить сюда Кану, он мог просто ей запретить. Если же Каэл ни в чем не может отказать дочери — это его проблемы.

Ну, а Кириэлле… ее просто распирал восторг, она жадно пожирала глазами бутылек с зельем. Выглядело забавно, но Зориан ее понимал.

Не каждый день выпадает шанс превратиться в птицу и полетать.

— Ну что же, — наконец сказал Зориан. — Кто сомневается — сейчас последний шанс отказаться.

Единственным ответом было громкое «неет!» Кириэлле. Похоже, никто не передумал — но на всякий случай он покосился на Каэла, как наименее уверенного.

Кана, сидя на руках у отца, заметила этот взгляд и тихонько захныкала, словно предупреждая, чтобы морлок не смел передумать. Тот усмехнулся и коснулся пальцем ее лба.

— Я против, но все же буду участвовать, — Каэл встретился взглядом с Зорианом. — Наверное, тебя стоит поздравить — давно я не видел, чтобы Кана так сильно чего-то хотела. А теперь поспеши с объяснениями, пока я не передумал.

— Ладно, — пожал плечами Зориан. — Буду краток. Здесь шесть одинаковых зелий трансформации. Выпив зелье, вы превратитесь в сапсана.

— И сможем летать? — восторженно уточнила Кириэлле.

— Разумеется, — подтвердил Зориан. — Иначе зачем превращаться в птицу? Хотя на привыкание к новому телу может понадобиться время, так что не удивляйтесь, если не сможете полететь сразу.

— Что, если кто-то из нас упадет с высоты? — спросила Имайя. — Или на нас нападет хищник?

— Именно поэтому на столе шесть, а не семь зелий, — ответил Зак. — Я не буду превращаться и при необходимости вмешаюсь. А насчет хищников… ну, это маловероятно. Но если вдруг случится — с вами будет Зориан, он покажет им, где раки зимуют. Ни один хищник в окрестностях не выстоит против него.

В основном из-за сил психика. Обычные маги, принимая негуманоидную форму, становились уязвимы, лишаясь структурированной магии. Зориан же в форме сокола сохранял весь свой ментальный арсенал — его никак не назовешь беззащитным.

— Хорошо. Приятно слышать, что вы все обдумали заранее, — сказала Имайя. — Но разве это не чудовищно дорого? Не поймите превратно, я не меньше других хочу побыть соколом, но… тратить эти зелья ради забавы как-то расточительно.

Ах да — из присутствующих взрослых лишь Имайя не знала о временной петле. Когда-нибудь он точно расскажет ей правду — хотя бы чтобы посмотреть на ее реакцию.

Он задумался, формулируя убедительный ответ, но Тайвен опередила его:

— Не беспокойтесь, — вздохнула она. — Это секрет, так что не могу рассказать подробности, но для этих двоих зелья практически ничего не стоят.

Еще несколько уточнений — и бутыльки разошлись по рукам, миновав только Зака. Изначально Зориан собирался принять зелье первым, чтобы остальные убедились, что все работает — но Кириэлле, видимо, и так не сомневалась — и немедленно осушила склянку. Проблем не возникло — она превратилась, и остальные добрую минуту наслаждались зрелищем возящейся в траве соколицы. Она попыталась взлететь сразу после трансформации, но это оказалось не так-то просто.

После этого зелья приняли все.

Следующие несколько часов прошли с переменными успехами. С одной стороны, никто не пострадал. С другой — как выяснилось, Зориан сильно недооценил сложность освоения нового тела для обычных людей. Он думал, что у него плохо получалось в первый раз — но на фоне новоявленных летунов его первые попытки казались дебютом прирожденного гения. Поразмыслив, он пришел к выводу, что скорее всего это еще одно преимущество «Открытого разума», как это называли аранеа. Сама суть его способностей психика заключалась в более полном восприятии собственного разума и позволяла распознавать информацию из совершенно чуждых источников — будь то чужие мысли или сброшенные прямо в мозг результаты прорицания. Вероятно, именно поэтому он мог управлять новым, трансформированным телом куда лучше, чем, скажем, Имайя или Каэл.

Теперь он понял, почему магия трансформации оставалась уделом немногочисленных энтузиастов, и почему желавшие обращаться в животных так завидовали перевертышам. Ему было трудно научиться управлять новым телом — похоже, остальным это еще труднее. Нельзя овладеть трансформацией, когда в голову взбредет — чтобы добиться хоть каких-то результатов в новой форме, нужны долгие тренировки.

И все же, пока действовало зелье, все сумели хотя бы раз подняться в воздух. В основном — благодаря Зориану, который телепатически показывал, как должен двигаться сокол, а иногда даже управляя их телом напрямую, чтобы исправить недочеты. Без его помощи им, наверное, потребовалось бы как минимум три или четыре занятия, чтобы оторваться от земли. И они могли запросто искалечиться в процессе.

Все сошлись на мысли, что летать на собственных крыльях восхитительно, и это можно когда-нибудь повторить. Кириэлле же загорелась идеей в следующий раз превратиться в дракона.

Кажется, Зориан здорово напугал Каэла и Имайю, не запретив ей фантазировать.

— Что ты делаешь?

Зориан прервался — он как раз прорисовывал лежащие на блюде фрукты — и удивленно посмотрел на Кириэлле.

— Разве не видно? Рисую.

Честно говоря, он сам не знал, зачем это делает. Художником он себя не считал, просто хотелось попробовать новое хобби. Привычное чтение отошло на второй план — интересных историй не так много, а все, что ему нравилось, он уже перечитал как минимум дважды.

Вероятно, рисование ему тоже со временем наскучит, но пока он занимался им всего три цикла, и это помогало расслабиться.

— С каких это пор ты рисуешь? — она нахально заглянула через плечо. — И не связано ли это с твоим таинственным художником?

В первый момент он не понял, о чем речь — потом вспомнил, как объяснил ее старые рисунки, что выдал сестре в начале месяца. Он постепенно собирал альбом из цикла в цикл, в каждом месяце выдавая обновленную версию. А поскольку Кириэлле не хотела повторять за незнакомым художником — ей приходилось искать новые темы для рисования.

Он делал это, как и с рисунком — просто ради забавы.

Да, это расходовало доступный объем памяти — но это больше не было серьезной проблемой. С тех пор, как он открыл пакет матриарха, у него было более чем достаточно емкости. К тому же он недавно разработал более эффективный способ хранения записей — теперь он не считывал всю структуру тетради, а только нанесенные на страницы текст и диаграммы. Как будто бы простая идея, но на ее исполнение ушло несколько месяцев.

— Пожалуй, да, — согласился Зориан. Ведь и правда, он вряд ли занялся бы рисунком, если б не сестра.

— Это девушка? — заговорщицки спросила Кириэлле.

Уголки рта Зориана поползли вверх.

— О да, — он кашлянул, давя улыбку. — Определенно.

Кириэлле дьявольски ухмыльнулась, крайне довольная собой.

— Так я и знала! — ликующе заявила она. — Как ее зовут? Я ее знаю? Когда ты нас представишь? Ах да, и еще…

Чтобы отделаться от нее, ушло не менее получаса — и он сумел выдержать все это время, не заржав. Иногда он сам себя поражает.

Зориан задумчиво крутил в руках металлическую сферу. Стороннему наблюдателю он, несомненно, показался бы как минимум странным — ведь сфера была невидима. К счастью, тут не было посторонних — только он и тот, кто дал ему металлический шар.

Сфера в его руках была сложным, многослойным объектом, окруженным густой сетью перекрывающихся оберегов. Пластины, что словно чешуя образовывали поверхность шара, были щедро усыпаны гроздьями глифов — и механическими триггерами, готовыми уничтожить хрупкое ядро сферы при малейшей ошибке. Ядро, которое он должен извлечь в целости и сохранности. Ему придется пробраться сквозь натуральный лабиринт оберегов и осторожно разобрать сферу… и все это — вслепую, поскольку чары невидимости наложены именно на ядро.

Что же, пора приступить к работе.

Невидимость объекта неудобна — но не безнадежна. Его восприятие маны значительно обострилось с тех пор, как Ксвим познакомил его с этой способностью, а в последнее время он и вовсе добился прорыва. Отчасти благодаря зельям восприятия из трупа серого охотника, отчасти — потому, что они с Заком тратили просто неприличные суммы на обучение у экспертов.

Он сфокусировался на сфере, пытаясь прочувствовать ее структуру. Десять минут пассивного наблюдения — и он начал действовать. Осторожно изучить хитроумную структуру чарами прорицания — как обычными, так и редкими, узкоспециализированными. Осторожно нейтрализовать или обойти внешние обереги, начать разбирать металлическую конструкцию…

Ему потребовалось два часа напряженной работы — но он добился успеха и вручил ярко-красный кристалл наблюдавшему за его работой бородатому мужчине средних лет.

— Великолепно! Восхитительно! — радостно заявил тот. — Это было действительно впечатляюще. Ты даже лучше, чем был твой брат в этом возрасте.

Зориан молча улыбнулся в ответ на комплимент. За годы петли он успел привыкнуть и уже не впадал в ярость при постоянных сравнениях с Дэйменом — но предпочел промолчать, не доверяя голосу. Лишь молча кивнул, пользуясь расположением эксперта, обучавшего еще его брата.

— Я не мог не обратить внимание, что ты не использовал прорицательный компас, — заметил мастер, откидываясь на спинку стула. — Он тебе не нужен?

— Нет, — честно ответил Зориан. — Я сразу направляю всю информацию в голову. У меня врожденный талант к ее восприятию, так что компас не требуется. К тому же, как я выяснил, большинство физических инструментов отбрасывают значительный объем важной информации, просто потому, что не приспособлены отображать ее.

— Ха! Конечно, отбрасывают — потому-то мы, разрушители чар, и тратим огромные суммы на более совершенные прорицательные компасы. На мой взгляд, ты уже на том уровне, когда обычный хлам из магазина бесполезен — лучше обратиться в мастерскую и сделать персональный заказ. Впрочем, конечно, если ты действительно можешь разбирать все в уме — возможно, это лишние траты, не знаю.

Зориан задумчиво хмыкнул. Ему действительно не требовался компас, но проверить дорогостоящие, сделанные по спецзаказу образцы не помешает. Кто знает, может, его текущий метод в чем-то неполон. Почему бы не накупить целую коробку инструментов и не разобрать, выясняя, как они действуют?

Спустя пару часов он вышел на улицу — со списком производителей компасов и рекомендательным письмом, без которого серьезные специалисты просто не станут его слушать. Скоро он уже был в местном парке, где его поджидал Зак, сидя на скамейке и кормя голубей, как какой-нибудь пенсионер.

— Уже закончил? — слегка удивился Зориан. Предполагалось, что Зак обойдет инструкторов боевой магии, что должно было занять куда больше времени.

— Ни один из них не стоит нашего времени, — покачал головой Зак, кидая голубям очередной кусок хлеба. — Ларса — крупнейший и самый важный город Фалкринеи — казалось бы, где, как не здесь, искать толковых инструкторов? Но они в лучшем случае заурядны — видимо, не зря в военном плане Фалкринею считают слабейшей из стран большой тройки.

Зориан кивнул, полагаясь на его суждение. Зак десятилетиями оттачивал боевую магию и наверняка знает, что говорит. И хоть их стиль боя разительно отличался, он не сомневался, что напарник учел и его потребности в заклинаниях.

Он плюхнулся на скамейку рядом с Заком, попутно оценив безразличие голубей, проигнорировавших его приближение. Прилети эти голуби в Сирин — они бы еще до захода солнца превратились в жаркое. Можно что угодно говорить о военном потенциале Фалкринеи — но она действительно процветает.

— Как тебе новый инструктор? — спросил Зак. — Хорош?

— Он хорош, — медленно кивнул Зориан.

— Но? — почувствовал недосказанное Зак.

— Но он показывает мне далеко не все, что знает, — вздохнул Зориан. — И не думаю, что его удастся убедить. Я уже впечатлил его, но…

— Но главные свои секреты он передаст только официальному ученику, и даже задумается об этом не ранее, чем через год занятий, — закончил Зак.

— Как-то так, — кивнул Зориан.

— Как и предсказывал Ксвим, — заметил Зак. — Ты ведь не пробовал читать мысли людей из его списка?

— Нет, я пытался договориться с ними «подобающим образом». Надеялся, что чтение мыслей не потребуется, — хмурясь, ответил Зориан. — В какой-то мере, действительно не требовалось — мне было чему учиться и без сокровенных тайн. Но теперь… не знаю. Если мы и правда хотим выкрасть кинжал из королевской сокровищницы, нам нужно стать куда лучше во взломе чар и подобных навыках. А таким вещам не то что не учат незнакомцев, встреченных менее месяца назад — большинство экспертов просто никогда не признают, что владеют столь опасными, порой откровенно незаконными умениями.

Не то, чтобы их поиски не дали вообще ничего. Двое специалистов из списка Ксвима согласились обучить его всему, что знают — один погряз в долгах и отчаянно нуждался в крупных суммах, второй же был магом разума и сам очень заинтересовался врожденными способностями Зориана. Сравнивать структурированную магию разума и способности психика было довольно любопытно — и хоть он едва ли будет когда-либо пользоваться заклинаниями разума, они натолкнули его на несколько новых идей. Но всего два эксперта из длиннющего списка Ксвима…

Да уж, прискорбно. Тем более, что речь шла не только о моральной стороне дела — обучение по обоюдному согласию намного более эффективно. Кража воспоминаний требовала точного знания, что ищешь — потому и близко не могла сравниться с совместным трудом учителя и ученика. Скажем, применяй Зориан магию разума на Ксвиме — он не освоил бы и малой доли того, чему его обучил куратор. Ну, если Ксвим на самом деле не скрывает от него критически важные сведения, что как-то маловероятно.

— А если потрошить преступников? — спросил Зак. — Ты ведь вышел на подполье Сиории благодаря спискам партнеров аранеа, не так ли?

Да, конечно вышел. Что забавно, большинство фигурантов оказались не зыркающими из-под капюшонов подозрительными типами в темных подворотнях, а уважаемыми торговцами и (чуть менее) уважаемыми наемниками. Общаясь с ними, Зориан куда свободнее пользовался магией разума, но, если честно… Эти люди не просто так отказались от официальной практики и стали преступниками. Они просто были недостаточно хороши. Да, многие знали пару-тройку неплохих трюков, и Зориан копировал их при каждой возможности — но в целом все это проще было бы достать другими способами. Пожалуй, самое полезное, что он узнал от них — это где добывать нелегальные сведения и материалы и где сравнительно безопасно искать наемников, не задающих лишних вопросов. Действительно полезно, но Зак спрашивал не об этом.

— Не получится, — покачал головой Зориан. — У них нет того, что нам нужно.

— Ладно, — не стал настаивать Зак. — Мне, честно говоря, кажется, что мы и так неплохо справляемся. Не заставляй себя делать то, что не хочешь. Как-нибудь справимся.

Зориан промолчал, не зная, что ответить. Какая-то часть его шептала, что лишь дурак на его месте не будет пользоваться своими способностями на полную мощность, но он подозревал, что, привыкнув силой брать, что ему нужно, он уже не сможет остановиться. Ты — это то, что ты делаешь. Этот путь изменит его, и далеко не к лучшему. Да, он станет сильнее, и вероятность вырваться из петли увеличится — но стоит ли оно того, если вместо него из петли вырвется чудовище?

Зориан встал со скамейки и зашагал прочь. Зак последовал за ним, бросив голубям остатки хлеба. Оставив парк и его безрассудных голубей, они продолжили разговор на ходу.

— Невзирая на унылые результаты поиска — город неплох, — заметил Зак. — Ты собираешься еще куда-нибудь зайти?

— Вообще-то да, — ответил Зориан. — Здесь живет знаменитый мастер големов и пара специалистов в заклинательных формулах.

— Ты твердо решил истратить все наши деньги, не так ли? — риторически спросил Зак.

— Само собой. Не лежать же им без дела — в следующий цикл нам их не взять, — отозвался Зориан.

На самом деле, у этих троих он не собирался учиться — он собирался их нанять. Он занимался этим уже несколько циклов, нанимая экспертов разработать или улучшить для него заклинательные формулы. После чего брал готовые расчеты и в следующем цикле приносил тем же людям — чтобы еще более усовершенствовать. Иногда он поручал доработку другим специалистам, чтобы оценить отличия в их подходе к задаче.

Он сотрудничал с мастерами оберегов, создателями големов, алхимиками. Все те отрасли, где требуются долгие размышления и эксперименты, но итоговый результат довольно компактен и может быть использован другими. Наверное, в какой-то момент дальнейшие улучшения станут просто нерентабельны — но до этой стадии еще очень далеко. К тому же, когда это произойдет — он сможет обменять доведенные почти до совершенства решения на профессиональные секреты экспертов. Магические знания и технологии интересуют многих куда сильнее, чем деньги.

Язвительная часть Зориана указала, что это тот же грабеж, как и магией разума — просто более сложным способом. Зориан велел язвительной части заткнуться. Это не одно и то же.

Симулакрум номер два маялся скукой — что было полностью ожидаемо, ведь он, как прилежный студент, посещал занятия в академии. Сам Зориан давно уже забросил регулярное посещение, даже когда хотел оставаться на хорошем счету у преподавателей — пустая трата времени, уже не приносящая результатов. Увы, у него выбора не было. Оригинал задался целью выяснить, насколько заметна подмена, заставляя двойников постоянно общаться с людьми… и вот итог — он на уроках.

Ну хорошо, хорошо, в этом действительно есть некая логика. Он в курсе, ведь у него — вся память оригинала. Суть в том, что в академии полно всевозможных магов, а его одноклассники хотя бы немного знакомы с ним — если двойника и раскроют, так именно здесь.

Естественно, никто ничего не заметил. Вообще-то симулакрум послал утвержденный план подальше — вместо того, чтобы избегать внимания, он по максимуму использовал предзнание — и никто не счел это странным. В отличие от Зака, он считался прилежным, усердным учащимся. Все, наверное, решили, что он просто заранее освоил материал.

В любом случае, вместо напряженной, захватывающей шпионской миссии задача обернулась убийственной скукой. Единственный плюс заключался в том, что нужно вытерпеть лишь один день — оригинал ревностно следил, чтобы симулакрумы действовали не более суток. Завтра на уроки пойдет уже другой двойник.

Ну почему он не номер один, картографирующий подземелье, или не номер три, отбывший заключать торговое соглашение с племенами аранеа вокруг Князевых Дверей?

О, текущий урок наконец закончился, можно и…

— Ух ты, Зориан, ты правильно ответил на все вопросы внезапного теста! Как у тебя получилось? Я проверяла — некоторых вопросов даже в учебнике нет!

Он повернулся на стуле, встретившись взглядом с девушкой. Неолу. Прибыв в академию, он вскоре выяснил, что она считает его если не другом — то приятелем. Хотя он решительно не помнил, чтобы общался с ней до петли. Как такое может быть? Ну… он — не первый симулакрум, посланный на уроки. Судя по всему, один из предшественников тоже мучился скукой — и решил сойтись с ней. И ничего не сказал оригиналу.

Сам номер два тоже не собирался говорить об этом оригиналу. Все это было достаточно безобидно, а представлять реакцию оригинала, когда тот наконец узнает, было довольно весело.

Он подался вперед и заговорщицки поманил Неолу приблизиться. Краем глаза заметил, что Акоджа тоже подалась в их сторону, намереваясь подслушивать.

— У меня есть машина времени, — серьезно прошептал он. — С ее помощью я жульничаю на контрольных.

На заднем плане негромко фыркнула Акоджа. А вот Неолу странно, оценивающе на него посмотрела.

— Правда? — с подозрением спросила она, словно он сказал что-то маловероятное, но вполне возможное.

Нда… такой реакции он не ожидал. Секунду он просто смотрел ей в лицо, не зная, что ответить. Хмм… если подумать, Неолу довольно мила. Симпатичное лицо, да и ее наивность, пожалуй, приятна — в небольших дозах. В прошлом Зориан считал ее недалекой пустышкой и не задумывался об этом. Но он, кому осталось жить меньше суток, был куда снисходительнее в суждениях.

— Нет, просто шучу. У меня нет машины времени, — терпеливо объяснил Зориан.

— Жаль. Было бы здорово иметь машину времени, — улыбнулась Неолу. — Иногда мне очень хочется вернуться в прошлое и исправить ошибки, пока все не зашло далеко.

— Как и всем нам, — пожал плечами Зориан. Жаль, что петля работает по другому принципу. Подумав, он вырвал из тетради листок, записал вопросы завтрашней контрольной по заклинательным формулам и вручил девушке.

У нее забавно округлились глаза — похоже, поняла, что там написано.

— Это же… — начала было она, но Зориан прервал ее:

— Шшш. Я ничего тебе не давал, ладно? Ну, увидимся завтра.

Акоджа потом наградила его очень неодобрительным взглядом. Видимо, тоже поняла суть его поступка — и была недовольна. Впрочем, ее недовольство значительно смягчилось, когда он дал копию списка и ей — хотя она и пробормотала что-то насчет того, что жульничать нехорошо.

Симулакрум закатил глаза и направился к дому Имайи — докладывать оригиналу.

Что-то подсказывало ему, что убеждения старосты не помешают ей воспользоваться списком при подготовке.

С первой попытки Зака и Зориана проникнуть в сокровищницу минуло восемь циклов. Все это время они расследовали состав заговорщиков, разыскивая возможные следы Красного, искали другие Ключи и обдумывали способы вырваться из петли. Разумеется, поскольку их нынешних навыков явно не хватало, чтобы добыть известные Ключи, и они понятия не имели, какие умения понадобятся для поисков остальных, значительную часть времени они уделили разнообразным магическим тренировкам.

Зак постарался сосредоточиться на восприятии души и ментальной защите, но оба навыка требовали настойчивости и терпения — а парень был по натуре нетерпелив. Он часто бросал это занятие и тратил время, пытаясь улучшить свои боевые показатели — хотя и так был очень хорош в боевой магии, а улучшения — еле заметны.

Что до самого Зориана — он занимался всем помаленьку, от новых уроков ментальной магии у аранеа (хоть он уже освоил все легкодоступные навыки, и дальнейший прогресс давался все сложнее и сложнее) до работы с големами и магических тренировок. Но основной упор он делал на пространственную магию и магию времени — надеясь, что это даст ему подсказку, как покинуть петлю. С подсказками пока было не очень — но, по крайней мере, он чего-то добился, научившись открывать пространственные врата и ускоряться.

Сейчас парни были в Черном Зале — но не том, что под Сиорией. В результате упорных поисков по всей Алтазии — раз уж второй запуск Зала Сиории оставался труднодоступным — они нашли еще два, один в Суламноне, другой — в Цвеньяре, образовавшейся после Раскола небольшой стране, граничащей с Эльдемаром. Увы, эти залы серьезно уступали эльдемарскому — суламнонский давал двенадцать дней, цвеньярский — и вовсе пять. С другой стороны — это все-таки дополнительные семнадцать дней, так что Зак и Зориан не забывали использовать их в каждом цикле.

Пожалуй, и хорошо, что эти Залы были менее мощны — три месяца изоляции в каждом цикле могли всерьез повредить их психику.

Тем более, что Зак и так был на пределе — хотя они были в цвеньярском Зале, и до выхода оставался всего один день.

— Проклятье! — рявкнул Зак; сложный геометрический узор над его ладонью исчез, как только заклинатель утратил контроль. Последние дни Зак осваивал действительно экзотические плетения, пытаясь еще немного улучшить свои боевые заклятья… но, похоже, не все шло гладко. — Все, мое терпение лопнуло! С меня хватит!

Парень выпалил все это в небо (то есть в потолок), воздев руки вверх. На взгляд Зориана, дело было отнюдь не в сорвавшемся упражнении плетения.

— Все еще злишься из-за того случая на специальной тренировке Аланика? — предположил он.

Зак разразился отборной бранью — видимо, угадал.

Это случилось в прошлом цикле. Аланик наконец счел, что Зак достиг необходимого уровня и может пройти ту опасную специальную тренировку. Зак был в восторге — и полностью уверен в себе, но стоило Аланику коснуться его и попытаться отделить душу от тела — сработал маркер Зориана, и цикл перезапустился.

Вплетенный в их души маркер вообще был очень любопытной штукой. Изучать его было не проще, чем искать ответы в чужой памяти — нужно точно знать, что именно ты ищешь, просто листать, как книгу, не выйдет.

Теперь же, запомнив, что делал его маркер, чтобы перезапустить цикл, Зориан без особых проблем проанализировал все своим выстраданным восприятием души — и выяснил, что случилось.

Как оказалось, в маркере был триггер, обрывающий цикл в случае «существенного воздействия» на разум или душу Контролера. Было не очень понятно, как оценивалось «существенное» воздействие — но, очевидно, попытка вырвать душу из тела к таковым относилась.

В маркере Зориана эта функция была неактивна — что и позволило ему пройти специальные тренировки Аланика. А вот маркер Зака был полностью функционален — он счел действия Аланика атакой на Контролера и среагировал соответственно.

Теперь Зориан мог ответить на многие давние вопросы. Например, почему Красный не повредил память Зака сильнее — вероятнее всего, просто не мог. Скорее было удивительно, что он сумел даже это, не спровоцировав рестарт. Если он правильно разобрался в своем дефектном маркере, триггер был весьма чувствителен — его автор был тем еще перестраховщиком. Вероятно, Красный потратил не один цикл в поисках способа обойти эту защиту.

Это также объясняло, почему Зак в прошлом так беспечно относился к угрозе магии душ и магии разума. Скорее всего, он не раз попадал под такие атаки, но они всего лишь обрывали цикл. Учитывая этот факт — поведение Зака было далеко не таким дурацким, как казалось Зориану.

Разумеется, никакая защита не абсолютна. Личи, например, зачастую используют очень похожую схему, выдергивающую их душу назад в филактерию в случае успешной атаки магией душ или иной подобной угрозы. Потому-то Кватач-Ичл, наверняка не раз бившийся с личами-соперниками, сразу понял, как обойти защиту, когда Зак по глупости сказал ему, что не умрет при гибели тела. Что же до Красного, обошедшего защиты и повредившего память Зака — Зориан не был уверен…

…но подозревал, что дело в неструктурированной магии разума. Он определенно помнил, что Красный использовал на них с Заком именно неструктурированные ментальные техники — хоть они у него и выходили скверно. Тогда это казалось глупым, ведь структурированная магия подошла бы не-психику намного лучше. Но если триггер маркера настроен на структурированную магию разума — все сразу встает на свои места.

Поначалу такой недосмотр неструктурированной магии разума со стороны создателя маркера казался Зориану вопиющей ошибкой. Но чем больше он об этом думал, тем логичнее казался выбор древнего мастера. В прошлом неструктурированная магия встречалась значительно реже — как из-за примитивного подхода к плетениям, так и из-за молодости и простоты магических династий. Во времена, когда создавался маркер — и сама петля — магия значительно отличалась от современного состояния. А тот, кто активировал Врата Государя в этой эпохе, не смог или не захотел произвести обновление маркера в соответствии с изменившейся обстановкой.

— …все то время, что я просрал на этих тренировках! — закончил Зак, наконец выдыхаясь.

— Все не так скверно, — заверил его Зориан. — Да, ты многое потерял, не сумев пройти специальную тренировку, но зато обрел базовое восприятие души, это уже кое-что. По меньшей мере, это позволит тебе накладывать на душу защитные чары. Без которых будет не обойтись, когда мы пойдем к Кватач-Ичлу за короной. Так что ты не потратил время зря. Все, что мы потеряли — один цикл.

— Да, оглядываясь назад — нам не следовало пытаться в самом начале месяца, — скривился Зак.

— Все мы сильны задним умом, — пожал плечами Зориан. — Это всего один цикл, и взамен мы узнали кое-что важное. Прорвемся.

Зак вздохнул и откинулся на пол, что-то пробурчав. Повисло короткое молчание.

— Кажется, за прошедшие семь с чем-то месяцев мы мало чего добились? — сказал он наконец. — Смотри, мы проверили всех высокопоставленных членов культа, и так и не вычислили Красного. И Вейерса мы тоже не нашли — он как сквозь землю провалился. Мы все еще не можем достать проклятый кинжал из сокровищницы, и понятия не имеем, где искать остальные Ключи…

— Вообще-то последнее не совсем верно, — прервал его Зориан. — Мы не знаем их точного расположения, но знаем, где искать.

Они уже потратили на поиск Ключей уйму времени и денег. Подобный проект не осуществить вдвоем за оставшееся время — поэтому они даже не пытались. Они переложили часть работы на многочисленных торговцев информацией, законных и не очень, платя огромные суммы, чтобы их агенты проверяли каждый слух о наследии Икосианской Империи. Они нанимали историков и смотрителей музеев перерывать архивы в поисках даже малейшей зацепки. Что до них самих — они сумели пробраться в государственные архивы Эльдемара, Суламнона, Фалкринеи и других стран Раскола. Защита архивов не шла ни в какое сравнение с сокровищницей, а отколовшиеся страны и сами искали исторические реликвии.

И, к счастью, небезуспешно.

— И чем нам поможет знание, что один Ключ где-то в глубинах пустыни Кслотика, другой затерян боги знают где в джунглях Коса, а третий спер какой-то засранец и вывез в Блантирр? — пробурчал Зак. — Ясно только, что на Алтазии Ключи можно больше не искать. Да и как нам туда попасть? Потребуется почти месяц, чтобы только добраться до Коса — а искать когда? Если эта информация верна, то мы в полной жопе, Зориан.

— Возможно, — согласился Зориан. — Но знаешь, у меня есть план…

Глава 64. Расстояние

От Эльдемара до Коса — весьма приличное расстояние. Сложно назвать точную цифру, ведь Кос занимает изрядную часть южного континента, но по оценкам Зориана — не менее семи тысяч километров. Такую дистанцию вполне можно покрыть за месяц — но Зака и Зориана это не устраивало, ведь по прибытию им потребуется время на поиски Ключа. К тому же, если они потратят почти весь цикл на путь в Кос, то не смогут воспользоваться оставшимися в Алтазии Черными Залами. То есть, по сути, потеряют больше месяца времени.

Обычно из Эльдемара в Кос добираются двумя способами. Самый простой и дешевый — сесть в Луе на корабль и отправиться по морю. Даже недорогие суда доставят вас в Кос за месяц, быстроходные же — всего за двадцать дней! Ну, если по пути корабль не потопит тот же тигровый наутилус. Впрочем, он слышал, что основные маршруты давно расчищены от них — как и от морских гидр, клинковых акул, летающих барракуд… так что вряд ли потопят. В любом случае, именно этим способом воспользовались родители Зориана, имея достаточно времени и не желая платить больше, чем необходимо.

Второй популярный способ — воспользоваться сетью телепортационных платформ, соединяющей крупнейшие поселения Алтазии и Миасины. Дороже, чем кораблем, но для них с Заком это не проблема. Проблема в другом — этот способ быстрее морского, но… ненамного. Исходя из общедоступной информации, Зориан оценил продолжительность путешествия в пятнадцать суток — при идеальных условиях. Беда в том, что телепортационные платформы работали по четкому графику, и его не ускоришь — ведь транспортная сеть протянулась сквозь множество разных стран, и ни одна из них не хотела оставлять ее без государственного контроля. На каждой платформе придется проходить проверку и таможенный контроль, что потребует времени. Много времени, если верить Заку — он уже пытался таким способом достичь Коса, просто так, по прихоти — и провел в пути большую часть месяца. Выйдет ли у него лучше? Едва ли. Операторы вряд ли согласятся на внеплановую активацию даже за дополнительную плату — кто рискнет устроить международный скандал ради пары монет? А если Зориан пустит в ход магию разума и «переубедит» их — еще остаются операторы на другом конце. И с той стороны их вполне могут встретить пулями — бывали случаи, когда телепортационные платформы использовались для рейдов и внезапных атак, потому и отношение к внеплановым телепортациям крайне нервное.

По всему выходило, что Зориан вряд ли сможет значительно оптимизировать прохождение платформ. Они удобны, когда цель в одном-двух прыжках — но просто не предназначены провозить пассажиров настолько быстро, насколько позволит кошелек. Наоборот, скорость перехода была намеренно снижена, чтобы чиновники могли хоть как-то контролировать процесс.

Увы, других общепринятых способов не существовало. Бесстыдно богатые люди не толкались в очереди как можно скорее попасть в Кос, так что готового способа для них не было предусмотрено.

Так что оставались неортодоксальные способы. Зориан даже обдумал пару-тройку радикальных — скажем, угнать воздушный корабль, или трансформироваться в перелетную птицу и добраться своим ходом — но в итоге отказался от них, как слишком изощренных, чтобы сработать. К тому же все эти способы не решали проблему оставшихся в Алтазии Черных Залов — и требовали от него нескольких циклов на обучение редким и не самым полезным в жизни навыкам. Умением водить воздушные корабли можно похвастаться — но другой пользы от него нет, если не собираешься зарабатывать этим на жизнь.

А затем он припомнил о заклятии врат — и симулакрумах, которых он последнее время так активно использовал. Вероятно, потому и вспомнил. В отдельности эти заклятья не решали его проблем… но вот вместе — возможно.

Насколько знал Зориан, у симулакрума нет предела дальности — он возникает рядом с заклинателем, но потом может отправиться куда угодно. Заклятье же врат сильно ограничено своей скромной дальностью… но не в том случае, если два заклинателя в конечных точках работают в тандеме. Для двух заклинателей, открывающих врата друг к другу, также не существовало предельного расстояния. Хотя на практике это заклятье редко использовалось таким образом — мало того, что магов, способных сотворить врата, кот наплакал — так их еще и нужно как-то синхронизировать между собой — и это на большом расстоянии. Зачастую быстрее и практичнее телепортироваться по цепочке, с остановками.

С заклятьем симулакрума Зориану не нужно искать второго заклинателя — он сам может быть в двух и более местах. И хотя координировать заклятья на межконтинентальных дистанциях не так-то просто — в этом нет ничего невозможного. В крайнем случае он может просто велеть симулакруму оставить за собой след из цепочки телепатических реле.

Чем эта идея была хороша — пока симулакрум добирается в Кос, сам Зориан остается в Эльдемаре, не теряя доступа к Черным Залам. Правда, это означало, что у него будет на одного помощника меньше. С его регенерацией маны он мог нормально поддерживать всего трех двойников, так что потеря одного весьма ощутима.

К тому же, это значит, что ему придется отказаться от правила 24 часов. Впрочем, с этим как раз особых сложностей не предвиделось — с учетом всех обстоятельств, его двойники вели себя очень прилично. Да, его симулакрумы бывали сварливы и нелогичны, но они — это он, и не забывают о его интересах. Хмм, может продумать какую-нибудь страховку — на случай, если один из симулакрумов слетит с нарезки и попытается захватить власть? С другой стороны, что бы он ни придумал — симулакрум будет об этом знать. Аргх…

В любом случае, остается другой вопрос — как его симулакрум вовремя доберется до Коса. Хорошо, конечно, что сам Зориан не потратит половину цикла на путь и не пропустит Черные Залы — но на поиски в Косе останется всего дней пятнадцать. Нужен вариант получше.

Именно поэтому он и решил обратиться к Посвященным Молчащих Врат. Может, он и потратит время впустую, но, если они правда что-то знали о работе с вратами Бакоры — это может оказаться именно тем, что ему нужно.

Зачем прокладывать новый путь — если уже есть существующий, да еще и практически ничей?

Потому Зак с Зорианом и стояли перед представительницей Посвященных, Укрывшейся В Пустоте. Она явно нервничала, постоянно ежась и переминаясь на месте — как-то чересчур для профессионального переговорщика. С другой стороны, много ли людей знают аранеа достаточно хорошо, чтобы расшифровать их язык тела? Может, он вообще один такой.

Вокруг на правах стражи собрались восемь аранеа. Поначалу их было четыре, но когда Посвященные поняли, что нужно гостям — охрана была удвоена.

Ход переговоров не обнадеживал.

— Мне очень жаль, уважаемые гости, но мы ничем не можем помочь, — сказала представительница Посвященных, используя заклинание для имитации речи. То ли она не очень уверенно им владела, то ли пыталась оказать примитивное психологическое давление, но искусственный голос звучал искаженно и гулко. — Врата Бакоры, которыми мы располагаем — не более, чем ценный исторический памятник. Они имеют важное символическое значение, но мы не знаем, как их активировать.

Ее средние лапы слегка дрогнули — нервный тик преследовал аранеа с самого начала переговоров.

— Но пожалуйста, — добавила она как можно искреннее, — если узнаете что-нибудь об активации Врат, незамедлительно сообщите нам. Мы не менее вас заинтересованы этой проблемой.

— Даже не сомневаюсь, — недовольно цокнул языком Зориан.

Они уже перебрали все мыслимые варианты, пытаясь договориться с племенем — предлагали секретные сведения о соседних паутинах, деньги и редкие материалы, секретные техники других племен, разученные в прошлых циклах и совершенно немыслимые объемы кристаллизованной маны. Бесполезно — Посвященные Молчащих Врат упорно делали вид, что не понимают, о чем речь.

Он переглянулся с Заком — тот пожал плечами в ответ. Идея договориться с аранеа принадлежала Зориану, Зак же пришел на встречу под Пустым Разумом и по большей части хранил молчание, нервируя паучих. Собственно, как и планировалось — Зориан предложил этот вариант, как невысказанную угрозу. По опыту прежних встреч с Посвященными он уже знал, что одними вежливостью и щедростью ничего не добьется — не стой за ним мрачный силуэт экранированного от телепатии мага, его бы давно уже попросили убраться.

Правду говорят, что добрым словом и пистолетом можно добиться куда большего, чем просто добрым словом.

Но даже так — хозяева начали терять терпение; Зориан отметил, как некоторые аранеа смещаются, готовясь к броску.

— Пожалуйста, прекратите, — вздохнул он. — В настоящем бою у вас нет шансов. Уверен, вы заметили, что мой друг под Пустым Разумом, и можете не сомневаться — он действительно хорош. Не буду скромничать — я и сам довольно неплох. Если нападете — погибнете. Не стоит этого делать.

— Если ты так уверен в себе, зачем вообще разговаривать? — в искусственном голосе Укрывшейся В Пустоте Зориану послышались горькие нотки. — Почему не взять нужное силой?

— Потому что это неправильно, — как само собой разумеющееся ответил он. — Мы не бандиты.

— Вот как. Тогда твой друг..? — она чуть подалась в сторону Зака, заставив того приподнять бровь.

— …пришел лишь ради страховки, — ответил Зориан. — Если не нападете сами — насилия не будет.

К тому же он не был уверен, что смог бы выведать секреты из их памяти. Скорее всего, в тайны Врат была посвящена лишь горстка экспертов и, возможно, руководство — и те, и другие прекрасно умели защищать свои тайны. В прошлом, когда Зак и Зориан разоряли поселения аранеа, их старейшины имели неприятную привычку стирать важные секреты из своего разума, не оставляя их захватчикам. Тогда это не особо мешало — ведь они приходили не за секретами. Сейчас это грозило все испортить.

— В таком случае, буду откровенна — мы не собираемся делиться своими секретами, — сказала Укрывшаяся В Пустоте. — Ты зря тратишь свое и наше время.

— Что бы мы ни предложили? — нахмурился Зориан.

— Боюсь, что да. Я и правда не могу себе представить, что бы ты мог предложить взамен на наши самые сокровенные секреты.

Что же. В какой-то мере… ожидаемо. Значит — секретный козырь.

— Тогда давайте рассмотрим последнее предложение, — сказал Зориан.

— Конечно, — Укрывшаяся В Пустоте транслировала отсутствие какого-либо интереса и облегчение, что разговор наконец подходит к завершению.

— Мы с Заком — путешественники во времени, — начал Зориан. — И можем передать сообщения от вас нынешних — вам прошлым.

Замершая было представительница аранеа как-то странно пошевелила передними лапами.

— Да… Должна сказать, такого нам еще не предлагали. Мне даже стало интересно — есть ли у тебя какие-нибудь доказательства?

— Через три дня вы отправите троих аранеа к старому партнеру в Тозен — за очередной партией кристаллизованной маны, — сказал Зориан, заставив паучиху вновь замереть. — Но это окажется ловушкой, и две из трех не вернутся назад.

— Это не… — начала было Укрывшаяся В Пустоте.

— Еще через два дня, — повысил голос Зориан, прерывая ее, — вы наконец найдете Красные Свитки Тмилисена, но прежний покупатель откажется их брать. Он направит вас в Падину, в музей магии. В то же время вы получите ящик кристаллов угольного сердца…

После еще где-то десятка предсказаний Укрывшаяся В Пустоте сдалась и ушла совещаться со старейшинами. Час спустя к ним вышла более высокопоставленная аранеа — Мерцающая Звездная Река, судя по всему, кто-то вроде заместителя старейшины. В отличие от Укрывшейся В Пустоте, она не отметала все его предложения, но тоже не стала говорить о вратах Бакоры.

— Нам потребуется время, чтобы проверить твои… предсказания, — извиняющимся тоном сказала она. Действительно извиняющимся, в актерском мастерстве Укрывшаяся и рядом с ней не стояла. — Уверена, ты понимаешь.

— Понимаю, — медленно кивнул Зориан. — Ничего страшного. Мы и не рассчитывали, что сумеем договориться за один раз.

— Но все в порядке, — солнечно улыбнулся Зак. — У нас сколько угодно попыток.

К ее чести, Звездная Река не вздрогнула, как это делала Укрывшаяся В Пустоте — но Зориан ощутил ее беспокойство. Они с Заком объяснили ей общие принципы петли, но не стали упоминать существенные детали — вроде того, что их время ограничено, или насколько важны для них сведения о вратах Бакоры. Зориан затруднялся сказать, насколько Посвященные поверили ему, но они были достаточно обеспокоены, чтобы по крайней мере выслушать его.

— Кстати, если есть способ быстро подтвердить мои слова в будущих циклах, я бы не отказался узнать его, — добавил он.

— Нам потребуется сначала обсудить все это, — дипломатично сказала Звездная Река.

После этого их вежливо выставили из поселения, сказав вернуться через неделю. Пожалуй, это уже победа — Зориан опасался, что его поднимут на смех, как только он упомянет путешествия во времени. И раз уж им не ответили немедленным отказом — они сумеют убедить их в реальности временной петли. Пусть у них и нет в запасе вечности, как они намекали Звездной Реке, но оставшихся циклов более чем достаточно, чтобы договориться.

— Кажется, мы их здорово напугали, — заметил Зак по пути в Сиорию. — Особенно когда ты стал перечислять сделки с другими племенами и упомянул, что хочешь отблагодарить их после петли. Казалось бы, надо радоваться за сородичей, но, видимо, здесь не тот случай.

— Последний раз, когда одно из племен аранеа получило значительное преимущество, они захлестнули весь континент, истребив или подчинив себе все прочие племена, — указал Зориан. — Так что их опасения обоснованы.

— Хех, об этом я как-то не подумал, — задумчиво сказал Зак. — В смысле, ты уже об этом рассказывал, но я не думал, что это может настолько повлиять на них. Хорошо, что переговоры вел ты. Ты куда лучше понимаешь психологию аранеа.

Повисло короткое молчание, затем Зак продолжил:

— Так все же… ты действительно собираешься передать знания другим паутинам?

— Разумеется, — кивнул Зориан. — Конечно, не всем, с которыми я имел дело, но те, кто действительно помог мне, получат что-нибудь в знак моей благодарности.

— А как насчет помощников-людей? — спросил Зак. — Они получат награду?

— Это несколько опаснее, с них, в отличие от аранеа, станется выследить пославшего подарки, — ответил Зориан. — Я хочу отблагодарить их за помощь, но и слишком подставляться из чувства справедливости как-то не хочется.

— Угу, у некоторых нет никакого стыда, — согласился Зак. — Им палец в рот не клади, всю руку откусят. А другие слишком любопытны — и порой не знаешь, что хуже…

— Ага, — вновь кивнул Зориан. — Я в любом случае собираюсь отплатить за помощь, но с людьми придется быть осторожнее.

— У меня даже совесть проснулась, — признался Зак. — Не думаю, что когда-либо всерьез собирался отплатить кому-то за помощь в петле. Позови меня, когда будешь готовиться, хорошо? Думаю, мне действительно нужно отблагодарить несколько человек.

— Конечно.

— Итак, — продолжил Зак. — Посвященные Молчащих Врат. Как думаешь, их руководство поверит нам?

— Возможно. Но даже если поверят — не факт, что согласятся на сделку, — покачал головой Зориан. — Если у них хватит паранойи — то будут избегать любых дел с нами, чтобы не навредить себе. Они не могут заставить нас исполнить свои обещания после петли — вдруг мы просто выдоим все их секреты и бросим? Ну, знаешь, как считал Призрачный Змей?

Зак скривился. Он не любил вспоминать про духа-змею, приняв его обвинения куда ближе к сердцу, чем Зориан.

— В любом случае, — продолжил Зориан. — Даже если эти переговоры провалятся — это еще не конец света. По меньшей мере еще одна группировка имеет представление, как работают врата Бакоры — под Сиорией находятся действующие врата захватчиков, предположительно, основанные на том же принципе.

— Никто из ибасанцев не знает, как эта штука работает, — заметил Зак. — Поди, один Кватач-Ичл знает. Так что толку от тех врат…

— Да, возможно, — согласился Зориан. Он читал память многих высокоранговых захватчиков и убедился, что врата создал кто-то другой. Или секреты Врат знал один Кватач-Ичл, или создателей артефакта не взяли в набег. Вполне логично, ведь врата давали ибасанцам огромное преимущество, и они точно не хотят, чтобы секрет достался эльдемарским магам. — Но я говорил не о чтении памяти. Я думал — может, нам просто захватить площадку с вратами и не спеша разобрать их?

Зак поднял бровь.

— Не ты ли сказал, что на это уйдут месяцы? Или даже годы. Что изменилось?

— Я понял, что туплю, — ответил Зориан. — Конечно, вдвоем мы можем провозиться очень, очень долго… но зачем? Можно же привести целую армию специалистов и заняться этим сообща.

Зак задумчиво хмыкнул.

— Это нужно делать крайне осторожно, чтобы к нам на огонек не заглянул Кватач-Ичл, — сказал он. — Впрочем, как и всегда, когда дело касается вторжения, не так ли? Да, стоит рискнуть. Давай попробуем.

— Сперва дождемся дня вторжения, — поспешно уточнил Зориан. Еще не хватало погибнуть посреди цикла из-за нетерпеливого напарника. — Выждем момент, когда врата практически не охраняются.

— А, ну да, ты же говорил, — слегка сбавил обороты Зак. — Черт, ну почему я сам до этого не додумался? Знаешь, я сам ведь так и не прошел сквозь врата. Даже если я успевал пробиться к ним до появления Кватач-Ичла, охранники всегда выключали их прямо у меня перед носом.

— Поверить не могу, что вместо тихого проникновения ты просто атаковал ибасанскую базу в лоб, — отозвался Зориан. — С чего ты вообще взял, что это сработает?

— Я не силен в тихих проникновениях, — беспечно пожал плечами Зак. — К тому же, это почти сработало. Если работает — значит, все путем, так ведь?

…и до самого порога они так и спорили, есть ли разница между «почти получилось» и «все равно не вышло».

— Что значит — у меня свидание с Акоджей? — ошарашенно спросил Зориан у симулакрума.

— То и значит, — невозмутимо ответил двойник. — Она попросила встретиться с ней в небольшой чайной в двух кварталах от академии, и я согласился.

Зориану захотелось приласкать этого гада молнией — правда, он знал, что легче ему не станет. Наоборот, он лишится ответов на важные вопросы, вроде «да как такое вообще могло случиться?!» — и еще сильнее все запутает.

— Ты не можешь сам принимать такие решения! — злобно прошипел он двойнику.

Тот приподнял бровь.

— Так и есть, — надавил Зориан. — Да, ты мой симулакрум, и я дал тебе карт-бланш — но тебе следовало сначала связаться со мной.

— Хочешь сказать, что будь ты на моем месте, ты послал бы ее подальше? — с понимающей улыбкой спросил симулакрум.

Зориан нахмурился. Случись это до временной петли — да, определенно. Сейчас? Да ни за что. Он не собирался встречаться с Акоджей — едва ли они сошлись бы характерами — но он, по крайней мере, даст ей шанс.

И хоть проклятая понимающая ухмылка на лице двойника и бесила его — тот был прав, сам Зориан принял бы то же решение.

— Все это… — начал было Зориан, но прервался и вздохнул. — Когда?

— Через два дня.

— Как, черт возьми, это произошло? — спросил Зориан. — Я знал, что нравлюсь Акодже, но раньше она ничего такого не делала. Что изменилось? Что ты сделал?

— Вообще-то она как-то назначала тебе встречу, помнишь? — уточнил симулакрум. — Но в последний момент струсила, и все кончилось ничем. Но, думаю, в этот раз будет иначе — все же настоящее свидание. Так вот, я ничего не сделал, это твои прежние симулакрумы.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Зориан. Весь этот разговор он только и делал, что хмурился.

— Судя по всему, они много чего делали. Общались с самыми разными людьми, не упоминая это в отчетах. И, в частности, сошлись с Акоджей — настолько, что она набралась смелости пригласить меня.

Прежде, чем развеять симулакрум, Зориан всегда просил создать пакет памяти со всеми важными событиями его короткой жизни. Обычно это сопровождалось устным докладом — Зориан считал полезным общаться со своими двойниками, чтобы оценить их успехи. В итоге он полагался на способность симулакрума выделить и скомпоновать главное — но выбора не было, попроси он все их воспоминания, это заняло бы все его время. Даже самые заурядные сутки потребуют не меньше двух часов на просмотр… а он не довольствовался только одним двойником. Оставалось лишь довериться им.

— Зачем им это делать? — спросил Зориан.

— Без понятия. Но если хочешь мое мнение — потому что воображать твою реакцию, когда ты все узнаешь, довольно забавно, — ухмыльнулся симулакрум. — Меня лично твои тревоги точно забавляют.

— Мои тревоги, да? — медленно переспросил Зориан, одарив этого типа убийственным взглядом. — Вообще-то есть идея получше. Это сделаешь ты.

— Но я же здесь только до конца дня, — озадаченно сказал симулакрум.

— Теперь нет, — заявил Зориан. — Я давно думал отменить правило двадцати четырех часов, и ты будешь первым испытателем. Поздравляю — ты проработаешь несколько дней, а заодно понесешь ответственность за свои поступки.

— Эй-эй, — запротестовал симулакрум. — Погоди минутку! Не думаешь, что только последний урод пошлет вместо себя двойника на свидание с девушкой?

— Почему же? — зловеще улыбнулся Зориан. — Пригласили тебя, так что будет только справедливо, если и пойдешь ты.

— Да, но… Встреча назначена в чайной, а я сделан из эктоплазмы, — сказал симулакрум. — Предполагается, что я буду что-то есть и пить, а я монолитен от самого горла.

Хех, а вот этого он не знал. Зориан знал, что его симулакрумам тоже нужен сон — он как-то поручил одному работать ночью и утром нашел его сопящим на полу. А вот о еде и питье он не задумывался — в свитке говорилось, что двойнику не нужно иного питания, кроме магии, так что он даже не вспоминал об этом.

— А знаешь что? — вздохнул Зориан. — Ты прав. Пойти должен я, хотя бы ради Акоджи.

— Вот именно. Рад, что до тебя дошло, — с облегчением вставил двойник.

— Однако, — повысил голос Зориан. — Это не значит, что тебе все сойдет с рук. Помнишь, что я сказал раньше?

— Нет? — неуверенно отозвался симулакрум.

— Я сказал, что собираюсь отменить правило двадцати четырех часов, — терпеливо повторил Зориан. — Это все еще в силе, и испытывать все будешь ты.

Он быстро собрал карты, брошюрки и частично заполненные таблицы — и бесцеремонно вручил их симулакруму.

— Мои поздравления, — сухо сказал Зориан. — Ты только что выиграл путевку в Кос. Твоей задачей — от которой ты не вправе отказаться — будет пересечь семь тысяч километров менее, чем за неделю. Удачи.

— Да ты что?! — возмутился симулакрум. — Ты же сам знаешь, что это невозможно! Эй! Эй, вернись!

Но Зориан уже не слушал. У него было всего два дня, чтобы выяснить, во что еще его втравили собственные симулакрумы.

В смысле — помимо свидания с Акоджей.

Небольшая чайная вдали от оживленных улиц имела определенную репутацию среди студентов. Разумеется, не всех — до временной петли Зориан даже не слышал о ней — но студенты с более насыщенной личной жизнью считали заведение удачным местом для романтического свидания. Так что приглашение Акоджи несло более чем очевидный подтекст — она проявляла романтический интерес.

Само… свидание, на взгляд Зориана, проходило неплохо. Они оба не были особо общительны, так что за столиком царило неловкое молчание. Но они все же немного поболтали, и в этот раз Акоджа не убежала от него в слезах — замечательный прогресс с прошлого раза!

Он проглотил последние капли остывшего чая и внимательно посмотрел на Акоджу. Та смущенно отвела взгляд, фонтанируя смесью восторга и беспокойства. Стройная девушка в явно недешевых очках, темно-русые волосы, короткая стрижка. Сегодня она оделась наряднее обычного, но по-прежнему сдержанно и консервативно — ткань приглушенных цветов не открывала ничего лишнего.

Не красавица в полном смысле слова, но все же довольно симпатичная. Особенно со смущенным румянцем, как сейчас.

Ее было совсем непросто прочитать. Да, он ей нравился, но тут явно было что-то еще. Уважая ее личное пространство, он не считывал ее поверхностные мысли, ограничившись пассивной эмпатией. И чем дальше, тем понятнее становилось, что она хочет о чем-то поговорить, но никак не решается. Что же ее тревожит? Он бы спросил прямо, но не хотел рисковать — ведь пока все и так шло неплохо.

Да и если это действительно важно — она рано или поздно наберется смелости.

— Спасибо, что принял мое приглашение, — Акоджа внезапно выпрямилась сильнее. — Я, ммм… Можно тебя кое о чем спросить?

— Конечно, спрашивай, — кивнул Зориан.

— Я знаю… что ты не очень ладишь со своей семьей, — она замолчала, пытаясь оценить его реакцию.

Ох ты ж. Теперь понятно, почему она никак не решалась заговорить. Скажи она такое прежнему Зориану — это было бы очень рискованно. Сейчас же… ну, хотелось верить, что с тех пор он хоть немного повзрослел, так что Зориан жестом предложил ей продолжить.

— Т-так вот, — торопливо продолжила она. — Поэтому ты вроде как обозначил свое желание как можно скорее добиться независимости. Найти высокооплачиваемую работу, жилье и все такое…

Зориан посмотрел на нее с интересом.

— И я подумала, не дашь ли ты мне пару советов по этому поводу, — наконец решилась она.

— Как стать самостоятельной? — уточнил Зориан.

— Да, — поспешно подтвердила она.

— Зачем? — поинтересовался он. — Мне казалось, что у тебя хорошие отношения с семьей.

— Так и есть, — сказала она. — Мы довольно близки, и проблем не возникает. В этом смысле мне повезло. Просто… со всеми остальными куда сложнее.

Зориан хотел было ответить, но она продолжила:

— Да, я знаю, кроме учителей, — она предостерегающе посмотрела на него. — Но на самом деле студенты их не особо-то интересуют. Особенно заурядные, как я — из обычных семей, не имеющие ничего, кроме усердия.

Зориан задумчиво хмыкнул, пока не понимая, куда она ведет. Сама же Акоджа молчала, похоже, обдумывая, как лучше выразить свою мысль — так что он просто ждал продолжения.

— Тебе никогда не приходило в голову, что академия просто доит из нас родительские деньги? — наконец спросила она.

Не ожидавший такого Зориан слегка отстранился. Не приходило ли ему в голову? Ну, на его взгляд, академия допускала множество ошибок, но…

— Нет, никогда, — признался он. — Извини. А почему ты так думаешь?

— Ну, в прежние времена, пока Войны Раскола и Плач не проредили Благородные Дома и других потомственных магов, Королевская Академия Магических Искусств Сиории и помыслить не могла, чтобы принять на обучение кого-то вроде нас, без магической родословной. Уверена, мы учимся здесь лишь потому, что академия оказалась перед выбором — сокращать бюджет или набирать кого попало ради денег. И, конечно, выбрала деньги.

— А, — откликнулся Зориан. — Да, в этом смысле ты, наверное, права. Но лично я не назвал бы это «доить деньги».

— Может, это уже паранойя, — вздохнула Акоджа. — Последнее время академия меня разочаровывает. Так вот, теперь я уже не уверена, насколько полезен будет ее диплом. Родители заплатили за обучение огромные деньги и ожидают результатов. Когда я только поступила, я думала, что достаточно усердно учиться, и все образуется. Теперь я уже в этом не уверена. И я не хочу возвращаться к родителям и просить о помощи. Я знаю, они помогут, но… не хочу разочаровывать их. Не хочу быть обузой.

— И ты надеялась, что я подскажу, как найти хорошую работу, доступное жилье и все такое, — закончил за нее Зориан.

До временной петли он вряд ли смог бы ей чем-то помочь. Он и сам думал так же — учись хорошо, и все наладится. Разве что под «хорошо учиться» они понимали несколько разные вещи. Но теперь он и правда мог порекомендовать ей кое-какие места. Он пару раз проверял возможные варианты трудоустройства — но давно уже перерос уровень большинства вакансий, так что махнул на них рукой. Хотя, на его взгляд, сейчас ей стоило бы забыть об этом и сосредоточиться на учебе… разве что слегка сместить приоритеты.

— Просто выбери одну отрасль магии и сосредоточь на ней все усилия, — сказал он. — Я бы порекомендовал заклинательные формулы — за них всегда неплохо платят… но ты, кажется, недолюбливаешь математику. А как ты относишься к изменению?

— Наверное, положительно, — пожала она плечами.

— Тогда попробуй сосредоточиться на нем, — сказал он. — Это тоже прибыльная отрасль. К тому же, Ильза — мастер этой школы, и ты ей вроде как нравишься, так что она может тебе помочь.

— Вот как, — задумчиво ответила она.

— Да и я сам неплох в изменении, — добавил он. — И смогу помочь, если у тебя будут сложности.

Вообще-то он мог помочь ей почти в любой отрасли магии — но проявил скромность, не став это упоминать.

Повисло молчание — Акоджа переваривала услышанное, нервно теребя кружку.

— Что же, — прервал молчание Зориан. — Это все?

— Хм? — она на миг запаниковала, вернувшись в реальность. — Ох. Ну, я… Да. Наверное.

— Ясно, — ответил Зориан. — Даже немного жалко. Когда ты пригласила меня, я уже подумал, что это свидание.

— Я… н-нуу… это не… и это тоже, — запинаясь, ответила она.

— Расслабься, я просто шучу, — негромко хохотнул он.

— Дурак, — надулась она. — Но, эм… Ты мне и правда нравишься…

— Скажу честно — сейчас меня не интересуют отношения, — прямо сказал он. Никаких интрижек внутри петли. — Я знаю, это довольно жестоко, но…

— Я понимаю, — вздохнула она, слегка ссутулившись. На удивление сдержанная реакция. — И, раз ты настолько честен, скажи прямо: у меня есть хоть какие-нибудь шансы?

— Не знаю, — признался Зориан. — Мы с тобой так отличаемся друг от друга…

— Чем отличаемся? — в ее голосе звучало скорее любопытство, чем обида. — Как по мне, мы очень похожи.

— Ну, для начала, ты куда серьезнее подходишь к правилам и общественному мнению… — сказал Зориан.

Она раздраженно посмотрела на него.

— Я знаю, что нормы приличия заботят тебя куда меньше. Я не слепая, — ответила она. — И ты мне все равно нравишься. Мы же с тобой сможем потом над этим поработать?

Зориан чуть не спросил — «Поработать со мной или надо мной?». Такое ощущение, что для Акоджи он лишь заготовка для чего-то, устраивающего ее. Впрочем, этак можно испортить всю встречу, так что он проигнорировал неудобный вопрос и перешел к следующему пункту.

Несмотря на его отказ, свидание завершилось довольно умиротворенно. Возможно, она просто считала, что у нее еще есть шансы, раз он не отказал категорически? В любом случае, они договорились встретиться через неделю в более нейтральном месте, чтобы Зориан мог передать ей собранные материалы о вакансиях, ценах на жилье в других городах и тому подобных вещах.

Он даже не знал, как ко всему этому относиться. Когда он услышал о свидании от симулакрума, он уже готовился к новым неприятностям. На его взгляд, они с Акоджей совершенно не совместимы. Однако же свидание вышло почти удачным…

Хотя и совершенно несвоевременным.

Ладно. Наверное, могло быть хуже — например, симулакрумы могли свести его с Неолу. Он уже выяснил, что в этом цикле она тоже считает его другом, и — судя по ее мыслям — не отказалась бы от большего. Да, будь свидание с ней — на следующий день об этом знала бы вся академия. Акоджа хотя бы умеет держать язык за зубами. К счастью, в отличие от старосты, Неолу была воспитана более традиционно и ожидала, что парень сделает первый ход.

На будущее — надо очень пристально следить за симулакрумами, которым достались скучные задачи вроде посещения уроков.

— Это что, шутка? — недоверчиво спросил симулакрум номер два. — Пятьсот монет серебром за телепорт в Зиксию? Я что, по-вашему, деньги на грядках выращиваю?

Его собеседник, покрытый татуировками лысый мужчина лет сорока, скривился в ответ.

— Не нравиться, мочь уходить, — ответил он на ломаном икосианском.

Симулакрум раздраженно вздохнул и зашагал прочь. У оригинала было полно денег — но не у него. Покидая Эльдемар, он мог взять с собой лишь определенную сумму — и был вынужден экономить. Тем более, что в каждой стране была своя валюта, что исключало расчет бумажными деньгами — эльдемарские деньги мало что стоили за пределами Алтазии. Да и кое-где на самой Алтазии, если на то пошло. В одной крошечной стране эльдемарцев ненавидели настолько, что его чуть не побили, когда он предложил королевские банкноты.

Нет, если он хочет добраться до места, нужны универсальные средства расчета — золото, серебро и драгоценные камни. А они и объемные, и тяжелые — так что много не унесешь.

Симулакрум номер два недовольно бурчал под нос. В начале пути ему казалось, что он нашел гениальное решение: если официальная сеть так медленна и неудобна, почему бы не обратиться к местным магам, чтобы они телепортировали его частным порядком? Плюс собственный телепорт, когда в округе нет подходящих магов — и задача добраться в Кос менее, чем за неделю, начинает казаться реальной.

В итоге же… все оказалось несколько сложнее. Прежде всего, оказалось, что у него неверное представление о числе способных к телепортации магов. Особенно тех, кто могли перемещаться на большие расстояния с пассажирами. Таких оказалось очень мало, и найти их можно было только в крупных городах. К тому же далеко не все из них любили путешествовать и зачастую имели очень ограниченный набор ориентиров. И наконец, технически его предложение было незаконным — пересечение границы без надлежащих формальностей — и некоторые маги просто отказывались, а другие заламывали огромные цены.

Но даже со всеми этими сложностями — он сумел успешно пересечь Алтазию. И столкнуться с другой проблемой, добравшись до Шиванского архипелага и стран Кслотика.

Он не знал местного языка.

Зориан владел тремя языками — обычным икосианским, на котором говорят по всей Алтазии, одним из диалектов Кхаски, используемым крестьянами Сирина, и древним «высоким икосианским», используемым учеными и дипломатами.

Даже среди магов мало кто владел древним наречием. Так что расспрашивать и договариваться приходилось на обычном икосианском — вполне нормально на территории Алтазии, но жуткая головная боль за ее пределами. И Шиванский архипелаг, и государства Кслотика когда-то входили в Империю — но хоть там и говорили на икосианском, диалект был столь чуждым, что Зориан едва понимал их. Да еще и во многих местах, как в Сирине, говорили на своих языках, зная лишь несколько слов на всеобщем — для общения и торговли с чужаками. В свое время Империя насадила повсюду свой язык — но не истребила местную речь.

В особенности — на архипелаге, где на каждом клятом острове говорили на своем языке.

Ему казалось, что хуже быть уже не может — еще как могло. Следуя на юг вдоль побережья Миасины, он прибыл в Кос, который никогда не покорялся икосианам — благодаря огромной пустыне (пусть и куда меньшей в древние времена) и горной цепи, разделяющей континент надвое. Как результат — здесь говорили на совершенно незнакомых Зориану языках.

В довершение всего, чем дальше он углублялся на юг, тем темнее становилась кожа местных жителей — и тем сильнее он выделялся в толпе. Его считали странным чужеземцем и неизменно встречали недоверием.

Сейчас он как раз был в одном из худших мест — единственное сообщество магов на сотни километров окрест… Они прекрасно об этом знали — и стремились выдоить его до последней монеты.

Ладно. Наверное, могло быть хуже.

Например, он мог бы все еще ходить на уроки. Вот это был бы настоящий кошмар.

Интересно, как там у оригинала сложилось с Акоджей. Надо будет вызнать подробности во время ежедневного доклада.

Глава 65. Опасные земли

Далеко на севере от Сиории, среди заросших лесом отрогов гор затерялась уединенная долина, совершенно лишенная какой-либо растительности. Решительно непонятно почему, учитывая буйные заросли на окружающих склонах — но вместо деревьев ее покрывали острые осколки скал всевозможных форм и размеров. Зориан задумчиво смотрел на долину с высокого утеса. Интересно, она столь безжизненна и камениста из-за тех, кто поселился здесь, или наоборот они именно поэтому здесь поселились? Скорее первый вариант, хотя кто знает… может, здесь особые условия в плане геомантии.

— Зориан, — прервал его размышления Зак. — Пейзажик, конечно… миленький. Если обожаешь камни. Но что мы здесь забыли?

— Не ценишь ты чудеса природы, — вздохнул Зориан. Ну, если это действительно работа природы, а не земляных элементалей, обустроивших жилище по своему вкусу. — Ты же был со мной, когда я пару часов назад говорил с охотниками?

— Был, — кивнул Зак. — Ты спросил про элементалей, и нас отправили сюда. Это все хорошо, но зачем нам вообще элементали? Ты уже должен знать, как я не люблю тайные планы. Или ты прямо сейчас начинаешь объяснять, или я прямо здесь начинаю чемпионат по вольной борьбе.

Зориан посмотрел на него, как на ненормального, и указал на торчащие под утесом каменные острия.

— Даже не сомневайся, — предупредил Зак. — Я готов пожертвовать одним циклом, чтобы ты избавился от мерзкой привычки.

— Да не планировал я ничего страшного, — вздохнул Зориан. — Просто пришла в голову довольно бредовая мысль, не хотел тебя зря беспокоить. Я же говорил, что могу справиться и один?

— Ты забыл, с кем говоришь, — широко улыбнулся Зак. — С тем самым парнем, кто бился с самым знаменитым драконом нашего времени — вдруг получится? Кто спускался в Подземелье узнать, до какой глубины способен выжить, и в одиночку штурмовал ибасанский лагерь. Меня не удивишь бредовой идеей.

— Пожалуй, — согласился Зориан.

— К тому же, — посерьезнел Зак. — Мы в одной лодке. Не пытайся справиться в одиночку, это чертовски раздражает.

— Ладно, ладно, я понял, — Зориан поднял ладони, признавая поражение. — В общем… суть в том, чтобы найти темницы других первозданных.

— Что? — опешил Зак. — У нас столько проблем из-за одного, как его там, Панаксета, а ты хочешь найти еще?

— Да, — кивнул Зориан. — То есть наверное. Я уже говорил, что идея довольно бредовая. Просто подумал: если мне вдруг понадобится выпустить в мир первозданного, то не Панаксета же. Его темница прямо посреди Сиории, и слишком многие уже ей заинтересовались. Вот я и решил — почему бы не найти себе собственного первозданного? Где-нибудь подальше от чужих глаз, где нам никто не помешает?

Наверное, скажи Зориан, что на самом деле он дракон в облике человека, и предъяви в доказательство рога — Зак и то удивился бы меньше.

— Ты это специально, да? — наконец спросил он.

— Что специально, подобрал самые провокационные выражения? — усмехнулся Зориан. — Угу, — он покачал головой. — Но я не соврал — именно к этому и сводятся мои размышления.

— Но зачем? — спросил Зак. — Чтобы найти способ выбраться из петли?

Зориан удивленно посмотрел на напарника.

— И нечего удивляться, — фыркнул Зак. — Сам же рассказывал, как рушилось само пространство, когда Панаксет пытался вырваться из темницы. Напрашивается вопрос, можно ли как-нибудь выбраться отсюда через этот разрыв. Хотя, признаться, как именно — понятия не имею…

— Как и я, — признался Зориан. — Но ничего другого в голову не приходит.

Зак задумчиво хмыкнул.

— Помнится, ты говорил, что стоило Панаксету выглянуть из темницы, как цикл немедленно перезапустился, так? Когда мы это обсуждали, ты считал, что освобождение первозданного — одно из условий досрочного перезапуска. Ты изменил свое мнение или нашел способ обойти ограничение?

— Очевидно, что петлю можно тем или иным способом перехитрить, — ответил Зориан. — Например, я думаю, что если мы заключим место призыва в карманное измерение, а потом выпустим первозданного — петля может не счесть это освобождением.

— Почему ты так… А! — сообразил Зак. — Потому что первозданный технически еще не освободился! Чтобы считаться «свободным», ему нужно еще вырваться из нашего карманного измерения.

— Примерно так, — кивнул Зориан.

— Но разве он не сделает это с легкостью? — нахмурился Зак. — Сомневаюсь, что мы можем создать темницу, хотя бы отдаленно напоминающую творения богов, что сейчас удерживают первозданных.

— Мы всегда можем вложить несколько свернутых измерений одно в другое, — возразил Зориан. — Во всяком случае, надеюсь, что можем. Я не знаю, как работают карманные измерения, но они очевидно могут быть вложены друг в друга — иначе петля не могла бы воспроизвести внутри себя рассыпанные по миру свернутые измерения.

— А знаешь, это подводит нас к еще одному важному вопросу, — заметил Зак. — Где нам найти того, кто научит нас работать с карманными измерениями? Ну, знаешь, это одна из редчайших магических дисциплин. Не думаю, что когда-либо встречал мага, умеющего их создавать. Признаться, я и не искал, но тем не менее. Хуже того, ты говоришь о создании невероятно масштабных и сложных измерений — то есть нам нужен кто-то исключительно сведущий в этом редком искусстве. Найти такого… подозреваю, собрать все Ключи и то будет проще.

Зориан терпеливо слушал напарника, время от времени кивая. Да, все это совершенно верно. Но тем не менее…

— Думаю, я уже знаю мага, прекрасно владеющего этим искусством, — сказал он.

— Что? Кто? — требовательно спросил Зак.

— Сильверлэйк, — тяжело вздохнул Зориан. Признавать, что она ему нужна, не хотелось, но…

— Чокнутая ведьма, пославшая тебя убить серого охотника? — ошарашенно спросил Зак.

— Она самая, — подтвердил Зориан. — Сам подумай: чем еще объяснить, что мы так и не нашли ее клятую хижину? Мы планомерно прочесали окрестности — ни за что не поверю, что от нас двоих можно укрыться оберегами. И нашу память она тоже не изменяла, я как минимум заметил бы следы воздействия — если она не менталист божественного уровня, рядом с которым старейшины аранеа покажутся несмышлеными детьми.

— Думаешь, ее избушка скрыта в карманном измерении? — спросил Зак.

— Не вижу других объяснений, — откликнулся Зориан.

— Хех. Что же, нам стоит поскорее найти способ достать эти дурацкие яйца, — беспечно пожал плечами Зак.

Как будто на этом все закончится. Зориан подозревал, что даже если они принесут Сильверлэйк паучьи яйца — их проблемы со вздорной ведьмой только начнутся.

Так или иначе, больше они к этой теме не возвращались. Кратко обсудив, как пройти каменный лабиринт, с помощью заклятья левитации спланировали с утеса скальный уступ в начале долины. Дальше предстояло идти пешком, сберегая ману; к тому же охотники утверждали, что земляные элементали очень не любят, когда над их жилищем летают, и запросто могут швырнуть в наглецов булыжник.

Час спустя стало очевидно — они сильно недооценили долину. Пусть здесь и не таились хищники — просто идти было чертовски трудно и опасно. Твердая, неровная земля под ногами, испещренная буграми и скальными выступами, была не просто неудобна — зачастую еще и непрочна, норовя провалиться под весом путника. А падать здесь было весьма чревато — со всех сторон топорщились бритвенно-острые каменные грани.

Пока они шли без травм, но вынужденно медленный темп изматывал.

— Угх, — Зак небрежно направил дезинтегрирующую волну, сглаживая поверхность ближайшего булыжника. Сел и долгим взглядом посмотрел на Зориана. — Должен признать, эти охотники здоровы приуменьшать. Когда они говорили, что добраться до элементалей «не так-то просто», я представлял себе это несколько иначе.

— Ну, они месяцами живут в этих горах, — отозвался Зориан. — Может, для них это действительно «не так-то просто». Но да, это уже ни в какие ворота. Этак мы будем идти к центру весь день.

— Так что… может, по воздуху? — предложил Зак.

— Охотники предупреждали, что элементали атакуют летунов, — покачал головой Зориан. — Да, мы скорее всего переживем обстрел, но нам нужна их помощь. Не стоит злить их еще до начала разговора. Дай-ка я кое-что попробую…

С этими словами Зориан извлек из сумки склянку с ярко-красным зельем и осушил ее.

Серый охотник воспринимает мир удивительным образом. Первым, конечно, приходит в голову его чувство магии — но на самом деле это лишь верхушка айсберга. Зак и Зориан уже успели убедиться, что гигантский паук прекрасно ощущает течения воздуха и вибрации земли. В сочетании с восприятием магии и остальными, более привычными чувствами, это дает хищнику почти всеобъемлющую картину происходящего вокруг. Зелья восприятия серого охотника, что парни готовили последние несколько циклов, игнорировали большую часть этого спектра в пользу чувства магии. Во-первых, сама технология еще не была отработана, и приходилось выбирать что-то одно; во-вторых, даже сумей они соединить все эти чувства в одном составе — едва ли смогли бы усвоить такой поток информации, не отрубившись.

Тем не менее, Зориан недавно решил поэкспериментировать с паучьим чувством вибрации и заказал у доверенного алхимика соответствующее зелье. Сейчас составу предстояло первое полевое испытание.

Секунд десять ничего не происходило, потом кожу защипало, и мир вокруг… стал насыщеннее. Сначала едва заметно, но все изменилось, стоило Зориану сделать шаг. Он чувствовал касание земли, как никогда раньше — непривычное ощущение едва не свалило с ног. Сильные, звонкие волны от его шага устремились по земле во все стороны, пронизывая скальный лабиринт, чтобы вернуться отражениями. Не прошло и секунды — а в его разуме уже отпечаталась трехмерная модель окружающей местности.

— Дай мне пару минут освоиться, — сказал он Заку.

С четверть часа побродив взад-вперед и попрыгав на месте, Зориан счел, что примерно понимает сигналы нового чувства. Но даже примерное ощущение — вероятно, жалкая пародия на сенсорику настоящего серого охотника — уже позволит без проблем пройти долину. Он поманил Зака за собой, и они продолжили путь к жилищу элементалей.

Теперь они продвигались очень быстро. Каждый их шаг порождал в земле волны вибрации, обновляя картину в голове Зориана, подсказывая участки ненадежного грунта. Вероятно, именно так серый охотник всегда замечала ловушки Зориана, даже те, в которых совершенно не было магии. Каждый ее долбаный прыжок сообщал ей все о рельефе и наполнении окружающей земли.

Но об этом он подумает в другой раз — они наконец пришли.

Скалы перед ними рассыпались, поднявшись шестью земляными элементалями, заступившими им путь.

Это была на редкость разношерстная компания. Огромный валун на четырех толстых ногах, с огромными каменными руками — такой пришибет и не заметит. Шестиногое кото-ящеро-нечто из блестящего камня, бритвенно-острая чешуя топорщилась, как у рассерженной кошки. Здоровенная вытянутая голова, частично погруженная в грунт и беззвучно качающаяся в нем, как на волнах, порождая разбегающиеся круги на земле. Удивительно естественно выглядящая обсидиановая многоножка, похожая скорее на монстра из плоти и крови, чем на стихийного духа.

Последние же два явно были предводителями. Рослые, не меньше трех с половиной метров, человекообразные, в руках — металлическое оружие, очевидно сделанное людьми. Мускулистый гигант с четырьмя лицами по сторонам головы, с массивным мечом в руках. И старик с бородой из острых камушков и длинным, гибким, как кнут, хвостом. Этот держал наготове массивную палицу, угрожающе поводя ей из стороны в сторону.

После нескольких напряженных секунд четырехликий шагнул навстречу.

— Запрещено, — просто сказал он. Зориан, признаться, ожидал услышать гулкий, мрачный грохот, но нет: голос духа был четким и вполне обычной громкости.

— Мы принесли дары, — возразил Зориан, доставая из кармана коробку и показывая ее содержимое рослому элементалю. Зак последовал его примеру.

В коробках лежали светящиеся внутренним светом красные камни величиной с кулак. Так называемые «сердца дракона» высоко ценились многими магическими существами, включая земляных элементалей. Для людей камни были не особо полезны — разве что для подобного обмена или дорогих ювелирных изделий, и были изрядно редки, встречаясь на нижних уровнях Подземелья. Хорошо, что Зак в своих странствиях нашел целую пещеру, усыпанную ими.

Стоило элементалям увидеть камни, их поведение тут же изменилось. Меньшие духи подались вперед, пытаясь разглядеть поближе; но двое больших отогнали их угрожающими жестами. Четырехликий вновь ограничился одним-единственным словом:

— Проходите.

Четыре меньших духа остались позади, человекообразные же гиганты провели парней к большой скале, оказавшейся полой внутри. Там их встретила неожиданно привычная обстановка — столы, стулья, полки, шкафы и даже цветы в горшках. Человеческие изделия стояли без видимого порядка, многие были безнадежно испорчены. Зориан счел, что это трофеи, выставленные как предупреждение посетителям — впрочем, сложно судить, предпочтения духов сильно отличается от людских — может, им просто так больше нравится.

В глубине помещения, напротив входа, стоял тот, к кому они пришли. Старший элементаль, Дитя Камня.

Зориан даже не знал, что он ожидал увидеть. Огромный каменный монолит с высеченным лицом? Миниатюрную гору? Более крупного человекообразного гиганта?

Кого он никак не ожидал увидеть — так это мальчишку лет десяти. И не грубо высеченного из камня, нет — Дитя Камня почти не отличался от обычных детей, разве что был смуглее, чем жители северных широт.

Единственное, что выдавало в мальчишке духа — были абсолютно черные глаза, без белков и радужки. Словно кто-то создавал изумительно совершенную копию человека, но под конец устал и просто сунул в глазницы пару полированных черных кристаллов.

— Добро пожаловать, — дух говорил связно и очень естественно. И ободряюще улыбался. — Мы редко принимаем гостей, так что, боюсь, я мало что могу предложить вам. Заранее прошу прощение за столь скверное гостеприимство. Может быть, стакан воды?

Зак и Зориан неуверенно переглянулись. Да уж… совсем не такого они ждали от древнего духа.

— Не откажусь, ага, — пожал плечами Зак.

Дитя Камня удовлетворенно кивнул и прошел к полке, где стояли керамические и стеклянные емкости. Сперва взял стеклянную банку, но, поколебавшись, поставил назад и выбрал нормальный стакан.

Зориан нервно наблюдал, как элементаль наливает Заку воду. Может, и странно с точки зрения обывателя, но молодо выглядящий дух беспокоил его куда сильнее, чем каменные гиганты у входа. Он не выглядел угрожающе, но, как известно, чем больше духи похожи на людей, тем они опаснее. Это не обязательно означает, что они сильнее — но, чтобы прикинуться человеком, нужно хорошо понимать людей. И это понимание означает, что они могут противостоять людям и манипулировать людьми, как никогда не сможет дикий дух.

Дитя Камня был опасен — не из-за своей силы, а за счет своего знания человеческой природы.

Хотя и странно встретить такого посреди пустошей. Элементали — одни из древнейших известных людям духов, но и одни из самых чуждых и непонятных. Большинство не способно даже говорить на людских языках — что уж говорить о знакомстве с человеческой логикой. Неспособность людей и элементалей понимать друг друга, вкупе с тем, что элементали часто занимали лакомые для людей территории, а в ответ на угрозу — атаковали всех без разбора (для многих духов все люди на одно лицо) часто приводило к конфликтам. Элементалей, столь глубоко понимающих людей, было исчезающе мало — разве что те, кто многие поколения сотрудничал с людьми. Духи-хранители Домов или духи местности, договорившиеся с властями.

Дитя Камня же жил столь далеко от людей — но был, очевидно, хорошо знаком с ними. Странно. Возможно, раньше он жил южнее, но что-то вынудило его переселиться сюда.

— Я слышал, вы принесли дары, — наконец сказал древний дух.

— Это точно, — ухмыльнулся Зак. Парни передали сердца дракона элементалю; тот принял их молча, без видимого энтузиазма. Покрутил в руках и отложил на стол.

— Это хороший подарок, — сказал Дитя Камня. — Но действительно ли это подарок? Не скажу, что многое знаю о вашем племени, но по моему опыту — вы редко бываете щедры без причины.

— Это подарок, — сказал Зак. — Нам действительно кое-что нужно, но мы готовы заплатить. Эти же камни в любом случае ваши.

— Даже если я прямо сейчас вышвырну вас на улицу? — поинтересовался Дитя Камня.

— Даже в этом случае, — подтвердил Зориан.

— Хмм, думаю, вы мне нравитесь, — сказал дух. — Так что же вы от меня хотите? Предупрежу сразу, я не люблю насилия. Мы не будем вашими наемниками, что бы вы ни предложили.

— Нам нужны всего лишь знания, — ответил Зориан.

— Всего лишь знания, — дух сузил черные глаза. — И вы готовы заплатить столь большую цену, просто чтобы спросить о них. Это очевидно не «всего лишь» знания. Какие запретные секреты вас интересует?

— Мы хотим знать, где заточены первозданные, — сказал Зак.

До сего момента Дитя Камня держался спокойно и уверенно — что, честно говоря, плохо вязалось с образом ребенка. Но когда Зак назвал их цель — элементаль едва заметно вздрогнул.

— Зачем вы ищете древнюю кровь? — дух подался вперед. — Каковы бы ни были ваши мотивы, это путь в бездну. Вы ничего от них не получите.

— Но говорят, были люди, обретшие силу, смешав свою кровь с кровью первозданных, — сказал Зориан. Он первоначально не собирался поднимать эту тему, но любопытно, что об этом скажет старший дух.

— Следы забытых войн начала времен, — отмахнулся Дитя Камня. — Да, найди вы такое в большом мире — это была бы редкостная удача. Но касаться темниц, удерживающих древнюю кровь — сущее безумие. С момента их заточения никто не видел от них добра.

— Хотите сказать, они откровенно враждебны? — полюбопытствовал Зак.

— Разве ты ненавидишь жуков, поедающих твой урожай? Мстишь комарам, пьющим твою кровь? — отозвался Дитя Камня. — Для них мы никто — что духи, что люди.

— Ну хорошо, хорошо, для них мы никто и с нами можно делать что угодно, — сказал Зак. — Впрочем, не страшно — нам не нужны сами первозданные. На самом деле нас интересуют карманные измерения, в которых они заперты.

— Карманные что? — склонил голову набок Дитя Камня. Похоже, слово было ему незнакомо, и он не мог понять его из контекста.

— Их темницы, — пояснил Зак. — То, что удерживает их вдали от мира.

— А, — кивнул дух. — Это уже… не так скверно. Но я бы все равно не советовал. Вскрыть темницу вам, наверное, не под силу… к счастью… но вы можете нечаянно связаться с ее узником — или привлечь ее стражей. Подобные вещи редко оставляют без охраны.

— Тем не менее, мы хотим попробовать. Как думаете, мы можем договориться? — Зориан кивнул в сторону сердец дракона. — Мы можем достать еще таких камней. И, возможно, другие дары.

— Даже согласись я помочь вам, мне неизвестно, где похоронена древняя кровь, — сказал Дитя Камня. — Я не могу вам помочь.

Выглядящий ребенком древний дух посмотрел на камни и вновь перевел взгляд на собеседников.

— Однако… Возможно, я знаю парочку духов, кто сможет.

— Тоже подойдет, — согласился Зориан. — Вы скажете нам, где их искать?

Дитя Камня широко улыбнулся.

— Не бесплатно.

— Да, — Мерцающая Звездная Река слегка помедлила. — Мы согласны позволить вам наблюдать, как используются врата Бакоры в обмен… поверить не могу, что я это говорю… на услуги путешественников во времени.

— Наконец-то. Сколько, блин, можно было тянуть… — тихо пробурчал Зак.

Недостаточно тихо — Звездная Река сердито повернулась к нему:

— Да что ты понимаешь? Это было трудное решение! Даже если вы говорите правду, у нас нет никаких гарантий! Вы можете просто забыть о сделке — а мы этого даже не узнаем!

— Ага, и потому ваши старейшины не ограничились самой сделкой, — огрызнулся Зак. — Мы заплатили вам кучу кристаллизованной маны и других ценностей. И мы истребили то гнездо змеебородых жаб в знак наших добрых намерений.

— Но если вы говорите правду, все это вскоре не будет иметь значения, так? — риторически спросила Звездная Река.

Зориан хотел было вмешаться, но не стал подливать масла в огонь. Сказать по правде, он понимал сомнения Посвященных — на их месте он и сам рассуждал бы подобным образом. Потому он и не ждал, что все получится с первого раза — думал, понадобится два-три цикла, чтобы достичь соглашения. Но говорить этого явно не стоило. Аранеа едва ли оценят, а Зак сочтет это предательством. С неизбежным приближением конца цикла напарник терпел промедления из последних сил — и его не обрадует, если Зориан примет сторону паучих, пусть даже из дипломатических соображений.

К счастью, Зак и Звездная Река, обменявшись тяжелыми взглядами, решили сбавить обороты.

— В любом случае, — сказала аранеа, — спорить об этом бессмысленно, старейшины уже приняли решение. Что-нибудь еще?

— Да, — подал голос Зориан. — У вас есть что-нибудь, что поможет убедить ваше племя в будущих циклах?

— Ах да, — сказала Звездная Река. — Мы это обсуждали. У нас есть… кое-что. Мы не знаем, насколько это поможет, ведь мы никогда не готовились встретить путешественников во времени, но если кто и может позволить себе пробы и ошибки, так это вы. Секундочку.

Она замерла секунд на десять, вероятно, переговариваясь с остальной паутиной телепатически.

— Приготовься к приему пакета воспоминаний, — сказала она и постучалась в его щиты.

Зориан позволил ей установить канал и тут же получил небольшой пакет памяти. Он быстренько просмотрел содержимое — в основном бессмысленные цепочки чисел — ну, бессмысленные для него — и детализированная карта окрестностей поселения. Зориан вскрыл пакет, упаковал информацию в собственный, чтобы не опасаться постепенного разрушения архива — и мягко оттолкнул соединение, намекая на конец связи.

Звездная Река разорвала контакт, но перед тем, не удержавшись, мельком заглянула в его память. Зориан не стал ее останавливать — вместо этого подсунул ей воспоминания, как его зарезали в одном из ранних циклов, заставив аранеа дернуться и поспешно разорвать связь.

— Нечасто встретишь человека, столь искусного в мысленном противостоянии, — сказала она, пряча смущение.

— Спасибо, — ответил Зориан. — Теперь мы можем увидеть врата?

— Да, — теперь она держалась несколько уважительнее. Похоже, его мастерство произвело впечатление. Хех. А если ему в следующем цикле вызвать одну из старейшин на дуэль, просто чтобы показать, чего он стоит? Как знать, может тогда переговоры пойдут быстрее. — Я покажу путь.

Звездная Река провела их извилистыми коридорами поселения, куда глубже, чем их допускали раньше. Здесь, в обширном подземном зале, высился круглый пьедестал со знакомым черным двадцатигранником — вратами Бакоры. Ну, во всяком случае, знакомым Зориану.

— Ты что, никогда не видел врата Бакоры? — спросил он у Зака, с любопытством обходившего конструкцию. — Ни разу не отыскал за все эти бесчисленные циклы?

— Нет, а зачем? — Зак потрогал черный стержень пальцем. — Они не работают, и никто не знает, как запустить их. Я не исследователь — если толпа ученых ничего не узнала, то что могу я? Хотя они здорово напоминают ибасанские врата… очевидно, именно они были прототипом.

— Есть другая группировка, использующая врата? Неприятно, — прокомментировала одна из аранеа. — Вам следовало упомянуть это на переговорах.

— Извините, — пожал плечами Зориан. — Не думал, что это важно. Так как они работают? Исходя из того, что здесь собралось не меньше, чем полтора десятка аранеа, полагаю, для запуска нужен некий групповой ритуал?

— Нужен ритуал, да, — подтвердила аранеа. Если он не ошибается, ее зовут Сокровища В Камне. Ну, то есть ее имя на самом деле длиннее, но сводится к этому. — Не сказать, что это правильный способ активировать врата, но другого мы не знаем.

— И в чем же заключается ритуал?

— Ну… — она поколебалась. — Прежде всего, нужно связаться с духом врат.

— Погодите, во вратах есть дух? — удивился Зориан. Он кратко сфокусировал мысленное чутье на гигантской раме. — Я не чувствую его разума.

— Конечно не чувствуешь, — ответила аранеа. — Дух полностью отсоединен от Великой Паутины. Его разум постоянно затемнен, как у твоего друга, поддерживающего это заклятье в нашем присутствии. Однако дух весьма реален.

Сокровища В Камне выпрямилась, словно провоцируя его оспорить утверждение. Зориан промолчал. Пусть идея, что во вратах Бакоры живет дух, и была несколько неожиданной, в этом он доверял Посвященным. В конце концов, в отличие от всех остальных, они заставили врата работать.

— Тогда как вы узнали про этого духа? У вас есть кто-то с духовным восприятием, или…?

— Духовное чутье тоже не помогает. Дух чем-то укрыт и не виден, даже для взгляда некроманта. Чтобы он проявил себя, нужно определенным образом связаться с ним.

Нда… Это объясняет, почему никто до сих пор не разгадал загадку врат. Однако…

— Тогда как вы вообще узнали об этом? — поинтересовался Зориан. — Просто возились с вратами и случайно связались с духом?

— Ну, признаться, возни было много. Основательница нашей паутины была одержима вратами и уделяла им все свободное время и энергию. Впрочем, мы с самого начала предполагали, что имеем дело с духом, и возня была направлена именно на установление контакта, — пояснила Сокровища В Камне. — Ведь говорят, что врата Бакоры могли самостоятельно соединяться друг с другом. Это противоречит всему, что мы знаем о магических предметах. Я слышала, ты и сам неплохой артефактор, так что, несомненно, знаешь, что магические предметы не творят заклятья сами по себе — лишь поддерживают впечатанное в них заклятье, а все остальное — результат перевода этого заклятья в разные режимы. Если врата Бакоры могли открывать проходы — значит, они своего рода заклинатели. А заклинателю нужна душа.

Зориан задумчиво хмыкнул. Действительно, серьезные аргументы. Заку уже надоело бродить вокруг врат, и он подошел ближе; остальные же аранеа, не занятые в разговоре, подтаскивали к вратам большие объемы кристаллизованной маны.

— Уровень естественной маны в этом районе недостаточен, чтобы питать открывающиеся врата, — пояснила Сокровища В Камне. — Когда удается связаться с духом, приходится испарять огромное количество кристаллизованной маны и направлять ее к вратам, иначе процесс прервется.

— А почему просто не перенести врата глубже в Подземелье? — спросил Зак.

— Они не могут, — пояснил Зориан. — известно, что врата Бакоры нельзя сдвигать с места, иначе они буквально рассыпаются. Большинство экспертов полагают, что двадцатигранная рама — лишь вершина айсберга, а основная часть устройства замурована в грунте.

— Да, — подтвердила Сокровища В Камне. — Мы слышали об этом, и потому даже не пытались. Были предложения пробурить рядом с вратами шахту на глубинные уровни, создав искусственный исток… но никто не знает, какие изменения в окружающем рельефе могут безопасно выдержать врата. Врата слишком ценны, чтобы так рисковать — пусть успех и сэкономил бы нам огромные суммы.

Наконец приготовления были завершены, и руководительница присоединилась к остальным аранеа. Недолгая суета — и паучихи выстроились тремя концентрическими кольцами вокруг пьедестала. И разом начали колдовать.

Прошло двадцать минут — аранеа по-прежнему творили заклятья, и по-прежнему ничего не происходило.

Наконец Зак не утерпел и наклонился к его уху:

— Зориан, ты хоть что-нибудь понимаешь? — прошептал он. — Я не эксперт в магии аранеа, но вроде бы они просто раз за разом повторяют одни и те же движения…

— Ага, — согласился Зориан, хмуро наблюдая за ритуалом.

Довольно… странно. Он примерно опознал заклятье как ритуал магии душ, что-то вроде того, чему учил его Аланик. Нечто, что можно использовать, даже не имея духовного зрения. Долгие и грубые обряды — когда заклинатель, образно говоря, действует на ощупь — но иногда этого достаточно. Лукав когда-то использовал нечто подобное, проверяя его душу на повреждения.

Вот только ритуал посвященных Молчащих Врат не походил на известные ему ритуалы. Не то, чтобы Зориан видел много групповых ритуалов, но…

Вот же оно — движения аранеа недостаточно синхронны!

— На самом деле это не групповой ритуал, — шепнул он Заку. — Каждая проводит его самостоятельно. А закончив — начинает сначала, и так по кругу.

Зак пару секунд смотрел на окруживших врата аранеа, потом снова наклонился к нему:

— Хочешь сказать, — удивленно шепнул он, — что они тупо надоедают духу, пока он не отзовется?

— Эм, нет. Я немного не это имел в виду, — ответил Зориан. — Думаю, их ритуал несовершенен, и действует лишь когда все удачно складывается… но не зная принципа работы врат, они не могут подобрать правильное сочетание. Им приходится повторять его раз за разом, надеясь, что рано или поздно получится.

— Зачем тогда сразу пятнадцать аранеа? — спросил Зак. — Если условия не подходят для одного, то и для остальных четырнадцати тоже, так ведь?

— Если присмотришься — они творят чары не одновременно. Собственно, это и подсказало мне, в чем дело. Все рассчитано так, чтобы каждая завершала ритуал после предыдущей. Думаю, на практике все сводится к точному времени действия. Бомбардируя врата запросами, они рано или поздно угадывают, и кто-то связывается с духом.

— Вот оно что… Можно и в одиночку, но тогда пропустишь множество шансов и провозишься куда дольше, чем группа, — подытожил Зак. — Ну… не самый удобный для нас способ.

— Да уж, — недовольно согласился Зориан.

Мало того, что сам ритуал разработан для аранеа, то есть Зориану придется адаптировать его для магов-людей — так еще и само решение на редкость топорно и подходит только самим Посвященным. Допустим, он наймет еще магов — их придется обучать заклятию, а потом тренировать, чтобы каждый выполнял его именно в нужное время. И даже после всего этого они будут сильно уступать аранеа, за которыми годы практики — тем самым аранеа, что безрезультатно возятся вот уже полчаса. Страшно подумать, сколько будет возиться хуже подготовленная группа…

Яркая вспышка в центре двадцатигранника возвестила об активации врат. Аранеа тут же прервали ритуал и рассыпались по залу в неком организованном хаосе, испаряя кристаллы маны и направляя энергию к вратам. Пространственное окно быстро росло, наконец стабилизировавшись круглой дырой в воздухе, ведущей… куда-то.

Зориан глянул на карманные часы. Посвященным потребовалось сорок минут, большую часть из которых они пытались достучаться до духа врат.

К ним поспешила весьма довольная собой Сокровища В Камне:

— Проход открыт, — сообщила она.

— Процесс каждый раз длится так долго? — спросил Зориан.

— О… По нашим меркам, мы справились очень быстро. Иногда требуется часа два, чтобы дух соизволил ответить. Добрый знак в начале нашего сотрудничества.

Зак и Зориан кисло переглянулись. Два часа…

— Если хотите, можете пройти на ту сторону, — сказала аранеа.

— А куда он, кстати, ведет? — спросил Зориан.

— Суламнон, неподалеку от порта Хитамтеп, — ответила она. — Суламнон давно уже ведет войну пошлин с Эльдемаром, так что торговать напрямую весьма прибыльно.

— Но, наверное, торговать с более дальними странами еще прибыльнее, — заметил Зориан. — Есть ли у врат Бакоры ограничение дальности?

— Теоретически нет. На практике же дальние земли для нас недоступны. Чтобы открыть проход к другим вратам, мы должны сначала добраться до них и связаться с их духом. Только получив… своего рода ментальный ключ, мы сможем с ними соединиться.

— То есть у каждых врат есть секретный пароль, и не зная его, их не достичь через другие врата? — заключил Зак.

— Он не то чтобы секретный — дух охотно сообщит его, если с ним связаться. Но да, по сути ты прав, — подтвердила аранеа.

— Кажется, вам бы не помешал кто-то, способный свободно перемещаться к другим вратам по человеческой территории, — заметил Зориан.

— Ну, да. Это главное, на что рассчитывают наши старейшины, — осторожно сказала Сокровища В Камне. — Если вы поможете нам добыть ключи от дальних врат, паутина сделает невероятный рывок вперед. Особенно если вы обеспечите проход на Миасину. Насколько нам известно, там нет аранеа — практически девственная территория для освоения… целый континент.

В итоге парни все же прошли сквозь врата и немного побродили вокруг. Судя по всему, Посвященные Молчащих Врат были рассеяны по территории, формируя полуавтономные поселения вокруг часто используемых врат. Но поселение в Эльдемаре явно было главным, и вряд ли это изменится в ближайшем будущем — колониям не позволяли узнать ритуал активации врат.

Они не стали далеко отходить от поселения. Едва ли в Суламноне будут рады гостям с отчетливым эльдемарским акцентом — страны давно ненавидели друг друга.

Вернувшись в Сиорию, Зориан тут же сел за стол, восстановил отпечатавшийся в памяти ритуал и занялся его анализом. Он уважал упорство и достижения исследователей аранеа, но должен быть другой, лучший способ.

— Ясно, — пробормотал Зориан, вертя в руках телепатическое реле. Заурядного вида металлическая пластинка соединяла его с длинной-длинной цепью телепатических реле, протянувшихся, как след хлебных крошек, за уехавшим на юг симулакрумом. Он время от времени получал отчеты и пакеты памяти с подробностями проблем, встреченных его копией на пути в Кос.

— Хорошие новости? — спросил Зак.

— Мой симулакрум наконец достиг Коса, — ответил Зориан. — Или, во всяком случае, порта Джасука, считающегося вратами региона.

— Блин, наконец-то, — сказал Зак. — До конца цикла всего два дня. Я уже задумывался, что его так задержало.

— Туда не так-то просто добраться, — возразил Зориан, чувствуя ответственность перед двойником. Путь был утомителен и долог, и он был действительно благодарен симулакруму, что тот подошел к делу серьезно, а не забил и расслабился.

— Знаю, знаю, — успокаивающе поднял руки Зак. — Никто не обвиняет твою драгоценную копию. Я уж точно не буду жаловаться, что мне скучно, пока твои двойники работают. А скорость со временем улучшится, когда симулакрумы отыщут оптимальный маршрут. Но признай, это несколько разочаровывает.

— Да, — согласился Зориан. — Особенно в свете того, что, когда я вхожу в Черный Зал, отрезанный от остального мира, все симулакрумы рассеиваются. Нам надо выяснить, как ибасанцы стабилизируют свои врата, иначе придется посылать симулакрумов в Кос дважды за цикл.

— Мы всегда можем найти врата Бакоры в Косе, послать твоего симулакрума открыть туда врата и привести кучу Посвященных, чтобы узнать пароль, — предложил Зак. — Тогда в следующих циклах просто воспользуемся вратами аранеа.

— Мысль хорошая, но сколько времени это займет? — риторически спросил Зориан. — Не знаю, заметил ли ты, но Посвященные довольно недоверчивы. Не знаю, как быстро мы будем уговаривать их в следующих циклах, но…

— Да, теперь, когда ты напомнил — я и сам вижу, что идея не лучшая, — согласился Зак. — Как там твой анализ активирующего ритуала?

Зориан скривился.

— Так плохо? — ухмыльнулся Зак.

— Как бы сказать… они не просто так все еще используют этот дурацкий метод. Не думаю, что смогу в обозримом будущем предложить идею получше.

В следующих циклах ты можешь попробовать поработать совместно с ними, — заметил Зак. — Они те еще заразы, но вроде бы не меньше нашего заинтересованы в улучшении этого контактного ритуала — и у них больше опыта.

— Пожалуй, ты прав, — согласился Зориан. — Думаю…

Он прервался на полуслове — симулакрум снова пытался связаться с ним. Хех. Так быстро? Что у него там…

— Эм, Зак? — сказал он наконец.

— Да? — отозвался тот.

— Ты в ближайшее время ничем не занят?

— Я дохну от скуки, и ты это знаешь, — ответил тот. — А что?

— Симулакрум говорит, что он в джунглях к западу от Джасуки и нашел отличное место для врат. Спрашивает, не хотим ли мы попробовать открыть их.

Зак думал об этом несколько секунд. Или притворялся, что думал — была в нем некая тяга к драматизму.

— Почему бы и нет? — наконец сказал он, вскакивая на ноги. — Давай посмотрим на Кос.

Заклятье врат, на взгляд Зориана, действительно впечатляет. Да, телепорт бывает более полезен, несмотря на ограничения дальности, вынуждающие магов перемещаться по цепочке — но эмоциональный эффект у него куда скромнее. Есть что-то глубоко удовлетворительное в том, чтобы просто шагнуть на другой континент.

Вот и сейчас, Зориан вслед за Заком шагнул в пространственный проход — и из наскоро оборудованного подвала в Эльдемаре оказался в кипящих жизнью джунглях Коса.

Здесь… было громче, чем он ожидал. Какофония всевозможных звуков впечатляла, но он представлял, как должно изматывать длительное пребывание в этом шуме.

— Ты даже не представляешь, — пробурчал заглянувший в его мысли симулакрум. — И хуже всех — та клятая птица, что кричит, как стон умирающего. Как же я хочу ее заткнуть… Я даже пытался выследить и убить ее, но не могу найти ее во всей этой листве. Ты, наверное, думаешь, что нечто столь громкое легко отыскать, но…

— Есть что-нибудь, что нам следует знать об этом месте? — прервал его Зориан. Он хорошо себя знал: начав жаловаться, сам уже не заткнется.

— Угу, что здесь просто ужасная живность, — ответил симулакрум. — Я тут видел, как муравьи размером с палец расчленяют какую-то лесную кошку. А еще тут змеи летают. Безо всяких крыльев, просто бесшумно парят, словно плывут по воздуху. Это что я заметил за первый час.

— Да уж, я слышал, что рядом с южными джунглями наши Великие Пустоши кажутся песочницей, — сказал Зак, подбирая с земли сухую ветку и делая пробные взмахи. — Хотя не знаю, может, южане просто распускают слухи, желая казаться крутыми — но, видимо, здравое зерно в этом есть. Во всяком случае, фауна здесь куда разнообразнее — и значит, джунгли более непредсказуемы, чем наши леса.

— Я слышал от местных, что чужеземцы вскоре подхватывают тут заразу, — добавил симулакрум. — Не одну конкретную — тут их множество. Большинство не смертельно, но может вывести из строя на несколько недель. Для симулакрума вроде меня — не проблема, а вот вам лучше запастись зельями.

— Прекрасно, — недовольно цокнул языком Зориан. — А то нам других проблем не хватало.

— Эй, — внезапно сказал Зак. — Только не злись, но… разве твой старший брат не работает где-то в этом регионе?

— Дааа? — протянул Зориан. — Ну и при чем тут он?

— Ну, — осторожно начал Зак. — Я знаю, что ты его недолюбливаешь, но мы тут вообще ничего не знаем. Ни языка, ни обычаев, ни к кому обратиться, если возникнут сложности. А твой брат, в свою очередь, наверное, знает все это. И у него, пожалуй, есть контакты в регионе, и он может нас представить…

Зориан скорчил по-настоящему кислую мину. Да, логика в этом была. Особенно если они охотились за сокровищами, а его брат… ну… как раз охотник за сокровищами. Наверное, он может помочь. И, как ни горько это признавать, наверное, захочет помочь.

Но до чего же… до чего же не хочется просить Дэймена о помощи…

— Сейчас у нас нет на это времени, — буркнул Зориан. — Цикл кончается.

Зак хохотнул.

— Но в целом ты согласен, что с ним стоит встретиться? — уточнил он с ангельским лицом. — Сказать по правде, не ожидал, что будет так просто.

— Это вопрос выживания, — пробурчал симулакрум. — Нельзя руководствоваться эмоциями. По большому счету, это пустяки.

Отлично сказано, Номер Два. Отлично сказано.

— Вот и хорошо, — сказал Зак. — Знаешь, жду — не дождусь, когда я с ним встречусь. Может, даже дам ему в морду, если он действительно настолько плох.

Зориан и симулакрум обменялись раздраженными взглядами. Хотя, нельзя отрицать, какая-то часть его не отказалась бы увидеть встречу Зака и Дэймена. Вот бы Дэймен еще не растерял свой дух соперничества и вызвал Зака на спарринг — хочется увидеть, как Зак размажет его в лепешку. Не так сильно, как размазать самому, но тоже сойдет. Ну, и если начистоту — ему и самому интересно, чем Дэймен тут так занят. И почему родители решили его навестить.

Хммм…

Пожалуй, прежде чем искать Дэймена в Косе, стоит поговорить с матерью в начале следующего цикла.

По крайней мере, не придется искать брата по всему континенту.

Стража, охранявшая ибасанские врата, была глубоко несчастна. По идее, их задача была невероятно важна — они сторожили пути отхода, не давая эльдемарцам пробиться к вратам, а то и дальше, к их союзнику Судомиру. На практике же это была форма наказания. Оставаясь здесь, они лишались своего шанса на славу и добычу в городе. Да и мыслимое ли дело, чтобы застигнутые врасплох защитники Сиории не то, что послали сюда бойцов — а вообще узнали о существовании лагеря? Быть такого не…

— Крюкогоблины! — крикнул кто-то. — Приближаются крюкогоблины!

Поначалу никто не тревожился. Да, крюкогоблины свирепы и довольно опасны в ближнем бою, но кто ж их допустит до ближнего боя под шквалом заклятий? И верно, первая волна ничего собой не представляла, внушая ибасанским бойцам обманчивую уверенность. Но, истребив одну волну тварей, потом вторую, и еще одну — те стали задумываться, что стая непривычно велика. А тут еще парочку магов застигла на редкость несвоевременная мигрень, заставив сбиться посреди инвокации — и несколько гоблинов добежали до людей…

На заставе царил хаос. Может, это и не совсем справедливо — но предводители ибасанцев не зря считали охрану лагеря отбросами своей армии.

Командиры до последнего оттягивали запрос о помощи — что скажут в штабе, если они не справятся с какими-то гоблинами! Такое унижение…

Но они сразу передумали, когда вслед за гоблинами в пещеру ворвался целый отряд стальных големов. Каждый нес винтовку и полный ремень магических бомб, и был намного, намного прочнее, чем какие-то гоблины.

Что важнее, это означало, что лагерь врат атакуют эльдемарцы. Не просто несвоевременная миграция монстров Подземелья, а организованное нападение. Да и если подумать — гоблины тоже могли напасть не сами по себе, а как подготовка перед ударом основных сил!

Отбросив гордость, ибасанские караульные запросили помощи элитной группы, оставленной Кватач-Ичлом у самых врат. Если нападают эльдемарцы — то не стыдно позвать и самого лича на помощь…

Увы, Зак уже разобрался с отрядом у врат, обезвредив магов и превратив троллей в ледяные статуи. Подкрепления не будет. И последней каплей стало, когда Зак и Зориан, сбросив маскировку, включились в бой.

Перевес сил был настолько ошеломляющим, что многие ибасанцы предпочли сдаться. Несколько неожиданная проблема — ни Зак, ни Зориан были не в настроении убивать безоружных, но и доверия к ибасанцам не было ни на грош. После короткого, но насыщенного обсуждения, проблему разрешили усыпляющим газом.

И стоило им закончить, как ожила металлическая пластина на поясе Зориана, заговорив негромким, но отчетливо слышным голосом Аланика:

— Это Аланик, код Таро восемь семь четыре. Вы уже должны бы закончить. Пещера под контролем?

— Говорит Зориан, код Раха один один восемь, — ответил пластинке Зориан. Сам он считал это напрасными сложностями, но Аланик настоял, чтобы каждое сообщение через дальнюю связь подтверждалось кодом. — У нас все чисто. Можете подходить.

Минут через пять в бывший ибасанский лагерь хлынул бесконечный поток людей — во главе с Ксвимом и Алаником. Тут были солдаты и боевые маги, чтобы обеспечить безопасность собравшихся, но большинство — ученые, артефакторы, эксперты-пространственники, разработчики заклятий. Все они сразу же устремились к центру, где ждали ибасанские врата.

Все скучились вокруг врат, пристально их разглядывая… кто-то кипел энтузиазмом, кто-то сохранял профессиональную невозмутимость.

— Итак, господа, — сказал Ксвим. — У нас всего несколько часов, чтобы как можно больше узнать об этом устройстве, так что давайте постараемся. Возглавляют проект мистер Казински и мистер Новеда, пожалуйста, сообщайте им обо всем найденном. Пусть их возраст вас не смущает — они на очень хорошем счету у руководства.

И почти сотня ведущих специалистов, собранных со всего Эльдемара, приступила к исследованию ибасанских врат.

Глава 66. Подпорченное совершенство

Зориан жил в повторяющемся месяце вот уже почти шесть лет. Сказать по правде, казалось, что дольше. Столько всего произошло, его восприятие мира настолько изменилось — словно минуло не меньше десятилетия. Интересно, насколько первоначальный Зак отличался от парня, которого он узнал — на первый взгляд они смутно похожи, но это, ясное дело, лишь внешнее сходство. Быть не может, чтобы Зак ничуть не изменился за несколько десятилетий — просто Зориан почти не знал первоначального, и не мог найти различия.

Тем не менее, проведя в петле столько лет, Зориан так ни разу не сел и не поговорил с матерью. Другому на его месте наверняка было бы мучительно стыдно — но только не Зориану. На самом деле, одним из главных достоинств петли он считал минимум контактов с родителями.

И вот, впервые за все эти годы, он собирается поговорить с матерью… и разговор пойдет о Дэймене.

У судьбы своеобразное чувство юмора — он никогда бы не подумал, что попросит родителей рассказать еще что-то про Дэймена.

— Кстати, ты мне кое-что напомнил, — сказала мать. — Мы с твоим отцом отправляемся в Кос, навестить Дэймена.

Ну вот. Он все ждал, когда она упомянет поездку. К счастью, ему не требовалось специально подводить разговор к этому — что бы он ни говорил, мать никогда про нее не забывала. И ухитрялась сообщить о ней в каждом цикле.

— Довольно неожиданно, — беспечно заметил Зориан. — А в чем причина?

Если мать и удивилась его внезапному интересу к семейным делам, то никак этого не показала.

— Нам и подобает время от времени навещать Дэймена, — наставительно сказала она. — Мы уже почти год не виделись. Семья — это важно.

— Агась, — снисходительно отозвался Зориан. — Но разве не правильнее Дэймену навестить вас? Думаю, ему это куда проще, чем вам добираться в Кос.

— Ну, — помедлив, сказала она. — В этом ты, наверное, прав. Но ты же знаешь, какой Дэймен увлекающийся. Он буквально горит своей очередной задачей — и никак не может отвлечься, даже на семью.

— Понятно, — сказал Зориан. Прежняя, язвительная часть его тут же напомнила, что на него это трогательное понимание не распространяется. Вздумай он забыть про семью на год, пропустив все эти собрания и обеды, упреков было бы… Впрочем, сейчас явно не время, так что он задвинул лишние мысли подальше. — Он не едет к вам, поэтому вы едете к нему. Логично. Но если это семейная встреча, почему мы не едем с вами? Что это за встреча, если половины семьи не будет?

— А почему ты думаешь, что вы не едете с нами? — поинтересовалась она.

Зориан на миг замер. Блииин… она еще об этом не сказала? Хотя, тут отвертеться не сложно.

— Что, в последний момент скажешь мне не ехать в академию? — он приподнял бровь. — Или Фортову? Или потащишь Кириэлле в чужую страну, где можно подцепить любую заразу?

— Хорошо, что ты напомнил о Кириэлле… — начала было мать, но Зориан прервал ее:

— Я это сделаю.

Она смолкла, удивленно моргнув.

— Прошу прощения?

— Ты хотела попросить меня взять Кириэлле в Сиорию, так? — «догадался» Зориан. — Наверное, из-за этого и завела разговор. Сделаю. Я возьму ее с собой в Сиорию.

— Даааа! — завопила прятавшаяся за углом Кириэлле.

Зориан закатил глаза. Даже мать бросила в сторону Кириэлле раздраженный взгляд. Впрочем, мелкая чертовка этого не видела — оставаясь за углом и притворяясь, что нисколечки не подслушивает.

— Это было на удивление легко, — заметила мать, вновь переводя взгляд на него. — Я знаю, что последнее время Кириэлле вела себя не лучшим образом. Рада, что ты смотришь глубже.

— Да-да, а теперь, когда с этим разобрались — давай вернемся к настоящей причине вашей неожиданной поездки в Кос.

Мать оценивающе оглядела его.

— Почему тебя это так волнует? Не то, чтобы я не одобряла твой интерес к семейным делам… Наоборот, хороший знак. Но согласись, тебе это не очень-то свойственно.

— А ты согласись, что ваша поездка не очень-то обычна, — немедленно возразил Зориан. — Вы на пару месяцев, а то и больше, оставляете Кириэлле под мою ответственность, что вряд ли тебе по душе…

— Уверена, ты прекрасно справишься, — вставила она.

— …а компанию — без руководства посреди лета, что, уверен, сводит отца с ума, — закончил он, проигнорировав ее слова.

Не то, чтобы их дело не прожило без руководства пару месяцев. Компания давно уже прошла ту стадию, когда постоянно требовалось непосредственное участие родителей, и заместители прекрасно продержатся пару месяцев — если не случится форс-мажора. А если все же случится? Ясное дело, родители беспокоились. Особенно отец, деливший подчиненных на дураков и неучей. Ну, если Зориан правильно понимал его извечное ворчание.

— Твой отец действительно сомневался, стоит ли оставлять компанию на столь долгий срок, — признала мать. — Но…

— Но? — медленно переспросил он.

— Сегодня ты очень настойчив, — недовольно нахмурилась она.

— Ты вечно жалуешься, что я не забочусь о семье и ее репутации, — в голос Зориана просочились нотки раздражения. — А теперь, когда у семьи явно возникли проблемы — скрываешь их от меня. Думаю, я вправе не церемониться.

— Это не проблемы, — она устало потерла лоб. — Не те, о которых ты думаешь. Просто…

Она вздохнула, глубоко и тяжело, словно под грузом серьезных забот.

— Ты можешь сотворить какой-нибудь оберег, чтобы нас никто не услышал? Не хочу, чтобы это узнала Кириэлле.

Зориан кивнул и тотчас установил двухслойный барьер — внутренний щит удерживал звуки, внешний — защищал от физического вторжения, на случай, если Кири совсем осмелеет.

— Готово, — сказал он матери. — Так в чем же дело?

— Дэймен женится, — наконец призналась она.

Секунду Зориан просто смотрел на нее, пытаясь осмыслить услышанное. И всего-то?

Ну хорошо, он понимал, что для родителей это большое событие. Но разве они не должны быть… ну, счастливее? Мать ведет себя так, словно речь не о свадьбе, а о чьих-то похоронах.

— Не понимаю, — помолчав, признался Зориан. — Что в этом плохого? Сколько я помню, ты сама докучала ему, что он уже не так молод и пора бы остепениться. Или тебя не устраивает невеста?

— Да нет, девушка подходит, — вздохнула мать. — Она из могущественной семьи магов, задающих тон в своем регионе. По сути, местное дворянство.

— То есть он станет дворянином? — уточнил Зориан. — Забавно, я думал, ты будешь в восторге.

Мать ответила кислым взглядом.

— Нет? Тебе не нравится, что он станет дворянином? — растерялся Зориан. Он честно не мог понять, чем она недовольна. Казалось бы, радоваться надо.

— В этом нет ничего хорошего. Наоборот, только хуже, — пояснила мать. — Мало того, что он женится на иностранке, когда дома столько замечательных девушек. Дочери влиятельных семей были бы рады породниться с нами ради гениального мага его калибра. Но пускай. Я бы еще смирилась, если бы он нашел кого-нибудь в Косе и привез сюда. Но она… она практически принцесса. О переезде в Алтазию и речи не идет. Это он останется с ней там.

— Ааа, — наконец понял Зориан. Если Дэймен женится и переберется в Кос, родители останутся ни с чем. Пусть он и станет дворянином, но — дворянином далекого зарубежья. Им можно будет похвастаться при случае, но никакой практической выгоды, в отличие от удачной женитьбы в Эльдемаре (или хотя бы Алтазии) не будет.

К тому же, если Дэймен осядет в Косе, родители будут видеть любимого сына раз в год по обещанию. Расстояние слишком велико, чтобы постоянно мотаться туда-обратно.

— Что же, — сказал Зориан. — Полагаю, вы уже писали письма, пытаясь его переубедить?

— Да, — сказала мать. — Мы подробно расписали ему, насколько это неудачная мысль. Какой замечательной ни казалась бы ему эта девушка, в Эльдемаре найдутся получше.

— Но Дэймен не послушался? — с оттенком злорадства предположил Зориан.

— Он пишет, что любит ее, — грустно покачала головой мать. — И ни за что не уступит. Он не согласен не то что отменить — даже отложить свадьбу. Настаивает, что она — само совершенство, и он не хочет упустить шанс. Все это слишком внезапно! Ну почему он меня не слушает?!

Зориан цокнул языком. Непонятно, чему она удивляется. Любовь всегда затуманивала головы, а Дэймена родители баловали, сколько он себя помнит. Если он и правда влюбился — с какой стати ему отказываться лишь потому, что родители не одобряют?

В этом вопросе — Зориан сам себе не верил — он был согласен с Дэйменом. Кто дал родителям право влезать между ним и его невестой? Это его личное решение.

Хотя, признаться, и родители вправе бросить все и отправиться в Кос уговаривать его — это их решение.

— И теперь вы думаете, что сможете переубедить его лично, раз не смогли по переписке?

— Письмо никогда не будет столь же убедительно, как живой собеседник, — ответила мать. — Но я понятия не имею, хватит ли даже этого. Мы просто должны попытаться. Я знаю, что он молод и влюблен, но он совершает большую ошибку и должен знать об этом.

— Хмм, — отозвался Зориан. — Хорошо. Не буду лезть в это дело — уверен, ты и не ожидаешь. Спасибо, что хотя бы сообщила.

— Другим не говори, — предупредила она. — Я рассказала тебе, потому что ты умеешь хранить секреты. Может, все еще удастся исправить.

— Ладно, — легко согласился Зориан. — Тогда еще вопрос. Не знаешь, над чем Дэймен работает в Косе, и где он сейчас?

— Нет, об этом он никогда не писал. Опасался, что письма перехватят и обойдут его. Я слышала, среди искателей сокровищ весьма жесткая конкуренция. Мы договорились, что он встретит нас в Джасуке, когда мы туда прибудем.

Зориан кивнул. Как он и предполагал. Логично, что родители направляются в Джасуку — это главный северный порт Коса, и логично, что Дэймен встретит их именно там. Увы, для него это слишком поздно, так что искать брата придется самостоятельно.

Скажем, через его невесту.

— А знаешь, как зовут его избранницу? — спросил он. — Или, например, их семью, или страну? Мне стало любопытно.

— Ее зовут Орисса Сикви Тараматула, из семьи Тараматула, — сказала мать. — Они живут в Харамао, где бы это ни было. И, предположительно, очень необычны — их родовая магия основана на этих… на магических пчелах.

— Пчелах? — заинтересовался Зориан.

— Да. Они разводят несколько видов магических пчел и управляют ими с помощью тайного родового искусства. Говорят, эти пчелы весьма разносторонни, — пояснила мать. — Дают исключительно ценный мед, смертоносны в бою и очень хороши в поисках. Именно из-за этого Дэймен и вышел на них. Нанял их лучших искателей для своего похода, и с ними пошла наследница главной семьи. А там слово за слово… и вот результат. Хочется думать, что ее семья тоже не в восторге и поможет нам отговорить их.

Ха. Похоже, что Дэймен наконец познает, какими неприятными могут быть родители, когда не одобряют поступки детей.

В любом случае, теперь у него наверняка достаточно зацепок — этих Тараматула явно будет несложно найти, а они, скорее всего, знают, где искать Дэймена. Хотя, возможно, стоит еще расспросить мать — вдруг Дэймен в своих письмах сообщил что-нибудь важное.

Он открыл было рот — и тут в дверь постучали.

О, точно. А вот и Ильза.

Мать жестом отправила его открыть, и Зориан послушался. Разговор подождет — пора пообщаться с представительницей академии.

Сегодня в доме Ксвима принимали необычных гостей. Зориан, Зак, Ксвим, Аланик, Каэл и Тайвен — все, знающие о временной петле, собрались в гостиной, просматривая скопившиеся у Зака и Зориана материалы. Сам Зориан не стал бы звать Каэла и Тайвен — морлок в прошлых циклах просил не рассказывать ему подробности, Тайвен же просто до конца не верила во временную петлю — но Ксвим и Аланик настояли на приглашении. Обычно учителя этого не делали, но Зориан уже смирился с неизбежными отклонениями от привычного распорядка. С тех пор, как они стали через него передавать себе послания и исследовательские отчеты, их поведение менялось от цикла к циклу.

Что же, Зориан не видел причин возражать, так что Каэл и Тайвен тоже присутствовали.

Он единственный из собравшихся ничего не читал — не было нужды. Именно он перелопатил всевозможные записи и документы — и изложил их в кратких отчетах. Ну, то есть он и его симулакрумы — последнее время он привык спихивать подобную работу на двойников. Главное, не забывать проверить готовый результат — а то они норовили туда что-нибудь вписать в знак протеста против эксплуатации. Но серьезно — если не поручать им скучные и утомительные задачи, то зачем они вообще ему нужны?

— Что же, у нас хорошие новости об ибасанских вратах, — заметил Зак, листая отчеты исследователей из прошлого цикла. — Я почти не сомневался, что Кватач-Ичл запихнет в них чью-нибудь душу. Ну, в смысле, даже вратам Бакоры для работы нужен некий подселенный дух.

— Врата Бакоры сами открывают порталы, — возразил Зориан, — а ибасанские врата — нет. Они только постоянно поддерживают открытый кем-то проход.

— Да, сложно представить, зачем там душа, разве что как источник энергии, — вступил в разговор Аланик. — К тому же для самостоятельного открытия порталов какая попало душа не подойдет. Разве что вселить душу лояльного мага, как сделал Судомир со своей женой…

У Каэла в этот момент было очень кислое лицо. Ему крайне не нравилось «проявление любви» Судомира, о чем он уже прямо говорил. Тем более, что некромант практически истребил друзей Каэла и, вероятно, сделал бы то же самое с самим морлоком, не поступи тот в академию.

— …тогда, возможно, удалось бы повысить эффективность структуры, — закончил мысль жрец. — В иных случаях — смысла нет.

— Не поймите неправильно, я и не возражаю, — сказал Зак. — В смысле, выходит, что ибасанские врата — всего лишь стабилизирующая рама из редких материалов и хитрых формул. А значит, мы без особого труда их скопируем, верно, Зориан?

— Не уверен, что нечто столь продуманное и изощренное можно назвать «всего лишь», — заметил Зориан. — А насчет воссоздания… ну, если бы этим занимались только мы с тобой, у нас бы ушли годы. Но раз мы используем целую армию экспертов… все равно по меньшей мере год, но, вероятно, всего один.

— Все равно год? — разочарованно спросил Зак. — Почему?

— Нас сильно ограничивает короткий период доступа к вратам, — пояснил Зориан, недовольно цокнув языком. — У нас полно специалистов, но всего несколько часов в месяц на работу. За это время многого не достигнешь.

— А почему бы просто не атаковать их лагерь до конца цикла? — спросила Тайвен. — Этот Кватач-Ичл что, настолько непобедим?

— Да, — хором ответили Зак и Зориан.

— Ладно, ладно, нечего на меня набрасываться, — пробурчала она. — И что, он никогда не отлучается из Сиории?

Зориан хотел было пуститься в разъяснения, почему это никак не поможет, как вдруг кое-что вспомнил. Он дотянулся до нужной стопки и принялся листать расписание вторжения, стоившее им с Заком немалых трудов. Само собой, расписание было лишь примерным — события менялись от цикла к циклу в зависимости от действий путешественников. Однако же некоторые вехи вторжения упорно сопротивлялись переменам и происходили практически всегда, если Зак с Зорианом не пытались специально их предотвратить. И он точно помнит, что… во!

— Вот, — торжествующе сказал Зориан, указывая в один из абзацев. — В начале третьей недели цикла Кватач-Ичл, как правило, отправляется на Улькуаан Ибасу и проводит там целых три дня. Если мы до того времени не создадим вторжению серьезных препятствий — он, вероятно, и в этом цикле поступит так же. И тогда, если мы сможем захватить ибасанский лагерь сразу по его отъезду — у нас будет целых три дня беспрепятственной работы.

— Тут очень большое «если», — отметил Зак. — Речь идет о взятии полностью укомплектованного и защищенного лагеря. Поверь мне, это очень отличается от подавления тех криворучек, что шляются там в разгар вторжения. А ты предполагаешь, что мы обезвредим всех так быстро, что никто не успеет поднять тревогу и вызвать Кватач-Ичла. Или подкрепления из поместья Судомира.

— Угу, — задумчиво сказал Зориан. — Одними солдатами Аланика мы тут не обойдемся. Если хотим добиться успеха — нужны наемницы аранеа. Думаю, я смогу найти паутину, что согласится помочь нам за вознаграждение.

— А Судомир? — спросил Аланик.

— О, это как раз легко, — ответил Зориан. — Ведь он — мэр Князевых Дверей. Нужно всего лишь устроить в городе переполох и немного подождать — он не может не явиться. Тогда мы перебьем его охрану и просто похитим его средь бела дня.

Повисло короткое молчание — все как-то странно на него смотрели.

— Что? — защищаясь, спросил Зориан. — У вас есть идея получше?

— А ты стал страшным, Зориан, — заметила Тайвен.

— Похитим? — переспросил Аланик. — Почему просто не убить?

— Когда я говорил с ним, он туманно намекнул, что его очень трудно убить, — ответил Зориан. — Не знаю, к какой магии он прибег, но возможно, что убить его не получится. Так что я счел, что безопаснее усыпить его и держать без сознания столько, сколько нужно.

— Что же, лично я одобряю этот подход, — сказал Аланик. — По крайней мере, это позволит допросить Судомира. Замечу, что мы до сих пор не удосужились сделать это как следует.

— Да, это никогда не было первоочередной целью, да и сам он явно не дружит с головой, — пожал плечами Зориан.

— Дружит или нет, как маг он бесспорно талантлив, — сказал Каэл. — Будете допрашивать его — не ограничивайтесь только преступлениями и связями с Улькуаан Ибасой. Вытрясите из него все, что он знает о некромантии и других разделах магии.

Теперь все странно посмотрели на Каэла.

— Послушайте, — стараясь говорить спокойно, начал морлок. — Наверное, я ненавижу этого монстра сильнее, чем кто-либо в этой комнате. Очень возможно, что часть его знаний изначально принадлежала людям, которых я знал. Людям, которых он убил и, вероятнее всего, чьи души пытал ради их тайн. Магических и обыденных. И именно поэтому вы должны сделать с ним то же самое! Это будет…

Он замялся, не в силах подобрать нужное слово.

— Справедливо, — негромко предложил Аланик.

— Адекватно, — поправил Каэл. — Будет адекватно, если его постигнет та же участь. Подобающе.

На составление примерного плана штурма ибасанского лагеря ушло еще часа два. Чего Зориан никак не ожидал — что Тайвен захочет принять участие в операции. В частности, она хотела присоединиться к солдатам и боевым магам Аланика. Жрец дал предварительное согласие, хотя и предупредил, что без колебаний выкинет ее из ударной группы при малейших проблемах с дисциплиной.

Девушка едва заметно вздрогнула — вероятно, эти сложности уже были ей знакомы — но с условиями согласилась.

Наконец собрание было распущено, и все стали расходиться… все, кроме Зориана, оставшегося поговорить с Ксвимом.

— Итак, — начал куратор. — Теперь мы одни, мистер Казински. О чем вы хотели поговорить без свидетелей?

— Прежде всего, — Зориан достал из кармана тетрадь, — ознакомьтесь с этим.

Это, конечно, был список специалистов, полученный от Ксвима несколько циклов назад. Тот самый список, что стоил ему стольких сомнений и переживаний. Ксвим медленно листал его, хмурясь все сильнее. Зориан терпеливо ждал, не говоря ни слова.

— Предположу, что этот список вы получили от меня, — сказал Ксвим, вопросительно посмотрев на него. Зориан кивнул. — Вот как. Тогда… следует ли мне считать, что вы его закончили и пришли за новыми именами?

— Нет, — с несколько большим нажимом, чем собирался, ответил Зориан. — Нет, я ничего подобного не делал. Я… я сумел уговорить некоторых из них помочь мне добровольно, несмотря на ваши предупреждения. Я пытался убедить и остальных, а когда они отказались… Просто занялся другими делами. Ни к кому из них я не вторгался в разум. Разве что одно-два мимолетных касания…

Ксвим молча посмотрел на Зориана, потом на тетрадь у себя в руках. Помедлив, без слов вернул ему тетрадь.

— Это, — наконец сказал куратор, — обнадеживает.

Зориан удивленно моргнул.

— Не знаю, согласился бы со мной мой прежний вариант. Вероятно, нет, раз уж он дал вам этот список, — продолжил Ксвим. — И я определенно вижу в этом логику, пусть и не одобряю ее. Тем не менее, я не понимаю смысла этого разговора. Если вам не нужны новые имена, то зачем вы показали мне список?

— Я решил, что не стану нападать на этих людей, — чувствуя, как полегчало на душе, сказал Зориан. — Не тем способом, который вы… который предложила ваша прошлая версия.

— Хм. Даже не знаю, хвалить ли вас за принципиальность, или ругать за мягкотелость, — проворчал Ксвим, покачав головой. — Однако ваш выбор слов подсказывает, что у вас все еще есть планы относительно этого списка. Полагаю, они затрагивают меня?

— Вкратце — идея в том, что вы поговорите со всеми этими людьми и попытаетесь получить их секреты, — прямо сказал Зориан. И, помедлив, добавил:

— И, конечно, поделитесь ими со мной.

— Мистер Казински, — отозвался Ксвим. — Вам не кажется, что будь у меня такая возможность, я бы давно узнал их секреты?

— Не у всех, — отметил Зориан. — Многие из них явно включены в список с расчетом на меня — вас их специализация не интересует. Не думаю, что вы хотя бы пытались с ними договориться.

— Это действительно так, — согласился Ксвим.

— Что же до остальных… много ли вы предлагали им за труд всей их жизни?

— Я не обманываю людей, мистер Казински, — нахмурившись, ответил Ксвим.

— Да, но что, если вы сделаете им невероятное предложение? — улыбнулся Зориан. — Собрание секретов десятков магов. Больше денег, чем они видели за всю свою жизнь. Редкие материалы, что не достанешь на рынке. Возможность нанять команду архимагов для сложных задач. И далее в том же духе.

Ксвим поднял бровь.

— Если вы можете предложить все это, зачем вам я?

— Видите? — невежливо указал прямо на куратора Зориан. — Характерная реакция. Насмешка и недоверие. Вы знаете, что я — путешественник во времени, но все равно не воспринимаете мои слова серьезно. А как среагируют другие? Заяви такое я или Зак — нас поднимут на смех. Мы всего лишь подростки без известных достижений. За нами лишь авторитет наших семей, а его не всегда хватает. Вы же, в свою очередь, весьма уважаемый архимаг. Они знают вас. Многие из них — ваши друзья и знакомые. В вашем исполнение это куда правдоподобнее.

— Но все равно недостаточно правдоподобно, — заметил Ксвим. — Люди решат, что я сошел с ума. Ну, то есть еще сильнее.

— Не беспокойтесь, с концом цикла ваша репутация будет восстановлена, — сказал Зориан.

— Это так утешает, — бесстрастно откликнулся Ксвим.

Оба помолчали, пока куратор обдумывал предложение.

— В этом есть здравое зерно, — наконец признал Ксвим. — Некоторые из них… не думаю, что они когда-либо согласятся поделиться результатами, что бы им ни предлагали. Но у большинства, думаю, есть своя цена — если предложить достаточно много и убедить в своей платежеспособности. Кстати об этом — вы уверены, что можете это обеспечить? Взять, например, деньги — не уверен, понимаете ли вы, какими суммами рассчитываются между собой маги верхнего эшелона. То, что вам кажется невероятной суммой, для них может оказаться мелочью на карманные расходы.

Зориан не стал ничего объяснять. Он просто достал из кармана полученный по этому случаю банковский чек и вручил его Ксвиму. Куратор, прочитав, поднял брови.

— А тут немало нулей, — помолчав, сказал Ксвим.

— Нет, мистер Чао, — зубасто улыбнулся Зориан. — Как раз это — та самая мелочь.

Следующая неделя прошла в постоянных хлопотах. Подготовка к штурму ибасанского лагеря, переговоры с Посвященными Молчащих Врат в попытках убедить их поверить во временную петлю и получить доступ к их специалистам и вратам Бакоры, уточнения графика обхода Черных Залов Алтазии, попытки уговорить экспертов… К счастью, теперь Зориан был не один, и нагрузка была вполне посильной.

Впрочем, симулакрума номер два все это не касалось — он должен был просто отсидеть уроки и исчезнуть в конце дня. Даже странно, но номер второй не возражал против поставленной задачи. Он знал, что его предшественники терпеть не могли уроки — но его все устраивало. Может быть, дело в том, что оригинал создал его сразу после изматывающих переговоров с Посвященными, когда мечтал переключиться на что-нибудь простое?

Хотя слушать преподавателей он все равно не собирался, так что прихватил парочку продвинутых книг, чтобы занять себя на лекциях и переменах.

И в одну из таких перемен ему через плечо с любопытством заглянула Неолу.

— Что? — спросил он. Неожиданно, ведь в отличие от прошлого цикла, он был уверен, что его предшественники не пытались тайком с ней подружиться. Так почему ей интересно, что он читает?

— А почему ты читаешь словари языков Кслотика? — полюбопытствовала она.

А. Точно. Конечно, это ее заинтересовало — она же сама оттуда.

В прошлом цикле он многое узнал о ней — часть рассказала сама Неолу, часть он узнал, осторожно спрашивая других и читая их мысли, когда восстанавливал картину действий своих симулакрумов. Неолума-Ману Ильятир (сокращенно — Неолу) была родом из обычного, но весьма состоятельного рода в Контемаре, одном из крупных наследников империи на побережье Кслотика. На это намекала и ее смуглая, бронзового оттенка кожа, хотя уроженцы южной Алтазии и Шиванского архипелага выглядели так же. Синие метки-татуировки на лбу и щеках говорили о принадлежности к ее роду, но никто не знал, были ли они просто украшением или несли наследственную магию Ильятир.

Ну, и само то, что из Кслотика Неолу поехала учиться в далекий Эльдемар, было по меньшей мере странно. На побережье хватало своих престижных магических школ. Бывшая колыбель Икосианской империи даже после Катаклизма была более чем достойна. И тем не менее, отец Неолу послал ее учиться в Эльдемар. Официально — потому что Академия Сиории считалась лучшей в мире, но ходили слухи, что она замешана в неком скандале, и отец просто хотел отослать ее подальше, пока не улягутся страсти.

Впрочем, это всего лишь слухи, а сама Неолу отнюдь не походила на ссыльную. Ей явно нравилось в Сиории, и ничто в ее поведении не намекало на проблемы в семье. Может, она просто хотела посмотреть дальние страны, а отец не стал с ней спорить.

Ну, неважно. Не его дело. Что же до словарей… вообще-то он пытался насколько возможно помочь симулакруму номер один, уверенно приближающемуся к Косу. Он поддерживал ментальный контакт с собратом, и пусть словари и несколько устарели — все же лучше, чем ничего.

Но не говорить же об этом Неолу.

— Я подумывал посетить Кслотик после выпуска, — сказал он.

— Правда?! — изумилась она. — Это же чудесно! Поверь мне, там очень красиво. Обязательно загляни ко мне, я покажу тебе город и расскажу, где самые интересные места.

Хмм. Интересная мысль. Разве Зак не говорил, что Неолу просто убедить в существовании временной петли? Возможно, когда они отправятся искать Ключ в Кслотике, ее стоит привлечь в качестве гида. Вряд ли она сильно им поможет, но хотя бы поработает переводчиком и удержит их от серьезных нарушений местных обычаев. А может быть, и замолвит за них слово в своем Доме, позволив воспользоваться их связями.

— Я запомню, — сказал Зориан. — Слушай, а ты не поможешь мне перевести некоторые фразы? У меня есть список от моего друга, побывавшего в Кслотике, но никак не могу найти их в книгах…

Когда симулакрум Зориана наконец достиг Коса, отыскать Дэймена оказалось совсем несложно. Главную роль в этом сыграли полученные от матери сведения. Как оказалось, она сильно переоценивала увлекающуюся натуру сына — вместо того, чтобы без устали стремиться к своей цели, Дэймен взял перерыв и проводил время в поместье Тараматула, со своей избранницей. Ну, как сказать перерыв — он отдыхал там уже несколько недель. В любом случае, Зориану потребовалось всего лишь поговорить с высокопоставленным представителем Дома, спросить, где Дэймен, считать в его мыслях правильный ответ — вслух тот заявил, что ничего об этом не знает — и заявиться туда вместе с Заком.

И вот они стоят пред воротами поместья Тараматула, настаивая, что пришли к Дэймену, в то время как стража не менее упрямо утверждала, что в глаза его не видели.

Честно говоря, Зориана удивляло, что их до сих пор не попытались выставить силой. Дома в Эльдемаре были куда менее терпеливы к не понимающим намеков посетителям. Хотя, если бы стражники попытались — они с Заком разобрались бы и с ними, и с любыми подкреплениями. Может, по ним было заметно?

Наконец из поместья пришла сурового вида женщина средних лет в бело-оранжевых одеждах — узнать, что за переполох у ворот. Она назвалась Уланной, но не упомянула, какое место в иерархии Дома она занимает.

— Говоришь, ты младший брат Дэймена? — в отличие от остальных жителей Коса, икосианский Уланны был грамматически безупречен — хоть и с изрядным акцентом.

— Да, Зориан Казински. Можете показать ему это в качестве доказательства, — он вручил ей свернутый холст, бессовестно стащенный из комнаты Дэймена в Сирине. На картине красовались три сокурсницы Дэймена, в весьма откровенных одеяниях и намекающих позах. Судя по всему, картину брат получил в подарок — и гордо держал у себя в комнате, игнорируя возмущение матери насчет «непотребства».

Женщина медленно, торжественно развернула холст, стоически оглядела картину, приподняв бровь, и с усмешкой посмотрела на него.

— Понятно, — заключила она. — Во всяком случае, шуточки у вас точно одинаковые. Я обязательно покажу ему это. Уверена, с этим связана интереснейшая история.

— О, несомненно, — солнечно улыбнулся Зориан. — Уверен, он с радостью вам расскажет.

Минут через пятнадцать Уланна вернулась и привела с собой Дэймена.

Зориан давно не видел брата, но тот практически не изменился. Все тот же высокий, красивый парень, с крепкой, мускулистой фигурой и уверенными повадками. Зориан узнал бы его из тысячи.

Зато изменился сам Зориан. Он стал достаточно хорош в магии, чтобы заметить, как Дэймен тайком сотворил заклятье прорицания, пытаясь определить, не самозванец ли перед ним. И он стал достаточно хорош в ментальных способностях, чтобы немедленно ощутить присутствие другого психика.

Он на миг прикрыл глаза. Дэймен — психик. Ну конечно. Он думал, что хоть в чем-то уникален — и разумеется, Дэймен тоже этим владеет. Хотя, сказать по правде, этого стоило ожидать. Это прекрасно объясняло невероятные чутье и убедительность старшего брата — еще в детстве Дэймен легко улаживал проблемы, сложные даже для взрослых. Вопрос в другом — насколько хорошо он контролирует дар? Зориану захотелось тут же попробовать его защиты, но он сдержался. Может быть, потом. Сейчас ситуация и без того несколько напряженная.

И да, если Дэймен Открыт и владеет своим даром — он не мог не знать, что Зориан такой же. Почему не сказал ни ему, ни родителям?

Да, об этом надо будет обязательно поговорить.

— Зориан? — спросил Дэймен. — Это правда ты?

— Кто еще это может быть? — огрызнулся Зориан. — Я знаю, что мы давно не виделись, но неужели ты уже забыл, как выглядит младший брат?

Дэймен смущенно хохотнул.

— Нет, конечно нет. Просто это очень неожиданно. Разве ты не должен быть на уроках?

— Должен, — признал Зориан. — Но решил вместо этого отправиться в Кос. Потом вспомнил, что ты уже здесь, и подумал, что надо заглянуть, поздороваться.

— Агась, — отозвался Дэймен. И оценивающе оглядел его. — Скажи честно — ты здесь по поручению родителей?

— Нет, — покачал головой Зориан.

— Значит, ты не пытаешься встать между мной и Ориссой?

— С какой стати? Я рад за тебя. Но с матерью и отцом будешь разбираться сам.

— Паршивец, — пробурчал Дэймен. — Тогда какого черта ты выбрал именно это в качестве доказательства, а?

— Прелестная картина, — невозмутимо заметила Уланна. — Вероятно, вы были очень популярны в академии, мистер Казински.

Дэймен проигнорировал ее, глядя на Зориана.

— Мне вот кажется, что ты пытался втравить меня в неприятности, — надавил он.

— Отношениям в семье я учился у тебя, дорогой брат, — слащаво улыбнулся Зориан.

— О? — заинтересовалась Уланна. — Кажется, вы можете рассказать просто изумительные истории.

— О да, есть просто отличные, — согласился Зориан. — Моя любимая — когда он выставлял младшего брата на улицу и запирал дверь.

— Я просто хотел побыть один, а тебе стоило больше гулять, как нормальному ребенку, — возразил Дэймен. — К тому же, я понес за это наказание.

— Потому я и говорю — моя любимая, — сказал Зориан.

— И что же случилось? — спросил Зак, заставив Дэймена и Уланну впервые обратить на него внимание. Все это время он был необычно молчалив, просто наблюдая за ходом беседы.

— Зориан научился взламывать замки, вот что, — раздраженно пояснил Дэймен. — Серьезно, ну какой ребенок так делает? А потом какой-то болван-полицейский застал его за этим делом и утащил в участок. Ох, как же мать разозлилась… На нас обоих, но на меня особенно — ведь я был старше и должен был присматривать за ним, а не выгонять из дома.

— Совершенно понятно, — прокомментировала Уланна.

— Да-да, по молодости я был тем еще придурком, — отмахнулся Дэймен. — Кто не был? Но давайте, проходите уже. Должен сказать — добраться сюда из Эльдемара — весьма впечатляюще.

— И весьма безответственно, — добавила Уланна.

— Ну да, но не мне об этом говорить, — сказал Дэймен. — Да уж, по сравнению с некоторыми моими выходками это просто ерунда!

Уланна молча подняла бровь.

— Эм, — запнулся Дэймен и обернулся к Заку и Зориану. — И чего ждем? Письменного приглашения? Заходите уже, пока я окончательно не влип. Проклятье, ну и денек…

Брат развернулся и не оборачиваясь зашагал к особняку. Пожав плечами и довольно улыбнувшись, Зориан последовал за ним.

Глава 67. Сближение

Следовало признать — Зориан никак не ожидал от семьи Тараматула такого обращения. Они явно знали, что семья Дэймена не одобряет его отношения с Ориссой, да и сами парни свалились на южный Дом, как снег на голову. Зориан обоснованно ожидал настороженности, возможно даже враждебности. Вышло же наоборот: они с Заком стали почетными гостями, стоило Дэймену подтвердить, что они именно те, кем представились. Встретить их собралась чуть не половина рода, их представили многим членам семьи, провели по поместью и не меньше трех раз предложили напитки, прежде чем поверили, что жажда их не мучает.

Из-за столь радушного приема Зориан чувствовал себя неловко. Да, он знал, что это всего лишь вежливость, что все эти улыбки и добрые слова не слишком искренни — но просто не привык к такому обращению. Ситуация осложнялась тем, что мало кто из Тараматула говорил на икосианском — и понять друг друга было не всегда просто. Сам он знал лишь несколько цветистых ругательств на местном языке — симулакрум по каким-то своим соображениям включил в доклад только их — но окружающие все равно пытались с ним поговорить.

В другой обстановке Зориан прибег бы к телепатии, чтобы расшифровать их слова. Не панацея — ведь мышление человека во многом завязано на используемый язык — но это бы помогло. Вот только орудовать магией разума в толпе магов — по меньшей мере неблагоразумно. Риск разоблачения слишком велик. В случае с Тараматула это было особенно актуально — будучи укротителями пчел, они вполне могли специализироваться в некой разновидности магии разума.

Хотя кое-кто из южной семьи не разделял его осторожного подхода — в ментальные щиты Зориана ткнулся мысленный щуп.

Зориан, отвечавший на очередной вопрос Уланны, немедленно замолчал и крутанулся в сторону атакующего. Техника атаки оставляла желать лучшего, что позволило Зориану немедленно определить виновника — молодую девушку-подростка, старательно и очень неубедительно строящую саму невинность.

— Что-то не так? — хмуро спросила Уланна, проследив его взгляд и строго оглядывая девушку.

— Нет, ничего, — покачал головой Зориан, вновь оборачиваясь к собеседнице. — Просто показалось.

Он решил не поднимать шум. В случае огласки получится его слово против ее, и даже если ему поверят — наверняка сочтут мелочным недотрогой. К тому же, атака скорее позабавила его. Девушка ничего не смыслила в менталистике. Пожалуй, его защиты справились бы с такой атакой даже во сне.

Хотя и любопытно — действует ли она по собственной инициативе, или по приказу кого-то из глав рода? С одной стороны, трудно поверить, что Дом выбрал бы для разведки кого-то столь неопытного. С другой — это позволяло им избежать ответственности в случае провала. Они всегда могли назвать это детскими шалостями и попросить снисхождения.

Прокрутив эти мысли, он послал в девушку собственный мысленный щуп, легко протиснувшийся сквозь ее неумелую защиту — и нанесший несильный ментальный удар. Дружеское предупреждение, что к нему в мозги лучше не лезть. Даже, скорее, легкий тычок, едва ли болезненный, но она дернулась, как от пощечины, и поспешила покинуть собрание.

Зориан пренебрежительно фыркнул. Что за ребячество.

Его собеседница нахмурилась, но ничего не сказала. Видимо, выходка девушки прошла незамеченной… во всяком случае, для Уланны.

Наконец их представили и Ориссе — той самой, похитившей сердце Дэймена. Высокая, статная, в позе и движениях сквозит уверенность. Очень смуглая, как и большинство жителей Коса. Красивая — впрочем, как и все женщины Дэймена. По сравнению с другими Тараматула, она держалась более сдержанно — сложно сказать, то ли такой характер, то ли присутствие незнакомцев.

В целом же Зориан не нашел в ней ничего особенного. На первый взгляд он не видел в ней ничего, что могло бы вскружить голову Дэймену. Может быть, талант? По словам Уланны (как выяснилось — ее тети), Орисса была одной из лучших магов рода.

— У твоего брата хороший вкус, — шепнул Зак, обводя руками в воздухе силуэт песочных часов.

— Ты ничего о ней не знаешь, кроме внешности и манер, — указал Зориан. — Какой еще хороший вкус?

— С такой внешностью — чего еще желать? — ухмыльнулся Зак.

— Поверить не могу, что защищаю Дэймена, но он не настолько примитивен, — возразил Зориан. — На него уже вешались множество красивых девушек, но он никогда не помышлял о женитьбе. Наверняка в ее случае дело не только во внешности.

— Ну, уверен, внешность тоже учитывалась.

— О, определенно учитывалась, — согласился Зориан. — Ни разу не видел, чтобы Дэймен интересовался некрасивыми женщинами. Просто не думаю, что она могла бы захомутать его одной лишь красотой.

Словно почувствовав, что говорят о нем, их разыскал вышедший из толпы Дэймен.

— Ну и что вы тут секретничаете? — спросил он, подходя. — Это не особо вежливо, тем более, когда вы — почетные гости.

— Мы даже языка не знаем, — отметил Зориан. — Так что беседовать с хозяевами несколько затруднительно.

— И не узнаете, если не будете общаться, — парировал Дэймен.

Зориан нахмурился, гася вспышку раздражения.

— Ты пришел читать нотации? — спросил он с предупреждающими нотками в голосе.

— Все такой же ершистый, — вздохнул Дэймен. — Слушай, не хочешь говорить с хозяевами — может, пойдем туда, где поспокойнее, и побеседуем по-братски?

Он задумчиво посмотрел на Зака. В ответ тот широко улыбнулся и глупо помахал, словно только что увидел.

— Ага, — явно забавляясь, сказал Дэймен. — Полагаю, ты хочешь, чтобы твой друг тоже пошел с нами?

— Конечно, — ответил Зориан. — Он прошел вместе со мной до самого Коса. Было бы подло забыть про него теперь, когда мы добрались до цели.

— Почему нет, — пожал плечами Дэймен, поманив их за собой. — Вы, ребята, часом не спите друг с другом?

Зориан скривился, подавляя желание шарахнуть молнией.

А вот Зак был не настолько уравновешен и попытался пнуть Дэймена. Увы, брат с легкостью увернулся.

— Ой, да не дергайтесь, это всего лишь шутка, — успокаивающе поднял руки Дэймен. — Я думал, вы любите шутки — судя по тому, как подставили меня. Разве нет?

Зориан недовольно цокнул языком. Ну да, здесь он, пожалуй, был прав.

Дэймен повел их к маленькому гостевому домику в северной части усадьбы, обходя пасеку по широкой дуге.

— Туда не суйтесь, — предупредил Дэймен. — Тараматула разводят разных пчел, и боевые в присутствии незнакомцев становятся агрессивными. У вас незнакомый запах, вы можете привести их в ярость. Смотрители успокоят их, но тем не менее. Надвигающийся рой магических пчел-убийц — чертовски жуткое зрелище.

— Знаешь по собственному опыту? — спросил Зак.

— Ага, меня они поначалу тоже не любили, — подтвердил Дэймен. — Понятия не имею, почему Тараматула меня не предупредили. Подозреваю, некая проверка. Хотели посмотреть, как я отреагирую.

— Уверен, что они не выражали свое недовольство дочерью, выбравшей иностранного простолюдина, и не пытались тебя отпугнуть? — поинтересовался Зориан.

— Да не, уверен — ее выбор их устроил, — без тени сомнения ответил Дэймен. — От местных политических игр у меня мозги в трубочку сворачиваются, но Тараматула надежно укрепили свои позиции в регионе. Теперь им нужны только могущественные маги, и… если без ложной скромности — я чертовски крут.

— И чертовски скромен, — вполголоса пробурчал Зориан.

Дэймен то ли не расслышал его, то ли сделал вид, что не расслышал.

— Признаться, они предпочли бы, чтобы я женился на одной из… менее значимых дочерей рода, — добавил Дэймен. — Не на наследнице главной семьи. Но я четко предупредил их — этому не бывать. Я выбрал Ориссу не ради статуса и власти — а потому что люблю ее. Либо Орисса, либо никто.

Зориан хотел было спросить, что в ней такого особенного, но, подумав, пришел к выводу, что ему не настолько интересно.

Наконец они пришли — скромный домик выглядел как-то неподобающе для жениха наследницы. Впрочем, Зориан уже знал от Уланны, что официально брат жил не здесь. За ним числилась достойная комната в основном здании — просто он нечасто там оставался. Гостевой домик на отшибе был передан ему в качестве мастерской, когда он пожаловался, что комната недостаточно защищена для работы.

Дэймен запустил их внутрь — здесь повсюду были карты, странные устройства и… судя по всему, лишь боги знают, где добытые древние артефакты.

— Ничего не трогайте, — предупредил Дэймен. — Испортите что-нибудь — прибью.

Конечно же, Зориан знал, что это всего лишь дурацкое выражение, но не мог не представить, как Дэймен действительно пытается убить их — и обнаруживает, с кем он столкнулся. Воображаемая сцена вызвала яркую улыбку. Как бы было славно…

— Мне не нравится эта улыбка, — заметил Дэймен. — Нет, правда, Зориан, ничего не трогай. Это нужно для работы.

— Я не всерьез, — покачал головой Зориан. — Мы не тронем твои вещи, не беспокойся. Кстати, как там твоя экспедиция?

Дэймен с тяжелым вздохом рухнул на стул, подцепил со стола глиняную статуэтку — бородатого мужика — и некоторое время молча его рассматривал.

— …Продвигается, — наконец сказал он. Очень информативно. — Я знаю, я уже близок, но никак не могу найти точное место. Не понимаю. Мы прочесали весь район — и это точно тот самый район — но никак не…

Он покачал головой и вернул статуэтку на стол.

— В любом случае, сейчас у меня перерыв, — сказал Дэймен. — Решил проветрить мозги. Посмотреть на проблему свежим взглядом и все такое. Но хватит обо мне, давайте поговорим о вас. Никак не возьму в толк… как вы добрались сюда так быстро? Не знаю насчет тебя, Зак, но вряд ли Зориан мог пропасть из дома, пока родители не уехали в Кос. Так что на дорогу остается совсем мало времени.

Зак и Зориан переглянулись. Они уже спорили, как обрисовать Дэймену их цели и ситуацию, и сошлись во мнении, что придется рассказать все. Зориан был невысокого мнения о брате, но Дэймен точно не был дураком, и он знал его. Пусть не очень хорошо, но знал. Он, без сомнения, тут же раскусит любую дурацкую легенду, которую они могут придумать для объяснения своего визита. И если Зориана не подводила память — брат не станет молча слушать ложь.

Им нужна его полная поддержка, а описать серьезность ситуации можно лишь рассказав о петле и поисках Ключей. Хотелось верить, что Дэймена проще убедить, чем, скажем, Посвященных Молчащих Врат.

— Мы открыли врата и прошли, — наконец сказал Зориан.

Дэймен странно посмотрел на него.

— Врата? В смысле, пространственный переход?

— Да, — подтвердил Зориан. — Мы открыли портал из Эльдемара прямо сюда, в Кос.

— Ты несешь чушь, но выглядишь серьезным, — отметил Дэймен. — Или ты стал действительно хорошим актером, или считаешь меня дураком. Зориан, если врешь, то хотя бы проверь заранее, чтобы ложь выглядела правдоподобно. Ты хоть представляешь себе, насколько сложно освоить заклятье Врат?

— О да, — серьезно кивнул Зориан. — На обучение ушла уйма времени.

— Даже не сомневаюсь, — закатил глаза Дэймен. — Итак, ты овладел заклятьем и, похоже, можешь открывать проход из Алтазии аж в Южную Миасину. Как это, кстати, вообще возможно?

— Ну, сначала я создал симулакрума и послал его в Кос… — начал Зориан.

— О, так ты еще и умеешь создавать симулакрумов? Отлично, братишка, ты настоящий талант, — насмешливо похвалил его Дэймен.

— А потом, когда мой двойник добрался сюда, мы скоординировались и открыли проход, — невозмутимо продолжил Зориан. — Когда врата открываются двумя заклинателями в конечных точках, расстояние между ними не имеет значения.

— Это… — начал было Дэймен, но замолчал и задумчиво хмыкал несколько секунд. — Ну ладно, думаю, это действительно могло сработать. Что же, поздравляю. Хотя бы часть твоего рассказа имеет смысл. Хотя в целом — по-прежнему глупости; ты никак не можешь владеть этими заклятьями. Черт возьми, даже я ими не владею, что уж говорить о тебе?

Зориан хотел уже ответить, но Зак оказался быстрее:

— А если мы это докажем?

— Докажете? — изумился Дэймен. — И каким же образом? Откроете врата в Эльдемар?

— Разумеется, — кивнул Зориан. — Пока не увидишь, не поверишь. Никакие слова не сравнятся с демонстрацией. К счастью, я оставил дома еще одного симулакрума, так что могу открыть проход когда угодно.

— Зориан, эта шутка уже затянулась, — вздохнул Дэймен.

— Тебе ничего не стоит проверить, — заметил Зак. — В худшем случае увидишь, как Зориан выставит себя дураком.

Дэймен на секунду задумался, потом тихонько хохотнул.

— А ведь и верно.

Вот же козлы.

— Мне открыть врата прямо здесь? — невинно спросил Зориан. — Ведь ничего страшного, я все равно не смогу, так ведь?

— Нет уж, — отрезал Дэймен. — Рисковать своей мастерской ради твоих фантазий я не намерен.

Зориан ухмыльнулся.

— Поганец мелкий, — пробурчал Дэймен. — Ну да ладно. Понятия не имею, чего вы добиваетесь, но я вам подыграю. Но взамен обещайте, что потом все расскажете. Расскажете правду, а не очередной бред.

— Договорились, — легко согласился Зориан. Он и так собирался это сделать. — Когда можно показывать?

— Сейчас я ничем не занят, — Дэймен, кивнув, поднялся на ноги. — Идем. Быстрее покончим с этим — быстрее вернусь к работе и Ориссе.

Зориану чуть было не стало жаль брата. Запланированная демонстрация — только начало. Если им удастся его убедить — спокойная жизнь в этом месяце Дэймену не светит.

Чуть не стало. Но чуть не считается.

— Мне казалось, ты сказал, что сейчас на отдыхе, — заметил Зориан.

— Заткнись, — буркнул Дэймен. — Ты понял, о чем я.

— Он «работает» над невестой, — с похотливой улыбкой объяснил Зак. — Уверен, это тяжелый, изматывающий труд.

Дэймен пробормотал что-то насчет подростков, но вдаваться в подробности не стал.

— Не стоит ли сначала уйти из усадьбы Тараматула? — спросил Дэймен. — Если устроишь новый переполох, активировав защитные чары, на снисхождение не рассчитывай.

Зориан задумчиво хмыкнул.

Большинство оберегов не рассчитаны на заклятье врат, но никогда не знаешь, как среагирует незнакомая защитная схема. Разве что провести вдумчивый анализ чар, рискуя поднять тревогу. Не зная, как устроена местная схема, и каков ее порог чувствительности, он был двумя руками за осторожный подход. Так что они втроем покинули усадьбу, передав через стражников, что «немного задержатся».

Очевидно, это будет впечатляющее преуменьшение. Хотя, наверное, ничего страшного — Зориан видел, как переглянулись стражники — Дэймен явно поступал так не впервые.

Может, он задает не тот вопрос? Нужно спрашивать, не что Дэймен нашел в Ориссе, а что она в нем нашла?

Зориан сидел на холме, глядя на раскинувшуюся впереди Сиорию. Или только делая вид, что глядит — на самом деле его мысли занимал стоящий рядом Дэймен, молча смотрящий на город. Зак валялся в траве, насвистывая какой-то чертовски прилипчивый мотив и обводя пальцем силуэты облаков, даже не притворяясь, что город его интересует. Все это здорово отличалось от того, как Зориан представлял себе их возвращение в Эльдемар.

Когда они еще были в Косе, и Зориан успешно открыл Врата — он ожидал от Дэймена… ну, хоть какой-нибудь реакции. Шока, или хотя бы удивления. Может быть — агрессии, сомнений в их личности, требований немедленно все объяснить. На худой конец — видимого недоумения и незнания, как реагировать. В действительности же Дэймен немедленно смолк и собрался, напряженно оглядывая окрестности. Он сотворил несколько довольно непривычных заклятий — судя по всему, проверял, не погружен ли он в иллюзию, не воздействуют ли на его разум и не прячется ли неподалеку кто-то еще. Закончив, он активировал Пустой Разум, затем — три разных защитных оберега, и закинул в открытый пространственный проход какой-то металлический шарик. Видимо, некий удаленный магический сенсор. И только удостоверившись, что на той стороне не ждет очевидная западня, согласился туда пройти.

Встретив на другой стороне симулакрума Зориана, брат нахмурился, но ничего не сказал. Он вообще отмалчивался, предпочитая внимательно наблюдать за происходящим. Зак и Зориан несколько раз перенесли его телепортом туда-сюда по Эльдемару, подтверждая, что действительно открыли проход прямо сюда, и наконец остановились на этом холме, сообразив, что брат безучастно следует за ними, ни на что не реагируя.

Сказать по правде, Зориан уже начал беспокоиться. Они были здесь уже полчаса, а Дэймен все стоял, как статуя, глядя на город остекленевшими глазами. Они ведь не… сломали его?

— Не молчи, — сказал Зориан, не в силах больше терпеть. Зак перестал насвистывать и повернул голову, посмотреть, отреагирует ли Дэймен.

Отреагировал. Словно разбуженный словами Зориана, брат глубоко вздохнул и медленно повернулся к нему.

— Так кто ты такой? — поинтересовался он. Его голос был размерен и спокоен, но Зориан чувствовал нотки гнева и отчаяния. Пусть Дэймен и закрыл свой разум, но Зориан годами читал эмоции людей и сопоставлял их с языком движений.

— Конечно же, я Зориан, — так же спокойно ответил он. Ожидаемо. Когда кто-то знакомый вдруг становится в чем-то невероятно хорош или неожиданно демонстрирует мастерство в чем-то новом — логично заподозрить подмену или одержимость.

— Нет, ты не он, — терпеливо ответил Дэймен, покачав головой. — Зориан… слишком молод, чтобы все это уметь. Брат усерден, да и умен почти как я, но он бы просто не успел. Ты не можешь быть им. Кто ты и зачем устроил этот нелепый спектакль?

Зориан чуть не устроил безобразный скандал насчет «умен почти как я»… но следовало признать — Дэймен ему здорово польстил. Он никогда не осваивал новое столь же легко, как старший брат.

— Если думаешь, что твоего брата подменили — почему ты так спокоен? — спросил Зориан. — Заподозри я, что кто-то подменил Кириэлле, пока я не видел — черта с два я бы сохранял спокойствие.

При упоминании Кириэлле Дэймен поморщился. Знал ли он, что именно Зориан должен был присматривать за сестрой, пока родителей нет дома? Возможно, мать не стала ему сообщать, ведь он вряд ли бы одобрил.

— Я спокоен, потому что ничего не добьюсь гневом, — ответил Дэймен. — Мне нужны ответы, и я вряд ли могу выбить их силой. Ты — маг, умеющий создавать симулакрумы и открывать межконтинентальные порталы. Твой друг держится скромно, но его расслабленное поведение наводит на мысль, что из вас двоих он более опасен.

— Действительно, — согласился Зориан.

— Ну, не знаю, Зориан. Думаю, многие сочли бы тебя куда более жутким, — заметил Зак, по-прежнему валявшийся в траве, невзирая на разыгрывающуюся над ним драму.

— Так что мне остается лишь пытаться понять, что вам нужно, и надеяться, что Зориан еще жив, — закончил Дэймен, проигнорировав их замечания.

— Понятно, — вздохнул Зориан. — Пожалуй, на твоем месте я пришел бы к тем же выводам. Но ты ошибаешься. Я Зориан. Твоя логика верна, но только если не учитывать кое-какие особенности течения времени.

— И что это, черт возьми, означает? — нахмурился Дэймен. — Хватит напускать тумана, говори, как есть.

— Очень хорошо, — сказал Зориан. — Правда в том, что мы с тобой очень давно не виделись, брат. Может показаться, что я невозможно хорош в магии — но на это ушло шесть лет обучения у недоступных большинству людей специалистов и сумма с годовой бюджет небольшой страны. Я на шесть лет старше, чем должен быть, но я по-прежнему Зориан.

— Это… безумие, — сказал Дэймен. Но в его голосе была едва слышная нотка сомнения. Или надежды? Дэймен наверняка не хотел, чтобы его брата кем-то подменили.

— Как и наше утверждение, что мы можем открыть портал на другой континент, — заметил Зак. — И тем не менее — мы здесь.

— Это другое, — возразил Дэймен. — То было хотя бы теоретически возможно. Это же… я даже представить себе не могу. Нельзя просто взять и добавить себе шесть лет жизни, и чтобы никто не заметил. Даже лучшие залы ускоренного времени такого не позволят. К тому же, ты намекал, что взаимодействовал с окружающим миром, то есть залы отпадают. И что остается?

— Остается мир с зацикленным временем, — ответил Зориан. — В канун летнего фестиваля все отматывается назад во времени — к началу месяца. Все, что ты сделал за месяц, пропадает, и ты тоже забываешь. Все забывают. Ты проживал этот месяц бессчетное число раз, совершая одни и те же поступки, принимая одни и те же решения, ничего не зная об охватившей весь мир временной петле.

Ну, по крайней мере, так считал сам Зориан. Ведь все изменения в циклах вызваны их действиями — его или Зака, а они не делали ничего столь масштабного, чтобы повлиять даже на Кос.

— А вот мы помним, — продолжил Зориан. — Мы можем от цикла к циклу оттачивать навыки и учиться на своих ошибках. Так и вышло, что я столь далеко продвинулся за, казалось бы, совсем короткий срок.

— Ты хочешь сказать, что я, по сути, ничего не делал последние лет шесть? — недоверчиво уточнил Дэймен.

— Скорее последние десятилетия, — поправил Зак. — Шесть лет назад Зориан присоединился к петле. Сама петля была задолго до этого — на десятилетия дольше.

Кажется, Дэймен хотел что-то сказать — но промолчал и принялся мерить вершину холма шагами.

Вновь вынужденный ждать, пока Дэймен созреет для разговора, Зак пожал плечами и снова принялся обводить пальцем облака.

Минут через пять Дэймен внезапно остановился и подошел к Зориану.

— Не скажу, что поверил тебе… — неуверенно начал он. — Потому что это не так. Это безумие. Но я хочу услышать подробности.

— Справедливо, — серьезно кивнул Зориан. Он сложил ладони ковшиком и создал иллюзию медленно вращающейся планеты. Над планетой красовался простой рисунок — перевернутый треугольник, стоящий острием на горизонтальной линии. — Сначала был мир, в котором мы жили, и древний артефакт, известный как Врата Государя…

Подробный рассказ и красочные иллюзии Дэймена не убедили. Во всяком случае — не полностью. Он был вынужден признать, что Зориан, скорее всего, именно тот, за кого себя выдает — хотя бы потому, что знает слишком много подробностей их детства — но саму петлю считал бредом. Впрочем, других объяснений происходящему что-то не наблюдалось, и Зориан надеялся, что брат скоро примет реальность. Тем более, что он познакомил Дэймена с Ксвимом и Алаником, им тот поверил больше, чем собственному брату. Если Зориан правильно понял, он явно нервировал Дэймена — что одновременно раздражало и льстило.

Но неважно: пока Дэймен переосмысливал свою картину мира, другие планы никто не отменял. Посвященные Молчащих Врат наконец дали им шанс, как в прошлом цикле, и Зориан с головой ушел в совместную с аранеа работу над вратами Бакоры. Планировалось также забросить группу их магов к одним из удаленных врат, чтобы получить ключ для следующих циклов, но этот план был все еще на начальной стадии.

Между делом пришло время Черных Залов под Сиорией — и в этот раз группа не ограничилась Заком и Зорианом. Каэл не мог практиковаться здесь в алхимии, но хотел переписать и систематизировать свои рабочие журналы — скопившаяся масса путанных заметок с каждым циклом была все менее пригодна к работе. По его словам, он убил почти весь прошлый цикл, пытаясь разобраться, что получил из предыдущих. Что же до Ксвима — то он следил, чтобы Зак и Зориан не отлынивали, а в перерывах экспериментировал с подборками упражнений. Подобно Каэлу, он взял с собой целые горы записей, но сортировать и переписывать их не собирался. То ли куратор был старше и опытнее в ведении рабочих журналов, то ли просто быстро читал и имел неприлично хорошую память — но никаких проблем с быстрым усвоением переданных Зорианом материалов у него не возникало.

Тайвен и Аланик от участия отказались. Аланик сказал, что не видит смысла, Тайвен же заявила, что не согласна провести целый месяц в крохотной комнатушке с четырьмя мужчинами. И действительно. Ему следовало хоть немного подумать, прежде чем предлагать.

Зак с намекающей ухмылкой заметил, что не прочь уступить свою очередь в одном из будущих циклов, чтобы Зориан и Тайвен могли в одиночестве «поработать» в Черных Залах. Хорошо хоть Тайвен просто закатила глаза, не обидевшись.

Это случилось вскоре после их возвращения из Зала — Зориан наконец преуспел в том, чего так долго добивался.

— Получилось! — выкрикнул он, врываясь в комнату Зака. — Наконец-то получилось!

Внутри он застал Зака, сидящего на полу перед аранеа, одной из представительниц Посвященных в Сиории. Для их удобства Зориан проложил цепочку телепатических реле от города до их основного поселения. Обычно Зак не общался с аранеа в отсутствие Зориана — паучихи свысока смотрели на не-психиков, а Зак не терпел подобного обращения. Но эту аранеа Зориан узнал с первого взгляда — один из центральных глаз был затянут молочно-белой пленкой, след случившегося в юности магического происшествия. Замерзшие Мысли, Протянувшиеся Над Бездной несколько отличалась от других аранеа, всерьез увлекаясь не-психиками и их восприятием мира. Зориан подозревал, что дело в перенесенной травме — ведь философия паучих относила не-психиков к таким же калекам. В любом случае, Замерзшие Мысли была одной из немногих аранеа, предпочитающих общество Зака Зориану, и нередко навещала его в свободное время.

Хотя это и не объясняло, почему не возражал Зак, недолюбливающий паучих. Может, необычная ситуация казалась ему достаточно интересной, а может, он был слишком вежлив, чтобы послать ее подальше, но факт оставался фактом. Зак относился к Замерзшим Мыслям с неожиданными пониманием и терпением.

— Ээ, — отозвался Зак. — Поздравляю? А что именно у тебя получилось?

— Я нашел способ вскрыть тайную лабораторию за сводом поселения паутины Сиории, — сказал Зориан. — Вскрыть, не уничтожив содержимое.

— О? — выпрямился Зак. — Нашел что-нибудь интересное?

— Еще выясняю, но на первый взгляд — они пытались адаптировать магию людей в более подходящий для аранеа вид, — ответил Зориан.

— Логично, — сказала Замерзшие Мысли. — Разве не в этом смысл проживания в Сиории? Во всяком случае, для аранеа.

— Верно, — согласился Зориан. — Ну, это означает, что лично для меня все это не особо полезно… но потенциально может быть настоящей золотой жилой. Думаю, другие племена аранеа весьма заинтересуются этими материалами. С таким предложением на руках я смогу добиться от них гораздо большего. Возможно, даже выторгую обучение действительно ценным вещам, а потом обменяю их на ценные знания других паутин…

— И ты совершенно спокойно обсуждаешь эти планы в моем присутствии. Изумительно, — заметила Замерзшие Мысли. — Впрочем, я не виню тебя. Пожалуй, получи наше племя подобное преимущество, мы использовали бы его еще жестче.

— Любопытно, — задумчиво сказал Зак. — Может, перепоручить сбор навыков вам? Зориан по понятным причинам стесняется откровенно грабить ваши племена, но если мы снабдим вас кучей секретных техник и снаряжения и не будем спрашивать, как вы что достанете… Ну, уверен, Зориан не станет слишком интересоваться использованными методами.

— Эй, я по-прежнему здесь, — напомнил Зориан.

— Так и Замерзшие Мысли была здесь, когда ты излагал свой план — но тебя это не остановило, — ухмыльнулся Зак. — К тому же, большинство аранеа, которых мы встречали, слишком много о себе думают. Им не помешает небольшой урок.

— Я… пока не готов это обсуждать, — сказал Зориан. — Так вот, я нашел в лаборатории кое-что интересное. Паутина вела особый проект по адаптации некоторых ментальных техник для психиков-людей. Насколько я понял, цель заключалась в создании ограниченного набора умений для… вассала-человека. Они не использовали именно это слово, но суть та же. Одаренные люди получают обучение, что могут дать только аранеа, а взамен становятся своего рода представителями паутины и, дословно, «устранителями проблем». Никакого обмана или ментального воздействия — об этом четко сказано в документах, паутина хотела быть чистой в том случае, если кого-то из учеников проверят на принуждение. Их предполагалось контролировать, угрожая прекращением обучения. И, возможно, судебным преследованием, поскольку запуск проекта предполагался только после легализации в Сиории.

— Практически, как маги и семьи, присягнувшие Дому, — заключил Зак.

— Да, вероятно, ими они и вдохновлялись, — подтвердил Зориан. — В любом случае, большинство этих навыков слишком примитивны для меня — я уже умею все это куда лучше. Однако для самых верных вассалов предполагалось адаптировать техники, используемые старейшинами аранеа. Техники улучшения мышления. Я все еще изучаю материалы, но кажется, они вполне готовы. Паутина Сиории документировала множество опасностей и тупиковых путей при освоении внутренних техник аранеа человеком. Возможно, с их данными я смогу попробовать и сам, не опасаясь нанести себе необратимый ущерб.

— Эти исследования наверняка стоили рассудка целой толпе подопытных, — предположила Замерзшие Мысли. — Даже среди аранеа заигрывания с подобными вещами порождают множество проблем. Попытки адаптировать их для людей, вероятно, сопровождались множеством трагических неудач.

— В документах ничего не говорится о судьбе подопытных, но, подозреваю, ты права, — кивнул Зориан.

— Мой тебе совет: хочешь заниматься этим — начни с посещения Творцов Совершенных Фантомов, — сказала Замерзшие Мысли.

— Их? — удивился Зориан. — Не знал, что они славятся подобными техниками.

— Они и не славятся, — ответила аранеа. — Но подобные вещи практикуют все паутины, а Творцы действительно хорошо понимают различия в мышлении человека и аранеа. К тому же их внутренние техники сравнительно мягки и безопасны. Они сосредоточились на так называемых самоиллюзиях. Техниках, что не затрагивают мыслительный процесс, изменяя лишь восприятие мира — подчеркивая то, что ты видишь, приглушая ненужные звуки… На первый взгляд, идея обманывать самого себя кажется странной, но техника может быть весьма полезна и легко отменяется. Если хочешь начать с чего-то менее опасного — это твой выбор.

Задав еще пару вопросов на эту тему, Зориан оставил Зака и паучиху. В этом цикле он слишком занят, чтобы начинать новый масштабный проект — но он обязательно обдумает это в будущем.

— Так что ты думаешь о Тараматула? — спросил Дэймен.

Зориан покосился на брата, пытаясь понять, что тот имеет в виду. Дэймен, как обычно, был под Пустым Разумом — он отпустил было заклятье, убедившись, что это действительно Зориан, но, узнав про его ментальные возможности, стал поддерживать защиту при каждой встрече.

Поскольку Дэймен так опасался магии разума, Зориан пока не стал расспрашивать, насколько брат освоил способности психика. К тому же Дэймен еще не совсем отошел от известия, что он всего лишь бесконечно воспроизводимая копия в карманной вселенной, так что вываливать на него другие проблемы было как-то неловко. Время есть. Вопрос не то чтобы важный.

Сейчас они неспешно прогуливались вдоль границ усадьбы Тараматула, официально — насладиться видами, на деле же — поговорить без свидетелей. Дэймен хотел, чтобы разговор был наедине — поэтому Зака с ними не было. Он остался в главном здании, болтая с предоставленным хозяевами учителем — после конфуза на первом приеме Тараматула сочли, что гостям нужны уроки местного языка и обычаев. Тем более, что они явно собирались часто навещать усадьбу для встреч с Дэйменом.

Сама усадьба была впечатляющих размеров — большое центральное здание окружало множество меньших. И по меньшей мере четверть этих малых зданий занимали не люди, а пчелы. Все постройки сверкали белизной, и отнюдь не за счет окраски и тщательного ухода — здания были построены из какого-то жемчужно-белого камня, к которому грязь не приставала. Впрочем, центральное здание, явно задуманное более представительным, радовало большим богатством цвета. Сложные многоцветные контуры и геометрические узоры оплетали окна и змеились по стенам. Это опять же была не краска, а полудрагоценные камни и магические кристаллы, вмурованные прямо в стену. Зориан не был уверен, но у этого узора могло быть и практическое назначение — например, усиление защитной схемы.

Помимо этого, Тараматула обожали статуи, в основном — суровых мужчин и женщин, скорее всего, выдающихся членов рода — но были и разнообразные магические существа. И гигантские пчелы, разумеется. Куда заводчикам магических пчел без статуй любимых питомцев? Все скульптуры были натуралистично раскрашены — в Косе ценили реализм, и Тараматула не были исключением.

— Они на удивление дружелюбны и гостеприимны, — сказал Зориан. — Учитывая их статус, я ожидал большего высокомерия.

— Вообще-то большинство младших дворян такие, — ответил Дэймен. — За прошедшие годы я общался со многими из них, и они в большинстве были приятными людьми. Пусть даже они и считают тебя ниже их, они не покажут этого, если их не разозлить.

— Тогда полагаюсь на твой опыт, — пожал плечами Зориан. — Пожалуй, они мне нравятся.

— Рад слышать, — заметил Дэймен. — Значит, ты не возражаешь принять мою сторону в споре с родителями?

Зориан удивленно посмотрел на него.

— Что? — защищаясь, спросил Дэймен.

— Ты правда думаешь, что им интересно мое мнение? — поднял бровь Зориан. Сказать по правде, он не ожидал, что его мнение интересует и брата. — Но конечно, можешь на меня ссылаться. Вряд ли их мнение обо мне может упасть еще ниже.

— Зориан, это… несколько жестоко по отношению к родителям, не находишь?

— Нет, — непреклонно ответил он. — Я всегда был им безразличен. Ну, пока ты не дал понять, что не станешь заниматься семейным бизнесом, а Фортов не показал, какой он неудачник. Тогда они захотели, чтобы я отбросил свои мечты и стал таким, как им хочется.

Дэймен помолчал.

— Вот как, — сказал наконец он. — Последние дни ты был таким здравомыслящим, что я и забыл, какой ты у нас озлобленный.

— Да пошел ты, Дэймен, — просто ответил Зориан. — Так зачем я тебе понадобился?

— Ну, прежде всего, сказать, что я очень впечатлен твоими успехами, — начал брат.

Зориан странно посмотрел на него. Дэймен его хвалит? Что, черт возьми, тут происходит?

— И нечего так на меня смотреть, — возмутился Дэймен. — Я действительно впечатлен. По большому счету, шесть лет — это совсем немного. По сути, ты все еще на год младше меня, но уже столького добился. Думаю, что большинство людей, будь они на твоем месте, не достигли бы такого прогресса.

Зориан помолчал, не зная, что ответить.

— Ну, спасибо, наверное, — сказал он наконец. — Значит ли это, что ты поверил во временную петлю?

— Да, — кивнул Дэймен. — Думаю, значит.

— В таком случае, буду откровенен, — сказал Зориан. — Вообще-то мы нашли тебя, потому что нам нужна помощь.

— Понятно, что нужна, — невозмутимо согласился Дэймен. — Полагаю, что-то связанное с поиском сокровищ?

— Да, — подтвердил Зориан. — Помнишь, я рассказывал тебе про третьего путешественника, оставившего нас здесь? Так вот, теоретически, существует способ открыть врата. Но для этого надо собрать пять частей Ключа к Вратам Государя. И одна из частей, предположительно, находится в Косе.

— Погоди… Врата Государя — древний имперский артефакт? — заволновался Дэймен.

Зориан посмотрел на него, как на ненормального.

— Ну да, — медленно сказал он.

— Из чего следует, что эти «Ключи» — вероятно, тоже древние имперские артефакты, — заключил Дэймен.

— Да, — подтвердил Зориан, не понимая, чего брат так разошелся. — Кольцо, корона, кинжал, сфера и посох Первого Императора. Предположительно, сфера была утеряна здесь, в Косе. Один из императоров лично возглавлял поход, но его войско было разбито и оттеснено в джунгли, где и сгинуло. Вместе с императором, чьи останки так и не нашли. А он, считается, никогда не расставался со сферой, так что…

Зориан прервался — брата душил смех. Сначала тихий, потом все громче и громче, как у маньяков. Серьезно, что с ним такое?

— Дэймен? — неуверенно позвал он.

— Ну конечно! Разумеется! — сказал Дэймен, словно это все объясняло. — Все сводится к ней, так?

— Не поделишься, что тебя так развеселило? — сварливо спросил Зориан.

— Да то, дорогой братишка, — сказал Дэймен. — Что я тоже здесь ради сферы.

Глава 68. Зеленый ад

Долгие века Кос был лакомой целью для державы икосиан. Заполонившие регион джунгли были труднопроходимы и опасны — но они же хранили под своей сенью редкие, ценные материалы. Это принесло жителям Коса процветание — но о политическом единстве региона и речи не шло. Так что правители икосиан время от времени пытались прибрать его к рукам, полагая, что кучка грызущихся городов-государств и карликовых королевств просто не успеет объединиться, чтобы дать им отпор.

Но никому из них так и не удалось задуманное. Между Косом и сердцем икосианской империи пролегали обширные и весьма негостеприимные земли — что очень затрудняло отправку хоть сколь-нибудь крупных армий. К тому же лоскутные государства Коса немедленно забывали о внутренних противоречиях, стоило икосианским войскам показаться на пороге.

И одно из этих неудачных вторжений — прямо скажем, особо неудачное — возглавлял Аван-Темти Хумбастир. Он был хорошим правителем, но его успехи складывались из мелочей и растущего благосостояния империи. На его счету не было великих свершений — и император опасался, что его забудут, едва похоронив. Это и толкнуло его совершить невозможное. Сумей он присоединить Кос, что не удалось никому из предшественников — его имя останется в веках.

Тем более, что в Косе крепла Савосская Лига, стремительно объединявшая регион, и многие опасались, что она может стать настоящим соперником, если позволить ей закончить начатое.

Поход окончился провалом. Да, поначалу икосианская армия одерживала победы, и большинство историков сходятся на том, что исход кампании был неясен до самого конца — но что толку, если генеральное сражение обернулось сокрушительным поражением имперцев? Разозленный медленным продвижением армии и замаячившей впереди угрозой поражения, Аван-Темти лично возглавил войска — и завел их прямо в ловушку Лиги. В последовавшем сражении икосианская армия была наголову разбита и оттеснена в опасные джунгли центра континента. Где почти вся и сгинула, истребленная болезнями, хищниками и местным климатом. Включая и самого императора, пропавшего посреди зарослей. Его тело и регалии так и не были найдены, и эта неопределенность много лет не позволяла наследнику взойти на престол, спровоцировав период нестабильности в истории империи. Словно в насмешку, Аван-Темти и правда вошел в историю — его злополучный поход стал нарицательным, своего рода предупреждением всем гордецам и искателям славы.

Что до Лиги — она ненадолго пережила незадачливого императора. Собирая деньги на военные нужды, они настолько выжали членов альянса и вассальные государства, что сразу после ухода икосиан вспыхнул мятеж. С пустой казной и истощенной войной армией, Лига не смогла его подавить и распалась, поставив точку в самой удачной попытке объединения Коса за всю историю.

Впрочем, Зориан отклонился от темы — главное — что пропавший Аван-Темти вез с собой немало имперских реликвий, вероятно, включая и сферу. В официальных хрониках этого не говорилось — они вообще практически не освещали судьбу регалии — но многие историки отмечали, что после неудачного похода летописцы перестали ее упоминать. Вполне возможно, наследники Аван-Темти не хотели признавать, что одна из имперских реликвий утеряна посреди джунглей, и попытались замять дело, просто не напоминая о сфере. В любом случае, с тех пор место последнего пристанища Аван-Темти искали многие. Даже если забыть о сфере — остальные сокровища императорского обоза неудержимо манили искателей. Найти их до сих пор никому не удалось, но, в отличие от предшественников, у Зориана был козырь — способность безошибочно обнаружить сферу на изрядном расстоянии и невзирая на любые защитные чары и прочие препятствия.

— То есть у тебя — встроенный детектор древних артефактов, — резюмировал Дэймен, не удержавшись от завистливого взгляда.

— Только определенных артефактов, но, в общем, да, — самодовольно подтвердил Зориан. — Конечно, сперва все равно нужно знать, где искать. И вообще-то я собирался спросить об этом у тебя. Ты ведь у нас, говорят, знаменитый искатель сокровищ и все такое…

— Я и правда знаменитый искатель сокровищ, — напомнил Дэймен.

— Ну да, — кивнул Зориан. — Вот я и подумал — может, ты подскажешь, в каком районе искать. Дашь пару советов, сведешь с нужными людьми, а то и лично поможешь. Но если ты и сам ищешь сферу — это все упрощает.

То, что Дэймен независимо от них выбрал для поисков тот же район, обнадеживало. Похоже, они на верном пути.

Брат посмотрел на него с нечитаемым выражением. Помолчав, медленно кивнул и заговорил:

— Даже не знаю, хорошая это или плохая новость. С одной стороны, я уже который месяц торчу здесь, и это сводит меня с ума. Даже моя команда начала терять веру и жалуется на потраченное время. И тут появляешься ты с готовым решением — с одной стороны здорово, с другой же… Какая-то часть меня в ярости, что решение предлагает кто-то другой. Словно ты, как бы сказать, украл часть моей славы, понимаешь?

О да, Зориан очень, очень хорошо знал это ощущение. Но да ладно — куда интереснее, что команда Дэймена начала роптать. Это многое объясняет — скажем, почему брат здесь, в усадьбе Тараматула, а не в джунглях со своими людьми, стремясь поскорее найти сокровище.

— Потому ты и решил взять перерыв? — спросил Зориан. — Чтобы дать группе время успокоиться?

— Угх, — поморщился Дэймен. — Почему ты проницателен только когда не надо? Да, да, я хотел продолжать — но они распоясались и стали ныть про постоянные ночевки в джунглях и прочую ерунду. В итоге мы слегка повздорили, и я решил дать им возможность отдохнуть, пока ищу новый подход.

Хмм. Дэймен уже упоминал, что не сомневается в районе поисков — то есть все усилия были направлены на конкретный участок леса. Раз за разом прочесывая одно и то же место. Неудивительно, что у его людей лопнуло терпение.

— В любом случае, — продолжил Дэймен, — дай мне пару дней собрать группу и все организовать, и мы увидим, на что способен этот твой встроенный детектор.

— Погоди, ты что, возьмешь с собой всю команду? — нахмурился Зориан. — Зачем? Почему бы просто не смотаться туда и не проверить?

— Потому что это немаленький кусок непролазных, кишащих монстрами джунглей, — ответил Дэймен. — И надежных ориентиров для телепортации там кот наплакал. Большую часть времени будем идти пешком, а я не хочу ходить там втроем. Да, я неплох, и, думаю, вы с Заком тоже — но этого недостаточно. Даже хороший маг не застрахован от удара в спину, а в джунглях для этого все возможности.

— Я думал, ты сузил зону поисков до небольшого участка, — заметил Зориан.

— Эй, если сравнивать с огромными джунглями, покрывающими весь регион — да, сузил, — среагировал Дэймен. — Но это все равно здоровенная площадка. Думаешь почему я торчу тут столько времени?

Зориан хотел было возразить, что втроем куда быстрее, но брат остановил его предупреждающим взглядом.

— Слушай, я знаю, что у вас мало времени, но не пори горячку. Это опасная территория, где полно дрейков-хамелеонов, плюс богомолы-пожиратели, ревуны, стаи шипастых живоглоток и боги знают что еще. Сунувшись туда без подготовки, мы и пары часов не протянем. К тому же… Орисса убьет меня, если я не возьму ее с собой — как и моя команда. Они были со мной с самого начала. Я буду последним уродом, если брошу их перед самым успехом — а мне дорога моя репутация. Уверен, вы можете подождать пару дней.

В итоге в поход за сферой вместе с Заком и Зорианом отправились Дэймен, Орисса — и еще пятнадцать человек.

Соглашаясь с планами Дэймена на полноценную экспедицию, Зориан знал, что это неминуемо скатится в показуху. Что под давлением ситуации ему и Заку придется постепенно раскрывать свои навыки, свой настоящий уровень. Реальность превзошла все его ожидания: Дэймен попросту объявил, что его младший брат на самом деле мастер магии сравнимого с ним уровня, что Зак не менее талантлив, и что парни где-то раздобыли некую имперскую печать, позволяющую отыскивать другие имперские артефакты.

О да, Зориан представлял это совсем иначе — когда Дэймен сказал, что все уладит, и он сможет, не скрываясь, пользоваться своими навыками. Он чуть было не спросил, почему тогда не растрепать всем еще и о петле — но промолчал. С этого психа станется. Каким, черт возьми, местом это хорошее объяснение?

Помимо этого, Дэймен, не удосужившись предупредить его, решил, что в зону поисков команда прибудет через врата. Он телепортируется на место и совместно с Зорианом откроет проход в усадьбу Тараматула. Это определенно ускорит прибытие, ведь не все в группе умеют телепортироваться, а есть еще и немалый обоз… но тогда вся команда увидит, что Зориан может открывать врата. Одно дело, когда Дэймен расхваливает младшего брата — можно списать на простительную пристрастность — но маг, открывающий врата в возрасте Зориана — определенно необычное явление.

К его досаде, никого не удивило, что сам Дэймен владеет заклятьем Врат — хотя это стало возможным лишь благодаря его, Зориана, урокам. Он не стал бы этого делать, но вход в Черные Залы отсекает его от симулакрумов, отчего те почти сразу развеиваются. То есть после каждого похода в Залы нужно вновь посылать симулакрума в Кос, что, мягко говоря, непрактично. Вот он и решил обучить заклятью Дэймена.

Хотя следует отдать ему должное — заклятье Дэймен освоил за два дня. Впечатляет. Как выяснилось, он уже был очень хорош в пространственной магии, практикуя соответствующие плетения и разные виды телепортации. Просто никогда не встречал того, кто обучил бы его Вратам. Эксперты, владеющие заклятьем, были редки и не спешили делиться своими знаниями. Даже со знаменитостями вроде Дэймена.

Так или иначе, Зориан был раздражен самоуправством старшего брата и в отместку решил показать больше, чем планировал изначально. Он взял четверых боевых големов — из тех, что клепал десятками, готовясь к штурму ибасанского лагеря — и привел с собой в качестве телохранителей. Вряд ли они ему понадобятся, но выражение лица Дэймена, когда брат явился в поместье Тараматула с боевыми големами, было бесценно. Пожалуй, даже и к лучшему — хотя бы проверит големов в непривычном окружении.

Наконец врата стабилизировались, и девятнадцать человек — и четыре голема — прошли к предполагаемому местонахождению сферы. В густые, тенистые джунгли, на местном наречии именуемые просто «Дай Хурна». Зеленый ад.

— Очень подходящее название, — сказал один из команды Дэймена, пожилой, потрепанный жизнью маг, главный эксперт группы по оберегам. Как по установке, так и по их взлому. — Я бывал во многих паршивых местах, но это — одно из худших. Старайся держаться в центре группы. Может, вы с приятелем и хороши, но некоторые вещи приходят лишь с опытом.

Тогда Зориан не принял предупреждение всерьез — пожилой маг не знал, на что они с Заком способны — но вскоре убедился, что иногда стоит прислушаться к старшим. Одна только местная растительность уже изрядно мешала продвижению — в зарослях не было проторенных путей, а в царившем под кронами сумраке было сложно вовремя заметить угрозу, да и просто продираться сквозь ветки. Мысленное чутье Зориана здорово помогало, вовремя обнаруживая затаившихся хищников — но далеко не у всех местных людоедов были хоть какие-то мысли. В чем Зориан убедился на собственном опыте, когда его захлестнули и едва не уволокли в яму гибкие лианы растения-хищника. К счастью, големы выиграли ему пару секунд, прежде чем он опомнился и воспламенил воздух вокруг себя, заставив растение отпрянуть.

— Повезло, — сказал ему пожилой маг. — Это был молодой удильщик. У взрослого на лианах — бритвенно-острые шипы. Можешь себе представить, каково это, когда тебя захлестывает такое. Хотя, признаться, взрослого удильщика куда проще заметить…

Блин, неловко-то как. Ну, по крайней мере, он остался доволен големами — они вовремя среагировали, не дали дереву утащить его и ничего ему не сломали в процессе. Заставить железных кукол соизмерять силы, когда нужно, было чертовски непросто.

Теперь Зориан внял предупреждению и старался не отходить от группы. Зак, в свою очередь, и бровью не повел, гуляя по джунглям, как по парку. Впрочем, как раз он, пожалуй, имел на то все основания — сказывались десятилетия боевого опыта в самых разнообразных враждебных условиях.

— Стоп! — скомандовал Зориан. Все остановились. Наверняка в глазах многих он был балованным сопляком, братишкой лидера группы — но в его способности обнаруживать хищников теперь никто не сомневался. Он указал чуть вправо от пути группы. — Два дрейка-хамелеона. Крупные.

Эти твари по праву считались основной угрозой южных джунглей. Сильные, быстрые, ловкие, способные менять расцветку, становясь практически невидимыми — и не меньше трех с половиной метров в длину. Дрейки часто охотились стаями и не гнушались человеческого мяса. Зеленый ад буквально кишел ими.

К счастью, в группе был Зориан с его мысленным чутьем. Для большинства путешественников ящерицы были невидимой смертью — для Зориана же их развитые мозги сверкали, как звезды. На стороне дрейков были не только сила, скорость и незаметность — но и редкая для зверей смекалка. На взгляд Зориана — на грани разумности. Или даже примитивный разум. Понятно, что это давало дрейкам изрядное преимущество против большинства соперников, и объясняло, почему даже опытные маги держались настороже — но для психика уровня Зориана они были болезненно очевидны.

Услышав предупреждение Зориана, трое в группе сфокусировались на указанном участке. Разведчики группы — Орисса, молодая женщина в ярко-синих одеждах — Кирма, и крепкий бородатый мужчина — Торун. Поиск угроз, препятствий и самой сферы был именно их задачей. Последнее было не слишком-то возможно, но похоже, узнав, что Зориан может просто почувствовать сферу на значительном расстоянии, они загорелись духом соперничества.

Каждый из троих использовал собственный способ разведки. Орисса полагалась на пчел, курсирующих вокруг продвигающейся группы. Они постоянным потоком вылетали и возвращались в здоровенный рюкзак на спине девушки — переносной улей. Штуковина выглядела тяжелой, но Орисса несла ее без видимых усилий. То ли невеста брата сильнее, чем кажется, то ли улей неким образом облегчен.

На взгляд дилетанта, пчелы Ориссы выглядели совершенно обычными. И не несли никаких следов магии — Зориан сначала думал, что они объединены в роевой разум, подобно мозговым крысам, но не нашел тому никаких свидетельств. Тогда он спросил саму Ориссу, и та подтвердила, что Тараматула не могут напрямую считывать увиденное их пчелами — вместо этого они неким образом общаются с ними, получая нужную информацию.

Зориан уже видел, что каким бы способом Орисса ни общалась со своими пчелами, это точно не структурированная магия. Она не сделала ни одного жеста, не произнесла ни слова заклятий — и заклинательными формулами тоже не пользовалась. Похоже, для нее общение с пчелами было естественно, как дыхание — она без проблем разговаривала с Зорианом, направляя своих крылатых разведчиков.

Кирма, женщина в синем, была, пожалуй, самой обычной из тройки сенсоров. Она очевидно использовала классические виденье и прорицание. Что было необычным — так это ее прорицательный компас, массивная, многослойная конструкция из бронзы и серебра, чем-то напоминающая цветок лотоса. «Лепестки» были плотно покрыты незнакомыми глифами и символами непонятного назначения.

Судя по всему, «лотос» был весьма эффективен — Кирма постоянно чередовала довольно сложные прорицания со скоростью, впечатлившей даже Зориана.

И, наконец, Торун. Его окружала стая летающих глаз, носящихся взад-вперед, высматривая все подозрительное. Среди них не было и двух одинаковых — все различались размерами и внутренней структурой — и все выглядели очень натурально. Словно их вырезали из разных магических существ, неким образом сохранив их способности — что, скорее всего, и произошло.

Зориан был практически уверен, что Торун не может смотреть всеми этими глазами разом. Скорее он подозревал, что маг вынужден быстро переключаться с одного на другой, не пытаясь воспринять весь поток информации от стольких рецепторов. Похоже, также присутствовало серьезное ограничение дальности — ни один из глаз не отлетал далеко в джунгли.

— И ты снова прав, — заметила Орисса. — Если не секрет, как ты находишь зверей на таком расстоянии? Это тоже эффект той загадочной имперской реликвии?

— Нет, всего лишь магия разума, — ответил Зориан. Смысла скрывать не было, ведь многие уже заподозрили. Некоторые даже повесили на себя ментальные защиты, когда думали, что он не видит. — Моя сильная сторона.

— Вот как, — кивнула Орисса. — Я подозревала нечто подобное.

— Эй, малыш Казински, — окликнул его Торун. Зориан раздраженно покосился на него. Что за дурацкое прозвище? — А насколько ты хорош в этой своей магии разума? Как думаешь, сможешь подчинить одного из этих дрейков и подвести сюда?

Хмм. Любопытный вопрос. У дрейков-хамелеонов хорошая сопротивляемость магии, но ничего запредельного. Возможно, он сможет на время подчинить себе одного. Но когда он осторожно коснулся их мыслей…

— Нет, — покачал головой Зориан. — Во всяком случае, не этих. Это сложившаяся пара, они не бросят партнера. Я, наверное, мог бы подчинить одного дрейка, но второй пойдет следом и будет защищать его.

— Ненужные схватки нас только замедляют, — сказал Дэймен. — Оставь дрейков в покое, Зориан. У Торуна и так достаточно глаз.

— Глаз никогда не бывает достаточно, — возразил сенсор. — Хотя вообще-то в данном случае меня интересовал сам зверь. Дрейки-хамелеоны, как и их обычные родичи, способны направлять каждый из четырех глаз независимо от других. Подозреваю, я мог бы… кое-чему у них научиться.

— Дрейков тут пруд пруди, — сказал давнишний пожилой маг. — Парнишка может потом достать тебе зверя. Желательно молодого, чтобы не натворил дел, когда неизбежно вырвется и начнет буйствовать в лагере.

— Даже не шути на эту тему, — предупредил Дэймен. — Ладно, думаю, мы их просто обой…

— Нет нужды, — перебил его Зориан. — Они уходят. Заметили, что мы надолго остановились, сочли это подозрительным и передумали нападать.

— Так даже лучше, — удовлетворенно сказал Дэймен. — Тогда вперед.

Через несколько минут к ним подошел бродивший вокруг Зак:

— Я что подумал, — начал он. — А если ты превратишься в птицу и просто облетишь сектор? Уверен, так выйдет куда быстрее.

— Меня сожрут в считанные минуты, — покачал головой Зориан. Он уже думал об этом, но тут же отмел идею. — Деревья высоки и полны зверья, питающегося птицами. Полечу на безопасной высоте — земля будет вне зоны действия маркера. Полечу низко — съедят.

— Аа, — поморщился Зак. — Об этом я не подумал. И, если на то пошло, сфера запросто может оказаться под землей. Вероятно, это самый безопасный вариант в джунглях.

— Вот же оно! — воскликнул Дэймен, хлопнув себя по лбу. Судя по всему, засранец бессовестно подслушивал. — Вот о чем я так и не подумал! Под землей! Нам следовало искать клятую сферу под землей, а не прочесывать заросли! Я такой дурак…

После этого заявления Дэймен скомандовал разбить лагерь, чтобы обсудить дальнейшую стратегию. Решение было быстро найдено — некий ритуал геомантии, что составит карту подземных пустот в окрестностях, сужая область поисков. Сказать по правде, Зориан мало что понял — за время, проведенное в петле, он много чего изучил, но только не групповые ритуалы. Так что пока шла подготовка, он был предоставлен самому себе. Хотел было поговорить с напарником, но тот подбивал клинья к Кирме, и Зориан не стал ему мешать.

Потом Дэймен позвал его к границе лагеря, где уже поджидала Орисса. Кажется, он уже знает, о чем пойдет речь…

— Тебя интересует моя магия разума, не так ли? — понимающе спросил он.

— Эм, — слегка смутилась Орисса. — Это настолько очевидно? Да, признаться, она меня заинтриговала.

— Это личное, и это секрет, — прямо ответил Зориан.

— Зориан! — возмутился Дэймен.

— Но, возможно, я соглашусь кое-чем поделиться, если Дэймен честно ответит на пару-тройку вопросов, — Зориан с широкой улыбкой повернулся к брату.

— Что за вопросы? — неуверенно спросил Дэймен.

— О твоем таланте к магии разума, — улыбка Зориана угасла. — Например, почему ты так и не сказал мне в детстве, что я маг разума. Ты не мог не знать, как такой же прирожденный, но ничего не сказал, оставив меня страдать в одиночестве.

— Ч-что? — удивленно засмеялся Дэймен. — Что ты несешь?

— Я знаю, что ты такой же, как я, Дэймен, — сказал Зориан. — Я это чувствую. Как ты чувствуешь меня.

— Ничего я не чувствую, — яростно помотал головой Дэймен. — Может, у меня и есть способности к этим твоим абсурдным трюкам, но меня никто не учил. Мне сказали, что я эмпат, научили приглушать способность, и все. Понятия не имею, о чем ты.

— Хочешь сказать, ты не чувствовал во мне ничего необычного? — нахмурился Зориан.

— Ну… — нервно хохотнул Дэймен. — Я замечал, что очень легко тебя читаю. Но, проклятье, это могло означать что угодно!

— Значит, ты подозревал, — обвиняюще сказал Зориан.

— Ну хорошо, подозревал! — признал Дэймен. — Но не был уверен, и не хотел раскрываться из-за смутных подозрений. Тем более — брату, который меня ненавидел и вечно пакостил! И что с того, если так и было? Что с того? Если ты и правда эмпат, как и я, тогда ты выглядел еще большим засранцем!

— Что хорошего в неконтролируемой эмпатии?! — Зориан тоже повысил голос. — Я не мог даже заходить в людные места! Если бы ты уделил немного своего драгоценного времени и научил меня приглушать ее, или хотя бы объяснил, чего опасаться, я бы не был таким «засранцем»!

Слово за слово, и вот они уже просто орут друг на друга. До тех, пор пока между ними не встала Орисса.

— Почему бы нам не взять паузу и не успокоиться, — сказала девушка. Ее пчелы слитно, угрожающе гудели. — Вы уже не слышите друг друга. И опираетесь на очень сомнительные предположения.

Зориан хмыкнул, чуть не сорвавшись за эту попытку давления. Будто он боится каких-то насекомых. Однако… в ее словах было здравое зерно. Ему с Дэйменом лучше сесть и поговорить спокойно.

Брат уступил еще легче, не желая ссориться с избранницей.

Успокоив спорящих, Орисса удалилась, сказав, что не хочет вмешиваться в их отношения. Дэймен высказался против ее ухода, а вот Зориан оценил, благодарно кивнув.

Помолчав, они вновь заговорили. Как выяснилось, Дэймен был эмпатом, сколько себя помнил. Но его эмпатия была совсем не похожа на дар Зориана — куда слабее и более управляемая. Его никогда не мучили головные боли в толпе, и он легко мог фокусироваться на конкретном человеке. Он рано понял, что отличается от других, и что сможет добиться куда большего, сохранив свою способность в секрете. Потому и молчал. Уже в академии он узнал подробности и прошел обучение у более опытного эмпата, научившись «включать и выключать» способность — и паре-тройке приемов для улучшения чувствительности и контроля.

Дэймен так и не пробудил мысленное чутье и не мог с первого взгляда опознавать Открытых, как Зориан. Да и его эмпатия по меркам Зориана была грубой и безыскусной.

— Я подозревал, что ты можешь быть таким же, как я, — сказал Дэймен. — Но для человека, чувствующего чужие эмоции, ты слишком странно себя вел. Я никогда не подозревал, что твоя эмпатия может проявляться иначе. И до сих пор не понимаю, что у тебя пошло не так — моя эмпатия всегда была мне только на пользу. Почему ты ничего не рассказывал?

— Я рассказывал, — ответил Зориан. — Родители сказали, что отдадут меня в психушку, если еще раз услышат об этом.

— Ха-ха… — нервно хохотнул Дэймен. — Уверен, они просто шутили. Ты слишком болезненно реагируешь.

Зориан не стал спорить. Будучи любимым сыном, Дэймен видел родителей в совершенно ином свете. Тут, наверное, ничего не поделаешь.

— Посмотри на это с другой стороны, — попытался сменить тему брат. — Ничего не зная о своей способности и не ограничиваясь чужими эмоциями, ты достиг много большего. Сказать по правде, я тебе завидую. Я не знал, что способен на большее, пока не встретил род Тараматула и Ориссу.

Хмм. Если Тараматула знали о способности Дэймена, ничего удивительного, что они дали добро на свадьбу. Знаменит, хорош собой, талантливый маг и прирожденный маг разума? Наверное, будь Зориан на месте Дэймена, он бы задумался, любит ли его Орисса, или ей движет голый расчет.

— Так что Орисса хотела у меня спросить?

— О. Ну, по сути, ты уже ответил на ее вопрос, — сказал брат. — Она хотела знать, одинаковы ли наши ментальные способности.

— А, вот как, — кивнул Зориан. — Полагаю, Тараматула рассчитывают, что они наследуются.

— А на самом деле? — спросил Дэймен.

— Вероятно, — пожал плечами Зориан. — Я слышал, что подобные способности не возникают ниоткуда, а одинаковый дар у нас двоих сложно списать на чистое везенье. Какая-то наследственность определенно присутствует, но сложно сказать, передастся ли она твоим детям.

— У множества династий способности не всегда передаются сами по себе, — заметил Дэймен. — Их пробуждают искусственно, особыми составами и ритуалами. Не думаю, что Тараматула будут возражать.

Тут их прервали — подошел один из людей Дэймена и сказал, что все готово к ритуалу, ждут только лидера.

— Ладно, продолжим как-нибудь в другой раз, — сказал Дэймен. — А пока — давай уже найдем эту клятую сферу.

Как это часто бывает, под Зеленым адом оказалась обширная сеть подземных туннелей. И весьма развитая, что объясняло высокий уровень естественной маны в джунглях и обилие опасной живности. Даже если они будут проверять только верхний уровень, решив, что Аван-Темти не стал бы спускаться глубоко вниз — это все равно огромный объем работы. Зориан в растерянности смотрел на трехмерную карту подземелий, спроецированную магами Дэймена. И чем, блин, она им поможет? Так и так придется исходить всю площадку, чтобы прощупать близкие к земле туннели.

А вот Дэймену парящая схема сказала все, что нужно — он уверенно указал пальцем в пяти местах.

— Здесь, здесь, здесь, здесь и здесь, — под его пальцем изображение слегка рябило. На взгляд Зориана, указанные места ничем не отличались от остальных. — Мы начнем с этих участков.

— Не понимаю, — пожаловался Зориан Заку. — Почему он выбрал именно эти участки?

Может быть Зак, путешествовавший десятилетиями, понял логику Дэймена? Увы, надежды Зориана не оправдались.

— Без понятия, — ответил Зак. — Не карта, а какая-то путаница. Наверное, он просто корчит из себя знающего, тыкая наугад. Я много раз так делал, когда был вынужден командовать. Никогда не давай холопам понять, что чего-то не знаешь.

— Я вас обоих прекрасно слышу, знаете ли, — раздраженно сказал Дэймен.

— Я и не скрывался, — откликнулся Зак.

Дэймен не стал отвечать. Он просто указал в сторону ближайшей из пяти точек, жестом скомандовав следовать за ним.

На полпути к намеченной цели Зориан внезапно остановился. Все это время он раз за разом посылал запрос на наличие Ключа — и наконец получил отклик.

Он нашел сферу.

— Здесь, — обрадованно сказал он.

— Здесь? Что здесь? — не понял Дэймен.

— Сфера, конечно же, — ответил Зориан. Он что, специально тупит? — Она здесь, я ее чувствую.

— В смысле — прямо под нами, или?.. — Зак задумчиво посмотрел под ноги, явно прикидывая, как побыстрее раскопать тонны грязи между ними и ближайшим туннелем.

— Нет, но близко, — Зориан указал на северо-запад.

Группа дружно уставилась туда, словно надеясь увидеть сферу сквозь грунт и заросли.

— Там есть что-нибудь особое? — спросил Дэймен у Кирмы. Именно она хранила полученную карту в своем компасе-лотосе.

— Вообще-то… да, есть, — неуверенно ответила сенсор после быстрой проверки. — В той стороне логовище дрейков-хамелеонов. Оно изрядно выделяется, так что мы проверили его одним из первых.

— Теперь вспомнил, — сказал Дэймен. — Чассана настоял, чтобы мы его проверили. И конечно же, сфера оказалась в самом опасном месте, кто бы сомневался!

Он кивнул на пожилого мага, что советовал Зориану быть осторожнее.

— И видишь, я был прав, — заметил тот. — Нам следовало лучше искать.

— Не понимаю, — пробормотала Кирма. — Мы проверили то место. Там ничего нет.

— Мы ни разу туда не входили, — указал Торун. — Проверяли удаленно.

— Но очень тщательно, — возразила Кирма. — Там ничего нет. Аван-Темти пропал со всей свитой и впечатляющим обозом. От столь большой группы остались бы хоть какие-то следы.

— Это было чертовски давно, — пожал плечами Торун. — И вполне возможно, что придурок оторвался от свиты и сгинул здесь в одиночестве. Может, сфера спрятана за каким-нибудь булыжником в пещере и зачарована от прорицания.

— Ну… наверное, — неохотно уступила Кирма. Понятно, что ей не хотелось признавать — в прошлый раз она при проверке упустила сферу. Пострадает ее профессиональная гордость.

Было решено проверить еще раз. Группа подошла, насколько возможно, и принялась систематически сканировать логово виденьем.

Логовище оказалось не слишком большим. Ни сам промытый подземными водами провал, ни вырытые в его стенах пещеры не соединялись с Подземельем, так что были в радиусе прорицания. Но несмотря на все прорицания, удаленные сенсоры и другие способы поиска, они так и не обнаружили сферу. Как и следов каких-либо сокровищ.

— Она определенно здесь, — упрямо сказал Зориан. Он отчетливо чувствовал сигнал маркера. — Вон там, в самой большой пещере на глубине — что выглядит естественной, а не вырытой дрейками.

— Мы ее уже тысячу раз проверили, — раздраженно сказала Кирма. — Торун даже рискнул одним из редких глаз, что видит сквозь стены. Там ничего нет, ясно? Твоя реликвия барахлит.

Зориан вздохнул. Ладно, спорить бессмысленно.

— Мне нужно войти в пещеру, — сказал он Заку. — Уверен, что смогу найти сферу, но мне надо физически быть там, а не смотреть удаленно.

— Понял, — Зак встал и отряхнулся. — Я разберусь с ящерицами. Держись позади и не давай им обойти меня.

— А ну стоять, — сказал Дэймен. — Вы правда думаете, что мы постоим в сторонке и полюбуемся, как вас зверски убьют — или как вы добудете сферу себе? Это бессмысленно. Мы пришли сюда вместе, и штурмовать логово будем вместе.

— Это глупо, — пожаловалась Кирма.

— Но мы это сделаем, — постановил Дэймен. — Если Зориан говорит, что сфера там, значит, она там. Но ломиться в лоб глупо. Я предпочел бы выманить стаю и завести ее в западню. Для начала мы…

В глубине джунглей Коса кипела яростная битва. С одной стороны — около сотни дрейков, защищающих свое логово и молодняк. С другой — девятнадцать человек, безрассудно бросивших в логовище газовые гранаты. Несмотря на свирепый вид, дрейки не были глупы. Они понимали, что их провоцируют — но и не ответить на вызов не могли. Это далеко не первый раз, когда чужаки посягают на их жилище — и далеко не последний.

Группа Дэймена подготовила перед сенотом(9) минное поле, но люди недооценили ящериц. Вместо того, чтобы броситься в лобовую атаку, дрейки разделились на две группы и по широкой дуге зашли с флангов.

Можно было подумать, что дрейки разгадали план с минным полем — но Зориан читал их мысли и знал, что это не так. Просто накопленный опыт подсказывал стае не атаковать врагов в лоб, особенно — двуногих врагов.

Две силы столкнулись, и результат сшибки был не в пользу дрейков. Да, они были впечатляющими хищниками, быстрыми и сильными, но их стиль предполагал атаку из засады. Их почти-невидимость мало помогала на бегу, а молниеносный удар языком, излюбленная первая атака — не так эффективна, когда цель ожидает ее.

Тем более, что в группе Дэймена были могущественные маги, включая Зака.

Отточенным движением Зориан швырнул в ящера мерцающую оранжевую звездочку. Огромная рептилия мгновенно среагировала, шарахнувшись в сторону и прикрыв глаза когтистой лапой на случай взрыва. И заряд действительно взорвался, опалив чешую, но не нанеся критического ущерба.

Тварь, как кошка, приземлилась на все четыре лапы, конические глаза заметались, оценивая новую ситуацию. Наконец два передних глаза уставились на Зориана, а два других закружились, отслеживая тыл и фланги. Дрейк разинул зубастую пасть.

Ожидавший этого Зориан выпустил копье силы и тут же накрылся двухслойным щитом — так быстро, словно сотворил оба заклятья одновременно. Дрейк-хамелеон ударил острым языком, пронзив первый слой щита, но не совладал со вторым. И прежде, чем он успел вернуть язык — минуя прочную чешую, в открытую глотку вошел луч заклятья.

Дрейк рухнул, как подкошенный, и забился на земле, словно в припадке. Зориан подождал секунду, и, убедившись, что с ящером покончено, переключился на другие цели.

Как раз вовремя, чтобы заметить, как в некотором отдалении от него Чассана споткнулся о неудачно подвернувшийся камень и упал. Его противник, сравнительно небольшой, хорошо если три метра, хамелеон тут же рванулся вперед, развивая успех.

К счастью, големы Зориана были рассредоточены по всей группе, и один из них был совсем рядом. Лишенная инстинкта самосохранения железная кукла, следуя мысленному приказу Зориана, врезалась в атакующего дрейка всем телом, сбивая тварь с пути и давая Чассане время подняться на ноги.

— Ты в порядке, старик? — спросил Зориан, подбегая проверить, не ударился ли тот головой. Дрейк, разозленный вмешательством, вколачивал голема в землю.

— Я в норме, — маг покачал головой. — Стыд-то какой. Рассказывал молодежи об осторожности — и сам так глупо прокололся. Ха. Правду говорят, век учись, все равно дураком помрешь.

Оглядев поле битвы, Зориан сообразил, что дрейков теснят на всех направлениях. Вот Орисса посылает пчел атаковать уязвимые глаза ящеров — а Дэймен и другие добивают паникующих ослепших зверей, концентрируя огонь. Вот Зак, не ставший ничего придумывать и просто призвавший два парящих черных меча. Их клинки резали чешую, как воздух, убивая дрейков на месте — и твари прониклись страхом, предпочитая атаковать группу с другой стороны.

Вскоре стая осознала, что дело плохо, и стала отступать. Что забавно — аккурат на минное поле, не пригодившееся при первом ударе, так что еще пара ящеров пали без участия людей Дэймена. Впрочем, дрейки тут же поняли, что место опасно, и больше туда не совались.

Оценивая картину после схватки, Зориан отметил, что никто из группы не погиб. Отличная работа, хотя, наверное, можно было и быстрее.

Но оставалась одна проблема. Дрейки не разбегались, а отступали назад к провалу, где и останавливались. Даже проиграв схватку, они не собирались отдавать свой дом.

Дрейки принялись дружно шипеть в сторону людей, раздуваясь, чтобы казаться больше, и делая угрожающие движения.

— Они что… пытаются отпугнуть нас? — удивился Дэймен.

— Похоже на то, — отозвался Зориан.

— Проиграли бой и теперь угрожают? Ухохотаться можно, — сказал Торун. — Впрочем, с их точки зрения, попробовать стоит. Сработает — здорово, не сработает… ну… надо было попытаться.

Конечно, угрозы ящеров не остановили группу. Сфера внизу, значит, провал нужно зачистить. Но стоило им зашагать к логову — дрейки перестали шипеть, вскинули головы и… завыли.

Зориан даже не знал, как это описать. Не то, чтобы именно вой, но звук был громким, протяжным и жалобным. И ящеры издавали его в унисон, словно проклиная отвернувшиеся от них небеса.

— Проклятье, мне даже стало их немного жалко, — сказал Дэймен. — Чувствую себя злодеем.

— Это не плач, — на Зориана снизошло пугающее озарение. — Они зовут. Зовут на помощь.

— Они… что?.. — нахмурился Дэймен. — Кирма, можешь проверить…

Вся группа замерла — земля под ногами ощутимо содрогнулась.

— Какого хера?.. — непонятно у кого спросил Дэймен. Но ответила ему Кирма:

— Вода в провале. Она бурлит…

И тут Зориан почувствовал. Прежде гигантская промоина была мертва для его чутья, даже прорицание группы не нашло ничего интересного. Но теперь Зориан ощутил течение мыслей. Что-то большое, злобное…

И очень голодное.

— Так, отступаем, тактическое отступление, — подгоняя остальных жестами, он поспешил прочь от провала. Дрейки перестали выть и теперь выглядели ожидающими, почти что ликующими. — Сюда движется что-то реально большое и враждебное. Думаю…

Думать было некогда. Из провала выметнулось что-то огромное и синее. Сначала Зориану показалось, что это ожившее дерево или гигантская водоросль, но «ветви» на миг замерли, и он понял.

Гидра. И чертовски огромная. Восемь драконьих голов с интересом огляделись и повернулись к отряду. Огромные пасти приоткрылись, обнажая ряды острейших зубов, закапала слюна.

— О, — прозвучал в воцарившейся тишине радостный голос Зака. — Похоже, здесь все-таки можно повеселиться!

Словно в ответ, гидра распахнула пасти и оглушительно взревела.

Глава 69. Руины

Зориан сразу понял, что перед ними отнюдь не обычная гидра. Прежде всего — она слишком велика. Не то, чтобы он хорошо разбирался в гидрах, но то, что даже крупнейшие особи не вырастают больше десяти метров в длину, он знал. Эта же как минимум вдвое больше, если судить по головам. Плюс — внезапность ее появления. Быть не может, чтобы он прозевал нечто подобное — тем более, что он тщательно сканировал провал. Разум гидры был одним из самых экзотических на его памяти — и немедленно привлек бы внимание. Судя по всему, у твари было девять мысленных центров — в каждой голове, и один в туловище, как некий над-разум, за неимением лучшего слова. Отдельные головы были до определенного предела подчинены основному мысленному центру, вероятно, координирующему их действия. Изумительно.

Гидра повернула морды в их сторону и взревела. Имей они дело просто со здоровенной рептилией — это была бы всего лишь попытка устрашения. У этой же твари в рев была вплетена мощная магия ветра, обрушившаяся на группу сокрушительным порывом. Зак и Зориан просто приклеились к земле неструктурированной магией, Дэймен успел прикрыть большую часть своих впечатляюще быстрым щитом. Увы, четверо оказались за пределами защиты. Чассана просто воткнул посох в землю и удержался на чистой силе. Внушает — старик был довольно костляв, но, похоже, вовсе не слаб. Остальные трое успели только вскрикнуть — их сбило с ног и порядочно проволокло по земле. Не убило, но на ближайшее время они не бойцы.

Зак справился с воздушным ударом лучше всех. Покуда все, включая Зориана, силились удержаться на ногах, он уже творил какое-то сложное ответное заклятье. Не успел ветер стихнуть, а земля перед парнем уже превратилась в целое поле грубо вытесанных каменных клинков, мерцающих зловещим красным светом. Зак ударил в землю ладонями — и десятки каменных мечей устремились вперед.

Многочисленные глаза гидры округлились, и она, прервав рык, юркнула назад в провал, спасаясь от шквала каменной смерти. А вот дрейки, по-прежнему окружающие логово, были не столь проворны. Дождь мечей хлестнул по сеноту, глубоко пронзая влажную землю — и попавших под удар ящеров. Кому-то повезло, их убило сразу. Менее удачливые верещали, как свиньи — перекинувшийся с клинков красный свет растворял их внутренности.

Уцелевшие хамелеоны, забыв обо всем, бросились врассыпную, мучительные крики умирающих собратьев гнали их прочь — вглубь леса, за границы мысленного чутья Зориана.

Самому Заку было плевать на дрейков, они просто попали под удар. Едва выпустив шквал растворяющих плоть мечей, еще не зная, попадет или нет, он тотчас начал новое заклятье. Так что когда гидра вновь показалась из провала, ей навстречу уже летели пара синих светящихся шаров.

Впоследствии Зориан узнал, что эти заклятья должны были заморозить воду в сеноте, при определенном везении заключив гидру в лед. Вот только гидра не отступила в воду. Она просто пригнулась, пропуская атаку Зака, и, вымахнув на поверхность, устремилась к группе.

Видя, как гигантская тварь выпрыгнула из ямины с легкостью кошки, запрыгивающей на кухонный стол, Зориан окончательно убедился, что они имеют дело с чем-то неестественным. Обычные гидры «всего лишь» очень ядовиты и обладают мощной регенерацией, особенно их головы. Скорость и проворство на суше им обычно не свойственны.

Гидра неудержимо неслась к группе. Дэймен и его люди непрерывно сыпали заклятьями, но все впустую — тварь принимала их на головы, не допуская до более уязвимого основного тела. А весь ущерб, наносимый магией, покрывался регенерацией рептилии — ткани вокруг голов могли восстанавливаться даже после огня и других, обычно перебивающих естественную живучесть, воздействий. Маги Дэймена явно знали все это — и метили в туловище, но тщетно, гидра была слишком проворна.

Зориан пока не включался в бой — если вся группа Дэймена не может пробить защиту твари, то он только впустую растратит ману. Пока что он просто берег энергию, изучал составной разум гидры и выводил големов на позиции, готовясь действовать при первой же возможности. К счастью, чудовище явно нацелилось на Зака, видимо, сочтя его главной угрозой.

Хм, пожалуй, такое отношение несколько некрасиво по отношению к напарнику… В свое оправдание Зориан мог сказать, что Зак выглядел весьма довольным, разозлив огромного монстра. Не обращая особого внимания на несущееся к нему чудовище, парень сотворил два длинных заклинания. Первое зажгло большой шар тусклого белого света, что просто повис у него над головой, ничего не делая. Второе и вовсе не дало никаких видимых эффектов, но натренированное магическое восприятие Зориана ощутило возникшие вокруг Зака восемь магических конструктов.

И вот гидра уже на расстоянии удара. Все восемь голов метнулись к Заку, как спущенные пружины. Позади кто-то крикнул Заку предупреждение, словно это могло чем-то помочь. Но в тот же миг пришли в движение и невидимые конструкты парня, устремившись к головам чудовища. И проявились призрачными акульими челюстями, вцепляясь в чешуйчатые шеи. Гидра, внезапно сообразив, что попала в западню, попыталась сдать назад.

Поздно. Слишком велика инерция массивного тела. Что бы ни придавало монстру такую ловкость — у него тоже был свой предел. Призрачные челюсти сомкнулись, пронзая чешую и мускулы с ошеломляющей легкостью. Запаниковав, чудище рванулось изо всех сил, высвободив почти все головы.

Почти все. Одна призрачная пасть вцепилась в шею особенно удачно и продолжала вгрызаться. С громким хрустом перекусила позвоночник, отсекая голову от остального тела.

Оставшиеся семь голов взревели от боли и ярости, обезглавленная шея заметалась, поливая все хлещущей кровью. Такое ранение уже не под силу регенерации — со временем голова отрастет, но это случится нескоро и уже не повлияет на исход боя.

Зориан ожидал, что теперь Зак использует шар белого света — но заклятье безучастно парило в воздухе. Напарник вновь призвал поле каменных мечей — но гидра отдернула головы к туловищу, сворачиваясь в огромный чешуйчатый шар. И просто исчезла.

Вновь появившись прямо у группы Дэймена.

— И конечно же, она может телепортироваться, — пробурчал Зориан.

Наверное, ему стоило удивиться сильнее. Магия телепортации крайне плохо подходит крупным существам — с ростом массы затраты энергии растут по экспоненте. Он же, напротив, принял это как должное. Зориан уже не сомневался, что они имеют дело с неким древним стражем времен Аван-Темти, когда боги еще ходили по земле и даровали силу кому попало. Для подобного существа странные и могущественные способности как раз были в порядке вещей.

Зориан указал перед собой, создавая парящий полупрозрачный диск. Запрыгнул и понесся к гидре. Он не возражал, когда Зак развлекался с чудовищем — но Дэймену и его людям наверняка понадобится помощь.

Чассана, стоявший неподалеку, повторил его трюк и последовал за ним.

Внезапная телепортация, хоть и весьма впечатляла для существа таких размеров, видимо, тяжело далась гидре. Вместо того, чтобы немедленно атаковать, монстр медленно распрямил шеи, переводя дыхание. Часть людей Дэймена даже успели прийти в себя и среагировать.

Но последовавшая атака была просто сокрушительна. Спешно воздвигнутый перед группой щит не продержался и секунды, обратившись в дымку и искорки света. Отчаянно пытаясь не допустить чудище до своих людей, Дэймен сотворил гигантскую эктоплазменную копию себя. Призрачный великан-Дэймен всем весом врезался в гидру, схватил две ближайшие головы и попытался пригнуть их к земле. Вышло не очень, но, по крайней мере, он отвлек три головы от схватки — так что сойдет.

Кирма выпустила залп похожих на сверло магических стрел, что безошибочно поражали чувствительные точки гидры — глаза, рты, уши, ноздри. Впечатляющая точность — большинство функций самонаведения и близко так не могут, особенно учитывая бешеную скорость каждого «сверла». Остается только предположить, что в наведении Кирме помогло ее устройство-лотос.

Зориан думал, что в подобной битве Орисса совершенно бесполезна — ведь чудовище вряд ли заметит пчелиные жала. Но она сумела его удивить. Ее пчелы вдруг засветились оранжевым светом, воздух над ними задрожал от испепеляющего жара. Они полетели куда быстрее, выжигая все, чего бы ни коснулись, словно крохотные кузнечные горны. Изредка девушка делала короткий жест, и некоторые пчелы взрывались, опаляя чешую монстра. А крохотный размер пчел позволял им просто облететь прочные головы и достичь уязвимого туловища.

Подлетая, Зориан тоже внес свою лепту, метнув копье силы, испепеляющий луч и пару режущих дисков. Не то, чтобы он рассчитывал этим серьезно ранить чудовище, но каждая секунда, потраченная гидрой на него — это секунда, когда она не атакует людей Дэймена.

Несмотря на все их усилия — у гидры было семь голов, и занять все не удалось. Зориану пришлось пожертвовать одним из големов, спасая Ориссу — той чуть не откусили голову. Гидра наконец сообразила, кто выпускает раздражающих жгущихся мошек. Торун тоже пожертвовал частью коллекции — один из крупных глаз превратился в россыпь капелек слизи, а те — в тонкий упругий купол. Голова гидры вцепилась в барьер зубами, но, несмотря на его эфемерность, так и не смогла прорвать. Купол прогибался и растягивался, но держал.

Увы, далеко не у всех была подобная страховка. Одного мага практически перекусили пополам, прежде, чем кто-то успел вмешаться. Другому зубы гидры чиркнули по руке, напитав ядом. Дэймен тут же отсек отравленную конечность и велел одному из своих телепортировать его и всех пострадавших прочь.

Еще один попытался обойти гидру и напасть сзади — удар хвоста переломал ему ноги. Зориан не винил орущего от боли мужчину — он хорошо помнил, каково было, когда его самого покалечил серый охотник.

Наконец Дэймен решил, что пора разыграть козырь. Гидра прорвала очередной барьер и направила к нему голову — а он метнул в нее обычный красный заряд энергии. Не чувствуя особой опасности, гидра просто перекусила заклятье… разбив спрятанный внутри заряда флакон с алхимическим составом прямо у себя во рту.

Гидра отпрянула всем телом, прервав атаку — алхимическая смесь затекла ей в глотку. Отравленная голова издала жуткий вскрик — и начала превращаться в поблескивающий белый кристалл. Регенерация оказалась неспособна сдержать процесс, и казалось, что вся гидра сейчас превратится в мерцающую белую статую…

Остальные головы без колебаний вцепились в шею пострадавшей и оторвали ее, залив все кровью. Оставшись с шестью головами, но избежав кристаллизации, гидра с убийственной яростью посмотрела на Дэймена и изготовилась к новой атаке.

И тут Зак, Зориан и Чассана наконец прибыли на поле боя. Чассана закружил над схваткой, создавая барьер за барьером, не позволяя гидре убить или ранить еще кого-нибудь. Зориан уже достаточно разобрался с составным сознанием монстра — и начал вмешиваться в его работу, сбивая прицел, вызывая задержки — а порой и атакуя сам, когда подворачивалась возможность.

Ну, и конечно, Зак. В отличие от Зориана и Чассаны, он не стал утруждаться парящим силовым диском, а просто подпрыгнул и полетел, словно так и надо — во главе стаи призрачных челюстей и с белым шаром над головой. За недолгое время полета к загадочной сфере добавилось еще три таких же. На последних метрах призрачные челюсти обогнали заклинателя и устремились на гидру, та немедленно ушла в глухую оборону.

И кто бы сомневался — у гидры нашлись еще козыри. Она вновь взревела, исторгнув во все стороны облака ярко-зеленого газа. Всем пришлось спешно отступить, опасаясь яда — а гидра получила нужную ей передышку.

Битва возобновилась. Гидра потеряла еще голову, потом еще две. Зак потерял все призрачные челюсти, еще один из людей Дэймена был ранен. Зориан сумел попасть в туловище гидры секущей сферой, оставив открытую рану. Зато лишился всех големов. Эктоплазменный гигант Дэймена был развеян, но перед тем успел отсечь монстру хвост. На первый взгляд, они теснили чудовище, и победа была лишь вопросом времени… но на самом деле у них почти не осталось маны. Да, гидра была на краю гибели — но и они тоже. Даже неисчерпаемый резерв Зака грозил вот-вот показать дно.

Они не хотели отступать. Как минимум один из них погиб, многие были искалечены, не говоря уже о растраченных ценных ресурсах. И пусть гидра жестоко изранена, оставь ее в покое — и она быстро оправится. Куда быстрее, чем группа. Отступи они сейчас — по возвращению их будет ждать полностью здоровая восьмиглавая гидра.

Гидра тоже не хотела уступать. Осталось всего три головы, но она знала, что потерянные быстро отрастут. Враги очевидно слабели, нужно просто продержаться дольше их. Да и поворачиваться спиной к столь опасным врагам было безумием — все инстинкты кричали, что это недопустимо. Лучше рискнуть, сражаясь до конца, чем изображать мишень, отступая.

Но как выяснилось — все они недооценили Зака. За время схватки он успел создать еще одну белую сферу, и начал расставлять их по периметру, стараясь, чтобы гидра была в центре фигуры. Пусть никто, кроме него, и не понимал задумки — но его вклад в битву был столь внушителен, что все постарались помочь ему. Гидра же поначалу опасалась шаров, но, видя их бездействие, стала по большей части игнорировать.

Наконец по команде Дэймена его люди бросились бежать, изображая панику — гидра рванулась вдогонку, неосмотрительно ступив прямо в центр получившегося пятиугольника. Зак немедленно сделал странное движение рукой — и сферы активировались, разворачиваясь пучками ярко светящихся нитей, пересекаясь, сплетаясь в хрупкого вида сетчатый купол.

Гидра осторожно ткнулась в него головой — и зашипела от боли, нити резали плоть, как множество острейших лезвий.

И тут купол начал сжиматься.

Все изможденно наблюдали, как гигантская рептилия рвется, тщетно пытаясь выбраться из-под сетки бритвенно-острых нитей. Она гневно рычала, не сдаваясь до самого конца. А когда все ее тело было изрезано, и осталась лишь одна голова — тварь вновь свернулась в клубок и телепортировалась.

В отличие от первого прыжка — совсем недалеко, возникнув прямо у быстро сжимающегося купола. Развернувшись, качнулась, с трудом устояв, выглядя так, словно вот-вот издохнет. Но, собрав последние силы, подняла уцелевшую голову и с ненавистью посмотрела на Дэймена. Хоть на самом деле ее раны были делом рук Зака — она попала в ловушку, преследуя Дэймена, и считала его главным виновником.

Обостренное магическое восприятие Зориана внезапно ощутило стремительное накопление огромного заряда в теле гидры. Видимо, это почувствовали все — группа содрогнулась. И прежде, чем кто-то успел что-либо предпринять, гидра разинула последнюю пасть, выстрелив в Дэймена лучом иссиня-черной энергии.

Ко всеобщему удивлению, Дэймен среагировал, выхватив из кармана самое обыкновенно зеркальце и закрывшись им, как щитом.

Удар. Зеркало разнесло, словно взрывом, звон бьющегося стекла неожиданно громко прокатился по окрестностям. Самого Дэймена смело, как куклу, рука, державшая зеркальце, явно была сломана. Однако и черный луч погас, словно и не бывало.

Целую секунду гидра неподвижно смотрела на него. Затем содрогнулась и завалилась набок. Уже мертвой.

Битва окончилась.

Первое время после боя стоило Зориану куда больше нервов, чем само сражение. Спешная проверка выявила, что погиб только один — Голири Ардат, тот самый, которого перекусили пополам в самом начале схватки. Вот только в группе был лучший друг Ардата — Алачи Готрам. Кипя горем и яростью, он обвинил в гибели друга именно Зориана. Ведь это Зориан настоял, что им нужно попасть в населенный дрейками сенот. Алачи разорялся не меньше пяти минут, не выбирая выражения, и чуть не полез с кулаками — но Зак заступил ему путь.

Как назло, тут вмешались еще двое из людей Дэймена. Тот, что потерял руку, и второй, с переломанными ногами. Эти двое также винили в своих увечьях Зориана. Вероятно, Зака тоже, но его злить они не рискнули. Зориан же выглядел куда более простой целью.

И все это время Дэймен строил из себя миротворца, пытался всех успокоить, но ни слова не сказал в поддержку брата. Зориан сам не ожидал, что это его так заденет. Понимал же, что это команда Дэймена, и тот не может категорически принять его сторону — но полное отсутствие поддержки неожиданно вызвало горечь. В итоге за Зориана вступился Чассана — кажется, старику он пришелся по душе.

На этом начался новый раунд истерии, теперь вокруг ментальных возможностей Зориана, который «наверняка контролирует других людей, чем пора бы уже заняться полиции».

При упоминании полиции Дэймен сменил тактику — оттащил Алачи в сторону и накрылся приглушающим оберегом. Решительно непонятно, о чем они говорили, но больше этот тип к Зориану не лез.

Что же до двух искалеченных магов — Дэймен заверил их, что полученные травмы наверняка излечимы, и пообещал оплатить все медицинские расходы. Похоже, это их успокоило — они тоже замолчали.

Худо-бедно разобравшись с этой проблемой, команда наконец могла перейти к трофеям. Большинство раненых были отправлены в больницу (Дэймен ограничился гипсом и вернулся в строй), и поредевшая группа сквозь врата вернулась на место схватки.

Главным трофеем была сама гидра. Дэймен и его люди уже предвкушали, сколько за нее выручат. На взгляд Зориана — порядок сумм не особо впечатлял, но это для путешественника во времени. Обычным же магам, найди они подходящего покупателя, выручка запросто могла вскружить голову.

Тела дрейков тоже пойдут на продажу — хоть их суммарная стоимость и куда меньше гидры. Тем более, что заклятья Зака оставили не так много целых трупов, сделав большинство останков практически ни к чему не пригодными.

Осматривая тела ящериц, Зориан вполуха слушал брата — тот жаловался Ориссе об утрате зеркальца. Выходило, что это божественный артефакт — Дэймен нашел его в одной из экспедиций и решил придержать. Зеркальце, по идее, было неразрушимо, и уже не раз спасало ему жизнь — а теперь его не стало. Брат был безутешен, и слова Ориссы, что зато он остался жив, его ничуть не утешили.

— Готов, малыш Казински? — Торун несколько сильнее, чем нужно, хлопнул его по спине. — Давай уже добудем сферу, раз она, по твоим словам, где-то здесь.

Зориан промолчал. Перед спуском в сенот группа еще раз тщательно проверила, нет ли там других гигантских гидр или чего похуже. Проверка ничего не дала, но они прозевали и первую гидру — и до сих пор не выяснили, почему, что настораживало. Вода в провале превратилась в лед — эффект двух заклятий Зака в самом начале схватки — но никаких признаков подводной пещеры, где могло скрываться чудовище, не наблюдалось. Словно гидра возникла из ниоткуда, отзываясь на зов дрейков.

Они наконец вошли в указанную Зорианом пещеру — и не увидели никаких следов сферы. Как, впрочем, и ожидалось.

— Ты все еще ее чувствуешь? — обеспокоенно спросил Дэймен. Брату, вероятно, до зарезу нужны были результаты, чтобы оправдать понесенные потери. Как перед группой, так и перед самим собой.

— Да, — подтвердил Зориан. Прошел в дальний угол пещеры, провел в воздухе рукой. — Она здесь. В этом самом месте.

Рука не встретила никаких препятствий.

— Но я не могу ни увидеть, ни коснуться ее, — добавил Зориан. — Любопытно…

Все, кто хоть что-то понимал в прорицаниях и магии обнаружения тут же сгрудились вокруг, тыкая пальцами, пристально вглядываясь и творя заклинания. И через десяток минут этого бедлама Дэймен наконец получил отклик.

— Поверить не могу, — раздраженно сказал Дэймен, взлохмачивая волосы.

— Что-то нашел? — с надеждой спросила Кирма.

— Это сокрытый мир, — ответил Дэймен.

— Что? — переспросил Зориан, никогда не слышавший такого термина.

— Карманное измерение, вроде того, где, по твоим словам, прячется Сильверлэйк, — пояснил Зак. — Их практически невозможно обнаружить, если не знать, где именно искать. Поэтому их еще называют сокрытыми мирами.

— То есть это место, куда указал малыш Казински?.. — неуверенно спросил Торун.

— Вход в… карманное измерение, где находится сфера, — Дэймен посмотрел на брата с непонятным выражением. — Проклятье. Видимо, всё имущество Аван-Темти тоже там. Неудивительно, что за все это время мы так ничего и не нашли. Без Зориана мы никогда бы не нашли ее, даже потрать мы годы на поиски.

— Но он с нами, и теперь все хорошо, — легкомысленно пожал плечами Торун. — Что тебе не нравится?

— Действительно, что, — буркнул Дэймен.

— В любом случае, осталось только сообразить, как открыть эту невидимую дверь, и можно обчищать могилу Аван-Темти, так? — спросил Торун.

— Да, но хочу заметить, что гидра, вероятно, вылезла именно оттуда, — встрял Чассана. — А если там еще есть? Или что похуже? Нельзя терять бдительность.

— Чассана прав, — кивнул Дэймен. — Мы уже слишком много потеряли. Я собираюсь нанять еще бойцов, прежде чем попытаемся войти.

— Я бы остался здесь и повозился с точкой входа, — хмурясь, сказал Зориан. — Меня в ней что-то смущает.

— Ладно, — вздохнул Дэймен. — Но ничего не делай, не посоветовавшись со мной! Смотри, но руками не трогай.

Зориан кивнул. Следующие пару часов он изучал входную точку карманного измерения, прислушиваясь к реакциям своего маркера. Заодно попросил Дэймена научить его заклятьям, которыми тот обнаружил карманное измерение. Брат поворчал, что в любое другое время запросил бы за науку бешеные деньги — но заклинаниям научил.

Два часа спустя Зориан наконец утвердился в своем решении. Он позвал Дэймена и спросил разрешение «кое-что сделать».

— Кое-что? — настороженно переспросил Дэймен.

— Кое-что, — кивнул Зориан.

— И если я откажу, вы с Заком просто придете сюда в следующем цикле и все равно это сделаете, — предположил брат.

— Ну… — начал было Зориан.

— Однозначно, — влез Зак.

Зориан раздраженно покосился на него. Все так, но разве трудно проявить хоть чуть-чуть дипломатии?

Дэймен молча закрыл лицо ладонью. Зориану даже показалось, что он слышал шепот — коротенькую молитву ушедшим божествам о даровании терпения.

— Просто скажи, что собираешься делать, ладно? — сказал наконец Дэймен.

— Мне думается, что мы все неправильно поняли, — пояснил Зориан. — Не то, чтобы сфера первого императора хранилась в карманном измерении. Карманное измерение — это и есть сама сфера.

Дэймен посмотрел на него ничего не выражающим взглядом. Вероятно, ждал продолжения.

— Я согласен с тобой, что мы имеем дело с карманным измерением, — продолжил Зориан. — Но мой маркер настаивает, что его пространственный якорь — не просто вход. Это сама сфера. Я понимаю, это звучит немного безумно, но…

— Ты думаешь, что сфера — это переносной сокрытый мир, — заключил Дэймен.

— Да, — кивнул Зориан. — Думаю, точка входа — это просто сфера в… развернутом состоянии.

— Понятно, — задумчиво сказал Дэймен. — И ты думаешь, что можешь свернуть ее назад в сферу?

— Во всяком случае, хочу попытаться, — сказал Зориан. — Но, наверное, тебе и твоим людям стоит выйти из сенота. Просто на всякий случай.

Помедлив, Дэймен развернулся к своей команде, что молча слушала разговор, и скомандовал подготовить защитный периметр и отступить за пределы пещеры. Видимо, одним им пытаться не доверят.

Зориан недовольно цокнул языком. Если все опять пойдет через одно место — крайним снова посчитают его. Хотя — к черту все. Он в любом случае попытается.

Стоило Дэймену сказать, что у них все готово — Зориан подставил ладонь под точку пространственного якоря и попытался через маркер дотянуться до сферы. Вышло не с первого раза, но наконец ему удалось — пространство вокруг заколебалось, словно в потоках нагретого воздуха, и перед ним материализовалось что-то вроде стеклянного шара. Материализовалось — и плюхнулось ему в руку.

Получен предмет: Сфера первых императоров.

Краткий миг в пещере царило ошеломленное молчание — а потом все ломанулись вперед, влезая в личное пространство Зориана, толпясь вокруг, разглядывая артефакт.

Сфера в руке Зориана выглядела… любопытно. Безупречная сфера идеально прозрачного стекла, не затронутая минувшими веками. Проведя пальцами по гладкому стеклу, он не ощутил ни малейшей неровности. Внутри стеклянного шара был заключен полуразрушенный дворец, заросший деревьями и плющом. Что здание, что растения были невероятно детализированы и реалистичны — сосредоточившись, Зориан различал даже отдельные листья на деревьях. Напоминало шары со снегом, что продавались в Сиории — с качественными моделями знаменитых зданий внутри.

Подумав, Зориан передал сферу Заку — пусть лучше народ толпится вокруг напарника.

— Этот дворец… это же не просто модель, верно? — восторженно спросил Зак. — Это настоящее здание, заключенное внутри сферы.

— Очевидно, — сказала Орисса. — Иначе с чего бы ему быть полуразрушенным?

— То есть Шутур-Тарана сделал себе карманный дворец, который всегда с собой? — риторически спросил Зак. — Мне это нравится.

— Да, а теперь представь, сколько всего там может храниться! — радостно сказал Торун. — Ах, малыш Казински, я прощаю тебя за все. Ты — лучшее, что случилось с нами в этой экспедиции.

Хоть Зориану и не терпелось поближе познакомиться со сферой, он, поколебавшись, оставил трофей Дэймену. Попытайся они забрать добычу — наверняка опять была бы безобразная сцена, да и у него самого не так много времени, чтобы возиться с древними артефактами. На носу штурм ибасанского лагеря, который загрузит его с Заком работой выше головы.

— Должен сказать, вся эта ситуация вызывает во мне смешанные чувства, — сказал Зак, когда они покинули группу Дэймена.

— Почему же? — поинтересовался Зориан.

— Ну, с одной стороны, мы нашли сферу, лишь потому что Дэймен указал нам, где искать, — пояснил Зак. — И если мы выберемся из петли, то будет правильно помочь ему в поисках в качестве благодарности.

— Но?

— Но я бы совсем не отказался от переносного дворца, — мечтательно ухмыльнулся Зак.

Зориан пренебрежительно фыркнул.

— Я бы на твоем месте не ожидал многого. Кто знает, может, там еще целое гнездо спящих гигантских гидр.

— Так это же еще лучше, — возразил Зак. — Та зверюга была крутой. Было бы офигенно сразиться с целым выводком таких.

А, ну да. Он на миг запамятовал, с кем разговаривает.

Остаток пути они спорили, каким должен быть современный переносной дворец. Камнем преткновения был выбор между ареной с настоящими монстрами — вариант Зака — и продвинутыми тренировочными големами, предложенными Зорианом — они хотя бы не вырвутся и не устроят переполох в самый неподходящий момент.

— Нет, это все-таки не то, — недовольно покачал головой Зак.

К общему мнению они так и не пришли.

Все приготовления были завершены. Солдаты переведены, наемники — люди и аранеа — наняты, дикие монстры подчинены и ждут команды, снаряжение закуплено, боевые тренировки пройдены. Размах подготовки был столь велик, что власти озаботились и направили инспекцию — пришлось по-быстрому подделывать документы и внушать официальную версию магией разума. Хорошо еще, многие Дома в регионе Сиории тоже держали личные армии — на их фоне ударная группа не так выделялась.

Оставалось лишь дождаться, когда Кватач-Ичл отправится на Улькуаан Ибасу, и можно было начинать. Что беспокоило — древний лич явно никуда не собирался. Ксвим даже предположил, что они чем-то нарушили планы лича — что вызвало ожесточенные споры, следует ли им в этом случае действовать. К счастью, в итоге все обошлось — в положенное время Кватач-Ичл отбыл на Остров Изгнанников.

Первый шаг был достаточно прост: похитить Судомира, при определенном везении — обезвредив этим все поместье Яску. Но для этого сперва нужно выманить мэра из его практически неприступного логова.

Так что Зак и Зориан «одолжили» у Культа Дракона, что Внизу, пару стильных красных мантий и телепортировались в Князевы Двери. Где и занялись делом — стали бить витрины, жечь склады и измененными голосами звать Судомира, «предателя Тайного Ордена Звездного Дракона». Зориан еще и воспользовался магией разума, приведя в город стаю диких кабанов и отпустив их на площади.

Конечно, полиция пыталась их остановить. Очень решительно пыталась — вплоть до снайперов на крышах, несмотря на то, что парни очевидно стремились обойтись без жертв. Но даже так — полицейские ничего не смогли им противопоставить. Зак и Зориан просто повырубали их и продолжили свою затянувшуюся провокацию.

Наконец путешественники во времени скрылись из города — Судомир мог и не показаться, если сочтет, что в городе слишком опасно, да и разозленные городские власти могли вызвать военных.

Судомир прибыл пять часов спустя — и был встречен разъяренной толпой пострадавших и чиновников, требовавшей объяснений и компенсации. Даже дюжина мрачных, грозного вида телохранителей мэра не смутили владельцев разгромленных магазинов.

Зак с Зорианом немного понаблюдали — и нанесли молниеносный удар. Самого Судомира обезвредили практически в начале схватки, а его дюжина телохранителей оказались обычными боевиками, и с ними проблем не возникло. Тем более, что теперь парни не сдерживались.

— Я рад, что вам удалось похищение, — сказал Аланик, когда они приволокли мэра на базу. — Но отрезать ему руки было действительно необходимо?

— На меня не смотрите, — открестился Зак. — Это идея Зориана.

— Он — опасный некромант, — высказался в свою защиту Зориан. — Я не хотел в разгар схватки получить в спину какую-нибудь гадость из школы магии душ — а это был самый быстрый способ. Он говорил, что его трудно убить, так что от потери крови, наверное, не умрет.

— Поверить не могу, что мои прошлые воплощения считали тебя чересчур мягким, — пробормотал жрец. — А почему он в сознании? Я думал, везти его сюда планировалось усыпленным.

— Мы не смогли его усыпить, — признался Зак. — Попробовали пять разных составов, ни один не подействовал.

— Хотя он и пытался притвориться после пятого раза, — уточнил Зориан. — Зак хотел попробовать «старый добрый метод», но я не согласился. Так что мы просто заклеили ему рот, связали, надели на голову мешок и привезли сюда.

— Вот как, — сказал Аланик, хмуро глядя в сторону подготовленной для Судомира камеры. — Интересно, как он сумел добиться такой сопротивляемости.

— Ну, у вас будет полно времени, чтобы выяснить, — пожал плечами Зак. — Но потом. Пора готовиться к штурму, верно?

— Еще нет, — покачал головой жрец. — Давайте зададим ему парочку вопросов. Он может владеть важной информацией о защите лагеря.

Обоим путешественникам хотелось начать штурм как можно скорее — чтобы иметь больше времени на изучение врат, да и шансы, что ибасанцы поднимут тревогу, росли с каждой минутой — но в словах Аланика тоже был смысл, да и опыта подобных операций у воинствующего жреца было не в пример больше. Если он считал, что они могут потратить пару часов на допрос Судомира — наверное, так и есть.

Сам допрос проходил неожиданно скучно. Мэр Князевых Дверей был на удивление спокоен и вежлив — учитывая, что его похитили средь бела дня, искалечили и допрашивают посредством магии разума. Зориану даже особо стараться не пришлось. Но увы, ничего важного о структуре обороны лагеря он не знал. Да, Судомир тесно сотрудничал с ибасанцами — но доверия между ними отнюдь не было, и многое держалось в секрете.

Вскоре — куда быстрее, чем ожидалось — все трое исчерпали вопросы. Ну, вопросы, касающиеся ибасанского лагеря. Вместо того, чтобы закончить, Аланик стал спрашивать про другие темы. Об этом они не договаривались, но Зориан не стал возражать. Было видно, что Аланик подводит разговор к нужному ему вопросу. Вопросу, отчаянно интересующему жреца.

— Зачем ты собрал в поместье столько душ? — наконец спросил Аланик. — Зачем тебе понадобились полмиллиона душ?

А, так вот что его интересовало.

— Ч-что? — впервые за весь разговор поразился Судомир. — Откуда вы знаете?

Аланик кивнул Зориану, и тот надавил мысленно, принуждая некроманта ответить на вопрос.

— Гхх, — прошипел сквозь стиснутые зубы Судомир, борясь с внушением. — Проклятье, это не… Это… Я хотел…

— Зачем? — потребовал Аланик.

— Для призрачных бомб, — наконец выдал Судомир.

— Призрачных бомб? — заинтересовался Зак. — В смысле — запихать призрака в бомбу и швырять ее в людей?

— Ахахаха! Да! — истерически расхохотался некромант, больше не сопротивляясь принуждению. — Но не одного призрака! Сотни! Даже тысячи! И нет… кидать не в людей… Нет, нет… в города.

— Что? — нахмурился Зак.

— Призраки могут множиться, — тихо сказал Аланик. — Дай призраку время и много жертв — и он обратит в себе подобных всех людей, до чьих душ дотянется.

— Да, вот именно! — яростно закивал Судомир. — Только представьте, что будет, если выпустить тысячи этих тварей в центре большого города. Если прорыв не подавят немедленно — весь город в считанные часы будет населен лишь призраками! Только у Церкви Триумвирата достаточно специалистов, чтобы бороться с масштабным нашествием призраков, но Плач изрядно ее проредил. Имей я достаточно таких бомб — Эльдемару пришлось бы пойти на уступки. О да, им бы пришлось…

Судомир ушел в себя — остальные молчали, осмысливая услышанное.

— Чтобы вас приняли всерьез, вам пришлось бы хотя бы раз использовать такую бомбу в городе, — наконец заметил Зориан.

— Да, разумеется, — терпеливо, как ребенку, ответил Судомир. — Это и так очевидно. Я думал начать с Суламнона. Тогда бы сразу разгорелись новые Войны Раскола. Суламнон бы просто не стал слушать никакие оправдания Эльдемара. Особенно если улики указывали бы на Эльдемар. В разгар новой войны у Короны просто не хватило бы сил разделаться со мной. Скорее наоборот, они обратились бы ко мне за помощью. Я…

Некромант внезапно прервался, замерев с почти вменяемым выражением.

Но только на миг. Его глаза вновь стали безумными — но несколько иначе. Теперь в них были агрессия и жестокость. Лицо исказилось в маску ярости.

Судомир резко позеленел и начал разбухать. У него отросли хвост и рога, зрачок стал вертикальным, зубы заострились. Зориан предупреждающе крикнул — он уже видел, как некромант оборачивается в здоровенное чудище.

Но Аланик уже действовал. Как только началась трансформация — жрец рванулся вперед и впечатал ладонь в грудь Судомира. Вокруг пленного некроманта возникли и закружились множество желтых лент, покрытых, похоже, религиозными письменами. Ленты крутанулись еще раз и впитались в плоть Судомира, мгновенно возвращая ему человеческий облик.

Целую секунду некромант пораженно смотрел на Аланика.

— Ох, — наконец сказал он. — Надо же. Не получилось.

Аланик сделал рубящий жест левой рукой и легонько ткнул Судомира пальцем в лоб. Тот вспыхнул темно-красным светом и обмяк, лишившись чувств.

— Идем, — скомандовал Аланик, поманив за собой парней. — Продолжим допрос позже. Сейчас — штурм.

Глава 70. В отрыв

Глубоко в подземельях Сиории, в одной из свежеотрытых пещер вдалеке от основной сети туннелей, собралась небольшая армия. Из двух сотен человек сто двадцать были собранными Алаником солдатами, остальные — наемники, обошедшиеся Зориану в кругленькую сумму. Само собой, в это число не входили исследователи, ожидающие шанса изучить врата, големы Зориана, наделанные с начала месяца, — все восемь десятков — и сорок наемниц-аранеа, набранных из трех паутин, порекомендованных Посвященными Молчащих Врат.

Совсем немного по меркам армий. Но все равно, крупная группа, которую не так-то просто незаметно провести мимо ибасанских патрулей.

Не так-то просто для обычных магов. Зориан мог просто послать симулакрума проскользнуть мимо дозорных и без малейших проблем провести весь отряд сквозь Врата.

Скрытное проникновение на территорию ибасанцев, занятие форпоста, а затем и внезапный удар по лагерю — и все это посредством пространственных врат — было в этом что-то глубоко удовлетворяющее.

Рассовывая металлические цилиндрики с алхимическим составом по кармашкам пояса, Зориан ощутил приближение Зака.

— Ты выглядишь обеспокоенным, — заметил напарник.

Зориан нахмурился. Сам он до этого не замечал, но… да. Есть такое дело.

— Немного, — признал он, продолжая собираться. — В смысле — мы можем столкнуться с Кватач-Ичлом. Одним из немногих, кто может нанести нам серьезный ущерб. Каждая встреча с ним — большой риск.

— А, да все будет нормально, — беззаботно ответил Зак, сильно хлопнув его по спине. Зориан качнулся и наградил коллегу убийственным взглядом, но Зак только ухмыльнулся. — К тому же, долбаный скелет не так уж и страшен. Я бился с ним не раз и не два — и все еще жив. По каким-то причинам в бою он не пользуется школой некромантии.

Тут в разговор вступил Аланик, вместе с Ксвимом изучавший карту ибасанского лагеря.

— Большинство заклинаний некромантии не подходят для битвы, — пояснил он, не отрываясь от карты. — Требуется слишком сильная концентрация, да и нужно преодолеть сопротивляемость цели. Быстрее и экономнее просто сжечь врага или нашинковать на кусочки. «Жуткие заклятия некромантии», встречающиеся в приключенческих книгах — не боевые, а пыточные, используемые на беспомощных пленниках. Не то, что применяют в равном бою.

Повисло молчание. Когда-нибудь, решил для себя Зориан, он обязательно поспрашивает Аланика о его прошлом. Да, пожилой жрец наверняка будет запираться — но если удачно подобрать время и проявить настойчивость?

Но да ладно. Это все потом. Он подумывал возразить, что равных боев с Кватач-Ичлом у них и не происходит — между ними и древним личем все еще пролегала натуральная пропасть в уровне навыков — но речь, пожалуй, не о том. Аланик имеет в виду, что для Кватач-Ичла боевое использование некромантии неоптимально — и он, вероятно, прав. Привычка играться с противниками до добра не доводит — а лич достаточно рассудителен, раз уж прожил больше тысячи лет.

Сказать по правде, те искрящие расщепляющие лучи, что охотно использовал Кватач-Ичл, и сами по себе были достаточно жуткими.

— А знаешь, — неожиданно сказал Зориан. — Видел бы нас прежний я — пришел бы в ужас.

— Почему? — Зак вопросительно изогнул бровь.

— Этот наш штурм — очень… дерзкая затея, — сказал Зориан. — Тот, кем я был раньше, ни за что не признал бы его оправданным риском. Какая-то часть меня назовет это трусостью — но другая задается вопросом: не исказила ли временная петля мое восприятие опасности. Что, если мы вырвемся из петли и разберемся с Красным — только чтобы погибнуть через пару месяцев, по привычке занявшись чем-нибудь самоубийственным?

Зориан сам не ожидал, что Зак всерьез задумается над заданным вопросом. Думал, тот просто отмахнется — или спросит, откуда ему знать, что изначальный Зориан подумал бы о их нынешней ситуации. Отнюдь — Зак молчал целую минуту.

— Не думаю, что такое возможно, — как-то сдержанно сказал он в итоге. — Есть… вещи, которые мне надо сделать. Политические. Так что первые год или два я не буду драться с драконами и все такое. А ты, думаю, не станешь искать проблем без моего участия. Пары лет нам вполне хватит, чтобы привыкнуть к миру без циклов, так ведь?

Зориан неопределенно хмыкнул в ответ. Зак слишком хорошо о нем думает — он вполне может влезть в неприятности и собственными силами. Он сам еще не знал, что хотел от жизни, если… когда они вырвутся из петли, но ему наверняка потребуются деньги и редкие материалы. И он легко мог представить, как что-то пойдет не так при их добыче, или когда люди заметят его внезапное обогащение, или когда он объяснит, зачем ему эти деньги и материалы.

Неуемная страсть Зака сражаться с гигантскими монстрами, бесспорно, опасна — но что-то подсказывает, что амбиции Зориана могут оказаться даже опаснее. Маг уровня Зака, как правило, может сбежать от монстра, если все пойдет наперекосяк. Но раздразни крупную человеческую организацию — и они не отстанут до самого конца.

Он покачал головой, отбрасывая сомнения. Сейчас не время. Вот-вот начнется первая стадия — и он играет в ней ключевую роль. Если они не хотят, чтобы Кватач-Ичла вызвали назад с Ибасы — кто-то должен до начала штурма проникнуть в лагерь и перебить/обезвредить как можно больше ибасанских командиров. И этот кто-то — разумеется, Зориан. Он и его наемницы-аранеа.

Полностью укрыться от чужого внимания нелегко. Если речь идет о двух одинаково искусных магах, один из которых прячется, а другой ищет — ищущий почти всегда выигрывает. Но если цель может воздействовать на твой разум, решая, что ты увидишь, услышишь и запомнишь — тогда не помогут и самые изощренные поисковые чары.

Во всяком случае — в теории. Зориан не сомневался, что ибасанцы довольно быстро их обнаружат. Магия разума не уникальна, пусть и мало кто из ее адептов владеет ей столь же гибко и незаметно, как Зориан и его приспешницы. Но — им и не требуется любой ценой избежать обнаружения, достаточно выследить и обезвредить всех, имеющих выход на древнего лича.

— Я пошел, — громко сказал Зориан, как для окружающих, так и для себя.

— Оставь с нами симулакрума, — предупредил Аланик.

Зориан на миг заколебался. Он наоборот развеял всех симулакрумов перед операцией, чтобы освободить как можно больше маны. Неприятно, ведь это означает, что для возвращения в Кос опять понадобится помощь Дэймена — но сейчас он хотел полностью сосредоточиться на штурме. Хотя опять же — на первой стадии не ожидается ничего маназатратного — может, и есть смысл оставить в ставке симулакрума.

Исполнив сложную последовательность ключевых слов и жестов, он сложил руки ковшиком, создавая в воздухе молочно-белую сферу эктоплазмы. Ощутил, как заклятье касается его души, соединяя с эктоплазменным шаром. И, стоило связи установиться — вонзил в эктоплазму руку, проецируя собственный образ, отчего шар зашевелился, как живой.

— Это всегда так стрёмно выглядит, — прокомментировал Зак.

Зориан не ответил. Шла самая ответственная часть инвокации, когда заклинатель должен придать форму эктоплазме, прочно удерживая в голове свой образ. Отвлекись хоть на миг — и заклятье сорвется или создаст безнадежно испорченную копию. Ведь человек — не только душа. Скопировать существо из плоти и крови посредством магических полей и эктоплазмы не так-то просто. Неизбежны упрощения, дефекты, огрехи — и доверять выбор приоритета нерассуждающему алгоритму — не самая лучшая идея. Помнится, первый получившийся у него симулакрум вышел безмозглой куклой с великолепно воссозданным скелетом. Заклятье проигнорировало почти все, чтобы идеально воспроизвести его кости.

Разумеется, сейчас он уже не допустит столь грубой ошибки — даже если Зак будет отвлекать глупыми замечаниями. Извивающийся ком эктоплазмы разбух, выстрелил тонкими отростками, формируя примерно человекообразный силуэт…

Две минуты спустя безупречно выглядящая копия Зориана открыла глаза и огляделась. Симулакрумы отнюдь не возникают в полной готовности к действию — им нужно где-то полминуты, чтобы осознать ситуацию и успокоиться.

— Вот, — сказал Зориан. — Что-то еще?

— Нет, — покачал головой Аланик. — Иди. Разве что — постарайся не умереть.

— Разве что? — пробурчал Зориан. — Спасибо, Аланик, умеете вы подбодрить.

И зашагал к выходу. Операция началась.

Первый этап проникновения прошел безупречно. Зориан прибег к сочетанию парящей маскировочной сферы и воздействия на разум караульных — и без проблем прошел в лагерь вместе с аранеа, тут же рассыпавшимися мелкими группками для большего охвата.

Дальше было сложнее. Начать с того, что по лагерю тут и там, в непонятном ему порядке встречались мощные, изощренные обереги. В прошлые визиты ничего подобного не было — видимо, перед самым вторжением ибасанцы их отключают. Зачем — решительно непонятно, пусть даже лагерь и планировалось бросить после сражения. На миг закралось опасение, что несмотря на все предосторожности, кто-то из наемников все-таки предал их, и ужесточение защиты лагеря — признак того, что их ждут. Но обереги были раскиданы так беспорядочно, с множеством дыр и слепых зон, что Зориан отмел эту идею. Ожидай ибасанцы нападения — защитились бы более основательно. Сейчас же это выглядело, словно множество разных магов установили каждый свои обереги, ничуть не заботясь о их взаимном размещении и влиянии. По крайней мере в двух местах обереги пересекали друг друга столь неудачно, что нейтрализовали друг друга, образуя слепые зоны.

Возникло дурное желание написать Кватач-Ичлу письмо и попенять тому, что не обучил своих прихвостней правильно зачаровывать лагеря. Это ведь и на самом личе отражается, надо же думать о репутации…

Собраться. Второй проблемой были бурые ибасанские псы, чуявшие аранеа под любой маскировкой и немедленно поднимающие лай. И то ли зверюги были под Пустым Разумом от природы, то ли обработаны искусственно — но Зориан совершенно не ощущал их в мысленном спектре. Пришлось убивать их, подменяя на неподвижные копии из эктоплазмы, расходуя драгоценные время и ману.

После этого некоторое время все шло гладко. Они убили уже множество ибасанских командиров, и хоть в лагере разгоралось беспокойство — подлинного масштаба проблем захватчики не сознавали. Но кое-чего Зориан все же не предусмотрел…

Ибасанцам уже приходилось драться с аранеа. До временной петли — да и в самой петле, пока Красный не стер их из искусственного мира — паутина Сиории была серьезным препятствием для действий захватчиков. Неудивительно, что специально против аранеа было разработано немало защит и мер противодействия. С исчезновением племени большинство этих мер были отменены, а специалисты переведены на другие задачи… но некоторые все еще действовали. Просто на всякий случай.

Видимо, одна из аранеа, продвигаясь ближе к центру, пересекла невидимую черту — и лагерь взорвался общей тревогой. Громкая, пронзительная сирена резала уши — и, похоже, все в лагере ее узнали, так как спешно стали вооружаться и закрывать мысли щитами.

[Упс?] — неуверенно сказала ближайшая аранеа.

[Я даже не поняла, что произошло,] — пожаловалась другая. — [Человеческая магия — такое жульничество…]

Зориан пренебрежительно фыркнул. Ну, не то, чтобы итог был совсем неожиданным… Он мысленно потянулся к телепатическим реле, щедро рассыпанным в окружающем подземелье — и приказал небольшой орде собранных монстров атаковать лагерь со всех сторон.

Из одного туннеля вырвалась гигантская красная многоножка, за ней — полчища крюкогоблинов и пещерных дрейков. Ибасанцы сконцентрировали огонь на многоножке, сочтя ее самой опасной — но заклятья просто гасли, врезаясь в наложенные Зорианом защитные чары. Из другого туннеля выплыли множество парящих, подобных медузам существ. Они казались слабыми и медлительными, но, попытавшись перебить их, ибасанцы выяснили, что «медузы» владеют врожденными чарами щита, блокирующими заклятья. Хуже того, монстры могли объединять свои способности, формируя единый несокрушимый барьер. С третьей стороны на лагерь нахлынули бесчисленные жабы-фалангиты. Ибасанцы истребляли их десятками, но на место каждой убитой жабы вставали пять новых — сохраняя необычайную для монстров организованность, не нарушая строя и сметая все перед собой своими языками-копьями.

Наконец, четвертой группе даже туннель не требовался — подчиненные Зорианом скальные черви вырвались из земли посреди лагеря, проложив собственный путь.

Успех всего плана висел на волоске. Да, Зориан и его паучихи убили кучу командиров — но далеко не всех, кто мог вызвать Кватач-Ичла. Реши захватчики призвать древнего лича — они это сделают. Впрочем, в прошлых циклах он заметил, что ибасанцы далеко не сразу решаются вызвать своего предводителя. Кватач-Ичл не терпел, когда его беспокоили по «тривиальным» причинам. Нет, за это он обычно не убивал — но вот понизить в звании или уменьшить жалование — запросто. Что тоже довольно страшно для большинства людей.

Так что оставалось надеяться, что ибасанцы попытаются сами отбить нападения, не осмелившись вызвать на помощь Кватач-Ичла.

И пока так и происходило. Захватчики бились с его монстрами самостоятельно. Проблема в том, что у них получалось. Многоножку остановили тролли, попросту задавив числом, барьер медуз явно слабел, жабы-фалангиты отступали перед ревущим огнем. Что же касается скальных червей… У ибасанцев они тоже были. Зориан предполагал, что его орду монстров разобьют — но не так же быстро. Он еще не убил всех командиров, черт побери!

Внезапно симулакрум передал сообщение, что Зак хочет поучаствовать.

Что же. План уже катится псу под хвост — пускай Зак тоже что-нибудь поломает, пока еще есть такая возможность.

Он торопливо синхронизировался с симулакрумом и открыл проход в ставку, запуская напарника.

Зак обвел поле битвы долгим взглядом, затем повернулся к нему:

— Ты знаешь, где сейчас ибасанские командиры?

— Ээм, примерно, — сказал Зориан. — Раньше мне их находили аранеа, но сейчас они немного заняты, направляя монстров.

— Но общее направление ты знаешь, так?

— О да, — кивнул Зориан и указал на крупное, основательно выглядящее здание неподалеку. — Большинство уцелевших там. Защита на здании довольно хитрая, так что потребуется…

Он еще не договорил — а Зак уже метнул в здание заклятье. Всего лишь крошечная красная искорка — но ее полет сопровождался пронзительным, рвущим уши воем.

Искра врезалась в стену — и вспыхнула огромными лезвиями-полумесяцами, рассекшими стену без какого-либо сопротивления. Надежно укрытое оберегами здание рассыпалось, как яблоко в соковыжималке, погребя своих обитателей под тоннами битого камня.

— Одной проблемой меньше, — опустил руку Зак. — Что дальше?

— Ну, — кисло сказал Зориан. Впрочем, чего он еще ждал, приглашая сюда Зака? — Если ибасанцы не понимали, что их атакуют не только аранеа — то теперь у них не осталось сомнений. Давай посмотрим, сумеем ли мы убить их всех, прежде чем они поймут, насколько ты безобразно силен, и в панике вызовут Кватач-Ичла.

— Давай, — согласился Зак.

Решив, что притворяться тайной операцией аранеа больше нет смысла, Зориан послал Ксвиму и Аланику телепатический сигнал к началу штурма.

Подтверждение пришло практически мгновенно. Похоже, не только Зак рвался в бой.

Ожидаемо. Они потратили столько времени и сил на подготовку — отказаться сейчас было бы преступно.

Пора ибасанцам ощутить на своей шкуре, что такое внезапное вторжение.

Глубоко под Сиорией бушевало сражение. Крохотная армия Аланика, усиленная наемниками, големами Зориана и остатками орды монстров, глубоко врубилась в смешавшиеся порядки ибасанцев. Но и сами захватчики отнюдь не смирились с поражением. Потеряв весь старший командный состав усилиями Зака и Зориана, понеся тяжелые потери, столкнувшись с совершенно неожиданным противником — они все равно ожесточенно отстаивали свои позиции. Младшие командиры сумели организовать оставшиеся на местах силы и прикладывали усилия для их координации. Огромные боевые големы врывались в формирующиеся оборонительные порядки ибасанцев — но сталкивались с ревущими ордами боевых троллей. Аранеа направляли уцелевших монстров в самоубийственные атаки — но боевые звери захватчиков действовали столь же самоубийственно. Зак и Зориан, плюс пара лучших стрелков из отряда Аланика убивали всех эффективных командиров — но на их место тут же вставали новые.

Симулакрум Зориана стоял в центре лагеря, рядом с вратами — куда Ксвим и Аланик подошли еще в начале штурма. Увы, охрана успела деактивировать врата — еще одно отступление от плана. Даже одержи они победу — выключенные врата — куда менее ценный объект для исследования, чем действующие.

— Нам следовало собрать больше монстров, — неожиданно сказал стоявший рядом Аланик, обозревая битву. — И вообще больше сил, но не думаю, что нам бы удалось набрать больше людей. Мы неплохо держимся, учитывая разницу в численности, но этого недостаточно. Нас просто слишком мало по сравнению с ибасанцами.

— Мы опасались, что, приведя слишком много монстров, подтолкнем их немедленно вызвать Кватач-Ичла, — заметил симулакрум. — Хотя, учитывая, как успешно они обороняются — мне тоже кажется, что следовало привести больше.

— Кстати говоря, удалось ли Заку и Зориану уничтожить всех командиров, прежде чем те сообщили Кватач-Ичлу? — спросил Ксвим.

Симулакрум тут же связался с оригиналом и задал ему тот же вопрос. Десять секунд спустя повернулся к Ксвиму:

— Вряд ли, — двойник покачал головой. — Они долго не могли найти двух последних. Сейчас те мертвы, но у них было более чем достаточно времени оценить ситуацию и запросить помощь.

Ксвим помолчал, задумчиво глядя на погасшие врата.

— Нам не следовало так быстро отрезать их от врат, — наконец сказал он. — Лучше было оставить им путь отступления. Думаю, они бы предпочли отойти в поместье некроманта, а не биться до последнего.

— Или они могли вызвать нежить Судомира себе на помощь, — пожал плечами симулакрум.

— Анализировать допущенные ошибки будем потом, — твердо сказал Аланик. — Сейчас нам нужны решения. Как будем спасать положение?

— Может, просто отступить? — поинтересовался Ксвим. — Даже если мы возьмем лагерь, это потребует многих часов и многих жизней. К тому же, лич может в любой момент вернуться и склонить весы в пользу ибасанцев.

Аланику предложение явно не понравилось, но он молчал.

— Я тут подумал, — сказал наконец симулакрум. — Почему бы нам не оторвать стабилизирующую раму от земли — с пьедесталом и прочим — и не забрать ее на поверхность для изучения? В смысле — лагерь нам нужен был, потому что действующие врата не перенести на другое место. Но у нас нет действующих врат, только мертвая рама. Что мешает просто забрать ее и уйти?

Ксвим и Аланик удивленно посмотрели на него.

— Что? — защищаясь, сказал симулакрум. — Не самая плохая идея!

— Действительно, — согласился Аланик. — Я просто удивлен, что это предложил ты. Иногда забываю, что симулакрум — не просто продолжение Зориана, и может сам принимать решения.

— Аналогично, — поддержал его Ксвим.

Симулакрум поморщился. Тупые люди из мяса с их предрассудками.

Вскоре Ксвим и Аланик скомандовали войскам слегка сдать назад и принялись отделять конструкцию рамы от основания, стараясь не повредить ничего важного. Оказалось, что пьедестал крепится в камне чем-то вроде корней, так что пришлось вырезать изрядный кусок скалы.

Но нет ничего невозможного — вскоре вся структура поднялась в воздух и медленно поплыла к выходу из пещеры.

При виде этого ибасанцы словно впали в неистовство. Кажется, им совсем не хотелось отдавать стабилизационную раму эльдемарцам. Ритм боя изменился — вместо того, чтобы тянуть время и беречь бойцов, захватчики ринулись напролом, стремясь любой ценой вернуть похищенное. Солдаты Аланика ушли в глухую оборону, с той же яростью стремясь не допустить ибасанцев к вратам.

Вскоре стало еще хуже — отчаявшись вернуть врата, захватчики решили уничтожить их.

— Что их так раззадорило? — проорал Зак, создавая толстый радужный барьер между рамой и наступающими ибасанцами.

Как раз вовремя. Стоило барьеру стабилизироваться — в него врезались три заклятья — искрящая энергией синяя магическая пика, анимированный змей из зеленого огня и большой белый шар, вокруг которого кружились малые красные сферы. Щит мигнул, меняя цвета — на миг казалось, что он выдержит — но вражеские заклятья испустили некий импульс, и барьер развеялся разноцветным дымом.

Огненный змей, уцелевший в столкновении заклятий, устремился к парящим вратам, грозя детонировать — но молочно-белая сфера Зориана ударила его в бок, и он рассыпался клочьями зеленого пламени.

— Они боятся, что с ними сделает Кватач-Ичл, если его работа попадет к врагам, — сказал Зориан. Симулакрум заподозрил, что эти сведения получены прямо из голов ибасанцев. — Он даже союзникам не позволял осмотреть врата. Как, думаешь, он среагирует?

Битва не стихала. Симулакрум хмуро смотрел, как бьются люди вокруг него — кто за то, чтобы уничтожить врата, кто — чтобы сохранить. Сам он не мог активно вмешиваться — любой серьезный расход маны здорово подставит оригинал — так что был вынужден просто наблюдать. И он наблюдал, стараясь не упустить ни малейшей детали — вдруг заметит что-нибудь важное?

Ибасанцы, прикрытые шквалом заклятий из задних рядов, вновь и вновь бросались на их строй — без особого успеха. У Зориана оставалось все меньше и меньше големов, плотность огня в гуще битвы пересиливала даже их мощные обереги. Тех кукол, что практически исчерпали запас прочности, Зориан снабжал алхимической взрывчаткой и посылал в последнюю атаку против особо неприятных противников. Заклятья Зака сеяли опустошение и смерть, но даже его резерв не был бездонным — ему все чаще требовалась передышка. Один из ибасанских магов решил отдать жизнь за общее дело — сотворив свое последнее заклятье, выхватил ритуальный кинжал и перерезал себе горло, вливая все свои жизненные силы в ритуал. Раскаленный метеор играючи пронзил все щиты и обратил бы врата в дождь оплавленных обломков — но Ксвим успел поймать заклятье пространственными вратами и перенацелил его в ибасанцев.

И тут симулакрум заметил кое-что, достойное самого пристального внимания. Чуть в стороне от основной схватки отчаянно пыталась выжить небольшая группа союзников. Из первоначальных полутора десятков большинство уже были мертвы; выжили лишь шестеро, и всего трое из них были еще в состоянии сражаться. Симулакрум телепатически сообщил об этом оригиналу, но получил ответ, что тот занят, а их дело требует жертв.

Тогда симулакрум уточнил, что среди этих троих была Тайвен. Оригинал немедленно передумал, распорядившись идти и помочь ей.

На самом деле, прикажи он бросить Тайвен — симулакрум бы все равно не послушался, но приятно, что они с оригиналом хоть в чем-то полностью согласны. Двойник тут же телепортировался к ним, перехватив подлетающий фаербол меткой развеивающей волной. Изумленное лицо Тайвен было просто бесценно.

— Чего вы ждете? — спросил симулакрум. Один из ибасанцев «промахнулся» заклятьем и под прикрытием поднятой пыли попытался подкрасться. Двойник угостил его копьем силы в лицо. — Эта позиция обречена. Почему вы не отступите?

— Мы не можем оставить их! — возразила Тайвен, указывая на троих раненых солдат.

— Я же говорил, оставьте нас, — сказал один из раненых. — Идите. Мы их задержим.

— Мы никого не бросим! — заявила Тайвен.

Двое других здоровых солдат молчали, но, похоже, тоже не хотели бросать раненых. Вероятно, друзья.

— Тогда такой вариант: вы забираете раненых, а я задержу ибасанцев, — предложил симулакрум.

— Зориан… — одновременно раздраженно и взволнованно начала Тайвен.

Но симулакрум уже ее не слушал. Ощущая, что захватчики снова идут на приступ, он создал на ладонях два больших секущих диска и метнул их вперед. Диски буквально разрезали первую волну ибасанцев, исторгнув из рассеченных людей ужасные крики. Командир попытался навести порядок, выкрикивая приказы и угрозы на весь лагерь — но его собственный адъютант вонзил ему нож в глаз, убив на месте. Его предательство — точнее, результат мысленного контроля симулакрума — вызвало еще больший хаос, задерживая атаку.

Симулакрум позволил себе отвлечься на союзников — и выяснил, что солдаты ушли, а Тайвен все еще здесь.

— Дай угадаю, — вздохнул он. — Ты отправила всех в безопасное место, а сама решила остаться?

— Я же сказала — мы никого не бросим.

Если подумать — ему следовало сразу сказать, что он всего лишь симулакрум.

— Слушай, — начал он. — Вообще-то я…

[Безмозглый двойник!] — громыхнул в сознании голос оригинала. — [Какого хрена ты творишь?! Все уже ушли, а вы с Тайвен торчите там? Перестань жечь ману на глупости, черт побери! Она нужна мне, чтобы защищать врата!]

Симулакрум поморщился. Громовая отповедь сбила его с мысли — что он там собирался сделать?

Он не успел вспомнить — на них обрушился шквал заклятий. Тайвен без особых проблем укрылась щитом, и он собирался поступить так же — как вдруг резерв маны резко просел. Видимо, оригинал сыграл по-крупному, израсходовав куда-то всю энергию и оставив их обоих без защиты.

— Черт возьми, оригинал… — пробормотал он.

Вражеские заклятья настигли его, прорвав насквозь, разметав тающими ошметками эктоплазмы.

Он успел поймать исполненный безграничного ужаса взгляд Тайвен — и только тогда вспомнил, что собирался ей сказать.

Последней мыслью было что ему действительно следовало сразу предупредить, что он всего лишь симулакрум…

В итоге они все же сумели вынести стабилизирующую раму врат в целости и сохранности. Безумные атаки ибасанцев со временем стихли, уцелевшие захватчики отошли к лагерю, позволив им уйти. Но и собранный Алаником и Зорианом отряд дорого заплатил за свой успех, потеряв почти половину бойцов.

Время покажет, смогут ли созванные Ксвимом исследователи узнать что-нибудь ценное из захваченной рамы.

Как они и подозревали, вскоре после их отхода явился Кватач-Ичл. Зак и Зориан несколько дней были на взводе, ожидая преждевременного начала вторжения — как тогда, когда Зориан натравил эльдемарские войска на поместье Яску… Но, против ожиданий, вышло наоборот — оставшиеся силы ибасанцев начали покидать окрестности Сиории.

Похоже, вторжение отменялось.

Глава 71. Тени прошлого

По завершению штурма, когда стало очевидно, что в ближайшее время вторжение им не угрожает, Зориан занялся каналом связи с Косом. Перед боем он развеял своего двойника на южном континенте, так что придется второй раз за цикл положиться на Дэймена. Не особо приятно, но решает многие проблемы.

Он не ожидал особых проблем, и в принципе, не ошибся. Пространственные врата открылись без сучка без задоринки. Вот только… они открылись в усадьбе Тараматула, а не в джунглях, как договаривались. Дэймен встречал их в укрытом мощными щитами портальном зале — и по сторонам от него молча стояли с дюжину Тараматула.

Зориан, шедший первым, остановился в изумлении — и в него тут же врезался шедший следом Зак. Хорошо хоть, не упали — было бы совсем неловко.

— Эй, ты чего… О, — Зак огляделся по сторонам. — Не ожидал такого пышного приема.

Зориан, не поддержав шутку, сердито уставился на брата:

— Дэймен, чем, черт возьми, ты вообще думал?!

В защиту поморщившегося Дэймена — у него и правда был виноватый вид.

— Извини, — он успокаивающе поднял руки. — У меня не было особого выбора, понимаешь? Я не могу покинуть поместье Тараматула, и не открывать же врата в доме без их согласия. Или так, или вообще никак.

Зак и Зориан помолчали, усваивая озвученное.

— А почему ты не можешь покинуть поместье? — наконец спросил Зак. — Тебя удерживают силой, или что?

— Все куда сложнее, — с тяжелым вздохом сказал Дэймен. — Давайте пройдем куда-нибудь, где можно поговорить.

И прежде, чем парни успели ответить — в разговор вмешалась одна из Тараматула. Уланна, та самая, что встречала их в первый раз.

— Я знаю подходящее место, — сказала она. — Семье нашего положения было бы стыдно не иметь комнаты для переговоров. Погодите минутку, я распоряжусь, чтобы все подготовили — и пойдем.

Зориан задумчиво посмотрел на Уланну. Могло показаться, что она просто играет роль гостеприимной хозяйки, но подтекст был достаточно очевиден: дело касается и Тараматула, и они хотят участвовать в обсуждении.

Она прямо встретила его взгляд, подняла бровь, словно провоцируя возразить. Он не стал.

— Хорошо, — просто сказал он. — Мы с Заком как раз успеем погасить врата.

Зориан понятия не имел, что Дэймен рассказал Тараматула. Лишь бы тот не разболтал, что проход ведет на другой континент — так что врата следует деактивировать немедленно, пока хозяева сами не догадались.

Занимаясь вместе с Заком вратами, он краем уха слышал, как Уланна говорит с другими Тараматула. Зориан все еще очень слабо понимал местное наречие и понял лишь, что она распорядилась подготовить еду и напитки. Ни то, ни другое его не интересовало, но вмешиваться было бы невежливо.

Вскоре их провели в небольшую, но богато обставленную комнату. Всех пятерых — Уланну, Дэймена, Ориссу, Зака и Зориана. Несмотря на присутствие Уланны и Ориссы, говорил Дэймен. Выходило, что кто-то из его группы не удержал язык за зубами, и новость об их находке разнеслась по округе. Буквально через несколько часов каждая собака в Косе хотела побеседовать с Дэйменом и договориться о продаже сферы.

Застигнутые врасплох наплывом покупателей и сознавая, что далеко не все из них спокойно примут отказ, группа Дэймена отступила в усадьбу Тараматула и заперлась там.

— Они не рискуют связываться с Тараматула, так что здесь мы в безопасности, — заключил Дэймен. — Но стоит нам сделать шаг наружу, тут же набросятся десятки группировок. Они знают, что мы здесь. Усадьба под плотным наблюдением, все, происходящее здесь, отслеживается. Так что я просто не мог открыть врата в другом месте.

— Может, я просто туплю, но почему бы Тараматула просто не велеть им убраться? Разве вы — не ведущая сила в регионе?

— Боюсь, это не так просто, — сказала Уланна. — В дело вовлечено слишком много влиятельных группировок, многие из которых не входят в нашу зону влияния. Да, они не рискуют связываться с нами — но верно и обратное. Ситуация очень щекотливая, нужно действовать осторожно. Но не сомневайтесь, придет время, и мы все это им еще припомним.

— Существует еще одна проблема — некоторые фракции в местном правительстве обсуждают вариант просто конфисковать сферу, — добавил Дэймен. — Тараматула пришлось употребить все свое влияние, чтобы затормозить эту инициативу. Проклятье, я знал, что болтовня до добра не доводит, но чтобы вызвать такую алчность…

— Это переносное карманное измерение огромного размера, — напомнила Орисса. — К тому же, внутри — руины времен Эры Богов и, возможно, остатки богатств Аван-Темти. Там могут быть божественные артефакты, растения и животные, давно исчезнувшие в остальном мире, что угодно. Конечно, сфера пробуждает алчность. Хорошо, что у тебя есть семья Тараматула, которая прикроет, пока не найдем решение.

— Да, да, я понял, — терпеливо ответил Дэймен. — Хорошо, что у меня есть ты, дорогая.

— Вы еще не ходили на разведку в карманное измерение? — поинтересовался Зак.

— Мы пока даже не разобрались, как активировать сферу, — покачал головой Дэймен. — В отличие от Зориана, у нас нет командного маркера, так что приходится действовать по старинке.

— В смысле? — спросил Зак.

— Приходится расшифровывать управляющие заклинания сферы, — пояснил Дэймен. — Сокровище такого уровня просто обязано иметь способ управления без маркера. Просто на всякий случай. Нужно только найти его. Увы, поиски могут затянуться.

Дэймен со значением посмотрел на Зориана. Кажется, намек брата был понятен — пусть самому Зориану и не нужен способ управления сферой без маркера, для Дэймена он жизненно необходим. Скорее всего, он прекрасно понимает, что Зориан не раскроет своих способностей вне петли — и выходит, что без управляющих заклинаний они не смогут даже забрать сферу оттуда, где она лежала все эти века.

— И даже будь у нас способ управлять сферой, мы все равно пока не стали бы входить, — заметила Орисса. — Слишком высока вероятность, что там есть другие стражи, подобные той измененной богами гидре. Потребуются месяцы, чтобы подготовить подобающую экспедицию — а в текущих условиях это невозможно.

— Да, именно, — тут же согласился Дэймен, поворачиваясь к Заку и Зориану. — А поскольку я застрял здесь, то даже нанять экспертов и расшифровать управляющий механизм не могу. Сказать по правде, здесь я почти бесполезен. Даже подумывал исчезнуть на несколько дней. Забрать сферу подальше от чужих глаз и навестить старых друзей, обсудить варианты.

— Ты опять, — недовольно нахмурилась Орисса.

Между Дэйменом и Ориссой завязалась перепалка — он не хотел объяснять свои планы, а она настаивала, что имеет право знать. Откровенно говоря, Зориан вполне понимал позицию Ориссы и разделял ее раздражение уклончивостью Дэймена. С другой стороны, и брата было не в чем обвинить — не мог же он взять и сказать…

— Если хочешь вместе с нами вернуться в Сиорию, когда мы вновь откроем врата, просто скажи, — предложил Зак.

Все в изумлении уставились на него. Ну, все кроме Зориана — тот закрыл лицо руками и старался дышать глубже.

— Черт возьми, Зак…

— Что? — возразил тот, возмущенно глядя на Зориана. — Какую бы отмазку вы с Дэйменом ни придумали, это не прокатит. Они же не идиоты — и все равно догадаются.

— Благодарю, мистер Новеда, — сказала Уланна. — Рада, что хоть кто-то здесь не сомневается в наших умственных способностях.

Зак поднял оба больших пальца и солнечно улыбнулся.

— Хочешь сказать, ваш проход отсюда открывается в Эльдемар? — недоверчиво уточнила Орисса.

— Мы делаем реально крутые вещи, — беспечно пожал плечами Зак.

Оказалось, что ни Уланна, ни Орисса не разбираются в тонкостях работы с вратами. Неудивительно, ведь очень немногие владели этим заклятьем — но Зориан редко об этом задумывался.

Кратко объяснив принцип действия, он удостоился странного взгляда от Ориссы.

— Что? — спросил Зориан, чувствуя себя не очень уютно.

— Этот твой метод, снимающий ограничение по расстоянию, требует другого мага на той стороне? — Зориан молча кивнул. — Тогда как ты открываешь врата в Эльдемар? Третий брат Казински тоже владеет заклинанием?

— Кто, Фортов? Я вас умоляю, — фыркнул Зориан. — Будет большая удача, если его не выкинут из академии за неуспеваемость.

— Зориан! — возмутился Дэймен. Злословия в адрес семьи он не терпел.

— Нет, мы воспользуемся симулакрумом, которого я оставил в Сиории, — проигнорировал его Зориан. — Поскольку я владею заклинанием, очевидно, что и мой симулакрум им владеет.

— О, ты умеешь и создавать симулакрумов? — светски спросила Уланна, ничем не проявив удивления. Следовало признать, она действительно здорово внушала чувство спокойной уверенности. Орисса пыталась ей подражать, но без особого успеха. Было видно, что подобные откровения выбили ее из колеи.

— Мы делаем реально крутые вещи, — ответил Зориан. Была мысль полностью повторить за напарником, с поднятыми большими пальцами и дерзкой улыбкой, но Зориан отбросил ее. Надо быть Заком, чтобы делать подобное и не выглядеть полным дебилом.

В итоге они пришли к соглашению. Дэймен вернется в Сиорию с Заком и Зорианом, и заберет с собой сферу императора. Зориан оставит в усадьбе Тараматула симулакрума, чтобы вернуться через врата ровно четыре дня спустя.

Зориан думал, что уж теперь-то все, но его надежды были безжалостно растоптаны — Дэймен заявил, что должен сообщить группе о своей отлучке.

Зориану на миг захотелось драматически упрекнуть безучастные небеса. Он-то думал, визит в Кос не займет много времени — просто оставить симулакрума да спросить Дэймена, не узнал ли тот чего о сфере.

Судьба порою бывает жестока.

Когда все трое наконец прошли сквозь врата, Зориан вздохнул с облегчением. И Тараматула, и команда Дэймена были на взводе, общение с ними изматывало. Ему было несколько совестно перед симулакрумом, застрявшим в их компании на несколько дней. Ну да ладно, зато поговорит с Кирмой и Торуном — оба были довольно интересны, возможно, хотя бы с кем-то одним удастся договориться.

В любом случае, он вернулся и мог заняться другими делами. Усилия Ксвима в переговорах с многочисленными экспертами принесли первые результаты, Судомир был тщательно допрошен, исследователи, работавшие над стабилизирующей рамой ибасанских врат, наконец приблизились к пониманию, а Посвященные Молчащих Врат намекали, что хотят послать группу в Кос и добыть ключ от местных врат. Увы, из-за ситуации вокруг Дэймена и сферы, последнее было едва ли возможно. Его симулакрум не мог покинуть усадьбу, чтобы за ним не увязались сотни соглядатаев. Жалко. Как бы пригодился независимый от Дэймена маршрут в Кос… В следующих циклах надо будет сосредоточиться на этом вопросе.

На время, пока они в Сиории, Дэймен согласился передать сферу им с Заком. Имея маркер, они смогут выяснить куда больше, к тому же, брат не был уверен, что сумеет уберечь реликвию. Слухи расходятся с невероятной скоростью. И пусть о его отлучке в Сиорию никто посторонний знать не должен, он не был полностью уверен — и предпочитал не держать сферу у себя.

Зориан ожидал, что разбираться со сферой придется ему — Зак не владел духовным восприятием в достаточной мере, чтобы управлять своим маркером. Он ошибался. Как выяснилось, Заку и не требовался осознанный контроль маркера — повозившись со сферой часок, напарник сумел инстинктивно подключиться к сфере.

Причем час заняла только первая попытка. В дальнейшем ему хватало просто коснуться сферы, чтобы восстановить контакт. Заку даже не требовалось концентрироваться — хватало прикосновения и мимолетной мысли.

Зориан даже слегка расстроился. Его сфера так не слушалась, сколько бы он ни занимался с ней. Он прошел адские тренировки, оттачивая духовное восприятие, мучительно долго изучал свой маркер — и в итоге добился куда меньшего. В такие моменты особенно остро ощущалось, насколько его маркер уступает маркеру Зака.

И уже на следующий день по прибытию в Сиорию Дэймен снова удивил его. Брат хотел поговорить с Кириэлле и Фортовым.

А вот это уже сложно. Они оба знают, что Дэймена не должно быть в Сиории — ведь родители отправились в Кос встретиться с ним. И как он собирается объяснять это? Но Дэймен настаивал, и Зориан не стал спорить. Пожалуй, ничего страшного, да и если он упрется — брат наверняка поступит по-своему, просто не известив его.

Что забавно, Дэймен хотел встретиться с Кириэлле и Фортовым наедине. Зориан практически не сомневался, что разговор пойдет о нем. Ха! Фортов ничего о нем не знал, а малолетняя сплетница все равно не утерпит и перескажет ему, о чем они там секретничали. Но об этом Зориан умолчал, просто пожелав брату удачи.

На следующий день Дэймен вернулся к нему — смущенным и расстроенным.

— Они даже не захотели со мной говорить… — пожаловался брат. Зориану аж стало его немного жалко.

— Ну что ты, наверняка не все так плохо, — утешил его Зориан. — Не знаю насчет Фортова, но уверен, Кириэлле бы тебя не послала. Имайя сказала, ты провел с ней целый час.

— Да, но это все, чего я добился, — посетовал Дэймен. — Весь этот час она только стеснялась и ерзала. Практически не говорила, только если я задавал вопрос. Не уверен, но кажется, она меня опасалась. Это так…

Дэймен взмахнул руками, словно пытаясь жестами передать нечто невыразимое словами.

— Грустно? — предположил Зориан.

— Да, пусть будет грустно, — сказал Дэймен. — И тревожно. И прискорбно. И еще много подобных слов. Особенно если учесть, как вышло с Фортовым. Знаешь, что случилось, когда я постучался к нему?

— Вообще-то нет, — отозвался Зориан. На самом деле он знал подробности «разговора» между Дэйменом и Кириэлле, сестра сама ему рассказала тем же вечером; но что случилось между Дэйменом и Фортовым, он понятия не имел. Очевидно, ничего хорошего, но он был не прочь услышать все в деталях. — Что он сделал?

— Он с самого начала держался очень враждебно, — сказал Дэймен. — Даже не пустил внутрь, потом накричал и захлопнул дверь. И больше не открывал.

Хех. Интересно.

Дэймен вопросительно смотрел на Зориана, ожидая объяснения, но тот молчал. В раздражении брат запустил обе руки в волосы и сжал кулаки, словно желая вырвать пряди.

— Будешь так делать — облысеешь раньше времени, — небрежно заметил Зориан.

Дэймен сердито посмотрел на него — но руки убрал.

— Не понимаю! — громко возмутился он. — Я что… такой ужасный старший брат? Я знал, что ты меня недолюбливаешь, но чтобы Фортов? И даже малышка Кириэлле? За что?! Что я такого сделал?!

Зориан цокнул языком и задумался. С одной стороны, на его взгляд, Дэймен получил именно то, что заслужил. С другой… сам факт того, что Дэймен так расстроен, указывает, что мысленный образ брата в голове Зориана слегка… неверен. В итоге он решил быть со старшим братом помягче — для разнообразия.

— В отношении Кириэлле все просто, дорогой братец. Для нее ты практически незнакомец. Когда она достаточно подросла, чтобы общаться, ты уже практически не появлялся дома. Когда ты последний раз говорил с ней? Не считая вчерашнего дня, разумеется.

— Эмм… — промямлил Дэймен.

— Даже не можешь вспомнить, — констатировал Зориан, покачав головой. — Так вот, она знает тебя только по рассказам. По большей части — рассказам матери… и моим. В конце концов, я из тех, с кем она общалась больше всего.

— Ох, да помогут мне небеса, — простонал Дэймен. — Что конкретно ты ей про меня рассказал?

— Правду, — пожал плечами Зориан.

— В смысле твою правду, — обвиняюще уточнил Дэймен.

— Разумеется, — невозмутимо согласился Зориан. — Но не волнуйся, о твоих худших выходках я промолчал. Сказать по правде, я никогда не любил говорить о тебе — в том числе и с Кириэлле. К тому же, мать всегда становилась на твою сторону, так что будь дело только в рассказах, у Кири было бы двойственное отношение к тебе. Но суть в том, что ей нужна помощь… и она знает, что не получит ее от тебя. Возможно, ей помогу я — и она не хочет терять это шанс, сближаясь с тобой. Она знает, что я терпеть тебя не могу.

— Что значит «ей нужна помощь»? — нахмурился Дэймен. — И почему ты думаешь, что она не получит ее от меня?

— Потому что для этого потребуется выступить против матери, — ответил Зориан.

Следующий час или около того он вводил Дэймена в курс дела. Подготовленный родителями договорной брак Кириэлле. Ее желание учиться магии, как братья. Он не хотел углубляться в подробности, чувствуя, что предает доверие рассказавшей ему Кириэлле. Но основные моменты обрисовал.

— Поверить не могу, что мне ничего об этом не рассказывали, — сказал Дэймен, глядя в пространство расфокусированным взглядом, вероятно, вспоминая что-то. — Я часто говорю с родителями, но они ничего подобного не говорили.

— А ты хоть раз спрашивал их о Кириэлле? — уточнил Зориан.

Несколько секунд Дэймен молчал.

— …нет, — наконец признал он.

— Ну, вот видишь, — пожал плечами Зориан.

Дэймен тяжело вздохнул и сел несколько прямее.

— Хорошо, я признаю, что относился к младшей сестре не лучшим образом. Наверное, я и правда заслужил этот холодный прием, — сказал он. — Ну а Фортов? Он-то почему?

— А я откуда знаю? — возразил Зориан. — Ты что, думаешь, я говорил с ним о тебе?

Дэймен раздраженно фыркнул.

— Да понял я, понял — без крайней нужды ты не говоришь обо мне. Но ты ведь наверняка догадываешься, чем он живет и что ему не нравится. Ты общался с ним вот уже шесть лет.

Зориан онемел, замерев со странным выражением на лице.

— Что? — наконец хохотнул он. — Как тебе вообще такое в голову пришло? С какой стати мне общаться с Фортовым?

— Ты… ты серьезно? — пораженно спросил Дэймен. Зориан ответил безразличным взглядом. — Он твой брат. Вы живете в одном городе. Ты можешь зайти к нему в любой момент.

— И? — Зориан вопросительно наклонил голову.

— Хочешь сказать, все эти годы ты вообще не разговаривал с Фортовым? — спросил Дэймен. Его тон буквально умолял опровергнуть эти слова.

— Именно это я и говорю, — кивнул Зориан. На что Дэймен вообще рассчитывал?

— Разве в конце цикла не происходит грандиозное вторжение? — нахмурился Дэймен. Зориан вновь кивнул. — Что Фортов делает во время вторжения?

— Вероятно, вместе с другими студентами добирается до укрытий академии и проводит ночь там, — пожал плечами Зориан.

Признаться, по его личному опыту, укрытия — не самое безопасное место; но тогда сказывалось влияние Красного, информировавшего захватчиков. Без третьего путешественника в укрытиях было спокойно.

— Вероятно? Ты никогда не проверял? — спросил Дэймен. Зориан помотал головой. — Зориан, ради всего святого…

— Не понимаю, что тебя удивляет, — честно ответил Зориан. — Из всей семьи хуже, чем к Фортову, я отношусь только к отцу. Естественно, я никогда не интересовался, что он делает.

Дэймен открыл было рот, словно собираясь возразить, но передумал и покачал головой.

— Ну ладно, — вздохнул он. — Ты вообще хоть как-то с ним пересекался за все это время?

— Вообще-то да, — ответил Зориан. — Ближе к концу цикла он толкает одну девушку в багровый плющ и приходит ко мне за снадобьем. Раньше я уходил из комнаты, когда он должен был подойти, а сейчас и этого не требуется. В дом Имайи он никогда не приходит.

— Что бы ты ни делал в цикле, он все равно толкает девушку в багровый плющ? — нахмурился Дэймен.

— Насколько я знаю, да, — подтвердил Зориан. — Девушка без памяти в него влюблена, если тебе это о чем-нибудь говорит.

Дэймен задумчиво посмотрел на него.

— Наверное, это лучше, чем ничего. Но правда, Зориан, тебе обязательно быть столь мелочным и равнодушным? Я знаю, в детстве вы с ним не ладили, но это уже чересчур. Ты слишком лелеешь старые обиды.

— Тебе легко играть миротворца, — Зориан защитным жестом скрестил руки на груди. — Не ты годами терпел этого засранца.

— Я всего лишь прошу дать ему еще один шанс, — сказал Дэймен. — Как ты дал его Кириэлле, взяв с собой в Сиорию. Если ты ошибался на ее счет, то может, и с Фортовым так же?

— Но я не ошибался на ее счет, — поправил Зориан. — Я не хотел брать ее с собой, потому что она мелкая эгоистичная сплетница, будет отвлекать от учебы, а потом еще и разболтает обо всем матери. Все это правда, просто меня это уже не волнует. Если смогу вырваться из петли — мое будущее гарантировано. Я могу позволить себе слегка отвлечься, и не страшно, что Кириэлле расскажет матери — я достаточно могуществен, чтобы делать, что хочу, не оглядываясь на родителей.

К его удивлению, Дэймен не разозлился. Только грустно улыбнулся и покачал головой.

— Отец и мать так беспокоятся, что я совершу ошибку, что срываются в Кос, отговорить меня от женитьбы. И совершенно не замечают кризис прямо у себя под носом, — сказал он. — Хреновая мы семья, верно? И, что страшнее всего, очень скоро я обо всем этом забуду, не так ли? После летнего фестиваля все исчезнет, как не бывало. Это так несправедливо. Как я могу решить проблему, о которой даже не помню?

— Не думаю, что ты смог бы исправить нашу семью, даже будь у тебя все время мира, — сказал Зориан. — Но да, если задуматься — петля угнетает. Учитывая происходящее, ты еще хорошо держишься.

— Наверное, потому, что стараюсь о ней особо не задумываться, — пробормотал Дэймен. — Но теперь, когда время кончается, мысли постоянно возвращаются к петле. Тем более, что я столько сделал за последние недели. Так много узнал. Важного. Меня устрашает и бесит мысль, что я все это утрачу.

— Ну, уверен, ты слышал о записях, что я сохраняю из цикла в цикл для некоторых людей, — заметил Зориан. — Если это настолько важно — запиши и передай мне.

— О? — улыбнулся Дэймен. — То есть я тоже могу рассчитывать на особое отношение? Должен сказать, твои слова о нашей семье заставили меня побеспокоиться. Что, если ты собирался просто забыть обо мне в следующих циклах? Ты уже знаешь, как найти сферу, и не питаешь ко мне нежных чувств…

Зориан смущенно посмотрел на него. Вообще-то такая мысль приходила ему в голову. Хоть старший брат наверняка пригодился бы при поисках остальных Ключей, Зориану очень не нравилось на него полагаться. Это было просто… неправильно. А если Дэймена еще и долго убеждать в реальности петли, то стоит ли вообще стараться?

В итоге он осознал, что просто ищет отговорки. Им нужна любая помощь, тем более — помощь Дэймена. Хотя бы потому, что снижать их шансы на успех из-за личных предубеждений — нечестно по отношению к Заку.

К тому же…

— Ладно. Я ошибался на твой счет, — тяжело вздохнул Зориан. — Ты по-прежнему меня раздражаешь, но… ты не так плох, как тот Дэймен, что живет у меня в голове.

Ему было нелегко это сказать, но это правда. Может быть, Дэймен изменился, живя вне дома и не общаясь с братьями, а может, его представление о старшем брате изначально не было верным. Так или иначе, этот Дэймен был куда отзывчивее и рассудительней, чем темный гигант, в тени которого прошло детство Зориана.

— Даже не знаю, ошибался ли ты на самом деле. Каковы бы ни были причины, другой брат и сестра тоже меня не любят. Я, очевидно, скверный старший брат. Это очень отрезвляет, — задумчиво сказал Дэймен. И помотал головой, отгоняя лишние мысли. — Но довольно о грустном. Ты упоминал тетради, что сохраняешь для Ксвима и остальных. Вчера я поговорил с Ксвимом, он рассказал о ваших переговорах с многочисленными экспертами.

— Да, это, пожалуй, одна из лучших моих идей, — кивнул Зориан. — Уже есть результаты, и, судя по всему, в следующих циклах будет еще лучше. Не думаю, что мы сумеем договориться со всеми, но многие готовы выслушать, если с предложением придет кто-то авторитетный. Не хочешь помочь Ксвиму в переговорах?

— Нет, — покачал головой Дэймен. — Я бы с радостью помог, пожелай того Ксвим — но мое вмешательство может все испортить. Ты, вероятно, думаешь, что от моей славы одна только выгода, но на самом деле многие маги считают меня угрозой своим интересам. И многие не стали бы меня даже слушать. Почему, думаешь, я так и не научился Вратам до твоего прихода?

— Вот как, — задумчиво сказал Зориан. — Но почему тогда ты упомянул Ксвима?

— Ну… — начал Дэймен. — Сбор секретов магов Алтазии — хорошая мысль, но крайне тяжела в исполнении и едва ли значительно расширит твои возможности.

— Верно, — согласился Зориан. — Но что еще остается? Все более доступные решения мы уже перебрали.

— Не обязательно, — ухмыльнулся Дэймен. — Доступность зависит от способностей, а ты владеешь редкой способностью. С легкостью перемещаться меж континентами.

Зориан на миг задумался, потом жестом предложил ему продолжать. Пока он не понимал, к чему ведет брат.

— Я к тому, что магические знания можно собирать и в Косе, — продолжил Дэймен. — В отличие от Кслотика, тесно связанного с Алтазией, Кос далеко. И при этом использует ту же магическую систему, в отличие, например, от Хсана. Там можно найти совершенно неожиданные заклинательные комбинации и алхимические рецепты. Кто знает, какие еще… доступные решения ты получишь, объединив нашу магическую традицию с традицией Коса?

Зориан приподнял бровь, слушая оживленно жестикулирующего брата.

— И, полагаю, заняться этим предлагаешь ты?

— Ха-ха… — нервно хохотнул Дэймен. — Честно говоря, это было одной из целей моей поездки в Кос. Я работал над этим еще до начала петли.

— Ну… тогда отлично, — искренне сказал Зориан. — Не вижу никаких проблем.

— Прекрасно! — Дэймен выдал улыбку не хуже коронной Зака. — Правда, вся эта петля — это так неожиданно, я не успел толком подготовиться. Возможно, дорогой братишка одолжит мне небольшую сумму, чтобы я мог начать…

Пару дней спустя Дэймен вернулся в Кос. Сфера осталась в Сиории — Зак к ней очень привязался, да и Дэймен счел, что так будет лучше. Зориан же, занятый кучей других дел, переложил исследование сферы на Зака. Учитывая, насколько сильнее Ключ реагировал на него, напарник куда лучше подходил для этой задачи.

Правда, сегодня Зориан был занят кое-чем необычным: Тайвен попросила встретиться с ней. Наедине.

В иное время Зориан не придал бы этому особого значения, но от Тайвен с самого штурма было ни слуху, ни духу. Если б не заверения Аланика, что она в полном порядке, Зориан бы уже начал беспокоиться. А так — было очевидно, что она его почему-то избегает. Он даже подумывал отыскать ее и спросить, в чем дело, но близился конец месяца, и он был завален другими заботами…

Неважно. Если она сама с ним связалась, он наверняка скоро узнает, в чем дело.

Поздоровавшись, он предложил телепортироваться куда-нибудь в уединенное место, но она не знала таких. Видимо, говоря «наедине», она подразумевала их семейный тренировочный зал — тот самый, где они иногда проводили спарринги в прошлых циклах. Похоже, там она чувствовала себя увереннее.

— И в чем же дело? — спросил он.

— Я беспокоюсь, — ответила она. И голос тоже выдавал беспокойство.

Зориан несколько секунд подождал, но Тайвен все никак не могла подобрать слова. Она шагала по залу кругами, как тигр в клетке, хмурясь и качая головой.

— Нет, серьезно, в чем дело?

Никакого ответа.

— Это связано с петлей? — спросил он, чуть поразмыслив.

— Конечно это связано с петлей! — сорвалась она. Казалось, сейчас ее понесет, но она взяла себя в руки и грустно покачала головой. — И, в то же время, нет. Я даже не знаю, зачем позвала тебя. Это глупо. Мне следовало бы…

— Даже не думай теперь отослать меня, — предупредил Зориан.

— Не буду, не буду, — заверила она. — Я просто… просто поняла, что, похоже, потеряла тебя, как друга.

Зориан пораженно уставился на нее.

— И почему ты так подумала? — поинтересовался он.

— Потому что петля изменила тебя, — пояснила она. — Ты уже словно незнакомец. Теперь ты такой собранный, такой способный. Все, что я могу, ты можешь лучше. И со временем разрыв станет еще хуже. Когда ты вырвешься из петли, зачем тебе буду я? Скорее всего, я потеряю друга еще задолго до этого.

— Эм, ты сгущаешь краски, — сказал Зориан. Он сознавал, что это звучит легкомысленно, но что он еще мог сказать? — Я знаю, ты этого не помнишь, но в прошлых циклах я провел с тобой много времени. Быть не может, чтобы я просто забыл тебя..

— Ну да, уверена, ты меня не забудешь, — фыркнула Тайвен. — Но отношение будет… ну, снисходительное. Ты будешь настолько выше, что даже не смешно. Мы не будем равны, понимаешь? Будешь ты, тайный архимаг, в память о прошлом присматривающий о давней подруге. Это очень грустно.

— А, — протянул Зориан.

В ее словах был смысл. Очевидно, их дружба уже не будет такой же, как до петли. Однако это не обязательно плохо. В прошлом он… относился к Тайвен с горечью. И не считал их близкими друзьями, чего сама девушка не замечала. Как не заметила его чувств к ней.

Так что да, их отношения не будут прежними. Но что в этом плохого? Пусть Тайвен и скорбит об утраченной дружбе, сам Зориан не мог не спросить себя — стали бы они друзьями, не попади он в петлю? Сумел бы он со временем забыть боль неудачного признания и восстановить их связь? Возможно. Но это наверняка потребовало бы много времени, и не факт, что Тайвен бы дождалась.

— А почему ты вообще подружилась со мной? — поинтересовался он. — Это прозвучит самокритично, но не думаю, что из меня хороший друг.

— Ха-ха! — она немного повеселела. — Нда, хорошо, что теперь ты так честен. Мне нравится эта новая черта.

Она подобрала со скамейки манекен и стала с ним возиться. В этом не было никакого смысла — вероятно, просто тянула время, занимая себя.

— Раз ты так самокритичен, я последую твоему примеру, — наконец сказала Тайвен. — Я тоже не лучший друг. Ни для тебя, ни вообще. Слишком прямолинейна, импульсивна и не всегда все понимаю. Многие считают меня бестактной грубиянкой.

Зориан хотел было подбодрить ее, но вспомнил прозвище «Сверчок». И вспомнил их споры, когда она утверждала, что насекомые — это круто, кто сравнится с ними в живучести? В итоге он сдался и нехотя позволил ей звать себя так, но прекрасно понимал, что многие сочли бы это оскорблением.

— Вообще-то кроме тебя у меня не так много друзей, — продолжила она. — Кроме тебя, меня терпят двое парней из моей команды. Но Урик и Орен… они давно дружат. С ними я всегда буду третьей лишней.

— Но у меня и вовсе нет других друзей, — заметил Зориан.

— Ага, — сказала Тайвен. — Я бесила тебя, ты меня, но мы все равно ладили. Может, ты и был скверным другом, но и я тоже, так что не важно. Но сейчас ты становишься лучше, а я… не могу.

Она обняла манекен, как любимую куклу. Довольно странное зрелище, учитывая, что штуковина была человеческого роста и жутковато безлика.

Зориан смотрел на нее, размышляя, как теперь быть. Он не знал, как убедить Тайвен, что петля не изменит их отношения. Это будет откровенной ложью. Понятно, сам он считает эти изменения благом, но чтобы это объяснить…

…а, почему нет. Если начистоту — он всегда хотел это сделать. Просто не мог набраться смелости.

— Я когда-то был в тебя влюблен, — сказал он.

— Э?! — она дернулась, роняя манекен. Он загрохотал по полу, затем воцарилась гнетущая тишина. Правда, всего на миг. — В смысле, был в меня влюблен?! Когда?! Как?!

— Помнишь, я как-то пригласил тебя на свидание?

— Что? Ты… Ты о том случае… — промямлила она. Зориан кивнул. Он лишь раз приглашал ее, так что ошибки быть не может. — Но, ух… разве я тогда не… посмеялась над тобой?

Зориан мученически посмотрел на нее.

— Да, — подтвердил он. — Именно. Я не шутил, Тайвен. Я был смертельно серьезен.

— Ах хах ха… — нервно засмеялась она. — Вау, это… действительно нечто.

Она спрятала лицо в ладонях.

— О боги, я иногда такая тупая…

А потом стукнула его в плечо.

— Эй! — возмутился он. В другое время он бы рассердился сильнее, но… Это же Тайвен. Чего от нее еще ждать. — Какого черта?

— Ты тоже идиот! — заявила она. — Какого черта ты просто принял мой смех, если был серьезен?

— И что, проклятье, мне было делать?!

— Сказать, что я неправа! Пригласить снова! Сердито уйти, хлопнув дверью! — крикнула она. — Что угодно! Но не притворяться, что все нормально и не уйти, поджав хвост, как побитая собака. В смысле… Я ведь и потом шутила об этом — и ты все равно ничего не сказал. Знай я — хотя бы не стала бы сыпать соль на раны!

— Без разницы, — прорычал Зориан. — Я получил ответ. Я тебя определенно не интересовал. Сама идея тебя рассмешила.

— Да о чем ты! — пожаловалась она. — Это нечестно. Я смеялась не поэтому. Просто я сама посоветовала тебе пригласить кого-нибудь, и ты немедленно пригласил меня. Казалось… это такая шутка. Оглядываясь назад — я была дурой, но… Проклятье, тебе следовало что-то сказать!

Повисло долгое, неловкое молчание — оба сидели, избегая смотреть друг на друга.

— Мы идем на свидание, — внезапно заявила Тайвен.

Зориан странно посмотрел на нее.

— Но я уже не хочу, — заметил он. — Почему и сказал «был» влюблен. Все в прошлом.

— Угу, я поняла, — сказала она. — Без разницы. Мы все равно идем.

— А меня спросить? — усмехнулся Зориан.

— О чем ты, — надменно фыркнула Тайвен. — Ведь это ты меня пригласил. Я лишь принимаю приглашение… после недолгого размышления.

Зориан засмеялся. В этом вся Тайвен.

— Недолгого размышления, говоришь… Ну ты даешь, — он покачал головой. — Ладно. Будь по-твоему.

— Хорошо, — просто сказала она, избегая встречаться с ним взглядом.

Зориан улыбнулся. Он не солгал, он больше не любил ее. Все романтические чувства умерли за долгое время петли.

Но он бы солгал, скажи он, что недоволен ее решением.

Глава 72. Перекрестки

Он никогда не сознавал, как красива вечерняя Сиория.

Эта мысль посетила Зориана, когда они с Тайвен прогуливались по улицам, разглядывая прилавки и болтая о пустяках. Большинство городов затихали с приближением темноты, становясь пустынными и зловещими — но только не мегаполис уровня Сиории за неделю до летнего фестиваля. Ярко освещенные улицы были полны народа, бесчисленные торговцы пытались выманить деньги гуляющих в обмен на сладости и безделушки.

Зориан никогда бы не подумал, что будет наслаждаться суетой предпраздничного города. В прошлом он всеми силами избегал подобных ситуаций: в толпе у него раскалывалась голова… и его не сопровождала красивая девушка.

Он покосился на идущую рядом Тайвен. Пусть это и было «дружеским» свиданием, без малейшего намека на романтику — он подошел к нему со всей серьезностью. Тщательно выбрал одежду, заказал столик в дорогом ресторане и даже разок пригласил спутницу на танец. Поначалу он сомневался, не перегибает ли, но, учитывая дорогое платье и жизнерадостность Тайвен, — похоже, не прогадал.

— Должна сказать, вышло куда лучше, чем я ожидала, — неожиданно сказала Тайвен. Зориан поднял бровь. — Постой, я не так выразилась. Я имела в виду, что… учитывая, как у нас с тобой печально с общественной стороной жизни… эмм…

Зориан слабо улыбнулся, решив спасти ее от дальнейших мучений.

— Все в порядке, я тебя понял. Я тоже приятно удивлен, как удачно все вышло. Наверное, мы с тобой лучше, чем сами думали.

— Ну, в моем случае — это сплошные пробы и ошибки, так что гордиться нечем, — хихикнула Тайвен. — Раньше я множество раз ходила на свидания. Куча парней видели во мне только внешность и не понимали, во что ввязываются. Поверь на слово, мое первое свидание было настоящей катастрофой.

— О? Когда-нибудь ты обязательно должна мне рассказать, — поддразнил он.

— Ни за что, — она игриво пихнула его локтем, заставив пошатнуться. Он чуть не врезался в проходящую мимо пожилую пару, едва сумев вовремя увернуться. — Чем меньше людей об этом знает, тем лучше. Проклятье, иногда мне хочется и самой забыть об этом. Но тогда я, скорее всего, вновь наступлю на те же грабли — так что и хорошо, что не могу забыть.

Она внезапно нахмурилась, глядя в ночное небо, потом с любопытством посмотрела на него.

— Что? — спросил он.

— А что насчет тебя? Ты часто это делаешь?

— Делаю что? Хожу с тобой на свидание? — улыбаясь, уточнил Зориан.

— Да не со мной, — она закатила глаза. — А вообще. Ты провел в петле целые годы. Конечно, ты ходил на свидания.

— Ходил, — признал Зориан.

— Ха! — она торжествующе указала на него пальцем. — Я знала!

Зориан открыл было рот, но сказать ничего не успел:

— И не вздумай очаровывать меня своими сладкими речами, — с притворным возмущением добавила она. — Готова поспорить, ты каждой девушке это говоришь.

— Я еще ничего не сказал, — возразил Зориан. — И не собираюсь оправдываться. По твоим собственным словам, ты ходила на свидания куда чаще. Сердцеедка.

За шутливой перепалкой они гуляли по улицам еще некоторое время, пока разговор не стих — оба пришли к молчаливому согласию, что уже поздно, и пора заканчивать. В основном потому, что Зориан становился все тише и задумчивей.

Несколько минут они шли в тишине, потом Тайвен нарушила молчание:

— Что не так? — спросила она. — Почему ты расстроился? Я что-то не то сказала?

— Хм? — вынырнул из своих мыслей Зориан. — Нет-нет, дело не в тебе. Просто задумался. О том, что… ну, наверное, не стоит об этом.

— Зориан, не вынуждай меня тебя стукнуть, — предупредила она.

— Ладно, раз уж настаиваешь… — смущенно хмыкнул Зориан. — Я думал, как это грустно, что в следующих циклах ты опять все забудешь. Мы пришли к взаимопониманию, провели чудесный вечер… но после рестарта петли все это утратит смысл. Ты вновь станешь недоверчивой, чуть ли не враждебной Тайвен, которую я встречаю в начале каждого цикла. Только на то, чтобы убедить тебя, что петля реальна, а я — настоящий, уходит полмесяца.

Тайвен поморщилась, избегая его взгляда.

— Это не твоя вина, — покачал головой Зориан. — Твое недоверие понятно. Одно дело, когда взрослые, опытные маги, вроде Ксвима, Аланика и Дэймена верят в петлю — они многое пережили и видели много невероятного. А такие, как ты и я?.. Ну… я не говорил, что первые шесть циклов привычно ходил на уроки, надеясь, что если буду вести себя обычно, все само придет в норму?

Тайвен удивленно посмотрела на него.

— Да, знаю, — кивнул Зориан. — Это довольно глупо, но я это делал. Учитывая обстоятельства, твое недоверие вполне оправдано. Просто… мне нравится, к чему мы пришли, но я понимаю, что это навсегда останется лишь воспоминанием. Я не смогу воспроизвести последовательность событий в реальном мире. Я даже насчет другого цикла не уверен. Вот и задумался, что мне делать дальше.

Повисло неловкое молчание. Зориан внутренне поморщился, ругая себя за неудачно подобранный момент. Зачем было все это ей говорить? Нельзя было закончить на оптимистичной ноте?

— Извини, — тихо сказал он.

Неожиданная мысль — теперь он лучше понимает Зака. Вот почему напарник больше не пытается ни с кем подружиться, хоть и активно делал это в прошлом. То, как Зориан ощущает этот вечер… возможно, Зак все эти годы чувствовал что-то подобное? Завести друга, пережить с ним яркие моменты… и быть забытым в следующем цикле.

— Не извиняйся, — сказала Тайвен. — Зачем нужны друзья, что даже выслушать твое нытье не могут? К тому же — это был классный вечер. Недолгий момент грустной серьезности его не испортит.

Наконец они остановились на перекрестке — здесь их пути расходились. Зориан напрягал извилины, пытаясь сообразить, как подобающе завершить свидание. Они же не встречаются…

— Ну… похоже, и все, — жалко пробормотал он в итоге.

— Похоже, — столь же отстойно согласилась Тайвен.

После мгновения нерешительности — ни один не сделал ни шага — Тайвен заговорила вновь:

— Эй. Я помню, ты сказал, что уже разлюбил меня… И я уважаю твое решение. Но на всякий случай, если когда-нибудь передумаешь — поработай над физической формой.

— Что? — растерянно спросил Зориан.

— Ну, знаешь… Начни бегать по утрам, делать зарядку. Найди себе активное хобби на свежем воздухе. Нарасти мускулы, — пояснила она. — Не то, чтобы без этого у тебя совсем не было шансов, но…

Зориан фыркнул, разрываемый весельем и раздражением.

— Но с этим мои шансы значительно повысятся, так? — закончил он. Тайвен кивнула. — Я понял. Буду иметь в виду.

Что же. Оставляя за скобками предпочтения Тайвен, его и самого здорово раздражала нехватка выносливости. Слабость усложняла работу, вынуждая постоянно принимать зелья, просто чтобы поспевать за Заком и остальными. И пусть внутри петли это не было особой проблемой — в реальном мире такое злоупотребление алхимией нежелательно. По выходу из петли он и сам собирался привести себя в форму, хотя бы чтобы поддерживать привычный темп.

В любом случае, на этом их свидание завершилось. Попрощавшись, оба отправились по домам.

Зориан специально выбрал кружной, более живописный маршрут — спать он не торопился, и ему нужно было о многом подумать.

Симулакрум номер два, действующий в Косе, был доволен.

Обычно дежурство в Косе довольно скучно — торчать на чужой земле, не зная языка. Ни почитать книги, ни поболтать с местными — даже магия только в случае крайней необходимости.

Но в этот раз он жил в усадьбе Тараматула. Будущие родственники прекрасно знали, что он симулакрум, но это их не волновало. Они обращались с ним, словно с настоящим Зорианом — ему предоставили комнату, учителя языка, писчие принадлежности и материалы для исследований.

К тому же, здесь были Торун и Кирма из команды Дэймена, так же запертые в усадьбе. Может, им было просто чертовски скучно, или оригинал произвел на них впечатление — но оба с готовностью согласились обменяться заклинаниями.

Из них двоих Кирма была более… традиционной. Пусть до встречи с ней Зориан никогда не видел такого использования прорицания, она утверждала, что пользуется распространенными приемами, которые «можно найти где угодно». Даже ее прорицательный компас-цветок не был ее разработкой, просто заказан у мастера-артефактора. Так что смысла скрывать свои методы она не видела. В обмен на редкие заклинания, разученные за время петли, она охотно показала ему кое-какие хитрости и подсказала, как лучше развить способность к прорицанию.

К тому же она, уже по собственной инициативе, дала ему список людей, к кому обратиться, если захочется поработать в поле. Он подозревал, что к ним отсылают всю многообещающую молодежь, но как-нибудь навестить их в будущих циклах все равно стоит.

Что до Торуна, он пользовался редкой, экзотической методикой извлечения органов магических существ и использования их, как своеобразное продолжение заклинателя. Популярностью она не пользовалась — как из-за новизны, так и из-за сомнительного юридического статуса — так что Торун был в восторге, когда симулакрум проявил интерес к его работе. Обычно люди воспринимали его магию с различной степенью отвращения.

Симулакрум очень сомневался, что оригинал всерьез этим займется — способ не решит их проблем, зато потребует много времени. А вот кое-какие заклинания и техники, используемые Торуном для управления летающими глазами, потенциально могут улучшить координацию с големами… или даже с симулакрумами.

Но, разумеется, причина его удовольствия заключалась в другом. Сказать по правде, он едва разминулся с настоящей бедой!

Родители прибывали в Кос, и кто-то должен был встретить их и тайком переправить в усадьбу Тараматула. Этим кем-то, само собой, был Дэймен… но он настаивал, чтобы Зориан тоже участвовал. Дескать, это его долг перед семьей, и возражения не принимаются.

Порой так хорошо быть всего лишь симулакрумом. Покуда оригинал будет объяснять родителям, что он тут делает, номер два просто не будет попадаться на глаза, чтобы не вызвать лишних вопросов. Приказ, с которым он был абсолютно согласен.

И вот он уединился в дальнем углу библиотеки Тараматула, напевая незатейливый мотив и читая детскую книжку в попытке отточить чтение местного наречия. Увы, знание языка — одна из тех вещей, которые он практически не в силах передать оригиналу, так что он занимался этим скорее для развлечения, чем с прицелом на будущее.

В какой-то момент в комнату вошла Орисса, но симулакрум не обратил на нее особого внимания. Кратко поприветствовал и вернулся к книге. Он оккупировал один из трех столов, завалив его сравнительно простыми для понимания книгами — но она найдет, где устроиться. Он даже не отреагировал, когда Орисса заглянула к нему через плечо — детской книжки он совершенно не стеснялся.

Все с чего-то начинали. К тому же, тут были красивые картинки.

Вот только Орисса не выбрала книгу и не ушла, как он ожидал — она взяла стул от свободного стола и села рядом с ним.

— Да? — поинтересовался он. Орисса… скажем так, нечасто искала его общества. Кроме случая, когда она по просьбе Дэймена позвала оригинал на совещание, невеста брата держалась очень сдержанно.

— Я волнуюсь, — просто сказала она. — Дэймен и… другой ты вернутся через несколько часов.

— А, — понял симулакрум. — Волнуешься, что сюда явятся наши мать и отец.

— Да, — подтвердила она. — Я знаю, что спрашивать такое невежливо, но, может, расскажешь мне о них?

— Я? — удивился симулакрум.

— Мне сказали, что симулакрумы сохраняют почти всю память оригинала, — без обиняков сказала Орисса.

— Ты же поняла, что я не о том, — возразил симулакрум. Орисса слабо улыбнулась. — В смысле, оригинал не в лучших отношениях с остальной семьей. Что я могу рассказать из того, что не сказал Дэймен?

— Когда Дэймен понял, что его родители не одобряют наш брак, он стал очень уклончив, — покачала головой Орисса. — Он говорит, чтобы я не беспокоилась, он все уладит, но как я могу не беспокоиться? Он явно их обожает — и вот они здесь, приехали с другого континента, чтобы отговорить его от свадьбы.

— Наверное, это прозвучит безответственно, но, пожалуй, тебе и правда не о чем волноваться, — сказал симулакрум. — Он — их драгоценный гений. Что бы он ни хотел, он это получит. Так было всегда.

— И все же я была бы очень признательна, если бы ты хоть немного о них рассказал, — не уступала Орисса.

Номер два задумчиво посмотрел на нее. Сказать по правде, он не думал, что это хорошая идея. Его отзыв о родителях наверняка будет весьма негативным, и может ухудшить их будущие отношения с Ориссой. Едва ли это пойдет кому-то на пользу, и меньше всего — ей.

— Своей просьбой ты меня здорово подставляешь, — заметил симулакрум.

— Наверное, да, — согласилась она.

— Тогда сперва ответь на мой вопрос, — сказал он. — Дэймен интересует тебя только из-за крови, предрасположенной к ментальной магии?

Он думал, Орисса удивится или обидится — но вот смеха никак не ожидал.

— Неужто ты волнуешься, что я бесстыдно воспользуюсь твоим старшим братом? — ухмыляясь, спросила она.

— Чуть-чуть, — признал симулакрум. — Он эмпат, его так просто не обманешь… Но и ты — талантливый маг разума из семьи с подходящей традицией. Так что все возможно.

— А Дэймен уверен, что ты его ненавидишь, — вздохнула она. — Отвечая на твой вопрос… Кровь, определенно, тоже учитывается. Я люблю его, но не имей он врожденной предрасположенности к магии разума, я вряд ли вышла бы за него. Семью я тоже люблю и должна помнить об их интересах. Однако — неужели ты думаешь, что твой брат женится на мне только из-за любви?

Симулакрум удивленно посмотрел на нее.

— С этой женитьбой он становится дворянином и обретает богатство. Это не единственный его мотив, но едва ли он не важен. Он никогда бы не женился на мне, будь я бедной сиротой или даже девушкой из среднего класса. Так что нет, не думаю, что я использую его. У нас обоих свои амбиции. И очень удачно, что мы можем достичь их с кем-то, кто действительно нравится.

— Хех, — задумчиво сказал симулакрум.

— Так могу я получить ответ на мой вопрос? — помолчав, спросила она.

— Конечно, — пожал плечами симулакрум. — Ну, первое, что тебе надо знать о наших родителях — что они весьма амбициозные люди. Отец, Андир Казински, был четвертым сыном зажиточного фермера. Мать, Сикэн Казински, выросла без отца, будучи единственной дочерью одной из немногих оставшихся ведьм. Отец знал, что как четвертый сын, ничего не унаследует. Так что, когда ему исполнилось пятнадцать, он вытребовал у своего отца небольшую ссуду и, уйдя из дома, начал собственное дело. Менее, чем через год, женился на нашей матери. Со временем его маленькое дело стало влиятельным игроком на местной арене, принеся им авторитет и богатство. Ну, не по твоим меркам, но…

— Впечатляет, — кивнула Орисса. — Они начали практически с нуля и столького достигли. Это наверняка потребовало огромных усилий.

— Им и правда пришлось много потрудиться, — согласился симулакрум. Он не во всем соглашался с родителями, но их состояние было честно заработано. Разумеется, это потребовало не только трудолюбия, но и хитрости, но Орисса наверняка поняла это и без подсказки. — Но хоть они и добились успеха, это не прошло для них даром. Грубо говоря, они смотрят на мир сквозь призму того, как это повлияет на репутацию и финансы семьи. И ваша с Дэйменом свадьба… пусть они и понимают, что это хорошо для Дэймена…

— Вот же оно! Вот, что я упускала! Семья в целом не получит выгоды! — перебила его Орисса. — Ну конечно. Вложив столько сил и средств в Дэймена, они, разумеется, ожидают дивидендов. Ах… мы продолжим позже, хорошо? Мне надо кое-что приготовить.

Симулакрум с удивлением и весельем смотрел вслед выбежавшей из библиотеки Ориссе. Он не был уверен, что все правильно понял, но похоже, она не видела в подходе родителей ничего странного. Учитывая ее воспитание и то, как она объяснила предстоящую свадьбу… наверное, и не стоило удивляться.

— Что же, по крайней мере, я понял, почему она так нравится Дэймену, — пробормотал он. — Она же практически молодая версия матери. Жизнь порою так забавна.

В обычных условиях забрать родителей из Джасуки и доставить в усадьбу Тараматула было бы проще простого. Но сейчас, когда за каждым шагом Дэймена пристально следили сотни глаз, это вылилось в грандиозную, запутанную операцию. Тараматула привлекли значительную часть своих сил, чтобы отвлечь или блокировать наблюдателей. Когда Дэймен и Зориан покинули усадьбу, пять команд-фальшивок, преображенных в их подобие, стартовали вместе с ними. И все шесть групп начали хаотично телепортироваться, задав целями разные города.

Несмотря на все приготовления, у них ничего бы не вышло, задумай Дэймен действительно подобрать родителей. На самом же деле все это делалось просто для отвлечения внимания. Во время хаотических прыжков по Косу Зориан создал третьего симулакрума и отослал прочь, оттягивая внимание преследователей на себя. И когда Дэймен и Зориан вернулись в усадьбу, новый симулакрум не спеша добрался до Джасуки и открыл там хорошо замаскированные врата, позволив Дэймену незамеченным посетить и покинуть город.

Понятное дело, без Зориана это было невозможно — только потому он и согласился на уговоры брата. Как теперь объяснить родителям его присутствие в Косе? Сколь бы ограниченными ни были их знания о магии, они не могли не понять, что пространственные врата и симулакрумы — высокоуровневые заклинания, которыми он просто не должен был владеть.

— Даже не пойди ты со мной, они бы все равно узнали, что ты был в Косе, — сказал Дэймен. — Ты слишком известен среди Тараматула. Кто-нибудь неизбежно сказал бы им, случайно или намеренно.

— Возможно, но это была бы не моя проблема, — возразил Зориан. — Я был бы в Сиории, и объяснять пришлось бы тебе.

Дэймен поморщился, но ничего не сказал.

Так или иначе, встреча прошла куда спокойнее, чем он ожидал. Паровое судно, привезшее родителей, неспешно вошло в гавань Джасуки и исторгло нескончаемый поток грузов и пассажиров, погрузив порт в натуральный хаос шумящих и толкающихся людей. Когда Дэймен и Зориан отыскали родителей, те были совершенно измотаны и не готовы скандалить. Конечно, они удивились Зориану, но скорее были рады, что есть еще пара рук, нести их багаж.

— Разве ты не должен присматривать за Кириэлле? — хмуро спросила мать.

— Я и присматриваю, — сказал Зориан. — Я здесь, только чтобы встретить вас. Я буду в Сиории еще до вечера.

— Как? — спросил отец. — Я думал, нельзя телепортироваться на такие дистанции. И в любом случае, телепорт — уже продвинутая магия.

— Это секрет, — просто сказал Зориан.

Отец неразборчиво хмыкнул, но дальше спорить не стал.

— Что бы это ни было, надеюсь, ты заберешь нас этим путем, — у матери был усталый голос. — Я поняла, что не люблю корабли. Думаю, эта поездка стоила мне целого года жизни. Будет прекрасно, если назад можно попасть как-то иначе.

И все. Больше о присутствии Зориана не было сказано ни слова. Особенно когда они шагнули сквозь врата в усадьбу, где их встречала Орисса и другие Тараматула. Теперь тайна межконтинентального путешествия Зориана была последним, что интересовало родителей.

Естественно, родители улыбались и сыпали комплиментами. Их усталость словно по волшебству улетучилась, они бодро раздавали дорогостоящие сувениры и хвалили гостеприимство хозяев. Не знай Зориан, зачем они здесь, никогда бы не догадался, что они не одобряют предстоящую свадьбу.

Прошло два дня. Родители постепенно обживались в усадьбе. Зориан старался появляться там пореже, не желая влезать в проблемы Дэймена, и номер два действовал схоже. Так что он не знал, как проходят их увещевания Дэймена — у него хватало собственных забот. Теперь, когда он имел симулакрума вне усадьбы Тараматула, он спешно организовывал группу Посвященных Молчащих Врат к отправке на южный континент, к местным вратам Бакоры.

Им сопутствовала удача, они получили ключ. И Зориан, и Посвященные были в восторге — для аранеа это означало доступ на новые, девственные территории, Зориан же мог наконец попадать в Кос без участия Дэймена. К тому же, он подозревал, что в следующих циклах ключ позволит убедить Посвященных намного, намного быстрее.

Впрочем, сейчас Зориан был в усадьбе Тараматула. Родители специально вызвали его — чего он, сказать по правде, давно ожидал. По прибытию они торопились и думали о другом, но теперь у них было время поговорить и подумать — и они не могли не понять, что с ним что-то очень не так. Он только не знал, созреют ли они для разговора до конца цикла.

И вот он стоит в комнате для переговоров, напротив матери и отца. Дэймен тоже хотел присутствовать при разговоре, но его выставили за дверь, настояв, что это «личная беседа». Довольно забавно, нечасто их любимый сын удостаивался такого отношения. Судя по всему, что бы там не приготовила Орисса, этого было недостаточно, и они все еще были против свадьбы. А поскольку Дэймен не уступал, сейчас он был в немилости.

— Мы говорили с Дэйменом о тебе, — неожиданно сказала мать.

У нее было сложное, обеспокоенное выражение лица, словно она не знала, как теперь быть. Отец, в свою очередь, стоял с каменным лицом, не проявляя эмоций.

— Да? — просто отозвался Зориан.

— Он говорит, что ты невероятно силен и искусен. Намного больше, чем показываешь.

— Верно, — признал Зориан. Смысла скрывать не было. Они уже знали, что он может по желанию быстро перемещаться меж континентами.

— Но почему ты скрывал это от нас? — просительно продолжила мать. — Еще один гений в семье — это прекрасно. Ты же не думал, что мы будем тебе мешать?

— В смысле… как вы совершенно не мешаете свадьбе Дэймена? — невинно уточнил Зориан.

— Это совершенно не относится к делу! — нахмурилась мать. Впрочем, тут же взяла себя в руки. — И к тому же, мы не мешаем Дэймену — просто стараемся оградить его от серьезной ошибки. Если он будет упрямо настаивать, нам ничего не останется, как неохотно принять его выбор. Мы не хотим испортить ему жизнь.

— Она хочет сказать, — внезапно вклинился отец, — что мы и так не согласны с тем, что ты делаешь со своей жизнью, так что подумаешь, одним спором больше. Можешь просто закатить очередную подростковую истерику, как всегда делаешь, и нам придется стерпеть, ведь в конце концов, ты наш сын. Как всегда и бывает.

Зориан сжал губы в тонкую линию и хмуро посмотрел на отца. Тот встретил его взгляд, словно провоцируя ответить.

— Андир, дорогой, мы же, кажется, договорились, что говорить буду я, — вздохнула мать.

Отец примирительно поднял руки. Правда, смотрел он на нее недовольно, но она уже повернулась к Зориану.

— Что ты планируешь, Зориан? — прямо спросила она.

— Ничего особенного, — ответил он. — Съехать из дома сразу после выпуска. Может, раньше. Открыть свое дело, купить дом, все такое.

— Думаешь, иметь свой бизнес просто? — с вызовом спросил отец. Ненадолго же его хватило.

— Я — великолепный маг, — бесстыдно заявил Зориан. — Даже если я ничего не понимаю в бизнесе, я все равно проживу.

— Но семейное дело… — начала было мать.

— Ни за какие деньги, — отрезал Зориан.

Мать и отец молча переглянулись.

— А! — вспомнил кое-что Зориан. — И еще я позабочусь о Кириэлле.

Теперь его заявление вызвало удивленные взгляды.

— Что значит — позаботишься о Кириэлле? — медленно спросила мать. — Разве ей требуется чья-то еще забота?

— Ну, кто-то же должен обучить ее магии и отменить дурацкий договорной брак, который ей готовят, — просто сказал Зориан.

Лицо матери исказилось шоком и яростью. На миг показалось, что она не может уразуметь услышанное — но только на миг.

— Ах ты, сопляк! — рявкнула она. — Ты и понятия не имеешь, о чем говоришь!

Странно, но отец лишь рассмеялся, покачав головой. Зориан не понял его реакции, но сейчас было не до того.

— На мой взгляд, ситуация вполне понятна, — невозмутимо возразил Зориан.

— Что касается твоей жизни, мы еще можем тебе спустить, но у тебя нет никаких, совсем никаких прав решать, как мне растить дочь! — выкрикнула мать, угрожающе вторгаясь в его личное пространство. — Ты забываешься! Андир, скажи ему!

— Кто, я? — преувеличенно удивился отец. — Мы же, кажется, договорились, что говоришь ты?

Мать разгневанно посмотрела на него, суля кары в будущем, но пока оставила в покое.

— Ты понятия не имеешь, что лучше для Кириэлле, Зориан, — предупреждающе сказала она. — Не суй свой нос, куда не просят!

— Боюсь, что если я не получу объяснений, то поступлю по-своему, — сказал Зориан.

— Ты не можешь забрать ребенка у родителей, пусть ты и ее брат, — сердито сказала мать. — Мы заявим в полицию!

— Правда? — с вызовом спросил Зориан. Она отступила на шаг. Они оба знали, что она этого не сделает. — К тому же, готов поспорить, этот брак сам по себе не особо законен.

— Брак… еще не утвержден, — она раздраженно зашагала взад-вперед по комнате. — Ты делаешь из мухи слона. Это всего лишь устное соглашение, а не официальный договор. Мы не станем любой ценой принуждать Кириэлле к нему. Но магия абсолютно неприемлема! Ее никогда, ни при каких обстоятельствах, нельзя учить магии!

— Почему? — нахмурился Зориан.

— Потому что я забочусь о ней! — выкрикнула мать, снова поворачиваясь к нему. — Разве ты не знаешь, из какого она рода? Кем была моя мать?

Зориан непонимающе посмотрел на нее. Ее мать? При чем она тут? Он знал, что они не ладили, но ничего особо жуткого о ней не слышал. К тому же, она давно умерла.

— Погоди, — сказал он. — Ты о том, что…

— Она была ведьмой! — перебила его мать. — Она была ведьмой и чертовски этим гордилась. Она никому не позволяла об этом забыть! Однажды она даже пригрозила отравить городской колодец, когда покупатели отказались платить за ее зелья. Ну, знаешь, как ведьмы прошлого, по слухам, мстили за обиды!

Зориан поморщился.

— Ты понятия не имеешь, что значит быть дочерью ведьмы, — продолжила мать. — Сын — ладно. Ведьмам плевать на сыновей. Это все знают. Они твердо верили, что магия передается лишь через утробу, то есть род продолжают только девочки.

Зориан поднял бровь. С чего они так…

— Я не знаю, почему они так думали! — мать словно прочитала его мысли. — И мне все равно. Я лишь хотела, чтобы она перестала болтать про ведьм и позволила мне иметь хоть какое-то подобие нормальной жизни. Но она не позволяла, и все вокруг видели во мне будущую ведьму, похищающую души, дурманящую рассудок, варящую яды. И если Кириэлле будет изучать магию, ее ждет та же судьба.

— Мам… — вздохнул Зориан.

— Мне очень повезло, что я вышла за твоего отца, — сказала мать.

— Ну, ты тоже была отличной находкой, — ухмыльнулся тот. Он молчал, пока жена распиналась про свое несчастное детство, но сейчас счел безопасным вставить пару слов.

Мать проигнорировала его. Наверное, все еще злилась за шуточку про договоренность.

— Моя дочь не будет бояться за свое будущее и рассчитывать лишь на удачу, ожидая жениха. Люди не будут при встрече с ней переходить на другую сторону улицы или распространять про нее мерзкие слухи, — продолжала мать. — В отличие от своей матери, я сделала все, чтобы держаться подальше от нашего наследия. Пока она следует моему примеру и избегает всего магического, любой, кто попробует, будет выглядеть параноиком. Но если она будет учиться магии — все будет потеряно!

— Ты не знаешь наверняка, — указал Зориан.

— Зачем рисковать? — с вызовом возразила мать. — Может, если бы она вышла замуж рано, за богатого и уважаемого мужчину… Но ты же против, не так ли? И что остается?

Зориан молча смотрел на нее. Он еще никогда не видел эту черту матери. Вот почему она так одержима репутацией и положением в обществе?

Он посмотрел на непривычно робкого отца, но тот отвел взгляд.

Хоть он и не сказал ничего, Зориан понял — рассчитывать можно только на себя. Кириэлле — дело матери, и отец не будет лезть в него без крайней необходимости.

— Что, если Кириэлле с тобой не согласится? — медленно спросил Зориан.

— Ей девять, — сказала мать. — Она еще не знает, чего хочет.

— Но ей не всегда будет девять, — возразил Зориан.

— Да, но мы можем продолжить разговор, когда она подрастет, — твердо сказал мать. — Ты и сам начал учиться магии не с девяти лет.

Тут она была права. Честно говоря, ему уже не хотелось спорить. Он поднял тему, чтобы оценить ее реакцию — но не ожидал такого. К тому же, Кириэлле говорила, что хочет учиться магии — но была легкомысленна и нетерпелива. Кто знает, хватит ли ей внутренней дисциплины, чтобы стать магом.

К тому же, прежде всего — договорной брак оказался только предварительным соглашением, а не окончательным решением родителей. Он не был уверен, стоит ли учить сестру магии, но не сомневался, что она ненавидит навязанный брак.

— Ладно, — наконец сказал Зориан. — У меня недостаточно данных, чтобы принять решение, так что я пока отступлю.

— Да, проклятье, отступишь! — все еще сердито сказала она. Но сейчас, когда он более не бросал ей вызов, она быстро успокаивалась. — С чего, черт возьми, ты решил, что можешь поучать меня? Даже твой отец не решается лезть в воспитание дочери — а малолетний сопляк, еще не знавший женщины, считает, что может это делать. Если ты такой умный, почему бы не завести свою дочь и…

Похоже, это надолго.

Боковым зрением он заметил тонкую, злорадную улыбку отца.

Зориан вздохнул. Да, это определенно надолго.

— В общем, я нашел еще одну функцию сферы, — сказал Зак.

Зориан оторвался от верстака, где постепенно рождалась металлическая конструкция в форме цветка, и с любопытством покосился на Зака.

— В смысле — нашел новую функцию?

— В смысле — совершенно не относящуюся к ее роли переносного дворца, — Зак помахал сферой перед ним. — Смотри. Берешь сферу и делаешь вот так…

Чтобы растолковать, что он имеет в виду, ушло порядочно времени. В конце концов, подход двух парней к сфере весьма различался. У Зака все выходило инстинктивно, почти само собой, а вот Зориану приходилось осознанно пытаться воздействовать на ее управление.

Но, наконец, у него получилось. Он коснулся сферы новым образом — и ощутил… нечто. Что-то вроде пустого места?

— Странно, — наконец сказал Зориан.

— Ага, — согласился Зак. — Ума не приложу, что оно делает.

— Как и я, — поразмыслив, сказал Зориан, возвращая ему сферу. — Продолжай. У тебя получается лучше моего.

К тому же, у Зака было больше свободного времени. Приближался конец цикла, требовалось так много сделать…

Цикл практически завершился. В целом, на взгляд Зориана — весьма продуктивно.

Изучение ибасанской стабилизирующей рамы продвинулось куда дальше, чем он ожидал. Теперь он знал, что конструкция собрана весьма необычным методом — вместо того, чтобы высекать на корпусе заклинательные формулы, ибасанцы буквально собрали раму из них — в виде множества магических нитей. Раму пришлось буквально обдирать, слой за слоем, чтобы составить схему расположения нитей и попробовать расшифровать ее. Увы, несмотря на обилие специалистов, они так и не разгадали принцип действия рамы. Возможно, если бы система все еще работала, но так?.. Безнадежно.

И все же — хороший старт. Проделана большая работа, и будущие исследования пойдут быстрее. Наверное, и хорошо, что в этом цикле они не получили действующие врата — в этом случае они вряд ли решились бы потрошить раму, и не выяснили бы кое-какие важные подробности.

Допрос Судомира тоже прошел удачно. Разумеется, некромант знал так много, что они уже договорились с Алаником похищать его в каждом цикле — но даже то, что уже узнали, было существенно. В частности, Зориан наконец узнал, что скрывается за странными превращениями Судомира.

Будучи исключительно талантливым мастером оберегов и магом душ, и зная многие другие отрасли магии, как боец, Судомир не особо впечатлял. Он знал об этом недостатке и решил избавиться от него — став перевертышем.

Но он был излишне самоуверен и замахнулся на слишком многое. Вместо того, чтобы выбрать магическое существо и связать с ним душу, он решил сшить несколько тварей в какую-то богомерзкую химеру, теоретически сочетающую их свойства… и слился с ней.

По словам Аланика, просто чудо, что ритуал не свел некроманта с ума или не превратил в колышущуюся массу измененной плоти. Ритуал почти удался, с одним недочетом — превращение было практически неуправляемо, и его приходилось постоянно сдерживать. Но стоило Судомиру попасть в тяжелую или эмоционально насыщенную ситуацию — и его контроль слабел, отключая разум…

И хоть ритуал не совсем удался, он дал Судомиру его впечатляющую живучесть. В числе доноров для химеры были тролль, дракон и еще три не менее стойкие твари. При мысли, что бы случилось, позволь они некроманту полностью обратиться, мороз продирал по коже.

Помимо этого, они узнали от Судомира о не замеченных дознавателями членах Культа. Технически они даже не были культистами — их намеренно отделяли от других членов, чтобы на них никогда не пало подозрение. В их числе были несколько юристов, политиков малого калибра и даже авторитетный судья. Пока их не успели проверить, и Зориан подозревал, что они не особо важны для понимания заговора, но все равно сделал пометку провести расследование. Просто для порядка.

Наконец настал день летнего фестиваля, и… ничего не произошло. Ибасанцы продолжали эвакуацию, Культ затаился, первозданный томился в своей темнице в Провале.

Но перезапуск цикла прошел по расписанию — и Зориан проснулся в Сирине под утреннее приветствие Кириэлле.

Глава 73. Продвигаясь вперед

Посреди густых джунглей Коса красовался огромный круглый провал в земле, уходящий вниз сужающимся колодцем, до самой поверхности зеленоватой воды. Здесь было весьма красиво, но некому было оценить вид — местность кишела дрейками-хамелеонами.

Тот самый сенот, где в прошлом цикле они добыли сферу первого императора. Зак и Зориан стояли на краю обрыва, глядя на снующих внизу дрейков и обсуждая, как в этот раз добыть артефакт. Иногда мимо них пробегали группки ящеров, но маскировочные заклятья и ментальное воздействие Зориана делали свое дело.

— И как мы поступим? — спросил Зак. — Думаешь, сможешь провести нас туда незамеченными?

Зориан долгий миг смотрел в сенот, потом покачал головой. Дрейки внизу сбивались в группки от пяти и более, а в пещере со сферой обосновалась особенно многочисленная группа.

— Даже одному-двум непросто отвести взгляд, — с сожалением сказал он. — Эти их четыре независимых глаза слишком отличаются от людского восприятия мира. Я не смогу продолжительное время дурить большую группу.

Зак не удивился, похоже, уже свыкся с особенностями магии разума.

— Тогда просто раскидаем их и войдем? Зачем усложнять. Мы с ними справимся, я уверен.

— Я бы обошелся без драки с кучей ящериц, — ответил Зориан. — Как насчет такого варианта: ты немного отходишь от сенота и атакуешь их. Если судить по их прошлой реакции, они все выбегут, чтобы разобраться с тобой. И тогда я телепортируюсь в пещеру, заберу сферу и сразу назад. Даже если они оставят часть сторожить — с небольшим числом я справлюсь.

— А если при попытке забрать сферу ты вызовешь гидру? — нахмурился Зак. — Не обижайся, но твои боевые навыки…

— Я этой твари не ровня, я знаю, — кивнул Зориан. — Но мне и не нужно с ней сражаться. Достаточно выжить пару секунд, чтобы сплести заклятье телепортации. К тому же, подозреваю, что гидра не сможет выйти из карманного измерения в пещере. Она слишком большая. В прошлый раз она появилась из озера в глубине сенота, и в этот раз, думаю, будет так же.

— Но когда ты вынесешь сферу из пещеры, вокруг тебя будет полно открытого места, — заметил Зак.

Ух… черт. Об этом он не подумал.

— И даже если гидра не среагирует немедленно, ее присутствие превращает сферу в часовую бомбу. Монстр явно может выйти наружу, когда захочет. Что, если мы принесем артефакт в Сиории, а чудище решит прогуляться, пока мы спим или на что-то отвлеклись? Представь, что она может натворить. Если она не среагирует на взятие сферы, ее стоит намеренно выманить наружу, прежде, чем идти к людям.

Они все же приняли план Зориана, хотя исполнение оказалось несколько сложнее. Похоже, одного Зака было недостаточно, чтобы спровоцировать всех ящериц. Ведь он всего один, и даже его несусветная сила не особо бросается в глаза. Так что сперва против него вышли пятеро молодых дрейков. Разумеется, когда он с легкостью с ними расправился, весь сенот оживился… но недостаточно, чтобы атаковать единым порывом. Ящерицы чувствовали себя в безопасности, так что просто сбивались в кучи, ожидая, рискнет ли человек шагнуть на их территорию. К досаде Зориана, собирались они как раз вокруг нужной ему пещеры.

К счастью, когда Зак начал обстреливать логово артиллерийскими заклятьями, ящерицы поняли, что дальше тянуть нельзя. Они всем скопом рванулись к обидчику, оставив лишь горстку стражей. Зориан тут же телепортировался в пещеру, забрал сферу и был таков.

Миссия выполнена. Что касается гидры, она так и не появилась — ни когда он забирал сферу, ни пока они несколько часов ждали в джунглях. Зориан даже не знал, что об этом думать. С одной стороны, это значило, что им не нужно драться с огромным, телепортирующимся, благословленным богами чудовищем. С другой — Зак прав, это означало, что гидра может вылезти, когда не надо, и запороть весь цикл.

— Нам правда надо уже выяснить, как попадать в эту хреновину, — недовольно сказал Зак, крутя сферу в руках.

— Нельзя исключать вероятность, что это просто не предусмотрено, — заметил Зориан, задумчиво глядя на стеклянный шар. — Не так-то просто впечатать в предмет заклятье телепортации. Да, есть жезлы телепортации, настроенные на определенную точку, и есть платформы, завязанные друг на друга, но все, что сложнее, требует живого заклинателя. Возможно, прежние владельцы использовали специальное заклинание телепортации.

— Прелестно, — Зак подбросил шар в воздух, активируя его. Сфера замерцала и с негромким свистом словно провалилась сама в себя. Миг, и от нее осталось никаких следов. — Значит, нам придется либо искать это заклятье, либо разрабатывать с нуля. На это уйдут годы. Будто нам больше не на что время тратить…

Он призвал сферу, заставив ее вновь проявиться — и тут же снова развернул.

— Но если ты прав — это натуральная халтура, — продолжил Зак. — Кто, черт возьми, построит карманный дворец и не предусмотрит входа? Разве трудно размесить внутри платформу, или якорь возврата, или что-нибудь подобное? И, когда хозяин сферы командует, оно затягивает людей внутрь — или выбрасывает наружу. Это же возможно?

Он вновь призвал и вновь активировал сферу.

— Возможно, — согласился Зориан. — И вполне вероятно, что внутри сферы все это когда-то было. Но телепортационные платформы и якоря возврата требуют обслуживания. Они не пережили бы прошедшие века. Ну, или что-то внутри могло сломать их. Скажем, огромная взбесившаяся гидра…

— Об этом я не подумал, — поморщился Зак, призывая сферу. — Что-то нам…

Он вновь активировал артефакт, но в этот раз свист был куда громче. Прямо перед ними высилась гигантская разъяренная гидра.

Понятно, что следующие несколько минут прошли довольно… напряженно.

Чтобы справиться с монстром, потребовалось больше времени, чем они ожидали — но хотя бы не пришлось волноваться, что гидра убьет кого из людей Дэймена. Поначалу было тяжело, ведь тварь застала их врасплох — но когда они собрались и вырвались из зоны поражения, им просто оставалось держать дистанцию и бить гидру, пока та не сбежала в джунгли. На это ушло несколько часов, поскольку Зак снова вернул себе сферу, что очень не понравилось древнему стражу. Плюс Зориану был очень интересен ее распределенный разум, и он больше наблюдал, чем сражался.

Они не стали преследовать чудовище. Из сферы вышло — и ладно. Зато они обмозговали произошедшее и сочли, что гидра не просто так появилась лишь тогда, когда Зак развернул карманное измерение. Возможно, она просто не могла выйти, пока сфера в переносном режиме, и была вынуждена ждать. Что, в свою очередь, намекало, что в свернутую сферу невозможно попасть — и все их попытки со сферой в руках были тупиковым направлением.

Так или иначе, забрав сферу и избавившись от гидры, Зак и Зориан вернулись на свою базу в Косе — маленькое поселение аранеа, развернутое Посвященными вокруг местных врат Бакоры.

Зориан догадывался, что Посвященные встретят их куда гостеприимнее, если принести им ключ от Коса, но реальность превзошла самые смелые ожидания. Проверив код, аранеа чуть с ума не сошли. На то, чтобы убедить их в существовании петли, ушло чуть менее четырех дней, более чем вдвое быстрее обычного. Но симулакрума в Кос он все же послал — не хотел складывать все яйца в одну корзину, к тому же ему была нужна цепочка телепатических реле до Коса.

И все же, действующее соглашение с Посвященными очень радовало. Добраться до Коса можно и другими путями, а вот для поисков Ключа в Блантирре аранеа совершенно необходимы. Там не было сколь-нибудь заметных человеческих поселений, и корабли туда почти не ходили. Между Алтазией и Блантирром не было такого удобного архипелага, позволяющего прыгать с острова на остров — телепортация тоже отпадала. Окрестные моря и побережья были дики и неукротимы, кишели монстрами и иными опасностями. Зориан обсуждал это с Дэйменом — теоретически до Блантирра возможно добраться за месяц… но и только. Целый цикл трудного пути ради пары-тройки дней собственно поисков.

К счастью, Блантирр буквально усыпан вратами Бакоры. Их тут было даже больше, чем в других местах, словно держава, строившая их, была именно с этого континента. Что любопытно, ведь, насколько известно, люди никогда здесь не жили. Ученые часто спорили об этом, но Зориана подобные вопросы не интересовали — главное, что сеть врат Бакоры — единственный способ вовремя попасть в Блантирр. Утраченная в Блантирре имперская реликвия беспокоила его значительно больше иных сложностей сбора Ключей. Теперь же, зная, что, имея код, теоретически может достичь далекого континента всего за четыре дня, он словно сбросил с плеч тяжелый груз. Может, у них даже все получится…

— Что насчет твоего брата? — внезапно спросил Зак. — Разве ты не передал ему записи из прошлого цикла? Он же наверняка записал, где искать сферу.

— Он записал, но я уже предупредил его, что сферу заберем мы, — сказал Зориан.

— Ха. Он, наверное, был счастлив, — слегка улыбнулся Зак.

— Да, это его не обрадовало, — кивнул Зориан. — Но и слишком он тоже не расстроился. Он знает, что без нас ему гидру не одолеть. На один только сбор наемников, чтобы отбить сферу у монстров, уйдет больше месяца. Но он взял с меня слово, что по выходу из петли мы уступим сферу ему.

— Наверное, это будет честно, — пожал плечами Зак. — В смысле, штука мне нравится, но он ее заслужил, к тому же, он твой брат. Но будешь должен.

— Буду должен? — поднял бровь Зориан. — Должен что?

— Другой карманный дворец, разумеется, — Зак помахал сферой. — Скоро ты будешь учиться на лучшего спеца по карманным измерениям, так? Какой-то там дворец не составит тебе труда.

Какой-то там, значит. О карманных измерениях было мало что известно, но Зориан подозревал, что древняя реликвия близка к пределу возможного. Известны более крупные скрытые миры, но их совсем мало.

— Поправка, — сухо сказал Зориан. — Мы будем учиться на лучших спецов по карманным измерениям. Неужто ты упустишь шанс научиться такому?

— Такое я никогда не упущу, — ухмыльнулся Зак. — Но делать вещи лучше удается тебе, я больше люблю их ломать. Плюс, мы уже решили, что ты мне должен. Я великодушно согласился, что сфера отойдет твоему брату. Взамен — с тебя другой карманный дворец.

— Мы поговорим позже, когда станет понятно, насколько это вообще возможно, — беспечно сказал Зориан. — Но одно могу сказать прямо сейчас — именно дворец ты не получишь.

— Чёёё? — заныл Зак. — Почему нет?

— Потому что карманные измерения не создают материю, — Зориан указал на сферу в руках Зака. — Если хочешь, чтобы внутри был участок — тебе нужно «украсть» его, заключив в карманное измерение. Так что хочешь карманный дворец — ну, его сначала придется построить. И, если забыть об астрономической стоимости работ — я просто не умею проектировать и строить дворцы.

— Ох, — сказал Зак. — Ну да, звучит логично.

— Но если тебя устроит выдолбленная со вкусом пещера или миленькая деревянная хижина… я определенно могу с этим помочь, — добавил Зориан. — Черт возьми, если хочешь излишеств — я даже стеклянные окна могу сделать!

Это спровоцировало долгий спор, какое здание может построить один маг, имея только природные материалы. Дискуссия вылилась в строительное соревнование, где оба путешественника во времени постарались создать из подручных материалов самое роскошное жилье.

Забреди сюда случайный путник несколько часов спустя — он был бы поражен усыпавшими окрестности башнями, зиккуратами и обычными домиками. Вот только это место было слишком глубоко в джунглях, и едва ли его найдут до конца цикла.

Но вот летучие мыши и другое зверье наверняка оценили новые жилищные условия.

Зак и Зориан висели в черной пустоте. Черная бездна простиралась во все стороны, единственное, на что стоило посмотреть, парило перед ними — отдаленно человекообразная фигура с неярко светящимися глазами. Страж Порога.

Они давненько не заглядывали сюда. Опасались слишком часто встречаться со Стражем, чтобы не запустить какой-нибудь защитный алгоритм — вдруг он выяснит, что в петле целых два контролера, и с этим надо что-то делать. Но сейчас, имея на руках один из Ключей, они естественно пришли к Вратам Государя, посмотреть, как они отреагируют.

— Добро пожаловать, Контролер, — привычно негромко и бесстрастно поприветствовал Страж. Сущность ничем не выдавала, что помнит их прошлый визит.

— У нас есть вопросы, — прямо заявил Зак.

— Я постараюсь на них ответить, — успокаивающе согласился Страж.

Они не стали сразу спрашивать о сфере. Сначала сверили число оставшихся циклов, просто на всякий случай. У них оставалось сорок два, как и должно было быть. Затем Зориан призвал заранее заготовленный список вопросов о Красном, механике петли и тому подобных вещах.

Естественно, они ничего не добились. Страж когда не знал, чем им помочь, когда прямо отказывался давать ответы, говоря, что их допуск недостаточен. Они предвидели это, но все равно было досадно. В любом случае, исчерпав заготовленные вопросы, они наконец перешли к цели их визита.

— Страж, можешь теперь рассказать больше о Ключах? — спросил Зориан.

— Для этого принесите мне Ключ на проверку, — ответил Страж.

— Да-да… Чтобы узнать о Ключе, нужно принести Ключ. Очень логично, — закатил глаза Зак. — Но мы здесь не за этим. Вопрос вот в чем: если мы принесем один Ключ, это что-нибудь даст? Мы сможем задать о нем вопросы?

— Имея лишь часть Ключа, вы можете спрашивать лишь об этой части, — заметил Страж.

— Это ладно, — отмахнулся Зак. — Мы принесли один, почему бы тебе не взглянуть?

— Я не вижу его, — тут же ответил Страж. — Вы уверены, что правильно подключили его к залу управления?

— Погоди, что-что мы должны были сделать? — изумился Зак.

Как выяснилось, просто иметь Ключ с собой было недостаточно. Страж не знал, что было у них с собой, и его это не интересовало. Подключить Ключ к Вратам Государя предстояло самим Заку и Зориану.

И как это сделать? Страж был привычно бесполезен. Потребовалось два часа изматывающих поисков, чтобы понять, что нужно использовать маркер как своеобразную связь, одновременно подключившись к сфере и к Вратам. Лишь тогда Страж опознал реликвию.

— Это действительно часть Ключа, — подтвердил Страж.

— Наконец-то, — фыркнул Зак. — И что это нам дает?

— Само по себе — ничего, — ответил Страж. — Чтобы повысить уровень допуска, нужны все пять частей Ключа. Однако, как вы и хотели, вы можете задавать вопросы, касающиеся этой части. Но не забывайте, что я ничего не знаю о повседневном назначении предмета. Только его взаимосвязь с временной петлей.

— То есть если мы спросим про запечатанное в сфере карманное измерение… — начал Зориан.

— Я не смогу вам помочь, — закончил за него Страж. — Я даже не знал, что внутри Ключа запечатано карманное измерение, пока вы не сказали.

Повисло короткое молчание, Зак и Зориан хмуро переглянулись. Этого следовало ожидать, еще в прошлый раз было понятно, что Страж воспринимает мир иначе и часто попросту игнорирует не относящееся к его назначению. И все равно — разочаровывает.

— Ну ладно, — наконец сказал Зак. — Так что ты можешь рассказать о сфере? Какова ее роль в петле?

— Она содержит банк памяти, в котором Контролер может сортировать и хранить важные воспоминания из цикла в цикл, — сказал Страж.

Серьезно? Зак и Зориан обменялись изумленными взглядами. Такого они не ожидали.

— Банк памяти… — медленно повторил Зориан.

— Да, — подтвердил Страж. — Должным образом сосредоточившись на Ключе, вы можете ощутить в нем пустое пространство. Просто вызовите в уме нужные воспоминания и толкните их внутрь. Внутри они будут храниться неограниченно долго и будут всегда доступны для просмотра, пока вы не решите их удалить. Помните, что эта функция действует только внутри петли — с вашим выходом эта реальность схлопнется, и сохраненные воспоминания тоже будут уничтожены. Не забудьте перед выходом освежить в памяти все важные детали.

Путешественники молчали, осмысливая услышанное.

— Полагаю, теперь мы знаем, что это за таинственная пустота внутри сферы, — наконец сказал Зориан.

— Угу, — рассеянно согласился задумавшийся Зак. Глубоко вдохнул и снова повернулся к Зориану. — Звучит очень удобно.

— Да, — согласился Зориан. Для него эта функция была не столь важна, учитывая способность создавать пакеты памяти, но для обычных контролеров сфера была бы бесценна. Почти как передающиеся между циклами записи, только лучше. — Страж, есть ли предел объема банка?

— Предел есть у всего, — ответил Страж. — Но очень маловероятно, что вы сумеете его достичь. Даже научись вы сохранять всю свою память, и делай это каждый цикл, вы даже не приблизитесь к максимальному объему хранилища.

Хорошая новость. Наводит на интересные мысли… Ведь сумей он слить все хранящиеся в памяти записи в сферу, он сможет из цикла в цикл нанимать любое число экспертов.

— Как думаешь, другие имперские реликвии тоже несут какую-то функцию? — спросил он Зака.

— Вероятно, — согласился Зак. — Эй, Страж! Что насчет других Ключей? Есть ли у них относящиеся к петле свойства?

— Чтобы выяснить это, принесите эти части Ключа мне для проверки.

Зориан весело фыркнул.

— Ну да, наверное, тупой вопрос, — Зак цокнул языком. — Но, думаю, они все имеют дополнительную функцию. С чего бы сфере отличаться от остальных частей? Теперь мне еще сильнее хочется собрать их все…

— Неудивительно, что мы не нашли способа накладывать временные маркеры и исключать других из петли, — подумав, сказал Зориан. — Несомненно, эти способности тоже завязаны на имперские реликвии. Вероятно, корона, что носит Кватач-Ичл, и кинжал, хранящийся в сокровищнице Эльдемара.

Зак ненадолго задумался.

— Возможно, ты прав, — наконец сказал он. — Какой, думаешь, что дает?

— Ну, по ассоциации, полагаю, что кинжал удаляет людей из петли, — сказал Зориан. — И на роль раздачи временных маркеров остается корона.

— Хм. В этом есть смысл, если предположить, что временные маркеры подчинены основному, — стал вслух рассуждать Зак. — Значит, основной маркер — правитель, а правителю нужна корона.

Страж хранил молчание, ничем не показывая, что вообще слушает. Жалко. Зориан надеялся, что он как-то среагирует и тем подскажет, близки ли они к истине. Интересно, как все-таки эта штука работает. Выглядит, как безмозглый автомат, но некоторые реакции настолько естественны, что Страж кажется живым.

— Страж, ты запомнишь, что мы уже приносили этот Ключ, или для повышения допуска нужны все пять одновременно? — спросил Зориан.

— Для повышения допуска Ключ должен быть полным, — ответил Страж.

— Проклятье, — буркнул Зак.

— Мы это предполагали, — вздохнул Зориан.

Еще час они донимали Стража вопросами о банке памяти — но не узнали ничего критически важного, так что в итоге разорвали контакт с Вратами Государя.

В отличие от прошлого визита, в этот раз они приготовились куда лучше, и их тела ничуть не пострадали. Напротив, исследователи даже без магии разума оставили их в покое. Причиной послужили более грозные поддельные документы — и два массивных телохранителя, присматривавшие за телами парней, пока те общались со Стражем. Телохранителями, понятное дело, были просто натурально выглядящие големы, созданные Зорианом для этого визита. Для големов они были не особо хороши, зато на первый взгляд казались людьми, а остальное не имело значения. Им было нужно всего лишь молча сопровождать их с мрачным и угрожающим видом.

Их дела здесь еще не были закончены — они пришли не только пообщаться со Стражем, но и воспользоваться Черным Залом.

Правда, в этом их постигла неудача — не следовало проносить в Зал сферу первого императора.

Идея была притягательна. Если они смогут пронести в зону ускоренного времени карманный дворец — все проблемы с теснотой останутся в прошлом. Они смогут пронести в сфере все, что нужно — даже людей. Главный недостаток Черных Залов будет преодолен. Конечно, они пока не знали, как входить-выходить в сферу, но оба были уверены, что рано или поздно выяснят этот секрет. Сейчас же просто взяли реликвию с собой, посмотреть, что случится.

Ну да, случилось — Черный Зал просто отрубился сразу после запуска.

После часа анализа и напряженных дискуссий с нервничающими исследователями, парни выяснили, что затраты маны при запуске зависят от объема ускоряемого пространства. Протащив внутрь объем целого дворца, пусть и в свернутом состоянии, они многократно превысили доступный объем энергии. Вся лаборатория не была рассчитана на такие нагрузки — мгновенно исчерпав имеющуюся ману, Зал просто отключился. Исследователи, хоть и все еще робели перед их бумагами, устроили им суровый разнос за несогласованную попытку.

А, и еще они были весьма заинтересованы в изучении самой сферы. Зориан даже подумывал дать им ее, чтобы узнать, что сможет выяснить группа столь энергичных ученых, но пока отказал. Нужно все очень тщательно подготовить, иначе они просто подарят реликвию Эльдемару и опять спровоцируют общенациональный розыск.

— Интересно, действует ли это в отношении самой петли, — задумчиво сказал Зак по выходу из лаборатории. — Если мы создадим свое карманное измерение, то разве мы не увеличим ускоряемый объем, перегружая систему?

— Возможно, — сказал Зориан. — Но реальность петли огромна. Даже если мы увеличим объем своим карманным измерением, увеличение нагрузки будет ничтожным. Проблема Черного Зала в том, что он крошечный. Пространство внутри сферы во много раз превышает объем Зала. Пронеся туда сферу, мы словно пытались погрузить слона в одноместную лодку. Неважно, как хитро мы будем его туда заводить — он весит столько, что неизбежно все потопит. Боюсь, наша идея накрылась.

— Жаль, — сказал Зак. — Хотя — сфера прекрасно изолирует свое внутреннее пространство от остального мира. Как Черный Зал, только еще лучше. Что, если нам просто махнуть рукой на Зал и настроить лабораторию на ускорение времени внутри самой сферы? Я знаю, что объем внутри намного больше, но, может, расход будет меньше из-за лучшей пространственной изоляции? И даже если эффект будет слабее, я предпочту полмесяца во дворце месяцу в крошечной комнатушке…

— Мысль интересная, — признал Зориан. — Но для эксперимента такого размаха нам понадобится добровольное сотрудничество всей лаборатории. Самим нам ни за что не справиться, тем более, не в сверхсекретной лаборатории эльдемарского правительства.

Зориан сделал мысленную пометку вернуться к этой мысли позже. Пусть сейчас она едва ли выполнима, им потребуется все преимущество, которого удастся добиться.

Одним непримечательным воскресным утром Зориан, проснувшись, обнаружил, что дом Имайи осаждают.

Ну, не буквально осаждают, но впечатляющая толпа у крыльца надежно перекрыла выход. Зориан даже растерялся — как будто ничего из того, что он делал, не должно было дать такой эффект.

Он присоединился к уже проснувшимся жильцам, настороженно глядящим на толпу из окон. Толпа была разношерстна — от любопытствующих соседей до целителей, магов, вербовщиков гильдий, журналистов…

— Могу я узнать, что происходит? — спросил он у нервно заламывающей руки Имайи.

— Это моя вина, — смущенно сказал Каэл. — Прошу прощения.

— То есть — твоя вина? — поинтересовался Зориан. — Что ты сделал?

— Ну, ты же знаешь, что я работаю над улучшением медикаментов? И что я привлекал к своей работе других алхимиков и целителей? Вот и результаты моей работы оказались… довольно впечатляющими. Достаточно впечатляющими, чтобы поднять шумиху. Особенно когда их представляет кто-то столь молодой, за кем не стоит серьезная сила, — Каэл неуверенно поежился, и Кана, напуганная гнетущей атмосферой, плотнее прижалась к нему. — Мне очень жаль. Я не смог этого предвидеть.

Зориан покачал головой. Он не сердился на парня — тут была и его вина, раз он не присматривал за работой морлока и вниманием, которое она привлекает. К тому же, для него толпа у крыльца была лишь мелким неудобством — он мог свободно телепортироваться.

— Сначала они вели себя куда агрессивнее, пытались войти в дом, — сказала Имайя. — Но эти твои обереги не пустили их, и они слегка успокоились. Зато из-за оберегов пришли другие. Я не уверена, но кажется, люди из Гильдии Магов хотят с тобой поговорить…

И только тогда Зориан сообразил, что вообще-то для наложения столь мощных защитных чар в городской черте нужно разрешение Гильдии. Которого у него не было. Последнее время он так часто устанавливал обереги, не задумываясь о юридической стороне вопроса, что просто отвык делать это по правилам.

Ладно, возможно, это уже не мелкое неудобство…

В горах юга Алтазии была довольно известная система пещер, изрывшая древний вулкан. Сам вулкан вот уже столетие не был активен, но в пещерах по-прежнему были обширные полости и коридоры, по которым текла не остывающая лава. В этом богатом магией краю, тесно связанном с огнем, обитало множество огненных элементалей.

И к одному из них — Отцу Пекла, старшему огненному элементалю, сегодня и пришли Зак с Зорианом.

Отец Пекла не был старейшим из местных элементалей, но определенно самым терпимым по отношению к людям. Остальные жили глубоко в лавовых полях в пещерах вулкана — даже просто добраться до них уже будет подвигом, учитывая испепеляющий жар и проникающие повсюду ядовитые испарения, а уж уговорить капризного огненного духа выслушать тебя — практически безнадежная затея. Так что — Отец Пекла.

Они встретили старшего элементаля в широкой, просторной пещере черного базальта. Из трещин в полу и стенах бил пар и ядовитый газ, но воздух был пригоден для дыхания благодаря очищающим заклятьям. Что же до температуры… Ну, было жарко, но не слишком. Несколько часов можно вытерпеть.

Главной заботой путешественников было не убить и не покалечить никого из «детей» Отца Пекла.

Старший элементаль походил на исполинского геккона из остывающей лавы. Весь черный, с дышащими внутренним огнем трещинами на коже, равномерно затухающими и разгорающимися. Большие глаза с вертикальным зрачком горели желтым огнем. Вокруг него толпились меньшие ящерицы, похожие на его уменьшенную копию — но, присмотревшись, можно было понять, что это не элементали. Это живые существа.

Черные гекконы, судя по всему, были обычными ящерицами, пока Отец Пекла не вдохнул в них частичку своего духа, заставив сильно прибавить в размерах и овладеть мощной магией огня. Старший элементаль искренне любил своих питомцев, вплоть до того, что придал и себе сходный облик. Поговаривали, что он пытался сделать из них полноценных разумных существ. Отец Пекла не терпел, когда его «детей» обижали, немедленно атакуя обидчика — и звал на помощь остальных элементалей, если не справлялся сам.

Проблема в том, что его «детки» порой нападали первыми, вынуждая людей защищаться… но старшему духу это было безразлично. Он всегда был на стороне своих детей.

— Добро пожаловать, гости, — сказал Отец Пекла гулким, глубоким голосом. — Подходите, подходите. Прошу, не обращайте внимания на моих детей — они порою чересчур активны, но не желают зла.

— Гостеприимство Отца Пекла широко известно, — вежливо сказал Зак. — Надеемся, эти двое гостей будут его достойны. Пожалуйста, примите наши дары.

Они направили к духу парящий силовой диск, несущий небольшой базальтовый сундучок, остановив конструкт на уважительном расстоянии. Крышка откинулась, явив россыпь редких минералов, по слухам, ценимых огненными элементалями.

— Ну что вы, не стоило, не стоило, — длинный, ярко-желтый язык духа-ящера выстрелил изо рта, облизнув глаза. — Но было бы невежливо отвергнуть дар. Что, вы сказали, привело вас ко мне?

— Ну… — начал Зориан. — Мы хотели бы поинтересоваться, не слышали ли вы о местах, где могут быть заточены первозданные…

Дом Летова был довольно влиятелен в Фалкринее. Молодой Дом, достигший своего положения благодаря рецептам неких уникальных зелий, не имевших аналогов, но его будущее выглядело многообещающе. Их алхимический бизнес процветал, питая их репутацию и влияние как в Фалкринее, так и за рубежом.

Разумеется, они берегли свои алхимические секреты пуще зеницы ока. Значительная доля доходов расходовалась на охрану, прекрасно сознавая, что попади их рецепты в руки конкурентам — и о блестящем будущем можно будет забыть.

Сегодня Зак и Зориан пытались проникнуть в алхимический репозиторий Дома. И даже не за рецептами — хотя Зориан и не отказался бы взглянуть на них, если все получится — их вело любопытство. Они пришли испытать себя против изощренной системы защиты.

Проблема была проста. Им нужен императорский кинжал, хранящийся в королевской сокровищнице Эльдемара. Увы, королевский дворец был им пока не по зубам — элементарно не хватало опыта. Вот Зориан и предложил обкрадывать «меньшие» Дома, постепенно наращивая уровень сложности и накапливая опыт, пока не сумеют взять королевскую сокровищницу.

Они уже пытались вскрывать богатые особняки, когда успешно, когда нет. Дом Летова — их сложнейшая на текущий момент цель.

— Знаешь, — сказал Зак перед самым началом. — Меня неизменно забавляет, что ты артачишься влезать людям в головы, но без малейших колебаний потрошишь их сейфы.

— Это не одно и то же, — возразил Зориан.

— Я знаю, — согласился напарник. — И не пойми превратно, на самом деле я чувствую себя куда спокойнее, раз у тебя есть принципы в использовании магии разума. Но — меня это все равно забавляет.

— Но тебя, похоже, кража тоже ничуть не смущает, — отметил Зориан.

— Не, когда я был один, занимался этим постоянно, — отмахнулся Зак. — Только не скрытно, а с огнем и грохотом, продавливая обереги. Надо будет как-нибудь повторить. Это улёт. Тебе понравится.

Зориан фыркнул.

— Что-то сомневаюсь, — возразил он. — Хотя, возможно, ты в чем-то прав. Почему-то я куда спокойнее краду чужие записи, исследовательскую документацию и тому подобное — но не мысли и память. Магия разума… доступна в любой момент. Она проста, удобна, и… не думаю, что я достаточно хороший человек, чтобы противостоять искушению, если привыкну пользоваться ей свободно. А кража со взломом — это нервы, это стресс, это усилия по подготовке. Не думаю, что когда-либо привыкну к этому.

— Хмм, — протянул Зак. — Я не был бы так уверен. Практически все приедается, вопрос лишь в числе повторений. Но ты прав, подобный налет — не то, что делаешь по секундной прихоти. Ладно. Мы пришли за рецептами, не за философскими беседами. Мы когда-нибудь начнем?

— Уже, — отозвался Зориан. — Пойдём.

С тех пор, как они нашли сферу первого императора, минуло уже девять циклов. Напарники оттачивали навыки, искали специалистов и пробирались в охраняемые дома за опытом и секретами. Они широко расширили исследовательские программы, сохраняя промежуточные итоги в банке памяти, и изыскали новые источники дохода, чтобы все это оплачивать. Судомира допрашивали несколько раз, выжав из него всю информацию о вторжении и магии душ. Они обошли всех друзей и коллег Дэймена, сужая область поиска Ключа, затерянного в пустыне Кслотика. Они усердно трудились, постигая принцип действия ибасанских врат, и пытались оптимизировать работу с вратами Бакоры.

Не так давно они все же сумели войти в сферу. Для этого пришлось разработать специализированное заклятье, на что ушло несколько циклов — из-за сложности работы с карманным измерением и, соответственно, сложности поиска специалистов и сведений. Войдя, они обнаружили внутри телепортационную платформу в качестве встроенного входа — но без должного ухода она давно вышла из строя. Починив платформу, они больше не нуждались в заклятье — но лишь до конца цикла. В итоге Зак и Зориан перестали чинить платформу и просто пользовались заклинанием. Оно все равно было удобнее, позволяя входить и выходить в любом месте.

Что же до содержимого сферы… ну, к разочарованию Зака, они не нашли там других гидр. Зато там было полно опасных зверей и растений, так что расслабляться не приходилось. Они так же нашли огромное количество зелий, магического снаряжения, тайных гримуаров и ценных материалов… И практически все это безнадежно испортилось, сгнило, сломалось или устарело. Они не оставляли надежд и продолжали рыться в этих грудах хлама в поисках чего-нибудь действительно стоящего.

К счастью, повсеместное запустение коснулась и защитной схемы дворца. Очевидно, в прошлом здание было защищено впечатляющими оберегами и просто нереальным количеством ловушек (серьезно? катящиеся по коридорам гигантские каменные шары?), но большая их часть не выдержала проверки временем.

Зориан сидел на траве посреди укромной поляны. Неподалеку симулакрум возился с магической винтовкой, неустанно оптимизируя схему и время от времени проверяя прототипы на далекой скале. Зориан не хотел ему мешать, но сделал пометку в памяти, наложить на готовое изделие мощные приглушающие чары — эти штуковины оказались болезненно громкими. Хотя, учитывая размеры последних образцов, этого следовало ожидать. Проклятье, он заказывал симулакруму улучшить винтовку, а не разработать персональную пушку!

Сам Зориан управлял группой големов, сражавшихся против Зака, Аланика, Ксвима и Тайвен. Его противники сильно сдерживались, иначе големы давно были бы уничтожены, но это не страшно. Сегодня речь шла не о его мастерстве строителя големов, а о поиске оптимальной тактики для его боевых кукол.

Он воспользовался короткой паузой в схватке, чтобы проверить, как там его симулакрум в Косе. Ему больше не требовалась длинная цепь телепатических реле — знания магии душ, полученные от Судомира, позволили ему разработать способ связи через их общую душу. Симулакрум как раз договаривался с Дэйменом о какой-то сделке, так что Зориан оставил его в покое.

Наконец тренировочный бой завершился, и остальные четверо присоединились к Зориану — отдохнуть и расслабиться на траве.

Ну, то есть собирались расслабиться, пока его симулакрум не выстрелил снова, заставив всех вздрогнуть от оглушительного грохота.

— О боги, Зориан, — пожаловалась Тайвен. — Эта штука, которую делает твой двойник, уже больше походит на осадную пушку — и ты все еще недоволен? Зачем, позволь спросить, тебе такое оружие?

Зориан улыбнулся.

— Мы собираемся убить гигантского паука, — ответил он. — А потом соберем, что от него останется, и навестим одну несносную старуху…

Глава 74. Возвращение

Симулакрум номер четыре волновался. Наверное, зря, учитывая, сколько раз оригинал уже бился с серым охотником. Скорее, ему следовало ждать с предвкушением — сегодняшняя попытка обещала успех. Они стали сильнее, они хорошо знакомы с противником, и у них с собой хватает сюрпризов, заточенных специально против него. Может получиться. Может по-настоящему получиться, а не как в прошлые разы.

Может, в этом все и дело. В их прошлые попытки Зориан — и, соответственно, номер четыре — считали, что шансов мало. Даже когда они терпели неудачу, это было ожидаемо. В этот же раз они могли победить — и это волновало.

С другой стороны, сейчас им действительно нужны яйца серого охотника. Они могли связаться с Сильверлэйк и без них, но тогда переговоры будут куда труднее и неприятнее.

Он неосознанно прижал к себе винтовку, прикосновение к металлу рассеяло посторонние мысли. Он помнил, как час за часом тренировался с ней — но разум все равно воспринимал оружие чем-то чуждым… как и руки. Он был новым типом симулакрума, недавно разработанным оригиналом — его суть заключалась не в эктоплазменной оболочке, а в специальном големе, максимально копирующем оригинального Зориана. Он превосходил обычного симулакрума почти во всем — куда прочнее, куда экономичнее. Новая версия позволяла Зориану поддерживать вдвое больше симулакрумов — и не опасаться, что их развеет малейший прокол. Единственный минус — изготавливать големов-носителей было чертовски долго, а материалы — безбожно дороги. Во всяком случае — в теории. На практике же номер четыре чувствовал заметное стеснение движений, очевидно указывающее, что суставы куклы работают не столь хорошо, как ожидал оригинал. Несомненно, со временем Зориан найдет способ устранить или смягчить проблему, но для него лично это ничего не изменит. Только бы не заклинило в разгар битвы…

Но времени на размышления больше не было. Короткое сообщение прошло сквозь общую душу в сознание — его и трех других симулакрумов. Оригинал готов начинать. Он быстро проверил винтовку в последний раз и послал ответ о готовности — тем же способом, через душу. Очень удобно. Оригинал уже работал над следующим шагом, вдохновляясь распределенным разумом гидры и стаями мозговых крыс, но до его практического использования было еще слишком далеко. Пока что сойдет и "просто" общение через душу.

Началось. Серый охотник выпрыгнул из логова и немедленно устремился к Заку и Зориану, игнорируя рассыпавшихся по местности симулакрумов. В ответ ударил шквал заклятий, Зак и Зориан старались замедлить монстра, не растратив резерв. Зак бил мощными лучами силы, заставляя паучиху уклоняться, терять разгон. Зориан, в свою очередь, использовал прием Кирмы — держа в руках серый металлический куб, вычислитель и проводник заклятий, выпускал залпы крошечных, дешевых магических снарядов, безошибочно поражая уязвимые точки паучихи. Он подстраивался под ритм атак Зака, так что каждый залп давал по крайней мере несколько попаданий. Пусть каждый снаряд в отдельности был слаб и не нес смертельной угрозы — эффект, очевидно, был — паучиха с каждой секундой все сильнее впадала в ярость.

Номер четыре вел монстра стволом своей винтовки, но пока не стрелял. Пока серый охотник игнорировал симулакрумов — но стоит им начать палить, как все изменится. Нет, если он и его братья-двойники хотят помочь настоящему Зориану — они должны правильно выбрать момент.

Проблема была не в том, что паучиха могла увернуться от пули — она не могла. Зориан не знал никого, способного увернуться от сверхзвукового снаряда. Проблема заключалась в том, что серый охотник постоянно двигался, не давая прицелиться. В отличие от заклятий, пули не наводились на цель, а воздействовать на них магией было невероятно сложно. Максимум, что мог Зориан — чуть-чуть изогнуть траекторию ближе к цели. А ведь симулакрумы должны были не просто попасть в тварь — но попасть, не повредив яйца.

Грубо говоря, им нужно, чтобы серый охотник замер хотя бы на секунду. Легко сказать, но симулакрум не сомневался, что Зак и оригинал сумеют это обеспечить.

Серый охотник метнулся к Зориану. Зак был опаснее, но Зориан сильнее раздражал — и, вероятно, выглядел уязвимее. Избавиться от мерзкого слабака, и можно будет полностью сосредоточиться на главной угрозе. Но внешность бывает обманчива — чудовище врезалось в щит Зориана и замерло. Толстый барьер силы, окружающий Зориана, был чудом магической мысли, индивидуальным заклинанием, разработанным совместно с дюжиной специалистов, максимально использующим выдающиеся способности парня в плетении. Мягко светящиеся нити, оплетающие каждый дюйм силовой сферы, ярко горели в зоне удара, распределяя его силу по всей поверхности щита.

Серый охотник ударил снова, и вновь, щит наконец поддался… но не рассыпался. Исчезли лишь три небольших шестиугольных сегмента, и прежде, чем паучиха успела этим воспользоваться, весь щит перестроился, закрывая пробоину, соседние сегменты вновь сомкнулись.

Сообразив, что быстро разделаться с Зорианом не выйдет, тварь попыталась отпрыгнуть — но было поздно. Зак успел сместиться, заняв выгодную позицию, и атаковал тремя сверхплотными каменными ядрами. Паучиха крутанулась, как акробат, отбивая каменные шары точными пинками, но теперь уже Зориан швырнул в нее пару металлических цилиндров. Серый охотник, привыкший к надоедливым, но слабым атакам Зориана, и не чувствуя в цилиндрах мощного заряда, предпочел их проигнорировать, сосредоточившись на более опасных каменных ядрах.

За миг до касания цилиндры взорвались — какофонией звука, ярким светом, хаотичными магическими импульсами и резким запахом — и все это было специально подобрано против чувств серого охотника.

Застигнутое врасплох, дезориентированное, чудовище замерло. Всего на миг.

Симулакрум номер четыре нажал на спуск.

Оглушительно громыхнуло, и сразу же — еще дважды. Номер два не стрелял — его позиция оказалась неудобной, он боялся зацепить яйца. Из трех пуль одна прошла мимо — похоже, номер один промазал сильнее, чем могла исправить коррекция траектории. Но не страшно — и он, и номер три попали прямо в головогрудь, пробив прочный панцирь.

Живучесть серого охотника впечатляла — тварь лишь дернулась и тут же отскочила на полной скорости, словно и не получила прямо в голову две крупнокалиберные бронебойные пули. Уже неважно. Монстр был обречен — пули были заряжены дистиллированной эссенцией кристаллического слизня, магического монстра, ничем не уступающего охотнику, обращающего жертвы в кристалл. Кристаллизующие пули, как их назвал Зориан, уже изменяли внутренности паучихи, и остановить процесс было невозможно.

Похоже, тварь тоже это поняла — и впала в неистовство, исступленно атакуя Зака и Зориана, потом попыталась бежать. Естественно, ей не позволили. Дай ей уйти — она наверняка забьется в глубины подземелья и там издохнет; драгоценные яйца сожрут местные хищники. На ее пути встали земляные стены и силовые поля, нити и щупальца стремились опутать ее, вход в логово перекрыли открывшиеся пространственные врата.

Наконец внутренняя кристаллизация дала о себе знать — паучиха замедлилась, а потом и вовсе встала. Симулакрума номер четыре и других двойников послали достать кладку, поскольку у оригинала кишка тонка. С другой стороны, даже в агонии чудовище умудрилось разорвать одного из симулакрумов, так что, наверное, все правильно.

Но в любом случае… Серый охотник был мертв, а кладка яиц — цела.

Пора вновь навестить Сильверлэйк. Поразмыслив, номер четыре отошел от трупа и направился к оригиналу. Он тоже имеет право присутствовать при визите — хочется увидеть реакцию ведьмы. Будет несправедливо, если ему откажут лишь потому, что он симулакрум — ведь это он подстрелил монстра! Ну, он и номер три, но номер три не пережил последнюю атаку паучихи.

Он точно заслужил это право — и возражения не принимаются.

Заполучив труп серого охотника, Зориан и симулакрумы принялись аккуратно отделять яичную кладку — что оказалось куда сложнее, чем они думали. С другой стороны, кладка держалась намертво, когда паучиха делала невероятные кульбиты — так что глупо было ожидать, что можно просто потянуть, и все отклеится. Но ничего такого, с чем бы не справились Зориан и его двойники, имея возможность чуток подумать. Где-то через час они наконец сумели бережно отделить яйца от трупа чудовища.

Они немедленно отправились на поиски Сильверлэйк. Никто понятия не имел, как хранить яйца длительное время, так что следовало найти ведьму без промедления. Остов серого охотника они тоже прихватили, сгрузив в сферу первого императора — особой ценности кристаллизовавшаяся туша не представляла, но на зелье-другое могло хватить.

После спокойного и рассудительного обсуждения, Зориан согласился взять номер четыре к Сильверлэйк. Симулакрум — еще один довод, что он не просто самоуверенный малолетка, и заслуживает серьезного отношения.

В любом случае, долго искать ведьму не пришлось. Пусть она и скрывалась в карманном измерении, но Зориан знал примерное место — и здорово поднаторел в профильном прорицании. Ломиться в сокрытый мир не стали, это просто невежливо. Решили привлечь ее внимание более культурным способом — вытащив из сферы труп серого охотника и расхаживая перед якорем карманного измерения, выкрикивая ее имя.

Ведьма не заставила себя долго ждать — появилась, бросила заинтересованный взгляд на труп паучихи и сфокусировалась на гостях. Правда, от точки входа не отошла, и крепко сжимала длинный металлический жезл в костлявых пальцах.

— Привет, — Зак беспечно помахал рукой, солнечно улыбнувшись.

— Какие у меня сегодня интересные гости, — проигнорировала его дружелюбие Сильверлэйк. — Нечасто личинки магов умудряются отыскать мое жилище… а это у нас симулакрум, вплетенный в голема? Надо же, а ты смышленый.

— Ну, вы тоже ничего, — заметил Зориан. — Определили, что это, без каких-либо заметных заклинаний.

Он не шутил — сам он был пока на такое не способен. Ему бы пришлось несколько минут творить заклятья прорицания, чтобы точно выяснить, что перед ним. Конечно, она могла сделать это и до выхода из карманного измерения, но все равно впечатляет.

— Ну? Не молчите, — велела Сильверлэйк. — Зачем вы устраиваете переполох, отрывая старую женщину от послеобеденного сна?

— Мы пришли торговать! — ничуть не смущаясь, все так же жизнерадостно заявил Зак.

— Мы убили серого охотника, сохранив кладку яиц целой, — перешел к сути Зориан, махнув рукой в сторону мертвого чудовища. Его симулакрум небрежно извлек паучьи яйца из коробки. Глаза ведьмы вспыхнули алчностью; она быстро взяла себя в руки, но Зориан успел заметить. — Мы подумали, что они могут вас заинтересовать.

— О? И почему же вы так подумали? — Сильверлэйк по-птичьи наклонила голову вбок.

— Потому что когда-то вы сами сказали мне об этом, — прямо сказал Зориан.

— Потому что когда-то я сама сказала тебе об этом, — медленно повторила Сильверлэйк, глядя на него, как на идиота. — Как любопытно. Может я и стара, но память меня еще не подводит. И я не помню, чтобы когда-либо говорила с тобой.

Перед приходом сюда Зак и Зориан долго решали, что ей сказать. Рассказывать о петле опасно — она наверняка искусна и в магии душ, и в магии разума. Она сильная ведьма, а ведьмы традиционно обращаются к этим искусствам. Но убеждать ее с помощью лжи и манипуляций слишком долго… А времени, смешно сказать, им катастрофически не хватало. Так что они единогласно решили сказать вредной старухе правду и посмотреть, как отреагирует. Даже если она нападет, они, вероятно, справятся.

Вероятно.

— Вы не помните, потому что мы живем в постоянно повторяющемся мире. В ночь летнего фестиваля мир исчезает. Все возвращается на месяц назад, и продолжается, как ни в чем не бывало. Вы повторяете свои действия в течение месяца, снова и снова, как бесконечная музыкальная шкатулка — постоянно забывая об этом и начиная сначала, — Зориан намеренно добавил драмы и таинственности.

Сильверлэйк слушала, подняв бровь, словно услышанное удивляло и забавляло ее.

— Ты смотри, вы прошли весь путь досюда, только чтобы рассказать это? — негромко хохотнула ведьма. — Кажется, я поняла, откуда ветер дует. Мне уже говорили, что я порой повторяюсь в споре.

— Не только вы, — покачал головой Зориан. — Все переживают этот месяц снова и снова. Только я и Зак защищены от этого.

— А, ну конечно! — Сильверлэйк хлопнула себя по лбу. — Конечно же вот в чем дело! Несомненно, я тоже могу приобрести эту защиту, по весьма умеренной цене, и спасти себя от ужасной, кошмарной судьбы… вечно повторять одно и то же? Должна признать, мошенники в наши дни стали весьма изобретательны.

— Вообще-то мы ничем не можем вам помочь с этой проблемой, — недовольно цокнул языком Зак. — Печально, но ничего не поделаешь. Мы здесь не за этим. Как я уже сказал — мы пришли торговать, яйца серого охотника в обмен на магическую помощь.

Сильверлэйк секунду хранила молчание.

— А, вот как, — наконец сказала она. — Это был просто ответ на мой вопрос. Я спросила, откуда вы знали, что мне нужны паучьи яйца, вы ответили. А если я спрошу настоящую причину?

— Это настоящая причина, — ответил Зориан. — Не моя вина, что вы не верите.

— Хмф, — фыркнула Сильверлэйк. — Из чистого любопытства — во время этой беседы, которой я не помню, говорила ли я, зачем мне яйца серого охотника?

— Нет, не говорили, — признал Зориан. — Сказать по правде, тогда я был на вас зол и не задавал вопросов. Я пришел к вам за помощью в срочном деле, а вы стали гонять меня по всевозможным заданиям. И когда я, без единого слова упрека, все их выполнил — в награду вы послали меня за яйцами серого охотника. Тогда я был куда слабее, и это по сути означало, что вы хотите от меня отделаться.

— Звучит похоже на меня, — глубокомысленно кивнула Сильверлэйк. — Но это подводит нас к другому вопросу — почему ты думаешь, что мне действительно нужны эти яйца? Может, я просто отослала тебя куда подальше, чтобы под ногами не путался?

Ну, честно говоря, Зориан вовсе не был уверен. Это была просто догадка — на это указывало, например, то, что Сильверлэйк сама пыталась добыть яйца. Но ей это знать не обязательно.

— Я эмпат, — сказал он. — Так что я уверен, что вы и правда хотите эти яйца. Очень хотите.

Сильверлэйк скривилась.

— Маг разума, — с отвращением выплюнула она. — Ну что за непруха. Магия разума хороша только тогда, когда я применяю ее на других. Ладно, ладно, признаю, мне нужны эти яйца… но не так сильно, как ты надеешься!

— То есть? — спокойно спросил Зориан.

— Один из моих важных проектов требует их, но это лишь один из двух недостающих компонентов. Если бы ты принес оба, я действительно отчаянно хотела бы договориться. Но, увы-увы, без второго компонента яйца всего лишь… интересны.

Зак, выслушав, закатил глаза.

— Вы прямо, как вас описывал Зориан, — сказал он. — Стоит выполнить одно ваше задание, тут же даете другое.

— Ну, это уже несправедливо, — рассудительно сказала она. — Ведь я не помню, чтобы посылала вас за яйцами. Но, тем не менее, я не говорила, что не хочу получить яйца. Только то, что вам не стоит рассчитывать на многое в обмен на подобную мелочь.

Мелочь, значит. Ага.

— Из чистого любопытства, каков второй необходимый компонент? — спросил Зориан.

— Кости и органы гигантской бурой саламандры, выросшей свыше определенного размера, — сказала Сильверлэйк.

— И всего-то? — удивился Зак. — Их же тут полным-полно!

— Не все так просто, — пояснила Сильверлэйк. — Да, их много в окрестных реках и бухтах, но они просто недостаточно велики… недостаточно взрослы. Видишь ли, гигантские бурые саламандры не умирают от старости. Просто растут. Но они довольно слабы, а после определенного возраста их рост сильно замедляется — так что практически ни одна не доживает до нужного мне размера. Мне нужна по меньшей мере столетняя саламандра, а они невероятно редки.

— А нельзя разводить их в неволе? — спросил Зак.

Судя по взгляду Сильверлэйк, она никогда не слышала ничего более тупого.

— Кто будет ждать сто лет, пока ящерица вырастет? — спросила она. — Ни у кого нет столько свободного времени, мальчик. К тому же, они наверняка передохнут задолго до ста лет. Я совершенно не умею выращивать гигантских саламандр.

Зориан не мог не вспомнить их первую встречу. Если память ему не изменяла, тогда он только что, защищаясь, убил здоровенную бурую саламандру. Тот самый ключевой компонент, что так нужен ведьме. Тогда он в неведении отдал добычу Сильверлэйк… а та, приняв нечто столь ценное, просто отослала его с невозможным поручением — даже не выслушав!

Эта старая иссохшая стерва!

— Давайте перейдем к делу, — он проглотил нахлынувшее раздражение ради достижения цели. — Наше предложение: кладка яиц серого охотника в обмен на месячное обучение созданию карманных измерений. Что скажете?

— О? Карманные измерения? — задумчиво сказала Сильверлэйк, постукивая пальцем по подбородку. — Так вот что вам нужно. Это редкое и сложное умение. Ты уверен, что вообще способен этому научиться?

Отлично, она не стала отрицать, что владеет этим искусством. Зориан слегка опасался, что ее жилище — просто находка, а не ее творение. Тогда бы пришлось искать другого специалиста.

В любом случае, он не собирался убеждать ее словами — Зориан просто открыл пространственные врата в Кос. Видя, что он творит заклинание, Сильверлэйк мгновенно насторожилась, но прерывать не стала. Примерно в середине процесса она разгадала, что он делает, и расслабилась — а потом явно заинтересовалась, когда врата открылись.

Она несколько раз обошла портал, внимательно его изучая, и повернулась к Зориану.

— Надо же, а ты полон сюрпризов. Не думаю, что когда-либо видела столь стабильный, искусно выполненный пространственный переход, — нехотя признала ведьма.

Зориан улыбнулся — конечно, она не видела. Его врата были разработаны на стыке традиционных, выученных у Ксвима методов, и новых идей, почерпнутых от ибасанских врат и врат Бакоры. Он сомневался, что кто-то еще имел возможность изучить столько подходов к пространственным вратам.

— Как видите, я неплох в магии пространства, — сказал Зориан. — Как и мой друг Зак. Не сомневайтесь, мы сможем понять ваши уроки.

— Что же, это все прекрасно, — довольно ухмыльнулась Сильверлэйк. — Остается лишь вопрос оплаты. Видишь ли… Не думаю, что яиц серого охотника будет достаточно.

Зориан и глазом не моргнул — он и сам ожидал, что Сильверлэйк отвергнет первое предложение и потребует большего. Кто-то столь жадный и ненасытный никогда не согласится на первое предложение.

Хорошо, что он может предложить много больше.

— Мог бы поспорить, но сегодня я щедр, — сказал он и дал знак Заку, немедленно вытащившему сферу первого императора. — Мой друг держит в руках переносное карманное измерение, где содержатся древние руины. Это утраченный артефакт Эры Богов, который, вероятно, невозможно воспроизвести современными средствами. Если вы согласитесь, мы позволим вам во время обучения исследовать этот артефакт. Уверен, вы представляете, насколько это может быть полезно для ваших навыков работы с карманными измерениями.

Сильверлэйк явно представляла — она столь пристально впилась взглядом в сферу, что Зориан забеспокоился, не попытается ли ведьма отобрать реликвию силой. Но через несколько секунд она оторвала взгляд от сферы и покачала головой.

— Добавь к этому твое заклятье модифицированных Врат, и мы договорились, — сказала она.

— А, нет, на это я не могу согласиться, — с деланным сожалением возразил Зориан. — Хотя насчет заклятья мы еще можем договориться… если вы тоже кое-что добавите.

Сильверлэйк сердито нахмурилась, но Зориан проигнорировал ее недовольство. Если она так жадна — он тоже так может. Он видел, что она хочет заклятье врат — почему бы не извлечь максимум выгоды?

— Полагаю, ты имеешь в виду что-то конкретное? — спросила она.

— Я хочу обрести духовное зрение, — сказал Зориан. — Но к сожалению, под рукой нет зелья из куколок могильных мотыльков.

— Да, оно совершенно не хранится, — подтвердила Сильверлэйк. — Максимум полгода, и то это уже риск. Но серьезно, зачем ты беспокоишь меня по таким пустякам? Просто убей кого-нибудь, как делают практически все некроманты. Даже если у тебя совершенно нет таланта к магии душ, десяти-двенадцати жертв должно хватить.

— Не вариант, — сердито посмотрел на нее Зориан. — Совсем. Если для этого нужно ритуально убивать людей — я лучше обойдусь без этой способности.

— Ба, — выплюнула Сильверлэйк. — И зачем такому чистюле духовное восприятие? С таким подходом ты никогда ни черта не добьешься в магии душ.

— Оно может спасти мне жизнь, — ответил Зориан. — И вообще это не ваша забота. Вопрос в другом: вы можете это сделать? Можете меньше, чем за месяц, изготовить мне зелье духовного восприятия?

— Хмф, — фыркнула Сильверлэйк. — Ты вообще знаешь, насколько сложно достичь духовного восприятия с помощью всего лишь зелья?

— Да, — решительно сказал Зориан. — Знаю. Потому и обращаюсь к вам.

Вообще-то большая часть познаний Зориана в этой области была получена на допросах Судомира. Аланик тоже кое-что добавил, но покрытый шрамами воинствующий жрец крайне неохотно говорил о некромантии и прямо заявил, что уступает в этом искусстве мэру Князевых Дверей. Так или иначе… выходило, что все души по умолчанию имеют определенные способности к духовному восприятию — но оно надежно заблокировано. Если верить Аланику, по замыслу богов духовное зрение должно было пробуждаться только после смерти, чтобы душам было проще найти путь, и его преждевременное пробуждение в материальном плане сулит «опасные искушения». И боги запечатали его до момента смерти, чтобы не толкать людей к ереси и греху. Судомир же заявил, что эта способность — неотъемлемое свойство душ, эгоистично запечатанное богами из страха перед людской волей и изобретательностью. Учитывая гнусный характер большинства известных некромантов, Зориан склонялся к версии Аланика.

Впрочем, это было неважно. Даже Аланик признал, что само по себе духовное восприятие злом не является. Церковь Триумвирата не рекомендовала стремиться к нему, но в то же время сама широко использовала его. Все высокоранговые жрецы и изрядная доля низкоранговых владели им в той или иной мере. С исчезновением богов Церкви пришлось искать новую силу на замену божественному покровительству… И массовое пробуждение духовного зрения среди жрецов было одной из таких мер. Именно Церковь разработала и оптимизировала зелье из могильных мотыльков — самый доступный из существующих алхимических способов пробуждения этого дара. Вот только рецепт был настолько прост и распространен среди жречества, что просочился к мирянам и был подхвачен некромантами.

Зориан когда-то удивлялся, что люди нашли в зелье, доступном раз в 23 года… но потом нашел в памяти Судомира фрагментарный рецепт альтернативного зелья, и сразу оценил разницу. Компоненты было не достать ни в магазинах, ни на черном рынке. Их предстояло с боем добывать в диких и опасных уголках мира, причем, как правило — из существ, способных тем или иным образом атаковать в духовном плане. Задача, крайне опасная даже для Зака с Зорианом. Чтобы изготовить зелье, описанное в памяти Судомира, требовались обширные связи, чтобы отыскать компоненты, могущество, чтобы добыть их, и искусный алхимик, вероятно, никогда в жизни не готовивший этого зелья, но способный добиться успеха с первой попытки.

К тому же, все подобные составы работали по одному принципу — толкали принявшего на грань смерти, и возвращали в последний момент. Практически как «особая тренировка» Аланика, только еще суровей. Очевидно, что если зелье приготовлено неверно, его прием убивал на месте. И пусть могильные мотыльки появлялись лишь раз в двадцать три года, зато появлялись в огромных количествах, и алхимики могли попрактиковаться на настоящих компонентах.

Разумеется, были и другие способы обрести острое духовное восприятие. Просто они им не подходили.

Например, с ним можно было просто родиться. Некоторые люди обладали врожденным духовным зрением, «глазами духов», как это называли исследователи — аналогично таланту эмпатии и инстинктивной магии разума. Очевидно, Зориан к ним не относился. Некоторые, едва не умерев, обретали эту способность случайно. Но точных условий такого события никто не знал, так что это тоже не подходило. Наконец, был простой и доступный способ с человеческим жертвоприношением. Просто создать временную духовную связь с человеком — и убить его. Медленно. Сохраняя в сознании, иначе не сработает. Именно этим способом воспользовался Судомир — и большинство молодых некромантов, в силу его доступности.

Пережив ритуал в памяти Судомира, Зориан знал, что просто не сможет так поступить. Он, как сказала Сильверлэйк, чересчур чистюля, чтобы запытать до смерти дюжину человек.

— Если знаешь, насколько это зелье сложно, то должен понимать, что за месяц даже я не управлюсь. Один только сбор ингредиентов…

— Мы обеспечим вам любые ингредиенты, — прервал ее Зак. — От вас потребуется только приготовить из них правильный состав.

— Хмм, — задумчиво протянула Сильверлэйк. — Вы убили серого охотника, не повредив яйца. Это говорит в пользу ваших боевых навыков. Однако, сбор компонентов для духовного зелья старого образца потребует хотя бы минимальной духовной защиты.

— Мы ей владеем, — сказал Зак.

— Вот как? — удивленно спросила она. — Что же, хорошо. Если предоставите компоненты, думаю, я могу приготовить вам зелье духовного восприятия. Но только само зелье, я не передам вам рецепт и не позволю наблюдать за процессом приготовления.

— Приемлемо, — кивнул Зориан. Он подождал несколько секунд, но она ничего не добивала. — Так мы договорились? В обмен на яйца серого охотника, изучение переносного карманного измерения и мое объяснение заклятья Врат, вы согласны обучить нас созданию карманных измерений и приготовить зелье духовного восприятия.

Сильверлэйк молча стояла, вероятно, обдумывая сделку. Она хмурилась и кривилась, изредка что-то неразборчиво бормоча и двигая руками. Зориан пристально наблюдал за ней, опасаясь, что среди бессмысленных жестов может прятаться активация заклятья — но все выглядело невинно. Ну, насколько невинно может быть подобное неуравновешенное поведение.

— У меня есть вопрос, — наконец сказала она. Зориан жестом предложил ей продолжать. — Ранее вы рассказывали дикую историю о том, что этот месяц бесконечно повторяется, а я теряю память об этом — в отличие от вас. Не значит ли это, что все, что я получу в этой сделке, исчезнет, а полученное вами — останется навсегда?

— Я думал, вы нам не поверили, — заметил Зориан.

— Давай на миг представим, что поверила, — не моргнув глазом, ответила Сильверлэйк. — Я неправа?

— Вы правы, — покачал головой Зориан. — По большому счету, для нас сделка намного выгоднее. Все, что вы получите, исчезнет в конце месяца, но полученные от вас знания и мое пробужденное духовное восприятие останутся с нами.

— Тогда… разве не глупо говорить мне об этом? — полюбопытствовала Сильверлэйк. Кажется, она не сердилась, просто интересовалась их логикой. — В смысле, я не верю во всю эту чушь, но если бы верила, едва ли согласилась бы на ваши условия.

— Я думаю о будущем, — спокойно сказал Зориан. — Созданию карманных измерений невозможно обучиться за месяц. Мы оба это знаем. Я буду приходить снова и снова, предлагая эту сделку — и буду начинать с того места, где остановился. Возможно, поначалу я смогу обманывать вас, говоря, что учился у кого-то другого, но это быстро станет невозможным. В какой-то миг мне придется объяснить, почему я владею вашими приемами, а вы этого не помните.

— Ну, это все хорошо… но какой смысл в этом сейчас? — заинтересованно спросила Сильверлэйк.

— Сейчас удачное время узнать у вас что-нибудь, что поможет убедить вас в моей правдивости в следующих циклах, — сказал Зориан. — Может, вы и не верите мне, но явно не прочь обсудить идею… На что указывает ход беседы.

Она нахмурилась, но он не смутился.

— Словом, я надеюсь, что рано или поздно вы скажете мне что-нибудь, что можно будет предъявить вашей будущей версии. Что убедит ее, что петля реальна, и мы уже встречались, хоть она этого и не помнит.

Сильверлэйк молча посмотрела на него — и разразилась кудахчущим смехом.

Зориан вздохнул. Он не видел тут ничего смешного.

— Мальчик, да ты еще безумней меня! — она наконец успокоилась, стукнув себя пару раз в грудь, чтобы унять смех. — Так и быть, я принимаю сделку! И раз уж я в таком хорошем настроении, я дам тебе награду! Хочешь секрет? Я расскажу тебе. Яйца серого охотника и тело столетней саламандры нужны мне для зелья юности.

— Вы пытаетесь исключить смерть от старости? — удивился Зак. — Вау. Это невероятно продвинутый уровень. Я слышал от Зориана, что вы мастер-алхимик, но не думал, что вы настолько хороши.

— Глупый мальчик, — хихикнула Сильверлэйк. — Я не борюсь со смертью от старости. Я уже этого добилась.

Путешественники во времени онемели. Бессмертная?!

— Ха-ха! — прокудахтала Сильверлэйк. — Удивлены, да? Верно, я могу остаться такой вечно. Пусть мой цветущий вид вас не обманывает — я действительно древняя.

— Насколько древняя? — осторожно спросил Зак.

— Невежливо спрашивать даму о ее возрасте, — ответила она с притворным смущением. — Но могу сказать, что это трехзначное число. Ну так вот, я неплохо защитилась от времени, но этого мало. Я хочу вернуть свою молодость. И с этими паучьими яйцами — я всего в шаге от цели.

Повисло короткое молчание. Зак и Зориан просто не знали, что сказать.

— Неплохой секрет, а? — сказала Сильверлэйк.

Она же, по сути, просто хотела похвастаться, так?

— Да, — кашлянул Зориан. — Определенно. Так вот, о нашем договоре…

— Приходите через два дня, — отмахнулась Сильверлэйк. — Вы явились без предупреждения и застали меня врасплох. В доме жуткий беспорядок, принимать там гостей нельзя. Нужно достать пару стульев из подвала, протереть мебель, возможно, кое-что обновить. Кажется, у меня еще сохранился тот пирог с грибами, над которым я экспериментировала пару лет назад. Я знаю, это звучит подозрительно, но он отлично хранится, и после него такие чудные сны…

— Тогда яйца останутся у нас до следующей встречи, — проигнорировал ее разглагольствования Зориан.

— Хмф. — фыркнула Сильверлэйк. — Ладно, будь по-твоему. Недоверчивые сопляки. Не забудь поместить их в темное, сухое место с высоким уровнем маны, иначе они испортятся, и сделка будет расторгнута!

— Я запомню, — кивнул Зориан. Похоже, хранить яйца куда проще, чем он опасался. — На всякий случай, это безопасно? Яйца не проклюнутся через пару часов, выпустив кучу маленьких, но опасных пауков?

— Нет-нет-нет… Ну, не должны… — неуверенно ответила Сильверлэйк.

— Мы будем хранить их вдали от населенных мест, — решительно сказал Зак. — А когда пойдем забирать, первым пойдет твой симулакрум.

— Эй! — возмутился присутствующий симулакрум.

— Ну хватит, — рявкнула Сильверлэйк. — Все будет в порядке. Верьте мне.

Все трое кисло посмотрели на Сильверлэйк, показывая, насколько они ей доверяют.

— Нынешняя молодежь… никакого почтения к старшим, — сердито пробурчала она. — Ну, идите уже! Было приятно поболтать, расстанемся на этой ноте. Не забудьте в следующий раз принести подарки! Поверить не могу, явились в гости и даже бутылки редкого вина не принесли. Разве не знаете, что традиция дарения очень важна? Нет, не отвечайте, ваше мнение меня не интересует. Пошли! Пошли!

Тем и закончилась их встреча с Сильверлэйк — она выгнала их, как бродячих кошек, забравшихся в огород. И все же они добились всего, за чем приходили. Зориан был счастлив.

Оставалось надеяться, что она выполнит свою часть сделки.

Вновь придя к Сильверлэйк, Зак и Зориан застали ее рядом с неказистым домишкой, потрошащей пару бурых саламандр. Эти были поменьше, не шли ни в какое сравнение со здоровенной ящерицей, когда-то напавшей на него — видимо, эти нужны не для зелья юности, а зачем-то еще. В любом случае, она с улыбкой поприветствовала их и тут же потребовала паучьи яйца. Они передали их и терпеливо ждали, пока она придирчиво изучала товар. И только потом ведьма запустила их в дом — оказавшийся вовсе не домом, а скорее замаскированным входом в карманное измерение.

Ну, то есть на внутренний слой карманного измерения. Сама хибара тоже была сокрыта в свернутом пространстве, почему Зориан в свое время и не мог ее найти, прочесывая лес. Но карман с домишком был лишь внешним слоем измерения, которое можно было по желанию спрятать или проявить в реальности. Внутри домишки было заякорено другое, более крупное карманное измерение, служившее ведьме домом и мастерской.

По словам самой Сильверлэйк, хибара была лишь «вывеской, чтобы дурить простаков».

Что же до внутреннего слоя, там были симпатичный, роскошный двухэтажный дом, обширный сад со множеством редких магических растений и надежно укрытая оберегами алхимическая лаборатория.

Да-да, могущественная ведьма, гордившаяся своей традицией и демонстративно различавшая алхимию и «зельеварение»… имела отлично оборудованную лабораторию, прямо как у городских алхимиков. Забавно.

С тех пор прошло пять дней, и пока что Сильверлэйк держала слово. Зориан опасался, что она будет халтурить, поручая им непонятные тренировки, а сама на весь день скрываясь в мастерской — но его опасения не оправдались. Возможно, сказывалось то, что они в самом сердце ее территории и могли в отместку спалить дом и сад. Или она действительно хотела продвинутое заклятье Врат и понимала, что их готовность объяснять прямо зависит от ее добросовестности. Так или иначе, Сильверлэйк давала длинные, исчерпывающие лекции и даже создала свернутое пространство размером с кулак в качестве демонстрации.

Создание карманных измерений оказалось обманчиво простым. Общий смысл сводился к тому, чтобы растянуть выбранный участок пространства в своего рода миниатюрную пространственную бутыль… и заткнуть ее. «Пробка» называлась якорем и сдерживала свернутое пространство от распрямления, когда магия заклинателя уже не воздействовала на него. После этого карманное измерение можно было постепенно раздуть до предела, который мог выдержать якорь.

Очевидно, ключевую роль в этом процессе играло именно создание якоря. Свернутое пространство соприкасалось с остальной реальностью именно в этой точке, она служила как входом, так и основой стабильности карманного измерения. Размер и сложность якоря определяли объём и стабильность скрытого мира. Если уничтожить якорь — то же самое вскоре произойдет и с его измерением.

Пока что ни Зак, ни Зориан не смогли создать действующий якорь, даже самый маломощный. Процесс ничуть не уступал в сложности заклинанию Врат, и требовал даже больше маны и сосредоточенности. Зориан с глухим недовольством понял, что Зак, вероятно, овладеет умением раньше него — у напарника было куда больше свободной маны на тренировки.

К тому же регенерация резерва Зориана уже несла изрядную нагрузку поддерживая шесть симулакрумов. Смешно, он разработал новый способ, сократив расход энергии вдвое… и тут же растратил высвободившуюся ману, увеличив число двойников.

Он сидел на земле в карманном измерении Сильверлэйк, принимая доклады симулакрумов и ожидая, пока восстановится резерв. Один из симулакрумов был в Косе, вместе с Дэйменом ломая голову, где искать остальные Ключи. Другой устроил набег на библиотеку академии, ища книги с ограниченным доступом по теории продвинутой пространственной магии. Третий договаривался с очередным не слишком известным экспертом. Четвертый и пятый работали над совершенствованием голема-платформы для симулакрумов. Сам Зориан не считал это направление столь важным, но у него не было выбора — двойники устроили забастовку, пока он не согласился постоянно держать двоих на этой задаче.

Наконец, шестой и последний работал над сложным и потенциально опасным проектом — модификацией собственного разума.

Пока без особого размаха — Зориан не хотел, чтобы его обезумевшая копия устроила переполох или, того хуже, пришла за ним. К тому же симулакрумы — по сути, он сам, и тоже не горели желанием рисковать своим рассудком. Учитывая угрозу для собственной безопасности, и неприятную возможность, что собственные симулакрумы могут взбунтоваться, если он зайдет слишком далеко, Зориан распорядился, чтобы номер шесть пока ограничился самоиллюзиями. Тренировался заглушать шум и отвлекающие факторы, подсвечивать цели, добавлять напоминания, и тому подобное. Весьма традиционный, очень безопасный подход к ментальным улучшениям. Поскольку изменялось только восприятие, а не мысли и чувства, шансы все запороть значительно сокращались. Маги людей проделали огромную работу в этом направлении, в основном — добиваясь, чтобы прорицания показывали свой результат в поле зрения заклинателя. Конечно, Зориан консультировался и с аранеа. Просвещенные Поборники и Творцы Совершенных Фантомов помогли больше других, хотя заметную помощь оказали и некоторые малые паутины, вроде Туманного Покрова и Приюта Мечты.

— Мальчик, я велела тебе следить за котелком, — рявкнула Сильверлэйк, вырывая его из раздумий. — Будешь витать в облаках — состав побежит через край. Прекрати. Это непрофессионально.

— Угх, — недовольно выдохнул Зориан, покосившись на массивный железный котел слева от него. Сильверлэйк по сути запрягла его помогать с алхимией… простите, зельеварением на время отдыха. Но предполагалось, что это всего на десять минут, и вот она возвращается, когда прошло не меньше получаса.

— Я не подписывался быть вашим личным помощником. Пора уже брать за это плату, — достаточно громко пробормотал Зориан. Ведьма притворилась, что не слышала, и он повысил голос. — Что вообще в этом котле? Если привлекаете меня к своим проектам, то хотя бы разъясняйте, что происходит.

— Это эксперимент, — рассеянно отозвалась Сильверлэйк, занятая очисткой похожего на морковку корня. — Уверена, ты заметил, что последние дни я потрошила мелких саламандр. Я пытаюсь искусственно сгустить регенеративную эссенцию саламандр, чтобы заменить ей недостающую столетнюю ящерицу. Вряд ли получится, но попробовать стоит.

— Регенеративная эссенция? — нахмурился Зориан. — Так вот зачем вам саламандры?

— Разумеется, — сказала Сильверлэйк. — Они могут отрастить любую потерянную часть, оправиться от любого ущерба. Если достаточно аккуратно рассечь их надвое, обе половинки отрастут в полноценных, здоровых ящериц. Полезное свойство. Целительская магия, как правило, лишь ускоряет и усиливает естественную регенерацию, что не особо помогает в случае со старыми ранами. Но эссенция саламандры, в достаточной концентрации и в сочетании с кое-какими другими компонентами… О, она может даже обратить время вспять, вернув молодость!

— Хмм, — задумчиво отозвался Зориан. Ладно, это слегка интереснее, чем он думал. Но все же… — А почему вы делаете это таким способом, в простом котле под открытым небом? У вас есть лаборатория на зависть профессиональным алхимикам. Почему не использовать ее?

— Хмф. А ты не слишком осведомлен, — сказала Сильверлэйк. — Я делаю это таким способом, потому что он эффективнее. Достаточно хорош для моей цели. Используя сложное оборудование, я не добьюсь цели быстрее или лучше — только потрачу ресурс дорогостоящего снаряжения и замучаюсь с уборкой.

Зориану было нечего возразить. В ее словах была своя логика.

Некоторое время оба молчали. Наконец Сильверлэйк закончила готовить дикие корни и небрежно бросила их в кипящий котел. Несколько секунд наблюдала за кипением, потом задумчиво кивнула и добавила дров в огонь.

— Знаешь, чем отличаются алхимия и зельеварение, мальчик? — неожиданно спросила ведьма, прищурившись и глядя на него.

Зориана подмывало сказать, что зельеварение — всего лишь разновидность алхимии, но он знал, что такой ответ ее не устроит.

Она имела в виду зельеварение в понимании древних ведьм, а не современного школьного образования.

— В зельеварении используется только котелок, и ничего больше, — сказал Зориан.

— Да, — согласилась Сильверлэйк. — Глупо звучит, правда? Испортившееся зелье может испустить облака ядовитого газа, взорваться тебе в лицо, или обрызгать, растворяя кожу. Да черт, и успешное зелье порой ведет себя не лучше! Очень часто старые ведьмы несут на себе следы долгой практики и мелких ошибок — шрамы, странный запах, заболевания кожи. Современная алхимия настолько лучше, настолько точнее. Так почему же, думаешь, старые ведьмы пользуются своим способом?

Зориан наклонил голову, пытаясь сообразить, к чему она клонит. Причем тут вообще все это?

— Потому что это… дешевле? — предположил он.

— Ха. Близко, — сказала Сильверлэйк. — Потому что алхимия, в ее современном виде, требует для работы цивилизацию. Нужно изготовить реторты, контейнеры, горелки и все прочее. Нужно вырастить, найти или выследить компоненты. Нужно привезти все это нуждающимся… или иметь связи, чтобы воспользоваться готовым. Нужно охранять лаборатории от воров и других посторонних. У старых ведьм просто нет всего этого, вот они и сыплют все в большой железный котел, отмеряя на глаз. Как ты и сказал, это дешевле. В деньгах и инфраструктуре.

— Понятно, — помолчав, сказал Зориан.

— В наши дни практически все ведьмы используют алхимию в дополнение своих традиционных умений, — продолжила Сильверлэйк. — Могу поспорить, древние ковены сочли бы нас еретиками. Но древние ковены сгинули на моих глазах, и это едва ли совпадение. Времена меняются. Ковены не хотели меняться и заплатили за это. У алхимии есть своя ниша… как и у зельеварения. Не суди поспешно.

— Вы рассказали целую лекцию лишь для того, чтобы в конце попенять мне? — раздраженно фыркнул Зориан.

— Так ты лучше запомнишь, — хохотнула Сильверлэйк. Попробовала кипящую жидкость железным черпаком, которым недавно помешивала. — Ну ладно, думаю, можно оставить его на несколько часов. Ты уже отдохнул, мальчик? А ты здоров бездельничать — просто чудо, что ты дошел до нынешнего уровня, совсем не умея трудиться. Вот когда я была в твоем возрасте…

Зориан вздохнул и поднялся на ноги, стараясь ее не слушать. Послал короткое сообщение номеру шесть, чтобы тот поспешил с сенсорными фильтрами. Они нужны ему как можно скорее.

Глава 75. Похититель душ

В бескрайних пустошах севера Алтазии хватает редких и ценных вещей. Экзотические материалы, интересные места, исчезнувшие на юге магические растения и животные… все это, и многое другое, можно найти, поискав как следует — если вы достаточно сильны, чтобы выжить в процессе. Дело, конечно, не в том, что юг континента от природы беднее севера — когда-то и он был не менее изобилен — просто распространение цивилизации и обилие магов на юге изрядно истощили его ресурсы. Исчерпанные шахты, вырубленные и обращенные в пашни леса, запечатанные или превращенные в регулируемые истоки выходы Подземелья, разрушенные войной или людской недальновидностью уникальные места, истребленные опасные животные и растения… Никто не хотел жить по соседству с тигром-людоедом или разоряющим посевы бродячим деревом, сколь бы высоко эти редкие экземпляры ни ценились у магов где-нибудь за рубежом.

С растением, что искали Зак и Зориан, дела обстояли точно так же. Соседство с хризантемой-душеловкой, одной из редких сущностей, питающихся душами, нервировало людей — так что в освоенных регионах цветок быстро исчезал. Путешественникам во времени пришлось отправиться в дикие, нетронутые человеком земли, чтобы его отыскать.

Они стояли, укрытые сферой невидимости, настороженно следя за шествующим мимо огромным черным медведем. Пусть медведь и не представлял для них особой опасности, желания драться с ним совершенно не было — живучая, и при этом практически бесполезная в плане трофеев зверюга. А учитывая, что они почти весь день продирались сквозь густые заросли, оба хотели просто найти хризантему и отправиться домой.

Хорошо, что медведь сейчас не охотился и не обращал особого внимания на окружение. Он просто прошел мимо и вскоре скрылся из вида.

Зак развеял маскирующую сферу и тщательно просканировал окрестности. Пусть здесь и не столь же опасно, как, скажем, на нижних уровнях Подземелья, терять бдительность нельзя. В сердце пустошей встречается такое, с чем даже два путешественника во времени предпочли бы не сталкиваться без подготовки.

— Весь этот сбор ингредиентов для Сильверлэйк оказался неожиданно труден, — не обнаружив угрозы, Зак слегка расслабился. — Они или редкие, или опасные, а то и одновременно — а Сильверлэйк не дала нам ни одной подсказки… Причем технически нам даже жаловаться не на что, задача явно выполнима. У чертовой ведьмы настоящий талант к этому делу.

— Я практически уверен, что большая часть ингредиентов не относится к зелью, — вздохнул Зориан. Сориентировался и зашагал на северо-восток. Зак без возражений последовал за ним. — Вероятно, они нужны ей для каких-то своих целей, вот она и загрузила нас. Проблема в том…

— …что мы понятия не имеем, какие из них нужны для зелья, — закончил за него Зак. — Рецепт она не показывает. Можно только гадать и требовать объяснений, но, в отличие от нее, мы не можем терять время, и она это знает. Даже если мы угадаем, она не уступит, и может даже взвинтить цену из вредности.

— Да, — кивнул Зориан. — Но не важно. Главное, что это выполнимо. Мы можем подыграть, раз ей так хочется.

— Верно, — согласился Зак. — Слушай, ты уверен, что мы идем в правильном направлении? Мы уже больше двух часов ищем, а цветка все нет. Может, йети нам солгали? Они не слишком любят людей.

— Шаман племени не лгал, — покачал головой Зориан. — Он думал, что хризантема сожрет самоуверенных идиотов, так что честно рассказал, что знал. Он получает обещанную нами плату, двое людей гибнут. Двойная выгода. Просто у йети нет понятия карт или точных координат, он дал лишь смутные ориентиры на местности. Имей терпение.

— Но скучно же, — капризно протянул Зак.

— Не повезло, значит, — безжалостно отрезал Зориан.

Зак смолк — на целых секунд десять.

— А знаешь, сама идея — драться с цветком — звучит забавно. И довольно стыдно, — заметил он.

— Ну, не знаю, — отозвался Зориан. — Как по мне, драться с теми кроликами пару дней назад было более стыдно. Тем более, что в итоге нас обоих покусали.

— Угх. Не напоминай, — пробурчал Зак. — Это наверняка один из тех самых лишних ингредиентов. Ну правда, где зелье духовного восприятия, и где кролики?

— Думаю, те красные кристаллы у них во лбу — это своего рода сенсоры, — предположил Зориан. — Мы так и не смогли подобраться к ним незамеченными.

Следующие полчаса они на ходу обсуждали список ингредиентов, пытаясь вычислить лишние — и пришли к выводу, что очевидных вариантов нет. Каждый компонент вполне мог использоваться в зелье духовного зрения — может быть, Зориан просто слишком недоверчив, а может, Сильверлэйк хорошо подумала, добавляя к списку дополнительные пункты. Сам Зориан склонялся к второму варианту.

— Я знаю, мы обсуждали это еще до визита к Сильверлэйк, но ты действительно уверен, что это необходимо? — наконец спросил Зак. Видя растерянное лицо Зориана, пояснил. — В смысле, духовное зрение. Оно тебе действительно нужно?

— Конечно, я не уверен, — покачал головой Зориан. — Может, когда мы соберем Ключ, все тут же благополучно разрешится, и мой поиск духовного зрения окажется просто тратой времени… Но дело в том, что даже если Страж не спросит, почему нас двое, и вернет нас в наши тела, есть одна проблема…

— В твоем изначальном теле уже есть старая душа, — закончил Зак.

— Ну, точнее сказать, что тело, которое я надеюсь занять, никогда не было моим, — поправил Зориан. — Но да, это главная проблема. Если я хочу покинуть петлю, то должен как-то захватить мое тело в реальном мире. Может, Страж бы и смог просто поменять души местами, но он четко сказал, что это противоречит его назначению. Не думаю, что наличие Ключа тут что-то изменит.

— Это я понял, — сказал Зак. — Но может, тебе не нужно буквально захватывать тело? Может, ты сумеешь как-нибудь… ну, сосуществовать с прежним собой?

— Мысль интересная, — ответил Зориан. — Моих познаний в магии душ недостаточно, чтобы сказать, возможно ли это, но… Для этого тоже потребуется духовное зрение.

— Ну да, наверное, — вздохнул Зак.

Несколько секунд они шли молча, Зориан не спускал глаз с утеса забавной формы, названного старым йети в числе ориентиров. Должно быть где-то здесь…

— Так что на самом деле тебя беспокоит? — наконец спросил он.

— Знаешь, лично я совсем не уверен, что именно я настоящий Контролер петли, — сказал Зак. — А если так… у меня могут быть те же проблемы, что и у тебя.

— А, — кивнул Зориан. Сам он считал, что опасения Зака беспочвенны, но уже знал, что убеждать напарника бесполезно. — Понятно.

— Не думаешь, что мне тоже стоит обзавестись духовным восприятием? — спросил Зак. — Идея убить себя-прошлого смущает меня куда сильнее твоего, но должен признать… Если выбирать между мной и им…

— Подстраховаться не помешает, — сказал Зориан. Настоящий Контролер Зак или нет, но никаких препятствий он не видел. — Только лучше попытаться в одном из следующих циклов. Мы не знаем, как защитные механизмы маркера отреагируют на зелье. Помнишь, как они обнулили цикл, когда ты пытался пройти особую тренировку Аланика?

— Помню, — поморщился Зак. — Если бы не тот случай, у меня были бы собственные симулакрумы.

— Ну и вот. В этот раз они могут среагировать так же, ведь зелье действует по схожему принципу, — отметил Зориан. — Для проверки лучше дождаться менее интересного цикла.

— Ага, я не тороплюсь, — Зак оглядел окрестности. — Как думаешь, сколько ты еще будешь искать этот цветок-душеед? Может, стоит прерваться и продолжить завтра?

— Вообще-то… — Зориан сосредоточенно рассматривал группку непримечательных деревьев. — Мы на месте.

Он указал на землю у подножья одного из деревьев — там из травы гордо возвышался красивый белый цветок.

В хризантеме-душеловке не было ничего сверхъестественного или зловещего. Да, крупное растение, но и огромным не назовешь. Стебель и листья обычного зеленого цвета, легко теряющиеся на фоне травы. Единственный цветок размером с голову Зориана венчал непримечательное в остальных отношениях растение, его бесчисленные лепестки изгибались внутрь, образуя цветущую полусферу.

Вот только этот мирный, заурядный вид был ловушкой. Растя на одном месте, хризантема была вынуждена подманивать жертв поближе. Стоит парням подойти поближе — и цветок явит свою истинную суть.

— Помнишь, я сказал, что драться с цветком довольно смешно? — спросил Зак.

— Угу?

— Беру свои слова назад. В опасной и столь искусно скрывающейся твари нет ничего смешного. Я смотрю на нее в упор — и по-прежнему не вижу ничего подозрительного. Не знай мы заранее, что это и где его искать — мы бы вообще не обратили внимания.

— Мм, — согласно протянул Зориан. — Если подумать, это один из опаснейших противников, какие могут нам встретиться. Твари вроде серого охотника могут убить нас, но в петле это всего лишь неудобство. Но этот цветок… Наткнись мы на него случайно, не готовыми к схватке и без духовных оберегов — могли бы потерять души.

— Ну, ты мог бы потерять, — нахально поправил Зак. — Защита моего маркера, вероятно, сработала бы в момент извлечения. А вот тебе бы не повезло. Ты ведь знаешь, что делают пожиратели душ?

— Сдирают внешние слои, питаясь ими, и сохраняют неразрушимое ядро души в качестве своеобразной батареи, — отозвался Зориан. — Или, в случае с призраками, создают из ядра себе подобных. Не знаю, сколько времени занимает процесс, но даже если он длителен — к концу цикла я наверняка получил бы тяжелейшие повреждения души. И провел бы в глубокой коме все последующие циклы, до самого исчезновения петли.

Оба молча посмотрели на невинно выглядящий цветок, думая о своем.

— Ладно, хорош жевать сопли, — Зак хлопнул в ладоши, вырывая напарника из раздумий. — Давай уже выдернем цветочек и порубим на ингредиенты!

Быстро посовещавшись, они решили, что к цветку лучше подходить кому-то одному. Второй останется вдалеке, готовый выдернуть товарища, если все пойдет наперекосяк. Осталось только решить — кто останется позади, а кто пойдет к опасному растению.

Тут и разгорелся неожиданно жаркий спор — каждый считал, что именно он должен атаковать. Зориан напирал на то, что его духовные щиты прочнее, и что не стоит привыкать обрывать циклы на полпути. Зак, в свою очередь, заявлял, что это глупо, и атаковать должен именно он. Да, щиты Зориана прочнее, но если этого не хватит — он может умереть навсегда. Что по сравнению с этим какой-то оборванный цикл?

— Да что за чушь, — сказал Зак. — Ты ведь даже не любишь драться!

— Но дерусь, когда это требуется, — возразил Зориан. — К тому же, ты преувеличиваешь уровень угрожающей мне опасности. Если увидишь, что я упал и не шевелюсь — убей себя. Это перезапустит цикл и выдернет мою душу из пасти твари. Сомневаюсь, что хризантема успеет повредить ее за столь короткое время.

— План с самоубийством — плохой план, — поморщился Зак. — Право слово, я все еще не могу поверить, что до освоения маркера ты таскал бомбу на шее…

— Вообще-то я все еще таскаю бомбу на шее, — Зориан вытянул из-под рубашки самую обыкновенную золотую цепочку. Он настолько продвинулся в заклинательных формулах, что взрывной заряд в цепочке более не ощущался. Если не использовать диагностические заклятья, никто не поймет, что это не просто украшение. — Всегда полезно иметь запасной вариант. Но, пожалуй, ты прав… не думаю, что не справлюсь, но вероятность тревожная. Знаешь что — в этот раз я постою в сторонке, но если не справишься — то в следующем цикле за хризантемой иду я. Договорились?

— Договорились, — кивнул Зак. — Если сейчас не справлюсь, скорее всего, не справлюсь и в следующий раз. А терять циклы глупо. Мне все еще хочется пнуть себя каждый раз, как подумаю про впустую растраченное время…

Зак зашагал к хризантеме — и весь их спор оказался бессмысленным. Цветок неожиданно быстрым, текучим движением развернул к ним «лицо» — и от него прянула едва заметная рябь, накрыв их обоих.

Они оба давно были в зоне поражения. Просто хризантема предпочла не торопиться.

Быстрая волна во все стороны не оставляла шанса увернуться. Застигнутый врасплох Зориан мог лишь стиснуть зубы, принимая атаку. Зак, ожидавший подвоха, успел укрыться под сферой щита. Не то, чтобы это ему чем-то помогло — рябь прошла защиту, даже не заметив, ударив обоих путешественников практически одновременно.

Такого Зориан ни разу в жизни не ощущал. В глазах плыло, искрясь вспышками света и мимолетными иллюзиями, в ушах гудело, словно от близкого взрыва. Его чувство равновесия полетело ко всем чертям, кожу щипало по всей поверхности, а из желудка словно кто-то пытался вырваться. Лишь титаническим усилием воли он не рухнул на землю, заливая все рвотой. Своего рода оглушение. Невероятно сложное оглушение, сплетающее физический, духовный и ментальный аспект в один неудержимый удар.

Зориан сосредоточился на собственном разуме и силой заглушил ментальный аспект атаки. Вся сложная структура атакующей техники разбалансировалась, позволив ему несколько прийти в себя. В глазах немного прояснилось, и он увидел упавшего на четвереньки Зака — напарника выворачивало на траву. Сказать по правде… неудивительно. Зак не так хорошо владел духовной и тем более ментальной защитой, и к тому же стоял ближе к хризантеме.

Но прежде, чем Зориан успел хоть что-то сделать, хризантема повернулась к нему. Возможно, хищник заметил, что он пережил удар легче другого, или потому, что он был дальше от цветка и мог убежать, но в любом случае, тварь решила начать с него. Бесчисленные белые лепестки окутались призрачным синим огнем и раскрылись, словно зубастая пасть, явив черный провал в центре цветка.

Душа Зориана задрожала в теле, посылая волны боли. В обычных условиях атака такой силы не представляла бы для него угрозы… Но, измотанный оглушающей атакой, он с трудом сопротивлялся притяжению хризантемы. А оно не прекращалось, наоборот, всасывающая сила становилась все сильней и сильней — цветок все крепче вцеплялся в его душу.

Тем не менее, Зориан был спокоен. До нападения хризантема ничем не отличалась от других растений в лесу. У нее не было заметного разума, он не мог на нее воздействовать. Сейчас же он отчетливо ощущал мысли растения-хищника.

Собрав всю концентрацию, он обрушил на тварь мощный ментальный удар. Теперь ее очередь терпеть ошеломляющие атаки — воздействие на душу Зориана тут же прекратилось, хризантема дернулась и медленно закачалась, пытаясь оправиться.

Зориан не дал ей такого шанса. Ему все еще было редкостно паршиво после первого удара, но он непреклонно вливал энергию в новые и новые телепатические атаки. Цветок отчаянно сопротивлялся. Он ничего не смыслил в телепатических дуэлях, но умел инстинктивно ставить ментальные барьеры и обладал мощным сопротивлением магии, заставляя Зориана напрягаться и немилосердно расходовать ману.

Некоторое время спустя Зак достаточно оклемался, чтобы вступить в бой. Он сотворил гигантский призрачный клинок и обрушил его на стебель хризантемы. Честно говоря, это выглядело, как откровенный перебор, и Зориан забеспокоился, что напарник загубит ингредиент. Цветок был нужен им относительно целым.

Но хризантема не растерялась — и исторгла из черной пасти поток мерцающих звезд навстречу несущемуся клинку. Мерцающие искры тут же образовали купол — и приняли удар гигантского меча, даже не дрогнув.

Ядра душ пожранных хризантемой существ, сообразил Зориан. Она может неким образом ими управлять, формируя в защитные конструкты.

А нет, не только в защитные. Зак и Зориан продолжали натиск, и цветок осознал, что схватка складывается не в его пользу. Щит рано или поздно не выдержит, а ментальные удары Зориана не давали повторить духовную атаку. Сообразив это, хризантема преобразовала купол в несколько тонких жгутов и взмахнула ими. Зориан думал, что она будет атаковать ими, но в очередной раз недооценил растение. Оно быстро обвилось жгутами вокруг ближайших веток и, вырвав себя из земли, пустилось в бегство.

Следовало признать — зрелище выкопавшегося и удирающего, прыгая, как диковинная обезьяна, с ветки на ветку, цветка — было совершенно новым опытом.

Но, к несчастью для хризантемы, даже столь отчаянные меры не помогли. Она испустила еще один оглушающий импульс, пытаясь оторваться, и это действительно их замедлило — но в итоге они загнали ее и убили.

— Нас перехитрил и чуть не сожрал цветок, — сказал Зак, все еще держась в стороне от останков хризантемы. — Мы никому об этом не расскажем. Никогда.

Зориан с готовностью согласился.

Тайный Орден Звездного Дракона, более известный, как Культ Дракона, что Внизу, был не просто странной сектой. Это была целая система взаимопомощи, планомерно продвигающая своих членов. Они поручались за своих соратников, когда компетентность и надежность тех была под сомнением, помогали им найти работу и необходимое обучение, предлагали своим займы на более выгодных условиях, предоставляли доступ к закрытым или дорогостоящим библиотекам, оказывали юридическую помощь, если у кого-то из них возникали проблемы с Гильдией. Чем выше ты находишься в Культе, тем шире список возможных преимуществ.

Собственно, потому Культ и был столь распространен и влиятелен. Масштабный экстремистский заговор, что они воплощали сейчас, был весьма нехарактерен для них — практически всю свою историю Культ был просто смесью тайного общества и клуба взаимовыручки. Да, смесью подозрительной и не очень легальной, но ничего такого, что бы спровоцировало власти на полномасштабную охоту. Главным врагом Культа была Церковь Триумвирата и ее паства, считающие веру в Дракона прямым вызовом своим догмам.

В любом случае, столь обширная организация не могла обходиться только официальными членами. У них было множество связей и специалистов, изредка работавших на благо Культа. Некоторые из этих привлеченных специалистов искренне веровали в Дракона и соблюдали дистанцию, лишь бы не рисковать основным составом; другие были просто наемниками — или даже не представляли, чьи заказы выполняют. В своем расследовании Зориан по большей части игнорировал этих союзников Культа — искать их было чертовски долго, а ему и так было, чем заняться.

А потом Аланик несколько раз допросил Судомира, и выяснилось, что безумный мэр Князевых Дверей располагает подробным досье на всех этих людей. Видимо, некромант тщательно собирал сведения о Культе, опасаясь, что в будущем их интересы могут столкнуться. У Судомира были не лучшие отношения с верхушкой Культа — те считали его желание легализовать некромантию бредом. И, в отличие от Зориана, у Аланика было свободное время.

Зориана и сейчас не интересовали эти люди — что вообще можно от них узнать? Жрец считал иначе — и занялся расследованием со всей самоотдачей, максимально используя возможности временной петли, проверяя каждую деталь, вырванную Зорианом из разума Судомира.

И, похоже, сегодня его усилия увенчались успехом. Аланик сообщил Заку и Зориану, что нашел кое-что важное и будет ждать их в непримечательном доме в одном из престижных районов Сиории.

Прибыв, парни обнаружили, что дом оцеплен людьми Гильдии Магов — но их ждали и пропустили без задержек. Зориан вновь задумался, какую же должность занимает Аланик, чтобы вот так спокойно приказывать самым разным людям — но жрец упрямо молчал, а Зориан слишком его уважал, чтобы заглядывать в его мысли.

— Вы звали — мы пришли, — помахал рукой Зак. — У вас есть что-то для нас?

— Не скажу, что полностью понимаю… ту ситуацию, в которой вы оказались, — сказал Аланик, осторожно выбирая слова в присутствии посторонних. — Но кажется, вы упоминали, что интересуетесь Вейерсом Боранова, так?

Зориан ошарашенно посмотрел на жреца.

— Что? При чем тут Вейерс? Он здесь? — спросил Зак.

— В некотором роде, — ровно ответил Аланик и жестом предложил им последовать за ним в подвал дома. — Это дом одного из юристов, тесно связанных с Культом Дракона, что Внизу. Сам он не состоял в их обществе, но часто помогал им и поддерживал их идеи. Я получил разрешение на обыск, и… ну, вот что я нашел, открыв ледник в подвале дома.

Аланик остановился у одного из трех холодильных ящиков у стены подвала и бесцеремонно поднял крышку. Внутри было замороженное тело подростка с безмятежным выражением на застывшем лице.

Это, несомненно, был Вейерс Боранова.

Зак и Зориан почти полминуты молча смотрели на тело.

— Он… мертв? — тупо спросил Зак.

— Определенно, — ответил Аланик. — Как я слышал, ни один из вас не ладил с ним, так что соболезнований не предлагаю.

— Значит, хозяин дома… — неуверенно начал Зориан.

— Джорнак Докочин, — подсказал Аланик.

— Да, этот Джорнак… это он убил Вейерса? — спросил Зориан. — Когда это произошло?

— Он утверждает, что не убивал парня, — сказал жрец. — Говорит, тот по неизвестным причинам умер во сне. Вечером был в порядке, разве что угрюм, а утром Джорнак зашел его проведать и нашел мертвым в кровати. В другое время я бы отмел такое объяснение, но время…

— Он умер в первый день цикла, так? — предположил Зак.

— Да, — кивнул Аланик. — Заморозка и прошедшие дни не позволяют сказать с уверенностью, но я практически уверен — здесь та же ситуация, что и с аранеа под Сиорией и наемниками, найденными мертвыми в своих домах.

— Разве это не означает, что его душа была убита? — нахмурился Зак. — И он не Красный?

— Этого недостаточно, чтобы сказать наверняка, — покачал головой Зориан. — Мы понятия не имеем, как Красный вошел в петлю, и что случилось, когда он вышел. Кто знает, может, именно так выглядят последствия выхода.

— Угх, — пробурчал Зак. — То есть мы нашли Вейерса, но это нам ничего не дает. Терпеть такое не могу.

— Ну, во всяком случае… Если он лежал в холодильнике в надежно зачарованном доме, то понятно, почему мы не нашли его в прошлых циклах. А что он вообще тут делал?

— Джорнак не горит желанием сотрудничать со следствием, — ответил Аланик. — И отказывается говорить со мной. Он юрист, так что надавить на него несколько сложнее. Потому я и позвал вас. Если хотите расспросить его — это надо делать сейчас. Боюсь, Дом Боранова уже в курсе находки и скоро будет здесь.

Аланик провел их на второй этаж, где под присмотром пары караульных отбывал домашний арест Джорнак. Юрист ходил взад-вперед по комнате, как тигр в клетке, злой и взволнованный. Он проигнорировал их приход, даже не взглянув.

Зориан оглядел комнату и ее хозяина. Джорнак оказался моложе, чем он думал, где-то двадцать с хвостиком, с красивым мальчишеским лицом. Одет дорого и с безупречным вкусом, хотя и несколько старомодно; в убранстве комнаты делался акцент на образованность и культуру хозяина — вдоль стен стояли заполненные книжные шкафы, то там, то здесь попадались миниатюрные произведения искусства.

У родителей Зориана в Сирине была подобная комната. И, подобно им, Джорнак наверняка даже не заглядывал в большинство выставленных на обозрение книг.

— Итак, мистер Докочин, — начал Аланик. — Я вернулся. Не обращайте внимания на моих помощников, они здесь просто для поддержки. Теперь, когда вы немного успокоились — может, поговорим, как цивилизованные люди?

Зориан вопросительно посмотрел на жреца. Он что, специально злит парня? Успокоившимся Джорнак точно не выглядел. Аланик не ответил на его безмолвный вопрос, так что Зориан не стал ему мешать. В принципе, теперь, когда он здесь, желания Джорнака уже не имеют значения.

Юрист наконец соизволил повернуться к ним, брезгливо оглядел парней и более не обращал на них внимания.

— Вы в церкви и правда любите помоложе, а? — кисло спросил он у Аланика. — Я знаю свои права, мистер Зоск. Я ни с кем не буду говорить, пока не прибудут представители Гильдии Магов и мой адвокат. Пока же их нет — я предпочел бы, чтобы вы не тратили мое время.

— Юрист хочет доверить свою защиту другому, — заметил Аланик. — Любопытно.

— Как умный хирург не станет оперировать самого себя, так и юристу не стоит защищать себя в суде, — небрежно ответил Джорнак. — Я и не ждал, что пес церкви поймет такие тонкости. Такие, как вы, мните себя над законом.

— Хммм, — невозмутимо протянул Аланик. — Сказать по правде, я ожидал подобный ответ. Зориан?

Зориану не потребовалось пояснение. Он мысленно потянулся и коснулся разума Джорнака. У молодого юриста был какой-никакой ментальный щит, но этого было решительно недостаточно. Прорвав защиту, как бумагу, Зориан сдавил его мысли железной хваткой.

У Джорнака округлились глаза.

— Отвечайте на вопросы, — приказал Зориан.

— Н-нет! — возмутился Джорнак. — Это… это незаконно! Проклятье!

— Это вы убили Вейерса? — на всякий случай спросил Зориан.

— Я не убивал его! Я никого не убивал! Я уже сказал, что просто нашел его мертвым! Это правда!

— Что он делал в вашем доме? — спросил Зориан.

— Ну, это… мы были друзьями, — стиснул зубы Джорнак.

— Дружба между пятнадцатилетним мальчишкой и двадцатипятилетним мужчиной? — прокомментировал Аланик. — Кто там, говорите, любит помоложе?

— Да как вы… — злобно прошипел Джорнак, но прервался и глубоко вдохнул, успокаиваясь. — Слушайте… Я все расскажу, обещаю. Не надо больше принуждения. Мне трудно думать под таким давлением.

Зориан вопросительно посмотрел на Аланика — жрец кивнул, похоже, решив дать юристу шанс. Ну, почему бы и нет. Они всегда могут повторить, если Джорнак решит запираться.

— Я по-прежнему читаю ваши поверхностные мысли, — сказал он, отпуская юриста. — Не советую врать.

— Мне незачем врать! — огрызнулся Джорнак. — Просто все это… Проклятье, Вейерс! Даже после смерти он доставляет мне неприятности.

— Ага, есть у него такое свойство, — глубокомысленно кивнул Зак.

Джорнак проигнорировал его, собираясь с мыслями.

— Ладно, — сказал юрист. — В общем, я встретил Вейерса почти год назад, когда он пришел ко мне обсудить законные варианты решения его… ситуации… с Домом. Я вошел в его положение. Случившееся с ним напомнило мне себя. Ведь у меня тоже украли принадлежащее мне по праву рождения.

— Правда? — заинтересовался Зак.

— Я не хочу об этом говорить, и прошу не вынуждать меня, — сказал Джорнак. — Это не имеет к делу никакого отношения, и вы можете все узнать из официальных документов. Я ничего не скрывал.

— Просто обрисуйте суть дела, — сказал Аланик.

Джорнак с ненавистью посмотрел на него, но потом покосился на Зориана и уступил.

— Вкратце — я в родстве с небольшим, уже исчезнувшим Домом. Пусть я и не состоял в нем, но был ближайшим родственником, и должен был унаследовать имущество рода… Но откуда ни возьмись появился еще один претендент, утверждая, что он еще более близкий родственник. Его доказательства были беспардонной фальшивкой, как и все документы, но у него было больше связей, и суд передал все ему, оставив меня ни с чем.

— Понятно, — сказал Аланик. — Поэтому вас и тронула беда молодого Вейерса, пришедшего к вам защитить свои права от посягательств побочных ветвей его Дома.

— Да, именно, — подтвердил юрист. — Сказать по правде, я почти ничем не смог ему помочь. Внутренние дела официальных Домов практически не зависят от общего законодательства. Но парень был благодарен за мои советы, за то, что мне не все равно… в отличие от большинства окружающих, если верить ему.

— Так почему он переселился к вам? — поторопил его Зориан.

— Это… вы знаете, что его исключили из школы? — хмурясь, спросил Джорнак. — Ну, и он не хотел возвращаться домой. Побродив по городу и слегка остыв, он пришел ко мне и упросил приютить его на пару дней. Он сказал, что ему нужно где-то спрятаться и все обдумать. Как я мог ему отказать?

— Очень великодушно с вашей стороны. Я серьезно, — сказал Зориан. — Но почему его тело оказалось в холодильнике?

— Это… Я не знал, что делать, понимаете?! — заволновался Джорнак. — Я пришел в гостевую комнату, узнать, почему он не вышел на завтрак, и нашел его мертвым. Я не знал, что делать! При всех его сложностях, он все же дворянин, и Дом Боранова никогда бы этого не спустил. Он умер в моем доме, и обереги не засекли посторонних. Как бы я это объяснил? Мне было жаль парня, но я не хотел губить свою жизнь! Разве я недостаточно страдал?!

Джорнак стиснул зубы и вцепился в свои волосы. Потом резко развернулся и вновь стал мерить комнату шагами, что-то бормоча и жестикулируя.

На взгляд Зориана, юрист не притворялся. Джорнак так и не восстановил разбитый ментальный щит, и его мысли были как на ладони. Все, что он сказал, он считал правдой, а сейчас действительно был в панике и не знал, что делать.

— Может, это и глупый вопрос, но зачем было хранить тело Вейерса у себя в подвале? — внезапно спросил Зак.

— Я не знал, что еще сделать, — не останавливаясь, ответил Джорнак. — Если бы попытался вынести его на улицу — ищейки Дома Боранова нашли бы его, стоило мне выйти из-под защиты. А уничтожить тело… ну, я никогда не уничтожал тела! То есть само собой, не уничтожал! Откуда мне знать, как это делается? Вот я и положил его в холод, пока не придумаю, что с ним делать…

Больше ничего важного они от юриста не узнали. Хоть, на взгляд Зориана, решение Джорнака и было довольно сомнительным, он всего лишь нашел у себя дома мертвого подростка и поддался панике. Не сотрудничай он с Культом Дракона, что Внизу, Зориану даже было бы его жалко.

Минут через пятнадцать после их ухода из комнаты Джорнака, прибыла еще одна группа из Гильдии Магов, в сопровождении представителей Дома Боранова. Аланик сообщил Заку и Зориану, что на этом их участие закончено… как и их собственные попытки осмотреть дом или допросить юриста.

Впрочем, неважно. Цикл подходил к концу, времени на тщательное расследование не было. К тому же будет лучше прийти к Джорнаку в начале цикла. Пока он еще не засыпал тело Вейерса льдом. Они сделают это в следующем цикле.

Пока же парни решили не гадать, как это происшествие связано с Красным.

Несмотря на все трудности, в итоге Зак и Зориан собрали все компоненты, нужные Сильверлэйк (если верить ее словам) для зелья духовного восприятия. Но это заняло почти все оставшееся время, а конец цикла был уже на носу. Так что они ждали вердикта ведьмы с заметным беспокойством.

— Должно сработать, — сказала Сильверлэйк. — В смысле, я никогда в жизни не варила это зелье, да и старые рецепты ведьм вовсе не так ясны, как знакомые вам алхимические… Но раз варить буду я, вероятно, все получится.

— Да-да, мы поняли, вы круты, — устало кивнул Зак.

— И больше не забывайте об этом, — бесстыдно ответила ведьма. — Это не займет много времени. Долго собирать ингредиенты, а сварить зелье можно часа за два. Идите, поиграйте на улице, пока я работаю. Можете потренироваться с карманными измерениями, или еще что-нибудь этакое.

— У тебя настоящий дар находить исключительно несносных учителей, Зориан, — сказал Зак, когда они отошли подальше.

— Да, но они и исключительно компетентны, — возразил Зориан. Он достал из кармана пиджака коробочку и перевернул ее, высыпая на ладонь россыпь стеклянных шариков. Достаточно наблюдательный человек заметил бы, что шариков слишком много, чтобы вместиться в коробочку.

— Всего двадцать восемь? — ухмыльнулся Зак. — Дилетант. Я запихнул в такую же коробку тридцать два.

Зориан с подозрением посмотрел на напарника — но тот, похоже, не врал.

— Проклятье, — пробурчал он. — Все эти специализированные плетения — и я все равно не могу обогнать тебя.

— У меня в шесть раз больше маны, а ты тратишь свой резерв на кучу симулакрумов, — беспечно пожал плечами Зак. — Сложно преодолеть такой разрыв.

Конечно, он был прав. По большому счету, то, что Зориан почти не отстает от напарника — уже чудо. Хотя отставание в негласном соревновании раздражало.

Хотя — он еще нагонит. Они будут работать над карманными измерениями еще много циклов — а Зориан не сомневался, что он терпеливее Зака…

В итоге Сильверлэйк, вопреки собственным словам, варила зелье почти четыре часа. Она утверждала, что всего лишь ждала, пока состав остынет до питьевой температуры, но Зориан подозревал, что на самом деле ведьма столкнулась с непредвиденными трудностями.

— Не затягивай, — сказала Сильверлэйк. — В инструкциях очень смутно говорится о сроке годности, да и сама варка шла веселее, чем я думала, так что пришлось кое-что добавить, чтобы стабилизировать зелье. Оно должно быть годным около недели, после — есть некоторая вероятность, что состав взорвется при питье. Лучше не доводить до этого, правда?

— Веселее, чем думали, говорите, — с каменным лицом повторил Зак. — Как-то не внушает уверенности.

— Я на девяносто семь и три десятых процента уверена, что все подействует, как надо, — твердо сказала Сильверлэйк.

Повисло короткое молчание — ведьма явно ждала, что ее спросят, почему 97,3, а не, скажем, 99 — но увы. Парни хорошо знали, что не стоит вестись на ее подначки.

— Я на девяносто семь и три десятых процента уверен, что вы назвали число от балды, — прямо ответил Зориан. — Но неважно. Месяц кончается, скоро перезапуск цикла. Я выпью зелье сейчас.

— Ах да, ваш знаменитый конец цикла, — сказала Сильверлэйк. — Все еще упорствуете? Ну, я никогда не рассказывала вам о…

Зориан уже не слушал. Он выдернул пробку и осушил бутылек. Густая зеленая жидкость была чертовски горькой, но в остальном — ничего особенного. Несколько секунд ничего не происходило…

…а потом он ощутил то самое чувство, как когда хризантема пыталась выдернуть его душу. Чувства затухали…

Он потерял сознание.

Когда Зориан пришел в себя, прошло уже два дня. Впрочем, это было ожидаемо. Насколько они знали, чтобы обрести духовное зрение с помощью зелья, нужно не меньше дня — и не больше пяти. Бывали случаи, когда бедолаги, не знавшие этой маленькой подробности, умирали от обезвоживания, тайно приняв зелье.

Что же до того, что происходило, пока он был без сознания — Зориан имел только самое смутное представление. За время процесса он несколько раз сознавал себя, но это было все равно, что пытаться запомнить сон. Запомнились лишь разрозненные образы — бескрайнее море солнц, связанных светящимися нитями, извергающийся гигантский вулкан, дым над пустынными землями…

Словом, прямо как его обычные сны. Он выбросил их из головы и сосредоточился на главном — получил ли он духовное зрение?

Да, получил. В отличие от ментальной магии, этот дар не был интуитивно понятен, но Зориан знал, что делать, от Судомира. Вливая ману в свою душу строго определенным образом, он мог «видеть» души других людей. На самом деле это не назовешь зрением, да и новое чувство вызывало головные боли, когда он пытался его расшифровать, но все придет с опытом.

В целом же Зориан счел операцию блестящим успехом. Единственный минус — он забыл предупредить Кириэлле и Имайю, что будет отсутствовать несколько дней. Заку пришлось терпеть их гнев и убеждать не обращаться в полицию — и теперь все трое дулись на него…

Так что Зориан прятался в карманном измерении Сильверлэйк. Разумеется, у него была уважительная причина — он пытался найти что-то, что поможет им убедить будущую Сильверлэйк, что петля реальна. Ведьма время от времени рассказывала ему истории из своего прошлого, но было решительно непонятно, какие из них правдивы, так что вряд ли они сильно помогут.

— А знаешь, в юности меня считали опасным радикалом, — сказала Сильверлэйк. Зориан промолчал, и она продолжила. — О да. Когда я родилась, ковены уже вымирали — магическая традиция икосиан оказалась куда эффективнее нашей. Ведь большинство наших заклятий на самом деле были долгими ритуалами с многочасовыми инкантациями, или обращались к духам земель — изумительно капризным поганцам, если хочешь знать мое мнение, — а они никогда не отзывались, когда действительно надо. То, в чем мы их превосходили — зельеварение — икосиане просто скопировали, а потом еще и улучшили. Я видела все это, и я пошла на великую ересь — вместе с нашей традицией, полученной от матери, я изучила магическую школу икосиан. Когда это стало известно, меня изгнали из ковена.

— Прискорбно, — сказал Зориан. — Но не совсем то, что мне надо. Уверен, вы бы не удивились, расскажи я вам эту историю.

— Конечно, нет, — согласилась Сильверлэйк. — Уверена, постаравшись, ты можешь узнать о моем прошлом еще больше. Если придешь и будешь рассказывать о нем — я просто решу, что ты сделал домашнее задание.

— Вот, — кивнул Зориан. — Так что я бы предпочел, чтобы вы дали мне что-то посущественней. Наверняка ведь у вас есть какой-нибудь тайный пароль, который можно без особого риска назвать мне. Вы можете тут же поменять его, так что я не смогу злоупотребить им.

— В этом месяце — не сможешь, — фыркнула Сильверлэйк. — Но что, если ты прав? Где гарантии, что ты используешь пароль только для убеждения будущей меня, а не оберешь ее до нитки?

— Но вы же не верите во временную петлю?

— Если я обдумываю дурацкую гипотезу, то подхожу к ней ответственно, — исключающим возражения тоном ответила Сильверлэйк. — Но… хмм. Думаю, у меня кое-что есть. Помнишь, как вы пришли ко мне и устроили тут бардак, чтобы привлечь мое внимание?

— Разумеется, — кивнул Зориан. — Это одно из лучших воспоминаний месяца.

Сильверлэйк внезапно замахнулась костлявой рукой, но Зориан увернулся.

— Сопляк. После такого стоило бы замолчать, но ты ведь не отстанешь… — пробурчала ведьма. — Ну так вот, когда-то я обдумывала, что будет, если ко мне придут и будут звать. Я думала, как сделать это подобающим, вежливым способом, и решила, что мне нужно что-то вроде дверного звонка. Но это перечеркнет всю скрытность моего дома, верно?

— Верно, — согласился Зориан. — То есть звонок тоже должен быть сокрыт, доступен лишь тем, кого предупредили, где искать.

— Именно! — подтвердила Сильверлэйк. — Но в конце концов я забросила эту идею. Не хочу, чтобы ко мне ходили просто так. Но прежде, чем бросить, я создала часть системы. Здесь есть камень, который свистит, если у входа в карманное измерение активировать особый ключ. Но я не сделала ни одного ключа, так что камень просто собирает пыль. Думаю, ничего страшного, если я научу тебя создавать нужные ключи.

— И это убедит вас, что творится что-то странное? — уточнил Зориан.

— Думаю, убедит, — сказала ведьма. — Сам подумай — я не то, что не раздавала ключи, я их даже не делала. Откуда тебе взять активатор, идеально подходящий к камню в моем измерении? Если принесешь его, это точно привлечет мое внимание.

Зориан ухмыльнулся. Кажется, убедить Сильверлэйк будет куда проще…

Чего Зориан не ожидал — так это возвращения Дэймена, решившего провести последние дни цикла в Сиории. Сложно сказать, что подвигло брата — может, просьба Зориана поделиться божественным зеркальцем для изучения, или желание поучаствовать в обследовании руин дворца в сфере — но Дэймен вдруг решил, что обязательно должен увидеть вторжение в ночь летнего фестиваля.

Поначалу Зориан даже не обратил на это внимания. Даже когда Дэймен заявился в Сиорию за несколько дней до вторжения, загадочно заявив, что «должен кое-что сделать». Он счел, что брат просто хочет поговорить со старыми друзьями, ну, или что-нибудь в том же духе. А потом Дэймен пришел к нему за помощью — и Зориан понял, что ему следовало внимательней присматривать за братом.

— Нет, Дэймен, — твердо сказал он. — Я не стану устраивать тебе встречу с Фортовым.

— Ну что ж ты, Зориан, на кону наша семья, — упрашивал старший брат.

— Я тебя умоляю, — отмахнулся Зориан. — Твоя ссора с Фортовым — еще не конец света. Все вполне в духе нашей семьи. Не сгущай краски.

— Пусть и не конец света, но петля — идеальный шанс решить подобные проблемы с минимальными усилиями! Прислушайся хоть немного к старшему брату и сделай одолжение, — не уступал Дэймен. — Разве я не передал тебе свое зеркальце, хотя мне это и не нравилось? И не забудь про тайную комнату с сокровищами в руинах дворца — без меня вы искали бы ее месяцами, если бы вообще нашли.

Зориан скривился. Да, в этом цикле Дэймен помог им больше обычного. Взять хотя бы эту тайную комнату… они все еще сортировали находки, но, кажется, там есть просто замечательные вещи. Один из кинжалов, похоже, и вовсе был божественным артефактом! Они пока не знали, каковы его свойства, но даже окажись они малополезными — это все равно бесценный материал для исследований и безумно дорогой товар.

— Слушай, — сказал Зориан. — Мне не нравится, что ты хочешь с моей помощью заманить Фортова в ловушку. Тебе не кажется, что это низко?

— Мне казалось, ты терпеть не можешь Фортова, разве нет? — поднял бровь Дэймен.

— Он мне не нравится, но такие подставы я тоже не перевариваю, — сказал Зориан. — Просто приди к нему открыто, а? Уверен, он выслушает тебя, если будешь настойчив.

— Нет, не выслушает, — медленно сказал Дэймен. — Думаешь, я предложил бы такое, будь у меня другой выход? К тому же, ты неправильно все воспринимаешь. Я не прошу обманывать его. Просто он всегда приходит к тебе в конце месяца, если ты от него не скрываешься, так? Насчет лекарства от багрового плюща.

— Да, — неохотно признал Зориан. — Ты предлагаешь мне быть там, где он легко найдет меня, и просто дождаться его?

— Да, — кивнул Дэймен. — А поскольку ты его не звал — он не вправе возмущаться, если я окажусь неподалеку.

— Ну… ладно, — вздохнул Зориан. — Хотя если ты доставал его несколько дней подряд, он может и изменить привычке. Все же удивительно, что он раз за разом толкает Ибери в плющ. Это не может быть случайностью…

— Мм, — согласно кивнул Дэймен. — Думаю, об этом тоже стоит спросить.

Итоговый план был очень прост. Зориан будет весь вечер гулять по улицам, время от времени проверяя, не идет ли Фортов, с помощью прорицания. Заметив его, он быстро зайдет в одно из кафе — предположительно, Фортов постесняется орать на Дэймена, если дело будет не на улице, а в полном людьми зале. А когда Фортов сядет за столик, появится и Дэймен.

Замысел Дэймена сработал, как по нотам. Фортов действительно пришел просить помощи с «зельем от сыпи». Зориан сварил все заранее, так что просто передал брату полный бутылек и сел назад за столик, допивать чай.

Фортов растерянно посмотрел на склянку с лекарством, нахмурился.

— У тебя… совершенно случайно в кармане оказалось именно это зелье? — спросил он. — Какого черта, Зориан? Ты что, носишь с собой целую аптеку?

Ну, с развитием навыка карманного измерения, в будущем это будет вполне возможно.

— Я знал, что оно тебе понадобится, — ответил Зориан. — Ведь я говорил с Ибери.

Лицо Фортова выражало безграничное удивление.

— Она… говорила с тобой? Боги… почему мне? Слушай… спасибо, конечно, но…

— Ты специально толкнул ее в заросли багрового плюща, не так ли? — скорее констатировал, чем спросил Зориан.

— Эй, все не так просто, — возразил Фортов, защищаясь. — Ты не знаешь, какой она бывает. Я знаю, она выглядит тихой, но на самом деле очень агрессивна, не принимает отказа, и она хотела поцеловать меня и… Наверное, я несколько перестарался.

— А рядом совершенно случайно оказался багровый плющ? — уточнил Зориан. Хорошее объяснение, но почему так выходит в каждом цикле?

— Я специально выбрал задание с багровым плющом, студенты шарахаются от него, как от чумы. Но ее это не смутило. Наверное, было бы умнее пойти с кучей народа — тогда она не решилась бы лезть ко мне…

Зориан хотел было задать следующий вопрос, но тут явился Дэймен. Странно… он даже был как-то разочарован приходом старшего брата. Рассказ подходил к самому интересному…

— Опять ты! — прошипел Фортов, гневно глядя на Дэймена. — Ты что, намеков не понимаешь?! И как ты, черт побери, вообще тут оказался? Я думал, ты должен быть в Косе!

— Слушай, я просто хочу поговорить. Почему ты так…

Зориан откинулся на стуле, прихлебывая чай и мысленно уменьшая громкость слуха. Ага, смутят Фортова зрители, как же. Но неважно, сейчас очередь Дэймена, пусть он и отдувается.

Вот только эти двое втянули его в спор — просто потому, что он был тут. Да и его «самодовольный вид», похоже, их изрядно провоцировал.

Нет в жизни счастья.

Глава 76. Критическая ошибка

Вечер был хорош — по улицам Сиории гулял прохладный ветер, в небе ярко светила луна. Зориан жадно вбирал вечернюю свежесть, размышляя о жизни. Забавно — даже после стольких лет временной петли, многие простые вещи все еще были ему внове.

Например — раньше его не выгоняли из кафе за нарушение общественного порядка.

Он покосился в сторону, где Дэймен и Фортов вовсю мерялись суровыми взглядами. Сказать по правде, он даже не сердился. Да, было несколько неудобно перед работниками кафе, но это ерунда. Куда хуже то, что даже после учиненного скандала эти двое все еще не могли начать диалог. Серьезно, что с ними не так?

— Слушай, Фортов, — осторожно начал он. — Я понимаю, что ты зол на Дэймена, но так ты самому себе делаешь хуже. Он ищет с тобой встречи, потому что хочет знать, чем ты недоволен. Хочешь от него отделаться — просто скажи, в чем проблема, и он отстанет. Ну, наверное, отстанет.

— Хоть ты не начинай, — Фортов с подозрением нахмурился. — Это ведь ты помог ему все устроить?

— Я не просил тебя о встрече, — спокойно напомнил Зориан. — Ты пришел сам. И оставаться в присутствии Дэймена тебя тоже никто не вынуждал. Ведь мазь, за которой ты пришел, уже у тебя, верно? Ты мог просто встать и уйти при его появлении. Как поступил бы я. Но ты остался, что означает — ты тоже хочешь переговорить с Дэйменом.

Долгую секунду Фортов просто смотрел на него с совершенно нехарактерным ему каменным лицом.

— Как же мне хочется дать тебе в морду, самодовольный засранец, — сказал он наконец. — Но я сдержусь. В твоих словах что-то есть.

— Наконец-то, — негромко пробурчал Дэймен. — А то столько упирался и отнекивался — я уже подумал, не превратился ли ты в женщину, пока меня не было.

Фортов одарил его убийственным взглядом, но Дэймен только закатил глаза. К счастью, нового витка скандала не началось. Похоже, Фортов уже выпустил пар.

— Пару минут назад, прежде, чем симпатичная официантка попросила нас покинуть помещение, ты вроде бы говорил, что твои неприятности в академии — вина Дэймена? — вмешался Зориан. В его интересах помочь Дэймену, а то он наверняка продолжит в следующих циклах.

— Чушь какая-то, — встрял Дэймен. — Мы практически не общались с тех пор, как Фортов поступил в академию.

— Да! — Фортов обвиняюще ткнул в его сторону пальцем. И повторил, для пущего эффекта. — Вот именно! Мы практически не общались!

— Чего? — ошарашенно спросил Дэймен.

— Ты даже не понимаешь, о чем речь, — утвердительно сказал Фортов. — Это бесит меня больше всего. Ты даже не помнишь! Ты совсем забыл о своем обещании!

— Чт… — запнулся Дэймен. — Каком обещании?

— Предполагалось, что ты, — Фортов снова ткнул в Дэймена, а потом стукнул себя кулаком в грудь, — будешь помогать мне! Помнишь? Перед поступлением я зашел к тебе и спросил, могу ли я рассчитывать на твою поддержку, если у меня будут сложности в академии — и ты сказал да… Ты сказал, что я всегда могу к тебе обратиться, что это вовсе не проблема…

Дэймен отчетливо поморщился.

— А, — жалко сказал он. — Это.

— Да, это, — угрюмо сказал Фортов. — Я был дураком, я поверил тебе. Что толку от твоего обещания, когда ты вечно занят, когда тебя никогда нет рядом, когда ты отмахиваешься от меня при встрече? Ты, верно, тут же забыл о своем обещании… если вообще давал его всерьез.

— Я обещал всерьез, — возразил Дэймен. — Просто потом подвернулись несколько удачных возможностей для карьеры, и я не мог их упустить. Ты же не думал, что я брошу работу, чтобы помогать тебе с домашними заданиями? То есть… ты всегда мог попросить Зориана о помощи, да и…

Теперь он заработал убийственные взгляды и от Фортова, и от Зориана. Дэймен замешкался, пробормотал что-то — то ли краткую молитву, то ли парочку крепких слов — и продолжил уже о другом:

— Ладно, не будем об этом, — он кашлянул в кулак. — Наверное, я и правда тебя подвел. Признаю это. Но ведь это не значит, что я виноват во всех твоих проблемах с академией. Давай будем честны, Фортов… Даже помогай я тебе время от времени, по большому счету, ничего бы не изменилось.

— Так речь и не шла о «время от времени», болван, — запротестовал Фортов.

Зориан стоял в сторонке, качая головой. Становилось все очевиднее, что под старым обещанием Дэймен и Фортов понимали совершенно разные вещи. Фортов ожидал от старшего брата самой серьезной поддержки. Конечно, он не сказал этого прямо, но Зориан понял — средний брат думал, что Дэймен всю учебу провезет его на плечах. Дэймен, в свою очередь, дал слово, не особо задумываясь, считая его просто формальностью. Он ожидал, что Фортов будет изредка приходить к нему, задавать вопрос-другой и обсуждать жизнь и девчонок.

Что забавно, в итоге Фортов не получил даже этого…

— Ты сам-то себя слышишь? — отчаянно жестикулировал Дэймен. — По сути, ты ожидал, что я буду делать за тебя половину работы. Это же ни в какие ворота не лезет!

— В этом он прав, — глубокомысленно кивнул Зориан.

— Я просто описывал идеальный случай, мне хватило бы и частицы этого! — огрызнулся Фортов. — И при чем тут это, если я не получил вообще ничего? Ты дал слово и забыл о нем. Уродский поступок, как ни крути.

— В этом он прав, — глубокомысленно кивнул Зориан.

— Заткнись, Зориан! — идеальным дуэтом сказали старшие братья.

Он сделал вид, что отшатнулся, и подчеркнуто закрыл рот.

Дэймен и Фортов неуверенно переглянулись и молчаливо решили сбавить обороты. Хотел бы Зориан сказать, что так и планировалось, но на самом деле он просто валял дурака.

— Но правда, тебя несколько занесло, — уже спокойнее сказал Дэймен. — Я понял, что у тебя проблемы с учебой, но…

— Черт, ты просто не понимаешь, — прервал его Фортов. — Эта академия, этот город… Это не мой уровень. Я это знаю. Я всегда это знал. Я знаю свои возможности. Я не такой умный, как ты и Зориан…

— Ты достаточно умен, Фортов, — прервал его Зориан. — Просто лентяй.

Фортов даже не стал отвечать — зато на него покосился Дэймен:

— Я думал, ты собирался молчать?

— Я соврал, — беспечно пожал плечами Зориан.

— Да и пофиг, — тяжело вздохнул Фортов. — Я не настолько хорош, как вы. Теперь доволен? — Зориан крутанул кистью, чтобы он продолжал. — Так вот, я о том, что согласился поступать сюда лишь потому, что Дэймен сказал, что будет мне помогать. Знай я, что буду делать все сам, я бы убедил родителей и поступил в какое-нибудь другое место. Менее… престижное. Но они так настаивали, что это редкая возможность, и я не должен ее упускать, вот я и подумал… ну, по крайней мере, мой гениальный брат мне поможет…

Зориан молчал, предоставив говорить братьям. Особого сочувствия к Фортову он не чувствовал. Да, Дэймен забыл о своем обещании — но с другой стороны Зориан видел лишь старого, знакомого с детства Фортова — ленивого, поверхностного паршивца, все норовящего скинуть свои обязанности на кого-то другого. Иронично, но эти двое решили закончить на сегодня и встретиться где-то через недельку… Чего никогда не случится, и Дэймен прекрасно это знает.

Ай, это вообще не его проблема. Ну, не была его, пока Фортов не ушел, и Дэймен не попытался свалить все на Зориана.

— Нет, Дэймен, я не буду разбираться, как и почему у Фортова не ладится с учебой, и разрабатывать ему индивидуальную программу, — прямо заявил Зориан.

— Почему нет? Ты делаешь это для Кириэлле и даже для этой своей подруги, — сказал Дэймен. — Он твой брат, Зориан.

— Извини, но надавить на совесть не выйдет. Фокусы матери привили мне полный иммунитет, — бесстрастно сообщил Зориан. — Мне уже поперек горла раз за разом делать работу Фортова. Может, тебе в кои веки сделать это самому? Это ведь ты дал ему слово, разве нет? Не думаешь, что сразу спихивать все на меня, едва помирившись с ним, как-то некрасиво?

— Когда мне еще это делать? Цикл вот-вот закончится, — возразил Дэймен. — И, в отличие от тебя, я все забуду — что я могу сделать?

— Например, ты можешь оставить об этом записи и работать над проблемой из цикла в цикл, — не согласился Зориан. — Ты уже делаешь это, чтобы родители признали ваш брак с Ориссой — что мешает тебе и здесь поступить так же?

Дэймен нахмурился — то ли не хотел браться за это, то ли от напоминания о постоянных неудачах с родителями.

— Он твой брат, Дэймен.

— Угх, — пробурчал брат. — Какой же ты иногда говнюк… Ладно, будь по-твоему. Наверное, мне следует этим заняться. Но мне понадобится небольшая помощь…

Цикл сменился циклом. И сразу после рестарта Зак и Зориан вломились к Джорнаку в дом, вырубили его и все обыскали. Как юрист и рассказывал в прошлом цикле, они нашли в гостевой комнате мертвого Вейерса. С помощью своего нового духовного зрения и парочки позаимствованных у Судомира диагностических заклятий магии душ — у некромантов ожидаемо нашлось множество проработанных заклинаний для анализа трупов — Зориан убедился, что Вейерс практически не отличается от аранеа Сиории.

В обычных условиях исторжение души из тела оставило бы в плоти едва заметные следы, позволяющие вычислить использованный метод. Ни аранеа, ни Вейерс не имели таких следов — словно в их телах никогда и не было душ.

Они с Заком ожидали подобный результат, но хорошо, что все подтвердилось.

Изучив тело Вейерса, они перешли к Джорнаку. Зориан ожидал, что молодой юрист будет в ярости — но тот был тих. Да уж, когда к тебе в дом врываются неизвестные и грубо тебя обезвреживают — легко догадаться, что они не из полиции. Или, может быть, сказался их возраст — Зориан иногда забывал об этом, сам он не чувствовал себя молодым, но они с Заком выглядели подростками. Так или иначе, Джорнак был перепуган и не пытался сопротивляться. Увы, даже сыворотка правды и магия разума не дали сколь-нибудь полезных результатов. Он повторял сказанное в прошлом цикле, разве что Вейерс оказался не столько «другом» юриста, сколько невольным осведомителем. Он выбалтывал Джорнаку обо всем, происходящем в Доме, а тот передавал эти сведения в Культ. Получается, и сам Вейерс, не ведая того, был одним из мелких шпионов Культа.

Закончив с этим, парни наконец сели обсудить новые сведения и их значение в контексте личности Красного.

— Итак, — начал Зак. — Мы выяснили, что Вейерс либо сам Красный, либо неким образом связан с ним. Его тело — просто кукла из мяса, никогда не содержавшая души — точно такая же, как и твои друзья-аранеа. Либо он как-то связан с Красным, и тот решил вычеркнуть его, либо так выглядит тело контролера по выходу из петли. Пока верно?

— Да, — подтвердил Зориан. — Добавлю, что Красный счел нужным удалить твои воспоминания о Вейерсе, что подчеркивает важность парня. Мы не нашли больше никого, стертого из твоей памяти, так что связь Вейерса с Красным, несомненно, значима.

— К тому же у него немалый счет к городу, и есть связь с заговорщиками, хоть и сомнительная, — добавил Зак. — Ага, он вполне может быть Красным. Даже рост и сложение подходят, судя по моим воспоминаниям.

— К сожалению, это ничего не доказывает, — покачал головой Зориан. — На уровне, на котором идет игра, такие приметы слишком легко подделать. Одно заклятье трансформации — и у тебя совершенно другой рост и вес.

— Ну, один раз он напал на меня в самом начале цикла, когда у него не было времени на тщательную подготовку. Или он просто об этом не подумал? У тебя память лучше моей, и ты видел его вблизи… похож он по габаритам на Вейерса?

Зориан задумался. Да, Зак был прав — Вейерс и Красный были похожего роста и сложения.

— Все, как ты сказал, — медленно ответил Зориан. — Он подходит. Но на самом деле, если хотим разобраться, мы должны выяснить, что происходит, когда контролер покидает петлю. Тогда поймем, жертва ли Вейерс, или злодей, которого мы ищем.

— И как мы это выясним? — скис Зак. — Безмозглый Страж отказывается отвечать на гипотетические вопросы. Мы ведь уже спрашивали об этом, помнишь? А он тупо ответил, что так не бывает. К тому же, мы до сих пор не знаем, как именно Красный покинул петлю. Если он, как ты думаешь, пришел в петлю позже меня, он не мог выйти нормальным способом. У его оригинала уже есть душа, Страж отказался бы помогать ему. А в зависимости от способа, которым он покинул петлю, последствия для тела могли сильно измениться…

— Не обязательно, — возразил Зориан. — Что меня всегда удивляло — он правда поверил, что в петле есть еще множество путешественников. А значит, ему известен простой и надежный способ добавлять людей в петлю — и он считал, что это возможно в больших масштабах.

— А и верно, он не сомневался, что вокруг шарятся множество других путешественников, — нахмурился Зак. — Я не очень отчетливо помню, но вроде бы именно о них он искал сведения в моем разуме.

— Вот, — сказал Зориан. — И это не может быть метод, которым в петлю попал я — он слишком опасен для донора и вряд ли надежен. К тому же этот способ не должен быть слишком сложен, иначе Красный не поверил бы в множество других путешественников…

— Так что же это за способ? — нетерпеливо спросил Зак. — Я так понимаю, у тебя есть какой-то ответ, иначе ты бы не упомянул об этом. Не надо изображать детектива, Зориан. Меня всегда жутко утомляют длинные объяснения в книгах…

— Ладно, скажу прямо, — вздохнул Зориан. Все удовольствие испортил. — Думаю, Красный просто использовал измененный временный маркер. Да, предполагается, что они действуют всего шесть месяцев, но, вероятно, это не свойство самого маркера, а всего лишь дополнительное ограничение. И я по своему маркеру знаю, что его можно повредить. А то и избирательно повредить, удалив часть функций.

— От этого должна быть какая-то защита, — нахмурился Зак. — Не думаю, что создателям маркеров понравилось бы такое обращение с их детищем.

— Возможно, — согласился Зориан. — Я еще не видел временных маркеров, так что могу только предполагать. Но все же, как по мне, это простейший способ для таких, как Красный.

Зак задумался, потом беспечно пожал плечами, вновь повернувшись к Зориану.

— Ну… ладно. Допустим, ты прав. Что дальше? Как это относится к теме нашего разговора?

— Ну, временные маркеры должны быть временными, — сказал Зориан. — Так что должен быть предусмотрен порядок действий, когда срок выходит, и носитель маркера… исчезает. И скорее всего, если он исчезает досрочно, происходит то же самое.

— А! — хлопнул себя по лбу Зак. — Ну конечно! То есть, если Красный вошел в петлю с помощью «избирательно поврежденного» временного маркера, то чтобы узнать, что произошло при его выходе… Нужно всего лишь наложить временный маркер на кого-то, и посмотреть, чем это кончится.

— Именно, — кивнул Зориан.

Повисло короткое молчание.

— А знаешь, — наконец сказал Зак. — Думаю, и так ясно, чем это кончится. Скорее всего, будет просто воспроизведена душа из шаблона — как будто человек никогда не входил в петлю. У меня нет доказательств, но это интуитивно понятно.

— Скорее всего, ты прав, — кивнул Зориан. — У меня тоже нет доказательств, но это хорошо сочетается с тренировочным назначением петли.

— Что означает — Вейерс не Красный, — продолжил свою мысль Зак. — Красный должен был стать обычным человеком, а не лишенным души трупом.

— Если он действительно вошел в петлю с помощью временного маркера — вероятно, — кивнул Зориан.

— Хмм, — Зак задумчиво постучал пальцем по подбородку. — Допустим, Вейерс — действительно тупиковый путь. Я по-прежнему думаю, что он самый вероятный кандидат, но твоя теория тоже убедительна. С кем связан Вейерс? С Джорнаком? Это он — Красный?

— Возможно, и он, — неуверенно сказал Зориан. — То есть, у нас нет никаких доказательств, и он как-то не впечатляет…

— До начала петли мы тоже не впечатляли, — напомнил Зак.

— Верно, — признал Зориан. — Я не говорю, что он не может быть Красным, только о том, что у нас нет доказательств.

— У Вейерса были другие друзья и знакомые, помимо Джорнака? — спросил Зак.

— Думаю, были, но Джорнак не знает, кто они, — сказал Зориан. — Вейерс не рассказывал о своей личной жизни, а Джорнак не спрашивал. Возможно, наше восприятие искажено фактом, что Вейерс пришел именно к Джорнаку — на самом деле они были не настолько близки. Приход Вейерса удивил юриста, он даже подумывал отказать.

Они обсуждали этот вопрос еще около часа, затем решили отложить его на потом. Они еще допросят Джорнака более подробно, возможно, это прольет свет на их проблему. Они также решили использовать части тела Вейерса для прорицания, чтобы узнать о его перемещениях при жизни. Тут потребуется большая осторожность — чтобы их не засекли сыщики Дома Боранова.

Наконец оба путешественника перебрались в тихую, не слишком людную таверну на окраине города — выпить и поговорить о чем-нибудь более приятном. Официантка странно посмотрела на заказавшего фруктовый сок Зориана, да и Зак не упустил шанса подколоть его — но ему было безразлично. Даже наоборот — самое время пожаловаться на семейную драму, в которую его втянул Дэймен в конце прошлого цикла.

— О боги, у тебя не семья, а просто катастрофа, — хохотнул Зак. — Даже не смешно… хотя, как посмотреть. Должен признать, мне даже захотелось вступиться за Фортова. Ну, то есть тебя я тоже понимаю, но мы, раздолбаи, должны держаться друг друга.

— О чем ты… Ах да, у тебя же тоже были проблемы с академией? — внезапно сообразил Зориан. — Извини, я не подумал.

— Да не, все путем, — покачал головой Зак. — Я не обижаюсь. Как и у Фортова, у меня были объяснения моей плохой успеваемости… Но сейчас я понимаю, что это были просто отговорки. Может быть, и Фортов когда-нибудь выучит этот урок, а?

— Может быть, — дипломатично сказал Зориан.

Зак шумно хлебнул из пивной кружки и удовлетворенно откинулся на стуле.

— Знаешь, всякий раз, когда я думаю, что бы со мной было, если бы не петля, меня охватывают ужас и ярость, — сказал он, глядя в потолок расфокусировавшимися глазами. — Это было так давно, но я помню все так живо… Как я жил в пустом, полузаброшенном поместье, и постоянно слышал, что должен с нуля возродить свой Дом… И понятия не имел, как к этому подступиться… Как я наконец решил, что все бесполезно, и пошел по пути наименьшего сопротивления, пытаясь просто быть счастливым. Мол, все в порядке! У меня полно денег! Ведь Тесен именно для этого уволил всех слуг и распродал имущество Дома, так? Значит, не страшно, что я плохо учусь и ничего не умею. Все… как-нибудь наладится!

Зак залпом допил кружку и бухнул ее на дешевый деревянный стол. Работники таверны обернулись, и Зориан подумал было, что сейчас его снова выгонят на улицу — но те покачали головой и вернулись к работе. Видимо, такое здесь в порядке вещей.

— Я снова начинаю злиться, — пояснил очевидное Зак. — Не стоило говорить об этом за выпивкой.

Зориан смущенно почесал щеку, не зная, что ответить. Он уже был и сам не рад, что завел разговор о Фортове…

— Знаешь, чем плохо работать в паре с тобой? — внезапно спросил Зак, требовательно глядя ему в глаза. Впрочем, ждать ответа не стал. — Я больше не могу начинать цикл, делая из Тесена отбивную. Раньше я время от времени так делал, чтобы выпустить пар.

О да, Зориан помнил. Это происходило довольно часто, вызывая множество кривотолков…

— Наверное, и к лучшему, — ответил Зориан. — А то у тебя могли развиться дурные наклонности, и сразу по выходу из петли стал бы уголовником. Было бы досадно, не находишь?

— Пожалуй, — сказал Зак. — Но это было так приятно…

Зак задумчиво оглядел кружку, явно решая, не заказать ли еще, вздохнул и отодвинул в сторону. Хорошо. Возиться с пьяным Заком не было никакого желания.

— Так что ты собираешься делать с Тесеном? — спросил Зориан. — Ну, когда выйдем из петли.

— Как что? Я его засужу нахрен, — сказал Зак. — Да, он влиятелен, у него связи — но у меня тоже есть друзья наверху, а он почти не скрывался. Он нарушил закон, украв мое наследство, и я постараюсь, чтобы он заплатил за это по всей строгости. Если не выйдет… ну, надеюсь, до этого не дойдет.

— Понятно, — сказал Зориан. — Я не видел, чтобы ты этим занимался…

— Все приготовления давно закончены, — сказал Зак. — Я собрал все доказательства, узнал, как отвлечь его и запустить процесс. И я могу позволить себе лучших, блин, адвокатов в стране. Ничего большего за месяц не сделать. Такие процессы идут годами, не неделями. Но уверенное начало важно, и все юристы, с которыми я говорил, утверждали, что у меня неплохие шансы.

— Это хорошо, — медленно кивнул Зориан. — Хотя, подозреваю, Тесен и его клика не ограничатся только законными методами воздействия.

— Это да, — ухмыльнулся Зак. — Но ты же меня знаешь. Я не бегу от драки. Пусть приходят. Это лишь даст мне дополнительные козыри.

— Я могу чем-то помочь? — спросил Зориан.

— Вообще-то вряд ли, — покачал головой Зак. — Это работа для юристов, а не для магов. Когда все начнется, мне надо будет лишь вкладывать деньги и отражать нападения. Но посмотрим. Не сомневайся, я не постесняюсь обратиться за помощью к товарищу.

Разговор вскоре стих, и они разошлись. Предстояло много работы — планирование и подготовка.

Предстояло вновь навестить Сильверлэйк… И в этот раз они собирались убедить ее в правдивости своего рассказа.

К сокрытому дому Сильверлэйк Зак и Зориан пришли с яйцами серого охотника и нужной ведьме древней бурой саламандрой. Яйца они добыли точно так же, как в прошлом цикле. Что до саламандры — они просто пришли туда, где Зориан встретил ее в прошлом, и начали поиски оттуда. Наконец, после двух дней прочесывания выше и ниже по течению реки, они нашли зверюгу в тине, в одной из затопленных пещер — практически незаметную, если не знать, что искать. Не будь у них отправной точки для поисков — они бы и за сто лет ее не нашли.

Но неважно, главное, у них были оба главных ингредиента для зелья юности, а Зориан создал ключ для сигнального камня. А на случай, если ведьме что-то не понравится — вполне вероятное развитие событий — в сфере в полной готовности ждал отряд боевых големов. Ничего не поделаешь. У них не было времени на постепенное сближение.

— Я готов, — сказал Зак, крутя в пальцах боевой посох. — Давай, звони.

Зориан кивнул и активировал ключ. На первый взгляд ничего не произошло, но он не сомневался, что все сделано правильно. Оставалось только ждать.

Ждать пришлось неожиданно долго, куда дольше, чем в прошлом цикле. Зориан подозревал, что дело в их более воинственном виде — Сильверлэйк изучала их из карманного измерения, решая, выходить или нет. Наконец она вышла — возможно, сказалось то, что Зак извелся от скуки и принялся магией изменения ваять собственную гигантскую статую прямо у ее порога.

— Как, черт возьми, ты заставил этот старый хлам работать? — немедленно потребовала ответа ведьма, щурясь на них с подозрением. — Я никому не давала подходящих ключей. Черт, да я их даже не делала. Подозрительно. Очень подозрительно. Кто вы такие?

— Отвечая на ваш вопрос, я — Зак Новеда, а это Зориан Казински. Мы — скромные ученики академии, пришедшие засвидетельствовать свое почтение живой легенде, — начал с бессовестной лести Зак. Сильверлэйк пренебрежительно фыркнула, но промолчала. — Ну, и договориться о сделке, наверное. Или, точнее… возобновить прежнюю? Ведь мы встречаемся уже второй раз.

— Сомневаюсь, — заинтересованно ответила ведьма. — Я вас не помню. Может, я и стара, но не забыла бы столь дерзких сопляков. Ну, то есть, я одобряю дерзость — но не передо мной…

— Это потому, что ваша память была стерта, — беспечно пояснил Зориан. — Ничего страшного. Кстати, мы принесли подарки.

Он открыл сумку и, достав бутылку бренди и коробку конфет, протянул их удивленной Сильверлэйк. Та не шелохнулась, глядя на угощение, как на клубок ядовитых змей.

— Подарки? — бесстрастно переспросила она.

— Когда идешь в гости, следует дарить подарки, — глубокомысленно пояснил Зориан. — Это важная традиция.

Сильверлэйк скривилась. Посмотрела на угощение еще пару секунд и, решив, что они вряд ли опасны, забрала и рассовала по карманам. Тяжелая бутыль и большая коробка никак не могли поместиться в кармашках — однако же поместились.

Какое непринужденное владение карманными измерениями… Зориан ощутил укол зависти. Он бы так не смог, даже не знал, как это делается. Пока он работал лишь с жесткими емкостями, и понятия не имел, как прикрепить свернутое пространство к тканевой основе. Нет, понятно, он не рассчитывал сравняться с ведьмой за один месяц, но ее превосходство в этой области…

Сильверлэйк торжествующе ухмыльнулась, наслаждаясь произведенным впечатлением.

— Вернемся к разговору? — уже уверенней спросила она. — Ты сказал, моя память была стерта?

— Да, — кивнул Зак. — Видите ли, месяц назад мы пришли к вам с одним предложением…

Он стал кратко пересказывать события прошлого цикла, тщательно избегая упоминаний временной петли. Они уже знали, что стоит заговорить о ней — и Сильверлэйк тут же утратит остатки доверия к ним. Так что они просто изложили условия сделки и как она учила их работе с карманными измерениями, изредка посылая с поручениями.

Они отнюдь не были голословны. Говоря о яйцах серого охотника, они извлекли их из сферы и показали ведьме. Перейдя к саламандре — продемонстрировали захваченный живой образец.

При виде вожделенных ингредиентов у Сильверлэйк зажглись глаза, но она не двинулась с места, внимательно слушая их объяснение.

Но когда рассказ дошел до ее дома, ведьма резко помрачнела. Дело в том, что Зориан создал по памяти иллюзии ее владений. Обычно такие изображения ничего не доказывали — ведь маг может просто-напросто придумать картинку, а человеческая память не слишком подробна. Вот только Зориан помнил увиденное до мельчайших деталей — такое не придумаешь. Он воссоздал ее любимый котелок с точностью до последней царапины, развешенные на стенах связки грибов и овощей, до последней луковицы. Очевидно, он хотя бы раз был у нее в гостях — и Сильверлэйк тоже понимала это.

— Стоп-стоп, — она резко взмахнула рукой. Похоже, иллюзорные образы произвели сильное впечатление. — Я… мне надо кое-что проверить.

Зак и Зориан молча ждали, пока она накладывала на себя одно диагностическое заклятье за другим. Время от времени ведьма прерывалась, бормоча что-то на незнакомом диалекте кхаски, потом качала головой и продолжала.

Потом проверила вход в карманное измерение и, не говоря ни слова, исчезла. Зак и Зориан терпеливо ждали. Ведьма вернулась минут двадцать спустя, куда более обеспокоенной.

— Чушь какая-то, — заявила она. — Все это полная чушь. Моя память в порядке. Ее не изменяли. Я точно знаю, потому что всегда остаются следы — сейчас их нет. Но вы точно были внутри достаточно долго, чтобы откопать сигнальный булыжник и подобрать к нему ключ, достаточно, чтобы в мельчайших подробностях запомнить каждый угол. Вот только внутри нет никаких следов проникновения, ни малейших, а я, проклятье, никогда бы не забыла, если бы пустила вас внутрь. А эта ваша история! Что за бред! Говорите, месяц назад вы приносили мне яйца серого охотника, но ничто не говорит о том, что я работала с ними! И теперь вы приходите с новой кладкой, словно купили их в магазине по дороге. Кто вы такие и что происходит?!

Подчеркивая свои слова, она взмахнула рукой, и по бокам поднялись две громадные земляные фигуры.

Земляные элементали, и отнюдь не младшие. Вот только…

— Может?.. — пробормотал Зак.

Зориан молча кивнул и тоже взмахнул рукой, копируя ее жест. Просто для вида, на самом деле ему не требовалось… хотя, возможно, ей тоже. В любом случае, взмахнув рукой, он сосредоточился на их замечательной сфере императора, призывая своих не менее крупных боевых големов.

— Мы не хотим драться, — сказал он. — Но если вы настаиваете — уверяю, итог будет не в вашу пользу.

Вместо ответа Сильверлэйк топнула по земле, и от входа в ее карманное измерение вырвались мощные обереги, грозя сомкнуться вокруг, подавить телепортацию, застить глаза туманом, прервать плетения, дотянуться до их душ…

Но Зориан тоже не стоял столбом — он быстро выхватил из сумки усеченную пирамиду из мерцающего синего камня. Бросил ее перед собой, и пирамида повисла в воздухе, расцветившись золотыми линиями и глифами. В мгновение ока парней и големов накрыл купол желтого света.

Обереги Сильверлэйк врезались в купол… и остановились. Да, старая ведьма во многом превосходила Зориана, но только не в работе с оберегами. Тем более, что обереги всегда эффективнее в защите, а не в атаке.

Повисло напряженное молчание с переглядыванием сквозь барьеры. Где-то через минуту Сильверлэйк вздохнула и вернула элементалей в землю, а обереги — в карманное измерение. После секундного колебания Зак и Зориан также свернули защиту.

— Ну, — неожиданно беспечно сказала Сильверлэйк и хихикнула, глядя на их напряженные лица. — Кажется, в этот раз я проиграла, а? Не следовало доводить дело до драки. Сказать по правде, я никогда не была сильна в бою. Может, сделаем вид, что ничего не было?

— Без проблем, — дружелюбно ухмыльнулся Зак. — Но лучше так больше не делать. Не в моих правилах давать третий шанс.

— О? — Сильверлэйк по-птичьи наклонила голову. — А, вот как. Мне противостоял твой друг, но он вообще-то не боевой маг. В отличие от тебя. А ты даже не двинулся с места… — она покачала головой. — Старая дурочка, такие ошибки в твоем возрасте… Правду говорят — век учись, дураком помрешь. Хотя мне, надеюсь, еще не пора…

— В любом случае, — кашлянул Зориан, привлекая ее внимание. — Думаю, я могу ответить на ваши вопросы, заданные до… недопонимания. Вас интересовало, как все это возможно, так?

— Да, — прямо подтвердила она. — Меня это очень интересует.

— Примерно так, — сказал Зориан, создавая очередную иллюзию. Мирно вращающуюся в воздухе планету. — Есть некий артефакт Эры Богов, способный запечатлеть весь наш мир, как на снимке, и создать в огромном карманном измерении его точную копию…

К удивлению Зориана, он еще не рассказал и половины, а Сильверлэйк уже стала сыпать быстрыми вопросами — о Вратах Государя, Страже Порога, механике петли, и так далее.

— Ладно, достаточно, — сказала она, постукивая по бедру костлявым пальцем. — Кажется, я поняла, о чем речь. Ну, более или менее. И если я права, есть очень простой способ узнать, правда ли то, что ты рассказал.

Зак и Зориан оживились.

— О? — предвкушающе спросил Зак.

Сильверлэйк ухмыльнулась, явно наслаждаясь тем, что знает недоступное им. Или, по крайней мере, думая, что знает — Зориан не спешил с выводами. Мало ли, вдруг она просто удовлетворяет уязвленную гордость.

— Скажите, — начала она, — вы когда-нибудь слышали о первозданных?

Глава 77. Проверка

Первозданные были странными, таинственными существами. Древние и могущественные, первые, если верить церкви, дети изначальной драконицы, из которой был создан мир. Силой они могли поспорить даже с богами — а умирая, порождали множество меньших первозданных, продолжавших их борьбу. Казалось бы, столь грозные сущности и все, с ними связанное, должны были навечно отпечататься в памяти людей — но вышло иначе. В своих поисках других первозданных Зориан просмотрел кучу церковных документов, перерыл множество исторических архивов, говорил с элементалями — и по большей части впустую. Да, в свое время первозданные были могущественны и страшны — но их запечатали тысячи лет назад. Так что почти все, связанное с ними, было позабыто — тем более, что сами боги, пока еще проявляли себя в мире, стремились сокрыть знание о первозданных и их темницах. Найти сколь-нибудь значимые сведенья о них было весьма и весьма непросто.

Больше того, даже найдя нужную информацию, предстояло еще определить, насколько она достоверна, что в ней правда, а что — чистый вымысел. Многие источники о природе первозданных откровенно противоречили друг другу, а проверить, какие из них ближе к истине, было по понятным причинам невозможно.

— Другими словами, о первозданных вы не знаете ничего, кроме того, что они существуют, и что один из них заточен под Сиорией, — подытожила Сильверлэйк, выслушав их ответ.

— Ага, как-то так, — подтвердил Зак. Хоть они и искали на досуге темницы других первозданных, особых успехов они не достигли. — Но как это поможет проверить правдивость нашей истории?

— Терпение, мальчик, терпение, — самодовольно ответила Сильверлэйк. — Даже высокую башню начинай с фундамента. Чтобы ответить на этот вопрос, мне нужно сперва открыть вам правду о первозданных и их темницах…

О? Она может рассказать об этом? В Зориане боролись восторг и скепсис. С одной стороны, она сильная ведьма, живущая уже не первую сотню лет — наверняка она знает, о чем говорит. С другой стороны… это же Сильверлэйк.

Подумав, он все же высказал свои сомнения вслух.

— Невежественный сопляк, — возмутилась ведьма. — Думаешь, я стала бы шутить о чем-то столь серьезном?!

— Ну… конечно, — как о чем-то очевидном ответил Зак.

— Если подумать, подобное развлечение действительно в моем вкусе, — задумчиво протянула Сильверлэйк, потирая подбородок и рассеянно глядя вверх, в крону дерева.

— Не сказал бы, что этим стоит гордиться, — кисло заметил Зориан.

— Так вы хотите узнать это — или нет? — отбросив задумчивость, громко спросила Сильверлэйк, скрещивая руки на груди и с вызовом глядя на них.

— Конечно, хотим, — сказал Зориан. При всех недостатках старой ведьмы она знала и умела многое, недоступное всем остальным. — Мы слушаем.

Сильверлэйк не ответила. Но прежде, чем Зак или Зориан успели что-то сказать — вход в ее карманное измерение снова ожил, и оттуда вышла еще одна Сильверлэйк, неся в руках большую коричневую книгу.

Зориан поднял бровь. Нет, то что, у ведьмы есть двойник, ничуть не удивительно — существует множество заклятий, воссоздающих облик мага. Даже будь это полноценный симулакрум — почему нет, Сильверлэйк явно очень хороша в магии душ. Вопрос в другом — какая Сильверлэйк настоящая, та, с которой они говорили, или та, что вынесла книгу?

Он активировал свое недавно обретенное духовное зрение.

Что было не так-то просто. Тренировки нового навыка шли изнуряюще медленно, хоть Аланик и утверждал, что поначалу так и должно быть. Зориан владел этой способностью меньше месяца, так что неудивительно, что она отзывалась грубо, неуклюже и непонятно. Наверное, так чувствуют себя не-психики, пытаясь овладеть неструктурированной магией разума.

Но даже с его текущими более чем скромными возможностями, он должен понять, есть ли душа у стоящего перед ним человека. Зориан сосредоточился на первой Сильверлэйк — и тут же ощутил, что у нее есть душа. Это не иллюзия, марионетка или симулакрум; они все же говорили с настоящей Сильверлэйк. На всякий случай он проверил и вторую Сильверлэйк…

…у которой тоже была душа. А?

Зориан переводил взгляд с одной ведьмы на другую, пытаясь понять, что происходит. Бесполезно — его духовное зрение пока было просто недостаточно чувствительно, чтобы подсказать ответ. Не начинать же без спросу сканировать ведьму и ее странного двойника прорицаниями — едва ли ему спустят такое хамство.

Вторая Сильверлэйк подошла и передала книгу первой. Та мазнула взглядом по обложке, чуть заметно кивнула и щелкнула пальцами.

Вторая ведьма словно схлопнулась, заставив Зака и Зориана вздрогнуть — ее фигура сжалась в комок черного дыма — а дым, в свою очередь, преобразовался в большую черную птицу, тут же вспорхнувшую на плечо Сильверлэйк. Ворон, сообразил Зориан.

Ну конечно! Зориан хлопнул себя по лбу. Ведь у Сильверлэйк был ворон-фамильяр! Связь между магом и его фамильяром позволяет им легко принимать облик другу друга — если маг знает нужные заклинания.

А Сильверлэйк их, несомненно, знает — это один из излюбленных ведьмами разделов магии. Что уж там, она даже прикрыла разум фамильяра от сканирования, не дав Зориану различить их силой психика.

Он открыл было рот — но ведьма как раз сдувала пыль с обложки и закашлялась — пыльное облако попало прямо ей в лицо.

Ворон возмущенно каркнул, пару раз хлопнув крыльями.

— Заткнись, — выдохнула Сильверлэйк в перерыве между кашлем и свистящими вдохами. — А вы чего встали? Подходите и забирайте чертову книгу! Кому, думаете, я ее принесла? Себе, освежить память?

Зориан шагнул к ведьме — и ему тут же всучили большой обшитый кожей том. Он тихонько крякнул и отступил на шаг, застигнутый врасплох резким движением Сильверлэйк и изрядным весом книги. Тяжелая штука, черт побери…

— Прочитайте это, и все станет понятно, — наконец справилась с кашлем Сильверлэйк.

Зориан с подозрением оглядел здоровенный том в своих руках. На безыскусной коричневой обложке простыми белыми буквами значилось — рецепты печенья. Судя по паре наугад открытых страниц — правильно значилось.

Он покосился на Сильверлэйк — и ведьма, и ворон на ее плече не сводили глаз, ожидая его реакции.

Тихо вздохнув, Зориан повел рукой над коричневой кожей, развеивая скрывающую книгу иллюзию. Под ней оказалось куда менее безобидное заглавие — Неназываемые культы, Том четвертый.

— А без этих шуточек никак нельзя? — риторически спросил он.

— Вы сделали много смелых заявлений, — пожала плечами Сильверлэйк. — Разумеется, я хочу между делом проверить, соответствуют ли они действительности. Если вы двое и правда бывалые путешественники во времени, простенькая иллюзия вас не остановит. И потом, не могу же я оставить такую книгу лежать на виду…

— В смысле? — нахмурился Зак.

— Неназываемые культы — одна из самых одиозных запрещенных книжных серий Алтазии и Кслотика, — пояснил Зориан, рассеянно перелистывая страницы. То тут, то там на глаза попадались леденящие кровь гравюры и описания. — Ее анонимный автор имел привычку внедряться в тайные секты и общества магов — и наблюдать их ритуалы. Неизвестно, как он ухитрялся, но судя по резонансу от его книг — там была изрядная доля правды. Так вот, пронаблюдав за всем этим черт знает сколько времени, он написал восемь книг, где в мельчайших подробностях отразил увиденное. Каждую оргию, каждое жуткое жертвоприношение или бесчеловеческий эксперимент — с иллюстрациями и диаграммами. И хоть в его книгах нет ни одного заклинания, они были почти повсюду запрещены, как богохульная, отвратительная мерзость.

Он брезгливо закрыл книгу. Читать такое совершенно не хотелось.

— Полагаю, вы не подскажете мне, на какой странице искать? — Зориан просительно посмотрел на Сильверлэйк.

Та лишь гнусно ухмыльнулась. Чертова ведьма…

Зориан покосился было на Зака, но тот сразу же замотал головой:

— Нет, нет и нет, — напарник выставил руки, отгораживаясь от него. — Прости, Зориан, но эта работа явно для тебя. Ты куда лучше переносишь такие вещи.

Ууу… Неприятно признавать, но Зак в чем-то прав. Читая память высокопоставленных культистов, Судомира, ибасанских захватчиков и им подобных, Зориан вдоволь насмотрелся темной стороны человеческой природы и во многом загрубел, привыкнув к ее ужасам.

Читать эту книгу, однако же, все равно не хотелось, так что он решил подойти к делу творчески. И начал с направленных на книгу заклятий прорицания, пытаясь определить, какой раздел книги имеет в виду Сильверлэйк — что было не так-то просто, ведь том имел мощную защиту от прорицаний и даже не упоминал имен первозданных. Вот только и Зориан был далеко не новичком в этом искусстве — особенно в приложении к текстам. Его симулакрумы перелопачивали огромные горы документов в поисках малейших зацепок, так что задача, по сути, была рутинной.

Минут через пять он нашел вроде бы подходящую главу и открыл книгу. И Зак, и Сильверлэйк тут же заглянули через плечо.

— А ты совсем скучен, мальчик, — недовольно скривилась Сильверлэйк.

Сочтя это подтверждением, Зориан приступил к чтению.

Выбранная глава описывала небольшой магический культ «где-то в Кслотике», поклоняющийся некой сущности, заточенной за некой «пространственной завесой». Во имя ее они похищали ни о чем не подозревающих путников, вживляли им в мозг каких-то магических червей и принудительно устанавливали им связь с разумом заточенной сущности. В обычных условиях ментальный контакт с сущностью быстро свел бы жертву с ума сокрушительным потоком непостижимых мыслей и образов, но химикаты, источаемые пожирающими ткани мозга червями, позволяли продержаться несколько дольше. Следующие пару часов напичканные наркотиками, полубезумные жертвы кричали, молили, проклинали и несли бессмыслицу, усердно записываемую сектантами для дальнейшего анализа.

Проведя этот обряд бесчисленное множество раз, культисты собрали довольно приличный объем знаний о таинственной сущности, которую они называли Златоперым Червем. На взгляд Зориана, тварь явно была заточенным первозданным, хотя в книге об этом прямо не говорилось.

Мерзкий осадочек после чтения, устаревший слог и разнузданное безумие «откровений» манили просто счесть все это бессмысленным бредом — но, прочитав и обдумав главу несколько раз, Зориан счел, что в этом бреду присутствуют зерна истины. Оговорки жертв о «глазах меж мирами», «переплетающемся и закручивающемся спиралью времени» и «костях, что тянутся внутри и снаружи» намекали, что Златоперый Червь был очень пространственно сложным существом.

«Путь Златоперого Червя — путь себя как мира, — гласила книга. — Истинно, и прочие его рода были такими же: каждый — мир в себе, плоть — лишь тонкая, хрупкая оболочка, скрывающая бездну».

Это было… по меньшей мере, любопытно. Если верить книге, первозданные были не просто диковинными существами в понимании Зориана, а скорее живыми миниатюрными вселенными. Он… даже не знал, как к этому отнестись. Это отдавало безумием, а учитывая источник — его подмывало согласиться с оценкой и забыть об этой идее.

Он передал книгу Заку, давно уже переставшему читать через его плечо, но наверняка еще заинтересованному. Интересно, какое у него будет лицо, когда он дойдет до прелестного, живописного описания процедуры вживления червя в мозг жертвы.

— Итак? — спросила Сильверлэйк, не дожидаясь, пока Зак прочитает. — Что ты думаешь?

— Полагаю, вы про тезис, что на самом деле первозданные — живые вселенные, лишь притворяющиеся существами из плоти и крови? — уточнил Зориан.

— Что, правда? — изумился Зак, медленно перелистывая страницы. Недостаточно медленно. Похоже, он читает текст по диагонали, а не вдумчиво вникает, как сам Зориан. — Как это возможно?

— Прочти книгу, и, возможно, найдешь ответ, — сухо ответила Сильверлэйк. Чушь собачья. Зориан тщательно прочитал главу несколько раз, никакого ответа там не было. — Но да, я имела в виду именно это.

— Здорово, — сказал Зак. — Но как это связан…

— Я думаю, мы живем внутри первозданного, — перебила Сильверлэйк.

Повисло короткое молчание.

— Пожалуй, вам стоит объяснить подробнее, — медленно сказал Зак, опуская книгу, чтобы сосредоточиться на ведьме.

— Ну, если верить вашей истории, — начала Сильверлэйк. — Врата Государя копируют весь мир и помещают его в собственной карманной вселенной. А, еще и прокручивают его под бешеным ускорением времени. Это уже не уровень божественного артефакта. Может, боги и могли создавать такое, кто знает, но я никогда не слышала, чтобы они раздавали нечто такого уровня. Очевидно же, что создание подобной вещи требовало чудовищных усилий, не так ли? Слишком сложно, чтобы дать смертным очередную игрушку. С другой стороны, если Врата «всего лишь» измененный, искалеченный первозданный… такое куда вероятнее. Превратить одного из древних врагов в игрушку для ничтожных смертных — очень в духе богов прошлого. Особенно, если этот конкретный первозданный досадил им сильнее остальных…

Теперь все замолчали надолго — Зак и Зориан оценивали правдоподобие новой гипотезы. Сильверлэйк спокойно ждала, заложив руки за спину. Кажется, она пыталась выглядеть безмятежной и непоколебимо уверенной, но нервно отстукивающая ритм нога портила всю картину.

Возможно, в этом что-то есть. Зориан всегда сознавал, насколько невероятно могущественны Врата Государя, даже для божественного артефакта, а это версия давала какое-никакое объяснение. На ум внезапно пришел древний икосианский миф о том, что мир вокруг создан богами из тела побежденной изначальной драконицы. Он никогда не воспринимал миф буквально, но может, и в нем тоже что-то есть…

— Вы сказали, что может быть простой способ проверить нашу историю, — осторожно сказал Зак. — Это как-то связано с первозданными? Есть способ как-то проверить, не находимся ли мы внутри одного из них?

— Ну, возможно, — Сильверлэйк негромко хмыкнула. — Видишь ли, я давно знала о первозданном, заключенном под Сиорией, и время от времени очень аккуратно изучала его темницу. Это никогда не было в числе моих приоритетов, но, думаю, я неплохо ее знаю. И, если мое предположение верно, я должна заметить, изменилась ли темница. Я отказываюсь верить, что ее можно воссоздать в теле другого первозданного, не оставив заметных следов. Ну, сказать по правде, моя первая мысль — что подобные вещи вообще не могут влиять на кого-то уровня первозданных, пусть они и запечатаны… но из того, что вы рассказали о Панаксете, очевидно, что это не так. В любом случае, пойдем проверим!

— Прямо сейчас? — поднял бровь Зориан.

— А есть смысл ждать? — с вызовом ответила ведьма.

— Полагаю, нет, — признал Зориан. — Просто не ожидал от вас такой… решительности.

— Я только что узнала, что, возможно, заключена в древнем богоподобном чудовище, которое наверняка ненавидит людей, — Сильверлэйк посмотрела на него, как на идиота. — Конечно, я хочу это немедленно проверить! А ты не хочешь?

— Копия, заключенная в древнем богоподобном чудовище, — поправил ее Зориан.

— Которой предшествовали неисчислимые другие копии, прожившие свою короткую жизнь напрасно и сгинувшие в конце месяца, — добавил Зак.

— Двое паршивцев, — сказала ведьма. — Давайте уже отправимся к темнице первозданного в Сиории. Вы ведь умеете телепортироваться?

— Умеем, но этого не требуется, — ответил Зориан. — Есть куда более удобный способ добраться до места.

Вернувшись в Сиорию сквозь пространственные врата Зориана, все трое тут же направились к месту заточения первозданного — огромной круглой яме, вокруг которой и был построен город. К Провалу.

К счастью, дойти до него было несложно. Пусть немыслимый объем маны, извергаемый истоком, и был основой благополучия города, сам Провал почти не охранялся. По сути, городские власти беспокоило лишь то, что прыжок в Провал был популярным способом самоубийства — так что патрульные следили, чтобы не допустить попыток. И то спустя рукава, следя лишь за очевидными спусками к бездне. Если не собирать толпу и не привлекать внимания — можно оставаться у края сколько угодно.

Спускаясь в глубины Провала, Зак и Зориан расспросили ведьму о ее увлечении первозданными. Та утверждала, что никогда особо не интересовалась древними монстрами, просто живет очень долго — ведь даже поверхностный интерес принесет множество знаний, если проявлять его десятилетиями. Ведьма уверяла, что, подобно им, не знает других темниц первозданных, кроме этой.

Сказать по правде, Зориан слушал ведьму с большим сомнением. Она не сомневалась, что сможет обнаружить изменения в пространственном барьере темницы Панаксета. То есть знала его достаточно хорошо, и это — поверхностный интерес? Сами парни разве что смутно ощущали темницу, а ведь их навыки в пространственной магии и прорицаниях были отнюдь не плохи. Далее, пусть они пока и не нашли другие темницы, у них уже были три многообещающих рабочих гипотезы… И это не прикладывая особых усилий, занимаясь поисками буквально между делом. Поверить, что за все это время Сильверлэйк не нашла хотя бы еще одну темницу? Он подозревал, что ведьма сильно преуменьшает свою заинтересованность — и свои достижения. Возможно даже, что ее невероятное мастерство в работе с карманными измерениями происходит именно отсюда.

Впрочем, он не спешил озвучивать свои подозрения. Было заметно, что хоть Сильверлэйк и старается держаться уверенно и невозмутимо, их история сильно ее обеспокоила. Если он надавит слишком сильно, она может почувствовать себя загнанной в угол и сорваться. Ведьма и сама по себе никогда не казалась ему уравновешенной…

Им не пришлось спускаться глубоко в Провал. В отличие от сферы с дворцом и других известных Зориану свернутых пространств, темница первозданного имела куда более крупный и сложный якорь в реальности. Вообще-то, если вспомнить, как Панаксет вырвался из дыры в небе, можно предположить, что якорь тянется далеко вверх над Провалом… просто его верхняя часть слишком эфемерна, и они пока не могут ее заметить. В любом случае, спустившись достаточно далеко, Сильверлэйк велела им заткнуться и не мешать работать — что они и сделали, молча усевшись на валуны неподалеку.

Зориан внимательно следил, как Сильверлэйк творила заклятья. Да, наблюдая со стороны, заклинанию не научишься — но, имея богатый опыт или знания соответствующего раздела, понять можно очень и очень многое. Зориан имел и то, и другое, так что понял — для анализа темницы Сильверлэйк использовала десятки индивидуальных заклятий, длинных и сложных, по всей видимости — специально разработанных для каждой отдельной функции. Никакой оптимизации, предельно узкое назначение — вероятно, заклятья разработала сама Сильверлэйк, пытаясь подступиться к изучению темницы. Далее, она творила столь очевидно неудобные заклятья безошибочно, с наработанной легкостью — вероятно, работала с ними так часто, что это вошло в привычку.

«Поверхностный интерес», ага…

Чем дальше, тем сильнее хмурилась Сильверлэйк, тем быстрее накладывались заклинания — но все это молча, в полной сосредоточенности. Против обыкновения, ведьма даже не бормотала себе под нос. Наконец, после более чем двух часов магии, размышлений и напряженного вглядывания в пустоту перед собой (что она вообще там видела?) Сильверлэйк уронила руки, вздохнула и повернулась к ним.

— Ладно, — сказала она. — Ваша взяла. Я предварительно поверю в вашу безумную историю.

— Предварительно? — поинтересовался Зак.

— Мы определенно не в том же мире, где были несколько месяцев назад, — пояснила ведьма. — Это не означает, что именно ваша версия событий верна, просто пока у меня нет других объяснений. Так что пока я поверю в вашу историю.

— На всякий случай уточню — вы нашли в темнице Панаксета заметную разницу с момента несколько месяцев назад? — спросил Зориан.

— Полагаю, можно сказать и так, — в голосе ведьмы прозвучала нотка сомнения.

— И что вам не нравится? — спросил Зак. — Разве вы не это искали?

— Я ожидала либо грубую подделку под темницу первозданного, либо все без изменений — в случае, если вы вешали мне лапшу на уши.

— Но? — спросил Зориан.

— Но это та же самая темница… только с другого ракурса, — задумчиво ответила Сильверлэйк. И нахмурилась, увидев их непонимающие лица, щелкнула языком. — Ба! Поверить не могу, что приходиться объяснять таким неучам… Ну, давайте попробуем так: вы знаете, что пространственные врата выглядят, словно сложены из двух порталов, но на самом деле это один двусторонний конструкт, так? Темница перед нами такая же. Я чувствую различия, но если присмотреться — это только кажется. Это тот же самый объект, просто мы смотрим на него с непривычной стороны. Темница Панаксета одновременно существует в реальном мире и… куда нас там к черту занесло. Эти ваши Врата Государя не смогли воссоздать темницы первозданных, но они присоединили их к этому миру, как и к реальному… аж голова разболелась. Я не знаю, как это возможно и зачем это кому-то понадобилось. Почему этой божественной игрушке просто не проигнорировать темницы, зачем было стараться, обеспечивая доступ к ним из копии мира? Аргх!

Она дернула себя за волосы — нет, конечно, не сильно, просто чтобы подчеркнуть драматический момент — и, развернувшись, задумчиво уставилась в бездну перед ними.

Помолчав, Зак задал вопрос, интересовавший и Зориана:

— Если темницы первозданных существуют одновременно здесь и в реальном мире, не значит ли это, что они… своего рода мосты, за неимением лучшего слова? — тихо спросил он. — В таком случае можно использовать их как проводник, чтобы открыть проход в реальный мир. Черт, возможно, даже не придется выпускать одного из них!

— Я бы на это не рассчитывала, — внезапно сказала Сильверлэйк. Видимо, задумчивость не мешала ей слушать их разговор. — Темницу первозданного сложно даже ощутить, не то что воздействовать. Чтобы использовать ее, как проводник заклятья, потребуется несравненно более…

Она вдруг прервалась и ошарашенно повернулась к ним:

— Стоп, что значит «выпустить одного из них»?

Убедив Сильверлэйк, что с миром не все в порядке, а их рассказ про петлю хоть сколь-нибудь правдоподобен (и сгладив досадные недопонимания) они добились своего — ведьма неохотно согласилась и дальше учить их работе с карманными измерениями. Кроме того, Зориан уговорил ее продать аналитические заклятья для изучения темницы в обмен на оба ключевых реагента зелья юности. Сколько бы она ни жаловалась на несправедливость сделки из-за самой природы петли, устоять ведьма не смогла — не перед обоими компонентами.

Увы, это имело не только хорошие последствия — Сильверлэйк внезапно очень заинтересовалась ими. Она хотела знать все — откуда они родом, кто их родственники, кого они поддерживают, что умеют, сколько у них денег — все. А когда они отказались рассказывать — начала слежку. И, не добившись ничего магическими методами, привлекла к этому свои связи — судя по всему, старая ведьма только казалась отшельницей. Это было бы неудобно и в другое время, но сейчас все осложнялось тем, что Зак и Зориан и так особо не таились — выполняя значимые запросы, заключая дорогостоящие сделки, швыряясь деньгами… Они могли себе это позволить, пока никто не интересовался ими, но теперь, когда куча въедливых людей решила узнать, чем там заняты Зак Новеда и Зориан Казински… Теперь эти настойчивые люди вдруг обнаружили, что двое школьников действительно заслуживают самого пристального внимания. Даже если Сильверлэйк отыграет назад и скажет, что они ее больше не интересуют — расследование уже не прекратится.

Епрст.

Застигнутые врасплох и вынужденные затаиться, парни стали искать себе другие занятия. Зориан остановился на изучении божественных артефактов.

Сидя в тайном, надежно укрытом оберегами доме, Зориан разглядывал свою небольшую коллекцию. Тут было семь предметов: маленькая серебряная пирамидка, темно-коричневый деревянный посох, золотой колокольчик, покрытый царапинами иссиня-черный диск, большой зеленый кристалл с играющими внутри огоньками, большой бронзовый компас и незамысловатый железный кинжал. Кинжал был найден в императорском дворце внутри сферы, а все остальное — бессовестно украдено из частных коллекций и сокровищниц малых стран. При всем своем довольно непрезентабельном виде, эта кучка старых предметов вызвала бы зависть даже богатейших людей континента.

— Ты ведь знаешь, что изучение божественных артефактов, как правило, бесполезно? — спросил Дэймен, внимательно оглядывая коллекцию. Зориан, поколебавшись, пригласил брата присоединиться: тот был намного опытней в этом вопросе. — Целые группы работали над отдельными образцами, и так ничего не добились.

— Да, знаю, — согласился Зориан, крутя в руках кинжал. Они все еще не выяснили, что он делает, за исключением того, что железка была сверхъестественно острой. Божественные артефакты недоступны для прорицания, так что изучать их можно лишь пробами и ошибками — либо искать упоминания в древних текстах. — Но, в отличие от тех групп, я могу позволить себе испортить образец в процессе изучения — он все равно вернется в следующем месяце.

Дэймен кисло посмотрел на него.

— Это настолько неправильно… — неодобрительно сказал он. — Это же бесценные, незаменимые реликвии. Святотатство.

— И ты согласился в нем участвовать, — напомнил Зориан.

— Ну… Не могу сказать, что мне никогда не хотелось сделать что-то подобное, — вздохнул брат. — Ты уверен, что они восстановятся?

— Уверен, — указал на кинжал Зориан. — В прошлом цикле я разобрал его — и сейчас он в полном порядке. Каковы бы ни были его таинственные божественные силы, Врата Государя без проблем его воссоздают.

— Это и радует, и пугает, — заметил Дэймен.

Зориан задумался, что бы сказал брат, узнай, что они сидят внутри первозданного, вполне возможно — живого и ждущего лишь шанса их сожрать. Но, хоть его реакция наверняка будет забавной, лишняя драма сейчас ни к чему.

— Хм, прежде, чем мы начнем, мне кое-что интересно, — начал Зориан. — Как отреагировал Фортов на созданный мной иллюзорный диск?

Диск придумал Дэймен, еще в прошлом цикле. Чтобы быстрее убедить Фортова, они записали иллюзорную сцену их прошлого разговора. Зориан был настроен скептически — что Фортову какая-то иллюзия? Но Дэймен настаивал, что все получится, и Зориан уступил. Он воссоздал разговор по памяти — и, отпечатав иллюзию в диске, отправил Фортову по почте. Строго говоря, на этом его роль заканчивалась — но было слегка любопытно, что из этого вышло.

— Ну, можно сказать, кое-что получилось, — скупо усмехнулся Дэймен.

— О? — поднял бровь Зориан.

— По крайней мере, он разговаривает со мной, — пожал плечами брат. — Большего я от диска и не ожидал, так что жаловаться не на что.

— И как ты объяснил содержание диска? — поинтересовался Зориан.

— Я и не объяснял, — ухмыльнулся Дэймен. — Специально разжег его любопытство. Сказал, что расскажу все через месяц.

Зориан закатил глаза.

— Кстати, мне тоже есть что сказать, прежде, чем приступим к этому, — Дэймен махнул рукой в сторону артефактов. — Я практически уверен, что вычислил местоположение фрагмента Ключа, затерянного в Кслотике.

— Уверен? — оживившись, Зориан подался вперед. Следовало признать, в подобных делах помощь брата была неоценима. Вдвоем с Заком они искали бы ключи несравненно дольше. — И где же он? В Башне Хайлос-На? Надеюсь, это…

— В Зиккурате Солнца, — перебил его Дэймен.

Застонав, Зориан откинулся на спинку стула. Из всех возможных вариантов зиккурат определенно был самым худшим. Стоящий в глубине северной Миасины, когда-то — посреди цветущих степей, ныне же — в пустыне Кслотика. Вокруг не было сколь-нибудь заметных поселений, лишь бескрайняя пустыня. Даже просто добраться до зиккурата было тем еще испытанием.

Те же, кто пересечет пустыню и доберется до зиккурата, столкнутся с еще одной его милой особенностью. Древнюю постройку и окрестности облюбовали салротум — разумные гигантские пустынные осы. Сотни невероятно сильных и живучих тварей почти трех метров в длину. Что же до их характера… ну, «салротум» на местном наречии примерно означает «дьявольские осы». Зориан что-то сомневался, что они позволят им спокойно искать в своем гнезде древние артефакты.

— Извини, — сказал Дэймен. — Я тебя понимаю, но вероятность ошибки минимальна. Кольцо императора там — если осы не нашли и не уволокли его куда-нибудь еще.

— Что вполне возможно, — заметил Зориан.

— По крайней мере, твой встроенный детектор Ключей сможет определить, стоит ли туда соваться.

— Разумеется, клятое кольцо оказалось в самом неудобном месте, — с досадой буркнул Зориан. — Туда даже добраться трудно.

— Вообще-то, думаю, у меня есть вариант, как добраться туда и в Блантирр за приемлемый срок, — ухмыльнулся Дэймен, швыряя ему свернутую листовку. — Погляди-ка сюда — и скажи, что об этом думаешь.

Зориан поймал рулончик перед самым лицом и, одарив метателя сердитым взглядом, развернул.

По сути, это оказалась политическая агитка. Красивая картинка деревянного корабля странной формы, судя по всему — заказанного королем Аранхала, одной из крупнейших стран Кслотика. Воздушный корабль, сообразил Зориан.

Чертовски дорогостоящее экспериментальное судно, разработанное лучшими артефакторами Аранхала для подъема национального престижа. Корабль был практически готов, разработчики завершали доводку, первый полет запланирован через пару недель.

— Итак? — понимающе улыбнулся Дэймен. — Что ты думаешь?

Помедлив, Зориан оторвался от листовки и встретил его взгляд.

— Думаю, самое время угнать воздушный корабль.

Глава 78. Терпение и труд

Знающие люди относились к воздушным кораблям с изрядным скепсисом. Да, идея воздушного транспорта с незапамятных времен владела умами человечества, но вот воплощения этой идеи… разочаровывали. Магия могла поднять корабль в воздух — но держать его там длительное время было чертовски энергозатратно. Если же хотелось не просто летать, а летать хоть сколь-нибудь быстро и маневренно — и без того немалый расход маны вырастал неимоверно. Неудивительно, что несмотря на относительную простоту и доступность заклинаний полета, большинство магов обращались к ним только когда не было другого выхода.

Из-за этой фундаментальной проблемы практически все воздушные корабли были вынуждены летать строго очерченными маршрутами над насыщенными маной районами, где уровень энергии позволял им держаться в воздухе. И даже в этом случае разработчики безжалостно урезали вес судна — за счет прочности, опять-таки уменьшая полезность летучего транспорта. Не говоря уже о том, что воздушный корабль дорог, как в строительстве, так и в эксплуатации — высококачественные материалы и проект, разрабатываемый целой командой специалистов. Общедоступных типовых решений не существовало, так что каждая группа начинала чуть ли не с нуля — и зачастую только сами разработчики и могли что-то исправить или изменить в готовом изделии.

Наконец, последняя, но не по значению, проблема опасности крушения — шансов выжить при падении летучего корабля куда меньше, чем, скажем, на тонущем морском судне. Малейшая неисправность — и все на борту обречены, что неоднократно доказано крушениями высококлассных воздушных кораблей, один — тетранский «Гепид»(10) — и вовсе рухнул в море в самом начале своего первого полета. И даже если отбросить вероятность поломки — в воздухе хватает летучих тварей, вполне способных сбить воздушное судно.

В свете всего перечисленного, воздушные корабли не пользовались особой популярностью. Слишком дорогие для частных перевозок, слишком ненадежные для военных — те предпочитали приручать крупных летучих зверей. И все равно энтузиасты упорно стремились создать эффективный воздушный корабль. Та самая извечная мечта человечества.

Впрочем, многое зависело и от региона. Страны северной Миасины были признанными лидерами в разработке воздушных кораблей. Для них, живущих среди бескрайних пустынь, этот вид транспорта представлял куда больший интерес. Прокладывать дороги и рельсы сквозь пустоши севера континента было невероятно сложно, а большинство поселений — просто недостаточно велико, чтобы строить дорогостоящие телепортационные платформы. Не привязанный к маршрутам, экономически оправданный воздушный корабль, способный курсировать над пустыней Кслотика, был их желанной целью.

Хотя конкретно выбранная Зорианом «Жемчужина Аранхала» строилась совершенно без оглядки на экономику. Разработчики не скупились ни в чем; пусть Зориан и не знал точных цифр — он охотно верил слухам, что затраченная на корабль сумма была воистину астрономической. Но и заявленные характеристики корабля вполне отвечали затратам. «Жемчужина» была быстра, маневренна и удивительно прочна — для воздушного корабля. Но главное — во всяком случае, для Зориана — на корабле стояла экспериментальная силовая установка, способная длительное время работать вне зависимости от уровня фоновой маны.

Впрочем, обсудив все с Заком, парни решили в этом цикле не трогать корабль. Уже прошла половина месяца, да и они изрядно увязли в других делах. Опять же, растревоженные Сильверлэйк влиятельные люди по-прежнему следили за ними. Хотя — от небольшой разведки Зориан все же не отказался.

Ожидаемо, корабль тщательно охранялся. Нет, конечно не от воров — кому вообще придет в голову угнать воздушный корабль? От шпионов и диверсантов. Защита была хороша — Зориан не смог пройти ее сходу, но не сомневался, что рано или поздно найдет способ. Может, не в следующем цикле, но найдет. Куда больше его беспокоило другое — оказывается, чтобы «Жемчужина» оторвалась от земли, нужна команда из десяти человек. Угнать ее вдвоем, как они изначально собирались, будет непросто. Скорее всего, придется ждать, пока Зак не освоит заклятье симулакрума. Другая проблема, пусть и не столь серьезная — на корабль еще не были установлены все необходимые детали — возможно, некоторые даже не изготовлены. Зориан не сомневался, что сможет сделать и установить их самостоятельно — но ему понадобятся чертежи…

«Когда-то я мечтал договориться с машинистом и посмотреть, как работает двигатель локомотива, — с ностальгией подумал Зориан. — Теперь же собираюсь угнать и изучить экспериментальный воздушный корабль. Просто не верится, как далеко все зашло — даже учитывая временную петлю. Интересно, что сказал бы об этом прежний я…»

Вопрос, ясное дело, был чисто риторическим. Зориан покачал головой и вернулся к более насущным проблемам. Ему предстояла встреча с давним знакомым — Зеномиром Олгаем, старым экспертом-лингвистом, к которому он обращался в одном из первых циклов. Тогда захватчики убили его почти сразу после разговора, и с тех пор Зориан подсознательно избегал Олгая, считая, что тот работает на ибасанцев. Вот только ни культисты, ни агенты захватчиков ничего не знали о старом профессоре. Так что, разыскивая переводчиков, что могли бы помочь с документацией из Аранхала, и встретив имя Зеномира, Зориан решил заглянуть к нему. И даже сделать несколько многозначительных намеков про ибасанцев — посмотреть, не повторится ли нападение. Как знать, может, Зеномир — самый засекреченный из ибасанских шпионов, и остальные просто рангом не вышли, чтобы знать о нем?

Но, уже подходя к кабинету профессора, он остановился, ощутив знакомый мысленный фон.

Тут были мозговые крысы — прятались внутри стен. Стая тут же отдернула свой мысленный щуп, наткнувшись на его щиты — но отточенная ментальная защита Зориана засекала даже самые осторожные касания.

Зориан нахмурился. Если тут и в прошлый раз были мозговые крысы, то неудивительно, что его сразу же убили. Вопрос в другом: зачем крысам Зеномир? Профессор — довольно известный полиглот и лингвист, но ибасанцы вроде как этим не интересовались.

Поразмыслив, он решил пока оставить крыс в покое. Постучал и стал ждать ответа.

Ждать пришлось не меньше четверти часа. Похоже, он не вовремя — у старого учителя уже был посетитель. Другой студент, сообразил Зориан. Он мельком заглянул в его мысли — проверить, не связан ли тот с крысами. Нет, все в порядке, просто студент, выбравший Зеномира своим куратором и о чем-то с ним спорящий. Зориан не стал выяснять, о чем именно, стараясь без нужды не злоупотреблять своими ментальными способностями.

Наконец они закончили, и Зориана пригласили войти. Вежливо приняв приглашение, он сразу перешел к делу:

— Мне сказали, что вы можете помочь мне с переводом технической документации с аранхальского икосианского. Или хотя бы подсказать, кто может с этим помочь.

— Ах да, Аранхал, — глубокомысленно отозвался Зеномир. — У них довольно своеобразный икосианский, не так ли? Можешь показать образец того, с чем работаешь?

Зориан достал несколько листов пояснительной записки и передал профессору. Он не опасался, что украденный документ опознают — если только Зеномир не работает еще и на аранхальских судостроителей, помимо ибасанцев.

Зеномир осторожно надел очки и молча просмотрел листы.

— Понятно, много незнакомого технического жаргона. Конструкционные материалы воздушных кораблей? Какая любопытная тема… — он добродушно улыбнулся Зориану. — Понятно, что тебя направили ко мне, хотя и немного грустно, что студент нашей славной академии не обратился ко мне в числе первых. По крайней мере, я дал бы первичную оценку бесплатно — едва ли тот, кто направил тебя ко мне, поступил так же.

Зориан видел, что профессор не обижается всерьез — просто дружески указывает, что учебу в академии можно использовать полнее. Увы, при всем его дружелюбии, травматические воспоминания и мозговые крысы в стенах не способствовали полному доверию. Так что он просто кивнул и продолжил разговор.

— Позволь я кое-что уточню, — начал Зеномир. — Этот документ, что ты хочешь перевести — единичный, или ты планируешь сотрудничество с кем-то из Аранхала?

— Проект, над которым я работаю, включает некоторое взаимодействие с аранхальцами, — неохотно признал Зориан.

К счастью, профессор ничуть не удивился его намерению активно сотрудничать с жителями другого континента. Зориан ожидал хоть какой-то реакции — но ее не последовало.

Еще минут десять они обсуждали условия. Зеномир задал пару вопросов о сути «проекта», но, к счастью, удовлетворился ответом, что это секретная информация. Он подтвердил, что вполне способен выполнить перевод, хотя на это уйдет пара дней — и это будет недешево. Впрочем, Зориана это вполне устраивало, о чем он тут же и сообщил — но старый профессор внес новое предложение.

— Осмелюсь предположить, что просто нанять переводчика будет не лучшим решением, — сказал Зеномир. — Думаю, тебе стоит уделить время и самому выучить язык. Ты не поверишь, сколько оттенков смысла теряется при переводе, да и партнеры оценят, если ты сможешь общаться с ними напрямую.

— Но я вряд ли буду иметь какие-либо дела с Аранхалом по завершению этой работы, — нахмурился Зориан. Что-то подсказывало ему, что отсутствие языкового барьера ничуть не улучшит его отношений с разработчиками корабля. — Столько напрасных усилий ради одного проекта.

— Изучение языка — не напрасные усилия, молодой человек, — укорил его Зеномир. — Оно развивает разум и расширяет горизонты! К тому же, тебе не придется начинать с чистого листа. Аранхальский икосианский отличается от стандартного, но не до неузнаваемости.

— Тоже верно, — согласился Зориан. Скорее, как самобытный диалект со множеством слов, заимствованных из языка аборигенов, что жили там до завоевания икосианами. Как, впрочем, и многие диалекты икосианского на Алтазии. — Но все равно потребует изрядных усилий — не все могут похвастаться такой склонностью к языкам, как у вас, профессор Олгай. Не сочтите за дерзость.

— Хм… Подожди минутку, — сказал профессор и, не дожидаясь ответа, резво вскочил и скрылся в подсобном помещении.

Он пробыл там минут десять — судя по доносящимся сквозь дверь звукам, выдвигал ящики и рылся в бумагах. Зориан вздохнул. Все это длилось куда дольше, чем он ожидал…

Наконец, старый профессор вернулся в кабинет, принеся высокую стопку книг, папок и отдельных листов бумаги. Стопка была столь велика, что дверь пришлось открывать локтем — что он и сделал с наработанной легкостью. Зеномир бухнул стопку на стол перед Зорианом и указал на нее:

— К вашему сведению, молодой человек, это — небольшая выборка словарей, справочников и записок, касающихся аранхальского икосианского, из тех, что нашлись в моей кладовой…

— У вас в кладовой совершенно случайно нашлись материалы по Аранхалу? — скептически уточнил Зориан.

— О, чего у меня там только нет, — отмахнулся Зеномир. — Иные преподаватели редко бывают в своих кабинетах, но я работаю в основном здесь. Вот и держу большинство материалов под рукой. Так вот, почему бы тебе не взять это все и не попробовать перевести часть документа самостоятельно? Если сумеешь меня впечатлить, остальное я переведу бесплатно.

Зориан открыл было рот сказать, что он бы предпочел заплатить сразу, но Зеномир и слушать ничего не хотел.

— Бесплатно! — подчеркнул он. — У вас что, много лишних денег, молодой человек? Не спеши с ними расставаться. И не волнуйся, я не очень требователен. Просто постарайся, и уверен, у тебя все получится. Как знать, может, даже откроешь в себе спящую страсть к языкам, а?

В последнем Зориан что-то сомневался, но видел, что спорить бесполезно. К тому же, если подумать, кое-какие познания в аранхальском икосианском не повредят. Возможно, ему придется допрашивать кого-то из разработчиков, а делать это с языковым барьером куда сложнее. Даже телепатия мало чем поможет — язык слишком сильно влияет на мышление.

— Хорошо, я попробую, — уступил он.

— Превосходно! — довольно улыбнулся Зеномир.

— Но все же, вы уверены, что стоит давать мне все это? — Зориан указал на стопку. — Некоторые из них выглядят… незаменимыми.

— Все в порядке, — отмахнулся Зеномир. — Ты выглядишь серьезным молодым человеком. Уверен, ты вернешь все в целости и сохранности.

Зориан не ответил, молча глядя на стопку материалов.

— Что же, — неожиданно хлопнул в ладоши Зеномир. — Хочешь спросить что-нибудь еще? Если нет…

— Вообще-то хочу, — сказал Зориан. — Вы состоите в Культе Дракона, что Внизу?

Зеномир удивленно поднял брови.

— Прошу прощения… что?

— Официально они называют себя Тайным Орденом Звездного Дракона, — пояснил Зориан. — Это одна из новых религиозных организаций, поклоняющаяся сущности, что, согласно принятому мнению, пребывает в центре мира. Они довольно влиятельны здесь в Сиории. Так вы состоите в Ордене?

— А, думаю, я слышал о чем-то подобном, — задумчиво сказал Зеномир, перебирая длинную белую бороду. — Но нет, я в нем не состою. А что?

— Вы — агент Улькуаан Ибасы? — спросил Зориан, проигнорировав вопрос старого учителя.

— Ну, знаешь ли, — наконец начал терять терпение Зеномир. — Что это за вопросы?!

Хмм. Он совершенно искренен. Он не сотрудничает — во всяком случае, сознательно — ни с Культом, ни с Ибасой.

Вздохнув, Зориан потянулся вглубь разума Зеномира, играючи сметя слабенькую защиту, и скорректировал краткосрочную память, стирая последний диалог. Все заняло не больше минуты — сказывался впечатляющий опыт Зориана в работе с памятью — после чего он покинул разум профессора.

Старый учитель пару раз моргнул, стряхивая наложенное Зорианом для удобства работы ментальное оцепенение, удивленно посмотрел на него.

— Что случилось? — спросил он.

— Эм, вы как бы… ненадолго задремали, — изображая смущение, ответил Зориан.

— Ах. Видимо, возраст уже сказывается, — с горечью заметил Зеномир, покачав головой. — Так на чем мы остановились?

— Вообще-то мы вроде бы закончили, — сказал Зориан. — Но прежде, позвольте задать странный вопрос. Как думаете, кому может понадобиться следить за вами?

— Следить за мной? — удивился Зеномир. — Нет, понятия не имею, кому это может понадобиться. Сказать по правде, меня бы наоборот порадовало, если бы больше людей интересовались моей работой. Если кто-то хочет знать больше — им достаточно просто спросить!

— Тогда перейду сразу к сути, — продолжил Зориан. — Благодаря неким экзотическим врожденным способностям, я знаю, что в стенах вашего кабинета водятся крысы. И крысы не обычные.

— А вот это уже… довольно тревожно, — Зеномир сел обратно на стул и нахмурился. Вновь постучал пальцами по бороде. — Хмм… Крысы в стенах…

Где-то через минуту он внезапно хлопнул ладонью по столу, заставив Зориана вздрогнуть от неожиданности.

— Ага! — торжествующе сказал он. — Кажется, понял. Не думаю, что эти крысы, если они действительно шпионят, здесь ради меня. Дело в том, что тут совсем рядом кабинет директора. Сам он редко там бывает, но вот посетители и документы проходят его практически в обязательном порядке.

Следовало признать — звучало убедительно. Наверняка сам кабинет директора был надежно защищен — но вот прилегающие коридоры и кабинеты… На них вполне могли сэкономить. Надо будет пройти по академии, проверить, не завелись ли где еще мозговые крысы.

— Разумеется, об этом следует сообщить, — неожиданно ссутулился Зеномир. — Так и вижу, сколько предстоит мороки. И сколько писанины…

— Вы можете не упоминать обо мне в отчете? — спросил Зориан. Он мог бы опять скорректировать память профессора, но предпочёл бы этого не делать.

— Пожалуй, — вздохнул Зеномир. Похоже, старый учитель действительно доверял людям. — Незачем еще и тебе страдать. Но вынужден попросить тебя не распространяться об этом — иначе академия сочтет, что ты подрываешь ее репутацию.

Зориан заверил его, что будет молчать, взял стопку книг и вышел. Но вместо того, чтобы сразу направиться к выходу, сделал крюк, пару раз пройдя мимо кабинета директора.

Выходило, что да, все подходы к кабинету контролировались мозговыми крысами в стенах. Похоже, догадка Зеномира была верна.

Что же… Одной тайной меньше. Давненько не было такого, чтобы раскрытие тайны не повлекло появления двух новых.

Даже показалось, что он наконец приближается к развязке.

Уединившись в непримечательной системе пещер в пустошах далеко от Сиории, Зак, Зориан и две аранеа оттачивали магическое мастерство.

Зак возился с большим деревянным сундуком, упражняясь в работе с карманными измерения. Его отрыв в этой области медленно, но верно продолжал увеличиваться, хоть Зориан и развеял несколько симулакрумов, сконцентрировав на тренировки больше энергии. На взгляд Зориана — все дело в чудовищном резерве маны и, соответственно, способности выполнять энергозатратные упражнения намного дольше его. Зак не уступал ему ни талантом, ни усердием, и тоже имел доступ ко всем материалам и техникам — неудивительно, что сказывалось преимущество резерва. Да, неудивительно — но какую-то мелочную часть Зориана бесило отставание от напарника, вплоть до желания утаить найденные в книгах приемы и упражнения, чтобы сократить разрыв. Конечно, он сдерживался — это было бы просто самоубийственно глупо. Успехи Зака — на пользу им обоим.

Впрочем, особых успехов ни один из них пока не добился. Сундук Зака действовал по тому же принципу, что и давнишние коробки с шариками. Простейшая форма карманного измерения, расширение пространства внутри контейнера, позволяющая создавать вещи, что внутри больше, чем снаружи.

У этого варианта было множество ограничений. Карманные измерения требовали маны, так что могли применяться лишь в районах с высоким естественным фоном. Или при наличии встроенного источника энергии. В стенки контейнера приходилось впечатывать сложную, изощренную заклинательную формулу, иначе карманное измерение рассеется менее, чем за сутки, как любое обычное заклинание. Наконец, вес содержимого никуда не девался, так что небольшой сундук с несколькими тоннами камней так и будет весить несколько тонн.

Да и помимо веса, впихивать в карманное измерение слишком много всего — не лучшая мысль. При повреждении контейнера карманное измерение мгновенно разрушалось, выкидывая содержимое в обычный мир — с изрядной силой, словно шрапнель. Зак и Зориан на своей шкуре убедились, что лучше брать действительно прочные контейнеры — когда стеклянные шарики своим весом прорвали картонное дно коробки, устроив натуральный взрыв шариковой бомбы.

Чем больше они узнавали о карманных измерениях, тем сильнее впечатляла найденная в Косе Сфера Императора. Ее внутренний источник энергии не зависел от окружающей среды, поддерживая свернутое пространство неограниченно долго; она весила не больше, чем стеклянный шар того же размера, и содержала внутри огромные массу и объем. Зориана подмывало списать это все на божественное вмешательство, но Сильверлэйк упорно настаивала, что теоретически это осуществимо и обычной магией. Да, даже внутренний источник. Она не уточняла, как именно.

С другой стороны, она поддерживала довольно крупное карманное измерение с мощной магической защитой — в регионе, где естественного фона очевидно недостаточно для таких фокусов. Как, интересно, она это делала?

Впрочем, над этим можно долго и бесполезно ломать голову. Зориан отмел лишние мысли и сосредоточился на двух аранеа перед собой. Обе — из Посвященных Молчащих Врат. Теперь, когда он приносил им длинный список новых кодов и разведданные об окружающей новые врата местности — клан аранеа куда охотнее шел ему навстречу. В данном случае, ему предоставили двух лучших «добытчиц». Воровок, если называть вещи своими именами. Зориан звал их Тень и Вуаль — сильно сокращенные версии имен аранеа.

Изначально предполагалось, что Тень и Вуаль научат его ментальным приемам для проникновения на охраняемую территорию — но для воров и шпионок обе оказались на редкость дружелюбны и любопытны. Они охотно выполнили свою часть сделки… но не возражали показать больше, если и он поделится кое-какими секретами.

Так что сейчас они азартно пробовали друг на друге показанные им приемы, постепенно оттачивая довольно неуклюже переведенные в заклинательную систему аранеа человеческие заклятья. Зориан не участвовал, вмешиваясь лишь если замечал очевидные ошибки — но в конце дня, как обычно, спросит готовый результат. Когда они с Заком найдут способ вырваться из петли, он собирался свести все наработанные улучшения в один большой архив и подарить тем племенам аранеа, что помогли ему за прошедшие циклы.

Сам же Зориан наконец исполнял свое давнее желание. Он учил технику аранеа «уход в темноту» — психический аналог заклятья Пустого Разума.

Найти кого-то, кто обучит этому приему, было очень непросто — аранеа относились к технике с сильным предубеждением, и не то что отказывались обучать ей постороннего, а даже не признавались, что владеют ей. Лишь после долгих уговоров и нескольких дорогостоящих сделок Тень и Вуаль согласились обучить его. И то взяли с него слово, что он будет применять эту технику с крайней осторожностью.

Они зря беспокоились. Зориан слышал множество жутких историй о магическом аналоге техники и не собирался рисковать. Общеизвестно, что длительное применение Пустого Разума ведет к безумию. Маги, использовавшие его долгое время, зарабатывали острую паранойю, видя во всем враждебные замыслы. Они неизбежно приобретали манию преследования и бежали прочь от людей, преследуя какие-то свои непостижимые цели. Был очень скандальный случай, когда это произошло с очень богатым магом — в итоге тот уединился в отдаленном поместье, превратив его в смертельную западню, напичканную ловушками, мощными оберегами, големами и свирепыми сторожевыми зверьми. К вящему неудовольствию его детей, обнаруживших, что все его обширное состояние ушло на это укрытие.

Сама техника оказалась куда сложней, чем Зориан ожидал. Да, он знал, что Пустой Разум — сложное, высокоуровневое заклятье, но думал, что силы психика нивелируют сложности. Ведь этот прием работает с разумом — кому, как не прирожденному магу разума его освоить? Но нет, все вышло ровно наоборот. Даже обычные маги ощущали острую неправильность, отрезая свой разум от мира — головокружения, шум в ушах, головные боли, если заклятье недостаточно отработано… Для психика вроде Зориана же это было словно вырвать себе глаза, даже зная, что они потом отрастут. Даже зная, что эффект не постоянен, сама идея отторгалась всем его существом. Он просто не мог заставить себя сделать с собой такое.

Тупик. Он несколько раз глубоко вдохнул, успокаиваясь перед очередной попыткой. Так, хорошо… Двадцать семь — счастливое число…

Он вновь ушел в себя, тщательно запоминая границы своего «я», а затем… словно свернул свой разум в клубок.

Это было ужасно. Если попытаться описать словами — мир погрузился в душный, тесный, давящий мрак. Он чуть было не прекратил, как много раз до того, но стиснул зубы и заставил себя продолжить.

Границы его сознания сжимались, он вдыхал все глубже и глубже, борясь с рвущимся из глубин души паническим страхом. Глупое, иррациональное чувство, словно его закапывают живьем, заперев в клетке из собственной плоти. Он не знал, сколько времени колебался, прежде чем сделать последний шаг.

Последнее отчаянное усилие — и его разум окончательно свернулся и стабилизировался. Ощущение неправильности не исчезло — но стихло, став вполне переносимым.

Все вокруг казалось неестественно тихим, хотя ничего вокруг и не изменилось.

Хотя нет — Тень и Вуаль перестали перебрасываться заклятьями и с интересом уставились на него.

— У тебя получилось! — восторженно сказала Вуаль. Она использовала заклятье звуковой речи, ведь Зориан сейчас был недоступен для телепатии. — Невероятно! Я думала, понадобится еще попыток тридцать!

— Ничего невероятного, — кисло возразила Тень. — Вполне ожидаемый результат для его подготовки.

— Но он человек, — возразила Вуаль. — Не думаю, что его можно оценивать по нашим стандартам.

— Ты права. Мы должны быть еще строже, — ответила Тень. — Ведь в отличие от нас, он не привык во всем полагаться на ментальные способности.

— Эй, я все еще здесь, — возмутился Зориан.

— Не слушай эту вредину, — посоветовала Вуаль. — Просто знай, что теперь все будет намного легче. Первый раз всегда самый трудный. А, и тебе нельзя отрезать себя от Великой паутины надолго — пока не освоишь технику. Если выполнять ее неидеально, она намного губительней для разума, а идеального исполнения ты добьешься нескоро.

— Прямо как Пустой Разум, — вклинился Зак, не отрываясь от работы. — Пока не освоишь его в совершенстве, очень не рекомендуется держать его дольше получаса.

— Умм, наверное. Я не очень знакома с человеческими единицами времени, но положимся на мнение твоего друга, — сказала Вуаль.

Зориан рассеянно кивнул. Сказать по правде, очень хотелось отпустить технику прямо сейчас, но он знал, что должен хоть немного привыкнуть к ощущению — если собирается использовать это в будущем. Он уже собирался спросить аранеа, нужно ли следить за чем-то еще, но тут Зак вскочил и торжествующе засмеялся.

— Работает! — он крутанулся с сундуком в руках, затем вскинул его над головой. Довольно впечатляюще, Зориан знал, что штуковина чертовски тяжела, и он сам бы вряд ли так смог. — Все готово и работает!

— А что именно ты делал? — спросил Зориан. Наверняка не просто сундук с расширением пространства, иначе Зак не был бы так доволен.

— Это? — риторически уточнил Зак, тряхнув сундук. — Ну конечно же, это хранилище охлажденного пива! Оно не только вмещает огромное множество бутылок, но и поддерживает их идеальную температуру!

— Хранилище охлажденного… погоди, вся шумиха из-за простого расширенного сундука с охлаждающим полем?

— Да ну тебя, это гениальное изобретение, — ответил Зак. — Не будь таким вредным. Кажется, на тебе уже сказывается Пустой Разум.

Черт. Нет, конечно, Зориан не думал, что такое возможно, но все же немедленно отпустил технику. Лучше перестраховаться.

У него впереди полно времени, чтобы ее отточить.

Наконец, после чертовски долгого перерыва, Сильверлэйк согласилась встретиться с ними. К тому времени запущенная с ее подачи слежка сорвала парням множество планов, да и цикл близился к концу, так что настроение у них было так себе. Зориан очень надеялся, что в будущем они смогут избегать подобного — терпеть это каждый цикл было бы невыносимо.

Против ожиданий, ведьма хотела встретиться не в своем лесном жилище, а посреди Сиории. После некоторых препирательств остановились на одном из не самых посещаемых парков. Да, оставалась возможность, что их разговор подслушают, но вряд ли воспримут всерьез.

— Вы ставите меня в очень неудобное положение, — вместо приветствия заявила Сильверлэйк. — Думаю, я верю в вашу безумную историю про бесконечно повторяющийся месяц, но это означает, что у меня нет на вас никакого влияния. Вы можете обещать что угодно, но я ничем не могу гарантировать оплату в будущем. Даже если я напою вас сывороткой правды, и вы честно скажете, что собираетесь заплатить — что помешает вам потом передумать? Если вы решите односторонне разорвать сделку, я об этом даже не узнаю.

— И что же вы решили? — спросил Зориан. Возразить было нечего.

— Что же еще? — хохотнула она. — Буду работать в надежде, что вы не обманете. Разве у меня есть выбор?

— Мы опасались, что вы захотите прибегнуть к гейсу, — признался Зак.

— Гейсы в наши дни куда менее эффективны, — грустно покачала головой Сильверлэйк. — Их боялись раньше, когда магов было мало, а их арсенал заклятий скуден. Тогда найти того, кто снимет печать, было тяжело. Сейчас же достаточно заявиться в местное отделение Гильдии магов, и через пару дней все будет готово. Нет, гейс лишь ухудшил бы наши отношения. Боюсь, остается только метод яда и пряника.

— Эм, разве не кнута и пряника? — переспросил Зориан.

— Мы же уже сошлись на том, что у меня нет подходящего кнута? — ответила Сильверлэйк. — Так что я не могу ответить, но могу сделать себя ядовитой. Между прочим, хочу сообщить, что я невосприимчива ко всем известным мне видам сыворотки правды, а мой разум настроен разрушиться, если щиты будут пробиты. Я сделала это задолго до встречи с вами, так что даже нападение на меня в начале цикла ничего не даст. Занятные подробности, правда?

— Да, мы знаем, — раздраженно ответил Зак. — Пытаться вытрясти из вас секреты силой — слишком долго и муторно, так что лучше договориться по-хорошему.

— Именно, — довольно кивнула ведьма.

— А что насчет пряника? — поинтересовался Зак.

— Я — невероятно талантливый алхимик, и жила очень, очень долго. Я знаю множество тайн и чудесных рецептов — но за месяц вы не убедите меня ими поделиться. По меньшей мере, рано или поздно вы придете ко мне договариваться, чтобы остановить старение и вернуть молодость. Да-да, я знаю, что сейчас вы молоды, и это кажется очень далеким… но когда тело и разум начнут отказывать, уверена, вас заинтересует мое предложение, — она выдержала драматическую паузу. — Конечно, если у вас есть хоть немного мозгов, вы будете ковать железо, пока горячо, и придете, пока еще молоды, а я не нашла способ самой достать долбаные яйца. Тогда я подумаю, что вы не особо нуждаетесь во мне, но можете многое предложить. Так вы сможете заключить куда более выгодную сделку…

— А почему вы думаете, что мы не найдем решение самостоятельно? — спросил Зак.

— Что, думаешь, зелья юности растут на деревьях? — фыркнула она. — Создать подобное по плечу лишь истинному мастеру. Может, вы и превосходите обычных алхимиков, но для решения нужно намного, намного больше. К тому же, для алхимических исследований и сложных проектов вы вроде как нанимаете других специалистов… Это все, что нужно знать о ваших перспективах в алхимии.

Она была в чем-то права. Зориан интересовался алхимией, да, но те же заклинательные формулы нравились ему куда больше, а достичь мастерства во всем невозможно. Даже во временной петле и с армией симулакрумов.

— Предположу, что вы не собираетесь оптимизировать зелье юности с нашей помощью? — уточнил он.

— Благие небеса, нет конечно, — ответила ведьма. — Это лишит меня даже того крошечного влияния на вас, что есть сейчас. Я уверена, что и сама рано или поздно добьюсь нужного результата. Я очень долго работала над этим, годом больше, годом меньше…

— Понятно, — заключил Зориан. — Что же, рад, что вы хотя бы согласны работать с нами. Хотя надеюсь, в следующих циклах вы не будете так тянуть и срывать наши планы шпионажем.

— Как знать, — ничуть не смущаясь, ответила Сильверлэйк. — Ваша история безумна и требует проверки. Ее сложно ускорить.

— Хех, ну… на вашем месте я не был бы так уверен, — сказал Зориан, доставая из сумки тетради Каэла, которыми морлок разрешил поделиться. — Позвольте познакомить вас с чудесами передачи тетрадей между циклами…

После заключения сделки с Сильверлэйк, цикл закончился как обычно, разве что тетрадей в этот раз было заметно больше. Ничего страшного — хранилище памяти в сфере было практически бесконечно.

Следующие несколько циклов прошли буднично. Они учились работе с карманными измерениями у Сильверлэйк, расследовали связи Вейерса с Культом, искали способ активации Врат Бакоры и изучали ибасанские врата, готовились к угону воздушного корабля и шерстили руины в Сфере Императора. Зориан экспериментировал с внутренними ментальными техниками, Зак все ближе подходил к созданию собственных симулакрумов.

Все остальные планы, включая работу с другими экспертами, шли своим чередом.

Так прошло еще шесть циклов.

Глава 79. Преступление и бегство от наказания

Несмотря на шумную рекламу нового корабля как в самом Аранхале, так и за его пределами, увидеть «Жемчужину» своими глазами было не так-то просто. Местом строительства был выбран мощный промышленный центр — но не в черте города, а за его пределами. Достаточно близко, чтобы поставлять материалы, и достаточно далеко, чтобы отвадить зевак.

Корабль покоился на огромной овальной раме, и был со всех сторон окружен строительными лесами. Вокруг верфи кольцами разрастался строительный городок — склады, казармы, сторожевые вышки, общежития строителей и смотрителей. Наконец, все это охватывала зачарованная каменная стена, воздвигнутая магией изменения — надежная преграда для воришек и малых магических существ. Но разумеется, ни она, ни более искусные защитные чары не помешали Заку и Зориану незамеченными проникнуть на стройку. И сейчас они смотрели на корабль с одной из наблюдательных платформ, вплотную примыкавшей к лесам.

Следовало признать, «Жемчужина Аранхала» была красива. Воздушный корабль часто представляют подобным обычному морскому кораблю — наследие прежних времен, когда за основу действительно брали обычный корабль. Развитие технологии и экономики позволили перейти к специально разработанной для полета основе, так что современный воздушный корабль мало чем напоминает морского собрата — как правило, это либо вытянутый цилиндрический корпус, пестрящий плавниками-стабилизаторами, либо здоровенный клин. «Жемчужина» выбивалась из общего ряда — ее плавные ромбовидные очертания напоминали гигантский лист. И она определенно выглядела быстрой и маневренной — хотя ее заявленная прочность и вызывала некоторые сомнения. Впрочем, неважно. От корабля им нужны скорость и запас хода, а не боевые качества.

К слову, расцветка корабля весьма подходила названию — корпус сиял белоснежной краской, без каких-либо обозначений. По идее, лишь временно — перед демонстрацией публике корабль предполагалось раскрасить поярче — но рисунок и цветовая гамма все еще согласовывались. Пустейший вопрос, на взгляд Зориана — но в кулуарах власти Аранхала не прекращалась ожесточенная борьба. Подрядчик же как мог оттягивал расцветку, опасаясь, что проигравшие партии в отместку урежут финансирование проекта.

— Что скажешь? — неожиданно спросил Зак, со скучающим видом покачивающийся на каблуках. — Пора, наверное?

— Да, пожалуй, — согласился Зориан. Кажется, он нервничал и подсознательно оттягивал начало операции. — Я скажу своим двойникам выпускать обезьянок.

Он потянулся через душу к своим симулакрумам — такой вид связи теперь давался легко, как дыхание — и скомандовал «Начинаем». Они знали, что нужно делать.

Золотистые триклопы — живущие в этой местности обезьяноподобные магические существа. Ярко-желтый мех, пара небольших рожек — и дополнительный глаз посреди лба. Этот третий глаз позволял им неким странным образом воспринимать магию — из-за чего зверушки очень интересовались магическими предметами. Естественно, интересовались в меру своих крошечных звериных мозгов и некоторой природной агрессивности — и это принимало не самые приятные формы. Зак и Зориан наловили несколько групп обезьянок, чтобы использовать их для отвлечения внимания — у строителей уже были проблемы с этими чертятами, так что пробравшиеся на объект зверьки вызовут переполох, но не подозрения. Парни уже пробовали этот трюк в прошлых циклах и знали, что охрана сперва кинется ловить обезьянок, а потом уже задумается, случайно ли появление на стройке столь большой стаи.

Но будет уже поздно.

Триклопов выпустили в городок, оставалось ждать. Пройдет некоторое время, прежде чем обезьянок заметят, оценят масштаб проблемы и пошлют большую часть охраны с ними разбираться. Зориан отслеживал ситуацию глазами своих симулакрумов; его работа над стайным разумом мозговых крыс и измененной богами гидрой принесла плоды — координация с его двойниками значительно улучшилась. Хотя они еще не были единым разумом, но такой цели он и не ставил.

Симулакрумы Зака тоже были на стройке. Напарник лишь недавно освоил заклятье, так что его двойники во многом отличались от оригинала. Но не страшно — едва ли один из них повернется против создателя, а для успеха операции без них было не обойтись.

— Сейчас, — наконец сказал Зориан. — Все, кто мог отвлечься на обезьян, отвлеклись. Сейчас или никогда.

— Наконец-то, — откликнулся Зак.

И, не сказав больше ни слова, спрыгнул с платформы. Зориан, вздохнув, последовал за ним, на ходу передав симулакрумам бросать все и стягиваться к кораблю. В том числе и симулакрумам Зака — напарник, похоже, позабыл о них, спеша заняться делом. Или так и рассчитывал, что о них позаботится Зориан — учитывая телепатию, тому было проще координировать даже чужих симулакрумов. Хотя, если вспомнить, что симулакрумы Зака — практически он сам, то и он может достаточно легко установить мысленную связь. Надо будет поговорить с ним по этому поводу…

Зак, Зориан и их симулакрумы устремились вперед, проносясь мимо опешивших техников и гражданских, обезвреживая нечастое вооруженное сопротивление. Зак и его двойники ломали крепления, удерживающие корабль на опорной раме, Зориан же со своими устанавливали недостающие приборы и очищали корабль от посторонних.

Все шло… на удивление удачно. Зориан слегка беспокоился, ведь они предпринимали попытку в самом начале цикла, почти не имея времени на подготовку. Ему даже пришлось принять зелье бдительности и работать всю ночь, чтобы успеть к сроку — так что вообще-то он шел на штурм, уже более суток не ложившись спать.

Пока они столкнулись лишь с двумя серьезными сложностями. Во-первых, несколько аранхальских солдат забаррикадировались на корабле и укрылись мощными ментальными щитами, сообразив, как именно Зориан подавляет сопротивление команды. Поскольку путешественники во времени опасались использовать что-то по-настоящему разрушительное, чтобы не повредить корабль, выкурить этих упрямцев было не так-то просто. К счастью, искусственные тела симулакрумов Зориана могли выдержать весьма изрядный урон, так что он просто отправил своих двойников задавить солдат массой, не заботясь о защите. В итоге двое симулакрумов получили серьезные повреждения туловища, а один лишился ног, но проблема была решена, да и «раненые» симулакрумы по-прежнему могли работать… Разве что безногий все ныл и ныл Зориану о своем несчастье.

Во-вторых — когда все были на борту, и все необходимое оборудование установлено, они попытались взлететь, но корабль даже не шелохнулся. Как выяснилось, кто-то добавил еще одну систему защиты, неизвестную тем, кого допрашивал Зориан. Так что пока Зак раз за разом отбивал рвущихся на корабль аранхальских солдат, Зориан лихорадочно копался в механизмах, разыскивая ее. Им повезло — Зориан сумел вычислить участок, где размещался предохранитель. Увы, на этом везение кончилось — это оказался блок регулировки двигателей, а защита была встроена столь искусно и глубоко, что извлечь ее чисто за оставшееся время просто не представлялось возможным. На борту вот-вот появятся аранхальские боевые маги, и придется все бросить. И Зориан просто выжег механизм, позволив им взлететь, но безнадежно загубив часть двигательной установки.

Итак, корабль в воздухе и быстро удаляется от верфи вглубь Кслотика. Вот только удаляется не так быстро, как мог бы, а на хвосте — преследующий их аранхальский корабль. Зориан понятия не имел, откуда тот взялся. Может, просто случайно оказался неподалеку?

Они оба были в рулевой рубке, пытаясь разобраться с управлением. Да, они готовились заранее, и примерно представляли, как управлять «Жемчужиной», но теоретические познания — это одно, а практика — совсем другое.

— Знаешь, вести эту штуковину куда скучнее и напряжнее, чем я представлял, — отвлеченно пробормотал Зак, возясь с кнопками и рычагами пульта перед собой.

— Знаю, — несколько сварливо отозвался Зориан. Теперь он понимал, почему аранхальские разработчики предусмотрели отдельного навигатора, который будет заниматься только прокладкой курса. В следующий раз он точно спихнет это на симулакрума. — Сосредоточься на двигателях и радуйся, что, в отличие от меня, не отвечаешь за навигацию.

— А я вот что-то не уверен, что твоя задача настолько труднее моей — учитывая, что ты раздолбал полкорабля, чтобы просто взлететь, — заметил Зак.

— И вовсе не полкорабля! — возмутился Зориан.

Зак хохотнул.

— Так легко заводишься, — с ухмылкой сказал он. — Но, в любом случае, того, кто это придумал, надо бы встретить в темном переулке и объяснить, что непонятные шкалы и счетчики — это не круто. Надо было поставить магическую панель или иллюзорный проектор, и передавать информацию в более удобоваримом виде. Неужели было так сложно?

— Подозреваю, у тебя искаженное восприятие сложности, — заметил Зориан. — Такие вещи именно что сложны и дороги, а уж если сломаются… А шкалы и счетчики легко сделать и легко починить.

— Наверное, — уступил Зак. — Но все равно раздражает, что мы даже не можем увидеть преследующий аранхальский корабль. Ведь по идее, возможность увидеть преследующего врага из рулевой рубки — вещь совершенно необходимая. Должна быть возможность скомандовать… ну, не знаю… «На экран!», и чтобы изображение противника спроецировалось на окна перед нами.

Он махнул рукой в сторону огромных, безупречно прозрачных окон, за которыми открывался захватывающий вид. Сейчас было видно лишь чистое небо и далекий горизонт — не особо полезно, но хотя бы уверяло, что они летят прямо, ни во что не должны врезаться, и что погода благоприятна. Собственно, окна в рубке наверняка именно за этим и сделали.

— Да, было бы довольно полезно, — согласился Зориан. — И, хоть в самом корабле это не предусмотрено…

Он быстро исполнил три различных заклятья прорицания, создал впереди большой иллюзорный экран и наконец сотворил последнее заклинание, увязывая все компоненты между собой.

По экрану прошла радужная волна, и он разделился на три части. Два показывали преследующий их корабль с разных сторон, третий же отображал общий вид из точки значительно выше «Жемчужины», позволяя легко понять положение противника относительно их корабля.

— Неплохо, — одобрил Зак.

Другой аранхальский корабль был заметно массивнее — классический цилиндрический корпус, ощетинившийся пушками. А «Жемчужина Аранхала» вообще не вооружена. И даже будь у них пушки — толку от них без обученных канониров…

Но Зориана все это не смущало. Даже с поврежденными двигателями, «Жемчужина» была немного быстрее противника, сказывалась работа ее создателей. С каждой минутой они понемногу отдалялись от преследователей. К тому же он отправил одного из своих симулакрумов проверить, нельзя ли исправить повреждения силовой установки — и, похоже, шансы были. Через час-другой их скорость скакнет, оставив преследователей с пустыми руками.

— Эм, не знаю, заметил ты или нет, но впереди еще один корабль, — сказал Зак, указывая на крошечную точку впереди — еще не вошедшую в радиус прорицания, но видимую через окна рубки. — Как думаешь, он тут случайно?

Дерьмо.

Лихорадочно сотворенные чары тотчас показали, что о случайности не может быть и речи. Новый корабль двигался им наперерез, к тому же координируя свой курс с первым преследователем, чтобы надежнее зажать их в тиски. Что неожиданно — новый корабль даже не был аранхальским, он прилетел из соседнего Мезнера. А ведь отношения между странами были далеко не лучшими — Зориан не мог не задуматься, что же Аранхал пообещал соседу за помощь. Вероятно, немало.

Видимо, они действительно не хотели терять «Жемчужину Аранхала».

Поначалу, когда Зак и Зориан захватывали корабль и бежали с добычей, они старались обращаться с противником как можно мягче. Аранхальские солдаты были в своем праве, так что путешественники во времени старались обезвреживать их нелетально — и, насколько знал Зориан, это им удалось. Не считая нескольких тяжелораненых и возможные жертвы триклопсов после их отлета. Они даже не трогали преследующий их корабль, хотя могли.

Но, оказавшись меж двух огней, они больше не могли позволить себе такой мягкотелости.

Направляемая Заком и Зорианом, «Жемчужина» резко развернулась и устремилась к преследующему ее аранхальскому кораблю. Если уж драться, то лучше не ждать, пока противники объединятся.

На преследователе, похоже, не боялись схватки. Вероятно, знали, что «Жемчужина» не вооружена и почти пуста. Они не сбавили ход, принимая вызов.

Пушки молчали. Вместо них в трюме открылись люки, выпуская около дюжины гигантских орлов, тяжело груженных бойцами — но все еще быстрых.

Симулакрум номер два стоял на внешней обшивке «Жемчужины Аранхала» и бесстрастно наблюдал. Магия надежно прилепила его ноги к корпусу, а искусственное тело не боялось холода. Зафиксировав в памяти образ приближающегося десанта, он сбросил картинку оригиналу и забыл о ней. Наездники — не его проблема, защиту обеспечивают другие симулакрумы. Его роль более… активна.

Он размял руки и встряхнулся, удостоверяясь, что прежние схватки не оставили незамеченных повреждений. Созданные оригиналом искусственные тела были столь совершенны, что ощущались неотличимыми от исходного, но у медали была и обратная сторона. Если голем-носитель был поврежден, чинить его было крайне долго, дорого и сложно. Бедный Номер Четыре все еще был безногим, хотя Номер Два и был согласен с оригиналом — его нытье уже надоело. Оторви ноги классическому симулакруму — и он тут же рассеется. Парню следовало быть благодарным, что он все еще существует, а не жаловаться на некомплект конечностей.

Закончив проверку, он успокоил мысли, сосредотачиваясь на задаче — контратаке аранхальского корабля.

Они думают, что в безопасности, ведь у врагов нет пушек… Они жестоко ошибаются.

Номер два телепортировался на корабль противника. Телепортироваться с одного быстро движущегося объекта на другой весьма непросто, и по плечу далеко не каждому магу… Но вполне по силам Зориану, а значит — и его двойникам. Номер два не мог телепортироваться прямо внутрь, но этого и не требовалось — он возник на корпусе судна, разнес несколько панелей и шагнул в получившуюся дыру.

Он даже не пытался таиться, направляясь к двигательному отсеку. Времени было мало, да и его наверняка заметили в момент повреждения обшивки. Так что на него тут же наткнулись трое вооруженных матросов.

— Стоять! Не дви…

Он был готов. Матросы даже не успели выстрелить ни разу — секущий хлыст изрезал их на куски. Номер два не замедлил шага, заклятья прорицания уже считали для него планировку корабля, проложив оптимальный маршрут.

Хлыст так и свисал с руки — и был снова пущен в ход при встрече с новой группой. Весьма эффективное заклятье — поддержание уже созданного хлыста требовало совсем немного маны — правда, не особо популярное из-за малой дальности и опасности для самого заклинателя. Да, жестоко, но он собирается обрушить корабль — все эти люди и так погибнут, как ни крути.

Шквал пуль хлестнул его по груди — он даже не стал защищаться. Его искусственное тело крепко — укрываться от пуль — напрасная трата маны.

А вот ослепительно яркая, закрученная огненная стрела — совсем другое дело. Громыхнул взрыв, разнося стены и воспламеняя сам воздух. Если бы Номеру Два нужно было дышать — это была бы страшная атака. Но даже так, взрыв оттолкнул его назад, лишая равновесия — а сотворивший заклятье маг уже вынесся из-за угла, чтобы добить, пока симулакрум не оправился.

Он был невероятно быстр — видимо, использовал разновидность телекинеза, чтобы скользить над полом, как на коньках. Рослый и мускулистый, с впечатляющими усами и здоровенной саблей в руке. Непривычное оружие — обычно маги не рвались сойтись с Зорианом в ближнем бою.

Вражеский маг, молчаливый и мрачный, тут же устремился к нему на огромной скорости. Взмахнул саблей — и острая кромка вспыхнула неприятным красным светом.

Номер Два был вынужден признать, что удивлен… чуть-чуть удивлен.

Короткий телепорт закинул его за спину магу, выдергивая из-под удара — и Зориан тут же одно за другим выпустил три своих заклятья. Вместо того, чтобы затормозить и развернуться, аранхальский маг описал петлю по стенам и потолку, сохранив всю свою скорость. И даже успел развеять саблей первое из заклинаний Зориана — силовое копье, пущенное, чтобы задержать. Следовало признать — впечатляюще.

Вот только второе заклятье было из магии душ — небольшой выплеск призрачной энергии, нарушающий связь между душой и телом, вызывая дурноту и головокружение. Совсем слабое заклятье, даже обычный щит поглотил бы его практически полностью… Но маг использовал вместо классического щита саблю и получил удар в полную силу. Он замешкался лишь на долю секунды — но этого хватило, чтобы Зориан сплел третье заклятье.

Секущий хлыст ужалил змеей, одним движением срезав голову.

Номер Два пару секунд молча смотрел на тело, потом подобрал саблю для дальнейшего изучения и зашагал вперед.

Ему еще нужно было уничтожить корабль.

А между тем схватка между «Жемчужиной Аранхала» и двумя преследующими кораблями набирала обороты. Поначалу нападавшие пытались захватить судно с минимальными повреждениями и начали с десанта. Но когда Зак и Зориан, несмотря на численное превосходство противника, отбили несколько попыток, одновременно отправив симулакрумов внутрь вражеских кораблей, в ход пошли пушки и все более мощные артиллерийские чары, вынуждая парней тратить прорву маны на защиту.

Когда стало очевидно, что остановить симулакрума Зориана, пробивающегося к двигателям, не выйдет — аранхальцы пошли на таран. Вот только «Жемчужина» была слишком хороша, и прекрасно уворачивалась, пока Номер Два не уничтожил двигатели аранхальца, отправив его вниз.

Оставшись один на один с похитителями, мезнерцы развернули корабль и пустились в бегство. В отличие от аранхальцев, они отнюдь не горели желанием биться до конца — и путешественники во времени были полностью с ними согласны, вздохнув с облегчением и направившись дальше. Защита немаленькой «Жемчужины» от огня с двух сторон измотала даже их, да и корабль все же получил повреждения. К счастью, ничего критического, а о новых преследователях можно было не беспокоиться — не догонят.

И действительно, следующие несколько дней прошли без столкновений. Еще бы — они летели над бескрайними пустынями северной Миасины; опасаться пришлось разве что пару чересчур любопытных дрейков. Ящерицы их здорово напугали — поначалу парни подумали, что это драконы, но отогнать их было совсем несложно.

Куда сложнее было найти доступные Врата Бакоры. Перед походом в Зиккурат Зак и Зориан хотели отыскать врата — чтобы добираться сюда в следующих циклах. Но увы, имевшаяся у них карта Врат этого региона безнадежно устарела. Местность сильно пострадала во время Катаклизма и стала практически необитаемой. Некоторые Врата просто исчезли, возможно, были уничтожены в прокатившихся по региону войнах. Или просто не существовали, были нанесены на карту по ошибке. Иные были погребены под тоннами песка и щебня — тоже неподходящий вариант. Некоторые были, но вовсе не там, где должны — вероятно, картографы знали лишь общее направление и «экстраполировали» положение Врат.

Видимо, картографы прошлого совершенно не заботились о качестве своей продукции.

И все же, покружив пять дней над пустыней, они нашли подходящие Врата. Не то, чтобы это время пропало зря — Зориан воспользовался возможностью изучить устройство воздушного корабля «вживую». Он даже разобрал кое-какие из приборов, но был вынужден остановиться, когда Зак сказал, что он «окончательно доломает» корабль.

В любом случае, найдя подходящие Врата, они приземлились и установили контакт с Эльдемаром. Зак оставил там одного из симулакрумов, чтобы открыть врата… вот только, не имея телепатической связи, пришлось ждать условленного времени.

В Эльдемаре у них тоже было полно дел. Нужно было договориться с Посвященными Молчащих Врат и получить ключ к новой точке. После долгих исследований они оптимизировали процесс, но по-прежнему нуждались в помощи аранеа. К счастью, теперь договориться с паучихами было куда проще — улучшенный ритуал активации и коды доступа к новым Вратам — очень серьезные аргументы. Теперь на все переговоры уходило буквально несколько дней.

Во-вторых, предстояло организовать экспедицию в Зиккурат Солнца. Раз древняя постройка превратилась в гнездо салротум, подлететь близко они не рискнули. Да, у них был воздушный корабль — но и дьявольские осы тоже умеют летать. Следовало разведать местность, попробовать договориться с Алаником, починить «Жемчужину Аранхала» и симулакро-големов Зориана — и составить первоначальный план.

Так что Зак и Зориан нехотя оставили свой новый корабль в пустыне под охраной симулакрумов и вернулись в Эльдемар, чтобы начать подготовку.

Оставалось надеяться, что «Жемчужину» не угонят вновь.

В комнате было довольно тесно. Присутствовали все участники их «заговора», как выражался Зак — Каэл, Тайвен, Ксвим, Аланик, Дэймен… и Сильверлэйк.

Ведьма участвовала в собрании впервые. Да, они убедили ее в правдивости своей истории и договорились о сотрудничестве, но она им определенно не доверяла. Она обучала их работе с карманными измерениями и вместе с ними изучала темницы первозданных и их связь с реальностью петли… но одновременно пыталась тайком за ними шпионить и оставляла в посланиях для будущей себя шифрованные сообщения. Зориан не мог их расшифровать, но не сомневался, что они есть — в то время как сама ведьма утверждала, что у него разыгралась паранойя, и он делает из мухи слона. И она упорно отказывалась использовать петлю для работы над зельем юности — но Зака и Зориана это практически не интересовало.

В свою очередь, парни тоже не особо доверяли ведьме и не допускали ее на собрания. Но было понятно, что долго так продолжаться не может — ждать, пока Сильверлэйк что-то не так поймет в записях предшественниц и совсем осмелеет, никто не собирался. Оставалось надеяться, что демонстрация доверия (скорее всего — незаслуженного) улучшит отношения между ними.

К тому же, на этот цикл у них были огромные планы, и отказываться от какой-либо помощи не хотелось.

Хотя любопытно… Зориан ожидал, что Сильверлэйк прокомментирует присутствие Каэла — морлок дал понять, что знал ее и раньше — но ведьма его словно не замечала. Но и специально не игнорировала — просто не считала важным… или знакомым. Может, просто не узнала? При их прошлой встрече Каэл был ребенком — сейчас же он подросток…

Но если с Каэлом было непонятно, то кое-кого другого ведьма точно узнала. Аланика. Более того, Аланик тоже ее узнал. Они секунд пять молча мерялись взглядами… А потом просто сделали вид, что ничего не произошло. Зориан последовал их примеру.

Сейчас же все ошеломленно смотрели на Зака и Зориана.

— Так это были вы?! — воскликнул Дэймен. — Это вы угнали корабль, о котором пишут все газеты?!

— Ага, мы! — гордо кивнул Зак. — Круто же.

— Это просто… — Дэймен замолчал, не в силах подобрать слова.

— Безответственно, — подсказал Ксвим.

— Глупо, — добавила Тайвен.

— Твоя идея, — сказал Зориан.

— Да, вот имен… — начал было Дэймен, потом сообразил, что именно сказал брат. — Погоди, что?

— Ага, — серьезно кивнул Зориан. — Полностью твоя идея.

— Полагаю, у вас были веские основания? — спросил Аланик.

— Ну конечно, — хохотнул Зак. — Более чем веские. Садитесь поближе, дети, сейчас дедушка Зак расскажет вам сказку…

Следующие полчаса Зак рассказывал всем о причинах и подробностях угона корабля. Ну, Зак не был бы Заком, если б не уделил сражениям и погоням куда больше внимания, чем объяснениям — но суть он все же донес. Воздушный корабль был нужен им, чтобы вовремя собрать все части Ключа. Без «Жемчужины» им, вероятно, пришлось бы несколько циклов работать только над тем, чтобы попасть к Зиккурату — через пустыню, где нет поселений с точками телепортации. А ведь им еще добираться в Блантирр — пересечь море менее, чем за месяц, другими способами практически невозможно.

— И это еще не все, — продолжал Зак. — Корабль не только совершенно необходим нам для перелетов, но и хорошая практика перед другой необходимой кражей.

— Еще кражи, мистер Новеда? — поднял бровь Ксвим.

— Ну, да, — сказал Зак. — Ведь кинжал хранится в королевской сокровищнице Эльдемара…

— О небо, — Тайвен закрыла лицо руками. — Зориан, ты серьезно собираешься вломиться в королевскую сокровищницу?

Сидящий рядом с ней Каэл негромко хмыкнул.

— У него как бы нет другого выхода, так ведь?

— Раз вы упомянули об этом — предположу, что покушение на сокровищницу запланировано на этот цикл? — спросил Аланик.

— Да, — подтвердил Зориан. — Мы также хотим попытаться отобрать корону у Кватач-ичла, древнего лича, сражающегося на стороне ибасанцев. Теоретически, в этом цикле мы можем собрать все части, кроме одной. Сомневаюсь, что у нас все получится — черт, я даже не удивлюсь, если мы вообще ничего не добудем — но это хорошая тренировка, которая укажет нам на наши недостатки, которые нужно исправить к следующему разу.

— Понятно, — вздохнул Аланик. — Буду откровенен — мне очень не по душе мириться с подобной изменой. Учитывая, что на кону, я не стану мешать вам… но и рассчитывать на мою помощь не стоит.

— Ха-ха! — внезапно прокаркала Сильверлэйк. — Такой серьезный, такой справедливый! Просто умора! Я помню, как ты пришел ко мне, маленький желторотый некромант, распираемый гневом и амбициями, и попросил о помощи! Просто не верится, во что ты превратился. Вор и некромант стал истовым жрецом и патриотом, теперь я видела все…

Аланик застыл, бросив на ведьму испепеляющий взгляд. Та лишь дерзко ухмыльнулась. Глубоко вздохнув, жрец поднялся со стула и холодно посмотрел на Зака и Зориана.

— Думаю, всем будет лучше, если я не буду присутствовать на этом собрании… как и на следующих, где будет обсуждаться ограбление Короны. И хоть я как никто другой понимаю, что отчаяние может толкнуть на отчаянные поступки, хочу предупредить, что вы совершаете ошибку, работая с этой старой упырихой. Вы играете с огнем. Она ударит вам в спину при первой же возможности.

— Да, я тоже тебя люблю, мой маленький некромант, — сладко ответила Сильверлэйк.

Аланик не удостоил ее ответом — или даже взглядом. Просто повернулся и вышел из комнаты. Не то, чтобы хлопнул дверью, но что-то вроде того.

Зориан сдержался, чтобы не закрыть лицо руками. Вот вечно что-нибудь да случится…

В комнате висела долгая, неловкая тишина. Одна Сильверлэйк мычала под нос какой-то мотивчик и лениво разглядывала одно из экспериментальных зелий Каэла. Их вокруг было немало — собрание проходило в лаборатории морлока.

— Итак, — наконец сказала Сильверлэйк. — Ты что-то говорил про древнего лича?

Глава 80. Враги

Пустыню Кслотика часто представляют бескрайним морем песка, нарушаемым лишь редкими обветренными скалами и еще более редкими оазисами — но на самом деле она куда разнообразнее. Да, песка там хватает, но есть и многое другое — каменистые равнины и бесплодные холмы, горные хребты и пересохшие русла — а также рассыпанные по региону древние икосианские руины. И это еще не самое интересное. Зориан слышал про застывший, словно окаменевший лес в глубине пустыни, пробуждающийся и расцветающий жизнью раз в несколько недель, во время редкого в этих местах дождя. Или о «водяных вулканах» — огромных гейзерах, время от времени прорывающихся из Подземелья и затопляющих округу.

В сравнении с ними, район Зиккурата Солнца был довольно обыденным — но только в сравнении. Прежде всего, когда-то это был знаменитый храмовый комплекс Икосианской империи, и здесь остались многочисленные руины — храмы, меньшие зиккураты, форты, усадьбы и тому подобное. Многие из построек были заняты салротум, но еще больше облюбовали пустынные монстры — попробуй выгони. Во-вторых, здесь пролегало русло регулярно пересыхающей реки — даже недолгого полноводного периода хватало, чтобы поддерживать изобильную по пустынным меркам растительность. Наконец, в обширном местном Подземелье было свое озеро — еще одна причина, по которой этот уголок в глубине Кслотика был настолько цветущим.

И сейчас Зак и Зориан, настороженно озираясь, шли по этой земле. Пока им не встречалось ничего действительно опасного, но стоит отвлечься — и все может измениться в любой момент. И жара. Жара их вот-вот доконает. Заклятья спасали от теплового удара, отклоняя большую часть пустынного жара, но увы, их защита не абсолютна.

С какой радостью Зориан прилетел бы сюда на корабле, вместо того, чтобы тащиться пешком… Увы, это было исключено. Они пришли, чтобы попробовать договориться с салротум о доступе на их территорию — а дьявольские осы, без сомнения, не обрадовались бы кораблю, подлетевшему к их гнездам. Скорее всего, атаковали бы немедленно, ставя крест на самой возможности переговоров.

Ну, если начистоту — Зориан очень сомневался, что затея с переговорами удастся. Да, салротум иногда договаривались с людьми — но вид был знаменит своей свирепостью и неуживчивостью. К тому же, осы просто не способны издавать звуки речи, как люди не способны подражать их гудению — даже просто понять друг друга отнюдь не просто.

Но, невзирая на мизерные шансы, Зориан чувствовал, что должен попытаться решить дело миром. Несомненно, если они с Заком постараются, то смогут отбить зиккурат у ос — но их там сотни, и это их дом. Место, где они живут и работают, хранят еду и питье, растят детенышей. Они не уступят зиккурат без боя. Могут даже встать насмерть все до единого, вынуждая истреблять молодняк и некомбатантов. Если есть хоть малейший шанс этого избежать — им нужно воспользоваться.

— Наверное, уже хватит, нет? — неожиданно спросил Зак. Запрыгнул на ближайший валун и огляделся. — Мы уже достаточно глубоко на их землях. Зайдем дальше — и они могут атаковать из принципа. Хотя честно говоря, я все еще считаю, что мы не тем занимаемся. Салротум известны своей воинственностью, так? Уверен, если мы устроим им небольшую взбучку до переговоров, выйдет куда убедительней. Ну, типа, покажем, что настроены серьезно.

— Твое желание еще вполне может исполниться, — отозвался Зориан, сканируя местность мысленным чутьем и духовным зрением. Под соседним кустом затаилась змея, но она была перепугана и не собиралась атаковать, так что Зориан проигнорировал ее. — Если осы сразу нападут или сразу откажут, поступим по-твоему.

— Ха. Отлично, — ухмыльнулся Зак, вытащил из рюкзака бутылку и вылил себе на голову. — Ахх, так-то лучше…

Поразмыслив, Зориан решил последовать его примеру.

Действительно лучше.

С минуту царило удовлетворенное молчание.

— Начнем? — наконец спросил Зориан.

— Да, — кивнул Зак. — Давай.

Зориан исполнил одно из многочисленных сигнальных заклятий — в небо пустыни с пронзительным воем взмыла ярко-красная звезда, возвещая всем на мили вокруг об их присутствии.

Им не пришлось долго ждать. Не прошло и пятнадцати минут, как на горизонте показались три черные точки. Они заходили со стороны солнца, так что рассмотреть что-то было непросто — но Зориан не сомневался, что к ним приближается патруль дьявольских ос.

И вскоре убедился в своей правоте.

Они были громче, чем он ожидал. Гудение их крыльев, выдающих по несколько взмахов в секунду, было слышно с изрядного расстояния. Даже странно, что они вообще пытались скрыть свое приближение — не заметить их мог только глухой. Парни изготовились к возможной атаке. Вряд ли осы нападут сразу — тогда бы они прилетели в большем количестве — но лучше быть готовыми ко всему.

Посадка была жёсткой. Вместо того, чтобы плавно опуститься, салротум врезались в гравий на бешеной скорости, взметая пыль и камешки во все стороны. Часть попала и в Зака с Зорианом, но погодные щиты отразили их назад.

Нда. Только прибыли, и уже умудрились испортить впечатление.

Но, во всяком случае, теперь Зориан мог как следует разглядеть салротум. Он помнил их описание в книгах, но увидеть своими глазами — совсем другое дело. Большие — не книжные три метра, но ненамного меньше, и в то же время изящные и хрупкие на вид. Он знал, что это впечатление обманчиво — говорят, салротум чертовски живучи и могут разорвать человека голыми руками. Блестящий черный хитин покрывал их обтекаемые тела и нечеловечески-чуждые лица насекомых. Черные фасетчатые глаза не выдавали ни одной мысли. Впрочем, у них были по паре коротких антенн на голове — и вот они вертелись, как бешеные, выдавая беспокойство ос. Зориан с трудом понимал их непривычные мысли и эмоции, но мог уверенно сказать, что все трое напряжены, взвинчены и готовы драться или бежать.

Все трое несли копья, подобающие столь крупным и сильным существам — уже сам вес гигантского оружия заставлял с ним считаться, несмотря на довольно грубое исполнение. Помимо основного копья, каждый нес на спине несколько коротких — знаменитые тяжелые дротики, излюбленное метательное оружие дьявольских ос, начинающих серьезные налеты со шквала летящей смерти. Салротум сильны и не боятся рукопашной — но слегка размягчить противника перед сшибкой не помешает.

Пожалуй, эти грубые копья и дротики придавали тройке ос куда больший вес, чем могло показаться. Да, три дьявольских осы не представляли для Зака и Зориана особой угрозы — но оружие в их руках говорило не просто о разуме, а о разуме технического склада. Большинство разумных монстров — за вычетом ящеролюдов и еще парочки видов — не прибегали к инструментам, живя, как звери. Их врожденные способности вполне заменяли примитивную технологию. Зачем копье, если твои когти острее? Зачем дом, если почти не чувствуешь холода и дождя? Салротум же не ограничились преимуществами вида, добавив к ним технологию. Их нельзя недооценивать.

— Привет, — сказал Зориан настолько дружелюбно, насколько это вообще возможно перед тройкой гигантских агрессивных разумных ос. — Вы меня понимаете?

Хотелось бы, чтобы понимали. Обычно племена салротум держали хотя бы парочку членов, обученных языку местных людей — но это племя жило слишком далеко в пустыне и могло просто не озаботиться. Телепатическая связь между говорящими на разных языках — штука грубая и зачастую неприятная, особенно когда собеседники настолько различаются мышлением и восприятием.

Осы разразились громким трещанием, временами взмахивая крыльями и бешено тряся антеннами. И все это — не поворачиваясь друг к другу, не отрывая фасетчатых глаз от парней, и не опуская копья. Наконец тот, что слева, шагнул вперед, пижонски крутанул копье и воткнул его в землю. И протянул к ним все четыре открытых ладони, вероятно, показывая, что не вооружен.

…а потом выдал серию жестов — и подался назад, видимо, ожидая ответа.

Зориан нахмурился. Так вот как салротум общаются с людьми? Пожалуй, в этом есть смысл. Искусные маги разума очень редки — а язык жестов сравнительно легко освоить, ведь икосианская школа подразумевает активную работу пальцами. Тем более, что ладони салротум удивительно похожи на человеческие.

— Похоже, будет непросто, — беспечно заметил Зак.

Зориан проигнорировал его.

— Я не понимаю, — громко и отчетливо сказал он. — Пожалуйста, думайте ваш ответ на языке людей. Я прочитаю его в ваших мыслях.

Салротум на миг замер, потом прижал антенны к голове и зашипел, став удивительно похожим на рассерженного кота.

— По-моему, ты его расстроил, — услужливо подсказал Зак.

Да, спасибо, Зак. Без тебя бы не догадался.

Салротум снял с пояса один из висящих там предметов — небольшую связку трав и косточек, обернутую змеиной кожей. Кстати, такие штуки были у всех троих — просто раньше Зориан не обращал внимания. Так вот, оса-дозорный поводил своей связкой перед собой, словно пытаясь защититься от магии людей. Увы, это не дало никакого ощутимого эффекта.

Зориан запоздало сообразил, что наблюдает типичное суеверие, что-то вроде примет от сглаза, которым бабки и уличные торговцы учат детей и иностранцев.

— Я не желаю вам зла. Правда не желаю, — успокаивающе сказал Зориан. Кажется, не помогло. Дозорный перед ним стал еще активнее махать своим талисманом, да и двое других волновались. — И вам не о чем беспокоиться! Я пойму только мысли на человеческом языке, ничего больше!

По сути, так и было. Хоть Зориан и мог читать разум дьявольской осы, даже в эмоциях было чертовски сложно разобраться, что уж говорить о поверхностных мыслях. Если он захочет полноценно читать их мысли — потребуются месяцы и годы напряженного труда, как было с аранеа. У Зака и Зориана просто не было времени на это.

Салротум перед ними молчал. Потом, сообразив, что «талисман» не помогает, повесил его обратно на пояс и встал увереннее.

[Говори,] — сказал он мысленно.

— Хорошо, — кивнул Зориан. — Прежде всего, позвольте представиться. Я Зориан, а это Зак. Могу я узнать, с кем разговариваю?

[Нет,] — ответил дозорный.

Ух…

[Я не назову тебе своего имени, колдун,] — помолчав, уточнил салротум. — [Всем известно, что имена наделены силой, и такие, как ты, могут обратить их против нас.]

Чего? Никогда не слышал.

Ну да ладно. Он может про себя называть осу… скажем, Зззануда.

— Мы принесли дары для ваших вождей и просим прохода по вашей территории, — сказал Зориан. Пока он даже не заикался про обыск зиккурата, ведь даже просто попасть внутрь значит получить новые сведения. Хотя бы есть там Ключ или нет. Когда подойдут поближе, можно будет использовать поиск через маркер.

[Исключено,] — решительно ответил Зззануда. — [Вы — не часть племени.]

— Вы не принимаете гостей? — нахмурился Зориан. — Понятно, что мы отличаемся друг от друга, но должны же быть традиции гостеприимства?

Зззануда вскинул было руки для жеста, но сдержался и стал усердно формировать ответную мысль. Он думал на странном, вероятно, архаичном диалекте икосианского, но познания Зориана в языках Кслотика позволяли ему уверенно разбирать смысл. Хорошо, что пока они не касались сколь-нибудь сложных тем.

[Умный не пустит в свой дом незнакомцев,] — заявил Зззануда. — [Сперва нужно убедиться, что вы — друзья племени. Нужно читать знамения и творить подобающие ритуалы.]

— …Понятно, — неуверенно сказал Зориан. — И сколько времени это займет?

[Много дней,] — ответил Зззануда. Может, и показалось, но Зориан уловил в его мыслях оттенок злорадства.

Зориан задумался. Пара вопросов про «ритуалы и знамения» не дали ничего, кроме туманных отговорок. Секрет племени, нельзя выдавать чужакам.

Их диалог прервало телепатическое сообщение — от Зака. Пусть он и не психик, как Зориан — но телепатия вполне доступна обычным магам, просто редко используется из-за тяжелых тренировок и проблемы доверия. Теперь же, пройдя около дюжины месяцев усиленных тренировок ментальной защиты, Зак стал относиться к магии разума с меньшим предубеждением и когда нужно пользовался мысленной связью.

Как знать, может, когда-нибудь он позволит Зориану тщательно просканировать свой разум, проверить, не оставил ли Красный других сюрпризов.

[Кажется, дела не очень?] — спросил Зак.

[Сложно сказать,] — ответил Зориан. — [Строго говоря, он не отказывает, просто говорит, что для доступа на их территорию потребуется много времени, сил и, возможно, взяток… даже не знаю.]

[Хех. Лады,] — сказал Зак.

— Эй, здоровяк! — внезапно сказал он вслух, отчего все трое салротум повернулись к нему. — Скажи честно. На самом деле ты не собираешься пускать нас к вашим вождям?

Зззануда презрительно дернул крыльями и стал формировать ответ.

[Решать не мне,] — сказал он. — [Но, думаю, нет. Мы не купимся на ваши уловки. Ваш род коварен и опасен, и вы всегда жаждете это место. Когда-то оно было вашим, и вы так и не смирились с его утратой.]

Разговаривать дальше было бессмысленно — на горизонте показались новые точки. По меньшей мере два десятка, и направляются прямо сюда.

[Советую покинуть это место,] — уже уверенней сказал Зззануда. — [Вам здесь не рады.]

Зак и Зориан молча переглянулись. И атаковали дозорных.

Осы среагировали мгновенно, вероятно, ожидали нападения. Зззануда выдернул воткнутое в землю копье и рванулся к ним со скрипящим боевым кличем; двое других потянулись к дротикам. Никто из них не достиг цели — выпущенная Заком мощная телекинетическая волна с секущим ветром смела их, как кегли. Человека такая атака превратила бы в фарш — но салротум отделались ушибами.

Прежде, чем они оправились, Зориан запустил два копья силы разной мощности. Они не стремились убить дозорных, это можно было бы сделать и первым залпом — целью было оценить защиту дьявольских ос и припугнуть племя, чтобы при следующем визите те предпочли говорить, а не драться. Так что парни швыряли троих салротум, как куклы, ломая им ноги и крылья, стараясь, чтобы приближающийся отряд видел эту демонстрацию силы во всех подробностях.

Наконец подкрепление ос подлетело на расстояние атаки — пора уходить. Зак и Зориан выдержали один залп дротиков — просто показать, что могут — и телепортировались прочь.

Они еще вернутся, и вернутся не одни.

— Ладно, теперь, когда все в сборе, можем начинать, — сказал Зориан, обводя собравшихся взглядом. — Я знаю, что между некоторыми из вас есть некие… противоречия, но мы с Заком очень благодарны, что несмотря на это, вы все пришли.

Он посмотрел на Аланика и Сильверлэйк.

В прошлый раз после ухода жреца собрание пришлось свернуть — продолжать без одного из ключевых участников было попросту неправильно. Тогда они только ввели Сильверлэйк в курс дел.

— Понятия не имею, о чем ты, малыш. Лично я была рада нашей долгожданной встрече, — сказала ведьма. — Не моя вина, что Аланик закапризничал. Казалось бы, взрослый человек должен быть в мире со своим прошлым. Не говоря уже…

— Сильверлэйк, пожалуйста, — со вздохом прервал ее Зориан. — Мы здесь, чтобы обсудить Кватач-Ичла и как с ним бороться, хорошо? Давайте вы решите свои личные вопросы как-нибудь в другой раз.

А лучше вообще никогда. Он благодарно посмотрел на Аланика, не поддавшегося на провокацию — жрец делал вид, что Сильверлэйк для него просто не существует.

— Действительно, — согласился Ксвим, постукивая пальцами по столу. — Полагаю, у вас уже есть план?

— Только наметки, — сказал Зориан. — Нам определенно нужно застать его врасплох, и лучше под конец цикла. Чем ближе к дате вторжения, тем более предсказуемыми становятся его перемещения, к тому же большинство ибасанцев будут заняты — ему будет сложнее вызвать их для защиты или для преследования, когда будем отходить с короной. Что же до самой ловушки… ну, сперва мы собирались выстрелить в него изгоняющей пулей — если получится, это мгновенно решит исход схватки.

— Изгоняющей… тот фокус с монетой, что ты использовал в прошлом? — спросил Ксвим.

— Я все еще не могу поверить, что это сработало, — вздохнул Каэл. — Мне пришлось перечитать записи трижды. Не представляю, о чем думал прежний я, посылая тебя с таким оружием против древнего лича. Это не могло сработать.

— Это была редкая удача, — признал Зориан. — И сработало лишь потому, что Кватач-Ичл не видел во мне угрозы и поймал монетку, вместо того, чтобы отбить ее щитом или телекинезом. Сомневаюсь, что это удастся намеренно повторить — а в бою монетка просто не пройдет его щиты.

— Без шансов, — согласился Зак. — Я уже пробовал нашпиговать его артефактами. Он не пропускает ничего — а то и посылает назад. Он очень хорош в неструктурированном телекинезе.

— Не уверен, что понимаю, как это удалось, — признался Ксвим. — За вычетом стечения обстоятельств — получается, что простенькое заклятье магии душ обезвредило лича. Одолеть лича невероятно сложно — как вышло, что тысячелетний лич так легко пал?

— Потому что назад в филактерию его отослало вовсе не смешное заклятье Каэла, — ответила Сильверлэйк. — А его собственная духовная защита. Можете считать, что уязвимость к подобным дешевым трюкам — слабость, но представьте, что бы было, окажись монетка парнишки хитроумной ловушкой душ?

— Его душа была бы захвачена, и филактерия оказалась бы бесполезной, — сказал Ксвим. — Вот как. Значит, личи делают свою защиту исключительно чувствительной, отзывающей душу назад при малейшем воздействии магии душ.

— Именно, — подтвердил Аланик. — Потерять тело и все снаряжение неприятно — но это ничто по сравнению с потерей души.

— Большинство людей не стало бы постоянно носить уникальные божественные артефакты вроде короны первого императора, — заметил Зак.

— Думаю, Кватач-Ичл уверен, что может отнять корону у любого, кто бы ни забрал его… тело, — вставил Зориан. — А учитывая его уровень сил — он недалек от истины.

— К тому же, зачем тебе потрясающие магические вещи, если боишься их носить? — добавила Сильверлэйк. — Я бы тоже носила корону, будь она у меня. В детстве всегда мечтала быть принцессой…

— Отвлекаясь от неудовлетворенных детских фантазий, хотел бы напомнить, что личи по самой своей природе — могущественные мастера магии душ, и могут очень быстро перестроить свою духовную защиту, — прервал ее Аланик. — Если надеетесь изгнать Кватач-Ичла в филактерию, у вас одна попытка на цикл. Второй раз с ним этот фокус не пройдет.

— А если пойти дальше, сделать настоящую ловушку душ и захватить его? — спросил Каэл. — В смысле, когда Зориан пробовал в прошлый раз, с ним был только я, а я… еще новичок. С помощью Аланика и Сильверлэйк… ну, они оба явно искусные маги душ, может быть, они сделают что-то помощнее?

Аланик и Сильверлэйк обменялись догим, выразительным взглядом и вновь повернулись к Каэлу.

— Нет, — покачал головой Аланик. — Ты слишком переоцениваешь наши способности. Угроза захвата души — худший кошмар лича после уничтожения филактерии. Они тратят огромные силы, чтобы удостовериться, что этого не случится ни при каких обстоятельствах. Старый, опытный лич вроде Кватач-Ичла…

— С ним можно справиться, лишь уничтожив филактерию, — закончила за него Сильверлэйк. — Ничего другое не поможет.

— Понятно, — смутился Каэл.

— Путь лича не случайно привлекает столь многих магов, — заметила ведьма. — Среди путей к бессмертию мало что может сравниться с собственным местом воскрешения.

— Нежить — не истинное бессмертие, всего лишь его искаженное отражение, — заявил жрец.

Сильверлэйк хмыкнула, но ничего не сказала. Вместо этого она обратила задумчивый взгляд на Зака и Зориана.

— Что? — спросил Зак.

— А вы не думали… просто убить его душу? Ну, тот трюк, что Третий провернул на аранеа и прочих. Это решило бы проблему не только в этом цикле, но и в последующих.

— Думали, — медленно кивнул Зак. — И решили, что с этим надо быть очень осторожными. История с Вейерсом показала нам, что человек за мощными оберегами, по сути, необнаружим. Если мы сотрем Кватач-Ичла, и окажется, что он начинает цикл где-нибудь в тайном, надежно зачарованном месте — корона будет утрачена навсегда.

— Хмм, — протянула Сильверлэйк. — Вам стоит как-нибудь попробовать отследить его тайники.

— Вынужден согласиться, — сказал Аланик. — Я знаю, у вас и так хватает забот, но шанс избавить мир от древнего лича того стоит. Вероятно, это единственный шанс вычислить его филактерию в обозримом будущем.

— Легко сказать, — покачал головой Зак.

Повисло молчание — но тут Сильверлэйк кашлянула, привлекая внимание.

— Кстати говоря, когда вы посвятили меня в курс дела, я немного порылась в своем архиве… и думаю, у меня есть кое-что, что поможет против Кватач-Ичла, — она достала из сумки старый потрепанный свиток.

— О? — оживился Зак. — И что же?

— Ловушка, не позволяющая душам покинуть зону действия, — Сильверлэйк кинула свиток им, Зак неловко поймал. — В случае с нежитью вроде Кватач-Ичла — он не сможет уйти оттуда, пока не разрушит оберег. Если сумеете заманить его туда — это хотя бы на время отвлечет его. Я слышала, он любит много двигаться в бою, отступая и возвращаясь. Этот оберег не столь заметен, как антителепортационный, но для нежити — практически то же самое.

Хех. Звучит и правда полезно.

— Так вот, от меня не будет пользы в прямом бою с кем-то вроде Кватач-Ичла, но я могу помочь подготовить поле, — продолжила Сильверлэйк. — Помимо этого заклятья, у меня есть еще кое-какие сюрпризы, хоть и не столь действенные, как этот. И пусть Зориан… возможно, лучше меня в оберегах, он не работал с такими заклятьями.

— Пожалуй, поймаю вас на слове, — сказал Зориан. Цикл выдался весьма загруженный, нельзя упускать шанс переложить на кого-то часть работы. — Не откажусь от любой помощи. Что же до Ксвима и Аланика, я надеялся, вы поможете в бою, если засада провалится.

— Что, скорее всего, и произойдет, — добавил Зак.

— Цыц, дитя, — одернула его Сильверлэйк. — Разве не знаешь, что так можно накликать беду?

— Просто трезво смотрю на вещи, — пожал плечами Зак. — Из всех присутствующих я чаще всего встречался с Кватач-Ичлом, и вправе быть немного пессимистом. К слову, у меня есть небольшое предложение. Думаю, я знаю, как нам лучше подготовиться к будущей битве с личем.

— И как же, мистер Новеда? — спросил Ксвим.

— Тренировочный бой! — радостно сообщил Зак. — Я в роли Кватач-Ичла, а вы вместе попытаетесь меня одолеть. Я, конечно, не древний лич небывалой силы и опыта, но я недавно освоил симулакрумов и могу не опасаться, что меня случайно прибьют. Можете считать меня бюджетным Кватач-Ичлом.

Зориан поморщился. Столь несвоевременная мысль…

— Зак, — возразил он. — Нет таких оберегов, что выдержали бы нагрузку подобного боя…

— Думаю, это отличная идея, — неожиданно сказал Аланик. Зориан неверяще обернулся к нему. — И я бы еще пригласил Сильверлэйк присоединиться. Пусть она и не собирается участвовать в самом бою, подобная тренировка поможет ей лучше понять задачу и лучше подготовиться…

Да что ж это делается?!

— И что это должно означать? — скривилась Сильверлэйк.

Между ними тут же разгорелась перепалка, с прямыми упреками и тонко замаскированными обвинениями. Настроение Зориана стремительно ухудшалось.

[Надеюсь, теперь ты доволен,] — передал он Заку.

[Будет круто, вот увидишь,] — без тени смущения ответил тот.

Зориан посмотрел на ругающихся Сильверлэйк и Аланика, на Ксвима, выглядящего так, словно хочет отчитать обоих и заставить заткнуться. Каэл в какой-то момент улизнул с собрания — и, наверное, правильно сделал. Участвовать в предложенной Заком тренировке ему было не по плечу, а останься он — наверняка был бы втянут в спор ведьмы и жреца.

— Угу, — пробормотал Зориан. — Круто.

В итоге, несмотря на протесты Зориана, предложение Зака было принято. Аланик, сразу поддержавший идею, все же сумел убедить Сильверлэйк. Ксвима явно раздражали свары жреца и ведьмы, но саму идею он нашел здравой — возможно, его просто интересовал настоящий уровень мастерства парней.

К счастью, тренировочный бой отложили на несколько дней, позволяя Зориану заняться другими вопросами. В основном — подготовкой к штурму Зиккурата Солнца. Изготовление големов, разведка местности, поиск сведений о салротум. Хорошо хоть Аланик согласился помочь им с осами, несмотря на свое отношение к включению Сильверлэйк в «заговор петли». Как он сам заявил, сразиться с монстрами-безбожниками, захватившими религиозный памятник — более чем достойная цель для воинствующего жреца. Увы, он не мог, как в прошлый раз, привести отборный отряд — эти бойцы поддержали бы его в секретных миссиях Эльдемара, но для операции аж в Кслотике потребовались бы очень убедительные объяснения.

Нет, если они хотят помощи в штурме — нужно идти к наемникам и политическим фракциям самого Кслотика, желательно, как можно ближе к Зиккурату. Тем более, что местные жители, не раз сражавшиеся с салротум, как никто знают дьявольских ос и их тактику.

Сейчас же Зак и Зориан обсуждали дела за уличным столиком одной из престижных таверн Сиории. Зориан неспешно тянул фруктовый сок, Зак заказал кружку пива совершенно невероятных размеров. Зориан поначалу решил, что выпить столько за раз просто невозможно, но Зак был настроен решительно.

Наверное, они являли собой забавный контраст — остальные посетители время от времени с ухмылкой поглядывали в их сторону и качали головами.

— Так вот, — продолжал Зориан. — Привлечь местных к штурму — неплохая мысль, но опять встает вопрос языкового барьера. Я неплохо освоился с диалектами Кслотика, да и связи Дэймена помогают, но чтобы нанять ученых или солдат, этого все-таки недостаточно. Думаю, нам нужен настоящий переводчик. Интересно, возможно ли уговорить Зеномира ненадолго съездить в пустыню…

— Ба. Зачем звать старика, когда можно позвать горячую штучку? — отозвался Зак. — Неолу как раз оттуда, и наверняка с удовольствием бросит учебу, чтобы побродить с нами по свету. Даже не наверняка, а точно — я пару раз так делал. Просто… говорил ей, что я путешественник во времени, и брал с собой в поездку по континенту. Иногда звал и других, но большинство встречали рассказ про путешественника во времени с куда меньшим доверием.

— А, помню ее, — сказал Зориан. — Говоришь, ее совсем просто убедить в существовании петли?

— Да, определенно, — кивнул Зак. — конечно, она попросит доказать, но это легко. Я знаю больше, чем достаточно, чтобы убедить ее. Хотя, наверное, с одним парнем она сбежала бы охотнее, чем с двумя. Я, эм, подавал это все скорее в романтическом, чем в деловом ключе…

Зориан обреченно вздохнул. Хотя, будь он на месте Зака — чертовски долго в петле, без явных угроз — может, и он поступил бы так же? Воспользовался бы петлей, чтобы очаровать девушку-другую…

— Может, сначала спросим, согласна ли она? — заметил он.

— По крайней мере, она наверняка не откажется свести нас с ее семьей, — пожал плечами Зак. — Они богаты, и сейчас у них кое-какие политические проблемы, так что мы, вероятно, сможем помочь друг другу. Как минимум, они могут найти нам переводчика.

— Кое-какие политические проблемы? — медленно переспросил Зориан.

— Это долгая история, — небрежно ответил Зак. Сделал глубокий глоток, вдохнул. Он опять собирается нализаться? — Я потом расскажу, если сама Неолу не расскажет.

— Приветствую. Не возражаете, если я присоединюсь к вам на несколько минут? — внезапно раздалось сбоку.

Неожиданно. Они держали над столиком щит от прослушивания, что ясно указывало — лучше не беспокоить. Парни обернулись — и увидели пожилого мужчину в дорогом костюме. Не работника таверны и не кого-то из знакомых. Что его привело?

Явно не простое любопытно.

Потому что будь он простым посетителем — Зориан ощутил бы его мысли. А он не чувствовал ничего. Словно перед ним никого не было.

Пустой Разум чертовски сложен в освоении и практически однозначно выдает мага высокого класса.

Зориан мысленно сообщил об этом Заку, оба растерянно переглянулись.

— Конечно, — наконец сказал Зак. — Присаживайтесь.

Тот уверенно улыбнулся, словно и не сомневался в их ответе. Взял стул от соседнего столика и подсел к ним.

Зориан пристально изучал гостя, ища хоть какие-то зацепки. Весьма колоритный тип, едва ли он забыл бы его, повстречайся они в прошлом. Гордая осанка баловня судьбы, дорогая одежда, безупречная внешность. Кожа несколько темнее, чем у уроженцев севера Алтазии… Может, они привлекли внимание кого-то с Кслотика? Могущественный маг вполне мог последовать за ними в Эльдемар.

— Благодарю за гостеприимство, — вежливо сказал тот. — Полагаю, мне следует представиться. Я — Сарувата Меренпта(11), и боюсь, я здесь, чтобы обсудить кое-что… неприятное. Видите ли, недавно я заметил, что вы собираете обо мне сведения и вмешиваетесь в мои дела, так что решил встретиться с вами и обсудить все, как цивилизованные люди. Возможно, найти мирное решение. Я считаю себя довольно здравомыслящим человеком.

Какое редкое имя… Определенно с Кслотика, но запутывало все еще больше. Зориан не помнил никаких дел ни с каким Саруватой, а в своей памяти он, благодаря ментальным техникам, не сомневался. Да и все остальное… о чем он, черт побери? Зориан вопросительно посмотрел на Зака, но тот отрицательно мотнул головой. Зориан вновь обернулся к гостю.

— Боюсь, здесь какая-то ошибка, мистер Меренпта.

— Нет, не думаю, — уверенно возразил Сарувата. — Возможно, вас смущает мое имя. Я редко использую старое, и большинство успело его позабыть… что меня полностью устраивает.

Зориан нахмурился.

— И как нам угадать, кто вы, если вы пользуетесь другим именем? — несколько недружелюбно спросил Зак.

Зориан не винил его. Может, дело в раздражающей уверенности собеседника, ведущего себя так, словно все карты у него на руках — или в пустом разуме — но этот «Сарувата Меренпта» нравился ему все меньше и меньше. А еще — он заметил, что душа южанина была совершенно безмятежна, ни малейшего колебания. Маг души высочайшей пробы. Даже Аланик не мог держать душу столь неподвижной.

— Ха-ха! — отрывисто хохотнул Сарувата. Душа даже не дрогнула. — Хотите сказать, у вас так много целей, что вы не можете опознать одну из жертв? Любопытно, любопытно…

— Мистер Меренпта, — скривился Зак, — мне начинает казаться, что вы напрашиваетесь на трепку.

— А если я скажу вам, что делаю это уже весьма давно — это поможет? — ухмыляясь, ответил вопросом тот.

Мастер магии. Исключительно искусен в магии душ. Родом с Кслотика. Кто-то из их целей. Очень старый… старше, чем выглядит? Смена облика? Другое имя… возможно, архаичное? Настолько старое, что вышло из моды?

Твою мать…

Зориан тяжело сглотнул.

— Кватач-Ичл?

Ухмылка их собеседника не дрогнула — но по его лицу скользнул блик зловещего зеленого света, приоткрывая иссиня-черный череп тысячелетнего лича. Миг — и черный металл вновь скрылся под маской из плоти.

— Приятно иметь дело с умными людьми, — Кватач-Ичл откинулся на спинку стула. — Экономит столько времени. Итак… вы готовы говорить?

Глава 81. Как цивилизованные люди

В таверне было людно. Не чересчур — иначе парни выбрали бы другое место — но вокруг хватало обедающих, разговаривающих или прохаживающихся людей. Иные поглядывали на их столик, но это было лишь праздное любопытство, в действительности ни Зак с Зорианом, ни их собеседник никого особо не интересовали.

Никто и не подозревал, что обедает в компании тысячелетнего лича, планирующего разрушить город.

С другой стороны, иначе и быть не могло. Маскировка Кватач-Ичла была безупречна — ее не распознали и сами путешественники во времени, что уж говорить о случайных посетителях. Даже сейчас, сидя на вытянутую руку от лича, Зориан не замечал никаких признаков, что перед ним не человек, а оживленные магией кости.

За столиком царила тишина, парни и лич молча смотрели друг на друга. Хотелось бы сказать, что Зориан лихорадочно анализировал ситуацию и искал решение — но в действительности шок вымел все связные мысли. То, что лич может взять и у всех на виду присоединиться к ним за столом, просто не укладывалось в голове. Что, черт возьми, он творит? На удивление необдуманный поступок для мага с более чем тысячелетним опытом.

К счастью, Зак справился с удивлением куда быстрее. Вероятно, сказывалась разница в десятилетия того самого опыта.

— А вы выглядите куда лучше, чем я ожидал, — заметил он.

— Вот как? — отозвался Кватач-Ичл, подавая некий знак официанту. Тот, похоже, понял намек и кивнул в ответ.

Зачем вообще личу выпивка? Разве что для маскировки… Интересно, может ли он вообще пить?

— Да, на удивление… цветущим, — уточнил Зак, прихлебывая из своей огромной кружки.

— А, это, — ответил лич. — Сказать по правде, это мой повседневный вид. Форму скелета я использую только для боя или устрашения.

По прошлым циклам Зориан знал, что это не совсем так. С ибасанцами и другими заговорщиками Кватач-Ичл общался именно в форме скелета… хотя это может считаться «устрашением».

— Искать встречи с врагами довольно дерзко, — заметил Зак.

— А вы собираетесь устроить сражение прямо в таверне? — возразил Кватач-Ичл.

— Всерьез обдумываю этот вариант, — нахмурился Зак.

— Это неправда, — понимающе улыбнулся лич. — Даже если забыть про беззащитных граждан вокруг, бой в центре города навредит вам не меньше, чем мне. Вы тут же привлечете пристальное внимание властей — пожалуй, даже больше меня, ведь на вас куда проще надавить.

Разумеется, он был прав. Они сидят здесь, не скрывая своей настоящей внешности — схватись они с личем, власти вычислят их за считанные часы, ведь им придется продемонстрировать действительно серьезный уровень. А стоит кому-то начать всерьез расследовать их деятельность — всплывут такие подробности… Даже если они каким-то чудом победят лича, избежав жертв и разрушений — цикл будет загублен. С тем же успехом можно перезапустить его прямо сейчас.

Возможно, именно так им и следует поступить. «Беседа» с Кватач-Ичлом — игра с огнем. Даже способность перезапустить цикл не гарантирует безопасности — Судомир ощутил, когда Зориан обращался к маркеру, значит, и Кватач-Ичл, несомненно, это почувствует. Лич сидит прямо перед ними и готов ко всему — вполне возможно, они просто не успеют активировать маркер. К тому же, у тысячелетнего мага, не слишком разборчивого в средствах, наверняка хватает хитрых трюков в рукаве — они могут даже не успеть понять, что их атаковало.

Но несмотря на все это, следовало признать: Зориану было любопытно. Он хотел рискнуть и выслушать лича. Серьезный риск — но и редкая возможность. Они впервые относительно мирно говорили с Кватач-Ичлом — наверное, повторить такую ситуацию будет ой как непросто.

— В этом вы правы, но, думаю, вы потеряете больше, — сказал Зориан. — Если о ваших планах узнают…

— Вы давно могли это устроить, — спокойно возразил лич, не дослушав его. — Не знаю, многое ли вам известно, но, полагаю, немало. Вы давно могли сообщить обо всем властям. А вместо этого — только расхищаете наши тайники и атакуете неосторожных участников нашего небольшого заговора.

Зориан нахмурился. Так вот что имел в виду Кватач-Ичл, говоря, что они вмешиваются в его дела. Вот только Зак и Зориан делали это просто по давней привычке, брали, что плохо лежит, и в прошлых циклах лич смотрел на эти выходки сквозь пальцы. То есть настоящая причина его визита кроется в чем-то другом — и в голову приходили два основных варианта. Во-первых, они впервые нацелились на самого Кватач-Ичла — и древний лич мог это каким-то образом определить. Во-вторых — Сильверлэйк могла переоценить свои возможности и попытаться собрать о нем сведения — с предсказуемым результатом.

Сам Зориан склонялся ко второму варианту.

— То есть вы узнали, что мы работаем против вас, и могли бы нанести еще больше вреда — и тут же решили: блин, надо бы поговорить с этими парнями? — спросил Зак.

— Почему нет? — вернул подачу лич. — Да, мы враги, но что с того? Враги постоянно договариваются, иначе половину дипломатов уволили бы за ненадобностью. Ну, гадкий старый циник вроде меня сказал бы, что вообще всех — но вы меня поняли. Суть в том, что вы могли сообщить о моих планах властям — но не сделали этого. А я мог отыграться за нападения на ваших близких, но решил вместо этого поговорить.

В ответ на угрозу Зак и Зориан одарили его убийственными взглядами — но лич сделал вид, что не заметил.

— Так вот, я веду к тому… что хоть мы и враги, нас не назовешь непримиримыми, — заключил лич. — Так почему бы нам не договориться?

— Боюсь, что не могу с этим согласиться, — ответил Зак. — Вы собираетесь разрушить Сиорию, собрать души погибших и скормить их призракам, выпустить первозданного и развязать новые Войны Раскола. Если не согласитесь бросить все это и вернуться на свой остров — мы очень даже непримиримые враги. То, что мы пока не принимаем активных действий, не означает, что мы согласны молча смотреть, как вы творите эти безумства.

— Ага. Значит, я был прав, и вы действительно много знаете… — медленно сказал Кватач-Ичл, ничуть не встревоженный словами Зака. — Но, если простите мне некоторую прямоту — вам-то какое дело?

Зак поднял бровь.

— Перед приходом сюда я навел кое-какие справки, — продолжил лич. — С этим городом вас ничего не связывает. Ты — наследник мертвого, разграбленного рода, а Зориан просто талантливый приезжий, поступивший в местную школу. Решительно не понимаю, почему люди вашего уровня тратят время на начальное образование, но, видимо, у всех свои причуды. Я бы, наверное, свихнулся за считанные недели, вздумай я годами изображать неуча… гм, что-то я немного отошел от темы. Так вот, у каждого из вас здесь живет лишь горстка близких людей. Мы легко можем организовать, чтобы в день вторжения их не было в городе. Положа руку на сердце — есть ли вам дело до остальных незнакомых людей, что могут при этом умереть?

Если бы Кватач-Ичл задал Зориану этот вопрос в самых первых циклах, когда тот еще не свыкся с миром, не узнал кучу людей и не видел вторжения во всех их ужасающих подробностях… возможно, он мысленно ответил бы «нет», как и ожидал лич.

Но теперь…

Он вспомнил Ночку и других детей-перевертышей, раздетых и испуганных, тянущихся к нему сквозь прутья клеток и зовущих на помощь. Вспомнил всех тех людей, что помогали ему в разных циклах, людей, что погибнут в день вторжения, если он ничего не сделает. Вспомнил сцены грабежа и резни на улицах. Да, ему определенно есть до этого дело. И он не сомневался — Заку тоже.

— А вам нет? — с вызовом спросил он.

— На самом деле — нет, — серьезно ответил Кватач-Ичл. — Я родом из тех времен, когда, захватив город, было принято насаживать на колья головы всех магов и взрослых мужчин — просто в качестве предостережения остальным. И я нахожу современную сентиментальность на войне лживой, лицемерной и отвратительной.

— А, — с отвращением отозвался Зориан. Ну да, логично. Кватач-Ичлу более тысячи лет, он пришел из давней, куда более кровожадной эпохи. И хоть собственные солдаты и считали его «суровым, но справедливым», его армия времен Войн Некромантов славилась своей жестокостью к мирным жителям. Говорят, это и было одной из причин его поражения.

— И что это за выражение лица? — закатил глаза лич. — Давай уж начистоту — если ты столь достойный и добродетельный гражданин, то почему так тщательно скрываешь свои силы и проекты, что финансируешь? Почему вы выходите против меня, не заручившись поддержкой армии и полиции? Кто бы ни стоял за вами, это определенно не правительство Эльдемара. Поэтому повторю вопрос: какое вам дело, что произойдет с Сиорией?

Хех. Любопытно. Очевидно, Кватач-Ичл пришел вовсе не договариваться, а прощупать их и попробовать узнать больше — но до сих пор Зориан не знал, что его интересует. Сейчас ситуация прояснялась — лич хотел знать, кто за ними стоит.

То, что они — самостоятельные игроки, ему, понятно, и в голову не придет. Какими бы талантами они ни обладали, двое подростков все равно не достигнут таких высот самостоятельно. А раз Кватач-Ичл, наведя справки, не нашел их покровителей… Значит, они очень хорошо скрываются.

Естественно, новость о тайной фракции тревожила старого лича, не позволяя вслепую перейти к более решительным действиям.

Зориан тут же послал Заку телепатическое сообщение, чтобы тот не проговорился, что за ними никого нет. Лич, скорее всего, не поверит, но незачем испытывать судьбу.

— Мы уже ответили, просто вы не хотите слушать: ваша атака на город унесет множество, огромное множество жизней, — сказал Зак. — И это только начало. Война, что неизбежно начнется после…

— Да ладно, — прервал его Кватач-Ичл. — Я еще понимаю, что вы вините меня в намерении разрушить город, но новая война — неизбежна. Вы ведь сознаете это? Нынешний мир — короткая передышка, чтобы восполнить поредевший от Плача офицерский состав. Ну, лично я вовсе считаю любой мир лишь подготовкой к войне, но сейчас это особенно верно. Неважно, погибнет Сиория или уцелеет — новая череда войн начнется в любом случае. Я лишь пытаюсь повернуть этот процесс в выгодном для Улькуаан Ибасы направлении. Как и ваш Эльдемар и все остальные заинтересованные стороны.

— Война неизбежна? Я не был бы так уверен, — заметил Зориан. Да, лич был во многом прав, и насколько известно, его мнение разделяли многие другие. — Но даже если это так — вы сильно отличаетесь от других стран. Они стремятся к чему-то стабильному. Вы же хотите бесконечной войны, чтобы никто не угрожал вашему острову.

— Что? Кто вам такое сказал? — удивился Кватач-Ичл.

— А это не так? — поинтересовался Зориан. Вообще-то он специально провоцировал лича. Он понятия не имел, чего тот хочет, версия бесконечной войны принадлежала низкоранговым заговорщикам и ибасанцам.

— Это просто глупо, — укоризненно покачал головой Кватач-Ичл. — Да, ваши правители не блещут умом, но даже они не настолько глупы. Если мы будем постоянно творить непотребства, рано или поздно они решат отложить свои разногласия и перебить нас.

— Хмм. Так ваша настоящая цель…? — рискнул Зориан.

— Хех. Ну, не то, чтобы это был большой секрет, — снисходительно улыбнулся лич. — Я хочу подорвать силы Эльдемара и Суламнона, чтобы победу одержала Фалкринея.

Чего?

— Чего? — возмутился Зак. — Фалкринея? Почему они?

— А кто еще? — риторически, судя по тону, спросил Кватач-Ичл. — Эльдемар и Суламнон никогда не согласятся на мир с нами — рассчитывать на это может лишь идиот или предатель. Но Фалкринея… Слабейшая из большой тройки, и ее земли далеко от Улькуаан Ибасы. Если они одержат верх и подомнут Эльдемар и Суламнон — им не будет никакого резона воевать с нами. Ни сил, ни желания — им бы бывших соперников удержать в узде.

Зориан чуть не спросил, почему Суламнон не воспользуется слабостью Эльдемара — но вспомнил план Судомира с призрачными бомбами. Мэр Князевых Дверей хотел продемонстрировать свои силы и серьезность именно на Суламноне. Не Кватач-Ичл ли подсказал ему эту идею? Из воспоминаний некроманта он знал, что Судомир так не считает, но лич вполне мог деликатно подтолкнуть его мысли в нужную сторону.

Разговор временно стих — официант принес заказ Кватач-Ичла. Лич, на удивление, заказал пиво на всех троих — Зориан просто отодвинул кружку в сторонку, зато Зак спокойно перелил все в свою прежнюю огромную кружищу. Нашел время пьянствовать…

Что же до Кватач-Ичла, тот просто оставил кружку перед собой, даже не прикоснувшись — Зориан подозревал, что при всем совершенстве маскировки пить и есть он все же не может. Скорее всего, это некая эктоплазменная оболочка, вроде тех, что используют симулакрумы.

Обсуждать вторжение в Сиорию перед официантом было как-то не с руки, так что все трое молчали. Зориан воспользовался паузой, чтобы проанализировать ход беседы. Увы, напрашивался единственный вывод — все это странно. Замыслы древнего лича ускользали от него.

Зориан ястребом смотрел на ибасанца, но тот не делал ничего подозрительного — никаких признаков алхимии или воздействия магии душ. Он также не проявлял недовольства, хоть разговор наверняка шел не так, как ему бы хотелось — и даже когда Зориан «тайком» проверил принесенное пиво магией.

Просто мирная беседа. Да, попытки выведать больше, да, завуалированные угрозы — но ничего больше.

Хмм…

— Ладно, смотрю, по этому пункту мы не договоримся, так что давайте отложим его, — сказал Кватач-Ичл через пару секунд после ухода официанта. — Давайте обсудим другой вопрос — последние несколько дней вы собирали обо мне сведения.

— Делов-то, — фыркнул Зак. — Вы, очевидно, занимались тем же самым.

— Да, в ответ на ваши действия, — мимолетно улыбнулся лич. — Но ты не так понял. Я не сержусь, что вы хотите знать своего врага — мне интересно, нет ли тут скрытого мотива. Да, вы могли просто искать мои слабые места, но, может быть… вам что-то от меня надо?

— Вы что, думаете, что мы хотели с вами связаться? — удивился Зориан.

— Это происходит постоянно, — пожал плечами Кватач-Ичл. — Людям вечно от меня что-то надо.

— От старого, жуткого заколдованного скелета? — не поверил Зак.

— Естественно, — ухмыльнулся лич, игнорируя грубость. — Я — тысячелетний архимаг, переживший множество мировых потрясений и даже участвовавший в некоторых из них. Ко мне постоянно обращаются. Кто-то ищет запретные или утраченные знания, кому-то нужны мои сила и мастерство, а есть и такие, кому просто интересно узнать о прошлом от очевидца. Будучи щедрым и культурным человеком, таким я помогаю бесплатно, остальным же приходится платить. Но не волнуйтесь — я не требую от людей их души, первенцев или что там берут личи в возмутительных книжонках ваших стран. Я безжалостен лишь к врагам — к остальным же отношусь по справедливости, как того требует моя честь.

— Вот как, — сказал Зак, задумчиво барабаня пальцами по столу. Потом доверительно подался вперед. — Вообще то нам действительно кое-что от вас нужно.

— О? — подался навстречу Кватач-Ичл. — И что же?

Зак открыл было рот, но помедлил, явно ради пущего эффекта.

— Нам нужна ваша корона, — драматическим шепотом сказал он.

Впервые за всю встречу Кватач-Ичл выглядел действительно удивленным. Впрочем, Зориан разделял его чувства — он тоже никак не ожидал, что Зак возьмет и скажет все прямо. Не ожидал, но смолчал, надеясь, что напарник знает, что делает — а не просто выделывается.

Удивление длилось недолго — лич откинулся на стуле и захохотал.

— Ну вы даете… Я знал, что это будет стоящая встреча, — слегка успокоившись, сказал он. — Это ведь не шутка, верно? Порой мне тоже хочется вновь стать молодым и дерзким… Вы хоть знаете, что это за корона?

— Конечно, — ответил Зак. — Один из артефактов первого Икосианского императора.

— Наблюдательные, — задумчиво оглядел их Кватач-Ичл. — Давненько никто не узнавал ее. Большинство считает, что у меня просто мания величия. Как вы узнали? Мне казалось, что до сегодняшнего дня мы никогда не встречались, но, видимо, вы узнали обо мне куда больше, чем я думал…

— Сказать по правде, мы знали, что корона у вас еще до начала расследования, — сказал Зак.

— О? — полюбопытствовал лич.

— Благодаря этому, — Зак извлек из кармана сферу и протянул Кватач-Ичлу, позволяя рассмотреть получше.

Старый лич добрых полминуты молча смотрел на стеклянный шар.

— Сфера императора… — наконец сказал он. — Я думал, она была утрачена.

— Так и есть, — кивнул Зак, возвращая регалию в карман. — А потом вновь найдена.

— Очевидно, — согласился Кватач-Ичл. — Однако не понимаю, как это связано с короной, что я ношу. Или вы хотите сказать, что сфера позволяет отыскать другие имперские реликвии?

— Именно это я и говорю, — кивнул Зак. — Ну, точнее, владелец любой из реликвий может отыскать все остальные. Если сумеет активировать скрытые функции.

А Зак здоров вешать лапшу на уши. Не то, чтобы Зориан был против соврать мертвому убийце — но так запутать, технически не сказав ни слова лжи — дорогого стоит, ведь у Ключей и правда были скрытые функции, доступные владельцу маркера.

— Действительно впечатляюще, — похвалил Кватач-Ичл. — Всегда знал, что в короне есть что-то еще, но никак не мог разобраться… Полагаю, сфера не продается?

— А ваша корона продается? — вопросом на вопрос ответил Зак.

— Нет — даже за все деньги мира, — сказал лич.

— Что же, — пожал плечами Зак. — Значит, вы знаете ответ.

— И все же… Чувствую, ты показал сферу не просто так, — предположил лич.

— Как насчет обмена? — предложил Зак. — Вы рассказываете, что позволяет корона, мы — что позволяет сфера. Просто и безобидно, и мы все утоляем любопытство, не теряя ценные артефакты. Как вам такой вариант?

— Да уж, просто и безобидно, — саркастически согласился лич. — Вот только… я и так знаю, что может сфера. Это просто на редкость большое карманное измерение, так?

— Нет-нет, — помотал головой Зак. — У нее есть и другие секреты.

— Правда? Вот как… — задумался Кватач-Ичл. — Но, думаю, я все равно откажусь. Что-то подсказывает — вам это куда выгоднее, чем мне. Предложите что-то еще. Скажем… местоположение одной из оставшихся реликвий?

— Не вопрос, — тут же согласился Зак. Разумеется, ведь временная петля дает им огромное преимущество при обмене информации. Лич позабудет все, что они скажут, меньше, чем через месяц. — Нам начать, или хотите быть первым?

— Могу и я, — пожал плечами Кватач-Ичл. Как-то он слишком спокойно выдает важные сведения… — В этом нет особого секрета, я иногда рассказываю об этом, чтобы надавить на собеседника. Видите ли… Корона — это мощная батарея маны.

За столиком повисло молчание.

— Что? — изумился Зак. — И все? Тупо батарея маны?

— Ха! — ухмыльнулся Кватач-Ичл. — Я ждал этой реакции. Никогда не надоедает. Вот только… Речь не идет о запасе нейтральной маны, как это делают сейчас. В короне хранится личная мана владельца — и она не теряет настройку, сколько бы времени ни прошло. По сути, корона увеличивает мой естественный резерв в десять раз.

— Д-десять раз?! — не удержался Зориан. О боги. А он еще считал, что это у Зака чудовищный резерв.

Сам Зак принял новость спокойнее, но было видно, что его тоже пробрало.

У лича был очень довольный вид.

— Разумеется, это не считая давнего божественного благословления, удвоившего мой и так впечатляющий резерв, — продолжил Кватач-Ичл. — Во времена моей молодости методы оценки резерва были весьма примитивны, так что я не знаю, какова была моя емкость по современным стандартам… Полагаю, что-то около двадцати пяти. Божественное благословение удвоило резерв, не повредив мое искусство плетения, так что мой запас был огромен еще до того, как я нашел эту прелесть. И когда я говорю, что корона увеличивает мой резерв в десять раз — это даже больше, чем кажется.

Как… любопытно. Зориан обменялся долгим взглядом с Заком. Благословение, удваивающее резерв — ничего не напоминает?

— Итак… — ухмыльнулся Кватач-Ичл. — Вы все еще намерены ссориться со мной?

— Благословение, что вы упомянули… — начал было Зориан.

— Э, нет, — лич поднял палец, останавливая его. — Я выполнил свою часть сделки. Теперь ваша очередь.

— Ладно-ладно, — вздохнул Зак. — Помимо огромного переносного карманного измерения, сфера содержит почти бесконечное хранилище памяти, способное хранить воспоминания, рецепты и схемы.

Кватач-Ичл на миг задумался.

— Учитывая скудость письменных свидетельств того времени… Да, наверное, тогда эта функция была бесценна. Не особо впечатляет в наши дни, но все равно, сохранившиеся в сфере записи представляют огромную ценность. Хотя бы просто историческую. Много ли там было?

— Без комментариев, — тут же ответил Зак. Естественно, хранилище было пусто, ведь оно использовалось лишь внутри петли, но личу об этом знать не обязательно.

— Пусть так, — уступил лич.

— Что до местоположения одной из реликвий… — сказал Зак. — Ну, в королевской сокровищнице Эльдемара хранится кинжал. Вы и так в скверных отношениях с королевством, так что можете заодно ограбить сокровищницу.

— У них есть имперская реликвия, и она собирает пыль в сокровищнице, — осуждающе покачал головой Кватач-Ичл. — Как это знакомо.

Повисло неловкое молчание — парни ожидали продолжения, но лич только задумчиво смотрел на них.

— Насчет того благословения, что вы упомянули… — снова попробовал Зориан.

— Это знание не бесплатно, — предупредил Кватач-Ичл.

— И что вы за него хотите? — прямо спросил Зориан.

— Раз вы спрашиваете о богах, полагаю, будет справедливо, если и сами предложите что-то божественное, — улыбнулся лич.

После секундного размышления, Зориан достал таинственный кинжал, найденный в сфере, и протянул Кватач-Ичлу. В других обстоятельствах менять божественный артефакт неизвестных способностей на подобную информацию было бы невероятно тупо, но он хотел знать ответ, а кинжал вернется к нему в следующем цикле.

Лич с готовностью принял кинжал и стал творить диагностические заклинания, изрядно напугав Зориана. Впервые за время беседы он обратился к магии, и Зориан неотрывно следил, чтобы меж прорицаний не затесалось что-то враждебное.

— Это божественный артефакт, — наконец заключил Кватач-Ичл.

— Да, — подтвердил Зориан. — Божественное за божественное, так?

— Что он делает?

А приятно, да. Значит, даже тысячелетний лич не может сходу разобраться с творением богов.

— Не знаю, — признался Зориан. — Мы просто нашли его в древних руинах.

— То есть он может быть как совершенно бесполезен, так и просто бесценен, — подытожил лич, аккуратно поворачивая кинжал, изучая узоры и глифы. Зориан уже знал, что это бессмысленно; судя по всему, они были просто для красоты.

— Не бывает бесполезных божественных артефактов, — возразил он.

— Ты неправ, — покачал головой Кватач-Ичл. — Боги были весьма капризны и импульсивны. В свое время они шутки ради сотворили множество ненужных вещей, просто большинство из них давным-давно сломалось или было выброшено.

— Божественные артефакты могут ломаться? — удивился Зак.

— Разумеется, — серьезно кивнул Кватач-Ичл. — Неразрушимость — вовсе не общее качество божественных артефактов, просто не обладающие ею реликвии не дожили до наших дней.

— Но по вашим же словам выходит, что если кинжал уцелел до наших дней — значит, он хоть чем-то, но полезен, — заметил Зориан.

— В этом есть определенная логика, — признал лич. И посмотрел Зориану прямо в глаза. — Но уверен ли ты в своем решении? Возможно, ты отдаешь настоящее сокровище.

— Уверен, — твердо ответил Зориан. — А если вас беспокоит равноценность обмена — просто объясните поподробнее.

— Ха! А ты решителен. Мне это нравится, — сказал Кватач-Ичл. — Что же, если ты не боишься риска — то и мне не след осторожничать.

Он зрелищно крутанул кинжал, демонстрируя завидную ловкость пальцев, и… воткнул его прямо себе в грудь.

Кинжал ушел в него, как в воду, не оставив ни следа на одежде. Лич скрестил руки на груди, улыбнулся:

— Так что именно вы хотите узнать?

— Вы сказали, божественное благословение удвоило ваш резерв, — сказал Зориан. — Это типично для подобных благословений?

— Хм? — кажется, Кватач-Ичл не ожидал такого вопроса. — Ну… это интересный вопрос, но боюсь, у меня нет ответа. Отмеченные богами люди были редки, даже в те времена, и они предпочитали скрывать свою личность и возможности. Если думаешь, что современные маги скрытны — ты просто не знал архимагов древности. Сколько чудес было утрачено лишь потому, что старые дураки не хотели делиться… Но я отвлекся. Полагаю, полученное мной благословение сравнительно обычно. Удвоение сформировавшегося резерва показывает величие бога, ведь никакими «обычными» средствами такого не достичь, и в то же время — не чрезмерно. Опять же, удвоение наглядно и понятно всем.

— Вы знаете, как это работает? — спросил Зориан.

— В самых общих чертах, — сказал древний лич. — Это своего рода стабилизирующая оболочка из божественной энергии, окружающая душу. Неким образом позволяет заключенной внутри душе производить и запасать больше маны без ущерба для тонкого контроля. Подобно другим божественным явлениям, практически необнаружима классической магией, но взаимодействует с душой — то есть теоретически искусный некромант может обнаружить ее духовным восприятием.

Стабилизирующая оболочка? Часом не… в форме двадцатигранника? Возможно, Кватач-Ичл создавал стабилизирующую раму Врат по подобию оболочки собственной души? Зориана подмывало намекнуть и оценить реакцию — но, скорее всего, это будет уже чересчур.

— Можно ли получить это благословение иначе, чем от бога? — хмурясь, спросил Зак.

— Технически — да, — сказал Кватач-Ичл. — Говорят, ангелы и в наши дни даруют это благословение. Однако они крайне разборчивы и дают его лишь самым сильным и ревностным служителям. Не думаю, что бы кто-то из вас им подошел. Так что фактически нет, это привилегия самых упертых фанатиков и древних монстров вроде меня.

Они еще поговорили о стабилизирующей оболочке и способах ее обнаружения, лич, кажется, и сам заинтересовался, но в конце концов решил, что сказал достаточно.

— Что же, — сказал он, поднимаясь, — Было приятно побеседовать, теперь мне есть над чем поразмыслить, но, думаю, на сегодня хватит.

— Да, — согласился Зориан. Постоянная бдительность изматывала, ведь лич в любой момент мог сделать или услышать что-то не то.

— Если захотите поговорить еще, не стесняйтесь обращаться, — Кватач-Ичл протянул простую белую визитку с набранным крупными буквами адресом в Сиории.

Зориан молча сунул ее в карман.

— Что-то подсказывает, что мы скоро увидимся, — ухмыльнулся древний лич и, повернувшись, спокойно вышел на улицу.

Его провожала тишина — Зак и Зориан молчали, слушая шум заведения, вновь и вновь прокручивая встречу в голове.

— Думаю, главный вопрос сейчас — что делать? — сказал Зориан. — Поступим благоразумно и слезем с тикающей бомбы, перезапустив цикл — или попытаемся извлечь выгоду, играя с огнем?

— Не знаю, — вздохнул Зак, отодвигая свою огромную кружку. Он так и не допил ее, хотя на взгляд Зориана, тому были уважительные причины. — Мне сложно отстраниться от эмоций. Клятый скелет попортил мне столько крови… Столько раз топтался по моей гордости, разрушил столько планов… Но если ты настаиваешь на ответе…

Зориан вздохнул. Он уже знал, что ответит напарник.

— Я всегда любил как следует зажечь, — ухмыльнулся Зак.

Глава 82. Следы минувшего

Похищение экспериментального корабля больно ударило по незадачливым аранхальцам. Наверное, даже разбейся он в первом же полете, и то было бы не так стыдно… Ну, то есть тоже стыдно, но в основном разработчикам и спонсорам, а не всей стране. Тем более, что слухи о бое и уничтожении аранхальского военного корабля похитителями успели широко разойтись — такое не скроешь. Разразившийся скандал стоил мест множеству высокопоставленных чиновников, разведки всего региона рыли землю в поисках ответственных, в армии и министерствах Аранхала поговаривали о надвигающихся масштабных проверках…

Виновники всего этого безобразия знали о происходящем лишь в общих чертах. Да, поначалу они следили за обстановкой в регионе, но Аранхал все никак не приближался к разгадке, так что парни постепенно утратили интерес. Хотя Зориана и впечатлило, сколько ранее таившихся игроков вышло из тени после всего одного дерзкого преступления. Возможно, стоит устроить большую бучу и в Алтазии, посмотреть, не выдаст ли себя кто-нибудь интересный…

Но это определенно подождет. Сегодня Зак и Зориан просто отдыхали, мчась на своем новом корабле над раскаленной пустыней. Летели без какой-либо конкретной цели — просто мотались туда-сюда, проверяя полетные системы корабля и наслаждаясь пейзажем. К тому же — бессистемные полеты над пустыней Кслотика — прекрасный способ сбросить слежку. Какими бы экзотическими способами слежения ни владел Кватач-Ичл, едва ли они достают до другого континента.

— Вау, потрясающий вид! Смотри-смотри, видишь те похожие на башни скалы? Это Клыки Ретама, где принц Иксама и мятежная королева Ханфа заключили союз против наступающих икосиан. Пусть у них ничего и не вышло, я всегда считала, что история их запретной любви перед лицом неотвратимой угрозы так романтична…

Зориан покосился на Неолу, перегнувшуюся через поручень и тараторящую обо всем, что видит. Брать ее с собой было не самым благоразумным шагом, но у лича и так был широкий выбор людей, что можно похитить и допросить, так что, наверное, не страшно. Сказать по правде, его скорее удивляло, что она согласилась. Пара знакомых заявляют, что они путешественники во времени и приглашают покататься на угнанном корабле, и ты просто берешь и соглашаешься?

— Я не очень разбираюсь в древней истории, но разве их союз не был продиктован политической выгодой? И разве иксамский принц не получил разрешения отца на союз с мятежниками? — поинтересовался Зориан. — При чем тут запретная любовь?

Неолу ответила кислым взглядом.

— Э… хотя, если подумать, — торопливо поправился Зориан, не собиравшийся ссориться из-за всякой ерунды, — без запретной любви тоже не обошлось.

Просиявшая Неолу радостно захлопала в ладоши:

— Мы должны спуститься и все осмотреть! Я слышала, из-за пустыни тут лет десять никто не бывал. Хочу взять что-нибудь на память. О, сестры позеленеют от зависти…

Зориан ее просто не понимал. Она без колебаний приняла их рассказ о временной петле — хотя вдвоем это было все же сложнее, чем одному Заку — но ее поведение заставляло усомниться, верит ли она им на самом деле. Кажется, грядущая потеря памяти в конце месяца ее совершенно не беспокоила.

Но и отказывать не было никаких причин. Они никуда не торопились, почему бы не побродить тут, оглядеться и пособирать красивые камни. К тому же Зориан надеялся, что испепеляющий жар за пределами защиты корабля быстро загонит ее обратно.

Два часа спустя пришлось признать — он здорово недооценил Неолу. Видимо, уроженки Кслотика переносят сухой жар пустыни куда лучше его или Зака. Да и такой прыти и ловкости от девчонки в платье он тоже не ожидал.

Может, какая-то родовая способность? Дом Ильятир, как и большинство Домов, не любил распространяться о своих особых талантах, но они, вероятно, были.

— Эй, Зак, — окликнул Зориан напарника. Тот, вырезавший на ближайшей скале «Здесь был Зак», обернулся и вопросительно посмотрел на него. — А в чем у нас силен Дом Ильятир?

— Не знаю, — ответил Зак. — Что-то связанное с прорицаниями. Когда я спрашивал, Неолу делала виноватую мордашку и говорила, что ей нельзя об этом рассказывать. Так что я не настаивал. Не считал это важным.

— Что-то связанное с прорицаниями? — задумчиво переспросил Зориан. Хмм. Выходит, у Неолу и правда могла быть причина так легко им поверить.

— Ага, — Зак то ли не осознал, что напарник просто думает вслух, то ли не придал значения. — Помнишь те синие круги у нее на лбу и на скулах? Они символизируют глаза.

— О. А я ломал голову…

— Мог просто спросить у нее, — покачал головой Зак, возвращаясь к своей наскальной надписи. — Она, знаешь ли, весьма общительна. И, наверное, не обидится, даже если спросишь что-то не то.

Поразмыслив, Зориан решил последовать его совету — и направился к их жизнерадостной спутнице, помахав рукой, чтобы привлечь ее внимание. Вот только Неолу было не до него — она все никак не могла поймать одну из маленьких синих ящериц, греющихся на камнях. Зверушки были совершенно безобидны, но очень проворны.

— Неолу?

Она дернулась от неожиданности, обернулась. Ее глаза, синие, как и метки на лице, секунду-другую бездумно смотрели сквозь него, потом в них появилось осмысленное выражение.

— Поймай мне ящерицу! — потребовала она, указав на одну из дальних зверушек. Та, реагируя на движение, молниеносно метнулась к ближайшей расщелине.

Зориан поднял брови, на лицо сама заползла улыбка.

— Эм… пожалуйста? — нервно улыбаясь, добавила Неолу.

— Ладно, — вздохнул Зориан. Прикинув варианты, он выбрал самый простой: коснулся мыслей ближайшей рептилии и заставил ее саму подойти к ним. И просто вручил ее Неолу, тотчас принявшейся тискать несчастное животное. Разве девушкам не положено бояться пресмыкающихся?

— Кто это у нас такой роскошно-синий и грозно-колючий? — ворковала она, вертя ящерку в руках. Та определенно была не в восторге, и, не сдерживай ее Зориан, давно бы тяпнула ее за пальцы. Неолу с любопытством посмотрела на него. — Как ты это сделал?

— Магия разума, — честно ответил он. Применение ментальных чар на животных не запрещалось законом, да и людей обычно не напрягало.

— О. Это как-то нечестно, — нахмурилась она. Посмотрела на ящерицу в своих руках, драматически вздохнула. — Хотела бы я оставить ее, но… это будет неправильно. Мне негде ее держать, я не знаю, что она ест, и ей, наверное, будет одиноко.

Она опустила ящерицу на землю, и Зориан снял ментальный контроль. Против ожидания, зверушка не бросилась наутек, а ерзала и растерянно смотрела на них.

— Беги, малыш, можешь идти домой, — сказала Неолу. — И не забывай меня, ладно?

Ящерица смущенно моргнула, вероятно, не понимая, почему большое существо не съело ее, пока была такая возможность, и стрелой метнулась прочь.

— Извини, я иногда бываю немного странной, — Неолу обернулась к Зориану. — Ты, наверное, что-то хотел? Уже пора улетать?

— Нет, на самом деле я просто хотел кое-что спросить, — ответил он. — Если не хочешь — не отвечай, мне просто любопытно… Почему ты так легко поверила нам?

— Но разве ты сам еще не знаешь ответ? — поинтересовалась она. — Кто из нас древний, видевший все путешественник во времени?

— Не такой уж и древний, — покачал головой Зориан. — Не считая залов ускоренного времени, я провел в петле около семи лет.

— Залов ускоренного времени? — переспросила Неолу. — А что это?

— Долгая история. Я расскажу как-нибудь в другой раз, ладно? — сказал Зориан. — Суть в том, что я видел отнюдь не все, даже не близко. Сказать по правде, столь тесное взаимодействие с тобой у меня впервые.

— Ууу. Я что, такая скучная? — надулась она.

— Нет-нет, — поспешно возразил Зориан. — Просто…

— Ничего-ничего, — засмеялась она. — Я просто шучу. Ну, по большей части. Говоришь, я легко приняла вашу историю — то есть вы уже пытались убеждать других людей. В зависимости от их количества, я могу и обидеться…

— Пытался в основном Зак, — уточнил Зориан. — Пытался убедить одноклассников и всех, кто был согласен слушать, так что оценка основана на его опыте. По его словам, практически никто не верил. Особенно в начале, пока он не отточил навыки до немыслимого уровня и не запомнил, кому предлагать какие аргументы. Ты же… всегда с готовностью верила ему. Даже в этом цикле, когда ты знаешь, что мы украли корабль, и что нас двое, а не один Зак…

— А какая разница, сколько вас? — нахмурилась Неолу.

— Эээ…

— А. А! Поняла, — хихикнула она. — Да, пожалуй, он довольно симпатичен… — Неолу осеклась и панически затараторила. — То есть я не имею в виду, что ты не симпатичен, просто ты слишком тих и пассивен на мой вкус, вот и… боги, мне надо было просто заткнуться и изображать возмущение, да? Все, молчу-молчу…

— Между прочим, ты так и не ответила на вопрос, — улыбаясь, заметил Зориан.

— Что…? А, про то, что меня легко убедить… — нервно хохотнула она. — Ну да, у меня нет толкового ответа. Ты, наверное, ждешь какой-нибудь секрет… Думаю, я просто глупая. Мы знаем друг друга, я не чувствую злого умысла, и вы предоставили доказательства… Даже если бы вы помешались или разыгрывали меня, вреда, наверное, не было бы.

Зориан задумчиво посмотрел на нее. Она говорила так, словно доверилась им по наитию, но ее уверенность намекала, что тут скрыто нечто большее. Нечто… связанное с прорицаниями?

— А можно спросить, как ты определила, что нет злого умысла?

— Женская интуиция, — жизнерадостно заявила она, словно давно ждала повода.

— Ну, так или иначе, спасибо за доверие.

— Всегда пожалуйста! — кажется, она была благодарна, что он не настаивает на ответе. — Хочешь узнать что-то еще?

— Вообще-то да, — сказал Зориан. — Возможно, это слишком личное, но почему девушка из Кслотика решила учиться аж в Сиории? Ты не находишь, что это далековато?

— А… — слегка сдулась Неолу. Но только слегка. — Это. Ну, вообще-то мама из Эльдемара. В детстве она много рассказывала о своей родине, и я всегда хотела увидеть ее собственными глазами. Вот я и упросила папу, он не смог мне отказать. Так я обычно отвечаю на этот вопрос. И вообще-то, так и есть! Я правда хотела там побывать. И Сиория очень интересна, я ничуть не жалею, что приехала туда…

— Но?

— Но будь это единственной причиной, я вряд ли поступила бы там учиться. Просто приехала бы на пару месяцев. Сказать по правде, отец у себя в Нелентаре поссорился с очень серьезными людьми, и опасался за свою семью. Особенно за меня, он… не очень верит в мое благоразумие.

Правда? Какая… неожиданность. Впрочем, сторонний наблюдатель наверняка и про самого Зориана сказал бы, что он ссорится с родителями из детского упрямства. Может, и ему стоит отнестись к Неолу с большим доверием.

— В итоге было решено, что я поеду в Эльдемар, — продолжила Неолу. — Исполню давнюю мечту посмотреть мамину родину, окажусь в безопасности, а объяснить все можно тем, что папа слишком меня балует. Трех зайцев сразу, а?

— И правда, — согласился Зориан. Хотя и немного грустно, что отец Неолу отослал ее подальше от опасности… прямо под удар ибасанцев. Не все выходит, как мы того хотим.

— В любом случае, я правда считаю, что все вышло к лучшему, и ни о чем не жалею. И ты не жалей, — подытожила Неолу. — Хотя, честно говоря, я жду, когда наконец закончу академию и смогу вернуться домой. Мне… не хватает семьи. Тебе, наверное, не понять, ведь ты можешь вернуться к своим, когда захочешь.

— Ээм… да, пожалуй, — медленно сказал Зориан. Не говорить же ей, что по ряду причин все совсем не так.

Некоторое время они еще бродили по камням, потом вернулись на корабль и отправились дальше. Неолу упросила его приволочь на борт здоровенный и, на взгляд Зориана, совершенно бесполезный зеленый булыжник, и была на седьмом небе. Она добрых полчаса изучала каждую трещинку каменюки и удовлетворенно хмыкала, затем вновь отыскала его.

— Зориан, можно кое-что спросить? — и, не дожидаясь ответа, продолжила. — Эта ваша петля… она ведь когда-то кончится?

— Да? — отозвался Зориан, не понимая, к чему она клонит.

— То есть однажды этот месяц пройдет… и я ничего не забуду? А ты будешь помнить все, включая и этот день?

— Я… — запнулся Зориан. — Да, по идее.

Они не сказали ей, что запросто могут и сами исчезнуть вместе с петлей. И сейчас сообщать это тоже не хотелось.

— Что ты тогда собираешься делать? — она прикусила губу. — В смысле, насчет меня.

— Насчет тебя? — слегка растерялся Зориан. — Ну, наверное, зависит от того, чего хочешь ты.

— Я не знаю, чего хочу, — призналась она. — Но знаю, что сегодня мне было хорошо, и я не хочу это забывать.

А… То есть она все-таки понимает, что забудет все в конце месяца. Или только сейчас поняла? Увы, ему было нечего сказать в утешение. Кроме лжи, разумеется.

— Но, — продолжила она, — раз это невозможно, у меня есть довольно эгоистичная просьба к тебе с Заком: когда мы вновь встретимся в конце, не притворяйтесь, что ничего не было. Можете не говорить про петлю, просто не будьте незнакомцами. Я понимаю, что я не самая интересная из всех, кого вы повстречали, но не забывайте меня, ладно?

Зориан странно посмотрел на нее.

— Ну… хорошо.

— Йей! У меня новые друзья!

Зориан вздохнул. Иногда она и правда напоминала ребенка. Или Новизну.

Порой он правда скучал по глупой маленькой паучихе.

— Надеюсь, ты понимаешь, что в окончательной версии мы не будем похищать корабль, — сказал Зориан. — Так что повторить в точности… скорее всего, не получится.

Кажется, это заставило Неолу серьезно задуматься.

— Наверное, и к лучшему, — наконец решила она. — В газетах пишут, что при падении того корабля вы убили много людей. Это не очень-то хорошо.

— Я… совсем не понимаю тебя, — признался Зориан. — Ты знаешь это, но все равно здесь. И хочешь дружить с нами.

— В следующем цикле они снова будут живы, так что ничего страшного, — она пожала плечами. — Но погоди. Даже без корабля ты можешь открывать порталы на другой континент, так ведь? Собственно, так мы и попали к кораблю. То есть ты все равно можешь сводить меня сюда!

Зориан хотел было возразить, что светить способность межконтинентального портала тоже не стоит, но передумал и закрыл рот. Уж кто-кто, а Неолу примет эту новость как должное.

— Наверное, ты права, — в итоге уступил он.

В конце концов, зачем тебе невероятно крутые силы, если не можешь сводить девушку на прогулку по затерянным в пустыне руинам, кишащим кровожадными монстрами?

Кажется, он слишком много общается с Заком…

Убедить Неолу найти им переводчиков и посредников оказалось совсем несложно. Правда, почти все они были из Нелентара, где она ориентировалась лучше всего и имела поддержку своего Дома, но даже так — большой шаг вперед. С такой надежной основой будет несложно раскинуть сети на весь регион.

Они оставили Неолу у нее на родине с парой симулакрумов и вернулись на корабль — обсудить кое-что секретное. Ситуацию с Кватач-Ичлом.

— Прошло уже несколько дней, — сказал Зориан. — Достаточно времени, чтобы остыть и подумать. Ты все еще считаешь, что стоит рискнуть и попытаться заключить сделку с Кватач-Ичлом?

— Ну да, — отозвался Зак. — А что тебе не нравится? Мы можем запросто отдать ему божественные артефакты, а то и части Ключа — ту же имперскую сферу — в обмен на редкие знания и заклятья. Дождаться следующего цикла. Повторить. Уже сама мысль об этом доставляет удовольствие. Если кого я и оберу до нитки без зазрения совести, так это его.

— А я вот не уверен, сколько это может продлиться, — нервно сказал Зориан. — Он обязательно заметит, что что-то не так. Особенно если мы будем брать у него уроки — если Ксвим и Аланик узнали собственные техники, то и Кватач-Ичл точно узнает. Только вот отреагирует он наверняка куда более жёстко.

— Какая разница, — помотал головой Зак. — Это просто означает, что нужно действовать умнее. В одном цикле учимся у него карманным измерениям, в другом — магии душ, в третьем — пространственной магии, и так далее. Будем выжимать каждый цикл по максимуму, и задумаемся о возвращении к какой-то из тем только когда исчерпаем весь список. Если в каждом месяце будем учиться чему-то новому, он ничего не заметит.

— Да, я тоже об этом думал, — признался Зориан. — Но это при условии, что ему вообще можно доверять.

— Он пришел поговорить, а не попытался убить нас или захватить заложников, — напомнил Зак.

— Мы не знаем, в чем причина — в его характере или в нежелании будить спящую собаку, — возразил Зориан. — Он определенно считает, что за нами стоит какая-то тайная фракция. Знай он, что мы сами по себе — наверняка говорил бы с позиции силы.

— Что же, по крайней мере, на этот вопрос есть простой ответ, — хохотнул Зак. — Нужно, чтобы он этого никогда не узнал!

Да, в этом что-то есть. Хотя ничуть не успокаивает.

Сунув руку в карман, Зориан достал сложенный листок бумаги. Адрес в Сиории, переписанный с визитки лича. Оригинал, естественно, давно отправился в урну, хоть и выглядел совершенно обычным куском картона. Расслабляться не стоит.

— О чем задумался? — помолчав, спросил Зак.

— Просто интересно, что в поведении Кватач-Ичла было искренним, а что — специально продуманным образом, — сказал Зориан. — Он пришел в эктоплазменной маске и весь разговор жестко контролировал свою душу. Как знать, может, каждое слово было продуманной манипуляцией.

— Э, не думаю, — немедленно покачал головой Зак. — Я, знаешь ли, не раз сталкивался с ним в прежних циклах. Естественно, не так долго, как в этот раз, но все же пересекались. И он всегда был точно таким же. Держался так же беззаботно, что в исполнении жуткого древнего лича рвет шаблон, так же между делом угрожал, скорее просто констатируя факт… Все, как я помню. Нет, само собой, обман и манипуляции были — но не думаю, что много. Как этот его трюк с кинжалом — воткнуть в себя неизвестный божественный артефакт — тоже может что-то означать, но скорее — он просто склонен к показухе.

— Ага, мне тоже показалось, что он любит похвастать, — задумчиво согласился Зориан. — С каким удовольствием он расписывал свои способности, возраст и другие преимущества. Тот же безумный объем резерва.

— Не напоминай, — пробурчал Зак. — Кажется, теперь я понимаю, как другие воспринимают меня. Но да, думаю, он такой и есть — старый, невероятно могущественный лич, не заморачивающийся нормами приличия. Вероятно, из-за возраста. Я когда-то читал, что вопреки общему мнению, раньше люди были куда грубее и прямолинейнее. Многие бессмертные сталкивались с проблемой меняющейся культуры. Ну, как еще совсем недавно не заморачивались личным пространством и спокойно занимались сексом при собственных детях. Или публичные казни и пытки, считавшиеся чем-то вроде бесплатного представления. Ты и сам слышал, что Кватач-Ичл думает про обращение с завоеванным населением. Скорее всего, его поведение — компромисс между древними убеждениями и тем, что может сойти с рук в наше время.

А мысль интересная. Зориан невольно вспомнил, как когда-то рассказывал одноклассникам, не покидавшим города, про забой скота. Тогда его удивило и позабавило, как их ужаснуло описание, как животных убивают и разделывают. Это казалось лицемерным и глупым, ведь все они ели мясо и не собирались от него отказываться.

А ведь они — дети одного века, одной культуры. Для Кватач-Ичла это ощущение наверняка сильнее в сотню раз. Может, когда они сказали ему, что нельзя убивать горожан, он тоже видел перед собой капризных сопляков, не желающих знать, откуда еда на тарелке?

— Ты на удивление хорошо в этом разбираешься, — заметил Зориан.

— Раньше, когда я не знал, когда закончится петля, я собирал все, что могло пригодиться, — пожал плечами Зак. — Все эти повторы сводили меня с ума, и я подумал, может, книги о проблемах бессмертных чем-то помогут. Увы, у них другая ситуация: нестареющим не нравится то, что мир слишком быстро меняется, а не то, что все постоянно идет по кругу.

— Вот оно что, — Зориан откинулся назад. — И все таки — мы действительно делаем это?

— Думаю, надо, — подтвердил Зак. — Да, опасно, но можно многое получить. И вдвойне приятно, что мы облапошим эту старую груду костей…

— Но этот цикл не очень подходит, — заметил Зориан. — Половина уже прошла. Если мы хотим брать максимум от каждой темы, следует дождаться следующего.

— Не думаю, что его стоит игнорировать, — нахмурился Зак. — Скорее всего, если он решит, что договориться не выйдет, то постарается нас уничтожить.

— Да, но один вариант у меня уже есть, — сказал Зориан. — Как насчет… привлечь его к штурму сокровищницы Эльдемара?

Зак удивленно посмотрел на него.

— Мысль интересная, но как мы будем делить добычу? Наверняка он тоже захочет кинжал…

— Ну, в конце Кватач-Ичл, несомненно, попытается избавиться от нас и забрать кинжал, — согласился Зориан. — Но…

— Но все путем, ведь мы и сами собираемся с ним драться, — закончил за него Зак.

— Да, — подтвердил Зориан. — Ведь иначе как мы получим корону?

Только придется очень постараться, чтобы объяснить это Аланику. Жрец крайне болезненно принял их сотрудничество с Сильверлэйк и намерение ограбить сокровищницу… о да, с новым планом он будет в восторге.

Наконец все было готово — они собирались штурмовать Зиккурат Солнца и постараться добыть кольцо императора. Собранный отряд был довольно скромным — сами парни и их симулакрумы, Аланик, два десятка наемных магов из Кслотика и небольшая армия големов Зориана.

Было решено не использовать Жемчужину Аранхала — корабль не подходил для боя с роем дьявольских ос, к тому же его наверняка узнают наемники — и проблем не оберешься. Они и так едва уговорили всех этих людей поучаствовать в столь безумной авантюре.

Так что на место высадки — укрепление салротум, тайно захваченное симулакрумом Зориана пару часов назад — они прибыли через пространственные врата. Демонстрация высокоуровневой магии изрядно успокоила наемников — неожиданный, но приятный побочный эффект. Запомнить на будущее, что иногда делать невозможное даже полезно для настроя людей.

Перегруппировавшись, отряд разделился на две части. Первый отряд — наемники, большинство големов и по симулакруму Зака и Зориана — пойдет в открытую атаку. Разумеется, всего лишь отвлекающий маневр — но проигнорировать их не удастся.

По словам военных экспертов, люди использовали против салротум проверенную тактику — удар артиллерийской магией с максимального расстояния. Увы, ни Зак, ни Зориан не владели артиллерийскими заклятьями на должном уровне — чудовищные затраты маны предполагали совместную работу множества магов. Зак, с его немыслимым резервом, мог использовать простейшие в одиночку, познания же Зориана и вовсе носили чисто теоретический характер. К счастью, два десятка южан-наемников прекрасно разбирались и в чарах, и в дьявольских осах.

Салротум придется ответить на атаку — может, они и поймут, что их пытаются отвлечь, но все равно будут вынуждены направить часть сил, чтобы прекратить обстрел.

Через несколько минут к цели выдвинулись еще три пары симулакрумов, укрытых маскировочными чарами. Они должны были проникнуть в зиккурат и отыскать кольцо.

А между тем настоящие Зак и Зориан, вместе с Алаником и парой самых мощных големов, терпеливо ждали своего часа…

Симулакрум номер один нервно смотрел на рой гигантских ос на горизонте. Его задачей было совместно с двойником Зака и големами обеспечить безопасность артиллеристов. Чем большее впечатление произведет их группа, тем больше ос будет брошено на их подавление, и тем проще будет симулакрумам-разведчикам. Все так, он был согласен с планом — но что, черт возьми, ему делать, если долбаные осы не атакуют, а возятся на границе досягаемости?

— Что они там застряли? — спросил он у симулакрума Зака. — Они же видят, что мы готовим артиллерийскую позицию. Или думают, что мы блефуем?

— Нет, скорее ждут чего-то, — поправил двойник Зака. — Может, приказа начальства? Думаю…

До них докатился могучий рев, и из песка под кружащимися осами выметнулась гигантская змея… Нет, не змея, червь. Гигантский песчаный червь задрал голову, усыпанная зубами пасть раскрылась, словно некий адский цветок. Осы же… ликовали?

— Проклятье, они умудрились приручить взрослого червя? — простонал предводитель наемников. — Это будет страшно.

Номер один был вынужден согласиться. Пусть магия разума и позволяла вовремя замечать атаки из-под земли, бороться с таким непросто. Особенно со столь огромным червем, которого не остановишь, и можно лишь уклоняться.

— У меня идея, — сказал симулакрум Зака, быстро преобразуя песок у них под ногами в каменную платформу, и поднимая ее в воздух.

— Вот, — улыбнулся он. — Довольно затратно, но теперь зверюга до нас не доберется. При всех его размерах, летающей цели он ничего не сдела…

Он не успел договорить — червь встряхнулся, как мокрая собака, и из чешуйчатых боков развернулись множество прозрачных, похожих на стрекозиные, крыльев. Смехотворно маленьких для твари такого размера, но светящиеся желтым крылышки задвигались, как весла галеры, и монстр медленно оторвался от песка, разворачиваясь в их сторону.

— Ну, это уже просто нечестно, — сдулся симулакрум Зака.

Глядя на летящее к ним чудовище, сопровождаемое роем дьявольских ос, Номер один был как никогда согласен с напарником.

Зориан наблюдал за боем из руин укрепления. Там, вдалеке, симулакрум Зака отчаянно пытался сдержать летучего червя, а его собственный двойник защищал наемников от роя салротум. Занятно — когда он попытался взять червя под контроль, у него вообще ничего не вышло. Обычно он добивался хоть какого-то эффекта, даже если монстр имел серьезное магическое сопротивление — но тут — словно глухая стена вокруг мозга. Надо будет узнать больше в следующих циклах.

Честно говоря, пока все складывалось неплохо. Да, группа наемников смогла произвести лишь один залп, и их постоянно теснили, но с задачей отвлечения внимания они справлялись превосходно. Салротум даже атаковали с фланга еще одним роем — его двойник ругался по духовному каналу последними словами — но тут пока все шло по плану.

Проблема была в другом — посланные на разведку симулакрумы были обнаружены еще на подходах к зиккурату — вероятно, некий изощренный охранный оберег. Одна группа погибла, пытаясь прорваться через главный вход, вторая пожертвовала собой, выигрывая третьей группе время пробить ход в стене, третья же попала внутрь, но была блокирована в одном из коридоров и вот-вот будет сметена защитниками.

В довершение всего, салротум выяснили, откуда появляется враг, и послали группу бойцов проверить. Собственно, потому укрепление и лежало в руинах.

— Кольцо пока не найдено, но другого шанса не будет. Я скомандую симулакруму, что внутри, открыть врата. Мы начинаем.

— Понял, — сосредоточенно кивнул Аланик.

— Наконец-то, — хрустнул костяшками Зак.

Зориан глубоко вдохнул и сосредоточился на духовной связи, выделяя симулакрума внутри зиккурата. Чтобы открыть врата, нужно время и концентрация — нужно найти место, где ему позволят это сделать. Наконец, разом израсходовав последние полтора десятка гранат и отправив симулакрума Зака в самоубийственную атаку, он сумел открыть врата к себе-настоящему.

Послав двух оставшихся големов расчистить путь, он вместе с Заком и Алаником устремился следом.

Прямо к искалеченным останкам своего симулакрума, до последнего удерживавшего врата, забыв о защите.

Забавно, но теперь, с големами, они полностью контролировали коридор — похоже, последний залп гранат и новая группа захватчиков заставили салротум отступить и перегруппироваться.

— Идем, — Зориан указал в сторону левого коридора.

— А почему именно туда? — спросил Зак. — Осы прут именно оттуда.

— Ну да, — согласился Зориан. — Я не знаю, где кольцо, но полагаюсь на наше хреновое везение — он будет в самой опасной части зиккурата.

— А, — отозвался Зак. — Ну да, логично.

Зориан повернулся к Аланику, молча изучающему стены. Вероятно, пытается сориентироваться — на стенах остались пышные барельефы религиозной тематики. Большая часть — времен икосианской империи, но часть явно была грубо переделана осами под свои верования. И похоже, Аланик совершенно не оценил их старания.

— Аланик, нам еще понадобится ваша помощь. Мы с Заком долго использовали симулакрумов и должны восстановить ману. Как думаете, сможете…

Из-за угла внезапно вырвались двое салротум — с копьями и богатыми украшениями. Вероятно, элитные воины племени — проскрипев вызов, они немедленно кинулись в атаку.

Аланик, ничуть не изменившись в лице, качнул посохом, и воздух прочертили два шарика чудовищно сжатого огня. Они попали осам прямо в лицо, пробив насквозь и не потеряв скорости.

— Все в порядке, — сказал Аланик. — Положитесь на меня.

И едва он договорил — впереди показалась целая орда салротум.

Весь коридор превратился в ревущее инферно.

После ожесточенных боев и нескольких временных отступлений, группа наконец достигла цели. Один из големов замер без движения, из второго торчало три копья, и не хватало руки, Аланик получил жуткого вида рану в грудь, а Зак практически исчерпал ману.

Но они нашли его. Нашли кольцо.

Но только потому, что его носитель сам вышел встретить врагов. Устроенный ими переполох заставил верховного жреца вмешаться лично, во главе отборной гвардии. На редкость крупный салротум в грозного вида костяной броне, и — ошибиться невозможно — с посохом в руках. Определенно маг, и, судя по отголоскам ауры, вероятно, владеющий магией душ.

Он был весь увешан украшениями, в том числе — носил кольцо императора на пальце. Без подсказки маркера Зориан ни за что не разглядел бы реликвию среди всех этих побрякушек.

Никаких шансов. Возможно, будь они в форме… но не сейчас. Но Зориан просто не мог повернуться и просто уйти.

Собрав всю оставшуюся энергию, он обрушил на разум жреца сокрушительную телепатическую атаку. На краткий миг он полностью захватил вражеского лидера и успел отдать короткий приказ.

Одним быстрым движением верховный жрец сорвал кольцо с пальца и швырнул Зориану, поймавшему реликвию свободной рукой.

Сбросив чужие чары, жрец растерянно посмотрел на них.

— Зак, забери нас отсюда! — крикнул Зориан.

И прежде, чем они телепортировались прочь, оставив бедного истерзанного голема прикрывать отход, они услышали пронзительный вопль возмущенного до глубины души жреца салротум.

Зориан понимал его, как никто — жизнь порой бывает чертовски несправедлива.

Глава 83. Скорпион

Против обыкновения, Зак и Зориан сидели в одной из множества пустующих комнат поместья Новеда. Зак не любил бывать в собственном доме — в столь крупном здании жило слишком мало людей, из-за чего здесь царило гнетущее чувство запустения. Даже до петли он предпочитал убивать время в других местах, развлекаясь с многочисленными друзьями.

Хмм, да, прежние друзья Зака. Зориан не помнил, чтобы Зак вообще общался с ними во время петли. По его словам, выходила та же история, что и у самого Зориана с Бенисеком — да, они были приятелями, но не настолько близкими, и совершенно не годились, чтобы иметь с ними дело в повторяющемся месяце. И как Зориан практически перестал общаться с Беном, так и Зак разорвал связи со своим прежним окружением. Даже немного грустно — хотя, возможно, он вспомнит о них в реальном мире…

В любом случае, сегодня они были здесь по простой причине: тащиться куда-то прочь из Сиории и разворачивать временный лагерь ради одного разговора совершенно не хотелось, а поместье было неплохо защищено оберегами. Так что они просто выбрали одну из индивидуальных студий поместья, понадеявшись, что это скроет их от Кватач-Ичла и других любопытных ушей.

Комната была хороша — небольшая, но щедро украшенная, с роскошной мебелью, мраморными статуями и книжными шкафами вдоль стен. Магия поддерживала комфортные освещение и температуру. В центре стоял стол со стульями, на нем и лежал предмет текущего разговора.

Кольцо. Реликвия времен первого императора Икосии и один из фрагментов Ключа, необходимых, чтобы Страж вновь открыл выход из временной петли. Простой серебряный ободок без камня и особых украшений. Если присмотреться, можно разглядеть несколько тонких линий и едва видимых символов. Корона, что сейчас у лича, или сфера с дворцом смотрятся куда как внушительней.

Не будь у них маркера с функцией поиска Ключей, кольцо бы просто затерялось среди бесчисленных безделушек жреца салротум. Как и сфера, оно было абсолютно невидимо для прорицания.

Выяснить назначение кольца было несложно. Вероятно, сказался опыт обращения со сферой — на то, чтобы разобраться с новым Ключом, потребовалось всего полдня работы и один визит к Стражу Порога. Вот только результат… не совсем оправдал ожидания.

— Интересная штуковина, правда? — Зак поставил кольцо на ребро и крутанул. — Хех. Конечно, мне она куда полезнее, чем тебе… но, может, это и к лучшему. По крайней мере, не будем ломать голову, кому она потом достанется, как вышло со сферой.

Зориан утвердительно цокнул языком. У кольца была любопытная основная функция: оно каким-то образом открывало носителю духовное восприятие. Зориан не слышал о других подобных артефактах, что делало имперское кольцо уникальным — и практически бесполезным для магов вроде него, обретших духовное зрение другими способами.

Бесполезным для него — но не для Зака. Защитные механизмы маркера делали обретение духовного восприятия весьма нетривиальной задачей. Большинство известных способов — то же зелье, что изготовила для Зориана Сильверлэйк — помещали мага между жизнью и смертью и оказывали серьезное воздействие на его душу, поэтому Зак даже не пытался. Не хотел впустую терять часть цикла. Кольцо же позволяло просто пропустить этот сложный этап и спокойно практиковаться в магии душ.

Зориан подозревал, что создатель кольца руководствовался теми же соображениями. Раз контролеру петли с исправным маркером так сложно пробудить духовное восприятие — вполне логично, что Шутур-Тарана подготовил для потомков обходной путь.

— Жаль только, что кольцо так сложно достать, — заметил Зориан. — Если бы ты начинал цикл с ним на пальце, как, наверно, и положено контролеру, мог бы тренироваться все время. А так — нет кольца, нет духовного восприятия. И чтобы достать его, придется каждый цикл тратить по меньшей мере неделю…

— Да, это хреново, — согласился Зак. — И я определенно попытаюсь по-настоящему получить духовное зрение, чтобы не зависеть от этой штуки — но даже так уже неплохо. Сомневаюсь, что найти способ будет просто, и мы уже знаем, что пробудить его — лишь первый шаг, потом нужна куча тренировок. С кольцом я могу начать прямо сейчас.

— Тоже верно, — кивнул Зориан. Какая-то часть его была недовольна, что Зак получит на блюдечке то, что он сам добыл тяжелым трудом, но если отбросить зависть, усиление их команды ему на руку. — Хотя мне все равно кажется, что кольцо не впечатляет — по крайней мере, по сравнению с двумя другими известными реликвиями. Даже его скрытая функция так себе.

Как и все части Ключа, кольцо духовного зрения имело дополнительную функцию, доступную лишь контролеру активной петли. Оно позволяло отмечать души и отслеживать их. Если верить Стражу, отметка сохранится и после рестарта цикла, так что можно проследить, где те или иные люди начинают цикл и чем они занимаются.

Точнее, можно было бы, будь кольцо у Зака и Зориана в начале цикла. А раз его сперва нужно добыть — ценность этой функции здорово снижается.

Парни уже попробовали эту функцию на животных и случайных прохожих — как выяснилось, метка накладывается быстро и незаметно, кольцо может отслеживать свои цели даже с другого континента, и обереги от прорицания ему не помеха.

И все бы хорошо, если б не ключевой недостаток. Искусный маг душ может ощутить, что на него поставили метку. То есть к Кватач-Ичлу способ неприменим, как и к Сильверлэйк, Судомиру и множеству других перспективных целей.

— Не всем же из них быть потрясающими, — пожал плечами Зак. — И, честно говоря, думаю, проблема не в самом кольце, а в том, что мы получили его так поздно. Будь кольцо у меня с самого начала — оно было бы бесценно. Его функция отслеживания избавила бы меня от кучи работы и множества смертей. Сейчас же мы здорово наловчились в прорицании, чтении мыслей, магической маскировке и всяких трюках вроде телепортации — и кольцо уже не так полезно. Но это не оно стало менее ценным, это мы стали слишком круты.

Зориан задумчиво хмыкнул. Да, в этом что-то есть.

— К тому же мы по-прежнему можем отметить всех высокоранговых культистов и ибасанцев — вдруг мы что-то о них не знаем? — добавил Зак.

— Это немалый объем работы, — напомнил Зориан. — Кольцо лишь указывает направление и расстояние до цели — и только одной за раз. Придется сидеть с картой и раз за разом перебирать список меток, чтобы составить маршрут их перемещений. И время от времени посылать симулакрум или проверять лично, чем они там заняты.

— Да ладно, ты выполнял и более сложные проекты, — беззаботно отмахнулся Зак.

Зориан поднял бровь.

— Ты ведь понимаешь, что этим будешь заниматься ты? Ведь кольцо будет у тебя. Ну, для тренировки духовного восприятия…

Лицо Зака, осознавшего, что он взвалил на себя кучу работы, было просто бесценно.

Их экспедиция в Зиккурат Солнца завершилась успехом, но это вовсе не значило, что можно почивать на лаврах. Предстояло еще много работы — внезапный визит Кватач-Ичла смешал им все планы на цикл. Например, Зориану было нужно собрать результаты исследований. Обычно он делал это в самом конце месяца, но нельзя было исключать, что все пойдет не по плану, так что он решил подстраховаться и сдвинуть срок.

И сейчас он спускался в подвальную лабораторию Каэла. Казалось бы, совершенно рутинная задача — но, похоже, в этом цикле острый дефицит рутины. Судя по всему, Сильверлэйк в какой-то момент сообразила, кто такой Каэл, и уже пыталась наладить отношения. Вот только морлок принял ее весьма прохладно. Видимо, их прошлая встреча оставила не самое приятное впечатление — чему Зориан почему-то ничуть не удивился — и парень не стремился возобновлять знакомство. Да и нездоровый интерес ведьмы к Кане тоже наверняка не способствовал взаимопониманию.

Увы, мнение самого морлока Сильверлэйк ничуть не интересовало — как сейчас, когда она решила вломиться в лабораторию и поделиться своим впечатлением о его работе.

— Просто ужасно, — заявила она без предисловий.

Вообще-то Зориан и ожидал чего-то подобного. Каэл, видимо, тоже — но для него вопрос был куда более личным.

— Ничего ужасного, — резко отозвался морлок, даже не обернувшись к ней. — Ваше слово против моего. И что теперь?

— И теперь мое слово весомее, потому что я мудрая, опытная ведьма — а ты нет, — самодовольно ответила Сильверлэйк. — Но правда, ума не приложу, почему ты куксишься. Все еще сердишься из-за нашей первой встречи? Не будь таким букой! Это всего лишь слова. Возможно, я немного перегнула палку, но кто бы не перегнул? Фрия нарушила все правила, приняв и обучив тебя. Парочка резких слов — ничто по сравнению с тем, что я могла бы сделать… Нынешние дети сами не понимают, что для них лучше…

— Ничего ужасного, — повторил Каэл, игнорируя ее попытку сменить тему. — По сути, достигнутые результаты столь хороши, что могут переполошить медиков и алхимиков Сиории, если их обнародовать.

— Ну, я и не говорила, что они бесполезны, — уточнила Сильверлэйк. — Но учитывая доступные тебе ресурсы и само преимущество временной петли… результаты не впечатляют. Просто ужасно. Столько упущенных возможностей. Столько нереализованного потенциала.

Зориан не собирался влезать в их перепалку, но слова ведьмы заставили его нахмуриться. Несомненно, методы Каэла далеки от совершенства, но что конкретно она имеет в виду? На его взгляд, Каэл прекрасно справился.

Давным-давно, когда Каэл сказал ему, что хотел бы воспользоваться петлей для своих исследований, Зориан не ожидал особых результатов. Разумеется, он понимал, что это очень поможет Каэлу, позволит вычислить оптимальные рецепты и способ приготовления известных зелий. То, что состоявшиеся алхимики доверяют лишь своим ученикам. Но переворот в медицине? Да, он знал, что Каэл очень талантлив, даже академия предложила ему стипендию, когда его вариант народных зелий попал на глаза профессионалам, но все же… Алхимия — очень прибыльная отрасль, многие Дома и компании содержат опытных и талантливых исследователей. Чего может добиться новичок, работающий в подвале, что еще не сделали они?

Конечно, поначалу Каэл работал над улучшением своих навыков. Экспериментировал, заменяя дорогостоящие компоненты более дешевыми, усиливал эффект стандартных составов, пропуская этапы и сокращая время изготовления… Мелочи, но потом количество перешло в качество — да так, что совершенно застало Зориана врасплох. Оказалось, что большие алхимические компании практически не используют подобный подход, работая сразу с крупными партиями зелий. Опять же, одинокий алхимик, работающий с небольшим бюджетом, куда более уязвим — его наработки могут украсть, его могут предать помощники, да мало ли что может случиться — так что подобным исследованиям редко уделяют силы и время.

Само собой, в мире полно алхимиков-одиночек, и они тоже проводят исследования… Вот только результаты в лучшем случае переходят к их ученикам, если мастер и вовсе не уносит их с собой в могилу. И несколько лет исследований, проведенных Каэлом при достаточно приличным финансировании, в сотрудничестве с другими алхимиками и целителями при посредничестве Зака и Зориана — учитывая его готовность обнародовать результаты своих трудов… оказались куда весомее, чем думал Зориан.

Конечно, это было еще не все. При поддержке Зориана Каэл постепенно перешел к более амбициозным проектам. Хоть он по-прежнему занимался оптимизацией производственного процесса, все сравнительно доступные результаты в этой области уже были достигнуты. Теперь он старался объединять лечебные зелья в одно, разрабатывал диагностические зелья, позволяющие очень отчетливо почувствовать свой организм, пытался бороться с болезнями, лекарств от которых не было в свободной продаже. Зориан чувствовал, что именно этому Каэл и хочет посвятить все силы — смерть жены и наставницы во время Плача оставила на морлоке глубокий след, что и толкало его с такой отдачей работать над лекарствами. Но эти проекты ожидаемо были весьма сложны, и пока что Каэл не добился в них сколь-нибудь заметного успеха. Тем более, что часть каждого цикла неизбежно уходила на ознакомление с работой его прежних воплощений.

— Упущенных возможностей? — переспросил Каэл, меряя ведьму кислым взглядом. — И что бы вы сделали на моем месте?

— Для начала, я бы куда чаще и свободнее прибегала к экспериментам на людях, — немедленно ответила Сильверлэйк.

И Каэл, и Зориан вздрогнули.

— Нет, вы посмотрите на этих неженок! — кудахтающе засмеялась Сильверлэйк. — Вы же во временной петле, разве нет? Когда экспериментировать на людях, если не сейчас? Вокруг полным-полно подопытных! Все ошибки исчезнут в конце месяца. Уникальная возможность пробовать разные препараты на одном пациенте без взаимодействия с прошлыми составами. Серьезно, то, что вы упускаете эту возможность, просто преступно…

— Прежде всего, мне неважно, в петле я или нет, и будут ли последствия — я выбрал этот путь не для того, чтобы вредить людям, — твердо сказал Каэл. — Во-вторых, даже оставляя без внимания моральный аспект — это очень неудачная мысль. Другие алхимики и целители не идиоты. Они обязательно поймут, что зелье разработано на основе незаконных экспериментов, и сдадут меня властям.

— А те абсолютно ничего не найдут, ведь эксперименты проводились во временной петле, — подхватила Сильверлэйк. — Это лишь голословные обвинения. Отвечай, что ты гений и увидел решение во сне, или какую-нибудь другую чушь. Ты слишком робкий. Тебе еще предстоит узнать, что сильным мира сего плевать на мораль и законы. И когда о тебе заговорят — они в любом случае захотят контролировать или избавиться от тебя.

Несколько секунд Каэл молчал.

— Возможно, вы правы, — наконец уступил он. — Но мне все равно. Как я уже сказал, для меня главное — моральная, а не юридическая сторона вопроса.

Сильверлэйк покосилась на Зориана.

— Ни за что, — помотал головой тот. Он слишком хорошо знал, к чему приводят «свободные эксперименты на людях», видел это в памяти Судомира. И пусть Сильверлэйк, вероятно, имела в виду менее радикальные меры, он не собирался рисковать.

Ведьма проигнорировала его, постукивая пальцем по подбородку и бормоча что-то подозрительно похожее на «хочешь, чтобы было сделано хорошо — сделай сама». Впрочем, это же Сильверлэйк. Кто знает, серьезно она, или просто пытается его достать.

— Ладно, забудем, — пожала плечами ведьма. — Идем дальше. Вы когда-нибудь задумывались привлечь к исследованиям государство? У них уже есть готовая инфраструктура, да и ресурсов, даже у небольшой области, более чем достаточно.

— Да, но в итоге решили не связываться, — сказал Зориан. — Чиновники все очень затягивают. Чтобы добиться от них хоть какого-то результата, нужно куда больше месяца. Если не пользоваться магией разума, чего я хочу избежать.

— Так я вовсе и не предлагаю заключить с ними сделку или просить о помощи, — ухмыльнулась Сильверлэйк. — Достаточно «нечаянно» слить свои формулы и секреты государственным исследователям. А чтобы мотивировать их — сделать вид, что это работа их злейших соперников. Не нужно договариваться — просто вывалить на них материалы и… позаимствовать готовые результаты в конце месяца.

А ведь… может сработать.

— Хех, — сказал Зориан. — А неплохая мысль.

— Зря ты это сказал, — заметил Каэл. — Теперь она станет совершенно невыносимой.

Сильверлэйк довольно захихикала.

— Ну что же, — сказала она. — Хотите еще идей?

Закончив с приготовлениями, Зак и Зориан направились по адресу, что им дал Кватач-Ичл.

Они заранее навели справки — по этому адресу был просто небольшой магазинчик. Лич не дал им ни паролей, ни условных знаков, так что они не очень представляли себе, что будут делать, когда придут. Просто назовут, к кому пришли? Но, как оказалось, они зря волновались. Продавец за стойкой тут же узнал их и проводил к двери в подсобку — на самом деле это было вовсе не подсобное помещение — где уже ждал Кватач-Ичл. Его скелет из черного металла глядел на них, сидя на стуле в углу, постукивая пальцами по берцовой кости.

Нда. А это уже жутковато. Как, черт возьми, он узнал, что они придут? Не сидел же он тут целыми днями?

— Вау, вы все это время ждали нас? — бестактно спросил Зак. — Верно, для вас это очень важно.

— Я оставил здесь запасное тело и «перепрыгнул» в него, когда мне сообщили о вашем приходе, — Кватач-Ичл поднялся со стула и сделал несколько небрежных жестов. Вокруг скелета сгустилось облако эктоплазмы, воплощаясь в уже знакомый образ пожилого южанина. Лич мимолетно улыбнулся. — Хотя… признаться, я действительно заинтересован. В свете того разговора я отметил еще кое-какие детали, и должен сказать — вы еще необычнее, чем я думал.

— О? — протянул Зак.

— Например, все свидетельства говорят, что вы просто обычные подростки, — пояснил лич. — До личной встречи я думал, что вы — своего рода одержимые, или способны менять внешность и только притворяетесь подростками. Но увидев, как безупречно ваши души сочетаются с телами, я могу уверенно отбросить эту версию. Также я лучше ознакомился с вашими проектами и не могу не отметить — вы еще способнее, чем я думал изначально. Просто изумительно, как вы набрали столько сил, знаний и денег в столь юном возрасте… и, что даже важнее, полностью избежав внимания людей, что должны отслеживать подобное.

— Ну, эти люди явно не очень внимательны — говорят, кто-то прямо у них под носом организовал целое вторжение, — с убийственно серьезным лицом заметил Зак. — По сравнению с этим прозевать пару самонадеянных юнцов — совсем не страшно, не так ли?

— Ха! Во многом, так оно и есть, — хохотнул лич. — Охрана в Сиории просто ужасна. И все же нам удалось задуманное лишь потому, что в местной администрации было полно наших агентов, а я тайно разобрался с… проблемными элементами. Мы не были столь же незаметны, как вы. Тем более, что мы действуем в «невозможной» манере, используя магию, о которой никто не знает, и лишь недавно развернулись до нынешнего размаха.

— Как и мы, — указал Зак. — Если вы действительно следили за нашими проектами, то должны знать, что мы начали расширяться только после вас.

— Любопытная формулировка, — Кватач-Ичл вопросительно наклонил голову. — Насколько я могу судить… вы не «расширились», вас словно не существовало до недавнего времени. И многие из ваших задач не имеют видимой связи с противостоянием нашему вторжению.

Повисло короткое молчание, обе стороны пристально оценивали реакцию.

— Что же, — наконец сказал Зориан. — Надеюсь, вы не ожидаете от нас ответа на этот вопрос.

— О, конечно же нет, — кивнул лич. — Просто размышлял вслух, вот и все. Итак. Полагаю, у вас есть ко мне предложение?

— Да, — кивнул Зак. — Мы хотим, чтобы вы помогли нам вломиться в королевскую сокровищницу Эльдемара и добыть хранящийся там имперский артефакт.

Кватач-Ичл окинул их удивленным взглядом.

— Ладно, признаю, — сказал он через секунду, — такого я точно не ожидал.

Затем последовала изматывающая двухчасовая череда вопросов и ответов, когда парни пытались убедить древнего лича, что они не рехнулись, и план осуществим. Они показали Кватач-Ичлу планы этажей и прочую информацию по сокровищнице, подчеркивая, что работа практически сделана, нужна лишь помощь на завершающих этапах.

Причем это было правдой. Они действительно знали, как обойти большинство защит, и лишь последняя линия обороны была так хорошо защищена, что незаметное проникновение практически исключалось. Насколько они выяснили, каждый раз, когда открывается последняя дверь, у охраны включается сирена — даже когда сам король посещает свою сокровищницу. Просто об официальных визитах стражу уведомляют заранее, и она игнорирует сигнал. Так что с определенного момента придется прорываться с боем, искать кинжал и потом пробиваться наружу. Сейчас это им не по плечу, но с помощью кого-то уровня Кватач-Ичла — вполне осуществимо.

Изначально лич считал, что это глупая и безнадежная затея. Он даже обвинил их в попытке саботировать вторжение, натравив на него королевские силы. Однако жадность убедительнее слов — когда Кватач-Ичл понял, что у плана неплохие шансы на успех, он всерьез задумался над предложением.

Конечно, оставалась проблема раздела добычи. Обе стороны хотели кинжал. Само собой, в сокровищнице наверняка будет множество ценных вещей — но мало что сравнится с реликвией первого императора. Кватач-Ичлу более тысячи лет, у него более чем достаточно обычных богатств. Да, во время налета они могли наткнуться на что-то действительно интересное — но могли и не наткнуться, а прочесывать сокровищницу они не собирались. Что бы парни ни предлагали — лич не собирался уступать. Ему нужен имперский кинжал, а все остальное они могут забрать себе.

Собственно, как и планировалось. Зак и Зориан знали, что лич не уступит кинжал. Зориан даже подозревал, что после налета Кватач-Ичл нападет на них, чтобы забрать еще и сферу. Но ничего, главное — что они проникнут в сокровищницу. Даже если потом не получится отобрать у лича кинжал и корону, все равно дело того стоит. Ведь попав внутрь, они получат шанс изучить якорь защитной схемы и — как знать — возможность в будущем проникать в сокровищницу незамеченными.

Так что они «нехотя» уступили право на кинжал личу, в обмен на все остальное, что найдется в сокровищнице.

Кватач-Ичл одарил их странным взглядом и некоторое время молчал — а потом, внезапно взбодрившись, похвалил за «благоразумие». Еще полчаса ушло на согласование мелочей, и наконец они договорились встретиться через два дня в Эльдемаре…

Зак и Зориан спокойно шли по коридорам сокровищницы в сопровождении четырех каменнолицых стражей, игнорируя встречных работников и охрану, словно их присутствие здесь было обычным делом. Они уже трижды встречали невидимые сигнальные барьеры, завязанные на дежурных по комплексу — на нейтрализацию всех оберегов у Зориана ушло меньше двух минут. Затем был контрольный пункт с парой магов и вооруженными солдатами. Зак беззаботно поприветствовал охранников, Зориан же молча помахал жетоном. Дежурные не заступили им путь, хотя и проводили растерянными взглядами. Сегодня не намечалось визитов, но группа была с сопровождением и знаками высочайшего допуска. Наверное, так и надо.

Кватач-Ичл, заинтересованно оглядываясь, шел чуть позади. Он подал голос, лишь когда они отошли от поста на достаточное расстояние:

— Становится все любопытнее, — лич покосился на сопровождающих охранников. — Эти стражники, которых ты подчинил — все они практически не выдают, что находятся под контролем. Ни дерганных движений, ни растерянности… ничто, кроме несколько избыточной серьезности, не выдает чужого воздействия. Я и не думал, что ты настолько способный менталист. Разве с твоими талантами не проще найти кого-то, имеющего законный доступ в сокровищницу, чтобы он вынес тебе кинжал?

— Непрактично, — коротко ответил Зориан. Он не собирался объяснять личу, что его возможности подчинять людей весьма ограничены. Да, он сильный маг разума, но никогда всерьез не работал над долговременными внушениями. Не то что он сам, даже аранеа считали такие воздействия отвратительно аморальными. Он боец и дознаватель, не поработитель.

— А знаешь, на Улькуаан Ибасе законы в отношении магии разума куда мягче, чем где-либо на континенте, — как бы невзначай заметил лич.

— Это что, вербовка? — удивился Зориан. — Здесь и сейчас?

— Просто говорю, что есть место, где твои таланты оценят по достоинству, — пожал плечами Кватач-Ичл.

Зориан промолчал. Вскоре они достигли точки невозвращения — дверей, открытие которых поднимет тревогу во всей сокровищнице.

И даже открыть эту дверь было непросто. Она была невероятно прочна — как и дверная коробка, и стены вокруг. Чтобы пройти дальше, требовались два ключа, которые тоже так просто не достать, и помощь Старшего Хранителя, который снял бы часть оберегов, чтобы ключи вошли в скважины. И даже при соблюдении всех правил поднимется тревога, и сокровищница превратится в натуральное осиное гнездо — ведь охрану не предупреждали о посещении.

Были и другие входы, в том числе «секретный», из подземелья — но они были защищены не менее надежно.

Парням оставалось лишь в лоб атаковать защитные чары, сбить их и открыть дверь подготовленными дубликатами ключей. В принципе — вариант, но мощь оберегов внушала. Зак и Зориан справились бы, но отнюдь не быстро и растратили бы всю ману, а ведь потом еще разбираться со стражей.

— Как и договаривались, нам понадобится ваша помощь, — обернулся к личу Зориан.

Кватач-Ичл рассеянно кивнул, изучая дверь.

И они начали. Все трое врубились в защитную схему, обходя, гася и продавливая обереги. Что Зак, что Зориан были очень хороши во взломе магических защит… но не шли ни в какое сравнение с личем, и вовсе не из-за его чудовищного резерва. Его мастерство было невероятно, вот что значит больше тысячи лет опыта. Вряд ли осталась область магии, в которой он не мог бы считаться экспертом.

Защитная схема не собиралась сдаваться без боя. Нарушителей встретили волны телекинетической силы и экстремальные температуры, странный радужный свет навевал сон, декор на стенах взрывался облаками крошечных лезвий. Бесполезно. Зак и Зориан знали об этих сюрпризах заранее, и все трое легко могли защититься от такого уровня угрозы.

В коридоре показалась первая волна защитников. Зак собирался заняться ими, но Кватач-Ичл просто махнул рукой, резанув по потолку излюбленным расщепляющим лучом. Видимо, удачно попал — целая секция коридора рухнула в облаках пыли, отрезая их от подоспевшей стражи.

— Не отвлекайтесь, — буркнул лич. — Первым делом обереги.

Вскоре защита пала. Зак и Зориан вставили дубликаты ключей, и тяжелая дверь стала медленно, со скрипом отворяться. Они не знали, как ее ускорить, но это и не понадобилось — стоило появиться малейшей щели, как Кватач-Ичл использовал странное пространственное заклятье, растянув ее в полноценный портал. Зориан решил обязательно научиться так же. Способность протиснуться в малейшее отверстие ему точно не помешает.

Внутри их уже ждали — путь заступили два громадных голема из блестящего черного материала. Два чертовски прочных голема со странными ружьями, стреляющими металлическими сетями. Их явно пытались задержать, так что Зориан предпочел ответить тем же.

И, достав имперскую сферу, выпустил двух своих, не менее крупных големов.

— Интересная модель, — прокомментировал Кватач-Ичл. — Я не узнаю автора.

Поразмыслив секунду, Зориан решил потешить самолюбие.

— Их сделал я.

— О? А у тебя много талантов, — заметил лич. — Признаться, я всегда считал големостроение этакой некромантией для ханжей, но недавние достижения весьма впечатляют. Как знать, может, я закажу у тебя пару-тройку проектов.

Вопреки ожиданиям, сокровищница вовсе не была огромным залом, заполненным монетами и реликвиями. Скорее — длинная череда укрепленных дверей, без каких-либо обозначений — посторонний замучается здесь что-то искать. Но у парней не было такой проблемы — маркер привел их прямо к кинжалу. Который тут же с вызывающим видом прибрал к рукам лич. Пусть его. Сейчас не время делить добычу.

Их интересовал не только кинжал — следовало найти якорь защитной схемы, да и выбить парочку дверей, посмотреть, что в других хранилищах, тоже не помешает. Парни создали по несколько симулакрумов — и тут лич создал целую толпу двойников, чтобы сопровождать каждого из них.

Логично, о каком-то доверии и речи не было. Ну, или ему тоже было интересно. В любом случае, они не стали возражать и принялись за работу.

Им наконец удалось найти ядро защитной схемы. Оно было глубоко под металлическим полом и надежно защищено от прорицания, но Зориан все равно его отыскал. Сейчас не было времени изучить якорь заклятья как следует, да и извлечь его невредимым было невозможно, но даже краткий осмотр дал ему множество подсказок. Защита сокровищницы была настоящим шедевром — Зориан определенно еще вернется сюда в следующих циклах.

Что же до хранилищ — да, там было полно денег и таинственных предметов, но разбираться, что из этого нужно, а что нет, было некогда. Они просто сгрузили все найденное в сферу для дальнейшего изучения и выбросили проблему из головы.

— Похоже, я несколько недооценил имперскую сферу, — светски заметил симулакрум лича. — Она куда удобнее, чем я думал.

Как выяснилось, у Кватач-Ичла тоже были с собой переносные карманные измерения, но, конечно, куда менее вместительные.

Разумеется, эльдемарская стража не сидела сложа руки — обрушенный коридор и дерущиеся големы задержали их всего на пять минут. Вскоре в сокровищнице вновь разгорелась битва.

Наверное, они слишком увлеклись грабежом — слишком много солдат успело стянуться в сокровищницу. Трюк с вратами не работал — все еще активные обереги подавляли пространственный переход, а само ядро оберегов было слишком хорошо защищено.

Будь здесь только Зак и Зориан, на этом бы цикл и закончился.

Но Кватач-Ичл, похоже, подумал об этом заранее.

Снаружи раздались далекие взрывы и крики — словно на стражу напал кто-то еще. Парни даже не успели спросить — ближайшая стена рухнула, сметенная чудовищным шаром из черных металлических костей.

Шар развернулся в гигантский скелет крокодила — рептилия взмахнула хвостом, раскидывая защитников, как кегли. На монстра обрушился шквал атакующей магии — фаерболы, силовые лезвия, расщепляющие лучи — и всевозможные гранаты. Некоторые даже наносили какой-то урон.

Но явно недостаточно. Прежде, чем защитники смогли сколь-нибудь повредить монстра, тот заметил Кватач-Ичла и потопал к нему.

— Пожалуйста, скажите, что это друг, — пробормотал Зориан.

— Хе, скорее своего рода питомец, — хохотнул Кватач-Ичл. — Забирайтесь и держитесь покрепче. Если свалитесь — сами виноваты, возвращаться не буду.

Скажи кто-нибудь Зориану пару лет назад, что он прокатится по улицам Эльдемара на спине гигантского крокодильего скелета, удирая из ограбленной королевской сокровищницы со своим сообщником, тысячелетним личем… ну, он бы посоветовал рассказчику сдерживать воображение. И тем не менее, именно это сейчас и происходило. Зак, Зориан и Кватач-Ичл вырвались из сокровищницы и неслись по улицам на «питомце» лича. В итоге несчастный крокодил рассыпался, приняв на себя один из последних залпов эльдемарских военных, но к тому времени беглецы были уже за пределами городского оберега и просто телепортировались прочь.

Оставалось самое сложное: разобраться с Кватач-Ичлом…

Они сидели в небольшой пещерке где-то в глуши. Прошло уже полдня, как они бежали из сокровищницы, и у них была та же проблема, что и в прошлый раз: эльдемарские силы каким-то образом находили их, где бы они ни прятались.

[До чего же бесит,] — телепатически заметил Зак. — [Я ждал подобного, но так и не нашел никаких меток ни на нас, ни на наших вещах.]

[Я тоже не нашел никакого воздействия на наши души,] — отозвался Зориан. — [Действительно неприятно. Как они так точно нас находят? Они явно не опознали нас, как и в прошлом цикле, то есть это должна быть какая-то метка или следящая нить. Мы оба неплохи в поиске подобных вещей, так почему же мы ничего не находим?]

Кватач-Ичл, молча сидящий на каменном полу, похоже, медитировал — но Зориан ощущал, какую напряженную духовную работу он выполняет. Обычно безмятежная душа лича бурлила, как штормовое море. Вероятно, лич предполагал, каким образом королевские силы находят их, и пытался проверить гипотезу. Сам Зориан не добился никакого результата, и сомневался, что лич добьется — но пусть попробует. По крайней мере, он не срывается на них за то, что втравили его в эту историю.

Может, им стоит…

— Это нити божественной энергии, — внезапно сказал Кватач-Ичл, поднимаясь на ноги и отряхиваясь.

— Божественной энергии? — удивленно переспросил Зориан.

— Вроде той, что образует стабилизирующий контур моей души и питает божественные артефакты, — сказал лич. — Где-то в здании должен быть артефакт, автоматически цепляющий эти нити ко всем душам в радиусе действия. Как хитроумно. Не будь у меня столько опыта взаимодействия божественной энергии с душой — я бы не смог ее обнаружить.

Проклятье, теперь еще и божественная магия. Неудивительно, что они с Заком ничего не нашли…

— Вы можете оборвать эти нити? — спросил Зак.

Кватач-Ичл покачал головой.

— Одно дело — воспринимать божественную энергию, и совсем другое — воздействовать на нее. Я ничего не могу сделать с нитями, но уверен, что они не постоянны. Рано или поздно они угаснут.

— Рано или поздно? — переспросил Зак.

— В лучшем случае — через пару недель, — хладнокровно сказал лич.

— Вы слишком спокойны, — заметил Зориан. — Очевидно, у вас есть решение.

— Да, — самодовольно сказал Кватач-Ичл. — Пусть нити и сотканы из божественной энергии, у них все равно осталась слабость любой нити — предельная длина. Если мы выйдем за максимальный радиус — нити порвутся, избавив нас от этого излишества.

— Аа, — протянул Зак. — Вау, так это проще, чем мы думали!

— Но, разумеется, у божественного артефакта должна быть просто абсурдная дальность… и эльдемарские власти, вероятно, вынесут его поближе, если заметят, что мы слишком удаляемся. Так что мы должны переместиться не только крайне далеко, но и очень быстро, чтобы они не успели среагировать.

Зак и Зориан переглянулись и вновь повернулись к ухмыляющемуся личу. Вероятно, он думал, что они у него в руках — что у них нет методов сверхдальнего путешествия, и что он сможет затребовать что-то еще за избавление от следящих нитей.

Что же… он ошибался.

— Не вижу проблем, — пожал плечами Зориан.

— Не видишь? — переспросил лич. — Наверное, ты не понял… просто телепортироваться не…

— Нет, мы все поняли, — перебил его Зак. — Пусть даже у божественных нитей абсурдная дальность, до Кслотика они вряд ли дотянутся. А если что — можем отправиться и в Кос.

Кватач-Ичл смотрел на них с непонятным выражением.

— Хотите отправиться с нами? — невинно предложил Зориан. — Вам, наверное, непросто переместиться быстро и на большое расстояние.

— Да, вы сегодня нам очень помогли, будет только справедливо, если теперь мы поможем вам, — подыграл ему Зак.

Они никак не думали, что Кватач-Ичл и правда согласится. Ведь он не знает, куда ведет портал; пройти в него — знак серьезного доверия. А лич даже не позволил им послать симулакрумов без присмотра.

Они открыли портал в Кслотик, и на удивление спокойный лич последовал за ними. Он не стал комментировать, что они владеют столь редким заклятьем, как пространственные врата, или что они по первому капризу открыли проход на другой континент. Он спокойно огляделся вокруг, задумчиво поднял взгляд к пустынному горизонту.

— Щебень городов, тлен полей… — тихо пробормотал он. — Какое печальное зрелище.

Хм. Зориан никогда не задумывался об этом, но вероятно, Кватач-Ичл — единственный, кто помнит Кслотик до Катаклизма.

Так или иначе, лич закрыл глаза, вновь сосредоточившись на душе. И минут через десять открыл их и кивнул:

— Нити пропали, — в его голосе совершенно не было удовлетворения, что несколько насторожило Зориана. — Судя по всему, Кслотик достаточно далеко, и нити разорвались, когда мы пришли сюда. Или когда закрылись врата. Может ли нить проходить сквозь врата, если они за пределами возможной длины? Интересный вопрос. Жаль, что эффект сложно воспроизвести для изучения. И жаль, что все это — не настоящее, верно?

Зориан, не удержавшись, вздрогнул. Лич опасно сощурил глаза.

— Так я и думал, — он стал медленно обходить их по кругу, не отрывая глаз. Словно хищник. Зак и Зориан изготовились к бою, но не делали резких движений. — Мне следовало понять это раньше. Действительно следовало. То, что духовный план недоступен, должно было подсказать мне — но я не верил, что людям такое под силу. Когда я узнал, что аранеа под городом мертвы — я просто порадовался, что одним препятствием стало меньше, и не стал об этом задумываться. И только когда я поговорил с вами, забрезжило понимание… но, в своем высокомерии, я отказывался видеть истину.

— Мы не понимаем, о чем ты, груда костей, — прорычал Зак.

— Все сложилось, когда вы спокойно открыли портал на другой континент, — продолжил Кватач-Ичл, игнорируя его выпад. — Что-то в вашем поведении беспокоило меня еще тогда, в таверне, но только теперь я понял, что именно. Вы появились из ниоткуда, с деньгами и умениями, невозможными для вашего возраста и прошлого… словно два взрослых мага, скверно притворяющиеся подростками. Вы спокойно отдавали божественные артефакты и тратили огромные суммы на исследования… словно материальное не важно для вас, только знания. Вы не хотите, чтобы я убивал горожан — но без зазрения совести истребляли стражей сокровищницы… словно эти стражи изначально были не настоящими.

Кватач-Ичл остановился. На несколько секунд повисло молчание — напряжение между ними все росло.

— Все вокруг… одна гигантская иллюзия, не так ли? — наконец заключил Кватач-Ичл. Они промолчали, и лич принял их молчание за согласие. — Я должен был понять это раньше, но был слишком самоуверен. Как я, могучий Кватач-Ичл, мог попасться в какую-то иллюзию? Я инстинктивно отрицал правду, пока она не заглянула мне прямо в глаза. Но сейчас… сейчас я получу ответы. Настоящие ответы!

Он атаковал, его эктоплазменная оболочка рассеялась, обнажая горящий зеленым светом черный скелет.

Они были готовы.

В этот раз Кватач-Ичл сразу начал с магии душ, не утруждая себя расщепляющими лучами и энергетическими заклятьями. Вероятно, он не был до конца уверен, как действует эта «иллюзия», и подозревал, что не ценящие материального Зак и Зориан здесь не в своих настоящих телах. И если он хочет победить — должен метить в их души.

Ну… в чем-то он был прав, но парни пришли сюда подготовленными. Их души были защищены многими оберегами — да и они сами уже не были беспомощными новичками в магии душ.

Вспышки зеленого света накрыли их — но не нанесли заметного вреда. Парни ответили более традиционно — расщепляющие лучи, разжижение почвы, разрушительные черные лезвия пространственной магии. Лич поспешно закрылся барьерами и анимированными песчаными куклами, но ответил опять только магией душ.

Обменявшись несколькими ударами, Зак и Зориан задействовали еще одну домашнюю заготовку — по всей округе ждали своего часа обереги-ловушки. Кватач-Ичл поступил очень опрометчиво, последовав за ними — это было одно из мест, подготовленных для сражения. Они думали, что придется загонять его во врата силой — но так тоже сойдет.

Вот только и лич пришел подготовленным. Прежде, чем обереги полностью активировались, он сорвал с руки «декоративный» браслет и раздавил в пальцах.

Вокруг него возникло — видимо, из карманного измерения — четыре кубических конструкта из черных костей. Каждый куб был украшен четырьмя черепами на гранях, их пустые глазницы горели зеленым огнем. Своим духовным зрением Зориан видел — в каждом черепе заключена душа. Сильная душа — вероятно, талантливого и опытного мага.

Черепа на кубах полыхнули, синхронизируясь, и вокруг стал разворачиваться новый оберег, подавляющий ловушку Зориана и Сильверлэйк.

Ладно. Тогда ва-банк. Зориан выхватил сферу, призывая Аланика, Ксвима и Сильверлэйк, ждавших внутри.

Битва быстро набирала обороты, заклятья летели туда-сюда. Личу пришлось переключиться на более привычные боевые чары — магия душ не слишком хороша в бою, он просто не мог использовать неэффективную тактику против столь серьезного врага.

Зориан ожидал, что Кватач-Ичл отступит — у него не было шансов на победу, а его летающие кубы с черепами нейтрализовали удерживающий оберег.

Но лич не отступал. Он бился, как одержимый, вливая в каждое заклятье огромное количество маны. Наконец, после особенно удачного заклятья ускорения, Кватач-Ичл выдал мощный порыв ветра, раскидавший их. В любом другом месте они бы просто приклеились к земле — но песок Кслотика просто остался на подошвах.

Не давая им опомниться, лич ударил мощной волной магии душ, накрывая всех присутствующих. Зориан поспешно укрепил душу… и понял, что это был обманный маневр.

Прежде, чем все оправились после ветра, Кватач-Ичл вновь ускорился и выбросил руку в сторону Ксвима, выдав два заклятья одно за другим. Мощное развеивающее, смывшее все защиты… включая Пустой разум.

И заклятье магии разума.

Вот дерьмо.

Зориан не колебался. Он тут же нырнул в незащищенный разум Ксвима и схватился с личем, пытаясь вышвырнуть его из мыслей учителя.

Заклятье Кватач-Ичла было мысленным щупом. Мощным, но грубым и разрушительным по его, Зориана стандартам. Вряд ли оно уже нанесло непоправимый вред — но если так будет продолжаться… К счастью, хоть лич и был очень хорош в магии разума, он все же пользовался структурированными чарами — и уступал психику в опыте мысленных боев. Вскоре он сам покинул разум Ксвима.

Наверное, спасибо Аланику, чуть не расплавившему лича устрашающим огненным заклятьем. Даже сам Зориан не смог бы рыться в чужой памяти, одновременно отбивая такие удары.

Хотя было подозрение, что Кватач-Ичл нашел все, что искал. Скелет не очень-то передает эмоции, но лич выглядел слегка… обескураженным.

— Стойте! — сказал он. — Подождите!

Конечно, они не остановились. Пока он не сорвал корону с головы и не бросил на землю перед ними. А следом — имперский кинжал из сокровищницы Эльдемара.

Ого. Зак и Зориан просигналили остальным остановиться.

— Можете забирать.

— И вы просто отдадите их нам? — не поверил Зак.

— Мы все знаем, что они для меня бесполезны, — коротко сказал Кватач-Ичл.

— Как много вы поняли из чужих воспоминаний? — спросил Зориан.

Он покосился на Ксвима, но учитель выглядел нормально, похоже, пережитое не подкосило его.

— Достаточно, чтобы понять, что все это бессмысленно. По крайней мере, для таких как я, — глухо сказал Кватач-Ичл. — Ха-ха! Вы действительно меня подловили. Должен сказать…

Они расслабились лишь на какое-то мгновенье, подсознательно решив, что все закончилось — и лич немедленно этим воспользовался. Он вновь ускорился, устремился к ним… и взорвался.

Зориан сам не знал, что его подтолкнуло — но как только лич сорвался на бег, он потянулся к маркеру, перезапуская цикл. Может, что-то ощутил духовным восприятием? Или просто предчувствие? Так или иначе, когда Кватач-Ичл воспламенил свою душу в последней самоубийственной атаке, Зориан уже активировал протокол перезапуска.

Они чуть-чуть не успели — прежде, чем все скрыла темнота перезапуска — разъедающий саму душу, мучительно болезненный вал духовной энергии все же ударил в них.

Последней мыслью было — он даже не знал, что можно взорвать собственную душу…

Глава 84. Бессилие

Сознание медленно возвращалось — он был в своей кровати в Сирине. Каша в голове, боль во всем теле — и без понятия, что было в прошлом цикле. Некоторое время он просто лежал, мучаясь болью и растерянностью, то забываясь, то приходя в себя.

Разум постепенно прояснялся — и с ним пришло беспокойство. Что-то не так. Да, ему исключительно хреново, но это еще не все. Его что-то смущало — что-то не очевидное, но от того не менее важное.

А, точно, — наконец сообразил он. — Я проснулся не от прыжка Кириэлле, а сам и в одиночестве. Такого не должно быть — если не случилось чего-то очень, очень скверного…

В голове словно щелкнуло — он вспомнил. Внезапный визит Кватач-Ичла, совместная кража имперского кинжала из сокровищницы, последняя битва с тысячелетним личем — и коварный удар в самом конце цикла… Воспоминания хлынули рекой — резко и грубо, словно кто-то пытался впихнуть в его голову всю информацию, ничуть не заботясь о его самочувствии. Волны боли и тошноты от духовной травмы навалились с новой силой, он едва сумел скатиться с кровати — и его вывернуло на пол комнаты.

Он смутно отметил, что на шум прибежала Кириэлле — и тут же убежала прочь, зовя мать на помощь, но сейчас ему было не до того. Все силы уходили на то, чтобы несмотря на боль оставаться в сознании. Казалось, что душа вот-вот разорвется, и он инстинктивно чувствовал — потерять сознание ни в коем случае нельзя. В свое время они с Заком много размышляли над тем, как душа в начале цикла синхронизируется с телом, вновь соединяясь с жизненными силами тела и переписывая информацию в мозге — и, похоже, они были правы… Вот только в ее текущем бедственном состоянии душа просто не могла завершить этот процесс. Без осознанных усилий самого Зориана, стабилизирующих душу, она не только искалечит ему тело и разум — но и может повредить себя еще сильнее.

Если он отключится — кто знает, когда он очнется вновь? Какая-то часть его и так переживала, вдруг он провел в коме большую часть оставшихся циклов — но он задвинул ее подальше. Сейчас некогда об этом беспокоиться — нужно стиснуть зубы и сосредоточиться на главной проблеме.

Он не знал, сколько времени он провел на полу, дрожа в лихорадке и силясь остаться в сознании, но в конце концов мать и Кириэлле завернули его в одеяло и помогли перебраться в гостевую. Ему удалось продержаться — душа наконец успокоилась. Когда он наконец достаточно оправился, чтобы говорить, выяснилось, что сегодня все еще первый день месяца. Он не проснулся от прыжка Кириэлле и пролежал еще два часа, прежде чем пришел в себя. И мать, и сестра были потрясены его внезапной болезнью и категорически запретили вставать. И вызвали местного целителя — совершенно понятный и логичный, но от того не менее раздражающий шаг.

Разумеется, врач не нашел никаких серьезных заболеваний. Он не был магом, просто знал симптомы распространенных болезней и какие зелья прописывать. Не найдя ничего страшного, он просто предложил несколько дней постельного режима, чтобы не было нового приступа. Мать явно ожидала от врача большего, но, кажется, его слова ее немного успокоили.

Наконец оставшись один, Зориан рискнул — и потянулся к маркеру, несмотря на угрозу повредить душу еще сильнее. Он должен был знать, сколько у него осталось времени.

Фуух. Все еще 25 циклов. Он не потерял ни одного.

Увы, на этом хорошие новости кончались. Последняя атака Кватач-Ичла слишком сильно повредила его душу — попытка произвести даже простейшее плетение вызывала мучительную боль и тошноту. Со временем это пройдет, но чтобы вернуться в форму, потребуется не меньше трех месяцев. Или даже все пять, если обстоятельства не позволят сосредоточиться на лечении.

Зориан внезапно осознал, насколько он привык во всем полагаться на магию. Мозг отказывался верить, что он снова обычный, слабый подросток. Даже просто планируя дальнейшие действия, приходилось следить, чтобы туда не затесалась телепортация…

Проклятье. И Зак едва ли в лучшей форме, судя по тому, что он все еще не явился — то есть они в полной заднице. Что толку, что они в сознании, если не могут ничего делать? В таком состоянии к Сильверлэйк или Кватач-Ичлу точно не стоит соваться. А лич и вовсе может как-нибудь определить, что духовные травмы нанесены им самим — Зориан не нашел в себе ни малейших частиц чужой души, но он и не тысячелетний мастер магии душ.

Он вздохнул. Да, они сильно недооценили лича. Наверное, он должен был злиться — но честно говоря, жестокая решимость Кватач-Ичла впечатляла. Лич принял решение за считанные секунды, просмотрев память Ксвима — и понял, что они во временной петле, и он должен пожертвовать собой, чтобы нанести максимальный урон. Мало кто решился бы без колебаний уничтожить саму свою суть на основании столь невероятных сведений.

С другой стороны — логично. Без вмешательства Зака и Зориана, лич практически наверняка добьется своих целей в Сиории, а сотрудничество… Даже если отбросить вопрос доверия, что тысячелетнему личу лишние десять-двадцать лет? И все же, одно дело — абстрактная логика, и совсем другое — убить себя, следуя этой абстрактной логике. Зориан понятия не имел, что можно взорвать внешнюю оболочку души, но даже если бы знал — никак не ожидал, что Кватач-Ичл примет такое решение менее, чем за минуту. Сам он едва ли вообще решился бы на такое, а тут лич — маг, отказавшийся от всего во имя самосохранения. Просто в голове не укладывалось.

Ладно. Перед ним, вообще-то, есть и более срочные проблемы. Например, нужно как-то убедить мать отпустить его в Сиорию, чтобы проведать Зака. Помнится, в прошлый раз, когда его отделали Клинки Глубины, мать заставила его пробыть в Сирине весь месяц. А в этот раз ему было еще хуже — и совершенно необходимо убедить ее, что он будет в порядке.

Кажется, от одной мысли об этом головная боль стала еще сильней.

На то, чтобы убедить родителей, ушло два дня нескончаемых споров. Он даже подумывал просто сесть на поезд, когда мать отвлечется, но что-то подсказывало — она тут же устремится в погоню. Упрямства ей не занимать. К его удивлению, одержать верх в споре помог отец. Тот, похоже, впечатлился решением сына ехать на учебу несмотря на недомогания, и помог убедить мать. Странное ощущение — Зориан уже и не помнил, когда отец в последний раз одобрял его выбор и принимал его сторону. Даже непонятно, что и думать.

В любом случае, мать наконец уступила и позволила ему ехать. Правда, поставила условие — взять с собой Кириэлле, чтобы та «присмотрела» за ним. Ее удивление, когда он спокойно согласился, было довольно забавно.

Поездка обернулась той еще мукой. Лишенный магии и все еще страдающий фантомными болями и неконтролируемой дрожью, он едва тащил их багаж — за этим делом его и накрыл дождь, пришлось укрыться в гостинице неподалеку. Погода не собиралась налаживаться, так что пришлось втридорога снять крохотную комнатку на ночь.

Кириэлле целый час жаловалась, что вся промокла, и завизжала, как резанная, увидев на стене крупного таракана.

О да, быть лишенным магии — непривычное и очень неприятное чувство.

На следующий день они с Кириэлле добрались до дома Имайи. К счастью, домовладелица не стала возражать, хоть в этом цикле Зориан и не договаривался с ней заранее через Ильзу.

Можно было начинать поиски Зака.

…Что оказалось куда сложнее, чем он думал. Зак, как он вскоре выяснил, считался пропавшим без вести. Тесен Цвери, его опекун, организовал поиски и призывал всех, знающих что-то о местоположении парня, немедленно с ним связаться.

Как же это… знакомо. Даже навевает ностальгию. Все точно так же, как было, когда Зориан только присоединился к петле.

Интересно, что же это значит. В петле есть защитный механизм, скрывающий бессознательного контролера, или опекун запаниковал и сам спрятал бесчувственного Зака? Сам Зориан склонялся ко второму варианту. Судя по всему, довольно многие знали о махинациях Тесена с наследством Дома Новеда, и если Зак необъяснимо впадет в кому — опекун будет в числе главных подозреваемых. Вполне возможно, что мерзавец испугался обвинений и разыграл пропажу, чтобы выиграть время, совсем как Джорнак с телом Вейерса.

Во всяком случае, это можно было довольно легко проверить. Зак и Зориан имели маркеры с одинаковым кодом, а Зориан знал поисковый ритуал, что укажет местоположение напарника.

Нужно лишь найти кого-то, кто исполнит ритуал. Потому что сам он не в состоянии это сделать.

О боги, как же он ненавидел этот цикл…

Молчание затягивалось. Зориан держал невозмутимое выражение, глядя в глаза куратору и не обращая внимание на его явное раздражение.

— Давайте убедимся, что я все правильно понял, — сказал Ксвим. — Вы — путешественник во времени, и в прошлой версии этого месяца, которой я не помню, вместе с Заком сражались против тысячелетнего лича. Ваша душа была сильно повреждена, и сейчас, какая жалость, вы не можете продемонстрировать ничего из потрясающих умений, которыми вы, судя по всему, владеете. И вам нужна моя помощь, чтобы спасти Зака из лап его законного опекуна, разыгравшего его исчезновение и масштабные поиски.

Зориан поразмыслил секунду.

— Да, в целом, все так и есть.

— Вон из моего кабинета.

Ильза задумчиво изучала стопку бумаг, опираясь подбородком на ладонь и выстукивая пальцами второй руки некий ритм.

Зориан терпеливо ждал, когда она дочитает. Если и здесь не получится — придется рискнуть и обратиться на черный рынок магических услуг. Довольно опасно иметь дело с криминалом, когда собственная сила недоступна — но ничего не поделаешь. Он должен знать, что с Заком.

— То есть мне надо просто использовать это заклятье на тебе и сообщить результаты, так? — наконец уточнила Ильза, с подозрением глядя на него.

— Все верно, — кивнул Зориан.

— Это выглядит, как поисковое заклятье.

— Это и есть поисковое заклятье, — подтвердил Зориан.

Ильза подняла бровь.

— Могу я осведомиться, что ты пытаешься найти?

— Это довольно личное, — ответил Зориан, стараясь выглядеть расстроенным и подавленным. — Боюсь, один из моих друзей пропал без вести. Пожалуйста, мисс Зилети. Вы же знаете, что я не склонен к дурацким розыгрышам — и я не прошу многого, а для меня это действительно очень важно!

— Хм! — насмешливо фыркнула Ильза. — Вам стоит еще поработать над своим актерским мастерством, мистер Казински. И кроме того… Профессор Чао рассказал мне об одном странном визите.

Блин. Его все еще коробило, что Ксвим не стал его слушать. Видимо, единственный способ убедить этого типа — продемонстрировать невероятные магические навыки. Ну, то есть убедить быстро. Потратив время и силы, он наверняка справился бы и так — но никакого желания не было.

— Твой пропавший друг — случайно не Зак Новеда? — нарушила молчание Ильза.

— Возможно, — пожал плечами Зориан.

— Зориан… — вздохнула профессор, складывая пальцы домиком. — Даже если забыть, что я никогда не слышала, чтобы ты общался с мистером Новеда… Что, если ты прав? Что, если его опекун действительно организовал похищение? Я исполняю заклятье и говорю тебе место. Дальше что? Как третьекурсник справится с охраной и оберегами — ты ведь не думаешь, что его не охраняют?

Зориан на миг задумался, не сказать ли ей, что он собирался привлечь к делу наемников. Нет, наверное, не стоит. Как бы он объяснил, откуда собирается брать деньги — или откуда у него такие познания о магах, не задающих лишних вопросов?

— Не стоит об этом беспокоиться, — ободряюще улыбнулся он. — Я просто пытаюсь разыскать друга. Уверен, никаких сложностей не возникнет.

Она ответила кислым взглядом. Наверное, надо был сразу обратиться к услугам черного рынка.

Против ожиданий, после этих слов его не выставили из кабинета.

— Дай мне пару дней, ладно? — наконец сказала Ильза. — Мне нужно переговорить с руководством.

— А? — удивился Зориан. — Честно говоря, не совсем понял. Зачем столько хлопот? Это всего лишь поисковое заклятье…

— Чтобы ты выслушал результат и тоже пропал? Ну уж нет, — ответила Ильза. — Если уж мы беремся за это дело, то беремся как следует. К тому же… Мистер Новеда — наш учащийся. Если он пропал — мы вправе производить поиск.

Она придвинула листки с описанием ритуала обратно к нему, выразительно похлопала по стопке:

— А теперь… может быть, объяснишь мне, как это заклятье работает, и почему ты думаешь, что оно найдет мистера Новеда, когда множеству профессиональных прорицателей это не удалось?

Просто удивительно, как быстро и эффективно может действовать академия, когда ей что-то действительно нужно. Возможно, среди руководства нашлись тайные сторонники Дома Новеда, а может быть, академия просто захотела без всяких усилий укрепить репутацию — но для проверки результатов ритуала была собрана целая поисковая группа.

Сказать по правде, все это внезапное внимание… беспокоило. Хотя бы потому, что Зориан вовсе не был уверен, что все получится. Мало ли что, вдруг это все-таки защитный механизм петли, и бессознательное тело контролера просто недоступно из этого мира? В таком случае будет очень неловко.

К счастью, все прошло как по нотам. Зак оказался в пригороде Сиории, в одном из частных домов, не принадлежащем Тесену напрямую — если не копать глубоко. Поисковая группа буквально взяла его штурмом, предъявив охране грозного вида документы. Страже, похоже, не платили столько, чтобы драться против численно превосходящих бойцов влиятельного заведения — так что они умыли руки. Вход в подвал, где держали Зака, был хитроумно спрятан — но с наличием в группе ходячего детектора в лице Зориана, это не вызвало никаких сложностей.

Как и ожидалось, Зак был в коме. Увы, без магии Зориан не мог точно диагностировать его состояние — но у него были кое-какие подозрения, почему напарнику пришлось хуже. Зак куда меньше разбирался в магии душ и тем более уступал ему в ментальной дисциплине. Если он тоже приходил в себя в начале цикла и должен был сдерживать душу от резких движений…

Что тут сказать — самому Зориану пришлось нелегко.

Между тем, перед Зорианом встала новая проблема. Пусть Зака и нашли лишь благодаря ему — никто не собирался допускать его к бесчувственному напарнику. Внезапный итог истории с пропавшим наследником вызвал грандиозный скандал, парня под охраной поместили в дорогостоящую клинику. И тотчас у многих возник вопрос — а при чем тут вообще некий Зориан Казински — не состоящий в родстве с Заком, и до сих пор не имевший никаких известных дел с Домом Новеда. Академия встала на его сторону, но по словам Ильзы — ситуация сложилась непростая. Тесен всеми силами старался дистанциироваться от истории с похищением, а его фракция вовсю требовала ареста Зориана и «допроса с пристрастием».

Впрочем, неважно. Даже если бы его пустили — что бы он делал? Прежде, чем идти к Заку, следовало выяснить, как ускорить его выздоровление. Кто знает, сколько времени займет естественное восстановление? К счастью, он мог заняться этим даже в нынешнем бессильном состоянии.

Подобно многим некромантам, Судомир не раз и не два повреждал свою душу при тренировках и исследованиях — так что имел обширные познания в лечении духовного урона, и Зориан в свое время тщательно скопировал из его памяти все, что сумел. Большую часть составляли индивидуальные упражнения магии душ, которые должен выполнять сам пациент — или сложные ритуалы, сейчас недоступные по понятным причинам; однако в числе прочего были и алхимические рецепты.

То, что нужно, ведь алхимия не требовала плетения, а зелье можно ввести бесчувственному пациенту. Оставалось лишь найти нужные реагенты.

Конечно, и тут не обошлось без сложностей. Многих ингредиентов не было в свободной продаже, и даже если бы были — простому ученику академии они не по карману. Зориан подумывал обчистить схроны захватчиков, но без магии это делать куда опаснее, чем прежде. Тем более, что с нездоровым вниманием к его скромной персоне после недавних событий — вскрывать тайники по ночам было явно не самой удачной идеей. Так что он пошел долгим путем — накупил реагентов на все деньги, изготовил несколько сложных, экзотических зелий, продал, купил еще больше реагентов… У него ушла неделя, чтобы набрать нужную сумму, и еще четыре дня — на поиск нужных ингредиентов и изготовление самих зелий.

В итоге получились три бутылька: один — с молочно-белой жидкостью, второй — с кроваво-красным, постоянно кипящим сиропом, и третий — с глянцевой, иссиня-черной пилюлей, парящей внутри, словно невесомая.

Получив долгожданные составы, он отправился навестить Зака. Его все еще не пускали в палату, но кого это волнует? С умом применяя усыпляющий газ и другую алхимию, он без особых затруднений добрался до Зака и скормил ему все три состава.

И удалился, не дожидаясь результатов. Зельям все равно потребуется время, а ему лучше быть где-нибудь в другом месте, когда охрана пройдет по цепочке бесчувственных тел до палаты Зака.

Новость о втором «покушении» на Зака вновь разожгла страсти: руководство больницы и городские власти клялись и божились, что вот-вот поймают негодяя. Что несколько сомнительно, учитывая, что даже худшие недоброжелатели Зориана не обвиняли его в причастности. Забавно — руководители больницы утверждали, что Зак не пострадал еще сильнее лишь благодаря их решительным действиям: они якобы перехватили злоумышленника и с боем вынудили отступить.

Ожидая, когда подействуют зелья, Зориан навел справки об Аланике — все-таки воинствующий жрец был одним из немногих надежных и компетентных практиков магии душ среди его знакомых. Увы, пока Зориан был заперт в Сиории без возможности телепортироваться, и занят в истории с Заком — посланные Судомиром убийцы успели добраться до Аланика. Жалко. Что, кстати, поднимало вопрос — как какие-то наемники могли справиться с магом уровня Аланика? Оказалось, что жреца убили во сне… ну да, логично. Если Зориан срывал покушение на Лукава, Судомир паниковал и посылал против Аланика большой отряд; когда же Лукава убивали без происшествий, воинствующего жреца устраняли по плану, без борьбы.

Но хватит об этом — зелья сработали даже лучше, чем ожидалось, и через четыре дня Зак пришел в себя. И тут же потребовал присутствия Зориана, решив тем самым вопрос допуска к больному.

— Ну как ты?

— Дерьмово, — буркнул Зак и с подозрением посмотрел на него. — Я слышал, мой сраный опекун запихнул меня в какой-то подвал, а ты меня отыскал. Спасибо, конечно, но… Почему тебе настолько лучше? Тебя что, не зацепило взрывом?

— Ты ведь понимаешь, что нас наверняка слушают? — ответил вопросом Зориан.

— Что с того? Поставь заглушающий оберег, делов-то, — предложил напарник.

— Не могу, — вздохнул Зориан. — Вообще никакая магия не выходит.

Зак помолчал пару секунд.

— А, — сказал он наконец. — Значит, на самом деле и ты легко не отделался. Наверное, некрасиво такое говорить, но я даже рад. Вместе страдать этой херней уже не так обидно.

— Козел, — без особого запала сказал Зориан.

— Да-да… Но серьезно, как ты уже ходишь? Я даже встать не могу, выворачивает.

— Я не уверен, но… может, ты приходил в себя в своей спальне, прежде чем снова отключиться?

Зак нахмурился.

— Сложно сказать, — ответил он через пару секунд. — Может быть?

— Хм. Ну, мы продолжим этот разговор, когда ты выпишешься из больницы, — сказал Зориан. — Как думаешь, сколько тебе понадобиться времени, чтобы вернуться на пик формы?

— Не знаю, — хмуро ответил Зак. — Месяца четыре-пять? Где-то так.

Зориан вздохнул с облегчением. Пусть Заку и досталось больше, чем ему, кажется, все не так плохо.

— Тебе нужно что-то прямо сейчас? — спросил он. — Сам понимаешь, мои возможности сейчас ограничены, но если что — я постараюсь.

— Больше всего я хочу выбраться из этой клятой больницы, — пробурчал Зак. — Но из того, что я слышал — это вряд ли произойдет до конца месяца, а мы с тобой оба не в том положении, чтобы как-то на это повлиять.

Напарник оказался прав. Остаток цикла он провел в больнице, покуда Зориан отбивался от все более и более настойчивых расспросов, кто он и как связан с «делом Зака».

К счастью, прежде, чем это стало по-настоящему неприятно, наступил летний фестиваль, и цикл завершился.

Следующие пять циклов прошли относительно спокойно. Практически лишенные магии из-за духовных травм, Зак и Зориан просто не могли заниматься чем-то трудным или опасным — чтобы не затягивать излечение, или вовсе не вызвать осложнения.

Так что парням не осталось ничего другого, как расслабиться и заняться чем попроще. Какая-то часть Зориана паниковала — время уходит, а они совершенно не продвигаются! — но альтернативы не было, и он просто старался заглушать ее голосок.

Чего он не ожидал — что перенесенная травма настолько поможет ему в развитии духовного восприятия и магии душ в целом. Теперь он куда подробнее знал свою душу и принципы ее работы. Многие вещи сложно заметить, когда все действует нормально, а кое-что он понял, сравнивая поврежденные участки с уцелевшими. Из памяти Судомира он знал, что некроманты часто калечат души других людей с той же целью — изучая духовную анатомию, оттачивая навыки магии душ, не заботясь об объекте. Но чужую душу никогда не ощутить столь же отчетливо, как свою — а безумцев, готовых сотворить с собой такое, не находилось, так что их ситуация была в чем-то уникальна.

Зак, хоть и начал с отставанием, тоже добился в магии душ весьма впечатляющих успехов — и немудрено, он приложил куда больше усилий, чем сам Зориан. Видимо, то, что он оказался слабее перед атакой Кватач-Ичла, его по-настоящему задело.

Помимо магии душ оба уделяли время простейшим плетениям и вовсю занимались алхимией — единственной полностью доступной им магической дисциплиной.

В этот раз они не стали никому рассказывать о временной петле. Большая часть рабочих материалов хранилась в сфере и была временно недоступна. Впрочем, это не значит, что они сторонились знакомых — но только общались, не сотрудничали.

Один цикл они прилежно посещали занятия, усердно помогая профессорам и одноклассникам. Другой — изучали город и предместья новым взглядом, превратившись в животных с помощью зелий. Они попробовали себя в рисунке, живописи, скульптуре, резьбе по дереву и многих других искусствах. И съездили в Эльдемар и окрестности на поезде, как обычные туристы.

И когда последний цикл отдыха подходил к концу — Зориан осознал, что ничуть не жалеет. Да, они потратили время впустую, да, у них осталось всего 19 циклов… Ничего страшного.

— Со следующего цикла нам нужно как следует взяться за работу, — сказал он Заку. — Девятнадцать циклов — совсем немного, и кто знает, может, такое случится вновь. Если в последних циклах вновь останемся без магии — нам конец. Как думаешь, стоит рискнуть и все же связаться с Кватач-Ичлом?

— Да, черт возьми, — решительно заявил Зак. — Я понимаю, он нас неслабо отделал — но без него мы пока не можем пробиться в сокровищницу. И к тому же… Да, он нас сделал — но при этом подсказал нам, как справиться с ним без особых проблем.

— О? — заинтересовался Зориан. — И как же?

— Думаю, мы использовали неправильный подход, — пояснил Зак. — Вместо того, чтобы тупо давить лича, собирая армии магов и големов, нам стоит использовать свои сильные стороны. Ну, в данном случае, твои сильные стороны. Я про магию разума.

— Магию разума? — удивился Зориан. — Но он использует Пустой разум…

— Ксвим тоже его использовал, и ему это не помогло, — возразил Зак. — Будет непросто, но если мы подготовимся, и у меня будет секунда-другая сосредоточиться — я уверен, что смогу выдать достаточно мощное развеивание. Всего на миг, но тебе же хватит?

— Я более чем уверен, что Кватач-Ичл умеет защищать свой разум, — осторожно заметил Зориан. — То, что он в разгар боя так быстро считал память Ксвима, показывает серьезное владение магией разума. Хотя… не думаю, что он психик, и в нашей мысленной схватке он не особо впечатлял. Наверное, может сработать.

— Точно сработает, — уверенно заявил Зак. — Твоя магия разума — просто жесть, и я уверен, что лич столетиями не встречал мага разума, которого не мог бы убить щелчком пальцев. Покуда мы не даем ему убить тебя физически — с мысленной схваткой все будет замечательно.

— Легко сказать, — вздохнул Зориан. — Но ты прав, идея интересная. Всяко лучше, чем вслепую перебирать варианты. Хотя подозреваю, что Кватач-Ичл настроил свою филактерию выдернуть душу прочь, если ментальные защиты будут пробиты. Я на его месте поступил бы так же.

— Это не помешает нам забрать с брошенного скелета корону, — пожал плечами Зак. — А больше нам от него ничего и не нужно. Все остальное — уже бонус.

Пожалуй, в этом Зак был прав.

Со следующего цикла они активно взялись за работу. Их души полностью исцелились, а времени осталось совсем мало. Так что они вновь установили связь с Косом и Кслотиком, добыли в джунглях сферу, угнали Жемчужину Аранхала и на корабле отправились в Блантирр.

Предстояло долгое и опасное путешествие. Блантирр — крупнейший из континентов, но между ним и ближайшими портовыми поселениями людей — многие мили открытого моря. Даже просто прокладывать курс довольно затруднительно, когда со всех сторон одна вода — ни Зак, ни Зориан толком не разбирались в морской навигации. К тому же кратчайший путь пролегал опасно близко к острову, населенному драконами. Многими сотнями драконов. Собственно, его так и называли — Драконий Остров.

Здоровенные ящерицы вообще недолюбливают людей, а драконы Острова — особенно. Они не только убивали всех, рискнувших высадиться на их землю, но и активно патрулировали акваторию, требуя огромный выкуп за право продолжать путь. Зак и Зориан навели справки и запаслись дарами, но их корабль заметен издалека, а драконы славятся вздорным нравом. Едва ли обойдется без драки, а драка с драконом — та еще морока.

В довершение всего, в местных водах попадались чудовища, способные атаковать воздушные корабли — энергетическими атаками или могучими фонтанами воды. Они нечасто встречались, да и Жемчужина летела высоко — но расслабляться было нельзя.

И все же — дело наконец сдвинулось с мертвой точки. В этом цикле они вновь пойдут за кинжалом — и попытаются отыскать посох.

А также предстояло вновь связаться с Кватач-Ичлом. Пришло время договориться…

Глава 85. Критическая масса

Сказать по правде — предстоящая встреча с Кватач-Ичлом наводила на Зориана ужас. Даже если забыть о том, насколько древний лич хорош в магии душ, и насколько вероятно, что он узнает нанесенные им повреждения — сам характер встречи будет другим. В прошлый раз именно Кватач-Ичл связался с ними. Сделал первый шаг, застав их врасплох, завладел инициативой — что несомненно подействовало на него успокаивающе. Теперь же это они собирались застать его врасплох — и Зориан подозревал, что древнему личу это отнюдь не понравится.

И все же — он сознавал, что обязан рискнуть. Упрямый факт — они просто не успевают. Даже если они сумеют собрать все ключи за цикл до конца — этого все равно недостаточно. Во всяком случае, для него. Он все еще не решил, как покинет петлю, ведь в реальности остался его оригинал — и Страж ни за что не согласится заменить его душу. И даже если эту сложность удастся как-то обойти — он понятия не имеет, как перехватывать контроль над телом.

У Зориана были парочка идей, но все они требовали исключительных познаний в пространственной магии и магии душ. Кватач-Ичл мастерски владел и тем, и другим, и теоретически мог помочь, как никто другой. Так что несмотря на опасность, Зориан просто не имел права игнорировать бесценный источник информации.

По крайней мере, договориться о встрече было несложно. Они просто пришли в уже знакомый магазинчик и спросили Кватач-Ичла. Продавец за стойкой посмотрел на них, как на сумасшедших, но вскоре после визита ими внезапно заинтересовались мозговые крысы. Зориан пару дней отнимал у стаи одиночных грызунов — а потом от лича пришло приглашение.

И вот они сидят в отдельном зале довольно дорогого ресторана. Зориан нечасто бывал в подобных заведениях — непримечательного подростка могли просто не пустить — но выбиравший место Кватач-Ичл, похоже, был не прочь пустить пыль в глаза. Лич снова был в уже привычном пожилом облике — то ли это его дежурная маска для переговоров, то ли именно так он когда-то и выглядел, прежде, чем отринул смертную плоть.

— Какое интересное предложение, — Кватач-Ичл задумчиво крутил вилку в пальцах, время от времени постукивая зубцами по бокалу. Он заказал дорогие блюда и напитки, но сам, разумеется, к ним не притронулся. — Ко мне нередко приходят за моими обширными магическими познаниями, но обычно их просьбы… более робки. Люди боятся разозлить могущественного лича, сомневаются, что я настолько хорош, как утверждают слухи, и изо всех сил стремятся сэкономить. Они начинают с малого, спрашивая о сравнительно простых вещах, чтобы оценить мою реакцию и прикинуть, во что им обойдется то, что они на самом деле хотят…

Древний лич выдержал драматическую паузу и указал на груду редких материалов и божественных артефактов — предложенную парнями плату за «обширные магические познания».

— Вы же? — продолжил Кватач-Ичл. — Вы не размениваетесь на мелочи. Вы хотите, ни много ни мало, мои знания о создании карманных измерений — исключительно редкие, практически бесценные секреты — и взамен предлагаете целых пять божественных артефактов и множество исключительно редких материалов. Ваша дерзость впечатляет, но не могу не задуматься… не боитесь ли вы, что я обману вас, или не смогу предоставить сведения сопоставимой ценности? Вы меняете материальные ценности на информацию неопределенной стоимости. Я могу просто прикарманить плату и уйти — или дать вам лишь тень того, о чем вы просили.

Слова лича были логичны, но Зориан не беспокоился. О Кватач-Ичле мало что было известно — но он гордился своей честью. Он не станет обманывать их первым — вопрос в том, удастся ли вообще договориться.

— Не рискну утверждать, что знаю вас, но ваше достоинство не менее известно, чем ваше магическое мастерство и беспощадность в бою, — сказал Зориан. Лич мимолетно улыбнулся, явно сочтя все три качества комплиментом. — Мы считаем, что если договоренность будет достигнута, то вы приложите все усилия, чтобы исполнить ее.

— Но что, если мои познания в карманных измерениях меньше, чем вы думаете? — заметил Кватач-Ичл. — У меня и верно много талантов, но это редкая и экзотическая область магии. Результаты могут разочаровать вас.

— Мы все равно примем их с благодарностью, — пожал плечами Зориан. — Мы готовы рискнуть.

— Хм. Об этом не стоит говорить на подобных переговорах, но думаю, вы слишком рискуете, — лич пронзительно посмотрел на них, словно хотел заглянуть прямо в душу. — Было бы умнее начать с малого, чтобы убедиться, что мои знания карманных измерений стоят таких вложений.

— Ну… — нагло улыбнулся Зак. — об этом не стоит говорить на подобных переговорах, но вообще-то мы немного торопимся. Шаг за шагом прощупывать вас слишком долго. Поэтому мы и делаем столь щедрое предложение.

— Щедрое? — фыркнул Кватач-Ичл. — Спорно. То, что вы просите, не менее ценно. Я ничего не говорил о привлекательности вашего предложения, просто пытаюсь понять вашу логику.

— Да, но мы и предлагаем немало, — тотчас ответил Зак. — Мы понимаем, что внезапно дергать вас и просить важные знания не лучшая идея. И мы понимаем, что сроки ставят нас в невыгодное положение: в отличие от нас, вы можете ждать. Но потому мы и предлагаем так много — в обычных обстоятельствах мы никогда не предложили бы столько.

Несколько секунд Кватач-Ичл молча смотрел на них. Размышлял, или пытался надавить психологически?

— А вы интересные, — наконец сказал лич. — Наверное, только поэтому я до сих пор не послал вас подальше. Как я обычно поступаю с теми, кто делает такие предложения. Вы и правда подростки? Вы слишком уравновешены для… скольки там, пятнадцати лет?

— Зачем вообще спрашивать? — с вызовом ответил Зак. — Мы и так в курсе, что прежде, чем пригласить нас сюда, вы шпионили за нами и наверняка сами знаете ответ.

— Самое очевидное знаю, — согласился Кватач-Ичл. — Вот только оно совершенно невероятно. Как, черт возьми, два студента собрали все это — да что там, как вы вообще узнали, как со мной связаться? Кто вы на самом деле?

— Это секрет, — сухо ответил Зориан. Незачем впустую оправдываться. — Но раз уж мы перешли к личным вопросам, я тоже спрошу. Как вы уговорили целых четыре стаи мозговых крыс работать на вас? Что вы им обещали? Со мной, блин, они даже не разговаривают.

— Хех. Этот вопрос тоже будет включен в сделку? — ухмыльнулся лич.

— Нет, — фыркнул Зориан. — Мне просто любопытно.

— И хочется сменить тему, — добавил Кватач-Ичл. — Но хорошо, я понял. Если не хотите говорить — я не буду расспрашивать. Но знаете ли, если вы и правда так молоды — то перед нами встает другая проблема. Сумеете ли вы освоить пространственную магию запрашиваемого уровня? Почему вы думаете, что уже готовы учиться у меня?

— Это не проблема, — возразил Зориан. — Мы знаем, что готовы — потому что уже умеем создавать карманные измерения.

— О? — с сомнением отозвался Кватач-Ичл.

— Да, — подтвердил Зориан. Следовало быть осторожнее, чтобы не показать слишком много и опять не спровоцировать лича, но их уровень пространственной магии он так или иначе узнает во время занятий. — Мы не просим обучить нас с нуля, мы просим провести мастер-класс.

Зориан снял с руки браслет и протянул личу — тот бесцеремонно забрал украшение и принялся изучать.

Изготовленный Зорианом за пару дней перед встречей, браслет служил якорем небольшого карманного измерения. Действительно небольшого — максимум на пару книжек, но тут важен не размер. Важен факт, что они не просто могут создавать карманные измерения, а владеют продвинутыми методиками.

За основу большинства карманных измерений берутся коробки, сундуки и прочие контейнеры постоянной формы — в них проще всего заякорить свернутое пространство. Ну, насколько слово «просто» вообще применимо к пространственной магии.

Более продвинутые мастера увеличивают внутренний объем гибких контейнеров — сумок, рюкзаков, карманов. Это уже куда сложнее — ткань хрупка и с трудом переносит нанесение заклинательных формул. Такие пространственные хранилища неизбежно разрушаются через год-другой, порой, по закону подлости — в самый неподходящий момент.

И наконец, высшая ступень, к которой относятся имперская сфера и браслет, что сейчас изучает лич. Якорь, вообще не имеющий внутренних полостей. И привязанное к нему автономное карманное измерение. Воспользоваться таким хранилищем можно лишь с помощью пространственной магии — зато оно невероятно стабильно. А имея надежный якорь — измерение можно раздуть до совершенно неприличных размеров, вроде той же имперской сферы. В этом смысле браслет Зориана смотрелся откровенно бледно — но Кватач-Ичл наверняка поймет, что эта поделка означает.

Лич молча разглядывал браслет где-то с минуту — потом вернул его Зориану и молча же сгреб со стола божественные артефакты и прочие ценности. Миг — и они исчезли в его карманах.

Ни Зак, ни Зориан не пытались его остановить.

— Ладно, — слегка кивнул Кватач-Ичл. — Ваша взяла. Я согласен. А раз говорите, что торопитесь, да и у меня вскоре намечается важная работа, можем начать завтра.

Намечается важная работа… какая обтекаемая формулировка для кровопролитного вторжения и взлома темницы первозданного. Однако парни промолчали — в этот раз они пытались скрыть свою осведомленность. Договорившись о месте встречи и парочке мелких деталей, они уже собирались уходить, когда их остановил голос лича:

— И еще одно. Кто учинил такое с вашими душами?

Зориан, не удержавшись, вздрогнул.

— Ч-что?

— На ваших душах остались шрамы, — уверенно пояснил лич. — Сейчас все почти зажило, и, вероятно, за пару лет исчезнет совсем — но меньше года назад вам очень сильно досталось. Обычный человек оправлялся бы после такого годами — и большую часть этих лет провел бы в коме. Полагаю, к списку ваших невероятных талантов следует добавить и магию душ?

Проклятье. То есть он все-таки может видеть следы травмы… Ну, по крайней мере, непохоже, что он опознал дело своих рук.

— А есть разница? — нахально спросил Зак.

— Наверное, нет, — нахмурился Кватач-Ичл. — Но это все сильнее убеждает меня — вы не те, за кого себя выдаете. Вам повезло, что сейчас я довольно занят — иначе не стал бы смотреть на это сквозь пальцы. Но не сомневайтесь — когда я разберусь со срочными делами, мы еще вернемся к этому вопросу.

Внешне Зориан никак не отреагировал, но внутри наконец расслабился тугой комок нервов. Очевидно, лич угрожал им — но пока он откладывает исполнение угрозы за пределы месяца, Зориана все устраивает. Если они нигде не налажают — все будет в порядке.

Остается надеяться, что в этот раз Сильверлэйк прислушается к его словам и не влезет опять в дела лича.

То ли в этот раз Кватач-Ичл не знал, что им известно о его планах, то ли ему не донесли о подлинном масштабе их деятельности — но в этом цикле лич не рассматривал парней, как угрозу. Да, они довольно подозрительны — но ему еще вторжение организовывать, остальные дела могут и подождать. Ну, он считал, что могут.

Что касается договоренностей — лич выполнял их до последней буквы. Они договорились о двух часах занятий каждый день — и он неизменно начинал и заканчивал занятия точно по расписанию. Если он и утаивал какие подробности — ни Зак, ни Зориан этого не замечали, справиться бы с тем объемом информации, что он давал. Причем рассказывал четко и понятно, с готовностью давал пояснения, если они что-то не понимали. Указывал допущенные ошибки, объяснял логику занятий, не вынуждая их мучительно додумывать самим. Никогда не терял терпения, не позволял себе язвительных замечаний. Невероятно, но факт — он, вероятно, был лучшим учителем, с которым когда-либо работал Зориан.

Странное и не самое приятное ощущение — когда самым подходящим наставником оказывается кровожадный древний убийца и осквернитель душ.

Между прочим, столь компетентная помощь открыла Зориану глаза — медленное освоение карманных измерений объяснялось не только и не столько дефицитом учебных материалов и преподавателей. Стыдно признаться, но их тормозили собственные возможности — личу не раз и не два приходилось замедлять темп, чтобы они не отстали. Зориан подозревал, что внутри древний маг смеется над ними.

Хотя этого и следовало ожидать.

Нет, они не дураки и не лентяи… просто у них нет никаких преимуществ при изучении карманных измерений. Ни врожденного таланта, ни родовых техник, да и гениями пространственной магии, понимающими все эти мозголомные тезисы с полуслова, они тоже не были. У них практически не было способов ускорить обучение… не было традиционных способов.

Так что Зориан обратился к нетрадиционным. Он давненько не решался всерьез подступиться к перестройке мышления, опасаясь что-нибудь испортить. Теперь же решил рискнуть — и скомандовал симулакрумам увеличить размах экспериментов. К его удивлению, двойники не стали ныть и с готовностью взялись за дело — вероятно, унаследовали его решимость в момент создания симулакрумов, в отличие от прошлых попыток, когда он просил их делать то, чего опасался сам. Ну, и тот факт, что их время было на исходе.

Для работы с карманными измерениями он собирался создать своего рода ментальный вычислитель и внутренние часы — пространственная магия зачастую требовала нечеловеческой точности исполнения. Обычно это решалось сложными связками заклинаний прорицания, дополнительно усложняя и без того непростую задачу. Если он сможет отбросить часть с прорицанием и просто рассчитает время и цифры в уме — его работа заметно упростится.

Естественно, возникли сложности. Зориан точно знал, что создать в своем разуме встроенный вычислитель возможно — аранеа довольно часто экспериментировали в этом направлении — но вот с исполнением было не все так просто. Нескольких симулакрумов пришлось принудительно вывести из эксперимента — они впали в какое-то странное состояние и без конца считали мелкие предметы вокруг себя. К счастью, никто из них не пострадал необратимо, так что с нуля начинать не пришлось, и они смогли учесть допущенные ошибки.

Параллельно он изучал предельную концентрацию и пытался вместе с симулакрумами воссоздать распределенный разум гидры. Была надежда, что, объединив мыслительные мощности нескольких Зорианов, он сможет без малейших усилий творить сложнейшие заклинания.

Разумеется, все эти ментальные техники годились только для него — Заку они совершенно не подойдут. Для напарника, и как страховка для себя, Зориан занялся изучением соответствующих разделов магии крови и усиливающих ритуалов. Среди магических существ встречается предрасположенность к пространственной магии — фазовые пауки инстинктивно создают небольшие карманные измерения, где и караулят добычу; мерцающие жабы телепортируются на короткие дистанции, бездушные олени растягивают пространство вокруг себя, отводя в сторону снаряды и заклятья, а среброшерстный крот, говорят, способен ощущать разрывы и уплотнения в ткани реальности. Если эти способности удастся позаимствовать — это может подтолкнуть их к решению, а то и дать настоящее озарение.

Само собой, нынешних познаний Зориана в ритуалах и магии крови не хватало — придется начать с чего-то более простого и постепенно увеличивать сложность…

Либо он может просто нанять алхимика и получить усиливающее зелье с нужным свойством — но, в отличие от правильно проведенного ритуала, зелье не даст инстинктивного понимания новой способности.

Так или иначе, что ментальные техники, что магия крови были амбициозными… и очень длительными проектами. В лучшем случае, он получит результаты цикла через два — возможно, и дольше. И Зориан обратился к другой лазейке — его мастерство в заклинательных формулах обещало помочь с уроками Кватач-Ичла прямо здесь и сейчас.

Он давно уже знал, что опытные взрослые прорицатели используют в работе специализированные компасы. Сам Зориан редко связывался со вспомогательными механизмами, предпочитая сбрасывать весь массив информации прямо в мозг и обрабатывать его способностью психика, но ему довелось экспериментировать с подобными устройствами. В свое время ему очень пригодился похожий на цветок прорицательный компас Кирмы, и по ее наводке он пообщался с мастерами. И сейчас он собирался разработать прорицательный компас для пространственной магии и карманных измерений.

По крайней мере здесь он добился успеха. Заклинательные формулы были его коньком, за время петли он уделил им прорву времени и сил — и достиг редкого мастерства. Действующий прототип он изготовил всего за два дня, а дальше пошли доработки и шлифовка, с созданием все более мощных компасов каждые пару дней. Под конец месяца даже Кватач-Ичл обратил внимание на его инструменты и заказал парочку для собственных нужд — взамен лич назвал имена и адреса двух крайне скрытных специалистов пространственной магии — бесценная, как и уроки самого лича, информация.

Приближался конец цикла…

То, что почти все их силы уходили на работу с карманными измерениями, вовсе не означало, что они не занимались ничем другим. Не менее важной — хотя и куда более скучной — задачей было довести Жемчужину Аранхала в целости и сохранности до Блантирра. К счастью, это оказалось куда проще, чем они ожидали. Морские чудовища не трогали их, а что же касается драконов… Целых три крылатых монстра сопровождали корабль, когда он шел мимо Драконьего Острова, но их оказалось неожиданно просто отогнать боевой магией и экспериментальной, усиленной магией пушкой, что Зориан установил на Жемчужине. Ни заклятья, ни пушка не повредили драконам, но и звери не рискнули спикировать на корабль и растерзать его. Возможно, они просто еще не видели таких кораблей и не знали, чего от них ждать — во всяком случае, все три дракона ограничились пробными атаками и кружением вокруг корабля, выжидая, когда парни отвлекутся.

Хорошо, что драконы атаковали по очереди — каждый заходил на цель лишь после того, как предыдущий отлетал в сторону. Если бы все три объединились — Жемчужина была бы обречена. Но, к счастью, драконы — индивидуалисты до мозга костей, и видят в сородичах прежде всего конкурентов. Они живут и охотятся поодиночке, объединяясь лишь перед лицом внешней угрозы. Зориан слышал о нескольких весьма неудачных походах, когда доведенные до крайности государства пытались извести драконов в той или иной области. Все, чего они добивались — временного объединения тварей в одну неостановимую, испепеляющую все на своем пути стаю; впрочем, она тут же распадалась, как только исчезала опасность истребления. В остальное время драконы держались поодиночке, и твари Драконьего Острова — не исключение.

Увы, хоть летающие и плавающие монстры не доставили особых проблем, полет все равно продлился дольше, чем планировалось — сказался недостаток опыта навигации. Вдобавок, хоть Жемчужину и строили специалисты мирового уровня, это был, по большому счету, не опробованный прототип, совершенно не готовый к столь смелому перелету. Они несколько раз едва не рухнули в море из-за технических неполадок, и потеряли немало времени, восстанавливая системы.

И все же — им удалось. За пять дней до конца цикла Жемчужина Аранхала достигла берегов Блантирра.

Хотя, конечно, за пять дней ничего толком не успеть, они просто не могут себе позволить столь длительный перелет в каждом цикле — так что первым делом следовало отыскать врата Бакоры. Любые врата Бакоры. Тогда с помощью Посвященных Молчащих Врат они смогут добираться в Блантирр буквально за несколько дней.

Вот только найти врата было не так-то просто. Они рассыпаны по всему континенту, а Блантирр большой. Искать вслепую можно годами, так что им определенно нужна помощь местных.

И тут кроется очередная проблема — в Блантирре не было людей. Душные экваториальные джунгли континента населяли несколько разумных видов, но наиболее влиятельными и развитыми были ящеролюди. Относительно развитыми — культура больших каменных городов ящеролюдей, разбросанных по побережью и вдоль рек, здорово отставала от людской — но если кто и мог помочь в поиске врат, то именно они. Ящеролюди не только были единственным разумным видом континента, использующим письменность, но и регулярно торговали с людьми Кслотика и Алтазии, то есть говорили на понятных парням языках.

Увы, это снимало лишь одну проблему из многих. Начать с того, что ящеролюди жили в крошечных королевствах, а то и вовсе городах-государствах, и не поддерживали тесных связей с сородичами. Если врата не находятся на их территории — скорее всего, они просто о них не знают. Во-вторых, письменностью и знаниями о древних артефактах владело лишь жречество — а они очень не любили чужаков. Наконец — да, ящеролюди торговали с людьми — но очень осторожно, следуя строгим правилам. Зак и Зориан не могли просто прийти в город и спросить о вратах — сперва полагалось пройти длинную череду чиновников.

Не имея времени бороться с архаичной бюрократией, парни решили действовать нахрапом, внушая шок и трепет. Вместо того, чтобы связаться с правителями и передать почтительный запрос — они нагло прилетели на Жемчужине прямо в ближайший город, телепортировались на главную площадь и стали раскидывать золото, драгоценные камни и любимые ящеролюдьми специи. А когда представители властей явились узнать, что происходит, объявили, что щедро наградят за любую информацию о вратах Бакоры. И отправились дальше, делая такие же остановки в каждом крупном городе.

Они не прогадали: да, ящеролюди были довольно примитивны, но вовсе не глупы, и вскоре все правители в регионе знали, что двое невероятно могущественных человеческих магов летают меж городами на своем удивительном корабле и обещают фантастические награды за сведенья о вратах Бакоры. В итоге множество ящеролюдей пришли к ним с откровенным враньем, но этих отсеял Зориан. Эмоциональный фон ящеролюдей не так уж и отличался от человеческого.

Наконец три дня спустя их вызвал к себе правитель одного из речных городов в глубине континента. Посланник предъявил очень убедительный рисунок врат Бакоры, так что Зак и Зориан незамедлительно прибыли во дворец.

И вот они стоят среди роскоши каменного тронного зала, с интересом разглядывая интерьер и ожидая прибытия короля. Похоже, правители ящеролюдей обожали мозаику из драгоценных и самоцветных камней, и этот не был исключением — на стенах раскинулась огромная батальная картина. Одна из сторон, вероятно, представлявшая местных ящеролюдей, сокрушала врага, смело устремляясь в атаку, другие же гибли под ударами копий и дубин или на коленях молили о пощаде. С неба за ходом сражения наблюдал исполинский ящеролюд, скорее всего, местное божество…

Тут неспешные размышления Зориана были прерваны — в зал с невероятной помпой прошествовал король. Первыми, издавая пронзительную какофонию, вошли музыканты с какими-то дурацкими духовыми инструментами, напоминающими флейты; целая куча детей ящеролюдов выбежала вперед, рассыпая перед королем лепестки. Придворные стражи, только что привольно опиравшиеся на копья и болтавшие между собой на своем неразборчивом наречии, резко выпрямились, делая вид, что все это время не теряли бдительности. И несколько раз грохнули копьями в пол, издав протяжный клич — видимо, воинское приветствие.

Зак и Зориан смотрели разворачивающееся зрелище, понятия не имея, как реагировать. С прежними королями такого не было — то ли парни прибывали слишком неожиданно, то ли прежние были беднее или скромнее, но таких приемов не устраивали.

— Э, а как вообще положено приветствовать правителя ящеролюдов? Кланяться, подавать руку или как? — шепотом спросил Зак.

— Меня-то что спрашиваешь? — шепотом возмутился Зориан. — Кто из нас аристократ? Ты должен знать такие вещи.

— Я тебя умоляю, — фыркнул Зак. — Кто из нас постоянно общается с разными монстрами? Это точно по твоей части.

Зориан переключил внимание на приближающегося короля. Ящеролюд был на удивление низкорослым, особенно по сравнению со стражами, но массивный, изукрашенный камнями венец и богатые золотые украшения однозначно показывали, кто здесь главный. Он нес в руке черный посох с большим, горящим янтарным светом камнем. Его окружали четверо особенно здоровенных стражей, являя довольно комический контраст. Вот только смеяться не хотелось — элитные стражи источали мрачную, суровую решимость, их желтые глаза с вертикальным зрачком, не отрываясь, следили за чужаками, выдавая готовность немедленно вступить в бой.

Следом за королем шел еще один ящеролюд в богатых одеждах и высоком головном уборе, хоть и несколько скромнее и другой цветовой гаммы. Зориан практически не сомневался, что она — это была женщина — верховная жрица города.

И хоть в отличие от элитных стражей она не была демонстративно враждебна, они ей тоже не нравились. Совсем.

Зориан мысленно вздохнул. Разумеется, ничто никогда не бывает легко.

В прошлом Зак и Зориан уже добывали имперское кольцо в Зиккурате Солнца — и, по крайней мере, теперь могли его не искать, зная, что кольцо носит верховный жрец. Увы, это не сильно облегчало задачу. Верховный жрец салротум редко покидал внутреннюю, самую защищенную часть зиккурата. Чтобы добраться до него, требовалось полномасштабное вторжение, что было… неоптимально.

Вместо того, чтобы повторить атаку, в этот раз парни решили попробовать другие способы. Развернув лагерь неподалеку от зиккурата, они доставили туда с дюжину наемниц-аранеа. Да, разум дьявольских ос был для них столь же чужд, как и для Зориана, но они куда лучше умели расшифровывать чуждые мысли. Это их хлеб.

Пока аранеа следили за стражами, парни принялись истреблять охотников и патрульных за пределами зиккурата, надеясь, что рано или поздно жрец выйдет разобраться в ситуации или согласится на переговоры. Ведь колонии надо что-то есть, так?

Увы, салротум поступили иначе. Вместо того, чтобы расследовать нападения, они просто забаррикадировались внутри, больше не пытаясь выходить из зиккурата. Странно. То ли у колонии действительно большие запасы, то ли зиккурат соединен с Подземельем, и осы охотятся там.

В любом случае — неприятно. Хорошо хоть разведчицы-аранеа вернулись с новыми сведениями.

— Итак, — сказал Зориан. — Не думаю, что чертовы осы в ближайшее время высунут нос из норки. Вы что-нибудь выяснили?

— Думаю, да, — сказала представительница группы, Грозовые Грёзы, используя звуковое заклятье, чтобы и Зак слышал отчет. — Прежде всего, кольцо, что вы ищете. Верховный жрец не случайно носит его. Он знает о его свойствах и активно использует его.

О.

— Если подумать — логично, — задумчиво сказал Зориан. — В прошлый раз я чувствовал, что он владеет магией душ. Довольно необычно — салротум не то, чтобы предрасположены к магии, но тогда я об этом не задумывался. Видимо, раз он носит кольцо духовного зрения, то и заинтересовался соответствующим разделом магии. Нам повезло, что он не заполнил зиккурат сторожевой нежитью.

— Вероятно, не стал бы, даже если бы умел, — заметила Грозовые Грёзы. — Они очень религиозны и уделяют большое внимание кремации после смерти. Что-то насчет «возвращения к матери-солнцу» и тому подобная ерунда.

— Ну, тогда они должны быть довольны, — нахально заявил Зак. — Их патрульные и охотники получили подобающее погребение фаерболами.

— Ну… да, — нарушила неловкое молчание Грозовые Грёзы. — Если вы хотите выманить жреца, то у меня есть только два варианта. Можно подождать, пока он не выйдет сам — «благословить землю» и «читать знаки». Ближайший такой выход планируется через два месяца и…

— Слишком долго, — перебил ее Зак, помотав головой.

— Не понимаю, куда вы так торопитесь, — с нотками раздражения сказала аранеа. — Кольцо годами было у верховного жреца. Оно никуда не денется. Но ладно. Второй вариант — договориться с другим племенем салротум, с которыми эти враждуют. Я не уверена до конца, но жрец может выйти и поддержать своих воинов, если против них будут другие осы, а не страшные человеческие маги с их нечестной магией и гром-палками.

— А, — понимающе кивнул Зориан. Честно говоря, ему и в голову не пришло обратиться к их естественным соперникам. Недосмотр.

Некоторое время Зак и Зориан обсуждали плюсы и минусы этой идеи, пока Зориан не заметил, что Грозовые Грёзы мнется на месте, словно решает, говорить ли ей что-то еще.

— Что? — спросил он.

— Это… вероятно, просто глупое совпадение, но верховный жрец носит такой же нож, как у тебя.

— Мой нож? — удивился Зориан. Какой еще… — А! Ты про этот?

Он похлопал по кинжалу, прикрепленному к рюкзаку. Божественный артефакт непонятного назначения, добытый во дворце внутри сферы. Время от времени Зориан бесцельно вертел его в руках, словно надеясь просто угадать его назначение.

— Да, точно такой же, — сказала Грозовые Грёзы. — Я знаю, вы, люди, горазды клепать тысячи одинаковых предметов, просто подумала, что странно — жрец салротум на другом континенте носит такой же, как ты. Тем более, что его нож имеет огромное магическое и религиозное значение.

— О? Расскажи поподробнее, — оживился Зак. — Что он делает?

— С его помощью верховный жрец может управлять неким чудовищных размеров червем, живущим под песками, — сказала аранеа. — Это могут быть просто глупые суеверия, но мало ли. Возможно, салротум переоценивают размеры червя, но они довольно уверены в его способности разогнать любых врагов, так что он должен быть довольно впечатляющим. Если у тебя такой же нож… может, ты тоже можешь им управлять?

Зак и Зориан молчали.

— Так и знала, что это глупости, — сказала Грозовые Грёзы. — Просто… забудьте, что я что-то сказала.

Зориан же вспоминал летучего червя, с которым они столкнулись в прошлый раз. Тварь была невероятно опасна, отбиться удалось лишь благодаря нечеловеческой мощи Зака и обширнейшей подготовке к операции. И ее разум был совершенно недоступен, в отличие от любых других известных ему защит…

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — негромко спросил Зак.

— Не думаю, что наш кинжал может управлять гигантским пустынным червем, — сказал Зориан. — Но, я бы сказал — жаль, что в этом цикле мы уже убили живущую в сфере гидру.

Звучало вполне логично, что каждый нож завязан на своего монстра. Если летучий червь был благословленным богами хранителем имперского кольца — ожидаемо, что нож, вероятно, найденный осами вместе с кольцом, связан с ним. Продолжая эту мысль — клинок в руках Зориана должен управлять гидрой.

— Значит, в следующий раз, — мечтательно сказал Зак. — А знаешь, мне нравится идея заиметь ручную гидру. Мы можем напустить ее на этого дурацкого червя, а самим заняться осами. Или натравить ее на Кватач-Ичла, полюбоваться, какое у него будет лицо. Или просто гулять с ней на поводке по улицам Сиории, чтобы все охренели… Сколько разных возможностей…

Зориан крепче сжал пальцы на рукояти. О да, в следующий раз…

С приближением конца цикла Зак и Зориан вплотную занялись тем, к чему неспешно готовились весь месяц — новым налетом на королевскую сокровищницу за кинжалом. Они вновь попросили помощи Кватач-Ичла — во-первых, они еще не до конца разобрались в схеме внутренних оберегов, так что его помощь была необходима, и во-вторых — у них были планы на его корону.

Зориан был вынужден признать — в этот раз ему было куда сложнее готовить западню для Кватач-Ичла. Весь этот цикл древний лич добросовестно помогал им; ударить ему в спину было неправильно, бесчестно…

С другой стороны, разве лич сам не сказал в первую встречу, что займется ими, как только уладит более срочные дела? Возможно, это просто отговорки, но в свете этой угрозы их засада уже может считаться превентивной защитой. Опять же, лич явно собирался как обычно устроить вторжение в Сиорию — о чем туманно упоминал на занятиях, но так и не сказал прямо. Если подумать, это тоже предательство.

Наверное, в конце концов все это неважно. Кватач-Ичл вновь согласился помочь им выкрасть кинжал из сокровищницы. Они вновь успешно достигли цели и бежали от эльдемарских военных, пока Кватач-Ичл не определил природу следящего артефакта. Они вновь шагнули через портал в Кслотик…

Как только лич прошел следом за ними, они схлопнули врата и без предупреждения атаковали.

Никто не сказал ни слова. Они били молча и без колебаний, древний лич отвечал тем же. Они обрушили на него шквал испепеляющих лучей, невозможно острых пространственных клинков и расщепляющих зарядов — он блокировал, уклонялся телепортами, контратаковал. Он не выказывал гнева от их предательства, не пытался с ними заговорить, узнать причины их действий. Возможно, он ожидал вероломный удар, а может, просто видел их слишком много раз. Так или иначе, он принял их молчаливый вызов.

Пустыня содрогалась, песок плавился и обращался в стекло. Разворачивались заранее размещенные обереги и ловушки — Кватач-Ичл разрывал и глушил их плетения. Лич призвал из свернутого пространства толпу костяных гигантов — Зориан в ответ вызвал своих големов. Зак сумел удачным ударом оторвать личу ногу — но тот просто приставил ее назад. Три симулакрума Зориана пожертвовали собой, защищая оригинал от контратаки Кватач-Ичла — их сверхпрочные металлические тела не выдержали неистовства магии.

И тогда, в разгар сражения, сработали спрятанные в отдалении устройства, накрыв поле боя градом крошечных, быстро летящих серебряных дисков.

Большинство были просто металлическими болванками, нужными лишь для того, чтобы скрыть настоящую угрозу. Некоторые были до краев заряжены магией, чтобы продавливать и истощать стандартные щиты от физических снарядов.

И наконец, некоторые диски были особенными. В них было отпечатано отсекающее духовные связи заклятье, как в той монетке, когда-то изготовленной Каэлом.

Чтобы лич просто не смел все диски одним махом, Зак и Зориан тотчас усилили натиск. Но Кватач-Ичл воспринял диски смертельно серьезно, не допустив до себя ни один — поднимая валы и колонны земли, когда его щиты стали проседать.

И все же — диски хорошо его отвлекли. Настолько, что отражая их шквал, отбиваясь от Зака и Зориана и нанося ответные удары, он не заметил более крупный серебряный диск, спрятанный в толще песка. Диск был тоже заряжен отсекателем духовных нитей — и куда более мощным.

Уклоняясь от удара, лич наступил на мину — и та разрядилась волной белого света.

На миг все замерли. Кватач-Ичл с удивленным видом застыл на месте. Зак и Зориан затаили дыхание, ожидая, вдруг лич упадет грудой металлических костей.

И тут лич шевельнулся.

— Хех, — впервые с начала схватки заговорил Кватач-Ичл. — Вы меня зацепили. Но неужели вы думали, что этот глупый трюк свалит меня?

Вообще-то нет. Не думали. Но с отвлечением внимания диск справился куда лучше, чем ожидал Зориан.

Стоило личу замолчать — и Зак испустил мощнейший развеивающий импульс, вливая в волну все остатки резерва. Он прошелся по окрестностям, срывая магию, застав Кватач-Ичла совершенно врасплох. На краткий миг лич лишился всех магических защит.

Включая Пустой разум.

Зориан немедленно коснулся его сознания и атаковал.

Защиты Кватач-Ичла были великолепны. Мощные, монолитные, без видимых изъянов — и, подобно Ксвиму, лич мог мгновенно восстанавливать их. Учитывая их разницу в объеме резерва — Зориан выдохнется куда раньше, вздумай он биться на истощение. Не говоря уже о том, что лич мог в любой момент убить его физически. Нет, только атака в полную силу. И еще одна. И еще.

На третьем ударе он с радостью обнаружил утончившиеся места в защитном панцире. Лич был хорош — и мог выдержать атаку сильного психика. Но не серию атак подряд. Ему это было просто не нужно — уже много столетий Кватач-Ичл не встречал мага разума, способного угрожать ему продолжительное время. И его, когда-то безупречная ментальная защита, слегка… вышла из формы за ненадобностью. Чуть-чуть.

Как раз достаточно, чтобы спасовать перед натиском Зориана.

Последний рывок — и ментальные барьеры Кватач-Ичла осыпались, обнажая беззащитный разум. Издав яростный крик, лич взмахнул костяной рукой, резанув увитым разрядами расщепляющим лучом.

Зориан не отступил. Даже когда луч оторвал ему руку по локоть, заполнив все тело волнами непереносимой боли. Он погружался все глубже в разум древнего лича, парализуя тело, начав проникновение в память…

Внезапно разум Кватач-Ичла просто исчез, оборвав ментальную связь. Металлический скелет безвольной грудой упал на песок.

Лич сдался и бежал.

— Ха! — выдохнул Зак. — По… получилось! Блин, поверить не могу, мы и правда наваляли этому дурацкому мешку с костями. Мы… ох, срань. Зориан, твоя рука!

— Д-да, знаю, — отозвался Зориан, глядя на изувеченный обрубок левой руки. — Мне… что-то нехорошо. Я, наверное, прилягу…

Зак что-то говорил, но разум больше не воспринимал его. В глазах плыло — он просто закрыл их и позволил телу осесть на песок.

Он очнулся через два часа — Зак сидел рядом, а культя была профессионально перевязана. Как пояснил напарник — он научился этому, изучая целительство. Что-то насчет упрямых учителей, вколотивших в него обычные методы первой помощи, в том числе при потере конечностей.

Выходит, на ближайшие дни Зориану предстоит узнать, каково жить без руки. Прелестно. Временная петля не перестает радовать. Но в любом случае, им следует поторопиться. Кватач-Ичл, несомненно, в ярости — а они понятия не имеют, сколько времени ему нужно, чтобы занять новое тело. Они уже знали, что это время у каждого лича индивидуально — от пары часов до нескольких дней. Но учитывая, насколько Кватач-Ичл силен — едва ли у них много времени.

Спешно ворвавшись в лабораторию магии времени, они расспросили Стража о захваченных короне и кинжале. Их догадка оказалась верна — корона давала Контролеру возможность временно отмечать людей, добавляя их в петлю на несколько циклов, а кинжал — возможность помечать души особым образом, чтобы петля не воссоздавала их в следующих циклах. Смерть души, как это назвал Красный.

Подобно сфере и кольцу, корона и кинжал также имели обычную, не связанную с петлей функцию. Корона, как они уже знали благодаря Кватач-Ичлу, была мощной батареей маны, теперь они убедились в этом наверняка. Чего лич не упомянул — что объем короны был строго фиксирован и не зависел от резерва носителя. Для Кватач-Ичла корона давала десятикратный резерв — лич сам по себе имел впечатляющий объем маны. Если же корону наденет Зориан — его скромный резерв увеличится в несколько десятков раз. Другое дело, что он и заполнять ее будет чуть не до старости.

Что до кинжала — он был способен «рассекать нерассекаемое»… Попросту говоря — мог ранить бестелесных духов. В древние времена, когда духов было полным-полно, и в любой момент какой-нибудь вздорный бог мог послать против тебя своих прислужников — это была бесценная способность. Сейчас же — ее полезность более чем сомнительна.

Убравшись из лаборатории, они временно отложили кинжал и принялись лихорадочно изучать корону, пытаясь понять, как же ее активировать — одновременно рассылая срочные сообщения всем членам их «заговора». К счастью, они уже наловчились работать с имперскими реликвиями, так что всего через пару часов смогли освоить корону.

Как раз вовремя. Их уже ждала целая толпа — не только Аланик, Ксвим, Сильверлэйк и Дэймен. Учителя из академии — знакомые Зориану, как Ильза, Нора и Кайрон, или незнакомые, за которых поручился Ксвим. Здесь же были искатели из группы Дэймена — Кирма, Торун и еще несколько, как и его невеста Орисса с несколькими членами ее Дома. Огромное множество аранеа — Посвященных Молчащих Врат, Просвещенных Поборников, Изысканных Мудрецов и других, которые, на взгляд Зориана, могут помочь и не впадут в истерику. Лукав тоже был здесь, как и люди, за которых поручился Аланик.

Пока Зак и Зориан рыскали по Блантирру, готовились к бою с личем и следили за салротум в зиккурате, их товарищи собирали всех присутствующих и рассказывали им о петле. Теперь же все были в курсе — может, и не верили, но скоро убедятся собственными глазами.

Приближался конец цикла.

Собравшись с духом, Зориан вышел перед толпой.

— Зориан… Проклятье, что у тебя с рукой?! — в ужасе воскликнула Тайвен.

— Не важно, — отмахнулся он уцелевшей правой. — Скоро будет как новенькая.

— Итак! — жизнерадостно заявил Зак. — Кто хочет быть первым?

Глава 86. Новый мир

— С добрым утром, братик! — звенел в ушах отвратительно бодрый голос Кириэлле. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Зориан вздохнул и потянулся, не слушая сидящую на нем сестру. Новый цикл, новое утреннее приветствие. Он мрачно посмотрел на Кириэлле — та смутилась и, помолчав, спросила, что не так. Вместо ответа он задрожал, как в припадке и, улучив момент, когда она растерялась — спихнул ее с себя. Приглушенный удар, возмущенный вскрик — но через миг она снова была на ногах, засыпая его вопросами об академии и просьбами «ну покажи магию».

Словом, старая добрая Кириэлле, знакомая по бесчисленным циклам. Он подумывал дать и ей временный маркер, но в итоге решил, что это будет бессмысленной жестокостью. В отличие от других, Кириэлле еще ребенок — и кто знает, как временная петля может повлиять на ее формирующийся характер. К тому же она совершенно не умеет хранить секреты, да и в их проекты ее лучше не впутывать. Не говоря уже о том, что если он не сумеет продлить действие временных маркеров, она забудет полгода жизни… не самое приятное зрелище.

Так что нет, даже не обсуждается. Он бы не отказался от более естественных взаимоотношений с Кириэлле, но не ценой психологической травмы для нее и риска провала для всех остальных.

Потратив несколько минут на уговоры, он наконец выставил сестру из комнаты. Запер дверь и сотворил симулакрум. Простую эктоплазменную копию, в самом начале цикла делать голема-основу для уже привычного продвинутого симулакрума было не из чего и некогда. Но — не время экономить ману. Симулакрум нужен ему прямо сейчас.

Двойник, едва появившись, молча кивнул ему и телепортировался прочь. Все было продумано еще в прошлом цикле — симулакрум немедленно направится в Сиорию и уничтожит все четыре стаи мозговых крыс. Да, это несомненно насторожит Кватач-Ичла, но иначе никак. Нельзя оставлять крыс-телепатов в городе, кишащем путешественниками во времени.

Отослав симулакрума, Зориан направился на кухню, перекусить в ожидании Ильзы. Он все-таки немного волновался — предстоящая встреча будет не такой, как он привык за время петли. Если все прошло как надо, Ильза тоже будет помнить прошлый цикл.

Он покачал головой, собираясь с мыслями. Что за нелепая слабость… Когда они с Заком только обдумывали этот план, он представлял себя непоколебимо уверенным, опытным путешественником во времени — но реальность жестока, а его нервы, оказывается, отнюдь не из стали. Сработали ли временные маркеры, как должно? И сработали ли вообще? Смогла ли Ильза спокойно принять путешествие во времени, или будет требовать объяснений, швыряясь угрозами и заклятьями? Он никак не мог выкинуть эти тревоги из головы. И что ее так задержало? Если он ничего не путает, обычно она…

В дверь постучали.

— Я открою! — вскочил Зориан. Похоже, его рывок позабавил мать, но она никак не прокомментировала.

Он открыл дверь и увидел Ильзу. Она выглядела… обычно. Все тот же костюм, тот же оценивающий взгляд, та же папка с документами. Но вся обыденность ограничивалась внешним видом. В спектре эмоций она буквально излучала неуверенность и опаску.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

— Можно войти? — наконец спросила Ильза.

— Хм? Ох! — Зориан хохотнул, скрывая досаду. — Простите, мисс Зилети, задумался. Пожалуйста, проходите.

— Благодарю, мистер Казински.

Хоть он и показал себя не в лучшем свете, похоже, его заторможенность успокоила Ильзу — вошла она уже куда увереннее. Как обычно, узнав, кто пришел, мать забрала с собой Кириэлле, оставив Зориана с Ильзой одних. Можно спокойно обсудить выбор факультативов и все остальное. Вот только…

— Полагаю, все, как в прошлый раз? — спросила Ильза, качнув документами. Получив подтверждение, она вздохнула и отбросила папку. — Ну разумеется. Ты, наверное, повторял это многие сотни раз. Не понимаю, зачем я вообще взяла эти бумажки.

— Поиск привычного в непонятной ситуации, — предположил Зориан. — В самом начале петли я поступал так же. Просто механически повторял одно и то же несколько циклов.

— Ты был подростком, только начавшим обучение, а я — опытный взрослый маг, — хмурясь, возразила Ильза. — Мне такое уже не позволительно.

Она помолчала, барабаня пальцами по столу.

— Значит, все взаправду? Мы действительно вернулись назад во времени?

— На самом деле все несколько сложнее, но да, — желания расписывать механику петли не было. — Маркер, что мы вам дали, сработал как надо?

— Очевидно, — фыркнула она. — Иначе этого разговора просто не могло быть, так ведь?

— Я имел в виду… вы сохранили все воспоминания и магические навыки? — уточнил Зориан. — Нет ли пробелов в памяти или сложностей при сотворении заклятий?

— А такое возможно? — удивилась она.

— Может быть. Как я уже сказал в прошлом цикле, мы делаем это в первый раз.

Она с минуту размышляла, потом покачала головой.

— Заметных пробелов в памяти нет, — сказала она. — Да, я многого не помню, но это как раз обычно. Никогда не могла похвастаться безупречной памятью. Что же до магии… Я взрослый маг, достигший своего предела многие годы назад, а месяц — это совсем немного. К тому же, в этом месяце я не проводила никаких тренировок.

— Словом, если навыки плетения и улучшились за прошлый месяц, то столь незначительно, что это невозможно определить, — подытожил Зориан.

— Примерно так, — кивнула Ильза. — наверное, в этот раз выучу парочку новых заклятий, посмотреть, перейдут ли они со мной в следующий… цикл.

— Наверное, можно просто спросить Каэла, — предложил Зориан. — Для него эффект даже одного месяца обучения магии должен быть весьма заметен.

— Пожалуй, — согласилась Ильза. — А если подумать — помогая тебе, я наверняка разучу множество новых техник и заклятий. Хотя ты так и не объяснил, с чем тебе понадобится помощь…

— Да, в прошлом цикле мы не вдавались в подробности, — признал Зориан. — Не хотели перегружать людей новой информацией… И подозревали, что некоторые не поверят, пока не увидят все собственными глазами.

— Хех. Ну, в этом ты, вероятно, прав, — хихикнула Ильза. — Когда Ксвим убеждал меня принять духовное заклятье от двух моих малолетних учеников, он пытался объяснить принцип работы петли. Признаться, я слушала вполуха — настолько все это было бредово. Вероятно, вас с Заком я бы слушала еще менее внимательно.

Ну, по крайней мере честно.

— Хотите, я объясню сейчас?

— Нет, — сразу ответила она. — Не думаю, что смогу сосредоточиться. Весь этот начавшийся с начала месяц… выбивает из колеи. Говоришь, это происходит не впервые?

— Да. Временная петля повторяла этот месяц уже множество раз. Вы просто не помните.

— То есть я просто… Не зная того, проживала один и тот же месяц? Выполняла те же поручения, вела те же уроки и разговоры?

— Ну, иногда мы с Заком нарушали обычный ход вещей, и вы реагировали соответственно, — ответил Зориан. — Но да. Без маркера память о прошлых циклах не сохраняется.

— Перед тем, как прийти сюда, я кое с кем поговорила, — призналась Ильза. — Не смогла удержаться, хотела убедиться, что они ничего не помнят. Не думаю, что я выдала что-то важное, но, наверное, тебе следует об этом знать.

Зориан вздохнул. Наверняка подобная «блестящая» мысль пришла в голову не только Ильзе, и с этим еще предстоит разбираться… Ну да ладно. Они ожидали нечто подобное.

— Я понимаю, что вам требовалось подтверждение, но постарайтесь быть ответственнее, — сказал он. — Будет очень нехорошо, если кое-кто узнает о петле.

— Ну вот, меня отчитывает мой молодой ученик, — цокнула языком Ильза. — Дожили. Но да, я понимаю, что нам в спину дышит могущественный тысячелетний лич. Должна отметить, ваша схватка с ним в прошлом цикле… впечатляла.

Зориан лишь поморщился в ответ. Разумеется, Кватач-Ичл был в ярости — и покуда Зак и Зориан раздавали временные маркеры, лич жег поместье Новеда и дом Имайи. К счастью, все постояльцы Имайи были заранее эвакуированы в Кос, а судьба поместья Заку была совершенно безразлична. Больше лич ничего делать не стал — вероятно, было не до поисков, вторжение на носу.

А потом парням пришла в голову светлая мысль взять несколько новых путешественников в Сиорию в день вторжения — показать, насколько все серьезно. Они накрутили сколько могли защит от прорицания и нигде не задерживались — но лич все равно их нашел.

Разразившаяся схватка полностью уничтожила целую улицу.

— Да, Кватач-Ичл крайне опасен, но я уверен, что правительство Эльдемара, церковь и могущественные Дома способны доставить нам не меньше хлопот, если прознают лишнего, — ответил Зориан. — Пожалуйста, будьте осторожнее.

Следующие полчаса они говорили обо всем и ни о чем — о механике петли, о ходе событий, когда Зак и Зориан не вмешивались в происходящее, о вторжении ибасанцев. Как выяснилось, вторжение интересует Ильзу не меньше, чем сама петля — хотя этого и следовало ожидать. Они не просто так показали им сражение в городе.

— Не похоже, чтобы все эти жертвы и разрушения тебя трогали, — с осуждающими нотками в голосе сказала Ильза.

— Я просто несколько зачерствел, — возразил Зориан. — Я видел вторжение слишком много раз, порой даже в памяти захватчиков. Естественно, что у меня оно больше не вызывает сильных эмоций, как, вероятно, вызвало у вас.

— Ты читал их память? — удивилась она.

— Мне пришлось, — просто ответил он.

— Ну разумеется, как тут удержаться и не побаловаться с магией разума, — со странным выражением заметила Ильза.

— Побаловаться? — фыркнул Зориан. — Даже как-то обидно. Я не балуюсь, я прирожденный маг разума, годами оттачивавший свое мастерство.

Ага, вот теперь она растерялась.

— Вся эта ситуация просто сводит с ума, — наконец сказала Ильза.

— Согласен, — кивнул Зориан. — Не считая залов ускоренного времени, я провел в петле почти восемь лет — и тоже так и не привык.

— Залов ускоренного времени? — переспросила Ильза. Потом помотала головой. — Так, стоп. Восемь лет? Я думала, будет больше.

— Я присоединился к петле довольно поздно, — пояснил Зориан. — Вот Зак — тот провел в петле десятилетия.

— У, чем больше ты отвечаешь, тем больше у меня вопросов, — пожаловалась Ильза. — Знаешь что, давай на этом прервемся. Ты собираешься ехать в Сиорию на поезде, так?

— Да. Я беру с собой Кириэлле, так что должен хотя бы выглядеть обычным. Конечно, если вы согласитесь телепортировать нас…

— Нет, — тут же ответила она. — Я еду с вами.

Нда. Зориан знал, что с целой армией путешественников многое будет иначе — но такого он никак не ожидал.

— Ээ… зачем? — неуверенно спросил он.

— Может, ты и привык к этому, но я впервые видела, как орды чудовищ устраивают резню на улицах моего города, — сказала она. — Я не хочу прямо сейчас возвращаться в Сиорию, а эта причина ничем не хуже прочих.

— Ох, — тупо сказал он.

Если подумать, с момента вторжения прошло всего несколько часов — во всяком случае, для нее.

— Ты не возражаешь? — спросила она.

— Ничуть, — помотал он головой. — Только берегитесь Кириэлле, если поедете в одном купе с нами. Ее очень интересует магия, и все, что с ней связано — она вряд ли оставит вас в покое.

— Ничего страшного, — улыбнулась Ильза. — Люблю, когда дети интересуются моей работой.

Зориан не стал ее разубеждать.

Есть вещи, которые лучше один раз увидеть.

Кажется, решение Ильзы ехать поездом ничуть не удивило мать — для нее, наверное, это выглядело совершенно естественно. Они с Ильзой прекрасно поладили и оживленно болтали все время, пока ждали поезд. Зориан не особо вникал в их разговор — обычная беседа родителя и преподавателя. Кириэлле все еще была на седьмом небе, что едет в Сиорию, и пока не обращала внимания на попутчицу — зато Фортов подошел поздороваться. Хех, что-то новенькое.

— А Фортову ты маркер не дал, — тихо заметила Ильза.

— Нет, — так же шепотом ответил Зориан. — Он бесполезен, и мы с ним не ладим.

Ильза промолчала, ограничившись настороженным взглядом. Может, он и правда слишком суров к Фортову, но смысла включать его в петлю и правда не было. Не больше, чем с Кириэлле — брат легкомыслен и не любит работать.

Наконец они сели на поезд и отправились в путь. Кириэлле изрядно смутилась, узнав, что учительница едет с ними, но… это же Кириэлле. Ее смущения едва хватило на полчаса — потом она принялась засыпать Ильзу вопросами.

В отличие от нее, Ильза была терпелива, но полтора часа один на один с Кириэлле… В итоге Зориан сжалился и решил отвлечь сестру рассказом с красочными иллюзиями.

Ильза смотрела его представление с неожиданным вниманием — а он решительно не понимал, что тут такого. Всего лишь иллюзии. Она маг и преподаватель лучшей на континенте академии — наверняка видела и не такое.

В конце концов он решил просто спросить. Кириэлле было совершенно не обязательно знать об этом, так что он протянул ментальный канал и спросил телепатически. Ильза дернулась, но быстро взяла себя в руки. И ее ответ был четким, без посторонних мыслей — такой вид связи явно был ей не впервой.

[Подавляющий плетение оберег тебе нипочем,] — ответила она. — [То есть конечно, с твоим опытом это должно быть просто. Я тоже так могу. Но творить столь подробные иллюзии под оберегом… Это требует настоящего мастерства. Разве ты не хотел выглядеть обычным? У тебя не очень получается.]

[Ээ, ну… Кириэлле же не знает, насколько это сложно,] — жалко ответил он.

Сказать по правде, он и сам не знал. Он освоил эти иллюзии просто чтобы развлечь сестру — для него это был всего лишь небольшой фокус. И у него совершенно вылетело из головы, что кто-то вроде Ильзы сможет оценить необходимый для этого уровень мастерства.

[Итак,] — передала Ильза. — [Ты достаточно хорош в боевой магии, чтобы биться с тысячелетним личем. Ты маг разума и мастер иллюзий. Ты с легкостью телепортируешься и открываешь пространственные врата. Ты можешь создавать своих двойников. Ты мастер големостроения, со всеми вытекающими. Говоришь, ты добился всего этого за сколько там, восемь лет?]

[По сути, да,] — подтвердил Зориан.

[Извиняюсь за прямоту, мистер Казински, но разве ты не довольно средний маг?] — поинтересовалась она. — [Я никогда не слышала, чтобы тебя считали талантливым магом. И можешь мне поверить, это не пустые слова — когда появляется звезда мировой величины, вроде Дэймена, ее семью всегда проверяют, не передается ли это по наследству.]

[Помимо способностей к магии разума, я и правда совершенно обычен,] — спокойно ответил Зориан. В прежние времена слова Ильзы привели бы его в ярость, но эти времена давно прошли. — [Я знаю, о чем вы думаете, и вы правы — своим быстрым развитием я обязан временной петле. Практически неисчерпаемый бюджет, доступ к запрещенным материалам и опыт, который не получишь обычным путем. Плюс постоянное давление, неизменно мотивирующее работать над собой. Честно говоря, думаю, на моем месте любой добился бы не меньшего. Ну, или сломался.]

Некоторое время Ильза молчала — Зориан так и видел, как в ее голове крутятся шестеренки. Наверное, она впервые осознала, какие уникальные возможности предоставляет петля.

[Кажется, я немного завидую, мистер Казински,] — заключила она.

[Это преждевременно,] — ответил он. — [Как знать, может, я буду стерт, и все мои усилия пойдут прахом.]

[Что?] — вздрогнула она. — [Что ты имеешь в виду?]

И он наконец объяснил подробно — про Красного, про их шансы вырваться из петли, про стоящие перед ними задачи.

На это ушло немало времени. К его удивлению, после рассказа Ильза выглядела куда спокойней и уверенней — словно он не сказал ей, что они все запросто могут проиграть. Хотя, возможно, так и должно быть. Она уже знает, что ее временный маркер проработает лишь шесть месяцев — по сравнению с этим их более отдаленные проблемы не так беспокоят. Может, она даже рада, что у них те же проблемы.

[А я-то гадала, почему вы включили в петлю столько людей, а не оставили ее для себя. Да, похоже, ситуация критическая,] — она хмыкнула вслух, вызвав странный взгляд Кириэлле.

[Не обязательно так радоваться этому,] — пробурчал Зориан. — [Но да, нам действительно нужна помощь.]

Ильза попала в список из-за ее связей. Да, обычно она держалась довольно скромно, но знала очень многих, и была на хорошем счету. Она здорово поможет в реализации их безумных планов — и разгребании последствий. Учитывая, сколь немногие в их «заговоре» имели талант к дипломатии и бюрократии — очень ценное свойство.

К тому же, она эксперт школы изменения. Она вполне может помочь ему с изготовлением големов — да, она не умеет анимировать их, но даже просто изготовить столько механических тел — уже большое подспорье. Если она настолько хороша в изменении и алхимии, как утверждает Ксвим — она сможет взять на себя значительную часть работы.

[А почему просто не нанять кого-нибудь?] — спросила она, когда он поднял эту тему. — [Ксвим упоминал, что ты уже это делаешь.]

[Не могу,] — покачал головой Зориан. — [Изготовление боевых големов разрешено только по лицензии, а назначение кукол будет понятно любому специалисту.]

[Логично,] — согласилась Ильза. — [Мы же не хотим, чтобы кто попало мог в свободное время сделать собственную армию.]

[Вот-вот,] — сказал Зориан. — [И если мастера еще можно убедить сделать одну куклу, то заказ в два десятка кого угодно переполошит. Никто не хочет ввязываться в попытку переворота или что-нибудь подобное. Мне очень повезет, если просто выставят из мастерской, не сообщив о заказе властям.]

Ильза кивнула и, поразмыслив, сменила тему:

[А знаешь, этот разговор о големах и изменении напомнил мне об одной мысли, пришедшей, когда ты объяснял работу петли. Уничтожение целого мира и воссоздание из ничего… это напоминает одну мою давнюю мечту.]

[О? Вы про истинное творение?] — предположил Зориан.

[Ты знаешь?] — удивилась Ильза. — [Но я тебе об этом не рассказывала. Полагаю, одна из прошлых воплощений?]

[Ага,] — подтвердил Зориан. — [В начале петли я часто приходил к вам за советом. Вы многому меня научили — или подтолкнули в нужную сторону.]

[Когда-нибудь мы обязательно об этом поговорим,] — улыбнулась она. — [Похоже, с тебя причитается, а я об этом даже не знаю. Непорядок. Но да, истинное творение… в определенном смысле, петля воплощает мою давнюю мечту. Магия, что раз за разом создает мир. Ты точно не знаешь, как это делается?]

[Нет, простите,] — извиняющимся тоном ответил Зориан. — [Тут используются силы божественного размаха и природы. Или, скорее, первозданного, поскольку Врата Государя, похоже, сделаны из кого-то из них.]

[Учитывая предания о том, что раньше могли смертные маги, и в свете того, что существует устройство, раз за разом создающее весь мир, подозреваю, все проще, чем кажется. Может, я даже смогу что-нибудь выяснить, наблюдая за этим созданным миром,] — мечтательно сказала Ильза.

[Возможно,] — с сомнением сказал Зориан. Он отнюдь не был уверен, что все так просто, но не собирался ее останавливать.

Наконец Кириэлле задремала, и телепатический разговор тоже стих, оставляя Зориана и Ильзу наедине со своими мыслями.

А поезд все так же шел в Сиорию.

Когда они сошли с поезда на вокзале в Сиории, их уже ждали. Зак ожидаемо был здесь — но с ним были Ксвим, Кайрон и Тайвен. Само собой, остальным не было до этого дела — но Кириэлле каким-то чутьем просекла, что тут что-то нечисто, и, замолчав, переводила подозрительный взгляд с одного на другого. Зориан поймал удивленный взгляд Фортова — неизвестно, что на самом деле знал о нем брат, но про отсутствие друзей ему точно было известно. Впрочем, Фортов не стал подходить — благо, все выглядело мирно.

Отведя Кириэлле к Имайе, остальная компания подыскала укромное место для беседы. Первым слово взял Кайрон, их инструктор боевой магии, включенный в список за выдающиеся умения и связи с армией Эльдемара.

— Эти ваши временные маркеры, сохраняющие воспоминания… Их можно отменить?

Ну естественно, первым делом он спросил о маркерах. Впрочем, Зориан и сам поступил бы так же на их месте. Немного странно, что они не расспросили Зака, пока ждали поезд, но, наверное, говорили о других вещах. Той же механике петли, например. Или собрались перед самым приездом — Зак ненавидел ждать и привык являться в последний момент.

— Да, — прямо ответил Зориан.

— В любой момент? — уточнил Кайрон.

— Ну, для этого нужна корона, которая сейчас у Кватач-Ичла, — осторожно сказал Зориан. — Так что нет, не в любой.

— И отмена маркера скажется только при рестарте цикла, — добавил Зак. — Она не сотрет воспоминания, которые уже есть, до конца месяца.

— Можно ли повторно наложить истекший или отмененный маркер? — спросил Ксвим.

— Знаю, о чем вы думаете, — вздохнул Зак. — Увы, все не так просто. Да, маркер можно вновь наложить на того же человека, но только через двенадцать циклов после первого раза. Нельзя просто взять и переписать маркер, чтобы продлить время.

— Я ожидал нечто подобное, — признался Ксвим.

Зориан внезапно вскрикнул от боли. Тайвен зачем-то ущипнула его за руку.

— Ты что творишь?! — возмутился он.

— Хотела убедиться, что рука правда в порядке, — хмурясь, ответила она.

Точно, это же та самая рука, которую в прошлом цикле отсек Кватач-Ичл. В последний раз, когда они с Тайвен виделись, он был практически калекой.

Но черт возьми, это не повод щипаться! Возмущенно фыркнув, он отшагнул, загораживаясь Ильзой — та ответила насмешливым взглядом.

— Итак, каков план? — спросил Кайрон.

— Мы надеемся, что сможем убрать ограничение временных маркеров, — сказал Зориан. — Да, изменить заклятье, созданное при участии богов, будет непросто — но мы полагаем, что Красный подключился к петле именно таким способом, а значит, и у нас есть шанс.

— Ага, если смог Красный, то и мы все вместе точно сможем, — добавил Зак.

— А если нет? — уточнил Ксвим.

— Хочется думать, что за эти шесть циклов мы соберем все части ключа и разблокируем выход, — ответил Зориан. — Тогда мы сможем выпустить вас из петли, и вопрос с маркером отпадет сам собой.

— И что, тогда продолжите вдвоем? — спросила Тайвен. — Или наделаете новых путешественников? И потом выпустите и их? Не скажу за всех остальных, но три Тайвен на одной планете — как-то многовато.

— Вообще-то мы собираемся выйти вместе с вами, — ответил Зак. — Мы уже получили от петли все, что можно пожелать. Незачем рисковать из жадности. Если сможем выйти через шесть циклов — мы так и сделаем.

Повисло молчание. Зориан понимал новых путешественников — те наверняка опасались, что их используют и выбросят. Вполне логично — сама природа временных маркеров это подразумевала. Контролер накладывает метки, не упоминая об ограничении по времени, человек полгода трудится не на страх, а на совесть, а потом — какая жалость — внезапно все забывает. Но парни не собирались дурить новых товарищей. Они впутали их в эту историю — и постараются выпустить из петли. Может, и не смогут, но точно не потому, что плохо старались.

— Что же, — наконец нарушил молчание Ксвим. — Тогда предлагаю браться за работу.

Дни сменялись днями, и становилось все очевиднее, сколько перемен принесли новые путешественники. Каэл прибыл в Сиорию куда раньше, всего на день позже Зориана. Лукава и Аланика не пришлось спасать от наемников Судомира. Команда Тайвен больше не заморачивалась охотой на монстров. Уроки Ильзы стали совсем другими — она решила попробовать новый подход. Симулакрум Зориана перебил всех мозговых крыс в городе, оставив лишь парочку на опыты. И парням не пришлось как обычно убеждать Ксвима, Аланика и Сильверлэйк, что освободило неожиданно много времени.

Наконец, в этом цикле не было нужды договариваться с Посвященными Молчащих Врат — сеть врат Бакоры была доступна с самого начала месяца.

Так что, разобравшись со срочными вопросами в Сиории, Зак и Зориан переместились в Кос — добыть имперскую сферу и, возможно — ручную гидру.

Но перед этим они заглянули в поместье Тараматула, убедиться, что там все в порядке. Дэймен уверял, что выбранные им люди весьма надежны — но кто-кто, а Зориан знал, что брат частенько выдает желаемое за действительное…

Когда они прибыли — поместье гудело, как потревоженный улей, кто-то постоянно приходил и уходил, более того — их уже ждали. В этот раз им не потребовалось как обычно добиваться встречи с Дэйменом — зато опять пришлось отвечать на вопросы новых путешественников, на что ушла куча нервов и большая часть дня.

— Очень надеюсь, что это больше не повторится, — пробурчал Зориан. — Я думал, ты и сам все прекрасно объяснишь, Дэймен.

— Я и объяснил! — возразил брат. — Но они хотели подтверждение от тебя. Разве их можно винить?

— Наверное, нет, — уступил Зориан. Если Дэймен объяснил все как есть, то новые путешественники знали, что у руля вовсе не он. Понятно, что они хотели подтверждения из первых рук. — Ну так что, твоя команда готова? А Тараматула? Они согласятся отправить своих лучших искателей в Блантирр?

Собственно, это и была основная причина включения в список Дэймена и его людей. При поисках посоха их помощь будет незаменима. В прошлом цикле они нашли на Блантирре врата Бакоры — спасибо королю ящеролюдей — но теперь предстояло отыскать посох. Всего лишь посох — на огромном, заросшем джунглями континенте. Вдвоем им с Заком ни за что не справиться. Зориан никогда не признает этого вслух, но команда Дэймена — самые ценные из новых путешественников. И одна из главных причин, по которой они выбрали этот способ.

— Моя команда пойдет за мной, если надо — даже на Блантирр, через врата моего младшего брата, — гордо ответил Дэймен. — Чего там, они, наверное, пошли бы за мной, даже будь маркер только у меня — хотя нытья было бы больше. Но с помощью Торуна, Кирмы и других ключевых специалистов — все под контролем. Что до Тараматула… ну, какую-то помощь мы определенно получим. Тут главная сложность в том, что мы впутали их без предупреждения. Они такое, мягко скажем, не одобряют, так что некоторые проблемы неизбежны.

— А если подсластить пилюлю деньгами и редкими материалами? — спросил Зориан. — Я знаю, что Дом Тараматула не бедствует, но мы с Заком, если постараемся, можем наскрести на бюджет небольшой страны. Не говоря уже о бесценных материалах, которые не найдешь в свободной продаже.

На лице Дэймена боролись ужас и восторг.

— Ненавижу тебя, — наконец сказал он. — Когда выйдем из петли, не забудь отослать часть этих денег своему бедному старшему брату.

— Разве у тебя не все в порядке с деньгами? — поднял бровь Зориан. — Даже женишься на принцессе.

— Денег не бывает достаточно, — возразил Дэймен. — Никогда. И да, пришли сколько вообще возможно. Тупо подкупать Тараматула — не лучшая идея, но они оценят, если мы профинансируем экспедицию из своего кармана. Да и пара-тройка невинных подарков…

Зориан кивнул и сделал пометку в памяти — обсудить это с Заком.

Кстати о Заке — напарник… то есть уже один из напарников ждал их у главных ворот, напевая веселый мотивчик.

Зориан безо всякой телепатии знал, о чем тот думает.

— Кстати, — он повернулся к Дэймену. — Не знаешь, в Эльдемаре разрешено держать гигантских, усиленных магией ручных гидр? Мне не для себя, для друга…

Оригинал 87 главы ожидается на 9 июля.

Глава 87. Агенты короны

В глубине тропических зарослей Коса было неспокойно. Сотрясая деревья, распугивая зверей и вытаптывая подлесок, по джунглям неслась гигантская разъярённая гидра. Ее восемь голов непрестанно двигались, ломая ветки и убивая всех, кто не успел убраться с ее пути.

Убегающему от чудовища Зориану оставалось лишь уворачиваться и дивиться скорости, с которой огромный монстр несся по джунглям. Честно говоря, он рассчитывал, что деревья задержат гидру — но серьезно недооценил ее способность сметать все на своем пути. Он специально бежал через самые густые заросли, но гидра не отставала, практически дыша ему в спину.

Над головой Зориана парил прозрачный глаз из голубой эктоплазмы — именно он позволял парню избегать рывков чудовища, не оборачиваясь. Вздумай он убегать, не глядя, или время от времени оборачиваться, теряя скорость — гидра давным-давно поймала бы его. Само заклятье было несложным, но мало кто смог бы эффективно воспринимать два поля зрения одновременно. То, что Зориан умудрялся бежать по коварному травяному ковру джунглей, уклоняясь от угроз спереди и сзади, говорило о его несомненных успехах в продвинутых ментальных практиках.

Не замедляясь ни на шаг, гидра цапнула одной из голов здоровенное прогнившее бревно, заросшее мхом и грибами, и, распрямив шею, швырнула в него. Из летящего бревна во все стороны прыснули с полдюжины огромных сороконожек и перепуганная белка, пытавшаяся спрятаться от приближающегося чудовища в дупле. Зориан немедленно исполнил серию беззвучных жестов — и бревно, отбитое красной эктоплазменной рукой, врезалось в дерево, взорвавшись градом гнилых обломков. Впрочем, что Зориан, прикрытый щитами, что гидра с ее прочнейшей чешуей, просто пробежали сквозь облако острых щепок.

— Зак, какого хрена ты там копаешься?! — заорал Зориан. — Я уже полдня тут бегу! Когда ты уже разберёшься с кинжалом?!

Зак, бежавший третьим (и время от времени принимавший дурацкие позы, размахивая кинжалом), отвлекся, услышав вопрос:

— Эй, это не так просто, знаешь ли!

— У меня кончается мана! — предупредил Зориан. — Если не справишься в ближайшее время — я умываю руки.

На самом деле, особой опасности ему не грозило. Если станет совсем туго — он всегда может телепортироваться или взлететь. Но тогда гидра переключится на Зака — а вся их увлекательная пробежка по лесам Коса и была затеяна, чтобы дать Заку время разобраться с кинжалом. Только что-то у него не получалось.

Ну и ладно. Не справится Зак — будет его очередь. Так даже лучше, ведь они договорились, что кто совладает с артефактом — тому и «владеть» гидрой. И у него неплохие шансы, ведь в отличие от напарника, Зориан владел духовным зрением. Это наверняка…

— Гидра! — внезапно выкрикнул Зак, пафосно указывая на монстра кинжалом. — Отныне я твой хозяин! Склонись предо мной!

Три головы гидры раздражённо покосились на парня — и снова повернулись к Зориану.

И прежде, чем Зориан успел что-то сказать, Зак телепортировался прямо на монстра и вонзил кинжал в чешуйчатую спину.

Зориан лишился дара речи. Мало того, что этот идиот сунулся прямо гидре в зубы — снять наглеца со спины она могла молниеносно — что ещё полбеды, Зак, скорее всего, выживет — все усилия Зориана по удержанию внимания чудовища отправились псу под хвост. Теперь гидра точно не будет игнорировать Зака.

И действительно, стоило напарнику возникнуть на спине гидры, все восемь голов тут же переключились на новую угрозу. Но тут кинжал вошёл в плоть монстра, и вместо того, чтобы проигнорировать смехотворный укол и перекусить наглеца, гидра замерла, все ещё раскрыв пасти для смертоносного броска и растерянно глядя на Зака.

— Да быть не может, — устало возмутился Зориан.

— Ха-ха! — Зак выдернул кинжал и торопливо выпрямился, едва удержав равновесие на неровной спине монстра. И пока он отчаянно балансировал, гидра даже не шелохнулась. Зак игриво похлопал ближайшую голову. — Что я говорил, а? Я твой хозяин! На колени!

Команда словно вывела чудовище из транса — анатомически неспособное встать на колени, оно плюхнулись на брюхо и опустило головы. Не ожидавший столь резкого движения Зак со сдавленным вскриком упал со спины монстра — аккурат на торчащий из травы булыжник, и стал, шипя от боли, кататься по земле.

Зориан, оглядев неподвижного монстра, решил пока не подходить. Гидра больше не интересовалась им — но это могло вмиг измениться, вздумай он подойти к ее «хозяину».

— Быть не может, чтобы это была фраза-активатор, — наконец сказал он.

— Ух, больно, блин, — Зак тяжело поднялся, опираясь на гидру, и принялся отряхиваться и вычищать мусор и насекомых из волос. — И нет, это была не фраза-активатор. Чтобы пробудить кинжал, нужно порезать им себя, установив связь, а затем — гидру, скрепляя договор

— И как ты умудрился это выяснить? — удивился Зориан.

— Я, кхм, довыделывался и случайно порезался на бегу, — смущённо кашлянув, признался напарник. Повернулся к гидре, с готовностью следившей за ним во все глаза. — Но какая разница! К черту детали, главное, гидра теперь моя! То есть наша, но, сам понимаешь…

— Угу, понимаю, — цокнул языком Зориан. Проигранное пари раздражало, но, наверное, оно и к лучшему. Далеко не факт, что он сам нашел бы способ. Во всяком случае — таким… своеобразным методом.

Он осторожно коснулся разума гидры. Он ожидал, что чудовище будет в ярости на принудившего его человека, но основной эмоцией оказалось любопытство. Было чуток растерянности и страха, но больше всего любопытства. И гидра не питала к Заку никакой враждебности. Зориан никогда не слышал о столь эффективных методах контроля монстров — тем более, что гидра с ее сложным разумом должна иметь огромную сопротивляемость менталистике. Что-то подсказывало, что тут не только контроль — гидра каким-то образом считала связь с владельцем кинжала совершенно естественной и не пыталась с ней бороться.

С одной стороны, искусство создателя кинжала впечатляло… с другой — сам факт возможности столь глубокого внушения… напрягал.

В любом случае, это дружелюбие распространялось только на Зака. Стоило Зориану сделать шаг в их сторону, как гидра вскочила на ноги, загораживая хозяина собой, угрожающе зашипела.

— Да ладно тебе, — возмутился Зориан. — Этому парню не нужна защита, меня бы кто от него защитил…

Гидра явно не понимала и не собиралась понимать — монстр напрягся для рывка, но тут Зак успокаивающе положил руку на чешуйчатый бок.

— Эй, угомонись, — сказал он. — Этот парень — наш друг, ясно? Друзей не едим.

Потребовалось ещё несколько минут объяснений и оживленной жестикуляции, но гидра наконец поняла — и обиженно уставилась на Зака, словно не веря, что хозяин может дружить с этим мерзавцем, за которым она битый час гонялась по джунглям.

— Да-да, я знаю, он жутко раздражает, — успокаивающе сказал Зак, поглаживая чудовище. — Но он хотел как лучше… наверное, и вообще очень полезный.

Гидра в последний раз прошипела в сторону Зориану и нехотя опустилась на брюхо, показывая, что ничего ему не откусит, если он подойдёт. Наверное, не откусит.

Зориан скрестил руки на груди, кисло глядя на эту парочку.

— Не переживай, уверен, со временем вы отлично поладите, — широко ухмыльнулся Зак. — Принцесса просто стесняется.

Чего?

— Чего?! — выпалил Зориан.

— Это девочка, — глубокомысленно пояснил Зак. — Я и сам удивился, когда почувствовал через связь и…

— Я не об этом, — перебил его Зориан. — Ты что, правда назвал гидру Принцессой?

— А что? — возразил Зак. — Что не так?

Обретшая имя Принцесса с вызовом уставилась тремя головами, мол, только возрази.

Тупая рептилия. Ничего ведь не понимает, но все равно поддерживает Зака.

— Глупое имя, — прямо сказал Зориан.

— Отличное имя, — не согласился Зак. — Королевского достоинства. Она — благословенная богами хранительница имперской реликвии, весьма круто, как по мне — и заслуживает крутое имя. Опять же вспомни — члены королевского рода говорят о себе во множественном числе — мы то, мы сё… А наша красотка может говорить о себе «мы» в самом прямом смысле! Видишь, это на самом деле тонкая отсылка, ты просто предубежден.

— У, — поморщился Зориан, — почему тогда не Королева, если следовать этой логике?

— Потому что Принцесса — куда более ироничное имя для гигантской гидры, — признался Зак.

Они спорили ещё минут пятнадцать, потом Зориан махнул на имя рукой. Зато чтобы убедить гидру вернуться в сферу, потребовался целый час — Принцесса, как игривый щенок, хотела быть с хозяином, и не понимала, почему он отсылает ее сразу после знакомства.

Следовало признать — Зак, отбивающийся от ластящейся гидры, являл довольно забавное зрелище. Может, и к лучшему, что монстр достался именно ему.

Все же заполучив имперскую сферу и ее хранителя, парни переключились на салротум Зиккурата Солнца и хранящееся у них кольцо. Они уже знали, что могут получить кольцо, организовав достаточно серьезный налет, но это было неэффективно. Да, с Принцессой на их стороне это было несколько проще, но все равно — изрядная трата времени и средств.

— Жаль, что Принцесса не протиснется в коридоры зиккурата, — посетовал Зак. — А то мы бы просто сели на нее и поскакали, сметая всех, кто не успеет убраться с пути.

— Если наша атака будет столь сокрушительной, салротум просто схватят все более-менее ценное и сбегут в подземелье, ищи их потом. Не говоря о том, что у них есть гигантский червь — не хотел бы я столкнуться с ним под землёй, даже учитывая Принцессу.

— Хммм, — кисло протянул Зак. — Может, тогда пробраться в зиккурат через подземелье? Глядишь, и драться почти не придется.

— Этот ход постоянно стережет их ручной червь, — покачал головой Зориан. — Могу поспорить, с его непонятным восприятием, нас тут же засекут — и обрушат туннель нам на головы. Более чем уверен, этот туннель червь и прорыл — так что они его жалеть не будут. Они всегда могут приказать ему прорыть новый.

Зак чуток помолчал.

— А что, если… просто стереть души всей колонии? — наконец спросил он. — Мне это не нравится, но чертов нож словно специально сделан для подобных ситуаций.

— Определенно вариант, — подумав, сказал Зориан. — Но мы вряд ли переловим всех, и нам неизвестно, сколько ос знает о кольце. Если мы перебьем большинство, но выжившие заберут кольцо — будет совсем нехорошо. Сейчас мы знаем, где оно, но если горстка уцелевших заберут его и сбегут на несколько дней пути в пустыню, или, боги упаси, в подземелье…

— Да, ты прав, — согласился Зак. — Даже если мы перебьем всех, остаются соседние племена и просто жители пустыни. Если они обнаружат, что зиккурат пуст — могут стащить кольцо до нашего прибытия.

— Кстати о соседних племенах, мы все ещё собираемся организовать альянс? — спросил Зориан. — Идея хороша, да, но собрать свою армию может оказаться проще.

— Нет, если мы задействуем Принцессу! — торжествующе заявил Зак.

— Последнее время у тебя все решения сводятся к чертовой гидре, — буркнул Зориан. — Как ребенок, хвастающийся новой игрушкой, право слово. Как, скажи на милость, эта зверюга поможет убедить племена салротум?

— Не стоит завидовать, Зориан, — пожурил его Зак. — Мы честно поспорили, и ты проиграл. В любом случае, ты очевидно недооцениваешь впечатление, которое производит ручная гигантская гидра. Зуб даю, соседние племена согласятся на что угодно, лишь бы не ссориться с нами.

— Или побоятся даже выйти к нам, — заметил Зориан.

— Тогда мы быстро объясним им, насколько они неправы, — пожал плечами Зак.

— Тебя послушать, так мы не ищем союзников, а собираемся силой принудить окрестные племена биться за нас.

— А, на мой взгляд это не принуждение, а скорее агрессивная демонстрация, — отмахнулся Зак. — Нам в любом случае придется показать им силу, просто чтобы приняли всерьез. Ну а если в итоге придется их заставить — что с того? Мы уже планируем напасть на ни в чем не повинное племя зиккурата. Поздновато вспоминать о морали, не находишь?

Тоже верно.

— Ладно, — сказал Зориан. — Но давай постараемся сильно не давить. У меня есть для них задание, а они вряд ли будут стараться из-под палки.

— О? — заинтересовался Зак. — Что-то важное?

— Возможно, — ответил Зориан. — В пустынях Кслотика встречается магическое существо под названием туннельная жаба. Они живут в карманных измерениях забытой древней цивилизации — древние икосиане называли их Резервуары Ишмали, грубо говоря — заполненные водой огромные каверны, преобразованные в карманные измерения. Резервуары не особо интересны, но вот сами туннельные жабы обладают любопытной способностью находить и проникать в карманные измерения. Они используют Резервуары Ишмали как скрытое гнездовье, но, по слухам, могут столь же легко попасть и в другие свёрнутые пространства.

— А, понятно, это для твоего эксперимента с магией крови, — сообразил Зак. — Но зачем тебе помощь салротум? Если жабы живут рядом с этими резервуарами, то их несложно найти. Резервуары ведь не блуждают с места на место?

— Нет, но записи об их местоположении были утрачены во время Катаклизма, и, насколько я знаю, никто не озаботился найти их снова, — покачал головой Зориан. — А учитывая, что большую часть континента теперь занимает пустыня, кишащая салротум и чем похуже, а люди — не туннельные жабы и, как правило, не мастера-пространственники — найти их очень непросто. Так что если мы хотим поймать жабу — нам нужны местные, слышавшие о странных существах, исчезающих и появляющихся из воздуха.

— Отстой, — нахмурился Зак. — А это правда необходимо? Есть же куча других существ для кражи способностей.

— И всех их крайне трудно найти, — напомнил Зориан. — Мало того, что все они — редкие, почти исчезнувшие на обжитых территориях виды, сама их способность позволяет с лёгкостью сбегать и прятаться. Если думаешь, что туннельную жабу сложно найти — попробуй поймать фазового паука.

— Лады, — недовольно цокнул языком Зак. — Я буду повежливей с дурацкими осами, — он ненадолго замолчал. — Так значит, в этом цикле мы все же займёмся магией крови?

— Да. Хотя начнем с чего-нибудь простого и широко известного — с каких-нибудь Орлиных Глаз. Или простейшего ритуала на силу, выносливость или регенерацию. Что-то совсем простое, что даже дилетанты вроде нас не доведут до катастрофы.

— Что-то твои слова совсем не внушают уверенности, Зориан, — пожаловался Зак.

— Что тут скажешь? Магия крови опасна, — пожал плечами Зориан. — Если это тебя утешит — я буду первым.

— Нет, не утешит, — ответил Зак. — Мы оба знаем, что пробовать опасные ритуалы должен я. Я могу потратить на них куда больший объем резерва, и лучше разбираюсь в целебной магии — так что добьюсь большего и лучше пойму принцип работы с жизненной энергией.

Зориан не стал возражать — в словах напарника была своя логика. Хотя и сваливать весь риск на него тоже не хотелось.

— Эй, не делай такое лицо, — беззаботно сказал Зак. — Я ведь уже согласился, когда мы обсуждали это ранее, так ведь? Мое решение не изменилось.

— Такое чувство, будто я тебя вынуждаю, — признался Зориан.

— Меня не так просто вынудить, — заверил Зак. — Вспомни, например, что я так и не согласился на чтение разума, хоть ты и настаивал.

— Я по-прежнему считаю, что ты неправ, — заметил Зориан.

— А ответ по-прежнему «нет», — ухмыльнулся Зак. — Видишь? На меня где сядешь, там и слезешь. Я согласился на твою жутковатую затею с магией крови потому, что считаю, что ты прав. Мы слишком медленно разбираемся с темницами первозданных. Чтобы срезать путь, нужны действительно грязные трюки.

— Пожалуй, — согласился Зориан. Сам он не считал магию крови настолько жуткой и даже рассматривал ее применение вне петли, но Зака тоже можно понять.

Они обсуждали детали ещё пару часов, прежде чем отправиться внутрь имперской сферы. Парни решили уговорить Принцессу позволить Зориану изучить ее разум — и не откусывать ему голову за такую дерзость.

Да уж, легко сказать…

Месяц шел своим чередом, в Косе, Кслотике и Алтазии происходило что-то странное. Неожиданно для всех Дом Тараматула организовал экспедицию в Блантирр за легендарным имперским посохом Икосии — и вложил в эту затею огромные средства. На самом деле Дэймен надеялся на большее — но все равно, размах и скорость впечатляли. Многие гадали, зачем Дому так срочно потребовался посох — но руководство Тараматула отказалось что-либо объяснять.

Что немаловажно, южный Дом продемонстрировал способность открывать межконтинентальные порталы между своей территорией и лагерем в Блантирре. Зак и Зориан предпочли бы скрыть этот факт, но размах операции не оставил им выбора. Новость распространилась, словно пожар — и вскоре все разведки, действующие в Косе и за его пределами, сбились с ног, пытаясь разобраться в ситуации. Что забавно, многие заинтересовались и самим посохом. Ведь не просто так Тараматула стремятся заполучить эту археологическую ценность? Многие хотели если не заполучить его для себя, то хотя бы узнать, что с его помощью рассчитывают получить конкуренты.

Зак и Зориан планировали выкрасть результаты их поисков ближе к концу цикла. Как знать, вдруг соперники заметят что-то, что упустили они.

Во-вторых, по всей Алтазии стали находить схемы изощрённых заклинательных формул, алхимические рецепты, сборники заклятий и разведывательные данные. Никто не знал, кто стоит за «дарами», как они это делают и чего добиваются. Что там, неизвестно было даже сколько людей на самом деле получили «подарки» — ведь далеко не все сообщили о находке. Наконец, большинство известных «подарков» пришлось на территорию Эльдемара — что здорово обеспокоило его соседей; весь континент гадал, что происходит и как этим воспользоваться.

Естественно, за переполохом стояли Зак и Зориан — они затеяли это с единственной целью: отвлечь внимание от путешественников во времени. Надеяться, что никто не ошибётся и не привлечет внимания, особенно в первый месяц, когда впечатление так свежо, не приходилось. Так пусть люди гадают о таинственных «подарках», а не о преподавателях, путешествующих во времени.

Пока что это работало, но не факт, что так будет до конца месяца.

Помимо этого, парни участвовали в поисках посоха в Блантирре. Пусть основную работу и выполняла команда Дэймена, их участие тоже было необходимо — только они могли открывать пространственные врата, и только они, благодаря функции маркера, могли опознать имперский посох, описание которого дошло до наших дней в весьма неполном и противоречивом виде.

Зориан втайне надеялся, что такая толпа специалистов быстро найдет посох — но его мечты разбились о суровую реальность. Увы, найти посох куда сложнее, чем врата Бакоры — при всей своей редкости, врата весьма узнаваемы, чего не скажешь о посохе. Ящеролюди обожали посохи — практически в каждом селении правитель и жрец носили этот символ власти. С одной стороны, хорошо — значит, их цель вряд ли пылится где-нибудь в сокровищнице. С другой — найти иголку в стоге сена и то проще. Утешало лишь то, что ящеролюди украшали свои посохи драгоценными камнями, перьями и ещё много чем — а имперский посох должен быть просто палкой темного дерева. С другой стороны, ничто не мешало новому хозяину самому украсить древний посох… Блин…

В итоге Зак и Зориан решили вновь обратиться за уроками к Кватач-Ичлу, чего первоначально не планировали. В этот раз они попросили научить их поисковым и прорицательным чарам — достаточно безобидная тема, и как знать — вдруг поможет в поисках. Вряд ли, конечно — имперские реликвии были надёжно защищены от прорицания, но, учитывая уникальные познания лича в области божественной энергии — шанс был.

Опять же, эти знания пригодятся им по выходу из петли, в поисках Красного — и, возможно, подскажут, как лич отыскал их в прошлом цикле. Последнее живо интересовало Зориана — ведь он считал, что его прорицательный оберег практически безупречен.

Жаль, что он не нашел ничего стоящего, когда пробил ментальные защиты Кватач-Ичла. При всем его мастерстве, поиск в чужой памяти требовал времени — а лич времени не дал. Вероятно, не следовало сразу запрашивать местоположение филактерии — может быть, ищи он что-нибудь менее важное, лич бы ещё попытался с ним бороться.

Впрочем, сейчас не время — Зак и Зориан, замаскированные под взрослых агентов короны, были в лаборатории исследования времени, беседуя с ее руководителем, Крантином Кеклосом.

Учёный в восхищении разглядывал имперскую сферу, медленно поворачивая ее пальцами.

— Вы понимаете, что это совершенно конфиденциальная тема, мистер Кеклос? — спросил Зориан.

Крантин оторвался от реликвии, судя по слегка растерянному виду, он совершенно забыл о их присутствии.

— Хм? Ох. О да, прекрасно понимаю. Не сомневайтесь, моя команда привыкла работать с важными проектами и умеет поддерживать секретность.

Он вновь посмотрел на сферу.

— Это… просто изумительно. Словами не выразить, как я ценю оказанную честь.

— Надеюсь, вы понимаете, что эта честь вам оказана не ради утоления любопытства, — сварливо сказал Зак, игравший «злого» спецагента. — А потому, что вы — ведущий специалист страны в области ускорения времени, и мы рассчитываем, что вы сможете превратить эту сферу в Черный Зал. Сможете?

— Определенно, — ответил Крантин. — Несмотря на огромный объем карманного измерения, степень его изоляции также невероятна. Мы точно сможем превратить его в зону ускоренного времени. Только…

— Только? — переспросил Зориан.

— Н-ну, мы говорим об очень серьезном проекте, — слегка запнулся ученый. Зориан чувствовал, что тот нервничает, но готов приложить все силы, чтобы извлечь максимум из появившейся возможности. — Чтобы достичь поставленной цели, нам понадобится расширить лабораторию, разработать новые методы… И хотя я уверен, что рано или поздно мы сможем это сделать, потребуется немало времени. У нас небольшая команда и…

— Вам нужны деньги, — бестактно перебил его Зак.

— И люди, — кивнул Крантин.

Судя по всему, он чувствовал, что проект важен — и потому не стеснялся просить.

Вместо ответа Зориан вручил ему банковский вексель. Ученый приподнял бровь — Зориан ощутил, что тот оценил сумму, но не особо впечатлен.

— Разумеется, это лишь начальная сумма, — сказал Зориан. — Когда работы начнутся, вы получите дополнительное финансирование… как и бонусы, если проект пойдет успешно.

— Разумеется, — слегка оживился Крантин.

— Что же касается людей, тут несколько сложнее, — продолжил Зориан. — Из-за недостаточной подготовки, мы сможем прислать вам новых сотрудников лишь через месяц.

— Ничего страшного, — ответил Крантин. — Я могу подождать месяц-другой. Просто помните, что чем позднее прибудут люди, тем дольше продлится работа.

— Я не закончил, — покачал головой Зориан. — Пока мы не можем назначить вам людей, но вы можете получить несколько магов-пространственников неофициально.

В частности, самих Зака и Зориана, Ксвима и Сильверлэйк. С их познаниями в пространственной магии и опытом исследовательской команды, можно ожидать результат уже через пару циклов.

А вот Крантину идея не понравилась.

— Мне не по душе включать в работу независимых экспертов, — прямо заявил он. — Даже несмотря на их квалификацию, они не знакомы с контекстом работ и лишь замедлят проект.

— Разве вы не руководитель группы? — подначил его Зак. — Неужто не справитесь с несколькими незнакомыми сотрудниками?

Крантин сердито нахмурился.

— Это неофициальная помощь, — примирительно сказал Зориан. — Если, поработав с ними, вы решите, что они не нужны — можете отослать их.

— Но помните, что сроки проекта задавались с учетом их участия, — предупредил Зак.

— Очень хорошо, — недовольно сказал Крантин. — Я дам им шанс. Посмотрим, так ли они хороши.

Еще час ушел на согласование деталей. Парни вручили ученому целую стопку «официальных» документов, которые тот просмотрел по диагонали и передал дальше. Ему и в голову не приходило, что все это — сплошная фальсификация. Оставалось надеяться, что те, кто будут работать с бумагами, тоже не очень внимательны — не все документы были подделаны на высочайшем уровне.

— Что же, — выдохнул Крантин. — Мы не зря потратили время. Что-нибудь еще?

— Вообще-то да, — ответил Зориан, вручая ему очередную стопку документов. — В графике использования Черных Залов произошли некоторые изменения.

Обычно они поступали не так — если им были нужны Черные Залы, они просто перехватывали настоящую группу и являлись под их видом в самый последний момент, не давая сотрудникам лаборатории времени усомниться. Но в этот раз они шли большой группой и должны были подготовиться.

— О? Группа Ретина отказалась? — Крантин пролистал стопку. — Странно, они так ждали своей очереди…

Он понимающе посмотрел на «агентов», явно понимая, что тут что-то нечисто. Но он наверняка думал, что правительство просто надавило на исследователей, заставив пропустить очередь.

Он грустно кивнул и отложил папку.

— А любопытно, — сказал он. — Эта сфера, перестановки в графике и все остальное… не связаны ли они с «подарками», о которых ходят столько слухов?

Хех.

— Нам платят не за любопытство, — мрачно сказал Зак. — Как, кстати, и вам.

— Но как знать, — добавил Зориан.

Зак предупреждающе посмотрел на него. А он хороший актер. Природный талант или привычка за время петли?

— Понятно. Забудьте, что я спрашивал, — сказал Крантин, поднимаясь из кресла. — Полагаю, пора заняться тем, за что нам платят. Когда мне ждать ваших… экспертов?

— Через три дня, — сказал Зориан. За это время станет понятно, не раскрыли ли их. — Мы время от времени будем заглядывать, узнавать, не нужно ли вам что.

— Если средств хватит — я обеспечу результат, — заверил Крантин.

Зориан и не сомневался. Вопрос в другом — успеют ли они воспользоваться этим результатом.

Он пообещал себе, что если Крантин добьется впечатляющих успехов — он как-нибудь отблагодарит ученого в реальном мире.

Так или иначе.

В обычных циклах Зак и Зориан устраивали встречи в самых разных местах — парках, тавернах, заброшенных домах, стройках, пещерах в пустошах… Где в голову взбредет. Новые места хоть немного скрашивали изнуряющее однообразие временной петли.

Сейчас же в их собраниях участвовало куда больше людей — и они больше не могли встречаться где попало, требовались просторное место, безопасность, удобство доступа… Общественные места не подходили — больше десятка человек всех возрастов и профессий, не говоря уже о нескольких гигантских пауках, привлекут всеобщее внимание. А когда они попробовали собраться в огромной сырой пещере — на них здорово разозлилась Ильза. Подумаешь — на нее пыталась влезть сороконожка, она же всего с палец величиной, а летучие мыши вообще никого не трогали… Тем не менее, было решено встречаться только в нормальных зданиях.

В итоге теперь все собрания проводились в поместье Новеда — просторно, комфортно, неплохая магическая защита. И хоть Зак и ныл, что это скучно, он все же согласился, что не стоит усложнять себе жизнь.

И сейчас они были в большом зале совещаний поместья — собрание уже завершилось, но путешественники не спешили расходиться, разбившись на группки.

В углу представительница Изысканных Мудрецов оживлено говорила с Норой Буул. Преподавательницу ничуть не смущало, что она говорит с гигантским пауком — она была рада пообщаться с родственной душой. Аранеа, в свою очередь, с удовольствием общалась с магом-человеком, которую интересовали их формулы. Обе исследовательницы забыли обо всем вокруг, с головой уйдя в разговор.

Неподалеку от них Аланик и Кайрон молча смотрели на заваленный картами стол. Время от времени то один, то другой указывал куда-то на карте и говорил пару слов. Зориан понятия не имел, о чем они — и, похоже, остальные тоже, предпочитая не мешать.

В другом углу Зак вовсю препирался с представительницей Просвещенных Поборников — судя по всему, пытался убедить аранеа обучить его магии разума, а та заявляла, что нет смысла тратить время на не-психика.

Зориан подозревал, что напарник добьется своего. Включившиеся в петлю аранеа подрастеряли привычное высокомерие, и они знали, насколько силен Зак. Так что рано или поздно паучихи сдадутся, другой вопрос, выйдет ли из этого хоть что-то полезное.

Неподалеку от них Каэл, Тайвен, Лукав и Дэймен, неспешно переговариваясь, разбирали собранные Заком и Зорианом материалы. И, кажется, травили анекдоты.

Один из столов заняла Сильверлэйк, разложив документы об исследовании ибасанских врат. Честно говоря, Зориан никак не ожидал, что поведение ведьмы настолько изменится — увидев временную петлю своими глазами, она с готовностью помогала им.

И, наконец, сам Зориан. Подобно Сильверлэйк, он не искал компании, оглядывая коллекцию краденных божественных артефактов. Их изучение пока не продвигалось, но он не собирался сдаваться. Не после того, как Кватач-Ичл продемонстрировал им, что божественные энергии можно по крайней мере обнаружить обычной магией.

Спустя некоторое время, к нему за стол подсел Ксвим. Куратор выглядел недовольным.

— Что-то не так? — спросил Зориан.

— С недавних пор я по-новому оценил ваше терпение — ваше и мистера Новеда, — сухо сказал куратор. — Я все утро проверял работы студентов — и они были совершенно идентичны прошлому месяцу. И теперь это будет происходить постоянно. Не самое приятное открытие.

— Хех, — сказал Зориан. — Вы всегда можете просто махнуть рукой.

Ксвим покачал головой.

— Это претит моей профессиональной гордости. Я многого требую от студентов, значит, и требования ко мне должны быть не меньше. Подобные мелочи не остановят меня, только закалят характер.

— Понятно, — кивнул Зориан. — Ну да, после того, как вы обходились со студентами, вы, пожалуй, не вправе терять терпение после пары месяцев.

Ксвим лишь хмыкнул в ответ, затем покосился на стол.

— Уверен, вы в курсе, что за все время никто так и не выяснил, как работают божественные артефакты?

— Разумеется, — согласился Зориан. — Но мало у кого была возможность снова и снова разбирать их, чтобы понять принцип действия.

— И все же, не ожидал, что вы будете тратить на это время, — заметил Ксвим. — Не мудрее было бы заняться чем-то, связанным с петлей?

— Я бы сказал, они вполне связаны с петлей, — ответил Зориан. — Очевидно, что петля в той или иной степени использует божественную энергию. Кто знает, не используется ли она в наших маркерах?

— О? — заинтересовался Ксвим.

— Это только предположение, — уточнил Зориан. — Но я думал, что было у Красного, чего не было у прежних контролеров. Что позволило ему взломать ограничения временного маркера. И самый вероятный ответ… помощь Кватач-Ичла. Подозреваю, в маркере используется божественная энергия, и Красный смог изменить его с помощью лича. Он может воспринимать и, возможно, воздействовать на божественную энергию недоступным нам образом. И тогда наши попытки самостоятельно изменить маркер изначально обречены на провал.

— Надеюсь, вы ошибаетесь, — помолчав, сказал Ксвим. — Кватач-Ичл жил многие века. Кто знает, сколько времени у него ушло на обучение этой способности?

Зориану было нечего ему возразить.

Глава 88. Неисповедимые пути

На время, пока имперская сфера была в руках исследователей, Принцесса лишилась дома. Парни просто не рискнули оставить ее внутри, когда ученые возились с карманным измерением — это запросто могло вылиться в трагедию. Опять же, гидра была нужна им на переговорах с племенами салротум.

И хоть сама Принцесса не возражала жить на свежем воздухе, у парней появилась новая проблема — транспортировка. Гидра не могла долго оставаться в пустыне, для отдыха ей требовался изрядный водоем. Так что она жила в джунглях Коса, с удовольствием гоняя окрестное зверье, а к месту переговоров добиралась порталами. К счастью, змеиная природа и гибкость Принцессы позволяли ей втиснуться в удивительно маленький для гигантского монстра проем. Тем не менее, портал требовался куда больше обычного, что сильно сказалось на затратах маны и продолжительности плетения.

Телепортироваться Принцесса могла и сама — один из божественных даров. Некоторое время парни изучали ее способность, подозревая, что гидра могла бы использовать ее эффективнее, но остались разочарованы. Всего лишь короткий телепорт, чтобы входить и выходить из сферы и тактически перемещаться в бою. Не годится для переброски на дальние расстояния.

Впрочем, за вычетом проблемной транспортировки, переговоры шли весьма успешно. Племена, которые они обходили, были куда слабее и скромнее, чем племя зиккурата. Никаких оберегов или божественных зверей-хранителей, да и снаряжение было куда грубее. Так что когда два могущественных мага приезжали с дарами на гигантской гидре, никто не решался их прогонять. Не все были готовы объединиться, но, по крайней мере, их слушали.

К тому же в этот раз с парнями был настоящий переводчик с языка салротум. Бородач средних лет согласился работать на них, лишь когда парни задействовали свои связи с Домом Неолу — но он того стоил. Он не только прекрасно понимал язык жестов, которым осы обычно общались с людьми, но даже мог разобрать их собственное гудение и щелчки — хотя сам, конечно, не мог их воспроизвести.

Что любопытно, переводчик — его звали Ибак — не был магом. И утверждал, что ему и не требуется — магия лишь нервировала дьявольских ос, с трудом различающих заклинания и обычную человеческую речь. Они напрягались каждый раз, когда владеющий магией человек открывал рот.

И сейчас Зак, Зориан, Ибак и Принцесса приближались к очередному племени салротум. Впрочем, сам Зориан не был уверен, стоит ли тратить на них время — племя было довольно захудалым. Все поселение состояло из нескольких круглых нор, выкопанных в откосе, вряд ли в племени наберется больше сотни особей. Парни не скрывались, а Принцессу и вовсе сложно не заметить — так что в поселении царила паника. Зато Зориан смог разглядеть оружие и украшения местных — и они не впечатляли.

— Почему все окрестные племена настолько беднее племени зиккурата? — вслух спросил Зак.

Против ожиданий, он получил ответ.

— Из-за доступа в подземелье, — пояснил Ибак.

Зак и Зориан вопросительно посмотрели на него.

— В отличие от людей, другие разумные виды редко селятся у входа в подземелье, — объяснил тот. — Они не настолько хороши в магии, чтобы отражать постоянные вылазки. Салротум зиккурата — исключение, вероятно, из-за того червя, о котором вы говорили. Скорее всего, он позволил им обезопасить верхние уровни, как это делают люди, и воспользоваться их богатствами. Другие племена так не могут и потому куда беднее.

— Хех, — задумчиво сказал Зак. — Видимо, этот червь даже важнее, чем мы думали. Осы и в самом деле вытянули счастливый билет.

Разговор прервала Принцесса, издав переливчатую трель и указав одной из голов в сторону горизонта, откуда приближалась группа салротум.

Зориан нахмурился. Ничего удивительного, что Принцесса заметила их первой — все же восемь пар глаз и недоверчивая натура, но осы приближались с неожиданной стороны. Не навстречу им, от поселения, а откуда-то слева, и их было много, целая дюжина.

— Посланники другого племени? — предположил Зориан. Едва ли то поселение могло высылать столь большие охотничьи группы… Да и охотники бы сперва встретились со старейшинами.

— Вероятно, — отозвался Зак. — Надеюсь, в будущем это будет случаться чаще. Все получится куда быстрее, если это салротум будут искать нас, а не мы их.

Приближаясь к Принцессе, дьявольские осы сбросили скорость и наконец остановились — на почтительном расстоянии, не делая резких движений, но при том преграждая путь к поселению. Что тут же вывело гидру из себя — не успей Зак вмешаться, Принцесса немедленно атаковала бы наглецов.

В итоге обе группы двинулись навстречу. Парни пошли с Ибаком, велев гидре оставаться на месте молчаливой угрозой — осы поступили так же, оставшись на месте за исключением предводителя с двумя сопровождающими.

Может, Зориан и не был до конца объективен, но на его взгляд, Принцесса выиграла конкурс молчаливых угроз с разгромным счетом.

Следующие несколько минут Ибак говорил с лидером салротум, в то время как Зориан разглядывал отряд. Для ос они были хороши. Железное оружие, щедрая боевая раскраска, множество всевозможных «волшебных» амулетов и талисманов. Единственным, кто не носил оружия, был предводитель — зато среди множества его колец и цепочек, пожалуй, были по-настоящему магические предметы. Явно жрец.

Вскоре разговор стих, и Ибак смущенно повернулся к ним. Не похоже, что у него хорошие новости — но в то же время салротум не проявляют агрессии. Любопытно.

— В чем дело? — спросил Зак.

— Это группа из Зиккурата Солнца, — медленно ответил Ибак.

Ох.

Ну да, то-то копья выглядели знакомо. Впрочем, раньше Зориан не придал этому значения, не у одного же племени такие.

— И они знают, что мы планируем напасть на них, так? — сообразил Зак.

Пожалуй, этого следовало ожидать, они же совершенно не скрывались, даже наоборот. Разумеется, племя зиккурата узнало обо всем заранее. Впрочем, парни и не ставили задачи застать их врасплох, им нужно было лишь выманить верховного жреца.

Хотя мирных переговоров они тоже не ожидали. Скорее уж внезапного нападения.

— Да, — подтвердил Ибак. — Они хотят знать… что вы хотите за отмену вашего замысла.

— Что, даже без угроз? — удивился Зак.

— Да, — покачал головой Ибак. — Просто спрашивают, что вам нужно. Я бы и сам не отказался это узнать.

Зак проигнорировал его обвиняющий тон. Не то, чтобы они опасались измены, но узнай переводчик, что все затеяно ради одного кольца — решит, что они психи или что-то задумали.

— А почему они думают, что мы не хотим просто отнять их зиккурат? Спросите их.

— Вы что… хотите спровоцировать их? — растерялся переводчик.

— Я хочу увидеть их реакцию, — ответил Зак. — Ну же.

Ибак пробормотал что-то явно нелицеприятное на местном наречии и вновь обернулся к жрецу салротум. Что любопытно, осы никак не отреагировали на провокационный вопрос. Вскоре Ибак повернулся к парням.

— Он говорит, что втроем это невозможно. Что если вы хотите занять зиккурат, вам нужна армия, — перевел он жесты жреца. — Они считают, что вам нужно что-то небольшое. Что можно унести. Они признают вашу силу, но говорят, что обмен предпочтительнее кровопролития.

— Они никогда не отдадут нам то, что мы хотим, — покачал головой Зориан.

Может, сказать, что им нужно кольцо? Нет, тогда будет сложнее выманить верховного жреца… Или он все-таки согласится — под угрозой разрушительного вторжения? Да, кольцо ценно, но не так, как тот же кинжал, управляющий червем.

— Скажите, что мы не можем обсуждать это с ними, — внезапно сказал Зак. — Это нужно решать с их верховным жрецом.

Зориан поднял бровь. Напарник что, думает, что все так просто?

Последовал ожесточенный обмен жестами между Ибаком и жрецом.

— Он говорит, что не может вести к старейшинам незнакомцев. Что они здесь только узнать, можно ли разрешить конфликт мирно, дальнейшее будут решать старейшины. И что встреча со старейшинами возможна — но для этого вы должны передать послание.

Зак и Зориан переглянулись, обменявшись парой фраз по мысленной связи, и пришли к согласию.

— Полагаю, это приемлемо, — вслух сказал Зак.

Зориан вытащил из кармана часы — и, расплавив коротким заклятьем изменения часть металлического корпуса, изготовил копию императорского кольца и передал ее Ибаку.

— Скажите, что это и есть наше послание верховному жрецу.

— Он поймет, — добавил Зак.

Ибак приподнял бровь, но сделал, как сказано. Жрец салротум настороженно взял кольцо, повертел в своих покрытых хитином руках. Кажется, объяснение его не убедило — он пытливо посмотрел на парней своими фасеточными глазами, антенны нервно дергались из стороны в сторону.

Наконец он осторожно положил копию в один из своих многочисленных мешочков, очень по-человечески кивнул и махнул рукой своим спутникам, командуя отступление. Видимо, решил, что больше они ничего здесь не добьются. Пару минут спустя весь отряд салротум снялся с места и улетел туда, откуда появился.

Люди молча провожали их взглядом.

— Проклятье, у вас, молодежь, слишком много секретов, — пробурчал Ибак. — Сам не знаю, почему я согласился участвовать.

— Потому что мы щедро платим за ваши услуги, — напомнил Зак.

— И я все больше сожалею об этом, — ответил переводчик, глядя в сторону поселения. — Кстати, приближается еще одна группа, на этот раз из нужного племени.

Посмотрев в ту сторону, Зориан убедился, что Ибак прав. Местные осы не посмели мешать посланцам зиккурата, но стоило тем улететь — навстречу парням отправились их посланники.

— Мы все еще собираем союз против племени зиккурата? — спросил Ибак.

— Почему бы и нет, — пожал плечами Зак. — У нас нет никаких гарантий, что верховный жрец согласится на наши условия. Если бы мы думали, что все так просто, мы бы не стали собирать союз. Так что пусть думает — а мы будем копить силы.

Ни Зак, ни Зориан не думали, что верховный жрец отдаст кольцо без боя. Наоборот, послание, скорее всего, здорово затруднит добычу реликвии. И все же стоило попробовать — просто на всякий случай, а ну как получится, было бы просто идеально.

Так что они не ожидали, что те же самые переговорщики явятся к ним уже на следующий день — с приглашением от верховного жреца посетить зиккурат.

Ибак был категорически против, убеждал, что это очевидная ловушка. Но путешественникам во времени было все равно. Даже если это ловушка — вряд ли они погибнут, ни переводчик, ни осы не знают их настоящих сил. А если они встретят верховного жреца, и кольцо будет у него — они получат что хотят. Так или иначе.

Увы, переводчик наотрез отказался идти с «безмозглыми самоубийцами». Чисто логически — Зориан понимал его, вполне оправданное решение в свете известной ему информации. Но это все равно раздражало, и страсти постепенно накалялись.

Посланник племени зиккурата несколько минут спокойно наблюдал за их перебранкой, потом стал творить заклинание. И Зак, и Зориан немедленно насторожились, но вскоре стало понятно: жрец салротум накладывал заклинание на себя.

Заклятье было куда длиннее и более ритуализировано, чем у людей или аранеа — почти минута гудения и сложных жестов, да еще и сжигание благовоний под конец, явно в качестве жертвы небесам. Насколько мог судить Зориан, на эффект самой магии подобные представления совершенно не влияли.

Закончив, жрец выпрямился и вновь повернулся к ним.

— Ссора: нет надобность, — объявил он несколько искаженным, но вполне понятным голосом. — Говорить: все еще возможно. Не надо давить соратник.

Зак и Зориан молча смотрели на этого типа.

— Вы могли сделать так с самого начала, а вместо этого говорили через переводчика? — наконец спросил Зак.

Антенны салротум нервно дернулись, он явно пытался понять, о чем его спрашивают.

— Очевидно, его познания в икосианском очень ограничены, — раздраженно ответил Ибак. — Потому он и говорил через меня, используя более привычный язык жестов.

— Я говорить: плохо, — добавил посланник. — Верховный жрец: много лучше. Будет довольно, когда мы прибудем в храм.

Обсудив детали, Зак и Зориан оставили переводчика и последовали за салротум. Против опасений, на них так и не напали, даже когда они вступили в зиккурат. Посланник провел их до самого храма, где ждал верховный жрец со своим почетным караулом.

Честно говоря, такого Зориан не ожидал. Осы и правда привели их к жрецу. Да, тут хватало стражей, и они были напряжены — но непохоже, чтобы они готовились напасть.

Жрец гордо стоял у огромного священного огня, сердца храма. Вырываясь из огромного каменного пьедестала, пламя озаряло зал оранжевыми бликами. Воздух был неприятно сух и горяч, даже по сравнению с пустынным. Стоя на возвышении, жрец молча наблюдал за ними, его немигающие фасеточные глаза ловили каждое движение.

Повисло тяжелое молчание. Несколько минут никто не двигался, даже Зак каким-то чудом набрался терпения.

Наконец верховный жрец принял решение. Он потянулся к одной из рук, снял кольцо и без колебаний протянул его на ладони.

— Возьмите, — его глубокий голос заполнил зал.

— Вот так просто? — удивился Зак.

— Вы не хотите его? — ответил вопросом верховный жрец.

— Хотим, — ответил Зак. — Просто немного удивлены вашим поведением.

— Взаимно, человек, — провозгласил жрец. — Я тоже… немного удивлен вашим поведением. Если хотели кольцо — почему не прийти и не попросить? Почему начали с вражды?

Зак посмотрел на него, как на ненормального.

— О чем вы? — спросил Зориан. — Хотите сказать, что если бы мы просто пришли и попросили — вы бы отдали нам кольцо?

— Разумеется, — ответил жрец. — Мы — дети ангелов. Разве дитя ослушается родителей?

— Ангелов? — растерянно переспросил Зориан.

Пару секунд жрец молча смотрел на них.

— Как я и думал, — сказал он, опуская руку с кольцом. — Вы не знаете.

— Не знаем, — с готовностью признал Зак. — О чем вы говорите?

— Пытались ли вы последнее время говорить с ангелами? — спросил жрец.

Зориан поднял бровь. Ничего себе вопросец. Взять и поболтать с ангелами. К тому же…

— В настоящее время мир духов недоступен, — заметил он.

— А, ну хоть это вы знаете, — жрец лениво повел антенной. — Хорошо. Прежде, чем замолчать, ангелы почтили нас присутствием и предупредили. Они сказали, что в грядущем месяце может прийти могущественный человеческий маг и потребовать кольцо. Если это случится… нам велено отдать его без возражений.

Зак и Зориан молчали, переваривая услышанное. Ангелы велели осам отдать им кольцо? Ну, то есть контролеру петли. Заку. Значит ли это, что именно ангелы дали ему маркер?

Это, кстати, объясняет, откуда у него божественное благословение, столь редкое в наше время…

— Но почему ангелы велели вам так поступить? — нахмурился Зак.

— Не знаю, — жрец по-птичьи наклонил голову. — Ты мне скажи.

— А может, они дали описание этого могущественного человеческого мага? — оживился Зак. — Или какое-нибудь послание для него?

— Ни описания, ни послания, — отрезал жрец. — Однако они сказали не огорчаться потерей кольца. Они сказали… что это лишь временно.

И прежде, чем Зак или Зориан успели ответить, жрец кинул им кольцо. Зак поймал его на лету и стал разглядывать. Напрасно — Зориан и так мог сказать, что кольцо настоящее. Да и сам Зак мог.

— Небеса велят, дети небес следуют, — объявил верховный жрец. — Вы получили то, зачем пришли. Можете идти.

Очевидно, аудиенция закончилась — к ним вышли обычные жрецы и вежливо, но настойчиво выдворили вон.

Где-то в джунглях Блантирра, недалеко от побережья, вилась непримечательная тропа, протоптанная местными ящеролюдами. На ней редко бывали путники, но сегодня сонный покой глубинки нарушала целая толпа людей, сталью и магией пробивающая путь сквозь заросли.

То была личная группа Дэймена, собирающая сведения об имперском посохе. Сегодня с ними были и Зак с Зорианом — после разговора со жрецом минуло уже четыре дня, но парни все еще были под впечатлением и не знали, что и думать. Очевидно, ангелы знали о грядущем запуске петли и приняли кое-какие меры… но значит ли это, что петля — их рук дело?

Зак совершенно точно не помнил, чтобы когда-нибудь видел ангела, и тем более — чтобы получал от него указания. Конечно, можно свалить все на Красного, стершего часть его памяти — но почему тогда ангелы не предусмотрели такой возможности? С кольцом вон вполне предусмотрели и проинструктировали своих слуг.

На этот вопрос ответа не было. Даже Аланик признал, что не понимает ситуацию — впрочем, его это не смутило. Как он сказал — пути ангелов неисповедимы, ведь их ограничивает множество запретов ушедших богов. Не раз и не два они попросту не могли пойти по простейшему пути или даже объяснить верующим, что к чему. Нужно лишь верить, что они знают, что делают — и самому не плошать.

Что же, по крайней мере, теперь у них есть простой способ получения имперского кольца…

— Я же говорил — Принцесса решит нам эту проблему! — заявил Зак, крутя бесценную реликвию на пальце.

— Ты имел в виду совсем другое, и мы оба это знаем, — непреклонно ответил Зориан. И покосился в сторону, где Кирма возилась с новеньким прорицательным компасом его работы. — Ну как? Что думаешь?

Она не сразу ответила, выполнив еще несколько заклятий и покрутив компас в руках. Как и ее прежняя модель, он походил на сложный металлический цветок — но плотность заклинательных формул была куда выше. Сам Зориан не сомневался, что его творение намного лучше прежней модели, но высококлассные прорицатели капризны — и далеко не факт, что то, что подошло ему, подойдет и ей.

— Очень впечатляюще, — наконец заключила она. — Несколько больше и тяжелее, чем я привыкла, но работать можно. Хотя и довольно странно получить нечто столь ценное даром.

— Даром? — фыркнул Торун. Один из его парящих глаз обернулся в их сторону, сам же маг не отрываясь следил за джунглями. — Он даром запряг нас прочесывать целый континент в поисках прямой палки. Так что да, пускай приносит дары.

— Это уже нечестно, — вступилась за него Кирма. — Мы делаем это и для себя тоже.

— И я изрядно плачу за все это, — напомнил Зориан.

— Платишь фальшивые деньги петли, — отмахнулся Торун. — Не считается.

— Кстати, почему я не получила никаких даров? — внезапно спросила подошедшая сзади Тайвен. — Серьезно, Зориан… ты раздаешь дорогие подарки всяким левым женщинам, и ничего своей старой доброй Тайвен? Тебе не стыдно?

Зориан с иронией посмотрел на нее. Похоже, подруга уже освоилась с джунглями — она здесь впервые и поначалу только восхищенно вертела головой.

А вот «левая женщина» Кирма смотрела куда менее дружелюбно.

— В подарок я взял тебя в Блантирр, хоть ты и не владеешь нужными навыками и не готова к джунглям, — сухо ответил Зориан.

— А, ну да, верно, — нервно хохотнула она. — И я правда это ценю. Отправиться в далекие страны в поисках древних артефактов… давно мечтала. Правда здорово! Жаль только, я не могу вписать это в свое резюме.

Она явно относилась к экспедиции слишком легкомысленно. Но если с одной стороны ее ребячества раздражали — с другой он был рад, что взял ее с собой. Он знал, как много это для нее значило.

По крайней мере, она не была беззащитна. Когда она нечаянно влезла в кусты растений-хищников, она спалила их, прежде чем кто-то успел вмешаться. Несмотря на отсутствие опыта, она неплохой боевой маг.

Наконец группа прибыла к цели — крохотной деревушке ящеролюдей, где, судя по всему, жил отшельник-мудрец, знавший «все-все» об истории региона. И хоть это «все-все» вызывало сомнения — не на пустом же месте возникла такая репутация?

Вот-вот.

Деревенька была совсем скромной, с крошечными домиками из соломы и глины. Рядом протекала река, где большинство взрослых ящеролюдей возилось с лодками, вытащив их на берег. Дети приносили инструменты, путались под ногами, играя в догонялки и ссорясь между собой под смутно-угрожающие выкрики взрослых. Вероятно, детям велели убраться с дороги, раз уж не помогают.

Их прибытие вызвало изрядный переполох, но скорее любопытство, чем опаску. Как уже знал Зориан, большинство ящеролюдей никогда в жизни не видело человека и просто не знали, чего от них ждать. Опять же, группу сопровождали проводники, нанятые в ближайшем городе-государстве, да и никто в группе не нес дубин или копий — так что местные не сочли их опасными.

К вящей досаде Зориана, дети, что посмелее, полезли посмотреть поближе и даже потрогать чужаков. Один даже выбрал самого Зориана — вероятно, как самого низкорослого — и что-то спрашивал, тыкая пальцем.

Язык ящеролюдей совсем не напоминал шипение — скорее, как переливчатые птичьи трели. Зориан совершенно не знал его, но, заглянув в разум ребенка и выслушав хихикающих проводников, расшифровал вопрос.

Малыш спрашивал, не фея ли он.

Зориан уже ненавидел эту деревню.

Наконец группа встала лагерем за пределами деревни — большинство просто бездельничали, покуда старейшины расшаркивались с Дэйменом и обменивались дарами. Все эти церемонии были раздражающе долги, но и без них не обойтись. Нелюдимый мудрец был, гм, нелюдим — и не станет встречаться с кем попало, но может быть, если старейшины замолвят за них слово…

Зориан сидел на бревне у границы деревни, глядя, как детеныши ящеролюдей борются с созданным им грязевым големом. Ростом и силой конструкт соответствовал взрослому человеку — но ящеролюди заметно крупнее, сильнее и прочнее людей. Так что хоть голему и противостояли дети, они постепенно одерживали верх. Как и планировал Зориан — он не собирался обижать мелких паршивцев, пусть они и шумные, бесцеремонные и вообще раздражают.

Неподалеку какая-то предприимчивая ящеролюдка пришла обменять свои изделия — керамику и ожерелья из цветных камней — на ткань и металлические инструменты. Сейчас она шумно «торговалась» с одной из женщин группы, хоть ни та, ни другая, не понимали ни слова.

Он снял очки и стал ожесточенно их протирать. Проклятье, когда они уже закончат свое чертово…

— Куда ты торопишься? — спросили сзади. — Порой полезно присесть и насладиться простыми радостями жизни.

Сердце Зориана пропустило удар. Он обернулся — оказывается, рядом сидел странный ящеролюд. И мысленное чутье Зориана его просто не видело. Как все остальные чувства не заметили, когда он появился.

Он и выглядел непривычно — изощренный узор синих и белых линий по всей чешуе, здоровенный олений череп на голове. Множество костяных украшений на шее, запястьях и лодыжках. На коленях лежал искривленный деревянный посох с огромной жемчужиной в навершии.

Все в нем говорило о старости и усталости — полузакрытые глаза, потускневшая, потрескавшаяся чешуя, устало опущенные плечи — но Зориан, не заметивший его приближения, ощутил холодок страха.

— Я слышал, вы искали меня, — заметил ящеролюд на приличном икосианском. Тоже интересный момент, но сейчас есть вещи и поважнее.

— Что? А, так вы и есть тот самый мудрец? — сообразил Зориан.

— Верно, — сказал ящеролюд, теребя костяной браслет и глядя на играющих с големом Зориана детей. — Я не люблю назойливых, так что решил поговорить лишь с одним из вас.

Оглядевшись, Зориан сообразил, что больше никто не обращает на странного ящеролюда внимания.

— Видеть меня можешь только ты, — спокойно заметил старик.

Ну, охренеть теперь.

— Почему из всех вы выбрали именно меня? — чуть нахмурился Зориан.

— Ты мне понравился. Нашел время поиграть с детьми. Помнишь, что я сказал? Порой полезно насладиться простыми радостями.

Зориан удивленно посмотрел на него, не понимая, шутка это или всерьез. Он сделал детям игрушку лишь затем, чтобы они от него отстали.

— Как вы подошли незамеченным? — не удержался Зориан.

— Я стар, — ответил ящеролюд, постукивая по посоху чешуйчатыми когтистыми пальцами. — Древен. Конечно, у меня есть пара секретов.

Больше объяснений не последовало — и Зориан не стал настаивать.

Посох, кстати, вполне мог оказаться божественным артефактом. На всякий случай Зориан проверил его маркером. Нет, не он.

— Зачем вы искали меня? — спросил ящеролюд, переводя на него твердый взгляд полузакрытых глаз.

Зориан кратко описал происхождение и вероятный облик имперского посоха. Мудрец терпеливо выслушал — и продолжил молчать добрых пятнадцать минут, погрузившись в мысли. Время от времени он чуть слышно насвистывал что-то на языке ящеролюдей, трогал свои костяные украшения и чертил в грязи абстрактные фигуры.

Зориан терпеливо ждал, не решаясь прервать размышления мудреца. Увы, его терпение не окупилось.

— Я не помню ничего, что может помочь в вашем поиске, — сказал старик, грустно покачав головой. Тихо звякнули костяные ожерелья.

Зориан вздохнул. И стоило тащиться сюда…

— Однако… — продолжил мудрец. — У меня есть одна мысль, где можно найти след, если ты смел. Посох… очень ценен, так?

— Да, — подтвердил Зориан.

— Наш регион живет в страхе перед одной злобной драконьей колдуньей, — сказал мудрец. — Я не знаю ее имени, наш народ зовет ее Лиловые Глаза Погибели, Алчная или Буря. Веками она разоряла наши поселения, отбирая все сколь-нибудь ценное и убивая всех, кто вставал на ее пути. Множество ценнейших артефактов было утрачено из-за нее. Если этот твой посох настолько ценен — она должна знать о нем. Может… он даже уже у нее.

Зориан кисло посмотрел на ящеролюда. Дракон-маг с дурной славой? В мире не так много более опасных существ. Вот уж действительно — если ты смел.

С другой стороны, старик прав, драконицу стоит проверить. Ведь Зак уже доказывал свою силу, победив Оганя — столь же известного дракона-мага.

— Как думаете… — начал было Зориан, и тут сообразил, что ящеролюд уже пропал.

Он повел рукой там, где только что сидел мудрец — нащупав лишь воздух.

Раздраженно застонав, он встал и направился к Заку и Дэймену — сказать, что о встрече с мудрецом уже можно не договариваться.

Зориан проснулся с паническим вскриком — на него нескончаемым потоком лилась ледяная вода. Беспорядочно дергаясь, он попытался вскочить с кровати, но запутался в мокром одеяле и мешком упал на пол, пытаясь вытереть воду из глаз и нащупать очки.

Наконец придя в себя, он огляделся — и обнаружил забившуюся в угол у двери Кириэлле, вцепившуюся в огромное ведро.

Из ведра все еще капало.

— Кириэлле… какого черта?! — выпалил он.

— Я, уммм… — она запнулась, и заходила кругами, вцепившись в ведро. — Я хотела заставить тебя принять свой истинный облик!

Зориан посмотрел на нее, как на чокнутую.

Хотя нет — она и есть чокнутая.

— Истинный облик?! — переспросил он. — О чем ты? Ты вылила на меня ведро ледяной воды!

— Я читала в книжке, что если застать врасплох спящего оборотня, то он принимает истинный облик, — сказала она. — В общем, они крепко усыпают, ты обливаешь их водой…

Зориан ошарашенно смотрел на нее.

— И ты решила, что я — похититель лиц? — спокойным голосом спросил он.

— Т-ты ведешь себя не как Зориан, которого я знаю, — ответила она, не поднимая глаз. — У тебя внезапно оказалась куча друзей, ты не рассердился, когда Имайя спросила тебя о Дэймене и… ты слишком добр ко мне.

Зориан вздохнул и отбросил с глаз мокрые волосы. Посмотрел на закрытую дверь, гадая, как он своими криками не перебудил весь дом — потом вспомнил, что укрыл комнату довольно мощными приглушающими чарами.

— Если ты думала, что меня подменили, надо было взять с собой кого-то еще, — сказал он.

Он сделал пару жестов и прижал ладони к груди, испаряя воду из одежды.

— И ты слишком хорош в магии, — добавила Кириэлле. — Еще одна странность. Но, умм… от воды ты не изменился, так что, наверное, ты и правда Зориан.

Ему в голову пришла мысль использовать иллюзию и «превратиться» в какого-нибудь жуткого монстра, но он отбросил ее как слишком жестокую. Его подмывало посчитаться с сестрой, но он понимал, что она не просто так пошла на эту глупость.

Видимо, он слишком расслабился.

— Да, я и правда Зориан, — раздраженно буркнул он. Забрал у нее ведро, поднял на руки и усадил на кровать.

Аккурат в самый центр мокрого пятна.

— Ты чего?! — возмутилась она, вскакивая и ощупывая подмоченный зад.

— Наказание, — безжалостно ответил Зориан. — Сама говоришь, я был к тебе слишком добр.

Она ответила сердитым взглядом, но промолчала.

— Ну так вот, — сказал он. — Полагаю, я могу рассказать, что происходит и почему все так странно…

Дни сменялись днями. Поиски посоха в Блантирре, изучение карманных измерений и других интересующих тем, тренировки союзников с помощью Черных Залов и почти безграничного бюджета… со временем, все это стало приносить свои плоды.

Так прошло еще пять циклов.

Глава 89. Победа

В глубине Северных Лесов царили мир и покой. Зеленые заросли дышали здоровьем, яркие цветы устилали поляны, в воздухе кружились диковинные насекомые, птицы словно соревновались, кто кого перепоет.

Леса севера Алтазии нередко представляют мрачным и зловещим местом, кишащим смертоносными монстрами и иными опасностями, но на самом деле они захватывающе красивы. Просто чтобы оценить эту красоту, нужно суметь выжить здесь, нужно быть достаточно сильным.

Зориан, Тайвен и Каэл определенно были достаточно сильны. И вовсе не потому, что среди них был Зориан. Тайвен и Каэл провели в петле пять циклов, включая дополнительное время в Черных Залах — почти год тренировок с практически неограниченным бюджетом и первоклассными инструкторами. Даже Каэл, потративший большую часть времени на алхимические эксперименты, вполне мог за себя постоять. Тайвен же, изначально специализировавшаяся в боевке, сейчас достигла уровня взрослого боевого мага. И получила опыт настоящих сражений, поучаствовав в отражении всех ибасанских вторжений и стычках экспедиции Дэймена в Блантирре. Даже вздумай Зориан отойти в сторону — его спутники не пропадут в Северных Лесах.

Сейчас все трое сидели на поляне, на огромном валуне, и играли в карты, давая отдых ногам. Они уже несколько часов прочесывали лес, и, увидев столь подходящую поляну, единогласно решили устроить небольшой привал.

Обдумывая следующий ход, Зориан заметил, что Тайвен пытается «незаметно» считать его карты шпионским заклятьем. Даже ощутил некую гордость за нее — наконец она научилась чему-то кроме атакующих чар. Что, впрочем, не помешало ему походя, с понимающей улыбкой, развеять ее заклинание. Она надулась было, но, спохватившись, сделала вид, словно ничего не произошло.

Каэл, с иронией наблюдавший эту пантомиму, покачал головой. Тайвен наверняка пробовала этот трюк и на нем, но сложно сказать, сумел ли морлок ей помешать, если вообще заметил. С другой стороны, игра Каэла совершенно не интересовала, он просто играл, не прикладывая ни малейших усилий. Логично — они просто коротали время, играя без ставок, но все равно как-то раздражает.

Сам Зориан, естественно, не жульничал. Это испортит всю забаву — пропадет какой-либо вызов. Так что он просто наслаждался игрой, слушая звуки леса. Ноги, непривычные к таким нагрузкам, тянуло — но он уже привык к мышечным болям в начале каждого цикла. Не помогали даже зелья и ментальная магия. Как бы такими темпами он не заработал психические отклонения к выходу из петли…

Его отвлек громкий хруст — Каэл жевал здоровенный желтый корень.

Тайвен непонятно — кажется, осуждающе — уставилась на него.

— Что? — возразил морлок, не прекращая жевать. Звук был, словно жуют морковку.

— Как ты можешь это есть?

— Он очень вкусный, — как нечто само собой разумеющееся, ответил Каэл.

— Дикий корень, вымытый в реке, — возразила она. — Мало ли какая на нем может быть зараза. А запах я даже отсюда чувствую, и что-то он не вызывает аппетита…

Каэл ответил вызывающим взглядом и, откусив новый кусок, захрустел еще громче.

Зориан, мысленно улыбаясь, сделал вид, что смотрит лишь в карты. За морлока он совершенно не волновался — пусть Каэл и слабее их в магии, зато он как никто знает леса. Он жил и работал здесь с детства и, несомненно, знает, что тут можно и что нельзя есть.

Тайвен с момента включения в петлю довольно близко сошлась с морлоком — из всех путешественников они были ближе всего по возрасту и уровню умений — так что, наверное, тоже это знала. Она возмущенно вскинула руки, мельком показав свои карты, фыркнула и оставила эту тему.

Зориан тотчас внес поправки в свою стратегию. Это уже не жульничество — пользоваться ошибками соперников можно и нужно. Не его вина, что он способен распознать и запомнить увиденное за долю секунды…

Они отдыхали еще минут пятнадцать — играли, переговаривались, ели корни и ягоды — после чего нехотя направились дальше. Они явились в северные леса за редкими алхимическими ингредиентами для Каэла — не самое срочное дело, даже скорее предлог, если называть вещи своими именами, но к поискам они подходили совершенно серьезно.

Так что следующие полчаса или около того Зориан следовал за Каэлом, непрестанно творя чары прорицания, и время от времени заглядывая в мысли окрестных зверей и птиц. Тайвен тоже использовала прорицания, освоенные за время петли, и лишь Каэл полагался только на зрение. Впрочем, учитывая его познания в местной флоре и фауне, он наверняка видел и понимал куда больше, чем Зориан и Тайвен.

Морлок постоянно останавливался, оглядывая очередной пенек или булыжник, и нередко подбирал какое-нибудь не значащееся в списке, но, видимо, тоже ценное магическое растение — или просто задумчиво смотрел, прикидывая что-то в уме. Их рюкзаки делал Зориан, внутри они были куда больше, чем снаружи, но, похоже, рюкзак Каэла уже едва вмещал все эти растения, банки с червями и жуками, а то и просто яркие камни — Зориан решительно не понимал, что в них такого. Даже если они не найдут то, что искали, с пустыми руками Каэл точно не останется.

Последние пять циклов им редко удавалось вот так неспешно погулять по лесу. Все были постоянно заняты — следуя составленным планам, изучая материалы, экспериментируя с экзотическими заклятьями и просто тренируясь. Особенно в этом цикле, последнем для носителей временных маркеров. Если не сумеют перенастроить их до конца месяца, они потеряют… да пожалуй что все.

И конечно, разговор в итоге свернул именно на эту тему.

— Это конец, так? — неожиданно спросил Каэл.

Зориан и Тайвен ответили противоречивыми взглядами. Пояснения не требовалось.

— Скажи честно, Зориан… Каковы шансы, что мы сумеем перенастроить маркеры до конца месяца? — продолжил Каэл, видя, что его внимательно слушают.

Зориан подавил вздох. Временные маркеры… На их изучение они в сумме потратили почти год, и добились заметных успехов. Они сумели отследить структуру маркеров и выяснить назначение многих его частей. Они сравнили их с постоянными маркерами Зака и Зориана. Они накладывали и удаляли временный маркер на других, чтобы оценить последствия. Они убедились что да, в маркерах действительно используется божественная энергия… и нашли способ с этим справиться. Ценой нескольких разорительно дорогих сделок с Кватач-Ичлом и бесчисленного множества уничтоженных божественных артефактов, они разработали способ обнаруживать и грубо манипулировать нитями божественной энергии. Не столь точно, чтобы добиться желаемого, но вполне достаточно, чтобы изменить части маркера и то, как плетения обычной магии взаимодействуют с божественной основой.

И всего этого было недостаточно. При всех их успехах, цель оставалась недосягаема.

Что хуже всего — проблема не казалась Зориану неразрешимой. Они продвигались. Они точно были на верном пути. Будь у них больше времени…

Смогли бы они справиться, будь у них на цикл больше? Нет. Даже трех дополнительных циклов вряд ли хватило бы. Но если бы у них было еще пять-шесть… если бы они были более сведущими в магии душ… если бы корона была не на голове у лича, а где-нибудь в более доступном месте… если бы они научились работать с божественными энергиями раньше…

Если бы.

— Нет, — наконец признал Зориан. — У нас нет шансов.

Некоторое время все трое шли молча.

— На самом деле, я даже не расстроилась, — сказала наконец Тайвен. — Раньше меня пугала сама мысль, что я исчезну, но теперь я свыклась с ней. Я даже умерла в одном из циклов…

О да, Зориан помнил это во всех подробностях. Боевой тролль оторвал Тайвен голову — на это было неожиданно больно смотреть, даже зная, что она вернется в следующем цикле.

— Ну, в смысле, я бы не хотела исчезнуть, — продолжила она. — Но мы сделали все, что могли, и это было весело. И если это все — так тому и быть.

— Поддерживаю, — сказал Каэл. — К тому же, если я правильно понял Зориана, осталось всего тринадцать циклов. Чуть больше года. Не так уж много и теряем.

— Вы так говорите, словно никакой надежды нет, — проворчал Зориан. — Даже как-то обидно. Пусть перенастроить временные маркеры и не получилось, но есть и другие способы выйти из петли. У нас был запасной план, не забыли?

— О? — оживилась Тайвен. — Есть другой план?

— Разумеется, — ответил Зориан. — Чем, по-твоему, мы занимались все это время?

— Ну, не знаю, — ухмыльнулась она. — Старая злобная ведьма все говорит, что вы впустую тратите время и работаете спустя рукава, так что…

— Сильверлэйк верит, что все остальные должны пахать, как големы, — фыркнул Зориан. — Как будто она сама не дает себе передышек и не работает с посторонними зельями.

— Я думал, с тем проектом все неопределенно, — заметил Каэл.

— Ну да, — нехотя признал Зориан. — Пока это только теория. Но это не значит, что ничего не получится. Сложно сказать наверняка, но, думаю, шансы переправить души в реальный мир — около семидесяти процентов, и где-то тридцать процентов — что мы сможем открыть пространственный переход и выйти в своих телах.

В ответ он получил нечитаемые взгляды. Последнее время ему стало сложнее различать их эмоции — они оба научились неструктурированным ментальным щитам. Вообще-то это касалось всех путешественников — оценив ментальные возможности Зориана, все спешно стали учиться защите. Даже те, кто и так умел поддерживать неструктурированные щиты, поспешили усилить их насколько возможно.

Вполне понятное желание, доверяй, но проверяй. Даже хороших людей лучше без нужды не искушать. Так что Зориан поддержал их решение — тем более, что аранеа не считали зазорным залезть в незащищенный разум, а путешественники тесно работали с несколькими группами паучих.

— Если из петли можно выйти лишь отобрав тело у оригинала, то я лучше останусь здесь, — покачал головой Каэл. — А если сможем выйти физически — то лишь если Кана сможет пойти со мной. Если нет — я останусь с ней до конца.

Зориан открыл было рот, но сообразил, что для физического переноса маркер не важен. Если они смогут открыть путь — какая разница, кто помнит сколько циклов.

Не захотят ли остальные взять с собой членов семьи? Это… может стать проблемой.

— Эм, я, наверное, согласилась бы выйти и душой, если б это было возможно, — неуверенно сказала Тайвен. — Ну, то есть, мне жаль старую Тайвен, но, если честно… она ведь дурочка.

Зориан едва успел подавить улыбку.

— На самом деле, мне это не под силу, — сказала Тайвен. — Я даже не смогу выжить после зелья духовного зрения Сильверлэйк, что уж говорить о захвате тела. Так что да, физический перенос — мой единственный шанс.

Зориан медленно кивнул. Вообще-то это касалось большинства путешественников. Те, кто не имел опыта магии душ, просто не переживут духовного переноса. Те же, кто владел магией душ — будут уничтожены оригиналами при попытке захватить тело. Кроме самого Зориана, шансы были только у Каэла, Ксвима и Лукава. И Ксвим, как и Каэл, уже отмел мысль отнять жизнь у самого себя.

— Мы и планируем именно физический перенос, — сказал Зориан. — Перенос душ — вариант на крайний случай.

— Да, но ты сам сказал, что шансы невелики. Даже не пятьдесят на пятьдесят, — напомнила Тайвен. — Так что да, надежда есть, но какая-то тусклая. Ты еще, поди, приукрасил расклад, чтобы нас успокоить?

— Ничуть не приукрасил, — помотал головой Зориан. — Скорее приуменьшил шансы. Думаю, у нас получится.

— Меня кое-что смущает, — сказал Каэл. — Мы столько сил отдали, чтобы вырваться из петли, но что будем делать, если у нас получится? Если мы выйдем в реальный мир со всеми новыми знаниями и умениями?

— Защитим Сиорию от вторжения? — предложила Тайвен, подняв бровь.

— Ну да. А потом что? — спросил Каэл. — У нас впереди целая жизнь, но мы в ней лишние. Бросишь семью и друзей, начнешь все с нуля? Или плюнешь на последствия и полезешь в старую жизнь? Что, если кто-то доложит властям? Как ты объяснишь, что тебя стало две?

Тайвен зябко поежилась.

— Не знаю, — призналась она, прикусив губу. — Честно говоря, я стараюсь не думать об этом. Я довольно импульсивна, так что даже если приму решение — могу его потом нарушить. Так что нет смысла об этом думать. Надеюсь, когда придет время, я что-нибудь придумаю. Я не хочу поломать жизнь старой Тайвен, но… не знаю. А вы как?

— У меня нет особых привязанностей, — пожал плечами Каэл. — Покуда Кана со мной, остальное неважно. Наверное, передам оригиналу свои алхимические журналы и пойду куда глаза глядят. Но не уверен, что остальные поступят так же. Может быть, Сильверлэйк и Аланик. Остальные же? Явно найдутся те, кто не остановится ни перед чем, чтобы вернуть свою прежнюю жизнь.

— Честно? Не думаю, что смогу остаться в стороне, — признал Зориан. — Я постараюсь «вырастить» из оригинала что-то получше. Научить его тому-другому, подтолкнуть к Кириэлле, и далее в том же духе. Не самый честный подход, но вместе с манипуляцией будут уроки магии и другая помощь. Но отбирать его место я точно не буду. Если окажусь лишним — я найду, чем себя занять.

— Как я уже говорил, не уверен, что остальные подойдут к вопросу столь же спокойно, — заметил Каэл.

— Да, я знаю, — кивнул Зориан. — Мы с Заком специально не стали поднимать этот вопрос — тут просто не найти общего решения, что ни реши, все равно найдутся несогласные. А то и активно несогласные. В худшем случае, если кого-то совсем не устроит общее решение, вся группа может развалиться. Лучше уж сосредоточиться на текущих задачах, а эту проблему оставить на потом.

Несмотря на все их усилия, группа все равно понесла потери. Пару циклов назад двое профессоров, приглашенных по рекомендации Ксвима, решили, что больше не выдержат, и попросили удалить их маркеры. Вдобавок одна из Просвещенных Поборников стала впадать в истерики и бросаться на остальных, так что другие аранеа попросили исключить ее из группы. Зориан не знал точно, что послужило причиной, но остальные Поборники примерно в это же время обрели духовное восприятие — судя по всему, результат тайного коллективного обряда. Он не стал допытываться ради поддержания единства.

Сейчас же настал последний цикл действия временных маркеров, и нервы путешественников были натянуты до предела.

Оставалось лишь надеяться, что никто не сорвется… слишком сильно.

Заклятья не держатся долго. Даже самое стабильное заклинание, вдосталь заряженное маной, рассеется через пару часов — если его не заякорить. В этом и крылась проблема усиливающих ритуалов. Для постоянного эффекта требовался якорь.

Проблема была куда серьезнее, чем могло показаться. Наносить на свою кожу магические знаки — крайне плохая идея. Живая плоть скверно реагирует на большие объемы маны, даже своей собственной. К тому же, такой якорь очень легко повредить, что приведет к непредсказуемым последствиям. Сбои заклятий опасны даже в нормальных условиях, что уж говорить о случае, когда разрушающееся заклятье завязано на тело мага.

К счастью, решение было. Давным-давно некий безымянный маг нашел способ преобразовать в якорь часть своего магического резерва. Душа мага инстинктивно поддерживает стабильность запаса маны, так что заякоренному в нем заклятью не грозит спонтанное разрушение. Единственный минус — использованная в ритуале часть резерва становилась связанной, навсегда уменьшая объем доступной заклинателю энергии.

Впрочем, была еще одна сложность. При всех возможностях усиливающих ритуалов, по сути это всего-навсего магия трансформации. Да, вечная, да, надежная, да, управляемая — но отнюдь не инстинктивно, как это делают магические существа.

И тут в игру вступала магия крови. Она позволяла магу завязать заклятье не только на свою ману, но и на жизненную силу. Получалась глубокая, сильная связь — настолько сильная, что могла передаться потомкам заклинателя. Плюсом шло естественное понимание способности, как у тех, кто был с ней рожден.

Усиливающие ритуалы опасны. Малейшая ошибка — и заклинатель погибнет или лишится сил. Многие поплатились за свою небрежность, связав весь резерв маны — или будучи разорванными изнутри при трансформации.

Магия крови опасна. Высекая на своей плоти магические символы, заклинатель воздействует на саму жизненную энергию. И смерть от потери крови — далеко не самое страшное, что грозит неосторожному.

Невзирая на опасность, Зак и Зориан объединили эти направления. Они начали с малого, но из-за нехватки времени быстро перешли ко все более амбициозным ритуалам. Да, они ошибались — но не критично, а конец очередного цикла неизменно стирал все следы их ошибок. В поисках совета и секретов мастерства, они с помощью Каэла нашли и пообщались с уцелевшими магами крови морлоков. Они пробовали новые возможности в деле, оценивая, какие подойдут им лучше и почему.

И сейчас, когда время на исходе, они решили незамедлительно использовать накопленные знания и провели ритуалы в самом начале цикла. Через полторы недели, когда их мана и жизненные силы по большей части стабилизировались, они встретились с Ксвимом, Сильверлэйк и Дэйменом, чтобы испытать свои силы в пространственной магии. Узнать, сумеют ли они когда-нибудь открыть выход из петли.

Они собирались создать малую копию имперской сферы.

Зак, Зориан, Сильверлэйк, Ксвим и Дэймен стояли по сторонам исполинского заклинательного круга. Они отдыхали и настраивались на предстоящую работу — на то, чтобы вычертить круг, отпечатав в земле, и сотворить несколько сложных оберегов, защищающих гигантскую структуру от посторонних воздействий, ушло несколько часов.

В центре круга стоял роскошный особняк, окруженный ухоженным садом. Теперь это уединенное поместье официально принадлежало им, так что их не прервут в середине ритуала. Сильверлэйк ворчала, что тратить такие суммы глупо, можно было просто украсть чей-нибудь дом или выбрать пустую площадку, но Зак не хотел ничего слышать. Он желал собственный карманный особняк, и все тут.

Так или иначе, предстоящая задача несколько отличалась от создания обычных карманных измерений. Раньше Зак и Зориан изолировали некий объем пространственной мембраной, и потом «надували» его до нужных размеров. Сейчас же они должны принудительно отделить от остального мира немалый кусок земли, сжать и соединить с заранее приготовленным якорем. Небольшим шариком укрепленного магией стекла, для большего сходства с имперской сферой.

Нечто подобное сделала Сильверлэйк, спрятав свой дом от посторонних — но ее дом, пусть и сжатый, оставался связан с окружающим миром. Такое карманное измерение нельзя перенести на другое место, зато оно заметно проще. Им же предстояло буквально отсечь часть мира и унести с собой.

Дом вместе с садом были куда меньше императорского дворца — но даже так потребуются слаженные усилия пяти первоклассных специалистов, исполняющих групповой ритуал. Они использовали все доступные им преимущества — и все равно не были уверены в успехе. Зориан даже думать не хотел, насколько сложно было создать саму имперскую сферу.

Оглянувшись по сторонам гигантской фигуры, Зориан убедился, что все отдохнули и готовы. Глубоко вдохнул и шагнул вперед — пять симулакрумов последовали за ним.

Он давно уже разобрался, каким образом Принцесса координирует действия своих восьми голов, и теперь мог повторить этот трюк со своими двойниками. Ощущение было изумительным — когда несколько точек зрения и мыслительных потоков сливаются в единую перспективу — но у техники было серьезное ограничение. Зориан и его симулакрумы должны заниматься чем-то одним — скажем, сражаться с общим врагом или совместно решать задачу. В обычных условиях, когда он в Сиории, а двойники раскиданы по всему свету, метод гидры ничем не мог помочь — но для предстоящей задачи подходил идеально.

Зориан активировал свою новую способность — для ритуала он выбрал скромную туннельную жабу, умеющую чувствовать свернутые пространства. Не самая крутая способность, но сравнительно дешёвая и вполне подходящая его целям. Ритуал отнял у него около восьми процентов резерва — жалко, но терпимо.

И наконец он использовал технику ментального усиления, которую разрабатывал последний год с привлечением множества экспертов-аранеа и даже исследователей-людей. Множество симулакрумов заплатили за это умение своими короткими жизнями, но итоговый результат впечатлял. Мысли тотчас прояснились, концентрируясь на задаче, связь с симулакрумами углубилась, а его вычислительные и измерительные способности достигли сверхчеловеческих величин.

Вокруг него готовились остальные участники.

Зак покачивался с пятки на носок, напевая какой-то мотивчик. Напарник казался расслабленным, но его выдавал отсутствующий взгляд. Для ритуала он выбрал бездушного оленя, оценив его способность искажать траектории снарядов и заклятий. Довольно затратная в плане резерва способность, но уж кто-кто, а Зак мог себе это позволить. Зориан ощущал, как растягивается и искажается пространство вокруг собирающегося напарника.

Присутствие Дэймена вообще-то не планировалось изначально. До временной петли старший брат не владел даже заклятьем врат, что уж говорить о карманных измерениях. Однако его репутация оказалась более чем заслуженной — всего за год интенсивных тренировок с привлечением возможностей петли он почти догнал их в пространственной магии. Зориан даже ощутил тень былой зависти — глядя, как брат с легкостью осваивает то, что потребовало от него с Заком таких усилий — но, разумеется, еще один компетентный специалист им не помешает. С ним шансы на успех значительно возрастут.

Дэймен, как и Зак с Зорианом, решил попробовать усиливающие ритуалы — единственный из носителей временного маркера, кто отважился рискнуть. Он выбрал фазового паука, случайно встреченного парнями в одном из циклов. Их характерная способность — создание небольших карманных измерений — сегодня точно пригодится.

Сильверлэйк воткнула в землю вокруг себя шесть золоченых колышков и что-то бормотала, делая странные жесты. Не похоже на жестовую магию — скорее это напомнило Зориану Кириэлле, когда та считает на пальцах… Вот только он знал, насколько Сильверлэйк устрашающе хороша в вычислениях. Сложно сказать, насколько она продвинулась за пять циклов — она предпочитала работать одна и не стеснялась вешать лапшу на уши в ответ на расспросы. Тем не менее, благодаря своим познаниям в пространственной магии и магии душ она была одним из ключевых членов их группы, и с этим ничего не поделаешь.

Ксвим просто стоял у магической фигуры, заложив руки за спину, невозмутимо, словно предстоящая работа не стоила даже упоминания. Едва ли он добился заметного прогресса за пять циклов, но Ксвим и до петли был крайне компетентным архимагом. На его уровне дальнейший рост требует огромных усилий.

Следуя беззвучному сигналу, все пятеро приступили к ритуалу.

Из рук Зориана и его симулакрумов потянулись светящиеся нити, сплетаясь в купол над особняком — чтобы через миг растаять в воздухе. Сильверлэйк выпускала из пальцев угольно-черные лучи, высекая из невидимого барьера вспышки красного света. Зак и Ксвим поддерживали тускло светящиеся белые кольца, лениво вращающиеся вокруг площадки. Пространство изгибалось, искажая перспективу, словно горячий воздух, в небе гуляли причудливые ветры и вихри.

Наконец мембрана сформировалась — огромная прозрачная полусфера вокруг дома. Ее поверхность волновалась, как текущая вода, то там, то здесь проглядывали чернильно-черные нити, словно трещины в ткани реальности, открывающие ужасную пустоту между мирами. Все пятеро магов спешно закрывали разрывы, но, сомкнувшись под волной переливающихся цветов, трещины вновь открывались в новых местах. Над куполом бушевал уже настоящий смерч, взметая пыль и охаживая участников мелким мусором.

Процесс шел несколько часов. Группе пять раз пришлось прерываться, чтобы восстановить ману, к счастью, это было предусмотрено. Они заранее знали, что не смогут провести весь ритуал разом.

И наконец — критическая точка ритуала. Мембрана стала глухой, абсолютно черной, ее поверхность бурлила, как кипящая вода. От купола во все стороны поползли трещины, земля сотрясалась, угрожая опрокинуть участников — что неминуемо привело бы к провалу. Все смогли устоять, но, отвлекшись на миг, допустили выброс пространственных искажений, перемоловших в щепки окрестные деревья и бесследно уничтоживших одного из симулакрумов Зориана. Он успел скомпенсировать потерю, и ритуал продолжился.

Черный купол запульсировал, расширяясь и сжимаясь, словно гигантское сердце. Если приглядеться — можно заметить, что с каждым разом купол становится все меньше, сжимая внутренний объем.

Через несколько минут сфера уменьшилась вполовину — и, преодолев порог, вдруг провалилась сама в себя, сжимаясь в крохотную точку. Зак среагировал мгновенно, швырнув в центр коллапсирующего объема тяжелый стеклянный шар; остальные же спешно раскидывали вокруг шестнадцать каменных стабилизаторов. Шестнадцать каменных кубов, плотно исписанных заклинательными формулами, закружились в воздухе вокруг черной массы мембраны.

Несколько секунд — и чернота полностью всосалась в стекло, и все стихло. Странный свет погас, пространство больше не изгибалось. На месте магического круга остался огромный полукруглый кратер. А в центре ямы парил совершенно непримечательный стеклянный шар, вокруг которого неспешно вращались каменные кубы.

Грохот ударил по ушам — все шестнадцать стабилизаторов разлетелись щебенкой. Зато стеклянная сфера уцелела — стабилизаторы, разрушаясь, завершили процесс, накрепко связав новое карманное измерение с переносным якорем.

Если присмотреться — в центре стеклянного шара висел крохотный особняк. Он даже не пострадал — редкостное везенье. Напряжения пространства во время ритуала запросто могли превратить его в груду камней.

Полный успех.

Все радостно столпились вокруг сферы, полюбоваться на свое творение — лишь Ксвим сохранял невозмутимость, хотя Зориан ощутил и в нем легкое удовлетворение.

— Знаете, только сейчас сообразил — я не представляю, как вы собираетесь запитывать эту штуку, — заметил Дэймен. — Для поддержания стабильности она должна тратить огромные объемы маны.

— Мы разместили в доме постоянные врата, — ответил Зак. — Они связаны с каверной глубоко в подземелье, откуда и берут энергию для врат и особняка. Врата совсем маленькие, никакая тварь не пролезет — но мана вполне проходит.

— О? Вы все же разобрались с постоянными вратами Кватач-Ичла? — удивился Дэймен.

Сильверлэйк самодовольно приосанилась — заслуга расшифровки метода Кватач-Ичла в немалой степени принадлежала ей. Ей и, как ни странно, Изысканным Мудрецам — их метод создания заклинательных якорей был удивительно схож с тем, как Кватач-Ичл создал свою стабилизирующую раму.

— Да, мы смогли воспроизвести способ лича, — подтвердил Зориан. — Хотя как средство транспортировки его врата не идеальны, слишком долго изготавливать. Удобнее использовать моих симулакрумов с вратами.

— Мы добились отличных результатов, — сказал Ксвим. — И эта сфера — тому подтверждение. Однако я сомневаюсь, что этого хватит, чтобы пробить выход из петли.

Повисло короткое молчание.

— Шансы есть, — сказал наконец Зориан.

— Но они невысоки, — пробурчала Сильверлэйк, прежде, чем он успел продолжить. — Если бы у нас было еще шесть месяцев…

— Но их нет. Мы не сможем взломать маркеры за остаток месяца, — возразил Зак. — Смысл тратить время, мечтая о невозможном?

— Ну да, тебе и Зориану легко говорить об этом, — выплюнула ведьма. — Даже если затея с временными маркерами провалится, вы-то будете в порядке.

— Вы утрируете, и сами это знаете, — нахмурился Зориан. — Защита временных маркеров не позволит наложить их вновь в течение шести циклов. Без вашей помощи у нас нет шансов. И нам остается ждать до последнего, чтобы всем вместе попытаться в последний раз. Думаете, нас с Заком это устраивает? Мы заинтересованы в успехе не меньше вашего.

— Пф, — фыркнула Сильверлэйк. — Полагаю, почти столь же заинтересованы. Но только почти.

— И что же они, по-вашему, должны были сделать? — понимающе спросил Ксвим.

— Они должны были активнее экспериментировать с временными маркерами и магией душ. В мире полным-полно людей, которых никто не хватится, тем более, что в следующем цикле они вновь были бы в порядке, — ответила Сильверлэйк, встретив взгляд Ксвима. Она говорила громко, но совершенно спокойно. — Они должны были дать Кватач-Ичлу временный маркер и включить его в группу.

Вот же.

— Оба этих варианта уже обсуждались и были отвергнуты, и не только Заком и Зорианом, — напомнил Ксвим.

— Даже те контакты с личем, что есть сейчас — уже огромный риск, — сказал Зориан. — Малейшая ошибка может стоить нам всех оставшихся циклов.

— Старый мешок костей скорее уничтожит нас, чем согласится помочь, — добавил Зак. — Зачем ему помогать нам? Без нас его вторжению в Сиорию никто не помешает.

— Ба! — В этот раз ведьма буквально плюнула на землю. — Вижу, я в меньшинстве. Да и поздно уже об этом думать… но не слишком ли малы шансы? Наверняка можно сделать что-то еще?

— Ну, вы сами сказали, что нужно больше времени, — заметил Дэймен. — Если имперскую сферу успешно преобразуют в Черный Зал, у нас будет еще пара месяцев.

— Мы уже делали это в двух циклах, — напомнила Сильверлэйк. — Впечатляюще, да, но эффективность лишь немного лучше, чем у обычных Залов. Просто больший объем. Почему ты думаешь, что в этот раз будет иначе?

— Ну, если верить Крантину и его команде… — начал Дэймен.

— Когда у них получится, тогда и поверю, — отрезала Сильверлэйк. — А пока что у меня есть другая мысль…

При всем характере ведьмы, ее мастерство в магии пространства было бесспорно, а многие идеи — перспективны. Иногда эти перспективные идеи даже были этичны и законны.

Так что группа отправилась назад в Сиорию, размеренно обсуждая грядущие планы…

Поиски имперского посоха тянулись мучительно долго — и долгое время у экспедиции не было ни малейших зацепок. Зориан был уже готов отказаться от безнадежной затеи и сфокусироваться на проекте пространственного перехода, но для Дэймена это было бы ударом по профессиональной гордости, и в итоге его усилия принесли результат.

Одной из первых кандидаток на обладание посохом была маг-дракон Лиловые Глаза Погибели, или, сокращенно, Лиловоглазка. Вот только выследить драконицу было ничуть не легче, чем сам посох, а вокруг было полно других кандидатов, так что о ней забыли. Но со временем стало очевидно — Лиловоглазка способна мгновенно переноситься на огромные расстояния, другого объяснения не было. Да, драконы быстро летают, но это было что-то за гранью фантастики. Один раз группа Дэймена даже видела и преследовала ее, но стоило на миг потерять ее из вида — она бесследно исчезла.

Вот это было уже подозрительно — обычно маги-драконы не владеют телепортацией. У драконов вообще сложности с пространственной магией, а то, что вытворяла Лиловоглазка, и магу-человеку едва ли под силу.

Скорее всего, она использовала некий божественный артефакт. Несколько раз выследив и вспугнув ее, Зак и Зориан выяснили — речь идет о неприметного вида посохе.

На невысокой горе в джунглях Блантирра гремела яростная битва — Зак и Зориан против Лиловоглазки. Растерзанные останки боевых големов Зориана устилали склон, дымились огромные кратеры. Облака пыли и дыма закрывали небо.

Яростно взревев, драконица хлестко развернулась к Заку, разинула пасть и исторгла огонь. Невероятно концентрированный — даже для дракона — жгут раскаленного белого пламени поджёг кустарники, просто пройдя над ними. Не теряя ни секунды, Зак призвал глухой черный щит пространственной магии — и луч белого огня ухнул в него, как в пустоту.

Следом за лучом повеял магический ветер — словно волшебная радуга, ласковая и прекрасная… Но черный щит Зака схлопнулся, а самого его чуть не смело со склона горы.

В воздухе просвистели три каменных цилиндра, горящих угрожающим синим светом — драконица отбила их, но отвлеклась от Зака, и тот восстановил равновесие.

Лиловоглазка метнула разъяренный взгляд на Зориана, стоявшего чуть дальше с похожей на ружье пусковой установкой — но сочла Зака большей угрозой и ударила хвостом, как плетью.

Вместо того, чтобы уклониться, Зак сотворил новое заклятье, вызвав из склона под драконицей гигантские каменные руки. Лиловоглазка сощурилась, но не отступила, уверенная в своей силе и объеме резерва. Логично, человеку не по плечу обмениваться прямыми ударами с драконом.

…Если, конечно, дракон попадет.

Ее глаза удивленно расширились — она не могла так глупо промахнуться!

Внимательный наблюдатель мог бы заметить, как растягивается пространство, отводя хвост в сторону.

Каменные руки схватили драконицу, прижимая ее к земле. Она призвала гигантские эктоплазменные когти и раскрошила их в щебень, но секундной заминки хватило симулакрумам Зориана, тут же телепортировавшимся к ней. Она потянулась было к ним когтями — но на нее обрушилось внезапное головокружение, в глазах потемнело. Когда же она вернула себе четкость мышления — в нее уже летело сверкающее кристаллическое копье Зака, по древку змеились устрашающие красные разряды.

Вторгнуться в разум дракона ой как непросто — даже возможностей Зориана хватало лишь на пару секунд.

Взревев, Лиловоглазка испустила во все стороны ударную волну, раскидав симулакрумов и повалив деревья. Копье отклонилось и лишь чиркнуло по ее боку, вырвав кусок мяса, но не нанеся тяжелых ран.

Драконица взмыла в воздух и попыталась улизнуть. Она не телепортировалась — вероятно, ее посох исчерпал заряд — но не каждому дано сравниться в скорости с драконом.

Зак и Зориан уже почти истратили ману, у Зориана кончались бомбы и зачарованные предметы. Даже чудовищный резерв Зака не мог сравниться с энергией дракона. Они могли преследовать ее — но битву на истощение они скорее всего проиграют, и она наверняка это знала. Вероятно, имея в своем распоряжении посох телепортации, она не раз и не два прибегала к такой тактике — измотать противника отступлением, потом атаковать и добить.

К несчастью для нее, Зак и Зориан были не одни. Едва отлетев, она встретила поджидающих ее Аланика, Ксвима и Дэймена. Парни, присевшие восстановить силы, хорошо слышали ее возмущенный рёв.

— Ха, держу пари, такого она не ожидала, — ухмыльнулся Зак. Он весь перемазался в пыли, по левой руке, где каменный град пробил его защиты, бежала струйка крови, но он ничего не замечал. — Пусть попробует на своей шкуре, каково поочередно биться со свежими, отдохнувшими врагами.

— Разве ты не убил Оганя, такого же мага-дракона, в одиночку? — поинтересовался Зориан. — Я понимаю, он не мог телепортироваться, и, возможно, был не таким хитрозадым, но едва ли был слабее. Как ты справился один?

— Методом проб и ошибок, — смущенно хохотнул Зак. — Многих, многих проб и ошибок. Никому не советую.

Они замолчали, наблюдая за разворачивающейся битвой.

— Получилось, — выдохнул Зак.

Перед ним на земле лежали пять реликвий — стеклянная сфера, простое металлическое кольцо, сверкающий кинжал, изукрашенная корона и простой деревянный посох.

Все пять частей Ключа.

Посох Лиловоглазки оказался тем самым. Они уже показали его Стражу и выяснили его свойства. Посох позволял поставить до шести невидимых меток и телепортироваться к ним… вне зависимости от расстояния. Каждую метку можно было использовать раз в сутки, но даже так — весьма впечатляющая способность.

Для обычных пользователей. Для контролера петли посох был еще полезнее — поскольку метки сохранялись из цикла в цикл. Начиная месяц с посохом в руках, контролер мог мгновенно отправиться куда угодно.

Увы, в начале цикла посох был в лапах драконицы, что сводило на нет всю его полезность. Отправиться на другой край света, чтобы обрести способность добраться до края света… В этом была своя ирония, но Зориану было не до смеха.

Впрочем, сейчас это неважно. Прежде всего, посох — часть Ключа, остальное вторично. Понятно, что к тому моменту у них уже были сфера и кольцо, оставались кинжал и корона.

Добыть кинжал было… не то, чтобы совсем легко, но вполне выполнимо. За столько набегов на королевскую сокровищницу они хорошо изучили ее защитные чары и вполне могли ограбить ее и без Кватач-Ичла. Как они и сделали. Был грандиозный скандал, все искали дерзких воров, но вроде бы они неплохо замели следы.

С короной же было не все так однозначно. Да, они добыли ее, но теперь у Кватач-Ичла было больше полумесяца, чтобы найти и поквитаться с ними — раньше они никогда так не рисковали.

Но как было удержаться, когда не хватало лишь одной части? Не ждать же до конца месяца. Как знать, вдруг полный Ключ даст им новые, неведомые возможности?

Вокруг стояла целая толпа — практически все путешественники прибыли посмотреть на Ключ, хоть с виду реликвии и не впечатляли. Негромкие споры и шепотки сливались в непрекращающийся гул — люди гадали, как отреагирует Страж Порога.

Быстро переговорив между собой, Зак и Зориан решили немедленно навестить Стража… и взять остальных с собой.

Они уже приводили временных путешественников во Врата Государя, хоть это и удалось далеко не сразу. Сам Страж подтвердил, что носители временных маркеров не могут попасть в зал управления. Но это ограничение оказалось до смешного легко обойти — достаточно заключить временную духовную связь, позволяющую контролеру «втащить» во Врата посторонних. Страж по большей части игнорировал лишних людей, но и не возражал против их присутствия. Зак и Зориан уже не раз пользовались этим способом и не ожидали особых сложностей.

Так что вся группа направилась в секретную лабораторию магии времени и, после необходимых приготовлений, вошла во Врата Государя.

Страж Порога привычно возник перед ними, светящаяся человекоподобная сущность с безразличным лицом ожившей статуи.

— Приветствую, Контролер.

— Ага-ага, — отозвался Зак. — Я тоже рад тебя видеть, придурок. Заметил, что мы принесли тебе Ключ?

Страж помедлил.

— Секундочку, пожалуйста, — сказал он наконец и снова смолк.

В черной пустоте зала управления множество людей встревоженно ждали ответа светящейся сущности. Страж, судя по всему, не возражал против обилия посетителей, сосредоточившись на своей неизвестной задаче.

Напряженное молчание затягивалось. Все уже знали, что Страж игнорирует временных путешественников, и не пытались его поторопить. И пусть было довольно забавно наблюдать, как разозленный Дэймен или Сильверлэйк требуют ответов от равнодушной сущности, в этот раз все держали себя в руках.

Наконец Страж закончил то, чем он там занимался, и вновь заговорил.

— Все как полагается. Ключ подлинный. Хотите затребовать свои привилегии?

— Привилегии? А что, я люблю привилегии, — ухмыльнулся Зак. — Да. Давай все, что есть.

— Исполнено, — незамедлительно ответила сущность.

— Теперь я могу отпереть врата? — спросил Зак.

— Да, — подтвердил Страж Порога. — Хотите ли…

— Да, черт возьми, да! — раздраженно выпалил Зак. — Открывай.

— Как пожелаете, — ответила сущность. И ненадолго смолкла, сосредотачиваясь. — Исполнено. Врата от-от-от-от-от…

Зориан с растущим ужасом наблюдал, как Страж задергался, как в припадке, его голова закрутилась невозможным для человека образом, делая полные обороты, тело пошло волнами, словно что-то пыталось вырваться наружу.

Ох, не к добру…

— Что, мать вашу, происходит?! — спросили из задних рядов.

— Не знаю, — хмурясь, откликнулся Зак. — Такого раньше ни…

И тут все стихло. Зориан решил было, что Зак замолчал, заметив что-то важное — но Зак просто исчез.

Как и все остальные. В черной пустоте был лишь он сам и судорожно дергающийся Страж.

Он немедленно попытался вернуться в тело, но не смог.

Вот же срань… Ну, хотя бы Страж вроде как начал успокаиваться. Больше не выкручивал голову и суставы, может…

И тут по всему телу Стража открылись множество глаз — поморгали и уставились на Зориана. Они все были разные — разных размеров, цвета, структуры. Были глаза с несколькими радужками, были светящиеся, были фасеточные, как у насекомых. От одного взгляда на некоторые начинало мутить.

— Зориан Казински, — сказал Страж Порога. А Страж ли? Даже не считая жутких глаз, сам голос изменился, став глубоким и раскатистым, лишенным всего человеческого. — У меня есть к тебе предложение.

— Кто ты? — с вызовом спросил Зориан.

— Ты зовешь меня Панаксет, — ответила сущность.

Мозг замер, отказываясь принимать услышанное. Что?.. Как?..

— Первозданный? — хрипло уточнил он.

— Да.

Внезапно самые мерзкие на вид — и часть более нормальных глаз закрылись.

— Ты умеешь говорить? — тупо спросил Зориан. Мозг все еще не отошел от шока.

Панаксет, видимо, понял это и не стал отвечать.

— Я могу выпустить тебя отсюда, — он вновь изменился, часть лишних глаз закрылись, кожа цветом и текстурой стала похожа на человеческую. — Тебе надо лишь заключить со мной контракт.

Контракт?

— Нет, спасибо, — тотчас помотал головой он.

— Без меня ты не сможешь выбраться из петли, — голос стал практически человеческим, исчезло большинство лишних глаз. — Как и тот, другой до тебя.

— Красный? — уточнил Зориан.

— Его имя меня не интересовало, — ответил Панаксет. Теперь он выглядел человеком… и каждую секунду новым, женские черты чередовались с мужскими, менялись лица, возраст и цвет кожи. — Какая разница? Сейчас мы говорим о тебе. Поклянись жизнью, что поможешь мне освободиться, и я воплощу тебя за пределами этого умирающего мира.

— С какой стати мне это делать?

— Чтобы жить? — несколько растерянно отозвался Панаксет.

Постоянные изменения замедлились — теперь он выглядел женщиной, высокой и симпатичной, с длинными черными волосами и совершенно шикарным…

Зориан скривился. Чертова тварь подбирала облик, чтобы как можно больше понравиться? Она меняла обличия, следя за его жестами и мимикой, отмечая, что ему по душе?

И теперь показывает ему то, что он хочет видеть.

Внезапно вместо сущности перед ним оказалась точная копия Кириэлле.

— Я просто хочу жить и быть свободной! — ее губы дрожали, вот-вот расплачется.

— Ты — не Кириэлле! — заорал Зориан.

Панаксет немедленно изменился, превратившись в Тайвен. В Зака. Ксвима, Дэймена, Ильзу, Имайю…

Откуда он вообще знает, как эти люди выглядят и как говорят? Тварь роется в его памяти?

Зориан немедленно усилил ментальные защиты, хоть и не ощущал постороннего вторжения.

— Почему вы говорите со мной только сейчас? — спросил он. — Я был здесь много раз.

— Не было смысла — врата были заперты, — ответил Панаксет. — Я могу выпускать людей, лишь когда они открыты.

— Но поговорить мы могли в любое время?

— Да, — подтвердил Панаксет. — Врата Государя давно уже повреждены, отказали некоторые защитные механизмы. Потому их и перестали использовать. Однако нет смысла говорить с людьми, если они недостаточно сильны для моих целей, и если врата закрыты. Кто бы мог подумать, что ты успеешь собрать Ключ. Но — хорошо, что успел. Мы можем помочь друг другу, Зориан. Можем даже обсудить дополнительную награду.

— Но что, если у меня не получится?

— Разумеется, ты умрешь, — пояснил Панаксет как что-то очевидное. — Контракт для того и нужен.

— То есть вы выпускаете меня, и взамен я либо освобождаю вас, либо умираю?

— Именно.

— Я склонен отказаться, — вздохнул Зориан.

Пару секунд первозданный молчал. Вероятно, понял, что не сумеет его переубедить.

— Смотри, не пожалей об этом, — сказала сущность. — Второй раз предлагать не буду.

Даже какое-то двойственное ощущение. С одной стороны жаль, мало ли, что можно узнать из разговора с первозданным. С другой — это гребанный первозданный, непонятным образом читающий его мысли.

Нет уж, не нужно ему такого счастья.

— Как-то вы быстро сдались, — заметил Зориан. — Как знать, вдруг бы уговорили меня в следующий раз?

— Это уже не важно, — ответил Панаксет. — Доброволец нашелся.

Зориан удивленно распахнул глаза — и тут выглядевший заурядной женщиной первозданный исчез, а со всех сторон обрушился шум. Он снова был рядом с Заком и временными путешественниками, все разом говорили, кричали и стонали. Очевидно, он не был единственным, кто пообщался с устрашающей первозданной сущностью.

Спохватившись, Зориан оглядел присутствующих — и в душу закралось ужасное подозрение.

Сильверлэйк исчезла.

Глава 90. Новый поворот

Они не стали задерживаться в черной пустоте Врат Государя. Страж Порога исчез — видимо, контролировавший его Панаксет забрал его с собой. Или, может быть, он сам и был Стражем — в любом случае, без него оставаться в зале управления было бессмысленно.

Что важнее — Сильверлэйк пропала, и все хотели убедиться, не ждет ли она снаружи. Да, слова Панаксета намекали, что она предала их — но Зориан до последнего надеялся, что она просто каким-то образом вышла из зала сама.

Зря надеялся. С исчезновением Панаксета сила, удерживающая их во Вратах, тоже исчезла — они беспрепятственно вернулись в лабораторию. И увидели на полу бездыханное тело Сильверлэйк.

Мертва. Никаких следов борьбы, ран или травм. Явно не дело рук какого-нибудь тайного врага или предателя из числа лаборантов. Просто в какой-то момент душа ведьмы исчезла из тела, безболезненно умертвив ее.

Они уже видели такое — в колонии аранеа под Сиорией и в подвале некоего юриста.

Паршиво. Зак в ярости испепелил тело ведьмы, прежде, чем его успели остановить. Зориан хотел было высказать ему насчет уничтожения вещественных доказательств, но Аланик положил ему руку на плечо и помотал головой. Пожалуй, и к лучшему — сейчас действительно не время ссориться, да и вряд ли изучение трупа открыло бы им что-то новое.

В лаборатории времени они тоже не собирались задерживаться. Следовало опросить всех, узнать, о чем с ними говорил Панаксет, и под защитой оберегов поместья Новеда это делать куда удобнее. Правда, при этом возникла непредвиденная проблема — сотрудники лаборатории приняли их фальшивые бумаги, но бдительности не потеряли. И точно знали, что посетителей было на одного больше.

Как же не вовремя. Зак все еще на взводе, того и гляди, начнет швыряться огнем — а Крантин не отступает, хочет знать, куда делась ведьма. Не говорить же ему, что она покинула этот мир, а тело сожгли. В итоге Зориану пришлось редактировать память чуть не половине сотрудников, а заодно — логи системы охранных оберегов, стирая сегодняшний визит Сильверлэйк.

Против ожидания, переписать бездумную заклинательную схему оказалось куда сложнее, чем живой разум. Логи системы были изощренно защищены, в то время как большинство лаборантов пренебрегали ментальными щитами.

Но даже разрешив текущую проблему, Зориан сознавал, что с потерей Сильверлэйк проблемы с лабораторией только начинаются. В проекте превращения имперской сферы в Черный Зал ведьма играла ведущую роль. Заменить ее будет непросто.

Честно говоря, Зориану до сих пор не верилось, что все это по-настоящему. Да, после сбора всех частей Ключа что-то должно было измениться — но не настолько же! Как вообще Панакасет сумел дотянуться до них через Стража? Врата очевидно сделаны из другого первозданного — Тот, что из текущей плоти, был с незапамятных времен заточен в Провале на севере Алтазии, в то время как Врата Государя до недавнего времени находились в северной Миасине. Так как же первозданный смог вмешаться в механизм петли? Как он выпускает людей наружу? И что он предложил Сильверлэйк, что она согласилась доверить свою жизнь древнему богоподобному монстру?

Неизвестно. Может быть, другие задали первозданному более полезные вопросы?

Наконец покинув лабораторию, группа перебралась в поместье Новеда — собраться с мыслями и обсудить произошедшее.

Прежде всего, конечно, Панаксет. Или сущность, назвавшаяся Панаксетом — как знать, не самозванец ли он… С другой стороны, какой в этом смысл? Это не то имя, что вызовет их симпатию. Так или иначе, остальные подтвердили — «Панаксет» говорил с каждым наедине, перенеся в отдельное пространство.

С каждым, кроме Зака. Зак почему-то не удостоился беседы и был вынужден просто ждать в пустоте, не в силах покинуть зал управления.

Остальные же оказались лицом к лицу с причудливо изменившимся Стражем Порога — хоть и другим, не многоглазым гуманоидом Зориана. Кайрон общался с четырехруким Стражем с огромным вертикальным ртом, полным заостренных зубов, на туловище. Страж Норы был непропорционально вытянут, а из головы торчали костяные шипы, как у морского ежа. Первоначальный чудовищный облик постепенно менялся на более приятный, как было и у Зориана.

Сам разговор тоже протекал по-разному. Далеко не все получили предложения контракта — например, с Тайвен и Норой первозданный просто игрался — меняя обличья и неся чушь, вроде «люблю собак» или «видела бы тебя твоя мать» — и пристально изучая их реакцию. По словам Дэймена, Панаксет ничего ему не предлагал, зато пытался выспросить о Зориане, его характере и стремлениях. Брат был изрядно уязвлен — хотя неясно, то ли из-за того, что монстр подталкивал его предать родича, то ли потому, что его сочли всего лишь «братом Зориана». Это было бы даже забавно, не будь ситуация столь опасной.

Вскоре выяснилось, что хоть все вернулись в зал одновременно, кто-то беседовал дольше, кто-то меньше. Некоторые, как Зориан, буквально обменялись с первозданным парой слов. Другие, кто делал вид, что готов согласиться, общались с сущностью куда дольше. Очевидно, первозданный управлял течением времени, растягивая его для перспективных собеседников и сжимая для бесполезных.

Вероятно, благодаря этому он и убедил Сильверлэйк с первой же попытки — у него было достаточно времени. А учитывая знания и могущество ведьмы — она наверняка была в числе приоритетных целей.

— Вас не беспокоит, что первозданный читал наши мысли? — хмурясь, спросил Зориан. — Когда я говорил с ним, он превращался в людей из моих воспоминаний. Собственно, поэтому я и пытался поскорее закончить разговор.

— В разговоре со мной он так не делал, — покачал головой Ксвим. — Он вообще не пытался превратиться в кого-то определенного, просто менял обличья.

Хм, занятно — некоторые, как Зориан, не причисляли первозданного к тому или иному полу, а некоторые, как Ксвим, явно относили к мужскому. В принципе, культисты тоже звали Панаксета Тот, что из текущей плоти, еще один голос в пользу мужского… если к этому чудовищу вообще применимо понятие пола. Сущность говорила с ним, выглядя как женщина, с другими — как мужчина, а с Мудрецами и Поборниками — как аранеа… Не похоже, чтобы у нее были какие-то предпочтения.

— Вообще-то я спросил об этом, когда он превратился в Кану, — поколебавшись, сказал Каэл. — Ну как спросил… сорвался, потребовал объяснений, и неожиданно получил их. Он сказал, что не читает наши мысли, он «всего лишь» видел все, что происходит в петле и помнит близких нам людей. Наверное, поэтому он и не превратился в Намиру, хоть это и подействовало бы сильнее. Моя жена умерла задолго до петли, и он не знает, как она выглядела.

— Да, мне он сказал то же самое, — согласилась Ильза. — Он пытался искушать меня секретами истинного творения, а когда я спросила, откуда он знает о моем интересе — ответил то же, что и Каэлу, но несколько подробнее. Панаксет утверждает, что Врата Государя не сделаны из первозданного, как мы думали — скорее, это некая приставка, или, возможно, оболочка — которой для работы нужен первозданный. Любой первозданный, но в данном случае — это Панаксет.

— Так вот как он сумел до нас дотянуться, — мрачно сказал Зак.

— Да, — кивнула Ильза. — Врата Государя каким-то образом превращают первозданного во временную петлю. Все вокруг — и есть Панаксет… и выходит, он знает все, что вокруг происходит.

— То есть он видит нас и сейчас? — нервно спросила Тайвен.

— Вероятно, — пожала плечами Ильза. Видимо, ее это не смущало. Или у нее было больше времени, чтобы свыкнуться с мыслью.

А вот Зориану это совсем не понравилось. Как, спрашивается, они будут взламывать механизм петли, когда сама петля — разумная, всегда наблюдающая за ними сущность? Вполне возможно, что Панаксет может активно вмешиваться в происходящее. Может быть, защитные схемы Врат Государя и должны этому препятствовать, но защита не поможет нарушителям вроде него.

Слова Панаксета о выходе из петли обретали новый смысл. Тогда Зориан понял это как «не выйдешь без моей помощи», но, возможно, имелось в виду «не выйдешь без моего разрешения».

— Если он настолько всеведущ, то почему он был так неубедителен? — задумался Ксвим. — Казалось бы, он должен хорошо нас знать, если видел все, что происходило.

— Возможно, он упускает мелкие детали, — предположила Орисса. — Технически я ощущаю всех моих пчел, но спроси меня про какую-нибудь одну — и я мало что смогу рассказать.

— Элементали, с которыми мы советовались, говорили, что для первозданных мы — как звери, может даже как насекомые, — добавил Зак. — Мы же не обращаем внимания на воробьев на улице или червей в саду? Да, мы куда умнее, но все же не понимаем их. Что там, вон, Зориан может читать их мысли, и все равно ничего не может добиться без магического принуждения.

— Ты про тот случай, когда он, как в пословице, пытался пасти кошек? — чуть улыбнулся Каэл. — Помню-помню.

— Эй, я же не всерьез пытался, — возмутился Зориан. — Мне было просто скучно.

— Сейчас речь не об этом, — с нотками раздражения сказал Аланик. — Зак прав, первозданные не воспринимают нас как равных. Со зверями не договариваются, их подталкивают в нужную сторону. Нам следует принимать слова этой сущности с осторожностью. Там могут быть крупицы истины, но, думаю, она скажет все, что угодно, лишь бы повысить свои шансы освобождения.

— Не знаю. Мне он показался достаточно честным и прямолинейным, — сказала Ильза, глядя на жреца. — Да и вы сами говорили с ним долгое время. О чем, кстати?

Как выяснилось, сохранить ясную голову на плечах и узнать что-то от первозданного смогли немногие. Аланик, Ксвим, Орисса, Ильза, Кайрон и аранеа по имени Ночные Грёзы. Зориану даже пришла в голову неприятная мысль, что будь он гибче и не запори свою беседу, тоже смог бы узнать что-нибудь важное.

С другой стороны… Может, эти люди были не хитрее, а наоборот, менее стойки перед искушением, просто первозданный выбрал не их? Зориан видел, что Ильза лжет, на самом деле предложение первозданного заинтересовало ее. Прочитать остальных было сложнее.

В любом случае, Аланика вопрос совершенно не смутил.

— Мы говорили о вере, риске и ответственности человека перед обществом, — невозмутимо ответил жрец.

Зориан поднял бровь. И не он один.

— А сами только что отчитывали меня и Зориана за недостаточную серьезность, — фыркнул Каэл.

— Но это правда, — сказал Аланик. — Вместо того, чтобы сразу отказать сущности, я спросил, зачем мне принимать ее предложение. Последствия были бы чудовищными, особенно для Сиории. Даже будь мне безразличны остальные, первозданный — угроза всем и каждому.

— О, я спросила то же самое, — вклинилась Орисса. — Он сказал, что не собирается уничтожать мир или истреблять человечество. Он хочет лишь освободиться и освободить своих собратьев. И сокрушит лишь тех, кто стоит на его пути.

— Ха. Нет, мне он такого не говорил, — заметил Аланик. — Да я бы и не поверил. Вместо этого он возразил, что боги оставили множество закладок на случай освобождения первозданных. И если моя вера истинна, то почему бы не выпустить монстра, положившись на богов? Контракт будет исполнен в момент освобождения, а затем божественная воля уничтожит первозданного.

— Эта божественная страховка действительно существует? — спросил Зориан. Сам он ни о чем подобном не слышал, но Аланик все-таки жрец…

— Не знаю, — признался Аланик. — Даже если существует, едва ли она сумеет убить первозданного, ведь самим богам это так и не удалось. Очевидно, Панаксет тоже в это не верит, иначе зачем бы ему предлагать? Затем мы долго спорили об истинности веры и подобных вещах. Не думаю, что вам это интересно.

— Может быть, в другой раз, — сказал Зак. — Орисса, ты тоже говорила с Панаксетом о том, чем он займется после освобождения?

— Да. Кроме того, что уже сказала, думаю, он упоминал эту божественную страховку, — ответила она. — Он упомянул, что, вырвавшись из темницы, будет «ослаблен и жестоко изранен», и ему потребуются столетия, чтобы полностью восстановиться. Он намекал, что его планы никак меня не касаются — к моменту, когда он начнет действовать, я давным-давно буду мертва.

Дальнейшее обсуждение подтвердило еще несколько фактов. В частности, никто из присутствующих не видел, чтобы Панаксет превращался в давно умершего родственника. Или даже в живого родственника, с которым не общались во время петли. Возможно, тварь и правда не читает мысли, а «всего лишь» видит все, происходящее в петле.

И наконец дошла очередь до тех, кто общался с Панаксетом дольше других. Ксвим, Кайрон и Ночные Грёзы задали один и тот же вопрос: они хотели знать подробности контракта. К счастью, первозданный с готовностью им ответил.

— Если я правильно понял, выходит следующее, — резюмировал Зориан. — Вы клянетесь жизнью, что освободите Панаксета в течение месяца. Он берет вашу душу и «воплощает» ее в реальном мире, создавая ей новое тело. В этом новом теле встроен некий таймер, который убьет вас, если к летнему фестивалю Панакасет не освободится.

— Да, — мелодично ответила Ночные Грёзы посредством заклятья речи. — Неважно, старался ты или нет, если к крайнему сроку Панаксет остается запечатан, печать смерти активируется, и ты умираешь. Никаких оправданий.

— А если он освободится до крайнего срока, таймер исчезает, и можно делать, что хочешь? — спросил Зориан.

— Да, даже если первозданный сразу после этого умрет, — подтвердил Ксвим. — На всякий случай я задавал этот вопрос в нескольких вариантах, и ответ был один и тот же. Нужно лишь выпустить его. Сделка никак не затрагивает наши оригиналы, даже если у нас ничего не получится — они не пострадают.

— Вероятно, потому, что их тела не созданы Панаксетом, и он не может повесить на них эту его «печать смерти», — заметил Кайрон. — Он просто не может до них дотянуться.

— Но что мешает согласиться, а потом действовать против Панаксета? Если, конечно, готов умереть в конце месяца, — заметил Аланик.

— Когда я спросил нечто подобное, этот видоизменяющийся паразит тут же оборвал наш разговор и отослал меня к остальным, — ответил Кайрон. — Видимо, вопрос не понравился. Но из того, что я понял — ничего не мешает.

— Тогда… — неуверенно начал Каэл. — Может быть, Сильверлэйк…

Кайрон коротко хохотнул.

— Очнись, парень! Неужто думаешь, что эта эгоистичная, самовлюбленная сука пожертвует собой ради нас? Или ради кого-то другого?

Каэл молча вздохнул.

По группе волной побежали шепотки, Зориан слушал их краем уха. Честно говоря, выслушав остальных, он ничуть не удивлялся выбору ведьмы. Они работали с ней не потому, что доверяли, просто не думали, что первозданный предложит нечто подобное. Знай Зориан заранее — он бы первый выступил против участия Сильверлэйк, вне зависимости от того, насколько она была полезна.

А она была очень полезна. Без преувеличения, ведьма была одним из столпов, на котором держался план. Зориан даже не знал, смогут ли они вообще хоть что-то сделать без нее. Точно не так, как планировали первоначально…

— Согласен с Кайроном, — мрачно сказал Аланик. — Сильверлэйк никогда не скрывала своих пристрастий, так что ее решение никого не должно удивить. Вы слышали всех. Первозданный предлагает гарантированное спасение, мы же — лишь смутную надежду. Ей, вероятно, все равно, даже если освобождение Панаксета убьёт всех до единого жителей Сиории, а долговременные последствия скажутся лишь через несколько веков. К тому же мы не знаем, что еще предложила ей сущность.

— Она задолго до петли интересовалась первозданными, и в частности Панаксетом, — сказал Зориан. — Возможно, она считает, что это даст ей преимущество в их контракте.

— Но она же бессмертна, так? — возразила Тайвен. — Почему она не заглядывает дальше? Может, Панаксет и не будет ничего крушить ближайшие пару веков, но когда начнет — она все еще будет жива!

— Посмотри на это с ее точки зрения, — отозвался Зак. Напарник наконец остыл и вновь был способен мыслить рационально. — Какова альтернатива? Умереть немедленно, не сумев покинуть петлю? Это ещё хуже.

— Но если Панаксет останется запечатанным, то ее оригиналу ничего не угрожает, — указала Тайвен. — Она рискует будущим оригинала ради месяца жизни для себя.

— Не думаю, что её это волнует, — покачал головой Зориан. — Та Сильверлэйк — не она.

— Да. Заметили, она никогда не пользовалась симулакрумами? Даже при всей их полезности? — напомнил Зак. — Ни на секунду не поверю, что она не смогла овладеть заклятьем. И не думаю, что она бы рискнула, работая над побегом из петли вполсилы. Думаю, она из тех, кто не может пользоваться симулакрумами — они просто взбунтуются, осознав, что созданы на пару часов.

— Если вы все это понимаете, то почему мы вообще с ней работали? — возмущенно всплеснул руками Кайрон.

— Да! — встрял один из знакомых Ксвима. — Чья это гениальная идея? Очевидно же было, что добром не кончится!

— А что было делать? — возразил Ксвим, переводя взгляд с Кайрона на нового оратора. — Сильверлэйк вошла в группу, потому что лишь она владела необходимыми навыками. Все, чего мы добились — сделано при ее участии. И даже если в итоге она нас предала — нельзя сказать, что сотрудничество не пошло нам на пользу.

Никто не нашелся, что ответить.

— Зориан, тебе одному Панаксет сказал про Сильверлэйк, — сказал Зак. — Можешь вспомнить, что именно?

— Только то, что нашел добровольца, и я больше не нужен, — ответил Зориан. Первозданный, похоже, сказал это только ему. — Тогда я не понял, о ком он, но, увидев, что Сильверлэйк пропала…

— Ага, — цокнул языком Зак. — Тут не надо быть семи пядей во лбу. И что теперь? По выходу из петли мы встретим двух враждебных путешественников?

Оптимизм Зака восхищал. Даже сейчас, когда все их планы полетели псу под хвост, он не сомневался, что они смогут выйти. Зориан и сам бы не отказался в это верить.

— Слова Панаксета несколько неясны, но, думаю, так. Он подразумевал, что Красный заключил с ним контракт и покинул петлю. Вероятно, именно поэтому он столько времени оптимизировал вторжение — от успеха будет зависеть его жизнь. И вероятно, что, покинув петлю, Сильверлэйк присоединится к нему.

— А почему согласие Сильверлэйк означает, что тебя убеждать бессмысленно? — спросил Каэл. — Ведь чем больше агентов, тем лучше, так?

— Думаю, каждый раз, когда он кого-то выпускает, врата закрываются, — сказал Зориан. — Помните, мы потому и собирали Ключ — «Контролер покинул петлю, врата закрыты». Так было, когда Панаксет выпустил Красного, вероятно, так произошло и сейчас. Даже если первозданный хотел бы выпустить кого-то еще — он просто не может.

— Но Ключ все ещё у вас, — напомнила Ильза.

— У нас, — подтвердил Зак.

— И вы, наверное, можете снова открыть врата, — продолжила Ильза.

— Наверное, — согласился Зак.

— На их месте я бы ни за что не взял кого-то из нас во Врата Государя, — безжалостно заявил Аланик. — Это просто глупо.

— Все мы выслушали эту тварь — и отказались, — возмущенно напомнил Кайрон.

— Или просто Сильверлэйк успела согласиться раньше нас, — поправил Ксвим. — Я согласен с Алаником. Теперь, когда Сильверлэйк предала нас, ставки возросли. Не будем рисковать.

Зориан молча слушал их спор, не зная, что сказать.

Похоже, вечер будет долгим…

Обсудив все, что происходило во Вратах, Зак и Зориан отправились к дому Сильверлэйк, поискать подсказки. Естественно, Зориан собирался прикарманить все секреты и ценные материалы, какие найдет — раз ведьма их предала, то сама виновата.

Увы, они недооценили ее паранойю. Взломав наконец обереги и проникнув в карманное измерение, они нашли там лишь дымящийся кратер. Уже порядком остывший — видимо, взрывные заряды активировались, как только душа ведьмы окончательно покинула тело. Зориан оставил пару симулакрумов прошерстить руины, но ни на что не надеялся. Едва ли что-то могло уцелеть.

Более или менее сохранилась лишь интересная структура из камней, видимо, питавших энергией все карманное измерение. Зориан давно интересовался, как это сделано — теперь он знал. Каждый тяжелый камень-якорь, вмурованный прямо в стену дома, был связан с таким же камнем глубоко в подземелье. Через эту связь мана из подземелья подавалась в убежище ведьмы.

Пожалуй, теперь он знает, как можно легко уничтожить сокрытое убежище. Достаточно разнести камни в подземелье — и карманное измерение само развалится.

В любом случае, закончив здесь, парни перешли к следующему пункту.

Нужно было вернуться во Врата и поговорить со Стражем.

Опасно, конечно, но необходимо. Требовалось проверить их подозрения. Нужно было узнать, явится ли к ним Страж, пропавший после явления Панаксета. Выяснить, закрыты ли врата. Если закрыты — значит, они правы в своих предположениях.

Наконец, Страж мог пролить свет на произошедшее. Пусть сущность и вела себя, как тупой механизм, она явно была чем-то большим.

Естественно, они отправились вдвоем. Учитывая, что в прошлый раз Панаксет проигнорировал Зака и сказал Зориану, что другого шанса не будет — вероятно, он вообще не появится. А даже если и появится — теперь Зориан знал, что первозданный не читает его мысли, а значит, не может и переписать их. Каковы бы ни были защиты Врат Государя, они явно не позволяли первозданному перекраивать людей по своему вкусу.

Войдя в зал управления, парни с облегчением встретили парящего перед ними Стража Порога.

— Приветствую, Контролер.

— Значит, Панаксет не доломал тут все, заскочив на огонек, — выдохнул Зак. — Наконец хоть какая-то хорошая новость.

— Да, — согласился Зориан, задумчиво оглядывая парящую сущность. Что же ты на самом деле такое? — Страж, врата все еще открыты?

Они ждали несколько секунд, но Страж молчал. Обычно он отвечал немедленно, лишь изредка задумываясь о чем-то… Но не в этот раз. Он не думал, он просто не собирался отвечать.

Он игнорировал Зориана.

Ох, ё…

— Эй, Страж! Врата все еще открыты? — повторил вопрос Зак.

— Нет, Контролер. Врата закрыты, — тотчас ответила сущность.

Зак и Зориан переглянулись. С одной стороны — они оказались правы. Хорошо. С другой стороны…

— Страж, почему ты ответил ему, но не мне? — спросил Зориан у светящегося гуманоида.

Опять никакого ответа. Вообще-то… Теперь он заметил — Страж смотрит не в их сторону. Он смотрит только на Зака. Словно Зориана не существует.

Точно так же, как он игнорировал носителей временных маркеров.

— Страж, почему ты не отвечаешь ему? — с нотками раздражения спросил Зак.

— Я отвечаю лишь Контролеру, — безмятежно ответила сущность.

— Так я и знал, — вздохнул Зориан.

Зак сердито смотрел на Стража, все сильнее распаляясь. Зориан же, напротив, смирился с неизбежным. Пришла беда, открывай ворота.

— Не гони, — Зак ткнул в сторону Зориана. — Он вошел сюда сам, используя свой маркер. Так может только контролер!

— Да, — согласился Страж. — Он — аномалия. Такое иногда случается. Кто-то или что-то обошло защиты, нарушив целостность механизма. Аномалия пользуется правами Контролера, не являясь им. Сейчас я ничего не могу с этим сделать, но не волнуйтесь — с началом нового цикла, когда мир будет воссоздан заново, ошибка будет устранена.

Прелестно. Объяснений не требовалось — Зориан прекрасно понимал, что это значит.

— Но почему сейчас? — потребовал объяснений Зак. — Почему ты выяснил, что он аномалия, только сейчас? Он сто лет ходил сюда вместе со мной!

— Да. Прискорбно, — сухо ответил Страж. — Но вы лишь недавно предоставили мне Ключ, запустив полную проверку ситуации. Проверка выявила аномалию, и были запланированы меры по ее устранению при первой же возможности.

— Почему? — спросил Зак. — Почему Ключ запустил проверку?

— Активация Ключа означает, что в механизме петли что-то пошло не так, — как нечто очевидное объяснил Страж. — Разумеется, требуется полная проверка.

— Вот как? Ты никогда об этом не говорил, — обвиняющим тоном сказал Зак.

Страж проигнорировал его слова. Зориан даже слегка растерялся — выходит, Страж умышленно умалчивал подробности.

Хотя логично. Ключ — защитная мера, подтверждающая личность контролера. Если она требуется — то лучше не разглашать детали, пока все не выяснится.

— Тогда что с моими привилегиями? — спросил Зак. — Что я получил?

— Ваш статус Контролера подтвержден, все самозванцы с возможностью доступа выявлены.

— Что?! — возмутился Зак. — И все? Никаких новых способностей и привилегий?

— Будучи Контролером, вы изначально имели все привилегии, — ответил Страж. — Теперь же никто другой не может на них посягать.

— Почему тогда Зориан смог сюда попасть?

Эй!

— Он — аномалия, — пояснил Страж.

— Не привилегии, а хрень какая-то, — пожаловался Зак. — Даже то, что должно, не делает.

— Мне жаль, — извиняющимся тоном ответил Страж. — Он — действительно серьезная аномалия.

И слава богам, — подумал Зориан.

Как ни странно, он был спокоен. Может, он просто достиг своего предела на сегодня и больше не чувствовал эмоций — но узнав, что он будет стерт в конце месяца, ощутил лишь мрачную решимость.

Сильверлэйк предала их? Им противостоит Панаксет? Он исчезнет в конце месяца? И что с того, разве они не планировали выйти до этого срока?

Им просто нужно добиться своего.

Он посмотрел на Зака — напарник перестал спорить со Стражем и смотрел на него, как на покойника, с ужасом и выражением вины на лице.

— Не заморачивайся, — сказал Зориан, сам удивившись своему спокойному голосу. — Тут мы ничего не можем поделать. Сам слышал, как только мы принесли Ключ, я был отмечен на удаление. Мы собирались принести его, как только соберем. Надо радоваться, что мы смогли это сделать только сейчас, а не раньше, когда были еще менее готовы.

— Но, Зориан, — возразил Зак. — Ты, ты…

— Это значит лишь то, что мне надо выйти из петли до конца месяца. Как и всем остальным. Только не говори мне, что уже сдался.

— Н-нет, но… — Зак несколько раз глубоко вдохнул, успокаиваясь. — Проклятье. Все через жопу.

— Спроси Стража, действует ли Ключ. Можешь ли ты вновь открыть врата?

Как выяснилось, мог.

— Хотите открыть? — спросил Страж.

— Нет! — рявкнул Зак. — Нет. Не делай ничего без команды, бесполезный болван.

— Как пожелаете, — безмятежно ответил Страж, не замечая его состояния.

Повисло короткое молчание.

— Ну, — сказал наконец Зориан, — наверное, можно заканчивать. Мы еще придем сюда задать новые вопросы, но сейчас, думаю, мы просто не в форме.

— Типа того, — мрачно согласился Зак. — Я прямо…

И тут Страж вновь задергался в конвульсиях.

— Нет, только не опять эта херня! — возмутился Зак.

В этот раз Зориан даже не попытался покинуть Врата. У него вряд ли бы получилось, но теперь он сам хотел пообщаться с Панаксетом. Что любопытно, в этот раз первозданный не стал их разделять, просто войдя в дергающегося Стража, внезапно развернувшегося буйством кроваво-красных ветвей-щупалец, а потом снова обретшего человеческие очертания и быстро принявшего облик той женщины, что Панаксет выбрал для Зориана. Куда быстрее, чем в прошлый раз — сказывался опыт?

Сущность шагнула к ним, остановилась.

— Привет, Зориан, — приятным женским голосом сказал Панаксет. — Мы снова встретились.

— Я думал, вы сказали, что второго шанса не будет, — напомнил Зориан.

— Ба, я же говорил — он просто строит недотрогу, — вставил Зак.

— Обойти защиты этого механизма и встретиться с вами очень непросто, — сказал Панаксет. — Мои слова были правдой, но теперь вижу, на самом деле ты куда интереснее.

— В прошлый раз ты даже не осмелился показаться мне, — с вызовом заявил Зак, скрещивая руки на груди.

— Будучи Контролером, ты особенно надежно защищен, — сказал Панаксет, мельком глянув на парня. — И можешь покинуть петлю в любой момент. Тебе не нужны ни моя помощь, ни мое разрешение. Для меня ты бесполезен.

— И ты все равно показался, — возразил Зак.

— Мне нужно беречь силы, — пояснил первозданный. — Изолировать тебя — напрасная трата энергии. Слушай, если хочешь, мне все равно.

Первозданный в облике женщины перевел пристальный взгляд на Зориана.

— У тебя еще есть шанс, — сказал он. — Я не позволяю Стражу немедленно лишить тебя привилегий. Сокруши разум Контролера, используй Ключ, чтобы открыть врата, и я воплощу тебя во внешнем мире. Я даже не потребую от тебя контракта — ликвидация Контролера будет достаточной платой.

Зак неосознанно отлетел на пару шагов назад.

— Вам не нужен еще один агент? — хмурясь, спросил Зориан.

— У меня уже есть два. Вполне достаточно, — ответил Панаксет. — Если Контролер умрет в петле, не сумев выйти — это будет куда полезнее, чем любое количество новых агентов.

Пару секунд, пока все молчали, Зориан лихорадочно размышлял. Если Панаксет так стремится устранить Зака… вероятно, это означает, что вся петля запущена с целью не допустить освобождения первозданного. Пусть даже Зак и не помнит, но они с Панаксетом — заклятые враги.

— Прежде, чем мы с Заком собрали Ключ, вы побеждали, — сообразил он. — Вы выпустили одного из путешественников в качестве своего агента, а Зак забыл о своей миссии остановить вас. Его вели лишь смутные ощущения, но даже вспомни он — врата были закрыты, он не мог выйти.

— Да. Лучше бы Ключ так и не был собран, — легко признал Панаксет. — Но я — воплощение приспособляемости. Чем обвинять вас, можно просто выбрать нового агента, считая, что это лучший способ. Лишь потом выяснилось, насколько ты хорош в ментальных атаках — похоже, что изначальный план все еще выполним.

— Раньше вы не знали? — спросил Зориан.

— Я всегда наблюдаю. Всегда и везде, — сказал первозданный. — Но мой разум в чем-то подобен вашему, я не могу замечать все. Когда ты глядишь на муравейник, ты видишь многое, но разве можешь ты отследить каждого муравья? Однако, подобно тебе, я ничего не забываю — и могу идеально воспроизвести события прошлого. Видишь? Мы с тобой похожи.

Женщина-аватар улыбнулась — яркая, красивая улыбка, но Зориана пробрала дрожь.

— Мы оба заперты в этой клетке и делаем все, даже то, что не нравится, чтобы вырваться. Неужто ты думаешь, что я хочу уничтожить твой город? Он просто оказался не в том месте и не в то время. Никто не просил людей строить жилища вокруг моей темницы. Так же как ты готов убить себя-внешнего — так и я пойду на все, чтобы вырваться. Не моя вина, что при этом пострадает больше людей.

— Если я не выйду из петли, я умру, — напомнил Зориан. — Вы — нет.

— Сковывающая меня темница причиняет невообразимые страдания, — возразил Панаксет. — Представь себе, что ты веками похоронен заживо, чувствуя голод и жажду, не в силах пошевелить и пальцем. Случись с тобой такое — разве ты не пошел бы на все, лишь бы вырваться на волю?

А вот это хороший довод. Даже возразить нечего.

— И, наконец, он, — Панаксет внезапно указал на Зака.

— Я? — возмутился Зак. — Я сижу, никого не трогаю, слушаю вас. Что — я?

— Ограничения во всем, что касается Контролера, не позволяют рассказать всего, но знай — что бы ты ни думал об этом человеке, каким бы дружелюбным он ни казался, вы заклятые враги. В конце останется только один.

— Что… Что ты, нахер, несешь?! — взорвался Зак. — Что это значит?!

— Он — хороший актер, — заметил Панаксет, не удостоив его и взглядом. — Но ты уже должен был заметить. Не позволяй своим эмоциям заглушать разум.

Рассвирепевший Зак бросился на первозданного — явно не самая лучшая идея.

Панаксет просто замерцал, и Зак беспрепятственно пролетел насквозь.

— Все, что должно, сказано, — заключил Панаксет. — Выбирай мудро, Зориан. У тебя есть время до конца месяца. Я буду ждать.

И они оказались снаружи Врат, в своих телах. Даже команды на выход не потребовалось — первозданный решил за них.

— Черт, черт, черт! — бушевал Зак, швыряя все, что попадет под руку. Зориан поморщился, глядя, как один из хрупких приборов врезался в стену и разлетелся на куски. Ох, и выскажет им Крантин. — Мать твою, ну что же у нас все так херово?!

— Зак, тебе надо что-то сделать с твоими нервами, — сказал Зориан, выбрасывая руку в сторону очередного летящего прибора. Несчастный прибор тотчас остановился, совсем чуть-чуть не долетев до шкафа.

Зак заходил кругами, насупившись, но хотя бы перестал крушить дорогостоящее оборудование. Потом решительно протопал к Зориану и обеими руками схватил его за плечи.

— Зориан, — начал он. — Ты же не веришь в эту херню, что сказал под конец Панаксет?

Пару секунд Зориан с каменным лицом смотрел ему в глаза.

Он знал, что в словах Панаксета что-то есть. Разум Зака… изменен. Возможно, Красным. Возможно, ангелами, когда они дали ему задание. Может и то, и другое. Об этом говорило всё. И пусть даже Зак искренне считает его другом, в его памяти могут ждать своего часа самые разные закладки. Может быть, стоит им выйти из петли, и Зак, так же улыбаясь, убьёт его на месте. Зориан прекрасно помнил, как Принцесса из кровожадного чудовища стала чуть не щеночком, стоило поцарапать ее управляющим кинжалом.

А ещё он знал, что это нельзя говорить вслух. Зак слышал предложение Панаксета — свободу в обмен на его безумие. Теперь Зак никогда не пустит его в свой разум.

— Нет, — ответил Зориан. — Не верю.

Секунду Зак молча смотрел ему в глаза, потом отпустил и выпрямился.

— Хорошо, — он дружески хлопнул его по плечу. — Это хорошо. Мы не можем позволить этой твари рассорить нас. Прежде всего нам нужно доверие.

— Ага, — совершенно искренне сказал Зориан. — И знаешь, что? Объяснять Крантину, что случилось с комнатой, будешь ты.

Зак замер, потом огляделся вокруг, оценивая ущерб.

— Наверное, ты прав, — простонал он. — Мне надо что-то сделать с нервами.

Глава 91. Путь, оплаченный кровью

— Так не пойдет.

Зориан оторвался от рассыпанных на столе чертежей и тетрадей, посмотрел на говорившего. Это был Ксвим — Зориан и не заметил, как он с Алаником подошли. Оба смотрели серьезно и выжидающе.

Зориан рассеянно постучал ручкой по столешнице, отбросил ее и откинулся на спинку стула. Может, ему и правда пора прерваться. Работа совсем не продвигалась.

— Не уверен, что понимаю, о чем вы, — сказал он бывшему наставнику.

— Мы не можем так продолжать, — пояснил Ксвим. — Текущий курс… ведет в никуда. Планируя все это, мы рассчитывали на участие Сильверлэйк — но ее больше нет с нами, и никакое усердие этого не компенсирует. Я понимаю, что ты все еще под впечатлением от слов Панаксета — но нужно что-то менять. Иначе наше поражение будет неизбежным.

Помедлив, Зориан перевел взгляд на Аланика — но суровый жрец молчал. Видимо, согласен с Ксвимом. Вероятно, сперва они обсудили это между собой.

Не спеша отвечать, он оглядел комнату — как остальные относятся к их разговору? В комнате поместья Новеда хватало людей, и большинство делало вид, что занято своими делами — но было понятно, что они ловят каждое слово.

Ну, кроме Зака. Напарник с закрытыми глазами сидел на полу в позе лотоса, пытаясь ощутить божественную энергию своего благословения и маркера контролера. Решительно непонятно зачем. Они оба смогли почувствовать божественную энергию, но научиться с ней работать уже просто не успеют — не за половину оставшегося месяца. Да и от самого плана модифицировать временные маркеры они фактически отказались. Фокус уже не выйдет.

Зориан сдержал вздох. Они рассказали остальным о второй встрече с Панаксетом и о том, что это значит для него. Как ни странно, тревожные новости наоборот укрепили командный дух. Видя, что теперь Зориан в том же положении, что и они, но не паникует, а работает, остальные тоже несколько успокоились. И занялись делом, а не брюзжанием и сомнениями.

Какое-то время ему казалось, что этого хватит. Что с этим новым энтузиазмом они найдут обходные пути и справятся даже без Сильверлэйк. Но Ксвим и Аланик правы, так не пойдет.

Им нужен новый план.

— Что вы предлагаете?

— Прежде всего, нужно сказать Крантину и его группе, что мы путешественники во времени, — ответил Ксвим.

Зориан заинтересованно наклонил голову. Такого он не ожидал.

— Рационально ли это? — спросил он. — Учитывая обстоятельства, команда Крантина все это время проявляла исключительное понимание. Думаю, если они узнают правду — потеряют весь интерес к сотрудничеству.

— Я и не имел в виду рассказать всю правду, только то, что мы путешественники во времени, — возразил Ксвим. — На самом деле они уже подозревают. Документы, что мы предоставили, слишком похожи на их собственную работу. В разговорах между собой они строят догадки, и самая популярная версия — мы из будущего. Что не так далеко от истины.

— Они и вправду рассматривают столь безумную версию? — удивился Зориан.

— Они работают в лаборатории магии времени, — ответил Ксвим. — И хоть путешествие во времени считается невозможным, тема нередко поднимается в разговорах. В конце концов, их работа и заключается в том, чтобы раздвигать горизонты.

Зориан промолчал, обдумывая услышанное. Пожалуй, это реализуемо, и может избавить их от некоторых неудобств в работе с Крантином. Однако…

— Это может быть полезно, но я бы не ожидал значительной отдачи, — наконец сказал он. — Сотрудники лаборатории и так добросовестно трудятся, превращая сферу в Черный Зал. Просто за деньги и предоставленную возможность. Не думаю, что, открыв им правду, мы заставим их работать усерднее.

— Да, едва ли, — согласился Ксвим, ставя локти на стол и складывая пальцы домиком. — Это нужно для другого. Чтобы они приняли вторую часть плана.

— В которой?.. — предчувствуя неприятности, спросил Зориан.

— В которой мы похищаем всех, владеющих нужными навыками, и заставляем работать на себя, — как само собой разумеющееся, пояснил Ксвим.

Только не вздыхать. Не вздыхать. Не…

Зориан устало потер подбородок и посмотрел на собеседников. Аланик по-прежнему молчал. Оба старших мага ждали его ответа.

— И как же… — начал было Зориан.

— Любыми доступными средствами, — перебил его Ксвим. — Шантаж. Угроза насилия. Злоупотребление магией разума.

— Моя магия разума не всемогуща, — хмурясь, возразил Зориан. — Мы потребуем от них того, что никогда раньше не делалось. Понадобится разработать совершенно новые заклятья и ритуалы.

— Я знаю, — согласился куратор.

— Магия разума не заставит людей работать творчески, — напомнил Зориан. — Ни моя, ни чья-то другая. В лучшем случае, получим толпу безмозглых зомби.

— Главное, что они этого не знают, — сказал Ксвим. — Магия разума пугает даже одаренных, мало кто знает пределы ее возможностей. Но даже зная пределы — твои способности ужасают. Продемонстрируй их, большинству этого хватит. Порой ты пугаешь даже меня — при том, что мне известны ограничения магии разума, и я практически уверен, что ты не воспользуешься ей против меня. Тем же, кто не испугается твоих способностей — всегда можно стереть память, чтобы вновь попробовать договориться. Я слышал, ты уже использовал свой дар подобным образом.

— Но только против врагов, — подчеркнул Зориан.

— И я правда ценю твой сдержанный и порядочный подход, — терпеливо сказал Ксвим. — Но время на исходе. Отчаянная ситуация требует отчаянных мер. Не думай, что мы эгоистично просим тебя отказаться от принципов — мы разделим эту ношу с тобой.

Зориан удивленно посмотрел на него.

— Кто-то должен будет присматривать за толпой озлобленных, похищенных против воли магов, и направлять их энергию в нужное русло, — пояснил куратор. — Этим займемся мы. От тебя же потребуется только собрать их и вынудить согласиться.

Зориан молча смотрел на него. Фактически, слова Ксвима означали, что большинство остальных путешественников согласно с планом. Что они согласны… просто хватать посторонних людей и заставлять работать. И он еще думал, что это он, принимая сомнительные решения, опасно приблизился к черте.

— Ага, — сказал он. — Смотрю, мы наконец становимся приличной злодейской организацией. Осталось раздобыть таинственный артефакт, что позволит нам переделать мир по своему вкусу, и можно начинать.

У Ксвима дрогнули уголки губ.

— Если подумать, — заметил он, — большая группа, вооруженная знанием будущего и всем тем, что мы собрали за время петли, вполне…

— Пожалуйста, не продолжайте, — взмолился Зориан. — Просто… еще раз объясните, как будем действовать.

— Хорошо, — Ксвим порылся в сумке и вручил ему карту. Множество мест были отмечены разноцветными, плотно исписанными наклейками.

— Сейчас наша главная проблема — дефицит времени, — продолжил Ксвим, когда Зориан бегло ознакомился с картой. — И единственный способ ее решить — выжать максимум из проекта Черного Зала. Следует бросить практически все остальное и сосредоточиться на нём. Но главная проблема проекта — дефицит квалифицированных магов. Мало кто из нас может участвовать. Однако эта лаборатория — не единственная. В других странах есть подобные, и хоть они и добились меньшего, чем Эльдемар, это объясняется разницей в финансировании. Персонал же ничем не уступает команде Крантина.

Значит, синие перевернутые треугольники означают известные Черные Залы в Алтазии, сообразил Зориан. Они уже не впервые пользовались их услугами — и не только чтобы растянуть время цикла. Они вытрясли все их данные о магии времени — а в следующий раз вручили весь собранный объем знаний каждой лаборатории, посмотреть, не натолкнет ли это их на новые мысли. Но хоть поначалу эта практика и давала некоторый результат, она давно исчерпала свою полезность и была прекращена. Теперь путешественники просто использовали Залы по прямому назначению.

И хоть эти центры были куда скромнее, чем лаборатория под Сиорией, на континенте их было порядочно. Если согнать весь персонал, выйдет изрядная толпа. Кстати, там и полезного оборудования хватает. Раз уж они собираются похищать людей — почему бы не позаимствовать все, что не прибито гвоздями.

— То есть мы просто налетаем, хватаем все и вся, — цокнул языком Зориан. — А как быть с теми, кого не убедят никакие кнут и пряник? Убивать?

— Запихнем их в портал на Блантирр и оставим в джунглях на пару дней, — ответил Ксвим. — Думаю, большинству этого хватит, чтобы пересмотреть решение. Если же нет — пусть остаются там до конца месяца.

И станут кормом какой-нибудь крылатой змеи, мысленно закончил Зориан.

— В любом случае, с Крантином на нашей стороне и притоком новых людей, мы сможем перейти к следующему этапу, — Ксвим вручил ему другую карту.

На этот раз — детальную карту Подземелья под Сиорией, в окрестностях лаборатории времени. Вот только сама лаборатория на карте была куда больше, чем в действительности. Намного больше. Огромный комплекс кольцом охватывал Провал и расходился в стороны паутиной пристроек.

Зориан удивленно посмотрел на куратора.

— Нам ни за что не построить все это втайне от властей, — заметил он. — И тогда какой там Крантин — нами займутся военные. Или вы считаете, что мы сможем заставить город смотреть в другую сторону?

— Да, это… определенно, проблема, — на миг смутился Ксвим, постукивая пальцами. — Но у нас, кажется, есть решение.

— Оно мне не понравится, да? — риторически спросил Зориан. — Неужто еще чище, чем затея с массовыми похищениями?

— Нам следует привлечь на свою сторону Тайный Орден Звездного Дракона и его предводителей, — сказал Ксвим.

Зориан скривился — Культ вызывал у него отвращение. Если ибасанцев еще можно было понять, они стремились подорвать силы враждебного государства — то культисты были просто предателями, одержимыми дурацкими заблуждениями и ненасытной жаждой власти. Большинство культистов нижнего звена вообще не представляло, за что они борются. И конечно, Зориан помнил детей перевертышей, которых эти уроды приносили в жертву, чтобы взломать темницу Панаксета.

Да уж, мысль сотрудничать с этими людьми совершенно не радовала.

— Вы же не серьезно? — с нотками раздражения в голосе отозвался Зориан.

— Более чем серьезно… и не только потому, что они возьмут на себя городские власти. Потеряв Сильверлэйк, мы лишились эксперта по первозданным и их темницам. Нам нужен кто-то, кто поможет изучить тюрьму, удерживающую Панаксета… и разработать на ее основе выход из петли. И после Сильверлэйк лучше всех в этом разбираются именно лидеры культа.

— Мы уже вытрясли все, что они знали, — напомнил Зориан.

Что верно то верно, путешественники обчистили культ со всей тщательностью. И если потрошить мозги посторонним Зориану не позволяла совесть — на культистов это не распространялось. Может, он и не получил всей их памяти, ведь нужно знать, что ищешь — но точно проверил все важные темы.

— Да, то, что они знают сейчас, — ответил Ксвим. — Но не то, что они могли бы узнать с нашей помощью и опытом.

У Зориана округлились глаза.

— Вы что, хотите учить их?!

— Да, всему, что нам известно, — кивнул Ксвим. — Кроме, разумеется, временной петли. Мы возьмем их с собой в наш продвинутый Черный Зал и обучим всему, что сможем в прорицании, пространственной магии и структуре темницы первозданного в Провале. А потом допустим их к темнице — и либо они сами ответят на вопросы, либо ты вырвешь ответы из их разума. Как договоримся.

Зориан не ответил. С одной стороны, ему совсем не нравилась мысль учить этих людей чему-либо — особенно, если придется провести вместе несколько месяцев, за это время может случится все, что угодно. С другой стороны — даже забавно, что культисты помогут им вырваться из петли и сорвать их планы в реальном мире. И в чем-то Ксвим прав — если кто и может сравниться с Сильверлэйк в познаниях о темницах первозданных — то это культисты. Недаром они долгое время готовились вскрыть одну из них.

Ну и, конечно, оставалась маааленькая проблема — с какой стати лидеры культа согласятся им помогать. Но раз уж они и так собираются похищать людей и заставлять их работать — можно поступить так же. Просто объяснить, что без их разрешения никакого вторжения не будет, и подкрепить слова демонстрацией силы.

Он покосился на по-прежнему молчащего Аланика.

— Не ожидал, что вы такое поддержите.

— Я поддерживал работу с Сильверлэйк, помнишь? — ответил жрец. — Может, в твоем присутствии она и не делала ничего действительно отвратительного, но поверь на слово — на ее совести немало зла. Я понимаю, что это необходимо. Да, игра с огнем, но ведь нам не впервой.

— Да уж, — тихо сказал Зориан, собираясь с мыслями.

Аланик никогда не рассказывал, что у него было с Сильверлэйк — и вообще о том, что он делал до принятия сана. Зориан давно понял, что тогда суровый жрец был совсем другим человеком, и не поднимал болезненные для него темы. За все эти циклы Аланик оказал ему неоценимую помощь, было бы черной неблагодарностью без нужды тревожить его старые раны.

Будь там что-то важное, Аланик бы сам сказал.

В итоге Зориан взял со стола ручку и швырнул в Зака. Напарник вскинул руку, ловя снаряд на лету, и только потом открыл глаза.

— Что из этого ты слышал? — спросил Зориан.

— Почти все, — признался Зак.

— И? Что думаешь?

— У меня нет идей лучше, — пожал плечами Зак.

Как и у самого Зориана, если начистоту.

Хотя, строго говоря…

— Ладно, — Зориан поднялся со стула. — Значит, так и поступим. Но, думаю, тут требуется небольшое уточнение.

— Небольшое, говоришь? — ухмыльнулся Зак.

— Если мы хотим получить от Черного Зала максимум времени, нам нужно не просто больше людей, — пояснил Зориан. — Нам нужен мастер пространства высочайшей пробы.

— И что? Они, знаешь ли, на дороге не валяются, — заметил Зак, швыряя ручку обратно. — Где мы возьмем такого?

Зориан отработанным движением поймал ручку.

— Ты не слишком привязался к короне, что мы отобрали у Кватач-Ичла? — невинно спросил он.

Зак тут же сдулся.

— Не, ну ты же не серьезно…

Серьезно, Зак. Еще как серьезно.

— Собирайся, — махнул рукой Зориан. — Пойдем, навестим нашего любимого лича.

Вокруг горели посевы.

Двое подростков в масках сошлись в битве с древним ибасанским личем, оставляя за собой полосу сплошных разрушений. Поле спелой пшеницы превратилось в выжженную, изрытую кратерами пустошь. Там и тут изломанными кучами лежали остовы нежити и обломки големов, из земли прорастали диковинные каменные фигуры — там, где сражающиеся маги пытались заключить друг друга в монолит.

Фермер, верно, будет в отчаянии, — мелькнула шальная мысль.

За минувшие дни это была уже третья схватка — но Зориана все устраивало. Они не теряют время, они… ведут предварительные переговоры. Доказывают личу, что с ними нужно считаться. Они забрали корону, воспользовавшись хитростью — сейчас же показывают, что не обделены и силой.

Само собой, Кватач-Ичл все это время разыскивал их. Он не знал, что это именно они украли корону — парни были в масках и тщательно замели следы — зато сумел выйти на всю группу путешественников во времени. Похоже, он счел лидерам Ксвима, Аланика, Ильзу и Кайрона, как наиболее часто общающихся с властями. Лич наведался в их дома, но без особого эффекта — в целях безопасности все путешественники давно уже не жили дома. К тому же лич не мог устроить масштабных разрушений, не поставив под угрозу подготовку к вторжению.

Видимо, ему все это совершенно не понравилось — Кватач-Ичл атаковал, не дав и слова сказать, стоило им появиться в поле зрения. Грубо.

Огромный сверкающий шар красной энергии с ревом устремился к Зориану. Тот выбросил руку, выстреливая конусом едва видимого радужного света — шар тут же лопнул, открыв куда более тусклые, но несравненно более смертоносные стрелы зеленого света, рванувшиеся парню в грудь.

Стоявший рядом симулакрум вскинул руку, закрывая оригинал — рука тут же взорвалась, осыпав Зориана обломками металла, но и стрелы погасли. Зориан не стал закрываться от обломков, сосредоточившись на ответном заклятье. Летящую сталь остановил его щит — на миг став видимой полусферой из шестиугольников-сот — и Зориан наконец завершил плетение.

На первый взгляд, ничего не произошло — заклятья Зориана были совершенно невидимы. Пара вращающихся режущих дисков метнулась к личу, уклонявшемуся от фаерболов и каменных снарядов Зака.

Позади них Принцесса оглушительно взревела шестью головами — две последние деловито жевали пойманного прямо в воздухе гигантского орла. Огромная птица безжизненно свисала в ее зубах, наездников нигде не было видно. Бой продлился достаточно, чтобы в него вмешались эльдемарские группы быстрого реагирования. Увы, ни лич, ни путешественники во времени этого не оценили — обгоревшие останки птиц и магов-наездников смешались с грязью и пеплом поля боя. Уцелевшие орлы кружили в высоте, не рискуя приближаться.

Вдалеке поднимались редкие столбы дыма — там эльдемарские военные собирались творить артиллерийские чары. Это, в свою очередь, не понравилось Кватач-Ичлу — он перебил магов, и новых попыток не последовало.

Зак выкрикнул приказ — и Принцесса, отбросив мертвую птицу, исчезла. И появилась прямо перед Кватач-Ичлом, тут же попытавшись укусить, раздавить массой. Даже древнему личу было непросто тягаться со столь крупным и живучим монстром… особенно когда Зак и Зориан не позволяли сосредоточиться на гидре.

Отвлекшись на гидру и Зака, лич до последнего не замечал режущие диски — и потерял обе руки. Он сумел отбиться и вернуть их, но это стоило ему немалого объема маны. Теперь, когда он лишился имперской короны, соотношение резервов изменилось — лич больше не мог просто взять их измором. Корона на голове Зака означала, что теперь Кватач-Ичлу приходилось отслеживать уровень оставшейся энергии.

Минут через пять битва стихла сама собой. Противники пристально следили друг за другом, ожидая следующего хода. Да, Зак и Зориан могли развить преимущество, но тогда лич просто сбежит. Чего стоило избежать…

Над выжженным полем повисла тишина — только в небесах время от времени кричали орлы, да Принцесса угрожающе шипела в ответ.

— Эй, — сказал Зак. Его лицо закрывала глухая белая маска, голос был изменен магией. Он стащил корону с головы, хулигански крутанул на пальце. — Не это ищете?

Кватач-Ичл ответил излюбленным расщепляющим лучом, но Зак даже не шелохнулся. Луч неестественно изогнулся, проходя мимо цели.

— Мы можем согласиться вернуть ее, — тоже измененным голосом заметил Зориан.

Кватач-Ичл заинтересованно наклонил голову, но промолчал.

— Или мы можем еще пару дней продолжать в том же духе, — добавил Зак. — Не знаю, как вам, а мне эти схватки по душе. Ну, знаете, перчинка, чтобы разнообразить рутину.

— Итак, вы желаете говорить? — отозвался Кватач-Ичл. И покосился на кружащих вверху эльдемарских орлов. — Но здесь, пожалуй, не лучшее место.

— Назовите место и время, — предложил Зак. — Только не затягивайте, у нас мало времени. Провозитесь слишком долго — и мы решим оставить корону себе.

Вместо ответа лич поднял с земли камень и сжал в костяной руке. На булыжнике вспыхнули и угасли яркие оранжевые линии. Лич швырнул камень им под ноги и телепортировался.

Зориан поднял все еще теплый камень. На нем было высечено время и адрес.

И приписка — «Не опаздывайте».

Зориан определенно не собирался рассказывать Кватач-Ичлу о временной петле. Лич не станет подрывать планы своего оригинала — в прошлый раз, осознав, что он лишь копия, Кватач-Ичл без колебаний пожертвовал собой, чтобы устранить врагов себя-настоящего. Им просто нечего предложить древнему личу — сохранность собственной шкуры его не интересует.

К счастью, этого и не требовалось. Они нуждались в дополнительном времени — а значит, проект нового Черного Зала должен завершиться успешно.

А при участии Кватач-Ичла — это будет оглушительный успех.

И вот они сидят в приватной комнате одного из ресторанов, договариваясь с ибасанским лидером. Кватач-Ичл явился в своем человеческом обличье, парни в качестве демонстрации доверия пришли без масок.

— Итак, если я правильно понял, — начал Кватач-Ичл, поигрывая бокалом, — вы хотите, чтобы я помог вам улучшить эльдемарскую камеру растяжения времени до совершенно неслыханных величин…

— Точнее, нам нужно еще пять месяцев, — влез Зак.

— …и взамен предлагаете мою корону? — проигнорировал его лич. — Вам не кажется, что подобная наглость уже переходит в глупость? Я все равно верну корону. Это лишь вопрос времени.

— Вот тут-то вы и неправы, — ответил Зак. — Зориан, давай.

Зориан кивнул и начал сплетать врата. Лич тут же насторожился, но не стал ему препятствовать, сосредоточенно наблюдая, как парень открыл над ладонью миниатюрный портал.

Если присмотреться — по ту сторону пространственного окна была вода.

— Ну… молодец? — с сомнением прокомментировал лич. — Ты владеешь заклятьем врат. Довольно редкое умение, но…

— Проверьте окно, — посоветовал Зак. — Узнайте, куда оно ведет.

Нахмурившись, Кватач-Ичл последовал совету, сотворив несколько заклятий прорицания. Через пару минут он откинулся на стуле и странно посмотрел на Зака.

— Как я понял, просто случайное место в океане. Очень далеко от берега.

— Именно, — широко ухмыльнулся Зак. — А теперь… как думаете, что произойдет, если мы тупо сунем корону в окно — и закроем его?

У лича округлились глаза. Морские глубины практически недосягаемы — даже сильнейшие из магов не отыщут брошенную в океан вещь. И даже лич вроде Кватач-Ичла, не нуждающийся в кислороде, вряд ли найдет корону, затерявшуюся на дне, куда там иголке в стоге сена…

Если парни исполнят угрозу — корона будет фактически будет утеряна навсегда.

— Вы не посмеете, — с нажимом сказал Кватач-Ичл. — Ценность короны…

— Если мы не получим Черный Зал, нам крышка, — доверительно подался навстречу собеседнику Зак. — Ну вот, я это сказал. Мы в отчаянном положении, от результатов зависит наша жизнь. Что нам тогда толку от короны? Отдадим кому другому — он тут же станет вашей целью. Лучше уж сразу в море, чтобы и вам не досталась.

— Вы… — лич на миг лишился дара речи. — Вот, значит, как. Или я получу корону сейчас, или потеряю ее навсегда. Я правильно понял?

— Вы все правильно поняли, — Зак, улыбаясь, откинулся на спинку стула.

— И не притворяйтесь, что вам самому проект не интересен, — добавил Зориан. — Мы знаем, что вас давно уже интересует лаборатория времени под Сиорией. Для разработки Черных Залов нужны крупные суммы и множество специалистов — едва ли на Улькуаан Ибасе есть и то, и другое. Досадно — ведь с вашим отношением к нежити именно ваша страна могла бы использовать Залы эффективнее других. Бессмертные не боятся раньше состариться. А если вы хотите соревноваться с Эльдемаром и другими державами, вам пригодится любое преимущество, не так ли?

— Хм. Возможно, — помедлив, ответил Кватач-Ичл. — Хочешь сказать, я получу всю информацию об эльдемарском проекте Черного Зала?

— Как иначе вы поможете нам его улучшить? — ответил вопросом Зориан. — И берите выше — вы получите данные не только эльдемарского проекта. И Суламнона, и Фалкринеи, и всех остальных. Всех Черных Залов на континенте.

Он извлек из сумки ярко-красную папку и передал Кватач-Ичлу. Само собой, там не было исчерпывающей информации — просто образцы того, что могли предложить Зак и Зориан.

Кватач-Ичл пролистал бумаги — сперва медленно, потом все быстрее, удивленно подняв брови.

— Это… как вы вообще это достали? — похоже, лич был впечатлен.

— Ограбили все лаборатории времени на континенте, — ответил Зориан.

— Хммм, — негромко протянул Кватач-Ичл. — Похоже, для вас это действительно важно.

Следующие минут пятнадцать они обсуждали подробности возможного соглашения. Кватач-Ичл ни разу не проявил согласия, и вообще старательно изображал безразличие, но Зориан чувствовал — они вот-вот его убедят.

— На самом деле меня беспокоит один момент, — сказал наконец лич. — Если я соглашусь на эти условия… что заставит вас сдержать слово? Да, признаю, информация о Черных Залах мне интересна, но главное сейчас — украденная корона. Какие у меня гарантии, что вы вернете ее, когда мы закончим?

— Если вы согласитесь помочь, мы вернем корону немедленно, — ответил Зориан.

Кватач-Ичл — уже в который раз — удивленно поднял бровь.

— Да, в самом деле, — подтвердил Зориан.

Зак уже использовал Ключ и открыл врата. Теперь ценность имперских реликвий заключалась только в их прямом назначении — и хоть корона и была невероятно полезна… Помощь Кватач-Ичла была нужнее.

Ничего, вернувшись в реальный мир, они всегда могут украсть корону у его оригинала.

— А вам не приходило в голову, что я могу просто принять корону, посмеяться над вами и уйти? — поинтересовался лич.

— Можете, да, — согласился Зак. — Но вряд ли станете. Вы — бессмертный с твердыми принципами.

— Хех. Даже не знаю, гордиться ли своей репутацией — или удивляться вашей глупости, — заметил лич.

— Означает ли это, что вы согласны? — спросил Зак.

— Сперва один вопрос, — ответил ибасанский лидер. — С чего вы вообще взяли, что сможете работать со мной? То есть да, вы очевидно сперва собрали на меня обширное досье. И даже сделали это втайне от меня, что волей-неволей впечатляет. Однако ваша уверенность удивляет. Риск очень велик.

— Мы вообще ведем очень рискованную жизнь, — ухмыльнулся Зак.

— И до сих пор живы, — сдержанно улыбнулся в ответ лич. — То есть дело не только в излишней самоуверенности.

— Если мы ответим на этот вопрос, вы ответите на наш? — спросил Зориан.

— Конечно, — небрежно отмахнулся Кватач-Ичл. — Спрашивай.

— Почему вы помогаете Культу Дракона, что Внизу, выпустить первозданного, заточенного под Сиорией? — спросил Зориан. — Ни за что не поверю, что кто-то вашего уровня не знает, что это значит. Первозданный — не просто сильное чудовище или призванная сущность, что вернется на свой план через пару часов. Это существо, что не смогли убить сами боги. И вы хотите выпустить его в мир? Я бы еще понял, будь вы каким-нибудь маньяком, но вы очевидно дорожите своей страной и собираетесь жить еще долгое время.

— Вечно, — сказал Кватач-Ичл. — Я собираюсь жить вечно.

— Тогда почему? — спросил Зориан. — Зачем выпускать богоподобную сущность, что может уничтожить все через пару столетий?

Лич весело посмотрел на него.

— Ха-ха! Так значит, вы знаете о вторжении, которое мы готовим.

— Да, — подтвердил Зак. — Знаем.

— Как я и думал, — ответил лич. — Полагаю, это в какой-то мере отвечает на мой вопрос? Если вы знаете о вторжении, то понимаете, что я готов пойти на значительный риск. Что же до вашего вопроса… Все дело в том, что я не верю, что первозданному позволят гулять на свободе столько времени. Какие там столетия, думаю, все закончится за пару недель!

— Почему? — нахмурившись, спросил Зак.

— Потому что я верю в ангелов, — ответил лич.

Что?

— Странно слышать такое от меня, верно? — понимающе улыбнулся Кватач-Ичл. — Но это правда. Может, боги и ушли, но ангелы все еще здесь, и, уверен, сделают все в своих силах, чтобы убить или вновь запечатать беглого первозданного. Ангелов легко недооценить — их возможность вмешиваться в дела физического мира сильно ограничена, но их мощь и оружие потрясают. Мне ли не знать — я своими глазами видел их в бою. Один первозданный не составит для них особых проблем.

— То есть вы хотите выпустить первозданного, рассчитывая, что ангелы разберутся с ним прежде, чем он станет вашей проблемой, — резюмировал Зориан.

— Да, — подтвердил лич. — Честно говоря, меня волнует не то, справятся ли ангелы с первозданным… а то, что они могут сделать это слишком быстро, и Эльдемар не понесет особого урона. Я приказал сравнять все храмы с землей в самом начале вторжения, но опасаюсь, что даже этого не будет достаточно. Когда надо, ангелы бывают удивительно коварны и изворотливы. Как знать, может, они прямо сейчас действуют против меня.

Если бы он только знал…

— На самом деле, нам здорово повезло, — самодовольно продолжил Кватач-Ичл. — Весьма вероятно, что возможность вмешательства ангелов уменьшена еще сильнее из-за недавних… хмм, сложностей в духовных планах.

— Вы про то, что духовные планы с недавних пор недоступны? — уточнил Зориан.

— Хмм. И правда весьма информированы, — пробормотал Кватач-Ичл. — Да, про это. Довольно неожиданно, но полезно. Можно сказать, что сами небеса мне благоволят, ха-ха!

Повисла короткая пауза.

— Итак, — сказал Зак, — мы договорились?

— Думаю, да, — сказал лич. — Я, видно, совсем выжил из ума от старости, но я дам вам шанс.

— Ах да, еще одно, — сказал Зориан. — Мы… как бы сказать, обратились по этому поводу и к Тайному Ордену Звездного Дракона. К сожалению, они были куда менее благоразумны, и в итоге нам пришлось прибегнуть к силе.

Он бросил на стол небольшой, очень реалистичный рисунок, изображающий нескольких связанных людей. Разумеется, рисунок мог оказаться фальшивкой, но Кватач-Ичл молча нахмурился.

— И раз теперь мы работаем вместе, мы надеялись, что вы поможете убедить их, — продолжил Зориан. — Без их участия наш совместный проект нереализуем. В противном случае, боюсь, нам придется прибегнуть… к более радикальным мерам убеждения.

— Хмф. Ну конечно, эти бездари попались, — пробормотал Кватач-Ичл.

Он отбросил рисунок на стол, задумчиво посмотрел на парней. А потом протянул руку.

— Корону.

Зак с душераздирающим вздохом полез в карман и извлек имперскую реликвию. С жалостью посмотрел на нее и аккуратно передал личу.

Тот немедленно надел корону на голову, по всему телу мертвеца проступил и угрожающе вспыхнул узор геометрических фигур. На миг маскировка пропала, обнажая черный скелет, но тут же вернулась, как ни в чем не бывало.

Корона исчезла, укрытая магией Кватач-Ичла.

— Хорошо, — сказал он. — Проводите меня к этим шутам, я поговорю с ними. Они согласятся.

С этого момента события понеслись вскачь.

Зориан даже не ожидал, что все сложится так удачно. Он опасался, что похищенные маги или откажутся наотрез, или будут всячески затягивать работу. Что Кватач-Ичл возьмет корону, посмеется над их наивностью и уйдет. Что лидеры культа будут вставлять палки в колеса просто назло им.

Ничего подобного.

Похищенные исследователи в массе своей согласились работать. На удивление многие даже взялись за дело с энтузиазмом, осознав масштаб поставленной задачи. Возможно, дело в том, что Зак и Зориан обещали по завершению работ оставить им всю документацию. И хоть не все поверили, похоже, сам масштаб работ успокаивал — не станут же устранять такое множество людей?

Кватач-Ичл был скелетом чести. Как в прошлом он никогда не уклонялся от взятых обязательств, так и сейчас работал над проектом в полную силу. И хорошо — лич не просто заменил Сильверлэйк, он настолько превосходил ведьму, что даже досадно. Была бы хоть малейшая возможность привлечь его к проекту выхода из петли, их шансы возросли бы многократно.

Но, разумеется, сообщать личу о петле парни не рискнули.

— Даже если Красный покинул петлю с помощью Панаксета, ему все равно нужно было изменить маркер, чтобы тот работал дольше шести месяцев, — заметил Зориан, обсуждая с Заком этот вопрос.

— Думаешь, с маркером ему помогал не Панаксет? — спросил напарник.

— Может и он, но не думаю, что первозданный занимался этим сам. Он мог дать Красному инструкции, но все равно требовался исполнитель.

— И ты думаешь, что этим исполнителем был Кватач-Ичл, — предположил Зак.

— Да, — подтвердил Зориан. — Хотя, если Кватач-Ичл помог Красному с маркером — что же он не сделал и себе такой же?

— Может, просто не мог, — предложил Зак. — В смысле, то, что нельзя убрать временный маркер и тут же наложить новый, четко показывает, что управляет всем вовсе не маркер, а Врата и Страж Порога.

— И? — спросил Зориан.

— И значит, изменить временный маркер нужно до того, как Врата считают его. Скорее всего — в том же цикле, когда он был наложен. Мы уже знаем на твоем примере, что серьезные изменения Страж может вносить только при рестарте цикла, и тут, скорее всего, та же ситуация. Это объясняет, почему мы так и не смогли изменить ни один временный маркер — шанс был упущен в конце первого цикла, а мы даже не поняли.

— А, — протянул Зориан. И правда, все сходилось… — Думаешь, когда Красный вошел в петлю, Кватач-Ичл уже имел временный маркер?

— Не знаю. Просто предлагаю варианты, — пожал плечами Зак. — А по-твоему, как все произошло?

— Возможно, даже узнав о петле, Кватач-Ичл не пожелал выйти из нее, — сказал Зориан. — Уж точно не тем способом, которым вышли Красный и Сильверлэйк. Поставить на кон жизнь в сделке с первозданным? Нашли дурака. А выйти физически невероятно трудно, даже для Кватач-Ичла — достаточно посмотреть, сколько у нас уходит времени и сил. Возможно, он просто договорился с Красным, как я в Ксвимом, Каэлом и остальными. За настройку маркера Красный по выходу в реальный мир передает личу всю информацию.

— Он все равно мог потребовать себе временный маркер и изменить его, — заметил Зак. — Ну, просто на всякий случай.

— Да, наверное, — поразмыслив, согласился Зориан. — Не знаю. Может, как ты говоришь, он просто не мог. Панаксет вполне мог дать Красному эксклюзивное, подходящее только ему решение. Зачем первозданному выпускать кого-то неподконтрольного…

…Отношения с Культом Дракона, что Внизу, поначалу были очень напряженными. Мало того, что путешественники похитили их и шантажом вынудили сотрудничать — Зориан еще и эвакуировал из города всех перевертышей и сообщил лидерам Культа, что никаких детей они в жертву приносить не будут. Скандал не ограничился одной лишь руганью — в ход пошли и боевые заклятья.

Все изменилось, когда Зак и Зориан продемонстрировали культистам Врата Государя. Они не объясняли подробностей, просто сказали, что это божественный артефакт, заключающий в себе эссенцию Панаксета… И прекрасно подходящий на роль ключа к темнице первозданного. Куда лучше, чем кровь детей перевертышей.

Технически, они даже не соврали — внутри временной петли Врата действительно могли служить ключом к темнице конкретного первозданного. Собственно, на этом и строился их план. Оба плана, и старый, когда с ними еще была Сильверлэйк, и новый.

Зориана слегка беспокоило, не поймут ли культисты больше, чем нужно — но, к счастью, этого не произошло. О да, они были в восторге — но просто потому, что получили более эффективный ключ. Истинное назначение Врат осталось для них загадкой.

С другой стороны, чему удивляться? Общеизвестно, насколько божественные артефакты сложны для анализа.

Так или иначе, все шло безупречно. Даже лучше, чем они надеялись. Они отстроили огромный подземный комплекс, перенастроили структуру геомантии всей округи, чтобы запитать свое творение, а потом окружили имперскую сферу множеством изощренных оберегов и барьерами из баснословно дорогих материалов. Общий бюджет проекта мог запросто разорить небольшую страну и смутить даже ведущую державу, вроде Эльдемара или Фалкринеи. Что там державы — под конец строительства впечатлился даже Кватач-Ичл.

Впрочем, он сдержал слово, и проект был завершен в срок. За шесть дней до конца месяца улучшенный Черный Зал был готов. Огромная толпа — носители временных маркеров, лидеры культа, энтузиасты из числа похищенных исследователей — прошли в сферу и активировали чары.

В течение следующего дня внутри сферы пройдет пять месяцев.

Кватач-Ичл, без которого ничего бы не получилось, отказался от участия. И правильно сделал — Зак и Зориан убили бы его, стоило чарам отсечь сферу от остального мира. Неизвестно, смогла бы душа лича вернуться из Зала в филактерию, но даже если бы смогла — неважно. Рисковать, оставляя его рядом с собой на пять месяцев, никто не собирался. Лидеров культа можно как-то держать в узде. Кватач-Ичла — нельзя.

В любом случае, предстояли пять месяцев работы — следовало отточить навыки, разработать схемы, изготовить якоря оберегов, и так далее. Будет непросто скрыть истинное значение их приготовлений от культистов и посторонних — с другой стороны, Зориан не возражал просто ликвидировать всех, кто слишком много узнает.

К слову, ему и самому нужно кое-что сделать. Нечто, о чем лучше не сообщать остальным… включая Зака.

Так что он собрал всех путешественников-аранеа, Ксвима и Дэймена, и удалился с ними в укромный уголок имперского дворца.

— Какой интересный выбор участников, — заметил Ксвим. — Если я правильно понимаю, ты не удовлетворен своим владением магией разума?

— Серьезно? — возмутился Дэймен. — Куда уже лучше-то?

— Мастерства разума никогда не бывает достаточно, — ответила одна из аранеа.

— Что да, то да, — согласился Зориан. — Это сильнейшее из моих умений, на него не жаль тратить время. Но я собрал вас здесь по другому поводу. Я хочу… найти способ обходить заклятье Пустого Разума и воздействовать телепатией на защищенного им мага.

В их глазах мелькнуло понимание — даже у аранеа, хоть их мимику было сложнее воспринимать.

И они взялись за работу.

Попытка прорыва из петли была назначена на конец месяца, в день летнего фестиваля. Та же самая логика, какой руководствовались культисты и ибасанцы — пик парада планет до предела усиливал возможности пространственной магии.

Когда группа покинула сферу, у них оставалось пять дней на подготовку. Немного, но вполне достаточно. Лаборатория была полностью переоборудована под нужды ритуала. Огромный участок подземелья вокруг Провала был весь исчерчен заклинательными формулами и покрыт причудливыми металлическими якорями оберегов. Культисты, за пять месяцев отточившие навыки прорицания и пространственной магии, проанализировали темницу Панаксета и передали результаты группе. Кажется, они были искренне благодарны Заку и Зориану за «содействие» — Зориан даже ощутил укол совести. Не то чтобы это как-то повлияло на его планы.

Увы, сами планы пришлось пересмотреть. Первоначально они собирались использовать темницу Панаксета как мост, чтобы выйти в том же месте в реальном мире. Жаль, но без Сильверлэйк это оказалось невозможно — несмотря на все их усилия, культисты не смогли заменить ведьму. Тем более, что внутри имперской сферы они не могли практиковаться на самой темнице и были вынуждены отрабатывать пространственную магию в целом, строя предположения, как темница будет с ней взаимодействовать.

Альтернатива первоначальному плану нашлась… Вот только она заключалась в том, чтобы вскрыть темницу Панаксета и пожертвовать имперской сферой, открывая проход в реальный мир.

Даже на первый взгляд, в новом плане были две большие проблемы. Во-первых, им придется дестабилизировать и взломать темницу Панаксета — что обычно вызывает перезапуск цикла, и что позволит первозданному дотянуться до места проведения ритуала. Во избежание перезапуска рабочая зона была укрыта многими слоями пространственных барьеров, чтобы первозданный не освободился окончательно. Полной уверенности, что это сработает, не было, но из всех вариантов этот выглядел самым надежным. Хотя даже если все получится — ничто не помешает Панаксету разнести рабочую зону ритуала.

Во-вторых, использовав в ритуале имперскую сферу, они не смогут забрать ее с собой в реальный мир. Что значительно сократит объем их багажа — и лишит их всех исследовательских материалов, накопленных Зорианом в банке памяти сферы.

Это… мягко говоря, угнетало. Но ничего не поделаешь — у них просто не было другого карманного измерения, укрепленного божественной энергией и способного выдержать чудовищные нагрузки при открытии перехода. Любой другой якорь разлетится почти мгновенно.

Было множество изматывающих споров, что взять с собой, а что оставить, но в конце концов они уменьшили багаж до приемлемых величин.

Дни пронеслись в постоянной суете, и вот час пробил. Наступал летний фестиваль, а с ним и вторжение ибасанцев. Зак и Зориан собирались перебить лидеров Культа за день до срока — просто чтобы перестраховаться — но их невольные союзники удивили, сами отказавшись от участия в ритуале. Официально они «выяснили», что группа тоже собирается выпустить первозданного, то есть вмешательство Культа не требуется. Естественно, Зориан ни на миг не поверил — культисты собирались не просто выпустить первозданного, они хотели его контролировать. Но и поделать ничего не мог — Кватач-Ичл приглядывал за культистами, делая устранение невозможным.

В конце концов парни решили оставить все как есть. Понадеялись, что лич и культисты будут заняты боями за город и не смогут им помешать. Путешественники тайно подготовили защитников Сиории к вторжению — они займут ибасанцев. Парням оставалось завершить приготовления и ждать.

Наконец все было готово.

Зориан повернулся к Заку.

— Если у нас не выйдет, мне конец, — сказал он, заставив напарника поежиться.

— Как знать, может быть, Страж соврал, — отозвался Зак. — Может, ты просто проснешься в следующем цикле и…

— Может, — оборвал его Зориан. Вот только сам он в это не верил. — Но давай планировать, исходя из худшего. Так вот, если мы все погибнем, то я рассчитываю на тебя. Ты — наша последняя надежда.

— Я… наверное, — горько вздохнул Зак. — Слушай, это, пожалуй, слабое утешение… но если с тобой что-то случится, я обещаю позаботиться о твоем оригинале, хорошо?

— Вообще-то это немного утешает, — сказал Зориан. — Пойдем. Пора начинать.

Ритуал проводился в Провале, на парящей платформе. В центре был пьедестал, где стояли Врата Государя. У Зориана мелькнула неприятная мысль, насколько это похоже на ритуал культистов. В итоге они все же заняли их место?

Само собой, их ритуал был куда масштабнее. Хоть само действие проходило на платформе, инфраструктура охватывала все местное подземелье. К тому же рабочая зона отделялась от остального мира несколькими пространственными мембранами — не будет никакой парочки дерзких магов, что прилетят в пузыре-снаряде и сорвут весь процесс, как это сделали Зак и Зориан в одном из прежних циклов.

Путешественники выстроились тремя концентрическими кругами. Зак, Зориан, Ксвим и Дэймен — внутренний круг вокруг Врат Государя. Именно на них, лучших пространственных магов, придется вся работа. Второй круг — чуть больше десятка человек — могли поддержать, но ничего более. И наконец внешний круг, все остальные путешественники, что могли лишь ждать и молиться. Они были на платформе лишь потому, что мембраны не позволяли дождаться окончания ритуала снаружи.

Не обошлось без ругани и толкотни, но наконец все были на местах и, хотелось верить, знали, что делать. Ритуал начался.

Первые минут пять как будто ничего не происходило. Пространство над платформой волновалось, словно в потоке горячего воздуха, но ничего больше. Ритуал был рассчитан с максимальной осторожностью, а потому продвигался медленно. Ну, по крайней мере, пока все хоро…

Стены Провала содрогнулись, роняя пыль и дождь камешков, заклинательные формулы дрогнули и замерцали тревожным синим светом. Издалека донесся глухой рокот, словно рычание исполинского зверя.

Дерьмо. Что там происходит снаружи? Что творят лич и культисты?

— Не отвлекайтесь! — предупредил Ксвим. — Сейчас критически важ…

Новый толчок, еще сильнее, и внезапно все пошло наперекосяк. Аккуратное, четко управляемое отверстие, что они формировали, вырвалось из-под контроля. В воздухе открылась черная, как ночь, прореха.

— Мля! — выдохнул Зак. — Закрываем! Закрываем!

Поздно. Из трещины, сметая людей, хлынули темно-коричневые щупальца, гибкие, подвижные, усеянные шипами.

Трещина раскрылась шире, явив огромный нечеловеческий глаз с тремя зрачками. Выметнулись новые щупальца, уже толще и с чем-то вроде человеческих рук на концах.

Скверно, но еще в пределах допустимого. Планируя ритуал, они ожидали нечто подобное — и теперь третий круг, люди вроде Кайрона и Тайвен, без каких-либо умений в пространственной магии, но с огромным боевым опытом, вступили в схватку с первозданным, без оглядки расходуя ману. Загораживая собой проводящих ритуал магов.

Сами Зак и Зориан пытались сдержать прорыв и не могли им помочь. Стоит им хоть на миг отвлечься — и Панаксет сметет их всех. Парням оставалось отчаянно уворачиваться от щупалец, старясь сжать трещину назад.

Краем глаза Зориан заметил, как отсеченное Тайвен щупальце вдруг отрастило лапы и бросилось на нее, опрокидывая на пол платформы. Кайрон сумел сбить тварь с девушки, но ее саму пришлось оттащить к краю, подальше от сражения.

За ней на платформе остался широкий кровавый след. Зориан не знал, выживет ли подруга, но ничем не мог ей помочь.

Рядом одна из аранеа попыталась остановить тонкое щупальце силовым щитом, но заклятье не выдержало. Щупальце пробило защиту и обмоталось вокруг головогруди аранеа. Как оказалось, шипы на щупальцах были бритвенной остроты — брызнула кровь, и отчаянный крик паучихи оборвался.

Щупальце вздернуло изрезанный труп и стало размахивать им, как плетью, орошая людей кровью и кусочками плоти. Некоторые маги второго круга дрогнули и запаниковали, отстраняясь от борьбы за прорыв, хоть кровь не наносила какого-либо урона.

— Черт, — Зориан сунул руку в карман, доставая пригоршню стальных шариков, плотно исписанных заклинательными формулами. Он надеялся оставить их на потом. Они понадобятся ему потом. Но если он не использует их сейчас, все будет кончено.

Он швырнул шарики к прорыву, и они тут же образовали вращающееся, светящееся кольцо. Щупальца первозданного рванулись к ним, но остальная группа не подвела — настоящий шквал разноцветных лучей и зарядов сдержал чужеродную плоть.

Этого хватило. Шарики вспыхнули ослепительной белизной, и трещина резко сжалась. Щупальца, отрезанные от основной массы, с глухим стуком падали на платформу.

Но расслабляться было рано — обрезки задергались и расплылись, собираясь в здоровенную овальную штуку, неприятно напоминающую куколку.

Аланик среагировал первым, атаковав раскаленно-белым пламенем, через миг присоединились и все остальные. Вот только плоть первозданного, похоже, успела приобрести стойкость к незнакомой магии — кокон оставался невредимым.

И внутри шевелилось что-то совсем жуткое.

Как будто этого было мало, Врата Государя вспыхнули белым, и над ними стал формироваться знакомый силуэт Стража Порога.

— Ох, дерьмо, — пробормотал Зориан.

— Используй сферу, — сказал Ксвим.

— Но… — возразил было Дэймен.

— У нас нет выбора, — перебил его Ксвим. — И нет времени. Сейчас.

Поколебавшись, Дэймен взял сферу и кинул ее в прорыв. Все четверо лихорадочно принялись сплетать чары, пытаясь вписать божественный артефакт в темницу первозданного.

Процесс не шел, так что Зориан вытащил все, что было — металлические пластины с оттиснутыми формулами, жезлы из алхимически укрепленной древесины, несколько сотен шариков, содержавших трехмерные заклинательные формулы из стальной проволоки. Он пожертвовал всем, вдобавок использовав немалую часть своей жизненной силы, чтобы заклятья стали сильнее. Кажется, он заметил, как Зак, Ксвим и Дэймен тоже вливают свою жизнь в чары.

У них получилось. Имперская сфера трижды мигнула волнами радужного света и словно втянула в себя черный провал. Трещина в небе исчезла, но пространство продолжало, волнуясь, втягиваться в стеклянный шар. Над сферой вспух иссиня-черный шар, бурлящий, как кипящая вода. Вокруг возник дымно-серый обруч, искрящей разноцветной энергией. И еще один. И еще. Три серых обруча закрутились, и черный шар неподвижно замер.

Проход. Проход был открыт!

Увы, в тот же самый миг над Вратами окончательно материализовался Страж Порога. Сущность не сказала ни слова, лишь подняв руку — и выпустив в людей толстый, ослепительно-яркий луч. Не пройдя и половины дистанции, луч расщепился на сотни тонких, но не менее ярких нитей.

Ждавшие в резерве симулакрумы Зака и Зориана бросились в бой. Как и множество изготовленных Зорианом боевых големов. Но нити были слишком быстры и точны, лавируя, словно живые — спешно сотворенные щиты не помогли, Зориан с болью смотрел, как Ильза, Нора и еще две аранеа погибли на месте.

Проход был открыт и совсем рядом, но люди гибли в шаге от спасения.

Некоторые путешественники пытались контратаковать Стража, но сущность не обратила на боевые заклятья внимания. Они просто впитались в ее сияющее тело, не причинив никакого вреда.

Проклятье, нужно начинать эвакуацию! Зориан направил своих симулакрумов, но тут куколка из плоти первозданного взорвалась, выпуская огромную, отдаленно-человекообразную тварь. Четыре руки. Костяная трехглазая голова на длинной гибкой шее. Длинный, тонкий хвост с рукой на конце. И блестящая хитиновая броня, усыпанная бритвенно-острыми шипами.

Монстр оглушительно взревел — отвратительный и устрашающий звук — и, хлопнувшись на все шесть лап, рысью рванулся к центру платформы, к Зориану и остальным, раскидывая смельчаков, рискнувших встать на его пути.

Сияющий Страж вновь поднял руку, на пальцах искрился новый луч смерти.

В довершение всего, снаружи вновь раздался грохот, все заходило ходуном.

У Зориана сердце ушло в пятки. Без сомнения, рабочую зону ритуала атаковали снаружи.

Вероятно, Кватач-Ичл и культисты.

Черт возьми! Как они вообще…

Нет. Не время. Нужно сосредоточиться. Нужно…

Страж вновь ударил белым лучом. И луч вновь разделился на сотни тонких нитей — но теперь маги не успели минимизировать потери. Зориан присоединился к своим симулакрумам, отбивая лучи, но просто не мог успеть везде. И с ужасом увидел, как Каэл в отчаянии закрыл дочь собой — луч пронзил их обоих, убив мгновенно.

Кайрон отбил предназначавшийся ему луч — но зверь первозданного ударил его в спину когтистой рукой, сокрушив магический щит и разорвав тело надвое, чтобы тут же продолжить безжалостную атаку.

Снаружи вновь загрохотали взрывы, формулы барьеров опасно замерцали.

На парящей над порталом имперской сфере появилась крошечная трещина. Божественный артефакт не справлялся с чудовищной нагрузкой.

Тут Зориан ощутил, как на краю платформы погасла душа Тайвен. Вероятно, просто истекла кровью — занятые боем путешественники не успели обработать ее раны.

Внезапно он понял, что они все умрут. Они были так близки, они практически победили, но…

— Честно говоря, я всегда знал, что этим все и кончится, — неожиданно спокойно вздохнул Дэймен.

Брат достал нож и решительно перерезал вены на запястьях.

— Дэймен! Ты что творишь?! — голос Зориана сорвался на визг.

— Ты должен жить, — Дэймен дрожащими руками, щедро теряя кровь, исполнял сложную цепочку жестов. — Ничего, если я умру — выживи ты. Не допусти, чтобы все было напрасно. Ни за что!

Он выбросил кровоточащие руки в сторону разрушающегося портала, вливая всю свою жизнь в стабилизирующий оберег. Трещины на имперской сфере перестали расходиться, черная поверхность вновь успокоилась, как и формулы барьеров.

Ксвим, сориентировавшись, развернулся к Зориану.

— Иди, — скомандовал он. — Мы с Заком удержим для тебя проход.

— Заку не нужно, но вы… — начал было Зориан.

— Иди! — рявкнул Ксвим. — Зак не удержит портал в одиночку. Пошёл!

Он… да, он мог уйти. Бросить всех и спастись. Но…

Зориан огляделся на остальных, пытающихся сдержать зверя первозданного и отвлечь Стража. Проход был совсем рядом. Они могли бросить всё и рвануться к спасению. Разве это не самый рациональный выбор?

Но никто из них не попытался бежать.

Скрепя сердце, Зориан отпустил портал — Ксвим и Зак заметно содрогнулись под возросшей нагрузкой — присел и прыгнул, сотворяя быстрое заклятье полёта.

Монстр первозданного яростно взревел и ускорился. Страж внезапно телепортировался на пути Зориана, заставляя уклоняться от нового залпа лучей. Кто-то из путешественников, забыв о себе, помогали ему отбивать лучи своими чарами. Купол пространственной мембраны вновь содрогнулся, но жертва Дэймена пока удерживала его от разрушения.

Зориан был буквально на вытянутую руку от портала, когда зверь первозданного разинул огромную пасть, выстрелив длинным, зазубренным костяным копьём. К тому моменту парень практически исчерпал свой резерв и ничего не мог ему противопоставить.

Копье ударило ему в спину, грудь взорвалась кровью и ошметками плоти. Звуки сражения пропали — в жуткой тишине заклятье полета Зориана отказало, и его изломанное тело устремилось вниз, оставляя в воздухе капли крови.

Ему конец. Рана слишком серьезна.

Закрыв глаза, Зориан активировал последнюю закладку, запустив заклятье, вырывающее душу из умирающего тела.

И прежде, чем Страж или первозданный могли его остановить, душа Зориана нырнула в портал.

Душа воспринимает мир иначе, куда более ограниченно — он следовал невидимым линиям пространства и времени, смутно ощущая туннель вокруг себя. Он мог ориентироваться лишь благодаря способности туннельной жабы, отточенной за пять месяцев в Черном Зале.

Увы, та же способность грозила всё погубить. Он привязал ее к резерву маны в теле, но больше не имел тела. Лишившись основы, мана перемешивалась и содрогалась, грозя дестабилизироваться. Если он утратит способность к магии — всему конец. Нужно продержаться. Он всеми силами сосредоточился на своей мане, стараясь удержать ее под контролем, пока не выйдет в реальный мир.

Смутно различимые стенки туннеля начали разрушаться — видимо, Ксвим и Зак больше не могли его удержать. И насколько он понял, никто, кроме Зориана, не последовал наружу.

Он ускорился, насколько смог.

Наконец-то снаружи! Туннель кончился, он был на открытом пространстве. Краткая дезориентация — разум попросту не привык так долго находиться вне тела, тем более, сражаясь с собственным резервом маны. Наконец он вспомнил, что нужно сделать. Нужно найти своё старое тело.

К счастью, это как раз было несложно. Он понятия не имел, где оказался, но ощущал некую связь с телом.

Колдовать в духовной форме ой как непросто, но Зориан сумел сформировать себе руки. Теперь дело пошло на лад. Пара прорицаний, чтобы определить направление, пара быстрых телепортов, и вот он у себя в комнате.

Прежний Зориан спал в блаженном неведении о надвигающихся бедах. Зориан-душа не колебался. Он нырнул в грудь спящего парня, и две души схватились за власть над телом.

Он даже не понял, быстро всё произошло или медленно. Он еще никогда не захватывал тел и не сражался в духовных битвах. Он знал одно — у прежнего Зориана не было ни шанса. Как только Зориан-душа атаковал, исход был определен.

Он открыл глаза и посмотрел в потолок.

Его комната. Да. Определенно его комната.

Он сел на кровати и огляделся. Темно. Зориан ожидал, что его разбудит прыжком Кириэлле — но вообще-то петля начинается значительно раньше.

Он раскрыл ладонь — над ней покачивался тускло светящийся шар.

Его старая душа.

Минут пять он смотрел на ее свет, решая, что с ней делать. Он уже думал об этом раньше, но тогда это было как-то абстрактно…

Решившись, он сжал пальцы, позволив душе отойти в посмертие.

Сделать что-то другое было бы… слишком жестоко.

Он спрыгнул с кровати, оглядел тёмную комнату и хрустнул костяшками пальцев.

Пора приниматься за работу.

Глава 92. С места в карьер

За месяцы подготовки к их злополучному прорыву в реальный мир Зориан и остальные рассмотрели множество вариантов развития событий — и составили примерные планы действий для каждого из них. В числе прочего был обдуман и прорыв в духовной форме, почти так, как это и произошло в действительности. Теоретически, у Зориана уже был готовый план.

На практике же все обстояло далеко не так благополучно. Да, он вырвался из петли и захватил свое старое тело — но был один критический недостаток.

Их планы строились исходя из предположения что, захватив старое тело, Зориан будет на пике формы. Ведь его старое тело идеально совместимо с его душой, никакого отторжения быть не должно. Духовный прорыв означал, что он потеряет всё снаряжение и носители информации — но хотя бы его магия останется в неприкосновенности.

Если бы.

Проблема крылась в способности туннельной жабы, что он приобрел в петле. Его старое тело идеально подходило к душе Зориана… но не содержало якоря пространственной способности. А без поддержки жизненной силой якорь в магическом резерве не мог долго сохранять стабильность. Просто чудо, что парню удалось удержать его под контролем до захвата тела — иначе все жертвы оказались бы напрасными. Но стоило ему занять тело, как конструкт усиливающего ритуала окончательно разрушился.

Отказ постоянных чар в собственном резерве — не шутки. Боли не было, и со временем все придет в норму… но его магия будет едва доступна ближайшие четыре-пять дней.

Целая вечность, ведь у него каждая секунда на счету.

Замерев в темноте своей комнаты, Зориан закрыл глаза, погрузившись в чувство магии. Скверно… но с этим можно работать. Обычный маг, приди его резерв в такой беспорядок, лишился бы всех сил — но только не он, практически достигший совершенства в плетении. К тому же, он уже испытал нечто подобное, когда Кватач-Ичл нанес им страшную духовную травму — и знал, как с этим бороться.

Он медленно и осторожно начал необходимые жесты, тихо проговаривая заклинание. Вскоре перед ним стоял безупречно исполненный симулакрум.

Двойник не стал дожидаться команды — он и сам знал, что делать. Просто лег на кровать, закрыл глаза и полностью сосредоточился на умиротворении их бушующего резерва.

Зориан перевел дыхание — магические силы тотчас стали куда послушнее. Хорошо. Покуда один из его симулакрумов стабилизирует резерв, он сможет пользоваться магией. Не так, как привык, но хоть что-то.

Восстановив хотя бы часть своих магических возможностей, он тут же переключился на следующую задачу: убедиться, что Зак вышел из петли и разбудить его, прежде чем до спящего напарника доберется Красный. Первоочередная цель, по-хорошему бы ему следовало бросить всё и спешить в Сиорию… но, возможно, есть более быстрый и простой способ.

Быстро перебрав свои школьные принадлежности в поисках реагентов и получив недостающие путем разложения домашних принадлежностей на составляющие, Зориан начертил на полу простенький ритуальный круг. И после минутной подготовки сотворил ритуал дальнего поиска — по образцу собственного маркера. Такого же, как у Зака.

Разумеется, не было никаких гарантий, что по выходу из петли Зак сохранил маркер. В отличие от Зориана, Зак должен был выйти по всем правилам, с помощью Стража. Как знать, может, при этом более не нужный маркер просто стирают.

Однако Зориан подозревал, что прочно вросший в душу маркер оставят как есть — и ритуал подтвердил его правоту. В стороне Сиории ощущался такой же маркер, сияющий, как звезда.

Следуя эфемерной нити поискового ритуала, Зориан потянулся к такому же маркеру, чувствуя, как стремительно опустошается резерв. Сиория слишком далеко от Сирина, не будь у них одинаковых маркеров, он ни за что не дотянулся бы. И когда его энергия почти иссякла, он все же коснулся души Зака. Лишь легкий толчок — но этого оказалось достаточно. Духовное воздействие мгновенно растормошило напарника.

Убедившись, что добился поставленной цели, Зориан разорвал связь и поднялся на ноги. Говорить таким образом они все равно не могли, так что нечего зря жечь ману. Поговорят, когда встретятся вживую.

Дождавшись, когда его мана восстановится, он сотворил еще трех симулакрумов. Как и первый, они не задавали вопросов. Двойники Зориана были очень тесно связаны с оригиналом — как телепатически, так и духовно. Они сохраняли индивидуальный разум, но постоянно обменивались мыслями — подсознательно, без каких-либо усилий.

Четыре симулакрума. Сейчас он не мог позволить себе больше — предстояли значительные траты энергии, нужно оставить достаточный уровень регенерации.

Несколько секунд они решали, что делать дальше — пока шел мозговой штурм, симулакрумы молча сновали по дому, перебирая вещи в поисках подходящих материалов. Изготавливать полноценное снаряжение некогда, но без масок и простейших заклинательных формул не обойтись.

На его взгляд, вряд ли Красный и Сильверлэйк атакуют его дом сразу по выходу из петли. Сирин слишком далеко, а у этих двоих и других дел хватает. Красный, скорее всего, вообще не знает его адреса — иначе вычеркнул бы его из петли перед выходом. Сильверлэйк, понятное дело, знает — но вряд ли она настолько доверяет Красному.

В любом случае, оставлять семью без защиты нельзя. Нужно или спрятать их в надежном месте, или назначить для охраны симулакрума.

Собрать и вывезти семью в безопасное место было бы надежнее всего. Самый ответственный выбор. Но он потребует много времени и затрат маны — придется отложить другие критически важные задачи. Что совершенно недопустимо — Ксвим… Аланик… и все остальные путешественники отдали жизни, удерживая проход. Они доверились ему, что он не забудет о них в реальном мире — он просто не может все отложить, обеспечивая максимальную защиту своей семьи.

К тому же ему и самому этого не хотелось. Чтобы эвакуировать родню, нужно или рассказать им, что происходит, или использовать ментальное принуждение. Ни то, ни другое ему не подходило — он хотел хотя бы подобие нормальности в отношениях с семьей. В идеале — просто дождаться, когда они отплывут в Кос, как они обычно делают. Несколько дней — и корабль уйдет далеко в море, где враги уже не достанут. Вопрос безопасности решится сам собой.

Может, и глупо, но он до последнего надеялся разобраться с ситуацией, не разглашая о ней всему свету.

Он покачал головой, отгоняя бесполезные тревоги. Сейчас не время. Как не время скорбеть о людях, с которыми он больше года работал над выходом из петли. Все это потом.

Вскоре все было готово — они вновь собрались в комнате. Зориан посмотрел на симулакрума слева — тот молча кивнул и направился укреплять защиту дома. В Сирине довольно слабый магический фон, да и нужных материалов маловато, но справиться можно. Хотя придется пустить в дело изрядную часть столового серебра…

Зориан перевел взгляд на двух оставшихся симулакрумов. Четыре двойника — но использовать можно только двух. Как же неэффективно. Но ничего не поделаешь, других вариантов у него нет. Он мысленно передал им приготовиться, и все трое стали в унисон творить мощное заклятье телепорта. Миг — и они, замерцав, исчезли.

Лежавший на кровати Номер Первый даже не посмотрел в их сторону. Он был полностью сосредоточен на своей задаче, зная, что стоит ему дать слабину — и все пропало. Если мана взбунтуется в неподходящий момент, это может стоить жизни оригиналу или его собратьям-симулакрумам. К счастью, поддерживать концентрацию долгое время было ему вполне по плечу — изучая техники ментального усиления, Зориан научился вводить себя в полезные разновидности транса.

Окончательная версия месяца началась не лучшим образом, но Зориан и его симулакрумы были полны решимости несмотря ни на что добиться победы.

Телепортационный маяк в центре Сиории здорово упрощал входящие перемещения. Пусть на самом деле он стоял там для учета и контроля, перенаправляя всех в одно место, но и телепортироваться к нему было куда легче. И если Красному и Сильверлэйк придется напрячься и сжечь немало маны, чтобы добраться в глушь типа Сирина, то Зориан прибыл в Сиорию с минимальными затратами.

Сразу по прибытию в город все разошлись по заранее оговоренным делам. Симулакрум номер три направился проверить Вейерса. Нельзя исключать, что именно он — Красный, а значит, он попытается выдернуть старого себя из-под удара. Наверное. Так или иначе, дом Джорнака следовало проверить.

Симулакрум быстро шагал по улицам, не прибегая к телепортации — следовало экономить ману. Глухая белая маска скрывала лицо, просторные одежды и многослойные чары — фигуру. Оригинал и другой симулакрум также скрыли свою личность. Столкновение с Красным весьма вероятно, незачем облегчать врагу задачу. Понятно, что Сильверлэйк и так его знает — но она та еще недоверчивая стерва и вряд ли сразу раскроет все карты Красному. А если маскировка и обереги дадут Зориану еще несколько часов анонимности — это определенно стоит потраченных усилий.

Приближаясь к дому Джорнака, Номер Три насторожился, сбавил шаг, обходя дом по дуге. Конечно, он знал, как пройти защиты, он делал это десятки раз. Но если Красный здесь — с него станется усилить обереги, просто на всякий случай. Сам Зориан именно так бы и поступил, вряд ли их враг менее бдителен.

Его опасения подтвердились — изучая защиту, он обнаружил едва заметные изменения. Повезло… или наоборот, не повезло — Красный действительно побывал здесь.

Пять минут спустя Номер Три разобрался с защитой и вошел в дом. Его встретила зловещая тишина — дом был темен и пуст, симулакрум даже не сразу сообразил, что и Вейерс, и Джорнак пропали. Обходя комнаты, он видел следы спешных сборов — распахнутые шкафы и тумбочки, выдернутые с направляющих выдвижные ящики, раскиданная одежда и мелкие предметы…

Вейерс и Джорнак не просто исчезли — сперва они собрали все ценное. Не пропажа, а полноценная эвакуация.

Номер Три использовал прорицание, но не нашел никаких следов. Впрочем, как и ожидалось — не идиот же Красный, в конце-то концов.

Симулакрум стоял в гостиной заброшенного дома, вертя в руках найденную на полу белую статуэтку-дракона. Значит ли все это, что Красный — это Вейерс? Ну, не совсем… но какая-то связь определенно есть. И Джорнак пропал — что может означать что угодно. Например, что на самом деле это юрист был Красным. Да, при встрече враг был не намного выше Зориана, а Джорнак — взрослый мужчина и куда крупнее, но этого легко решается с помощью трансформации. Или, может быть, путешественник-Вейерс просто признателен старому другу и забрал его с собой из опасного места. Как бы там ни было, они оба пропали, и смысла торчать в пустом доме нет — у него дел по горло.

Мелькнула мысль спалить дом, но, поразмыслив, он решил не обострять конфликт. Эти двое явно небезразличны Красному, нечего выводить противника из себя. Они в любом случае враги — но если у Красного появятся личные счеты, он может раньше времени нанести удар по семье и друзьям Зориана.

Прежде чем покинуть дом юриста, симулакрум проверил, как там оригинал и Номер Четыре. Оба сражались и не могли отвлекаться на разговор. Может, помочь им? Нет… сама идея множества двойников заключалась в том, что каждый выполняет свою задачу. Собратья справятся сами. Должны справиться.

Он же направился на север, в Князевы Двери.

Пора наконец проведать Сильверлэйк.

Пока Номер Три проверял дом Джорнака, Номер Четыре поспешил в туннели под Сиорией, в поселение аранеа.

Когда-то они были его главными союзниками. Они познакомили его с телепатией, помогли расследовать вторжение, были ему практически соратниками в мучительно-краткосрочных циклах. Их матриарх, Копье Решимости, в конце концов решила предать его… но как же было больно, когда их всех стерли из мира петли.

Отчасти им двигали эмоции. Всё, что он знал о петле, указывало, что аранеа в реальном мире будут живы и здоровы — но он хотел убедиться в этом собственными глазами. Его подсознание упрямо проводило параллели между аранеа и временными путешественниками, пожертвовавшими собой, чтобы открыть ему дорогу. Нужны хоть какие-то добрые вести.

С другой стороны, этот выбор оправдан и с практической точки зрения. Зак и Зориан вполне могут подорвать вторжение за считанные дни… если им не будет противостоять такой же путешественник. А ведь кроме Красного есть еще Сильверлэйк. Нет, быстро покончить с вторжением не выйдет — но это не значит, что можно расслабиться. Именно сейчас, пока Красный и Сильверлэйк не предупредили своих союзников, идеальный момент, чтобы нанести захватчикам максимально возможной урон.

Нужно действовать быстро, а значит, нужны союзники… И паутина Сиории — как раз подходящий сильный союзник, которого несложно привлечь на свою сторону.

Видимо, Красный пришел к тому же выводу — поскольку по прибытию в поселение Номер Четыре стал свидетелем отчаянного боя аранеа с вражеским путешественником.

Битва явно началась задолго до его появления — землю устилали изувеченные тела паучих, как относительно целые, так и разорванные в клочки, несколько боковых туннелей были обрушены, в воздухе, затрудняя обзор, висели густые облака пыли.

Красный был таким же, как помнил Зориан. Ярко-алая мантия скрывала его с головы до пят, под капюшоном клубилась наколдованная темнота. Он двигался неспешно и методично, правда, в этот раз орудовал не мгновенно действующим стирающим лучом, а силовыми заклятьями, давя и рассекая аранеа. Наверное, паучихам было очень не по себе сражаться против неуязвимого монстра, непреклонно прокладывающего свой кровавый путь. Скорее всего, он делал это специально, чтобы запугать и рассеять аранеа, пока у него не кончилась мана.

Номер Четыре сразу сообразил, что перед ним такой же симулакрум. Логично, Красный действовал как и сам Зориан, выполняя несколько задач одновременно.

Он атаковал, послав Красному в спину мощный испепеляющий луч. Двойник врага ничем не выдал удивления, словно только и ждал его вмешательства. Он просто сместился в сторону плавным, заученным движением, отражая одновременно удар Зориана и ближайшей аранеа.

Номер Четыре молчал — как и его противник. Они медленно кружили, обмениваясь пробными ударами, оценивая мастерство и набор заклятий врага. Молчание Красного огорчало — симулакрум ожидал, что враг, как в прошлый раз, попытается завязать разговор, и можно будет выяснить что-нибудь о его целях.

Видимо, поэтому и молчит. Ну да ладно.

Большинство аранеа не вмешивались в их схватку. Некоторые, доведенные гибелью близких, пытались ударить Красного в спину — и чаще всего гибли под ответными ударами. Зориан пытался отвлечь врага на себя, но не очень преуспел. К счастью, большинству паучих хватило здравого смысла отступить в глубину поселения.

Внезапно Красный остановился. Кажется, он собирался что-то сказать, но только качнул головой и потянулся к короткому жезлу на поясе. Зориан напрягся, готовясь взвинтить ставки, но это оказался жезл возврата. Стоило Красному коснуться его — как он тут же размылся и исчез.

Симулакрум Зориана не стал его преследовать. Он здесь, чтобы защитить будущих союзников, а не чтобы гоняться за одноразовой копией врага. Его цель уже достигнута.

Он расслабился, дожидаясь, пока аранеа обратятся к нему. Не стоит нервировать их, навязываясь самому — да, он спас их, но они явно на взводе, лучше не рисковать.

К счастью, долго ждать не пришлось. Буквально через пару минут к нему настороженно вышла встречающая делегация. Они явно удивились, когда он ответил им телепатически, и растерялись, когда он попросил о встрече с Копьем Решимости. Впрочем, матриарх оправдала свое имя, вмешавшись в переговоры и объявив, что встретится с ним лично. И быстро заткнув всех недовольных.

И вот он вновь стоит перед ней, игнорируя грозные взгляды двух охранниц-аранеа. Для большинства людей матриарх ничем не отличалась от других аранеа — такой же гигантский черный паук. Но Номер Четыре захватили воспоминания.

Он бы с удовольствием заехал кулаком в ее бесстыжую большеглазую морду… но обнять и сказать, что скучал, хотелось не меньше. Наверное, именно так чувствовал себя Зак, давным-давно встретив его на вокзале Сиории.

Правда, в отличие от напарника, он умел держать себя в руках. Мордобой матриарху не угрожал.

Как, впрочем, и объятья.

[Приветствую, друг,] — вежливо сказала Копье Решимости. — [Признательна за помощь, что ты оказал нам в трудный час. Нам не чужда благодарность, и мы обязательно отблагодарим тебя, но думаю, ты здесь не только за этим.]

[Верно,] — отозвался симулакрум. — [Нам нужно многое обсудить.]

Матриарх задумчиво постучала по земле передними лапами.

[Любопытно. В твоих мыслях звучит ностальгия.]

[А, да. Извините,] — поморщился он. — [Ничего не могу с собой поделать. Вы этого не помните, но мы знали друг друга.]

[Вот как? С трудом верится.]

[Так и есть,] — не отступал симулакрум. — [Мы очень плотно сотрудничали в прошлом.]

Матриарх передала ему эмоцию снисходительной усмешки.

[У меня очень хорошая память на людей, а ты, определенно, запоминаешься. Я бы точно запомнила, доведись мне встретиться с магом твоего уровня. Один лишь контроль Дара, что ты демонстрируешь, сразу выделяет тебя из тысяч людей, что я встречала за долгие годы.]

Да, логичный довод. Увы, у симулакрума не было времени постепенно подводить ее к нужному выводу. Он решил рискнуть:

[Я из будущего.]

На миг матриарх лишилась дара речи. Некоторые аранеа в округе шевельнулись — то ли от удивления, то ли сдерживая смех. Матриарх явно передавала им разговор — впрочем, он и не ожидал иного.

[Это… смелое заявление, друг,] — против ожиданий, матриарх казалась заинтригованной. Наверное, хоть она и не верит ему, но хочет услышать его объяснения.

[Зориан Казински,] — симулакрум снял маску. Если все выгорит, ему все равно с ними работать. — [Можно просто Зориан.]

[Значит, Зориан,] — согласилась матриарх. — [Ты же понимаешь, что такие заявления требуют очень серьезных доказательств?]

У него давным-давно не было пакета памяти матриарха — придется доказывать как-то иначе. Впрочем, ничего страшного. Он найдет аргументы.

[Разумеется,] — сказал он. — [Могу даже показать свои воспоминания из той временной линии, откуда я родом.]

[Ну что ж ты, Зориан,] — укоризненно ответила матриарх. — [Какое же это доказательство? Любое воспоминание можно подделать.]

[Не совсем,] — ухмыльнулся Номер Четыре. — [Будь это что-то постороннее — да, возможна подделка. Но если я покажу вам подробную карту внутреннего поселения, включая секретные лаборатории и сокровищницу? Если я расскажу вам о ваших секретных исследованиях и торговой сети — то, что знают лишь самые авторитетные старейшины? Если я назову каждую из аранеа поименно, опишу их личные комнаты и воспроизведу их манеру речи? Это не докажет, что я из будущего, но это будет уже кое-что, правда? Откуда я мог все это узнать?]

У матриарха задергались ноги.

Вокруг зашевелились — аранеа явно вели ожесточенную телепатическую дискуссию.

— Довольно, — неожиданно сказала Копье Решимости, впервые за разговор переходя с мысленного общения на слова. Очевидно, она хотела, чтобы и симулакрум это слышал.

— Но, досточтимая матриарх!.. — возмутилась одна из стражей.

— Я приняла решение! — отрезала та, обернувшись к сжавшейся подчиненной. Затем вновь повернулась к Номеру Четыре:

[Я открою тебе разум,] — сказала она. — [Покажи мне эти свои… воспоминания.]

Симулакрум так и поступил. Во всех деталях воспроизвел воспоминания и передал их. Несколько часов аранеа ошеломленно смотели, как чужак рассказывает их самые охраняемые секреты. Он показал свои разговоры с Копьем Решимости, с Новизной, с посланницами и стражницами.

Когда он наконец закончил — матриарху явно было не по себе. Как он и сказал — это не доказывало, что он из будущего, но сам факт, что ему все это известно…

[Как… как ты мог все это узнать?] — растерянно спросила матриарх. Она всегда проецировала ауру уверенности, даже когда на самом деле сомневалась — но сейчас ей было не до того. — [Даже если ты из будущего, даже если мы работали вместе, я бы никогда…]

[Вы умерли,] — без обиняков ответил симулакрум, перебивая ее. — [Вы все. Помните того человека в мантии? В будущем… я был недостаточно силен.]

[Ох,] — сдулась матриарх.

[Ты говоришь, что был нашим союзником — но стоило нам умереть, как ты обчистил поселение,] — обвиняющим тоном вмешалась одна из старейшин.

[На моем месте вы поступили бы точно также,] — невозмутимо ответил он.

Аранеа не нашлась с ответом.

[Мне интересно,] — наконец сказала матриарх, осторожно подбирая слова. — [Если я скажу, что мы не хотим иметь с тобой ничего общего… как ты поступишь, о могучий пришелец из будущего?]

[Я приму ваше решение,] — пожал плечами симулакрум.

[Правда?] — с сомнением спросила матриарх.

[Почему бы и нет? Я просто пойду в другое племя,] — ответил он. — [Я работал и с другими паутинами.]

Все аранеа вокруг замерли, как пораженные громом.

Номер Четыре не удержал улыбку. Они у него в кармане.

Покуда симулакрумы решали в городе свои задачи, оригинал взялся за первоочередную — проведать Зака и помочь ему, если напарнику что-то угрожает. Он вполне допускал, что Красный и Сильверлэйк попытаются немедленно убрать парня.

Он сам на их месте именно так бы и поступил.

Он оказался наполовину прав — поместье Новеда горело, развороченное взрывами. Испепеляющие лучи прошивали толстые, зачарованные стены, запуская защитные и сигнальные чары. Очевидно, всё уже началось. Хорошо, что он разбудил Зака ритуалом, а то убийцы могли и не дать ему проснуться.

То есть один убийца. С Заком сражался Красный, Сильверлэйк нигде не было видно.

Как интересно. Нет, понятно, что ведьма не доверяет Красному, но здесь-то могла бы и помочь.

Красный, к слову, был такой же, как у аранеа — всего лишь симулакрум.

Стоило Зориану вмешаться — вражеский двойник осознал, что покушение провалилось, и просто ретировался, не став впустую жечь ману.

Что за отстой. Чем тогда занимается сам Красный, если сюда тоже прислал двойника? Ох, не к добру все это. Точно не к добру…

Он повернулся к Заку — и изменился в лице. В разгаре схватки он не заметил, что у парня вся грудь разворочена.

— З-здоров, — выдохнул Зак. — И спасибо, что разбудил. Опоздай ты хоть на секунду, и я бы уже не проснулся. Яаа…

У него подкосились ноги. Зориан рванулся к напарнику и успел поймать, не дав впечататься лицом в пол.

— Дерьмо, — прошипел Зориан, изучая рану. Он был откровенно слаб в целительстве, но уж оценить-то травму мог. — Ты потерял столько крови… Как ты вообще держался на ногах?

— Мне н-не впервой, — прохрипел Зак, вжимая в рану пятерню. Кровотечение тут же ослабло. — Переживу.

Зориан вздохнул. Ну да, переживет… но от него не будет толка ближайшие пару дней, даже если найти лучших целителей. Катастрофа.

— Яаа рад, что ты сумел выйти, — дрожащим голосом сказал Зак.

[Молчи,] — телепатически ответил Зориан, поднимая его на руки, как ребенка, и направляясь к ближайшей больнице. — [Растревожишь рану. И, черт возьми, ты тяжелый.]

[Для тебя стараюсь,] — ответил напарник. — [Ты же сам хотел подкачаться, как выйдем в реальный мир?]

[Не таким же образом, засранец,] — пробурчал Зориан.

[Погоди,] — вдруг нахмурился Зак. — [Ты тоже ранен?!]

Зориан удивленно посмотрел на него. Что… а.

[А, нет,] — ответил он. — [Моя мана в таком состоянии из-за утраты способности туннельной жабы при потере тела.]

Проницательность Зака порой пугает. Зориан даже не сознавал, что чем-то выдает нестабильность своей маны.

[Вон чё,] — тут же успокоился Зак. — [Но разве это не…]

[Пару дней буду не в форме, да,] — подтвердил Зориан.

[Черт возьми! Вот все у нас через жопу!] — разозлился Зак.

[Я бы так не сказал,] — отозвался Зориан. Он отследил ближайший магазин зелий и телепортировал их обоих туда. Магазин был еще закрыт, но взломать защиты оказалось несложно. Мелькнула шальная мысль, оправдывает ли такие меры их критическое состояние. Хотя неважно. Потом он анонимно оплатит причиненный ущерб. [Уверен, Красный сейчас в бешенстве — он чуть не достал тебя, но так и не смог. А мой симулакрум не дал ему разделаться с аранеа.]

Он быстро отыскал самые сильные заживляющие и крововосстанавливающие зелья. Рана Зака закрылась, кожа приобрела нормальный оттенок, но Зориан знал, что до полного исцеления еще далеко.

Этот идиот тут же попытался встать — и повалился на спину, растревожив рану.

— Давай… просто доставим тебя в ближайший госпиталь, ладно? — оторвал ладонь от лица Зориан.

— Слушай, Зориан, — сказал Зак. — Когда ты вышел, и цикл перезапустился, я ненадолго задержался в петле. Ну, знаешь, посмотреть, что будет с тобой и Сильверлэйк.

— И? — поднял бровь Зориан.

— Вы вернулись. Оба, — ответил Зак. — Но ничего не помнили о петле и вели себя как обычно. Как все остальные в петле. Черт, ты не поверишь, как дико было разговаривать с тобой. Я и забыл, каким ты был нелюдимым и обидчивым. Я уже сказал, что рад, что ты вырвался?

— Сказал, — подтвердил Зориан.

— Ах да… а что ты сде…

— Я убил его, — оборвал его Зориан. — Отпустил душу в посмертие.

— Я… ээ… ох, мля, — сбился Зак. — Это… как-то жёстко?

— А что мне было делать? — ответил Зориан, чувствуя себя не в своей тарелке. — Я не умею делать запасные тела. Возможно, и никогда не научусь. Мне оставалось либо держать его в стазисе долгие годы, а потом выпустить в незнакомый мир, где чужак украл его жизнь… Либо заставить его бессильно наблюдать из-за моего плеча, постоянно тыкая его, насколько я лучше во всем. Разве это не по-настоящему жестоко?

— …Не знаю, — помолчав, признался Зак.

— Я знаю, что уже не тот, кем был раньше, — тихо добавил Зориан. — Но я бы возненавидел это до глубины души. Может, я просто оправдываюсь, но думаю, так будет лучше. Аланик говорит, что даже если боги не отвечают — посмертие все равно есть. А при всех его недостатках — вряд ли старый Зориан сделал что-то действительно отвратительное. Там ему будет лучше. Лучше, чем здесь с нами.

Повисло неловкое молчание, потом Зориан хрустнул пальцами и снова взял напарника на руки.

— Не хочу об этом говорить, — признался он. — Давай просто доставим тебя в больницу, и хватит на сегодня. Оставим все прочее симулакрумам. Может, Красный именно так и рассуждал — меньше шансов на успех, зато и риска меньше…

Он продолжал болтать всю дорогу — симулакрумы растратили всю ману, на телепорт уже не оставалось. Но ничего страшного — рана Зака затянулась, его жизнь вне опасности. Надо будет воспользоваться передышкой и заменить эктоплазменных симулакрумов на големов. Да, это немалые деньги, придется разорить несколько ибасанских тайников. Еще понадобится приличная мастерская и…

Он прервался и мысленно вздохнул. Столько дел, и так мало маны. Единственное, что утешает — у Красного и Сильверлэйк, вероятно, похожие проблемы.

Хотелось думать, что они с Заком справляются лучше, чем ведьма и Красный.

Прибыв к логову Сильверлэйк, Номер Три не обнаружил никаких следов боя. Впрочем, это еще ни о чем не говорило — как знать, может в жилище ведьмы есть тайный ход, и можно пройти вообще не потревожив обереги. Или старая Сильверлэйк просто впустила новую. Вовсе не факт, что две ведьмы обязательно схватятся.

Зависит от того, захочет ли Сильверлэйк из петли занять место старой — или привлечь ее на свою сторону.

А может, она вообще о ней не вспомнила. Приходить сюда опасно — Зак и Зориан знают это место и могут подготовить западню.

Так или иначе, следовало узнать, жива ли старая Сильверлэйк. И если жива — узнать, приходила ли новая.

Он мог бы выяснить это, используя свои познания в экзотических прорицаниях… но на это уйдет много времени и маны, так что он не стал заморачиваться. Вместо этого он просто стал шуметь у входа в карманное измерение, всячески понося «вероломную старую ведьму», пока та не вышла.

Не выскочила в ярости.

Симулакрум сразу понял, что новая Сильверлэйк не приходила — слишком беспечно вела себя ведьма. Знай она, на что он способен — была бы куда осторожнее.

Но все равно следовало проверить.

— Какого хрена, мальчишка?! — заорала Сильверлэйк, подходя. — Явился сюда посреди ночи, в три утра, и кричишь такое про бедную старую женщину? Куда мир катится?! Неужто родители не научили тебя уважать старших? Склонись и проси прощения как следует, или я отравлю всю твою семейку, слышишь меня?!

— Я просто хотел привлечь ваше внимание, — честно ответил симулакрум.

Это распалило ее еще сильнее.

— Слушайте, у меня не так много времени… К вам случайно не заходила злобная старая карга, выглядящая точь-в-точь как вы?

Сильверлэйк подняла руку и послала в него слабенькую молнию. Ну, относительно слабенькую, обычного человека бы изрядно обожгло.

Обычного человека. Симулакрум просто повторил за бывшим наставником, отбив разряд тыльной стороной ладони. Молния ушла в землю, оставив небольшой кратер.

Сильверлэйк тут же подобралась, насторожилась.

— Нет, серьезно… К вам не приходила ваша копия, чтобы убить или завербовать вас? Кто-то знающий все ваши секреты?

— Кто ты такой? — угрожающе сощурилась ведьма, на кончиках ее пальцев заплясали формирующиеся заклятья.

Симулакрум цокнул языком. Она и правда не знает. Значит, новая Сильверлэйк не приходила.

Вопрос — почему? Ей было все равно, или она перестраховалась? Он прибыл сюда не сразу — если бы она отправилась сюда из Сиории, все давно было бы закончено.

— Эй! Ты что, оглох? — рявкнула Сильверлэйк, пнув камень в его сторону. Удивительно точно пнув, булыжник летел прямо ему в лоб. Впрочем, Зориан привычно увернулся.

А ведь он мог бы убить ее. Даже если они спасут старую ведьму от новой, нет никаких гарантий, что она не предаст их в качестве благодарности. Она невероятно цинична, и без колебаний использует двух молодых дураков. И даже если согласится работать с ними — будет избегать малейшей опасности и искать во всем выгоду.

Нужен ли им такой союзник?

— Вот, держите, — симулакрум бросил ей маленький каменный диск. Она не стала ловить, отступив в сторону, подняла ветку и потыкала упавший предмет.

Симулакрум закатил глаза.

— И что это за херня? — спросила ведьма.

— Камень иллюзий, — ответил Номер Три. — Я записал туда довольно интересную сцену. Можете изучить на досуге. И знаете что? Вам, наверное, стоит немедленно поменять защитную схему. И убрать все тайные ходы, даже те, о которых знаете только вы.

Он развернулся, собираясь уходить.

— А ну стой, паршивец! Ты что думаешь, явился сюда, натворил хрен знает что, и теперь просто уйдешь?

— Да, — кивнул симулакрум. — Я решил не убивать вас. Не заставляйте меня пожалеть об этом, ладно?

И прежде чем она успела ответить, телепортировался прочь.

Оставаться у ведьмы не было смысла. Да, можно было подготовить западню, но это как-то неправильно.

Нужно убедиться, что Аланик, Каэл и Лукав в порядке. Сильверлэйк подождет.

Покуда Зориан и два других симулакрума прыгали туда-сюда, ломая голову, что предпимет враг, Номер Два маялся бездельем. Его задачей было укрепить дом и сторожить на случай атаки Красного или Сильверлэйк, но он уже закончил защитную схему, а нападений не происходило.

Прошло несколько часов, и он оказался у комнаты Кириэлле. Хммм… Уже утро, так? Значит, Кири пора вставать?

Он со злодейской ухмылкой потер руки. Как же давно он мечтал разбудить сестру. В петле все время выходило наоборот.

Он скользнул в комнату и прокрался к кровати. Она спала, натянув одеяло до подбородка, в блаженном неведении о нависшей над ней угрозе.

Симулакрум прикинул варианты. По справедливости, следовало бы прыгнуть на нее, но он куда больше и тяжелее.

Облить водой, как тогда, когда она решила, что он оборотень?

Нет, он промочит кровать, мать будет беситься.

Хмм…

А, ладно, можно и по старинке.

— С добрым утром, сестренка! — крикнул он прямо ей в ухо. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Она, завизжав, дернулась и упала с кровати.

Он захохотал. Да, то, что надо…

— Зориан, козел! — заверещала она, стуча по нему кулачками. Как маленький сердитый котенок, не больно, скорее смешно.

Наконец она выставила его, чтобы переодеться, и вскоре вышла, глядя с любопытством:

— Ты уже проснулся?

— Не спалось, — ответил симулакрум.

— Ох, — отозвалась она. Потом посмотрела с надеждой. — Эй, а можешь показать немного магии? Ну пожалуйста?

Следующие полчаса он развлекал Кириэлле, показывая всевозможные фокусы, пока с ним не связался оригинал, велев не тратить ману на ерунду. Вот же жмот. Эти иллюзий почти ничего и не потребляли!

Он сказал Кириэлле, что должен идти собираться — та сразу сдулась. И явно хотела что-то сказать, но так и не решилась, глядя в пол, как побитый щенок.

Он мысленно вздохнул. Конечно он знал, чего она хочет. Но взять ее в Сиорию будет… безответственно.

Нерационально.

Тупо.

Пару секунд он смотрел на Кириэлле, вспоминая все обещания, что дал ей в петле. Что не забудет ее. Что научит ее магии.

Что возьмет с собой в Сиорию.

И когда она уже развернулась бежать, Зориан остановил ее, положив руку на плечо. У нее задрожали губы.

— Эй, Кириэлле, — он заговорщицки улыбнулся. — Не хочешь со мной в Сиорию?

Номер Два уже сейчас представлял, как будет орать оригинал и что он выскажет о его умственных способностях.

Неважно.

Ее улыбка того стоила.

Глава 93. Прибежище в непогоду

Порой он так жутко тупит. Ведь знал же, что его симулакрумы более импульсивны и безответственны. Все до единого, как бы он ни старался создать точную копию. Похожи — да, но всё же не он. Стоило двойнику осознать, что он проживет максимум несколько дней — и его мышление неуловимо изменялось. Ведь разбираться с последствиями будет кто-то другой.

Он знал, насколько чревато поручать симулакрумам скучные или неприятные задачи. Его двойники не возражали умереть ради него — но и не стеснялись поставить его в дурацкое положение. Скорее, это их забавляло.

Мелькнула мысль, как поведение симулакрумов характеризует его самого, но Зориан отмёл ее в сторону. Сейчас важнее то, что, зная всё это, он всё равно послал симулакрума отказать Кириэлле. Ему следовало дважды подумать — но он вообразил, что двойник просто ответит матери отказом. Как поступал он сам, когда не хотел брать с собой сестру — всё было не раз опробовано. Разумеется, вместо этого двойник сам пришёл к Кириэлле, растратил драгоценную ману на дурацкие фокусы, а в решающий момент расчувствовался и…

Как и предсказывал негодный двойник, Зориан был в ярости. Что за идиотское решение! Да, сестра не хотела плыть с родителями в Кос, но там она была бы в безопасности! Мало ли чего она хочет.

А этот паршивец совершенно не чувствовал своей вины.

[Что сделано, то сделано,] — передал он по мысленной связи. — [Я уже дал слово. Если тебе что-то не нравится, можешь прийти лично и сказать, что передумал.]

[Сволочь!] — прорычал Зориан. — [Мне следовало бы развеять тебя за это!]

[Это оставит Кириэлле и остальных без защиты,] — напомнил симулакрум. — [И неужто ты думаешь, что мне не всё равно? Я с самого начала знал, что мои дни сочтены.]

К сожалению, так и было. Оборотная сторона их готовности жертвовать собой — угрожать двойникам было бесполезно.

[Я просто не понимаю,] — пожаловался Зориан. — [Мы могли бы взять ее в Сиорию через месяц-другой, когда всё утрясется, а она вернётся из Коса. Зачем тащить её сейчас, когда там так опасно?!]

[Когда, если не сейчас?] — возразил симулакрум. — [Даже если мы всё уладим, резонанс будет чудовищным. Даже сорванное вторжение перепугает родителей. Думаешь, они отпустят её туда? Очнись. Сейчас, пожалуй, наш последний шанс мирно забрать Кириэлле в Сиорию.]

Зориан нахмурился — об этом он не подумал. А ведь действительно, последствия будут весьма серьезны. К тому же вскоре Кириэлле тоже надо в школу — тогда не поездишь. Наверное, потому она так рвётся сейчас — ведь потом возможности уже не будет…

Он мысленно вздохнул. При всём, что дала ему временная петля — она подпортила его характер. Более десяти лет он не планировал далее чем на месяц. Нет, конечно, он думал о будущем, но скорее абстрактно, теоретически — и скорее о дальнем будущем, не о последующих месяцах.

Но даже учитывая всё это, тащить Кириэлле туда, где они схлестнутся с Красным и Сильверлэйк…

[К тому же,] — продолжил двойник, — [взяв с собой Кириэлле, мы получим уважительную причину поселиться у Имайи. Будет проще сойтись с Каэлом через Кану. И у нас ведь есть план эвакуировать…]

[Это всё отговорки и рационализация,] — перебил его Зориан.

[Ну… да,] — помолчав, признал симулакрум. — [Всё так. Но это правда, и я не намерен отказываться от своего слова. Нашего слова. Ты обещал ей, что не забудешь о ней после петли — а сам собираешься запихнуть её на корабль и заняться своими делами.]

[Эти «свои дела» смертельно опасны!] — сорвался Зориан. — [Я не хочу рисковать ей. Враги будут метить в неё — а я буду занят! Сейчас не время!]

[Забудь,] — вздохнул двойник. — [Я просто… Как я уже сказал, если хочешь, откажи ей сам. Скажи, что её мечта отменяется, сделай ей больно. Если не трусишь.]

И оборвал мысленный контакт.

Несколько раз вдохнув-выдохнув, Зориан взял себя в руки и решил, что поганец в чём-то прав. Он должен сам решить эту проблему. Поручать её двойнику было глупо — посмотрим, удастся ли хоть что-то исправить.

Тем более, что он уже мог покинуть Сиорию. Раньше он беспокоился, что надо будет заменять убитых в бою симулакрумов — но первые два эктоплазменных двойника уже были заменены на големов, куда более экономичных и живучих. Их так просто не убьешь — даже сквозные дыры и оторванные конечности лишь доставят некоторое неудобство. Теперь его копии могли без опаски драться с захватчиками и симулакрумами Красного.

Да и затевать что-то серьезное, пока Зак не в форме, явно не стоит. Почему бы пока не подумать о семье и друзьях.

Так что вскоре после завершения разговора Зориан прибыл в Сирин, велел симулакруму выметаться и безупречно вписался на его место.

Ну, то есть почти безупречно.

— Что это ты так смотришь? — с подозрением прищурилась Кириэлле. — Ты… часом не решил взять свои слова назад?

Кажется, сама мысль об этом привела её в бешенство. Сестра уперла руки в бока и посмотрела на него — наверное, хотела посмотреть грозно, но выглядело так, словно она мается животом.

— Поздно! — заявила она, ткнув в него пальцем. — Мама говорит, всё! Раз сказал, что берёшь меня с собой, значит, берёшь!

Зориан раздраженно цокнул языком. Стоило посмотреть на неё — и она уже подозревает его во всех смертных грехах… ну да, правильно подозревает, но неужто он-старый был настолько плох?

Ладно, возможно, именно настолько.

— Я не говорил, что не беру тебя с собой, — медленно ответил он.

— Тогда в чём дело? — заинтересовалась она.

— У меня пропали несколько учебников, — сказал он. — Хорошо бы тот, кто их взял, вернул их до нашего отъезда.

— Ээ… ага, я… то есть я уверена, они скоро будут у тебя, — нервно хохотнула она.

И, напоследок смерив его подозревающим взглядом, убежала собираться.

Симулакрум, которого он заменил, наблюдал сцену его глазами. Двойник ничего не сказал, но Зориан ощущал его веселье.

— Молчи, идиот, — едва слышно пробурчал Зориан. — Это всё из-за тебя.

Можно было не говорить вслух, зато на душе чуток полегчало. И почему он не развеял этого саботажника?

А, ну да. Экономил ману, а для этого типа еще есть задача.

Так или иначе, всё шло своим чередом, пока в дверь не постучалась Ильза — как всегда в одно и то же время. Зориан вызвался открыть.

Разумеется, это была она. Классная окинула его оценивающим взглядом, поправила очки:

— Зориан Казински?

— Да, это я, — отозвался Зориан. — Проходите, мисс Зилети.

— О, так ты меня знаешь? — слегка удивилась она, заходя.

— Ээм, типа того. Вы же учитель из академии, так? Я слышал о вас.

— Надеюсь, только хорошее? Я и не знала, что настолько знаменита.

Она сдержанно улыбнулась, Зориан смущенно улыбнулся в ответ.

Она ничего не помнила. Ну, то есть конечно она ничего не помнила — они с Заком уже проверили нескольких бывших коллег, вдруг те тоже вырвались из петли, как Зориан. Результат был предсказуемо печален. Они одни. Больше никто из петли не уцелел.

Видеть такую Ильзу было странно и довольно грустно. Они год проработали вместе и достаточно близко сошлись. Теперь та Ильза мертва, а эта впервые его видит.

Так же, как Аланик, Тайвен, Каэл, Ксвим и многие, многие другие. Они вновь живы, но это не те люди, что были с ними в петле. Он мог восстановить отношения с ними, но в новых условиях и суть их связи будет новой. А пока что — приходилось скрывать, выглядя безмозглым подростком со странными реакциями, в то время как все инстинкты кричали ему, что перед ним друг и союзник.

Он справится. Точно справится.

Но, чёрт, как же это грустно…

— Мистер Казински? Вы в порядке? — голос Ильзы вырвал его из удручающих размышлений.

— Да, в порядке, — заверил он. — Просто… задумался. Ничего такого.

Он повертел в свиток в руках и привычно направил ману по контуру печати, заставив её отвалиться. Для вида посмотрел сертификат и отложил в сторону.

— Впечатляет, — заметила Ильза. — Ты держал свиток довольно долго, но я видела, что ты думал о чём-то своём. Когда же занялся печатью — справился с ней легко и быстро. Смотрю, ты следуешь по стопам Дэймена.

Когда-то такое сравнение привело бы его в бешенство. Ему и сейчас не особо понравилось, но гнева больше не было.

— Лишь в общих чертах, — ответил Зориан. — Мы с братом сильно отличаемся.

— Разумеется, — легко согласилась Ильза. — Как и все мы. Я просто имела в виду, что ты тоже проявляешь талант.

Их разговор быстро свернул в привычное русло. Узнав, что он берет с собой Кириэлле, она сказала, что можно снять комнату у Имайи. Потом сообщила, что выбрать куратора уже не получится, ему достался Ксвим Чао. Зориан сделал вид, что впервые о нем слышит, Ильза — что Ксвим обычный, ну, может, чуть более требовательный профессор. Зориан выбрал факультативы — те же самые, что и в далеком первом цикле, только теперь он назвал их сразу, не раздумывая.

Привычная роль одновременно успокаивала и пугала. Впервые с момента выхода он ощущал, что делает правильный выбор. Но червячок сомнения глубоко внутри шептал — а вдруг он всё ещё в петле?

Вдруг он проживёт этот месяц, одолеет врагов, вернёт всех друзей, наведёт порядок — и ррраз, снова проснётся в Сирине? От одной лишь мысли кровь стыла в жилах.

Глупо, конечно. Он точно не в петле. Аранеа и наёмники, вычеркнутые Красным, снова живы — и сам Красный снова здесь. Духовный мир вновь доступен — они с Заком проверили. Всё указывало на то, что он в реальном мире.

Но страх никуда не исчезал. Ильза рассказала всё, что положено, и ушла по своим делам — а разум Зориана был всё ещё захвачен тревогами.

Порой он так жутко тупит…

Поездка из Сирина в Сиорию была даже скучнее, чем обычно. В основном — потому что он не делал ничего важного и берёг ману для симулакрумов. Те трудились, как пчёлки — зарабатывали деньги, изготавливали снаряжение, носились по континенту, сражались с врагами. Жечь ману на то, чтобы развлечь Кириэлле иллюзиями, было бы преступно. Он столько раз отчитывал за это двойников — пора собственным примером показать, как надо.

К тому же он больше не в петле, и каждое действие повлечет за собой последствия. Следовало хотя бы попытаться изобразить обычного учащегося — мелкая сплетница молчать не будет — а значит, никакой магии под подавляющими оберегами поезда.

Прошёл всего час — а Зориан уже понимал, почему его симулакрумы так часто тратили ману на развлечения.

Впрочем, развлекаться можно и без помощи магии. Зориан стал рассказывать сестре о приключениях в петле, поменяв лишь имена и кое-какие детали. Кириэлле раскритиковала его, заявив, что быть такого не может, и они переключились на состязание в рисунке. За время петли Зориан неплохо научился рисовать — но до неё ему было далеко.

Впрочем, несправедливость состязания сестру ничуть не смущала — после каждой победы она тут же предлагала новый раунд. Паршивка обожала выигрывать.

— Станция Корса, — ожили динамики. Затрещали и добавили:

— Повторяю, станция Корса. Спасибо.

Почти сразу после этого в купе заглянула Ибери — Зориан, уставший развлекать сестру в одиночку, тут же пригласил её зайти. Ибери, похоже, не ожидала такого приёма, но, посмотрев на Кириэлле, успокоилась и несколько неуверенно присела рядом. Следом появился Бирн — знакомый из давнего цикла; Зориан пригласил и его.

Атмосфера в купе тут же оживилась. Стеснительная Ибери поспешно уткнулась в книжку, зато Бирн был совсем не прочь поболтать. Кириэлле тут же засыпала его вопросами:

— Я — Кириэлле Казински, — тараторила она. — А это мой брат, Зориан. Ты тоже студент? Ты умеешь колдовать? С какого ты курса? Правда, что для поступления нужно сразиться с гигантским пауком? Так говорит Зориан, но мне кажется, что он врёт…

— Ха-ха, эмм… Не думаю, что меня бы приняли, будь это правдой, — хохотнул Бирн. — Я не уверен, что справлюсь даже с такими же студентами, что уж говорить о гигантских пауках…

— Гигантские пауки бывают разные, — заметил Зориан. — Со многими из них ты справишься даже палкой, если не поддашься панике.

— О? Ты говоришь по собственному опыту? Приходилось драться с пауками? — поинтересовался Бирн.

— Да, хотя, конечно, не в качестве вступительного экзамена. С экзаменом — я просто хотел слегка разыграть Кириэлле.

— Так я и знала, — сварливо заявила Кири, важно складывая руки на груди.

— А, и не хотелось менять тему, но ваша фамилия… — намекнул Бирн.

— Да, Дэймен Казински — наш брат, — пожал плечами Зориан. — Но мы с ним почти не видимся. Он занят и редко бывает дома.

Некоторое время они просто болтали, переходя с темы на тему. Даже Ибери включилась в разговор, узнав, что они — родственники Фортова. Хорошо хоть не стала о нём спрашивать — Зориан умел сдерживаться, а вот о Кириэлле, относящейся к среднему брату не лучше, такого не скажешь. Вскоре разговор перешёл на скандальную новость — какие-то злоумышленники среди ночи разрушили поместье Новеда, наследник Дома пропал и, несмотря на все усилия, всё ещё не найден.

— Что? На поместье Новеда напали? Я даже не слышала, — изумилась Ибери.

— Да, всё произошло буквально несколько часов назад, — сказал Бирн, важно кивая. Приятно, наверное, первым узнавать новости. Но как же быстро они разошлись… — Я слышал, там была настоящая битва. Пробиты наружные стены, переломлены колонны… Говорят, на ремонт уйдёт несколько недель! Видимо, нападающие были действительно сильны — в газетах пишут, что судя по ущербу, действовал целый отряд обученных магов.

— Но это же престижный район города… И разве Новеда не один из старейших Домов? — спросила Ибери. — Как такое могло произойти? Куда смотрела стража?

— Ну, кто-то же сражался с нападавшими и прогнал их, так что, может, и от стражи бывает толк, — пожал плечами Бирн. — К тому же я слышал, что Новеда уже не те, что были раньше. Отец говорит, что от них осталась лишь тень прежнего величия. Хотя всё равно с трудом верится, что такое произошло.

— А знаете, я учусь в одном классе с Заком Новеда, — внезапно вмешался Зориан.

— Правда? — оживился Бирн. — Может, ты знаешь подробности?

— Я только знаю, что Зак в порядке, — покачал головой Зориан. — В момент атаки его не было в поместье. Он пил и танцевал всю ночь.

Алиби придумал сам Зак — они подправили память целителю (не забыв щедро оплатить его услуги), так что опровергнуть их версию не должны. Зориан предлагал другие, менее постыдные варианты, но Зак сказал, что всё путём.

Разумеется, услышав столь героические подробности, Ибери сморщила нос, а Бирн смущенно хохотнул.

— До меня доходили слухи о наследнике Новеда, — сказала Ибери. — Говорят, его не назовешь образцовым студентом… Если вы понимаете, о чём я.

— С магическими навыками у него всё в порядке, — вступился за напарника Зориан. — Он просто немного… безрассуден.

— Этот Зак что, твой друг? — вклинилась Кириэлле. — Почему я никогда о нём не слышала?

— С какой стати мне что-то рассказывать такой болтушке? — риторически спросил Зориан. — Я бы и отвернуться не успел, как ты выболтала бы все матери.

— А вот и нет! — надулась она и попыталась пнуть его в колено. Зориан пару раз уклонился, потом ей надоело.

К моменту прибытия в Сиорию все так увлеклись разговором, что и на выход пошли вместе… Вместе со всем остальным вагоном. Обычно Зориан приводил Кириэлле одним из первых, но в этот раз не уследил за временем, и они оказались в середине очереди. Утомленный разговорами и раздражённый давкой, он прислонился к окну, молча наблюдая за остальными.

Давненько он не оказывался в подобной ситуации. Его мастерство в пространственной магии позволяло просто телепортироваться куда нужно, не связываясь с обычным транспортом. Толпа омывала его хаотичными, рваными обрывками мыслей и эмоций, но щиты держали напор. Словно скала в океане, непреклонная и неуязвимая для ветра и волн.

— Эй! Ты ведь старшекурсник, верно?

Зориан посмотрел на девочку, гадая, что ей нужно. Одна из толпы первокурсников, восторженно обсуждающих, как они станут великими магами. Он уже представлял, какие у них будут лица, когда узнают, что первый курс — сплошная теория и скучнейшие упражнения.

— Да, — подтвердил он. — А что?

— Можешь показать нам магию? — предвкушающе спросила она.

Секундочку… Это кажется знакомым…

— Он не может! — встряла слушавшая их Кириэлле. — Поезд защищен полем, подавляющим магию.

— Чтобы студенты не подожгли купе и не расписали стены непристойностями, — добавил Зориан.

— Ох, — расстроилась первокурсница.

— Ага, — согласилась Кириэлле. — Отстой. Из-за пары-тройки козлов всем приходится страдать.

Всё это определенно казалось знакомым.

А, впрочем, ладно. Наверное, ерунда какая-нибудь.

Сойдя с поезда, Зориан столкнулся с небольшой проблемой — Бирн увязался за ними, а лишние свидетели ему были совершенно ни к чему. Он уже собирался «подтолкнуть» парня в нужном направлении магией разума, как вдруг Бирн расстроенно сообщил, что должен остаться на вокзале. Судя по всему, ночной бой переполошил его родителей, и они попросили живущего в Сиории друга встретить парня и проводить до общежития. Так что Бирну придется ждать сопровождающего.

Забавно, как далеко расходятся последствия их действий. В момент схватки с Красным Бирна даже не было в Сиории — и всё же его месяц уже так изменился. Зак и Зориан знали, что бой встревожил Тесена и городские власти — но кто бы мог подумать, что простым горожанам не всё равно…

Так или иначе, Зориан попрощался с Бирном и Ибери и дальше направился вдвоём с Кириэлле. Он обменялся с попутчиками адресами, но сомневался, что из этого что-то выйдет — в петле они не горели желанием с ним общаться. Может, сейчас, когда впереди больше месяца… Время покажет.

Зориан не пошёл сразу к Имайе — сперва они свернули на мост в одном из городских парков. Мост, на котором маленькая черноволосая девочка ревела взахлёб, уронив велосипед в ручей.

Кириэлле молча смотрела, как Зориан постепенно успокаивает Ночку и узнаёт, в чём дело. «Узнав», он протянул руку за перила и поднял велосипед телекинезом, походя очистив от грязи — игнорируя дружный хор симулакрумов, обвиняющих его в растрате маны на ерунду. Похоже, эти сволочи ждали лишь шанса…

[Это не ерунда,] — возразил он. — [Что мне, по-вашему, надо было сделать?]

[Ты мог бы спуститься и достать велосипед руками,] — с готовностью подсказал один.

[Подумаешь, промочил бы башмаки,] — добавил второй.

[И потратил бы чуть больше времени. О боги, куда ты вечно торопишься?] — упрекнул третий.

[Заткнитесь и не лезьте в мои дела!] — рявкнул Зориан.

У всех симулакрумы как симулакрумы, а у него…

— Вот, — сказал он Ночке. — Видишь — велосипед снова у тебя, целый и невредимый. Можно больше не плакать, верно?

— Ага, — она потерла глаза. — Эм… Спасибо.

— Ну, если на этом всё, то нам пора, — сказал Зориан. — Хотя… кажется, дождь собирается. У тебя есть зонтик?

— Н-нет, — помотала она головой. — Но, эм, ничего…

— Мы должны проводить её домой, — заявила Кириэлле, влезая в личное пространство девочки. — Привет, я Кириэлле! Кириэлле Казински, а это мой брат Зориан. А тебя как зовут?

Слегка помявшись, Ночка согласилась, чтобы они её проводили. Тут было недалеко, но внимание Зориана было сосредоточено на окрестностях. Кажется, ни мозговых крыс, ни других агентов захватчиков вокруг нет. Даже той стаи, что обычно была на другом пути — он выбрал другую дорогу из-за Ночки, а не из-за грызунов. Прямо сейчас аранеа активно сокращали крысиное поголовье, так что ничего удивительного, тварям сейчас не до шпионажа.

И всё же, хоть прямо сейчас семья Реи и Ночки была вне опасности, Зориан знал, что это ненадолго. Если Красный не владеет каким-нибудь тайным способом взломать темницу Панаксета — что вряд ли — то культистам понадобятся дети перевертышей. Их нужно любыми средствами убрать из города — тогда ритуал просто сорвётся. Перевертышей не так много, выбор у культистов невелик.

Хотя, если начистоту, он пришёл знакомиться с семьей Реи не только и не столько из тактических соображений. Реа не может похвастаться авторитетом среди перевертышей, толку на переговорах от неё немного. Зориан просто привязался к девчушке, подруге его сестры, её образ в клетке, ожидающей жертвоприношения, отпечатался в его памяти. Он дал слово, что Ночка переживёт предстоящий месяц — и собирался его сдержать. Конечно, он собирался спасти и других детей, но их он не знал.

И раз уж он отбросил здравый смысл и потащил сестру в смертельную западню Сиории — почему бы не познакомить её с бывшей и будущей подругой. Если они будут вместе, за ними и присмотреть будет легче.

Разговор с Реей вышел на редкость обыденным. Мать Ночки была дружелюбна, Зориан же старательно избегал скользких тем. Они просто представились, рассказали, как встретили Ночку и где собираются жить. Кириэлле чуть не заложила Ночку, уронившую велосипед в ручей — и перепуганная девочка заткнула её… выпустив когти и оцарапав руку. Тут уже запаниковала Реа — дочь чуть не повредила гостье и «выдала» их секрет. Зориан сделал вид, что ничего не заметил.

Что любопытно, Реа, как и Бирн, подняла тему нападения на поместье Новеда. Зориан не узнал ничего нового, но это подчеркивало общественный резонанс боя. Интересно, сам Красный понимает, какой переполох устроил?

— Ты учишься в одном классе с наследником Новеда? — спросила Реа. — Надо же, у нас сегодня важный гость.

— Важный? — удивился Зориан. — Да не особо.

— Не скажите, мистер Казински. Ваш брат знаменит, вы учитесь в престижной академии, в одном классе с наследником Дома.

— Вообще-то с двумя наследниками, — уточнил Зориан. Еще есть Тинами. — Но едва ли это делает важным меня.

Реа хмыкнула в ответ на его заявление.

— Как скажешь, — она пожала плечами. Встала и подошла к окну. Дождь, разумеется, лил, как из ведра, да с порывистым ветром… Зориан знал, что это продлится всю ночь.

Потому-то он и не торопился покидать дом перевертышей. Он не мог просто телепортироваться или создать купол — придется идти под зонтом, как нормальные люди, и, как нормальные люди, промокнуть до нитки. И Зориан совсем не рвался поскорее это испытать.

— Что за ужасная гроза, — хмурясь, сказала Реа. — Думаю, вам стоит переночевать здесь.

— Не будем вас стеснять, — помотал головой Зориан. — Мы просто не спеша пойдем. Не растаем, не сахарные.

— Ты что, серьезно? — раздраженно ответила Реа. — Я знаю, мальчишки в твоём возрасте безрассудны, и будь ты один — и слова бы не сказала. Но с тобой младшая сестра. Ты хочешь вести её туда — с одним лишь зонтом?

Зориан перевёл взгляд на Кириэлле — та шепталась на полу с Ночкой, обе делали вид, что совсем не подслушивают.

— Кириэлле, — медленно начал Зориан. — Как думаешь, нам стоит идти?

— Эмм… — она смущенно потерла ладони. — Там сильный дождь.

Зориан вздохнул, снял очки и потер переносицу. Растерянно посмотрел на Рею, но та положила ему руку на плечо и понимающе кивнула, не дожидаясь просьбы.

— Я принесу вам пледы.

Боковым зрением Зориан видел, как восторженно перешёптываются Ночка и Кириэлле. Хоть кто-то доволен итогом.

Поразмыслив, он цокнул языком и решил плыть по течению. Да, неловко, конечно, но ничего страшного.

Некоторое время он молча смотрел дождь за окном. Вскоре пришла Реа, поставив на подоконник горячую кружку чая. Зориан вопросительно посмотрел на неё.

— Смотреть на дождь полагается с кружкой чая.

— А. Спасибо, — тихо ответил Зориан. — Простите за вторжение. Я знал, что будет дождь, но…

— Я что, выгляжу эгоисткой? — Реа подняла бровь. — Гостеприимство — важная традиция нашего народа.

— Вашего народа? — переспросил Зориан.

— Ты владеешь лицом, но я знаю, что ты заметил когти у Ночки. Тебе наверняка известно, кто мы, — Реа отпила из своей кружки, стоя рядом с ним.

— Ага, — Зориан пожал плечами. — Меня это не смущает.

— Хорошо, — просто сказала Реа, и больше не возвращалась к этой теме. — Я не знаю, есть ли тут какой-то скрытый смысл, но бессмысленно злиться на грозу. Это просто стихия, глупо бороться с ней, надо укрыться и переждать.

— Да, — тихо сказал Зориан, отпивая из кружки.

Увы, не каждый шторм можно переждать.

Пока Зориан был с Кириэлле, симулакрумы трудились, не покладая рук. Вместе с симулакрумами Зака они атаковали известных заговорщиков и базы захватчиков, грабили их тайники, пытались выбить командование. Увы, без особого успеха — Красный тоже не сидел сложа руки, и большинство их целей уже были предупреждены. Изменились защитные обереги, охрана была настороже, а кое-кого из больших шишек и вовсе эвакуировали. Удалось лишь поправить финансы — главной защитой тайников была секретность, да и вывезти с баз всё ценное не так-то просто — но Зориан сомневался, что это хоть сколько-то задержит вторжение.

Под землей тоже вспыхивали схватки. В основном — аранеа против мозговых крыс, но время от времени в бой вступали симулакрумы с обеих сторон. Ни Зориан, ни Красный не бились в полную силу, экономя ману и скрывая козыри, но живучесть големов-двойников Зориана постепенно склоняла чашу весов в их пользу. Красный явно этого так не оставит, ведь крысы — ключевой элемент разведки захватчиков. Впрочем, время покажет.

Помимо этого симулакрумы вели переговоры с племенами аранеа, пытаясь найти союзников. И конечно — с Посвященными Молчащих Врат, без которых попасть в Кос будет затруднительно. Зориан не сомневался, что они договорятся — одни лишь коды новых Врат чего стоят — но переговоры потребуют времени, а пока необходимо защитить будущих союзников от возможной атаки. Та же Сильверлэйк прекрасно знала, насколько важна эта паутина.

Кое-где удалось продвинуться — изображавший представителя академии симулакрум Зака встретил Каэла с дочкой и телепортировал прямо к Имайе. Опять же из-за угрозы Сильверлэйк — парни не представляли, что предпримет ведьма, и это напрягало. К счастью, Каэл ничего не заподозрил, лишь удивился заботе академии. Зориан собирался переместить Каэла и Кану в Кос, как только появится возможность, а пока что им безопаснее всего в одном доме с ним.

Между тем провинившийся симулакрум был отправлен проводить родителей. Уже через час после отбытия поезда в Сиорию он собрал их и телепортировал прямо в порт Луи, подправив память, чтобы это казалось нормальным. Раннее прибытие еще вызовет вопросы, но с этим можно будет разобраться потом. Сейчас пусть скорее поднимутся на корабль и отплывут.

Симулакрум в его комнате, ответственный за стабилизацию маны, тоже отбыл следом. Теперь Красный ничего не мог поделать — разве что сжечь опустевший дом в отместку. Что, конечно, расстроит родителей — но лучше пусть дом, чем они сами.

В целом же, всё складывалось… терпимо. Хотя Сильверлэйк всё еще не сделала своего хода, да и Красный скорее реагировал на их атаки, занятый чем-то своим.

Странно. На взгляд Зориана, у них с Заком было абсолютное преимущество. Даже если не выйдет ничего другого — они могли просто известить правительство Эльдемара, и любой план Красного и ведьмы с треском провалится. Как бы умны и искусны они не были, с целой страной им не тягаться. Так что по-хорошему врагам следовало бы стараться убрать Зака и Зориана, пока этого не произошло.

Но ничего не поделаешь, оставалось лишь ждать. Хотелось верить, что к моменту, когда враги раскроют карты, парни снова будут на пике формы.

Глава 94. Сборщики душ

Наутро Зориан и Кириэлле попрощались с семьей Реи и направились к Имайе. Как выяснилось, домовладелица не особо беспокоилась, справедливо рассудив, что они где-нибудь переждут непогоду.

Заодно он наконец встретился с Каэлом и его дочерью. Морлок держался с Зорианом куда сдержаннее, чем в петле, но этого и следовало ожидать. Обычно они встречались на вокзале Сиории, где Зориан давно знал, как произвести наиболее благоприятное впечатление — в этот раз обстоятельства знакомства изменились, а с ними и отношение Каэла.

Впрочем, не страшно. Еще будет время подружиться. Даже хорошо, что Каэл сейчас держит дистанцию — как с Ильзой в этом цик…

Зориан замер — и от души влепил себе по лбу. Какой еще «цикл»?! Они больше не в петле, всё вокруг настоящее. И чем скорее он это уяснит, тем лучше.

Имайя, наблюдавшая эту пантомиму, даже спросила, всё ли в порядке.

Устроив Кириэлле и договорившись с домовладелицей, Зориан оставил на страже симулакрума и пошел искать Зака. Напарник нашёлся сидящим на бордюре фонтана академии, рассеянно водя пальцами по воде.

— Даже странно, — сказал он подошедшему Зориану. — Фонтан не работал годами, и лишь недавно его починили и покрасили… но для меня он привычен именно таким. Я даже не уверен, помню ли, каким он был до начала месяца.

— Ожидаемо, — пожал плечами Зориан. — Для тебя с тех пор прошли десятилетия.

Он и сам смутно помнил подобные детали — а ведь он пробыл в петле куда меньше Зака. Да, он мог идеально сохранить нужное воспоминание — но только то, что сознательно выбрал для сохранения. В остальном его память мало отличалась от обычных людей.

Не став развивать тему, Зак встал с бордюра и поманил его за собой.

— Я малость проголодался, — сказал он. — Пойдем, посмотрим, что дают в кафетерии. Я так давно там не был, что уже и забыл, как там кормят.

— Как и я, — согласился Зориан. — Но мы не просто так прекратили туда ходить. Еда, можешь поверить на слово, там не особо. Так почему именно туда?

— Не знаю. Просто давно хотел зайти, — пожал плечами Зак. — Слушай, ты не задумывался, что будешь делать после этого месяца?

Зориан замялся.

— Мы не знаем, чем закончится месяц, так что загадывать на будущее бесполезно, — осторожно начал он. — Даже если мы оба выживем, а Сиория не превратится в дымящуюся воронку, как знать, могут начаться новые Войны Раскола, или нам придется уйти в подполье. Впрочем, если опустить возможные проблемы, я, наверное, просто скоплю кое-какую сумму…

Зак ответил понимающим взглядом.

— Ну хорошо, огромную сумму, — уступил Зориан, — и открою лабораторию по изучению природы маны. Может, смогу повторить стабилизирующую оболочку, как у тебя и Кватач-Ичла. Или найду способ хранить свою ману во внешних накопителях, усваивать природную ману быстрее и эффективнее, или еще какое революционное открытие. Я мечтал о чём-то подобном в детстве — изобрести что-то, что полностью перевернёт мир магии. С годами я отказался от недостижимой мечты… но, может быть, теперь это возможно.

— Но очень непросто, — заметил Зак. — Если бы для революционного открытия хватало талантливого мага и кучи денег — они бы происходили постоянно.

— Не страшно, — ответил Зориан. — Даже если ничего не выйдет. Куда мне ещё тратить время и силы? Ни власть, ни богатство меня не интересуют.

— Никогда не говори никогда, — ухмыльнулся Зак. — Вполне может оказаться, что они интересуют твою будущую жену.

— Тебе-то откуда знать, ты ведь и сам не женат, — фыркнул Зориан. — Не строй из себя старика.

— Но я и есть старик, — возразил Зак. — В определенном смысле. И, надеюсь, ты понимаешь, что революционными открытиями надо было заниматься в петле?

— Да, но там на теоретические исследования просто не было времени. Даже забавно. Жизнь не лишена определенной иронии, — пожал плечами Зориан. И, поразмыслив, добавил. — Само собой, прежде чем браться за масштабные проекты, я должен отплатить всем, кто помог мне в петле. А сделать это анонимно, не поднимая шумихи, будет… непросто.

— А это вообще возможно? — спросил Зак. — Мы же потеряли все записи, когда прорыв из петли сорвался.

— Ключевые данные сохранены у меня в памяти, остальное при желании можно восстановить, — ответил Зориан. — Могут потребоваться годы, но это выполнимо.

На самом деле он был вовсе не так уверен. Сколько же бесценных знаний было утрачено в петле… даже думать об этом не хочется. Да, он сохранил в памяти ключевые материалы, просто на всякий случай — но это лишь крошечная часть накопленных группой данных.

Восстановить эту потерянную библиотеку, а потом раздать авторам по частям, не вызвав паники и не оставив следов, будет ой как непросто.

— Значит ли это, что ты уже отдал Каэлу его записи? — поинтересовался Зак.

— Еще нет, — помотал головой Зориан. Как раз записи Каэла были у него почти целиком. Исследования старого друга были бережно сохранены, даже восстанавливать почти ничего не надо. — Сложилась довольно странная ситуация. Не хочу втягивать его в этот бардак, и не могу же я просто отдать ему бумаги и забыть об этом.

— Ты хотя бы рассказал ему о петле? — спросил Зак.

— В идеале, я хотел бы ограничиться Ксвимом, Алаником и паутиной Сиории, — ответил Зориан. — Хотя не знаю, насколько это возможно. Мы уже обдумываем эвакуацию всех, кого знаем, в Кос. Может статься, придется рассказать и Дэймену.

— Его связи и магическая сила нам точно не помешают, — согласился Зак. — Кстати о Косе — как проходят переговоры с Посвященными Молчащих Врат?

— Довольно благоприятно, — отозвался Зориан. — Мы еще не договорились, но это нормально. Не думаю, что придется рассказать им о путешествии во времени. Коды Врат на другом континенте ценны сами по себе. Через несколько дней у нас будет доступ в Кос.

— Хорошо бы. Я соскучился по Принцессе, — сказал Зак. — С ней даже Кватач-Ичл не одолеет нас грубой силой. Зуб даю, Красный вовсю пытается договориться с личем.

— Скорее всего, — согласился Зориан.

— Знаешь, меня это уже достало, — добавил Зак. — Ты хотя бы поддерживаешь связь со своими симулакрумами, а у меня нет даже этого. Я понятия не имею, что происходит, пока один из моих не соизволит прислать отчет. Чувствую себя бесполезным болваном.

— У симулакрумов всё в порядке, — заверил его Зориан. — Неприятно, что мы не знаем, чем занимается Красный, но даже если бы мы участвовали в поисках лично — едва ли это помогло бы.

— Наверное, ты прав, но меня достало ждать, — ответил Зак. — Это, знаешь ли, не мой стиль. Вот получим имперскую сферу и Принцессу — и сможем наконец перейти в наступление. Будет неважно, что там задумал Красный — мы ему просто наваляем. Если раздавим ибасанский лагерь под Сиорией и закроем врата — вторжение накроется. И тогда посмотрим, сможет ли он и дальше прятаться за симулакрумами.

— Эй, Зориан! Эй! Сюда!

Их окликнули, стоило только войти в кафетерий. Старина Бенисек — все такой же толстый, жизнерадостный и озабоченный женщинами приятель Зориана. Увы, петля не лучшим образом сказалась на их отношениях — да, Бенисек недалёк и порой раздражает, но без повторов это можно было вытерпеть. В петле же Зориан просто прекратил с ним общаться.

Где-то в глубине шевельнулся червячок вины — у Бенисека хватало недостатков, но ведь и у прежнего Зориана тоже. И, чтобы не выставлять себя уродом, игнорирующим приятеля, Зориан, поколебавшись, направился к нему. Зак последовал за ним, не дожидаясь приглашения.

— Привет, Бен, — Зориан отодвинул ближайший стул, сел. Зак, улыбнувшись и помахав, последовал его примеру. — Выглядишь довольным. Не терпится начать новый учебный год?

— Еще бы, — широко ухмыльнулся Бенисек. — Мы же теперь старшекурсники! Возможности для знакомств выходят на новый уровень!

— Да, чёрт возьми! — Зак вскинул кулак в воздух. — За девчонок!

— За девчонок! — согласился Бенисек, присоединяясь к салюту.

— Во имя всех богов… люди же смотрят, — проворчал Зориан, стараясь не обращать внимания на взгляды.

— Смотрю, вы теперь тусуетесь вместе? — поинтересовался Бенисек. — И давно?

— Всего пару дней, — ответил Зориан. — Не напоминай. Это длинная история о недопониманиях, в ходе которой я получил в лицо на вокзале, а Зака в ответ атаковала моя младшая сестра.

— Но звучит круто, — возмутился Бен. — Нельзя же сказать такое и замолчать, чувак.

Вдруг он нахмурился и странно посмотрел на Зориана.

— Погоди… хочешь сказать, что взял свою невыносимую сестру в Сиорию?

— Ага, — решительно кивнул Зориан.

— Ой-ё, — театрально поморщился Бенисек. — Мои соболезнования. Я же говорил, твоя серьезность и ответственность до добра не доведут… Родителям бы и в голову не пришло доверить мне кого-то из сестер! Бери пример с меня, Зориан!

— От одной мысли об этом кровь стынет в жилах, — прямо ответил Зориан.

— Ба, ты сам не знаешь, что тебе нужно для счастья, — Бенисек перевел задумчивый взгляд на Зака. — Хотя, если продолжишь общаться с нашим дорогим другом Заком, всё ещё может наладится. Я слышал, последнее время ты ведешь очень… увлекательную жизнь?

— Ага, прямо-таки зажигательную, — согласился Зак.

— Так это нападение, о котором я слышал?..

— Всё так и было, но я оттягивался всю ночь и всё пропустил, — легкомысленно пожал плечами напарник.

— Ха-ха, вот так и нужно избегать гибели, — Бенисек дружески двинул Зака в плечо. Зак блокировал удар, но Бен принял это как должное, откинувшись на спинку стула и внезапно посерьезнев. — Но блин, вот же началась неделя. Сначала нападение на поместье Новеда, теперь эта фигня с деревнями в Холакоре… куда мир катится? Я правда надеюсь, что это всё не предзнаменования войны. Стыдно признаться, но я хотел доучиться в атмосфере мира и радости.

Зак и Зориан растерянно переглянулись.

— А что там с деревнями в Холакоре? — спросил Зориан. — Мы ничего об этом не слышали.

— Да? Не слышали? — удивился Бенисек. — Вам стоит внимательнее следить за новостями. Я знаю, эльдемарские газеты почти не упоминали, но надо же следить за событиями на континенте. Один из вас — наследник Дома, а второй… ну, я знаю, Зориан не любит упоминаний брата, но…

— Да скажи уже, — тяжело вздохнул Зориан.

— Ладно, но тогда с вас та история, которой вы меня раздразнили, — принялся торговаться Бенисек.

— Договорились, — тут же согласился Зориан. Он что-нибудь придумает.

— Лады, — довольно ухмыльнулся Бен. — Ловлю на слове. Так вот, говорят, что несколько деревень в Холакоре — ну, знаете, большая страна к западу от Эльдемара — подверглись нападениям. Странно жестоким нападениям. Ходят слухи, там была настоящая кровавая баня — убиты сотни людей.

Настроение Зориана тут же испортилось.

Похоже, они наконец узнали, чем всё это время занимался Красный.

Вернувшись в дом Имайи, Зориан всё ещё думал об истории, рассказанной Бенисеком. Они с Заком незамедлительно отправили симулакрумов разведать ситуацию, но на поиск деревень и расследование произошедшего понадобится время. Пока же можно было лишь гадать, что и зачем делал Красный.

Хотя поразмыслить ему не дали — Тайвен явилась завербовать его.

Зориан не хотел рассказывать ей о петле. Подобно Каэлу и многим другим участникам их группы, она не сможет им помочь, лишь подвергнется опасности. Ну, то есть ещё большей опасности, чем сейчас.

Порой он задумывался, не проще ли рассказать всем о петле и предоставить правительству разбираться с Красным и захватчиками. Но еще в петле, обсуждая варианты, все сошлись на том, что это лишь на самый крайний случай. Центральное правительство было печально известно жаждой власти и запредельным уровнем коррупции, а король крайне резко реагировал на внутренние угрозы. Разобравшись с Красным и захватчиками, они наверняка займутся им с Заком.

И всеми, кто был с ними в петле.

Да, если привлечь армию, это была бы верная победа… для Сиории и её жителей. Но за неё пришлось бы дорого заплатить, а они с Заком не святые. Так что если уж сообщать — то только обеспечив свою анонимность. Это потребует времени, но, конечно, не месяц. Потому-то Зориан и не возражал тянуть время — если Красный не застанет их врасплох, их победа практически гарантирована.

Разумеется, если всё-таки застанет — то они предпочтут раскрыться, чтобы избежать разрушения города и освобождения богоподобного монстра. Потому так важно не привлекать старых товарищей — если начнутся допросы, то чем меньше они знают, тем лучше для них.

Но и отпустить Тайвен на верную смерть в туннели он тоже не мог. Что-то придется рассказать.

— Что? — спросила она. — Что ты так уставился? У меня что-то на лице?

Она провела рукой по лицу — и даже обернулась проверить, нет ли чего за ней. Зориан даже заподозрил издевку — хотя, наверное, он и правда слишком долго на неё смотрел.

— Тайвен, эта твоя работа — натуральная подстава, — сказал он наконец. — Лучше не ввязывайся.

— А? О чём это ты? — она с подозрением сузила глаза. — Обычная поисковая миссия в туннелях. Вломить парочке гигантских пауков, найти потерянную фиговину, вернуться.

— Эти гигантские пауки — аранеа, — ответил он. — Гигантские разумные пауки-телепаты. Если ты не готова к встрече с ними — они вырубят тебя в мгновение ока.

Тайвен даже отступила на шаг, широко распахнув глаза.

— Ох, дерьмо, — выдохнула она. — Сверчок, а ты откуда…

— Да и заказчик вовсе не безобидный исследователь, потерявший ценный артефакт, — продолжил Зориан. — Он шпионил за аранеа, но был обнаружен. Его устройство для взлома оберегов давно уже не в тоннеле, а в сокровищнице аранеа.

— Сверчок, откуда ты всё это знаешь?! — уже настойчивей повторила Тайвен.

— Хах. Даже странно, ты мне поверила?

— Это слишком серьезно, — хмурясь, ответила она. — Не думаю, что ты стал бы шутить о таком. Ты вообще нечасто шутишь. А теперь колись.

— Ну, я знаю всё это, потому что дружен с аранеа, — сказал Зориан. — Ведь они учат меня контролировать телепатические способности.

— Телепатические… способности? — медленно переспросила она. — Это типа… чтения мыслей?

[Да, в числе прочего,] — мысленно ответил он.

Она испуганно отшатнулась. На миг Зориану показалось, что она сейчас убежит, но Тайвен закрыла глаза, глубоко вдохнула, заставляя себя успокоиться.

— Чёрт, Сверчок, — она потерла лоб. — Умеешь же ты огорошить.

— Хотел убедиться, что ты воспримешь меня всерьез.

— У тебя получилось, — недовольно буркнула она. Потом её взгляд стал подозрительным. — Ты ведь не читал мои мысли без разрешения? И вообще, давно это у тебя?

— Нет, не читал, — заверил Зориан. — И я узнал о своих способностях совсем недавно.

— Ну хорошо, — сказала Тайвен. — Хотя меня и не радует, что ты скрываешь такое. Такое… мутное. Я даже не слышала, что под городом живут разумные пауки. Они ведь там нелегально, так? И ты просто приходишь к ним и учишься ментальной магии? Что ещё ты от меня скрываешь?

— Ты просто сердишься, что тебя не позвали в «мутное» приключение, — возразил Зориан.

— Вот именно, чёрт возьми! — замахнулась она ударить его в плечо.

Он безупречно парировал тычок, заслужив удивлённый взгляд. Да, ничего особенного, но до петли он никогда так не делал. Упс.

— Но ты же понимаешь, что я права, — она скрестила руки на груди, неодобрительно глядя на него. — То, что ты делаешь, безумно опасно. Надо было по крайней мере взять с собой телохранителя.

— Тебя? — «предположил» Зориан.

— Ты знаешь других крутых боевых магов? — риторически спросила она, приосаниваясь.

— Ну, последнее время я много общался с Заком Новеда, он довольно неплох в боевой магии.

— Наследник Новеда? Разве он не твой одноклассник? — с сомнением уточнила Тайвен.

— Да, — подтвердил Зориан.

— Думаешь, третьекурсник сравнится со мной? Я тебя умоляю, — фыркнула Тайвен. — Кажется, ты меня ни во что не ставишь, Зориан. Видимо, придется устроить дружеский спарринг — в сугубо образовательных, просветительских целях.

Тут уже Зориан не удержался. Нет, он не заржал — но улыбка разъехалась от уха до уха.

— Что?! — возмутилась она. — Я что, сказала что-то смешное? Ты что, нарываешься?!

Дальше сдерживать смех он уже не мог.

Наверное, Имайя считает его полным психом. То он ни с того ни с сего бьёт себя по голове, то за ним по дому гоняется девушка, требуя «стоять и принять последствия, как мужчина».

Зориан не знал, как дальше сложится его дружба с Тайвен — скрывать от неё свои способности долго не выйдет — но хотя бы этот день она ему скрасила.

Красный с умом выбирал цели. Да, Холакор сравнительно недалеко от Сиории, но туда так просто не попадешь. Их отношения с Эльдемаром были довольно натянуты — как, впрочем, и у всех остальных соседей — к тому же Холакор — горная страна без надежной транспортной сети и с множеством уединенных поселений. Добраться туда стоило целой прорвы маны на телепорты и иные заклятья, да что там добраться — даже просто сориентироваться на местности было непросто. Картографы Холакора работали спустя рукава — многие атакованные деревни вообще отсутствовали на картах. В довершение всего регион был переполнен солдатами, разыскивающими следы нападавших и стремящимися не допустить расползания слухов.

Однако что Зак, что Зориан были находчивыми людьми, и их симулакрумы унаследовали эти качества. Не прошло и двух дней, как они добрались до места происшествия и приступили к расследованию.

Картина вырисовывалась мрачная. Бенисек говорил о сотнях погибших… но в первой же деревне стало очевидно, что цифра сильно занижена. Поселение было вырезано подчистую — практически все три сотни жителей. Выжила лишь молодая пара, решившая уединиться ночью в лесу, да старый охотник, не успевший домой засветло. Нападавшие даже не потрудились разграбить деревню — их интересовало лишь убийство.

В других деревнях было то же самое. Внезапная сокрушительная атака, никого не оставляющая в живых. Оценить численность нападавших было затруднительно, но очевидно — действовал крупный вооруженный отряд. Отряд, усиленный боевыми троллями, монстрами и нежитью. Отряд, способный к телепортации — истребивший за ночь больше десятка деревень и исчезнувший в никуда.

Сопоставив наблюдения, выходило — счёт погибших шёл на тысячи. Власти Холакора, опасаясь паники, оцепили пострадавший регион, так что пока реакция на резню была довольно сдержанной — но это пока. Зориан сомневался, что новости удастся сдерживать даже неделю.

Поначалу ни Зак, ни Зориан не понимали мотивов врага. Зачем Красному убивать поселенцев? Какое-то масштабное жертвоприношение? Зориан не считал себя экспертом в магии крови, но он сильно сомневался. Резня была слишком беспорядочна, да и атакованные деревни не образовывали чёткого узора.

В конце концов они обратились к Аланику, одному из немногих посвященных в тайну петли — воинствующий жрец был ценным союзником, да и сам по себе подвергался значительной угрозе со стороны заговорщиков. Не похоже, чтобы он уже поверил им, но это вопрос времени. Ведь тетрадь, переданная ему Зорианом, была написана самим Алаником — и перечисляла всевозможные преступные группировки и их убежища, найденные за время петли. Даже если Аланик сочтёт их сумасшедшими — есть тетрадь, исписанная его рукой, и перечисляющая вещи, либо известные лишь ему, либо легко проверяемые.

Аланику хватило одного взгляда на собранные материалы, чтобы отмести гипотезу жертвоприношения.

— Призыв демонов жертвенной кровью до отвращения прост — но не настолько, — жрец покачал головой. — Для ритуала жертв согнали бы в центр, и убивали по одному, вливая жизненную силу в огромный магический круг. Это потребовало бы немалой подготовки и не укрылось бы от властей Холакора — или от вас.

— Тогда в чем смысл? — раздражённо спросил Зак. — Зачем было убивать всех этих людей? Точно не из кровожадности. Очевидно, это делалось при участии Кватач-Ичла и его войск — а он никогда бы не согласился без выгоды для себя.

Аланик, хмурясь, перебирал листы отчёта. Прошла целая минута, но Зак и Зориан терпеливо ждали.

— Я бы сказал, что это операция по сбору душ, но… — наконец сказал жрец. — Но сбор душ тоже отнюдь не прост. Чтобы собрать души тысяч людей, нападавшие должны были нести тысячи контейнеров. Даже если они могли себе это позволить — сама транспортировка такого количества духовных контейнеров, да плюс сотворение необходимых заклинаний, чтобы поймать душу, не дав ей отойти в посмертие…

Чем дольше он говорил, тем мрачнее становились парни.

— Мля, — вырвалось у Зака.

— Что? — хмурясь, спросил Аланик. Новости определенно не радовали.

— Им не нужно ничего из этого — у Судомира есть Колодец Душ, — пояснил Зориан.

— Колодец Душ? — медленно переспросил Аланик. И покосился на тетрадь на краю стола. — Он упоминается в тетради?

— Да, — подтвердил Зориан. — Вы, верно, ещё не дочитали.

Аланик быстро пролистал тетрадь до нужного места. Зак и Зориан ждали, тихо переговариваясь.

— Что же, — наконец сказал Аланик, захлопывая тетрадь. — Теперь я не только уверен, что это действительно операция по сбору душ… Думаю, я даже знаю, зачем им души.

— Да, как и мы, — мрачно ответил Зак. — Теперь это достаточно очевидно.

— Судомир ускорил работу над своей призрачной бомбой, — закончил за них Зориан.

Несмотря на произошедшее, Зак и Зориан решили не пропускать первые уроки. Тому было три причины — во-первых, прежде, чем действовать, следовало разведать поместье Яску. Во-вторых — они ждали доступа на Кос, что значительно расширит их возможности.

И в-третьих — другой возможности прийти на уроки может просто не предоставится. Вряд ли у них будет время изображать учёбу. Так что пришли сегодня — повидаться с одноклассниками, закончить передышку и приготовиться к грядущим испытаниям.

— Ты опоздал.

Зориан смотрел на Акоджу, добросовестно дежурившую у входа в класс с журналом посещаемости. Она спокойно смотрела на него, нетерпеливо отбивая ритм каблуком.

Он просто улыбнулся, заставив её смутится и отвести взгляд.

— Извини. Как-то месяц начался сумбурно — во всяком случае, у меня.

— Ну… постарайся не допускать подобного в будущем, ладно? — серьезно ответила она, восстанавливая самообладание.

— К сожалению, не могу обещать, — покачал головой Зориан. — Вероятно, в ближайшем будущем я пропущу множество занятий.

— Не дело пропускать занятия в начале года, — чуть нахмурилась она.

— Не соглашусь, — возразил Зориан. — Если и пропускать, то в начале. Когда идет повторение пройденного и самый простой материал. Вот увидишь, я вас мигом догоню.

— Заходи уже, — устало вздохнула она.

Зориан в ответ поднял большой палец и последовал указанию, напевая под нос мотивчик — вошёл, выбирая себе место. Зак уже был внутри, похоже, не удостоившись внимания Акоджи. Зориан поприветствовал тех, с кем был более дружен до петли, удивив всех непривычным энтузиазмом, и прошёл к первым рядам.

Он выбрал знакомое место, рядом с Брайамом и его дрейком, прямо перед Заком.

Как он и ожидал, крошечный дрейк тут же начал сердито шипеть — Брайам тут же обхватил красно-оранжевую ящерицу обеими руками, зашептал что-то успокаивающее. Дрейк немного утих, но всё равно настороженно смотрел на Зориана.

Тот же проигнорировал представление, просто плюхнувшись на своё место. Он до сих пор не знал, чем так не нравится фамильяру Брайама. Даже как-то заглянул в мысли ящерицы, но это не помогло. Дрейк не был разумен — он лишь следовал инстинктам, а инстинкты говорили ему, что Зориан опаснее всех остальных в классе. Ящерица не понимала почему, но доверяла инстинктам.

Может, просто чувствовала его ментальные способности? Или у него есть еще какие таланты, о которых он и не подозревает? Непонятно. По словам Брайама, дрейк не любил ещё нескольких человек. Огненные дрейки весьма темпераментны, им особого повода не нужно. Рано или поздно через связь скажется влияние мага — взрослые дрейки, как правило, куда спокойнее и не бросаются на незнакомцев.

— Извини, — сказал Брайам. — Его всё ещё нервируют незнакомцы.

— Не беспокойся, — отмахнулся Зориан. — И, раз так, поздравляю с фамильяром. Наверное, для тебя это важная ступень.

— Ага, — счастливо ответил Брайам, поглаживая дрейка, как кошку. Ящерица, кстати, отзывалась на ласку как кошка. — Это здорово.

Некоторое время они болтали, ожидая начала занятий. В голову лезли явно преждевременные мысли, как он будет учиться дальше. Его одноклассники — хорошие ребята, он с удовольствием сойдется со многими из них… но он настолько превосходит их в магии, что даже не смешно. Да и сами занятия будут убийственно скучны. Сможет ли он два года притворяться обычным учащимся? Сможет ли он — парень с десятилетием лишнего опыта и навыками уровня архимага — подружиться с этими ребятами?

Может, Тайвен-из-петли права — и его отношение к бывшим друзьям и одноклассникам будет снисходительно-покровительственное?

Из мрачных мыслей его вырвал приход Ильзы — та начала урок привычной речью. Зориан уже приготовился к скучному, но успокаивающему занятию, как бесчисленное число раз в петле — но тут дверь распахнулась, как от пинка, громко стукнувшись о стену, запуская в класс парня их лет и закрываясь за ним.

Высокий, со спутанными светлыми волосами и одеждой, явно помнившей лучшие дни, он уверенно вломился на урок. Проходя перед партами, он окинул класс взглядом — и Зориан на миг встретил ярко-оранжевые, змеиные глаза, горящие едва сдерживаемой агрессией.

Вейерс Боранова вернулся в класс.

Глава 95. Предатели

В своё время Зориан немало бился над загадкой Вейерса. С одной стороны, то, что кто-то стер из памяти Зака даже малейшие упоминания о парне и вычеркнул самого Вейерса из петли, наводило на мысли, что Вейерс и есть Красный. Но тут вставал вопрос — как он стал полноценным путешественником во времени? Метод Зориана ему не подходил — все исследования указывали, что копирование маркера — невероятно редкое стечение обстоятельств, добиться его намеренно чертовски трудно и опасно. Пообщавшись с Панаксетом, Зориан убедился — именно Зак был изначальным контролёром петли, значит, Красный подключился позднее. Скорее всего — через временный маркер, выданный имперской короной… а значит, у него было всего шесть месяцев, чтобы войти в петлю на постоянной основе.

Мог ли Вейерс справиться за шесть месяцев? Он же всего лишь подросток, к тому же — с нестабильной психикой и магией, пострадавшей от неудачного ритуала. И даже до ритуала не показывал особого ума или талантов. Ему просто не под силу достичь нужного уровня за полгода, и не с его неуживчивым характером собирать группу экспертов.

Не говоря уже о том, что всё это нужно было сделать втайне от Зака. Напарник даже сейчас не отличался паранойей, а в прошлом наверняка был еще доверчивей — но даже в этом случае это было бы непросто.

Однако возможность была — если по каким-то причинам большую часть работы взял на себя Зак. Если он раз за разом подключал Вейерса к петле, нашел способ стабилизировать его магию и обучить скорейшим из возможных способов. Если Зак договорился с Кватач-Ичлом и другими мастерами магии душ, чтобы взломать и перенастроить временный маркер… чтобы его друган Вейерс мог полноценно подключиться к петле.

Чтобы стать Красным, Вейерсу не требовались изощренный ум и гениальность в магии. Достаточно было предать Зака, после того, как парень дал ему всё, что в его силах.

Разумеется, это были просто догадки — проверить их в петле было практически невозможно. Вейерс был мертв, Зак ничего не помнил, остальные не знали ничего полезного, а Красный давно покинул петлю. Чтобы расследовать загадку Вейерса, нужно было сперва вырваться в реальный мир.

Вот только и после выхода ситуация не стала яснее. Красный сразу по возвращению озаботился эвакуацией парня и его друга-юриста — казалось бы, аргумент в пользу теории, что он и Вейерс одно и то же лицо. Но тут подоспел Зак, сообщивший, что Зориан и Сильверлэйк вернулись в следующем цикле. Да, лишившись всех воспоминаний, но тем не менее. Что, по сути, подтверждало — Вейерс вычеркнут из петли кинжалом и не может быть Красным.

И вот наконец Вейерс перед ними, один и без защиты — даже искать не пришлось. Возможно, они наконец получат ответы на свои вопросы.

Признаться, Зориан никак не ожидал подобного. Если это Красный — то зачем ему это? Если это первоначальный Вейерс — почему Красный допустил? И что, во имя всего святого, он вообще здесь делает?

Судя по всему, последним вопросом задались все присутствующие, включая Ильзу.

Оглядев класс, Вейерс выбрал свободную парту неподалеку от Зориана и Брайама и сел, игнорируя всеобщее внимание, вызывающе громко хлопнув об столешницу извлеченными из сумки книгами.

— Мистер Боранова, что вы здесь делаете? — наконец спросила Ильза.

— Что? — с вызовом ответил он. — Я пришёл на оплаченные мной уроки. Какие-то проблемы?

— Вы здесь больше не учитесь, — с нотками раздражения в голосе парировала Ильза, явно сдержав вздох. Её пальцы крепче сжались на указке. — И вам это прекрасно известно.

— Ничего не знаю, — изрядно переигрывая, помотал головой Вейерс. — Я заплатил за полное обучение и прекрасно прошёл сертификацию. Мне не сообщали ни о каких изменениях. Что значит — я здесь больше не учусь?

— Вы атаковали персонал во время дисциплинарного слушанья, мистер Боранова, — сказала Ильза. — И были отчислены из академии. Уверена, вам это известно. Так почему вы здесь?

— Ложь, я никого не атаковал, — упрямо ответил Вейерс. — Я утратил контроль над магией и слегка повредил мебель. Такое бывает — уверен, вы знаете. Раньше ваше заведение не стеснялось брать мои деньги, хотя и было предупреждено о такой возможности. Мне сказали, что если никто не пострадает и я компенсирую ущерб, то ничего страшного. Вы не имеете права меня отчислять!

— Не понимаю, почему вы говорите об этом мне, — не похоже, чтобы Ильза поверила хотя бы слову. — Решение принимала не я. Если считаете, что с вами обошлись несправедливо, обратитесь в юридический отдел.

— Я так и сделаю! — выкрикнул Вейерс. — А пока буду ходить на уроки, которые оплатил!

Зориан изумленно слушал их перепалку. Ерунда какая-то. Вейерс, очевидно, не был Красным — он не обращал внимания на него и Зака, его душа и разум были практически не защищены, и безобразный характер был точно таким, каким его помнил Зориан. К добру или к худу, это был изначальный Вейерс, не затронутый временной петлёй.

Почему Красный это допустил? Он специально забрал Вейерса с другом в самом начале месяца. Зориан всерьез ожидал, что Третий спрячет парня где-нибудь в недоступном месте — но нет, он позволил Вейерсу прийти и устроить сцену. Зачем? В чём смысл?

Зориан мог бы поискать ответы в разуме парня, но кое-какая защита у него всё же была. На шее Вейерс висело ожерелье с большим зелёным камнем — поддерживающее ментальный щит и поднимающее вой и мерцание, если защита будет взломана.

Зориан уже встречался с такими амулетами — пробить щит не проблема, но сигнализация очень чувствительна. Если атаковать — скандал будет грандиозный.

Не то, чтобы у него совсем не было вариантов… Дождаться подходящего момента, и всё закончится в считанные секунды. Правда, он опасался, что всё это — подготовленная Красным западня. Как знать, может, в разуме Вейерса поджидает ментальная ловушка… Или кто-то следит со стороны, готовый сдать его властям за магию разума.

Не упуская из внимания разгорающийся спор, Зориан незаметно проверил окрестности. Одноклассники начинали волноваться, шепотки становились всё громче. И практически никто не поддерживал Вейерса, что, несомненно, злило его ещё сильнее.

— …Тогда верните мне деньги! — орал он, грохнув по парте кулаком. — У вас совсем не осталось стыда? Отчислили меня и хотите прикарманить плату! Неслыханно!

— Могу сказать вам то же самое, мистер Боранова, — спокойнее и с достоинством, но тоже раздражённо ответила Ильза. — У вас совсем не осталось стыда? Устроили скандал, срываете занятие. Если проблема в деньгах, обратитесь к ректору или в бухгалтерию — не ко мне. Я лишь знаю, что вы отчислены и своими выходками тратите наше время. Пожалуйста, покиньте класс.

— А вы меня заставьте, — оранжевые глаза Вейерса угрожающе засветились, тетрадь перед ним на парте вспыхнула.

Очевидно, Красный не удосужился исправить последствия ритуала.

— Заставьте меня! — злобно выкрикнул Вейерс. — Клянусь, я тут всё спалю!

— Вейерс… — Ильза подняла очки и помассировала веки, впервые назвав его по имени. — Зачем вы это делаете? Не понимаете, что вредите самому себе? Если вы собрались судиться с академией, такое поведение вам точно не на руку.

— Трогмар, нет! — внезапно выкрикнул Брайам.

Бесполезно. Его дрейку Вейерс с самого начала не понравился — теперь же, когда тот сорвался с нарезки и принялся поджигать вещи вокруг себя, дрейк больше не собирался мириться с угрозой хозяину.

Воинственно рыкнув, дрейк вырвался из рук Брайама и метнулся по партам. Приземлился перед Вейерсом, раскидав книги, и угрожающе зашипел ему в лицо.

Отчаянно матерясь, Вейерс отшатнулся от разозлённой ящерицы, шлепнувшись на задницу, во все стороны дохнуло пламя небольшого фаербола.

Дрейк бесстрашно принял огонь и ответил своим.

Вокруг царил хаос — перепуганные ученики рванулись из превратившегося в поле боя класса.

Зак и Зориан, не сговариваясь, выбрали каждый по стороне, прикрывая одноклассников от огня невидимыми силовыми щитами и охлаждающими заклятьями. Кроме них и Вейерса в классе остались лишь Ильза и Брайам — Брайам пытался оттащить фамильяра от Вейерса, Ильза пыталась погасить огонь и растащить дерущихся.

Она бы наверняка заметила, что пожар удивительно удачно остановился на полпути к людям — так что Зориан добавил чуток магии разума, перенаправляя её внимание. Это было несложно — битва сама по себе бросалась в глаза.

Разумеется, упускать всеобщую панику было нельзя — Зориан молча переглянулся с Заком, и в следующий миг они атаковали. Зак обернул амулет Вейерса покровом иллюзии, Зориан же пробил ментальные щиты.

Наконец Ильзе — при незаметном участии Зориана — удалось растащить сражавшихся. Брайам тут же оттащил фамильяра подальше, оглядывая, не пострадал ли тот. Вейерс лежал на полу, лишившись чувств — Зориан уже считал его поверхностные мысли, а читать память легче, когда цель не сопротивляется.

Он уже собирался предложить Ильзе отнести Вейерса в медпункт — и тут она сама заговорила:

— Вы двое… были тут всё это время?

— Да, — подтвердил Зак. — Мы знаем кое-какие заклятья и остались на случай, если понадобится помощь.

— Похвально, хотя и несколько безрассудно, — отметила профессор. — Но увы, ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным. Мне нужны независимые свидетели для доклада ректору, и вы идеально подходите. Когда приберёмся здесь, пройдите со мной.

Парни переглянулись и пожали плечами. Превосходно — они могут ещё некоторое время быть рядом с Вейерсом, дочитывая его память, и даже отговорки не понадобятся.

— Хорошо, — согласился Зориан.

Ильза удовлетворённо кивнула и, сотворив силовой диск и телекинезом подняв на него бесчувственного Вейерса, обернулась к Брайаму.

Чем тут же воспользовался Зак, телекинезом раздавив амулет Вейерса. Несчастное украшение издало последний пронзительный писк и вспышку, но иллюзия Зака не пропускала ничего.

— Брайам, ты и твой фамильяр тоже пойдете с нами.

— Это… Учитель, я не знаю, что на него нашло! Я… — зачастил Брайам, прижимая дрейка к груди. Ящерица уже успокоилась, чувствуя через связь, что хозяин недоволен.

— Я понимаю, — вздохнула Ильза. — Не думаю, что тебя серьёзно накажут… особенно учитывая, что пострадавшая сторона — Вейерс. Но тебе стоит лучше контролировать своего фамильяра. Не ты это начал, но тебя это тоже не красит.

— Да, — поспешно кивнул он.

— Тогда пойдём, — Ильза указала на дверь.

И они направились к кабинету ректора — Ильза, Зак и Зориан, Брайам с фамильяром и бесчувственный Вейерс на парящем диске. В коридоре их ждала Акоджа и еще несколько сгорающих от любопытства одноклассников — их тут же привлекли в свидетели, объявив, что сегодня уроков больше не будет.

Зориан передал контроль над телом одному из симулакрумов, полностью сосредоточившись на воспоминаниях Вейерса…

— Это ты натравил дрейка Брайама? — спросил потом Зак.

— Нет, всё вышло само, — помотал головой Зориан. — Без моего участия.

Допрос длился несколько часов — к концу даже очнулся Вейерс, разумеется, уже не помня о ментальном воздействии. Очнулся, выкрикнул несколько угроз и ушёл, хлопнув дверью, на чём всё и закончилось.

Зак и Зориан решили вернуться в поместье Новеда и там обсудить ситуацию.

— И что ты узнал? — спросил Зак. — Судя по твоему виду, ничего путнего?

— Пожалуй, — согласился Зориан. — Как ты наверняка догадался, он не знает, кто такой Красный. Он не помнит, как его и юриста эвакуировали — часть его воспоминаний тщательно затерта.

— Ещё бы, — фыркнул Зак. — Иначе бы его просто не пустили в класс. Но вот зачем всё это? Как-то мелочно, чего хотел добиться Красный?

— Не думаю, что дело в Красном, — ответил Зориан. — Насколько я понял, наш бывший одноклассник давно это планировал. Задолго до начала месяца.

— Стой, так это что, его идея? — удивился Зак.

— Если бы ты помнил Вейерса, то не удивлялся бы, — сказал Зориан. — Полностью в его духе. Он не был согласен с отчислением и хотел что-то сделать. Не думаю, что он предвидел такой исход — но он определённо хотел явиться в класс и устроить скандал, бросить вызов академии.

— То есть Красный тут не при чём? — хмурясь, спросил Зак.

— Нет, просто Вейерс в своём репертуаре, — ответил Зориан. — Я даже подозреваю, что Красный потому и стёр его из твоей памяти.

— Что? — изумился Зак. — О чём ты? Не понимаю.

— Скорее всего, Вейерс устраивал это каждый цикл, — пояснил Зориан.

— В смысле — приходил в класс и дрался с дрейком Брайама?

— Угу, — кивнул Зориан. — Мы не понимали, зачем стирать память о Вейерсе, если ты и так с ним не общаешься…

— Но если он всегда приходил, а потом вдруг перестал, это сразу бросается в глаза, — подхватил Зак. — Если он — Красный, ему наверняка не хотелось скандалить в каждом цикле ради маскировки. Трата времени и напоминание, каким он был идиотом. Но смена поведения насторожила бы меня… если бы я его помнил.

— Но это не объясняет, почему Красный позволил ему подставиться сейчас, после того, как спас его в начале месяца.

— Мы не убили его, — напомнил Зак.

— Да, но откуда Красному было знать? — возразил Зориан. — Отпуская Вейерса, он рисковал его жизнью. К тому же, даже почистив его память, он не мог быть уверен, что ничего не упустил. Тупо бесполезный риск, на месте Красного я бы никогда так не поступил. Я бы спрятал Вейерса в подземелье, накачав, если нужно, усыпляющим. Или Красному всё равно, что случится с Вейерсом?

— Ну, не знаю, так ли это, — заметил Зак. — Ты привёз сюда сестру, хотя здесь куда опаснее. Её желания ты поставил выше её безопасности.

Зориан скривился. Вот надо же Заку напоминать о таком…

— В любом случае, даже если Красный не знает, как поступил бы ты, он знает меня… Наверное, знает. А я бы не убил Вейерса просто так, даже если он как-то связан с нашими врагами. Это не его вина. Он вообще связан с Культом или ибасанцами?

— Нет, это всё Джорнак, — покачал головой Зориан. — Вейерс даже не знает об этом.

— Ну вот. Нам незачем охотиться на оригинального Вейерса, — заключил Зак. — Он просто тупой мальчишка, не представляющий угрозы. Убивать его мелочно. Мы же не убили оригинальную Сильверлэйк, хотя если она договорится с петлевой, то доставит нам проблем.

— Наверное, — с сомнением согласился Зориан. — Но всё равно странно. Я думал, это какая-то ловушка, но, похоже, это не так…

— Я повесил на него маячок, — сказал Зак. — Если он пойдёт к Красному…

— Не пойдёт, — мотнул головой Зориан. — Красный отсёк все связи с ним, предоставив ему выбираться самостоятельно. Вейерс пойдёт домой или к другу-юристу. Ну, если Джорнак вернётся к себе.

Через некоторое время Зориан собрался уходить — но его планам не суждено было сбыться.

На пороге особняка Новеда лежал простой белый конверт, адресованный «Заку Новеда и Зориану Казински». После тщательной проверки они вскрыли письмо — обычный, не зачарованный листок бумаги с несколькими строчками изысканным каллиграфическим почерком.

Благодарю за проявленное великодушие.

Возможно, мы всё же сумеем договориться.

Давайте поговорим.

Назовите место и время.

Вы знаете, как со мной связаться.

Подписи не было, как и обратного адреса, но этого и не требовалось. Понятно, кто это послал.

И понятно, что они не могут отказаться.

Был уже поздний вечер, Зориан неторопливо шёл к дому Имайи. Он не спешил, мысли то и дело возвращались к письму. Встреча с Красным… о чём хочет поговорить третий путешественник? На взгляд Зориана, конфликт между ними неизбежен. Слишком велики разногласия и никаких причин доверять друг другу.

Особенно если Красный и правда подключился к петле, предав Зака. Предавший однажды…

Проходя мимо очередного парка, Зориан внезапно остановился и повернулся к фонтану. В той стороне ощущалась знакомая ментальная и духовная сигнатура.

На ограждении фонтана сидела молодая женщина. Лет двадцати на вид, высокая и красивая, со струящимися чёрными волосами — проходящие мужчины надолго задерживали на ней взгляд. И он точно никогда её не видел — и всё же…

Она дерзко улыбнулась и похлопала по бордюру рядом с собой, приглашая его. Взгляды проходящих мужчин окрасились чёрной завистью.

Зориан проигнорировал приглашение, глядя на крышу соседнего здания, где сидел довольно крупный ворон.

Затем, нахмурившись, подошёл к улыбающейся женщине. Вокруг них развернулся оберег, но Зориан не стал мешать — просто защита от прослушивания.

— Чёрт возьми, Сильверлэйк, — сказал он. — Выглядите куда лучше, чем в нашу прошлую встречу.

— Льстец, — хохотнула она. — Я и чувствую куда лучше! Мысли чётче, кости не болят, не устаю быстро. Молодость даже лучше, чем я надеялась!

— Вы и правда выглядели так в молодости? — поинтересовался Зориан.

— Понятия не имею, — пожала она плечами. — У меня не сохранилось портретов, но я помню, что была хороша. Какая разница? Все, кто мог бы понять, что я себе слегка польстила, давно мертвы.

— Слегка польстили… — вполголоса повторил Зориан.

— Именно слегка, — Сильверлэйк, улыбаясь, поправила волосы. — Знаешь, тебе не стоит так часто хмуриться. У тебя будут морщины.

— Вас на удивление долго не было слышно, — заметил Зориан. — Что ж так?

— А, знаешь ли… всё как всегда, — отмахнулась она. — Проблема там, авария тут, и вот уже два дня ушли ни на что. Неприятно, но такова жизнь.

— Действительно, — Зориан вновь посмотрел на ворона на крыше. — Смотрю, у вас новый фамильяр. Что сталось с прежним?

Сильверлэйк перестала улыбаться.

— Полагаю, Панаксет не смог выпустить его вместе с вами, — продолжил Зориан. — Жаль было, наверное. Я слышал, терять привязанных фамильяров совсем не полезно. Особенно для ведьм, с их развитой магией фамильяров. Подозреваю, ваша душа в новом красивом теле претерпела немалый урон.

— А знаешь, ты тоже был на удивление пассивен, — заметила ведьма. — Я ожидала более решительных действий. Кажется, твой выход тоже прошёл не по плану.

— Пожалуй, можно и так сказать. Но я уже почти оправился.

— Какое совпадение, — беззаботно хохотнула Сильверлэйк. — Я тоже. К тому же мы оба знаем, что ты и твой «друг» опасаетесь вовсе не моей магии. Гораздо важнее, что я знаю вас — ваши навыки, связи, привычки.

Зориан нахмурился — слово «друг» она явно выделила интонацией — но решил пока не заострять внимание.

— Зачем вы здесь, Сильверлэйк? — серьезно спросил он. — Не боитесь, что я убью вас на месте?

— Ха-ха! Прямо посреди парка? — она обвела рукой прохожих. Некоторые откровенно глазели на них, не в силах услышать, но гадая, о чём говорят маги.

— Возможно, я пойду на это, чтобы убрать предательницу, — ответил Зориан.

— Ха. А знаешь, я ведь так и не рассказала Красному большей части того, что знаю о вас.

Зориан нахмурился.

— А вот если я умру — сработает заклятье, и всё, что я знала, достанется ему, — с торжествующей ухмылкой сказала ведьма, закидывая ногу на ногу и приосаниваясь. — Убивать меня глупо, а ты умный мальчик. Я знаю, ты сделаешь верный выбор.

Поразмыслив, Зориан решил, что она скорее всего говорит правду. Судя по действиям Красного, он не владеет всей полнотой информации.

— Ладно. В этом вы правы, — признал Зориан. — Но это не объясняет, зачем вы здесь. Вы явно ждали меня. Чего вы хотите?

— А где спасибо за то, что храню ваши секреты? — обиженно спросила Сильверлэйк.

— Не сомневаюсь, вы делаете это ради собственной выгоды. Наверняка пытаетесь надавить и на Красного, выдавая ему информацию по частям — но по большому счёту это не важно. Важно, что наши интересы лишь временно совпадают. За что вы хотите спасибо?

— Сколько предубеждения, — драматически вздохнула Сильверлэйк. — Это потому что я ведьма, да? Всегда так, зовут, когда нужны зелья или замарать руки, а потом пошла назад в лес…

— Мне некогда, — начал поворачиваться Зориан. — Наверное, постреляю по воронам и пойду домой.

— Ты знаешь, еще не поздно присоединиться ко мне, — безмятежно сказала Сильверлэйк.

Зориан повернул голову и выразительно посмотрел на неё.

— Я знаю, это звучит довольно глупо… — начала она.

— Да. Глупо, — подтвердил он.

— …но, думаю, тебе стоит меня выслушать, — продолжила она. — Помнишь, как я сказала слово «друг»?

— Да? — Зориан вновь полностью повернулся к ней.

— Тебе следовало спросить, что я имела в виду, глупыш. Или тебе нужна лекция со картинками? Зак таким, как мы, не друг?

— Таким, как мы? — переспросил Зориан. — И что это значит?

— Ну, уверена, ты уже знаешь, что я заключила небольшую сделку с первозданным, заточённым под Сиорией, — сказала Сильверлэйк.

— Освободить его в течение месяца или умереть, — ответил Зориан.

— Примерно так, — согласилась Сильверлэйк. — Но я не одна такая. Твой «друг» тоже заключил пакт.

Чего?

— Брехня, — заявил Зориан. — Зак мог покинуть петлю в любой момент. Зачем ему сделка с Панаксетом?

— Да не с первозданным, балда, — закатила глаза Сильверлэйк. — С ангелами! Он поклялся жизнью, что не допустит освобождения первозданного… и что никто не узнает о петле времени. Даже если он сорвёт освобождение Панаксета, он умрёт, если к концу месяца хоть кто-то будет знать о петле. Даже те, кому вы просто рассказали, должны умереть или лишиться воспоминаний — что уж говорить о тебе и обо мне, людях, буквально пришедших из петли.

Зориан на миг замер, мозг отказывался принять услышанное. Да, он подозревал, что Зак находится под неким внушением, но такое…

— Откуда вы узнали? — тихо спросил Зориан. — Это Панаксет вам сказал?

— Первозданный не может прямо говорить об этом, — сказала Сильверлэйк. — Он намекнул, а потом Красный объяснил подробно. Не знаю, откуда он знает — вероятно, ему рассказал Зак, пока еще помнил.

— Он мог солгать, — заметил Зориан.

— Да, но не думаю, что солгал, — понимающе посмотрела на него ведьма. — И ты, скорее всего, тоже так не думаешь.

Зориан промолчал.

— Даже не думай, что самому Заку об этом не известно, — добавила Сильверлэйк. — Как та, что под действием схожего пакта, могу сказать, что сделку с изначальными силами не так просто забыть. Я уже пыталась стереть память о договоре, но ничего не вышло. Он отпечатан прямо в моей душе, и я всегда знаю его условия. Я могу забыть обстоятельства заключения, но не суть пакта. Так же и Зак. Помнишь, он всегда «таинственным образом» знал, что должен остановить вторжение? И как он — очевидно глупо — пытался сделать это в одиночку?

Зориан молчал, ссутулившись под тяжестью откровений.

Если подумать, многие странности Зака можно объяснить пактом. Например, его упорное нежелание использовать временные маркеры — оно всегда казалось странным, и столь же странно исчезло.

Или то, что Зак, жизнерадостный и общительный, начав работать с ним, стал куда пассивней, в нём стал проявляться некий фатализм…

— Я понимаю, куда вы клоните, но думаю, вы не так поняли ситуацию, — сказал Зориан. — Не думаю, что Зак собирается убить меня. И если бы вы остались верны нам — не убил бы и вас. С вашей помощью мы вышли бы в своих телах, со знаниями и богатствами петли. Стоило ли отказываться от всего этого лишь ради молодого тела, которое вы и так бы получили рано или поздно?

— Посмотри, кто сумел выйти — лишь ты да Зак, — с вызовом ответила Сильверлэйк. — Откуда ты знаешь, что моё участие что-то изменило бы? Ты этого не знаешь. Мне пришлось бы выбираться с невероятно низкими шансами, работая с человеком, который должен меня убить. Нравится тебе или нет, но думаю, я сделала правильный выбор.

Зориан фыркнул, вновь отворачиваясь уходить.

— Думаешь, ты можешь доверять Заку, зная всё это? — окликнула его Сильверлэйк.

— Больше, чем я доверяю вам, — не оборачиваясь, ответил Зориан.

Ворон внезапно сорвался с крыши и улетел.

Позади него Сильверлэйк тоже обратилась в ворона и взлетела, направившись в противоположную сторону.

На самом деле Зориан подозревал, что он говорил с фамильяром, а сама ведьма в виде ворона сидела на крыше. Что бы там ни говорила Сильверлэйк, вряд ли она стала бы рисковать, встречаясь с ним лично.

Он ускорил шаг, удаляясь от оживлённо болтающей толпы — не каждый день увидишь, как красотка обращается в ворона — затем специально свернул в тёмную, безлюдную аллею.

Прошёл немного вглубь и, резко остановившись, обернулся.

— Так и будешь идти за мной до самого дома Имайи?

Тишина в ответ, ни малейшего движения. Но Зориан упрямо вглядывался в темноту, не двигаясь с места.

Прошла, наверное, целая минута — Зориан даже подумывал влепить слабеньким заклятьем — и тут из теней выступил Зак.

— А ты не торопился, — буркнул Зориан, слегка расслабившись. Но только слегка. — Шёл за мной от самого поместья Новеда?

— Ээм, да, — признался Зак. — Извиняй. Я просто… не знаю. Было нехорошее предчувствие, вот и решил проследить. Думал, если случится что, я вмешаюсь, а если это просто паранойя — ты даже не заметишь. Но, видимо, переоценил себя.

— Честно говоря, если бы Сильверлэйк не растравила мою подозрительность, мог и не заметить, — признал Зориан. И, помолчав, добавил. — Ты ведь слышал наш разговор?

Зак виновато опустил плечи.

— Так значит, это правда, — заводясь, сказал Зориан. — Какого хрена ты молчал?

— Эй, я не знал подробностей, — вскинулся Зак. — Даже вообще не знал про договор. Только то, что некий… инстинкт нашептывает… всякое. Я не могу об этом говорить.

— Не можешь или не хочешь? — уточнил Зориан.

— Не могу. Язык отнимается.

— А если я прочитаю это в твоей памяти?

— Тогда мне придётся тебя убить, — серьёзно ответил Зак.

— Ох, — Зориан сглотнул. Он не питал иллюзий насчёт своих шансов. Да, у него есть один козырь, но Зак прикончит его быстрее, чем он успеет им воспользоваться. — Эм, значит, хорошо, что я не пытался влезть тебе в голову, пока ты спал.

— Да, очень хорошо, — согласился Зак.

Повисло неловкое молчание.

— И ты решил умереть в конце месяца? — спросил Зориан. — Отсюда и философский настрой…

— Я не собираюсь убивать тебя, если ты об этом, — ответил напарник. — Сильверлэйк просто бессердечная ведьма, не слышавшая об элементарных приличиях. Если б я хотел выжить любой ценой, то избавился бы от тебя ещё в петле.

— Просто не верится, — пробормотал Зориан. — Знай я об этом раньше, мы бы…

— Да ни хера бы мы не сделали, — отрезал Зак. — Это божественная магия. Как Сильверлэйк не может избавиться от своего пакта. Ведьмы очень хороши с гейсами, но ничто из её трюков ей не помогло.

— И тебя всё устраивает?

— Ну конечно меня это не устраивает! — возмутился Зак. — Просто… зачем мне вся эта сила и знания, если придется убивать друзей? Это… ну, не мой метод, понимаешь? Проклятье… О чём вообще думал прошлый я, заключая договор?

Он устало привалился к стене, несильно стукнувшись затылком.

Да что же за отстой, подумал Зориан.

Мало им ведьмы и Красного, теперь ешё и напарник помирать собрался.

Порой ему казалось, что боги всё еще здесь, и со смехом наблюдают за его злоключениями.

Глава 96. Контракт

В Сиории всегда хватало таверн, ресторанов и иных заведений, но до событий петли Зориан избегал их. Пустая трата времени и денег — да и ходить туда, если начистоту, ему было попросту не с кем. Пример одноклассников — таких же, как он, парней из глубинки, с головой ушедших в загул, едва вырвавшись из-под родительской опеки — не вдохновлял. Тем более, что на эту скользкую дорожку вступил и его брат Фортов.

Забавно, но за время петли Зориан перещеголял брата — и теперь знал практически все питейные заведения Сиории. Виноват, понятное дело, был Зак — напарник никогда не упускал возможности выпить и стремился хоть как-то разнообразить бесчисленные циклы… То есть таскал Зориана по новым злачным местам каждый раз, когда нужно было встретиться и поговорить.

Вот и сейчас — стоило Зориану собраться с мыслями и начать расспрашивать про контракт с ангелами, как Зак заявил, что ему нужно выпить. Сам Зориан решительно не понимал потребности в алкоголе, но знал, что переубедить Зака не выйдет — и последовал за другом в небольшую, но людную таверну. Выбрать столик, накрыть простеньким оберегом… Не самое надёжное место для разговора, но сойдёт.

— Аххх… — удовлетворённо протянул Зак, грохнув пивной кружкой об стол и вытерев рот рукавом. Зориан скривился, но промолчал, давно привыкнув к безобразным манерам напарника. — Другое дело.

— Теперь-то я могу отвлечь тебя вопросами об этом твоём контракте с ангелами? — спросил Зориан, задумчиво переплетая пальцы.

— Наверное, — пожал плечами Зак. — Хотя не думаю, что смогу тебе многое рассказать.

— Достаточно кое-что подтвердить, — ответил Зориан. — Ты сказал, что не можешь говорить о контракте… физически не можешь. Но что, если ты будешь о нём думать, а я считаю твои мысли?

Зак на миг растерялся, потом задумчиво нахмурился.

— Может сработать, — наконец решил он. — Ну, мы же много раз общались телепатически, то есть ты читал мои мысли — и я не ощущал никакой потребности напасть на тебя. Давай попробуем.

Зориан ощутил, как Зак опускает ментальные щиты — и тут же направил свое мысленное чутьё в разум напарника. Где… было на удивление пусто.

То есть совсем пусто.

— Ты сейчас думаешь об ангельском контракте? — хмурясь, спросил Зориан.

— О тех «загадочных правилах», что действуют на меня, — ответил Зак. — Если Сильверлэйк права, и это договор с ангелами, то да, я думаю о нём. А что?

— Я ничего не чувствую, — признался Зориан. — Словно у тебя вообще нет мыслей.

У них так ничего и не вышло. Как они ни пытались, Зориан так и не смог прочесть в поверхностных мыслях Зака ничего о контракте. Другие темы прекрасно читались — Зориан легко разобрал, что у напарника чешется рука, или что ему понравилась официантка — но всё, что касалось «загадочных правил», было совершенно невидимо.

Удивительно изощрённая и в то же время деликатная защита. Никаких признаков того, что мысли Зака что-то заглушает — скорее, это выглядело, словно он сам давит лишние мысли — или не думает вообще. Если же Зак вплетал эти мысли в массив посторонних — защита не только безошибочно удаляла запрещенные сведения, но и сводила к минимуму паузы между безобидными размышлениями. Чтобы заметить работу ангельской защиты, требовалось либо часами тщательно отслеживать мысли Зака — либо заранее знать, что ищешь.

Как такое вообще возможно? На взгляд Зориана, чтобы провернуть подобное, защита должна в какой-то степени обладать собственным разумом — но ведь это уже ни в какие ворота.

— Что, если я попробую считать твои воспоминания? — спросил он.

— Нет! — вскинулся Зак. С видимым усилием взял себя в руки, мотнул головой. — Нет. Неудачная мысль.

Зориан медленно кивнул, успокаивающе подняв руки.

— Ладно, — осторожно сказал он. — Хотя вообще-то кое-кто уже читал твою память. Еще и стёр изрядную часть…

— Красный, — кивнул Зак.

— Да, — подтвердил Зориан. — Это не… толкает тебя к убийству?

— Ну, раньше толкало, — Зак почесал руку. — Помнишь, когда мы снова встретились, я сказал, что дрался с Красным в паре циклов после того, как он читал мои мысли? Можно подумать, что я был пострадавшей стороной, но… Я кое о чём слегка умолчал. По сути, некоторое время у меня была одна цель в жизни — уничтожить его. Пару циклов я только и делал, что преследовал его. Возможно, это одна из причин, по которой он покинул петлю.

— Ох, — сказал Зориан. А ведь логично. — Но вы же оба путешественники во времени. Ну, поймал бы ты его — и что бы ты сделал?

— Не обязательно быть мастером-менталистом, чтобы выжечь разум, — ответил Зак. — Или необратимо изувечить. Для этого есть заклятья, а за время петли я узнал множество запрещенных трюков.

— А ведь и правда, — согласился Зориан. Для этого действительно не нужно мастерства, достаточно грубой силы. — Кстати, насколько могу судить, сейчас упоминания Красного не вызывают у тебя вспышек бешенства. Что, прошло со временем?

— Ага, когда не смог его найти, постепенно успокоился, — пожал плечами Зак. — И даже встретив его после выхода из петли, ничего не почувствовал. Наверное, ангелы не хотели, чтобы я стал бесполезным, если не смогу догнать нарушителя.

— То есть мне надо было просто влезть тебе в мозги и потом убегать несколько циклов? — предположил Зориан.

Зак сердито нахмурился.

— Что? Признай, это логичный вывод из всего сказанного, — заметил Зориан.

Вот только он вовсе не был уверен, что мог бы бегать от Зака несколько циклов. Напарник куда выносливей и упрямей и знал почти все места, где Зориан мог бы укрыться. Да, он мог бы в критической ситуации перезапускать циклы, но так и растратить всю энергию Врат недолго.

— В любом случае, что насчет первого раза, когда Красный влез тебе в голову? — спросил Зориан. — Ну, знаешь, когда он затёр Вейерса и боги знают что ещё?

— Без понятия, — хмурясь, ответил Зак. — Я не помню, чтобы охотился за кем-то до нашей встречи. Видимо, раз я не знал, кто поимел мне мозги — или вовсе, что моя амнезия вызвана искусственно — то и защита контракта не сработала.

— Хмм, — протянул Зориан. — Значит, если ты не заметишь, что кто-то влезал в твою память, или не будешь знать, кто это был…

— Не прокатит. Я уже не тот, что был раньше, я точно замечу, что кто-то влезал, и буду знать, что это ты, — предупредил Зак. — И не только потому, что ты сам только что глупо намекнул на такую возможность. Сам подумай, кто ещё может такое провернуть? Даже без каких-либо доказательств, ты будешь первым, на кого я подумаю.

— И ты попытаешься убить меня, — заключил Зориан.

— Убить или стереть воспоминания, — согласился Зак. — Но мы оба понимаем, каковы мои шансы против ментального мага твоего уровня. Так что на практике… да, мне придётся тебя убить.

Итак, контракт маскирует упоминания о себе в поверхностных мыслях Зака, но по каким-то причинам не может делать то же самое в долговременной памяти. И любой, кто заглянет достаточно глубоко в память Зака, должен быть… нейтрализован.

Любым подходящим способом.

— А кто решает, кого убивать, а кому тереть память? — спросил Зориан.

— В смысле? — не понял Зак.

— Что если Ильза прочитает твою память? — пояснил Зориан. — Ты убьёшь её или сотрёшь память?

— Сотру память, — без колебаний ответил Зак.

— Правда? А ведь она весьма прилично владеет магией разума, — заметил Зориан. — Возможно, даже лучше Ксвима.

— Правда? — удивился Зак. — Никогда бы не подумал. Чёрт… Выходит, в таком случае я убью её.

Зориан молча смотрел на него.

Он солгал. Ильза не владеет магией разума — только простейшая телепатия, и всё.

Что же, вот и ответ на вопрос. Решение принимает Зак. Да, контракт толкает его к действию — но каким будет это действие, определяет восприятие самого Зака…

— Что? — спросил Зак.

— Ничего, — помотал головой Зориан. — Проехали. Меня ещё кое-что интересует — Сильверлэйк сказала, что петля должна остаться тайной, иначе ты умрёшь, так?

— Ага, — вздохнул Зак. — Она так и сказала, верно? Я, понятно, не могу подтвердить или опровергнуть…

— Но как-то так всё и есть, — предположил Зориан. — Однако же в петле ты рассказывал о ней всем, кто был готов слушать. Во всяком случае, ты так сказал. И ты никогда не возражал, когда я доказывал людям, что петля реальна.

— Ну да, ничто не заставляет меня хранить секрет, — пожал плечами Зак. — Я не могу говорить о «загадочных правилах», но обо всём остальном — сколько угодно. Я могу рассказывать о петле, просто должен помнить о последствиях. А внутри петли, сам понимаешь, никаких последствий не было.

— Ну да. Ты умрёшь только если тайна петли будет раскрыта в реальном мире — и неважно, скольким ты рассказал о ней внутри самой петли, они же не попадут наружу, — предположил Зориан. — По идее не попадут, во всяком случае.

— Не забудь — тогда я не знал, как работает петля, — напомнил Зак. — Не знал, что есть мир петли и есть реальный мир, как и всё, что мы потом выяснили. Я не врал — я действительно не помнил, как попал в петлю и как она устроена.

Верно. Что-то ангелы не продумали этот момент. Если их контракт невозможно забыть — что стоило добавить туда хоть какие-то объяснения?

Не зря Аланик сказал, что пути ангелов неисповедимы.

— Если ты не знал, как работает петля, откуда ты знал, что о ней можно рассказывать? — спросил Зориан.

Разумеется, Зак не мог ответить. Это означало бы выдать сведения о контракте, что запрещено.

— Что же, значит, выбора нет, — сказал Зориан. — Раз ты не можешь рассказать о правилах, и сам не знаешь точно, что они означают, значит, нужно призвать ангела и пообщаться с ним.

Зак удивлённо посмотрел на него.

— Но ты… — начал было он.

— Да, здесь, вне петли, меня быть не должно, — кивнул Зориан.

Потому-то они и не хотели связываться с небесной иерархией, несмотря на все догадки об участии ангелов. Как знать, вдруг призванный ангел решит доделать то, что не смог Страж Порога?

— Это большой риск, — хмурясь, заметил Зак.

— Для меня, — уточнил Зориан. — А я готов рискнуть. Нужно узнать, можно ли перезаключить этот твой контракт — или хотя бы выяснить его содержание.

Зак задумался, постукивая пальцами по пивной кружке.

— Ну, не то чтобы я хотел сдохнуть, — наконец сказал он. — Но не жалуйся, если ангелы убьют тебя на месте.

— Мёртвые не жалуются, — сухо ответил Зориан. — Но если верить Сильверлэйк, ты заключил контракт, чтобы предотвратить освобождение Панаксета. Вероятно, ангелы тоже в этом заинтересованы, а моя смерть усложнит задачу. Опять же, пока жив Красный, бессмысленно убирать других свидетелей… Надеюсь, они это учтут.

На взгляд Зориана — совершенно логично, но логика ангелов наверняка отличается от логики смертных. Запросто может оказаться, что призванный ангел не станет никого слушать и сразу попытается убить нарушителя.

Хм, а если послать вместо себя симулакрума — это будет считаться неуважением?

— Ты правда думаешь, что мы сможем перезаключить… это? — Зак неопределенно мотнул рукой перед грудью.

Вряд ли. Но попытаться стоит, так ведь?

— Контракт, вероятно, на божественной магии? — спросил в ответ Зориан.

— По правде говоря, не знаю, — неуверенно сказал Зак. — Должен быть. Ну, то есть, иначе мы бы его давно нашли, так ведь? А обычная магия во мне нашлась только в маркере…

Зориан покачал головой. Едва ли контракт записан в маркере — тогда он бы действовал и на него.

— Скорее всего, он в стабилизирующем контуре, увеличивающем твой резерв, — сказал он. — Божественное благословление и божественный контракт, два по цене одного.

Зак слегка поморщился.

— Угу, я тоже склоняюсь к этому варианту. Но эта штуковина невероятно сложна… Не понять, где кончается благословение и начинается контракт.

Чего и следовало ожидать. Скорее всего, они так переплетены, что нельзя удалить что-то одно. Если отказываться от контракта, то только вместе с удвоенным резервом. Дополнительная защита, чтобы никто не трогал основу договора — кто же откажется от двойного резерва?

— Даже если ангелы согласятся пересмотреть договор, от благословения, скорее всего, придётся отказаться, — наконец сказал Зориан.

На лице Зака мелькнул ужас, но одновременно и какая-то обречённость. Наверное, тоже предполагал что-то подобное.

— Ну блин… — напарник залпом осушил кружку и заказал следующую.

— Всё лучше, чем умереть, — попытался утешить его Зориан.

— Ну, не знаю…Вот если бы тебе пришлось лишиться половины резерва — каково бы было? — мрачно спросил Зак.

Зориан удивлённо моргнул. Ах да… Зак же совсем недавно узнал, что его огромный резерв — результат благословения. Ему этот объём кажется нормальным, и уполовинить его — всё равно, что потерять руку.

— На редкость хреново, но лучше, чем смерть, — уже тише ответил он.

Зак что-то недовольно буркнул и замолчал.

— А как мы вообще будем призывать ангела? — наконец спросил он, когда вторая кружка помогла успокоиться. — Аланик?

— Аланик не может призвать ангела, — покачал головой Зориан. — Лишь немногие жрецы могут, и он не входит в их число. Но ничего страшного, я знаю такого жреца — прямо здесь, в Сиории. Хотя Аланика всё равно стоит позвать с собой.

— О? И кто это? — заинтересовался Зак. — Не припомню никого такого.

— Ты её не знаешь, я общался с ней до того, как мы объединились, — пояснил Зориан. — Килаэ Куоси, жрица одного из полузаброшенных храмов Сиории. Она не слишком известна, но она сильный маг и знает много интересного… В частности, считается одним из экспертов в вопросе предсказания будущего. И она знает, как связаться с ангелами. В петле это не имело значения из-за отрезанного духовного плана, но сейчас…

— Хорошо, — поразмыслив, сказал Зак. — Посмотрим, что скажут небесные сволочи.

На подготовку к призыву ушло три дня. Не то чтобы ритуал был очень сложен — но Килаэ ожидаемо не обрадовалась двум подросткам, явившимся, как снег на голову, и требующим ангела. Тем более, что малолетние нахалы требовали поторопиться. К счастью, поручительство Аланика и многократные объяснения, что Зак получил от ангелов задание — и забыл его, в итоге убедили жрицу попробовать.

Всё это время другие проекты не стояли на месте. Посвящённые Молчащих Врат наконец согласились открыть доступ в Кос, и Зак с Зорианом тут же добыли сферу. Пока они не связывались с Дэйменом — в свете новых подробностей первоначальный план эвакуировать всех на другой континент уже не казался хорошей идеей. Уговорить всех переехать, не раскрывая секрет петли… мягко говоря, непросто.

Зориан всё ещё злился на Зака, не сказавшего ни слова против плана, обрекающего его на верную смерть. С другой стороны… у них и в самом деле почти нет шансов. Как они сохранят петлю в секрете, если нет никаких рычагов влияния на Красного? Не говоря уже о проблеме самого Зориана…

Они как обычно разобрались с Принцессой и привязали её к Зориану. Доверять гидру Заку просто не рискнули — никто не знал, как связь скажется на «загадочных правилах» и возможности их редактирования. Опять же, если контракт принудит Зака к чему-то совсем некрасивому, то лучше не давать ему ручную гидру. Он и сам по себе не подарок.

Ксвим тоже присоединился к клубу знающих о петле. Когда Зориан узнал о контракте, он уже начал объяснять куратору, и сдавать назад было поздно… Да и его помощь им точно не помешает.

И вот наконец день призыва. Зак, Зориан, Аланик и Ксвим пришли в храм Килаэ — их встретил давний знакомый Зориана, зеленоволосый жрец Батак. И хоть в последние дни парни не проявляли должной почтительности, торопя служителей культа, молодой жрец был по-прежнему вежлив и приветлив. Он провёл их в разительно изменившийся, готовый к ритуалу призыва, храм.

Все сиденья и мебель были сдвинуты, освобождая центр, с начерченным синей краской сложным заклинательным кругом. Килаэ была не одна — вокруг печати суетились восемь младших жрецов, собранных со всего города, проверяя формулы и внося последние правки. Помимо них был еще высокий мужчина с суровым отрешённым лицом, в расшитых серебром и золотом синих одеяниях — явно кто-то из верхних эшелонов Церкви Триумвирата. Он неприязненно посмотрел на вошедших и больше не обращал на них внимания.

— Я и не ожидал такого размаха, — шепнул Зориан Батаку.

— Ах-ха, — тихонько хохотнул нервничающий жрец. — Не думаю, что ты сознаёшь масштаб того, что затеял. Даже в Церкви Триумвирата призыв ангела — редкое и значимое событие. Тем более, когда задействовано столько связей, да ещё и в такой спешке… Я слышал, ритуал привлёк внимание многих.

Задействованы связи? Но он вроде ничего такого…

Он посмотрел на Аланика — воинствующий жрец едва заметно пожал плечами.

— Ты сказал, что это важно, — невозмутимо сказал Аланик. — Я согласился.

Они отошли, чтобы не мешать Килаэ и жрецам. Подготовка затягивалась, и Зориан невольно задумался, насколько всё это необходимо. Возжигание благовоний, ритуальный звон колокольчика, другие обряды… Всё это не было похоже на структурированную магию. А насколько он знал, ангела можно призвать любым из старых заклятий призыва — главное, чтобы он услышал и согласился ответить.

Так зачем вся эта мишура — как знак уважения, или пустая традиция, за которую цепляются жрецы?

Разумеется, он промолчал. Его настойчивость уже вызвала изрядное недовольство, а от Аланика он знал, насколько грозной может быть Церковь. Он больше не в петле, каждое действие влечёт последствия.

Где-то через час начался сам ритуал. Ни Зак, ни Зориан не разбирались в призыве — в петле он просто не действовал — так что просто смотрели, как засветился заклинательный круг, и воздух над ним задрожал, словно над горячей поверхностью.

— Мы решили для начала призвать низкорангового ангела, — шёпотом пояснил Батак. — Даже если он не сможет помочь, он передаст вышестоящим, и уже они решат, что делать.

— Хорошо, — сказал Зориан. Низкоранговый ангел его полностью устраивал. Меньше шансов, что он просто задавит их харизмой.

— …слуга Высочайших, молю, почти нас Своим присутствием, — торжественно декламировала Килаэ. — Мы, ничтожные дети праха, жаждем Твоего наставления и безграничной мудр… ай!

Ой-ё, как-то совсем нехорошо прозвучало…

— Что происходит? — хором выкрикнули Зак и Батак.

— Кто-то перехватывает контроль над ритуалом! — в панике ответил жрец в синем. — Как же так? Мы исполнили все обряды, демоны не могли…

— Это не демоны, — твёрдо сказала Килаэ. Она держалась лучше Синего, но её голос тоже подрагивал. — Это другой ангел. Кто-то из верхушки иерархии воспользовался своей властью, чтобы ответить на призыв вместо младшего.

Она вздрогнула, её лицо исказилось. Некоторые из жрецов упали на колени.

— Слишком… много, — выдохнул один. — У нас не хватит маны….

Над центром круга проступил смутный силуэт. Заклятью требовалось воплотить призываемого духа — создать оболочку, сосуд, что позволит взаимодействовать с материальным миром. И чем сильнее дух, тем сложнее сосуд, что вместит его силу… и тем больше маны нужно влить в эктоплазменную оболочку.

И вмешавшийся в ритуал ангел, по-видимому, требовал целой прорвы энергии.

Прежде чем кто-то успел вмешаться, Зак отпихнул Батака и шагнул к заклинательному кругу. Помедлил секунду, еще раз оглядывая формулы, и стал вливать ману из своего огромного резерва. Он не владел призывом, но разобраться, как запитать ритуал, было несложно.

Зориан, Аланик и Ксвим тут же последовали его примеру. Затем и Батак, взяв себя в руки, поспешно присоединился к ним.

Резерв Зориана стремительно пустел. Не по своей воле — ангел по другую сторону заклятья агрессивно тянул энергию. Неудивительно, что жрецы так реагировали — такое осушение не опасно, но и приятным его никак не назовёшь.

Наконец, когда все присутствующие исчерпали резервы, силуэт над кругом сжался в сияющую белую сферу — а потом взорвался огнём.

Зориан на миг похолодел, глядя на приближающийся огненный вал — он был без маны и практически беззащитен. К счастью, пламя замерло на полпути и устремилось назад, раскалённая эктоплазма развернулась блестящим металлом и чёрными ветвями.

Впервые в жизни Зориан видел такое — ангел наконец воплотился.

Он ничуть не походил на человека. Да, большинство старых, могущественных духов не походят, но Зориан не ожидал чего-то столь… странного.

В воздухе парило чёрное крестообразное дерево — словно четыре засохших дерева спилили и склеили крестом, кронами в стороны. Вместо листьев на черных ветках двигали зрачками пылающие оранжевые глаза. С негромким потрескиванием, как от настоящего костра, по кронам струилось прозрачное оранжевое пламя, извиваясь, как огненные змеи.

Позади горящего древа медленно вращалось кольцо серебристого металла, плотно исписанное крохотными золотыми символами, не похожими ни на что в истории людей. Позади кольца, вызывая резь в глазах и размывая силуэт ангела, разворачивались призрачные ленты многоцветного света. Если прищуриться и наклонить голову, они выглядели, как шесть пар сияющих крыльев.

Зориан заметил, как некоторые глаза повернулись к нему, и ощутил себя уязвимым. Словно взгляд ангела проникал в самую глубину, оценивая, взвешивая, решая…

Зориан инстинктивно отступил на шаг — и вдруг сообразил, насколько вокруг тихо. В храме были лишь он, Зак и ангел. Больше никого.

Это неприятно напомнило разговор с Панаксетом.

— Не надо бояться, — громыхнул голос ангела, причиняя боль в ушах и груди. — Я здесь, чтобы помочь.

— Что… где все? — растерянно спросил Зак.

— Не должно им слышать это, — ответил ангел.

— То есть вы… засунули нас в какое-то карманное измерение? — нахмурился Зак. — И можно чуток потише?

— Моё время ограничено, — предупредил ангел, не пытаясь уменьшить громкость. Зориану даже показалось, что он слышит едва заметный хор, повторяющий слова ангела. — Не тратьте его напрасно.

Наверное, ангел прав. Даже с учётом всей маны, потраченной на призыв, духи такой силы не могут долго оставаться в материальном мире. Нужно поспешить.

— Зак заключил с вами контракт? — спросил Зориан.

— Да, — немедленно ответил ангел.

Зориан подождал секунду, но продолжения не последовало.

Вот же.

— Мои враги заставили меня забыть о нём, — хмурясь, сказал Зак.

— Нет, — возразил ангел.

Лицо Зака приняло странное выражение.

— Да, заставили, — раздражённо хохотнул он. — Какой мне смысл врать вам?

— Они не заставили тебя забыть, потому что ты никогда не знал об этом, — пояснил ангел. — Если кто и знает о контракте с нами, это лишь означает, что они догадались.

— Зак… не знал, что он заключил контракт? — удивился Зориан. — Как это возможно?

— Мы приложили силы, чтобы скрыть наше вмешательство, — сказал ангел. — То, что мы сделали… уже нарушает правила, и для всех было бы лучше, останься это в тайне.

— Но как я мог заключить контракт, не зная того? — настаивал Зак. — Так не бывает!

— Мы говорили с тобой во сне, — сказал ангел. — Принимая контракт, ты не знал, кто мы.

По лицу Зака мелькнула череда разных эмоций — Зориан же накрыл лицо ладонью и тяжело вздохнул.

Зак…

— Это… клевета! — возмутился Зак. — Я бы никогда так не сглупил! Даже прошлый я знал, что нельзя заключать сделки с подозрительными типами, влезающими в твой сон!

— Одним из критериев избранного было чтобы ему хватило глупости согласиться на сделку, — прямо ответил ангел.

— Ну, эм… — промямлил Зак. — А знаете что? Проехали. Даже если это так, мне всё равно стёрли кучу важной информации. Я даже не знал, как вернуться в реальный мир! Вы включили в этот… контракт столько всего, почему нельзя было добавить хотя бы простейшие объяснения?

— Объяснения были, — сказал ангел. — Ты просто не выполнил условий их получения.

Что?

— Что? — требовательно спросил Зак. — Что значит не выполнил?

— У тебя была цель, не так ли? — с вызовом ответил ангел. — Ты должен был остановить вторжение, не раскрыв секрета временной петли. Если бы ты сделал это, то получил бы информацию о петле и как покинуть её.

— Так вы ему не сказали, — сообразил Зориан. — Знай он, как покинуть петлю, мог бы бросить всё, прежде чем смог бы остановить освобождение Панаксета.

— Сердца людей слабы перед искушениями, — подтвердил ангел. — Не сумей он выдержать безжалостное течение времени, и не стань спасителем, что нам нужен — ему стоило навсегда остаться во Вратах Государя.

— Вы… — начал было Зак.

— Ты дал своё согласие, — невозмутимо напомнил ангел. — И теперь я жду объяснений. Что там произошло?

— Вы не знаете, что произошло? — поинтересовался Зориан.

— Разве я спрашивал бы в ином случае? — риторически спросил ангел. — Происходящее во Вратах Государя сокрыто от нашего взгляда. Подобно знакомым вам Черным Залам, активные Врата отрезаны от мира. Мы сделали ряд выводов, но хотели бы знать всю картину.

Зак и Зориан кратко отчитались о произошедшем в петле, стараясь подчеркнуть вмешательство Панаксета и то, что приход Красного и Сильверлэйк в реальный мир сильно затруднит борьбу со вторжением. Наконец они объяснили ситуацию с Зорианом и как его присутствие не даёт сохранить петлю в тайне.

— Прискорбно, — заключил ангел. — Задача была не столь сложна. Как ты допустил, чтобы всё так запуталось?

— Не столь сложна?! — возмутился Зак. — Вы хоть представляете, как трудно остановить вторжение в одиночку, не имея возможности ничего объяснить?

— Пусть Врата и были запущены раньше срока, у тебя всё равно были сотни попыток, — напомнил ангел. — Полагаю, твоё восприятие сложности искажено. По первоначальному плану, твои противники не знали о петле, и ты мог раз за разом пробовать новые решения. Даже с нашими ограничениями это было вполне выполнимо. Ты же боролся с таким же путешественником. Но независимо от того, как это произошло — это твоя ошибка, не наша.

Казалось, Зак сейчас начнёт орать на ангела, но напарник взял себя в руки. Сердито фыркнул и молча сложил руки на груди.

Не зная, как Красный присоединился к петле, возразить ангелу было нечего.

— То есть вы осознанно активировали Врата за месяц до вторжения, — заметил Зориан. — Вы знаете, что произойдёт на месяц вперед?

— Будущее туманно и всегда в движении, но некоторые события более вероятны, чем другие, — пояснил ангел. — В случае бездействия освобождение Панаксета было практически неизбежно.

— А почему просто не уведомить Церковь, чтобы они разобрались? — спросил Зориан.

— Это может показаться странным, но этот вариант был бы значительно хуже выбранного, — ответил ангел. — Нам не подобает вмешиваться в конфликты смертных.

— Почему я? — неожиданно спросил Зак. — Если вы можете так точно предсказывать будущее, то должны знать, что я был не лучшим выбором.

— Напротив, — возразил ангел. — Ты был лучшим из доступного. Потому ты и был избран.

— В чём это лучшим? — с подозрением спросил Зак.

— Это секрет, — отозвался ангел. — Выбор кандидатов многое ограничивало. Все они должны начинать месяц в Сиории. Должны иметь определенный потенциал и склад характера. Должны иметь определенную свободу перемещения и общения. Должны отвечать требованиям морали. И многое другое. Я не могу раскрыть все подробности.

— Если бы Зориан начинал месяц в Сиории, он тоже был бы кандидатом? — спросил Зак.

Зориан выразительно посмотрел на напарника. Чего это он?

— О небеса, конечно нет, — отрезал ангел. — Он не соответствует почти всем критериям, особенно по складу характера. Удивлён, что он вообще решился рискнуть жизнью ради тебя, учитывая его прошлые поступки.

Кажется, ответ ангела порадовал Зака.

Вот же козлы. Зориан сердито скрестил руки на груди.

— Тогда каков мой текущий статус? — спросил он. — Я нарушил законы петли, выйдя в реальный мир, но не похоже, что вы спешите это исправить. Значит ли это, что моё присутствие вас устраивает?

На пару секунд пылающие глаза сфокусировались на нём, не упуская ни малейшей детали. Лишь усилием воли Зориану удалось не сжаться и прямо встретить взгляд небожителя.

— Ты — запретная сущность, и совершил смертный грех, чтобы быть здесь, — возвестил ангел. — Но нам не чуждо милосердие. Если освобождение первозданного будет предотвращено, мы готовы закрыть глаза на некоторые нарушения.

— То есть… мне не грозит ваш гнев? — уточнил Зориан.

— Если к концу месяца первозданный останется в заточении, — подчеркнул ангел. — В противном случае мы будем вынуждены прямо вмешаться в дела материального мира. И тогда нам ничего не стоит проявить усердие и устранить всё неподобающее. Ты ведь понимаешь?

— Разумеется, — подтвердил Зориан.

Пусть он и не заключал никаких контрактов, его жизнь так же зависит от итогов вторжения. Если у него и Зака ничего не получится, если Красный и Сильверлэйк выпустят первозданного — ангелы убьют и его.

— Если у вас нет претензий к Зориану, значит ли это, что контракт можно пересмотреть? — с надеждой спросил Зак. — Потому что сейчас…

— Мы не можем пересмотреть контракт, — сказал ангел. — Это просто невозможно.

— Но вы же его заключили, — возразил Зак. — Почему не можете его пересмотреть?

— Это божественная магия, — напомнил ангел. — Очевидно, её сотворили не мы.

Ну конечно. Сейчас уже никто, даже ангелы не могут творить божественную магию. На это были способны лишь боги. Остальные, включая их небесных служителей, могли лишь пользоваться оставленными дарами.

— А просто убрать? — спросил Зориан.

— Также невозможно, — ответил ангел. — Он специально создан так, чтобы его было практически невозможно убрать. Боюсь, мы ничего не можем сделать.

— Но тогда выходит, что я умру, даже если предотвращу освобождение первозданного, — заметил Зак. — Вам не кажется, что это как-то несправедливо? Очевидно, ситуация сильно отличается от описанной в контракте… И вы сами признали, что заключили его не самым честным образом.

— Мы не можем освободить тебя от обязательств, — заявил ангел. — Это просто не в наших силах. Единственное, что я могу обещать — если вы каким-то образом найдёте способ освободиться от контракта, мы не станем вас наказывать.

У Зака округлились глаза.

— Не станете… В смысле, если бы я нашел способ обдурить контракт, вы ещё и могли бы вмешаться? — недоверчиво спросил он.

— Мы — не первозданные, — сказал ангел. — При всех ограничениях, у нас есть возможность влиять на материальный мир. И даже сумей ты обмануть оставленное богами заклятье, без нашего согласия ты не избежал бы последствий. Ты заключил контракт, и мы выполнили свою часть сделки. Мы вправе требовать от тебя выполнения всех обязательств. Но, как я сказал твоему другу, нам не чуждо милосердие. Если первозданный не освободится — мы закроем глаза на некоторые нарушения.

— То есть мне по-прежнему надо совершить невозможное, — пожаловался Зак. — Вы просто не будете возражать, если у меня вдруг получится.

— Полагаю, с твоей точки зрения это так и выглядит, — ответил ангел. Дух на миг замер, многочисленные глаза уставились вдаль, словно слушая что-то недоступное человеку. — Моё время истекает. Если хотите узнать что-то еще, поторопитесь.

— Дайте точный текст контракта Зака, — потребовал Зориан. — Сам он не может сказать, а я должен знать.

Секунду ангел молчал. Затем ветви колыхнулись, и внезапно Заку в грудь ударил раскалённый оранжевый луч… Ударив, впитался, не нанеся никакого вреда.

И прежде, чем парни успели спросить, какого чёрта тут происходит, в воздухе перед Заком появились горящие письмена. Складывающиеся в слова, слова — в абзацы…

…и ещё абзацы…

…и ещё…

Целые полотнища текста, перечисляющие права и обязанности Зака. Зориан ожидал пару-тройку кратких предложений, как в гейсах, но никак не длиннющий документ, написанный характерным, тяжёлым для понимания юридическим слогом.

Хорошо, что у него абсолютная память — потому что только на ознакомление уйдет как минимум несколько часов. И хорошо бы проконсультироваться с юристом…

— Ради всего святого, Зак, — вздохнул Зориан. — Как ты вообще на это согласился? Ни за что не поверю, что ты всё это прочитал и понял.

— Я ничего этого не помню! — поспешно заявил Зак. — И вообще, это был тупой прошлый я, ага? Боги свидетели, прошлый ты тоже был по-своему тупой!

Ну, тоже верно, но всё равно… Это ж надо.

— Он действительно не стал читать контракт, — добавил ангел. — Но мы пересказали ему основные положения. Он должен остановить вторжение в Сиорию, или умрёт в конце месяца. Он должен сохранить петлю в тайне, или умрёт в конце месяца. Он не должен убивать правителей или иначе погружать страны в анархию, или умрёт в конце месяца. На него наложены ограничения в освоении некоторых разделов магии душ и разума, иначе проект не был бы допущен комитетом по этике. И он не может никому рассказать о заключенном контракте. Те же, кто узнал о контракте против его воли, например, глубоким чтением памяти, должны быть нейтрализованы любым эффективным методом. Наконец, по истечении месяца все ограничения будут сняты, и он сможет делать всё, что захочет.

— Можете уточнить, как вы сформулировали «сохранить петлю в тайне»? — спросил Зориан.

— Всё это есть в контракте, — ответил ангел, указав одной из веток на Зака. — Я знаю, что ты сохранил текст в памяти.

Ангел снова замер, прислушиваясь к чему-то.

— Я должен идти, — сказал он. — У вас один последний вопрос.

— Если первозданный освободится, будет ли это концом мира, каким мы его знаем? — тут же спросил Зак, не дав Зориану времени на размышления.

— Вероятно, нет, — признал ангел. — Но этот исход всё равно крайне нежелателен — и не только из-за последствий для вас лично. Высочайшие поместили множество… закладок… в ядро, управляющее этим миром. При срабатывании закладки автоматически принимаются ответные меры. Прорыв первозданного в материальный мир активирует сразу несколько закладок. Вам это не понравится. Никому не понравится. Важная часть нашей службы как раз и состоит в том, чтобы не допустить активацию закладок — ради и материального, и духовного миров. Высочайшие оставляли их против того, что считали угрозой для себя… А разбираясь с угрозами, они никогда не считались с сопутствующим ущербом.

Внезапно ангел нырнул вниз, коснувшись каменного пола ветвями нижней кроны. Его веточки казались тонкими и хрупкими — но вырвали кусок камня, словно это была мягкая глина… и стали лепить его, как глину.

Черные веточки мелькали, как сотня пальцев, откалывая куски, заглаживая, равняя. Не прошло и трёх секунд, как в руки Зориана был передан отшлифованный до зеркального блеска каменный куб.

Что характерно, во всём этом не было ни капли магии — ангел просто придал форму камню, используя нечеловеческую силу, скорость и точность.

— Возьми это, — сказал ангел. — И с его помощью призови меня, когда начнётся последняя битва.

— Откуда вы знаете, что будет последняя битва? — спросил Зориан.

— Будущее туманно и всегда в движении, но некоторые события более вероятны, чем другие, — повторил ангел.

В следующий миг его не стало — а в храме вновь было людно и суетно. Аланик, Ксвим, Батак, Килаэ и другие жрецы тут же окружили их, требуя объяснений. С их точки зрения парни просто исчезли — и теперь так же загадочно вернулись назад.

Сами же Зак и Зориан молчали, разглядывая куб в руках Зориана.

Шлифованные грани были густо покрыты неведомыми письменами, подобными тем, что были на серебряном кольце позади ангела. И хоть в нём совсем не ощущалось магии, куб загадочно мерцал на свету, да и в письменах прослеживалась какая-то закономерность…

В итоге Зориан аккуратно убрал куб, сосредоточившись на более срочных делах. Он ещё изучит его и тщательно разберёт контракт, но сперва — ещё одна встреча.

Их ожидал Красный.

Третий путешественник был прав — парни знали, как с ним связаться. Их симулакрумы то и дело сходились в бою, и вместо схватки кинуть на землю письмо было несложно.

Действуя таким образом, Зак и Зориан договорились встретиться с Красным на крыше одного из корпусов академии. Достаточно людное место, так что обе стороны могли не опасаться ловушки. Опять же теперь, когда Зак и Зориан анонимно убедили ректорат усилить обереги академии, защита была действительно хороша — даже самим Заку и Зориану приходилось действовать осторожно, чтобы не поднять тревогу.

Встреча была назначена в полночь, и все явились точно в срок. Зак, Зориан, Ксвим и Аланик. Красный, Сильверлэйк и Кватач-Ичл.

Красный как всегда был в своих одеяниях внутреннего круга, лицо скрыто за наведённой темнотой. Сильверлэйк была такой же, как в недавнюю встречу — молодая красивая женщина в облегающем платье. Она беззаботно улыбалась, глядя на них — что изрядно бесило Зака и, в свою очередь, сильнее веселило ведьму.

И, наконец, Кватач-Ичл. Лич явился в своём человеческом облике, как всегда спокойный, уверенный и сосредоточенный. Он вежливо кивнул им и не сказал ни слова, молча наблюдая встречу.

Зориан мысленно вздохнул. Да, глупо, но он надеялся, что Красный и ведьма еще не привлекли лича на свою сторону. Как же это всё усложняет…

— Ха-ха! Видите, я же говорила, они приведут именно этих двоих! — довольно заявила Сильверлэйк. — Раскошеливайтесь!

— Мы не спорили, — возразил Красный.

— Ба! Не могли подыграть… — скривилась Сильверлэйк. — Ну и ладно. Зориан, ты подумал над моим предложением? Оно всё еще в силе, знаешь ли.

— Хватит, — рявкнул Красный. — Господа, я хотел бы извиниться за её недавние действия. Вы, вероятно, подумали, что я послал её посеять раздор, но это полностью её инициатива. Кажется, она считает, что есть реальный шанс переманить мистера Казински, но мы все понимаем, что это невозможно.

Ага, так тебе и поверили. Зориан не сомневался, что Сильверлэйк пыталась поссорить их с Заком. К тому же это могла быть попытка сократить их численность — зная о контракте, Зориан не стал бы рассказывать о петле новым союзникам. Эта часть плана блестяще удалась.

Но вот что Сильверлэйк искренне предлагала к ним присоединиться… Неее. Он слишком хорошо её знал — ведьма не верила в сотрудничество.

— Как будто твой план был лучше, — возмутилась Сильверлэйк. — Почему, по-твоему…

— Я думал, мы решили, что говорить буду я? — со вздохом сказал Красный.

Сильверлэйк пренебрежительно цокнула языком и, сотворив стул, села.

Кватач-Ичл невозмутимо разглядывал группу Зориана, не обращая внимания на выходки ведьмы.

Повисло напряжённое молчание — все были готовы чуть что бить на поражение. Даже пытавшаяся изображать скуку Сильверлэйк заметно вздрагивала при каждом резком движении.

— Так в чём дело? — наконец спросил Зак. — Ты позвал нас, а теперь стоишь и молчишь. Не трать наше время.

— Ах… Даже после стольких лет, ты совсем не изменился. Всё такой же нетерпеливый, — с нотками ностальгии сказал Красный.

Зак нахмурился, явно раздумывая, не перейти ли от слов к делу.

— Смотрю, вы пришли без масок, — заметил Красный.

— Какой смысл? — пожал плечами Зак. — Ты и так нас знаешь.

— Верно, — кивнул Красный. — Что же, думаю, мне тоже нет смысла скрываться.

Он стянул капюшон, развеивая наведённую темноту.

Это был Вейерс. То же лицо, те же волосы, те же оранжевые глаза с вертикальным зрачком. Вот только теперь в его глазах не горела агрессия, волосы были аккуратно расчёсаны, и весь его облик дышал спокойной уверенностью.

— Полагаю, вы не особо удивлены, — сказал Красный. Без вшитого в одеяния искажающего заклятья его голос тоже был знаком. Только тише и спокойнее. — Но, надеюсь, это сойдёт за жест доброй воли. Что бы вы ни думали, я не чудовище, и искренне рассчитываю, что мы сможем договориться.

Зориан пару секунд разглядывал парня, потом покачал головой.

— Вы говорите «жест доброй воли» и показываете нам фальшивое лицо, — сказал он. — Как вы собираетесь договариваться, начиная переговоры столь явной ложью?

Кажется, Вейерс даже растерялся.

— Ты зря усложняешь, — закатила глаза Сильверлэйк. — Он это. Кто ещё это может быть?

— Нет, он не Вейерс, — не уступал Зориан. — Это просто бессмысленно.

Зак едва заметно нахмурился. Он явно не понимал, почему Зориан так уверен, но не хотел ему помешать.

Зориан не винил его. Он давно подозревал, но лишь увидев истинный контракт Зака с ангелами, сумел всё сопоставить…

— И что, мне теперь доказывать, что я Вейерс? — весело хохотнул Красный. — Какое доказательство тебя удовлетворит?

— Каждый студент сдаёт академии сигнатуру своей маны, — внезапно сказал Ксвим, доставая из кармана пиджака и демонстрируя всем безобидно выглядящий стеклянный шарик. — Если утверждаете, что вы Вейерс, это можно очень легко доказать.

Красный пару секунд смотрел на шарик, потом залился лающим смехом.

— О чёрт, — отсмеявшись, выдохнул он. — Поверить не могу, что забыл что-то столь простое…

Сильверлэйк ошарашенно смотрела на него.

— Что, уже не чувствуешь себя самой умной? — пренебрежительно спросил Красный. — Ты была со мной все эти дни и ничего не заподозрила, а мистер Казински всё понял с первого взгляда. Может, это тебе следовало бы к нему присоединиться?

И, отвернувшись от ведьмы, развернулся к Зориану.

— Думаю, ты уже знаешь, кто я на самом деле? — он чуть наклонил голову с довольной улыбкой.

— Вы Джорнак, юрист, друг Вейерса, — ответил Зориан. — Думаю, Вейерс познакомил вас с Заком, вы сошлись, потому что оба были лишены законного наследства. Он так и не узнал, что вы связаны с Тайным Орденом Звёздного Дракона, пока не стало слишком поздно.

— Культ Дракона для меня ничто, — сказал Красный, всё ещё в обличье Вейерса. — Я никогда не был им действительно предан, даже до петли.

— Тогда почему… — растерянно глядя на него, спросил Зак. — Если Зориан сумел выйти из петли, почему ты…

— Ты не понимаешь, — грустно покачал головой Красный. — Ты просто не понимаешь, как я ни пытался тебе объяснить. Эти знания… эта сила… сама просится в руки. Выйдя из петли, Шутур-Тарана изменил весь мир. Так почему не я? Почему не мы?

Зак не нашёлся с ответом.

— Вы не обращали внимания, что последние годы творится в стране? — спросил Красный, глядя на Зориана. — Поначалу я хотел лишь добиться справедливости для себя и Зака. Но я не мог не смотреть… и видел всё больше и больше ужасного. Наше благополучие построено на лжи, воровстве, невероятной коррупции и откровенных убийствах. Даже добейся мы справедливости для себя — это была бы капля в море.

— Другие страны не лучше, — заметил Аланик.

— Да! Да, я знаю! — энергично согласился Красный. — Я смотрел и на них, они были не менее отвратительны. И даже если закрыть глаза на всю несправедливость — нынешний мир лишь краткая иллюзия. Грядут новые Войны Раскола, неся с собой боль и ненависть. Надо что-то делать. Я должен что-то сделать. Но Зак и слышать ничего не хотел. Он собирался остановить вторжение, забрать деньги у опекуна и жить, отвернувшись от всего мерзкого, что есть на свете. Нам была дана столь небывалая возможность, а он собирался упустить всё сквозь пальцы.

— Не хочу тебя огорчать, но вообще-то ты собираешься истребить город-миллионник и скормить души жителей машине по производству призраков, — ответил Зак. — Если это и есть твоё «надо что-то делать», ничуть не удивительно, что прежний я и слышать ничего не хотел.

— Если бы ты согласился работать со мной, то столь экстремальные меры и не понадобились бы, — возразил Красный. — Хотя да, некоторые неприятные моменты неизбежны. Темнее всего перед рассветом.

После слов Красного — Джорнака — повисло короткое молчание. И Джорнак воспользовался моментом, чтобы принять свой истинный облик. Он глубоко вдохнул и вдруг стал выше, лицо потекло, изменяясь… Несколько секунд — и Вейерс пропал, сменившись памятным Зориану обликом Джорнака…

…за одним исключением. В глазах этого Джорнака горела решимость — которой и близко не было в петле. Тот Джорнак был нервным, боящимся риска обывателем, и не мечтавшим изменить мир или организовать грандиозный заговор. Зориан точно знал это — он несколько раз читал юриста и не нашёл ничего подозрительного.

С другой стороны, разве сам Зориан не такой же? Просто еще одно подтверждение, насколько временная петля меняет людей. К добру или к худу.

Разумеется, это могло быть новой маской… но Зориан сомневался в этом. Вполне вероятно, что Джорнак и есть Красный. Вот зачем было вычёркивать Вейерса из петли и памяти Зака — Вейерс знал, что Джорнак ведёт себя неестественно, и врывался в класс в начале каждого цикла, где мог пересечься с Заком. И если Зак говорил с Вейерсом — тот запросто мог рассказать, что его лучший друг пропадает из дома или делает всё более и более странные вещи из цикла в цикл. Если Джорнак хотел скрыться от Зака, Вейерс должен был исчезнуть.

— А знаешь что? Почему бы тебе не рассказать, зачем ты позвал нас? — внезапно сказал Зак. — Не затем же, чтобы предложить объединиться, верно?

— Нет, я знаю, что это невозможно, — ответил Джорнак. — Никто из вас не хочет замарать руки, даже ради того, чтобы предотвратить ещё большие страдания. Нет, я пригласил вас, чтобы предложить перемирие.

— Перемирие? — удивился Зориан.

— Да. Я хочу, чтобы мы не сражались до летнего фестиваля, — уточнил Джорнак. — Мы решим всё в грандиозной последней битве, как это и должно было быть изначально. А пока вы не трогаете нас, мы не трогаем вас.

— Эта сделка куда выгоднее вам, — заметил Зориан. — С какой стати нам подставляться, соглашаясь?

Джорнак улыбнулся и достал бурый камень с грубо изображённым символом огня. В булыжнике не было ни грана магии, и Зориан не припоминал символ — но заметил, как побледнел Зак.

— Потому что мои призрачные бомбы уже во всех крупных городах континента и готовы активироваться по моей команде. Потому что я знаю кого и в какой последовательности убить, чтобы начать всеобщую войну. И, — он помахал камнем, — потому что Огань и его стая работают на меня. Выбирай.

Глава 97. Иллюзии

На крыше академии воцарилось напряжённое молчание. Угрозы Джорнака накалили и без того опасную обстановку — на взгляд Зориана, малейшего подозрительного движения хватит, чтобы немедленно вспыхнула схватка.

Вероятно, этого не произошло лишь по одной причине — обе стороны понимали, что не смогут разделаться с противником. Они не просто так выбрали местом встречи академию — открытое место, рядом дежурят сильные маги, наконец, мощные обереги, доступа к которым нет ни у кого из присутствующих. Если начнется сражение, удержать оппонентов и нанести решающий удар не выйдет. Все просто впустую раскроют свои козыри и привлекут к их тайной войне ненужное внимание.

Зориан разглядывал камень в руке Джорнака, обдумывая услышанное.

Призрачные бомбы были предсказуемым ходом, хоть Зориан и не ожидал, что враг использует их вне Сиории. Он думал, бомбы нужны для поддержки вторжения, но уж никак не для того, чтобы выторговать перемирие. Что же до серии убийств, чтобы развязать войну… он пока не решил, стоит ли верить Красному. Как бы Джорнак проверил действенность способа? Зак ни разу не упоминал внезапно начавшиеся войны, а он не стал бы умалчивать о подобном. Скорее Джорнак строит предположения на основе собранных в петле сведений — но далеко не факт, что серия убийств действительно вызовет войну.

С другой стороны, та судьбоносная стычка с Кватач-Ичлом, что впустила Зориана в петлю, отправила Зака в кому на несколько циклов… И вполне вероятно, что и сам Зориан несколько циклов провел без сознания. Может быть, именно в эти «потерянные циклы» Джорнак и проверял свои грандиозные замыслы…

И, наконец, Огань — печально знаменитый дракон-маг, уничтоживший целую армию и двух из Одиннадцати Бессмертных. Чудовище, веками державшее в страхе северную Алтазию. Всё так, Огань невероятно опасен даже по меркам драконов — но почему Джорнак назвал его имя с такой гордостью? Разве Зак не убил Оганя? Зориан точно помнил череду коротких циклов, а затем…

Хмм.

Он покосился на Зака — против ожиданий, упоминание дракона-мага явно обеспокоило напарника.

[Что я упускаю?] — телепатически спросил он. — [Разве ты не доказал, что можешь одолеть Оганя?]

[Не уверен, что смог бы повторить это даже в петле, не говоря уже о реальном мире,] — тут же отозвался Зак.

[Хочешь сказать, это была случайность?] — удивился Зориан.

[Никакая не случайность,] — сердито подумал в ответ Зак. — [Я честно победил Оганя. Но… скажем так, я победил перебором, пользуясь тем, что помнил прошлые схватки, а он нет. Если я не угадаю со временем, не застану его врасплох, не буду знать, чем он ответит на мои заклятья… Не уверен, что смогу победить его в бою.]

Хех… Нечасто услышишь такое от Зака. Если напарник и был в чём-то действительно хорош, то это сражения. С другой стороны, его главное преимущество — огромный резерв маны — куда менее действенно против драконов. У них у самих невероятные по людским меркам резервы.

[Этот Огань сильнее Кватач-Ичла?] — спросил Зориан.

[Даже не близко,] — не раздумывая, ответил Зак. — [Он знает куда меньше заклятий, его здоровенное тело не так-то просто телепортировать, и его достаточно убить один раз. Старая груда костей — самый грозный противник, которого я встречал. Но всё равно, Огань очень силён. И хуже того — у него есть ученики.]

[Ученики?] — заинтересовался Зориан. — [В смысле — драконы?]

[Кто же ещё?] — ответил Зак. — [Драконы — по натуре одиночки, но драконам-магам нужно передавать свои знания следующим поколениям, иначе их традиция просто исчезнет. Так что они берут молодых драконов в ученики, но если большинство берет одного, то Огань сильнее и решительней большинства. На данный момент у него два ученика.]

Вот черт.

[Три дракона-мага,] — оценил Зориан. — [Хреново, даже если ученики только начали обучение.]

Стая из трёх драконов — уже скверно, но если это три дракона-мага… Тут даже Зак и Зориан дважды подумают, стоит ли связываться.

— Вы наговорились? — внезапно спросил Джорнак. — К вашему сведенью, под стаей Оганя я не имел в виду двух его учеников. Огань давно договаривается с другими, даже обычными драконами. Не знаю, слышали ли вы, но с расширением Эльдемара и других северных стран в пустоши, отношения между людьми и драконами становятся всё хуже и хуже. При всём их индивидуализме, драконы всё же разумные существа и понимают, к чему это ведёт. Многие подумывают объединиться, пусть даже временно, чтобы сдержать или хотя бы перенаправить наступление людей — и Огань естественный лидер для подобного объединения. Если он выступит против Эльдемара, за ним пойдут два, а то и три десятка драконов.

Зориан, не удержавшись, вздрогнул. Первым порывом было отмести слова Джорнака, посчитать блефом, но… драконы действительно иногда объединялись против людей. Обычно — в ответ на угрозу гнездовьям, или когда за короткое время убивали много драконов, но тем не менее.

И если действительно соберется три десятка… Чтобы их остановить, потребуется целая армия — но армия за ними не угонится. Стая Оганя сможет беспрепятственно носиться по Эльдемару, испепеляя всё на своём пути и просто сбегая, когда им дадут серьезный отпор. Разобраться с ними сможет лишь целая группа сильнейших магов, на сбор такой группы уйдут месяцы. А если при этом начнут гибнуть лидеры, и континент окажется на грани войны… не факт, что группу вообще удастся собрать.

Кстати, довольно любопытно. Некоторые драконы дружелюбны по отношению к людям, но Огань точно к ним не относится. Учитывая характер старого ящера, договориться с ним ой как непросто — но Зак не сомневается, что камень в руках Джорнака — подлинная визитка Оганя. А значит, Красному это удалось.

Судя по всему, пока Зак и Зориан углубляли свои знания и оттачивали навыки, Джорнак учился манипулировать влиятельными группировками. Наверное, правильное решение, если он собирался добиться глобальных перемен, а то и создать свою собственную Икосианскую Империю. Одной личной силы для этого недостаточно.

И если подумать, выбор Джорнака вполне мог быть продиктован необходимостью. Если он, как полагал Зориан, начал с временного маркера, то вполне логично искать способы использовать других людей. Он не был мастером магии и у него не было бесконечного времени, чтобы им стать — всего несколько циклов.

— А знаете, ничего из перечисленного не отвечает на мой вопрос, — заметил Зориан. — Отсрочка конфликта до летнего фестиваля нам невыгодна. Вы с Сильверлэйк умрёте, если не выпустите первозданного, а попытаться можете только раз, в конце месяца. Понятно, что вы хотите отложить сражение. Однако мы с Заком наоборот заинтересованы решить всё как можно скорее. Вы не ответили, зачем нам соглашаться, просто угрожали, пытаясь шантажом заставить нас принять невыгодное предложение.

— Совершенно верно, — слегка кивнув, спокойно ответил Джорнак. — По правде говоря, я не думаю, что текущий конфликт можно удержать под контролем. Прошло всего несколько дней, а ситуация уже критическая. Такими темпами, хотим мы того или нет, мы вовлечем в конфликт власти Эльдемара. Даже подконтрольная нам местная Гильдия не сможет скрыть происходящее. И тогда освобождение первозданного будет практически невозможно.

— Вы проигрываете и потому обратились к отчаянным мерам, — сказал Зак.

— Я бы выразился иначе, — осторожно ответил Джорнак. — Но несомненно, я и Сильверлэйк сейчас не в лучшем положении. Мы поклялись первозданному жизнями и не можем избежать ответственности. Если к концу месяца мы не освободим Панаксета, всё будет бессмысленно. Но в таком случае, почему бы мне не забрать и вас на тот свет? Очевидно, если загоните меня в угол, я обращусь к более радикальным мерам.

— Зориан прав. Это просто откровенный шантаж, — хмурясь, заявил Зак.

— Просто объясняю свою логику, — возразил Джорнак. — Как по мне, эскалация — логичный шаг в случае подобного развития событий. Сейчас Эльдемар может спокойно разобраться с происходящим в Сиории. Но если я развяжу новые Войны Раскола, наводню крупные города призраками и натравлю стаю драконов на север Эльдемара… Возможно, властям будет не до меня. Хоть какой-то шанс всё же лучше, чем никакого, согласны?

Зак и Зориан промолчали.

— Видите ли, я считаю вас здравомыслящими людьми, — продолжил Джорнак, не смущаясь под их ледяными взглядами. Скорее наоборот, оживился, начал жестикулировать. — Вы не побежали докладывать обо всем короне. Вы пощадили Вейерса, хотя он очевидно как-то связан со мной. Вы пришли на встречу и выслушали меня. Думаю, вы будете благоразумны. Ведь если вы согласитесь на перемирие, у вас по-прежнему будет шанс победить. Да, вы потеряете некоторое преимущество, но шансы останутся. Если же вы не оставите мне выбора — проиграют все.

— Будь вы на нашем месте, вы бы согласились? — внезапно спросил Ксвим, перебивая объяснение.

Джорнак помедлил, открыл было рот, но закрыл и покачал головой.

— Да ни за что.

Сильверлэйк засмеялась — резкий, каркающий смех, что больше подошел бы старой ведьме, а не молодой женщине.

— Тогда почему вы называете это благоразумным? — не отступал Ксвим.

— Потому что вы — не я, — ответил Джорнак. — Я бы не согласился, потому что готов к жертвам и разрушениям, если они ведут к моей победе. Я давно принял, что такова цена моей мечты. Вы же? Не думаю, что вы готовы принести такие жертвы.

Вероятно… он был прав. Возможно, если бы решение принимали Ксвим и Зориан… Возможно, они бы хладнокровно проигнорировали угрозы и продолжили наступление. Но ни Зак, ни Аланик ни за что не согласятся. Особенно Аланик — жрец явно дорожил Эльдемаром, не людьми, а самой страной.

Некоторое время царило молчание — Зориан и его группа обсуждали сложившуюся ситуацию телепатически. Судя по коротким взглядам и едва заметным движениям, Джорнак и остальные тоже переговаривались с помощью магии — хотя неизвестно, телепатически или как-то иначе.

Скорее всего, как-то иначе — ведь все трое были под Пустым Разумом.

Хорошо, что не стали брать с собой Копьё Решимости, — отвлечённо подумал Зориан. Её телепатическая мощь была бы бесполезна, а её познания в других областях магии сравнительно скромны. И она не может не то что телепортироваться — даже просто улететь. Случись битва — она стала бы натуральной гирей у них на шее, не способная драться или бежать, но достаточно важная, чтобы Джорнак и Кватач-Ичл стремились её прикончить.

Хорошо, что она осталась в безопасности своего поселения.

— Если мы согласимся сейчас — откуда нам знать, что завтра вы не потребуете новых уступок, угрожая всё разрушить? — наконец спросил Зак.

— Как мы уже договорились, это соглашение в наших интересах, не в ваших. Зачем мне рисковать им? — приподнял бровь Джорнак. — Как по мне, это я должен опасаться. У вас все основания согласиться сейчас и вскоре нарушить слово. Откуда мне знать, что вы не воспользуетесь перемирием, чтобы накопить сил, а потом напасть на нас до срока? У меня нет никаких гарантий. Всё, что я смогу — лишь привести угрозы в исполнение.

Зориан цокнул языком. Выходит, соглашение ничем не гарантировано и будет разорвано, как только одна из сторон перегнет палку. А пробовать, насколько далеко можно зайти, будут все — как только разрыв соглашения окажется выгоден одной из сторон, оно немедленно будет разорвано.

— Угрозы, сплошные угрозы, — мрачно сказал Зак. — Имейте в виду, если потом придёте требовать ещё — я атакую без разговоров, и плевать на последствия.

— Значит ли это, что мы договорились? — удовлетворённо ухмыльнулся Джорнак.

— Ха-ха! Ну конечно договорились, — встряла Сильверлэйк, вскочив с сотворённого стула и демонстративно потянувшись, шагнула вперёд, невзирая на раздражённый взгляд Красного. — У них кишка тонка рисковать мирными жителями… Тем более, что они только что выяснили — жизнь Зака висит на волоске. Конечно они хотят взять паузу и разобраться, что с этим можно сделать.

Напряжение возросло ещё сильнее. Зориан так и знал, что Сильверлэйк неспроста рассказала им о контракте — похоже, одной из целей было склонить их к согласию на переговорах. Ведьма была права — им были нужны время и средства, чтобы разобраться с новой проблемой. Недоступные в условиях постоянных боёв время и средства.

— Как вы вообще узнали? — хмуро спросил Зак, но не у Сильверлэйк, у Джорнака. Он явно считал источником информации именно юриста. — Как, если я и сам не знал?

— Ты знал, — покачал головой Джорнак. — Ангелы не сказали тебе, кто они, но ты не совсем идиот.

Зак наградил его убийственным взглядом, но промолчал.

— В мире не так много сил, способных совершить подобное. В итоге ты догадался, кто стоял за контрактом, и наведался в церковные архивы — узнать, нет ли у них записей о схожих договорах. У них были. У них даже были образцы ангельских контрактов — много, очень много образцов. И пусть они не относились к твоей ситуации, в них хватало подсказок для тех, кто знал, где искать. Ты принёс их ко мне, и мы вместе постарались выяснить суть твоего контракта. Не скажу, что полностью понимаю его — я не видел сам текст, а тебе запрещено говорить о нём — но я знаю достаточно.

Зориан не удивился. Еще когда ангел проявил текст договора, он сразу отметил, что контракт написан языком юристов. Современным, привычным языком, как любой официальный документ в Эльдемаре. Такое скорее ожидаешь от тех же юристов в Сиории.

Что означало — у ангелов большой опыт подобных договоров. Зак — далеко не первый их избранник, должны были быть и другие, множество других. Возможно, далеко не все договоры заверялись божественной магией — тогда при всей скрытности ангелов где-то должны быть образцы прежних контрактов.

И с этими образцами, помощью настоящего юриста и каплей вдохновения… уже вполне возможно выяснить, что происходит и как рассказать об этом другим, не активируя ангельские закладки.

— А знаете, — начала Сильверлэйк. — Освобождение Панаксета вовсе не обязательно должно быть окончательным.

Зориан странно посмотрел на неё.

— Наш договор требует лишь чтобы мы выпустили первозданного из темницы, — продолжила она. — И всё, дальше можно делать что угодно, даже самим запечатать его обратно.

— Это говорит лишь о том, что Панаксет не сомневается, что, вырвавшись из божественной темницы, справится с чем угодно — включая наши объединённые силы, — ответил Зориан. — Или вы хотите сказать, что сможете запечатать его?

— Не знаю, в курсе ли ты, но боги наложили на его темницу множество закладок — как и на все темницы первозданных, — ответила Сильверлэйк. — В момент освобождения Панаксет будет сильно ослаблен. Даже сам первозданный не знает до конца, насколько закладки ранят его. Будь Панаксет в своей полной силе — я бы даже не думала выступить против него, но если он будет сильно ослаблен — это становится возможным. Да даже эти культисты, собирающиеся подчинить Панаксета. Возможно, они не такие кретины, как кажутся. Да, они переоценили свои ментальные возможности, но будь с ними мастер-телепат и сотни его друзей-аранеа…

— Нет, — отрезал Зориан.

— Просто мысли вслух, — беззаботно ответила Сильверлэйк. — Не думаю, что смертным под силу подчинить сущность уровня Панаксета, но, возможно, мы сможем смутить и замедлить его достаточно, чтобы запихнуть обратно в темницу. Разве не здорово? Я, Красный… прошу прощения, Джорнак… поверить не могу, что хренов молокосос врал мне из-за такой мелочи… и что я поверила ему…

Зориан раздражённо посмотрел на бормочущую ведьму и заработал каркающий смех в ответ. Похоже, от некоторых привычек не так-то просто избавиться, даже вернув молодость.

— В любом случае, если вы согласитесь — нам вообще незачем ссориться. Мы вывернемся из-под контракта, первозданный останется запечатанным к концу месяца, то есть по крайней мере часть ангельского контракта будет выполнена. У нас больше не будет причин драться с вами или поддерживать вторжение. И все довольны!

— Неужто вы забыли про меня, раз я стоял молча? — поднял бровь Кватач-Ичл. — Я определённо не буду доволен таким финалом. А когда я недоволен, почему-то никто не бывает доволен.

Сильверлэйк цокнула языком и неприязненно посмотрела на Джорнака.

— Я же говорила, не надо брать его с собой, — вслух заявила она. — Толку от того, что он здесь?

— К слову, мне тоже кое-что любопытно, — вмешался в их перепалку Зориан. — В частности, почему Кватач-Ичл не возражает?

— Что ты имеешь в виду? — с интересом посмотрел на него древний лич.

— Разве не в ваших интересах, чтобы Джорнак исполнил свои угрозы? — спросил Зориан. — Почему вы помогаете ему добиться перемирия? Почему не сорвать переговоры и не нанести Эльдемару максимум ущерба? Разве вы здесь не за этим?

— Ха, — ответил лич. — На самом деле нет. Я хочу изменить континент в интересах Улькуаан Ибасы, а не сеять повсюду хаос и неопределённость.

— А, точно, теперь вспомнил. Вы хотите сделать Фалкринею локальным гегемоном, — сделал вид, что рассуждает вслух Зориан, добавив пару «случайных» жестов. Жестов, которые он выучил, путешествуя по Кслотику с Заком и Неолу. Жестов, незнакомых никому, кроме тех, кто бывал на южном континенте. — Но разве ослабление Эльдемара и соседних стран не пойдет на пользу плану?

— Похоже, ты многое знаешь обо мне, — оценивающе посмотрел на него Кватач-Ичл. — Видимо, мы много общались в прошлом. Любопытно, учитывая то, что мы, по сути, естественные враги. Но в любом случае, не думаю, что я с тобой согласен, и давай закончим на этом. К тому же, почему ты советуешь мне развязать новую континентальную войну — разве это не в ущерб твоим интересам?

— Мне просто было любопытно, — ответил Зориан и замолчал.

Джорнак и Сильверлэйк с подозрением смотрели на них, явно смутно догадываясь, что между строк было что-то еще, потом пожали плечами и продолжили переговоры.

Они говорили еще час, большую часть которого обменивались завуалированными — и не очень — угрозами, но в итоге пришли к некому согласию.

Перемирию быть. Зориан не знал, сколько оно продлится, и был готов признать, что собирается нарушить его при первой же удобной возможности. Наверняка Джорнак и Сильверлэйк думали так же. Но на данный момент открытый конфликт между их группами был приостановлен.

Крыша опустела и долгое время хранила ночную тишину — потом туда вновь телепортировались двое.

Одним был Зориан.

Вторым — Кватач-Ичл.

— Итак, — начал древний лич. — Чем обязан приглашению, мистер Казински?

— Я хочу попытаться отговорить вас от вторжения, — прямо ответил Зориан.

Кватач-Ичл поднял бровь.

— Продолжай, — спокойно сказал он.

— Поправьте меня, если я ошибаюсь, — начал Зориан. — Но вы планируете выпустить первозданного, чтобы он разрушил всё в округе, а затем ангелы остановили его, прежде чем он причинит слишком большой ущерб. Вы видели мощь ангелов собственными глазами и не сомневаетесь в них. То есть освобождение Панаксета уничтожит Сиорию и нанесёт тяжёлый урон Эльдемару, но не затронет Улькуаан Ибасу и даже остальную Алтазию.

Пару секунд лич молча смотрел на него.

— Повторюсь, ты многое обо мне знаешь. Любопытно. Очень любопытно. Интересно, насколько тебе помог мой… другой вариант. Но оставим этот разговор на потом. Да, примерно так я оцениваю ситуацию. Я ошибаюсь?

— Да, ошибаетесь, — сказал Зориан. — Я призывал ангела, и он… оно… в общем, я говорил с ним.

Он извлёк из кармана куб и показал личу. Он сам ещё не успел изучить артефакт и его свойства, но надеялся, что Кватач-Ичл, с его огромным опытом, опознает работу ангелов.

Кватач-Ичл подался вперёд, изучая куб. Он не просил дать подержать — да Зориан бы и не дал — но наконец выпрямился и перевёл дух.

— Судя по всему, это был ангел из верхушки их иерархии, — похоже, это произвело на лича некоторое впечатление. — С другой стороны, учитывая ситуацию, этого и следовало ожидать.

— Ангел сказал мне о закладках, что упоминала Сильверлэйк. Это не просто локальный эффект вроде божественного оберега или записанного заклятья, — Зориан убрал куб обратно в карман. — Это защита, вшитая в ядро нашего мира… и её активация повлечёт глобальный эффект. Я не знаю, какими будут последствия, но нет никаких гарантий, что Улькуаан Ибаса не пострадает.

Кватач-Ичл слегка нахмурился, молча слушая его.

— Не менее важно, — продолжил Зориан. — То, что если первозданный освободится, ангелы получат право вмешаться в дела материального мира. И в этом случае они собираются устранить всё, что их не устраивает. Вроде людей, сбежавших из временной петли, или одного надоедливого лича, что заварил всю эту кашу…

— Понятно, — спокойно сказал Кватач-Ичл. — Хочешь сказать, если я выпущу первозданного, то мной займутся ангелы.

— Да, — подтвердил Зориан.

Лич пристально смотрел на него, словно пытаясь заглянуть в его душу и понять, говорит ли он правду. Зориан без колебаний встретил взгляд бессмертного мага. Прошедшие годы и пройденные битвы закалили его, он не боялся.

— Думаю, ты преувеличиваешь, — наконец сказал Кватач-Ичл, отводя взгляд и задумчиво постукивая пальцем по ноге. — Да, такая опасность определённо есть, но ангелов связывают многие запреты. В любом случае, если бы я боялся риска, то никогда не стал бы тем, кто я сейчас. Одно из главных достоинств лича — можно ввязываться в сумасшедшие авантюры и не умирать… окончательно.

Зориан нахмурился. Сказать по правде, он не рассчитывал переубедить лича — но и не думал, что тот просто отметёт предупреждение. С другой стороны, он прав — личи идеально подходят для рискованных авантюр. У них есть точка воскрешения, что почти так же хорошо, как временная петля.

Ну что же. Попытаться стоило.

— Потом не говорите, что я вас не предупреждал, — покачал головой Зориан и отвернулся, собираясь уходить.

— Ты собираешься вывезти своих близких в Кос, в поместье Тараматула? — внезапно спросил Кватач-Ичл.

Зориан дернулся, рывком разворачиваясь к личу. И потрясённо уставился на него.

— Не надо так на меня смотреть. Сильверлэйк знает об этом, так что само собой, я и этот Джорнак тоже знаем, — прямо сказал лич. — Не стоит этого делать. Каким-то образом за время петли Джорнак разобрался в устройстве моих врат, паршивый ворюга. Прямо сейчас, пока мы разговариваем, он отправляет симулакрума в Кос, строить врата. Отправишь всех близких туда — отдашь их ему прямо в руки.

— Почему… — начал было Зориан.

— Он мне не нравится, — сказал Кватач-Ичл. — К тому же, он собирается подмять весь континент. Хотел бы я сказать, что он самоуверенный дурак, замахнувшийся на то, что ему не по плечу — но эта ваша петля — чертовски сильный аргумент. Если он прав и первый император Икосии пришёл к власти тем же путём — я не могу игнорировать угрозу. Предпочту, чтобы к концу месяца его не стало, даже если это означает вашу победу. По крайней мере ты и мистер Новеда лишены политических амбиций.

— А если это означает провал вашего вторжения? — поинтересовался Зориан.

— Вы согласились на перемирие ещё и потому, что у вас всё равно остаётся шанс победить, даже с этой уступкой, — сказал лич. — Я оцениваю свои шансы так же. Увидимся на поле битвы, мистер Казински.

И прежде чем Зориан успел ответить, Кватач-Ичл исчез.

Вскоре после этой встречи Зориан отправился переговорить с Копьём Решимости. Отчасти для того, чтобы пересказать итоги — пусть она и не участвовала в переговорах, она по-прежнему важный союзник, знающий о петле. К тому же именно аранеа проводили больше всего рейдов против захватчиков и их мозговых крыс, так что следовало незамедлительно сообщить ей о перемирии.

Но видел бы их сейчас кто-то из своих — не поверили бы глазам. Зориан и Копьё Решимости встретились не в подземельях Сиории — они прогуливались по центральному парку, на виду у всех. Бесчисленные толпы людей всех возрастов прохаживались по аллеям, разговаривали, спорили и смеялись — но никто не обращал особого внимания на подростка и гигантского паука. Некоторые с любопытством косились на Копьё Решимости — очевидно, они прекрасно её видели — но потом, как ни в чём не бывало, продолжали свой путь, не беспокоясь о гигантском пауке в центральном парке.

Пробегавшие мимо дети уронили мячик; матриарх ловко остановила его длинной волосатой ногой — ноги аранеа были куда проворнее, чем казалось Зориану — и легонько толкнула назад. Дети смущенно поблагодарили её и тут же убежали, громко споря о чём-то своем.

— Интересный опыт, — прокомментировала Копьё Решимости, глядя им вслед. В этот раз она говорила вслух, пользуясь заклинанием, а не привычной телепатией. — Так вот, возвращаясь к нашему разговору… Нет, не думаю, что вы могли сделать что-то ещё. Конечно, вы могли просто отказаться, но так враг, несомненно, привёл бы угрозы в исполнение. Лично я рада, что кризис хотя бы временно предотвращён.

— Почему? — поинтересовался Зориан. — Угрозы Красного не затрагивали вашу паутину.

— Призрачные бомбы наводят на меня ужас, — призналась Копьё Решимости. — Я имела несчастье встретиться с призраками — они легко проходят сквозь камень, и им достаточно коснуться тебя, чтобы нанести серьезные травмы. К счастью, магия разума действует на них — но очень и очень слабо. Сотни или даже тысячи этих тварей в подземельях Сиории — это верная смерть.

— А, — кивнул Зориан. — Тогда конечно.

— И всё же, хоть катастрофа отложена, это лишь временное решение, — продолжила Копьё Решимости. — Даже если перемирие будет соблюдаться, нам всё равно необходимо найти способ защититься к концу месяца. Уверена, ты понимаешь — этот человек в любом случае воспользуется своим оружием.

Над головой пронеслась большая стая голубей — некоторые птицы летели совсем низко, едва не задевая Зориана и других людей. Прохожие останавливались, оживлённо обсуждая птиц, но Зориан и Копьё Решимости продолжали идти.

Наконец они вышли из парка и свернули на ближайшую улицу. Зашли в ресторан, решив немного передохнуть. Разумеется, стулья были рассчитаны на людей и не подходили матриарху — пришлось попросить официантов положить на стулья доски, чтобы аранеа, стоя на них, могла дотянуться до тарелки — и была видна Зориану.

— Кстати, — начал Зориан. — Сколько аранеа в вашей паутине знают о петле?

— Практически все, — отозвалась Копьё Решимости, с интересом изучая столовые приборы.

Зориан тяжело вздохнул.

— Ну разумеется.

— Мне жаль, — ответила она. Что-то не похоже. — У нас быстро распространяются новости. Особенно столь странные, как путешествие во времени. Это было неизбежно — сейчас о петле знают все.

— А если вы попросите разрешения скорректировать их память? — спросил Зориан.

Некоторое время Копьё Решимости молчала.

— Это будет… сложно, — наконец сказала она.

— Но возможно? — с надеждой спросил Зориан.

— Потенциально возможно, — нехотя признала она. — Были случаи, когда паутина решала по той или иной причине стереть память об определенных происшествиях. Но это всегда сложное решение. Мне придётся потратить много политического капитала. И ради чего? В текущей ситуации наша жертва не спасёт твоего друга. Как насчёт этого неубиваемого лича, с которым вы никак не могли справиться? Как насчет Ксвима и Аланика? Как насчет тебя? Не думаю, что честно просить у нас такое.

— Я говорил с Ксвимом и Алаником, — сказал Зориан. — Они… в принципе могут согласиться утратить часть воспоминаний. Думаю, их можно убедить.

— Всё ещё остаются проблема лича — и тебя, — напомнила матриарх.

— Да, верно, — согласился Зориан. — К слову, что насчёт меня? Как думаете…

— Нет, — оборвала его Копьё Решимости. — Я видела твои мысли. Жизнь в петле — практически основа твоей личности. В ней ты провёл не меньше времени, чем снаружи. На мой взгляд, невозможно стереть память о ней, не разрушив твой разум. Решительно не рекомендую.

— Понятно, — тихо сказал Зориан. Какая-то часть его даже испытала облегчение. Терять столь большой кусок воспоминаний не хотелось.

Но как тогда спасти Зака? Неужели Панаксет был прав, и должен остаться кто-то один?

Мелькнула мимолётная мысль — а ведь он куда эгоистичнее Зака. Зак уже решил умереть, если для выживания нужно убить друга. Поменяйся они местами — Зориан был отнюдь не уверен, что смог бы принять такое же решение.

Он помотал головой, отгоняя лишние мысли, и вновь сосредоточился на Копье Решимости. Она молча изучала его своими большими чёрными глазами, по-прежнему стоя на досках.

Проходившая мимо официантка спросила, не хочет ли она что-нибудь выпить, ничуть не смущаясь, что говорит с гигантским пауком, но матриарх вежливо отказалась.

— В любом случае, — Зориан обвёл ресторан рукой. — Как вам?

— Город и ресторан? — уточнила Копьё Решимости. Зориан кивнул. — Было интересно. Непривычно.

— Ничто не бросается в глаза? — поинтересовался он.

— То есть кроме факта, что все люди ненормально спокойны в моем присутствии? — риторически спросила матриарх. — Ну, была парочка мелких деталей. Скажем, вибрации, что я ощущаю ногами, не совсем совпадают с тем, к чему я привыкла, и иногда заметно, что разговоры на заднем плане — просто бессмысленный гул, но в остальном очень убедительно.

— Воспроизводить ваше чувство вибраций — тот ещё геморрой, — признался Зориан. — Я старался, но не удивлён, что вышло не идеально.

— Я скорее поражена, что ты смог так убедительно воспроизвести чувства аранеа, — сказала аранеа. — Для этого нужно не столько мастерство менталиста, сколько глубокое понимание нашего мироощущения. Полагаю, в петле ты читал огромное множество разумов аранеа.

— На самом деле я много раз превращался в аранеа, чтобы понять, каково это, — ответил Зориан.

— А. Может быть и мне стоит как-нибудь провести день человеком, — задумчиво сказал Копьё Решимости. — Могу поспорить, это будет незабываемый опыт. Ну что же, может закончим на сегодня?

— Хорошо, — согласился Зориан. — Честно говоря, я уже начал уставать.

Внезапно мир подёрнулся дымкой и истаял, словно распустился по швам. Они сидели на холодном каменном полу в подземельях Сиории.

Город и люди исчезли, как не бывало.

Так оно и было. Вся прогулка происходила в их воображении — это была ментальная иллюзия, поддерживаемая Зорианом.

— Если ты собираешься использовать это, как задумал, тебе нужно ещё практиковаться, — заметила Копьё Решимости.

— Я знаю, — согласился Зориан. — Мне понадобится ваша помощь.

— Никаких проблем, — ответила матриарх. — Может, я недостаточно сильна для прямого боя, это не мой конёк. Но можешь поверить на слово — я очень хороша в магии разума.

После нескольких минут разговора Зориан решил, что ему пора домой. Сегодня был долгий день, и ему лучше как следует выспаться, прежде чем принимать решения.

— Подожди минутку, — попросила матриарх, когда он собрался уходить. — Я понимаю вашу логику и согласна, что мне лучше оставаться в безопасности поселения… Но мне не нравится получать новости из вторых рук. Не обижайся, но меня не устраивает быть полностью зависимой от тебя.

— И?.. — поинтересовался Зориан.

— И я решила назначить тебе спутницу, — ответила она.

— Спутницу? — переспросил Зориан. — Ну… ладно, хорошо.

— Превосходно. Сейчас я её позову. Уверена, вы отлично поладите, — с нотками иронии сказала Копьё Решимости.

Что это она?..

Но прежде чем он успел спросить, в комнату вкатилась маленькая аранеа, прыгнула к нему и в восторге забегала вокруг, осматривая его со всех сторон.

[Привет-привет!] — затараторил в голове радостный голос. — [Я — Исполненная Энтузиазма Искательница Новизны, но ты можешь звать меня просто Новизна! Хочешь быть моим другом? ]

Глава 98. Невидимое глазу

С установлением хрупкого перемирия между путешественниками во времени тайная война в Сиории наконец стихла. Зак и Зориан больше не посылали симулакрумов громить базы захватчиков и устранять их лидеров — и те тоже не стали испытывать судьбу. Зориан опасался, что враги нанесут опосредованный удар — скажем, руками правоохранительных структур, или по кому-то, технически не связанному с парнями, но, к счастью, пока ничего подобного не происходило.

Разумеется, это не означало, что стороны забыли о существовании противника. Зак и Зориан непрерывно отслеживали действия захватчиков, пытаясь разгадать их намеренья и секреты. Например, где спрятаны призрачные бомбы, которыми грозил Красный. Противник тоже вёл слежку, но обе стороны молчаливо признавали за врагом такое право. Перемирие продолжалось.

И пусть это было лишь затишье перед бурей, Зориан был доволен. Наконец появилась возможность сесть и всё обдумать — чего раньше не позволял стремительный бег событий. Они не смогли физически выйти из петли, и ему пришлось убить себя-прошлого. Зак чуть не погиб в самом начале месяца, и точно умрёт в конце, если они не разберутся с ангельским контрактом. Вряд ли, конечно, пара дней передышки натолкнет Зориана на гениальное озарение — но он хотя бы придет в себя.

И конечно перемирие не означало, что можно расслабиться и ничего не делать. Слишком много дел требовали его внимания — так что Зориан уединился в мастерской, пополняя свой арсенал бомб, големов и магических инструментов. Польза и отдых одновременно. Он бы давно всё отложил и что-нибудь смастерил, но раньше решительно не было возможности. Даже одни только тела для симулакрумов и снаряжение для ежедневных боев съедали прорву времени и сил.

Словом, Зориан сидел в мастерской — просторной комнате в особняке Новеда, щедро предоставленной Заком — задумчиво разглядывая блестящую металлическую пластину. Большой деревянный стол перед ним был буквально погребен под кучей инструментов, недообработанных материалов, справочников и листов спешно набросанных чертежей, разобраться в которых, наверное, смог бы лишь сам Зориан. И не только стол — вдоль стены выстроились рослые, угрожающего вида големы, многие всё ещё в полуразобранном виде, со снятой нагрудной броней. В углу пылились металлические цилиндры, густо исписанные светящимися линиями и глифами.

Зориан покосился на незаконченную конструкцию на столе и вновь сосредоточился на пластине. Внимательный наблюдатель уже сейчас мог бы определить, что он собирает довольно большой и сложный механизм в виде куба. Редкие и дорогие кристаллы в центре, куча шестеренок и цепляющиеся друг за друга детали из металла, дерева и камня. Большая часть из них была уже готова, только собрать и наложить заклятья, но над корпусом куба ещё предстояло поработать.

[Что ты делаешь?] — спросил бодрый голосок в голове.

Зориан глянул на Новизну — паучиха слонялась по комнате, ощупывая всё волосатыми ногами (и изредка облизывая, когда думала, что он не видит). Большинство соратников не интересовались его мастерской, просто не разбираясь в артефакторике в достаточной мере — но только не Новизна. Всё человеческое приводило её в восторг, так что она увязалась за ним. Зориан подозревал, что мастерская ей быстро наскучит, но пока паучиха вела себя на удивление прилично.

Даже забавно. Когда-то она казалась ему совершенно невыносимой, он приложил бы все усилия, чтобы от неё отделаться. Сейчас же её выходки… навевали ностальгию. Память о прежних, более простых днях. Днях, когда Новизна могла его чему-то научить в магии разума, когда аранеа были его единственными друзьями. Пусть даже Копьё Решимости собиралась предать его — чего он так и не рассказал её реальному прототипу — он всё равно вспоминал их с благодарностью.

Иногда Зориан размышлял, как бы всё сложилось, переживи аранеа Сиории тот роковой цикл. Был бы итог лучше с ними, или это была необходимая жертва? Ведь без их дерзкого плана Красный вполне мог остаться в петле, а Зориан так и не встретиться с Заком, до самого конца скрываясь в тенях, прячась от врага-путешественника, общаясь лишь с аранеа…

[Эй! Чего не отвечаешь?] — возмутилась Новизна.

Что? Ах да, текущий проект…

[Это секрет,] — покачал он головой.

[Секретный проект…] — она в восторге завозила ногами по полу. Его ответ не расстроил, а наоборот раззадорил паучиху. — [Какое-нибудь оружие? Оо, а может это складной голем, превращающийся в гигантского паука, если назвать секретный пароль?]

[А зачем мне вообще голем в виде гигантского паука?] — поднял бровь Зориан.

[Ну, в виде паука всё становится лучше,] — ответила она, словно объясняя очевидное. — [И я слышала, что мы нравимся людям.]

Зориан с сомнением посмотрел на неё.

[Что? Что?] — ёрзая от возбуждения, спросила она.

[Возможно… это был дружеский розыгрыш,] — дипломатично сказал он.

[Не может быть!] — возмутилась она. — [Я точно знаю что… Ну то есть, вы же любите маленьких пушистых зверьков, верно? Я вчера видела, как твоя сестра играет с той чёрной кошкой, и вообще люди заводят собак и…]

[Боюсь, люди воспринимают вас несколько иначе, чем собак и кошек,] — ответил Зориан. — [На самом деле значительная часть людей… боится пауков.]

[Даже гигантских пауков?] — удивилась Новизна.

[Особенно гигантских пауков,] — хохотнул Зориан.

[Нечестно!] — заныла Новизна, всем своим видом демонстрируя неудовольствие.

Мелькнула дурацкая мысль, понравится ли Новизна обычным людям, если перекрасить её в розовый и добавить блёсток и ленточек. Наверное, он мог бы даже уговорить её попробовать…

Что же, будет чем заняться, если они переживут этот месяц.

К счастью, Новизна не умела долго грустить — вскоре она уже вновь исследовала его мастерскую.

Зориан не вмешивался. Он на миг закрыл глаза, глубоко вдохнул — а когда открыл, металлическая пластина в его руках была плотно исписана заклинательными формулами.

Разумеется, не по-настоящему. Это лишь ментальная иллюзия — визуализация конечного результата на основе имеющихся данных. Отметив несколько потенциально проблематичных участков, он тут же произвёл в уме сложнейшие вычисления — нормальный заклинатель потратил бы полдня на одни только расчёты. Иллюзорные глифы размылись и перестроились в новую структуру с учётом новых данных.

Он несколько раз повторил процедуру, постепенно оттачивая схему. Большинству артефакторов пришлось бы истратить немало маны, изготавливая пробные пластины, и каждый раз часами пересчитывать структуру, но ускоренное мышление менталиста позволяло пропустить несколько этапов.

А не потеряй он накопленных в петле чертежей — ему вообще не пришлось бы рассчитывать заново. Сколько же труда утрачено безвозвратно…

Хорошо хоть сейчас речь шла о заклинательных формулах — в своих навыках в этой области он не сомневался.

Внезапно он осознал, что Новизна добралась до небольшого металлического шара, лежащего на соседнем стуле. Зориан выбросил руку, подхватывая паучиху телекинезом, и мягко, но непреклонно перенес от греха подальше.

— Не трогай, — сказал он вслух. — Это опасно.

Она замерла, глядя на него с непонятным выражением.

— Что? — спросил он.

[А ты страшный,] — сказала она. — [Я не видела, чтобы ты читал заклинания. Просто указал в мою сторону — и я не могу двигаться! А потом просто перенес по воздуху… Я думала, человеческим магам надо что-то бормотать и махать руками, чтобы их магия работала?]

— Обычно надо, — согласился он. — Просто я очень хорош.

Кстати, от этих привычек надо избавляться — маг-подросток не должен владеть неструктурированной магией на таком уровне. Сдерживаться годами будет ой как непросто…

[И как ты вообще узнал, что я делаю?] — продолжила она. — [Ты же сидел спиной ко мне, я видела!]

— От меня по всей комнате тянутся множество тончайших невидимых нитей маны, — пояснил он. — Я чувствую, когда ты пересекаешь их.

[Как невидимая паутина?]

— Да, именно, — согласился он. Этот способ он разработал еще в петле, на основе трюка Тайвен, заполнявшей окрестности облаком маны. Его резерв не позволял такого — но это и не требовалось. Тонкие нити требуют куда меньше энергии, чем сплошное облако, и почти не уступают в действенности. Единственный недостаток — такая «ловчая сеть» требует действительно серьезных навыков плетения — но с этим проблем не было.

[Страаашный,] — с несчастным видом протянула Новизна.

Она оглянулась на металлический шарик и перевела задумчивый взгляд на Зориана.

[Так что это за штука?] — спросила она, указав ногой. — [Ты не возражал, когда я тро… то есть смотрела другие вещи, но тут же вмешался, стоило мне подойти к этой. Что это?]

— Полая металлическая сфера с карманным измерением внутри, — пояснил он. — Чтобы затягивать и удерживать существа внутри. Своего рода переносная тюрьма для сильных монстров.

[Я… не понимаю,] — пожаловалась она. — [Она ловит людей? Но она ведь такая маленькая! Я бы никогда там не поместилась!]

А, ну да… Не все знакомы с концепцией свёрнутого пространства.

— Внутри она больше, чем снаружи. Там целая комната. Ты бы прекрасно поместилась.

Новизна смолкла, обдумывая услышанное.

[Странно-то как,] — наконец сказала она. — [Но тогда не оставляй её где попало. Что если кто-то случайно наткнется, и его затянет? Он может умереть от голода, прежде чем ты проверишь, что внутри!]

— Совсем-то за дурака меня не считай. У сферы есть предохранители. Просто она предназначена для ловли гигантских пауков, так что я не уверен, защитят ли предохранители аранеа. Когда ты пришла, я уже забыл, что оставил её здесь.

[Ааа… Погоди, а почему ты делаешь средства для ловли гигантских пауков?] — всполошилась Новизна.

— Это секрет, — ответил Зориан. — Но не волнуйся, это не касается аранеа.

Для аранеа ему бы не понадобилось таких сложностей — но вслух он, понятно, этого не сказал. Новизна и так смотрит с опаской, нечего подстёгивать её паранойю.

[А теперь мне это, хочется посмотреть её изнутри,] — помолчав, призналась паучиха.

Зориан фыркнул — и он еще старается не напугать бедняжку. Её напугаешь, как же — суёт лапы везде, куда не следует…

— Это тюрьма, так что там ничего нет, — сказал он. — Подожди пару дней, и я покажу тебе нечто похожее, но куда больше и интересней. Там внутри целый дворец. И Принцесса. Я вас познакомлю.

[Принцесса? Ты знаешь кого-то из королевской семьи?] — восхитилась Новизна.

— Нет, Принцесса не имеет официальной власти, но она очень… величественна. Производит впечатление. Уверен, ты никогда не забудешь встречу с ней, — ответил Зориан, сдерживая зловещую ухмылку.

[Хех. А знаешь, ты очень добр ко мне,] — заметила паучиха.

— Ну да, я славный малый, верно? — охотно согласился Зориан.

[Мы знали друг друга? Ну, раньше? В будущем? Ээ… то есть… всё так запутанно… ну, ты понял!] — выпалила наконец Новизна, расстроенно взмахнув передними лапами.

Зориан задумчиво побарабанил по столу. Он не сообщал аранеа многих подробностей петли, и определённо не рассказывал о Новизне — она не играла важной роли.

— Что навело тебя на эту мысль?

[Просто ты как бы слишком хорошо меня знаешь,] — ответила она. — [Так это правда? Мы правда знали друг друга в том будущем, откуда ты пришёл?]

— Ты несколько раз обучала меня магии разума, — признался Зориан.

[Я учила тебя?] — изумилась Новизна. Будь она человеком, у неё наверняка отвисла бы челюсть. — [Но это значит… Я была не просто другом, я была твоим старшим товарищем! Тебе стоит обращаться ко мне уважительнее!]

— Мечтай, — ответил Зориан. — Это была всего лишь пара начальных уроков, к тому же ты младше меня.

[Матриарх сказала, что ты еще не взрослый по людским меркам, а я уже прошла церемонию. Так что вот,] — упрямо заявила Новизна.

Но тут же осела, показывая, что сдаётся.

[Хотя… Если честно… Я это, хотела бы, чтобы ты меня научил,] — призналась она. — [Я как бы… хочу научиться магии людей, а из магов-людей знаю только тебя… Ты ведь не откажешь своему будущему учителю, правда?]

— Не вопрос, — пожал плечами Зориан. — У меня уже есть длинный список людей, которым надо помочь, когда всё образуется — одним пунктом больше, одним меньше… Но тебе придётся подождать до конца месяца.

[Да!] — возликовала она. — [Я подожду! Никаких проблем! Терпение — моя самая сильная черта!]

Лишь нечеловеческим усилием воли Зориан сдержался и не закатил глаза.

[Что?]

— Врунишка, — сухо ответил он.

[Как ты можешь говорить такое своему учителю? Ох уж эта нынешняя молодежь, никакого уважения…]

Зориан задвинул её мысленный голос подальше и сосредоточился на пластине.

Симулакрум номер три сидел в углу небольшой таверны в Сиории, с любопытством изучая окружение. Здесь было темновато, и воздух довольно затхлый, но само место будило воспоминания. Та самая таверна, где он, тогда ещё совсем новичок, встречался с Хаслушем Икзетери, детективом, обучавшим его прорицанию. Сегодня он вновь встретит старого учителя — но уже в реальном мире.

По такому случаю он принарядился. Сейчас Номер Три выглядел пожилым мужчиной с сединой в волосах и впечатляющими усами. Строгий коричневый костюм, потертая деревянная трость, рулон вчерашних газет — самый обыкновенный посетитель подобных заведений. Хотя, судя по косым взглядам, он не совсем попал в образ — может не хватило мастерства, а может тут все друг друга знают и новое лицо автоматически привлекает внимание. Впрочем, неважно — эта личина в любом случае всего на один разговор.

Наконец у столика показалась знакомая фигура. Хаслуш не изменился — всё тот же мятый дешёвый костюм и общее ощущение расхлябанности. Детектив бегло оглядел таверну и встретился взглядом с замаскированным симулакрумом. Его лицо было всё таким же ленивым и сонным, но едва заметные движения выдавали настороженность; эмпатия и духовное восприятие свидетельствовали о том же. Наконец детектив отвёл взгляд, задумчиво почесал нос и как ни в чём не бывало прошествовал к столику Номера Три.

— Приветствую. Не возражаете, если я подсяду? — лениво спросил Хаслуш.

— Ничуть. Я вас затем и пригласил, — ответил симулакрум.

— А, значит, всё-таки вы, — кивнул самому себе Хаслуш. Тяжело плюхнулся на жалобно заскрипевший стул, заказал выпивку. — К чему эти шпионские игры, если не секрет? В письме вы даже своё имя не назвали.

— На то есть причины, — ответил симулакрум. — Узнай вы, кто я — мы оба будем в опасности.

— Но я уже вас видел, то есть… — Хаслуш внезапно замолчал и нахмурился. Радужка сощуренных глаз едва заметно мерцала под действием заклятья прорицания. — Это не ваш настоящий облик?

— Нет, — подтвердил симулакрум, покачав головой. — Для удобства можете звать меня Кесир — хотя имя тоже не настоящее. Я всего лишь симулакрум и развеюсь эктоплазменным дымом, как только мы переговорим, так что следующей встречи не будет.

— Симулакрум? — явно растерявшись, переспросил Хаслуш.

Вполне понятная реакция — симулакрум — высокоуровневое заклятье, такое нечасто увидишь. Вместо ответа Номер Три протянул руку и на миг отпустил контроль — кисть расплылась светящимся голубым дымом, затем вновь собралась воедино.

На эту встречу он пришёл обычным симулакрумом, без голема-носителя внутри. Чем меньше следов, тем лучше. Он не сомневался, что оторвался от ищеек Красного, но лучше не рисковать.

— Будь я проклят, такое не каждый день увидишь, — Хаслуш взял себя в руки, вернув лицу расслабленное выражение. — Но вы уверены, что не ошиблись адресатом? Это похоже на работу для шпионов и агентов короны, а я всего лишь обычный детектив, мистер Кесир.

— По причинам, которые вы скоро поймёте, я не могу обратиться к высокопоставленным лицам — последствия будут ужасны, — симулакрум медленно, напоказ вытянул из кармана большую кожаную папку.

У Хаслуша на миг расширились глаза — столь здоровенная папка никак не могла уместиться в кармане пиджака. Всего лишь временное карманное измерение, но трюки со свёрнутым пространством встречались даже реже, чем симулакрумы.

— Пожалуйста, ознакомьтесь, — сказал Номер Три, передавая пачку документов и терпеливо откидываясь на спинку стула.

Хаслуш стал осторожно листать бумаги, хмурясь и барабаня пальцами по столу. Чем дальше, тем мрачнее становился детектив, а ближе к концу стопки и вовсе заказал напиток покрепче. Конечно, на то, чтобы во всём разобраться, нужно куда больше времени, но даже беглый взгляд рисовал очень мрачную картину.

— Это безумие, — наконец сказал Хаслуш, залпом допив стакан и грохнув его на столешницу. В его сторону даже обернулись за соседними столиками. — Полномасштабное вторжение в город под прикрытием нашей же гильдии магов? Как такое возможно? Заговоров такого размаха просто не бывает.

— Захватчики используют постоянные врата — неслыханный до сего дня приём, к тому же им помогает львиная доля местной верхушки. Всё это более чем возможно.

— Вы один из них, да? — внезапно спросил Хаслуш. — Перебежчик. Иначе вам просто неоткуда взять все эти улики.

— Нет, я не один из них. Но у захватчиков есть на меня определенное влияние, иначе я бы не скрывался. Если я обнародую всё это, последствия будут… катастрофические.

— Серьёзно? — поднял бровь Хаслуш. — Маг вашего калибра…

— Я не сказал, что не смогу сбежать и спрятаться. Я сказал, что последствия будут катастрофические, — уточнил симулакрум.

— Хуже, чем вторжение в город монстров, демонов и нежити? — недоверчиво спросил детектив.

— Да, — просто ответил Номер Три.

Хаслуш подождал секунду, но симулакрум молчал. Рассказывать про призрачные бомбы и угрожающую северу Эльдемара драконью стаю будет уже перебором.

— И то же самое, если документы обнародую я? — спросил детектив.

— Да, — подтвердил симулакрум. — Сказать по правде, враги немедленно поймут, откуда у вас сведенья, так что особой разницы нет. Разве что вас куда проще устранить.

— Прелестно, — спокойно заметил Хаслуш. — То есть вы не хотите, чтобы я это кому-то показывал?

— Очевидно, я не могу помешать вам поступать так, как сочтёте нужным, — сказал Номер Три. — Но я бы не рекомендовал.

— И что же мне тогда с этим делать? — Хаслуш помахал папкой. Он не выглядел сердитым, скорее заинтересованным.

Честно говоря, выдержка детектива впечатляла. Большинство людей отказались бы верить или совсем растерялись. На самом деле Хаслуш был не первым, кому говорили о вторжении, и не был последним — но принял новости лучше всех остальных. Это не означало, что он найдёт решение, но хотя бы внушало некоторую надежду.

— Не знаю, — сказал симулакрум. — Может показаться, что у меня все карты на руках, но на самом деле я тоже в растерянности. Я не шпион и не мастер интриг. Надеюсь, вы разберётесь с этим лучше, чем я.

Пару секунд Хаслуш молча смотрел на него, потом вновь стал листать бумаги. Просто чтобы занять руки — симулакрум видел, что на самом деле детектив не читает, а лишь перетасовывает листы.

Наконец он захлопнул папку и потёр виски.

— Это безумие.

— Да, вы уже говорили, — заметил симулакрум.

— И повторю ещё раз, — хмуро посмотрел на него Хаслуш. — Что же, по крайней мере это объясняет недавние убийства и погромы. Кому вы ещё рассказали?

— С чего вы взяли, что я сказал кому-то ещё? — удивился Номер Три.

— Кому? — настойчиво повторил Хаслуш.

Симулакрум сдался и стал называть имена. Килаэ и другие жрецы — их постепенно вводили в курс дела. Живущие в городе перевертыши, чьих детей могут похитить для ритуала. Несколько полицейских и детективов, самых надёжных из тех, что работали с парнями в петле. И так далее.

— Куда больше, чем я ожидал, — заметил Хаслуш. — Не боитесь, что кто-нибудь проболтается?

— Такая возможность есть, но я верю своему впечатлению о людях, — сказал симулакрум. — Я, знаете ли, маг разума.

Детектив ответил долгой и цветастой руганью, спешно сотворяя заклятья ментальных щитов.

— Ну разумеется, вы еще и маг разума… — пробурчал Хаслуш. — Что же, раз вы любезно предоставили решать мне самому, я навещу остальных, и мы вместе над этим подумаем. Но если решим передать эту информацию выше…

— Вероятно, всё полетит к чертям, — ответил симулакрум. — Хотя… возможно, это и к лучшему. Не думаю, что у сложившейся ситуации вообще есть хорошее решение. Может быть, начать всё раньше времени будет правильным решением. Я поддержу вас, что бы вы ни решили, но я не настолько силён. Не удивляйтесь, если излишняя откровенность приведёт вас к гибели.

— Буду иметь в виду, — задумчиво сказал Хаслуш. — Жить мне ещё не надоело. И я как никто знаю, как грязно играет гильдия магов, когда ей надо оградить кого-то полезного от правосудия… Но не будем о грустном. У вас есть для меня что-то ещё?

— Да, возьмите, — симулакрум протянул ему запечатанный красным сургучом конверт.

— Что это? — спросил Хаслуш, заинтересованно вертя конверт в руках.

— Не открывайте его до конца месяца, — предупредил Номер Три. — Иначе я решу, что конверт попал не в те руки. Там внутри ключ от багажной ячейки. Сейчас она пуста, но если всё пойдет не так — в конце месяца там появятся детальные объяснения и информация для заинтересованных лиц.

— А, страховка на случай вашей смерти? — сообразил Хаслуш, небрежно пихая конверт в карман. — Ладно. Как думаете…

Но симулакрум уже расплывался невесомым голубым туманом.

Последним, что он услышал, были слова Хаслуша насчёт грубиянов.

Сегодня на кухне Имайи собралась большая и интересная компания. Сама Имайя, Зориан, Кириэлле, Каэл, Кана, Реа, Ночка, Тайвен и Ксвим. Не то чтобы они собрались для чего-то серьёзного — взрослые играли в карты, неспешно переговариваясь, в то время как девочки возились с куклами. Сначала они тоже участвовали в игре, но им быстро наскучило — не хватало умения.

Подобные собрания проводились уже несколько раз, но сегодня впервые пришло столько народа. Да и присутствие Ксвима было, мягко говоря, необычно.

Зориан задумчиво тронул одну из своих карт, подчёркнуто не замечая, как сидящая рядом Тайвен тянет шею, пытаясь подглядеть. Даже как-то неловко — на самом деле у него было множество куда более важных и срочных дел. Стоило бы вежливо отказать Имайе и дальше анализировать контракт Зака — но он тоже человек. Иногда и ему хочется расслабиться за игрой в карты, несмотря на стремительно растущие ставки.

В отличие от него, Ксвим был здесь по делу. Новые подробности о контракте Зака и тот факт, что Красный послал симулакрума в Кос готовить засаду, вновь подняли вопрос что делать с родными и близкими. Зориан определенно не собирался оставлять их в городе в разгар сражения, но и раскрыть все карты и выставить их в поместье Тараматула тоже не мог.

В итоге они решили, что эвакуировать близких им людей должен кто-то другой. Кто-то взрослый и авторитетный. Далеко не все согласятся пойти непонятно куда за двумя подростками, а некоторые — та же Тайвен — вообще болезненно реагировали, когда парни в первый раз показывали свои настоящие возможности. Нет уж, взрослый, опытный маг, искусный в пространственной магии, куда лучше — тем более, что Ксвим обещал привлечь к делу Ильзу. Кто, как не лучшая подруга, убедит Имайю выехать из города и затаиться.

Но даже Ксвима лучше представить заранее, так что профессор согласился прийти в гости к Имайе. Официально — как куратор Зориана, обсудить некоторые детали, на деле же — чтобы пообщаться со всеми. Чтобы в день эвакуации в дверь Имайи постучал уже знакомый и уважаемый профессор.

От Зориана же требовалось, чтобы присутствовало как можно больше нужных людей — и он неплохо справился.

— Мистер Чао очень серьезно относится к работе, — заметила Реа, кладя карту на стол. — Нечасто встретишь учителя, лично обходящего учеников. Я видела такое лишь раз, и то учитель пришёл из-за хулиганского поведения ребенка. С другой стороны, Королевская Академия Сиории славится своими высокими стандартами…

— Разумеется, обычно и я не обхожу учеников, — ответил Ксвим, невозмутимо перебивая её карту. Зориан думал, что за карточным столом куратор будет не в своей тарелке, но тот ничем не выдавал дискомфорта. Он не расслабился, но держался с тем же суровым достоинством, что и обычно. — К сожалению, большинство сегодняшних учеников ленивы и не готовы трудиться, чтобы полностью овладеть выбранной специальностью. Они ищут коротких и лёгких путей, а современная система образования прискорбно поощряет такой подход.

— Это из-за Плача, да? — негромко спросил Каэл.

— Действительно, — сдержанно кивнул Ксвим. — Гибель такого числа магов вынудила власти снизить образовательные стандарты академии — во многих областях. С одной стороны, это означает, что дети из обеспеченных, но не магических семей получили возможность обучиться, что я только приветствую. Увы, с другой стороны это повлекло упразднение ряда скучных, но необходимых занятий в пользу «практического обучения». Как будто изучение основ непрактично…

Некоторое время разговор продолжался в том же ключе. Зориан заметил, что Тайвен украдкой смотрит на него — но тут же отводит взгляд, стоит посмотреть в её сторону. Наверное, уже заметила странности — ну, кроме того, что он телепат и дружит с разумными подземными пауками. К счастью, она еще не решилась требовать объяснений — с тем, как она обычно реагировала на откровения, это лучше отложить подальше.

Он всё еще не решил, дать ли ей шанс сражаться в день вторжения или спрятать со всеми в безопасном месте. С одной стороны, это невероятный риск и серьёзная вероятность, что она погибнет. Это будет тяжелейшим ударом. С другой стороны, она боевой маг, жаждущий опыта и репутации, и если предоставить выбор ей — понятно, каким он будет. Вправе ли он решать за неё просто потому, что боится?

Он помнил своё детство и как ненавидел, когда родители решали за него. Родители Тайвен тоже пытались уберечь её, не отпуская на опасные работы, и это её бесило. Если он решит за неё, чем он будет лучше своей матери? Пожалуй, даже хуже — его мать не принуждала его ментальной магией.

Вот же. Ладно, пока это можно отложить. Он подумает об этом завтра.

Внезапно он заметил, куда смотрят взрослые за столом — Кириэлле принесла новую куклу, похвастаться перед подругами. Она уже раскрасила лицо сделанного Зорианом маленького голема и добавила платье и волосы, так что голем и правда напоминал анимированную детскую куклу.

[Надеюсь, вы понимаете, что «игрушка» бросается в глаза, мистер Казински,] — сказал голос в голове. Зориан вздрогнул, но через миг осознал, что это телепатическое послание Ксвима. Куратор не был психиком, и Зориан не видел, чтобы он творил заклятья… С другой стороны, это же Ксвим. Как он сам говорил, для всего есть упражнения плетения. — [Дилетанты могут не понять, но любой приличный маг сознаёт, как сложно изготовить такую вещь.]

[Я знаю, но голем на самом деле не игрушка,] — передал Зориан. — [Под кукольной внешностью полно атакующих и защитных чар. Настоящая машина смерти, даром что маленькая. Таким образом у Кириэлле будет с собой не особо заметный защитник.]

[А,] — в мыслях Ксвима сквозило удивление. — [Признаться, я сам далёк от артефакторики, но ваши таланты в этой области неизменно изумляют. Пожалуй, теперь я понимаю, почему вы не доверяете правительству — даже одни только эти навыки уже подтолкнут их к самым решительным шагам, чтобы подчинить вас.]

[Угу,] — нехотя согласился Зориан. Он знал, что умения рано или поздно придётся раскрыть — но надеялся, что это случится в будущем. Когда у него уже будут своё имя и возможность постоять на своём.

[Однако, мне кажется, подруги вашей сестры завидуют,] — заметил куратор.

[На самом деле я надеюсь, что они тоже попросят «кукол»] — признался Зориан. — [Будут еще два телохранителя.]

Ксвим не ответил, впрочем, ответа и не требовалось.

Наконец игра закончилась и все стали расходиться. Зориан был на полпути к своей комнате, когда внезапно ощутил вливающийся в него поток информации.

Передача от симулакрума, изучающего контракт Зака.

Разобраться в документе было непросто. Сложный и тяжеловесный канцелярский язык, немалый объём. Однако Зориан считал, что уловил основные положения.

Прежде всего — два пункта.

Во-первых, срабатывание божественных закладок в момент освобождения первозданного. Если защита активируется до конца месяца, какими бы ни были причины, миссия Зака будет считаться проваленной. Восприятие самого Зака тут не играло роли — контракт, похоже, был как-то связан с ядром мира и мог сам определить, когда сработают закладки. Зориан не ощущал никаких посторонних связей, но контракт утверждал, что они были — и ему стоило верить. Божественную магию хрен разберёшь, на что и как она способна.

Зориан подозревал, что это и есть основа контракта — пункт о срабатывании закладок определённо важен, недаром он приведён в самом начале и сформулирован так, чтобы исключить двойную трактовку.

Второй пункт — определение знания о временной петле. Зориан надеялся, что исполнение этого пункта целиком зависит от восприятия Зака, то есть можно достаточно легко скорректировать — но все оказалось не так просто. Контракт точно обозначал, что значит рассказать людям о петле — прямое упоминание, описание событий петли, описание будущих событий, достаточно подробное, чтобы вызвать подозрения… Всё это было запрещено. Нельзя даже сказать, что они «из другого мира». Контракт скрупулёзно перекрывал все возможные лазейки — Зориан давно сознавал, что ангелы не хотят раскрытия тайны, но после прочтения не осталось никаких сомнений.

Что наводило на нехорошие мысли — ведь контракт не вечен. Если всё получится, то в конце месяца он развеется, и Зак сможет делать, что хочет. Например, рассказать всем о временной петле.

Неужто ангелов это устраивает? Контракт свидетельствовал об обратном, но ведь Зака ничего не будет удерживать. Пусть даже он не расскажет сразу, но потом, через годы… На склоне лет людей тянет писать мемуары.

Так что для ангелов будет очень удобно, если Зак и Зориан остановят вторжение, но сами сгинут вскоре после победы.

Не считая его паранойи — второй пункт обнадёживал. Как и ожидалось, его исполнение полностью базируется на восприятии Зака. Зак решает, нарушены ли условия — контракт получает сведения от него. Чего Зак не знает, то не повлияет на контракт.

Зориан знал парочку ментальных техник, что могли бы помочь, но контракт запрещал Заку изучать магию разума. Не то чтобы на это было время, но всё равно. И да, конечно это ограничение введено «из соображений этики», а возможность обойти условия совсем не при чём.

Что любопытно, контракт не запрещал Заку раздавать людям результаты их работы в петле, как собирался сделать Зориан. Пусть это и наводило на возможные мысли о путешествии во времени, но не было прямо запрещено — во всяком случае, на дилетантский взгляд Зориана — если бумаги не содержали прямого упоминания петли.

И хорошо, потому что Зориану предстояла важная задача. Нужно встретиться с Дэйменом. Он уже не мог спрятать родных и близких у брата, но теперь сам Дэймен и Тараматула оказались под ударом Красного. С ними нужно связаться.

И если Дэймена удастся убедить, что перед ним настоящий Зориан, то только с помощью его записей времен петли.

Но даже с записями — разговор будет еще тот…

Глава 99. Пороховая бочка

В этот раз добиться встречи с Дэйменом было совсем легко. Не то чтобы раньше это было очень сложно, но теперь, зная местные обычаи и худо-бедно владея языком, Зориан управился буквально за пару минут. Просто обратился к страже Тараматула как положено, и они послали за Дэйменом. Никому и в голову не пришло изображать, что они не знают, о ком речь.

В ожидании брата Зориан задумчиво листал его тетради, не обращая внимания на взгляды привратников. Записи были зашифрованы, но это ерунда — владея ключом, разогнанное сознание менталиста позволяло просто читать текст, не тратя времени на расшифровку. Другое дело, что Зориан и так знал, что там написано — Дэймен советовался с ним, заполняя тетради. Мелькнула мысль пообщаться со стражами, но из прошлых циклов он знал, что они не склонны к разговору. Да и его знание языка оставляло желать лучшего.

Долистав и захлопнув последнюю тетрадь, он огляделся, нетерпеливо переминаясь. В мысленном и духовном восприятии пчёлы, снующие туда-сюда вокруг усадьбы, казались звёздными течениями — непрерывной круговертью мерцающих огоньков.

Красиво. Зориан отвернулся от ворот, глядя на зелёную стену джунглей. Он много раз был здесь, но полюбоваться пейзажем как-то не доводилось. Не слушая встревоженные окрики стражей, он уверенно зашагал в сторону зарослей.

Джунгли вокруг усадьбы Тараматула тоже были довольно симпатичны. Понятно, что не обошлось без вмешательства человека — пробитые в зарослях удобные тропинки, высаженные цветы — но тем не менее. Зориан бездумно шагал по дорожке, мысленно отгоняя змей и насекомых. Крупных хищников не встречалось — вероятно, Тараматула очистили от них окрестности своего поместья.

Наконец он остановился, разглядывая здоровенный белый цветок, вокруг которого вилось множество пчёл.

— Это и правда ты. Проклятье, Зориан, не мог пять минут подождать у ворот? — раздалось сзади. — Если не терпится посмотреть на пчёл, то внутри поместья их полно.

Разумеется, это был Дэймен. Зориан медленно повернулся, со смешанными чувствами глядя на брата. Вновь встречать товарищей из петли всегда было неловко, но сейчас — в особенности. Перед ним был Дэймен, отдавший жизнь, чтобы Зориан мог вырваться в реальный мир.

Ксвим тоже умер ради него, как и многие другие — но именно решение Дэймена сжечь весь остаток жизненной силы и стабилизировать проход отпечаталось в памяти. Просто… потому что это Дэймен. Зориан никогда не думал, что старший брат пожертвует собой ради него.

А ведь он так и не простил брата за всё, что было в детстве. Работая с ним в петле, он заставил себя признать, что цепляться за старые обиды мелочно, и что ему нужна помощь Дэймена — но какая-то часть его личности всё ещё считала брата врагом. И теперь эта часть была в бешенстве — ведь он был обязан брату жизнью. И пусть этот Дэймен не знал об этом — главное, об этом знал Зориан.

— Что? — раздражённо спросил Дэймен. — Чего ты уставился?

— Мы давно не виделись, но кажется, будто расстались только вчера, — помедлив, ответил Зориан.

— Ха! Ну да, твой старший брат всё так же шикарен и крут, — демонстративно приосанился Дэймен. — А вот ты изменился.

Ага, Дэймен традиционно подозревает подмену. Логично, учитывая расстояние между Сиорией и Косом.

— Ну да, в моём возрасте людям свойственно меняться, — заметил Зориан.

— Я не об этом, — покачал головой брат. — Ты выглядишь спокойней. Уверенней. Даже осанка поменялась.

— Уверенней? — удивился Зориан. Чего он точно не ощущал, так это уверенности. Скорее сильнейший стресс.

— Ага, — подтвердил Дэймен. — Похоже, академия пошла тебе на пользу.

Он огляделся и, найдя поваленное дерево, небрежно махнул рукой. Порыв ветра сдул грязь и упавшие листья; Дэймен, вздохнув, уселся на ствол, пристально глядя на младшего брата.

— Почему ты здесь, Зориан? Нет, даже не так. Как ты вообще здесь оказался?

— Телепортация, — ответил Зориан. На самом деле он открыл врата прямо в Кос, но об этом пока лучше умолчать. — Мне помогли — доставили прямо к тебе.

— Прямо ко мне… Зориан, ты хоть представляешь, насколько это опасно? — выпалил Дэймен.

— Конечно. Просто другого выхода не было. Нужно было срочно встретиться.

Дэймен молча смотрел на него. Зориан ощутил касание нескольких заклятий прорицания, но не подал вида, терпеливо ожидая ответа.

— У тебя проблемы, да? — тяжело вздохнул Дэймен.

— Да. Большие проблемы.

— Так я и знал, — сухо сказал брат. — Проклятье, Зориан… вот от тебя такого не ожидал. Ладно, рассказывай, во что ты вляпался, и посмотрим, что можно сделать. Но будешь должен, ясно? Как ты вообще набрал денег на телепорт сюда? Ты ведь не стащил их у родителей?

— Нет, у меня хватает своих, — помотал головой Зориан.

Дэймен вполголоса выругался. Кажется, это его наоборот расстроило. Вероятно, решил, что деньги получены незаконно…

А ведь если подумать, то так оно и есть. Большая часть денег была украдена из тайников захватчиков.

— Так вот, моя проблема в том, что в ночь летнего фестиваля захватчики с Улькуаан Ибасы и Культ Дракона, что Внизу планируют вторгнуться в Сиорию, чтобы собрать души её жителей и выпустить заточённого под городом первозданного.

— Чего? — хохотнул Дэймен, странно посмотрев на него.

— Захватчики с Улькуаан Ибасы, Острова Изгнанников, проникают в Сиорию через постоянный портал в подземельях, — терпеливо пояснил Зориан.

— Ага, — медленно сказал Дэймен.

— Большая часть городской верхушки контролируется Тайным Орденом Звёздного Дракона, более известного как Культ Дракона, что Внизу. Они помогают ибасанцам держать подготовку к вторжению в секрете и поддержат их в день самого вторжения, — продолжил Зориан.

— Вот оно что, — кисло посмотрел на него Дэймен. — Ты точно Зориан. Только он стал бы нести такую чушь, любой самозванец рассказал бы что-нибудь убедительнее.

— Рад, что ты не сомневаешься во мне, — спокойно ответил Зориан. — Словом, я не прошу тебя помочь с вторжением, это всё-таки не твой уровень. К сожалению, захватчики знают, что я один из главных противников вторжения, и собираются захватить тебя и Тараматула, чтобы надавить на меня. Потому я и торопился к тебе — предупредить, пока ещё не поздно.

Дэймен нахмурился, став более серьёзным.

— Зориан, это не смешно, — сурово заметил он.

— Я знаю, — вздохнул Зориан. — Как бы там ни было, прости, что втянул тебя во всё это. Могу предложить только информацию, ну, может быть, ещё убежище, если тебе понадобится. Хотя уговорить Тараматула бросить родовое поместье на милость захватчиков едва ли получится, так что…

— А знаешь что? У меня нет лишнего времени на эту херню, — сердито сказал Дэймен, поднимаясь с бревна и отряхиваясь. — Так что с твоего позволения вернусь к работе. Когда будешь готов поговорить серьёзно, можешь…

Зориан достал из кармана имперскую сферу и протянул её брату.

Дэймен замер, ошарашенно глядя на древнюю реликвию.

— Это…? — начал было он.

— Да, это имперская сфера, — кивнул Зориан. — Извини. Я знаю, что ты долго искал её, но мне она тоже нужна.

— Что? Почему… — промямлил Дэймен, явно не веря своим глазам.

— Учитывая уже сказанное, должно быть очевидно, зачем мне сфера, — заметил Зориан.

— Да я не об этом! В смысле… аргх! Откуда она у тебя? Как ты её достал? Ничего не понимаю!

— Держи, — Зориан опять сунул руку в карман, доставая записи Дэймена. — Прочитаешь и, надеюсь, станет понятнее.

Брат выхватил тетради и замер, напряженно глядя на сферу. Забрав и её, вновь сел на поваленный ствол. Зориан не возражал — Дэймен хорош, но далеко не Кватач-Ичл. Если Зориан решит вернуть сферу — брат не сможет ему помешать.

— Что? Да быть не может… А, это я помню. Я собирался проверить его в ближайшие месяцы… Откуда он вообще знает? — бормотал Дэймен, листая тетради одной рукой. Вторая бездумно поглаживала имперскую сферу. — Погоди-ка…

Он внезапно вскочил и, не прерывая чтения, заходил кругами, как тигр в клетке. Наконец резко повернулся к Зориану и сердито спросил:

— Что это значит?! Это… это написал я?

— Да, — подтвердил Зориан.

— Но… я не помню, как это писал, — нахмурился брат.

— Да, — согласился Зориан.

— Хватит дакать! — возмутился Дэймен. — Объясняй уже!

— Не могу, — покачал головой Зориан.

— Да ладно, думаешь, я поверю, что ты сам не в курсе откуда это взялось? — он помахал тетрадью перед лицом Зориана.

— Конечно я знаю откуда тетради, — пояснил Зориан. — Я даже помогал тебе заполнять их. Просто я не вправе рассказать.

— Ты… помогал мне заполнять их? — Дэймен странно посмотрел на него. И мотнул головой, словно отгоняя лишние мысли. — Так, стоп, это подождёт. Почему ты не вправе рассказать?

— Потому что от этого зависят жизни людей, — ответил Зориан. — Я знаю, что многого прошу, но поверь мне на слово. Если я расскажу, последствия будут ужасны. Мой друг может умереть. Я могу умереть. Вся Сиория может умереть.

— Ты опять, — нахмурился Дэймен. — Про это своё… Вторжение.

— В итоге всё сводится к нему, — кивнул Зориан. — Да, и верни мне, пожалуйста, сферу.

Он протянул руку, ожидая реакции брата. Дэймен задумчиво посмотрел на сферу в своей руке, потом на Зориана.

И, сунув реликвию ему в руку, снова сел на дерево и открыл тетрадь.

— Не хочу в это верить, но здесь столько всего, — помолчав, уже сдержанней сказал он. — В этих тетрадях… В них годы труда, а я ничего этого не помню. Я что, потерял память о нескольких годах? Быть не может. Я бы обязательно заметил, нельзя выдрать из памяти такой большой кусок, не задев всё остальное.

— Как я уже сказал, я не вправе рассказать, — напомнил Зориан.

— Так не пойдёт, — сказал Дэймен, не отрываясь от тетради.

Зориан пропустил его фразу мимо ушей.

— Тебе угрожает опасность, — сказал он брату. — Тебе и Тараматула. Первоначально я собирался эвакуировать сюда друзей и Кириэлле, но, к сожалению, об этом узнали враги. Они планируют атаку, чтобы захватить заложников — приготовься сам и предупреди Тараматула, хорошо?

На самом деле Зориан мог просто уничтожить симулякрум Красного, когда тот прибудет в Кос, задавив угрозу в зародыше. Мог, но не собирался — как бы цинично это ни звучало, заставить Красного впустую потратить время и ману куда предпочтительней, чем ждать от него новой, неизвестной угрозы.

— То есть эти твои захватчики настолько сильны, что могут дотянуться до Коса? — спросил Дэймен, глядя на него, как на придурка.

— Что тебя удивляет, я ведь уже сказал, что у них есть постоянные порталы? — вернул ему взгляд Зориан. — Один из них строит врата, и можно перекинуть все силы в любую точку планеты.

— И что значит эвакуировать сюда Кириэлле, разве она не с родителями? — продолжил Дэймен, проигнорировав ответ.

— Нет, она со мной, — сказал Зориан.

Дэймен демонстративно огляделся, даже заглянул под бревно. Зориан закатил глаза.

— Само собой, я оставил её в Сиории, — пояснил Зориан.

— Ты оставил её одну и уехал в Кос? — уточнил Дэймен, всем своим видом выражая неодобрение.

— Успокойся, это же всего на несколько часов.

— Что? Какие ещё несколько часов? — возмутился Дэймен. — Путь до Коса занимает дни, даже с телепортацией!

— Давай обсудим это позже, ладно? — предложил Зориан.

— Нет, давай обсудим это сейчас! Это сплошной бред, и я уже сомневаюсь, действительно ли ты Зориан! — угрожающе нахмурился Дэймен. — Моему брату пятнадцать, и он ни за что бы не влез в такое. И даже если бы захотел — ему не хватило бы умения. Кто ты такой и что сделал с Зорианом?

Зориан молчал. Да уж, вопрос на миллион — ведь настоящий Зориан мёртв. Вопрос брата опасно близок к истине.

Если Дэймен узнает — примет ли он нового Зориана, или попытается отомстить за старого? Дэймен из петли отдал жизнь, чтобы заменить старого Зориана новым — но согласился бы с ним этот Дэймен?

Изумительно, — горько подумал Зориан. Ещё несколько лет назад ему было насрать на мнение Дэймена. А сейчас ужасает сама мысль о том, что подумает брат, если узнает.

— Тетрадь у тебя в руке, — ткнул пальцем Зориан, — намекает, что ты не помнишь ряд событий. Так почему тебя удивляет, что я не такой, каким ты помнишь? Я могу показать пару трюков, которым меня научил ты. Ничего особенного, но точно твоя школа. Это тебя убедит?

— Мне нужны объяснения, — пальцы Дэймена на тетради побелели от напряжения.

— В конце месяца, — пообещал Зориан. — После летнего фестиваля.

Да, изумительно. Он столько раз пользовался этой отговоркой в петле — но в этот раз не будет спасительного перезапуска цикла.

— После этого твоего вторжения, — уточнил Дэймен.

— Да. Как я уже сказал, от этого зависят жизни.

— И ты ожидаешь, что я буду помогать тебе за обещание когда-нибудь рассказать обо всём, когда будет уже не актуально?

— Нет, — покачал головой Зориан. — Мне будет достаточно, если ты примешь моё предупреждение всерьёз и убедишь Тараматула. Главное — выживи сам и защити семью невесты.

Пару секунд Дэймен сердито смотрел на него, потом снова встал с бревна.

— Пойдём.

— Куда? — даже слегка растерялся Зориан.

— В Сиорию, — не терпящим возражений тоном ответил Дэймен. — Ты же вернешься туда?

— Ага. Хочешь пойти со мной?

— Я должен убедиться лично. И проверить, как там Кириэлле, на всякий случай. Пойдём.

— Прямо сейчас? — уточнил Зориан.

— Какие-то проблемы? — нахмурился Дэймен.

— Ну, разве семья твоей невесты не всполошится, если ты пропадешь на несколько дней? — Зориан вопросительно наклонил голову. — Наверняка стоит сначала предупредить их.

На самом деле Зориан мог вернуть брата на Кос через пару часов, но Дэймен-то этого не знал.

У Дэймена расширились глаза, он раздражённо хлопнул себя по лбу.

— Собраться… — пробормотал он. — Так, ладно, возвращение откладывается. Мне… нужно кое с кем поговорить.

В глубинах занятого салротум Зиккурата Солнца проходила необычная встреча. Зак и Зориан стояли перед огромным каменным пьедесталом, на котором горел священный огонь. Верховный жрец салротум и его стража стояли перед огнём, глядя вниз, на гостей. Огромный костёр за их спинами зловеще потрескивал, бросая пляшущие тени по стенам.

Целую минуту обе стороны молча изучали друг друга, пока жрец дьявольских ос не подал голос:

— Добро пожаловать. Мы ожидали вас.

— Ожидали? — заинтересовался Зориан.

Любопытно, ведь парни явились без предупреждения.

— Ангелы предупредили о вашем приходе, — пояснил верховный жрец.

Честно говоря, Зориан ожидал чего-то подобного. Занятно — с людскими организациями ангелы не контактировали. Насколько было бы проще договориться с Церковью Триумвирата, если бы ангелы поручились за них — но ведь нет. А тут какое-то племя насекомых на задворках мира получает личное уведомление. Они какие-то особенные?

— Они сказали, зачем мы здесь? — спросил Зак.

— Разумеется, чтобы попросить помощи, — ответил жрец. — Грядёт великая битва, верные небесам против сил зла.

— Ну… да, за этим мы и пришли, — помедлив, подтвердил Зак.

— Мы согласны, — незамедлительно ответил жрец.

— Вот так просто? — удивлённо поднял бровь Зак.

— Что ещё ты ожидал услышать? — риторически спросил жрец. — Лишь трусы откажутся сражаться за небеса. Отдать за них жизнь — великая честь. Вы ведь и сами это понимаете? Я вижу в вас яркое сияние отмеченных ангелами.

— Отмеченные небесами, — кисло сказал Зак. — Ура, честь-то какая…

Фасеточные глаза жреца остановились на Заке, антенны дернулись, словно пытаясь разобрать сказанное.

— Дети часто не понимают важность родительского наставления, — наконец сказал жрец.

— И что это должно означать? — раздражённо спросил Зак.

— Просто мысли вслух, — очень по-человечески отмахнулся лапой жрец. Зориан даже заинтересовался, был ли это естественный жест, или салротум имитировал человеческие привычки. — Я только сейчас понял, насколько вы молоды по людским меркам.

— Мы искренне благодарим вас за помощь, — вклинился в разговор Зориан, пока Зак не наговорил лишнего. — Если не возражаете, мы хотели бы обсудить стратегию.

— Давайте обсудим, — согласился жрец.

В безлюдной аллее на окраине Сиории симулякрум номер два рисовал на стене. Сравнительно небольшой абстрактный рисунок, отдалённо напоминающий глазное яблоко размером с голову.

На первый взгляд — обычное граффити, каких полно в Сиории. В городе толпы малолетних магов, и многие из них не стеснялись использовать изученное на стенах домов. Красящие чары просты и доступны даже новичкам.

Но его картинка была вовсе не так проста. После получаса работы Номер Два аккуратно соединил две последние линии, и сквозь рисунок на миг проступил горящий голубым сигил.

Пару секунд полюбовавшись своей работой, Номер Два положил на рисунок руку, активировал скрытую под краской заклинательную формулу и направил в неё сознание.

Почти мгновенно перед его мысленным взглядом возникло море горящих солнц, тесно переплетенных паутиной света. Его разум скользил от звезды к звезде — подобные сигилы были разбросаны по всему городу, и с этой сетью ментальная мощь Зориана охватывала всю Сиорию. Каждый дом, каждый закоулок не дальше вытянутой руки. Он мог дотянуться до кого угодно, от голубя до сильнейших магов…

Номер Два поспешно погасил сеть, опасаясь обнаружения. Никто не должен узнать, даже самые верные соратники.

Последний раз посмотрев на рисунок, симулякрум направился рисовать следующий. Часть из них неизбежно будет уничтожена хозяевами домов или городскими службами; ему необходим запас.

— Девяносто девять сигилов были на стене, девяносто девять сигилов сигналы слали мне, — вполголоса напевал он на мотив детской песенки. — Как вдруг один сигил затёрли при луне… И девяносто восемь сигилов остались на стене.

Предстояло много работы.

В тишине пустого класса Зориан и Тинами молча смотрели друг на друга.

Целых две секунды.

— Ты серьёзно? — изумилась Тинами. — Ты можешь познакомить меня с легендарными аранеа?

— Не уверен, стоит ли называть их легендарными, — заметил Зориан. — Они встречаются чаще, чем может показаться, и не особо впечатляют… Но да, я могу с ними познакомить.

Он встретился с Тинами под тем же предлогом, что и в петле — согласившись на тренировку телепатии. Разумеется, стоило ей оценить его возможности, она тут же загорелась узнать, кто его учил, и вот разговор перешёл на аранеа.

Всё это затевалось, чтобы Дом Аопэ подготовился к вторжению. В своё время, когда Зориан и Копьё Решимости привлекли их к борьбе с захватчиками, Дом показал себя великолепно — как сильные и изобретательные союзники. Не их вина, что тот цикл окончился катастрофой.

Наверное, не их вина. Ходили слухи, что дом ведьм приносит неудачу — но это наверняка глупые суеверия. Будь они действительно прокляты, они не стали бы Домом…

Помимо суеверий, была еще одна проблема. Он привлекал к себе внимание Дома. Официально он просто сведёт Тинами и Дом Аопэ с аранеа, остальное его не касается — но кто же в это поверит. Он зажигал над головой огромный указатель — «этого парня стоит проверить». А ведь он не собирался привлекать внимания…

Но ничего не поделаешь. Положение отчаянное, ему необходимы все возможные союзники.

— Знаешь, а ведь ты куда интересней, чем я думала, — пристально посмотрела на него Тинами.

— Эм, спасибо, — смущенно отозвался Зориан.

— Не в этом смысле, — поспешно уточнила она. — То есть… Ты спускался в подземелья и учился там у гигантских пауков-телепатов. Я и не думала, что ты настолько… решителен.

— Сочту это комплиментом, — помолчав, ответил Зориан.

— Это он и есть, — согласилась Тинами. — Кстати, почему ты пропускаешь столько занятий? Ты ведь понимаешь, что это не пойдёт тебе на пользу? Даже если ты способней, чем кажешься, нужно поддерживать репутацию.

— Не надо нравоучений. Ты прямо как моя мать, — кажется, сравнение её отнюдь не обрадовало. — А насчёт занятий — я сейчас очень занят и не могу посещать все. Я уже поговорил со своим куратором, он дал добро. После летнего фестиваля смогу вернуться к учёбе.

Если, конечно, он и Сиория переживут фестиваль.

— Дело твоё, — пожала плечами Тинами. — Наши занятия… мы ведь будем продолжать?

— Конечно, — ответил Зориан. — Если хочешь.

— У меня такое чувство, что мне они куда нужнее, чем тебе, — заметила она.

— Есть немного, — согласился Зориан. — Но кое-чему я тоже учусь, так что всё в порядке. Это же не игра, где может быть лишь один победитель.

Он даже не соврал. Занятия с Тинами позволяли оценить, какой уровень считается нормальным для менталиста-человека. В будущем это ему ой как пригодится.

Тинами странно посмотрела на него.

— Что? — спросил он.

— Ничего, — поспешно ответила она. — Совсем ничего.

В небесах над поместьем Яску медленно кружил одинокий железноклюв. Охраняющая поместье стая давно заметила его, но пока не трогала — в какой-то мере он был своим.

Железноклювом был Зориан, принявший зелье трансформации. Безумная идея, но могло сработать…

Он осторожно приблизился к стае, касаясь их мыслей и душ, вычисляя вожаков и слабые звенья. Судомир и захватчики управляли птицами с помощью шантажа — захватив их гнёзда и заколдовав лидеров — но стая не смирилась. Птицам хватало ума понять, что придётся слушаться — но они затаили злобу и жаждали мести.

Несколько часов Зориан парил вокруг стаи, мысленно общаясь, аккуратно распуская чужие ментальные закладки. Малейшая ошибка — и он привлечёт внимание ибасанских укротителей, но Зориан был хорош. У вражеских погонщиков не было шансов.

С каждой минутой стая все внимательней прислушивалась к исходящим от странного собрата мыслям и образам. Железноклювы молчали, но в их глазах разгорался кровожадный огонь.

Уже скоро.

До летнего фестиваля осталось всего ничего. Основные приготовления были закончены, но всегда найдётся что-то срочное, так что парни сбились с ног, пытаясь всё успеть. Возможно, Зориану уже мерещилось, но как будто даже ничего не знающие Имайя и Кириэлле ощущали царящую в городе тревожную атмосферу.

В последние дни Зак и Зориан эвакуировали из города большинство знакомых. Уже обжегшись с Косом, они не стали свозить всех в одно место, а выбрали пять разных убежищ. С эвакуацией Ксвиму помог Дэймен, задействовав свои связи, чтобы все прошло быстрее.

Брат всё ещё был недоволен, что ему не раскрывают подробности, но согласился помочь, сознавая серьёзность ситуации.

Но особо подчеркнул, что после летнего фестиваля Зориану придётся всё ему рассказать.

Увы, эвакуировать всех не удалось. Если большинство согласилось уехать из ставшего опасным города, то Тайвен и Реа остались.

В случае с Тайвен всё вышло, как Зориан и опасался — для неё это был не смертельный риск, а долгожданный шанс проявить себя. Она ведь обученный боевой маг, должна набираться опыта. Вот только его враги знали, что она важна для него, а она хороша для своего возраста — но не против опытных взрослых бойцов.

Может, ему следовало объяснить это ей? Вероятно. Да, убеди он её, что она станет мишенью для врагов, она наверняка докопается до причин. Или сочтёт это предательством и никогда не простит его.

Но хотя бы будет жива.

Что касается Реи, она отослала из города мужа и дочь, но сама осталась. Она заявила, что сможет защитить дом от грабителей — их семья просто не могла себе позволить лишиться жилья. Переезд в Сиорию съел последние деньги.

Зориан ломал голову, как убедить её уехать — и тут, к его удивлению, Реа сама пригласила его. Странно, раньше такого не было. Догадалась, что он тоже связан с происходящим?

Этим сюрпризы не исчерпывались — прибыв к Рее, Зориан встретил ещё двоих знакомых.

Одним был Хаслуш, его первый учитель прорицания и союзник в стане администрации. Детектив с любопытством посмотрел на него, но не похоже, чтобы узнал.

Второй, неожиданно, была Рэйни. Одноклассница сидела с пустым лицом, вцепившись в кружку так, что пальцы побелели. Она выглядела ужасно.

И далеко не сразу заметила его, но когда заметила — была поражена.

— Зориан? Что ты здесь делаешь?

— Я пригласила его, — как само собой разумеющееся ответила Реа.

— Его? Вы сказали, что знаете, кто может мне помочь, — возмутилась Рэйни. — Но он же ещё учится! Что он может?

— Что-то подсказывает мне, что мистер Казински — вовсе не простой учащийся, — Реа выразительно посмотрела на него. — Но почему бы тебе не рассказать ему, что случилось?

Хаслуш молча, оценивающе смотрел на него. Только этого не хватало.

Рэйни вопросительно посмотрела на него, потом снова сгорбилась, безнадежно глядя в кружку.

— Моего брата похитили, — тихо сказала она.

Глава 100. Жертвенная кровь

Зориан молчал, обдумывая услышанное под пристальными взглядами Реи и Хаслуша. В голове теснились тысячи вопросов. Почему они собрались в доме Реи, хотя не должны даже знать друг друга? Почему Реа считала, что он может помочь, и какую цель преследовали враги? Удар по нему с Заком? Почему тогда не по всем одноклассникам?

Рэйни не дала ему додумать, приняв молчание за приглашение продолжать.

— Моя семья живёт не в Сиории, так что я даже не сразу узнала. Мне сообщили и попросили помочь, только несколькими днями позже, когда выяснилось, что следы похитителей, возможно, ведут сюда — тихо объяснила девушка. — Я… была потрясена. Самим похищением и… эмм…

Она запнулась и смущённо замолчала, еще сильнее поникнув. Такой отчаявшейся он её никогда не видел.

— …И что они попросили о помощи? — предположил Зориан.

Рэйни чуть вздрогнула, поражённо уставившись на него, от неё волнами расходились вина, печаль и растерянность. Но буквально через секунду она взяла себя в руки и несколько поспешно прочистила горло:

— В-вот именно! Я же ещё учусь, что я могу сделать? Конечно, я хочу помочь брату, но это мне просто не под силу! Ну я и… обратилась в полицию… в конце концов меня направили к детективу Икзитери, который согласился помочь. И… вот мы здесь, — она вздохнула и с сомнением и затаённой надеждой посмотрела на него. — Не обижайся, Зориан, но я до сих пор не представляю, чем ты можешь помочь.

— Я тоже не представляю, — честно ответил Зориан.

Нет, понятно, он мог помочь. Предстояло решить — каким именно образом.

Надежда в глазах Рэйни потускнела, но он не стал её утешать. Не ценой возможного срыва всех планов.

Он встретился взглядом с Реей — похоже, она ничуть в нём не сомневалась. Почему она так уверена? Сколько ни ломал голову, он так и не вспомнил, где мог проколоться.

— Смотрю, ты воспринял это довольно спокойно, — пронзительно глянул на него Хаслуш.

— Паникой делу не поможешь, — отозвался Зориан, игнорируя завуалированное обвинение. Всё равно у детектива нет доказательств.

— Это так не работает, но пускай, — пожал плечами Хаслуш. — Будем считать, что ты просто очень сдержан.

Скорее всего, это всё-таки не удар по нему с Заком, решил Зориан. Да, Рэйни их одноклассница, но никто из парней не был с ней особо близок за время петли. Из-за её семейной обстановки Зориан ощущал некоторое духовное родство, но Сильверлэйк не должна об этом знать. А значит, и Джорнак с остальными не знают.

Так что похищение брата Рэйни — скорее всего, просто совпадение. Зориан не дал им похищать детей в Сиории и окрестностях, вот они и дотянулись дальше. Без жертвоприношения им не обойтись — лишь эссенция первозданного в крови детей-перевертышей могла открыть темницу. В петле можно было обойтись Вратами Государя, но в реальности такое не прокатит.

Вот и вышло, что в расширенный список целей попал брат Рэйни. Даже если культисты знали, что речь об однокласснице парней, они могли посчитать, что это неважно. С её семейными отношениями — вполне можно было предположить, что она только порадуется исчезновению соперника.

— Признаться, не ожидал увидеть тебя здесь, — сказал ей Зориан. — Не знал, что вы с Реей знакомы.

Учитывая её отношение к перевертышам-кошкам, он скорее ожидал, что Рэйни будет избегать Рею.

— Эм, вообще-то нет, — та неуверенно посмотрела на хозяйку дома. — Меня привёл детектив Икзитери. Посчитал, что она может помочь.

— Некоторое время назад мы узнали о существовании группировки, угрожающей детям перевертышей, так что поддерживаем контакты с городской диаспорой, — пояснил Хаслуш, вертя в руках какой-то металлический диск. Присмотревшись, Зориан узнал магический передатчик, используемый захватчиками и культистами. Похоже, детектив тоже не сидел сложа руки. — Мисс Сашал относится к… менее оппозиционной части диаспоры. Вот я и решил, что не помешает привести твою одноклассницу к ней — вдруг у неё будут идеи.

— Я всего лишь скромная домохозяйка, какие у меня могут быть идеи? — улыбнулась Реа, покачав головой. — Хотя как мать не могу остаться равнодушной, когда бессердечные мерзавцы похищают детей. Сложись всё иначе, это могла бы быть моя Ночка, так ведь?

Она пронзительно посмотрела на Зориана, тот поднял бровь в ответ.

— На что вы намекаете? — помолчав, прямо спросил он.

— Я знаю, что ты участвовал в недавней эвакуации, и участвовал активно, — демонстративно вздохнула Реа. — Твой запах был практически на всех, кто приходил убедить нас увезти Ночку из города. У тебя есть взрослые друзья, относящиеся к тебе с уважением… даже почтением, словно ты не зеленый мальчишка, а их предводитель. Ты считаешься усердным и ответственным студентом, но вот уже несколько недель пропускаешь занятия, и одним богам ведомо, чем ты всё это время занимался.

Чёртовы кошки с их чёртовым чутьём. Зориан не сомневался — если бы не запах, она бы ни за что не стала сопоставлять известные факты.

— К тому же, когда мисс Сашал упомянула тебя, я тут же припомнил что твой брат Дэймен, который вообще-то должен быть в Косе, активно действует в городе, — добавил Хаслуш, убирая передатчик в карман и переводя взгляд на Зориана. — Словно нечто очень срочное заставило его всё бросить и вернуться в Эльдемар, так ведь?

— Да ладно вам. Мы с братом почти не общаемся, — ответил Зориан. — Уж это вам должно быть известно, раз вы наводили обо мне справки. Откуда мне знать, чем он занят?

— Но ты знаешь, что он сейчас в Сиории, верно? — не отступал Хаслуш.

— Конечно. Он заглянул и сообщил о своём приезде. Обычная вежливость, мы же всё-таки семья, — пожал плечами Зориан, не желая врать без крайней необходимости.

— Вы правда думаете, что Зориан — какой-то секретный агент? — удивлённо спросила Рэйни, поочередно глядя на них троих.

— Он определённо знает больше, чем говорит, — пожала плечами Реа. — Учитывая ситуацию, я решила, что его стоит попробовать разговорить — ведь на кону жизнь твоего брата.

— Не обязательно, — нервно возразила Рэйни. — Может, им нужен выкуп, и они просто ещё не назвали свои условия. Может…

— Ты и сама знаешь, что это самообман, — понимающе посмотрела на неё Реа. — В девяти случаях из десяти детей перевертышей похищают ради эссенции их крови. А раз прошло столько дней, думать надо не о выкупе, а о том, жив ли вообще твой брат.

Рэйни побледнела ещё сильнее.

— Давайте не будем отчаиваться раньше времени. Уверен, твой брат жив, — поспешно вмешался в разговор Хаслуш. — Ритуал, для которого похищают детей, можно провести лишь в ночь летнего фестиваля. До этого времени похищенные будут жить.

— Хм. Ну, если вы так уверены, — сказала Реа. — Но фестиваль уже на носу, а у нас нет зацепок.

— Слушайте, от меня-то вы чего хотите? — нахмурившись, спросил Зориан. — Я не знаю, где держат похищенных детей. Неужто вы думаете, что я молчал бы, если бы знал?

Не то чтобы Зак и Зориан не пытались лишить культ возможных жертв. Другое дело, что каждого ребенка-перевертыша не спрячешь — скольких ни собери, захватчикам достаточно лишь поискать дальше, о многих поселениях перевёртышей парни вообще не знали. Джорнак готовился к этому дню годами — что-то подсказывало, что без необходимых жертв он в любом случае не останется.

Понятно, если бы знать, где держат похищенных, Зориан сам бы первым предложил спасательную операцию. Без жертвоприношения Панаксета не освободить, одно это решило бы исход противостояния в их пользу. Беда в том, что он понятия не имел, где искать детей — их могли держать и в Косе, и на Улькуаан Ибасе, и мало ли где ещё.

Проще отыскать иголку в стоге сена.

— Не знаю, — призналась Реа. — Я знаю, что ты замешан во всём этом, но не знаю, как именно. Может, ты ничем не можешь помочь бедняжке Рэйни, но я всё же надеюсь. Пусть она считает, что я скрытная, коварная кошка, но я правда хочу ей помочь.

— Что?! — возмутилась Рэйни. — Я не…

— Ничего, — хихикнула Реа, успокаивающе поведя рукой. — Я понимаю. Между нашими племенами слишком много взаимных обид, чтобы взять и забыть о прошлом. И я понимаю, почему Зориан всё отрицает — с его точки зрения, я, верно, заманила его в ловушку.

— А это не так? — поднял бровь Зориан.

— Нет… Хотя, как посмотреть, — признала Реа. — Но учитывая, что и ты не говорил мне правды, думаю, ты будешь не в обиде.

Зориан открыл было рот, но она остановила его, подняв раскрытую ладонь.

— Я понимаю и не сержусь, — сказала она. — Ты хотел защитить подругу сестры и её семью, но не хотел раскрывать свои тайны. Наверное, на твоём месте я поступила бы так же. Мне только интересно… была ли наша первая встреча на самом деле случайна?

— Да, — уверенно ответил Зориан. С определённой точки зрения это даже было правдой. — Я не особо общителен. Это моя сестра вечно лезет, куда не просят — она и настояла проводить Ночку. Я бы просто достал велосипед из ручья, чтобы она не плакала, и пошёл дальше.

— А, так вот как всё было, — засмеялась Реа. — А Ночка, знаешь ли, рассказала, что злые мальчишки хотели отнять велосипед, но ты их прогнал. И на всякий случай проводил её до дома.

Упс. Надо было обговорить с Ночкой детали легенды. Но кто ж знал…

— Эм, то есть конечно так всё и было, — заверил её Зориан. — Я просто перепутал, не обращайте внимания.

— Само собой, — милостиво согласилась Реа. — Очень храбро с твоей стороны — защитить мою дочь от этих негодяев…

Хаслуш и Рэйни с любопытством слушали их разговор, но если первый был взрослым и имел немалый опыт детективной работы, то вторая была лишь подростком. Измученным переживаниями подростком. Её терпения надолго не хватило.

— И всё-таки… Зориан, ты можешь мне помочь? — громко спросила она, голос выдавал её нетерпение и усталость.

Зориан, посмотрев на неё, открыл было рот извиниться, что всего лишь студент и ничего не может сделать…

…но тут же закрыл его и задумался.

Если подумать, похитив брата Рэйни, культисты допустили страшную ошибку.

Зориан встретился глазами с напряжённой одноклассницей.

— А знаешь что? Вообще-то, думаю, я могу кое-что сделать. Но мне понадобится твоя помощь.

Хаслуш молча подался вперёд, показная расслабленность сменилась предельным вниманием.

— Моя помощь? — удивилась Рэйни, зябко поёжившись на стуле. — Но я ведь ещё только учусь.

— Как и я, — отозвался Зориан. — Вот что нам понадобится сделать…

В заброшенном складе на окраине Луи было темно и мрачно. Заплесневелые, испещрённые трещинами стены, грубо заколоченные окна, битое стекло и крысиный помёт на полу. В Луе, как в любом крупном порту, хватало подобных зданий — торговые компании появлялись и исчезали, их имущество оставалось. Понятно, что большинство брошенных складов в итоге выкупалось и возвращалось в дело, но были и такие — пустующие месяцами и годами, пока хозяева ждали лучшей цены.

В отличие от других брошенных зданий, у этого был свой секрет. В глубине склада, скрытый от чужих глаз рядами гниющих ящиков, ждал чёрный предмет яйцеобразной формы, словно корнями впившийся в пол десятками отростков. Поверхность «яйца» была изукрашена спиральными линиями — как гигантский чёрный бутон, готовый раскрыться цветком.

И выпустить то, что ожидает внутри, в беззащитный город.

Зак, Зориан и Аланик мрачно смотрели на призрачную бомбу, не решаясь подойти ближе — чтобы ненароком не активировать ловушку или скрытый оберег.

— Получается, мы нашли четыре, — заметил Аланик. — Одну в Сиории, две в Корсе и теперь вот в Луе. Сколько же они их понаделали…

— В Сиории должны быть ещё, — добавил Зориан. — Быть не может, чтобы в Корсе было больше зарядов. Сиория куда важнее. Мы просто пока не нашли их.

— Да и в столице наверняка есть, — сказал Зак. — Джорнак ненавидит правительство, он не упустит шанс ударить в самое сердце. А учитывая, что он говорил про Суламнон и Фалкринею — там тоже должны быть бомбы…

— Нам ни за что не найти все, — мрачно заметил Аланик. — Это будет катастрофа. Погибнут целые районы. На устранение последствий уйдут годы.

Он сокрушённо глянул на Зака и Зориана, но парни молчали. Что тут скажешь, всем всё понятно.

— Вы всё ещё не знаете, как безопасно обезвреживать эти штуки? — спросил жрец. Судя по интонации, он и сам догадывался, что услышит в ответ.

Зак и Зориан кивнули.

— Это настоящее произведение искусства, — ответил Зориан. — Джорнак, должно быть, оттачивал схему годами. Любое мыслимое вмешательство приведёт к срабатыванию бомбы — и сообщит врагам о наших действиях. Остаётся поступать, как с прошлыми бомбами — накрыть своим оберегом, поверх защитных чар бомбы. Он должен удержать духов, но, сами понимаете, на практике это не проверялось.

— Понятно, — Аланик вновь отвернулся к бомбе, словно надеясь найти какую-нибудь подсказку. — Тогда не трать время. Я свяжусь с церковью, они запечатают бомбу. И я по-прежнему считаю, что нам следует подрывать эти штуки сразу по обнаружению.

— А я по-прежнему считаю, что не надо торопиться, — возразил Зориан. — Их можно обезвредить, Джорнак наверняка знает, как. Мне нужно лишь вырвать это знание из его разума.

— Думаешь, получится? — с сомнением отозвался Зак. — Для этого нужно захватить его живым, что… непросто.

— Мы в любом случае должны избегать его смерти, ведь как только он умрёт, эти штуки сработают, — напомнил Зориан. — Не говоря уже обо всех остальных закладках. Что бы ни творилось у него в голове — он определённо сознаёт, что может проиграть, и принял меры на этот случай.

Зак пренебрежительно фыркнул.

— Слишком много мер, если хотите знать моё мнение. Столько усилий, чтобы отравить всем жизнь после собственной смерти… Ему-то какая выгода? Это просто мелочно. Парень не умеет проигрывать.

— Ну, мы же учитываем, что его нельзя убивать, то есть какая-то выгода уже есть, — заметил Аланик. — Но да, мне тоже кажется, что им движет не только жажда власти. Джорнак хочет отомстить.

— Отомстить? — удивился Зак. — Кому?

— Всем, — ответил Аланик, по-прежнему глядя на бомбу.

Гладкая поверхность черного овала дрогнула, словно внутри ворочались сотни червей, и вновь замерла. Никто не обратил внимания — с призрачными бомбами такое случалось. Иногда внутри можно было разглядеть силуэты рук и лиц — алчущих, безумных, плачущих и умоляющих, словно дух отчаянно просил выпустить его — а потом его вновь затягивало в глубины устройства.

— Это что, личный опыт? — Зак с любопытством посмотрел на жреца.

— В молодости я часто поддавался гневу, — помолчав, ответил Аланик. — Не хочу это обсуждать.

Все трое замолчали, Зориан обдумывал слова воинствующего жреца. Аланик никогда не рассказывал о своём прошлом, и Зориан признавал его право. Порой он размышлял, почему Аланик вообще прикладывает столько сил, помогая им? Может, видит в них себя-молодого, таких же оболтусов, которых нужно удержать от шага на кривую дорожку? Или он столь проницателен, что может в первую же встречу разобраться, что к чему? Как бы там ни было, Зориан был ему признателен и не собирался тревожить его старые раны.

Что же до мотивов Джорнака… да, вполне может быть. Джорнак — старый Джорнак, с которым Зориан говорил в петле — определённо не забыл, что у него несправедливо отняли наследство. Эта обида запросто могла разрастись, когда юрист стал путешественником во времени и глубже заглянул в бездну грязи и коррупции — в политику Алтазии.

Хотя по большому счёту неважно. Что бы ни двигало Красным, он враг, и его нужно победить.

— К другим новостям — Сильверлэйк исчезла, — нарушил молчание Зориан. — В смысле, старая Сильверлэйк. Собрала всё, что можно, и сбежала. Понятия не имею, куда.

— Думаешь, она присоединится к врагам? — нахмурился Зак.

— Нет, вряд ли, — ответил Зориан. — Скорее просто оценила масштаб наблюдающих за ней сил и струсила. Сама она ни за что не решится участвовать, её придётся заставить — а это вряд ли одобрит новая Сильверлэйк.

— Что же, если она не будет мешаться, я только за, — пожал плечами Зак. — Одной проблемой меньше.

— Я слышал донесения, что несколько наёмничьих компаний в соседних странах заключили тайные высокооплачиваемые контракты, — сказал Аланик. — Доказательств нет, но подозреваю — захватчики добирают войска для последней битвы.

Зак, нахмурившись, пробормотал крепкое словцо. Зориан воспринял сообщение сдержанней, но тоже помрачнел.

— И в целом противник ведёт себя всё более дерзко. Очевидно, у них всё готово, — продолжил оживившийся Аланик. — Чего мы ждём? Нужно атаковать, захватить инициативу.

— Ну… изначально планировалось атаковать за день до летнего фестиваля, — Зак вопросительно посмотрел на напарника. — Но Зориан затягивает, говорит, ему нужно больше времени. Всё упирается в него.

Взгляд Аланика чуть смягчился, поза стала менее напряжённой.

— А, ситуация с Заком? — негромко спросил он. — Тебе удалось?..

— Извините, — безжизненным голосом ответил Зориан. — Как я ни искал, ничего найти не удалось.

— Да и ладно, — вздохнул Зак. — Я уже смирился. Написал завещание, всё такое…

— Угу. В любом случае, вы правы. Нет смысла ждать, мы лишь даём врагам больше времени. Мы атакуем через два дня, за день до летнего фестиваля. Мне нужно проверить ещё одну идею.

— Та затея с перевертышами? — поинтересовался Зак. — И что, может сработать?

— Если сработает, будет настоящий успех.

— Верно, — согласился Зак. — Попробовать стоит.

У самых границ Сиории Зориан и его симулякрумы обустроили сферический ритуальный зал. Всё здесь было подчинено единственной цели — максимально усилить одно конкретное заклятье прорицания. Стены покрывали ряды мистических символов и сложные магические схемы, все — из драгоценных или редких алхимических металлов. В полу были пропечатаны аж шесть кроваво-красных магических кругов, окружая стоящий в центре золотой куб с самым обычным блюдцем. Всё это освещали висящие под куполом сотни крохотных белых звёздочек — микроскопические врата, соединяющие ритуальный зал с разными точками в стране и за её пределами.

Везде, где на взгляд Зориана могли прятать похищенных детей.

В зале стояли Рэйни, Хаслуш, Реа и три симулякрума Зориана. Двое изображали взрослых магов, молчаливых и суровых — чтобы всё это выглядело правительственной операцией, а не самодеятельностью одного студента. Для ритуала хватило бы и одного, но запас не повредит, да и выглядеть, учитывая размах затеи, будет убедительней.

Третий симулякрум изображал самого Зориана — чтобы стоять рядом с Хаслушем и Реей и выглядеть обычным парнем. Хотя с последним, судя по лицам спутников, у него что-то не задалось.

— Боже, мистер Казински… Я знала, что ты непрост, но и не думала, что у тебя такие связи, — тихо заметила Реа. Впервые за всё время, что он знал её, Зориан различал неуверенность и опаску в её лице и голосе.

— Вы даже не представляете, — дрогнувшим голосом отозвался Хаслуш. Детектив проникся ещё сильнее, казалось, ритуальный зал привёл его в ужас. — Сюда вложено больше денег, чем весь полицейский департамент получает за год. Ради одного-единственного заклятья, и уже завтра всё это будет бесполезно! Такое расточительство просто в голове не укладывается.

Номер Один смущённо поёжился. Ну да, Зориан воспринимает деньги слегка искажённо, и в будущем это может стать проблемой — но не сейчас. Он заплатил бы и вдвое больше, если бы это помогло.

— Ты даже не понимаешь, что это значит? — странно посмотрел на него Хаслуш.

— Нет? — неуверенно ответил симулякрум.

Он и правда не понимал. Верно, этот зал — лучшее, что можно сделать за пару дней, и наверняка мог бы поразить обычного мага, но ведь державе уровня Эльдемара это вполне по карману?

Даже забавно. Оригинал так старался, скрывал свои истинные возможности и приписывал свои достижения какой-то тайной службе. У него даже получилось. Но самого факта, что он связан с такой службой, оказалось достаточно, чтобы переполошить Хаслуша и Рею.

Ещё одна головная боль… но не для него, он всего лишь двойник и исчезнет через пару часов. А мысли, как оригинал будет из всего этого выпутываться, скорее смешили.

— Проехали, — вздохнул Хаслуш. — Ты слишком молод и неопытен. Скажу только — ты ввязался в действительно опасную историю.

— Как будто я не знаю, — пробормотал симулякрум.

Рэйни, в свою очередь, сидела в центре зала, рядом с кубом, делая глубокие вдохи, чтобы успокоиться. Она едва слышно напевала какую-то песню на незнакомом языке, вероятно — языке её племени. Два замаскированных симулякрума сидели рядом, образуя вместе с ней треугольник вокруг центрального блюдца. Они, понятное дело, были собраны и спокойны, ожидая, когда девушка настроится для проведения ритуала.

Чудовищная ответственность. Успех всего ритуала зависел только от неё. Номер Один не сомневался, что его собратья безупречно исполнят свою роль, но провести обряд могла только Рэйни. Ведь это её брата они пытались отыскать.

Прорицание тем эффективнее, чем прочнее основа. Для поисковых чар заклинателю нужно что-то, связанное с целью — личная вещь, капля крови, что-нибудь подобное. Еще лучше, если сам заклинатель как-то связан с целью — говорил с ней, был другом, состоял в браке.

И мало что может сравниться с узами крови — связью детей и родителей, брата и сестры.

Тем более, если использовать магию крови, вызывая в родственной крови резонанс.

И наконец — эссенция первозданного, что есть в крови каждого перевертыша. Рэйни уже подросток, эссенция уже впиталась в её душу и плоть — но следы должны остаться. Зориан провёл немало времени с лидерами Культа, изучая их способ взлома божественной темницы с помощью эссенции в крови. Тем же самым способом можно взломать любые скрывающие чары смертных.

Цель — брат Рэйни. Как бы мало они ни общались, связь между ними сильна. Магия крови делает её еще сильнее. И в крови обоих есть эссенция первозданного. Никакие обереги не помогут захватчикам скрыть похищенного ребенка.

Если всё получится — Зак и Зориан смогут освободить похищенных детей. Спасут невинные жизни и подорвут весь ритуал освобождения Панаксета. До летнего фестиваля остался день, новых жертв уже не наловить.

Разумеется, всё могло по самым разным причинам сорваться даже при безупречно исполненном поисковом ритуале. Начать с того, что Зориан не мог охватить всю планету даже самыми крошечными вратами. Вполне возможно, что рядом с нужным местом нет ни одних врат — и тогда всё впустую. Еще возможно, что захватчики держат детей в разных местах — тогда удастся спасти только брата Рэйни. У захватчиков может быть припрятана запасная группа жертв, и они просто переключатся на неё.

И всё же — Зориан возлагал на ритуал большие надежды. У них может получиться. Вопрос лишь в том, справится ли Рэйни.

Сама магия крови несложна. Она вообще известна своей простотой, даже чрезмерной, по мнению некоторых, простотой. Опять же — Зориану не пришлось изобретать велосипед, поисковые заклятья на крови были известны и не раз проверены.

С другой стороны — это всё же магия крови. Рэйни придётся резать себя и сплетать чары, не обращая внимания на боль. Да, простые чары, но ведь и Рэйни еще совсем новичок в плетении. Наконец, независимо от того, получится у неё или нет, как минимум неделю она будет испытывать слабость, а следы эссенции первозданного в её крови исчезнут.

Так что у неё только одна попытка. Малейшая ошибка, и всё пропало.

Симулякрумы Зориана терпеливо ждали, когда она сосредоточится.

На краю зала так же терпеливо ждали Хаслуш, Реа и Номер Один.

Ну, то есть Номер Один терпеливо ждал. Детектив и кошка нервничали.

— Центр зала защищен от звука, так? — негромко спросил Хаслуш. — Они нас не слышат?

— Да, — спокойно подтвердил симулякрум. — От звука, посторонней маны и многих других факторов. Если захотите привлечь их внимание, вам придётся здорово постараться.

Ясное дело, Номер Один был ментально соединён с двумя собратьями в защищённой зоне, но их опыт и мастерство не позволят отвлечься.

— Да что с тобой не так, парень? — сердито глянул на него детектив. — Ты что, сделан из льда?

— Я просто по натуре спокоен, — приосанился симулякрум. — Не волнуйтесь, дядя, когда-нибудь и вы так научитесь.

Хаслуш раздражённо цокнул языком и замолчал.

— Я кое-что узнала о семье твоей одноклассницы, — заметила Реа.

— О? — Номер Один поднял бровь.

— Судя по всему, отношения в семье Рэйни… далеки от идеала, — Реа прикрыла глаза и наклонила голову, словно прислушиваясь. — Родившись, брат по сути сменил её в роли наследника. Говорят, она была очень этим недовольна.

Номер Один промолчал.

— Ты знал, — помолчав, констатировала Реа.

— Да, — признал симулякрум. — Знал.

— Думаете, она нарочно сорвёт ритуал? — нахмурился Хаслуш.

— Напротив, — спокойно мотнула головой Реа. — Думаю, она отчаянно желает найти его. Она наверняка не раз хотела, чтобы он исчез — и когда это случилось, чувствует себя виноватой. Племена перевёртышей суеверны и считают, что дурной мыслью и правда можно кому-то повредить.

— Как и многие обыватели, — пожал плечами Хаслуш. — Это маги знают, что проклятья действуют совсем иначе.

Реа задумчиво хмыкнула, но ничего не сказала. Воцарилась тишина — в центре начался ритуал.

Рыжая наследница волков начала читать заклятье — сначала тихо, потом всё уверенней и громче. Дрожащей рукой она занесла кинжал над раскрытой ладонью и резанула — раз, другой, третий. Движения были грубоваты, клинок врезался глубже, чем необходимо — но, пожалуй, лучше так, чем если бы она боялась поранить себя.

Рэйни протянула окровавленную руку над блюдцем и уронила каплю. Вспыхнули алые линии и диаграммы, золотой куб исторг едва ощутимый магический импульс, затем ещё и еще. Белые звёзды под куполом тускнели и разгорались, как сотни пылающих сердец.

Тончайшие, едва различимые нити крови развернулись из блюдца и протянулись к сотням врат — и к окровавленной руке девушки. Рэйни ахнула и покачнулась, ощутив, как через раны на руке из неё выкачивается жизненная сила. Боль и головокружение заставили её выронить кинжал, она чуть не рухнула лицом в блюдце, но сила воли и поддержка двух симулякрумов позволили остаться в сознании. Стиснув зубы, она начала выполнять жесты здоровой рукой.

Последний жест — и всё встало на свои места. Пространственные врата вспыхнули нестерпимым светом, заставив Хаслуша и Рею закрыться руками, могучий поток информации хлынул в разум трёх симулякрумов.

Сколько же знаний разом. Сотни мест, практически не связанных друг с другом, смешивались в одну жуткую мешанину. Заклятье, охватив огромную территорию, не могло вычленить нужные сведенья — это должен сделать сам заклинатель. Проводи ритуал одна Рэйни — она никогда не разобралась бы в полученном результате, это просто не под силу начинающему магу. Но она была не одна, с ней были три симулякрума Зориана. Хотя хватило бы и одного.

Номер Один улыбнулся, и практически мгновенно от всех троих ушёл мысленный сигнал к оригиналу. Одно-единственное слово.

— Получилось, — пробормотал Номер Один.

Сидящий перед стратегическими картами в компании Зака, Ксвима, Аланика и остальных участников их небольшого заговора Зориан насторожился и прочистил горло, привлекая внимание. Все разговоры смолкли, взгляды скрестились на нём.

— Мы нашли их, — сказал Зориан. — Начинаем.

Под безмятежным солнечным небом Сиории, за день до летнего фестиваля разверзся ад. Без какого-либо предупреждения десятки дворов изрыгнули огонь артиллерийских заклятий, поражая одним им ведомые цели на окраинах. Там словно только и ожидали нападения — в ответ полетели чужие заклятья. Город заполыхал, что не разрушила магия, то поджигали снующие по улицам огненные элементали. Ни та, ни другая сторона не собирались останавливаться, артиллерийские заклятья всё так же взмывали в небо.

Потом пришли монстры. Скелеты, боевые тролли, гигантские ящеры, стаи железноклювов… поток чудовищ вырвался из подземелий, усугубляя творящийся вокруг хаос. До поверхности дошла лишь малая часть — многие погибли в оказавшихся на их пути ловушках, ещё больше захватчиков столкнулись в туннелях с невидимым противником — но даже та часть, что сумела прорваться, была серьёзной силой.

Пришло время последней битвы. Скоро предводители обеих сторон сойдутся в бою.

Глава 101. Рокировка

Сиория горела. Первоначальная артиллерийская дуэль порушила немало важных зданий, а следом на улицы вырвался живой огонь, запалив целые кварталы. Да и рядовые бойцы захватчиков не особо отставали от элементалей, поджигая дома при первой же возможности.

Несмотря на это, Зориан достаточно позитивно оценивал ситуацию: по опыту прежних вторжений он ожидал куда больших разрушений. Городские власти среагировали на удивление быстро и организованно — несмотря на уничтоженные первыми же залпами ратушу и казармы гарнизона, войска защитников держались куда лучше обычного. И это была даже не столько заслуга Зака и Зориана — просто несмотря на соглашение обеих сторон не привлекать лишнего внимания, кое-что власти всё же узнали заранее.

И хорошо. У парней были и более срочные дела, защищать город некогда. Отражать атаки из-под земли и тушить пожары, пока они не охватили всю Сиорию, придётся без их участия.

Цинично? Да, пожалуй. Но Зориан не сомневался — только так можно свести жертвы к минимуму. Вмешайся они с Заком в уличные бои — явятся Кватач-Ичл и другие лидеры вторжения. А разборки сильнейших магов прямо на улицах — последнее, что сейчас нужно истерзанному городу.

Так что нет, сражаться лучше вдали от Сиории. Там, где не им, а захватчикам придётся беспокоиться о сопутствующем ущербе.

Вот почему один из симулякрумов Зориана вёл отряд прямо на подземную базу ибасанцев. Базу, где стояли пространственные врата, подготовленный путь отступления, стерегли как зеницу ока. И совсем не обрадовались целой армии из големов, предоставленных Алаником военных и подчинённых магией разума подземных монстров.

Защитники города на поверхности скорее всего и не подозревали, что сражаются лишь с малой частью захватчиков. Основные силы ибасанцев спешно отошли на защиту базы, пытаясь сдержать отряд Зориана.

Ну, строго говоря, они сражались с симулякрумом, сам Зориан был далеко отсюда… Но сегодня это не имело значения. Зориан и его симулякрумы были едины, объединив разумы как никогда прежде. Не маг и несколько копий — а общий разум, управляющий несколькими телами. Эта техника — венец его исследовании мозговых крыс и Принцессы, и он впервые решился применить её вне лаборатории. Он боялся, что столь глубокое слияние изменит его психику — особенно если делать это регулярно — но отчаянные времена требуют отчаянных мер.

От одного раза ему ничего не будет.

Наверное.

Эктоплазменное тело Зориана уверенно шагало к суетящимся врагам, пытающимся перекрыть выход из туннеля. Несколько сотен големов всевозможных форм и размеров, почти сотня боевых магов, приведённых Алаником, и сотни крюкогоблинов и других подземных тварей ждали его приказов.

С вражеской баррикады навстречу ему с рёвом стартовали ярко светящиеся заклятья — одно красное, второе синее. Столь яркие, что больно смотреть, они безошибочно наводились на цель — но Зориан и не подумал тратить дефицитную ману на защиту. Шагавший за ним огромный голем вскинул массивные руки — и прихлопнул летящие заклятья, как мух.

Двойной взрыв залил подземелье слепящим светом — заклятья каким-то образом усиливали друг друга, вместе становясь больше, чем сумма исходных частей — но и этого оказалось недостаточно. Обереги голема-телохранителя просто погасили взрыв, защитив своего создателя.

Да и на самом големе не появилось ни царапины.

Не дожидаясь, когда погаснет вспышка, Зориан молча вскинул тяжелую зачарованную винтовку и выстрелил в одного из запустивших заклятья магов. Обгоняя звук, пуля легко прошила оберег баррикады, поразив мага в грудь, прежде чем он успел среагировать. Не убила, но хотя бы вывела из строя. Игнорируя шквал ответного магического огня, Зориан хладнокровно довернул ствол в сторону второго мага, лихорадочно поднимавшего защиты.

Больше дюжины ближайших големов повернулись следом, слитным движением поднимая свои винтовки.

Щиты мага выдержали первые пять пуль; десяток следующих изрешетили ибасанца, убив на месте.

Тяжелые големы выступили впереди Зориана, принимая град вражеских заклятий на свои обереги.

Зориан отдал мысленный приказ — и верещащая орда крюкогоблинов, гигантских многоножек и пещерных ящериц устремилась к баррикаде. В ответ с баррикады хлынули скелеты и зомби; две волны пушечного мяса столкнулись на полпути, силясь опрокинуть, рассеять одна другую.

Очень скоро стало очевидно, что нежить проигрывает. Да, они не боялись боли и смерти — но были безмозглыми куклами. Орда же Зориана, в свою очередь, была куда опаснее, чем казалась. Он не впервые использовал монстров в качестве авангарда и достиг в этом немалых высот. Его монстры больше не бежали сломя голову, мешая соседям и бросаясь на кого попало. Скорее они напоминали атакующую стаю мозговых крыс — видя глазами друг друга, нанося удары там, где защита слабее, сбиваясь в группы против опасных врагов, даже отдавая жизнь, когда того требовали общие интересы.

Внезапно Зориан ощутил десять ментальных и духовных отметок, быстро приближающихся со всех сторон прямо сквозь толщу камня.

Скальные черви. Зориан хмыкнул про себя и послал отряду приказ выдвигаться. Само собой, големы бездумно подчинились — а вот среди людей Аланика многие дернулись, услышав голос в голове. Подобный способ командования явно был им непривычен и внушал опасения. Что же, главное — слушают, пусть и не сразу. Пока он не спешил их использовать — во-первых, их силы еще понадобятся в предстоящих боях, а во-вторых… Он всё еще не привык посылать людей в бой, на верную гибель. Их, в отличие от големов, новых не наделаешь.

Ибасанцы отправили в бой троллей, вероятно, рассчитывая воспользоваться суматохой в момент нападения червей. Напрасная надежда. Сильверлэйк должна была рассказать Джорнаку о ментальных возможностях Зориана, но то ли эти сведенья так и не дошли до командования базы, то ли были отброшены как нелепые — иначе захватчики никогда бы не пошли бы на такой риск.

Всё произошло мгновенно. Боевые тролли были буквально в двух шагах от строя големов — совершенно синхронно со скальными червями, уже готовыми вынырнуть посреди армии Зориана. Кто бы ни командовал контратакой, он определённо умел нанести максимальный урон одним ударом. Зориан явственно ощущал злорадное предвкушение ибасанских магов, что затаив дыхание ждали, когда начнется побоище…

…и тут Зориан мысленно потянулся к скальным червям, срывая управляющие чары ибасанцев, как паутину, и приказал сменить цель атаки.

Что и было исполнено. Перед атакующими троллями из пола и потолка туннеля вырвались восемь червей, сшибая с ног наиболее крупных и грозно выглядящих, обрывая набранный разбег. Тролли и големы наконец столкнулись — и плоть уступила стали. Сделанные из прочнейшего металла, вооруженные раскалёнными клинками, специально разработанными против регенерации троллей — големы справились бы и без помощи червей. С червями — это было натуральное избиение.

Зориан даже не сбавил шага. Когда он поравнялся с дерущимися, один из вожаков троллей дёрнулся было в его сторону — но червь обвивал его, как огромная змея. Огромные челюсти подземного хищника силились сомкнуться на голове тролля; тот, в свою очередь, отчаянно удерживал их обеими руками. Зориан скомандовал голему-телохранителю — и мощная стальная кукла, наклонившись, схватила тролля за ногу, подняла в воздух.

Червь тут же отпустил тролля, выбрав новую жертву; голем же, раскрутив тролля над головой, швырнул его прямо в баррикаду ибасанцев.

Это не помогло бы, будь ибасанские маги настороже — но сейчас им было как-то не до того. Два последних червя вынырнули за баррикадой, ударив магам в спину; спереди же ломились монстры Зориана, практически разделавшиеся с нежитью и норовящие прорвать баррикаду. Так что захватчикам оставалось лишь бессильно смотреть, как их собственный зверь, крупный даже по меркам троллей и закованный в тяжелую броню, крутясь, пролетел в воздухе и врезался в массивный каменный куб — ядро защитных оберегов баррикады.

Брызнули осколки, и магический щит ибасанцев погас. Не замедляя шага, Зориан выхватил из-за спины громоздкий гранатомёт и послал в видимое скопление захватчиков одну за другой три замораживающие гранаты. Буквально через миг к нему присоединились маги его отряда — по обнажившейся баррикаде хлестнул шквал пуль, заклятий и гранат.

Деморализованные захватчики бросили укрепление и побежали. Зориан хотел было бросить отряд в погоню, как вдруг перед ними материализовалась знакомая фигура.

Парящий маг в расшитой алой мантии, лицо под капюшоном укрыто наведённой темнотой.

Даже открыв им своё имя, Джорнак всё так же прятался под одеяниями Культа.

— А ты скрывал свои силы в недавних столкновениях, — заметил Красный, небрежно отражая пули бойцов Зориана и тут же отвечая молнией.

Разряд ударил в солдата, убив на месте, и заплясал, перекидываясь с одного на другого, оборвав еще три жизни и покалечив двоих. Зориан немедленно приказал людям отступать. Они могли бы отвлечь противника, но не такой ценой.

Всё равно враг перед ними — всего лишь симулякрум, ну, прикончат они его, дальше что?

— Мы оба скрывали свои способности, — ответил Зориан, несколько раз нажимая на спуск. Джорнак отбил пули с той же легкостью, что и раньше. Какой-то специальный щит от физических атак? — В этом нет ничего странного.

— Ненавижу эти штуковины, — заметил Джорнак. Насколько понял Зориан, он про винтовку. — Они принесли столько горя, лучше бы их вообще никогда не изобретали. Будь моя воля — я бы никогда их не использовал. Зак, уверен, думает так же. Вот почему я так удивился в нашу первую схватку. В этом смысле ты еще более бесчестен, чем я.

Мнение Красного по вопросам морали Зориана не интересовало — он бросил големов в бой, концентрируя ману для атаки. Хотя скорее всего и Джорнак не говорил начистоту — просто пытался заболтать его, давая ибасанцам время перегруппироваться.

Они нырнули в ускорение практически одновременно, пытаясь застать противника врасплох, полетели заклятья. Каменные стены туннеля плавились и взрывались осколками — короткий обмен заклятьями не принёс результатов, лишь эхо столкнувшихся чар докатилось до людей Зориана, внушая страх и вынуждая отступить ещё дальше.

Зориан нахмурился, глядя на красную фигуру врага. Сказать по правде — он ожидал чего-то подобного, было бы крайне подозрительно, если бы никто не попытался остановить его на подступах к базе. Врата — основа мобильности захватчиков, без них вторжение закончится, даже не начавшись.

Вот только оригинал тоже вступил в битву, и его сражение куда важнее. Не просто так против него здесь послали только симулякрум Джорнака — остальные силы заговорщиков заняты вдалеке от Сиории.

Откровенно говоря, вся его операция по сути была отвлекающим маневром. Он не планировал и в самом деле взять ибасанскую базу — лишь облегчить задачу защитникам города и, возможно, оттянуть на себя один из козырей захватчиков. И обе его задачи уже достигнуты — сам факт того, что Джорнак тратит на него ману, уже в какой-то мере победа. Можно сбавить темп и просто тянуть время, расходуя ману Красного и отвлекая его от других мест.

Или он может рискнуть и попробовать уничтожить вражеский симулякрум — что отвлечёт сюда ещё больше сил захватчиков, но чревато потерей этого тела. Если симулякрум Зориана погибнет в бою — следом умрут все люди его отряда, а ибасанцы смогут всерьёз взяться за Сиорию.

Миг колебаний прошёл — Зориан вновь бросил големов в бой, сплетая ману вокруг себя. Рой ярких оранжевых огоньков заструился кольцом, словно звёздная река. Крохотные — не толще большого пальца — огненные сферы были быстры, точны, не требовали много внимания… и каждая несла заряд полноценного фаербола. Он тут же послал три из них в Джорнака по сложным ломаным траекториям — и добавил копьем силы в голову.

Красный вновь сумел удивить — вместо того, чтобы избегать големов или потратить прорву маны на уничтожение защищенных от магии боевых кукол, он… сошёлся с ними в рукопашную. Симулякрум Джорнака был создан посредством какой-то неизвестной Зориану техники — и обладал просто немыслимой физической силой. Его кулаки раскидывали рослых големов, как тряпичных кукол, а пинки не раз и не два ломали стальные суставы, выводя металлических бойцов из строя. Хуже того, эктоплазменное тело Джорнака без видимых усилий регенерировало. Зориан дважды сумел серьёзно повредить его, оторвав взрывом руку и пробив грудь копьём силы — но повреждения исчезли за считанные секунды.

Зориан послал голема-телохранителя, рассчитывая задавить Джорнака массой и мощью оберегов — и это вышло ему боком. Красный выхватил из кармана три гранаты и, подкинув над головой, телепортировался в сторону. Прежде чем Зориан успел отозвать своего бойца, гранаты беззвучно взорвались, раскрывшись паутиной тончайших, крошащих само пространство сколов.

Защитные обереги телохранителя были хороши — но мало что может устоять перед пространственными разломами. Стальное тело покрылось сеткой тонких чёрных линий — и вместе с ядром просто рассыпалось на сотни обрезков.

Теперь Зориан бессильно смотрел как его творение, позволившее ему пройти так далеко на вражескую территорию, рассыпается на части.

Ладно, вот теперь он, пожалуй, разозлился.

Он послал в Джорнака все оставшиеся звёздочки, вынудив врага уйти в глухую оборону, и сам устремился следом. Симулякрум Красного на миг помедлил, явно не понимая, что нашло на Зориана, но, очевидно, решил не упускать шанс и тоже рванулся навстречу. Его превосходство в рукопашной было бесспорно.

За миг до столкновения всё тело Джорнака покрылось разрядами темно-красной энергии, напоминающими любимое заклятье Кватач-Ичла. Его рука неуловимо быстро метнулась вперёд, вонзаясь в грудь симулякрума Зориана. Мягкая эктоплазменная рука прошила несущий скелет из алхимически закалённой стали, разрушительные красные молнии зазмеились во все стороны от раны, необратимо повреждая хрупкую внутреннюю начинку.

Игнорируя урон, Зориан обеими руками схватил воткнувшуюся в грудь руку врага. Почуяв неладное, симулякрум Джорнака попытался вырваться, но было поздно — сотни тончайших эктоплазменных нитей вырвались из ладоней Зориана и вгрызлись в Красного.

Тот задергался, пытаясь освободиться, но не сумел. Из Зориана на каменный пол посыпалась чёрная ржавчина от разрушающегося скелета, но и симулякрум Джорнака становился всё более размытым — нити Зориана прорастали в нём, разрушая его плетение. Разрушая быстрее, чем сдавало искусственное тело самого Зориана.

— Ты… — неверяще прохрипел Джорнак и, замерцав с головы до ног, как некачественная иллюзия, развеялся дымом.

Лишившись поддержки, симулякрум Зориана рухнул на пол. Его несущий скелет был безнадёжно поврежден, из всего тела могла двигаться только голова.

Спустя некоторое время люди из его отряда всё же рискнули приблизиться — проверить, что происходит.

— Эй, — неожиданно позвал лежащий на полу Зориан. Бойцы переглянулись, потом ближайший неуверенно указал на себя. — Да, ты, который с бородой. Отрежь мне голову.

— Прошу прощения? — переспросил поражённый солдат.

— Моё тело не движется, теперь это просто мёртвый груз. К сожалению, мои големы недостаточно аккуратны, так что отрезать и нести голову придётся тебе. Назначаешься её официальным носильщиком.

Бедняга посмотрел на лежащее тело командира, вздохнул.

— Я на такое не подписывался, — едва слышно пробормотал он.

Зориан сражался в подземельях Сиории, но в то же время он был в Косе, готовясь участвовать в атаке на ибасанский лагерь. Планируя захватить заложников, Джорнак построил здесь портал, и теперь в джунглях недалеко от усадьбы Тараматула пряталась небольшая ибасанская база.

Сложно сказать, собирался ли Красный пускать её в ход. С одной стороны, база всё ещё была здесь, и портал всё ещё работал — враги ведь наверняка свернули бы лагерь, знай они, что Зориан не привёз друзей к Тараматула? С другой стороны, лагерь был откровенно мал — один-единственный отряд боевых троллей и небольшая армия нежити под командованием кучки магов. Непонятно, на что они вообще рассчитывали.

Ну, то есть ему непонятно. Орисса и другие Тараматула восприняли угрозу более чем серьёзно.

— Какой неприятный сюрприз, — заметила Орисса. — Сумей они застать нас врасплох — была бы катастрофа.

— Я видел, как ты сражаешься, — нахмурился Зориан. — Дом с несколькими десятками таких магов без проблем отразит подобный отряд, пусть даже тролли и нежить менее уязвимы для пчелиных жал.

В других местах он был нужнее, так что этот Зориан тоже был симулякрумом. Более того, в отличие от себя под Сиорией, с ним не было армии големов — Тараматула справятся сами, он здесь всего лишь советник.

— Видел? — заинтересованно переспросила Орисса. — Как странно. Не припомню, чтобы когда-либо сражалась в твоём присутствии. Но, пусть мне и приятна высокая оценка — у Дома нет десятков таких магов. Я — исключение, как в плане таланта, так и в плане бюджета моего обучения. Большинство членов Дома не умеют драться — они разведчики и следопыты, и применяют своих пчёл в бою только когда не остаётся другого выбора.

— А, — Зориан мысленно поморщился. Да, оценивать средний уровень Дома по наследнице не самая умная мысль. — Тогда почему вы настаиваете на атаке? Почему не укрепитесь в усадьбе, как я советовал?

— Слишком рискованно, — ответила Орисса. — Если будут повреждены главные ульи — Дом понесет тяжелейшие убытки. И, что важнее… старейшины хотят портал.

Зориан поднял бровь. Ну конечно, портал. Созданная Джорнаком база напрямую соединена с Алтазией — ценность постоянного трансконтинентального перехода сложно переоценить.

— И… ты не уверена, что можешь защититься от такого количества врагов, но собираешься перебить их сама, да ещё не повредив врата? — поинтересовался он.

— Да, шансы есть, — загадочно улыбнулась невеста брата. — В прямом столкновении нам пришлось бы нелегко, но благодаря твоему предупреждению мы можем застать их врасплох. Если сумеем тайно доставить в их лагерь достаточно пчёл — то первым и последним, что они увидят, будет огромный пчелиный рой.

— Нужно убедиться, что первый удар убьёт всех, — заметил Зориан. — Если уцелеет хотя бы один — он закроет портал.

— Разумеется, — согласилась Орисса. — Потому и важно тщательно подготовиться. Ты ведь сказал, что можно не торопиться, так?

— Верно, — подтвердил Зориан. По большому счёту это сражение ни на что не влияло. Если Тараматула и правда сумеют захватить портал, возможно, они смогут послать подкрепление, но едва ли это что-то изменит. — Так что я полностью поддерживаю осторожный подход.

— Меньше шансов, что тебе придётся нас вытаскивать? — понимающе спросила Орисса.

— Я всего лишь подросток средних способностей, — ответил Зориан. — Едва ли такие подвиги мне по плечу.

— Я так и подумала, — кивнула Орисса. — Так сколько, говоришь, в лагере живых людей?

— Двадцать восемь, — не задумываясь ответил Зориан. И тут же указал, где находится каждый из них, чтобы Тараматула не тратили время на поиски.

— Подросток средних способностей, — невинно заметила Орисса. — И можешь указать расположение людей в лагере с такого расстояния. Твоему брату стоило бы лучше учить тебя врать.

— Всего лишь обычное ментальное чутьё психика, — возразил Зориан. — Просто врождённая способность.

— Уверена, Дэймен так не смог бы, несмотря на то, что он старше, — ответила она.

Вот же. Ну почему он никак не может соответствовать норме? Ох и аукнется ещё ему всё это…

— А знаешь что? Лучше я помолчу, — вздохнул Зориан. — Тебе надо планировать атаку, вот и планируй, а я… просто постою в сторонке, пока взрослые работают. Пожалуйста, позаботься обо мне, невеста Дэймена. Он никогда тебе не простит, если его любимый братишка погибнет.

В ответ она натравила на него пчёл.

Зориан был в туннелях под Сиорией, он был в Косе, он даже был в академии, готовясь на случай непредвиденного развития событий…

Но прежде всего — он был у поместья Яску.

Вместе с Заком, Ксвимом, Алаником, Дэйменом и большей частью союзников. Потому что именно в поместье Яску держали похищенных детей.

Если подумать — выбор захватчиков был очевиден. Поместье надёжно защищено, расположено вдали от цивилизации и напрямую соединено порталом с лагерем ибасанцев под Сиорией.

С другой стороны — у захватчиков хватало и других не менее подходящих баз, а штурм Яску — крайне затратная авантюра. Парни не полезли бы сюда, не будь у них гарантий что то, что им нужно, здесь.

Что же, теперь эти гарантии были — и вокруг поместья Судомира бушевала битва. Зориан в своём настоящем теле стоял на спине Принцессы, а вокруг горел и рушился лес. Бесчисленные полчища мертвецов накатывались волнами — от простеньких кабанов-зомби до громадных монстров, сшитых из плоти десятков существ и не уступающих в росте даже крупнейшим големам Зориана. Его стальное войско отражало атаки, кроша тварей огромными клинками и взрывая из гранатомётов — но нежити было слишком много…

К счастью, Принцесса не боялась мертвецов, а её восемь голов ни на миг не утрачивали бдительности. Вся нежить, осмелившаяся приблизиться, немедленно уничтожалась без участия Зориана.

Следом за ордой нежити от поместья наступали огромные стаи монстров — в основном боевые тролли и зимние волки, а над ними со угрожающим карканьем кружились железноклювы. Под землей незримо скользили скальные черви, но их погонщики были умнее, чем в Сиории, и избегали Зориана, как огня.

А вдалеке, на крыше поместья, сидели три дракона, пристально глядя в их сторону.

Три настоящих, живых дракона, не то костяное страшилище, что спрятано в поместье.

Зориан не сомневался — это Огань и два его ученика. Пока они бездействовали, но это точно изменится, когда парни пробьются ближе к Яску.

Это задумывалось как внезапная атака — но враги оказались во всеоружии. Что же… он в любом случае не рассчитывал на лёгкую победу.

Переговорив с Заком, Зориан послал железноклювам беззвучный сигнал — и вся огромная стая единым порывом свернула в сторону, выпустив сокрушительный залп бритвенно-острых перьев по как будто пустому месту.

Издалека донеслись крики боли — подходившие под прикрытием невидимости ибасанские маги не ожидали удара от собственных птиц.

И, прежде чем враги смогли перестроиться, Зориан приказал Принцессе галопом скакать к поместью. Она с радостью послушалась — но не раньше, чем всеми головами протрубила вызывающий рёв сидящим на крыше драконам. Один из драконов, поддавшись на провокацию, дёрнулся было на перехват, но самый крупный небрежно шлёпнул его хвостом и придавил сердитым взглядом. Явно пристыжённый, меньший дракон вернулся на место.

Впечатляет. Да, Огань крупнее и выглядит опаснее — но и остальные два тоже драконы, послушание им не свойственно. Мало быть сильным драконом-магом, чтобы за тобой вот так следовали два взрослых дракона.

А между тем восьмиглавый поезд — Принцесса — неудержимо нёсся вперед, топча мелкую нежить и не сбавляя шага раскидывая крупную.

Тут Аланик и его маги наконец закончили своё заклятье — и посреди полчищ нежити возник пламенный вихрь, начавший всасывать мертвецов, становясь всё больше и ярче.

Зориан уже видел это заклятье, а теперь знал и принцип действия. Огненный смерч вытягивал заключенные в нежити души и питался их энергией — потому не слабел, а наоборот усиливался с каждой секундой. Довольно тёмное заклятье по церковным меркам, почти что в стиле некромантов — но что поделать, приходится гасить огонь огнём. Когда заклятье погаснет, собранные души смогут отправиться в посмертие.

Он не успел толком порадоваться — из поместья хлынули, взмывая в небо, сотни красных существ. Зориан сощурился, разглядывая незнакомого врага. Твари напоминали летучих мышей — но отвратительно человекоподобных, и с извивающимися хвостами. Хвосты, как наконец рассмотрел Зориан, оканчивались зубастыми пастями и вели себя так, словно имели собственный разум.

[Демоны,] — телепатически передал ему Аланик.

[Малые или старшие?] — спросил Зориан.

[Не бывает малых демонов,] — ответил жрец. — [Но, полагаю, этих мы можем условно отнести к «малым».]

Зориан цокнул языком. Увы, из-за природы временной петли, он совершенно не имел опыта боёв с демонами. Всё, что он знал — демоны крайне разнообразны и владеют многими странными способностями. Сражаться с ними — почти то же самое, что с человеческими магами. Никогда не знаешь, чего ожидать.

[Предоставьте их нам,] — потребовал другой мысленный голос.

Зориан не стал возражать, и с его согласия наперерез демонам поднялся оглушительно гудящий крыльями рой салротум.

Некоторое время Зориан лишь управлял несколькими секущими дисками, обезглавливая троллей и зимних волков, предоставив Принцессе прокладывать путь, но вскоре его одолели сомнения. Всё складывалось хорошо, но его не оставляло ощущение, что защитники Яску сражаются вполсилы. Словно отделываются войсками, которые не жалко, выгадывая время для… чего-то.

Особенно его напрягало, что Огань и его ученики всё так же сидели на крыше. Почему грёбанные драконы не атакуют?!

Что там, Судомир даже костяного дракона не послал.

Зориан нервно провёл пальцами по кубу, что дал ему ангел. Может быть…

Нет. Ещё не время, пока не следует использовать призыв — он сам не знал, откуда в нём эта уверенность.

Вернув куб ангела в карман, Зориан коротко переговорил с союзниками.

Вдалеке в небо взмыл исполинский монстр — в отличие от прошлого раза, в этом бою священный зверь салротум был на их стороне. Работая сотнями прозрачных крыльев, чудовищный червь устремился прямо к драконам.

Это послужило сигналом — Зориан испустил ударную волну, раскидывая упрямую нежить с пути Принцессы, и направил гидру прямо к поместью, будь что будет. Позади взлетела молочно-белая сфера, несущая Зака, Ксвима, Дэймена и Аланика — и тоже понеслась к драконам.

Те уже поняли, что их атакуют, и дружно поднялись в воздух. Огань что-то проревел — и тройка разделилась. Левый ученик полетел навстречу Зориану и Принцессе, правый — навстречу червю. Сам Огань, видимо, счёл наибольшей угрозой группу Зака — и решил заняться ими лично.

У Зориана хватило скромности признать, что дракон-маг скорее всего прав.

Так или иначе, вступив в битву, Огань явно не собирался сдерживаться. Сфера Зака была слишком маневренна для когтей или огня — и дракон обратился к магии. Поведя лапами удивительно человеческим жестом, он создал шар раскалённо-белого света и метнул в сторону противника.

Удар предназначался не ему, и был выполнен на изрядном расстоянии — но у Зориана волосы встали дыбом от объёма маны, что Огань влил в заклятье. Драконья магия — сраное жульничество…

К счастью, Зак был не один — пространство между сферой и разрушительным шаром Оганя пошло волнами, и шар пропал.

Через миг далеко в стороне вспыхнуло второе солнце, громыхнул устрашающий взрыв. Ксвим телепортировал заклятье дракона прочь, но даже так звуковой удар отозвался болью в груди Зориана.

О боги… Теперь понятно, почему Зак столько раз погибал от лап Оганя. Как вообще сражаться против такой силы?

— Осторожнее, безмозглый дикарь! — раздался над поместьем голос Судомира, магия разносила его по всей округе. — Повезло, что они отбросили заклятье, иначе ты мог снести всё поместье! С каких пор такую магию можно применять над защищаемым местом?!

— Заткнись! — рявкнул на чистом икосианском Огань, ему очевидно не требовалась магия, чтобы говорить столь же громко. — Я знаю, что делаю! Иди, поплачься мёртвой жене, и не мешай мне сражаться!

Зориану было не до перебранок врага — хватало собственных проблем. Ученик Оганя, вероятно, не так силён, как его учитель — но тем не менее, Зориану предстояла схватка с драконом-магом.

Он начал с копья силы по крыльям, пытаясь приземлить рептилию. Драконий полёт имеет магическую природу, но для него всё равно нужны крылья, так что их мембрана — известное слабое место драконов.

Видимо, слишком известное. Дракон попытался увернуться, а когда Зориан с мстительным удовольствием повернул летящее заклятье, выяснилось, что дракон поддерживает магический щит. Копьё бессильно разбилось, не причинив ему никакого вреда.

Угрожающе сощурившись, дракон глубоко вдохнул и выпустил в Зориана и Принцессу поток огня. Видимо, он практиковал огненную магию — его огненное дыхание превратилось в отдельные фаерболы и лучи сфокусированного пламени.

Но достать Принцессу так и не сумел. Гидра, с её восемью головами и туловищем странной формы, могла показаться неуклюжей… Но она была благословлённым богами зверем. Быстрой, проворной, легко уклоняющейся от огня — и успевающей цеплять с земли валуны и невезучих волков и швырять в дракона. Метко кидать она тоже умела.

К тому же на её спине был Зориан. Когда Принцесса не успевала увернуться — он просто отражал огонь щитами, а в остальное время беспокоил дракона простенькими силовыми заклятьями. Если он ничего не путал — это тот самый дракон, что чуть не сорвался драться с Принцессой в начале боя, то есть с самоконтролем у него так себе.

К сожалению, дракон еще до начала боя укрылся ментальными щитами. Не особо мощными, но драконы и так мало восприимчивы к телепатии из-за своего магического сопротивления. Щит, даже столь грубый, рубил на корню всякую возможность ментальной атаки.

Расчёт Зориана на вспыльчивость молодого дракона оправдался — вскоре тот решил, что с него хватит. Вместо того, чтобы и дальше летать за пределами эффективной дальности Зориана и Принцессы, он решил приблизиться для сильной атаки.

Задумка, признаться, была хороша. Дракон сотворил прозрачный синий ком и швырнул в них — ком внезапно раздулся огромным желеобразным куполом, накрывшим обоих. Принцесса пыталась вырваться — но плёнка магического желатина не пускала и даже склеила некоторые пасти, вынуждая Зориана поспешить ей на помощь. Между тем дракон не спеша заряжал огненное заклятье впечатляющей мощи — явно способное уничтожить обездвиженных жертв одним ударом.

Вот только Принцесса умела телепортироваться.

За миг до удара она свернулась клубком и исчезла из желатиновой тюрьмы, прихватив с собой Зориана.

Дракон не успел среагировать и напрасно выпустил заклятье по пустому куполу. Принцесса возникла прямо рядом с ним, и Зориан резанул по туловищу рептилии множеством секущих хлыстов.

Человека бы изрубило на мельчайшие кусочки — дракон-маг был куда прочнее, но досталось и ему. Хлысты врезались в плоть, оплетая окровавленное туловище — рывки дракона наоборот заставляли режущие нити углубляться в тело. Зориан закрепил хлысты на спине Принцессы и скомандовал потянуть.

Она потянула. Дракон издал на удивление девчачий вскрик и рухнул на землю, оплетенный хлыстами. Прежде чем он успел прийти в себя — Принцесса уже накинулась на его, её головы кусали и рвали, всё слилось в сплошную мешанину гибких чешуйчатых шей. Схватка быстро переросла в ожесточённую борьбу — дракон и божественная гидра катались по земле, опрокидывая деревья и кроша валуны.

Сам Зориан, к счастью, успел спрыгнуть, когда Принцесса бросилась на упавшего дракона, и теперь летел к остальным в таком же, как у Зака, молочно-белом пузыре. Жалко, конечно, оставлять Принцессу один на один с драконом — но он верил, что гидра не пропадет. Она крепкая девочка.

Два других сражения, как выяснилось, успели смешаться в одно. Ученик Оганя не смог остановить червя — он мог его отвлекать, но задержать исполинского монстра сравнительно небольшому дракону просто не под силу. Кроме того, в битву по собственной инициативе вмешались железноклювы. Зориан понятия не имел, как так получилось — попытки читать птичий разум открыли лишь крайнюю злобу и ненависть к драконам, высокомерно оккупировавшим крышу поместья.

Понятно, что железноклюв дракону не соперник. Но их было действительно много, и они знали, когда бить, а когда бежать. Да и Зак сотоварищи прикрывали злобных магических ворон, раз уж те отвлекали драконов.

Само собой, Судомира совсем не радовала угроза особняку, где обитал дух его любимой жены — голос некроманта грохотал над полем, выкрикивая советы драконам и оскорбления в адрес команды Зака. Кажется, у него сдавали нервы — выкрики становились всё менее внятными, и к моменту прибытия Зориана мэр Князевых Дверей перешёл от слов к делу.

Крыша особняка обрушилась, спрятанный внутри костяной дракон шевельнулся, выбираясь из-под обломков.

Огань фыркнул, окатив костяное чудище и поместье в целом гневом и презрением, и вновь сосредоточился на сражении.

Разумеется, остальные не собирались сидеть сложа руки — прежде чем костяной дракон успел подняться в воздух, Дэймен материализовал вокруг себя гигантское эктоплазменное тело и, обхватив хищный скелет, стащил его с обнажившегося чердака на землю. Брат уже использовал это заклятье гиганта в первую встречу с Принцессой — с костяным драконом оно тоже неплохо себя показало.

Но и Судомир не был новичком в некромантии — его костяного монстра так просто не остановить. Дэймен старался изо всех сил, но было видно — не удержит… А остальные трое в его команде заняты живыми драконами и не могут помочь.

А вот подлетевший Зориан мог, ещё как мог.

Прежде чем драконы вверху успели среагировать, Зориан потянулся вглубь имперской сферы и вызвал голема совершенно чудовищных размеров. Шесть метров сверкающей, непробиваемой стали — земля проседала при каждом шаге, когда гигант тяжело подбежал к удерживаемому Дэйменом костяному дракону. Зориану даже показалось, что в пустых глазницах искусственной твари мелькнула паника — и тут тяжеленный, покрытый шипами стальной кулак опустился на череп дракона.

Увы, не разбил — голем «всего лишь» отколол кусок, но стало понятно, что взлететь и стать юркой, стремительной смертью дракону не суждено.

Зориан уже собирался перемолоть чертов скелет в костяную муку — но тут поместье исторгло странную волну, заставив всех на миг замереть.

— А я так надеялся, что до этого не дойдёт, — прозвучал голос явно взявшего себя в руки Судомира.

[Мля!] — телепатически брякнул Зак, и тут мир Зориана дёрнулся и исказился. В глазах потемнело, ноги подкосились, желчь подступила к глотке, грозя выплеснуться наружу.

Он сразу узнал симптомы. Прямо как при сбое заклятья телепортации, кроме…

Зориан быстро огляделся. Он всё еще был рядом с поместьем Яску, металлический колосс всё так же удерживал костяного дракона, в небе отчаянно каркали железноклювы, сбившиеся из боевого построения в кучу-малу. Суровые птички, не попадали, испытав такое…

Но вот рядом с поместьем Яску стояло другое здание. Знакомое. И вдалеке полыхали пожары, слышался шум уличных боёв — защитники города против троллей и нежити.

Он понял, что произошло. В прошлое сопряжение группа магов добилась невероятного, перенеся целый город на другой континент. На этом фоне трюк Джорнака и его сообщников не особо впечатлял.

Они всего лишь заменили часть Сиории на поместье Яску и его окрестности.

Зориан вздохнул и отдал мысленный приказ. Гигантский голем вновь опустил кулак, в этот раз сокрушив череп — остальной скелет бессильно упал на землю.

Несмотря на все их усилия, всё кончится здесь, в Сиории.

В небесах над головой раздался трубный рёв Оганя — битва возобновилась.

Оригинал 102 главы ожидается на 09.09.

Глава 102. Гиганты

Посреди Сиории, недалеко от бездонного провала, вокруг которого и построен город, привычные улицы сменило что-то непонятное. Среди леса, слишком густого и дикого, чтобы сойти за парк, одиноким стражем высился огромный особняк. Ни единой тропы не вело к его крыльцу, ничто не нарушало дикую чащу — идеально вычерченный круг зарослей, обрезавший попавшие на границу здания, словно кто-то взял и заменил кусок города куском северного леса, не заботясь о том, как он туда вместится.

Что, собственно, и произошло — пока Зориан и остальные бились с драконами и прорывались к поместью Яску, их враги исполняли впечатляющий ритуал телепортации, чтобы закинуть поместье в самое сердце Сиории, прямо к месту проведения ритуала освобождения первозданного.

Зориан ненадолго остановился, восстанавливая запас маны. Наглость врага внушала. А он-то гадал, почему Кватач-Ичл, Сильверлэйк и Джорнак не участвуют в бою — конечно они не участвовали, магию такого размаха не прервешь на середине. Вероятно, лучшие заклинатели врага были неотрывно заняты в ритуале — потому защиту Яску и доверили Оганю и его ученикам. И потому враги только оборонялись.

Мелькнула запоздалая мысль — надо было надавить сильнее. Если бы они, не сдерживаясь, бросили все силы на то, чтобы прорваться в поместье…

Он помотал головой, отгоняя бесполезные мысли — что сейчас об этом думать. Им, откровенно говоря, и так повезло. Зориан не слишком разбирался в подобных магических построениях, но весь его опыт подсказывал — противник начал ритуал телепортации не пять и не десять минут назад. Джорнак и его сообщники начали творить чары задолго до атаки парней на поместье Яску. Промедли Зак и Зориан ещё немного — и они могли, явившись, уже не увидеть поместья. Тогда бы вообще всё пошло наперекосяк.

Он огляделся, решая, что делать дальше.

Принцесса была слишком далеко в момент переноса и сейчас практически недоступна. Даже если она быстро справится со своим драконом, путь до Сиории отнимет слишком много времени и маны. Летучий червь салротум тоже остался на севере — он был просто слишком большим для телепортационного ритуала.

С другой стороны — оба божественных зверя забрали с собой по одному дракону-магу — тот, что дрался с Принцессой, был слишком далеко, второго выкинул из зоны переноса крылатый червь. Остался лишь Огань, бьющийся с соратниками Зориана в небесах над поместьем.

Увы, им достался сильнейший из тройки драконов — и вокруг уже не северные пустоши, а густонаселённый город. Как быть с сопутствующим ущербом — непонятно…

Хорошо хоть Зак и его команда тоже перенеслись, как и большинство железноклювов и салротум. Да, маги были заняты Оганем, не давая ему спалить город — но птицы и дьявольские осы были практически свободны. Салротум под командованием верховного жреца разогнали демонов и сейчас добивали уцелевших. Что до железноклювов — они уже почти пришли в себя после переноса и ничуть не растеряли боевой дух. Скоро оба крылатых отряда будут готовы к бою.

Как раз вовремя — двери поместья Яску распахнулись, и оттуда мощным потоком хлынули лесные монстры, боевые тролли, нежить и вражеские маги.

Ну да, логично — зачем переносить поместье, если не набить его до отказа войсками? И всё же численность вражеского резерва впечатляла. В Сиории с самого начала было полно захватчиков, создающих видимость генерального сражения; немалые силы полегли в пустошах, сдерживая Зака и Зориана на пути к Яску — и всё равно у врага было столько в запасе. Лич и Красный, наверное, с ног сбились, собирая свои армии. Не только наёмники со всех концов Алтазии — но и бойцы с Улькуаан Ибасы. Должно быть, Кватач-Ичл потратил немало политического капитала, собирая подкрепления.

Древний лич здорово рисковал. Такому количеству ибасанцев будет очень непросто вовремя отступить, даже при наличии врат. Вероятно, планировалось отступить тем же путём — войска отходят в поместье, и оно перемещается назад в пустоши. Но далеко не факт, что трюк сработает во второй раз — зная, чего ожидать, парни вполне могут прервать ритуал. Кватач-Ичл рискует большими потерями среди соотечественников.

Пару секунд Зориан отвлечённо размышлял, как такие потери скажутся на репутации лича среди ибасанцев — потом решил, что сейчас не до того. Он направил железноклювов на свежие войска захватчиков и запросил поддержку салротум. Жрец не ответил, но рой дьявольских ос устремился в сторону поместья — Зориана определённо услышали.

Затем он послал сигнал в академию. До настоящего момента её преподаватели занимали сугубо оборонительную позицию и не вмешивались в уличные бои — но успели собрать организованную боевую группу. Теперь же, когда новый враг возник практически у них на пороге — академия тоже располагалась недалеко от Провала — её маги выдвинулись навстречу захватчикам.

Зориан знал об этом, но не собирался им помогать. Всё, что мог, он для них уже сделал, теперь всё зависит от них. Зориан же терпеливо восстанавливал ману, ожидая…

А вот, наконец, и они.

Кватач-Ичл, Сильверлэйк и Джорнак. Вслед за иссякшим потоком монстров из поместья уверенным шагом вышли его главные враги. Все трое были такими же, как он помнил. Древний лич был в своей боевой форме, чёрные кости, закованные в золочёный доспех, с драгоценной имперской короной на голове. Ядовито-зелёный свет, струящийся от лича, был не просто для вида или для устрашения — это действовал мощный оберег, заякоренный в доспехах. Джорнак был в своей извечной мантии внутреннего круга, с лицом, скрытым наведённой темнотой. Честно говоря, даже зная его имя, Зориан нередко думал о нём как о «Красном». Наконец, Сильверлэйк казалась самой беззаботной из трёх, вышагивая в дорогом красном платье, сцепив руки за спиной и с любопытством глядя по сторонам. Кажется, она даже напевала какой-то мотив, хотя с такого расстояния невозможно сказать наверняка. Было довольно непривычно вместо древней карги из временной петли видеть молодую черноволосую красавицу — но это, несомненно, она.

И все трое были под Пустым Разумом. Кто бы сомневался.

Помимо предводителей вторжения, внимание Зориана привлекли еще два направления. Во-первых, одновременно с трио из боковых ворот поместья вышла ещё одна группа. Её предводители, одетые в такие же, как у Джорнака, красные мантии, бдительно охраняли укреплённый экипаж, сотрясавшийся, словно кто-то стучал в его стены изнутри. Процессия тут же направилась к Провалу, не глядя на вспыхивающие вокруг поместья схватки.

И во-вторых — из поместья вышел… ещё один Кватач-Ичл. Точно такой же, как первый, только с большим, с добрый кулак, горящим красным кристаллом в руке, он поднялся на развороченную крышу поместья Яску.

Лич создал симулякрум? Как любопытно. Насколько знал Зориан, Кватач-Ичл, подобно Заку, не пользовался двойниками без крайней необходимости. Что вполне понятно — даже Зориан, имея жульническую телепатическую связь со своими копиями, едва удерживал этих паршивцев в рамках приличия. Можно представить, каково приходится другим магам, не являющимся прирождёнными менталистами.

А это, скорее всего, означает…

Второй Кватач-Ичл поднял черную костяную руку, воздев сияющий кристалл в небо. Над ним возник изощрённый магический круг кроваво-красного цвета, жгуты красной энергии, как щупальца, стремились из кристалла в печать, воздух над кругом дрожал и искажал перспективу.

Да, вот теперь точно пора.

Он сунул руку в карман и достал куб ангела. Следом достал имперскую сферу и вызвал свой, куда больший металлический куб.

Боковым зрением отметил подошедшего Дэймена. После переноса брат предпочёл остаться рядом, а не присоединиться к Заку и остальным против Оганя. Он тоже израсходовал прорву маны, борясь с костяным драконом Судомира и, судя по всему, решил сделать короткий перерыв.

— Эта штуковина над крышей вот-вот что-то призовёт, — обеспокоенно сказал брат. — Что-то большое.

— Демонов, — отозвался Зориан. — Да, я знаю. Лучше посмотри на ту троицу, что идёт к нам. Думаешь, мы сумеем прорваться мимо них к кругу призыва?

Дэймен перевёл взгляд на лича, беспечную ведьму и человека в красном. Он не знал их так, как знал Зориан, но был сильным и опытным магом и вполне мог оценить противника. Дэймен посмотрел вверх и скривился — Зак, Аланик и Ксвим вовсю сражались с Оганем и не могли им помочь.

— Сможешь задержать их, пока я выполняю свой призыв? — покосившись на Дэймена, Зориан снова сосредоточился на кубе ангела. Он никогда раньше никого не призывал и очень надеялся, что не облажается, а то стыдобища будет…

Он повёл руками, и невидимая сила резанула по земле, вычерчивая сложный магический круг. Линии и глифы замерцали синим.

— Ты серьёзно думаешь, что я один справлюсь с тремя мастерами? — ошарашенно уточнил Дэймен. — Не слишком ли ты высокого мнения обо мне, братец?

— Да всё в порядке, — не уступил Зориан. — Их нужно всего лишь немного задержать. К тому же, тебе поможет Кроха(12).

Зориан ткнул пальцем в высящуюся позади могучую фигуру голема. Дэймен пробормотал что-то насчёт Зориана и идиотских имён, но явно приободрился, вспомнив, каким был стальной гигант в недавнем сражении.

— И плюс к тому, — Зориан хлопнул по большому металлическому кубу. — Я тоже не буду совсем уж беспомощен.

Держа левую руку на самодельном кубе, он повторил жест Кватач-Ичла, поднимая куб ангела к небесам. Маленький каменный куб жадно принял его ману, устанавливая соединения с импровизированным кругом Зориана. Сотни крошечных глифов вспыхнули золотом — наверное, издалека казалось, что он держит в поднятой руке маленькое солнце.

Вокруг закружился многоцветный вихрь света и ветра — куб ангела втягивал в себя совершенно безумные объёмы природной маны. Сам Зориан не смог бы предоставить столь чудовищный объём энергии, даже посвяти он зарядке накопителей несколько месяцев без перерыва.

Да уж, это определённо не общепринятый способ призыва. Попытайся он самостоятельно задействовать сходный заряд природной маны — он бы не просто отравился, его бы разорвало в кровавую пыль, прежде чем поток достиг четверти от текущей мощности. Но, как ни странно, этот призыв не требовал пропускать ману через себя — куб справлялся сам, Зориану оставалось лишь направлять формирующееся плетение. Да, его резерв убывал с угрожающей скоростью — но ритуал требовал скорее мастерства плетения, чем большого запаса энергии.

Неужто ангел специально настроил куб на способности Зориана? Потому что было трудно. Чертовски трудно. Кроме Ксвима и его самого, Зориан не знал другого мага из ныне живущих, что сумел бы удержать титанический ритуал под контролем.

Честно говоря, он и в себе был не до конца уверен. Сложность всё нарастала, капли пота стекали по лицу, каменный куб в дрожащей руке сиял всё ярче и ярче.

Как же оно тяжело — доверие ангелов…

Полностью сосредоточившись на плетении, он весьма отдалённо воспринимал происходящее вокруг, и то — лишь благодаря слиянию с разумом симулякрумов. Один из двойников взял его тело под контроль, позволяя сконцентрироваться на задаче — он и отслеживал ситуацию на уровне, доступном лишь роевому разуму.

Стоило ему начать призыв — Кватач-Ичл, Джорнак и Сильверлэйк прервали свою торжественную поступь и со всех ног бросились к нему, надеясь сорвать ритуал. В другое время эта сцена показалась бы смешной — сейчас же он внимательно следил, как вражеская тройка сыплет заклятьями, а Дэймен и Кроха их отражают. Кватач-Ичл бил своими излюбленными красными расщепляющими лучами, Джорнак залил окрестности слепяще яркими молниями, прихотливо змеящимися в обход препятствий, а Сильверлэйк, подражая самому Зориану, кидала склянки с зельями, направляя их полёт телекинезом.

Ничего из этого не помогало. Дэймен безрассудно тратил ману, поднимая мощные золотистые щиты и перехватывая вражеские заклятья своими бледно-голубыми лучами и выплесками развеивающей силы. Чары же, что пробивали щиты Дэймена, встречал Кроха — голем был прочен и защищён на совесть.

Стальной великан время от времени контратаковал, удивительно метко швыряя выбитые заклятьями валуны или бросался вперёд, угрожая растоптать врага — грубая, но вполне эффективная тактика, прерывающая вражеское плетение.

Несмотря на размеры, Кроха вовсе не был неповоротливым — стальной исполин был ловок и быстр. Зориан удовлетворённо следил за своим детищем — ему удалось создать искусственный эквивалент дракона, жаль только, он не смог научить Кроху летать.

Будет над чем подумать, когда он начнёт строительство следующей модели.

В какой-то момент у Джорнака лопнуло терпение, и он прибег к уже испытанному способу. Красный швырнул в подбегающего голема связку гранат, во все стороны расползлись чёрные трещины пространственных расколов… и бессильно обогнули металлического гиганта.

Кроха не просто больше големов-телохранителей — в него вложено куда как больше труда и денег. Гигантский голем был защищён лучшими оберегами Зориана — потребуется нечто куда более серьёзное, чтобы его остановить.

Не ожидавший, что голем уцелеет и продолжит атаку, Джорнак на миг запаниковал и попытался отскочить телепортом. Зря он так. Одним из развёрнутых вокруг Крохи оберегов был прерыватель телепортации — не подавитель, а действительно опасная штука, искажающая пространственный переход наиболее неприятным для заклинателя образом.

Джорнак задёргался в конвульсиях — ему хватило мастерства удержать расползающееся заклятье телепорта и не быть разорванным на куски, но это всё, чего он добился. Кроха неминуемо раздавил бы его, но в последний момент Кватач-Ичл взмахнул рукой, выдергивая союзника телекинезом.

Досадно, но ладно. Зато лич и ведьма оказались на одной линии, и голем тут же воспользовался этим, выбросив в их сторону руки — и ударив мощной волной ветра и кинетической силы.

Самозарядные амулеты обычно не стоят потраченных на них усилий — всё, чего удаётся достичь, это грубых выплесков магической энергии. Но в некоторых случаях пригодятся и они — особенно если выплеск достаточно мощный.

Кватач-Ичл, с его тысячелетним опытом, среагировал мгновенно, противостоя удару; а вот ведьма не могла похвастаться подобной сноровкой. Она не успела защититься, и её просто снесло.

Да, она скоро вернётся, но это не важно. В подобных боях на счету каждая секунда. Сильверлэйк слабейшая из тройки врагов — но и она тоже опасна. Хорошо, что она хотя бы на время выбыла из игры.

Увы, Кроха и Дэймен не успели развить преимущество — из поместья Яску в сторону голема выкатились два огромных шара чёрных костей. Подкатившись, они развернулись в уже знакомых костяных крокодилов. Зориан помнил такого по совместному с личем ограблению королевской сокровищницы — и он знал, насколько эти твари сильны и живучи.

Тогда Кватач-Ичл сказал, что это его «питомец»… Разумеется, питомцев оказалось несколько.

Костяные рептилии накинулись на Кроху, связывая его боем.

— Как же мне повезло с союзниками, — заметил лич, наклоняя голову, словно разминал шею. Его усиленный магией голос разносился далеко вокруг и был, вероятно, предназначен не Зориану с Дэйменом, а Джорнаку и Сильверлэйк. — Они даже чуть лучше, чем ничего. Хотя казалось бы, от путешественников во времени ожидаешь большего…

— Что? — растерянно спросил Дэймен. Слова лича явно застали его врасплох.

— О, он не сказал тебе? — с удивлением в голосе отозвался Кватач-Ичл. — Разве ты не его старший брат или кто ты там? Похоже, нынешняя молодёжь вкладывает в понятие семьи совсем иное значение.

И прежде, чем Дэймен мог что-то ответить, ещё два симулякрума Кватач-Ичла возникли рядом с оригиналом — ну, если считать, что они всё это время сражались с оригиналом. Все три лича ускорились, размазываясь в движении, и каждый выпустил по три заклятья.

Девять красных звёздочек, всего лишь с палец толщиной, но ослепительно яркие, с бешеной скоростью устремились к Зориану. Дэймен бросился наперехват, но безнадёжно опаздывал. Первые пять разбились о многослойный золотистый барьер брата — щит лопнул, но и заклятья погасли. Шестую Дэймен поймал сам, подставив выхваченное из кармана маленькое зеркальце. В отличие от прошлого раза с чёрным лучом Принцессы, сейчас божественный артефакт выдержал — только на миг полыхнуло, и заряд лича исчез.

Но три оставшихся заклятья летели прямо в Зориана.

Высоко вверху группа Зака попыталась было прикрыть его, но Огань выпустил целый шквал ослепительно ярких белых лучей, не подпуская их к союзнику на земле.

Распределённый разум Зориана видел угрозу глазами симулякрума, но не сдвинулся с места, продолжая стабилизировать ритуал призыва.

Вместо него пришёл в движение стальной куб под левой рукой — с негромким гудением ожили внутренние механизмы, и куб сместился, загораживая создателя от угрозы.

Две крайние звезды вильнули в стороны, заходя с боков, но ничего не вышло. Парящий куб словно распался по швам, разделившись на восемь меньших кубов; малые кубики, даже не пытаясь перехватить летящие звёзды, выстроились неровной сферой вокруг Зориана — и между ними зажглась едва видимая голубая плёнка силового поля.

Заклятья на полной скорости врезались в щит — и просто погасли. Вблизи ещё можно было разглядеть секундную рябь на поверхности барьера, но и она тут же сошла на нет.

К чести лича — его это не смутило. Он просто продолжил бить залпами, расходуя чёрт знает сколько маны. Зориан даже забеспокоился за брата — что будет, если Кватач-Ичл решит избавиться от помехи и перенаправит огонь на него? К счастью, Дэймен и сам сообразил, что безопаснее всего рядом с Зорианом, под прикрытием его барьера, и незамедлительно сместился за сферу.

И сфера держала. Стальной куб Зориана вовсе не был простой заклинательной формулой или якорем оберега. Скорее он был ближе к голему, и потребовал не меньших сил и бюджета, чем Кроха. И пусть амулеты не способны творить заклятья, только поддерживать уже сотворённые магом — разработка Зориана весьма убедительно изображала мага-щитовика. Сумасшедшее количество защитных чар активно переключалось каждую секунду — какие-то ослабевали, какие-то выводились на полную мощность, образуя наиболее эффективные сочетания для каждого типа атаки. Управляющее защитой ядро голема справлялось самостоятельно, не требуя ни маны, ни внимания парня. Что бы ни предпринимал Кватач-Ичл — его удары не достигали цели.

Заклятья сплошным шквалом молотили по защитной сфере, не причиняя ни малейшего вреда. Более медленные, мощные заклятья перехватывались заранее — вращающиеся вокруг Зориана малые кубы плевались стеклянными шариками — каждый куб имел собственное карманное измерение, доверху набитое зачарованными стеклянными снарядами. Шарика, как правило, вполне хватало, чтобы развеять или ослабить вражеское заклятье до безопасного уровня. С эктоплазменными конструктами и земляными големами разбирался Дэймен; умная защита пропускала его заклятья, чего практически никогда не бывает, когда атакуешь сквозь щит другого мага.

Сильверлэйк и Джорнак вернулись на поле боя и старались помочь личу, но Кроха, даже сражаясь с гигантскими костяными крокодилами, вполне успевал наносить ответные удары. В итоге ведьме и Красному пришлось больше сдерживать исполинского голема, чем атаковать.

В какой-то момент Кватач-Ичл, видимо, сообразил, что зря тратит ману. Атаки лича даже не утомляли Зориана, защита работала автоматически.

— Огань! — внезапно крикнул Кватач-Ичл. — Помоги мне вскрыть этот черепаший панцирь!

— Тогда стряхни с меня этих придурков! — рыкнул в ответ дракон, пытаясь достать крутящийся вокруг него молочно-белый пузырь.

Кватач-Ичл, присев, прыгнул и стрелой взмыл в небо.

Дэймен растерянно смотрел вслед личу — то ли гнаться за ним, покинув укрытие, то ли попытаться достать Джорнака и Сильверлэйк. Решившись, брат атаковал Красного.

Зориан полностью поддерживал его выбор — да, отвлечь Кватач-Ичла было бы полезней, но это скорее всего кончится смертью брата. Нет уж, лучше рискнуть самому. Образы бледного, истекающего кровью Дэймена, когда тот пожертвовал собой на выходе из петли, затопили его разум, мешая контролировать плетение…

Нет! Нет, сосредоточиться… Он уже привычно задвинул кровавые картины вглубь памяти, как делал весь этот месяц, и сфокусировался на текущей задаче. Призыв ангела. Он не имеет права ошибиться — иначе, когда враги призовут кучу демонов, их будет некому остановить.

Сражение в воздухе стало ещё ожесточённее — Зак и Аланик каким-то образом улучили момент и атаковали симулякрум лича на крыше поместья, пытаясь сорвать призыв демонов. Без особого успеха — подлетевший лич перехватил часть предназначенных двойнику заклятий, да и обереги поместья Яску еще держались, несмотря на всё происходящее.

А потом случилось неизбежное. Кватач-Ичл отвлёк Зака, так что против Оганя остались лишь Ксвим и Аланик. Дракон-маг мог бы с некоторыми шансами попытаться убить одного из них — но вместо этого решил прикончить Зориана.

В принципе, вполне логично — драконья боевая магия оперирует мощными, чудовищно энергоёмкими заклятьями, вроде людской артиллерийской магии, но без её недостатков. Кватач-Ичл не смог пробить барьер Зориана чистой силой — но если ударит дракон, то ничего слабее настоящего крепостного щита, как у поместья Яску, его не остановит.

Мир вокруг замедлился — Зориан смотрел на Оганя, дракон смотрел на него. Жёлтые змеиные глаза дракона горели гордыней и презрением, чешуйчатые лапы распрямились, выпуская ревущую сферу раскалённого огня.

Ревущую в самом прямом смысле — Зориан не знал, сделано ли это специально или просто так получилось, но чудовищный фаербол несся с оглушительным воем.

Зориан не шелохнулся с места. Крутящиеся вокруг него кубики замерли и метнулись навстречу метеору, выстраиваясь кольцом. Джорнак и Сильверлэйк попытались было убить Зориана, пока нет защиты, но тут вмешались Дэймен и Кроха. Что до фаербола — он так и летел прямо в кольцо кубиков, хотя Зориан не сомневался — Огань может управлять полётом своего заклятья. Вероятно, дракон не сомневался, что пересилит любую доступную человеку защиту.

Что же, сам виноват. Влетев кольцо, фаербол стал быстро замедляться, войдя в зону растянутого времени — пузырь магии времени, где время куда медленней, чем снаружи. У Оганя расширились глаза, он попытался было выдернуть свой снаряд из временной ямы, но тут кольцо кубов сжалось, и гигантский фаербол просто исчез.

А кубы тут же вернулись на орбиты вокруг Зориана.

Выглядело так, словно чудовищное заклятье Оганя просто убрали в кладовку — и в принципе… так оно и было. Фаербол переместился во внутреннее, замедленное измерение куба — не то, чтобы буквально заморожен вне времени, но очень близко к тому.

Взгляд Оганя полыхнул ненавистью, но время было упущено. Секунды, выигранные для него Кватач-Ичлом, прошли, Зак вернулся на поле боя еще более раззадоренным.

К тому же… Зориан практически закончил призыв. Он начал позднее, чем симулякрум лича, но, похоже, обогнал его в плетении.

И Кватач-Ичл тоже это заметил.

— Тебе придётся какое-то время справляться самому, — крикнул он и устремился к своему двойнику на крыше. — Мне надо кое-что ускорить.

И ритуал призыва демонов действительно пошёл куда быстрее.

Стиснув зубы, Зориан влил в каменный куб ещё больше маны, увеличивая объём поглощаемой природной энергии. Его мастерство плетения достигло своего потолка — даже с помощью симулякрумов сияющий золотой куб заполнял всё его сознание.

Внезапно сокрушительная тяжесть исчезла. А потом сквозь струящееся, искажённое небо над его головой легла исполинская тень.

Это был тот же ангел, с которым они с Заком говорили в этом месяце. Или, по крайней мере, выглядел тем же. Гигантские чёрные ветви с оранжевыми глазами вместо листьев, объятые светом и пламенем. Только в этот раз воплощение ангела было больше.

Намного больше. Даже Кроха и Огань казались детьми рядом с посланником неба. Из всех гигантов, что когда-либо видел Зориан, лишь пернатый червь салротум мог сравниться размерами с ангелом.

Ангел пришёл не один. Вокруг него парили… эм… движущиеся клубки белых крыльев. Словно их настоящие тела прятались в глубине этих перьев, и их было много — не меньше двух десятков. На фоне колоссального горящего древа глаз они казались крошечными, но на деле, пожалуй, были раза в два больше человека.

Еще четыре ангела, раза в два крупнее пернатых, молча парили вокруг главного. Звероподобные — с извивающимися гибкими телами, сочетающими черты льва и змеи, они держались в воздухе безо всяких крыльев. А ещё у них не было голов — вместо них вокруг шеи вращалось кольцо белых масок, каждая — с новым выражением лица.

С прибытием ангелов все сражения в округе немедленно прекратились. Огань тут же убрался к поместью Яску, укрывшись за его щитами, а Зак, Ксвим и Аланик приземлились рядом с Зорианом, спеша перевести дух и восстановить немного энергии.

Но, переведя взгляд в сторону Яску, Зориан обнаружил, что пришли не только ангелы. Похоже, Кватач-Ичл закончил призыв одновременно с ним — вокруг поместья стояла армия демонов.

Демоны были… разными. Вокруг поместья их были сотни, не меньше трёх десятков разных видов. Были чёрные коты ростом с человека, с кроваво-красными глазами и акульей пастью. Были здоровенные бледные гуманоиды, безглазые и четырёхрукие, с гибкими хвостами и перьями вдоль спины. Были коричневые яйца, семенящие на тонких паучьих ногах; бесчисленные человеческие лица скользили по поверхности «яиц», чаще всего искажённые болью. Были огромные тёмно-красные розы, высящиеся на шипастых щупальцах — их сторонились даже другие демоны, ведь щупальца непрестанно шарили вокруг, словно ища добычу. На одном из флангов построился отряд гуманоидных демонов, с копьями в руках, с головы до ног закованные в шипастую броню, они стояли строем, словно древний легион. В небе, роняя слюну, кружились отвратительные, похожие на личинок, существа.

Но при всей их многочисленности, армия демонов не впечатляла. Да, их было много — но они были маленькими, ну, по сравнению с главным ангелом. Зориан не спешил судить по размерам, но уродливые твари явно избегали смотреть на пылающее древо в небесах.

Нет, кто беспокоил Зориана — так это человекообразный торс, парящий над демоническим конём. Этот демон был большим. Не таким же большим, как ангел, но вполне мог сравниться с Оганем или Крохой. Туловище демона было безруко и безголово, но в центре груди горел фиолетовым огромный глаз. Всё остальное тело покрывала броня из различных костей — человеческих, звериных и таких, каких Зориан никогда не видел.

Малые демоны сжимались от страха перед группой ангелов, но фиолетовый глаз всадника смотрел с отстранённым любопытством.

На миг он посмотрел на Зориана — и тому хватило глупости встретить взгляд демона. Перед глазами всё поплыло, сама душа задрожала от напряжения.

Могучая чёрная ветвь воткнулась перед ним в землю, разрывая зрительный контакт. У Зориана прояснилось сознание, и он спешно усилил духовные защиты, мысленно благодаря ангела. Вряд ли поединок взглядов убил бы его, но состязаться с могущественным демоном в магии душ не было никакого желания.

Несколько секунд на поле боя царила тишина, никто не хотел делать первый ход.

Потом раздался усиленный магией голос Джорнака:

— Если мы сразимся, город будет уничтожен.

— И чё? — так же громко отозвался Зак. — Если мы не сразимся, ты выпустишь Панаксета, и город опять-таки будет уничтожен.

— Я всё тешу глупую надежду, что ты прозреешь, — сказал Джорнак. — Город в любом случае обречён. И ты обречён. Обречён с момента, когда принял этот отравленный ангельский контракт. Мы оба знаем, они рассчитывают, что ты тоже погибнешь в конце месяца. Первозданный остановлен, и герой, как удачно, исчезает — и не нарушает статус кво своими богоподобными силами. Ты изначально не должен был выжить.

Еще несколько бесконечно долгих мгновений тишины. Зориан поднял взгляд на ангела, ожидая, что тот возразит — но ангел молчал.

Зориан не представлял, что это значит. Может быть, Джорнак прав. А может быть, ангел не считает слова грешника достойными ответа.

— Но я… У меня есть шанс. Шанс изменить… всё к лучшему, — продолжил Джорнак. — Ценой всего одного города, города, что наплевал на твои жертвы, что отнял положенное тебе по рождению. Неужто цена так высока?

— Ты зря тратишь время, — ответил Зак и, задрав голову, посмотрел на ангела. — Чего вы ждёте? Они тянут время, а культисты всё глубже лезут в Провал. Давайте уже покончим с этим.

— Еще рано, — просто ответил ангел. Его глубокий, гулкий голос прокатился над городом.

— Ладно, — злобно буркнул Джорнак. Зориан решительно не понимал этого парня… Он что, надеялся уговорить Зака лечь и умереть? Во имя всего святого, они даже призвали гигантского ангела! — Раз ты так… давай поднимем ставки.

Он щёлкнул пальцами — магия усилила звук точно так же, как его голос — и в трёх местах города громыхнули взрывы. Но вместо дыма и пыли вверх ударили потоки дымчатых чёрных существ. Издалека было плохо видно, но Зориан и так знал, что это.

Призраки. Многие тысячи призраков.

Внезапно Зориан повторил за Джорнаком, тоже щёлкнув пальцами. Ничего не взорвалось, но выпущенные бомбами потоки голодных духов вдруг устремились к земле и исчезли. Словно могучий хищник втянул их одним вдохом.

Похоже, такого Джорнак никак не ожидал.

— Удивлены? — усилил свой голос Зориан. — Что же, вы любезно предупредили нас о бомбах заранее. Конечно мы подготовились.

— Как?.. — начал было Красный, но замолчал, сообразив, что хочет спросить у врага секрет. Кто же такое расскажет.

На самом деле, Зориану стоило поблагодарить Судомира. Именно некромант разработал способ притягивать и захватывать бестелесные души. Зориан не смог повторить впечатляющую ловушку поместья Яску, но вот несколько меньших подобий, специально настроенных на призраков и раскиданных по всему городу — пожалуйста.

К слову, пришлось повозиться: ловить полноценных призраков — совсем не то же самое, что просто души умерших. Зориану пришлось создать аналог хризантемы-душеловки, с её способностью вырывать души живых жертв.

Благо, Зориан был хорошо знаком с хищным цветком — изучил за последние шесть месяцев петли.

И тут все заметили множество чёрных точек в небесах.

Орлы. Орлы, несущие боевых магов.

Армия Эльдемара наконец сделала свой ход. Зориан невольно ощутил холодный укол страха — он не планировал вмешательства военных и не представлял, как те себя поведут.

А вот горящее дерево над его головой, похоже, не ведало сомнений.

— Время пришло, — провозгласил ангел и двинулся в сторону демонической орды.

Взревев сотнями голосов, армия демонов устремилась ему навстречу.

Глава 103. Есть только миг

Глядя, как исполинское небесное древо и одноглазый демон-всадник рванулись навстречу друг другу, Зориан отчётливо ощутил своё бессилие. Он и раньше не питал иллюзий, что сможет разрешить кризис без значительных потерь среди горожан — но сейчас, своими глазами видя готовых к схватке титанов, убедился окончательно.

Джорнак был прав.

Город так или иначе обречён.

До сего момента их битва почти не затронула Сиорию — ближайшие кварталы были замещены окружавшим поместье Яску лесом, он и принял основной урон на себя. Но теперь сражение переходило на новый уровень — и Зориан при всём желании не мог ничего изменить.

Пусть его первоочередная цель и была довольно эгоистичной — он просто хотел выжить сам и сберечь своих близких — но черт возьми, он прожил в этом городе больше десяти лет. И все эти годы работал, чтобы спасти Сиорию в предстоящей битве — а она всё равно будет разрушена. О чём вообще думают ангелы? Они же явно предвидели такое развитие событий…

Словно услышав его невысказанный упрёк, пришли в движение младшие ангелы. Четверо не то змей, не то львов, что окружали главного, устремились в стороны, будто решив бежать от сражения — хотя вряд ли кто-то из присутствующих поверил в их бегство. Замедлившись, ангелы остановились над границами перенесённого леса, и гигантский куб прозрачного золотистого барьера накрыл будущее поле боя.

Плёнка силового щита была едва видна — но Зориан не сомневался в её прочности. Миг спустя шквал заклятий со стороны группы Джорнака подтвердил его догадку — даже удар Оганя не заставил барьер дрогнуть, а ведь дракон выдавал мощность, сопоставимую с артиллерийскими заклятьями.

Зориан слегка расслабился, восполняя резерв, пока выдалась передышка. Зак и остальные последовали его примеру, собравшись поближе к нему, в зоне действия автоматической защиты. Джорнак и Кватач-Ичл пробовали атаковать, но куб с лёгкостью перехватил все заклятья.

Подобная защита расходовала чудовищные объёмы энергии — но и запасы кристаллической маны внутри творения Зориана были не менее чудовищны. Ещё часа на четыре хватит.

А за четыре часа всё в любом случае решится.

Пока же Джорнаку и остальным врагам было просто не до него. Ангел-дерево и одноглазый демон схватились, высвобожденная мощь поражала воображение. Потоки оранжевого огня и разряды фиолетовой энергии, сталкиваясь, хлестали через всё поле, до самого ангельского барьера.

Вокруг царил хаос. Тех, кому не повезло оказаться рядом с гигантами, просто испарило в буйстве энергий, или же снесло, как одуванчик на ветру. Остальные спешили убраться подальше — что тоже было не так-то просто, ведь ангел и демон не стояли на месте.

Пока всё это было на руку Зориану и его соратникам — автоматическая защита прикрывала их маленький отряд, не требуя маны или внимания. Увы, группа Джорнака устроилась не хуже — у них было поместье Яску. Пусть обереги Судомира и уступали щитовому механизму Зориана, но отлаженные годами барьеры поместья тоже вполне справлялись с задачей.

К радости Зориана, шаткое равновесие в битве титанов не затянулось. Безрукий демон яростно сражался, но вскоре стало понятно, что он слабее ангела. Да, он мог потягаться с небесным древом — но натиск ангела вынуждал его отступать, уходить в защиту, оставляя меньших демонов без прикрытия.

Чем ангел безжалостно пользовался.

Сила старшего ангела потрясала. Его бесчисленные ветви доставали немыслимо далеко, гнулись под невозможными углами, ничуть не теряя своей сокрушительной мощи. Глядя множеством глаз, ангел контролировал всё окружающее пространство, сражаясь с несколькими противниками одновременно — рассекал нежить небрежными взмахами веток, жёг троллей потусторонним пламенем, а более крепких демонов затягивал в гущу ветвей, перемалывая их эктоплазменные оболочки. Сопровождавшие его два десятка пернатых шаров сгоняли нечисть к небесному исполину мощными порывами ветра.

Более того, ангелу время от времени удавалось оттеснить демона к поместью Яску, и атаковать барьеры заговорщиков, перегружая их. Малые пернатые ангелы поддерживали его градом ослепительных разрядов. Демонический всадник пытался отогнать их от поместья, но очевидно не справлялся, и вскоре Огань и Кватач-Ичл были вынуждены покинуть защитный купол, чтобы помочь ему.

Упускать такой шанс было нельзя — группа Зориана решила вступить в бой. Им даже не обязательно побеждать лича или дракона — достаточно подтолкнуть их в ожидающие объятья ангела, и смертоносные ветви сделают всё остальное.

Зориан мысленно скомандовал защитному кубу расширить барьер, уплотнив нижнюю грань — и механизм послушно пришёл в движение. Вспыхнули сигилы на гранях, взвыли ожившие шестерёнки, раздвигая фрагменты — и вскоре парень уже стоял на укрытой щитами парящей силовой платформе. По его знаку остальные запрыгнули на борт, и платформа с бешеной скоростью понеслась навстречу сражению.

Жаль, конечно, что Кроха никак не поместился бы вместе с ними — так что лучшее творение Зориана догоняло создателя своим ходом. Впрочем, ничего страшного — большой голем был практически неудержим, буквально сметая всех, кто пытался остановить его. Разве что отряд демонов в чёрной броне сумел немного задержать голема за счёт впечатляющей слаженности — но Кроха расправился и с ними, перепрыгнув сомкнутый строй.

Вблизи битва титанов производила сильное впечатление. С поддержкой Оганя и Кватач-Ичла демонический всадник впервые смог перейти в наступление, поливая небожителя жгутами тёмно-фиолетовых молний. Искрящие красные лучи безнаказанно били по ветвям ангела и даже срезали несколько штук. Что до дракона — то он бился с сыплющими голубыми молниями меньшими ангелами, отчаянно пытавшимися оттеснить от своего предводителя хотя бы одного опасного врага.

Была бы хоть малейшая возможность — Зориан ускорил бы летучую платформу ещё сильнее.

И тут полоса везения кончилась — ими заинтересовались меньшие демоны, отвратительные летучие твари, похожие на личинок. Прежде Зориан не обращал на них внимания, посчитав просто ещё одной разновидностью младших демонов, пушечным мясом — но, как выяснилось, именно они представляли для него особую опасность.

Их гадская светящаяся слюна буквально разъедала силовые щиты! А плевались эти мелкие паршивцы удивительно далеко, да и на скорость и проворство не жаловались.

И их было чертовски много.

Хочешь не хочешь, Зориану пришлось замедлить платформу, чтобы разобраться с поганцами.

У Крохи внизу такой проблемы не было — но и на него нашлась управа. Земля перед големом вдруг взорвалась, выпуская клубки гибких шипастых щупалец, тут же обвивших железного гиганта. Зориан скомандовал Крохе не замедляться, рассчитывая порвать путы просто инерцией многотонного голема — но, к его удивлению, щупальца выдержали.

Из земли с пугающей неторопливостью поднималась демоническая роза — гигантский цветок оказался даже выше Крохи. Зориан вспомнил этого демона — роза была в самом эпицентре первой схватки гигантов. Он думал, что тварь погибла, но нет — демон спрятался под землей, дожидаясь своего шанса.

И судя по тому, что тварь смогла остановить разогнавшегося Кроху — справиться с ней будет непросто…

[Что ты делаешь?] — прогрохотал в голове осуждающий голос ангела. — [Не теряй время. Ты должен предотвратить освобождение Панаксета, иначе всё будет напрасным.]

[Что?] — оскорбился Зориан, глядя на несокрушимую стену ангельского барьера. — [Но ведь барьер…]

[Не остановит тебя,] — ответило ангельское древо. — [Он лишь для врагов.]

А раньше нельзя было сказать? Хотя бы в начале боя? Наверняка же долбаный ангел промолчал специально, зачем-то откладывая их вылет к Провалу.

[Ладно,] — уступил Зориан. — [Только вытащу нас и своего голема, и…]

Он не успел договорить — воздух перед ними зарябил, испугав всех на платформе, и оттуда хлестнула гигантская чёрная ветвь, объятая оранжевым пламенем. Демонические личинки просто не успели среагировать — ветвь ангела уничтожила почти всех, немногие уцелевшие в ужасе понеслись прочь.

Продолжая движение, ветвь нацелилась на демона-розу, спеленавшую Кроху. Нечеловечески быстрая тварь извернулась, уворачиваясь от ветвей… но не от огня. В последний момент оранжевое пламя вскипело, роясь призрачными образами змей и оскаленных клыков, и хлынуло с ветви, накрывая адский цветок. Незадачливый демон заверещал, корчась от боли, и быстро юркнул под землю — Зориану даже на миг показалось, что тварь просто исчезла.

То есть ангел-дерево может запросто искривлять пространство, дотягиваясь туда, куда не достают ветви. Это вообще нормально?

[Иди,] — велел ангел и разорвал мысленный контакт.

Позади раздался торжествующий рёв — Огань сжимал в лапах отломленную толстую ветвь, пламя на ней затухало на глазах. Видимо, столь своевременное вмешательство не далось ангелу даром.

Зориан вновь скомандовал платформе, разгоняя её в сторону ближайшего ангельского барьера.

— Стой, что ты делаешь?! — всполошился Зак. — С ума сошёл? Мы же врежемся!

— Он нас пропустит, — торопливо ответил Зориан. — Мне ангел сказал.

— Сказал тебе? А почему не мне? Казалось бы, у нас есть типа избранный, заключивший контракт…

— Ты под Пустым Разумом, — напомнил Зориан. — К тому же это я управляю платформой. Так быстрее.

Остальные не вмешивались в их негромкий спор, молча глядя на сияющую плоскость барьера. Хотя Ксвим смотрел скорее с восхищением, чем с беспокойством.

— Значит, может избирательно пропускать объекты? — вполголоса сказал куратор. — Изумительное магическое решение.

Зориан пренебрежительно фыркнул. Что тут такого? Его щитовой куб тоже так может!

Но он взрослый, сдержанный маг. Он промолчит. Во всяком случае, пока…

А потом они влетели в барьер. Все кроме Аланика непроизвольно вздрогнули, ожидая столкновения со щитом, державшим чудовищные удары битвы гигантов. Вера и выдержка сурового жреца полностью оправдались — свет омыл их, расступаясь, как невесомый полог, и через миг группа уже была снаружи.

Зориан оглянулся назад — стена света уже сомкнулась, непрозрачная снаружи, надёжно скрывая сражение от посторонних глаз.

В нём боролись восторг и тревога. Оставив главных врагов позади, в ангельском барьере, Зак и Зориан могли без помех сокрушить культистов, сорвав ритуал — по сути, они уже практически победили. С другой стороны — план самого Зориана требовал одновременного воздействия на всех, что несколько затруднительно, пока группа Джорнака отделена от них барьером и щитами поместья. Придётся их как-то оттуда вытаскивать…

Не позволяя беспокойству отразиться на лице, он развернул платформу в сторону Провала, готовясь к новой схватке. Остальные молчали — культисты были очевидной следующей целью.

Тут всплыла новая проблема — им на перехват летели эльдемарские всадники на орлах. Сияющий куб ангельского барьера сразу бросался в глаза — неудивительно, что вылетевшая из него группа тотчас привлекла их внимание.

Зориан понятия не имел, как поступят эльдемарские маги. Ангелы могли бы поручиться за них, но увы — все они заняты внутри барьера. То есть маги будут действовать по своему усмотрению, что ничуть не обнадёживает: с точки зрения властей, группа Зориана — опасные чужаки, множащие хаос в разгар вторжения. С наездников вполне станется попытаться обезвредить их, а разбираться уже потом — стандартная, как он слышал, реакция на схватку магов в жилых районах, когда неважно, кто прав, кто виноват, важно прекратить угрожающее гражданским безобразие.

Оставалось надеяться, что сам размах сражения вразумит королевских магов, заставит их искать союзников, а не строить из себя самых крутых.

Его надежды не оправдались: догнавшие их всадники преградили путь, орлы угрожающе, пронзительно кричали, явно выражая готовность атаковать.

— Именем короля, стойте! — выкрикнул головной всадник искажённым, усиленным магией голосом. — Немедленно отключите щиты и приземляйтесь! Это последнее предупреждение!

Зориан раздражённо цокнул языком. Он остановил платформу, но и не подумал снижаться. Да, они вполне могли разобраться с наездниками — но потратят непозволительно много времени и маны. Более того, он сомневался, что его союзники согласятся напасть на королевских магов, просто исполняющих свой долг. Зак поддержит его, но Аланик наверняка откажется, и ещё неясно, что решат Ксвим и Дэймен.

Если бы его летучая платформа была быстрее орлов… Но нет — он конструировал свой куб для защиты, а не для скорости, а гигантские орлы знамениты своей быстротой.

К счастью, наездники то ли не связали Кроху с подозрительной группой, то ли понимали, что им не остановить стального гиганта — голем продолжал свой путь к Провалу. Управлять им на таком расстоянии будет тяжело, но это лучше, чем ничего.

— Капитан, — так же усилил и исказил голос Зориан. — Посмотрите на город. Идёт сражение, и мы — на вашей стороне. Позже мы с удовольствием ответим на…

— Это не просьба! — перебил его всадник. — Приказываю снизиться и объясниться, или мы атакуем немедленно!

Всадники закружились вокруг платформы, как стая волков, ждущая лишь сигнала к атаке.

Позади них, со стороны ангельского барьера, раздался шум — обернувшийся Зориан увидел появляющиеся и тут же смыкающиеся прорехи в стене света. В те мгновенья, когда открывались дыры, было видно Оганя, рвущего барьер горящими красным когтями.

И одновременно Зориан осознал, что королевские маги практически не защищены от магии разума. Только простейшие барьеры, которые психик его ранга даже не заметит. У орлов же не было даже таких.

— Это последнее… — начал было всадник, но его оборвал драконий рёв. Огань пробил достаточно широкую дыру и вырвался наружу. Барьер тут же сомкнулся, но было уже поздно: дракон-маг был на свободе.

И на его спине сидели Кватач-Ичл, Сильверлэйк и Джорнак.

Что же. По крайней мере, их не придётся выманивать.

Явно не ожидавшие такого наездники растерялись — и Зориан нанёс свой удар. Разом захватив всех гигантских орлов, он направил их в сторону дракона, распаляя гнев боевых птиц до ослепляющего кровавого безумия. Игнорируя панику наездников, орлы с громкими криками понеслись к Оганю.

Затем Зориан дотянулся до главного всадника:

— Дракон-маг! Это Огань! — выкрикнула его марионетка. — Забудьте про мелюзгу, убьём его!

— Смерть дракону! — поддержал еще один всадник, так же захваченный менталистом.

Огань среагировал именно так, как надеялся Зориан. Дракон был агрессивен и горд, и неоднократно сражался с королевскими магами — он привык считаться первоочередной угрозой и не видел в поведении наездников ничего странного. Проревев вызов, дракон-маг устремился навстречу орлам, наплевав на громкие протесты Джорнака.

Зориан осторожно отпустил ментальный контроль и вновь направил платформу к Провалу. Даже если наездники захотят преследовать его — у них хватит более срочных проблем.

Через пару секунд полёта он заметил, что все кроме Зака смотрят на него со странным выражением.

— Что? — хмурясь, спросил он.

— Это ведь твоих рук дело? — спросил Аланик.

— Хм? Ах да, определённо, — отозвался Зориан, не сразу сообразив, что его спутники не привыкли к открытой демонстрации его ментальных возможностей. Он иногда забывал, что они — не те, кто больше года работал с ним, чтобы сбежать из петли. Те люди погибли, и их души утрачены навсегда.

— Они не пострадают? — хмуро спросил Аланик. Жрецу явно не нравилось, что Зориан бросил королевских магов против дракона без какой-либо поддержки.

Занятно, сам Зориан даже не задумывался о благополучии эльдемарцев. Они раздражали его, мешались и получили по заслугам. Туда и дорога.

Изначальный Зориан, убитый им ради выхода из петли, наверняка был бы в ужасе, увидев, в кого превратилась его копия.

— Некоторые уцелеют, — наконец ответил Зориан. — Я бился с ними в прошлых циклах. Понеся значительные потери, они отступают.

— Они прилетели биться за Эльдемар, — добавил Зак. — И именно это они и делают. Знай они то, что знаем мы, вызвались бы сами, несмотря на опасность.

— Я уже представляю, как буду всё это объяснять, — пожаловался Аланик.

— Мы же подготовились, — возразил Зак. — Все замаскировались, а битва уничтожит большинство улик и заглушит прорицание. К тому же, у нас есть мастер-менталист, и если кто подберётся слишком близко к правде, тем просто сотрут память.

— Не в моём случае, — ответил Аланик. — Чтобы собрать всех этих людей, я воспользовался своей репутацией и связями. Этого уже не скрыть, даже если начнём массово промывать мозги.

Зориан как раз собирался массово промывать мозги, и куда раньше, чем ожидали остальные — если он хочет, чтобы Зак пережил этот день. К счастью, на этом разговор завершился, они уже подлетали к Провалу.

А наперерез им с бешеной скоростью летели Джорнак, Сильверлэйк и Кватач-Ичл.

Чтобы добраться до культистов, сначала придётся одолеть их.

Начинался второй раунд.

Пока оригинальное тело разбиралось с ангелами, демонами и наездниками на орлах, тела-симулякрумы тоже не сидели без дела. Они сновали по городу, обрабатывая тот безумный объем информации, что постоянно шёл от магических сенсоров, разведчиков и союзников в деле отражения ибасанцев. Их основной — и известной лишь самому Зориану — задачей было сохранить работоспособность сети глифов, раскинувшейся по всей Сиории. Неожиданная замена нескольких городских кварталов северным лесом с поместьем Яску уже вырвала из сети изрядный кусок — если не принять меры, сеть может рассыпаться, поставив крест на его планах.

Несмотря на важность задачи, симулякрумы время от времени всё же вмешивались в уличные бои. Минимальное вмешательство — оригинальному телу была нужна вся доступная мана, и тратить её в городе было недопустимо. Благо, у Зориана был идеальный инструмент воздействия с минимальным энергопотреблением.

Его магия разума.

По всему городу то тут, то там, творилось что-то странное… Впрочем, многие происшествия вполне можно было списать на случайность. Охваченная паникой группа защитников вдруг "вспоминала", что должна отойти и соединиться с другим отрядом. Бегущая семья вдруг чувствовала, что выбранный маршрут опасен, лучше свернуть в другую сторону. Мускулистый здоровяк с антикварным мечом — явно не рядовой клерк — защищая гражданских, в одиночку сдерживал целую стаю зимних волков до самого прибытия военных; по какой-то причине волки не могли его достать, словно не видели. Бродячая собака вдруг начала лаять и бросаться на пустое место, подсказав проходившему магу о наличии укрытой невидимостью засады.

Хотя случались и более явные вмешательства. Внезапные видения открывали важные сведенья о продвижении захватчиков. Враги сходили с ума и набрасывались на своих же в самый неподходящий момент. Зверьки и насекомые повадились бросаться прямо в лицо колдующих ибасанских магов. Молодые солдаты впадали в транс и рассказывали командирам о расположении и составе противника.

И всё это время над городом без устали кружились стаи железноклювов — глаза и клинки Зориана. Малые группы проверяли подозрительные участки, большие — появлялись в критических точках, поддерживая защитников с воздуха. Каждая стая несла телепатический передатчик, позволяя симулякрумам видеть их глазами и время от времени брать вожаков под прямой контроль. С умными, привычными к стайной иерархии птицами большего и не требовалось — и хорошо, едва ли Зориан смог бы управлять каждой в отдельности.

Удобно. Неудивительно, что Судомир выбрал этих пташек для поддержки вторжения.

Железноклювы опасны и сами по себе — быстры, проворны, и чертовски смертоносны, когда стая сыплет вниз бритвенно-острые перья и тут же улетает, чтобы ударить в новом месте, где никто не ждёт. С целеуказанием Зориана они стали ещё эффективнее — теперь птицы били почти исключительно по магам, не тратя перья на троллей и других живучих зверюг — и как правило тогда, когда цель истощена или занята и не может отвлекаться.

Но несмотря на все усилия, размах вторжения был слишком велик, да ещё Джорнак завёз свежие войска в поместье. Действия симулякрумов были каплей в море, и оценить их влияние на общую картину пока не представлялось возможным.

Слишком часто Зориану оставалось лишь бессильно смотреть, как захватчики режут и жгут. Да, заметив возможность, он мог изменить многое — но такая возможность выпадала далеко не всегда. Или же он просто её не замечал. Может быть, кто-то более умный нашёл бы выход — но он был всего лишь человеком и часто не видел способа помочь, не тратя драгоценную ману.

И он бездействовал. Просто смотрел, как люди сражаются и гибнут по всему городу, не вмешиваясь, ибо не был готов заплатить цену.

Хотелось бы сказать, что это сводило его с ума… Но на самом деле он уже просто привык. Он видел всё это множество раз, из цикла в цикл, порой и с точки зрения захватчиков, когда читал память ибасанцев. Может быть потом, когда всё закончится, и он полностью осознает, что всё окончательно и бесповоротно… Может быть, тогда увиденное — и собственное равнодушие — ещё приведут его в ужас.

Но не сейчас. Сейчас не время.

Он вновь сосредоточился на окрестностях Провала, где разгоралось сражение. Культисты, направлявшиеся к месту проведения ритуала, пока группы Зориана и Джорнака были заперты в ангельском барьере, попали в западню.

Такого не ожидали ни парни, ни Красный. Предводителей Культа атаковали уличные животные. Кошки и голуби, если быть точным. И отнюдь не клыками и когтями — у них были и магия, и оружие.

Фургон с похищенными детьми поравнялся с очередным зданием, когда с крыши на головы заговорщиков спрыгнули несколько кошек. Неизвестное заклятье горело на их когтях белым сиянием, они метили по глазам и артериям. Один из культистов успел заметить нападавших, но неосторожно встретился взглядом с сидящей на подоконнике кошкой — и чуть не упал от внезапного головокружения. Прежде чем он пришёл в себя, другая кошка ударом когтей вскрыла ему горло.

Развивая успех, в бой вступили голуби. Стая голубей, несущих алхимические гранаты — внизу воцарился хаос.

Перевертыши, сообразил Зориан. Кошки и голуби, два племени, наиболее предрасположенных к классической магии. И… да, а вот и полиция.

Похоже, Рэйни и Хаслуш отлично поработали — куда лучше, чем думал Зориан. Неожиданность, но приятная.

Разумеется, хоть с точки зрения Зориана культисты и были слабым звеном вторжения — для обычных людей они по-прежнему были смертельно опасны. Оправившись от первоначального шока, заговорщики перешли в контратаку — и чертовски успешно. В верхушке Культа Дракона, что Внизу, не было слабых магов, просто обычно они были заняты призывом Панаксета. И перевертыши с полицейскими стали умирать.

Вот только Зориана это совсем не устраивало — он стянул к месту сражения железноклювов и принялся, особо не скрываясь, перенаправлять туда же правительственные войска.

Что любопытно, голуби тотчас сработались с железноклювами. Как оказалось, многие крылатые перевертыши были способны инстинктивно творить заклятья — швырять фаерболы или создавать барьеры, прикрывая себя и железноклювов от ответного огня. И пусть Зориан не пытался направлять их, голуби естественно влились в роль поддержки, защищая и усиливая его стаи.

Что до кошек — Зориан опасался, что без эффекта неожиданности они будут беспомощны — и совершенно напрасно. Перевёртыши просто вернулись в человеческую форму и сражались как классические маги. Забавно, но их боевой стиль очень напоминал стиль самого Зориана, с упором на магию разума. Вероятно, живя по ту сторону закона, они не разделяли распространённые предубеждения.

А потом в их сражение ворвался Кроха, презрительно игнорируя вражеский огонь и сметая культистов, как кегли. Пусть оригинал и занят там, наверху — но Кроха здесь, и его не остановить. Чаша весов стала уверенно склоняться в пользу защитников Сиории — лидеры Культа были сильны, но и голем был не слабее.

Зориан отвлечённо подумал, не стоило ли оригиналу сразу телепортироваться сюда и перебить всех красных… Хотя нет, наверное, не стоило. Кто знает, как отреагировал бы Джорнак, узнав, что ритуал сорван, а сам он обречён? Да, Зориан нашёл способ противодействия призрачным бомбам — но времени и денег хватило лишь на Сиорию. А ведь заряды раскиданы по всему Эльдемару, если не дальше, оставалось лишь благодарить богов, что юристу пока не пришло в голову подорвать их все.

И ведь это только призрачные бомбы. Нет, наверняка часть угроз Джорнака была блефом, но Красный не мог не перестраховаться. Даже сами Зак и Зориан приняли ряд мер на случай, если не переживут эту битву — а Джорнак куда более мстителен.

Так что нет, время ещё не пришло. Зориану оставалось лишь ждать и готовиться.

Зориан смотрел на трёх тварей перед собой. Незнакомая рептилия размером с тигра. Парящий шар с множеством плетей-щупалец. И здоровенный зеленый слизень с небольшой дом. Тихо гудели механизмы его защитного куба, фрагменты вращались вокруг создателя, глифы зажигались и гасли, подобно биению диковинного сердца. На краткий миг всё замерло — чтобы тут же взорваться движением.

Шар со щупальцами успел первым, как самый быстрый. Тварь буквально выстрелила собой в его сторону, молочно-белая шкура трещала зарядами мощного заклятья молнии. Зориан хладнокровно отпрыгнул в сторону, усиливая прыжок телекинезом, и вторым шагом увернулся от хлестнувшего живым электрическим кнутом щупальца.

Синяя тигроящерица напружинилась, готовясь к прыжку, пока он отвлёкся — Зориан щелчком послал в неё стеклянный шарик. Громыхнуло, взрыв отбросил странное существо; тигроящерица грузно шлёпнулась на развороченную мостовую и расплылась синей лужей.

И сразу же вспучилась, в считанные секунды восставая из жидкости невредимой.

Зориану было не до неё — его пыталась растворить огромная кислотная клякса. Гигантский слизень был куда быстрее и подвижнее обычных — он постоянно формировал новые и новые ложноножки, пытаясь достать парня, а огромная масса позволяла ему просто сносить оказавшиеся на пути строения, оставляя за собой разъеденные руины.

Все три существа действовали идеально слаженно, демонстрируя разум, не уступающий человеческому, и глубокие познания в классической магической школе. Кто-то менее опытный счёл бы их редкими магическими существами — но Зориан видел, что имеет дело с искусственными конструктами. Скорее всего — что-то вроде ожившего зелья, алхимический состав, движимый либо пленными душами, либо стихийными духами. А то и всем сразу — захваченные души как источник маны, элементаль как управляющая сущность.

Из-за слизня раздался издевательский каркающий смех — похоже, Сильверлэйк была довольна питомцами.

— Не стоило отсылать свою железную игрушку. Может быть, с этим "Крохой" у тебя были бы шансы против моих красавцев.

Зориан промолчал. По нему не скажешь — он не творил прорицаний или чего ещё — но он пристально изучал поле боя глазами небольшой стаи железноклювов, оценивая шансы обойти зельевых элементалей и атаковать саму ведьму.

Шар со щупальцами вновь рванулся к нему, но Зориан встретил его тонким лучом силы, расплескав каплями наэлектризованного зелья. Тоже не то, это его не задержит.

Ну что за отстой. Он десять лет провёл во временной петле — казалось бы, за это время можно встретить все виды врагов.

— Ты ведь не думал, что мы не найдём твою сестру и её подружку-перевёртыша? — со своим раздражающим смешком спросила Сильверлэйк. — За ней уже выехали.

Зориан сощурился, но вновь промолчал. Слишком грубая провокация.

Впрочем, оттого не менее правдивая. Он уже давно знал, что убежище Кириэлле и Ночки осаждено — но ничего не мог сделать. Только надеяться, что Тараматула и найденные Дэйменом наёмники смогут их защитить. Или что в крайнем случае в дело вступят подаренные им куклы.

— Вы ведь не думали, что Культ Дракона, что Внизу, сможет хотя бы начать ритуал? — огрызнулся он. Болтать во время боя глупо, но намёк, что он оставил Кириэлле, задел его сильнее, чем он ожидал. — Поглядите вокруг. Вам не справиться со мной, а вашим союзникам — с моими. Вы лишь тянете время, так вам не победить.

Словно в ответ на его слова в небе вспыхнуло зловещее фиолетовое солнце, прокатился грохот. В той стороне Дэймен, Ксвим и Аланик сражались с Кватач-Ичлом.

Зак и Джорнак тоже сражались неподалёку, хоть Зориан этого и не видел. Красный использовал некую странную способность, вероятно, дарованную Панаксетом, укрыв целый квартал непроницаемым для взгляда и чар туманом. Боевые заклятья просто гасли, прорицания начинали сбоить.

Впрочем, за Зака он не беспокоился — в прошлых схватках напарник был заметно сильнее Джорнака. Скорее всего, Красный просто ждёт, когда Огань и Кватач-Ичл разберутся со своими противниками, чтобы биться втроём на одного.

— Какой же ты дурак, Зориан, — ответила Сильверлэйк. Из-за слизня по крутой дуге вылетели несколько заклятий, но Зориан легко развеял их. — Насколько было бы лучше, если бы ты присоединился ко мне. Мы могли бы открыть в темнице Панаксета крохотную дырку и сразу закрыть. Мой контракт был бы технически исполнен, и город бы не пострадал. Мы могли бы даже развалить всё вторжение изнутри. Представляешь, сколько жизней было бы спасено? А вместо этого ты цепляешься за безнадёжного мертвеца. Ты что, голубой? В этом всё дело?

— Повредив темницу Панаксета, назад её уже не закрыть, — не поддался на провокацию Зориан. Поднял телекинезом здоровенный кусок разрушенной стены и швырнул в слизня; увы, не пробил, глыба застряла в густой субстанции. — Вы просто успокаиваете себя всякой чушью. Вы выбрали Панаксета с его верным способом выйти. Что угодно, лишь бы не работать с другими, доверяя товарищам. А теперь этот "верный способ" губит вас — и вы цепляетесь за соломинку.

— С верным способом по-прежнему всё в порядке, — засмеялась Сильверлэйк. — Думаешь, нам нужны эти дети перевертышей? Если ты забыл, эти тела — моё и Красного — созданы Панаксетом. В них достаточно эссенции, чтобы установить связь с первозданным. Дети — лишь отвлекающий маневр.

Зориан нахмурился — это было слишком похоже на правду. В детской крови перевёртышей было совсем немного эссенции первозданного, потому и требовалось столько жертв… но Джорнак и Сильверлэйк воплощены в мир самим Панаксетом, и воплощены с конкретной целью. Надо думать, ради такого у первозданного нашлась лишняя эссенция.

Он не успел ответить — на него посыпались алхимические бомбы, вынуждая поднимать барьеры и уклоняться. Хуже того, разлитая некоторыми бомбами жидкость собиралась в новых зверей. Младших братьев трёх зельевых элементалей.

Да сколько же можно.

— Это ведь ты управляешь птицами? — продолжила Сильверлэйк. — Тогда ты лучше меня знаешь, как там дела у Оганя.

Зориан "взглянул" в ту сторону — и подавил вздох. Нет, эльдемарские наездники на орлах были молодцы — воздействие Зориана давно рассеялось, но они сражались с драконом, и сражались достойно.

Но Огань не зря был знаменит даже среди драконов-магов. На глазах Зориана он указал когтистой лапой в сторону одного из наездников — и выстрелил расширяющимся шаром бритвенно-острых нитей. Произойди это в начале битвы — королевский маг увернулся бы, или принял удар на щит, но прошло немало времени, люди были измотаны. Мелькнули острые нити — и гигантская птица вместе с наездником превратилась в кровавый дождь.

Наездникам не выстоять. Скоро они отступят — и тогда Огань перевернёт сложившийся баланс сил.

Зориан перевёл взгляд на ангельский барьер — но золотистый куб был всё так же непроницаем, скрывая происходящее внутри.

— К чему вы ведёте? — спросил Зориан, наконец нащупав долгожданную возможность. — Чтобы я перешёл на вашу сторону?

— Боги упасите, — отозвалась Сильверлэйк. — Но знаешь что… Отдай мне имперскую сферу, и можешь уйти, я сделаю вид, что не смогла тебя удержать.

Следовало признать — старая ведьма отменно умеет действовать на нервы.

Атакующие щупальцевый шар и тигроящерица оказались рядом друг с другом — чем Зориан немедленно воспользовался, сотворив малоизвестное заклятье. Мостовая под зельевыми тварями вырвалась из земли, унося слуг ведьмы в небо.

Не давая Сильверлэйк опомниться, Зориан отдал мысленный приказ, взрывая спрятанную на глыбе бомбу. Плавающий в слизне кусок стены оглушительно рванул, разметав существо, как перезрелую тыкву.

Это не убьет тварь, но на время выведет из игры. Ему хватит.

Путь был открыт.

Он телепортировался прямо перед изумлённой Сильверлэйк. Ведьма, пытавшаяся укрыться щитами от ошмётков собственного элементаля, казалась беззащитной…

Пока удивление на её лице не сменилось торжеством. Она ждала его. Под ногами Зориана активировался оберег-ловушка.

Разум Зориана взвыл от напряжения, время словно замедлилось. По всему городу симулякрумы замирали, полностью сосредоточившись на единственной задаче — анализе враждебной заклинательной формулы. Оберег ещё разворачивался — а Зориан уже знал всё, что должен был знать.

Он молча топнул, испуская поток неструктурированной магии, сбивая и расстраивая быстро формирующееся плетение. Одновременно он послал магический снаряд в едва заметный глиф, нацарапанный на обломках стены.

Оберег схлопнулся, нацарапанные вокруг сигилы полыхнули синим. Сильверлэйк отшатнулась — рухнувшие чары затопили мозг потоком бессмысленных сигналов. А Зориан уже сплетал свои заклинания.

Силовые копья, способные перемолоть глыбы в песок, огненные чары, что могли растопить сталь, мощные расщепляющие лучи… Заклятья били непрерывным потоком, не давая ведьме опомниться. Она попыталась активировать возврат, но Зориан пресек перемещение. И в какой-то момент сказался недостаток боевого опыта — Сильверлэйк не успела поднять новый щит.

Силовой снаряд ударил её прямо в лицо, превратив половину головы в кровавый туман. Не останавливаясь, Зориан снёс остатки черепа и пробил несколько дыр в туловище — на всякий случай.

На бесконечно долгую секунду всё стихло.

Что-то было не так. Её искалеченное, безголовое тело покачнулось, но не упало — а дыры стали стремительно зарастать свежей плотью, из обрубка шеи уже формировалась новая голова.

Гадость-то какая. Даже если она набралась зелья регенерации троллей или чего подобного — удар в голову должен был её прикончить. Зориан попытался испепелить упрямое тело конусом высокотемпературного огня — но тут в спину ударил восстановившийся гигантский слизень.

Зориан отпрыгнул — и увидел, как обожженный скелет стремительно обрастает жилами и мускулами. Такой живучести позавидовали бы и тролли, и гидры, тем более, что урон был нанесен огнём.

Наполовину исцелившаяся Сильверлэйк задергалась, кашляя кровью — Зориан не сразу понял, что она пытается смеяться.

— Видишь? Ты не можешь убить меня, — сказала воскресшая ведьма. — И кто из нас дурак? Это определённо того стоило.

— Неуязвимых нет, — ответил Зориан, вновь атакуя. Она вновь закрылась щитами. Хмм. Она не стала бы защищаться, если бы могла воскресать бесконечно. У неё должен быть предел. — Держу пари, если я продолжу, то рано или поздно убью вас.

— Рано или поздно, — согласилась она, небрежно послав в него пару заклятий. Гигантский слизень попытался вклиниться между магом и ведьмой, но Зориан ему не позволил. — Но держу пари, твоя мана кончится раньше. Пусть твоя защита ничего не тратит — тебе по-прежнему нужна энергия, чтобы ранить меня. К тому же, Огань скоро…

Вдалеке раздался звук, словно разбилась тарелка. Золотистый ангельский куб рассыпался и истаивал, открывая место сражения.

Ангельское древо победило — от демонического всадника и его орды не осталось никаких следов.

Ангел дорого заплатил за свою победу. Один из главных стволов превратился в обрубок, два других лишились большинства ветвей. Исчезли многие глаза, да и странное оранжевое пламя больше не покрывало всего ангела, едва теплясь в середине. Из двух десятков крылатых шаров, сопровождавших старшего ангела, уцелели трое, причём один из них лишился большинства крыльев и дергался в воздухе, словно пьяный. Четыре ангела, поддерживавшие барьер, исчезли — отдали всю свою энергию?

И тем не менее, потрёпанное древо не остановилось на достигнутом — оно повело ветвями, как разминающийся боец, и устремилось в сторону Оганя.

Дракон сердито взревел, но и не подумал отступать. Он явно собирался сразиться с израненным ангелом.

У Сильверлэйк не было птичьих глаз над городом — но, судя по всему, она тоже как-то это наблюдала. Ведьма скривилась.

— Ты же не думаешь…

Но Зориан не слушал её. Теперь, когда об Огане позаботились — можно доставать козыри. Он вытащил из кармана металлический шар с кулак размером и кинул между собой и ведьмой.

И тут же отскочил назад. Он не управлял тем, что сидело в свёрнутом измерении шара. Просто бросил его поближе к врагу и надеялся на лучшее.

У Сильверлэйк расширились глаза, пропала горделивая осанка — перед ней возник серый охотник. Ведьма, отчаянно ругаясь, пыталась отогнать паука-убийцу — без особого успеха.

Зориан держался в стороне, не решаясь вмешаться. Он сумел поймать монстра, но не контролировал его — стоит сделать что-то не то, и серый охотник переключится на него. Так что он просто наблюдал за сражением.

Пока Сильверлэйк не приспособилась отгонять серого охотника силами своего слизня. Зориан решил вмешаться — при всех достоинствах паука-убийцы, гигантский слизень — серьезный противник, хотя бы просто за счёт массы.

Он не успел — зельевый элементаль замер, дёрнулся и расплылся ядовитой лужей. Или, скорее, небольшим озером, но неважно. Тварь была мертва.

— Что?! Кто здесь? Откуда ты знаешь?.. — выкрикнула Сильверлэйк, уворачиваясь от паука.

Вместо ответа возник грубый, но эффективный барьер, запирая ведьму лицом к лицу с серым охотником.

Мозаика наконец сложилась. Зориан узнал этот оберег — им пользовалась лишь одна из его знакомых. Признаться, он никак не ожидал подобного.

Случайная союзница Зориана вышла из тени здания, сбрасывая заклятье невидимости.

Сильверлэйк. Старая Сильверлэйк. Привычная по временной петле вредная ведьма, сутулая и морщинистая.

— Ты?! Проклятье, что ты творишь?! — завопила молодая ведьма.

Старая Сильверлэйк не ответила. Она медленно обходила барьер, простукивая посохом, укрепляя оберег. Ведьма была смертельно серьезна — ни каркающего смеха, ни подначек. Видеть серьёзную Сильверлэйк было даже как-то противоестественно.

— Ты что, не знаешь, кто я? — возмутилась молодая Сильверлэйк. — Я это ты! Из будущего! Мальчишка ведь уже рассказал тебе, так ведь?

— Если ты это я, то ты знаешь, что было последний раз, когда мы создали копию и позволили ей делать что захочет, — спокойно ответила старая Сильверлэйк, не отрываясь от работы, даже не глядя на свою молодую версию.

Молодая Сильверлэйк подавилась заготовленными словами.

— Вот именно, — продолжила старая ведьма. — Рано или поздно ты пришла бы за мной. Мой дом, мои связи, моя жизнь… Тебе всё это нужно, и ты явно сильнее меня. Другого шанса устранить угрозу может не выпасть.

— Неблагодарная иссохшая сука! — выкрикнула молодая Сильверлэйк. Серый охотник вцепился ей клыками в руку, впрыскивая подавляющий плетение яд, но ведьма тут же отсекла пострадавшую конечность режущим заклятьем. Её регенерация тут же принялась отращивать новую. — Мне следовало сразу убить тебя!

— Вероятно, — пожала плечами старая.

Зориан ещё раз посмотрел на двух ведьм и решил, что тут без него разберутся. Туман Джорнака редел, вероятно, их с Заком сражение подошло к концу.

Пора.

Он прыгнул в воздух — его защитный куб послушно устремился следом — и активировал заклинание скоростного полёта, направляясь к Провалу. Культисты еще сражались, но явно были на грани и не ожидали прибытия нового врага. Оставив защиту на механизм, Зориан прошёлся смертоносной косой, буквально выкашивая заговорщиков секущими чарами.

Одновременно он восстановил контроль над Крохой, атаки гигантского голема стали куда точнее и своевременней.

Он в считанные секунды переломил ход битвы — перепуганные культисты разбегались, игнорируя окрики и угрозы предводителей.

Как он и думал, его ход не остался без ответа. Высоко в небе Огань выругался и оторвался от ангела, разворачиваясь к Провалу. Это тут же стоило ему глубокой царапины на боку, но дракон даже не поморщился. Неподалёку от устроенного Зорианом побоища полыхнул мощный выброс маны, обрушив целый квартал, и из руин взмыл чёрный скелет, на полной скорости рванувшийся к парню. Зориан спешно просканировал обрушенный сектор и вздохнул с облегчением: Ксвим, Дэймен и Аланик изрядно пострадали, но были живы. Куратор был без сознания, Дэймен тяжело ранен — но жрец уже занимался его раной.

Они выживут.

Должны.

Не время отвлекаться — Огань и Кватач-Ичл летят сюда, но лич будет здесь первым.

Зориан грустно посмотрел на возвышающегося рядом Кроху. Ты был молодцом, малыш.

Разумеется, конструкт не ответил. Голем молча развернулся навстречу летящему личу и приглашающе раскинул руки.

Справедливости ради — Кватач-Ичл сразу понял, что что-то не так, и попытался свернуть. Бесполезно. Туловище голема раскрылось, как железный цветок, открывая сложный магический контур вокруг стеклянного цилиндра. В котором уже пробудилась хризантема-душеловка, почуявшая новую добычу.

В обычных условиях хищный цветок не смог бы угрожать древнему личу, тем более на расстоянии — но встроенный магический контур был не только тюрьмой. Ещё усилителем и фокусирующей линзой.

Кроха направил туда все оставшиеся запасы энергии — но даже так не мог выдернуть душу Кватач-Ичла из сосуда. Впрочем, Зориан на это и не рассчитывал. Главное, цветок обездвижил лича, как когда-то Зака и Зориана.

Попав под мощнейшую духовную атаку, Кватач-Ичл потерял управление над заклятьем полёта и врезался в соседнее здание, бессильно отвалившись на мостовую. Усиленный магией металлический скелет выдержал — но ненадолго потерял подвижность.

Защитный куб позади Зориана поднялся и перестроился в кольцо. Камера замедленного времени в свёрнутом пространстве артефакта отключилась, отпуская заклятье Оганя на волю.

Кватач-Ичл с видимым трудом поднимался на ноги, преодолевая атаку цветка силой воли, и как раз успел поднять голову — чтобы увидеть гигантский, сияющий всеми цветами фаербол, не уступающий артиллерийским заклятьям. Будь у него хоть на пару секунд больше, лич переборол бы хищный цветок, отпрыгнул, телепортировался, закрылся щитами.

Но у него не было этих секунд.

За миг до контакта огонь в пустых глазницах погас, скелет стал оседать на мостовую. Кватач-Ичл предпочёл отступить в филактерию сам, по своей воле.

Драконье заклятье ударило, всё потонуло в раскалённой белизне.

Увы, для Крохи всё было кончено. Его туловище закрылось обратно, чтобы хризантема не атаковала кого-нибудь ещё, и голем замер, исчерпав запасы маны.

— Презренный ворюга! — выкрикнул приближающийся Огань. Ангел висел у него на хвосте. — Неужто твой вид не способен сделать хоть что-то своё?!

О чём это он? Это драконы тащат в свои сокровищницы созданное другими. И Зориан что-то не помнил ни одного дракона, собравшего поезд или винтовку.

Он промолчал, телепортировавшись к эпицентру и разогнав дым порывом ветра. Небольшой кратер, раскалённая земля… и невредимая имперская корона.

Божественные артефакты могли пережить и не такое.

Зориан сформировал силовой щуп и притянул реликвию, поначалу не решаясь взять её в руки — но корона оказалась холодной.

Он покосился в сторону, где Зак и Джорнак мерялись взглядами. Пока он разбирался с Кватач-Ичлом, туман Джорнака окончательно рассеялся — хорошо хоть напарник удержал Красного, не позволив помочь личу.

Оба выглядели ужасно. Зак хромал, всё его лицо было залито кровью из рассеченного лба. Похоже, туман Джорнака уравнивал шансы — едва ли юрист смог бы так отделать Зака в честном бою. Сам Джорнак тяжело дышал, словно пробежал изрядную дистанцию, и его знаменитая мантия была вся иссечена — но ни ран, ни ссадин не было видно. Вероятно, регенерация, как у Сильверлэйк — может, не настолько сильная, раз уж ведьма взяла неуязвимость, а Красный — этот свой туман, но тем не менее.

Зориан нахально улыбнулся Джорнаку, крутанув корону на пальце.

— Как будто это что-то меняет! — выплюнул Красный. Он ни на миг не отводил взгляд от Зака, но явно заметил жест Зориана. И его тон противоречил словам: похоже, на самом деле меняло. — Еще ничего не кончено! Все равно корона сейчас для тебя бесполезна!

Зориан не успел ответить — пришлось уворачиваться от заклятья прилетевшего Оганя. Хорошо хоть перевертыши и полицейские успели забрать детей — можно было за них не беспокоиться.

— Из всех вас ты мне особенно не нравишься! — громыхнул дракон, резанув синим лучом и едва не обезглавив Зориана. — Скользкий слабак, полагающийся на грязные трюки!

— Кто бы говорил, — отозвался Зориан. — Ты сотрудничал с Сильверлэйк.

В ответ дракон выбросил вперёд ладонь, размазав всё вокруг ударом силы. К счастью, Зориан успел телепортироваться на крышу соседнего здания.

Он раздражённо цокнул языком. Он мог некоторое время сдерживать дракона, но это субоптимально. У него просто нет огневой мощи, чтобы бодаться с Оганем.

Зориан прикинул варианты. Может быть, сейчас? Присутствие Оганя весьма нежелательно, но если придётся… может и выйти. Ведь дракон дерётся не только с ним, но и с ангелом…

[Ангел,] — телепатически передал Зориан. — [Каковы у вас шансы победить и отогнать дракона?]

[В одиночку?] — правильно понял небожитель. — [Пятьдесят на пятьдесят.]

[А задержать его на пару часов?]

[Пятьдесят на пятьдесят.]

— Ладушки… — пробормотал Зориан.

Шансы его не устраивали. Он посмотрел на имперскую корону в руке и вдруг вспомнил разговор с Сильверлэйк.

Почему Огань вообще сражается с ними? Да, он заклятый враг королевства, и без сомнения с радостью сжёг бы Сиорию, будь его воля — но не бесплатно же он присоединился к Джорнаку. Ему что-то обещали, что-то, достаточно ценное, чтобы сподвигнуть его к действию.

Ценнее божественного артефакта?

Стоит проверить.

[Ангел, ловите,] — Зориан швырнул корону в небо, ускоряя телекинезом.

[Она для меня бесполезна,] — неодобрительно заметил ангел, но поймал реликвию одной из ветвей.

[Есть идея. Пожалуйста, подыграйте,] — Зориан повернулся к дракону, отбивавшемуся от небесного древа.

— Дракон! — заорал он. — Я отдал ангелу имперскую корону!

— Какая нахер разница? — рыкнул Огань. — Он не сможет ей воспользоваться!

— Но ты сможешь! — крикнул Зориан. — Если ты улетишь, ангел пообещает отдать её в конце дня! Божественный артефакт, увеличивающий резерв! Другого такого нет!

Огань вдруг замер и немного отлетел от ангела. Тот завис в воздухе, не нападая.

— Огань, даже не думай! — яростно заорал Джорнак. — Ты знаешь, что будет! Кватач-Ичл этого так не оставит! И я тоже! А ты не получишь ничего из обещанного!

Но дракон не слушал. Его горящие алчностью глаза пристально изучали Зориана.

— Имперская сфера у тебя, верно? Та, что с дворцом внутри, — внезапно спросил Огань. И, не дожидаясь ответа, продолжил. — Добавь её, и я оставлю тебя и этот город в покое.

— Огань, сукин ты сын! — прорычал Джорнак.

— Договорились, — не раздумывая ответил Зориан. Имперскую сферу было жалко, но сейчас важно избавиться от дракона.

А потом можно попробовать её вернуть.

Он достал сферу и бросил в небо, ускоряя, как и корону. Ангел легко поймал её ветвями.

— От имени Небес я даю слово, что если ты покинешь город и не вернешься двадцать четыре часа, то я передам тебе эти доверенные мне божественные артефакты. Да будут моя жизнь и мой ранг тому порукой.

— Хмм, — одобрительно протянул Огань. — Я не поверил бы кому другому, но ангел не станет врать. Я согласен.

И дракон-маг просто развернулся в сторону северных лесов и улетел. Ангел, казалось, поколебался, словно желая что-то сказать, но молча последовал за драконом.

Пришедший в неистовство Джорнак отчаянно, безрассудно атаковал Зака, тяжело, с надрывом, дыша.

Зориан тоже глубоко вдохнул. Вот он, шанс. Другого такого не будет.

Его разум слился с симулякрумами. Сеть глифов по всему городу ожила, позволяя дотянуться до любой точки Сиории. Приведённые в город аранеа вливались в паутину его мыслей.

Короткий телепорт, и он оказался перед Заком и Джорнаком.

И, раскинув руки, бросился на них.

Глава 104. Победа (I)

Его звали Зак Новеда — последний из Благородного Дома Новеда, избранник ангелов…

…и он победил.

Сказать по правде, он никогда не думал, что победит. Нет, понятное дело, он хотел. Хотел узнать, какие ещё чудеса таит мир за пределами месяца. Хотел восстановить свой род и отомстить опекуну. Хотел иметь друзей и возлюбленных, что никогда не забудут о нём.

Но всё это — лишь пустые мечты, едва тлеющие в дальних уголках разума. Он не рассчитывал победить — и не только из-за дурацкого ангельского контракта с его невозможными требованиями.

Честно говоря, он сдался очень, очень давно.

Он столько раз пытался одолеть захватчиков, раз за разом, попытка за попыткой, идея за идеей — пока не осознал, что такова его судьба. Навсегда остаться в этом повторяющемся мире. Вся эта сила, знания, откровения о его прошлом и о людях вокруг него — петля щедро швырнула ему всё, кроме того, что нужно. Кроме возможности выйти.

Он знал, что ключ к разгадке — вторжение в Сиорию. Всегда знал, где-то в самой глубине души. Но сколько раз ни пытался — он просто не мог его остановить. Поначалу это казалось нормальным. Он ещё осваивался, становился сильнее, искал новые решения… Но со временем его запал стал иссякать. Он узнал о захватчиках всё, что было возможно. Ему стало всё труднее добиваться прогресса в магии, каждое новое заклятье или техника давали всё меньший прирост. Его вдохновение истощалось.

И он по-прежнему не мог победить. Он достиг своего потолка — и этого оказалось недостаточно. Он понял, что не сумеет выйти.

Он останется здесь навсегда.

А потом он встретил Зориана. Его друг был… ничего так. Да, порой парень откровенно пугал его, был не лучшим собеседником и совсем отстойным собутыльником, но хэй — у всех свои недостатки. Главное — он не сдавался. В нём всё ещё горела та искра, что давно погасла в Заке. А ещё — он мыслил иначе, действовал, как никогда бы не пришло в голову Заку. Всё это несло подзабытый привкус новизны, и упрямая искра надежды глубоко внутри снова стала разгораться.

Когда-то давно, когда Зак ещё только знакомился с петлёй и своими растущими способностями, он ни за что не уступил бы ведущую роль другому. Но те времена давно прошли — петля избавила его от иллюзий задолго до встречи с Зорианом. Он отступил в сторону, позволив напарнику планировать и задавать цели — лишь изредка отклоняя совсем уж… сомнительные идеи.

Этот путь привёл его сюда — лицом к лицу с третьим путешественником во времени. Красным. Или Джорнаком, хотя какая к чёрту разница. Для Зака этот тип так и останется просто Красным — даже сейчас явился в своём дурацком балахоне.

Враг начал с того, что поймал Зака в некий пространственный лабиринт — отражение города, укрытое густым туманом. Этот туман здорово мешал парню — сам же Красный стал двигаться странным образом, Зак даже не сразу понял, что к чему. Противник явно считал Зака тупым забиякой — но Зак не сидел без дела все эти годы, а после совместной работы с Зорианом его познания в магии пространства и вовсе достигли невиданных вершин.

Красный много трепался о своём туманном мире — пытался запугать? Или тоже плохо ориентировался в тумане и ждал, когда Зак подаст голос? В любом случае, выходило, что туманный город — магия первозданного, дарованная Панаксетом. Замкнутое пространство, полностью изолированное от реального мира.

Ха. Ничего не напоминает? А ведь Зак с Зорианом неплохо научились пробивать выход из таких вот полностью изолированных мирков.

Ему не понадобилось и минуты, чтобы разобраться. Подобно тому, как мир временной петли замыкался на Панаксете, туманный мир держался на Красном. Сам Красный и есть выход.

Битва изрядно затянулась — но в итоге Зак добился своего. Пусть кинетическое заклятье Красного чиркнуло его по ноге — Зак не мог уклониться — но ничего страшного. Рана не слишком серьёзна, скоро выпитое перед боем зелье регенерации всё исправит. Главное — он улучил момент и влепил в Красного пространственное заклятье, специально созданное, чтобы пробивать дыры в замкнутых барьерах. Единственная в своём роде разработка, венец их трудов в последних циклах — враг о таком даже не слышал.

Зак ожидал пробоину в реальный мир — но поделка Красного не могла сравниться с временной петлей Панаксета. Стоило нарушить целостность контура, как туман тут же начал редеть, пока не исчез совсем, выкинув обоих в реальный мир.

В тот самый момент, когда Зориан разобрался с Кватач-Ичлом.

Зака захлестнули противоречивые чувства — он знал, сколько труда на самом деле вложено в эту победу, ни о какой лёгкости и речи не шло… Но ему всё равно было завидно. Немножко.

Красный же как с цепи сорвался, яростно атакуя — и Зак от всей души ответил тем же. Чёрные клинки пространственной магии рассекали воздух, даже нечеловеческая ловкость Красного не позволяла полностью избежать порезов. Крошечные яркие звёздочки порхали, быстрые, как стрижи, земля исторгала каменные копья, взрывающиеся тысячами бритвенно-острых осколков; потоки увитого молниями света огибали преграды, как призрачные змеи, сам воздух закручивался вокруг Зака смертоносным вихрем. Если и было что-то, чем Зак Новеда по-настоящему гордился — так это владением боевой магией. Он был хорош, и он любил драться — сражения с сильными противниками возвращали ему вкус жизни.

Напрягая память, он посмотрел на противника, заглянул в глаза под потрёпанным капюшоном. Вроде как они когда-то были друзьями — но память молчала. Ни малейшего отклика, ни даже чувства дежа вю. Тип в красном был ему незнаком.

Красный. Джорнак. Судя по всему, он предал Зака и искорёжил ему мозги, оставив без малейшего понятия, что происходило вокруг. Конечно, Зак был зол на урода… Но, если начистоту, не то чтобы сильно. Он не помнил предательства, да и сам по себе всегда был отходчив. Тем не менее, желание найти козла и поквитаться уже несколько лет было одной из основных целей в жизни. Едва ли дело было в магии контракта — месть просто была удобна. Новая, достижимая цель вдыхала в него новые силы — как он мог отказаться?

К тому же этот парень — полный псих. Зак не был эмпатом, как Зориан, но этого и не требовалось. Он видел, что Красный пуст внутри — даже хуже, чем он сам. Нечего подливать масло в огонь грядущих войн. Красный должен исчезнуть.

Зориан между тем договорился с Оганем — было реально смешно. Ну, кроме того момента, что паршивец отдал дракону имперскую сферу. Разве они не договаривались, что сфера отойдёт Заку, раз Зориан получил Принцессу? А он отдал её, даже не торгуясь…

Хотя чего уж там. Понятно же, что сфера — лишь ещё одна несбыточная мечта. Ангельский контракт неотвратимым мечом висит над головой. Его невозможно исполнить. Остаётся лишь дожить то немногое вре…

Зориан без предупреждения телепортировался между ним и Красным.

Зак отчётливо помнил молчаливую вспышку раздражения. Да, логично, что напарник хочет помочь — но битва уже завершалась, и Зак наслаждался ей. Последняя в его жизни радость — а Зориану приспичило отобрать и её.

Раздражение сменилось шоком: не говоря ни слова, Зориан метнулся к Красному, сближаясь на дистанцию рукопашной. В его руках быстро формировалось незнакомое Заку заклятье.

Враг был зол, измотан и сосредоточен на Заке — но среагировал мгновенно. Красный крутанулся, разворачиваясь к новому противнику, отточенным движением выхватил из-за пояса нож.

Нет, не нож, сообразил Зак. Имперский кинжал. Видимо, успел умыкнуть из королевской сокровищницы. Наверное, стоило ожидать — враг наверняка тренировался в петле — но ведь в реальном мире имперский кинжал не особенно полезен?

Или нет. Лицо Красного исказили ненависть и злобная радость, словно он сам не верил собственной удаче.

Зак отчаянно швырнул быстрое заклятье, пытаясь оттолкнуть их друг от друга, но не успел. Кинжал неярко вспыхнул фиолетом, устремившись в лицо Зориану. Тот даже не попытался защититься — вместо него на пути клинка оказался модуль щитового механизма.

Уверенность Зориана оказалась напрасной. Да, его щитовой куб был настоящим шедевром — но оружие в руке Красного было божественным артефактом. Клинок рассек металл модуля, как бумагу, и вошёл в горло парню.

Одновременно сияющая рука Зориана ударила Красного в грудь, пробив огромную дыру и послав по всему телу волны светло-голубой энергии.

Повреждённый куб Зориана взорвался, отбросив обоих, как изломанные куклы, и впечатав Зака в соседнее здание.

Ему, впрочем, было не привыкать — еще в полёте активировав щиты, Зак оттолкнулся от стены и заученно приземлился на ноги. Быстро просканировал округу — и нашёл Зориана лежащим на земле.

Зак бросился к напарнику — но, не добежав, остановился.

Зориан не двигался, не дышал, глядя в небо остекленевшим глазами. Из шеи всё ещё торчал имперский кинжал, в тело воткнулись бесчисленные оплавленные обломки куба.

Несколько секунд Зак просто смотрел на друга, потом, преодолев неверие, сотворил диагностическое заклятье и медленно, неуверенно, коснулся. Он не был хорошим целителем — но конкретно этим заклятьем владел уверенно.

Заклятье сказало ему то, что он и так знал, но не мог поверить.

Зориан был мёртв.

— Нет, — потерянно прошептал он. — Нет! Зориан, идиот, зачем? Зачем?!

Что тут непонятного, очевидно же. Чтобы ты жил.

Незваная мысль ударила, как кулаком по лицу.

— Он н-не стал бы… — промямлил Зак. — Слишком эгоистичен… он сам сказал! У него друзья, семья, младшая сестра, которой он нужен. Куча девчонок, желающих залезть к нему в штаны. Я…

Он глубоко вдохнул, силой воли входя в сосредоточенное состояние. Он… должен кое-что проверить.

Поднявшись на ноги, он подбежал к Красному. Тот, как и ожидалось, тоже был мёртв — удар Зориана уничтожил его сердце и лёгкие, плюс синяя волна тоже что-то сделала. Выдернула душу из тела? Зак не настолько разбирался в диагностике, чтобы понять. Главное — Красный был мёртв.

Тяжело сглотнув, Зак вновь поднялся и стал искать остальных.

Все были без сознания — лежали кто где, на улице, в аллеях, в руинах домов. И их явно вырубило не в бою — проверка показала, что все почти полностью здоровы, за вычетом мелких ушибов и царапин. Словно просто шли и потеряли сознание.

Зак нашёл Аланика, Ксвима… и брата Зориана, Дэймена. О боги, как он будет объяснять ему, что не сберег…

Он покачал головой и приблизился. Они тоже лежали без чувств, как и все остальные — поколебавшись, Зак положил руку на голову Ксвима и сотворил заклятье чтения памяти.

Сопротивления не было. Зак помнил, что Ксвим перед боем накладывал Пустой Разум — но сейчас его не было. Зак погрузился в его воспоминания, разыскивая упоминания о петле.

Его рука задрожала. Профессор ничего не знал о петле. Он вообще ничего не помнил о прошедшем месяце — кто-то буквально затёр ему память.

Зак проверил Дэймена и Аланика — с тем же результатом. Они не помнили этот месяц… Не помнили о петле.

Он тяжело выдохнул.

— Зориан, жуткий ты ублюдок… Как ты вообще смог?

Стоп. Если смог с остальными — мог так же и с ним?

Это всё вообще настоящее?

Внезапная мысль запала в голову. Он ощутил, как что-то пробудилось в глубине души и потребовало проверить. Он должен знать — потребность острее любого голода или жажды не оставляла выбора.

Зак начал со всевозможных диагностических прорицаний, проверяя себя, окружающее пространство и трёх лежащих людей. Затем — все изученные в петле приёмы, выявляющие наведённую иллюзию.

Ничего. Его Пустой Разум активен. Его мозг не подвергался внешним воздействиям. Окружение ведёт себя, как и должно, а люди сложны, как и положено людям.

Он пошёл по улице, читая память лежащих без чувств горожан. Некоторые уже приходили в себя — Зак игнорировал их, целей пока хватало.

Он не искал что-то конкретное — ему нужны были мелочи, вроде любимой еды, или внешности родителей, или последнего услышанного анекдота. Он проверял, настоящие ли они.

Маг разума, даже самый искусный, не может создать фальшивый разум — точнее, может, но подделка будет видна. Однако Зак знал своего напарника — от этого монстра можно было ожидать чего угодно. Вполне возможно, Зориан может создать убедительный фальшивый разум.

Или пару-тройку. Или даже дюжину.

Зак уже проверил около сотни человек. Все выглядели настоящими — сложные, комплексные личности с множеством мелких деталей и подробной историей, которую можно просматривать неделями. Такое никому не подделать. Даже Зориану.

Он потерял счёт времени. Он ходил и ходил по улицам, считывая чужую память. Все, имевшие отношение к петле, утратили воспоминания за последний месяц. Без исключений. Даже аранеа под Сиорией — целая колония опытных телепатов, но Зориан как-то убедил их удалить часть воспоминаний.

Наконец он признал — всё было настоящим. Джорнак был мёртв. Сильверлэйк тоже — её убила прежняя, настоящая Сильверлэйк, лишившаяся месяца воспоминаний, но в остальном не пострадавшая.

Во всём мире о петле знал лишь он один.

Он покинул Сиорию, будучи больше не в силах видеть знакомые улицы. Нашёл небольшой холм за городом, где они с Зорианом частенько обсуждали планы или просто убивали время — и долго стоял, глядя на раскинувшиеся поля.

Кажется, к нему подходили, спрашивали, в порядке ли он — и, не получив ответа, уходили. А потом — он сам не знал, сколько времени прошло — он вдруг понял, что над Сиорией вспыхивают фейерверки.

Ну да, это же ночь летнего фестиваля. И пусть город только что пережил кровавое вторжение — это не повод отменять торжества. Наоборот.

Зак… был счастлив. Отвратительно, но факт. Панаксет всё ещё запечатан, все условия контракта исполнены. Он будет жить.

Он… победил.

Его звали Зак Новеда, последний из рода Новеда последний путешественник во времени…

…и он победил.

Зак упал на колени и зарыдал. Где-то глубоко внутри безвредно распадался исполненный ангельский контракт.

Он был свободен — и заплатил всего ничего. Лишь жизнью лучшего друга.

Глава 105. Победа (II)

Его звали Джорнак Докочин, скромный юрист из Сиории, истинный наследник Дома Денен, последний путешественник во времени…

…и он победил.

Он пришёл к победе долгим, трудным путём. Он хорошо помнил тот судьбоносный день, когда догадался, что Зак — путешественник во времени. Парень мотался по городу, устраивая сцены, делая "бессмысленные" объявления журналистам — и всем, кто был готов слушать. Он не говорил прямо, кто он такой, но оставлял очень явные намёки. Мало кто воспринимал его всерьёз — как, впрочем, и сам Джорнак… Пока парень не заявился к нему с просьбой помочь разобраться в "случайно найденных" документах.

Бумаги повергли Джорнака в шок. Даже не сами бумаги, а то, что из них следовало. Столь однозначные свидетельства, уличающие столь высокопоставленных и влиятельных людей, могли быть только украдены — причём у этих самых высокопоставленных людей.

Джорнак, как никто другой, знал, насколько это сложно. Когда коррумпированное эльдемарское правосудие лишило его наследства, он осознал, чего на самом деле стоят буква и дух закона, если на другой чаше — деньги и связи. Он вступил в Культ Дракона, что Внизу, и лично знал многих действительно могущественных людей. Познакомившись с тёмной изнанкой королевства, он представлял, насколько тяжело добыть подобные доказательства.

Так откуда же у Зака бумаги, что не купишь ни за какие деньги? Джорнак несколько дней мучился этим вопросом, вспоминая каждый жест, каждое слово парня — пока не пришёл к безумному выводу. Совершенно безумному выводу. А когда он прямо спросил Зака… Тот хохотнул и во всём признался.

Да, он путешественник во времени. Вообще-то он уже проживал этот месяц много, много раз, и в прошлом они уже говорили.

Джорнак поверил ему. Захотел поверить. Его жизнь вот уже несколько лет была совершенно безрадостна. С карьерой, несмотря на все его усилия, не ладилось. С личной жизнью не лучше. Родные все умерли. Наследство Дома Денен, его единственный ключ наверх — украдено. Он растратил молодость, но так ничего и не добился. Да, история о временной петле казалась бредом — но он не хотел остаться в стороне.

Они быстро сдружились. Зак объяснил, что впервые узнал о Джорнаке от Вейерса, с которым был дружен в одном из циклов. Слова Зака о том, как его опекун за гроши раздал друзьям имущество Дома Новеда, впечатлили Джорнака как бы не сильнее, чем сама временная петля.

Вскоре выяснилось, что Зак открылся не только ему. Этот цикл он проводил с размахом, щедро рассыпая намёки всем, кому сколь-нибудь симпатизировал — и многие пришли к правильным выводам. Кроме того, Зак одновременно встречался как минимум с двумя женщинами — обе знали про соперницу и не возражали — им он вообще рассказал всё сразу. Собралась группа, и это… было изумительно. Никогда еще у простого парня Джорнака не было столько друзей.

Но было кое-что, с каждым днём все сильнее омрачающее его радость. Зак Новеда не изобретал временную петлю — он был лишь листком, подхваченным ветром. Механика петли неумолима — месяц скоро закончится.

С каждым днём в их группе становилось всё больше встревоженных лиц — и одно из них принадлежало Джорнаку. Недавним вечером, когда они были вдвоём, Зак слегка перебрал и признался, что не придёт к нему в новом цикле. Он уже делал так в прошлом — сходился с кем-то, начинал привязываться, а потом прекращал общаться, чтобы не огорчаться при смене цикла.

Джорнак сам не понимал, почему это так его потрясло. Ну, заменят его кем-то другим — какая разница, он же всё равно всё забудет? Но разница была. Он постоянно тормошил Зака, нет ли способов продлить петлю, даже привлёк других членов группы. И наконец они добились признания.

Способ был. Имевшийся у лича божественный артефакт мог временно подключить человека к петле. Да, всего на шесть циклов, и Зак несколько раз повторял, что не хочет этого делать, что это плохая идея — но его никто не слушал. Шесть месяцев — намного лучше, чем ничего.

Наверное, убедить Зака удалось лишь благодаря его любовницам. Но организовал всё Джорнак, и мог по праву гордиться своей работой. Следующие шесть месяцев были, пожалуй, лучшими в его жизни. Зак был его лучшим другом, и юрист был полон решимости помочь ему, чем только сможет.

Но это счастливое время тоже подошло к концу. Шесть циклов истекали, вгоняя людей в панику — они утратят всё, что обрели в петле. Зак тоже ходил мрачнее тучи — мало того, что предстояло расставание, так его уже сейчас замучили требованиями сделать хоть что-нибудь. А что он мог сделать?

Отношения с Заком ухудшались на глазах. Джорнака всегда интересовала политика, то, что происходит за закрытыми дверями глав королевства. Петля дала ему возможность узнать всё это — и многократно усилила отвращение. Он рассказал об этом Заку — но путешественник во времени в душе остался подростком и смотрел на мир до смешного наивно и узко. Зак просто хотел отомстить опекуну, возродить Дом и жить в своё удовольствие. Ему не нужны были сведенья, что с таким трудом добыл Джорнак, и он считал методы юриста отвратительно безнравственными. Они ссорились всё чаще, и как-то раз Джорнак сгоряча сказал Заку, что бы сделал на его месте. Он никогда не забудет взгляд Зака, когда тот дослушал его до конца…

Наконец Зак собрал всю группу. Он вновь поклялся, что не скрывает никаких способов и никак не может продлить их подключение к петле. Он пообещал, что при первой же возможности вновь подключит их.

Джорнаку Зак наедине пообещал передать все собранные им за шесть циклов сведенья — но Джорнак ему не поверил. Зак даже не читал его отчёты — как он воспроизведёт их, даже если захочет? А он вряд ли захочет. Юрист помнил признание парня, что он отсекает тех, к кому успел привязаться. Помнил его недавний взгляд. И понял, что надо что-то делать.

Он не собирался предавать Зака. Он хотел работать с ним. Помогать ему. Если задуматься — это не Джорнак, это Зак предал первым.

Юрист никогда не отличался магической мощью — его способности были заурядны, даже шесть циклов никак это не изменили. Но в группе были сильные маги, ставшие с помощью Зака ещё сильнее. Привлечь их на свою сторону было непросто — но и не особо сложно. Отчаянье толкает на отчаянные шаги. Вот договориться с Кватач-Ичлом, чтобы лич не убил его при первой же встрече, было уже сложнее — но не так сложно, как он опасался. А дальше всё пошло-поехало…

Этот путь привёл его сюда, лицом к лицу с бывшим товарищем, бывшим лучшим другом — Заком.

По правде говоря, он беспокоился. Способность, дарованная Панаксетом, не оправдала ожиданий. Разве первозданные не были когда-то равны богам? Темница, на которую он возлагал столько надежд, не удержала Зака — у того откуда-то оказалось заклятье, взламывающее замкнутые барьеры.

Их выбросило назад, в окрестности Сиории, как раз в тот момент, когда Зориан изгнал Кватач-Ичла с помощью… цветка? Джорнак едва распознал хризантему-душеловку. Надо же, какая редкость. Юрист и сам не знал, что об этом думать — с одной стороны, древний лич был нужен ему здесь. С другой — приятно видеть, как с мёртвого мерзавца собьют спесь. К тому же, у него всё еще есть драко…

Огань улетел. Просто взял сферу, корону и улетел! Даже не верится. Джорнак столько дал ему авансом — материалы, карты, записи о драконьей магии, полученные от других драконов — но Огань сменил сторону ради треклятых божественных артефактов.

Джорнака затопила знакомая горечь. Его опять предали. Как же он устал от этого дерьма…

Надежда ещё была. У него оставался ещё один день, он использует все заготовки и погрузит королевство в хаос. Он активирует призрачные бомбы во всех городах — быть не может, чтобы враги обезвредили — или даже нашли — их все. С помощью политических убийств и ментального контроля он развяжет новую войну — против всех соседних государств. Он разберётся с врагами, их семьями, друзьями и близкими — а полиция и военные Эльдемара ему помогут. Он спустится в глубины Провала и выманит на поверхность тварей с самых нижних уровней подземелья, разрушит город до основания…

Всё это было контрпродуктивно. Он хотел править страной, сделать её лучше, а не погубить. Но чтобы изменить мир, ему прежде всего нужно выжить — а враги не оставили другого выбора. Его рука не дрогнет. Он…

Внезапно третий путешественник, Зориан Казински, телепортировался прямо к ним и рванулся навстречу.

Зориан… Из-за него Джорнак допустил столько ошибок. Не стоило сбегать из петли, узнав, что появились новые путешественники — но тогда всё казалось предельно логичным. От аранеа он узнал, что путешественников целая армия — что было вполне логичным. Добыв корону, Зак при желании мог подключить к петле хоть весь город. Что, если Панаксет присмотрел среди них более перспективного избранника? И если Зак подключал людей к петле — значит, он вспомнил про Врата Государя и мог в любой момент покинуть петлю. Нет, рисковать было нельзя. Он поступил, как считал верным.

На самом же деле был всего один новый путешественник. И отнюдь не благодаря Заку — просто в механизме петли случился сбой. Словами не выразить, что ощутил Джорнак, услышав всё это. Ему пришлось пойти на такие жертвы — а мальчишка получил всё на блюдечке, просто повезло? Жизнь действительно несправедлива.

Но сейчас всё складывалось идеально. Он понятия не имел, что нашло на парня, толкнув на сближение — но не собирался упускать возможность. Джорнак выхватил имперский кинжал — привычный вес реликвии внушал уверенность в своих силах. Кинжал был его давним, проверенным попутчиком — он добывал его из сокровищницы при каждой возможности и много лет изучал, узнавая, на что способно божественное оружие.

Кинжал вспыхнул фиолетовой аурой. Он был известен своей способностью поражать духов, но у него были и другие режимы, как, например, этот. Самоуверенный третий путешественник не стал уклоняться, вызвав для защиты фрагмент своего защитного устройства. Джорнак первым признал бы, что щитовой куб Зориана — великолепная, впечатляющая разработка, но — всего лишь творение смертных. Божественный кинжал пронзил многослойные силовые щиты, проецируемые кубом, и рассёк укреплённую алхимией сталь, как бумагу.

К чести парня — он успел среагировать, оттолкнув себя телекинезом с пути клинка, одновременно отбрасывая повреждённый куб высоко вверх. Громыхнул взрыв, с неба пролились потоки высвобожденной маны, просвистел рваный металл.

Джорнак не сводил глаз с противника. Пусть Зориан Казински и оказался в петле случайно — он неоднократно демонстрировал острый ум и решимость. Джорнак помнил, как парень без колебаний убил себя, когда они столкнулись в петле — причём это явно было заранее продуманное решение, он даже проконтролировал, что его тело не достанется врагу. Определённо, парня не стоит недооценивать.

И всё же — Джорнак решил рискнуть, пока враг не оправился от потери защитного механизма. Опасная затея, способная погубить и его самого — но ему не раз приходилось рисковать ради шанса на выживание, и наверняка придётся ещё. Он обхватил пальцами висящую на шее чёрную бутылочку — и легко раздавил толстое стекло.

Меж его пальцев хлынули сотни чёрных теней, увеличиваясь в размерах, заслоняя небо сплошным ковром — полупрозрачные безногие фигуры в рваных чёрных плащах.

Призраки. Вокруг словно похолодало — само присутствие стольких призрачных сущностей поглощало жизненную силу бойцов; воздух наполнился шёпотом, вкрадчивым, гулким — и совершенно бессмысленным.

Об этих тварях известно немногое — сложно сказать, откуда они взялись и как им противостоять. Во многом похожи на духов — но традиционно относятся к нежити из-за способности обращать человеческие души в себе подобных. Призраками почти невозможно управлять — Джорнак лишь выпустил стаю из припасённой миниатюрной бомбы, не сомневаясь, что в глазах тварей он тоже выглядит едой. Но у него было преимущество — едва ли два других путешественника во времени овладели магией душ.

Запретная отрасль магии требовала жестоких, бесчеловечных экспериментов — и научиться ей можно лишь у самых бесчеловечных учителей. Джорнак принял это, признал необходимой мерой. Он из цикла в цикл пытал целые деревни, наблюдая, как разные методики по-разному воздействуют на одну и ту же душу. Он похищал младенцев, отлавливал маленьких сирот, оплачивая ими уроки у ведьм. Он говорил с демонопоклонниками, участвовал в их отвратительных ритуалах, чтобы доказать свою "искренность". И пусть его магические таланты довольно заурядны — в мире не так много мастеров, что могли бы сравниться с ним в запретных знаниях. Зак — точно нет, и, по уверениям Сильверлэйк, Зориан ненамного лучше.

Противники тоже это понимали. Увидев освобождённых призраков, парни попытались отступить, но разве он им позволит? Он подавил их телепортацию, не дал улететь по воздуху, а когда они оба обратились против него — бился, невзирая на раны. Его регенерация была куда слабее, чем у Сильверлэйк — но его усиленное тело было намного сильнее, выносливей человеческого, и само быстро исцелялось. Он выдержит, пока способен творить магию. Вынесет всё. Победа будет за ним.

Иначе быть не может. Все принесённые жертвы, всё, что он творил… Всё это не может быть напрасным. Он близок, так близок к победе…

И он победил. Даже его, отточенные до совершенства духовные защиты, едва сдержали постоянный натиск призраков. Зак и Зориан? И близко не достигли нужного уровня. Может быть, не растрать они столько сил в прежних битвах, они смогли бы вырваться, но… Такова жизнь, одна ошибка, и тебя, при всей твоей силе и знаниях, пожирают призраки. Джорнак был благодарен Зориану — не явись тот к ним с Заком, прямо в ловушку, вряд ли удалось бы справиться с обоими.

Два путешественника пали, третий бежал, и лишь дождавшись, когда призраки разлетятся по городу, вернулся и проверил тела. Обязательная предосторожность, особенно актуальная, когда имеешь дело с магами уровня Зака и Зориана.

Минуту спустя он наконец выдохнул с облегчением. Они действительно мертвы. Всё кончено.

Его разобрал смех. Да. Да! Он знал, он верил!

Хотя сейчас не время торжествовать. Ещё успеется. Прежде всего — найти своего "партнёра", Сильверлэйк.

Он нашёл её неподалёку — всё, что от нее осталось. Пустой мешок кожи. Аккуратно изучив останки, он нашёл на груди две колотые раны — и никаких других повреждений. Нечто, вероятно, магическое существо, неким образом растворило её внутренности и выпило, оставив оболочку почти нетронутой.

Джорнак нахмурился. Ведьма была, пожалуй, слабейшей из четырёх путешественников — но это не значит, что её было легко убить. Скорее наоборот — все дарованные первозданным способности были защитного характера, да и сама трусиха сбежала бы при первых признаках настоящей опасности. То, что убило её… что-то вроде паука? Должно быть чертовски опасно. Где-то наравне с драконом. Откуда оно взялось и куда делось потом? И почему Сильверлэйк просто не сбежала? Высокоуровневый маг почти всегда может сбежать от монстра — если монстр сам не является высокоуровневым магом.

Тревожно.

Хотя, может быть, оно и к лучшему. Ведьма никогда не нравилась Джорнаку — да, она принесла ценные сведенья, за что ей большое спасибо, но явно преследовала свои интересы и слишком много знала о нём. Одной проблемой меньше.

Со смертью Сильверлэйк исполнить контракт мог только он — чем Джорнак немедленно и занялся, собирая рассеянных по городу ибасанцев и культистов. Культ понёс большие потери, но верхушка уцелела — а большего и не требовалось. Поручив ибасанцам охрану, Джорнак организовал ритуал, предоставив собственную эссенцию первозданного вместо отбитых защитниками детей. Была мысль вернуть и использовать перевёртышей — но время было на исходе, армия королевства уже стягивалась к городу. Отдав эссенцию, Джорнак ослабнет и лишится дарованных сил — но лучше так, чем погибнуть, не успев с ритуалом.

Подумать только — победить всех остальных путешественников и умереть, потому что тупая солдатня сорвала ритуал освобождения Панаксета. Какой там контракт, он бы умер от стыда. Нет уж, он отдаст свои плоть и кровь, но сделает всё, как надо. Без труда, как говорится…

Ритуал прошёл без задержек — небо зазмеилось трещинами, темница пала, и Панаксет вырвался в мир через пролом над городом, вонзив длинные отростки в мостовую и медленно вытягивая массивное тело из пространственного кармана, где провёл тысячи лет.

Джорнак немедленно сбежал. Он был избранным Панаксета, но не доверял первозданному ни на грош — его часть работы исполнена, и хватит с него. Забавно, он думал, что ощутит снятие ограничений — но не почувствовал ничего. Просто только что пакт первозданного был здесь — а теперь уже нет. Что же… Магия первозданных, да. Главное — он свободен.

Идиоты-культисты остались. Джорнак знал, что они хотят подчинить первозданного, сами стать богами… Безумцы. Проще муравьям подчинить тигра. Наверное, даже малейший фрагмент Панаксета с лёгкостью перебьёт недоумков.

Первозданный издал глубокий, гулкий рокот, Сиория содрогнулась — то там, то здесь рушились подточенные огнём и взрывами здания. В городе воцарился ад. Ибасанцы устремились прочь, но Джорнак знал — спасётся лишь малая часть.

Он в последний раз посмотрел на гибнущий город и телепортировался прочь. Джорнак хотел быть как можно дальше отсюда.

Некоторое время спустя он наконец добрался в поместье Яску. Особняк сильно пострадал, защитные контуры разрушены, большинство душ, питавших обереги, бежали — но здание всё ещё стояло, пережив гнев ангела. Скорее всего, Судомир защитил сердце здания, вмещавшее дух его жены, дополнительными щитами, а ангел не стал терять время, спеша на битву с драконом.

Как только погас ангельский барьер, Судомир тут же запустил ритуал перемещения, вернув поместье назад в пустоши — а потом и вовсе на Улькуаан Ибасу. Кватач-Ичл загодя дал разрешение на случай, если что-то пойдёт не по плану.

Джорнак сидел в одной из немногих уцелевших комнат особняка, наслаждаясь заслуженным торжеством — когда в комнату зашёл ещё один гость.

Кватач-Ичл. Лич был в своём человеческом облике — он утверждал, что внешность полностью соответствует былой — и был как всегда невозмутим. Джорнак хотел было пошутить про лича, проигравшего цветку — но промолчал. Он боялся бессмертного мага — куда больше, чем Зака, Зориана или любого другого врага. Вряд ли даже другие путешественники понимали, с какой опасной силой имеют дело.

Без Кватач-Ичла Джорнак никогда бы не получил полноценный маркер. Да, Панаксет объяснил, что надо делать — но юристу и за тысячи лет не удалось бы добиться подобного. Пришлось упрашивать лича, чтобы он провёл операцию — и цена этой услуги смущала Джорнака даже сейчас.

Другие путешественники, как рассказала ведьма, догадывались об этом — но не понимали, почему лич сам не раздобыл постоянный маркер. Разгадка была проста — их метод требовал сделки с первозданным, на что Кватач-Ичл не пошёл бы ни при каких обстоятельствах. Он нашёл другой способ, заставив Джорнака принять семя души — крошечную частичку Кватач-Ичла, неким образом защищённую от распада и обладающую собственной памятью. Фрагмент прикрепился к душе юриста с наказом передать настоящему Кватач-Ичлу, как только Джорнак вернётся в реальность.

Он понятия не имел, чем частица лича занималась все эти циклы. Терпеливо ожидала выхода, храня послание самому себе? Или смотрела и училась всему, что делал Джорнак, как некий мозговой паразит? Он не знал. Известно лишь, что сразу по воплощению в реальном мире семя души покинуло его, отправившись к хозяину.

Зато Джорнаку не пришлось доказывать, что он путешественник во времени. Кватач-Ичл уже всё знал и ожидал его прихода.

Джорнак не знал, что из случившегося в петле известно личу — и это его пугало.

— Итак, — древний лич сел на соседний стул. — Полагаю, операцию можно считать успешной?

— Определённо, — согласился Джорнак. — Хотя, хотел бы заметить… Урон, нанесённый первозданным, несколько ниже ожидаемого. Да, Сиории не стало — но сама страна уцелеет. Не боитесь, что Эльдемар нанесёт удар возмездия? Скрыть ваше участие уже не получится.

— О нет, я и рассчитываю, что они так или иначе ответят, — сказал Кватач-Ичл. — Тем лучше. Последнее время наши лидеры совсем выжили из ума — пытались заключать какие-то торговые союзы и прочую ерунду. Война-другая пойдёт им на пользу.

Джорнак кивнул, это полностью согласовывалось с известным ему характером мёртвого мага.

— А ты сам? — спросил лич. — Не беспокоишься?

— О чём? Я победил.

— Едва победил, — уточнил Кватач-Ичл.

— Победа есть победа, — огрызнулся Джорнак. — И всё было бы проще, если бы вас не убили. Ещё и каким-то цветком.

— Забавные растения эти душеловки, — невозмутимо отозвался лич, ничем не показывая, задел ли его выпад. По его лицу ничего нельзя было прочитать. — Надо будет изучить их на досуге. Но, вероятно, не в ближайшие годы — будет не до того.

Это уж точно. Как только уйдёт отсюда, Джорнак приведёт в движение собственные планы — а их виденье будущего изрядно отличалось. Скоро они станут врагами.

Джорнак бы не удивился, попытайся лич прикончить его здесь и сейчас. К несчастью для мертвеца, он принял все возможные меры предосторожности. Он не умрёт сегодня.

Он вообще не умрёт.

И он только приступает к исполнению задуманного…

— А что бы ты делал, если бы вторжение сорвалось? — поинтересовался Кватач-Ичл.

В памяти Джорнака пронеслись бесчисленные закладки — взрывные устройства в местах скопления людей, контракты на устранения, улики на Зака и Зориана, оставленные там, где их быстро найдут… Он приложил много сил, чтобы в крайнем случае победа не принесла врагам никакой радости. Но он, конечно, не ответил. Он отменит эти акции — но будущему врагу незачем знать его методы.

Он быстро проверил ментальную защиту — Пустой Разум работал безупречно. Хорошо. На миг он испугался, что лич может читать ответы в его мыслях.

Успокоившись, Джорнак решил чуток прихвастнуть. Он начал с одной из побочных заготовок — стопки документов на Зака и Зориана, оставленных в кабинете полицейского управления Корсы. Кабинет редко использовался, но его хозяин отличался редкой дотошностью — к моменту, когда бумаги попали бы в его руки, победившие враги успели бы расслабиться. Потом — письмо прямо в королевскую резиденцию. Оно должно прибыть…

Стоп.

Почему… Зачем он всё это рассказывает? Разве он только что не решил, что лич скоро станет врагом, и ничего рассказывать не нужно? И сам Кватач-Ичл… Подался вперёд и слушал с выражением живейшего интереса.

Что?..

— Кто… Кто ты такой?! — Джорнак отпрыгнул, изготавливаясь к бою. Он слишком долго общался с личем и знал, что такое поведение тому не свойственно. Если подумать, он с самого начала вёл себя как-то не так. — Ты… не Кватач-Ичл?

— Что меня выдало? — спокойно поинтересовался самозванец.

Джорнак выпустил луч раскалённо-красной энергии, но враг даже не шелохнулся.

Заклятье прошило его голову, не оставив следов.

Фальшивый Кватач-Ичл вздохнул.

— Значит, выдать себя за лича всё же не выйдет, — посетовал он. — Сколько ни пытаюсь, не могу изобразить убедительно. Жаль, ведь именно с ним вы скорее всего стали бы обсуждать детали. Может, попробовать Сильверлэйк?

Ч-что?

Секундочку…

Нет.

Нет!

— Не может быть! — срывающимся голосом выкрикнул Джорнак. — Я же убил тебя! Я проверил! Твою душу сожрали призраки! Я… я под Пустым Разумом, это абсолютная…

Он судорожно проверил защиты. Потом ещё раз, и ещё. С одним и тем же итогом. Пустой Разум активен. Его мозг защищен.

Что, очевидно, не так.

Всё вокруг — не настоящее, — запоздало сообразил юрист.

— Ну что же, — сказал самозванец. — Давайте, что ли, начнём сначала.

Кровь в жилах Джорнака превратилась в лёд. Сколько раз это уже повторяется? Сколько раз он бился, наслаждался триумфом, строил грандиозные планы…

И всё это время холодная, безжалостная сила методично изучала его мысли, пробовала разные подходы, выуживала крупицы сведений.

Он словно вернулся во времена до петли, когда он был никем, просто юристом, мечтавшим о чём-то большем. Тогда казалось, что его жизнь — замкнутый круг, призванный выжать из него всё более или менее ценное.

Теперь ему не казалось. Теперь он знал точно.

В глазах стало темнеть. Он хотел сделать хоть что-нибудь, послать сигнал, активировать одну из закладок — но его разум уже угасал… Он забыл слова Зориана, забыл всё, что тут произошло.

Он был в Сиории, перед телами Зака и Зориана.

Его звали Джорнак Докочин, скромный юрист из Сиории, истинный наследник Дома Денен, последний путешественник во времени…

…и он победил.

Снова.

И снова.

И снова.

Глава 106. Победа (III)

Его звали Зориан Казински, третий сын небогатого торговца из Сирина, нечаянный путешественник во времени, вероятно, сильнейший менталист-человек на всей Алтазии…

…и он победил.

Надо сказать, это было чертовски сложно. Да, он мог просто прикончить Джорнака и Сильверлэйк, сорвать ритуал и на этом успокоиться… Но это была бы очень грустная победа. Зак умер бы на следующий день, а сам Зориан бегал бы от спецслужб королевства всю оставшуюся жизнь.

Нет уж, не для того он столько лет горбатился в петле, чтобы довольствоваться малым.

Первостепенной задачей, понятно, было научиться обходить Пустой Разум. Еще не зная об ангельском контракте, он уже подозревал, что в памяти Зака хранится нечто исключительно важное — и что добровольно напарник ему ничего не откроет. Так что он искал решение, искал совместно с Ксвимом, аранеа и многими другими. Искал способ пробить абсолютную ментальную защиту, заклятье, веками считавшееся непреодолимым.

Многие коллеги считали, что затея безнадёжна. До Зориана были тысячи других менталистов, и все они потерпели неудачу — чем он лучше?

Тем, что видел прототип заклятья в действии.

Хризантема-душеловка. Смертельно опасный цветок был давным-давно истреблён во всех освоенных землях — и совершенно не был изучен. Мало кто решится изучать тварь, что пожрёт тебя при малейшей ошибке. Более того, хищный цветок требовался для многих высокоуровневых зелий — оставлять его в живых было просто невыгодно.

Нет, сейчас бы нашлись организации, что не поскупились бы изучить редкий вид — но уцелевшие хризантемы водились лишь в диких, кишащих монстрами пустошах, прекрасно маскировались и знали, когда лучше не высовываться. Опять же, описания в старых книгах сбивали с толку, выставляя хризантему просто хищным цветком-душеедом. Ничего интересного.

Но Зориан встречался с хризантемой вживую. Зак быстро выбросил эпизод из головы, стыдясь, что их чуть не сожрало растение — но Зориан помнил. Помнил, как оглушающая атака цветка с лёгкостью прошла сквозь их защиту.

Если хризантема могла обойти щиты, одновременно воздействуя на тело, разум и душу, то нельзя ли подобным образом обойти Пустой Разум?

Знаменитое заклятье отсекает мысли от ментального пространства, того, что аранеа зовут Великой Паутиной. Замыкает в себе, исключая любое телепатическое воздействие. Но разум всё еще связан с телом — с мозгом — и с душой. Воздействуя на мозг и на душу, теоретически возможно влиять на замкнутый разум.

Идея была не новой — но предшественники не видели найденного природой решения. Зориан видел — и у него была целая команда специалистов в менталистике и магии душ.

Изучение хризантемы дало неожиданные плоды — по аналогии с цветком он разработал метод нейтрализации призрачных бомб, а на базе самой хризантемы — духовное оружие, позволившее Крохе задержать Кватач-Ичла. Но при всех своих достоинствах, это были лишь побочные результаты, меркнущие на фоне главного.

Заклятья многократного резонанса.

У него было множество недостатков. Начать с того, что созданное командой Зориана заклятье действовало лишь при касании, при контакте кожа к коже. И оно было крайне сложно в плетении и контроле — для активации заклинания требовались три работающих в унисон мага. Вполне реализуемо силами Зориана и его симулякрумов, но тем не менее. Наконец, испытания показали, что цель быстро вырабатывает инстинктивное сопротивление заклинанию — то есть с мастерами защиты вроде Ксвима или Аланика будет всего две-три попытки.

Но оно работало. Сложно, неудобно — но работало, делая то, что считалось немыслимым. С заклятьем, пробивающим Пустой Разум, победа — настоящая победа — наконец стала возможной.

Этот путь привёл его сюда, лицом к лицу с двумя другими путешественниками, Заком и Джорнаком.

Когда Зориан телепортировался прямо к ним и рванулся со вспыхнувшим в руках заклятьем — он прекрасно сознавал, что без боя не обойдётся. Зак, похоже, был поражён его предательством — но среагировал мгновенно, ударив парой белых лучей и едва не снеся ему голову; Зориана спас защитный куб, исказивший пространство, отводя заклятья в сторону. Джорнак же заученным движением выхватил имперский кинжал и ударил, целя прямо в лицо.

Зориан не знал всех свойств реликвии — кажется, вне петли кинжал годился лишь против духов — но зачем рисковать? Джорнак ничего не делает зря. Зориан отскочил, уворачиваясь от клинка, но теряя инициативу.

— Зориан, что ты… — сердито начал было Зак.

И тут активировался стеклянный шарик, "выпавший" у Зориана перед рывком. Активировался и всосал весь воздух вокруг себя, создавая зону разрежения.

Их бросило друг на друга — никто не пострадал, но среагировать успел лишь Зориан.

Он схватил обоих за руки, завершая заклятье.

Там, где он касался, зародилась призрачная голубая волна, и, расширяясь, накрыла всех троих. Все замерли. Пустой Разум Зака и Джорнака действовал, но это было уже неважно.

Они были в иллюзорном мире, полностью подвластном Зориану.

Без ложной скромности — размах его творения впечатлял, прониклись даже паучихи. Впрочем, он поддерживал его не в одиночку, с ним были его симулякрумы и множество аранеа. И он не моделировал истерзанный боями город — он в реальном времени считывал его глазами людей на улицах и железноклювов в небе. Всё, чтобы создать Заку и Джорнаку максимально убедительный антураж.

Ему пришлось слегка подредактировать их воспоминания — в основном, чтобы сделать их победу правдоподобной; удалось далеко не с первой попытки — Зориан просто не знал их полного арсенала и боевых привычек. Благо, у него были эти попытки, достаточно было сбросить краткосрочную память. В случае с Заком он также откорректировал сцену с Кватач-Ичлом — ангельский контракт не мог быть исполнен при уцелевшем личе. Он изобразил, словно его усиленная хризантема сумела-таки выдернуть и сожрать душу старого лича — к счастью, Зак счёл это вполне возможным. Зориан счёл это комплиментом своему мастерству артефактора.

Потом Зака понесло читать чужую память. Зориан ожидал этого — в самом деле, как ещё убедиться, что больше никто не знает о петле? Но, к сожалению, напарник был прав — Зориан не мог создавать фальшивые личности. Даже самый непроходимо тупой человек в мире всё равно несоизмеримо сложнее, чем всё, что смоделирует маг-менталист. Так что Зориан не стал даже пытаться — раскинувшаяся на весь город телепатическая сеть позволяла коснуться любого на этих улицах. Мысли, что читал Зак, были самыми настоящими, Зориан передавал их в иллюзорный мир на манер этакого ментального моста между сном и реальностью.

У этого решения была и оборотная сторона — оно означало, что стирать память людей придётся по-настоящему. Зориану пришлось развеивать Пустой Разум и стирать память соратников — хотелось оставить хоть что-то, но он боялся, что ангельский контракт сочтёт эти меры недостаточными.

Он передаст Ксвиму, Аланику и Дэймену кристаллы с записанными воспоминаниями — но это совсем не то. В отличие от Зориана, его друзья — не тренированные психики и не смогут с той же лёгкостью усвоить пакет памяти.

С аранеа тоже было непросто — они помогали поддерживать иллюзию, так что о стирании памяти и речи не было. К счастью, Зак никогда не любил общаться с паучихами — он проверил нескольких и на этом успокоился. Да, этим аранеа пришлось удалить часть своих воспоминаний — но основная группа вместе с Зорианом выдержали увеличившуюся нагрузку. Иллюзорный мир устоял. Что приятно, этим аранеа даже не придётся высылать воспоминания — у Паутины имелись свои, отлаженные способы хранения памяти вне разума.

Зориан же как никогда радовался тому, что Зак никогда не интересовался культурой аранеа. Знай он чуть больше — он бы осознал, что единственный способ гарантированно стереть информацию из их памяти — это перебить всё племя. В иллюзии это было бы несложно инсценировать — но паучихи никогда не простили бы Зака, невзирая ни на какие уважительные причины.

С Джорнаком тоже предстояло много работы. Зориан не сомневался — Третий подготовил множество неприятных сюрпризов на случай своего поражения; предстояло отыскать и обезвредить их все.

Сначала он попытался просто поговорить — и правильно сделал. Для сканирования памяти очень важно знать, что ищешь — а в вопросах закрученных шпионских многоходовок Джорнак на голову превосходил Зориана. Вскоре стало очевидно — попытайся Зориан выдрать сведенья из памяти грубой силой, он найдёт лишь малую часть искусно спрятанных мыслей. Вот только разговоры тоже не очень помогали. У Джорнака не было настоящих друзей — что там, самый большой эмоциональный отклик у него вызывал долбанный имперский кинжал. И даже когда Зориан под разными обличьями воздействовал на его эмоции, подталкивая к разговору — противник оставался замкнутым и недоверчивым. В итоге Зориан стал воздействовать на восприятие времени Джорнаком, внушая Красному, что прошли недели и месяцы — и проверять, что тот сделал и что ожидал за прошедшее время.

Между тем в реальности вторжение захлебнулось. Парни выбили всех предводителей захватчиков, кроме верхушки Культа — да и те уже не могли собрать верные им силы. Ибасанские офицеры наконец выяснили, что Кватач-Ичл уже не в Сиории, и скомандовали отступление — к полуразрушенному поместью Яску, где уцелело лишь ядро одушевлённого здания, укрытое от ангельского гнева самыми мощными оберегами. Выжившие захватчики сгрудились вокруг руин поместья, и Судомир перенёс Яску прочь из города.

Как ни досадно — Зориан никак не мог этому помешать. Он был слишком занят, все его сильнейшие союзники выведены из строя, а остальные защитники города просто не справились бы с беглецами. Впоследствии он узнал, что Судомир сделал ещё два прыжка, в итоге прибыв на Улькуаан Ибасу, где ему предоставили убежище.

Да уж, шикарно. Если раньше у королевства могли быть какие-то сомнения — то теперь виновник произошедшего очевиден. Впрочем, судя по воспоминаниям Джорнака, заваривший всю кашу Кватач-Ичл на это и рассчитывал.

Кириэлле и Кана, к облегчению Зориана, были в порядке. Увы, Косенка последовала за Крохой в Зал Вечной Славы Големов — кукла пожертвовала собой, защищая его сестру. Кириэлле была безутешна; Зориан даже подумывал аккуратно удалить часть её воспоминаний и подсунуть невредимую копию куклы…

…хотя нет, плохая идея. Не стоит привыкать решать все проблемы стиранием памяти. К тому же, Кириэлле совершенно не разбирается в артефакторике и запросто поверит, что Зориан "починил" её куклу.

В целом же всё вышло совсем неплохо. Да, он отдал имперскую сферу дракону, Кватач-Ичл и Судомир живы и злопамятны, а в ближайшем будущем назревает новая континентальная война — но могло быть намного хуже. Его семья и друзья живы, Зак жив, и даже сам он жив. Единственное, что беспокоило — пустая кожа молодой Сильверлэйк, найденная на месте сражения. Видимо, паучиха не только убила, но и съела ведьму.

Что совершенно нетипично. Серые охотники питаются магическими существами — насколько помнил Зориан, вкус человечины был для них отвратителен. Недостаточно маны в плоти. Так почему же Сильверлэйк съели? Из-за эссенции первозданного?

Самого серого охотника нигде не было видно — а ведь сеть Зориана охватывала практически всю надземную часть Сиории. Что-то подсказывало, что хищница сбежала в подземелья.

Только магического хищника высшего уровня опасности, наевшегося эссенции первозданного и затерявшегося в подземельях под его домом, ему и не хватало.

Зориан вздохнул. Что толку сейчас об этом переживать. Последний день месяца подошёл к концу; ангельский контракт Зака безвредно растворился, Джорнак же умер — и это была страшная смерть. Созданная первозданным плоть уничтожала саму себя, в магическом восприятии Зориан видел, как душа и разум Красного рвутся на кусочки. Несколько секунд мучительной агонии — и на месте Джорнака осталась лишь масса вязкой грязи.

Зориан открыл глаза и с облегчением вздохнул, наконец отпуская заклятье. Он был совершенно измотан — вместе с симулякрумами поддерживал иллюзорный мир… даже два… больше суток, без сна и отдыха.

Кстати, он больше не был один. Из Сиории он с Заком и Джорнаком переместился в подготовленное убежище — но ближайшие соратники знали, где оно находится. Дэймен, Ксвим и Аланик молча, тяжело смотрели на него — Ксвим сидел на стуле с книгой в руках, Аланик стоял в центре комнаты, скрестив руки на груди, Дэймен прислонился к дверному косяку, перекрывая выход, и поигрывал изъятым у Красного имперским кинжалом.

Все трое держали в руках кристаллы с пакетами памяти. Едва ли они успели многое просмотреть, но общую картину, похоже, уловили.

— Нам надо поговорить, — сухо сказал Аланик.

Вместо ответа Зориан подхватил ближайшую тетрадь, вырвал листок и начал яростно строчить, одновременно рассказывая вслух. Все первоочередные закладки Джорнака, сроки и методы их нейтрализации; если жрец и компания что-то забудут — у них будет поспешно написанный текст.

Трое магов слушали его со смесью любопытства и раздражения — но хотя бы не перебивали. Впрочем, это не заняло много времени — лишь малая часть наследства Джорнака требовала немедленного вмешательства. Дописав, Зориан неловко поднялся на ноги — тело не слушалось после долгой неподвижности — сунул листок в руки растерявшегося Аланика и без чувств рухнул на пол.

Его звали Зориан Казински, третий сын небогатого торговца из Сирина, нечаянный путешественник во времени, вероятно, сильнейший менталист-человек на всей Алтазии…

…и он победил.

И наконец мог отдохнуть.

Глава 107. Эпилог

Резкая боль в животе заставила Зориана распахнуть глаза. Он дернулся всем телом, прогибаясь под упавшим на него предметом, сон как рукой сняло.

— С добрым утром, братик! — раздался над ним раздражающе-бодрый голос. — Доброго, доброго УТ-РЕ-ЧКА!

Ужас. Едва пробудившийся разум Зориана затопил слепой, нерассуждающий ужас. Все его усилия, все принесённые жертвы, всё оказалось напрасным. Он снова там же, где всё началось, в своей комнате в Сирине, перед началом третьего курса…

…Хотя стоп.

Это не его спальня. Он не в Сирине, он в Сиории, в доме Имайи — они с Кириэлле снимали здесь комнату.

Да и паршивка, болтающая ногами, растянувшись поперек его живота, похоже, ждала именно этой реакции. Его очевидная паника не смутила её — скорее, она была довольна, что так здорово напугала старшего брата.

— Кириэлле… ну вот зачем? — подавил вздох Зориан.

— О чём ты? — невинно уточнила она. — Я же всегда бужу тебя по утрам?

— Не такими же словами, — пробурчал Зориан. — Это он тебя подговорил, да?

— Зак сказал, что так будет забавнее, — признала Кириэлле, уперев ладонь в подбородок. И широко улыбнулась.

В ответ Зориан спихнул её с кровати.

Чертовка, похоже, ожидала нечто подобное — и мгновенно оказалась на ногах.

— Уже месяц прошёл, — прорычал Зориан. — Когда этот говнюк угомонится?

Как будто он обманул Зака из любви к искусству. Он, во имя всего святого, вообще-то ему жизнь спасал!

Ну, по крайней мере, на этот раз он не получил по лицу.

Он выставил Кириэлле и стал одеваться, прислушиваясь к доносящимся звукам. Сейчас дом Имайи разительно отличался от привычного по петле тихого уголка. Общежития академии сильно пострадали во время обстрела и городских боёв — множество студентов остались без крыши над головой. И практически не задетый сражением дом Имайи был полон под завязку. Зориану это не нравилась, но ничего не поделаешь.

Что же, хотя бы Кириэлле было с кем поговорить.

Собравшись, он направился в кухню, где уже была добрая дюжина человек — кто завтракал, кто перебирал тетради. В основном — его одноклассники: Акоджа, Рэйни, Киана, Коприва, Каэл, Наим, Эдвин и Эстин теснились вокруг небольшого кухонного стола. Все дружно повернулись к нему, зазвучали приветствия. Ильза, разбиравшая бумаги — ей выделили чуть больше места за столом — коротко кивнула и вернулась к работе. Ночка, Кириэлле и Кана играли на полу в куклы, путаясь у всех под ногами. Решительно непонятно, почему здесь, а не в любой другой комнате — но раз остальные не возражали, то и Зориан промолчал.

Что до хозяйки всего этого безобразия — Имайя, напевая какой-то мотив, порхала у плиты и выглядела совершенно довольной жизнью. Да, Зориан понимал, что толпа постояльцев — не только сплошная головная боль, но и арендная плата, но всё же… Бывают же странные люди.

И тут он сообразил, что свободных мест не осталось.

— Ну так вставать-то надо пораньше, — ответила на его выразительный взгляд Коприва.

— В соседней комнате должны быть ещё стулья, — не оборачиваясь, добавила Имайя, помешивая что-то в здоровенной кастрюле.

— Тебе стоит сесть к тумбочке, или взять какую-нибудь доску, — посоветовал Эдвин. — За столом и так тесновато.

Сдержав вздох, Зориан сходил за стулом и стал отвоёвывать себе место. Было непросто, но он справился, втиснувшись между Каэлом и Наимом. Имайя немедленно бухнула перед ним тарелку и отошла, не дав шанса сказать, что не голоден.

— Тебе определённо надо научиться быть настойчивей, — сказал сидящий слева Наим.

Зориан поднял бровь.

— Не ты ли только что пытался прогнать меня на другой конец стола?

— В смысле — быть настойчивей с другими, не со мной, — хохотнул Наим.

— Как скажешь. А где Зак? — спросил Зориан.

— Твой друг уже ушёл, — Ильза на миг оторвалась от документов. — Сказал, что не может ждать, сегодня слушание в суде.

— Он сказал, ты знаешь, как с ним связаться, — добавил Каэл.

Зориан задумчиво кивнул, пробуя стряпню Имайи. Зак подал в суд на опекуна сразу после вторжения, хоть Зориан и советовал подождать, пока всё успокоится. С одной стороны, сейчас Тесену куда проще замять скандал — всем просто не до того. С другой — короне как раз нужен козёл отпущения…

Сам Зориан практически не участвовал в процессе, доверившись Заку. Напарник сказал, что справится сам, да и времени на подготовку у него было предостаточно.

— Тебя это не беспокоит? — нахмурилась Акоджа. — Ну, то есть Тесен влиятелен и наверняка знает, что вы с Заком друзья. Вдруг он решит дотянуться до него через тебя?

Зориан сдержанно улыбнулся. Забавно, он думал, хотя бы часть одноклассников решит, что Зак заливает про опекуна — но нет, поверили все, даже недолюбливающая Зака Акоджа.

— Всё в порядке, — ответил Зориан. — На улицах не протолкнуться от солдат и дознавателей. Лишь безумец решится что-то затеять в такое время.

Разумеется, это было не так. Люди Тесена уже подбирались к дому Имайи и пытались его подкараулить — но все они бесследно исчезли, вот же не повезло.

Больше Тесен никого не посылал.

— Вот именно, — сказала Ильза. — К тому же, того, кто попробует проникнуть сюда без спроса, ждёт неприятный сюрприз. Я запросила академию разместить в доме дополнительные обереги, раз уж здесь собрался почти весь класс. К слову, предлагаю начать занятие — сами понимаете, времени у меня немного, всех экспертов изменения привлекли к восстановлению города.

Выслушав нестройный хор голосов, Ильза приступила к демонстрации. Наверное, самыми внимательными зрителями были Кириэлле, Кана и Ночка — когда еще выдастся увидеть магию вблизи.

Академия не работала уже месяц, с самого вторжения. Её здания изрядно пострадали в ходе уличных боёв, к тому же профессоров, как опытных магов, направили помогать с ликвидацией последствий. Предполагалось, что занятия возобновятся через неделю — чтобы возмущённые родители не потребовали деньги назад; пока же студентам сказали просто ждать.

Большинство так и поступило, радуясь дополнительным каникулам — но нашлись и те, кто не захотел терять месяц оплаченного времени. Они собирались в учебные группы и занимались самостоятельно.

Группа Зориана была одной из ведущих, во всяком случае, на третьем курсе. Он предпочёл собрать свою — чтобы не выбирать между любителями проводить ночи за карточным столом и малолетними интриганами, набирающими себе свиту; к тому же он знал людей, действительно интересующихся магией. Поначалу его объявление о наборе в группу удивило одноклассников — раньше он не проявлял подобных инициатив, да ещё и прогулял почти весь первый месяц. Но когда он уговорил Ильзу и ряд других профессоров время от времени читать лекции — чем не могли похвастать большинство других групп — отношение переменилось.

Тем более, что Акоджа, известная своим ответственным подходом, ушла из своей группы и присоединилась к Зориану.

К нему даже просились студенты со старших курсов — правда, Зориану пришлось им отказать. Он не планировал тратить всё время на организацию обучения — о карьере учителя он точно не мечтал.

— Не понимаю, что я делаю не так? — пожаловался Каэл.

Зориан посмотрел на морлока, затем — в открытую книгу с описанием заклятья.

— Всё так, — ответил он. — К самому заклинанию никаких претензий. Тебе просто не хватает навыка плетения. Если хочешь, я покажу нужные упражнения.

— Здорово, — пробурчал Каэл. — Опять упражнения плетения. Ты всё больше напоминаешь этого своего Ксвима.

— Конечно, он же его куратор, — сказала Коприва. — Я слышала, если попал к нему — будешь до конца учёбы мучить плетения.

— Как будто Зориан мучается, — буркнул Эдвин. Его, как и Зориана, не спросив, записали к Ксвиму, и парень до сих пор был недоволен. Скорее всего потому, что его интересовали големы, а отнюдь не плетения. — Он, наверное, первый студент за всю историю академии, которого полностью устраивает обучение у этого типа.

— Вы не поверите, сколь многие благодарны урокам профессора Чао, — поддразнила Ильза. — Большинство не ценит его талант, но всегда найдутся один-два способных студента, для них его обучение идеально. Вы же не думали, что академия просто так держит его куратором?

— Понятно, что он разбирается, но обязательно быть таким грубым? — надулась Киана. — Мне он в прошлый раз сказал, что мои навыки плетения "совершенно неадекватны". Уверена, моё плетение не ниже среднего.

— Думаю, даже выше среднего, благодаря Ксвиму и его требовательности, — вставил Зориан.

— Профессорский любимчик, — фыркнула она.

Зориан был практически уверен — Киана занимается с ними только из-за Рэйни, а не потому, что её интересует магия… Но, к её чести, она старалась не отставать, и когда Ксвим критиковал её в своей обычной манере — обижалась, но прилагала усилия.

Сейчас она не ценит — но со временем поймёт, какую огромную услугу оказывал ей Ксвим. Вообще-то, частные уроки у архимага стоили бешеных денег.

Через некоторое время Ильза собралась и ушла — и группа тоже начала расходиться, за столом становилось всё свободнее. В конце концов остались лишь Зориан и Рэйни — Зориан тоже хотел идти, но, заметив взгляды девушки и излучаемые ей эмоции, решил дождаться.

Вторжение остановлено, Панаксет всё так же запечатан — в кои веки над ним не висит очередная смертельная опасность, можно потратить часок-другой на всякую ерунду.

— Я вдруг сообразила, что прошёл уже месяц, а я так и не поблагодарила тебя за помощь в поисках брата, — неуверенно сказала Рэйни.

Зориан понятия не имел, что ответить. Он-то считал, она просто хочет сделать вид, что ничего не было.

— Извини, — она неловко перебирала пальцами. — Я знаю, что уже поздно и…

— Ничего страшного, — заверил её Зориан. — Я ничего такого не сделал, просто свёл тебя с нужными людьми. Это ведь ты организовала спасательную группу перевёртышей.

— Ты знал? — удивилась она. Потом покачала головой. — Хотя о чём я, конечно ты знал. Как вспомню, что там видела — было бы странно, если б ты не знал.

— Я слышал, ты успешно спасла брата, — заметил Зориан.

— Его спасли кошки и голуби, — поправила она. — Я только свела их с полицией и убедила помочь. А потом просто ждала и надеялась. Хотя газеты приписывают всё мне — полиция настояла, чтобы я была лицом всей операции, уж не знаю, почему.

Что тут непонятного? Красивая молодая девушка с трогательной историей о спасении младшего брата. Полиция, вероятно, не хотела раскрывать детали, пока шло расследование, а тут отличный шанс отвлечь публику. Опять же — история со счастливым концом, а таких сейчас был дефицит.

Но вслух он, понятно, ничего этого не сказал.

— Думаю, ты преуменьшаешь свои заслуги — вряд ли убедить две диаспоры перевёртышей было легко, — сказал Зориан. — И что-то подсказывает, что тебя беспокоят не газеты. Что тебя так расстроило?

— Я не расстроена, я просто… — она вздохнула. — Семья приглашает меня домой.

— А, — кивнул Зориан, прикидывая варианты.

— И в чём проблема? Брата спасли благодаря тебе, разве нет? Они должны встретить тебя, как героиню.

— Возможно, — согласилась она. — Или обвинят, что я не имела права давать обещания от лица племени. Я не знаю, чего ожидать, и это меня пугает.

Зориан промолчал.

— Я даже не знаю, почему рассказываю это тебе, — помедлив, добавила она. — Не то чтобы я ожидала помощи, ты уже сделал более чем достаточно. Наверное, просто хотела пожаловаться кому-то кроме Кианы. Кажется, последнее время она мной недовольна. Считает, что хвалебные статьи в газетах — это круто, а я не понимаю своего счастья.

— Правильно делаешь. Газеты используют тебя, пока им выгодно, всё может перемениться в один миг, — ответил Зориан. — Но, думаю, всё будет в порядке. Скорее всего, твоя семья тоже не знает, что делать. Вот они и позвали тебя решить, как быть дальше, раз ты их так удивила.

Их разговор прервали — загудел висящий на поясе Зориана каменный диск. Парень раздражённо посмотрел на сигнальное устройство Дома Аопэ… Если дурацкий камень, вибрирующий при активации парного амулета, вообще можно назвать устройством. Его подмывало сделать настоящее переговорное устройство — компактный и незаметный телепатический передатчик — но так он всех переполошит.

— Извини, меня вызывают.

— Аранеа? — догадалась Рэйни.

Зориан кивнул.

— Всё ещё не могу поверить, чем ты занимался весь тот месяц, — сказала она. — Спускался в подземелья и учился у гигантских пауков магии разума…

— Другого выхода не было, — сказал Зориан. — Моя эмпатия была неуправляема, а они первые поняли в чём причина и предложили помочь. Я им действительно благодарен.

Увы, хоть Зак и Зориан сумели скрыть своё участие в сражении — с аранеа подобное не вышло. Паутина Сиории понимала, что не сможет скрыться от человеческих властей — и они попросили Зориана быть посредником. Переговоры стоили ему множества нервных клеток и продвигались лишь благодаря поддержке Дома Аопэ. Даже мастер-менталист уровня Зориана не справился бы с бюрократической машиной королевства — да он и не хотел прибегать к столь радикальным мерам.

Из этого следовал ещё один неприятный факт — ментальные способности Зориана постепенно становились достоянием общественности. Да, его считали новичком — но многие маги завели привычку держать ментальные щиты в его присутствии, а от некоторых отчётливо веяло страхом.

Страшно подумать, что начнётся, когда они узнают всю картину.

— Что же, — сказала Рэйни. — Не буду тебя задерживать. Мне и самой надо идти.

— Я так понимаю, на следующих встречах тебя не будет?

— Да, хотела сказать, но опять забыла, — ответила она. — Я выезжаю завтра и скорее всего не вернусь до открытия академии.

— Тогда до встречи в академии.

— Будем надеяться, — согласилась Рэйни.

Они вышли, и кухня наконец опустела.

Ненадолго — в последнее время кухня Имайи не пустовала.

Наверное, это прозвучит ужасно, но Акоджа сознавала — вражеское вторжение было лучшим, что случилось с ней за долгое, долгое время.

Эта мысль всегда сопровождалась уколом вины. Погибло столько людей, столь многие лишились работы, крыши над головой — она должна сопереживать их горю. И она сопереживала! Правда! Но факт остаётся фактом — миновавшее вторжение врага дало ей цель в жизни, прояснило приоритеты и открыло незаметные прежде возможности.

Месяц до трагедии был уныл и безрадостен. Она вложила столько сил в учёбу, стала старостой и образцовой студенткой — и всё это казалось бессмысленным. Два года упорного труда не открыли перед ней новые двери — всё, чего она добилась — враждебность и пренебрежение одноклассников. Иногда, будучи одна в общежитии, она задавалась вопросом — не тратит ли она свою жизнь впустую?

А потом было вторжение, и это было ужасно. Она видела лишь малую часть сражения — но и то, что увидела, заставило её ощутить себя букашкой во власти чудовищных сил, способных походя раздавить её, не заметив. Когда же пыль осела, Акоджа посмотрела на разрушенное общежитие, на свои погубленные вещи… Она не чувствовала гнева или горечи об утраченном. Внутри полыхал огонь, непреклонная решимость учиться изо всех сил, стать сильнее, чтобы подобное никогда не могло повториться. Когда война придёт к ней вновь — она будет готова.

А война приближалась, это знали все. Акоджа не особо интересовалась новостями — но даже она слышала, что Эльдемар собирает войска для карательного похода на Улькуаан Ибасу. Пусть даже это откроет тылы Суламнону и Фалкринее — гордость королевства требовала ответить ударом на удар. Неясно было лишь насколько далеко Эльдемар зайдёт в своей мести за Сиорию.

Наверное, будь она одна — эта новая решимость выветрилась бы за пару недель. Люди бежали из Сиории, в первую очередь — приезжие работники и такие же, как она, студенты. Пара девчат из Корсы, с которыми она изредка общалась, перевелись в другой город — их родители боялись, что за вторжением последует ещё одно. В конце концов — до сих пор неизвестно, как ибасанцы сумели атаковать город столь далеко от границы — как знать, вдруг повторят?

Родители Акоджи хотели, чтобы она тоже перевелась, но она отказалась. Может, в Сиории и опасно, но она должна остаться.

Потому что Зориан здесь.

И дело не только и не столько в её влюблённости. Она говорила с другими и успела убедиться — его учебная группа была лучшей в городе. Им читали лекции преподаватели академии и даже посторонние маги, да и сам Зориан был очень искусен для своего возраста. Он словно чувствовал, что другие делают не так, и всегда мог объяснить, как это исправить. Акоджа сравнивала свои результаты с двумя девочками, заплатившими немалую сумму, чтобы войти в одну из "лучших" учебных групп — и с удивлением обнаружила, что превосходит их наголову. Даже не близко.

Сказать по правде, она не знала, как к этому относиться. В Зориане ей нравилось, что он такой же, как она — простой парень из простой семьи, добившийся всего своим трудом. Она всегда завидовала именитым одноклассникам из Благородных Домов и носителям родовых способностей — а в Зориане словно видела своё отражение. И даже его нелюдимость и бестактность не мешали — про неё тоже говорили, что она унылая стерва.

Но этот новый Зориан… Порой ей казалось, что она его совсем не знала. Его мастерство и связи ошеломляли, а тут еще и врождённая способность к магии разума. Нечестно. Почему у неё нет знаменитого старшего брата и забытой родовой способности? И как простой девчонке вроде неё соревноваться с такими жуликами?

В итоге она решила, что всё это неважно. Да, может он понравился ей по ошибке — но ведь понравился же. И он помогал ей стать лучше. Она остаётся.

Жалко только, что она именно так и написала родителям — и теперь они хотят познакомиться с "этим Зорианом". Она знала своего отца — если пустить дело на самотёк, он сам явится в Сиорию и разыщет парня. Хорошо бы её следующее письмо ещё застало его дома…

Но об этом она подумает завтра. Сегодня она шла по магазинам с Копривой и Каэлом. Все её вещи были уничтожены во время вторжения, и даже сейчас, месяц спустя, многое приходилось докупать. Коприва была в той же ситуации, Каэл же изначально приехал в Сиорию, взяв минимум вещей.

До вторжения ни Коприва, ни Каэл не входили в круг общения Акоджи — одна была из криминальной семьи, второй был морлоком — приличные дамы не общаются с такими. Но в странные времена — странные союзы; она узнала их поближе, и оба оказались не так плохи.

— Постой, Зак что, купил тебе лабораторию? — изумилась Коприва.

— Ну, скорее, полуразрушенное, заброшенное здание, где можно организовать лабораторию. Но да, — довольно кивнул Каэл. — Я наконец перестану пугать мисс Курошка экспериментами в подвале.

— Честно говоря, меня ты тоже пугал, как и остальных, — заявила Коприва. — Неважно, какие обереги — не дело экспериментировать с алхимией под чьей-то спальней. Но надо же — не думала, что Зак сделает тебе такой подарок. Даже полуразрушенная недвижимость в Сиории должна стоить дохрена.

— Сейчас цены снизились. Многие уезжают из города и продают дома.

— Думаю, Зака убедил Зориан, — подавила вздох Акоджа.

Зак ей не нравился — да, она немного сочувствовала его ситуации с опекуном, но всё равно Зак воплощал все худшие черты магической элиты Эльдемара. Хуже того, он даже не пытался стать магом, лишь дурачился и транжирил наследство. Возможно Зориан, с которым они внезапно сблизились, повлияет на парня, но шансы, понятно, невелики.

— Вероятно, — согласился Каэл. — Я даже не поверил, когда узнал, что они сдружились только на летних каникулах. Кажется, словно они были друзьями всю жизнь.

— Ага, я сперва думала, что Зориан присосался к кошельку Зака, но теперь уже не уверена, — заметила Коприва. — У него и самого серьёзные доходы, зуб даю.

— И какие же? — заинтересовалась Акоджа. Откуда вообще подросток может взять серьёзные деньги?

— Продажи, — сказала Коприва. — Без понятия, что он продаёт, но это что-то редкое и дорогое. Им уже многие заинтересовались, пытаются связаться.

— Многие… из твоего круга? — забеспокоилась Акоджа.

— Да, из "моего круга", — хохотнула Коприва. — Извиняй, твой принц вовсе не такой чистенький, как ты воображала.

— Понятия не имею, о чём ты, — поспешно ответила Акоджа. — Мы просто коллеги.

— Да, разумеется, — Коприва закатила глаза.

— Не хочу вас прерывать, — внезапно вмешался Каэл, — но вы не находили у себя в комнате… книгу или стопку тетрадей?

— Какую книгу? — полюбопытствовала Акоджа. О чём он вообще?

— Книгу, которую ты точно не покупала, и тетради, в которых никогда не писала, — сказал морлок. — И они просто оказались у тебя на тумбочке, полные магических формул, словно специально разработанных для тебя…

Повисло молчание — девушки переваривали услышанное.

— Что, серьёзно? — спросила Коприва. — Ты нашёл у себя в комнате…

— У себя в запертой, зачарованной комнате, — уточнил Каэл. — И Ильза потом проверила — обереги не были нарушены.

— И там был подарок, магия, специально подобранная для тебя? — закончила Коприва. — Морлокский засранец! Как можно быть таким везучим — сначала тебе дарят лабораторию, теперь это?!

— И что самое странное, — проигнорировал её Каэл, — некоторые места в тетрадях… используют мои коды, сокращения и символы. Я даже не уверен, что кто-то мог бы это подделать.

— В смысле? — непонимающе спросила Акоджа.

— Мой стиль письма, — пояснил Каэл. — Словно я несколько лет вёл алхимические и медицинские исследования, но совершенно об этом не помню. Даже не знаю, что теперь думать.

Девушки молчали. Любой нормальный человек счёл бы, что это безумие.

Но они жили в безумные времена — когда возможно всё, что угодно. Запомнив новый кусочек мозаики, они продолжили свой поход по магазинам.

Его звали Элайер Инид, специальный дознаватель, направленный короной выяснить, что же произошло в Сиории.

…и ему это не нравилось. Совсем не нравилось.

Дело даже не в том, что враждебная держава нанесла удар в самую глубь страны. И не в том, что насквозь продажная верхушка этому способствовала.

Дело было в том, что кто-то остановил вторжение и спас город. И Элайер не знал, кто это сделал.

Среди обывателей гуляют слухи о загадочных магах-отшельниках и тайных организациях — но на деле это просто слухи. Чтобы вырастить первоклассного мага, нужны огромные суммы и обширные связи; чтобы создать организацию первоклассных магов…

К моменту, когда новая тайная сила сделает первые шаги — люди, подобные Элайеру, уже знают о ней всё. Когда случается нечто, подобное инциденту в Сиории, порой дознаватели не могут сразу сказать, кто это сделал — особенно если преступники тщательно заметали следы — но всегда знают, кто мог это сделать.

Сейчас же у Элайера огромное множество материала. Показания свидетелей, магические записи, доклады участвовавших военных и магов, даже вещественные доказательства.

И все они свидетельствуют — никто, известный Элайеру, не мог устроить подобного. Хуже того, его иностранные коллеги ничем не смогли помочь. Никто не представлял, кто это мог быть — словно загадочные "спасители" возникли из ниоткуда и туда же вернулись.

Дознаватель, заложив руки за спину, стоял перед остовом огромного голема. Слева от него нерешительно мялись два эксперта.

— Итак? — нетерпеливо спросил он. — Вы установили автора куклы?

— Ни один известный нам мастер не мог этого сделать, мистер Инид, — прокашлялся один из экспертов, нервно теребя одежду. — Хоть ядро голема необратимо повреждено, уцелело достаточно, чтобы сказать с уверенностью. Ни один известный мастер не мог сделать такого.

— Хмм? И почему же? — заинтересовался Элйер. Приятная неожиданность, он и не думал, что остов даст ему зацепку.

— Заклинательные формулы ядра совершенно не защищены, — пояснил второй специалист. — Ни кодов, ни фальшивок, ни маскировки — ничего. Обычно артефакторы тратят больше сил не на создание предмета, а на маскировку своих секретов. Особенно создатели големов. Здесь же ничего подобного — кто бы ни сделал эту штуковину, он думал лишь об эффективности.

— Хотите сказать, что вы можете воссоздать его? — спросил Элайер.

Уже кое-что. Он читал в докладах, насколько эффективны эти штуковины — обычные боевые големы им в подмётки не годились. Если удастся воспроизвести одну из этих машин…

Увы, не всё так просто — эксперты переглянулись.

— Проблема в том, что ядро разбито вдребезги, и часть формул утрачена. Даже сличив с другими подобными големами, мы все равно теряем около десяти процентов.

Всего десять процентов?

— И вы не можете достроить недостающее?

— О боги, нет, конечно, — сказал Первый. — Схема этой зверюги — одно из сложнейших заклинательных решений, что я видел в жизни. Всё идеально сочетается друг с другом, малейшая ошибка — и ядро пойдёт вразнос. А учитывая, сколько стоят материалы — я не представляю, во сколько обошлась разработка. Какие там десять процентов — даже один потерянный процент уже приговор. Если не найдём полностью исправного голема — эти сойдут только за источник вдохновенья.

— Ладно, — Элайер отвернулся от мёртвой громадины и зашагал прочь. Эксперты торопливо последовали за ним. — А что там с книгами, о которых столько слухов?

— Вы про те загадочные подарки, что находят люди? — спросил Второй. Дознаватель кивнул. — Удалось получить лишь несколько. Пошли слухи, что мы изымаем книги — и нашедшие перестали о них сообщать. Но те, что нашли, содержат новейшие магические решения, оптимизированные для получателя.

— Если хотите знать моё мнение, нам стоит вернуть книги владельцам, — заметил Первый. — Мы всё равно уже всё скопировали, и это может подтолкнуть других показать нам найденное.

— Я подумаю об этом, — покривил душой Элайер. Ему совершенно не нравилось, что кто-то раздаёт секретные заклинания. Опять же, что-то подсказывало, что тут приложили руку "спасители". Нет уж, эти книги — вещественные доказательства, и они останутся у них до конца расследования.

Ему и так мешало множество неожиданных препятствий. Скажем, Церковь Триумвирата активно участвовала в инциденте — вплоть до того, что в небесах над Сиорией видели гигантского ангела, сражавшегося с драконом. Но к участвовавшим жрецам его просто не допустили, а корона не решалась ссориться с церковью. Церковники последнее время были на коне — они предоставили ценнейшие сведенья об убежищах некромантов, сектах демонопоклонников и просто одиозных преступных группах. Элайер понятия не имел, откуда у них такие познания об изнанке королевства — но они были, и ссориться с церковью было не с руки.

Сам же Элайер вёл расследование, постоянно сталкиваясь с дефицитом кадров и бюджета. Королевству приходилось заниматься всем сразу: они готовили вторжение на Улькуаан Ибасу, чему изрядно мешал тайный захват ибасанцами форта Орокло; они вкладывали огромные суммы в восстановление Сиории, желая продемонстрировать мощь страны и её несгибаемую волю; к слову, эта реконструкция частенько мешала работе Элайера. Суламнон, Фалкринея и даже малые страны оживились, видя уязвимость Эльдемара, и готовились ловить рыбку в мутной воде. Наконец, были постоянные врата, связавшие королевство с джунглями Коса — они были у всех на слуху, они определённо были связаны с ибасанским вторжением… и дознавателей к ним просто не пропустили, опасаясь, что те повредят бесценный образец.

И его начальство ещё смеет жаловаться на отсутствие результатов.

Конечно у него нет результатов! А чего они ждали, отобрав всех людей и деньги и запретив всё, что не отобрали?

Но он терпелив. Его враги выиграли раунд, но теперь он знал, кого искать. Все ошибаются. Может, через год, может через десять лет — ошибутся и они.

А он будет готов.

У Дэймена Казински выдался крайне напряжённый — но в то же время увлекательный месяц. С того момента, как он очнулся в незнакомой комнате, потеряв целый месяц воспоминаний — каждый день приносил всё более безумные откровения. Порой это раздражало — но он наслаждался азартом. Спокойная, скучная жизнь никогда его не прельщала. И пусть он сердился на поганца-брата, стёршего целый месяц его воспоминаний — он понимал необходимость поступка. Наверное, он и сам поступил бы схожим образом.

По крайней мере, можно было точно сказать, что вся эта история с петлёй завершилась в его пользу. Мало того, что Зориан передал ему бесценные материалы, судя по всему, разработанные им самим — при участии брата Тараматула заполучили постоянные телепортационные врата, связавшие Кос с Эльдемаром.

Постоянные межконтинентальные врата… Открывающиеся перспективы захватывали дух. Эльдемарские военные сразу взяли под контроль врата на своей стороне — но не пытались захватить вторые. Тараматула всегда могли просто уничтожить врата на своей стороне, сделав парные бесполезными. Так что Эльдемар и Дом Тараматула совместно владели межконтинентальным порталом — обе стороны предвкушали огромную прибыль, и обе знали некоего Дэймена Казински — ему и выпала честь стать послом и посредником между ними.

И, наконец, Зориан… Его младший брат стал путешественником во времени. Ну, то есть на самом деле не было никакого путешествия во времени, но для простоты можно назвать и так. Брат вернулся из ужасного будущего, чтобы спасти всех, кого только возможно…

И для этого убил настоящего себя и занял его тело.

Дэймен хотел бы сказать, что это повергло его в шок. Привело в ярость, озаботило, как очевидно заботило самого Зориана. Технически так и было — самозванец убил его младшего брата и занял его место.

Но ничего подобного. Может быть, дело в том, что всё это казалось безумием, чем-то совершенно нереальным. Может быть в том, что по признанию самого брата, оригинальный Зориан исступлённо ненавидел его. Или в том, что будь Дэймен на его месте, он и сам поступил бы так же без малейших колебаний.

В итоге Дэймен просто посоветовал брату не волноваться. Он сделал, что должен, теперь всё будет в порядке.

Может, ему и показалось, но он заметил в глазах брата искру благодарности. Любопытно. Он не ожидал, что крутого путешественника во времени настолько интересует мнение старшего брата.

И вот все они — все младшие Казински — собрались на вокзале в ожидании поезда.

Их родители прибывали в Сиорию.

На самом деле довольно забавно. Прибудь их родители в Кос, как планировали, они бы уже давно были здесь. Дэймен предоставил бы им проход сквозь врата. Но, услышав о нападении на Сиорию, они тут же, в порту, пересели на другой корабль и потратили ещё месяц на обратный путь.

Мысленно вздохнув, Дэймен оглядел родичей. Зориан смотрел скучающе, явно настроившись отделаться как можно скорее и заняться своими делами. Фортов нервничал и не знал, куда себя деть. С того момента, как Дэймен вывез его и Кириэлле из Сиории, средний брат вёл себя странно, и было решительно непонятно, о чём он думает. Что до Кириэлле — она игралась с купленным Зорианом снежным шаром, но Дэймен видел, что и она пытается скрыть волнение.

Надо было взять с собой Ориссу. Он не хотел провоцировать родителей — долгий путь и волнение наверняка их измотали — но, пожалуй, невеста наоборот сгладила бы неловкость.

Впрочем, что теперь жалеть. Поезд прибыл, на платформу начали сходить пассажиры; вскоре Дэймен увидел родителей.

Они были практически без багажа. Нехорошо. Да, логично, они побросали вещи в Сирине — но также это означает, что они не планируют задержаться в Сиории. Это… будет довольно неприятно.

Родители тоже их заметили — обе группы двинулись навстречу.

— Во имя всех богов, что вы делаете в этом городе? — воскликнула мать, едва подойдя.

— Мам… — без особой надежды начал Дэймен.

— В городе недавно шли бои. Академия закрыта. Почему вы всё ещё не в Сирине? — продолжила она. Отец молчал, оглядывая их, и лишь убедившись, что все целы, немного расслабился. Едва ли остальные заметили, из всех детей Дэймен был отцу ближе всех и умел подмечать его настроение. — Неважно, я помогу вам собраться, и уже завтра мы будем дома.

— Что? Мы никуда не поедем, — равнодушно ответил Зориан.

— Зориан, предоставь разговор мне, — яростно прошипел Дэймен.

Отец пронзительно посмотрел на младшего сына — прежний Зориан тут же вспыхнул бы. Но, разумеется, путешественнику во времени было всё равно. Насколько понял Дэймен, он практически не контактировал с родителями, они были ему считай что чужие.

Это огорчало куда сильнее, чем то, что Зориан убил свой оригинал.

— Смотрю, за это время у тебя появился хребет, — сказал отец, всё так же глядя на Зориана. Он не упомянул, хорошо это или плохо, но Дэймен знал: и то, и другое. Отец хотел, чтобы сыновья были волевыми и сильными, но не терпел неповиновения.

— Просто Зориан очень занят учёбой, — поспешно вмешался Дэймен, взглядом прося брата промолчать. — То, что академия закрыта, не означает, что можно бездельничать. Зориан организовал учебную группу, им даже помогают преподаватели академии.

— Но Кириэлле… — начала было мать.

— Мне тут нравится! — выпалила сестра. — У меня тут друзья, и вообще!..

— Здесь опасно, — твёрдо сказала мать, оглядывая детей. — Я уже жалею, что мы не взяли её с собой в поездку, но что теперь поделаешь. Чего я не понимаю — как вы могли оставить её в Сиории в такое время. Она, должно быть, перепугана до смерти!

— И вовсе нет!

— Тихо!

Кириэлле сжалась от окрика матери — и Дэймен почти физически ощутил, как портится настроение Зориана. Младший брат очень близок с сестрой и ради неё без колебаний пойдёт против семьи. Неожиданно — Кириэлле, конечно, прелестный ребёнок, но временами та ещё засранка.

— И если Зориан, как ты говоришь, занят, то как насчёт Фортова? — продолжила мать. — Почему он не отвёз Кириэлле в Сирин?

— Да, здесь он зря тратит время и наши деньги, мага из него не выйдет, — согласился отец. — Почему бы в кои веки не принести пользу?

— Эй! — возмутился Фортов.

— Я неправ? — с вызовом спросил отец.

— Зачем тогда вообще было посылать меня сюда?!

— Пап, послушай, — вмешался Дэймен. — Да, у Фортова были некоторые сложности с учёбой…

Отец фыркнул, мать вздохнула. Фортов лучился гневом и горечью.

— …но в последнее время я помогаю ему, и, уверен, у него всё наладится.

Судя по всему, в петле он пообещал помочь Фортову. Дэймен не помнил этого, но помощь определённо необходима. Зориан же твёрдо заявил, что не будет в этом участвовать. Видимо, за все годы петли он так и не удосужился уделить время среднему брату.

При всей его новообретённой зрелости, Зориан определённо сохранил некоторые старые черты.

Ту же злопамятность.

— И сколько это продлится? — возразил отец. — Ты, полагаю, скоро вернёшься в Кос, и он снова останется сам по себе. Не думаю, что месяц занятий что-то изменит.

— Вообще-то я буду здесь намного чаще, чем прежде, — сказал Дэймен. — Вы не задумывались, как я добрался сюда раньше вас?

Родители переглянулись.

— Ну… наверное, сетью телепортов, — предположила мать.

Дэймен с улыбкой помотал головой.

— Мама, папа… Хочу вам кое-что показать. Если хотите, мы можем прямо сейчас встретиться с моей невестой и её семьей. Вы же за этим плавали в Кос?

— Что? Они приехали вместе с тобой? — изумилась мать. Понятная реакция. Перенести через океан целую группу куда сложнее, чем одного мага.

— Скоро всё увидишь, — ухмыльнулся Дэймен. — Будущее сулит перемены. Как знать, может и наш семейный бизнес пойдёт в гору.

Фух, сработало — родителей удалось отвлечь. Нет, рано или поздно мать узнает, что Зориан уже начал обучать Кириэлле магии, или что на её любимую дочурку покушались убийцы. Ведь Кириэлле сама всё разболтает, и это будет катастрофа — но пока кризис удалось предо…

— Зориан! Эй, Зориан!

Дэймен обернулся и увидел толстого парня, радостного бегущего к ним. Следом куда спокойнее шёл пожилой усатый господин, вероятно, отец.

Забавно — парень ведёт себя, как друг Зориана, но сам Зориан никогда его не упоминал. Будет интересно.

— Здорово, Зориан! Смотрю, ты тоже уже здесь!

— Я и не уезжал, Бен, — сдержанно ответил брат.

А, так они всё-таки знают друг друга. Подошедший отец парня кивком поздоровался с Дэйменом и остальными Казински, но в разговор не вмешивался — видимо, ждал, пока сын успокоится.

— Не уезжал? Чувак, ты слишком много работаешь, — заявил толстяк. — Я слышал, тебя запрягли послом к гигантским паукам? Ты просто обязан меня представить. Это же просто бомба!

Повисло неловкое молчание, младшие Казински переглядывались между собой.

— Э… что? — спохватился парень. — Я что-то не то сказал?

— Гигантским… паукам? — переспросила мать.

Дэймен, не удержавшись, вздохнул.

А он так старался.

Удовлетворение.

Шагая по улице мимо строительных лесов — восстановление города шло полным ходом — Зориан чувствовал удовлетворение. Да, были некоторые сложности, но Сиория оживала — а Зак и Зориан оставались вне подозрений. В немалой степени в этом была заслуга Аланика — жрец, получивший сведенья из петли, страховал парней — но сказывалось и то, что у королевства хватало других забот, а двое студентов академии просто были никому не известны. Зориан надеялся, что когда им придётся раскрыть настоящие возможности, пройдёт достаточно времени, и никто не свяжет их с произошедшим в Сиории.

Еще бы прохожие не пялились на него со страхом и любопытством и не расступались, как перед прокажённым.

Впрочем, тут дело было не в нём, а в идущем рядом гигантском пауке. Копьё Решимости была как всегда невозмутима, ничем не показывая, что заметила реакцию окружающих. Впрочем, уже то, что она открыто идёт по улицам, не вызывая паники — немалое достижение её Паутины.

Власти ещё не определились со своим отношением к аранеа. С точки зрения закона, паучихи были монстрами, и многие высшие чины не отказались бы перебить их или прогнать из-под Сиории. Но за долгое время Паутина нашла множество сторонников среди людей — и их голоса перевешивали. Даже противники аранеа были вынуждены признать, что паучихи сдерживают более опасных монстров подземелья. А полуразрушенной Сиории только прорыва чудовищ из-за чьей-то глупости и не хватало.

У рядовых горожан, насколько знал Зориан, паучихи вызывали смешанные чувства. Да, аранеа помогали отразить вторжение, за что им спасибо, но они монстры, пауки и менталисты. Три в одном. Вот и сейчас открыто идущая по городу Копьё Решимости вызывала… мягко говоря, противоречивые реакции.

Впрочем, присутствие Зориана и Тинами позволяло избежать инцидентов. Наверное, матриарх и сама бы смогла успокоить взволнованных горожан, но лучше всё же не рисковать.

— Как проходят переговоры? — вслух, ради Тинами, спросил Зориан. Аопэ договорились с аранеа об обмене опытом, и Тинами принимала в нём участие, но училась медленно, она же не психик. Телепатическая беседа ей пока недоступна.

— Не очень успешно, — призналась матриарх, синтезируя голос с помощью магии. — Мы смогли заблокировать все инициативы по истреблению или выселению, но до получения гражданских прав ещё далеко.

— Было довольно наивно ожидать иного, — сказала Тинами. Обычно Дом Аопэ представляли более опытные дипломаты, но наследница сумела настоять на своём участии. — Несмотря на вашу помощь во время вторжения, вам не доверяют, ведь о вас практически ничего не известно.

— О, я всё понимаю, — заверила Копьё Решимости. — Я и не ожидала другого исхода, хотя и надеялась. Колония готова — при необходимости мы можем немедленно покинуть Сиорию.

— Но куда вы пойдёте? — спросила Тинами. — Не думаю, что вокруг много подходящих мест.

— Мы просто перебьём одну из меньших Паутин и займём их место, — без прикрас ответила матриарх. — Боюсь, мир аранеа довольно жесток.

— Ох, — только и сказала Тинами.

— Я слышала, ваша академия вновь открывается, — Копьё Решимости чуть повернулась в сторону Зориана.

— Я тоже слышал, — согласился он, помахав замеченной вдалеке Тайвен, её группа следовала за более крупным отрядом. Она помахала в ответ, но не подошла; впрочем, подруга выглядела довольной. С учётом возросшего спроса на боевых магов у неё были все шансы проявить себя. — У них нет другого выхода, или начать занятия, или родители оставшихся студентов отзовут их из-за простоя.

Он посмотрел на Тинами, гадая, как она подошла к неожиданным каникулам. Она не просилась в их группу, как и в другие группы — с головой ушла в проблемы аранеа, или нашла другой способ?

— Семья подыскала мне репетиторов, — верно истолковала его взгляд Тинами. — При всём уважении к твоей группе, я сочла, что так будет лучше.

Наверное, она права. При всех его познаниях — он не учитель, к тому же на нём целая группа. Частные уроки эффективнее — хотя встаёт вопрос, почему Тинами вообще отправили в академию. Хотели сэкономить? Или познакомить с людьми? Хмм…

— Тогда у меня просьба, — сказала Зориану Копьё Решимости. — Я договорилась с академией, чтобы Новизну допустили на лекции. Ты не присмотришь за ней, чтобы она не попала в неприятности?

— Хм? А зачем? — нахмурился Зориан. — Я знаю, что она хочет научиться магии людей, но вы представляете, насколько уроки скучны и однообразны? Она же дня за три сойдёт с ума от скуки. Не лучше ли направить её ко мне? Я же обещал обучить её.

— Зориан, не обижайся, но ты же сам ещё учишься, — теперь нахмурилась Тинами. — Ты не сможешь обучить представительницу другого вида. Лучше доверить это профессионалам.

— Э, да, я имел в виду позже, — промямлил Зориан. — Через несколько лет, когда я стану опытным магом. Именно это я и имел в виду.

Тинами странно на него посмотрела.

— Ничего страшного, поскучает, зато наконец увидит мир в реальном свете, — Копьё Решимости пропустила их разговор мимо ушей. — К тому же, я не планировала постоянное посещение. Просто дать студентам возможность привыкнуть к аранеа, пообщаться с ними. Ещё одна небольшая демонстрация.

— А, как то, что мы сейчас делаем, — сообразила Тинами. Ведь поговорить они могли бы и в поместье Новеда, а то и на территории Аопэ, но матриарх настояла на людном месте.

— Совершенно верно.

— Я всё хотела спросить… почему Новизна? — внезапно сказала Тинами. — Не подумайте, она мне нравится, но делать её официальным представителем… Неужели нет более… серьёзных аранеа?

— Исполненная Энтузиазма Искательница Новизны подходит на эту роль куда лучше, чем может показаться, — помедлив, ответила матриарх. — Следует понимать, что нас, аранеа, немного. Мы живём охотой и не можем поддерживать большую численность. И среди моих подданных многие совершенно не интересуются людьми — а то и относятся к ним с пренебрежением.

— Как к тусклоумным, — раздражённо хмыкнула Тинами.

— Да, именно. Так что мне выбирать не приходится, а Новизна и сама рада напрямую пообщаться с людьми. К тому же я заметила, что её несерьёзное поведение успокаивает людей — они считают её безвредной дурочкой или ребёнком, что неизменно забавляет. Новизна — взрослая аранеа, специалист по контактам с людьми. Она куда опасней для человека, чем обычная, более сдержанная аранеа.

— Ох. Мне такое и в голову не приходило, — призналась Тинами.

Зориан мог бы добавить, что есть ещё одна причина. Матриарх знала о его отношении к Новизне, поэтому именно молодая аранеа говорила от имени колонии. Очевидно, Паутина Сиории высоко ценила его расположение и стремилась любыми средствами углубить отношения.

Ещё пара кругов по центру города, и они попрощались, Зориан продолжил прогулку в одиночестве, погрузившись в размышления.

По пути он купил пару газет и бегло просмотрел. Ожидаемо, первые полосы до сих пор были посвящены вторжению. На глаза попалась статья о воинах салротум, помогавших защитникам — с убедительным рисунком крылатого червя над городом. Зориан помнил этот момент — он предлагал осам открыть врата прямо к зиккурату, но они предпочли сесть на свою зверюгу и лететь своим ходом. Вероятно, тоже своего рода демонстрация, хорошо хоть эльдемарским военным не пришло в голову бодаться с божественным зверем.

Вчитавшись внимательнее, он нашёл намёки, что его "дары" исследователям пошли в дело. По правде говоря, он не раздал и малой части своего списка — на это уйдёт не один год. Но хорошо, что его материалы пригодились адресатам. Значит, всё было не напрасно.

Кроме того, он начал учебник по магии разума, но там предстояло работать и работать. Ох и намучается же он, когда придёт время издаваться — но он найдёт способ.

Небо уже темнело, а Зориан всё так же бродил по улицам. После постоянного напряжения последних лет просто отдыхать казалось чем-то противоестественным. Нужно чем-то заняться, хотя бы просто погулять по ночному городу.

Мысли перескочили на нерешённые проблемы — ту же Принцессу. Божественная гидра выжила в бою с учеником Оганя — и теперь Зориан не представлял, что с ней делать. Они связаны, передать контроль Заку уже не получится — к счастью, гидра прекрасно устроилась в северных лесах, но рано или поздно придётся что-то решать.

С железноклювами было не проще. Вывезя гидру на север, Зориан просто выпустил стаю над пустошами, рассчитывая, что они вернутся к своим гнёздам. Как бы не так — птицы примкнули к Принцессе, помогая ей охотиться и питаясь её объедками. Как будто его гидра сама по себе привлекает мало внимания…

А ведь был ещё Кроха. Зориан сумел вывезти голема прямо из-под носа военных, но его шедевр всё еще был не на ходу, а место хранения не отличалось надёжностью.

И с этим ничего не поделаешь — на оснащение базы и ремонт Крохи уйдёт прорва денег, а с деньгами вне петли сложно. Больше нет тайников и счетов заговорщиков, не красть же у простых граждан. Оставалось либо искать новые источники… либо сократить траты.

С этим были проблемы. За время петли Зориан привык тратить деньги без оглядки — после победы он попытался взять вредную привычку под контроль, но без особого успеха. У него по-прежнему был неплохой финансовый резерв — но средства таяли с каждым днём. Он даже попытался продавать некоторые из своих разработок — но это тут же вызвало ажиотаж. Выхода нет, придётся затянуть пояс.

По крайней мере, пока не найдёт способ доставать крупные суммы, не привлекая внимания.

Зориан остановился и посмотрел на яркую полную луну над головой. Тёплая летняя ночь умиротворяла.

— Что же, Зориан, ты же сам хотел нормальную жизнь, — сказал он вслух. — И теперь у тебя проблемы с деньгами, что совершенно нормально.

— И не говори, братишка! — крикнул прохожий. Не кто-то знакомый, просто очередной пьяный с заплетающимся языком. — У мня тож ни гроша в кармане! Я всё потратил, и эт… совшенно номально! Да, номально…

Зориан вздохнул и зашагал к дому Имайи. Хорошего понемногу.

Её звали…

У неё не было имени, оно ей просто не требовалось. Она была охотницей и матерью и не думала о сложных вещах — лишь выживание, защита территории и потомство.

Но то было раньше. Вкусив своего врага, ненавистную двуногую, что раз за разом докучала ей, она обрела смысл. Эссенция врага наполнила её сладкой силой. Сила переполняла её, просачивалась в зреющие яйца.

Её следующая кладка будет особенной. Она всегда ревностно охраняла яйца и детенышей, прогоняя их, лишь когда они вырастут, но эти будут другими. Она пойдёт на всё, лишь бы защитить их. Умрёт, если понадобится.

С новой кладкой и новым смыслом пришёл голос. Воля. Она должна спуститься в глубины. Слабые жители поверхности не удовлетворят её детей, если она хочет взрастить их правильно, нужна настоящая добыча. Она пойдёт вниз, глубже, чем когда-либо. Она была сильна, но живущие в глубине способны убить её в мгновение ока.

Ей было страшно. Она хотела вернуться назад, в безопасность привычных угодий — но направляющая воля была сильнее.

Она должна выжить. Должна отложить яйца. Должна спуститься в глубину.

Преодолевая страх, отринув всё, что знала, она спускалась всё глубже и глубже.

Туда, где ожидала её судьба.

КОНЕЦ

108. Слово автора

Вот и конец истории. Остались лишь общие рассуждения и кое-какие планы на будущее; если вас это не интересует — смело закрывайте вкладку.

В далёком 2011, выкладывая на FictionPress первые главы Матери Ученья, я и подумать не мог, что новелла станет столь популярной. По первоначальной задумке, история должна была помочь мне сформировать новый фэнтези-сеттинг — только и всего. Я давно заметил, что примерив роль местного жителя, можно отыскать множество незамеченных ранее огрехов и нестыковок создаваемого мира. Именно такой визуализацией повседневной жизни сеттинга и должна была стать Мать Ученья.

Печальный опыт свидетельствовал: импровизация — не мой конёк, так что мне требовался план. Но вместо того, чтобы благоразумно выбрать что-то поскромнее, я замахнулся на грандиозное полотно с путешествиями во времени, сюжетом, следующим с континента на континент, и целой армией второстепенных персонажей. Гулять так гулять, верно?

И вот, я написал краткое содержание до самого конца новеллы, прикинул характеристику основных персонажей — и сел писать.

Я написал уже восемь глав, когда заметил, что они слегка…

Кхм, что это полный отстой. Я отправил их в корзину и начал с чистого листа.

Четыре новых главы постигла та же судьба.

Я в третий раз начал историю, вновь написал четыре главы — и в этот раз мне понравилось. Понравилось настолько, что я подумал — почему бы не выложить? И я опубликовал все четыре главы на FictionPress — а ну как повезёт и наберётся хотя бы сотня читателей?

С тех пор прошло девять лет.

Мать Ученья наконец закончена. Я писал с удовольствием, но закончить работу не менее приятно. Приятно наконец прийти к запланированному финалу — некоторые фрагменты первоначального замысла пришлось исключить, но без них, пожалуй, даже лучше. Составляя основу сюжета, я был ещё совсем новичком, а размах истории в голове не укладывался. Настоящее чудо, что этот любительский план всё же привёл меня к задуманной развязке.

Разумеется, новелла далека от совершенства. За эти годы я слышал немало критических замечаний и со многими из них согласен. Я даю слишком мало описаний, в особенности людей. Мои персонажи частенько говорят в одном стиле. Я не всегда удачно подбираю слова, порой выпадая из временного антуража. Я иногда затягиваю главу неуместными разъяснениями и информационными вставками. Часть истории, особенно ближе к концу, ощущается скомканной, темп повествования сбит.

И всё же — я доволен итогом и счастлив, что моя новелла заинтересовала стольких читателей. Искренне благодарен всем читавшим за проявленные терпение и щедрость.

Надеюсь, вы не жалеете о потраченном времени.

Чем ты займешься сейчас?

Ну, прежде всего я сяду за вычитку и редактуру. Мне прислали огромное количество замечаний и уточнений, но внести их до сих пор не доходили руки. Сейчас же я планирую исправить все найденные ошибки, чтобы следующим читателям было не так тяжело, как первым.

И, хоть сама история завершена, я буду и дальше писать статьи по мироустройству. Забавно вышло — новелла планировалась в помощь мироустройству, но оттеснила его на второй план. Нехорошо, надо исправлять.

Тебе стоит издать Мать Ученья!

Сейчас, когда новелла завершена, я определённо поищу варианты издания. Я откладывал это на потом, ведь процесс всяко съест кучу времени и нервов, теперь же попробую — но, ничего не зная о издательской кухне, ничего не обещаю.

Ты будешь ещё что-то писать?

Разумеется. Я люблю писать, и у меня скопилось много идей. Не уверен, все ли из них удачны, но дефицита точно нет. На проработку каркаса истории и тестовые главы уйдёт какое-то время, но я ещё определённо вернусь.

Будет ли продолжение Матери Ученья?

Возможно. Точно не в ближайшее время, но кое-какие мысли о продолжении есть. Что-то куда короче и скромнее оригинала, зарисовки-послесловия и повседневная жизнь. Своего рода растянутый эпилог с элементами повседневности.

Но это пока не продумано даже в общих чертах, и я не ручаюсь, что оно вообще будет. Поживём — увидим.

Чем ты вдохновлялся при написании?

Различными материалами D&D, серией игр Avernum, мангой и аниме Стальной Алхимик и фанфиками о временной петле.

Что-нибудь ещё?

Нет, это всё. Спасибо за внимание и удачного вам дня.

Примечания

1

Инвокация — от латинского invocare "призывать" — процесс запуска магического алгоритма. Для структурированной магии обычно состоит из текста заклинания, жестов и плетения маны; чем лучше маг владеет конкретным заклинанием, тем меньше действий ему требуется для его активации.

2

Инкантация — от латинского incantare "заклинать, выпевать" — текст, вербальная составляющая заклинания.

3

Гейс (geis, geas) — в кельтской культуре — разновидность личного табу, необычный религиозный обет. «Нельзя обходить тебе Брегу слева направо, а Тару справа налево». Приносились как своеобразная жертва либо во искупление греха.

4

Филактерия (philaktёrion) — реально существующий предмет, часть религиозной атрибутики иудаизма. Кожаная коробочка с пергаментными лентами, на которых начертаны цитаты из Торы — одна повязывается на лоб, другая — на левую руку. Когда в сеттинге D&D появились личи (Eldritch Wizardry, 1976), значение "сосуд, хранилище души" изрядно потеснило первоначальный смысл слова.

5

Прыгающие, или пауки-скакуны (лат. Salticidae) — семейство пауков, более 5800 видов. Отличаются характерным расположением глаз с выраженной передней парой.

6

Икосаэдр — одно из пяти Платоновых тел, правильный двадцатигранник. Подробнее можно посмотреть здесь https://ru.wikipedia.org/wiki/Икосаэдр

7

Сливовица — сливовый бренди, широко распространенный на Балканах. Обычно крепостью 45 градусов, но домашние настойки могут достигать 52 и даже 75 градусов — при двойной перегонке.

8

Симулякр (лат. simulacrum — «изображение») — копия, не имеющая оригинала в реальности. Самостоятельный образ, философское понятие, введенное Жоржем Батаем. Чтобы различать философский термин и заклинание клонирования, в переводе использовано латинское, а не традиционное французское чтение слова.

9

Сенот (исп. cenote) — естественный провал, образованный обрушением свода известняковой пещеры. Подробнее можно посмотреть здесь https://goo.gl/jtCKiu

10

Гепиды (лат. Gepedes) — древнегерманское племя, родственное готам.

11

Меренпта, или Мернепта, 1273–1203 до.н. э, фараон 19 династии, тринадцатый сын Рамзеса Второго.

12

В оригинале большого голема зовут Mrva — «крошка» по-хорватски. Поскольку это скорее кличка, чем полноценное имя, я счёл нужным его русифицировать.

Content

Домагой Курмаич (nobody103)
МАТЬ УЧЕНЬЯ

Глава 1. С добрым утром, братик

Глава 2. Житейские неприятности

Глава 3. Горькая правда

Глава 4. Падающие звезды

Глава 5. Начните сначала

Глава 6. Сконцентрируйтесь и попробуйте снова

Глава 7. Недомолвки и притворство

Глава 8. Восприятие

Глава 9. Шулеры

Глава 10. Упущенные подробности

Глава 11. Ограничения

Глава 12. Паутина душ

Глава 13. В любую секунду

Глава 14. Фактор сестры

Глава 15. Трудная пятница

Глава 16. Нам нужно поговорить

Глава 17. Паучья симпатия

Глава 18. Договор заключен

Глава 19. Изгибы паутины

Глава 20. Вопрос веры

Глава 21. Колесо Фортуны

Глава 22. Сложности

Глава 23. Поджигая фитиль

Глава 24. Дым и зеркала

Глава 25. Непредвиденное

Глава 26. Смерть души

Глава 27. Плывя по течению

Глава 28. Котелок

Глава 29. Охотники и добыча

Глава 30. Игра прилавков

Глава 31. Отмеченный

Глава 32. Альтернативы

Глава 33. Врата

Глава 34. Необдуманные поступки

Глава 35. Допущенные ошибки

Глава 36. Битва умов

Глава 37. Размеренным шагом

Глава 38. Назад в Сиорию

Глава 39. Подозрительные совпадения

Глава 40. Изменчивые следы

Глава 41. Среди бесчисленных амбиций

Глава 42. Количество и качество

Глава 43. Потрясение

Глава 44. Демонстрация доверия

Глава 45. Тонкие материи

Глава 46. По ту сторону

Глава 47. Политика

Глава 48. Колодец душ

Глава 49. Замена

Глава 50. Сокрытие

Глава 51. По нарастающей

Глава 52. Распад

Глава 53. Призраки

Глава 54. Врата закрыты

Глава 55. Порог

Глава 56. Сокрытое

Глава 57. Нежеланный

Глава 58. Вопросы и ответы

Глава 59. Шаг вперед

Глава 60. Нисхождение в бездну

Глава 61. Осиные гнезда

Глава 62. Неподобающее использование

Глава 63. Течение дней

Глава 64. Расстояние

Глава 65. Опасные земли

Глава 66. Подпорченное совершенство

Глава 67. Сближение

Глава 68. Зеленый ад

Глава 69. Руины

Глава 70. В отрыв

Глава 71. Тени прошлого

Глава 72. Перекрестки

Глава 73. Продвигаясь вперед

Глава 74. Возвращение

Глава 75. Похититель душ

Глава 76. Критическая ошибка

Глава 77. Проверка

Глава 78. Терпение и труд

Глава 79. Преступление и бегство от наказания

Глава 80. Враги

Глава 81. Как цивилизованные люди

Глава 82. Следы минувшего

Глава 83. Скорпион

Глава 84. Бессилие

Глава 85. Критическая масса

Глава 86. Новый мир

Глава 87. Агенты короны

Глава 88. Неисповедимые пути

Глава 89. Победа

Глава 90. Новый поворот

Глава 91. Путь, оплаченный кровью

Глава 92. С места в карьер

Глава 93. Прибежище в непогоду

Глава 94. Сборщики душ

Глава 95. Предатели

Глава 96. Контракт

Глава 97. Иллюзии

Глава 98. Невидимое глазу

Глава 99. Пороховая бочка

Глава 100. Жертвенная кровь

Глава 101. Рокировка

Глава 102. Гиганты

Глава 103. Есть только миг

Глава 104. Победа (I)

Глава 105. Победа (II)

Глава 106. Победа (III)

Глава 107. Эпилог

108. Слово автора

Примечания