Кэрол Эриксон

Последнее шоу в стриптиз-клубе

Роман

Carol Ericson

Secured by the SEAL

Secured by the SEAL Copyright © 2018 by Carol Ericson

«Последнее шоу в стриптиз-клубе» © «Центрполиграф», 2020

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2020

Пролог

Солнечные блики мерцали на поверхности Черного моря. Алексей направил снайперскую винтовку Драгунова на изумрудно-зеленую лужайку, которая спускалась к пляжу.

Шлюпку качало, Алексей расставил ноги пошире и произнес в микрофон, прикрепленный к футболке:

– Скорее бы подали сигнал: ветер усиливается.

– Ждем еще одного – самого главного. Он настоящий гангстер, вор в законе, – ответил его командир, который находился в другой шлюпке.

Услышав имя бандита, наводящего страх на весь криминальный мир бывшего Советского Союза, Алексей скрипнул зубами.

Слейд, напарник Алексея, удивился:

– Зачем нам его ждать? Мы ведь не на мафиози охотимся?

– Верно. Но он собирается привести своих гостей-террористов на лужайку. Кажется, здесь его дом. Он выступает в роли хозяина.

Слейд присвистнул сквозь зубы.

– Кто сказал, что преступления не окупаются?

– Только не я. – Алексей водил прицелом вдоль фасада огромного, эклектичного особняка, построенного у моря на Болгарской Ривьере.

В микрофоне послышался голос командира:

– Внимание! Есть движение!

Алексей поймал владельца роскошного дома в перекрестье прицела. Лицо постарело, обрюзгло, но перед ним явно был он…

Он еле слышно выругался.

– Эй, что с тобой? – спросил Слейд. – Нашел цель?

Переведя прицел со старого гангстера на чеченского террориста, который шагал к морю, Алексей ответил:

– Да, нашел.

Начался обратный отсчет:

– Пять, четыре, три, два…

Алексей положил палец на спусковой крючок и поразил цель. Одновременно другие снайперы положили других террористов. Бандиты подставили чеченцев, чтобы американские военные их уничтожили. Иногда борьба с терроризмом вынуждает заключать союзы с теми, кого ненавидишь и презираешь.

Слейд пригнулся и стал разбирать винтовку. Он ткнул в бок Алексея – тот по-прежнему стоял в снайперской стойке.

– Ты что же, не попал?

– Попал. – Алексей отвел прицел от безжизненного тела чеченца на песке и посмотрел на старого вора в законе: старик расхохотался, хлопнув по спине одного из своих спутников. Они радовались, что живы. Пульс у Алексея зашкаливал. К горлу подступил ком.

Слейд встал и тронул за плечо Алексея.

– Пошли, друг!

Выдохнув, Алексей опустил винтовку.

«На этот раз ты ускользнул, Белкин, но в следующий раз, когда я поймаю тебя в прицел, ты станешь покойником».

Глава 1

«Бритт, я думала, что ты приедешь меня навестить. У меня сейчас… небольшие неприятности. Позвони!»

Бритт Дженсен прослушала сообщение Лианны на автоответчике и убрала телефон в сумку. Смахнув слезы, опустила солнцезащитный козырек.

Приехав в Лос-Анджелес, она купила у частника старую малолитражку. Арендовать машину ей не хотелось – слишком много трудностей пришлось преодолеть, чтобы добыть фальшивые документы.

Клуб «Ябеда» оставался единственной ниточкой, которая могла навести ее на след пропавшей сестры. Выйдя из машины, она подошла к двери клуба, распахнула ее и вошла в холл.

Накануне управляющая, Ирина Маркова, показала ей, где что находится. Бритт взяла со стойки новую карточку учета и вставила ее в регистратор, чтобы отметить время прихода на работу. В этот момент навстречу ей вышла Ирина, худощавая крашеная блондинка.

– Ты вовремя. Иди познакомься с барменом, Джеромом Картером. Мы открываемся через полчаса. – Ирина похлопала Бритт по спине и скрылась за дверью кабинета владельца – того самого Сергея, который солгал в полиции насчет Лианны.

Бритт расправила плечи и глубоко вздохнула. Она убеждала себя, что справится: все годы учебы в колледже она подрабатывала официанткой. Самое трудное – попасть в кабинет Сергея после смены, но у нее и для этого имелся план.

Она направилась к концу барной стойки и помахала чернокожему бармену.

– Привет. Я Барби Джонс. Сегодня работаю первый день.

Джером вытер руки о полотенце и протянул руку:

– Приятно познакомиться, Барби. Джером.

– И мне приятно. – Она пожала Джерому руку. – Тебе помощь не требуется?

Он подтолкнул к ней поднос с маленькими свечками и рекламными открытками, на которых были напечатаны названия фирменных коктейлей.

– Если успеешь все разложить по столикам, будет классно.

Бритт взяла поднос и начала раскладывать свечки и карты по столикам, которые стояли ближе всего к сцене. Во время нечастых телефонных переговоров Лианна несколько раз упоминала симпатичного бармена. Тем не менее Бритт не собиралась никому открываться, даже симпатичному бармену. Сначала она должна разобраться в том, что здесь творится. Любой из работников клуба может быть замешан в исчезновении Лианны.

Полицейские лишь бегло навели справки о служащих и ушли, удовольствовавшись объяснениями Сергея. По его словам, Лианна – или Ли, как ее здесь называли, – сбежала с каким-то парнем. Какой бы неустойчивой ни была Лианна, она не могла сбежать, не сказав ни слова старшей сестре.

Когда Бритт перешла ко второму ряду столиков, к ней подошла девушка и похлопала ее по плечу.

– Лучше не ставь свечки на столики рядом со сценой! – Девушка в форме официантки – короткая черная юбка и белая блузка – сморщила нос и покачала головой.

– Почему?

– Потому что, когда начнется шоу, парни в первом ряду будут тянуться к танцовщицам и могут устроить пожар.

– Вот как… – Бритт подошла к столику в первом ряду и взяла с него свечу. – Конечно, все правильно! Странно, что Джером меня не предупредил.

Официантка пожала плечами:

– А что Джером вообще знает? Он за стойкой стоит. Кстати, меня зовут Джесси Мэк.

– Привет, Джесси. Я Барби Джонс.

Джесси прищурила густо накрашенные глаза.

– С таким имечком ты решила стать официанткой? Может, хочешь стать танцовщицей?

– Нет-нет, только официанткой. Барби – мое настоящее имя, а танцевать я не умею.

Джесси фыркнула:

– Танцевать? Конечно… можно и так сказать…

– А ты что здесь делаешь – обслуживаешь столики или танцуешь?

– Я официантка… пока, но пытаюсь пробиться на сцену. – Джесси щелкнула пальцами. – Тряся своими прелестями, можно заработать гораздо больше, а мне очень нужны денежки.

– Тебя уже пригласили на… прослушивание или что? – Бритт переставила еще одну свечу со столика в первом ряду.

– Или что. – Джесси схватила две свечи и две карты с подноса и проворно расставила на столиках. – Вакансия-то есть. Одна из танцовщиц недавно ушла, и я точно знаю, что Сергей хочет ее заменить.

Сердце у Бритт екнуло. Неужели Джесси говорит о Лианне? Сестра уверяла, что работает официанткой, а не танцует стриптиз, но Лианна не всегда говорила правду.

– Ты уже сказала Сергею о своем желании?

– А ты знакома с Сергеем?

– Нет. На работу меня принимала Ирина. – Вообще Бритт не терпелось познакомиться с Сергеем, но Ирина предупредила, что он беседует только с танцовщицами, а официанток на работу принимает она.

– Да, понятно, почему ты думаешь, что поговорить с Сергеем так легко. – Джесси приложила палец к губам, увидев, что в бар входят другие девушки. – Главное – не попадать ему под горячую руку… и вообще держаться от него подальше.

Официантки и танцовщицы, оживленно переговариваясь, постепенно заполняли бар. Бритт заметила, что многие говорят с сильным акцентом, и решила, что они русские, ведь Ирина и Сергей – русские.

За несколько минут до открытия, снова очутившись наедине с Джесси в конце барной стойки, Бритт спросила:

– Почему здесь работает столько русских? Из-за Сергея?

– Из-за его папаши. Он владелец клуба, вместе с несколькими другими в Долине. У него есть русский ресторан с банкетным залом в районе Ван-Найс; когда там проходят большие приемы, мы и там работаем.

Бритт тронула Джесси за плечо.

– Ты раньше говорила о прослушивании у Сергея… Что туда входит?

– Хочешь спросить, что надо делать на прослушивании? – Джесси закатила глаза. – Используй свое воображение. Вот почему меня пока не берут в танцовщицы. Я набираюсь храбрости.

Клуб открылся, и у Бритт больше не было времени на разговоры.

В очередной раз подойдя к стойке, она перечитала заказ, вписанный в блокнот. Дожидаясь, пока Джером смешает коктейли, Бритт развернулась, опершись локтями о стойку, и стала смотреть на полуобнаженных женщин, которые раскачивались под разноцветными огнями.

– Не хочешь попробовать свои силы на сцене?

Бритт резко повернулась и едва не столкнулась с брюнетом с блестящими черными глазами, который с ухмылкой смотрел на нее.

Она заправила за ухо прядь волос.

– Ну уж нет! Я даже танцевать не умею.

Незнакомец оглядел ее с головы до ног, и Бритт очень захотелось принять душ.

– У тебя фигура танцовщицы. Может, когда-нибудь…

Холодок пробежал у нее по спине, когда она поняла, кто стоит перед ней.

– Должно быть, вы Сергей. Я Барби, новенькая.

– Барби… Куколка Барби. – Он дотронулся кончиками пальцев до лба. – Добро пожаловать в «Ябеду».

Он зашагал к сцене; рубашка обтягивала мускулистый торс, а Бритт прислонилась к стойке и вздохнула с облегчением.

Сжав зубы, Джером поставил на ее поднос последнюю бутылку пива.

– Ты что, в первый раз видишь Сергея?

– Да. По-моему, он… ничего.

– Главное – не попадай ему под горячую руку.

– Сегодня меня предупреждают об этом уже во второй раз. – Бритт взяла поднос. – По-моему, я сумею справиться с Сергеем.

– Так все говорят. – Джером отвернулся, ничего больше не объяснив.

Но Бритт не могла держаться подальше от Сергея, ведь она надеялась выяснить, куда исчезла Лианна.

Бритт собиралась проникнуть в кабинет Сергея и пыталась придумать, как остаться в клубе после того, как все уйдут. Вдруг Джесси схватила ее за локоть.

– Когда обслужишь своих, пожалуйста, возьми столик в первом ряду с краю! – Джесси ткнула пальцем через плечо. – Там уже давно сидит один тип и ждет свой заказ, у меня не было возможности подойти к нему.

– Хорошо.

Поверх полного подноса с напитками Бритт посмотрела на одиночку за столиком. Он сидел, вытянув длинные ноги, откинув голову назад, и пристально наблюдал за танцовщицей на шесте.

– Просто отлично, псих-одиночка, – пробормотала она себе под нос.

Она сновала между столиками, расставляла напитки, брала чаевые. По пути к психу-одиночке Бритт подошла к «своим» столикам и записала заказы в блокнот. Подойдя к его столику, она спросила:

– Что вам принести?

Мужчина повернулся и посмотрел на нее такими синими глазами, каких она в жизни не видела.

– Две водки и стакан воды, пожалуйста.

– Надеюсь, вы не очень долго ждете. Официантка, которая вас сегодня обслуживает, очень занята и попросила меня о вас позаботиться. – Бритт прикусила губу. Она понятия не имела, почему разговаривает с ним – может, чтобы еще минутку-другую посмотреть в его синие глаза?

Он пожал плечами, и его черная кожаная куртка скрипнула.

– Я не заметил.

Ну разумеется, он не заметил! Он слишком занят, пожирает взглядом полуголую танцовщицу. Та извивалась рядом с ним, надеясь на хорошие чаевые.

Не отрывая взгляда от Бритт, мужчина полез в передний карман куртки, достал купюру и сунул в узкие стринги танцовщицы.

Бритт вернулась к стойке и положила перед барменом заказ.

– Джером, у меня все.

Выходки танцовщиц и клиентов нисколько ее не беспокоили. Будучи психотерапевтом, она наслушалась от клиентов всякого и научилась сохранять невозмутимый вид.

Однако в поведении этого клиента она заметила нечто любопытное. Он как будто хотел, чтобы Бритт заметила, как он прикасается к танцовщице. Она убрала волосы со лба и обмахнулась салфеткой. Ее выбила из колеи внешность парня. Можно ожидать, что в одиночку в стрип-клубы ходят только идиоты и неудачники. Возможно, тот тип и есть идиот-неудачник, но он идиот-красавчик.

Смуглое лицо Джерома расплылось в улыбке.

– Да, у нас жарко! И я имею в виду не только девочек.

– Оживленное место.

Он постучал по последнему заказу в ее списке.

– Ему нужна водка какой-то определенной марки?

– Я забыла спросить, а он не сказал, – слишком ее заворожили его глаза.

– Ладно, налью ему водку нашей марки. В следующий раз спроси, Сергей закупил самые лучшие сорта.

– Обязательно спрошу. Спасибо, Джером. – Бритт взяла поднос и разнесла напитки, затем подошла к одиночке.

Она наклонилась над его столиком.

– Простите, я вас не спросила, но устроит ли вас водка нашей марки?

– Вполне. – Он слегка отвернулся от сцены и подался к ней. – Сколько с меня?

– Записать вам на счет?

– Нет. – Его длинные пальцы уже отсчитывали купюры из толстой пачки.

– Двенадцать долларов. Вода бесплатно… – Бритт смущенно хихикнула.

Уголки его губ, слишком чувственных для худого лица, дернулись в намеке на улыбку, и он протянул ей сложенную двадцатку.

– Спасибо!

Она начала отсчитывать сдачу, но он поднял руку:

– Оставьте себе… за труды.

– Спасибо! – Она попятилась от его столика и круто развернулась, едва не столкнувшись с Джесси.

– Эй, потише! – Джесси подняла поднос с напитками на плечо.

– Прости, я твоего клиента обслуживала. Он уже расплатился.

– Спасибо, детка. Настоящий красавчик! Спорим, ты готова обслуживать его весь вечер! Я бы точно была не прочь. – Джесси подмигнула и прошла мимо.

Остаток смены красавца обслуживала Джесси. Наконец он ушел. Бритт внушала себе, что у нее есть более важные дела, чем строить глазки красавцам, которые в одиночку ходят по стрип-клубам. Скорее всего, дома его ждут жена и трое детей.

Пару раз наведавшись в подсобку, Бритт составила план на остаток ночи. Надо сделать вид, что она уходит, на самом деле спрятаться в подсобке и подождать, пока все уйдут, а потом обыскать кабинет Сергея.

Она уже сунула комок жевательной резинки в замок на двери кабинета. Конечно, если кто-то заметит, что замок не запирается, ей придется придумать другой способ проникновения в кабинет Сергея.

Наконец закончилась смена. Бритт колотило от страха.

Официантки должны были дождаться закрытия бара. Ирина ушла в полночь, оставив за старшего Джерома, и Бритт немного успокоилась. Если Джером обнаружит ее в подсобке, возможно, он не скажет Сергею, которого, похоже, недолюбливал.

Вытерев последний столик, Бритт поняла: вот он, ее шанс. Бросив тряпку в корзину за стойкой, она спросила:

– Что-нибудь еще, Джером?

– Можешь идти. Отлично поработала в первую ночь.

– Спасибо!

Бритт помахала паре официанток, которые болтали, стоя у сцены, отметила свой уход и распахнула дверь черного хода. Прежде чем дверь закрылась, она на цыпочках вернулась. Войдя в подсобку, спряталась за грудой коробок. Минут пятнадцать спустя дверь в подсобку открылась, и Бритт затаила дыхание, слыша шуршание и грохот, который приближался к ее укрытию. Должно быть, это Джером наводит порядок перед уходом.

Когда погас свет, и закрылась дверь, Бритт с облегчением выдохнула. Она прождала еще несколько минут. Наконец в последний раз закрылась и открылась дверь черного хода. Бритт встала и посмотрела в щель между коробками. Потом осторожно прокралась к двери и прижалась к ней ухом. Стояла звенящая тишина. Бритт открыла дверь и вышла в темный коридор. Возле бара горели несколько тусклых ламп. Бочком девушка стала пробираться вдоль стены к кабинету Сергея.

Прикусив губу, толкнула дверь бедром. Она не подалась. Бритт толкнула сильнее. Дверь распахнулась, и она широко улыбнулась, глядя на комок жвачки в замке. Кое-чему можно научиться и у клиентов, особенно у малолетних преступников, которым назначили сеансы психотерапии.

Она шагнула в комнату и включила фонарик на смартфоне. Бритт осторожно прокралась вдоль стены к письменному столу. Она дернула верхний ящик – и прикусила губу, запертые ящики ей не открыть, тем более так, чтобы не оставить после себя следов. Отбросив длинные волосы за спину, Бритт склонилась над столешницей, полистала бумаги – счета, заказы. Компьютера в кабинете не оказалось. Скорее всего, Сергей забрал его с собой.

Она огляделась, и ее взгляд упал на шкафчик для документов. Подойдя к нему, она подергала дверцу. Заперто!

Скрипнула дверь черного хода, и кровь застыла в жилах у Бритт. Неужели Джером что-нибудь забыл? Девушка спешно придумывала, что сказать, если он сюда войдет. Например: ей негде жить, и она решила, что можно здесь переночевать.

В коридоре послышался шорох, потом тихий щелчок… Бритт выключила фонарик на телефоне и нырнула за стол Сергея. Зачем она оставила дверь приоткрытой? Бритт зажмурилась.

Тихие шаги приближались к кабинету, и она сжалась в комок, подтянув колени к груди, старалась дышать совершенно бесшумно. Ноздри уловили аромат дорогой кожи и легкий запах машинного масла. Прежде чем она успела до конца понять, что означают эти запахи, стул, который она пыталась откатить от стола, медленно отъехал назад. Нет, нельзя, чтобы ее вытащили из-под стола, как какую-нибудь воровку. Она поспешно выбралась из-под стола и выпрямилась. И ахнула – перед ней стоял одиночка из клуба… и у него был пистолет.

Глава 2

Меньше всего Алексей ожидал, что под столом у Сергея прячется хорошенькая блондинка, работающая официанткой. От изумления она приоткрыла рот, большие глаза округлились.

Алексей опомнился первым и сразу же перешел в наступление.

– Что вы здесь делаете? – спросил он, убирая пистолет за пояс.

– Я… я… – Она провела рукой по светлым воло сам, но почти сразу прищурилась с подозрением. – Вообще-то я здесь работаю! А вот вы что здесь делаете?!

Тяжело вздохнув, он проворчал:

– С чего вы взяли, что я здесь не работаю?

– Я просто… Дело в том, что мне негде жить, вот я и решила пару дней переночевать в баре.

Снова скрипнула дверь черного хода. Алексей быстро закрыл дверь кабинета.

– Она не запирается! – шепотом предупредила официантка.

Алексей приложил палец к губам. Шагнул к ней, положил руки ей на плечи и нажал, беззвучно приказывая снова лезть под стол.

Девушка послушно вернулась в свое укрытие.

Алексей достал оружие, прижался к стене и стал ждать.

В коридоре послышались шаги, чуть позже заскрипели деревянные половицы возле бара. В коридоре что-то звякнуло, через несколько минут кто-то снова протопал по дереву, приглушенно прошуршал по ковролину. Потом шаги приблизились к кабинету.

Алексей не сводил взгляда с дверной ручки. В руке он сжимал пистолет, но неизвестный прошел мимо. Открылась и закрылась дверь черного хода.

Бритт под столом судорожно вздохнула.

– Теперь можно вылезать? – шепотом спросила она.

– Пока да.

Она выбралась из-под стола и отряхнула короткую черную юбку. Алексей с трудом отвел взгляд от ее стройных бедер. Она подбоченилась и сказала:

– Ты здесь не работаешь!

– Может, и нет, но Сергей не обрадуется, если узнает, что ты рылась в его кабинете.

– А ты не сможешь ничего ему сказать, ведь ты тоже вломился в клуб. – Она вызывающе скрестила руки на груди, глядя на него в упор.

– Ему может позвонить неизвестный.

Бритт запрокинула голову, откинув пышные волосы за плечо.

– Я тебя не выдам, если ты не выдашь меня. Мне все равно, зачем ты сегодня сюда влез. Но если ты решил ограбить клуб, я не хочу, чтобы подозрения пали на меня.

– Оказывается, между нами большая разница. – Он состроил удивленную мину. – Мне-то не все равно, зачем ты оказалась здесь после смены! Только не рассказывай, что тебе негде ночевать. Для этого вовсе не обязательно вламываться в кабинет Сергея.

– Я… подумала, что у него здесь, может быть, есть диван.

– Не трудись. Надеюсь, ты понимаешь, что нас с тобой сейчас снимает камера?

– Где? – Бритт принялась оглядывать помещение. – Как?

– Не знаю точно, где установлены все камеры, но одну Сергей установил вон в том углу. – Он показал на камеру над высоким стеллажом. – Скорее всего, такая же камера есть и над дверью черного хода.

– Значит, мы оба в беде! Как только Сергей посмотрит запись… Я не могу, не могу лишиться этой работы!

– Я не хочу, чтобы кого-то из нас поймали. – Алексей достал из кармана телефон и вошел в систему видеонаблюдения клуба: ее взломал для него приятель из ЦРУ. Несколько раз постучав по экрану, он стал просматривать сегодняшнюю запись.

Он остановил запись на том месте, где дверь черного хода отпирал ключом афроамериканец.

– Вот тот тип, который только что здесь был. – Он протянул Бритт телефон. – Узнаёшь его?

Она кивнула:

– Это Джером Картер, один из барменов. Но как ты…

– Не важно, – Алексей провел по экрану пальцем, – возникла запись с другой камеры: Джером за стойкой. – Как по-твоему, чем он там занимается?

– Что-то делает за стойкой.

– По-твоему, он что-то ворует? – Алексей ткнул пальцем в экран. – Такое впечатление, будто он что-то засовывает в карман, но, может быть, это его телефон.

– Если у Джерома есть ключи от бара… и кабинета Сергея, я уверена, что он знает и о камерах наблюдения. Только у него наверняка нет возможности взломать систему видеонаблюдения, как…

– Ты права. Может быть, он просто что-то забыл на работе. Какие у Джерома отношения с Сергеем?

– Ты меня спрашиваешь? – возмущенно пискнула девушка, тыча себя пальцем в грудь. – Сегодня я работаю здесь первый день, вернее, ночь!

– Ладно, что бы Джером тут ни делал, ему крупно повезло. Сергей об этом не узнает, я стираю запись!

– Разве у Сергея не появятся подозрения из-за того, что за ночь нет никаких записей?

– Записи-то будут. – Алексей постучал по экрану телефона. – Просто не будет ничего необычного в те часы, когда в клубе никого нет.

– Ух ты! – Бритт прижала к груди сумочку. – Значит, мне тоже крупно повезло, что я наткнулась на тебя. Спасибо!

Она шагнула к двери, но Алексей положил руку ей на плечо.

– Не торопись. Поскольку я прикрыл твою… твой тыл, в обмен мне от тебя тоже кое-что нужно.

Она порозовела, глядя на его пальцы, сжавшие ей предплечье. Он выпустил ее и откашлялся.

– Хочу знать, что ты здесь делаешь. Тебе уже известно, что я не настучу на тебя ни Сергею… ни полиции.

– Полиции? – Она прижала руку к горлу. – Я не воровать сюда пришла!

– Верю.

– Зачем мне что-то тебе говорить?

– Затем, что все козыри у меня на руках.

Она нахмурилась.

– Здесь опасно оставаться!

– Согласен. Мы в Голливуде. На соседнем перекрестке есть круглосуточная закусочная. Давай поговорим там.

Сделав шаг назад, она схватилась за ручку двери.

– Я никуда с тобой не пойду. А может, ты убийца-психопат или… маньяк?

– Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже была мертва. – Алексей дотронулся до пистолета на поя се. – И зачем мне тебя убивать? Насколько я могу судить, мы с тобой на одной стороне.

– Стороне? – Она покосилась на пистолет и посмотрела ему в лицо. – Здесь есть разные стороны?

– Если боишься, езжай туда на своей машине, встретимся там. Знаешь закусочную, о которой я говорю?

– В полуквартале отсюда по этой стороне.

Бритт достала из сумки брелок и выковыряла из замка ключом что-то вроде замазки.

Он удивленно поднял брови.

– Значит, вот как ты сюда попала?

– Да.

Когда она протискивалась мимо него в дверях, он почувствовал легкий аромат ее духов. Вдруг она обернулась.

– Что помешает мне поехать прямо домой?

– То, что я могу позвонить Сергею и попросить получше присматривать за новой официанткой! – Ее зеленые глаза потемнели. – И твое любопытство.

Она снова порозовела.

– Тут ты ошибаешься. Мне совсем не интересно, что ты здесь делал. Я просто хотела найти место, где можно переночевать.

– В самом деле? Ты только что спросила, что помешает тебе поехать прямо домой. – Он дотронулся указательным пальцем до кончика ее вздернутого носа. – Если хочешь заниматься шпионажем, тебе придется научиться лучше врать. – И добавил по-русски: – Мое солнышко!

Через пятнадцать минут Алексей толкнул стеклянную дверь закусочной. Два типа за стойкой покосились на него и вернулись к своей еде. Только блондинка, сидевшая за столиком, внимательно следила за ним. Если она активно работает против Сергея, она ему уже нравится. А еще ему нравится, как мерцают и меняют цвет ее глаза от волнения или испуга. Он сел на виниловый диванчик напротив и протянул руку:

– Я Алексей Иванов.

Расширив глаза, она раскрыла рот:

– Ты русский?!

– Родился и вырос в Америке. Но мои родители из России.

– Ты поэтому рыщешь вокруг клуба?

– И да и нет.

– Ты из КГБ? – Она прикрыла рот рукой. – Сергей что, преступник?

– КГБ больше не существует.

Рядом с их столиком остановилась официантка с кофейником в руках и выжидательно смотрела.

– Что вам принести?

Алексей мотнул головой в сторону своей спутницы.

– М-м-м… – Блондинка провела пальцем по меню завтраков. – Яичница-болтунья из двух яиц с беконом, тост из белого хлеба… и кофе, пожалуйста.

Алексей заказал французский тост. После того как официантка отошла, он спросил:

– Как тебя зовут и что ты делала в клубе после окончания твоей смены?

Она пытливо взглянула ему в лицо.

– Меня зовут Бритт Дженсен, но в клубе меня знают как Барби Джонс.

– И что?

Официантка отошла от их столика.

– Я кое-кого ищу…

– В клубе?

– Д-да… то есть нет. – Она взяла чашку дрожащей рукой и шумно отхлебнула кофе. – Я ищу одну девушку… Раньше она работала в клубе, а теперь ее нет.

– Не понимаю.

– Я ищу девушку, которая… – Бритт подалась вперед и прошептала: – Пропала!

– Ты ищешь девушку, которая работала в «Ябеде», и думаешь, что клуб имеет какое-то отношение к ее исчезновению?

– Да… Дело в том, что Сергей сказал полицейским, что моя… что та девушка сама сбежала с каким-то парнем… уехала из Лос-Анджелеса.

– А может, так оно и есть? Надеюсь, та, кого ты ищешь, совершеннолетняя? Взрослые люди иногда бросают работу и уезжают, не сообщив друзьям.

Бритт хлопнула ладонью по столу.

– Она не просто подруга, а моя сестра! И она не могла уехать неизвестно куда, не предупредив меня. Я попыталась внушить это полиции, но они заявили, что ничего подозрительного не обнаружили!

Алексей взял ложку и принялся чертить невидимые узоры на пластиковой столешнице. Он не сомневался, что женщины, которые работали на Сергея, время от времени исчезали, но, как правило, не американки, у которых есть родственники, способные поднять тревогу.

– Когда ты поняла, что твоя сестра пропала, ты связалась с полицией Лос-Анджелеса?

Бритт кивнула, и в ее зеленых глазах заблестели слезы.

– Что тебе там сказали?

– Сначала сказали, что надо подождать, потому что моя сестра совершеннолетняя. Они осмотрели ее квартиру вместе с представителями социальной службы. Она оставила там кое-какие личные вещи, но забрала всю одежду. И машина ее исчезла. Потом они побеседовали с Сергеем, и он сообщил, что как-то после смены Лианна сказала, что с нее хватит и она уезжает из города с приятелем. Вскоре копы заявили, что нет причин вести следствие дальше.

– Но ты решила все выяснить. Неужели дело только в том, что она не сообщила тебе о своем отъезде? Вы с сестрой дружите?

– Мы… – Бритт провела рукой по волосам. – Мы не очень дружили. Стали общаться лишь недавно.

– Значит, она вполне могла уехать не сообщив тебе.

– Французский тост и яичница. – Официантка поставила перед ними тарелки.

Подождав, пока она отойдет, Бритт продолжила:

– Да, могла, но я этому не верю. В последнем голосовом сообщении она пожаловалась, что у нее неприятности.

– А на это полицейские что сказали?

Бритт пожала плечами и ткнула вилкой в яичницу.

– У сестры имелись финансовые проблемы – неоплаченные счета, просроченная арендная плата. Именно так они истолковали ее слова о неприятностях.

Алексей развел руками.

– Тебе придется признать, что полицейские действовали вполне логично.

– Понимаю, и все-таки…

– Что?

Бритт похлопала себя по груди рядом с сердцем.

– Я вот здесь чувствую, что нужна сестре. Просто чувствую.

Алексей вздохнул и занялся французским тостом. Сестра Бритт наделала долгов и сбежала. Сергей, разумеется, подонок, но, возможно, он не связан с исчезновением девушки.

– И что ты надеялась найти в кабинете у Сергея? Зачем забралась туда?

– Сама не знаю. Личные дела… может, имя сестры где-то фигурирует.

– Ты играешь в опасную игру. Сергея лучше не злить.

– Знаю. Я довольно хорошо умею распознавать людей. – Она откинулась на спинку дивана и доела бекон. – Значит, ты не считаешь, что он как-то связан с моей сестрой или с ее исчезновением.

– Понимаю твое беспокойство, но полиция имела все основания отказать в возбуждении дела.

– Теперь твоя очередь, Алексей Иванов!

– Моя очередь?

– Зачем ты вломился в клуб, каким образом стер запись и откуда знаешь Сергея?

– Я веду… своего рода… расследование.

Сообразив, что у Бритт нет улик против Сергея, он успел пожалеть, что пригласил ее в свой мир.

– Расследование?! Ты поэтому защищаешь копов? Ты тоже коп?

– Что-то вроде.

– Я, можно сказать, раскрыла перед тобой душу, а ты темнишь!

– Просто стараюсь тебя оградить. – Он взял ее руку в свою и нащупал бешено бьющийся пульс. – Советую тебе поскорее уйти из этого клуба и вернуться домой. Подожди, скоро сестра тебе позвонит. Наверное, свяжется с тобой, когда попадет в неприятности или ей понадобятся деньги.

Бритт выдернула руку; ее нижняя губа задрожала.

– Прости, я придурок.

– По-твоему, все так просто… – Она положила сумку на колени, порылась в ней. – Кстати, я нашла кое-что. Ты умеешь читать по-русски?

– Да.

– Что ж, помоги мне хотя бы с этим! – Она придвинула к нему фирменную салфетку клуба «Ябеда». – Вот что я нашла в счетах сестры. Она не говорила, что начала учить русский после того, как устроилась в клуб!

Он взял у нее скомканную салфетку, развернул, а прочитав, смял в кулаке.

– Что? Что там написано?

– Ты была права, Бритт. У твоей сестры действительно крупные неприятности… если она еще жива.

Глава 3

Холодок пробежал у нее по спине, руки покрылись гусиной кожей. Она с ужасом смотрела на Алексея. Тот выглядел невозмутимым, только синие глаза стали почти черными.

– Что там написано? – хрипло, с трудом выговорила она, откашлялась и спросила: – Кто написал записку?

– Какая-то женщина по имени Татьяна. Ее… изнасиловали и превратили в секс-рабыню.

– В секс-рабыню?! Она называет имя насильника?

Алексей бросил мятую салфетку на стол.

– Никаких имен она не называет. Но, по-моему, ясно, кто занимается торговлей живым товаром…

Бритт снова разгладила салфетку и прочла черно-красные буквы в углу:

– Клуб «Ябеда»? Сергей?

– Думаю, да.

– Почему моя сестра могла оказаться в опасности? Д-думаешь, они и с ней… пытались так поступить?

– Думаю, им хватит ума не пытаться продать в рабство американку, у которой есть родственники. Но, возможно, твоя сестра знакома с Татьяной. Татьяна обратилась к ней за помощью. Лианна могла очутиться в опасности только из-за того, например, что Сергею стало известно о записке.

Бритт прикусила губу. У них с Лианной не осталось близких родственников, а до последнего времени они общались не слишком тесно… Откровенно говоря, Бритт не очень-то стремилась дружить с сестрой.

– Не понимаю… – Незнакомые буквы начали расплываться: глаза Бритт наполнились слезами. – Я добровольно устроилась на работу в клуб… У меня на глазах туда зашла группа девушек; среди них были и официантки, и танцовщицы. Никто их не погонял, ни к чему не принуждал…

Алексей провел пальцем по салфетке.

– Может быть, эта Татьяна работала в другом месте. У них не один клуб.

– У кого – у них?

– У родственников Сергея. Помимо «Ябеды», они владеют рестораном и банкетным залом в районе Ван-Найс. Там могут происходить и другие дела.

– Сегодня одна официантка упоминала о банкетном зале…

Алексей сжал челюсти; он до того разозлился, что Бритт показалось, из его ушей вот-вот пойдет дым. Он заранее навел справки. Он знает владельцев клуба! Может быть, он поможет ей найти Лианну!

– Ты поэтому пришел в клуб? Расследуешь торговлю людьми?

– Нет.

– Но теперь, когда тебе известно о… – Бритт ткнула в салфетку, – ты можешь предъявить им обвинения. Можешь рассказать полиции о моей сестре.

– Теперь, когда мне стало известно о… скажем, еще одной стороне их деятельности, я могу воспользоваться тем, что знаю, в своих целях. Подключать полицию на данном этапе нецелесообразно. Полиция лишь спугнет Сергея и его родственников и вынудит их уйти глубже в подполье. Мы ведь даже не знаем, кто такая Татьяна и где она сейчас.

Глубоко вздохнув, Бритт сложила руки на столешнице.

– Если ты поможешь мне найти сестру… предупреждаю, я не верю, что она умерла! Так вот, если ты поможешь мне, я помогу тебе.

– Ты поможешь мне? Интересно, чем? – Он удивленно поднял брови.

– Я работаю в клубе и собираюсь там остаться. Постараюсь выяснить, кто такая Татьяна. Я передам тебе все, что мне удастся узнать, а ты, используя свои возможности, поможешь мне разыскать Лианну!

Сцепив длинные пальцы, он заметил:

– Ты подвергаешь себя опасности, работая в «Ябеде». Откуда ты знаешь – может быть, Сергей и Ирина уже установили, кто ты такая на самом деле?

– А тебе действительно кое-что о них известно… Откуда ты знаешь Ирину?

Он только отмахнулся:

– Бритт, ответь на мой вопрос!

Алексей говорил без акцента, но ее имя произносил с долгим «и»: «Бриит». Ей это нравилось. Ей все в нем нравилось.

– Во-первых, Ирина не знает, что я – Бритт Дженсен. Повторяю, для них я – Барби Джонс из Нью-Йорка, симпатичная и никому не известная.

– А если они уже навели справки о Лианне Дженсен, известно ли им, что у нее есть сестра Бритт, которая очень похожа на их новую официантку Барби?

– Лианну все знали как Ли, и потом, у нас с ней разные фамилии. Она Лианна Ло.

– Она китаянка?

– Наполовину. После того как мои родители развелись, мама… как бы это выразиться… пошла вразнос. Скажем так: она поняла, что отцом Лианны был некий мистер Ло, только из-за черт ее лица. – Бритт щелкнула пальцами. – Но это совсем другая история.

– Значит, вы с ней не очень похожи?

– Для обычного человека – нет. Поверь мне, Ирина не заметила сходства между мною и Ли-Ло.

На этот раз губы Алексея дернулись.

– Твоя сестра поэтому назвалась Ли?

– Да. – Бритт постучала по телефону и полистала несколько снимков. – У Лианны своеобразное чувство юмора, она склонна к богемному образу жизни.

Она развернула телефон, чтобы Алексей мог посмотреть фото.

– Вот моя сестра Ли-Ло.

– Да, трудно догадаться, что вы с ней сестры – по крайней мере, судя по внешности. – Несколько секунд он рассматривал лицо Лианны, потом стал задумчиво рассматривать татуировки у нее на плече. Вдруг он стукнул ладонью по столу рядом с телефоном. – Удали все фото сестры из телефона.

Бритт ахнула, схватила телефон и прижала его к груди.

– Не могу! У меня так мало ее фотографий!

– Загрузи их на свой компьютер, а отсюда удали. Если кто-нибудь в клубе найдет твой телефон или случайно заглянет… или если даже ты покажешь другим еще какие-нибудь снимки и они увидят портреты Ли, на твоей легенде можно будет поставить крест.

– На моей… легенде?! – Она схватила его за руку. – Значит, ты согласен на мое предложение?

Он пожал плечами:

– Насколько я понимаю, ты не уйдешь из клуба, если я тебя попрошу, так что уж лучше попробовать договориться с тобой. Но ты не должна подвергать себя лишней опасности – хватит разнюхивать! Так или иначе, ты попадешься. У Сергея всюду камеры. И ни в коем случае никого не спрашивай ни о Татьяне, ни о Ли, просто внимательно смотри и слушай. Будь начеку!

Она крепко сжала его руку.

– Идет, договорились. А ты поможешь мне найти сестру?

– Да, и начать собираюсь с того, что осмотрю ее вещи. Они у тебя или по-прежнему в ее квартире? – Тыльной стороной ладони он вытер лоб. – Только не говори, что ты поселилась у нее на квартире!

– Я не такая дура. Да, я заплатила за нее просроченную арендную плату и еще за несколько месяцев вперед… на всякий случай, если она вернется, а себе сняла небольшую студию в Западном Голливуде. Я ничего не тронула в квартире Лианны, если не считать этого. – Двумя пальцами она взяла салфетку из «Ябеды» и сунула в сумочку. – Повторяю, она была среди ее счетов, которые я взяла с собой.

– Ты больше не возвращалась к ней в квартиру?

– Нет.

– Что-нибудь еще? – вернулась официантка с кофейником; она принесла и счет.

Алексей посмотрел на Бритт; та покачала головой.

– Спасибо, ничего не надо.

Повесив сумочку на плечо, Бритт смотрела, как Алексей отсчитывает купюры из той же толстой пачки, которую он доставал, чтобы дать чаевые стриптизерше.

Алексей подтвердил ее худшие опасения, связанные с сестрой, теперь на стороне Бритт появился таинственный русский американец, обладающий обширными познаниями и обширными ресурсами.

– Пойдем, мое солнышко!

Вот уже второй раз он так назвал ее. Бритт понятия не имела, что значат эти слова, и не хотела знать, но Алексей Иванов может называть ее как угодно, лишь бы помог ей.

Бритт медленно ехала по убогому кварталу, в котором жила сестра, выискивая место для парковки и поглядывая в зеркало заднего вида. Ни у кого из клуба «Ябеда» нет оснований за ней следить, но искушать судьбу ни к чему. Она объехала вокруг квартала и остановилась не перед домом сестры, а перед соседним, таким же обветшалым.

Выйдя из машины, она огляделась. Присмотрелась к пожилой паре, с собакой, и молодому латиноамериканцу, стоящему на тротуаре рядом с машиной, из которой гремела музыка.

Ежась от холода – с океана дул резкий ветер, несмотря на конец июня, а небо было закрыто облаками, – Бритт зашагала по тротуару. Повернув за угол, направилась к розовому оштукатуренному дому, в котором жила Лианна. Взбежала по лестнице на второй этаж. В коридор выходили шесть дверей, квартира Лианны располагалась посередине. Бритт отперла сначала один замок, потом второй, услышала шорох за спиной, и сердце у нее екнуло. Круто развернувшись, она уткнулась лицом в широкую грудь Алексея.

– Скорее, пока нас не видят! – Он распахнул дверь и втолкнул ее в квартиру.

Бритт заперла за ними дверь, а ключ спрятала в карман.

– Здесь все как было? – Алексей обошел небольшую гостиную.

– Да. – Бритт осмотрела скудную мебель, задержавшись взглядом на нескольких картинах маслом, прислоненных к стене. Одна картина стояла на мольберте у окна.

– Твоя сестра… художница? – спросил Алексей.

– Да, и я не сомневаюсь, что она не бросила бы просто так свои работы.

– Ее картины что-нибудь стоят? – Алексей наклонил голову набок, словно пытался понять, что означает хаос на холсте.

– Возможно. Она уверяла, что продала несколько картин на уличной ярмарке.

– Где лежали счета и салфетка с запиской?

Бритт подошла к кухонному уголку и постучала по столешнице, служившей также столом.

– Вот здесь. Здесь лежало три конверта со счетами, салфетку засунули в один из них.

Он выдвигал ящики, открывал шкафчики.

– Судя по всему, она забрала с собой почти всю кухонную утварь и посуду.

Бритт фыркнула:

– То же самое и копы сказали! Напрасно я убеждала их, что, если у Лианны и была кухонная утварь и посуда, то совсем немного.

– Может быть, она знала, что ей грозит опасность, и съехала сама?

– Только на это я и надеюсь с тех пор, как ты перевел записку… Но почему она не связалась со мной?

– Может, боится? Не хочет впутывать тебя?

– Да, это похоже на Лианну, но я взяла с нее слово, что она позвонит мне, если ей что-нибудь понадобится.

Скрестив руки на груди, Алексей прислонился к столешнице.

– Почему вы с ней не дружили? Потому что вы – только сродные сестры?

– Мы не росли вместе. – Бритт водила пальцем по узорам на столешнице. – Из-за наркозависимости нашу мать лишили родительских прав, когда мы были маленькими. Меня взяли к себе родственники отца, Лианну брать они не захотели. Сестру отправили в приемную семью.

– А что твой отец?

Бритт пожала плечами, надеясь, что он все поймет, хотя и понимать было нечего.

– Хочешь осмотреть остальную квартиру?

Он вернулся в гостиную. Снял подушки с дивана и показал ей монету в двадцать пять центов.

– Смотри, она возмещает то, что ты заплатила по ее счетам! – Он бросил монету ей, и Бритт поймала четвертак одной рукой.

– Сестре ничего не нужно мне возмещать. Я просто хочу, чтобы она вернулась.

Он продолжал осматривать вещи Лианны в гостиной. Задержался перед картинами.

– Не так плохо! Какая экспрессия… Они передают сильные чувства – гнев, ужас, безнадежность.

– Ты способен так много разглядеть в мазках темной краски?

– Должно быть, все дело в моих русских корнях. – Его губы изогнулись в улыбке. – Что еще ты можешь рассказать об этой комнате? После прошлого раза, когда ты здесь была, ничего не пропало?

– Ничего такого я не заметила. По-твоему, ее квартиру обыскивали?

– Возможно, ее обыскали до тебя или до того, как здесь побывала полиция. Хорошо, что Лианна спрятала записку в счета. Наверное, она не сомневалась, что никто не захочет рыться в ее счетах.

– Никто, кроме меня… – Бритт хлопнула себя по лбу. – Лианна знала, что я заберу конверты со счетами и заплачу за нее, поэтому положила среди них записку, чтобы я точно нашла ее!

– Если люди Сергея не видели записку Татьяны, скорее всего, они вообще о ней не знают. Хотя можешь не сомневаться: они наверняка заметили, что Татьяна и Ли подружились.

Бритт сцепила руки.

– Господи! Надеюсь, Лианна самостоятельно выбралась отсюда, почувствовав опасность. Но почему она не позвонила мне?

– В полиции пробивали ее телефон?

– Он выключен. Сестра всегда покупала дешевые телефоны с предоплатной системой расчетов. Она каждый раз звонила мне с другого номера.

Алексей в последний раз осмотрел гостиную и направился к спальне. Заглянул в пустую ванную, где на крючке криво висело полотенце.

– Здесь что-нибудь есть?

– Нет, и копы за это уцепились.

Слегка подтолкнув его, она прошла в ванную и открыла шкафчик над раковиной.

– Все чисто. И в душе ничего. Хотя… похитителю ничего не стоило сложить все ее туалетные принадлежности в один пакет и вынести отсюда!

– В спальне то же самое? – Алексей ткнул пальцем через плечо в маленькую комнатку, развернулся и направился туда.

– Чемоданов нет. – Бритт вошла в спальню Лианны следом за ним. – Хотя, может быть, у Лианны вообще не было чемоданов.

Он распахнул покосившиеся дверцы стенного шкафа. На деревянной палке висело всего несколько платьев.

– Но ведь здесь не вся ее одежда? У большинства женщин в гардеробах гораздо больше всего.

Она стояла рядом с Алексеем, радуясь, когда он касался ее своим плечом, но его замечание вызвало у нее ужасную мысль. Что, если у него кто-то есть? Жена, подружка, у которой много вещей?

– Она… н-носила много разной одежды с довольно странными аксессуарами – шляпы, шали… – Бритт прищурилась и посмотрела на полку над вешалками. – Ничего этого я здесь не вижу.

Алексей сделал шаг назад, и она, чуть отстранившись от него, снова получила возможность связно мыслить. Она ведь даже не знает, кто такой Алексей Иванов и чем он занимается.

Присев на край кровати, Алексей открыл дверцу единственного ящика тумбочки. Полез внутрь и показал свою находку – несколько пакетиков презервативов.

– Неужели женщина уедет с приятелем, не захватив их с собой?

– Вот именно, – согласилась девушка и склонилась над его плечом, чтобы осмотреть ящик. Она тут же об этом пожалела. – А без этого? – Бритт ткнула пальцем в сексуальные игрушки, которыми была набита тумбочка. – Не уедет женщина с прия телем, не захватив таких игрушек с собой!

– Да, наверное. – Алексей сдвинул брови и склонил голову набок.

Бритт закрыла ящик коленом и обхватила себя руками.

– По-моему, пора забыть рассказ о бегстве с приятелем, хотя надеюсь, что из квартиры она вышла сама… Конечно, приходится снова задаться вопросом, почему она не связалась со мной. Ведь наверняка понимала, что я буду за нее волноваться.

– А раньше ее беспокоило то, что она заставляла тебя волноваться? – Алексей встал с кровати и сдернул покрывало.

– Не очень… Зачем ты это делаешь? Что ищешь?

– Пятна крови. – Он вернул покрывало на место.

Бритт ахнула и опустилась на край кровати.

– Если кто-то в самом деле похитил Лианну, ее схватили не здесь, а в другом месте. Когда управляющий домом впустил сюда полицию, здесь не было ничего необычного. Если бы было, полицейские отнеслись бы к моим словам серьезнее.

– А может, ее похитили отсюда, а потом прибрали. – Он тяжело положил руку ей на плечо. – Извини, что сказал про пятна крови. Иногда я забываю, что говорю с сестрой Лианны. Я не привык работать с… гражданскими.

– А с кем ты привык работать? – Бритт вскинула голову, и их взгляды встретились.

Вдруг оба застыли. Во входной двери щелкнул замок. Алексей сжал ее плечо и нагнулся к самому уху:

– В шкаф!

Она оцепенела; Алексею пришлось схватить ее за руку и стащить с кровати. Он втолкнул ее в стенной шкаф, втиснулся следом, захлопнул дверцы и достал из кармана куртки пистолет.

Алексей мягко подтолкнул ее к задней стенке, прикрыв ее платьями Лианны. Вдохнув запах духов сестры, Бритт едва не зарыдала. Должно быть, она пискнула, как перепуганный зверек, потому что Алексей приложил палец к губам. Потом присел в складках платьев Лианны и двумя пальцами осторожно расширил щель между створками шкафа.

Хлопнула входная дверь. Бритт вздрогнула и машинально прижалась к Алексею. Его тепло успокаивало. Кроме того, с такого ракурса она лучше видела спальню Лианны. Может, управляющий домом что-нибудь проверяет? Из коридорчика послышались тяжелые шаги, и в спальню вошел мужчина. Бритт вцепилась в рукав кожаной куртки Алексея. Она едва не вскрикнула, узнав Джерома. Тот рухнул на кровать и зарыдал.

– Ли, прости меня!

Бритт и Алексей сидели тихо, не шевелясь.

Джером накрыл лицо подушкой и обхватил ее руками. Его тело сотрясалось от рыданий. Потом, очевидно выплакавшись, он отшвырнул подушку и уставился в потолок.

Пролежав в раздумьях еще минут пять, Джером встал. Вытер лицо подолом футболки. Потом разгладил покрывало и взбил подушку перед тем, как положить ее на место, в изголовье кровати.

Огляделся, и Бритт невольно теснее прижалась к Алексею, когда взгляд Джерома упал на шкаф.

Алексей напряг мышцы. Если Джером подойдет к их укрытию, придется вырубить его до того, как он узнает его или Бритт.

Но Джером не подошел к шкафу, он вышел из спальни. Через минуту открылась и закрылась входная дверь; в замке щелкнул ключ.

Бритт по-прежнему не могла шелохнуться.

Алексей отодвинулся от нее.

– Он ушел!

Бритт безвольно прислонилась к стенке шкафа.

– Что это значит? По-твоему, Джером убил Лианну? И за это просит у нее прощения?

Распахнув дверцы стенного шкафа, Алексей глубоко вздохнул. В стенном шкафу было душно.

– Не знаю. – Он махнул рукой в сторону кровати. – Как, по-твоему, он не в первый раз сюда приходит?

– Да, наверное. Видимо, для него это что-то вроде ритуала. Он как будто удовлетворяет потребность искупить свою вину.

Алексей удивленно поднял брови.

– Мне показалось, что он плакал!

Бритт пожала плечами:

– В настоящей жизни я психолог, специалист по вопросам семьи, брака и отношений с детьми.

– Значит, у тебя сколько угодно времени для того, чтобы вести свое расследование. Где твой кабинет? Ты так и не сказала, где живешь, хотя, насколько я понимаю, не в Лос-Анджелесе.

– Шарлотт, Северная Каролина – кстати, ты мне многого о себе не рассказал. – Бритт захлопнула дверцы шкафа.

Он отошел от нее, с трудом отогнав желание зарыться пальцами в мягкие пряди ее волос.

– По-твоему, вина, которую тут… искупал Джером, – результат убийства?

– Не знаю. Захочет ли убийца, чтобы кто-то увидел, как он катается по кровати жертвы, оставляя следы своей ДНК? И какой, кстати, у него мотив? Пару раз Лианна говорила, что бармен славный малый – и больше ничего.

– Может быть, другого мотива и не нужно.

Алексей перешел в гостиную и приподнял створку жалюзи, чтобы посмотреть на тротуар перед домом Лианны.

– Все чисто.

– Хочешь сказать, он надеялся, что они будут не просто друзьями, а чем-то большим, но Лианна хотела и дальше поддерживать платонические отношения?

– Такое бывает.

– Значит, исчезновение Лианны никак не связано с семьей Сергея, «Ябедой» и Татьяной?

– Ты как будто… разочарована.

– Разочарована, что мою сестру убил влюбленный бармен, а не русские торговцы живым товаром? Я хочу одного: вернуть ее живой и невредимой. Хочу знать, что она жива. – На последнем слове голос Бритт дрогнул, она закрыла лицо руками, и светлые волосы упали ей на запястья.

– Знаю, я иногда говорю глупости. Я бестактен. Настоящий русский – грубый и прямолинейный. – Алексей погладил ее по спине. – Что бы ни случилось с твоей сестрой, я помогу тебе это выяснить.

Она посмотрела на него сквозь раздвинутые пальцы.

– Даже если исчезновение моей сестры никак не связано с твоим расследованием?

– Даже тогда. Кстати, как фамилия Джерома? Можно сейчас же навести о нем справки.

– Картер. Джером Картер. – Она покрутила пальцем в воздухе. – Ты все о нем узнаешь из своего волшебного телефона? Он сразу же выдаст его имя, звание и серийный номер?

– Возможно. – Алексей обошел комнату. – Предлагаю выбираться отсюда, не дожидаясь новых незваных гостей. Мы все оставили в том же виде, как было до нас?

– Мы ничего не трогали, но не знаю, можно ли то же сказать о Джероме. Чем он занимался до того, как вошел в спальню? Я слышала какой-то шорох, как будто он перебирал бумаги.

– Бумаги… – Его взгляд упал на мольберт Лианны. Снизу на темном фоне что-то белело. – Похоже, он что-то сделал с картиной на мольберте.

Он подошел к окну и отогнул угол ватмана.

– Под этой картиной есть еще одна!

Он приподнял картину; Бритт подошла к нему и осторожно открепила верхнюю картину от мольберта. Под ней оказалась еще одна.

Поясной портрет обнаженной молодой женщины, которая стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на него темными непроницаемыми глазами. У Алексея дернулся глаз, а левая рука сжалась в кулак.

– Написано не в ее обычной манере! – заметила Бритт.

– Видишь? – Он провел пальцем по татуировке на внутренней стороне предплечья модели. – Змея, которая закручивается вокруг буквы «Б».

– Не сердечки и бабочки, как обычно…

– Такая татуировка мне хорошо знакома.

– Правда? И что она означает?

– Такая татуировка – знак криминальной семьи Белкиных, так сказать, клеймо, каким метят рабынь. Это Татьяна.

Глава 4

Схватившись рукой за горло, Бритт спросила:

– Клеймо? Они татуируют женщин, которые на них работают?!

– Бритт, возможно, раньше я выражался недостаточно ясно. Татьяна их секс-рабыня. Работает за жилье, еду и наркотики.

– А… другие девушки в «Ябеде»?

– Официанткам и танцовщицам платят, как тебе, но меня не удивит, если Сергей там же вербует рабынь.

Бритт вытащила кнопку из мольберта и дернула за угол портрета.

– Я заберу его с собой. Судя по всему, Татьяна и Лианна дружили. Возможно, Татьяна рассказала моей сестре о том, что… Белкины торгуют живым товаром.

– Тем самым она подвергла опасности жизнь Лианны. – Алексей считал, что ее сестра, возможно, уже мертва, но решил не делиться с Бритт своими соображениями. Но, может быть, Лианна успела ускользнуть раньше.

Опустившись на колени, Бритт свернула в трубку портрет Татьяны.

– Если даже люди Белкина обыскали квартиру Лианны и упаковали ее вещи, чтобы создать впечатление, будто она ушла отсюда добровольно, картину они не нашли, иначе не оставили бы ее здесь.

– Да, тем более что татуировка видна отчетливо. Значит, Джерому тоже кое-что известно. Он точно смотрел на эту картину до того, как отправился в спальню и разрыдался. – Алексей протянул руку, помогая Бритт встать.

– Спасибо! – Она сунула свернутую картину под мышку. – Сегодня вечером я хочу ближе познакомиться с Джеромом.

– Не уверен, что это хорошая идея. – Алексей почесал подбородок. – Мы ведь ничего о нем не знаем.

– Пока не знаем. Насколько я помню, ты собирался навести о нем справки по своим каналам?

– Да.

– И кстати, Алексей Иванов, раз уж речь зашла о наведении справок, мне хочется побольше узнать и о тебе. Догадываюсь, что ты не художник и не боксер…

– Но ты наверняка уже поняла, что мне можно доверять, иначе Сергей уволил бы тебя еще до начала смены.

– Да, я нисколько не сомневаюсь, что тебе можно доверять, но можешь ли ты доверять мне?

– Что это значит? – Он улыбнулся, заметив, как она воинственно задрала упрямый подбородок.

– Я тоже предложила тебе помощь, но я должна знать, кто ты такой и почему тебя так интересуют Белкины, если ты не расследуешь торговлю людьми. А если ты мне не скажешь… – Она достала ключи Лианны из кармана джинсов и тряхнула связкой перед его лицом. – Я пожалуюсь Сергею на подозрительного типа, который приходит в клуб в одиночку и даже не смотрит на танцовщиц.

Алексей изобразил удивление; несмотря на досаду, ему стало весело.

– Ты, наверное, шутишь!

– Нет, не шучу. Ты знаешь обо мне все или почти все! Тебе известно, почему я сюда приехала и чем занимаюсь, а сам только отпускаешь туманные намеки. Если нам с тобой предстоит работать вместе, я не хочу оставаться в неведении.

– Надеюсь, ты понимаешь: если ты хотя бы заикнешься обо мне Сергею, мне тоже придется выдать тебя?

Она фыркнула.

– Нет, ты не станешь подвергать меня опасности.

Алексей внимательно посмотрел ей в лицо.

– По-моему, ты вполне в себе уверена!

– Конечно. Я каждый день работаю с людьми, которые рассказывают о своих самых потаенных, самых темных чувствах. И все, что мне рассказывают, не выходит за пределы моего кабинета.

– А если я скажу, что, выдав меня Сергею, ты заденешь вопросы национальной безопасности?

– Лучше говори.

Бритт сидела за обеденным столом напротив Алексея; она разломила булочку пополам и обмакнула половинку в мисочку с оливковым маслом.

Конечно, она не выдаст его Сергею. Скорее всего, он так и думал – во всяком случае, она на это надеялась. Если Алексей решит поделиться с ней своими секретами, то только потому, что сам этого захочет. Бритт прекрасно понимала: такой, как он, не позволит собой манипулировать. Она решила начать с простого.

– Почему ты выбрал для ужина именно это место? – спросила она, затаив дыхание.

– Лонг-Бич достаточно далеко от Голливуда; меньше вероятности, что мы наткнемся на кого-то из твоих сослуживцев. С другой стороны, мы достаточно близко для того, чтобы ты вовремя успела на работу. Кроме того, я слышал, что здесь неплохая итальянская кухня.

– Сегодня ты, похоже, в разговорчивом настроении! Буду ковать железо, пока горячо. Алексей Иванов – твое настоящее имя?

– Да, каюсь! – Он поднял руки вверх.

– Где ты работаешь? В ФБР, ЦРУ, Управлении по борьбе с наркотиками? – Она барабанила пальцем по столу. – Других ведомств не знаю.

– Нигде из вышеперечисленного. Я снайпер в подразделении специального назначения ВМС США.

Бритт захлопала ресницами.

– «Морской котик»! Вот уж чего я совсем не ожидала!

– Если тебе от этого будет легче, здесь я работаю под эгидой всех названных тобой ведомств, и не только. Мое задание имеет отношение к контртеррористической спецоперации.

– Значит, Белкины – террористы?

– Не совсем. У нас есть основания полагать, что они сотрудничают с террористами, причем уже не в первый раз.

– Они сотрудничают с террористами и торгуют людьми. Что-нибудь еще?

– Белкины – настоящий мафиозный клан. В России мафиози и террористы – естественные враги. В России подавляющее большинство криминальных авторитетов русские, а подавляющее большинство террористов – чеченцы. Там они не испытывают друг к другу теплых чувств. Но здесь… – Он развел руками.

– Сойдет все, лишь бы была прибыль?

– Вот именно. – Он постучал себя пальцем по виску. – Ты умная женщина, Бритт. Смотри, как бы ум не довел тебя до беды.

– За меня не волнуйся. Как ты надеешься доказать связь между Белкиными и террористами?

– Мы должны поймать их на месте преступления – зафиксировать встречи, платежи, обмен товаром. Если Белкины незаконно ввозят женщин в США для работы в своих клубах, а потом продают их в рабство, возможно, они также помогают террористам ввозить в страну их людей. Если Белкины торгуют оружием, возможно, они поставляют оружие террористам. Пока у нас есть только подозрения и никаких улик.

Официант принес им лазанью.

– Что-нибудь еще?

Оба отказались. Официант ушел.

– Мне почему-то кажется, что ты не попросишь о помощи ни ДПЛА, ни управление шерифа… не попросишь, чтобы они провели рейд по ночным клубам.

– На поверхности у них все легально. Танцовщицы в стриптиз-клубах просто исполняют танцы топлесс, в этом ничего противозаконного нет. Если кто-то платит их работницам за секс, полицейские могут арестовать их за сводничество. Конечно, Сергей, точнее, его отец, не дурак и ничего подобного не допустит. Девушки, которых они ввозят из России, чаще всего боятся жаловаться, а может, сидят на игле. Во многих случаях опасность грозит и их близким в России.

– Если Татьяна рассказала Лианне, что происходит на самом деле, значит, она по-настоящему доверяла моей сестре.

– И подставила ее!

– Возможно, Лианна сама поощряла Татьяну к откровенности, не догадываясь, насколько все серьезно и чем ей это грозит! – возразила Бритт.

Алексей ткнул вилкой в тарелку:

– Ты есть будешь?

– Я наелась хлебом. – Бритт подалась вперед. – Скажи, тебе поможет, если в клубе я найду доказательства того, что они торгуют людьми?

– В клубе ты не найдешь никаких доказательств. Даже не пытайся. Но если сумеешь выяснить, кто такая Татьяна и где она сейчас, мне это пригодится. – Алексей взял Бритт за руку и легонько сжал. – Главное, действуй осторожно, тактично.

– Я психотерапевт. Тактичность – мое второе имя.

Он выпустил ее руку:

– Сегодня я тоже пойду в клуб.

– По-твоему, это хорошая идея? – Бритт ковырнула сырный соус, надеясь, что в ней говорит не ревность. – Одиночка в таком клубе… две ночи подряд?

– Пора завязывать знакомства! – Алексей с жадностью поглощал лазанью. – Только не говори, будто у вас нет одиноких мужчин-клиентов. Поход в стриптиз-клуб – не совсем светское мероприятие для большинства законопослушных граждан.

– Да, ты прав… И у меня есть несколько клиентов, которые называют себя завсегдатаями стрип-клубов и борделей. – «Но ни один из них не выглядит, как ты!»

– На стриптиз ходят те, кто приехал в командировку… Разведенные… Всякие бывают, не сомневаюсь.

Она невольно посмотрела на средний палец его левой руки. Кольца нет, и светлой полоски тоже.

– Тебя так тоже можно назвать?

– Приехавшим в командировку?

– Тем, кто недавно развелся.

– Я ни разу не был женат…

Она постаралась не выдать свою радость улыбкой. Но его следующие слова ее огорчили:

– Я никогда не хотел жениться – при моей-то работе.

– Но ведь многие военные женаты, даже «морские котики». Я точно знаю, потому что работала волонтером с людьми, страдающими от ПТСР.

– Ты молодец. – Он немного расслабился, в синих глазах заплясали веселые искорки. – Есть у меня один сослуживец… даже друг. Его зовут Мигель. Ему туго пришлось, когда враги захватили его в плен. Много лет он преодолевает последствия…

– Он женат?

– Да, недавно женился. Есть сын.

– И все же я от своих слов не отказываюсь.

– От чего тебе отказываться? Я тоже знаю, что многие военные женаты, но семейная жизнь не для меня.

От этих слов у нее совершенно пропал аппетит.

– Давай-ка поедем назад. Не хочу опаздывать на смену.

Через десять минут Бритт вышла из ресторана и подставила лицо соленому ветру с Тихого океана.

Они с Алексеем снова приехали по отдельности.

Он сел на свой мотоцикл, поправил шлем, поднял руку в знак прощания и с ревом умчался с парковки. Проводив взглядом задний фонарь его байка, который скрылся в тумане, Бритт направилась к своей машине.

Не ее дело, подходит Алексей Иванов для семейной жизни или нет. Она еще не встречала мужчины, который хотел бы с ней остаться. Почему с Алексеем все должно быть по-другому?

Бритт улыбнулась Джерому и ненадолго отвернулась, чтобы он не заметил жалость в ее взгляде. Она не считала, что Джером имеет какое-то отношение к исчезновению Лианны. Очевидно, Алексей тоже в это не верил. За ужином он сообщил, что Джером – бывший военный. Он вышел в отставку по возрасту и никогда не имел неприятностей с законом. У них нет причин его подозревать… И все же Бритт хотелось выяснить, что означает сцена в квартире Лианны.

Джером протирал стойку тряпкой, наверное, в десятый раз, пока она стояла рядом.

– Ты сегодня видела Сергея?

– Нет. А что?

Джером пожал плечами:

– Да ничего. Хотел уточнить с ним кое-какие заказы.

– Наверное, он потом придет, – беззаботно заметила Бритт. – Он обычно приходит позже, ведь так?

– В зал – да, но, как правило, он у себя в кабинете еще до открытия. – В последний раз протирая стойку, Джером задел вазу с засахаренными фруктами. Вишенки выпали из вазы и покатились по стойке.

Взяв две вишни за стебельки, Бритт поднесла их к губам.

– Теперь их все равно нельзя класть в бокалы, верно?

– Угощайся.

Она откусила ягоды со стебельков и, отойдя от стойки, продолжила накрывать столики.

Джером нервничает… Лучше ему успокоиться до разговора с Сергеем, чтобы не возбуждать его подозрений. Бритт не могла сказать Джерому о том, что запись, на которой видно, как он возвращается в клуб ночью, стерта. К сожалению, она не в состоянии успокоить Джерома, не выдав Алексея.

Джесси снова пришла первой; она помогла Бритт накрывать.

Передавая Джесси свечу, Бритт спросила:

– Ну как, набралась храбрости попросить Сергея о пробах?

– Да, еще вчера – мне показалось, что он в хорошем настроении.

– И что?

– Сегодня после закрытия буду трясти перед ним своими прелестями.

Бритт тронула Джесси за плечо.

– Будь осторожна!

– Да неужели? – фыркнула Джесси. – С таким, как Сергей, я справлюсь! И потом, Ирина тоже будет на пробах.

– Вот и хорошо. – Хотя Бритт не доверяла и Ирине, она сжала Джесси руку. Может, Ирина тоже входит в криминальный клан Белкиных? Она забыла спросить у Алексея.

– Кстати, а как звали танцовщицу, которая ушла? – Бритт затаила дыхание, готовясь к худшему.

– Откуда я знаю? Они то приходят, то уходят. – Джесси помахала рукой. – Кажется, последнюю, которая ушла, звали Татьяна… в общем, у нее было какое-то русское имя. Может, Наталья. Это русское имя? Я не могу их запомнить.

Бритт с трудом удержалась от удивленного возгласа.

– Да, по-моему, это русское имя. И почему Татьяна ушла?

– Кто знает? Ушла-то она больше четырех месяцев назад! Испуганная мышка, которая не создана для сцены. – Джесси разгладила юбку, демонстрируя пышные бедра. – Ну, Сергей, держись, скоро у тебя голова пойдет кругом! Готов?

Бритт застыла. Ей не нужно было оборачиваться; она поняла, что Сергей стоит у нее за спиной. В нос ударил резкий запах его одеколона.

– Да, Джесси, я всегда не прочь! – Он положил руку Бритт на плечо, и она вздрогнула. – Ты тоже готова побалдеть?

Бритт заставила себя улыбнуться и полуобернулась к нему.

– Да я вроде уже сказала – я не танцовщица. Предпочитаю держаться по эту сторону сцены.

– Может, ты и права. Русские… – он щелкнул пальцами в воздухе и притопнул ногой, – танцовщицы от природы. Большинство наших здешних танцовщиц – русские.

– Ну, клуб «Ябеда» – не Большой театр. – Бритт поставила последнюю свечку на стол и вдруг поняла: настроение Сергея резко изменилось. Обернувшись к нему, она задрожала от ужаса, столкнувшись с его невыразительными черными глазами. Сергей не любил, когда его высмеивали.

– Я… просто шучу. Танцовщицы, которых я видела вчера, очень хороши… и клиентам они нравились.

Тонкие губы Сергея растянулись в улыбку, но глаза по-прежнему смотрели без выражения.

– В «Ябеде» только самые лучшие. Может, у нас и не Большой театр, но Большой для стриптизерш! Верно?

Джесси ткнула его в грудь.

– А я докажу тебе, что американка сумеет переплясать любую русскую девчонку! Смотри, Сергей! Здесь есть несколько русских, которые совсем не умеют держаться на сцене.

От приклеенной к лицу улыбки у Бритт заныли мышцы лица; ей стало по-настоящему страшно. Неужели Джесси не понимает, что ее замечание бестактно?

– Ха! Ты кого имеешь в виду? Все наши танцовщицы – настоящие красотки!

– Сергей! – перебил его Джером. Он размахивал какими-то бумагами. – Мне нужно обсудить с тобой кое-какие заказы.

– Джером очень деловитый. Это мне нравится. А вы… – Сергей погрозил пальцем Джесси и Бритт, – марш за работу!

Бритт выдохнула, лишь захлопнув за собой дверь дамского туалета. Склонившись над раковиной, она посмотрелась в зеркало. Слышал ли Сергей, что они с Джесси говорили о Татьяне? Нарочно ли Джером вмешался в их разговор?

Должно быть, Джерому что-то известно о Татьяне. Он видел у Лианны ее портрет. Может быть, они с Джеромом смогут объединить усилия и помочь друг другу. Он слышал, о чем они говорили, и нарочно вмешался, поняв, что Джесси хочет упомянуть Татьяну и подтвердить, что они с Бритт обсуждали ее. Бритт не хотела, чтобы Сергей знал о ее интересе к Татьяне. Достаточно вспомнить, куда такой интерес завел Лианну.

Клиенты заполняли зал; завсегдатаи, группы мужчин, кое-кто парами, кто-то в одиночку – в том числе Алексей.

Его столик снова обслуживала Джесси, но Бритт решила подойти к нему хотя бы однажды до конца смены.

Во время затишья Бритт остановилась у стойки напротив Джерома и стала смотреть, как тот достает бутылки пива из холодильника. Когда он поставил их ей на поднос, она накрыла его руку своей:

– Джером, а ты не знаешь, куда делась танцовщица по имени Татьяна?

– Брось, – буркнул он, не глядя на нее и разливая водку по стопкам.

Наклонившись почти к самому его лицу, она прошептала:

– Ты ведь что-то знаешь, да?

Он хлопнул ее по запястью – его рука была мокрой после запотевших бутылок.

– Ты ищешь свою сестру?

Бритт выдернула руку, перевернув стопку.

– Как ты догадался?

– Ли показывала мне твое фото. – Джером снял с пояса тряпку и вытер мокрый поднос. – Твое счастье, если она больше никому тебя не показывала.

– Ты мне поможешь? Мы с тобой… можем помочь друг другу.

– Не здесь. – Джером покосился налево, направо. – После смены жди меня у входа в «Бурю». На бульваре Сансет. Знаешь?

– Найду.

Джером заменил водку.

– Шевелись!

Бритт взяла поднос и стала разносить напитки. Придется как-то сказать все Алексею, пока он не ушел.

Он не мог пойти с ней. Вряд ли он захочет, чтобы Джером понял, что он – не просто любитель стриптиза.

Немного спустя Бритт постучала Джесси по плечу:

– Похоже, ты занята, а у меня сейчас дел мало. Хочешь, я обслужу за тебя пару столиков у сцены?

– Было бы здорово. Не хочу утомляться перед важными пробами! – Джесси показала на противоположный от Алексея конец зала: – Можешь взять столики справа.

– Хорошо. – Бритт направилась в противоположную сторону. Пусть Джесси думает, что она ее плохо поняла.

Обслужив соседний с Алексеем столик, она бочком подошла к нему. Улыбнулась, похлопала ресницами.

– Я встречаюсь с Джеромом у какого-то бара или клуба на бульваре Сансет.

– Нет, не встречаешься, – тихо ответил Алексей.

– Он знает, кто я! – Бритт нацарапала что-то в своем блокноте. – С самого начала знал. Оказывается, Лианна показывала ему мое фото.

Алексей тихо выругался.

– Тебе нужно уходить отсюда. Срочно!

– Ни в коем случае! Он что-то знает и собирается мне рассказать. – Она повернулась к сцене. – Эй, смотри туда! Кто-то явно добивается твоего внимания.

Так как Алексей никак не мог задержать ее, он привстал и сунул танцовщице чаевые.

Нужно ли ему было вести себя столь убедительно? Она даже не взяла у него заказ на напитки, но видела на его столе пустые стопки и стакан с водой. Она подозревала, что он выливает водку в воду, чтобы голова оставалась ясной.

Когда она вернулась к стойке, Джером направил ее к другому бармену. Может, боится, что она снова начнет его расспрашивать?

В следующий раз, когда Бритт подошла к столику Алексея, она написала на его салфетке название бара: «Буря».

Она поставила на салфетку стопку с водкой, налитой до краев, и улыбнулась.

– Главное, не мелькай там. Мы встречаемся у входа, но не знаю, пойдем ли мы внутрь. Ты знаешь то место?

– Нет, но буду там раньше тебя. Никуда с ним не езди!

– Не поеду. – Бритт взяла у него деньги. – Наслаждайся представлением, но не слишком увлекайся! – Она поспешила прочь от его столика. Почему она так сказала? У него сложится ложное впечатление о ней: еще подумает, что она находит его ужасно привлекательным и хочет, чтобы он глазел только на нее в обнаженном виде. Нет, впечатление, конечно, верное. В следующий раз, когда она отошла от стойки, Алексея уже не было. Тем лучше! Надо надеяться, что она увидит его возле «Бури».

Они с Джеромом тоже избегали друг друга. Более того, весь клуб превратился в минное поле. До закрытия еще далеко.

После того как посетители разошлись, Сергей вышел из кабинета и обратился к Джерому:

– Джером, сегодня можешь уйти пораньше. У нас с Ириной пробы. Мы и закроем клуб.

– Уверен? – Джером сдвинул брови над переносицей. – Я тоже могу закрыть, без проблем.

– Знаю. Но сегодня мы закроемся сами.

Джером пожал плечами, но на лбу у него так и осталась складка. Закончив свои дела, он предоставил остальное Сергею.

Когда Бритт отнесла на стойку последние свечи, Сергей намотал на палец прядь ее волос.

– Эй, Барби, хочешь посмотреть пробы? Может, кое-чему научишься.

К горлу у нее подступил ком, но ей удалось улыбнуться:

– Нет, спасибо. Пусть Джесси танцует. – Она кивнула в сторону выхода.

Он дернул ее за волосы, но тут же отпустил.

– Как тебе будет удобно.

– Надо говорить: «Как тебе будет угодно». – Бритт положила на стойку свой блокнот и погрозила Джесси пальцем: – Эй, желаю удачи!

– Спасибо, детка!

Бритт вышла черным ходом и несколько секунд стояла, прислонившись к двери, глубоко вдыхая воздух, насыщенный мусорными испарениями. Но даже здесь лучше, чем в клубе.

Справа что-то зашевелилось, и она вздрогнула. Позавчерашний бездомный протянул руку:

– Мелочи не найдется?

Она сунула ему пару долларов из своих чаевых.

– Вот, держи.

– Спасибо, мэм. Я Калвин.

– Приятно познакомиться, Калвин. Я Барби. Будь осторожен.

– Ты тоже.

Она прошла по аллее и села в машину.

Бритт вбила название «Буря» в телефонный навигатор и влилась в вечерний поток машин. Даже в такой поздний час найти парковку на бульваре Сансет было совсем нелегко.

Она объехала квартал и покатила по переулку, наконец остановившись во втором ряду перед каким-то жилым домом. Скосив глаза, заметила знак «Парковка только для местных жителей» и пожала плечами. Если ее оштрафуют, штраф войдет в стоимость сведений Джерома. Одернув короткую юбку, она зашагала к свету и шуму на бульваре Сансет. После туфель на высоком каблуке, которые она носила на работе, ноги отдыхали в теннисных туфлях. На углу она повернула налево и побе жала, чтобы успеть перейти улицу на зеленый свет.

Бритт почти сразу заметила у входа в «Бурю» Джерома и направилась к нему. Увидев ее, он оттолкнулся от стены. Они посмотрели друг другу в глаза.

Группа людей с хохотом, пошатываясь, вышла из бара. Джерома обступили со всех сторон, один даже схватил его за руку, словно собирался увлечь за собой.

Джером сделал шаг в сторону и наткнулся на человека, который как раз выходил из дверей бара. Он обернулся и вздрогнул, Бритт показалось, что тот человек заговорил с Джеромом.

Бритт ускорила шаг; выходившие на улицу гуляки ей мешали. Кто-то вскрикнул. Бритт с трудом шла против течения. Отчего-то стало тревожно; сердце колотилось так, что готово было выскочить из груди.

Потом она увидела Джерома, он стоял на коленях, держась за живот. Бритт заставила себя идти вперед, хотя ноги подгибались.

Кто-то еще закричал; к тому времени, как Бритт поравнялась с Джеромом, он повалился на бок; перед рубашки залила кровь.

Бритт села на корточки и прижала ладони к окровавленной рубашке Джерома.

– Звоните в Службу спасения! Кто-нибудь, наберите девять один один!

Она нагнулась, почти касаясь носом его лица.

– Кто тебя?

Джером приоткрыл рот, из уха у него вытекла струйка крови.

– Я любил ее. Я любил Ли. Ее убили…

Глава 5

– Иди мимо, иди мимо, пройди мимо! – как заклинание, повторял Алексей, но ничего не получилось.

Прищурившись, он смотрел, как Бритт бросилась к упавшему человеку и села рядом на корточки. Толпа вокруг жертвы немного поредела. Кое-кто спешил уйти подальше. Остальные как завороженные глазели на страшную сцену. Где-то вдали завыла сирена, слишком близко для безопасности Бритт.

Алексей сел на мотоцикл и понесся вперед. Движение на бульваре замедлилось, машины двигались с черепашьей скоростью – час закрытия баров плюс толпа на тротуаре вокруг «Бури».

Перестроившись в правую полосу и нарушив все правила, он развернулся и, поравнявшись с «Бурей», крикнул:

– Бритт! Бритт!

Она вскочила, ее лицо казалось бледным овалом. Руки были в крови Джерома.

– Отойди от него сейчас же! Садись ко мне!

Теперь рядом с Джеромом сидела не только Бритт. Какой-то мужчина сорвал с себя рубашку и прижимал к ране на животе Джерома. Еще одна женщина стояла у обочины и размахивала руками. Вой сирен приближался. Алексей приготовился тормозить и утаскивать Бритт со сцены преступления, если придется, но она, пошатываясь, вытерла руки об юбку. С трудом пробралась к обочине. Она подошла к его мотоциклу одновременно с тем, как возле клуба с визгом затормозила первая машина Службы спасения.

– Садись назад и держись за меня. – Он наклонил байк и, как только почувствовал, что Бритт обхватила его руками за талию, дал газу.

Он свернул направо с Сансет и покатил наверх, в гору. Голливудские холмы поднимались над шумом и суетой улицы, и Алексей мчал вперед, пока не попал на грунтовую дорогу, огибавшую большой участок вокруг какого-то дома. Он заглушил мотор и снял шлем.

– Ты как? Мне показалось, ты там вот-вот хлопнешься в обморок.

– Я… нормально. У него на груди и животе было столько крови…

– Его ударили ножом. – Алексей слез с мотоцикла и протянул Бритт руку. – Он умер?

– Когда я к нему подошла, он был еще жив. Потом потерял сознание. Не знаю, умер или нет. – Бритт закрыла лицо окровавленной рукой.

– Слезай. Здесь можно посидеть на бревне. Не думаю, что владельцы дома будут против… главное, чтобы они нас не видели и не слышали. – Он положил шлем на землю и взял ее за руку.

Бритт слезла с мотоцикла и тяжело опустилась на бревно. Перед ними открылся потрясающий вид на Лос-Анджелес, но Бритт ничего не замечала.

– Какой ужас! Я даже не видела, кто это сделал.

– Мужчина, который подошел к нему сзади. Гуляки стали для него прикрытием. Возможно, он вдобавок стащил у Джерома кошелек, чтобы было похоже на ограбление. – Алексей сел на бревно рядом с ней.

– Он прошел мимо меня? – ахнула Бритт.

– Нет. Выбежал на улицу сразу после того, как ударил Джерома; он петлял между машинами, стоящими в пробке, и пригибался. Я потерял его из виду; наверное, где-нибудь неподалеку его ждала машина. – Алексей растирал ей спину, чувствуя, как она дрожит. – Все к лучшему. Значит, убийца не знал, что Джером встречается с тобой. И не видел тебя.

– Откуда они узнали, где он должен быть?

– Наверное, Сергей установил за ним слежку от самой «Ябеды». Мне жаль, что на Джерома напали, но я рад, что тебя с ним не было.

– Как по-твоему, нам удастся выяснить, в какую больницу его повезли, и спросить, как он?

– Скорее всего, ничего выяснять не понадобится. Его ударили ножом посреди бульвара Сансет. Даже если все спишут на обычное ограбление, новость появится на первых полосах. – Алексей убрал от лица Бритт прядь волос. Солнышко.

– Сколько было крови! Не представляю, как он выживет.

– Жаль, что тебе пришлось увидеть такое… Можно сказать, в страшном сне не приснится.

– Знаешь, он любил ее. – Из ее глаза выкатилась слезинка.

– Твою сестру? Джером говорил с тобой перед тем, как отключился?

Она опустила голову, по ее лицу текли слезы.

– Да. Он сказал, что любил Ли. И еще кое-что сказал…

Алексей приподнял ее подбородок.

– Что он сказал?

– Сказал, что они убили… Татьяну. Вот почему Лианна так испугалась. Она знала, что они сделали.

– Он ведь не сказал, за что убили Татьяну? Ты недолго просидела с ним рядом, прежде чем тот человек присоединился к тебе – тот, что снял с себя рубашку. – Он приподнял Бритт подбородок, а другой рукой гладил ее по голове.

– Не успел, наверное. Сказал, что он любил Ли и что они убили ее. Сначала мне показалось, он хочет сказать, что они убили Ли, и я переспросила, а он ответил, что убили Татьяну. Я спросила, известно ли ему, что случилось с Ли, но тут он потерял сознание.

– Может, еще выкарабкается. – Алексей не слишком верил в то, что Джером выживет после нападения. Об этом наверняка позаботится наемник Сергея.

– Как по-твоему, почему Сергей приказал убить Джерома? Думаешь, он знал про него и Ли?

– Если бы знал, убрал бы Джерома раньше. Говоришь, твоя сестра пропала месяц назад?

– Больше месяца. – Бритт ссутулилась. – Ты думаешь, Сергей подслушал наш разговор с Джеромом? Может, он видел в записи, что мы разговариваем?

– Тогда Сергей велел бы своему человеку следить и за тобой. Наверное, Джером возбудил подозрения Сергея чем-то еще. Интересно, чем Джером занимался в клубе вчера ночью после смены?

– По-моему, Джером беспокоился, что Сергей мог увидеть его на вчерашней записи… Он явно испугался, когда Сергей велел ему уйти пораньше…

– Оказывается, у Джерома имелась веская причина бояться. – Алексей положил руку на плечо Бритт и притянул ее к себе. – Я провожу тебя до машины.

Она схватила его за рукав.

– Алексей, я… боюсь. Не хочу сегодня возвращаться к себе – во всяком случае, одна. Ты можешь проводить меня до дома?

– А если за твоей квартирой следят? – Он поднял руку, увидев, как она снова побледнела. – Нет, я не говорю, что ты у них под наблюдением, но только что напали на Джерома, а ты стояла на тротуаре в десяти шагах от него.

– Надеюсь, тот, кто на него напал, не узнал меня. – Бритт скрестила руки на животе.

Ему не хотелось отпускать Бритт домой одну, но, если за ее квартирой действительно следят, нельзя, чтобы их видели вместе… Он принял самое разумное решение.

– Может, переночуешь сегодня со мной в отеле? За мной наверняка никто не следит; и сюда за нами никто не поехал.

– Где т-ты… остановился?

– В Беверли-Хиллз.

– Там, наверное, красиво.

– Скажем так: я изображаю определенную персону… чтобы выйти на связь с Белкиными.

– Богатого русского бизнесмена или вроде того?

– Вроде того.

– Спасибо за приглашение. Надеюсь, я не слишком тебя стесню…

– Вовсе нет.

«Труднее всего, – подумал он, – будет держать руки при себе».

Алексей толкнул дверь, и Бритт, перешагнув порог, замерла, приоткрыв рот.

– Да у тебя не просто номер, а шикарные апартаменты!

– Да… По-моему, на этом этаже все номера – апартаменты. Располагайся, чувствуй себя как дома.

Она сбросила с себя его кожаную куртку, в последний раз вдохнув его аромат, от которого она сразу успокаивалась, и повесила ее на спинку белого мягкого кресла.

Пожав плечами, она заметила:

– Я чувствую себя настоящей развалиной. – Она машинально провела рукой по волосам. – Даже боюсь смотреться в зеркало, – призналась она.

– В ванной полно больших пушистых полотенец, а туалетных принадлежностей столько, что я не знаю, для чего предназначены некоторые из них. – Он жестом показал на соседнюю комнату. – Лично мне в основном нужны шампунь и мыло, так что не стесняйся, бери что хочешь.

– А одежда? – Она вытянула из юбки испачканную в крови блузку. – В этом ходить нельзя.

– Вдобавок к белым пушистым полотенцам в отеле есть мужские и женские купальные халаты. Я не очень-то люблю купальные халаты, так что выбирай. По крайней мере, на сегодня сойдет.

– Туда? – Она показала на дверь в спальню.

– Да, халат в стенном шкафу. – Алексей подошел к письменному столу у окна. – Пока будешь приводить себя в порядок, постараюсь кое-что выяснить о Джероме.

– Надеюсь, что он выживет!

– Я тоже.

Бритт закрыла за собой дверь спальни. Прислонившись к стене, закрыла лицо руками. Что, если Сергей заказал не только Джерома, но и Лианну? Когда Джером сказал, что ее убили, Бритт чуть не упала в обморок прямо на Джерома. Но потом он уточнил: убили Татьяну. Правда, лучше Бритт после такого признания не стало.

Ее сестра каким-то образом оказалась замешана в проблемы Татьяны и подвергла опасности свою жизнь. Как это похоже на Лианну!

Лианна, которой с детства пришлось столкнуться с несправедливостью и жестокостью, обладала мягким сердцем и всегда помогала тем, кто попал в беду.

Бритт осторожно сняла туфли, сбросила с себя юбку и блузку, кинула грязные вещи на пол. Потом отодвинула дверцу шкафа. Ей очень хотелось провести руками по одежде Алексея, но она отпрянула, сообразив, что может испачкать их кровью.

Алексей правильно поступил, что увез ее с места преступления. Вряд ли ей удалось бы объяснить Сергею, почему она была с Джеромом после смены. Она сняла с плечиков махровый халат и, волоча его за собой по полу, направилась в ванную. У входа остановилась, любуясь черно-белым кафельным полом, гидромассажной овальной ванной и открытым душем с двумя лейками. В голову невольно закрались мысли о мужчине, который сидит за стеной, но она их отбросила.

Бритт сняла нижнее белье и, взяв с полки полотенце, повесила его на сушилку, чтобы после душа завернуться в теплую ткань.

Она наклонила обе душевые лейки и шагнула под перекрещенные струи воды. Девушка несколько раз вымыла волосы ароматным шампунем, постояла под горячими струями и наконец перестала дрожать.

Полотенце согрелось, и она зарылась лицом в теплую мягкую ткань. Закончив вытираться, она обернула голову полотенцем, соорудив подобие чалмы.

Бритт посушила волосы феном, надела халат и посмотрелась в зеркало – почти как новенькая! Правда, в глазах по-прежнему застыло такое выражение, словно она встретилась с привидением.

Войдя в гостиную, она вздрогнула, увидев, как потемнели синие глаза Алексея.

– Бритт, у меня плохие новости.

– Джером…

– Он не выжил.

Она опустилась на край дивана; румянец после душа сменился смертельной бледностью.

– Ты уверен?

Он постучал по своему ноутбуку.

– На новостном сайте сообщают, что его убили. Мужчину зарезали грабители, унесли кошелек.

– Господи! Но за что? Почему они его убили?

– Он слишком много знал, как твоя сестра. – Алексей поднял палец: – Я вовсе не хочу сказать, что твою сестру постигла та же участь.

– Если так, то где она? И за что Белкины убили Татьяну? Они привезли ее сюда, она работала в одном из их клубов. У нее даже татуировка была. Зачем же готовить ее только для того, чтобы потом убить?

– Я задаюсь теми же вопросами. Должно быть, Татьяна пыталась от них сбежать… а может быть, они решили не рисковать после того, как она подружилась с Лианной. Татьяна представляла для них какую-то угрозу.

– Бедный Джером! Он потерял любимую женщину, а теперь лишился жизни. Как ты думаешь, за что он тогда просил у нее прощения? Что означала сцена в квартире Лианны?

– Возможно, он раскаивался в том, что не сумел защитить ее, особенно если она обращалась к нему за помощью. – Бритт невольно залюбовалась профилем Алексея на фоне окна.

В голову пришла неожиданная мысль. Такой человек, как Алексей, перевернет небо и землю, чтобы защитить тех, кого любит. Его любовь наверняка будет всепоглощающей… правда, Алексей сам признался, что длительные отношения не для него.

– Не совсем понимаю, что нам делать дальше. Точнее, что мне делать дальше.

Алексей сел на край дивана рядом с ней; их колени соприкасались.

– Возвращайся в Шарлотт. Возвращайся к своим клиентам – ты им нужна. Возвращайся в безопасность.

– Я нужна Лианне. Мне никогда не удавалось ей помочь. Я не помогла ей… бросила ее, когда умерла мама. А ведь я ее старшая сестра и должна была остаться с ней.

– В этом ты не можешь себя винить. Тогда ты ничего не решала. Сколько тебе было лет, когда умерла твоя мать?

– Десять. А Лианне семь.

– В десять лет ты еще не могла принимать решения ни относительно себя самой, ни относительно сестры. За вас все решили родные твоего отца.

– Они плохо решили.

– Да, жестоко. – Кончиком пальца он провел по мочке ее уха. – Но ты не виновата. Значит, ты поэтому приехала в Лос-Анджелес? Стараешься искупить чувство вины перед Лианной?

– Я пытаюсь ее найти. Кто, кроме меня?

Он положил ладонь ей на затылок.

– Я. Я попытаюсь найти Лианну.

– Ты здесь для того, чтобы ловить террористов.

– Возможно, одно с другим связано.

Бритт запрокинула голову и посмотрела в потолок.

– Если я сейчас уеду, то это будет так, словно я снова бросила сестру.

– Не принимай сегодня никаких решений. У тебя был тяжелый день.

– Что в новостях говорят о Джероме? – Она кивнула в сторону его компьютера, который по-прежнему был открыт на столе.

– Власти пока не знают, что его зовут Джером Картер. Убийца украл его бумажник. Наверное, чтобы представить дело как обычное уличное ограбление. В репортаже, который я видел, сведений немного – сообщается, что мужчину зарезали из-за бумажника и он умер по пути в больницу.

Бритт подобрала под себя ноги.

– Свидетели там упоминаются?

– Догадываюсь, что конкретно тебя интересует. Там не упоминается таинственная блондинка, которая первой подбежала к жертве, а потом исчезла. Ты хорошо рассмотрела убийцу? Всегда можно позвонить в полицию анонимно.

– Нет, я его толком и не видела. Он шел в хвосте группы людей, которые выходили из «Бури», но не думаю, что сам он был в баре. На какое-то время толпа закрыла от меня Джерома. Когда они расступились, я увидела, что Джером развернулся к мужчине в серой толстовке с капюшоном. Наверное, то же самое говорят другие очевидцы?

– Я еще не читал свидетельских показаний. Но можно предположить, что наемника Сергея никто не опознает. Полицейские вряд ли свяжут нападение на Джерома с местом его работы. – Алексей закинул руки за голову. – Уже поздно. Тебе нужно поспать. Ложись в другой комнате.

– Не хочу выпихивать тебя из кровати. – Она не смела представить себе другой вариант развития событий, в котором она выпихивает Алексея из кровати. – Ну, то есть… из твоей кровати…

Он пришел ей на помощь, улыбнувшись и похлопав по дивану:

– Мне и диван подойдет. А вот тебе надо выспаться – у тебя выдалась трудная ночь.

– Да… – Она положила руки на колени ладонями вверх. – Я только что отмыла с рук кровь мертвеца.

Кончиком пальца он провел по ее ладони.

– Хотелось бы мне уметь гадать по руке и сказать, что все будет хорошо и ты найдешь Лианну.

– Ты и так много для меня сделал. – Он убрал палец, и она потерла ладони, ощущая мурашки от его прикосновения. – Наверное, сегодня остается одно – спать.

Алексей поднялся.

– Возьму с кровати пару подушек и одеяло из стенного шкафа. Если хочешь спать в чем-то не таком массивном, как купальный халат, можешь позаимствовать одну из моих футболок.

– Ловлю тебя на слове! – Бритт спустила ноги на пол и направилась в спальню.

Она сидела на краю кровати и смотрела, как он берет подушку, одеяло и несет их в соседнюю комнату. Потом он скрылся в ванной.

Как только он включил воду, она сняла халат, достала из шкафа его футболку и надела ее. Потом свернулась калачиком в огромной постели и включила телевизор, чтобы не лежать в тишине.

Из ванной вышел Алексей. Он по-прежнему был в джинсах и футболке, но мотоциклетные ботинки держал в руке.

– Ты как, устроилась?

– Наверное, засну под телевизор.

– И я тоже. Что смотришь?

– Какую-то старую комедию. – Она ткнула пультом в экран.

– Мне она тоже нравится. – Он замялся на пороге. – Бритт, постарайся выспаться.

– Ты тоже.

Он закрыл за собой дверь, и она упала на подушку. Все, от его футболки до постельного белья, было свежевыстиранным, а ей так хотелось наслаждаться его мужским ароматом…

Она провела пальцем по своей ладони, как совсем недавно сделал Алексей. Если она сейчас уедет, бросит не только Лианну. Ей придется и с Алексеем расстаться навсегда. А к этому она не готова.

Глава 6

На следующее утро Бритт осторожно выглянула из-за двери спальни, но увидела, что Алексей уже сидит за компьютером. Она на цыпочках подошла к нему и заглянула через плечо.

– Кто такая Ариэль? Твоя подружка?

Он со стуком захлопнул крышку ноутбука.

– Эй, потише! Если будешь так подкрадываться, недолго и по шее получить!

– Хочешь сказать, что ты был готов отправить меня в нокаут?

– Инстинкт сработал бы.

– Ух ты. – Бритт вытерла лоб. – Вас так учат в школе спецназа ВМС?

– Да.

Он явно не собирался отвечать на ее вопрос об Ариэль.

– Есть еще какие-нибудь новости насчет Джерома?

– Убийство стало главной новостью в утренних выпусках. Установили его личность. Возможно, у него остался телефон и его опознали по нему. Кроме того, его отпечатки пальцев должны были сохраниться в армейской базе данных.

Бритт взяла пульт и включила телевизор.

– Может быть, Лианна услышит новости, где бы она ни находилась, и выйдет из укрытия.

– Или спрячется еще надежнее.

Она переключала каналы, но утренние выпуски новостей уже прошли, а на общенациональных каналах убийство на бульваре Сансет в Лос-Анджелесе не освещали.

Алексей снова открыл ноутбук и, скорее всего, возобновил переписку с Ариэль.

– Сейчас я закажу нам завтрак в номер, а потом вызовем такси и доберемся до твоей машины. У меня только один шлем, на мотоцикле нас двоих могут остановить. Но сначала нужно купить тебе одежду. Нельзя выходить на улицу в таком виде.

– И как же мне пойти по магазинам?

– Если вчера ты не заметила, в этом отеле можно найти все. На первом этаже есть два магазина одежды. Назови свой размер, и я куплю тебе платье – какого-нибудь простого фасона. Даже если оно будет сидеть не идеально, на первое время сойдет.

– Хорошо, хотя сегодня мне еще придется купить новые черную юбку и белую блузку. У официанток в «Ябеде» такая форма.

Он круто развернулся к ней.

– Ты решила вернуться?

– Да, надо хотя бы отработать сегодняшнюю смену. Не очень будет красиво, если я уйду или исчезну сразу после убийства Джерома.

– Да какая разница, если ты уедешь в Северную Каролину?

– Там видно будет.

Алексей пожал плечами:

– Не мое дело указывать тебе, как поступать. Ладно, вот, посмотри пока меню завтрака. Мы поедим и уйдем отсюда.

Пока Бритт ждала доставку в номер, Алексей принял душ. Потом они поели, он спустился вниз купить ей платье, а Бритт приняла душ.

Он купил ей платье на каждый день – синее, свободного покроя, длиной до колен. Бритт встала на цыпочки и покрутилась перед зеркалом.

– Неплохо.

– Тебе идет. Ты готова?

Алексей заказал машину по телефону; водитель ждал их у входа в отель. Бритт не знала название улицы, на которой она оставила машину, поэтому назвала водителю адрес «Бури».

Водитель поправил зеркало заднего вида.

– Там вчера одного парня убили.

Алексей сжал ее бедро.

– Мы знаем. Жуть.

– Ограбили, бумажник отобрали… – Водитель покачал головой. – Дело того не стоит! Если кто-нибудь потребует бумажник у меня, я его просто отдам.

Когда они добрались до бульвара Сансет, Бритт нагнулась вперед.

– Кажется, здесь… да, вон та улица. Высадите нас на углу.

Водитель разблокировал дверцы, и Бритт зашагала по улице с бешено бьющимся сердцем.

– Не вижу машину.

– Ты уверена, что улица та самая? Может, ты оставила машину на соседней?

– Только здесь на перекрестке есть светофор! На двух соседних перекрестках с Сансет светофоров нет.

Алексей кашлянул и показал знак:

– Здесь парковка разрешена только местным жителям.

– Да, знаю. Я ведь не думала, что оставлю машину на всю ночь. Где же она?

– Скорее всего, на штрафстоянке. Придется тебе позвонить в управление шерифа округа Лос-Анджелес. Тебе скажут, где твоя машина, и ты ее заберешь, – Алексей скрестил руки на груди. – Я вызову тебе еще одну машину, чтобы ты добралась до штрафстоянки, а сам вернусь в отель. Тебе деньги на штраф нужны?

– Нет! – Бритт со злостью лягнула столбик со знаком. – Совсем забыла, что припарковалась не по правилам! А ты не можешь поехать со мной?

– Не думаю, что показываться вместе – хорошая идея.

– Чувствую себя любовницей, – буркнула она, думая: «Было бы неплохо».

Алексей заправил ей за ухо прядь волос.

– Я подожду, когда ты узнаешь адрес стоянки, и закажу еще одну машину.

Через пятнадцать минут, когда машина остановилась у обочины, Бритт достала телефон и вбила название и адрес штрафстоянки, которые ей сообщили в управлении шерифа.

Алексей распахнул перед ней заднюю дверцу машины, и она положила руку ему на плечо:

– Ты сегодня придешь в клуб?

– Да. Вчера ночью я переговорил с несколькими парнями; сегодня неплохо будет закрепить знакомство. И потом, не хочу оставлять там тебя одну.

Она впилась ему в плечо.

– Сначала Лианна, теперь Джером. Я не позволю им выйти сухими из воды! Кому-то придется за все заплатить!

Бритт ожидала, что он высмеет ее, но он взял девушку за подбородок и, глядя в глаза, сказал:

– Кто-то обязательно за все заплатит, если я не ошибаюсь!

Она нисколько не сомневалась в том, что Алексей уверен в своих словах.

Стоя перед зеркалом в раздевалке танцовщиц, Бритт разгладила новую черную юбку, облегающую бедра. Потом посмотрела на сцену у нее за спиной. Несколько танцовщиц о чем-то перешептывались – скорее всего, о гибели Джерома. У одних глаза были на мокром месте, другие обнимались; некоторые натягивали сценические костюмы, если это можно назвать костюмами.

Сергей собрал всех работавших в клубе, официально объявил об убийстве Джерома и произнес гневную речь. Он призвал танцовщиц выйти на сцену и работать в полную силу – потому что этого хотел бы Джером. Бритт невольно скривила губы. В последнем она искренне сомневалась.

Она отвернулась от зеркала, подбоченилась и стала смотреть в зал. Джесси еще не объявлялась. Может, она уже услышала об убийстве и взяла больничный?

Или вчера на пробах что-то случилось?

У Бритт все сжалось внутри. Устраиваясь сюда на работу, она надеялась собрать достаточно улик, чтобы либо найти Лианну, либо обратиться в полицию. Она и представить не могла, что окажется в самом центре сети по торговле живым товаром и будет общаться с представителями русской мафии, которые к тому же ведут дела с террористами!

С другой стороны, она не могла представить и того, что познакомится с таким человеком, как Алексей Иванов.

Бритт положила сумочку между двух других на скамейку у входа в раздевалку. Мимо нее прошла еще одна официантка и тоже оставила свою сумку.

Бритт положила руку ей на плечо:

– Эми, ты сегодня Джесси не видела?

– Она взяла отгул. За нее Шеннон отработает.

– Из-за Джерома?

Эми пожала плечами и вышла.

Бритт последовала за Эми к барной стойке, на которую Сергей водрузил банку для чаевых с портретом Джерома. Очень мило с его стороны организовать сбор денег для родственников человека, которого он убил!

Она взяла блокнот из стопки рядом с банкой и кивнула новому бармену:

– Привет. Я Барби.

Он так долго смотрел на нее из-под кустистых бровей, что ей показалось, будто он не расслышал. Наконец он протянул руку:

– Степан. Ты танцовщица?

– Нет.

Он тут же выпустил ее руку.

– Я официантка. А ты новенький, Степан, или из другого клуба?

Его странные брови сложились в подозрительную гримасу.

– Я работаю то здесь, то там, где больше нужен.

Ага, значит, он верный сторонник Белкиных. Степан наверняка не будет рыскать в клубе после закрытия или рыдать на кровати пропавшей официантки. Сергей усвоил урок.

Алексей так и не узнал, за что Белкины убили Джерома. Вряд ли они узнали, что в ту ночь он приходил в клуб, потому что Алексей стер запись. Может, Джером был замешан в других подозрительных делах? Может, Белкины узнали о его связи с Лианной? Холодок пробежал у нее по спине. Если за связь с Лианной можно лишиться жизни, что Сергей сделает с сестрой Лианны? Двери приоткрылись, и в зал начали входить завсегдатаи. Они заняли столики у сцены.

Сердце Бритт екало всякий раз, как взгляд натыкался на высокого темноволосого мужчину, но в первой волне клиентов Алексея не оказалось.

У барной стойки Бритт встала рядом с Шеннон, которая заменяла Джесси.

– Ты говорила с Джесси? Она заболела?

– Я с ней не говорила. – Шеннон побарабанила пальцами по стойке красного дерева. – Эй, Степан! «Маргариту» нужно смешать безо льда. Переделай.

Не говоря ни слова, Степан снял «Маргариту» с подноса.

Шеннон закатила глаза.

– Он не Джером, верно?

– Как ужасно! Я по-прежнему не могу поверить, что его… убили, – ответила Бритт, расставляя бокалы на подносе. – П-по-твоему, Джесси из-за него взяла отгул?

– Вряд ли они так тесно общались. Джером был довольно замкнутым парнем.

Перед их лицами кто-то щелкнул пальцами, и Бритт дернулась, едва не наступив на ногу Сергею, который подошел к ним сзади.

– Никаких разговоров о Джероме! Разве вы не слышали, что я говорил? Деньги собираем, но не забываем: у нас нужно веселиться! «Ябеда» – веселый клуб для веселых людей.

– Мы же не при клиентах говорили. Остынь! – Шеннон подхватила поднос с напитками и прошла мимо Сергея.

Сергей покосился на Степана, ткнул себя пальцем в глаз, а потом изобразил рукой пистолет и прицелился Шеннон в спину.

Заметив, что Бритт на него смотрит, Сергей пожал плечами:

– Она настоящее наказание. Не будь наказанием, Куколка Барби!

– Я здесь работаю, и все. – Бритт тоже взяла поднос. – Кстати, как вчера прошло прослушивание Джесси?

Сергей развел руками и покрутил кистями.

– Как видишь, голова у меня по-прежнему на месте.

Бритт позволила себе улыбнуться, прежде чем уйти. Может быть, Сергей сказал Джесси, что она не годится на роль танцовщицы, и Джесси расстроилась.

Обслужив первых клиентов, Бритт покосилась на дверь, увидела Алексея и вздохнула. Он по-прежнему был один. Может, надеется сегодня узнать еще кое-что?

С кем он тут свел знакомство? Может, с самим Сергеем?

Конечно, Алексей не сел за один из ее столиков. Трудно будет подходить к нему и разговаривать как бы между прочим. Может, он хочет, чтобы она держалась от него подальше? Нужно рассказать о реакции Сергея на убийство Джерома и упомянуть, что Джесси не вышла на работу. Но, может, ему это вовсе и не интересно? Он должен делать свое дело.

Алексей сел за столик довольно близко от ее сектора зала; теперь у нее будет предлог для того, чтобы заговорить с ним. Проходя мимо, она задела его бокал.

– Ах, извините! – Она склонилась над столом и вытерла лужицу салфетками. – Видел – на Джерома собирают деньги?

– Нет. Очень великодушно с его стороны.

– Сергей не хочет, чтобы мы говорили о Джероме в этом самом веселом заведении на земле.

– Да уж конечно. Сегодня было еще что-нибудь необычное?

– Джесси, одной официантке, вчера устроили пробы, потому что она хотела стать танцовщицей. А сегодня она не вышла на работу.

– Она хорошо знала Джерома?

– Вряд ли. – Бритт бросила комок мокрых салфеток на поднос. – Другая официантка сказала, что Джером ни с кем особенно не дружил… кроме Лианны, хотя и об их отношениях, похоже, никто не знает. По-твоему, как Сергей обо всем узнал?

– Неизвестно, поэтому ли он прикончил Джерома. Возможно, дело в чем-то другом, например, он засек, как Джером регулярно появляется в клубе после закрытия. Я стер одну запись, но что, если были другие и Сергей видел, как в одну из ночей Джером вернулся в клуб? Мы не знаем, что Джером здесь делал.

– Я лучше пойду, иначе другие удивятся, почему я так долго вытираю стол.

– Сегодня тебе не стоит уезжать отсюда в одиночку. Скажи, где ты оставила машину, и я провожу тебя на мотоцикле.

– В аллее, в двух домах отсюда.

– Штрафстоянку быстро нашла?

– Да. Заплатила за эвакуатор, и мне вернули машину.

– Хорошо. Сегодня будь осторожна, но, если я понадоблюсь, я здесь.

Остаток смены Бритт не бегала, а летала; ей казалось, что сердце превращается в теплый мыльный пузырь. Алексей ее защищает, а у него ведь есть и свои дела. Он подсел за столик к каким-то двум типам; Бритт надеялась, что и в выполнении своего задания он преуспел.

В конце смены, даже не покосившись на столик Алексея, она поняла, что он ушел. В зале как будто стало холоднее, ее защитная броня ослабла.

За час до закрытия Сергей и Ирина ушли. Степан одновременно выкрикивал заказы и глазел на танцовщиц.

Бритт затерялась в стайке танцовщиц, которые шли в раздевалку. Она заслуживает того, чтобы уйти пораньше.

Должно быть, количество сумочек на скамейке достигло критической массы, потому что несколько из них, включая ее сумку, упали. Содержимое ее сумки валялось на полу.

Бритт села на корточки и начала запихивать свои вещи в сумочку – бумажник, телефон. Вдруг она поняла, что кто-то рылся в ее вещах. Хорошо, что водительское удостоверение она оставляет под сиденьем машины, а телефон защищен паролем.

Широко раскрыв сумку, она несколько раз встряхнула ее, потом ощупала подкладку. Наверное, квитанция со штрафстоянки выпала.

Еще раз внимательно осмотрела пол и похолодела.

На квитанции был адрес, с которого эвакуировали ее припаркованную машину. Если этот адрес увидят люди Белкиных, они поймут, что она была рядом с тем местом, где убили Джерома.

Она легла на живот, чтобы лучше осмотреть закрытый ковролином пол под скамьей.

– Ты что там делаешь?

Повернув шею, Бритт увидела густо накрашенные глаза одной из танцовщиц.

– Моя сумка упала со скамейки, и кое-что пропало.

– Деньги?

– Квитанция.

Танцовщица пожала плечами и указала на сумки, кое-как прижатые друг к другу:

– Может, в какой-нибудь другой сумке. Посмотри!

Бритт не хотелось привлекать лишнее внимание танцовщицы по кличке Цыганка к своей квитанции. Она послушно заглянула в несколько сумок, но своей квитанции ни в одной не увидела.

– Нашла? – Цыганка повесила свою сумку через плечо.

– Нет. Наверное, ее выкинули.

– А что, важная бумажка?

– Да не очень.

Цыганка вышла из раздевалки, задев по пути последнюю сумочку на скамейке. Бритт вздохнула. Руководству следует придумать другое место для хранения личных вещей! Хотя… может, они так поступили нарочно, чтобы обыскивать сумки служащих? Она собрала высыпавшиеся на пол из чужой сумки вещи и запихнула их обратно. Ее внимание привлек рисунок на визитке, и она пригляделась.

Бритт тихо ахнула и быстро оглянулась через плечо на двух танцовщиц, которые болтали и красились перед зеркалом. Провела пальцем по змее, обвившейся вокруг буквы «Б». Такая же татуировка была на предплечье Татьяны – знак Белкиных.

Она перевернула визитку. На другой стороне прочла название и адрес тату-салона в Голливуде. Бритт сунула карточку в карман юбки. Раз кто-то забрал ее квитанцию, она имеет право поступить так же!

Она поставила сумку обратно на скамейку. Надо задержаться в раздевалке и подождать владелицу сумки… Бритт достала телефон и притворилась, будто читает текстовые сообщения.

Долго ждать ей не пришлось. Одна из танцовщиц схватила сумку и вышла из раздевалки, помахав Бритт рукой. Бритт сунула телефон в карман.

– Красивая девушка. Как ее зовут – Трейси? Я еще не всех здесь запомнила.

– Ее зовут Мила. Приехала из какой-то украинской деревни. Эти девушки приезжают сюда с горящими глазами, надеются попасть в Голливуд, а оказываются в таких вот притонах. – Трейси прижала к губам салфетку, стирая ярко-красную помаду. – Или хуже.

– Хуже?!

Трейси приложила палец к губам.

– А ты? Тоже мечтаешь стать танцовщицей или довольна тем, что разносишь напитки?

– Я официантка, это меня вполне устраивает. Сюда попала случайно, по объявлению… Да еще Ирина говорила, что можно подзаработать на приемах в каких-то других заведениях, которые принадлежат родственникам Сергея.

– В «Ябеде» всегда большая текучка. Я и сама скоро ухожу.

– Почему?

– Переезжаю с приятелем в Вегас. Он крупье; как только получит работу в одном из тамошних казино, я уйду.

– Здесь как будто эпидемия такая.

– Какая? – Трейси прошла мимо Бритт и взяла свою сумку.

Бритт понизила голос:

– Все отсюда уходят, чтобы куда-то поехать со своими приятелями. Джесси говорила, что еще одна официантка сбежала с приятелем.

Трейси наклонила голову и принялась рыться в сумке в поисках ключей от машины.

– Я ничего такого не слышала. Ладно, мне пора.

Бритт оглядела пустую раздевалку. Сколько народу подозревает, что в «Ябеде» что-то не так? Похоже, Трейси слишком заторопилась уходить сразу после того, как заикнулась, что уезжает отсюда с приятелем. Или ей только показалось?

В раздевалку вошла еще стайка женщин. Она обменялась словами с несколькими знакомыми;

все жаловались на Степана. Потом она поспешила к черному ходу. Она и так заставила Алексея ждать.

– Привет, Барби!

Бритт вздрогнула и прижала сумочку к груди, но вздохнула с облегчением, когда заметила Калвина с его тележкой.

– Как дела, Калвин?

– Прекрасно.

– Хочешь пару долларов?

Шаркая мимо, Калвин что-то пробормотал себе под нос.

Бритт достала пару долларов из своих чаевых и сунула в карман его рваной куртки, проходя рядом.

– Вот, на всякий случай.

Она направилась к машине, держа перед собой пульт, чтобы открыть ее. Почти во всех барах и клубах в их квартале имелись черные ходы, и почти все места на парковке в аллее были зарезер вированы для работников местных заведений, поэтому Бритт оказалась на парковке не одна. И все же было спокойнее оттого, что она знала: Алексей откуда-то наблюдает за ней, сидя на мотоцикле.

Когда она села на переднее сиденье и завела мотор, увидела вдали яркую фару. Она повернула из аллеи на улицу и влилась в поток.

Бритт подозревала, что Алексей знает ее адрес, и все же аккуратно включала поворотник всякий раз, как поворачивала. Наконец, она въехала на свою улицу, застроенную многоквартирными домами, и остановилась в нескольких зданиях от своего дома. По крайней мере, здесь она имеет право парковаться.

К ее удивлению, Алексей на мотоцикле остановился прямо за ней.

Когда она вылезла из машины, он заглушил мотор.

– Ты не боишься, что тебя здесь увидят?

Алексей снял шлем.

– Вокруг никого нет. Никто за тобой не следил. Все нормально?

– Не совсем.

– Что случилось?

– Я… потеряла квитанцию на машину.

Он слез с мотоцикла.

– Квитанцию со штрафстоянки?

– Да, и на ней указано, где я припарковалась вчера ночью – в том квартале, где напали на Джерома.

– Ты потеряла ее в клубе?

– Не знаю, правильно ли сказать, что я ее потеряла. Сумки в раздевалке упали на пол, из моей высыпалось все, что там было. Я заметила, что квитанции нет, когда запихивала вещи назад в сумочку.

Алексей лягнул ногой бордюр.

– Нехорошо. А твое имя? На квитанции твое настоящее имя?

– Здесь, в Лос-Анджелесе, я – Барби Джонс.

Его брови поползли вверх.

– Как тебе это удалось?

– Не спрашивай.

– Ладно, значит, имя на квитанции соответствует, но адрес, где стояла твоя машина, – уже хуже, если, конечно, твою квитанцию просто не выкинули. А может, кто-нибудь по ошибке положил ее к себе в сумку.

– Надеюсь, что так и было, но есть кое-что еще.

– Новый бармен?

– Он придурок, но дело не в нем. – Она достала из кармана визитку и показала Алексею. Он поднес ее к уличному фонарю.

– Что это? Ничего не вижу – ночь безлунная.

– Визитка тату-салона. – Она достала из сумки телефон и включила фонарик, наведя луч на карточку, которую Алексей вертел в руках. – Переверни!

Он присвистнул.

– Где ты ее наша?

– В сумке у одной из танцовщиц – девушки по имени Мила.

– Она русская?

– Украинка.

– Интересно, не велели ли ей сделать татуировку.

– Нужно ее остановить. Возможно, она сама не знает, что ее ждет.

– Может, знает, а может, и нет. Пока что визитку я оставлю у себя. – Алексей сунул карточку в карман куртки. – Я тебя провожу. Район у тебя не самый безопасный.

– Лучшего я себе позволить не могла. – Она поманила его за собой: – Сюда!

Они стали подниматься по наружной лестнице дома, выстроенного в пятидесятых – штукатурка местами осыпалась. Ее дом не очень отличался от того, в котором жила Лианна. Только у нее квартиры на этаже располагались подковой вокруг пыльного внутреннего двора, по углам которого росли четыре унылые пальмы.

Бритт вставила ключ в замок и повернула ручку. Перед уходом она, как всегда, оставила в гостиной включенный торшер.

Перешагнув порог, она резко остановилась и закрыла рот рукой. Только торшер остался на своем месте.

Глава 7

Алексей достал из кармана пистолет, другой рукой тронул ее за спину. Бритт вздрогнула.

– Извини! – Схватив девушку за рукав, он оттащил ее в сторону и заслонил собой. – Сколько комнат?

– Это старомодная студия. Здесь только одна комната и ванная вон там! – Она дрожащим пальцем показала на дверь справа.

– Насколько я понимаю, когда ты уходила, мебель стояла по-другому.

Бритт покосилась на пистолет в его руке и кивнула.

– Оставайся здесь, а я проверю ванную. Если скажу, что все чисто, можешь запирать дверь.

– А если там не все чисто?

– Беги со всех ног.

Алексей подкрался к ванной, хотя, если бы незваные гости прятались в душе, он бы их услышал. Красться нет необходимости; нужна лишь огневая мощь. Держа пистолет впереди, Алексей ногой открыл дверь ванной. Дверь дрогнула и с глухим стуком ударилась о стену. Пусто!

– Все чисто! – крикнул он, обернувшись через плечо. – Запирайся!

Хлопнула входная дверь; через несколько секунд Бритт подошла к нему и встала на пороге ванной, глядя через его плечо и дергая его за рукав.

– Они все знают!

– Проверь, не пропало ли что. Портрет Татьяны!

Краска отхлынула у нее от лица.

– Я его спрятала.

– Куда?

Она взяла его за руку и вывела из ванной.

– Когда я сюда въехала, квартирная хозяйка предупредила, что несколько половиц у окна прилегают неплотно. Обещала прислать плотника, да так и не прислала… и, наверное, уже не пришлет.

Она встала на колени у окна, выходившего во двор. Отогнула угол вытертого ковра и с помощью ключа приподняла одну половицу.

– Подожди! – Алексей достал из кармана складной нож, раскрыл щелчком. Вставил лезвие в трещину между двумя половицами и приподнял. Внизу открылось небольшое углубление. – Можешь сказать, там ли портрет, не поднимая всю половицу?

Бритт легла на живот и посветила в выемку фонарем с мобильного телефона.

– Я его вижу. Он еще там.

Она перевернулась на спину и закрыла лицо рукой.

– Слава богу, они его не нашли, но они меня подозревают. Наверное, все дело в квитанции со штрафстоянки. Ты тоже так считаешь?

– Если у Сергея нет привычки обыскивать квартиры всех новых официанток, должно быть, он не случайно прислал к тебе своих головорезов.

Он встал и протянул ей руку.

– Хорошо, что ты спрятала картину. Если бы незваные гости ее нашли, у Сергея не осталось бы сомнений в том, что ты представляешь для него проблему.

Бритт ухватилась за его руку, и он помог ей встать.

– А квитанция со штрафстоянки? Что она ему говорит?

– Говорит, что ты была в том же месте, где убили Джерома. В такое время ночи на бульваре Сансет обычно много народу. Убийца не видел Джерома вместе с тобой – да и ни с кем другим.

– У меня идея. – Бритт опустилась в одно из двух кресел. – Могу невзначай проговориться при нескольких девушках, что в ту ночь Джером назначил мне свидание. Мы договорились вместе выпить, у меня возникли трудности с парковкой, а к тому времени, как я подошла к «Буре», Джерома уже убили. Я так испугалась, что не стала говорить с копами.

Алексей сел в другое кресло и подался вперед, поставив локти на колени.

– Зачем тебе что-то выдумывать, если ты уезжаешь?

– Кто сказал, что я уезжаю? Мила в опасности, и Джесси, наверное, тоже. Нельзя допустить, чтобы Белкины и дальше использовали молодых женщин!

Алексей молча смотрел на девушку. Бритт не только хотела спасти сестру, ей хотелось спасти всех женщин, которые работают у Белкиных.

– Бритт, если задание, которое я выполняю, окончится успешно, Белкиным конец, как и всей их преступной деятельности в Лос-Анджелесе, в том числе торговле людьми. Я завязал кое-какие полезные знакомства и надеюсь получить приглашение на частную вечеринку, которую Белкины дают в своем банкетном зале.

– А если для Милы будет уже поздно?

– Не твое дело спасать Милу, особенно если тем самым ты поставишь под угрозу собственную безопасность.

Он встал и подошел к окну.

– Или ты таким образом стремишься компенсировать то, что не успела спасти сестру?

Бритт охнула, и он понял, что допустил еще одну грубую ошибку.

Скрипнуло кресло у него за спиной, и она подошла к нему, сжав зубы.

– Ты что же, пытаешься заняться со мной психоанализом?

Он развернулся к ней, растер руками ее онемевшие предплечья.

– Прости. Не мое дело, почему ты хочешь помочь Миле… на самом деле вряд ли ты видишь в ней своего рода замену Лианны.

Она пожала плечами:

– Ничего страшного. Я психотерапевт и достаточно хорошо разбираюсь в собственной мотивации.

– Я просто не хочу, чтобы ты снова подвергала себя опасности, хотя догадываюсь, что и это не мое дело.

Он обвел комнату рукой.

– Нам известно, что те, кто вломились к тебе, не нашли портрет Татьяны. Но что они взяли? Посмотри внимательно! Что-нибудь пропало? Где твой ноутбук?

– Мой ноутбук в машине. – Она прижала руку ко лбу. – Я оставила его там под сиденьем.

– Через минуту мы его достанем. Хорошо, что он у тебя там. Ты по привычке берешь его с собой в клуб?

– Здесь у меня нет вай-фая. Сегодня по пути в «Ябеду» я заехала в кофейню с точкой доступа, проверила почту и немного поработала. У меня есть клиенты, которым я нужна.

– Может быть, что-нибудь другое? – Алексей развел руками. – Записки от Лианны или фотографии, по которым можно понять, что вы с ней знакомы… Ее счета?

– Посмотри. – Она нагнулась и открыла микроволновку, которая заменяла ей кухню. – У меня здесь все по минимуму… А ее счета я оплатила и выбросила.

– Значит, все, что у них есть, – квитанция со штрафстоянки, из которой следует, что ты была рядом с тем местом, где убили Джерома, – если только они в самом деле украли квитанцию и ты не дала им какого-то другого повода подозревать тебя.

– У них ничего нет, а подозрения Сергея из-за квитанции я скоро развею.

– Распространишь слух, что ты в самом деле была там в ту ночь?

– Я собираюсь признаться, что Джером назначил мне свидание и мы должны были там встретиться.

– Удачная ли это мысль, если учесть, что Джерома они сочли врагом народа номер один? Должно быть, у них на него что-то было, раз его так спешно устранили.

– Он что-то знал о Татьяне или об исчезновении Лианны.

– Или о них обеих.

– Но это не значит, что он что-то мне сказал.

Алексей сел в кресло и побарабанил пальцами по подлокотнику.

– Интересно, что Джером в ту ночь делал в «Ябеде». Зачем он вернулся, когда там были мы, и связано ли это с убийством?

– Но ведь Сергей не видел, что он приходил туда ночью, потому что ты стер следы Джерома вместе с нашими следами!

– А может быть, тогда Джером не в первый раз возвращался в клуб ночью. Может быть, камеры несколько раз засекали его и Сергей давно его подозревал!

– А ты заметил, что он делал, когда приходил в клуб? Я нет. Я была слишком напугана.

– Он пошел за стойку, мы ведь можем воспроизвести запись! Она сохранилась у меня в ноутбуке.

– Может быть, мы что-нибудь поймем. Теперь я лучше знаю, где что лежит, и могу предположить, чем Джером занимался за стойкой, но это значит, что я должна вернуться в «Ябеду» и всем рассказать о предполагаемом свидании с Джеромом. Сергей пусть думает что хочет. – Бритт подбоченилась, как будто ожидая драки.

– Ладно, но ты не должна находиться там одна. Сегодня я познакомился с одним типом, он тоже русский, и завтра он собирается представить меня Сергею… точнее будет сказать, что новый знакомый появился у меня еще вчера, а с Сергеем я познакомлюсь сегодня.

– Ты ведь представишься не Алексеем Ивановым?

Уголки его губ изогнулись в улыбке.

– Для него я Михаил Орлов – Микки.

Бритт подмигнула:

– Барби и Микки… а что, мне нравится!

Ему тоже это нравилось, ему нравилась она и все, что с ней связано.

– Лучше, чем Барби и Кен. Собирайся, Барби, и поехали!

Она наморщила нос.

– Куда поехали?

– В мой отель в Беверли-Хиллз. Или ты думаешь, что я оставлю тебя в этой помойке после того, как здесь все перерыли?

– А как же твое нежелание, чтобы нас видели вместе? – Она чуть порозовела.

– Никто из связанных с Белкиными или «Ябедой» не увидит нас в Беверли-Хиллз, особенно в том отеле. Бритт, здесь тебе нельзя оставаться. Здесь небезопасно. И никогда не было безопасно.

– Хорошо. Дай мне несколько минут на сборы. – Бритт подошла к окну и ногой отогнула угол ковра. – А ты пока достань картину.

Он присел и начал поднимать половицы; Бритт распахнула стенной шкаф.

– Признаю свою неправоту. Моя шкатулочка с украшениями пропала.

Он поднял голову – он старался просунуть руку в углубление.

– Там было что-нибудь ценное?

– Нет, только обычная бижутерия. Может быть, Сергей велел тем, кто ко мне вломился, обставить все как обычное случайное ограбление. – Она развернулась, прижимая к груди платье. – По-твоему, такое возможно?

– Сомневаюсь. Уж слишком много совпадений. Откуда случайный грабитель знал, что сегодня вечером тебя не будет дома? И почему вообще решился вломиться к тебе? Прости, но зачем грабителю вламываться в такую дешевую студию? У тебя даже телевизора нет.

– Не волнуйся, я не обиделась.

Бритт достала из шкафа чемодан, положила его на кушетку, которая служила ей кроватью. Алексей снова склонился над тайником в полу и пытался вытащить картину. Заметив, как он старается, Бритт подошла к нему.

– Твоя рука не пролезет, если ты не поднимешь соседнюю половицу… Подожди, я сама.

Она опустилась на колени с ним рядом и склонилась над тайником.

– Пусти-ка! – Ее тонкая рука скрылась под полом, и она вытащила свернутый в трубку лист. – По-моему, пора найти для нее лучшее место.

– В отеле есть сейф. Туда и положим. – Алексей кивнул на ее чемодан: – Там все, что тебе нужно?

– На тот случай, если они вернутся, не хочу, чтобы все выглядело так, словно я съехала, так что кое-что оставлю.

Они вышли, и Бритт заперла квартиру.

Перед тем как сесть на мотоцикл, Алексей велел:

– Езжай на ту парковку, где машины принимает служащий. Встретимся в номере.

Полчаса спустя Алексей распахнул дверь, услышав тихий стук.

– Ты почему так задержалась?

Протискиваясь мимо, Бритт похлопала его по плечу; чемодан она волочила за собой.

– Пока парковщик сел в машину, пока выписал квитанцию, пока я дала ему чаевые… Все это отняло довольно много времени. – Она без сил опустилась на диван. – Я вымоталась!

– Серьезно? – Он вздохнул с облегчением. – Пока уберу картину в шкаф, а завтра мы положим ее в сейф. Можешь первая идти в ванную, и постель в твоем полном распоряжении.

– М-м-м! – Бритт легла на бок и поджала ноги. Алексей отправился в ванную. Проходя мимо свежезастеленной постели, он откинул покрывало. Футболку, которую Бритт надевала прошлой ночью, горничная повесила на спинку стула, Алексей сложил ее и прижал к лицу, вдыхая аромат Бритт.

Он сошел с ума, пригласив ее сюда! Но как еще он может защитить ее?

Алексей положил футболку на стул и открыл шкаф. Поставил картину в задний угол и прикрыл одеждой.

Вернувшись в гостиную, он увидел, что Бритт сладко спит на диване, свернувшись калачиком, положив щеку на руку. Ее светлые волосы разметались по подушке.

Он легонько тронул ее за плечо, и она что-то пробормотала во сне.

Если отнесет ее в постель, она может проснуться, а она выглядела так мирно – морщинка, которую он заметил у нее на лбу между глазами, наконец разгладилась. Если он отнесет ее в постель, он может поддаться искушению лечь рядом…

Он встряхнул одеяло, которое горничная положила в изножии дивана, и укрыл Бритт. Одним пальцем убрал прядь волос от ее лица и прошептал:

– Спокойной ночи, мое солнышко!

Бритт заказала еще один стакан холодного чая у официантки у бассейна и закинула руки за голову, жмурясь на солнце. Она сдвинула солнцезащитные очки на лоб, прищурилась и стала наблюдать за громогласной группой на другом конце открытой террасы. Может, там какая-нибудь знаменитость со свитой? Вздохнув, она поджала ноги. Легко привыкнуть проводить время в бассейне на крыше с видом на обсаженные пальмами улицы Беверли-Хиллз. Лучше этого только одно: если с ней рядом будет Алексей. Но он сегодня отправился на какие-то таинственные встречи в попытке подтвердить свою фальшивую личность и получить приглашение на закрытый прием, который Белкины дают «для своих».

Официантка принесла ей чай, и Бритт поставила стакан на живот. Солнце, наконец, прорвалось через слой облаков. Сегодня у нее простая задача: нужно придумать правдоподобный предлог, почему она очутилась рядом с тем местом, где убили Джерома… кроме того, она попробует подобраться поближе к Миле и посмотреть, набили ей тату или еще нет.

– Не обгори!

Она из-под ресниц посмотрела на Алексея, который внезапно появился и теперь возвышался над ней. Дорогой костюм сидел на нем как влитой. Откашлявшись, она заметила:

– Одет с иголочки!

– Играю роль. – Он присел на край ее шезлонга и наклонился вперед. Пиджак обтянул мускулистые плечи.

Бритт поморгала и надела солнцезащитные очки.

– Получил приглашение на вечеринку?

– Все почти улажено. Сегодня в «Ябеде» я встречаюсь с ДС.

– Кто такой «ДС»?

– Друг Сергея. Оказывается, у Сергея много друзей, о которых наверняка не известно его отцу. Это облегчает мою задачу проникнуть в ближний круг, но Сергею лучше надеяться, что Олег не узнает, насколько он ненадежен.

– Олег – отец Сергея?

– Да.

Последнее слово Алексей произнес сквозь стиснутые зубы. Воцарилось напряженное молчание. Бритт ждала, что Алексей расскажет ей про Белкина-старшего, но он промолчал.

Скрипнул шезлонг: Алексей встал.

– Поужинаем в номере перед тем, как ты поедешь на работу?

Она кивнула. Прищурившись, она смотрела вслед Алексею – он шагал к лифту. У него что-то произошло с Белкиными, и он не хочет с ней делиться.

Она думала о том, что больше не увидит Алексея Иванова после того как задание будет успешно выполнено. Бритт закрыла глаза, чувствуя себя совершенно не готовой к такому финалу.

Стоя в зале «Ябеды», Бритт взяла блокнот из стопки на барной стойке и постучала Степана по плечу ручкой:

– Не знаешь, Джесси сегодня работает?

Он дернул плечом.

– Джесси, Джесси… Не знаю никакой Джесси. Здесь все девочки на одно лицо.

Она закатила глаза.

– Хочешь сказать, никто из них не хочет с тобой встречаться.

Неожиданно Степан больно схватил ее за запястье.

– Не как с тем, другим, да? Слышал, с ним ты хотела встречаться, да только ничего не вышло.

Она выдернула руку.

– Джером был классным.

– Вот именно – был.

Бритт отвернулась; сердце у нее готово было вырваться из груди. Значит, ее выдумка уже облетела весь клуб. Она успела поведать нескольким официанткам о неудавшемся свидании с Джеромом, надеясь, что ее рассказ утихомирит подозрения Сергея. Вполне невинный предлог для того, чтобы оказаться на том же участке бульвара Сансет, где убили Джерома.

Кто-то похлопал ее по плечу, и Бритт круто развернулась, сжав кулаки.

Ирина подняла выщипанные брови:

– Барби, что с тобой?

– Извините, – вздохнула Бритт. – Я приняла вас за Степана.

– Он, – Ирина покосилась на барную стойку, – не отсюда. Скоро мы наймем нового бармена. Если будет к тебе приставать, скажи мне. Ты не можешь на минуту зайти со мной в кабинет?

– Да, конечно. – Бритт прижала ладонь к животу; ей показалось, что внутри все завязалось тугим узлом, что ее ждет?

Ирина привела ее в кабинет Сергея и жестом пригласила сесть.

– Я слышала от других девушек, что ты собиралась встретиться с Джеромом в ту ночь, когда его убили.

– Да, верно. – Бритт сцепила пальцы. – Извините, если это не разрешается. Вот почему я никому ничего не говорила, а тогда… – Она прикрыла глаза рукой.

– Отношения между служащими в общем не противоречат правилам, хотя мы их и не поощряем. Джерому следовало это понимать. – Ирина поправила в ухе серьгу-гвоздик. – Ты в ту ночь что-нибудь видела? Может, хочешь обратиться в полицию? Не думаю, что убийцу Джерома нашли.

Бритт вскинула голову и изумленно раскрыла глаза.

– Я не хочу никуда обращаться! Я ничего не видела. Я опаздывала, поэтому припарковалась неправильно. Когда я повернула на Сансет, полиция уже была там, а когда я увидела, что Джером лежит на тротуаре, я убежала. Нырнула в какой-то бар и… напилась. Мне стыдно признаваться, но я страшно перепугалась. Ведь его… ограбили, верно? Так говорят…

– Да, ограбили. Украли бумажник и часы.

– Надеюсь, из-за этого вы меня не уволите? Сейчас мне очень нужна работа. Помимо прочего, в ту ночь мою машину забрал эвакуатор, и пришлось платить, чтобы забрать ее со штрафстоянки. Вдобавок вчера кто-то вломился в мою квартиру… У меня украли украшения. – Она даже всхлипнула.

Дверь распахнулась, и в маленький кабинет вошел Сергей, сразу же заполнив все пространство запахом своего одеколона. Бритт очень надеялась, что, прежде чем войти, он подслушивал за дверью.

– Никого не уволят, Куколка Барби. Кстати, хочешь подзаработать? У нас не хватает одной официантки.

– Но я сегодня работаю. – Бритт привстала. – Мне лучше идти, ведь клуб уже открыт.

– Я говорю о другой подработке. Завтра ночью у нас будет большой прием. Одна официантка не пойдет, и ты займешь ее место. – Он похлопал ее по щеке. – Только не нужно больше встречаться с барменами, идет?

Бритт облизнула губы. Она будет на том же приеме, куда пригласили Алексея, – в банкетном зале. Возможно, у нее даже будет возможность познакомиться с Олегом Белкиным, главой криминального семейства.

– Спасибо. Да, лишние деньги мне не помешают.

Она прошла мимо Сергея и остановилась на пороге.

– А кого я буду заменять?

– Джесси. – Сергей щелкнул пальцами и помотал головой. – От нее никакого толку! Уволилась, потому что не получила место танцовщицы.

Бритт кивнула, с трудом удерживая на лице улыбку, попятилась и вышла. Что же случилось с Джесси?

Следующий час она работала как в тумане. Никто как будто ничего не знал о Джесси, а Бритт боялась задавать вопросы. Заметив Алексея за столиком еще с двумя мужчинами, она почувствовала, что туман рассеялся. Сейчас она ничего не могла ему сообщить, но позже они встретятся в отеле.

Он предупредил, чтобы, перед тем как ехать к нему, она убедилась, что за ней никто не следит. Он будет держаться на безопасном расстоянии на своем мотоцикле и вмешается, если что-нибудь заметит.

Алексей и его спутники занимали почетный столик, впереди в центре, очевидно, по приглашению Сергея. Бритт, будучи новенькой, не обслуживала такие столики.

В конце смены Бритт постаралась вернуться в раздевалку вместе с танцовщицами, чтобы поговорить с Милой, которая красила ресницы перед зеркалом.

Заметив на полу тюбик с губной помадой, Бритт подпихнула его ногой к зеркалу. Потом нагнулась и подняла его.

– Ты уронила?

Мила отвернулась от зеркала.

– Нет, это не моя. Вера?

– Не моя.

Бритт осмотрела тонкие руки Милы, не обезображенные татуировками, и вздохнула с облегчением. Танцовщица еще не дошла до тату-салона. А когда дойдет?

Бритт принялась осматривать других танцовщиц. Ни у одной из них она татуировки не заметила – по крайней мере, она не увидела ни у кого на предплечье букву «Б», которую обвивала змея.

Что случается с теми, кто делает такую татуировку? Может, работа танцовщицей в одном из клубов Белкиных – первый шаг по пути в ад? Может, Лианна обо всем узнала? Конечно, многим девушкам должно быть известно об этой стороне деятельности Белкиных. Вряд ли за это полагается смертный приговор.

Но зачем они избавились от Татьяны? Лианны? Джерома? Может, она следующая? Бритт вздрогнула. Нет, она не будет следующей, ведь на ее стороне Алексей.

Она взяла сумочку со скамейки, попрощалась и вышла через двери черного хода. Повесив сумочку на плечо, Бритт зашагала к машине. Тени в аллее ее не пугали, она знала, что Алексей близко.

Рядом послышалось дребезжание, и она невольно отскочила в сторону. Мимо нее проехал Калвин, поставив ноги на свою тележку.

– Калвин, спешишь?

– Нет, просто радуюсь лету. Сегодня небо безоблачное.

– Да, красиво было. – Бритт полезла в карман и достала пригоршню мелочи. Окликнула Калвина: – Эй, у меня кое-что для тебя есть!

Калвин поставил ногу на землю и развернул свою тележку. Убрал седые волосы со лба и протянул руку.

Бритт ссыпала мелочь ему в ладонь, и он сжал ее пальцы, пожатие оказалось крепче, чем она ожидала. Когда она попыталась отпрянуть, он крепче схватил ее и склонился к ней. Она поморщилась от запаха перегара. Его выцветшие глаза сверкнули, и он прошептал:

– Ты похожа на нее, похожа на Ли-Ло.

Глава 8

Бритт ахнула и схватила его за грязный рукав:

– Что тебе известно о Ли-Ло?

– Барби! Все в порядке? – К ним по аллее шла Ирина. – Убирайся, подонок!

Калвин отпрянул от Бритт и укатил со своей тележкой.

– С тобой все в порядке? – Ирина покрутила пальцем у виска: – Он псих.

– Да, все хорошо. Я дала ему немного мелочи, и он возбудился.

Ирина наморщила нос.

– Не поощряй его. Он все время здесь крутится. Один раз я даже вызывала полицию.

– Он безобидный.

– Все равно я провожу тебя к машине.

– А кто проводит вас?

Ирина подмигнула и открыла сумочку. Бритт увидела, что внутри лежит пистолет.

– Американцы говорят: «К машине меня проводят господа Смит и Вессон».

Опомнившись, Бритт делано улыбнулась.

Усевшись на водительское сиденье и заведя мотор, она увидела, как Ирина садится в свою машину. Бритт положила голову на руль.

Что случилось? Откуда Калвин знает Лианну и почему сказал, что она похожа на нее?

Бритт покрутила зеркало заднего вида, пытаясь высмотреть сзади Калвина, но Ирина его спугнула. На что намекала Ирина, показав ей пистолет? Бритт тронулась с места. Сзади она не увидела ни одной фары. Может быть, Алексею надоело ее ждать. Она выехала на бульвар, и как по волшебству одинокая фара зажглась вдали у нее за спиной, как успокаивающий маячок. Она несколько раз повернула, как велел Алексей, внимательно глядя в зеркала и выискивая подозрительные машины, которые поворачивали бы за ней. Но за ней ехал только Алексей на мотоцикле.

Она вздохнула с облегчением, хотя с того мига, как она наткнулась на Алексея в кабинете Сергея, в ее жизни не было ничего, кроме трудностей. Но, если бы в ту ночь рядом не оказалось Алексея, Сергей увидел бы ее в записи с камеры наблюдения, и сейчас она наверняка уже была бы мертва… как Джером. И как Джесси? И как Татьяна? И как… Нет, она не станет думать о самом плохом. Нужно поговорить с Калвином и выяснить, что ему известно о Лианне.

Она оставила машину у служащего отеля и кивнула портье, когда тот подскочил открыть ей дверь. Опередив Алексея, она первой вошла в номер. Теперь она ждала его у окна.

– Успех! – Он вскинул кулак вверх. – Я получил приглашение на завтрашний прием у Белкиных!

– И я тоже.

Он нахмурился.

– Ты?!

– Сергей попросил меня там поработать.

– Нет!

Настала ее очередь хмуриться.

– Что, прости?

– Это плохая идея. – Он скинул с себя куртку. – Знаешь, что творится на таких приемах?

– Думаю, там обмениваются разными сведениями. Может быть, я даже сумею разобраться в семейной организации Белкиных.

– У них преступная, мафиозная организация. Как, по-твоему, начинали все эти женщины с татуировками? – Он стукнул кулаком по ладони другой руки. – На таких вот приемах!

– Еще лучше. Если Лианна что-то узнала о торговле людьми, может быть, там я выясню, что с ней случилось.

– Сомневаюсь. – Алексей поднял палец, как будто собирался ей погрозить, но потом передумал. Он сел в кресло и вытянул длинные ноги. – Полагаю, бессмысленно просить тебя не ходить туда.

– Вот именно.

Бритт подошла к нему, перешагнув через его ноги.

– И я хочу сказать тебе кое-что еще.

– У тебя всегда есть что сказать. Тебе удалось убедить всех, что в ночь, когда Джерома убили, он назначил тебе свидание?

– По-моему, да, но есть кое-что еще. – Она села на край дивана и закинула ногу на ногу. – Ты видел бездомного, который ошивается в аллее за клубом?

– Кажется, да. Такой пожилой, с магазинной тележкой?

– Да… Его зовут Калвин. Несколько раз я говорила с ним, давала ему деньги, а сегодня он сказал, что я похожа на Ли-Ло.

– Он знал твою сестру?

– Да. Только я начала его расспрашивать, как нас увидела Ирина, заорала на него, он испугался и ушел.

– Эта кого угодно способна напугать. Она слышала, о чем вы говорили?

– Нет, она стояла слишком далеко, но потом показала мне, что у нее в сумке пистолет.

– Меня это не удивляет.

– Что у нее есть пистолет или что она показала его мне?

– Что у нее есть пистолет. Она работает в таком клубе, причем допоздна – в том районе не самые почтенные обитатели.

– И кое-что еще. Меня попросили завтра поработать на приеме, потому что Джесси отказалась.

– Джесси?

– Я тебе о ней рассказывала. Она официантка и оставалась допоздна в клубе в ту ночь, когда убили Джерома, а с тех пор я ее не вижу. На следующий день она взяла отгул, сегодня ее тоже не было, и Сергей попросил меня заменить ее на приеме.

– Еще одна исчезнувшая женщина. – Алексей разогнул три пальца: – Татьяна, Ли и теперь Джесси. Не хочу, чтобы была и четвертая.

– Четвертой не будет.

– Откуда ты знаешь?!

Он встал и пересел к ней на диван.

– Почему ты так уверена?

Развернувшись к нему, она погладила его по щетине на подбородке.

– Потому что у меня есть ты.

Синие глаза Алексея сверкнули, в них как будто загорелись язычки пламени. Он мягко взял ее за руку и перевернул ладонью вверх, а потом принялся водить пальцем по линиям в центре ладони.

– Да, у тебя есть я… пока что.

Бритт выдернула руку и вскочила с дивана. Она ведь не просит, чтобы он остался с ней навсегда? Конечно, она бы не возражала против того, чтобы он остался с ней навсегда. Бритт прижала ладонь к горячей щеке, и он все прочел по ее лицу.

Она заметила, что Алексей подсел совсем близко, только когда он положил руку ей на бедро.

– Я хотел сказать, что останусь, пока буду нужен тебе.

Она с трудом улыбнулась:

– Эй, русский, не обещай того, чего не сможешь исполнить!

Его рука переместилась к ней на талию, и он поцеловал ее в губы. От него пахло водкой и дорогими сигарами.

– Я не могу обещать тебе ничего больше сегодняшней ночи, – прошептал Алексей.

С трудом высвободившись, она прошептала в ответ:

– На большем я не настаиваю.

Прежде чем она успела сообразить, что он делает, он подхватил ее на руки и понес в спальню. Она теснее прижалась к нему. Ей хотелось сохранить в памяти все подробности сегодняшней ночи, чтобы потом было о чем вспоминать.

Он уложил ее на постель и показал на свои ноги:

– Для начала нужно снять мотоциклетные ботинки.

– Не спеши. – Она сбросила тапочки и стала растирать затекшие икры. – Я бы не возражала принять душ вместе. Тем более что в душе две лейки.

– Приятно будет смыть с себя грязь стриптиз-клуба.

– Я потру тебе спинку, если ты потрешь спинку мне. – Бритт медленно расстегнула две верхние пуговицы на блузке.

Она вплыла в ванную, как будто летела по воздуху. Ноги едва касались ковра. Повесив два больших полотенца на сушилку, она нагнула обе лейки душа. Сняла юбку, сбросила блузку и ногой отшвырнула все в угол. На пороге показался голый Алексей. Он был так красив, что она невольно ахнула. От него невозможно было отвести взгляд.

– Как ты быстро!

– Ты недовольна?

– Неужели похоже, что я недовольна? – Она широко заулыбалась.

– А ты… – он подошел к ней, как тигр, который подкрадывается к жертве, – очень, очень медлительная!

Он обнял ее и расстегнул на ней бюстгальтер. Потом просунул обе руки под резинку ее трусиков и обхватил ладонями ее ягодицы. Притянув ее к себе, продемонстрировал, как он рад ее видеть.

Бритт вздохнула и закрыла глаза.

– Я думала, вначале мы примем душ!

– Обязательно, но я умею делать много дел одновременно. – Он доказал это, лаская и целуя ее в губы, заставляя трепетать от предвкушения.

Когда он ненадолго дал ей отдышаться, она подняла руку вверх.

– Подожди, мне нужно подобрать волосы!

Пока он пробовал воду, Бритт свернула волосы пучком и сняла трусики. Провела ладонью по его спине и мускулистым ягодицам.

– Как водичка?

– Идеальная. – Развернувшись к ней, он обнял ее за талию обеими руками. – Как и все остальное.

В просторной душевой кабине не было ни дверей, ни занавеса, ни даже порожка; они с Алексеем просто шагнули под теплые струи.

Вода била в его широкие плечи, стекала на грудь.

– По сравнению с тобой я такая бледная! – заметила она.

Он обхватил руками ее груди, погладил ее по бокам, прижал к себе.

– Твоя кожа такая нежная по сравнению с моей.

Она прижалась к нему и стала языком слизывать с его шеи капли воды.

– Ты забыла губки. Придется мне помыть тебя руками. – Он взял кусок мыла и взбил обильную пену.

– Как хорошо! – пискнула она.

Его намыленные ладони скользили вниз по ее шее и плечам. Намылив ей груди, он чуть отступил и сказал:

– У тебя просто идеальные груди.

Она зажмурилась от удовольствия; соски под его пальцами набухли и заныли.

– Что делает мои груди идеальными?

– То, что они умещаются в моих ладонях. – Он обхватил ее груди обеими руками, водя большими пальцами вокруг сосков. В низ ее живота словно ударила молния, она прошла сквозь все тело. Бритт вцепилась ему в предплечья.

– Рядом с тобой я таю, превращаюсь в желе… пора мне тоже изучить тебя, иначе скоро я так ослабею, что и пальцем не смогу шевельнуть.

Теперь она принялась ласкать его, водя пальцами по его груди, плечам, бедрам…

– Ты как будто рисуешь на мне, ставишь свое клеймо, – заметил он.

Она еле заметно улыбнулась и провела намыленными руками по его возбужденной плоти.

– Я только разогреваю тебя перед главным событием.

– Давай приступим к главному событию в постели. Не хочу, чтобы кто-то из нас поскользнулся и разбил голову об этот дорогой кафель.

Бритт первая вышла из душа и услышала, как в соседней комнате звонит ее телефон, ее словно что-то толкнуло.

– Я подойду. – Она обернулась полотенцем и поспешила в гостиную. Телефон мерцал на диване, где она его оставила.

Она посмотрела на экран: незнакомый номер.

– Алло? – сказала она.

Ей ответил хриплый шепот:

– Ребенок, найди ребенка!

Бритт нахмурилась и обернулась к Алексею. Он тоже вышел из ванной, обернув полотенце вокруг талии.

– Вы, наверное, ошиблись номером.

– Ты сестра Ли.

Бритт ахнула.

– Вы знаете, где она? Вы знаете, где моя сестра?

Сзади послышался мужской смех, и шепот стал еще тише, а русский акцент – еще сильнее:

– Найди ребенка. Найди ребенка и уничтожь их всех!

– Какого ребенка? Чьего ребенка?

– Ребенка Татьяны.

Глава 9

– У Татьяны есть ребенок? – крикнула Бритт в телефон.

Алексей жестом показал Бритт, чтобы та включила громкую связь.

– Она уже нажала отбой… – Бритт неотрывно смотрела на телефон, зажатый в дрожащей руке.

– Кого нет? Татьяны? – Внутри у него все сжалось. – Твоей сестры?

– Нет. Женщины, которая звонила. Она повесила трубку.

– Кто она? Что она сказала? У Татьяны есть ребенок?

– Она говорила с сильным русским акцентом и знала, что я – сестра Ли. Она велела мне найти ребенка Татьяны.

– И что все это значит? Откуда у нее твой номер?

– Должно быть, ей дала Лианна. – Бритт постучала по телефону. – Я могу ей перезвонить.

– Нет! – Его громкий возглас испугал Бритт, и она выронила телефон.

– Почему? Она знает меня, знает Лианну и знает, что у Татьяны где-то есть ребенок. По-моему, неплохая отправная точка…

– Ты не знаешь, кто она такая и с чьего телефона звонила. Что еще ты запомнила, кроме русского акцента?

– Она говорила шепотом. Мне показалось, что она… очень боится. А на заднем плане я слышала мужской голос.

– Вот именно. – Алексей поднял телефон с пола. – Может быть, она не со своего телефона звонила. Ты в самом деле хочешь перезвонить на чужой телефон? Выдать себя?

– Все равно на том телефоне, чьим бы он ни был, уже есть мой номер.

– Если владелец телефона увидит твой номер и перезвонит тебе, притворись дурочкой. Если телефон принадлежит женщине, которая хочет, чтобы ты нашла ребенка Татьяны, она сама тебе перезвонит.

– Что это значит? Она сказала: найди ребенка Татьяны и уничтожь их всех.

– Уничтожь их всех? Если Татьяна забеременела, Белкины не могли ее использовать. – Алексей постучал себя телефоном по лбу. – Может быть, поэтому они от нее избавились.

Бритт побелела и без сил опустилась на диван.

– А мы-то все гадали, почему Белкины убили девушку, которая приносила им прибыль. Может быть, вот что случилось. Татьяна забеременела и стала бесполезной для Белкиных. И все же я по-прежнему не понимаю, при чем здесь моя сестра.

– Татьяна совершила ошибку, признавшись во всем Лианне, а Белкины все узнали.

– По-твоему, Лианна поняла, что ее собираются убрать, и сбежала?

Он встал перед ней на колени и плотнее завернул ее в полотенце.

– Будем надеяться, что твоя сестра еще жива. Надень пижаму и ложись. Уже поздно.

Она тряхнула головой, и волосы разметались по ее плечам.

– А т-ты… присоединишься ко мне?

– Бритт… – Он взял ее за руку и поцеловал в ладонь. – Наверное, сейчас это не лучшая мысль.

Ее губы дрогнули в улыбке.

– По крайней мере, спать со мной в одной постели ты можешь!

Он прижал ее руку к своему сердцу.

– Если я лягу с тобой даже в самую широкую постель, не смогу устоять. А мне очень нужно устоять.

Бритт выхватила руку и резко встала с дивана.

– Да, неплохо придумано. Не сомневаюсь, ты часто пользуешься этой фразой. Ладно, наши планы обсудим завтра.

Пройдя мимо, она с силой задела его плечом. От неожиданности он едва не упал. Бритт с шумом захлопнула за собой дверь спальни.

Алексей лег ничком на диван и ударил кулаками в подушку. О чем он только думал? Если бы им не помешал телефонный звонок, сейчас он бы занимался с Бритт любовью в спальне. В тот момент все казалось превосходным, даже лучше, чем превосходным, но что будет потом, когда он уедет? Когда получит следующее задание? Он не хотел, чтобы кто-то напрасно ждал его. Его беременная мать ждала отца, а он так и не вернулся.

На следующее утро Алексей проснулся и натянул скомканное одеяло до подбородка, когда дверь спальни приоткрылась и Бритт высунула голову.

– Ты одет?

Он хотел сказать, что она уже видела его раздетым, но передумал.

Он сел, глазея на ее длинные ноги в шортах.

– Да. Погоди. Ты уже одета и готова к выходу. Куда?

– Нужно купить платье на вечер. Сергей не хочет, чтобы официантки там были в обычной форме. – Она вошла в комнату.

– Да уж. Наверняка не хочет. Бритт, предупреждаю: сегодня ты должна быть особенно осторожной. На таких частных приемах сообщники Белкиных знакомятся с молодыми и сговорчивыми женщинами, которые работают на Белкиных.

– Ну, я-то не из сговорчивых. – Она осеклась и покраснела. – То есть… я не намерена проявлять сговорчивость с кем-то из друзей Сергея.

Алексей кашлянул.

– Надеюсь, выбор у тебя будет. Я намерен заниматься там своими делами, у меня не будет возможности присматривать за тобой.

– Я могу за себя постоять.

– Можем мы встретиться за обедом и обсудить… наши планы?

– Ладно. Я буду недалеко. Раз уж я оказалась в шикарном Беверли-Хиллз, надо воспользоваться возможностью и походить здесь по магазинам. – Она бросила в сумку сотовый телефон и язвительно уточнила: – Только о времени и месте придется договориться заранее. Ведь ты не хочешь, чтобы я тебе звонила.

Он понял, Бритт обижена, а говорила с осуждением, но решил, что это даже хорошо. Так ему будет легче уйти от нее.

– В полдень в «Патио плющ».

– Ладно, до скорого! – Она вышла, оставив за собой шлейф нежного цветочного аромата.

Алексей вздохнул и сбросил одеяло на пол, затем пролистал сообщения в своем телефоне. Чего бы он сейчас ни отдал за то, чтобы здесь оказался кто-нибудь из его приятелей, пусть даже Слейд Галлахер.

Он вошел в спальню и посмотрел на смятую кровать. Может, ей сегодня тоже плохо спалось? Алексей упал на кровать и закрыл лицо подушкой. Вдохнул сладкий, женский, аромат; закрыв глаза, представил себе Бритт в душе: вода стекала по ее нежной коже, губы приоткрылись, когда он ласкал ее…

При воспоминании о вчерашней сцене у него сразу же возникла эрекция. Он встал и направился в ванную. Сейчас ему просто необходим холодный душ.

Алексей сидел за столом напротив Бритт и смотрел, как она вяло ковыряет салат.

– В конце концов я потратила слишком много денег… зато, по крайней мере, это платье не на один раз.

– Надеюсь, оно не слишком сексуальное?

Она наморщила нос и подцепила ломтик помидора.

– Я купила элегантное маленькое черное платье.

– Думаю, Сергей имел в виду нечто другое, но тем лучше для тебя.

– Тебе известно, как устроен банкетный зал?

Алексей постучал по телефону, который лежал рядом с его тарелкой.

– Ресторан отделен от банкетного зала вестибюлем, где находятся туалеты. В банкетном зале есть сцена, столики, кресла. Чуть дальше в коридоре расположены отдельные кабинеты.

– У тебя свежие фотографии? – Бритт ткнула в телефон пальцем. – Ты там уже был?

– Часть снимков я нашел онлайн и загрузил их, хотя, возможно, к сегодняшнему приему столики расставят по-другому. – Он отпил воды со льдом. – Мне нужно будет общаться с гостями, главным образом, с одним гостем – предположительно торговцем оружием. Кроме того, я попробую завоевать расположение Сергея.

– Сергей в самом деле замешан в… – Бритт осторожно огляделась по сторонам, – террористической деятельности? Мне как-то трудно поверить, чтобы такой, как он, вел дела с международными террористами.

– Возможно, ты права. Не думаю, чтобы Олег Белкин доверил сыну такие крупные операции. Именно поэтому Сергей созрел для того, чтобы его сорвали, как спелый плод. Он дурак.

– Ты не думаешь, что ФБР уже пыталось сорвать его, как спелый плод? – Она подалась вперед и положила подбородок на руку. – Кажется, такими криминальными семьями, как Белкины, в самом деле занимается ФБР? Кстати, ты так и не объяснил, что снайпер из «Морских котиков» делает в Лос-Анджелесе.

– Этого я тебе сказать не могу. – Откусив кусок бургера, он пожал плечами.

– А почему не можешь? Наверное, ты и сам не знаешь! – Она прищурила зеленые глаза. – Я не собираюсь делиться твоими тайнами ни с прессой, ни с кем-то другим. Насколько я понимаю, ты не рассказал заинтересованным сторонам и правоохранительным органам о моем участии.

Он положил недоеденный бургер на тарелку, промокнул губы салфеткой, не спеша сложил ее.

– Так ты сказал кому-нибудь обо мне?

– Нет.

– Странно, почему? Ведь если все выяснится, тебя ждут крупные неприятности, так?

– Меня в любом случае ждут крупные неприятности.

– Что ты имеешь в виду? Я тебя не выдам. – Бритт провела пальцем по губам. – Если ты поможешь мне узнать, что случилось с Лианной… и даже если не поможешь… от меня никто ничего не услышит. М-можем притвориться, будто мы незнакомы.

Он теребил край салфетки.

– Бритт, дело не в тебе.

– Не понимаю. Почему тебя ждут крупные неприятности? – Она склонила голову набок, и ее золотистые волосы упали на плечо.

– Потому что я не связан ни с какими правоохранительными органами. У меня почти нет плана, и нет подкрепления… кроме тебя. – Он закрыл один глаз, изобразил пальцами пистолет и прицелился в кого-то поверх ее плеча. – Я просто хочу убить Олега Белкина.

От слов Алексея, произнесенных шепотом, холодок пробежал у Бритт по спине, и она ухватилась за край стола. Боже мой, значит, она связалась с маньяком!

– Я… Ты… Кто ты? – Она привстала, но потом снова опустилась на стул.

Он накрыл ее руки своими, и, если бы она поддалась страху, вырвалась бы. Но рука Алексея была теплой и надежной. Он защищал ее, следил за ее безопасностью… и, как оказалось, все время лгал ей.

– Я Алексей Иванов, снайпер из спецназа ВМС США. Все, что я рассказал тебе, – правда. Но, кроме того, я – сын Александра Иванова, убитого Олегом Белкиным, и хочу ему отомстить.

Бритт облизнула пересохшие губы.

– Значит, между Белкиными и террористами нет никакой связи? Ты пытаешься подобраться поближе к старшему Белкину… чтобы убить его?

– Связь есть. Раньше, в России, Белкины уже сотрудничали с террористами. Для них это не новый вид деятельности. Если мне удастся уничтожить Олега Белкина, его знакомые террористы разбегутся. – Он развел руками. – Так что, как говорится, все останутся в выигрыше.

– Но ведь то, что ты делаешь, – незаконно. Если тебя поймают, ты можешь поставить крест на своей карьере, несмотря на то что окажешь всему миру большую услугу. – Она схватила его за руку и впилась ногтями в ладонь. – Разве месть того стоит? Разве ради нее можно рисковать всем, чего ты добился в жизни?

Алексей заговорил, не сводя взгляда со своей руки, которой завладела Бритт.

– Знаешь, я никогда в жизни не видел отца. Когда отца убили, мать была беременна, и я родился в Нью-Йорке после того, как родственники вывезли ее из России.

– Как это случилось? Откуда твой отец знал Белкина? Или его убили случайно?

Он сделал ей знак молчать, когда к их столику подошла официантка.

– Вам что-нибудь еще?

– Кофе нам обоим.

– Нет, его убили не случайно. Моя семья жила в Санкт-Петербурге. Отец владел магазином, а Белкин был вором в законе.

– Кем? – Бритт удивленно подняла брови.

– Воры в законе считались высшей кастой в криминальном мире бывшего Советского Союза. Они занимались всевозможной противоправной деятельностью – наркоторговлей, проституцией, вымогательством. А мой отец был против всего этого. Люди Белкина перерезали ему горло как-то ночью в его же магазине.

Бритт закрыла рот обеими руками.

Ничего удивительного в том, что Алексей хочет отомстить. Она сама была готова убить Сергея за то, что тот солгал насчет ее сестры, а ведь она даже не знала, замешан ли он в исчезновении Лианны.

– Какой ужас! То есть… у меня нет слов. – Она плотно сжала губы, когда официантка принесла им кофе.

«Вот и пробуй после такого сдерживать русский темперамент».

– Алексей! – Бритт налила себе в чашку сливок. – Какого будущего хотел для тебя твой отец?

– Ты что, собираешься заняться со мной психоанализом? – Он скривил губы. – Не надо.

– Хотел ли твой отец, чтобы ты отомстил за него, поставив все на карту? А твоя мать? Она уехала из Советского Союза и вырастила тебя здесь, вдали от прежней жизни, вдали от старых обид.

– Однажды у меня уже была возможность подстрелить Белкина, я держал его на прицеле.

– Что тебе помешало?

– Долг перед родиной. В то время я выполнял другое задание, если бы я тогда застрелил Белкина, все испортил бы и поставил под угрозу безопасность своих сослуживцев.

– А сейчас?

– Сейчас я сам по себе.

– Какой у тебя официальный предлог для того, чтобы оказаться в Лос-Анджелесе?

– У меня нет никакого официального предлога. Сейчас я в отпуске между двумя заданиями.

– А в твоем… подразделении… – Она помахала в воздухе рукой. – В ВМС… не знают, где ты?

– Моему начальству известно, что я провожу отпуск в Лос-Анджелесе.

– Алексей, так нельзя. Я тебе не позволю. Ты погубишь все, ради чего работал!

– Наоборот, это – все, ради чего я работал. Террористическую группировку, с которой связан Белкин, возглавляет человек, за которым давно охотится моя группа. Человек, который взял в плен и пытал моего сослуживца. – Он щелкнул пальцами. – Так что, повторяю, все останутся в выигрыше.

– Кроме тебя. – Бритт обвела пальцем ободок чашки. – Твоя мама жива?

Он пристально посмотрел на нее.

– Живет во Флориде со вторым мужем.

– Как ты думаешь, приятно ей будет, если тебя арестуют за убийство и отдадут под трибунал? Она наверняка очень гордится тем, что ее сын служит в подразделении «Морских котиков».

– Это называется «удар ниже пояса». Ты так добиваешься послушания от своих клиентов?

Бритт взяла его руку в свои.

– Подумай. Подумай о маме! Ты в самом деле считаешь, что она хочет, чтобы ты разбередил старые раны?

– Мой отец пытался жить по закону, но он мертв, а милиция не сделала ничего, чтобы наказать его убийц.

– От них откупились?

– Откупились и запугали. Всем городом управляли воры в законе. Вот почему маме пришлось бежать.

– Я понимаю, почему ты хочешь отомстить. Как по-твоему, почему я оставила налаженную жизнь в Шарлотте и приехала сюда? Я хочу выяснить, что случилось с моей сестрой. Хочу, чтобы те, кто ей угрожал, те, кто убил Джерома, были наказаны. Но для всего есть… законные методы.

Алексей фыркнул и высвободил руку.

– На таких, как Белкины, законные методы не действуют. Вспомни, что случилось с твоей сестрой!

– То, чем занимаешься ты и твои сослуживцы, – законно. Вы ведь не действуете теми же методами, что эти подонки?

– Мы не имеем права. Иначе нас отдадут под трибунал.

– Вот именно! Не делай этого, Алексей! Не опускайся до их уровня! Твоя радость будет кратковременной, а если власти установят, кто убил Белкина, на твоей карьере можно ставить крест. Ты навредишь многим – твоей маме, своим коллегам… и мне.

Он посмотрел на нее в упор:

– Бритт, я не хочу тебе вредить.

– Мне будет очень плохо, если я буду знать, что ты сидишь в какой-то военной тюрьме и отбываешь срок за убийство мерзавца Белкина. Должен быть какой-то другой способ покончить с ним.

Алексей постучал ногтем по чашке.

– Возможно, если я добуду веские доказательства того, что Белкин вступил в сговор с Владом, начальство разрешит мне продолжать расследование официально.

– Погоди. Что? – Она заправила за ухо прядь волос. – Кто такой Влад и кто даст разрешение?

– Влад – вражеский снайпер. Мы не знаем, кто он и откуда родом, но стреляет он из снайперской винтовки российского производства – такой же, как у меня. Мы уже несколько лет отслеживаем его деятельность. Раньше он был наемным снайпером в вооруженных бандформированиях, а теперь организовал собственную террористическую сеть. Пока нам удавалось пресекать его планы в США.

– И с таким человеком имеют дело Белкины?

– Мы так считаем. Он пытался договориться с одним колумбийским картелем, но нам удалось этому помешать. Очевидно, сейчас он предпринимает еще одну попытку распространить свои операции на Соединенные Штаты.

– Значит, кто-то из ваших… занимается конкретно им?

– Да, одно спецподразделение занимается исключительно этой задачей. Последние несколько месяцев некоторым моим сослуживцам в разное время приходилось принимать участие в работе спецподразделения. – Алексей пожал плечами. – Пока что никому не удалось доказать, что он связан с криминальной семьей Белкиных.

– Но если тебе удастся доказать, что они связаны, тебе позволят продолжать расследование?

– Думаю, да. Группу «Морских котиков» откомандировали в Штаты для ведения тайной операции. Почти все, чем занимается спецподразделение, не известно ни правоохранительным органам, ни военным юристам.

Бритт широко улыбнулась.

– Похоже, происходящее тебе на руку. Что тебе нужно сделать для достижения цели?

Алексей сдвинул брови.

– Даже если я найду доказательства связи Белкиных и Влада, возможно, спецподразделение выберет для руководства операцией не меня. Моя биография им известна.

– По-моему, поручить руководство операцией тебе – вполне логичный шаг. Кому лучше удастся внедриться в операцию с Белкиными, чем русскому американцу, который говорит по-русски?

– Безусловно. И в прошлом моих сослуживцев выбирали для спецзаданий из-за их связей с причастными к делу людьми. Командир спецподразделения, Ариэль, – не обычный политикан-зануда из ЦРУ.

– Ариэль? – Бритт прикусила губу. – Я видела, ты с ней переписывался. Я подумала, что она, наверное, твоя девушка.

– Откровенно говоря, я даже не знаю, «она» Ариэль или «он». Кстати, то письмо я так и не отправил.

– Ага! – Бритт поерзала на стуле. – Значит, ты уже думал о том, чтобы продолжать операцию официально…

– Да, такая мысль приходила мне в голову.

Бритт придвинула к себе телефон и проверила время.

– В таком случае, мы оба знаем, что делать сегодня вечером: ты должен найти доказательства того, что Белкины сотрудничают с Владом, а я – искать следы Лианны.

– Будь осторожна. По-моему, ты уже получила кое-какое представление о том, с кем имеешь дело.

– Я примерно представляла себе это с самого начала.

Глава 10

Бритт рассматривала Алексея, пока тот стоял перед зеркалом в полный рост в номере отеля, стряхивая воображаемую пылинку с рукава безупречного костюма, пошитого на заказ.

– У меня к тебе один вопрос. Если правительство не оплачивает твой так называемый отпуск в Лос-Анджелесе, откуда столько денег на жилье и одежду?

Алексей наградил ее улыбкой и похлопал себя по нагрудному карману:

– Самофинансирование.

– Не знала, что в ВМС так хорошо платят – даже таким сорвиголовам, как ты.

– После того, как мама переехала в Штаты и родила меня, она познакомилась с очень богатым русским бизнесменом. Мой отчим растил меня, как родного сына, у меня было все, что я хотел, – так продолжается и сейчас. У меня есть сродная сестра. Ее растят как принцессу. Она даже изображает русскую принцессу. – Алексей закатил глаза.

– Твой отчим знает, чем ты здесь занимаешься?

– Нет. Иначе он бы все сказал маме. Все это, – обвел он рукой роскошный номер, – из моего доверительного фонда, хотя я редко к нему прикасаюсь.

– Твой отчим одобрил бы то, чем ты занимаешься? Или то, что ты собираешься сделать?

– Одобрил? Нет, потому что это расстроит маму. И все же, думаю, он бы меня понял. Он принадлежал к тому же слою, что и мой отец, только предпочел уехать. Весь бизнес в стране управлялся ворами в законе, а после распада Советского Союза на остатки налетели олигархи. Макс не хотел жить в обстановке постоянных запретов и ограничений, не хотел давать взятки. Здесь он стал миллиардером.

Она толкнула его бедром.

– Шевелись, русский! Ты прихорашиваешься дольше, чем я.

– Тебе не нужно прихорашиваться, ты и так красавица.

– Ты тоже красавец. – Она повернулась к нему лицом и погладила лацканы его пиджака. Неожиданно внутри у нее все загорелось, и она страстно поцеловала его в губы. Глаза у него сверкнули, но он не отстранился.

– Помнишь наш условный знак на тот случай, если ты окажешься в беде?

– Я накручу волосы на руку. Не волнуйся, ничего со мной не случится. Это обычный частный прием в банкетном зале за рестораном. Я буду разносить гостям напитки и русскую икру.

– Главное – не забывай, какова главная цель такого приема. – Он коснулся пальцем ее носа. – Там собираются богатые мужчины и доведенные до отчаяния молодые женщины, которые обязаны им прислуживать, исполнять любые их желания.

Бритт передернуло.

– Мне от таких мыслей тошно. Представляю, что испытала Лианна, когда узнала, что здесь творится.

– Не повторяй ее ошибок. Не раскрывай свои карты.

– Ты тоже, Михаил Орлов! – Она дернула его за лацканы пиджака. – Как ты попадешь на вечеринку? Надеюсь, в таком костюме ты не сядешь на мотоцикл?

– Возьму лимузин.

– Шикарно. А мне придется ехать в своей развалюхе.

– Главное, будь осторожна.

– Ты это уже говорил.

– Тут трудно переусердствовать.

– Ладно. Я поехала. Увидимся на месте… Да, я буду осторожна.

Она закинула сумку на плечо. Когда она уже стояла на пороге, Алексей в два шага преодолел разделявшее их расстояние.

Он схватил ее за плечи, прижал к себе и поцеловал, размазав губную помаду, но ее это не огорчило.

Сорок минут спустя Бритт остановилась перед рестораном «1001 ночь», самым крупным в империи Белкиных. К ее окошку подбежал служащий парковки.

Бритт наградила его лучезарной улыбкой:

– Я здесь работаю. Где мы паркуемся?

– Езжайте за угол и вставайте на парковку за рестораном. – Он показал, куда ей следует ехать.

Она оставила машину и постояла рядом, чтобы подождать еще двух или трех подъехавших официанток.

Одна из них, Тинесса, подходя к Бритт, растирала предплечья.

– Готовься, сегодня будут щедрые чаевые!

Бритт кивнула. Ей нужны были только одни чаевые – те, которые приведут ее к Лианне.

Когда все зашли в ресторан с черного хода, Бритт спросила:

– А танцовщицы сегодня будут выступать?

Тинесса ухмыльнулась:

– Нет, конечно. Сегодняшняя вечеринка классом повыше. Будет живой оркестр, будут танцы – не топлесс. Сергей познакомит своих друзей с особенными дамами.

Вторая официантка ткнула Бритт локтем в бок и пояснила:

– С высококлассными эскортницами!

– Вот как! – Она приложила руку к горлу. – Но ведь мы только разносим напитки и закуски, так?

– Дорогуша, – усмехнулась Тинесса, снимая свитер, под которым оказалось красное платье с низким вырезом, – мы получаем минимальную зарплату плюс чаевые. Зато эскортницы загребают большие баксы.

Бритт сомневалась, что эскортницам, как их называла Тинесса, вообще платят, если они – секс-рабыни Белкиных.

Она вздохнула.

– Ладно, я работаю сегодня только потому, что Джесси уволилась. Кстати, кто-нибудь из вас знает, что случилось с Джесси? Я ее уже несколько дней не видела.

– Нет. – Тинесса подтолкнула свою напарницу в спину. – В «Ябеде» большая текучка.

Бритт покосилась на вторую официантку – ее имени она не помнила, может, она знает, что случилось с Джесси? Поболтать бы с ней наедине.

После того как приехали все официантки, Ирина созвала их для инструктажа. Ирина, как всегда, была в тренировочных штанах и широкой блузе.

– Отлично! – Она хлопнула в ладоши. – Гости начнут съезжаться минут через десять. Берите подносы с водкой и вином и обносите гостей. Коктейли гости сами заказывают барменам, за исключением тех случаев, когда кто-то из вас захочет лично смешать напиток. Подносы с закусками берите на кухне ресторана. Вопросы есть?

Одна официантка подняла руку:

– Как гости поймут, что мы не… гостьи? Ведь мы сегодня не в форме…

Бритт сплела пальцы и посмотрела Ирине в лицо. Все, кроме нее, как будто заранее знали, что будет происходить на сегодняшнем приеме.

Ирина поманила пальцем помощника официанта с пластиковой корзиной в руках. Парень поставил корзину на пол, Ирина нагнулась и достала оттуда белый кружевной передник.

– Надевайте, чтобы не испачкать свои красивые платья!

Бритт вздохнула с облегчением. Она с радостью наденет кружевной передник, чтобы ее по ошибке не приняли за эскортницу. Ирина бросила ей передник, и Бритт поймала его. Тинесса ткнула ее в спину.

– Они портят впечатление от наших сексуальных платьев, верно? Почему Сергей не разрешил нам надеть наши обычные черные юбки и белые блузки? – Она побрела прочь, волоча за собой передник по полу.

Рядом с ней очутилась молодая официантка, с которой Бритт встретилась на парковке.

– К счастью, у нас есть передники, которые указывают, что мы официантки, а не… шлюхи.

Бритт повязала передник и, разгладив его, заметила:

– Ну, они ведь не совсем шлюхи, так? То есть… они оказывают эскорт-услуги.

Официантка закатила глаза.

– Называй как хочешь. Им платят за секс.

– Я здесь только для того, чтобы разносить напитки и закуски. – Бритт пожала плечами. – А ты знаешь, что случилось с Джесси? Сергей сказал, она уволилась.

– Я здесь только для того, чтобы разносить напитки и закуски, – фыркнула ее собеседница, повязала передник и повернулась к Бритт спиной.

Бритт бродила по залу, слушая, как музыканты настраивают инструменты. Два бармена расставляли бутылки по обе стороны огромной стойки. Степан, заменивший Джерома в «Ябеде», помахал ей рукой; Бритт махнула ему в ответ. Сегодня ей хотелось со всеми ладить и не создавать себе трудностей.

Может быть, как только Алексей докажет связь между Белкиным и Владом, она уедет домой, а Лианну пусть ищет спецназ.

Бритт смахнула слезы и провела рукой по выпуклым обоям на стене. Она заметила, что стоит рядом с небольшим коридорчиком, который ответвляется от основного зала.

Она осторожно заглянула за угол и увидела несколько закрытых дверей. Обернувшись, она убедилась, что никто на нее не смотрит, и шагнула в коридорчик. Одна из дверей тут же распахнулась настежь, и Бритт поспешно отскочила.

Из-за двери вышла Ирина. Увидев Бритт, она поджала губы, подошла к ней и схватила за предплечье.

– Барби, нечего тебе здесь делать. Скоро придут гости. Бери напитки и займись делом.

– Извините. – Бритт отстранилась. – Я просто осматривалась.

– Нечего осматриваться. Работай!

Отойдя, Бритт приложила руку к бешено бьющемуся сердцу. Хватка у Ирины оказалась железной… кроме того, она всецело предана Белкиным… и вооружена.

Глубоко вздохнув, Бритт расправила плечи и направилась к Степану за стойкой.

– Подносы готовы?

– Я только начал. Поможешь?

– Конечно. Что надо делать?

Он протянул ей бутылку дорогой водки, холодную как лед, и указал на поднос с маленькими стопками на столе у нее за спиной.

– Наливай на три четверти.

– Ясно. – Она наливала водку в одну стопку за другой; наконец во всех замерцала прозрачная жидкость. – Еще разлить?

Он показал в сторону входа, где начали собираться люди.

– Еще бутылку – и все. Потом тебе будет некогда.

Он поставил перед ней еще один поднос со стопками и выставил на стойку еще две охлажденные бутылки водки.

Наблюдая за тем, как жидкость наливается в первую стопку, она спросила:

– Ты ведь уже работал раньше на таких приемах?

– Один раз.

– Они что, съезжают с катушек?

– Съезжают с катушек? – Степан расхохотался. – Вряд ли – это же скучные старикашки.

Бритт проворно разлила водку по стопкам.

– Надеюсь, что эти скучные старикашки дают щедрые чаевые.

– Дают, дают. – Степан не спеша оглядел ее с головы до ног.

– Ладно, Степан, дальше действуй сам. Мне пора работать!

Она взяла поднос, торопясь поскорее убраться от сальных взглядов Степана. Пока она разливала водку, гостей заметно прибавилось. Одни бродили по залу, другие рассаживались за столиками или шли попробовать русские деликатесы, выставленные на длинном столе.

Бритт выискивала в толпе высокого, темноволосого симпатичного русского с синими глазами, но Алексей еще не приехал. Зато она заметила в центре группы людей приземистого седовласого мужчину. Он что-то говорил, а обступившие его гости жадно ловили каждое его слово.

Бритт показалось, что ей не хватает воздуха. Она сразу поняла, что явился Олег Белкин.

Растянув губы в улыбке, она подошла к другой группе гостей.

– Водки?

Два гостя взяли стопки, и Бритт принялась обходить остальных гостей. Потом вернулась к стойке. Оставив пустой поднос, она взяла другой, уставленный узкими бокалами с шампанским.

Шампанское логично было предлагать и приглашенным дамам. Она подплыла к группе из трех мужчин и двух девушек. Девушки были густо накрашены и дорого одеты.

– Шампанское? – Она протянула поднос и едва не выронила его, когда одна из красоток, потянувшись за бокалом, продемонстрировала небольшую свежую татуировку на внутренней стороне предплечья.

Бритт впилась взглядом в лицо женщины; на сей раз руки у нее так задрожали, что два бокала перевернулись.

Бритт схватила пару салфеток и промокнула лужицу на подносе.

– Ничего страшного. – Мила взяла еще бокал и улыбнулась. Потом наклонила голову. – Эй, Барби, приходи завтра на вечеринку в «Бурю»! Я последнюю ночь работаю танцовщицей!

– Спасибо, постараюсь.

Пульс у Бритт участился. Она вернулась к стойке и поставила поднос на столик рядом. Значит, Мила набила татуировку Белкиных и сегодня пришла на прием в качестве «живого товара». Перешла из танцовщиц в эскортницы.

Бритт не показалось, что Мила находится под давлением. Она улыбалась, беря бокал с шампанским, хорошо выглядела.

– Эй… ты, кажется, Барби?

Бритт подняла глаза и увидела Тинессу, которая несла поднос с закусками.

– Да.

– Раз у тебя сейчас перерыв, можешь разнести закуски? – Она подмигнула: – Мне нужно кое-куда зайти.

Бритт посмотрела поверх плеча Тинессы; ее взгляд встретился с черными глазками-бусинками пожилого мужчины.

Мужчина смерил ее суровым взглядом, и Бритт поспешно отвернулась.

Знает ли Тинесса, во что ввязывается? А другие девушки?

Протянув руки, Бритт сказала:

– Да-да, конечно. Я тебя подменю.

– Спасибо.

Перед тем как взять поднос, Бритт схватила Тинессу за запястья:

– Будь осторожна!

Тинесса громко расхохоталась и развернулась к своему новому другу. Бритт побрела назад в толпу, которая немного поредела после того, как оркестр заиграл первую мелодию. Несколько пар вышли на танцпол. Женщины, похожие на пестрых бабочек, подлетали все ближе и ближе к паукам.

Бритт заметила Алексея. Тот стоял в компании двух мужчин. Они о чем-то переговаривались, сблизив головы. Знает ли он, что Олег Белкин тоже здесь? Конечно, знает. Наверное, он не выпускает его из поля зрения.

Подойдя поближе к Алексею со спутниками, она предложила:

– Закуски?

– Спасибо. – Алексей взял с подноса блинчик с красной рыбой.

Один из его спутников коснулся ее бедра:

– Не знаю. А что в меню?

Бритт продолжала улыбаться, хотя внутри у нее все сжалось. Она поднесла поднос поближе к гостю.

– Только то, что на подносе.

Мужчина расхохотался и ткнул в бок третьего:

– Она злючка! Люблю злючек!

– Борис! – Алексей как бы невзначай встал между ними, не давая тому дотронуться до Бритт. – Давай еще раз обсудим твое предложение.

– Брось! Ты еще молодой, чтобы так интересоваться делами. Расслабься!

Алексей хлопнул Бориса по плечу:

– Делу время, потехе час!

Бритт, воспользовавшись возможностью, отошла от них. Пройдя мимо другой официантки, сняла с ее подноса стопку с водкой и, ни на кого не глядя, выпила ее залпом. Она закашлялась и поставила стопку на свой поднос. Спиртное успокоило натянутые нервы. Пора ей встряхнуться. Нельзя впадать в панику всякий раз, как один из гостей попытается с ней флиртовать.

Она всегда может пожаловаться Сергею. Судя по тому, что она слышала от других, Сергей не любил, когда официантки занимались, так сказать, побочным промыслом. Тинесса крупно нарывается.

Вечер продолжался – Бритт вежливо отбивалась от приставаний, разносила закуски и напитки. Очень хотелось хоть на несколько минут остаться наедине с Алексеем, но рискованно было возбуждать подозрения.

После того как гости переместились на танцпол, официантки убирали со столов пустые бокалы и тарелки, Бритт начала обходить и другие части банкетного зала. Девушки ухаживали за гостями-мужчинами, но Бритт не заметила никаких приставаний. Неужели они потом просто тихо разъезжаются по гостиничным номерам? Коридор с другой стороны зала, откуда ее прогнала Ирина, не раз за вечер привлекал ее внимание. Там наблюдалось постоянное движение.

Она обвела взглядом зал. Все гости были заняты. Бритт для виду подхватила пустой поднос и зашагала к таинственному коридору. Быстро завернула в коридор и прижалась к стене. Дверь открылась, Бритт поставила поднос на пол и наклонилась, делая вид, будто поправляет туфлю.

Сквозь завесу волос она наблюдала, как из-за двери вышел мужчина и, поправляя воротничок, направился в банкетный зал. Ей хотелось получше рассмотреть, что происходит за закрытыми дверями, поэтому она прошла чуть дальше и расположилась между двумя дверьми, расположенными напротив. И снова притворилась, будто поправляет обувь, а поднос поставила на пол – обычная официантка.

Через пять минут ее ожидания оправдались; дверь напротив распахнулась, комната за ней была ярко освещена. Бритт сделала шаг в сторону.

Мужчина, вышедший на порог, что-то сердито произнес по-русски. Ему ответила женщина, это была Ирина. Бритт заглянула в комнату и поспешно закрыла рот рукой. Ирина сидела на краю кровати, на которой лежала распростертая Джесси в кружевном белье. Она выглядела мертвой – нет, одурманенной. Голова завалилась набок, рука безвольно свесилась с кровати.

Бритт с трудом встала, держась за стену. Осторожно шагнула к открытой двери. Она должна спасти Джесси.

Но, прежде чем она успела сделать еще шаг, сзади кто-то зажал ей рот рукой, оторвал от пола и поволок к выходу.

Она вцепилась в руку, которая не давала ей дышать, попыталась вырваться, но все попытки оказались тщетными.

Глава 11

Слова собеседника долетали до него словно сквозь туман, Алексей не сводил взгляда с коридора, в котором несколько минут назад скрылась Бритт с пустым подносом.

Подняв руку, он сказал своему собеседнику:

– Извини, Давид. Девушка, на которую я с самого начала положил глаз, наконец одна. Пойду попытаю счастья.

– Иди, иди, дружище. Развлекайся!

Пройдя сквозь толпу гостей, Алексей прямиком направился в темный коридор. Он повернул за угол и увидел, как впереди открылась дверь. Судя по плану, она вела на парковку за банкетным залом.

В темноте трудно было что-либо разглядеть, но Алексею показалось, что в дверь протиснулись две фигуры, причем одна тащила другую, а вторая сопротивлялась.

Алексей ускорил шаг. Пройдя мимо стоящего на полу пустого подноса, он стиснул кулаки.

Выбежав на парковку, в слабом свете тусклого фонаря над черным ходом он увидел, как какой-то тип душит Бритт. Одним прыжком он очутился рядом, схватил типа за шею, оторвал его от Бритт и встряхнул, как тряпичную куклу.

Алексей нажал неизвестному на сонную артерию, и тот обмяк.

Бритт с трудом встала и схватила Алексея за руку:

– Он вырубился. Отпусти его!

Алексей выпустил свою жертву, и неизвестный кулем упал на асфальт.

Перешагнув через него, он обнял Бритт.

– Как ты? Он сделал тебе больно?

– Он меня душил. – Она погладила себя по горлу. – Если бы ты не вышел… Как ты узнал?

– Мое солнышко, я весь вечер присматривал за тобой. – Он убрал волосы у нее со лба. – Заметил, что ты долго не выходишь, и понял: что-то случилось.

Она ткнулась лбом ему в грудь.

– В одной из комнат я увидела Джесси. Помнишь, ту официантку, которой Сергей устроил пробы. Она хотела стать танцовщицей… Алексей, мне показалось, что ее чем-то накачали. Она была совершенно не в себе.

Он крепче обнял ее, словно защищая от всех мерзостей этого места.

– Ты поняла, что происходит в тех комнатах?

– По-моему, вряд ли парочки там уединяются… Мне показалось, что для секса они едут в отель или еще куда-нибудь.

– В тех комнатах клиент может, так сказать, опробовать товар перед покупкой.

Она резко отпрянула и едва не упала.

– Кажется, меня сейчас стошнит. Почему Джесси?

– Может, Сергей решил, что она знает, чем занимаются танцовщицы, а когда она заартачилась, принял меры предосторожности. – Он присел рядом с лежащим человеком, поднял ему веко. – Нам нужно уйти до того, как он придет в себя.

– Что же нам делать? Куда мы пойдем?

– Кто еще был в комнате с Джесси?

– Какой-то русский мужчина и Ирина.

– Они тебя видели?

– Не знаю. Вряд ли. Дверь снова закрылась сразу после того, как я увидела Джесси на кровати и этот… – она ткнула мыском туфли лежавшего без сознания типа, – схватил меня.

– Значит, пока только трое знают, что ты была в том коридоре и видела Джесси. Твой похититель… – Алексей от души пнул бандита в ребра, – даже не знает, что ты видела.

– Что это значит?

– Это значит, что мы возвращаемся и притворяемся, будто ничего не случилось. – Он взял ее за плечи и развернул лицом к зданию. – Иди первая. Бери поднос и возвращайся к работе. Если увидишь Ирину, веди себя, будто ничего не случилось.

– Легко сказать! – Обернувшись к нему, она провела ладонью по шее.

– Бритт, у тебя все получится. Надень непроницаемую маску, как будто ты на сеансе с клиентом.

– А ты что будешь делать? Джесси надо спасать! По-моему, тот мужчина разозлился. Мы должны вытащить ее оттуда.

– Сначала я оценю обстановку и стрельну у кого-нибудь сигарету, как будто вышел покурить. – Он взял ее за подбородок. – Я придумаю, как нам вытащить Джесси.

– И Милу, танцовщицу, у которой я нашла визитку тату-салона. Сегодня она здесь – и у нее на предплечье появилась татуировка Белкиных.

– Бритт, всех спасти невозможно… по крайней мере, до тех пор, пока операция не развернется в полную силу.

– Ребенок Татьяны. Женщина, которая мне звонила, сказала: если я найду ребенка, им всем конец.

– Или если я найду доказательства, что Белкины связаны с Владом.

Она схватила его за рубашку.

– Но ты что-нибудь узнал? Выяснил?

– Возможно.

– Ты ведь сегодня видел Олега Белкина?

– Да. А ты-то откуда его знаешь?

– Его легко вычислить.

Взяв ее за руку, он сказал:

– Давай дождемся конца ночи. Возможно, тип, который на тебя напал, никому не расскажет о случившемся. Белкины таких ошибок не прощают. То, что этот сукин сын валяется на парковке мордой в асфальт, не повысит его очки в глазах Белкиных.

– Хорошо. – Бритт глубоко вздохнула и разгладила кружевной фартук.

Перед тем как отпустить ее, он сжал ее руку.

– Не останавливайся ни у той комнаты, ни у любой другой. Подбери поднос и иди в зал.

У входа она обернулась и одними губами произнесла:

– Спасибо!

Отряхнув пиджак, Алексей направился к парадному входу в ресторан. Перешагнул через кусты, делая вид, будто он идет с другой стороны.

Он присоединился к группе курильщиков у входа.

– У кого-нибудь есть сигарета? Я пытаюсь бросить, но все время срываюсь…

– Я брошу в конце лета. Обещал жене. – Кто-то сунул Алексею в руки полпачки сигарет и коробок спичек. – Вот, можете оставить себе.

– Спасибо! – Алексей зажал сигарету в зубах и чиркнул спичкой – на коробке красовалась реклама «1001 ночи». Спички он положил в нагрудный карман пиджака. В голове постепенно складывался план.

Группа разделилась: одни ушли, другие вернулись внутрь. Алексей пошел за ними; невыкуренную сигарету он бросил на землю и растоптал каблуком.

Очутившись внутри, он огляделся и заметил, как Бритт несет поднос с пустыми бокалами на кухню. Человек, с которым он здесь встречался, уже ушел. Алексей не знал почти никого из оставшихся – кроме Белкиных, в том числе Сергея. По прикидкам Алексея, Белкину-младшему недоставало мужественности. Олег оставался в том же углу зала, что и раньше; он расслабленно развалился на мягком диване. По обе стороны от него сидели две молодые красотки.

Он вышел в прихожую между рестораном и банкетным залом, постоял перед картиной с изображением Черного моря, а потом достал из кармана коробок спичек. Чиркнул спичкой и поднес язычок пламени к противопожарному спринклеру.

Как только облачко дыма коснулось головки разбрызгивателя, он ожил. Вода полила на картину, по цепной реакции включая все остальные противопожарные краны в фойе. Потом Алексей просунул голову на кухню, где несколько помощников официантов мыли посуду и складывали ее.

– Пожар! – закричал он. – Убирайтесь отсюда!

Помощники официантов недоуменно переглядывались, и Алексей закричал:

– Fuego!

Парни побросали посуду и, толкаясь, бросились вон из кухни.

Когда все ушли, Алексей поднес спичку еще к одному противопожарному крану. Сработала пожарная тревога у плит. Услышав вой сигнализации, он широко улыбнулся:

– Просто отлично!

К тому времени, как он вернулся в банкетный зал, там начался настоящий хаос. Женщины визжали и закрывали головы руками, чтобы уберечь прически и макияж от безжалостных струй воды. Сергей метался по комнате, размахивая руками и истерически вопя:

– Никаких пожарных! Никакой полиции!

Слова Сергея лишь еще больше напугали гостей. Они стряхивали виснущих на них «эскортниц» или бежали к выходу, таща новых знакомых за собой.

Алексей осматривался, пока не увидел Бритт у входа в коридор. Их взгляды встретились, и он покачал головой.

Протолкавшись сквозь испуганных гостей, он поравнялся с Бритт.

– Уходи вместе со всеми! Можешь нарочно попасться на глаза Ирине. Я постучу в те двери и подниму тревогу.

Тут мимо них пронесся второй бармен, напарник Степана. Он ринулся в коридор, избавив Алексея от лишних трудов. Бармен колотил во все двери и кричал по-русски:

– Уходите! Немедленно выводите девушек! Скоро приедет полиция!

Алексей толкнул Бритт в бок:

– Все, иди. Все кончено.

– Я бы поцеловала тебя сейчас же, но не хочу вызывать удивленные взгляды. – Она поцеловала кончики пальцев и прижала к его шее. Потом смешалась с толпой, ринувшейся к выходу.

Алексей боком двигался вдоль стен, пока не очутился за зоной отдыха, где весь вечер сидел Олег со своими приближенными.

Кто-то оставил на спинке стула пиджак. Алексей схватил его и ощупал карманы. Есть! Он достал сотовый телефон из кармана чужого пиджака и переложил к себе. Можно собирать коллекцию! Чужой пиджак он накинул на голову и стал пробираться к ближайшему выходу, когда к клубу подъехали первые пожарные машины. Пожарные не найдут ни пожара, ни даже сломанной системы пожарной безопасности. И уж конечно, они не найдут доказательств того, что здесь собралась вечеринка богачей и стайки красивых девиц, которые оказывают так называемые эскорт-услуги.

Алексей считал, что ему крупно повезло. Он нашел несколько сотовых телефонов, познакомился с торговцем оружием и заслужил доверие Сергея Белкина. Но самое главное – он спас Бритт от нападения.

Час спустя Алексей вошел в номер отеля, где его ждала Бритт. Она лежала на диване и смотрела телевизор. Ноутбук лежал с ней рядом.

Он снял пиджак и сел напротив нее на стул, согнувшись пополам.

– Сегодня никто ничего не говорил по поводу того, что на тебя напали в коридоре?

– Нет. Должно быть, подручному Сергея не хотелось сообщать боссу, что кто-то дал ему по шее.

– Но он обязательно скажет ему, что ты заглянула в ту комнату и увидела Джесси. Каким-то образом он доведет до сведения Сергея, что видел тебя в запретном коридоре. Возможно, наврет, что ты убежала, а он не сразу тебя опознал… ему захочется выгородить себя и обвинить тебя. Скорее всего, он верный слуга Белкиных.

Бритт подтянула колени к груди и обхватила их руками.

– Я сумею отговориться – как с квитанцией со штрафстоянки.

– Нет, не сумеешь. – Алексей опустился на колени у дивана. – Ты видела в той комнате Джесси – ее чем-то накачали, и она ничего не соображала. И как ты собираешься доказать Сергею, что тебя это зрелище никак не задело?

– Притворюсь, что ничего не видела. Лучше всего, по-моему, прийти на работу как ни в чем не бывало. Если я сейчас сбегу, Сергей сразу догадается: я что-то видела. – Она положила ладонь ему на затылок. – Ведь будет мое слово против слова того, кто на меня напал.

– Вот именно. С какой стати Сергею верить какой-то официантке, которая только что поступила на работу, против слова его верного бойца? Кстати, о бойце. Ему покажется странным, что ты никому не рассказала о нападении. Почему бы тебе и не рассказать, если только ты не уверена, что видела кое-что такое, чего видеть не должна?

– И что он сделает? Подойдет и спросит, почему я на него не настучала? – Бритт рассеянно перебирала пальцами его волосы. – Тем более, что раньше я никогда его не видела. В зале была целая толпа официанток, на многих были черные платья. В коридоре было темно, а он напал на меня сзади. Скорее всего, он даже моего лица не видел.

Он закрыл глаза, стараясь игнорировать поглаживания ее нежных пальцев.

– У тебя тысяча и одна причина не возвращаться в «Ябеду».

– Завтра я туда и так не вернусь. Наконец-то у меня выходной.

– Вот и хорошо.

– А ты? По-твоему, ты собрал достаточно сведений на группу Влада, чтобы получить официальное задание?

– По-моему, да. На приеме я познакомился с одним торговцем оружием. Если Белкин якшается с террористами, во всем наверняка замешано оружие, скорее всего, в обмен на наркотики – чистый опиум из Афганистана. Это еще одно посягательство на наши права. Я собираюсь в ближайшее время сообщить обо всем Ариэль.

– Я рада. – Она провела рукой по его волосам и погладила костяшками пальцев по щеке. – Твой прежний план… был безумным.

Он схватил ее за запястье и фыркнул.

– Это у меня-то был безумный план? А как насчет твоего плана внедриться в русскую мафию, чтобы найти сестру?

– Я не знала, что Лианна связана с русской мафией, пока ты меня не просветил. Мне казалось, что все проще, например… она завязала интрижку с боссом. – Бритт тяжело вздохнула. – С тех пор как я увидела в той комнате Джесси, мне все страшнее за Лианну.

Алексей перевернул ее руку ладонью кверху и поцеловал.

– Ты боишься, что твоя сестра оказалась в таком же положении как Джесси?

– Я думала, что Белкины превращают в рабынь девушек, вывезенных из России. Здесь у них никого нет, они плохо знают язык и не могут обратиться за помощью. К Джесси это не относится. Должно быть, она что-то сделала, что-то сказала на так называемых пробах, и Сергей завелся.

– Белкины способны на все. – Алексей встал и потянулся. – Ночь снова выдалась длинной. Ложись спать, договорим завтра.

– По-моему, я тебя даже не поблагодарила. – Бритт подошла к нему и обняла его за талию. – Ты спас меня, а потом спас Джесси и, наверное, еще нескольких девушек, когда привел в действие пожарную сигнализацию.

– Бритт, по-настоящему я никого из них не спас. Их не спасут, пока не разгромят криминальный клан Белкиных.

– «Уничтожь их всех». – Она постучала себя пальцами по губам. – «Найди ребенка Татьяны».

– Ребенка, пожалуй, предоставлю тебе. А я займусь оружием. Возможно, мне удастся доказать связь Белкиных с Владом. Тебе надо поспать.

– Алексей, чего ты боишься?

– Боюсь тебя оставить.

– Меня всю жизнь кто-то оставляет – отец, мать, сестра. У меня давно не было такой уверенности, какую я чувствую рядом с тобой.

Он снова потянулся к ней.

– Тебя же взяли родственники со стороны отца.

– Ну да. – Она еле заметно улыбнулась. – Оторвали от младшей сестренки, поместили в идеальную семью, где ко мне всегда относились как к отребью наркоманки. Дядя Джейсон взял меня в семью, потому что считал это своим долгом, но он меня не любил. А его жена…

– Прости. Не знал, как тебе было тяжело.

– Не пойми меня неправильно. – Она положила ладони ему на грудь. – Я благодарна дяде и тете за все, что они для меня сделали. Они не жалели на меня денег, я окончила хорошую школу. Они предлагали заплатить и за колледж, но я отказалась. Только любви ко мне они не испытывали.

Она расстегнула верхние пуговицы его рубашки и провела ладонями по груди.

Она прижалась к нему и низким, хрипловатым голосом произнесла:

– Между нами образовалась связь. Если мы с тобой будем вместе хотя бы одну, две или несколько ночей, а потом тебе придется меня оставить, я все равно буду считать себя счастливой, а не брошенной.

– Мое солнышко, со мной может случиться все что угодно.

– Знаю. – Она схватилась за подол платья и, быстро сняв через голову, швырнула его на пол. – Кстати, я давно хочу тебя спросить: что значит «мое солнышко»? – старательно произнесла она русские слова.

– My sunshine, – перевел он на английский язык.

Ее чувственные губы изогнулись в улыбке.

– Так позволь мне стать твоим солнышком – пусть хотя бы на одну ночь.

Глава 12

Бритт солгала Алексею. Одной, двух, даже многих ночей с ним ей будет недостаточно, но она ни за что ему в этом не признается.

Если Алексей считает, что ему будет легче служить, если он останется один, она должна его отпустить, хотя и думает, что он ошибается.

Она развернулась к нему лицом и смотрела, как он просыпается. Пожалеет ли он, что уступил своим желаниям – то есть их общему желанию?

Он приоткрыл один глаз и провел подушечкой большого пальца по завитку ее волос.

– Мое солнышко…

Вот и ответ на ее вопрос. Прижавшись к нему, положив голову ему на грудь, она сказала:

– Я тоже хочу дать тебе какое-нибудь русское прозвище.

– Мне нравится, когда ты называешь меня «русский», особенно со своим акцентом.

Она рассмеялась, но тут же почувствовала себя виноватой. Какое она имеет право лежать в этой роскошной постели с этим роскошным мужчиной, если Лианна сейчас бог знает где? Какое она имеет право быть счастливой, если ее сестра в беде?

Алексей провел ладонью по ее спине от шеи до поясницы, спустился еще ниже и обхватил ее ягодицу.

– Что с тобой?

– Я живу в шикарном отеле в Беверли-Хиллз, лежу в постели с горячим парнем, а моя сестра так и не нашлась.

– По-моему, ты сделала все, что могла… Ты столько раз подвергала свою жизнь опасности ради того, чтобы найти ее! – Он притянул ее к себе, обняв ее бедра ногой. – Ты делаешь достаточно, Бритт. Ты не виновата, что родственники твоего отца не захотели взять к себе Лианну.

Бритт шмыгнула носом и благодарно потерлась о его плечо.

– Кстати, если уж речь зашла о ноше, которую мы взваливаем себе на плечи, ты собираешься связаться со своим начальством и доложить, что тебе удалось выяснить?

– Да. – Он перевернулся на спину и закинул руки за голову. – Только почему-то страшно.

– Ты думаешь, что они попросят тебя не вмешиваться и пришлют сюда другого, чтобы доделать дело?

– Ты довольно точно все описала.

– Если так, тебе придется успокоиться и позволить другим завершить начатое.

Повернувшись к ней, он спросил:

– Даже если те, другие, не станут расследовать дело о торговле людьми и не узнают, что случилось с Лианной?

Бритт проглотила подступивший к горлу ком. Слова Алексея задели ее за живое.

Он тронул ее за плечо.

– Даже тогда?

– Даже тогда. Но тебе, наверное, стоит сказать им о торговле людьми, о ребенке.

– Опять ты о ребенке! – Алексей поцеловал ее в макушку и встал.

– Ты не слышал ту женщину по телефону! Она говорила очень горячо… очень убежденно.

– Мы даже не знаем, кто тебе звонил. Кто-нибудь попытался заговорить с тобой, когда ты была одна?

– Только Степан.

Алексей потягивался, но, услышав ее слова, замер.

– Что это значит?

– Не волнуйся. Дело не только во мне. Его интересуют все девушки.

– Интересно, насколько он в курсе того, что происходит.

– Собираешься выяснить?

– Бармен может стать неплохим источником информации. Очень часто служащие, которые занимают низшие посты и которым мало платят, охотно сдают своих боссов.

– Не уверена, что Степана можно причислить к таким служащим. Кстати, знаешь, с кем еще я хочу поговорить?

– Даже боюсь спрашивать.

– С Калвином, бездомным, который ошивается возле клуба «Ябеда». Очевидно, он знает Лианну. Может быть, что-то видел. Может, она что-то ему сказала.

– Постарайся разговаривать с ним так, чтобы вас никто не засек. Ирина уже видела тебя вместе с ним. У нее могут возникнуть подозрения.

– Может, мне удастся выманить его, если я пообещаю угостить его обедом.

– Главное, будь осторожна.

– А тебя я сумею соблазнить обещанием завтрака? – Потянувшись, она придвинулась к краю кровати.

Он стащил ее с кровати, поставил на ноги и обнял.

– Только если я вначале заманю тебя в душ.

Она куснула его в ключицу.

– Тебе это будет сделать легко.

И Алексей тут же заставил ее забыть обо всем ради нескольких блаженных минут.

Бритт сидела за столиком в уличном кафе на бульваре Сансет, допивая кофе, и смотрела вслед Алексею, который унесся прочь на своем мотоцикле. Младенец в коляске у соседнего столика загулил и помахал ей ручкой. Она помахала в ответ, и ребенок ответил ей беззубой улыбкой.

– Вы ему нравитесь. – Молодая мать салфеткой обтерла малышу подбородок. – А у вас с мужем дети есть?

– С мужем? – Бритт состроила удивленную мину.

– М-м-м… – Женщина покосилась на стул, с которого недавно встал Алексей. – Простите!

– Он мой приятель.

Бритт густо покраснела. Почему она солгала? Хотя… не так уж и солгала. Она ведь переспала с Алексеем. Значит, его можно назвать приятелем – пусть всего на день.

– Понятно… Похоже, у вас с ним еще период первой влюбленности. Вы так на него смотрите…

Вот это сюрприз! Если уж незнакомая женщина сразу поняла, что Бритт влюблена в Алексея, для него это уже наверняка не секрет.

К счастью, к соседке подсела подруга, и Бритт не пришлось ничего отвечать. Она стала размышлять о том, почему позвонившая ей женщина не просила найти Татьяну, а только ребенка. Похоже, ребенок и мать были не вместе. Бритт крепко сжала кофейную чашку. Ребенка и мать разделяет смерть. Что случится с ребенком после смерти матери?

Бритт доводилось работать с клиентами, которые лишились детей из-за пристрастия к наркотикам; социальные службы забирали детей до тех пор, пока родители не избавлялись от зависимости.

Она побарабанила ногтями по чашке. Может быть, с этого стоит начать. Лос-Анджелес – большой город, но много ли русских рожали здесь за последние два месяца?

Она посмотрела на телефон, чтобы узнать, который час. Прежде чем она вернется в отель и наведет справки, нужно заехать в «Ябеду», точнее, зайти в аллею за «Ябедой».

Она приехала к клубу и остановилась за углом. Двери многих заведений были открыты, а на полуденном солнце исчезли зловещие тени.

Подойдя к черному ходу «Ябеды», она осторожно заглянула за мусорный контейнер, где обычно стояла тележка Калвина. Сегодня ее там не было.

Дверь черного хода распахнулась настежь, и Бритт вздрогнула от неожиданности.

– Эй, Барби! Зашла меня проведать? – Степан ухмыльнулся, выкинув в контейнер пластиковый пакет с мусором.

– Н-нет… Я хотела проверить свою карточку учета. Кажется, позавчера я забыла пробить на ней время окончания смены.

Он подошел к двери и распахнул ее. Она робко шагнула к открытой двери, но Степан не посторонился. Более того, широким жестом пригласил ее войти.

Степан не казался здоровяком, но, так как он загораживал проход, ей пришлось пройти к нему вплотную; от него пахло кофе и сигаретами.

– Ну и заварушка была вчера, а? – Он закрыл за ними дверь, и Бритт снова вздрогнула – на этот раз внутренне.

– Сумасшедший дом. Там что, пожар был?

– Нет, просто сработала сигнализация. Может, сбой в системе, может, еще что… В общем, многие девицы попортили свои красивые платья. – Он скривил губы в ухмылке, и Бритт вспомнила слова Алексея о недовольных низкооплачиваемых служащих. Конечно, воспоминание не способствовало росту ее доверия к Степану. Если Алексей хочет его прощупать, пусть делает это сам.

– А ты что здесь делаешь так рано?

– Прибираю, провожу учет. – Его тусклые глазки сузились, когда она направилась к стойке с карточками. – А вечером ты свою карту проверить не могла?

– Сегодня у меня выходной. – Она достала свою карточку и прищурилась. – Нет, все-таки пробила! Отлично!

– Ну, раз уж ты здесь… – Степан перегородил проход, не давая ей вернуться к двери. – Не хочешь немножко помочь мне за стойкой? Протрешь бокалы, и все. Я скажу Ирине, и тебе заплатят сверхурочные.

Она открыла было рот – очень хотелось отказаться. Но вдруг она вспомнила, как Джером рыскал ночью в баре, когда она познакомилась с Алексеем. У нее еще не было случая оказаться за стойкой, не вызывая подозрений.

– Несколько лишних долларов мне, конечно, пригодятся. – Она потерла руки. – Что нужно делать?

– На некоторых бокалах остаются пятна. Сергей не любит пятна. – Степан снял с пояса тряпку и сунул ей в руки. – Иди за стойку и осмотри все бокалы и стопки. Заметишь пятно – протри.

– Хорошо. Все равно на сегодня у меня особых планов не было.

– Неужели у такой красотки, как ты, нет приятеля? Не спешишь на жаркое свидание?

«Есть у меня горячий русский приятель, но только в моем воображении».

– Я недавно сюда переехала. Почти никого не знаю.

– Но Джерома ты знала, – заметил Степан, покосившись на нее.

Она мысленно выругалась и поднесла тряпку к лицу.

– Не напоминай! Это было ужасно.

– Свидание не удалось. – Степан покачал головой, как будто Джером нарочно устроил все так, чтобы его убили перед их свиданием.

– На самом деле это было не свидание. Он знал, что я недавно сюда приехала. – Она ссутулилась. – Я так перепугалась!

– Ты видела, как все произошло?

Степан, шаркая, подошел ближе, и она затаила дыхание. Что она за дура, что осталась здесь с ним?

– Нет. – Она отступила на шаг. – К тому времени, как я припарковала машину и повернула на Сансет, все было уже кончено. Не слишком удачное начало для жизни в Лос-Анджелесе… да и свидание так себе.

– Может, в следующий раз больше повезет.

Она развернулась и бросила через плечо:

– Я займусь бокалами. А ты что будешь делать?

– Проведу учет в кладовой. – Он показал ей планшет с зажимом для бумаги.

Пульс у нее никак не желал успокаиваться, пока она не очутилась за стойкой и не услышала, как Степан чем-то гремит за стеной. Зная, что камера следит за каждым ее шагом, Бритт встала перед пластиковой сушилкой, на которой стояли стопки, и взяла первую. Поднесла к свету и протерла тряпкой, которую дал ей Степан. Они с Алексеем несколько раз пересмотрели запись той ночи, Джерому удалось не попасть на камеру, потому что он присел под стойку у раковины. Она медленно протирала стопки на первом подносе, потом переместилась к следующему – на шаг ближе к раковине. Закончив второй поднос, перешла к следующему, совсем рядом с раковиной, над тем местом, где в ту ночь сидел Джером.

Протерев ряд стопок, Бритт встряхнула тряпку и посмотрела на нее. Уронила ее на пол и села на корточки.

Полки под стойкой занимали стопки салфеток для коктейлей, блокноты для записи заказов, книжечки спичек и огрызки карандашей. Она подалась вперед – за подставками под бутылки что-то блеснуло. Кончики пальцев коснулись холодного тяжелого металла. Она ощупала длинную коробку руками и осторожно вытянула ее с полки. Несколько подставок упали на пол.

Она поставила металлическую коробку на пол и дрожащими пальцами откинула крышку. Осторожно поворошила содержимое указательным пальцем. В коробке оказались старые чеки и несколько снимков полуодетых и совсем раздетых женщин.

Она вытащила несколько и полистала. На пол упала сломанная пластиковая полоска, и Бритт подняла ее. Разгладила старый браслет, и сердце у нее екнуло, когда она увидела напечатанное на пластике имя «Татьяна».

Бритт поднесла полоску к свету. Когда она прочла напечатанные на ней слова, кровь застыла у нее в жилах. Она держала в руках больничный браслет Татьяны Подрезковой, который надели ей примерно месяц назад.

Как он сюда попал? Из больницы, где Татьяна родила ребенка?

Она выхватила один из чеков из коробки и поспешно переписала сведения с браслета.

– Как дела? – крикнул Степан из коридора. Бритт сунула браслет и бумажку в карман и закрыла металлическую коробку. Снова поставила ее на полку, прикрыв остальными вещами, и встала в ту минуту, когда из-за угла вышел Степан.

– Почти протерла третий поднос.

– Барби, ты медленно работаешь. Можешь дотереть весь ряд?

– Конечно, могу. – Она закончила протирать остальные стопки. Мысли в голове путались. Джером знал, что браслет здесь, но не хотел забирать его, чтобы пропажу не заметили. А может быть, он, наоборот, сам нашел его и положил туда. Правда, вряд ли он стал бы прятать такую вещь в клубе. Может, именно об этом он и собирался ей сказать в ту ночь, когда его убили? Собирался ли он рассказать ей о ребенке Татьяны и о том, насколько этот ребенок важен?

Звонившая ей женщина оказалась права. Она должна найти ребенка Татьяны. Похоже, ребенок – ключ ко всему.

Она дотронулась до больничного браслета, лежащего в кармане джинсов. Теперь она точно знала, с чего начинать – с медицинского центра «Сидарс-Синай».

Степан зашел за стойку и ткнул ее локтем в бок:

– Молодец, Барби!

– Спасибо. – Она сплела пальцы и вытянула руки перед собой. – Пойду, пожалуй. Ты сегодня идешь на Милину прощальную вечеринку в «Бурю»?

– Разве что во сне. – Степан закатил глаза. – Там будут только девушки, танцовщицы и официантки. Ты идешь?

– Нет, собираюсь пораньше лечь спать. Спокойной ночи!

– Горячего тебе свидания, Барби.

Она фыркнула и вышла из-за стойки. Схватив сумочку со стула, помахала рукой.

Выйдя из клуба, она споткнулась, когда из-за мусорного контейнера показался человек, решила, что Калвин все-таки объявился, и ошиблась.

Глядя, как оборванец ковыляет куда-то, она вздохнула. Место Калвина занял другой бездомный, помоложе.

– Извините, я приняла вас за другого.

– Калвина ищешь?

Она оглянулась через плечо на дверь клуба.

– Вроде того. Знаешь, где он сегодня?

– Днем он сюда не приходит. – Бездомный дернул себя за козырек кепки. – Хочешь знать, где он тусуется днем?

Бритт смотрела на протянутую к ней ладонью вверх грязную руку. Она достала из сумки десятидолларовую купюру и помахала перед бездомным:

– Это поможет?

– Угу.

Она сунула деньги бездомному, и купюра скрылась в широких складках его пальто, в которое тот кутался, несмотря на тридцатиградусную жару.

– Он в парке за углом. – Бездомный ткнул пальцем вправо.

– Разве здесь есть парк?

– Просто газон под деревьями возле съезда с эстакады. – Бездомный постучал себя пальцем по виску. – Знаешь, у Калвина не все дома.

– Хочешь сказать, что он опасен?

– Да нет, просто… я ведь не знаю, что у тебя с ним за дела.

– Дела? Я бы не назвала это делами. – Она показала в конец аллеи: – Туда, а потом налево, к трассе?

– Точно. Не пропустишь.

Бритт услышала сзади щелчок и круто развернулась. Посмотрела на металлическую дверь, которая вела в клуб.

– Дверь была открыта?

– Не-а. – Ее бездомный собеседник плотнее закутался в пальто.

– Ну ладно. Спасибо за подсказку.

Она вышла из аллеи и села в машину. Доехала по улице до так называемого парка – полоски земли, заросшей выжженной травой и кустами, между улицей и съездом с эстакады.

Она заглушила мотор и какое-то время сидела в машине. Похоже, под эстакадой разбили лагерь бездомные – подальше от любопытных глаз.

Немного посомневавшись, благоразумно ли идти в лагерь бездомных, Бритт сняла сотовый телефон с подставки и открыла дверцу. Если понадобится, она быстро наберет номер Службы спасения.

Она дошла до края тротуара, сложила руки рупором, прижав их ко рту, и позвала:

– Калвин, ты здесь?!

Она затаила дыхание, дожидаясь ответа.

Через несколько минут она шагнула на траву, усыпанную гравием.

– Калвин! Это Барби. У меня… кое-что для тебя есть.

Бритт вздрогнула, когда что-то с шумом проломилось через кусты и из-под бетонных опор на открытое место, спотыкаясь, вышел Калвин. Его лицо и одежда были в крови; он хромал. Сделав несколько шагов, повалился на траву.

Стараясь унять бешено бьющееся сердце, Бритт бросилась к нему и опустилась на землю рядом с ним.

– Калвин! Что случилось?

Он шумно втянул в себя воздух, из угла его рта вытекла струйка крови. Вблизи она заметила, что он сильно избит; губы распухли. Она осторожно ощупала его тщедушное тело, чтобы проверить, нет ли других ран и остановилась ли кровь.

Калвин закашлялся и с трудом что-то произнес.

– Что? – она нагнулась к нему, почти прижав ухо к его губам. – Что ты сказал?

Он хрипло выдохнул:

– Ничего… Я ничего не знаю о Ли-Ло.

Бритт затаила дыхание. Калвин, как ребенок, только что признался, что ему кое-что известно о Лианне!

Она прошептала:

– Калвин, чего ты не знаешь о Ли-Ло? Я никому не скажу.

Его затуманенные глаза посмотрели куда-то поверх ее плеча, и на миг зрачки у него расширились – и сразу же тяжелый ботинок ударил ее по ребрам.

Глава 13

Вернувшись со склада, очутившись в роскошном номере отеля, Алексей нажал на телефоне кнопку «Отправить» и выдохнул. Он только что нашел решающее доказательство того, что криминальное семейство Белкиных закупило партию оружия – и не для того, чтобы вести дела в своей маленькой империи в Лос-Анджелесе. С помощью этого оружия можно развязать одну или две войны; и, хотя Белкины уничтожали все рядом с тем местом, где обитали, они рассчитывали на снисходительность общества, которое будет смотреть сквозь пальцы на то, что они торгуют наркотиками и женщинами, продавая их всем, кто согласен хорошо платить.

Крупная партия оружия предназначалась для кого-то другого. Скорее всего, оружие продали в обмен на опиум-сырец, который Влад мог поставлять Белкиным из Афганистана. Он смотрел на свой телефон, ожидая, что Ариэль сразу же ответит, но его ждало разочарование.

Заметив, который час, Алексей удивленно поднял брови. Странно, что он вернулся в отель раньше Бритт. Она говорила, что собирается разыскивать пропавшего ребенка… Но розыски удобнее вести по телефону.

Он отказался диктовать ей номер своего телефона, потому что не хотел, чтобы она вносила его в список контактов. Надо было купить временный телефон, чтобы она могла с ним связываться. Зато он без ее ведома поставил на ее телефон трекер.

Он открыл программу-локатор на своем телефоне и выругался по-русски, когда увидел, что ее телефон находится в Голливуде, совсем рядом с «Ябедой». Зачем она поехала в клуб? Ведь сегодня она не обязана выходить на смену!

Может, она не добровольно пошла в клуб? Кто знает, что сказал своим боссам тип, который душил ее?

Алексей схватил ключи от мотоцикла и побежал вниз. Телефон он прикрепил к рулю, чтобы постоянно следить за ее местонахождением.

Добравшись до входа в «Ябеду» – клуб был еще закрыт – он сдвинул брови. Точка у него на карте переместилась. Бритт не в самом клубе, но где-то поблизости.

Он круто развернулся, следуя указаниям. Увидев, что машина Бритт стоит на улице рядом со съездом с эстакады, он тяжело вздохнул. Неужели ее развалюха попала в аварию?

Когда он осмотрел пустую машину, ледяной страх сжал его сердце. Куда она делась?

Он поставил мотоцикл на улице и снял шлем. Услышав приглушенные крики, понесся к пространству под эстакадой.

Он ничего не видел, пока не добежал до тротуара, граничившего с полосой травы. Его охватила ярость при виде ужасной картины: неизвестный избивал Бритт. Она лежала на земле и пыталась защищаться руками и ногами. Алексей бросился на неизвестного, едва не задохнувшись от едкой вони, которая шла от его тела. Врезал ему кулаком в лицо и с радостью услышал хруст.

Кровь хлынула у негодяя из носа; он разразился грязными ругательствами и бросился на Алексея. Алексей уклонился от удара и вырубил противника ударом в пах. Тот завопил и, согнувшись, повалился на землю.

Бритт дернула его за рукав:

– Пойдем! Не хочу здесь оставаться, когда приедут копы. Я только что вызвала Службу спасения. Калвин ранен.

– Калвин? – Алексей наступил на руку нападавшего, которой тот только что избивал Бритт. Он до тех пор давил на нее каблуком, пока его противник не завопил от боли.

Подняв голову, он увидел, что Бритт склонилась над другим бездомным с окровавленным и разбитым лицом.

Она что-то прошептала Калвину, а потом подбежала к Алексею:

– Прошу тебя, давай скорее уедем отсюда, чтобы избежать ненужных вопросов!

Услышав вдали сирены, Алексей вскочил.

– Встретимся в закусочной, где мы с тобой ели в первую ночь знакомства!

Бритт кивнула и затрусила к машине.

Алексей следом за ней проехал три квартала до закусочной. Она первая припарковалась, но осталась в машине. Он слез с мотоцикла и подошел к окну со стороны водителя, которое она опустила.

– Не хочешь рассказать, что случилось?

– Как ты меня нашел?

– Это мы обсудим внутри. Тебе нужно приложить лед к глазу. Как только войдешь, иди в туалет и умойся. – Перегнувшись в салон, он извлек из ее волос несколько стебельков травы. – Как ты себя чувствуешь?

– Н-нормально… – Она потрогала лицо кончиками пальцев и с ужасом посмотрела на кровь.

Они вошли в закусочную. Алексей занял столик у задней стены, рядом с окном, выходящим на парковку. Бритт поспешила в туалет, опустив голову. Длинные волосы образовали естественную вуаль, прикрывшую лицо.

Он попросил два стакана воды; одним глазом смотрел в меню, другим на парковку. Он не знал, чего ожидать. Почему двое бездомных напали на Бритт?

Она вышла из туалета с распухшей губой и красной отметиной в углу глаза, но кровь она смыла и вообще выглядела лучше, чем он ожидал.

Бритт села напротив и выпила полстакана воды через соломинку. Потом закрыла глаза и откинулась головой на спинку винилового диванчика.

– Не хочешь начать с начала?

Она приоткрыла один глаз – тот, что не покраснел.

– Как ты меня нашел?

– Я поставил маячок на твой телефон, но это не важно. Расскажи, что случилось.

– Я поехала в «Ябеду», чтобы найти Калвина. Надеялась, что он что-нибудь расскажет о Лианне. Я не ожидала, что в клубе кто-то будет.

– И кто там был?

– Бармен Степан.

– Просто здорово. И как ты ему объяснила свой приезд?

– Сказала, что хочу проверить свою карточку учета – не забыла ли вчера пробить время ухода. Он мне поверил.

– Ты только так думаешь.

– Мне не кажется, что Степана привлекают к криминальной деятельности.

– Ты проверила карточку и уехала? – Алексей поднял голову и улыбнулся официантке. – Мне чашку кофе с лимонной меренгой.

– А мне газировку без сахара, любую, и сэндвич с сыром на гриле. – Она посмотрела на Алексея и пожала плечами. – Я не успела пообедать.

Когда официантка ушла, Алексей сунул пальцы в свой стакан с водой, выудил оттуда два кубика льда и завернул их в салфетку.

– Приложи к правому глазу – может, синяка и не будет.

– Я пробыла в клубе несколько минут, – продолжала Бритт, прикладывая к лицу импровизированный холодный компресс. – Степан попросил меня ему помочь.

– Ты осталась там с ним наедине?!

– Пытался флиртовать, но не приставал ко мне. По-моему, он флиртует только потому, что от него этого ждут.

– Итак, ты помогала Степану в «Ябеде». Каким образом все кончилось тем, что ты превратилась в боксерскую грушу для бродяг?

– Помнишь, мы с тобой видели в записи, как Джером в ту первую ночь нырнул под стойку, чтобы не попасть на камеру?

– Конечно.

– Я решила, что мне представилась отличная возможность присесть и посмотреть, что там такого важного.

– И что? – Он наклонился вперед.

Она привстала и, что-то вынув из кармана, бросила на стол. Он провел пальцем по пластиковой ленте, прочел выбитые на ней слова.

– Больничный браслет Татьяны из медицинского центра «Сидарс-Синай»… Значит, своего таинственного младенца она родила в больнице. И этот браслет лежал под стойкой?

– Он был в такой узкой металлической коробке. Может быть, Джером нашел браслет в клубе, но почему он оказался в коробке?

– Сомневаюсь, что его нашел Джером. – Алексей задумчиво почесал подбородок. – Он не стал бы хранить улику в клубе. Возможно, он просто нашел коробку… Взять браслет он не мог, чтобы не спугнуть кого-то; может быть, он вернулся, чтобы его сфотографировать.

– Да, скорее всего, он сделал снимок. После убийства его телефон пропал. Но это не объясняет, почему браслет вообще оказался в том месте!

– По-моему, все очевидно. Видимо, Татьяну привезли в клуб, не сняв с нее больничного браслета.

– Почему ее привезли в клуб сразу после родов? Что они с ней сделали?

– Не знаю. Зато теперь нам известно, где она рожала…

– Надеюсь… – Она прижала пальцы к губам. – Надеюсь, они не убьют ребенка…

– Женщина, которая тебе звонила, велела найти ребенка. Похоже, она знала, о чем говорит; она вряд ли послала бы тебя искать мертвого младенца. – Алексей схватил Бритт за руку и сжал обеими своими. – Твоя находка – просто сокровище. Но почему тебя и Калвина избили?

Бритт помолчала, потому что официантка принесла им еду.

Разрезав свой сэндвич пополам, она продолжила рассказ:

– Я закончила помогать Степану и вышла черным ходом. Увидела бродягу, сначала приняла его за Калвина и окликнула. Но это был другой бродяга, я дала ему десятку, и он сказал, где искать Калвина.

Алексей закатил глаза.

– По-твоему, заплатить бездомному за информацию, а потом отправиться в лагерь бомжей под эстакадой – хорошая идея?

Она сложила вместе кончики пальцев и стряхнула крошки на тарелку.

– Я не собиралась туда идти. Встала подальше и окликнула Калвина, надеясь, что он выйдет ко мне.

– И что же?

– Калвин действительно вышел из кустов, избитый и окровавленный, и упал на землю. Я подошла к нему, и вдруг он заявил, что ничего не знает о Ли-Ло. – Она откусила от сэндвича. – Это означает, что ему что-то о ней известно.

– Может, да, а может, и нет. Он знал, о чем ты собираешься его спросить. Может, у него было временное просветление, и он сказал тебе правду. Он знал Ли-Ло из клуба, она держалась с ним приветливо, ты тоже держалась с ним приветливо и напомнила ему Ли-Ло. – Алексей отломил кусочек меренги. – Откуда взялся тот, другой?

– Пока я ощупывала Калвина, на меня напал второй. Для начала ударил меня ногой в живот.

– Он был с Калвином? Он пытался тебя ограбить?

Бритт положила сэндвич на тарелку.

– Алексей, его послали Белкины. Это тот же самый тип, с которым я разговаривала в аллее.

Алексей и раньше подозревал, что бродягу, напавшего на Бритт, подослал кто-то из клуба. Он отодвинул тарелку – аппетит пропал.

– Как они все провернули? Должно быть, Белкины заплатили другому бродяге, чтобы тот избил Калвина. А потом велели ему заманить тебя в лагерь бездомных под эстакадой.

– И я так подумала, как только поняла, кто на меня напал.

– Все делалось через Степана.

– Погоди. Что?! Откуда ты знаешь? Ведь с Калвином меня видела Ирина.

– Но сегодня тебя видел только Степан. Наверное, после того, как ты пошла ему помогать, он сразу же доложил обо всем Ирине или Сергею. Калвина избили в качестве предупреждения, а второму бродяге приказали напасть на тебя. Как по-твоему, Калвин выживет?

– Да, наверное. Я не увидела смертельных ран, и он со мной разговаривал. А меня просто избили, и хотя это неприятно, – она дотронулась до скулы под глазом, – угрозы жизни тоже нет. Какой во всем этом смысл?

– Тебя тоже предупредили. Белкины не знают, что тебе известно и почему ты разговариваешь с Калвином. Зато они знают, что Калвин постоянно ошивается за клубом «Ябеда». Возможно, он кое-что видел, пусть даже и не понимает, что это значит. Они не хотят, чтобы ты или кто-то другой расспрашивали Калвина. Конечно…

– Что «конечно»?

– Ты взяла его… – Он щелкнул по Татьяниному браслету.

– Я не собиралась его брать. Держала его в руке и услышала, что идет Степан. Наверное, надо положить его на место.

– Не сейчас.

– А может, его и не будут искать. Похоже, кто-то случайно бросил его в коробку. Джером наткнулся на браслет только потому, что за барной стойкой были его владения. Постороннему человеку не понять, какое значение имеет такой браслет.

– И все же Джером кое о чем догадался… И его убили.

Бритт судорожно вздохнула и отпила газировки.

– Мы этого не знаем. Благодаря твоим навыкам обращения с видеозаписями Сергей не видел, что Джером в ту ночь возвращался в клуб и сидел за стойкой.

– Возможно, его видели раньше. Ты работаешь завтра?

– Да.

– Не думаю, что тебе стоит туда идти.

– Я могла бы положить браслет на место.

– Еще хуже! – Он покачал головой.

– А ты? – Она ссутулилась. – Что-нибудь выяснил?

– Кстати… – Он поднял указательный палец. – Погоди… я еще не проверил сообщения.

– Ты написал Ариэль? Что-нибудь нашел?

Доставая из кармана телефон, Алексей ответил:

– Мой новый друг показал мне партию оружия. Он готов кое-что продать, но совсем немного – вся партия уже заказана.

– Кто заказчик? Белкины?

Алексей посмотрел на телефон и хлопнул ладонью по столешнице.

– Да!

– Ариэль дает добро?

Он нагнулся к Бритт и тихо прочел вслух: «Звучит многообещающе. Продолжай».

– И все?

– Есть приложение, где больше сведений. Я прочту его, когда мы вернемся в отель, – сказал он и откусил от своего пирога.

– Алексей, как замечательно! Теперь ты работаешь официально.

– Теперь наши возможности значительно возрастают! Отныне за моей спиной будут и ЦРУ, и ФБР – точнее, те подразделения, которые сумеет привлечь Ариэль.

Алексей взял со стола Татьянин браслет.

– Сейчас мы воспользуемся моим новым официальным статусом.

– Как?

– У нас есть хакеры, которые могут влезть в базу данных больницы. Мы выясним, когда Татьяна там лежала и что случилось с ее ребенком.

– Если та женщина права, если мы найдем ребенка, мы уничтожим Белкиных, и тогда они уже не смогут вести переговоры ни с Владом, ни с кем-либо другим.

Алексей побарабанил пальцами по столешнице.

– Не знаю, как ребенок может повлиять на мафиозный клан Белкиных. Возможно, отец ребенка – какая-то важная шишка. Но отцовство надо еще доказать. А даже если и так… проститутки и эскортницы рожают постоянно. Почему ребенок так важен для Белкиных?

– Не знаю. Может, та женщина перезвонит. Может, она работает в «Ябеде». Вот почему я хочу остаться там на какое-то время. – Бритт взяла со стола телефон. – Позвоню в больницу; попробую что-нибудь узнать о Калвине. Как думаешь, куда его повезли?

– В центр «Сидарс-Синай», туда же, где была Татьяна.

От изумления глаза у Бритт стали огромными.

– Превосходно! По-моему, нам нужно навестить Калвина.

– А ты готова? – Он подтолкнул к ней свою тарелку. – Доешь хотя бы мой пирог. Ты заслужила сладкое за то, что тебя лягнули по ребрам.

Она с жадностью доела пирог. Алексей вытер ей испачканный кремом подбородок пальцем и облизнул его.

– Так уж и быть, прощаю тебе неряшество – наверное, после побоев у тебя лицо онемело.

Она улыбнулась и схватила его за руку.

– Рада, что ты теперь работаешь законно, русский… и не только из-за преимуществ.

– Я тоже рад, но это не значит, что я не хочу покончить с Олегом Белкиным… навсегда.

– Знаю. – Бритт сжала ему руку. – Но теперь все санкционировано.

Санкционированы его действия или нет, Белкин – мертвец! И все же пламя, бушевавшее в его груди всякий раз, как он думал о Белкине, утихло и теперь едва тлело. Теперь его страсть горела по другому поводу – ему хотелось уберечь сидевшую перед ним женщину.

Алексей сел за руль ее машины, и они поехали в больницу. У Бритт болела челюсть и ребра. Может быть, ей самой стоит показаться врачу. Она понимала, что над ее головой сгущаются тучи.

Что дальше? Догадаются ли Белкины, что она унесла больничный браслет Татьяны? Знал ли Сергей, что браслет лежит в металлической коробке под барной стойкой? Совсем неподходящее место для того, чтобы прятать важную улику, которая может подорвать всю криминальную деятельность.

А может быть, телефонный звонок от русской женщины – просто уловка, призванная обвести ее вокруг пальца?

Бритт покосилась на Алексея; он крепко сжимал руль, маневрируя в потоке машин. Может быть, он уже подумал об этом? Скорее всего. От его внимания почти ничто не ускользает, в том числе и ее безумное влечение к нему.

Теперь ей нужно исполнить свое обещание; их связывают лишь кратковременные отношения, а потом она его отпустит. Она невольно вздохнула, прежде чем успела все обдумать.

– Знаю. Ужасные пробки, но мы почти приехали.

– Нам в отделение неотложной помощи, да?

– Начнем оттуда.

Оставив машину на верхнем ярусе парковки, они прошли в переполненное отделение неотложной помощи и подошли к стойке администратора.

Бритт положила руки на стойку.

– Извините. Недавно я стала свидетельницей того, как кто-то избивал двух человек на углу Говер и съезда с трассы 101. Из машины я позвонила в Службу спасения, но не могла остановиться. Теперь хочу узнать, как они себя чувствуют. Вы можете мне что-нибудь сказать?

Девушка за стойкой ответила, не отрываясь от компьютера:

– Вы родственница?

– Нет, просто неравнодушная гражданка.

– Посторонним людям мы информацию о пациентах не сообщаем. Попробуйте позвонить в полицию – Голливудское отделение департамента полиции Лос-Анджелеса.

Бритт прикусила губу.

– Можете хотя бы сказать, на каком этаже родильное отделение?

– На девятом.

– Спасибо!

Алексей положил ладонь ей на поясницу и вывел из зала ожидания. Когда они вышли в коридор, он вызвал лифт.

– Напрасная трата времени!

Войдя в кабину лифта, она вздохнула.

– Я просто хотела сделать доброе дело.

– Думаешь, там, наверху, тебе больше повезет? По-моему, в родильном отделении соблюдают даже больше мер предосторожности.

– Раз уж мы здесь, я просто хочу осмотреться.

– Я могу быстрее получить сведения о Татьяне по моим каналам.

– Мы уже приехали, давай хотя бы осмотримся.

Алексей в шутку отдал ей честь:

– Есть, шеф!

– Мне нравится такое прозвище.

Кабина дернулась и остановилась на девятом этаже. Они вышли, и Бритт почему-то развеселилась. Она толкнула Алексея плечом.

– Здесь лучше, чем в неотложке!

– Младенцы! – Он показал на застекленную перегородку.

Бритт подошла к окошку и положила обе ладони на стекло.

– Ты только посмотри на них! Они готовятся выйти в большой мир!

– У них все впереди.

Бритт, водя пальцем по гладкой стеклянной панели, читала фамилии:

– Родригес, Миллер, Шварц, Гомес, Руссо…

Не все колыбельки были заняты младенцами.

Должно быть, остальные дети у матерей. Она продолжала читать фамилии, пока не наткнулась на знакомую. Она схватила Алексея за руку:

– Смотри! Там… ребенок Татьяны!

– Где? – Она почувствовала, как он напрягся.

– В заднем ряду. – Она постучала по стеклу. – В колыбели никого нет, но там написано: «Подрезкова».

– Шутишь!

– Нет. Видишь? Ярлычок розовый. У нее родилась девочка.

– Может, Татьяна еще здесь? – Алексей обернулся через плечо, как будто ждал, что она вот-вот выйдет в коридор.

– Не знаю. По-твоему, Джером ошибся, когда сказал, что ее убили? В палаты нас не пустят…

К перегородке подошла медсестра с папкой под мышкой; она вбила код на панель.

– Простите!

Алексей ткнул ее в спину, но было уже поздно.

– Да? – Медсестра обернулась.

Алексей ущипнул ее, но Бритт все же спросила:

– Скажите, где девочка Подрезкова?

Глаза у медсестры стали огромными, и у Бритт все опустилось. Хорошо, что Алексей перестал ее толкать и щипать.

– Вы родственница?

Вот опять – волшебное больничное слово, которое открывало двери и давало допуск к секретным сведениям. Алексей говорит по-русски. Может, он сойдет за родственника?

Она вздохнула, и Алексей ткнул ее в спину – под больными ребрами. Должно быть, прочитал ее мысли.

– Н-нет, но фамилия мне знакома. У моей сестры есть русская подруга; я подумала, что это она.

Глаза медсестры превратились в щелочки.

– И эта подруга была беременна?

Алексей стоял у нее за спиной, вибрируя от напряжения.

– Нет. Она не была беременна. Может, у нее даже фамилия другая… Вы ведь знаете, все русские фамилии кажутся одинаковыми.

Медсестра склонила голову набок.

– Что вы здесь делаете?

– Мы навещали знакомого в отделении неотложной помощи, и мне захотелось взглянуть на новорожденных. – Бритт хихикнула и похлопала себя по животу: – Наверное, биологические часики тикают…

Медсестра натянуто улыбнулась.

– Не сомневаюсь, вы понимаете, почему мы не пускаем посторонних в детское отделение.

– Конечно.

Алексей взял Бритт за руку:

– Пошли, посмотрим, может, Боба уже можно забирать.

Он повел ее по коридору к лифту, держа за руку железной хваткой, как будто боялся, что она вырвется и бегом вернется к детскому отделению. В лифте они стояли плечом к плечу, но Бритт не смела произнести ни слова.

Двери лифта разъехались; Алексей придержал их для их спутницы.

В кабину вошла пожилая женщина с холщовой сумкой через плечо.

– Очень жаль малышку…

Бритт осмотрела женщину с головы до ног. Она не медсестра. К ее свитеру пришпилен значок волонтера.

Бритт ободряюще улыбнулась; с помощью такой улыбки ей удавалось уговорить клиентов поделиться с ней своими самыми сокровенными и мрачными тайнами.

– Вы говорите о девочке Подрезковой?

– Да. Я слышала, вы спрашивали о ней. – Женщина тряхнула седыми кудрями. – У бедняжки нет матери.

– Ее мать… умерла родами?

– Хуже. – Женщина-волонтер поджала губы.

Что может быть хуже смерти? Бритт покосилась на Алексея.

– Что с ней случилось?

– Сразу после родов взяла и ушла из больницы. Никому ни слова не сказала. Просто исчезла.

– Ой… – Бритт приложила руку к бешено бьющемуся сердцу. – Какой ужас! Может, у нее не было другого выхода? Хорошо, что она не бросила ребенка где-нибудь на улице…

Женщина фыркнула:

– Она могла бы отдать ее на удочерение по обычным каналам.

– А ребенок еще здесь?

– Девочка родилась недоношенной. – Женщина похлопала по своей сумке. – Я точно знаю. Я связала для нее шапочку. Я вяжу шапочки всех размеров, а этой малышке нужна была самая маленькая. А еще я их укачиваю… она просто милашка.

Бритт заметила, что во время этого разговора Алексей не тыкал ее в бок и не щипал.

– Девочка здесь давно?

– Около месяца. Ее уже можно выписывать, но куда она отправится без матери?

– Не сомневаюсь, ее удочерит хорошая семья.

Пока они ехали вниз, их соседка говорила о своем вязании и других новорожденных. Когда они расстались на парковке, Бритт повернулась к Алексею.

– Как по-твоему, что случилось?

Он приложил палец к губам:

– Подожди, пока мы сядем в машину.

Когда они подошли к машине, Бритт наконец выдохнула с облегчением.

Алексей усадил ее на пассажирское сиденье, а сам сел за руль.

– У нас получилось! Мы нашли ребенка Татьяны!

Он провел пальцами по рулевому колесу, но мотор заводить не стал.

– Не думаю, что Татьяна добровольно бросила девочку.

– Думаешь, из больницы ее забрали Белкины?

– Уверен. Возможно, они бы забрали и ребенка, если бы сумели перехитрить драконш медсестер.

Бритт вздрогнула.

– Слава богу, еще есть медсестры-драконши! Думаешь, они уже пытались выкрасть ребенка?

– Может быть, именно поэтому сестра так встревожилась, когда ты продемонстрировала интерес к младенцу с фамилией Подрезкова. А может, она собиралась вызвать полицию, чтобы тебя допросили. – Он погладил ее по бедру. – Извини, что щипал тебя. Именно этого я пытался избежать – допроса в полиции.

– Да, вот уж была бы катастрофа. – Бритт взялась за ремень безопасности. – По-моему, моей сестре что-то было известно о ребенке. Ты сам говоришь: если бы дело было только в торговле людьми и эскорт-услугах, Белкины бы как-нибудь выкрутились. В этом младенце что-то есть. Не может ли ребенок родиться с наркозависимостью? И беспокоило ли это Белкиных?

Ноздри у Алексея раздувались; он сдвинул брови над переносицей. Вдруг он резко выдернул ключи из замка зажигания.

– Бритт, выходи из машины!

– Почему? – Она машинально потянулась к дверце.

– Выходи! Машина сейчас взорвется!

Сила его голоса увеличила приток адреналина, и она толкнула дверцу. Дверца распахнулась. Она выскочила наружу. Алексей еще кричал, поэтому она отбежала от машины и стала махать двум людям, которые шли навстречу.

– Не подходите! – крикнула она, задыхаясь.

Она даже не услышала второго слова из-за оглушительного взрыва у нее за спиной. Взрывной волной ее отнесло на несколько шагов, и она упала, ударившись о бетонный пол, в голове у нее осталась одна мысль: «Алексей».

Глава 14

У Бритт звенело в ушах, но она еще слышала пронзительные крики женщины, стоявшей в нескольких шагах от нее. Она с трудом привстала. Голова кружилась. Пара, которая шла им навстречу, стояла на месте с бледными, застывшими от ужаса лицами. Бритт со стоном перевернулась, из-за сломанных ребер было трудно дышать – а может, все дело в наползавшем на нее едком дыме. Выбрался ли Алексей? Жив ли он?

Она зажмурилась, а когда открыла глаза, над ней возникло лицо Алексея. Всхлипывая, она позвала его по имени.

– Бритт! – Он опустился на колени. – Как ты?

Она села, держась за живот.

– Нормально… Кто-нибудь пострадал?

– Здесь не много машин. С моей стороны никого. – Он повернул голову к паре у лифта, те стоя ли, обнявшись. – Ты спасла им жизнь.

– А ты спас мою! – Она схватила сумочку, висевшую у нее на плече. – Я вызываю Службу спасения.

– Пусть они вызовут. Пошли отсюда!

– Моя машина…

– Уничтожена. Вряд ли тебе нужно объяснять в полиции, почему кто-то подложил взрывчатку в машину официантки из «Ябеды». Меньше всего нам сейчас нужно, чтобы полиция совала нос в наши дела и выяснила, кто ты такая на самом деле… или я, пока мы не разберемся с Белкиными.

– Но разве полиция так или иначе не установит, что это моя машина? То есть машина Барби Джонс?

– Нет, потому что в дело вмешаюсь я, точнее, мое спецподразделение. – Он мягко положил руку ей на плечи. – Ты встать можешь?

– Да. – Держась за Алексея, она встала и прижалась к нему. Ноги дрожали, но она ухватила его за руку, и мир перестал вращаться. Спускаясь по лестнице, они встретили нескольких человек, которые бежали на верхний ярус парковки. Один спросил у них:

– Что случилось?

– Взорвалась машина какой-то пары. Правда, они не пострадали. Никто не пострадал. – Он прошел мимо встречного человека, таща за собой Бритт.

Когда они вышли на улицу, Бритт показалось, что она снова может дышать. Она глубоко вздохнула, но у нее заболели ребра. Она схватила Алексея за обе руки.

– Я такая же грязная, как ты?

– Ты испачкалась совсем немного. – Вдали завыли сирены, и Алексей снова зашагал прочь от больницы. – Не останавливайся.

Бритт споткнулась и нагнулась, поправляя сандалию:

– Ремешок порвался!

Алексей огляделся по сторонам.

– Давай зайдем в закусочную и умоемся в туалете, прежде чем вернемся в отель.

К тому времени как Бритт смыла сажу и грязь с лица, рук и ног, кое-как пригладила спутанные волосы, от которых пахло дымом, и вернулась в ресторан, Алексей уже сидел за пластиковым столом. Он заказал им два стакана воды. Когда она подошла, он оторвался от телефона, где набирал текстовое сообщение.

– Взял тебе газировку без сахара, но здесь самообслуживание. Можешь ее вылить и налить что-нибудь другое.

– Все нормально. – Она села напротив и стала пить газировку. – Шлешь эсэмэски Ариэль?

– Да. Вот недостаток официальной работы – обо всем приходится отчитываться, особенно если нужно, чтобы в дело вступила спецгруппа.

– Пишешь, что ты прикрываешь владелицу взорвавшейся машины?

– Точно.

Бритт вертела в руке соломинку. Ей страшно было задавать следующий вопрос. Она кашлянула.

– Как… они узнали, что я в больнице?

– За нами никто не ехал, я точно знаю. Все время наблюдал, а по пути из закусочной в больницу несколько раз специально поворачивал не туда, чтобы засечь слежку. Не может быть, чтобы за нами был хвост.

– Значит…

– Значит, они поставили устройство слежения на твою машину.

– Когда и почему они это сделали?

– Ты что, шутишь? У Белкиных есть несколько причин тебя подозревать. Достаточно того, что ты ходила на так называемое свидание с Джеромом в ту ночь, когда они его прикончили! Кроме того, ты побывала возле комнаты, где держали накачанную наркотиками официантку, и разговаривала с бродягой, которому что-то известно о «Ябеде». Когда ты приехала в клуб в свой выходной, они решили: хорошенького понемножку.

– Думаешь, Степан сказал Сергею, что я пришла, и тогда они поставили в мою машину жучок?

– Возможно. Я на это надеюсь.

– Почему?

– Потому что, если жучок в твою машину поставили вчера, во время приема, им известно, что после работы ты отправилась не в съемную квартиру, а в отель в Беверли-Хиллз.

– Вообще-то они знают, что я вышла из клуба, остановилась у лагеря бездомных под съездом с шоссе, поехала в ближайшую закусочную, а оттуда в больницу. Ничего инкриминирующего здесь нет.

– В ту же больницу, где сейчас в детском отделении находится ребенок Татьяны?

– В ту же больницу, куда по скорой отвезли избитого Калвина. Разве с моей стороны неестественно его навестить?

– Может быть. – Алексей пожал плечами. – Но скоро они наверняка поймут, что пропал больничный браслет Татьяны. Бритт, тебя только что пытались убить. Вряд ли Белкин поверил, что ты ездила в «Сидарс-Синай» навестить Калвина. И даже если поверит… он ничего не оставляет на волю случая.

Глаза Бритт наполнились слезами.

– Если меня пытались убить только потому, что в чем-то подозревают, скорее всего, Лианна уже мертва, ведь у нее не было такого защитника, как у меня! Опять я живу как в сказке, а она вытянула короткую соломинку.

Слеза покатилась у нее по щеке, Алексей осторожно снял ее кончиком пальца и прошептал:

– Я бы помог и Лианне.

Наклонив голову, она легла щекой на ладонь.

– Знаю, но ты спас меня, а не ее.

– Мне жаль, что я не смог спасти Лианну, но благодарю Всевышнего за то, что сумел спасти тебя. – Он провел пальцем по ее уху. – Давай вернемся в отель; оттуда я смогу навести кое-какие справки. Мы должны выяснить все, что можно, о Татьяне и о рождении ребенка.

Когда они вернулись в отель, Бритт рухнула на диван и закрыла глаза.

– Наверное, это означает, что мне нельзя возвращаться в «Ябеду».

Алексей сел с ней рядом, и она подалась к нему всем телом.

– Теперь, когда они считают тебя врагом народа номер один, там с тобой могут сделать все, что угодно, – накачать наркотиками, устроить несчастный случай, похитить. Конечно, ты туда не вернешься. – Он протянул ей телефон: – Мои источники уже удаляют твое имя из всех документов, связанных с машиной, а Ариэль поручила кое-кому войти в базу данных больницы и получить сведения о Татьяне и ее ребенке, хотя она хочет, чтобы я сосредоточился на другом.

Бритт открыла один глаз и повернулась на бок.

– Она хочет, чтобы ты снова занялся торговцем оружием.

– Ты, наверное, проголодалась. Для ужина уже поздно.

– У меня внутри по-прежнему все переворачивается. Не знаю, сумею ли что-нибудь съесть.

– После того, как бродяга избил тебя до полусмерти, ты жадно съела сэндвич с сыром.

– Да, но потом все так завертелось! Мало того что меня избили, потом моя машина взлетела на воздух…

В стоящей на полу сумочке завибрировал ее телефон, и она потянулась к сумке.

Алексей накрыл ее руку своей.

– Кто это? – спросил он.

– Это… – Бритт резко выпрямилась. – Тот же номер, что и раньше… женщина, которая сказала о ребенке Татьяны. Может быть, она знает, что мы побывали в больнице. – Она нажала кнопку громкой связи: – Алло, кто это?

– Еще спрашиваешь, русская шлюха!

– Что, простите? – Бритт попыталась изобразить русский акцент.

– Я уже несколько месяцев пытаюсь поймать моего мужа Гэри и наконец нашла твой номер в его телефоне!

– Кто такой Гэри?

– Не изображай дуру! Я знаю, что он за моей спиной встречается с тобой! Я даже знаю, как тебя зовут, – Мила.

Бритт закрыла рот рукой.

– Я…

– Поищи себе другого богатого папика! Я тебя предупреждаю: руки прочь от моего мужа!

Разгневанная жена бросила трубку, и Бритт выронила телефон.

– Мне звонила Мила! Она взяла телефон своего приятеля, чтобы рассказать о ребенке Татьяны!

– Мы не можем быть уверены, что это была именно Мила. Тебе могла звонить любая из тех женщин. Может быть, этот Гэри на приеме общался с несколькими танцовщицами из клуба. Тебе могла звонить любая из них.

– Может быть, но выяснить это наверняка можно только одним способом.

– Как ты собираешься связаться с Милой? В клуб ты больше не пойдешь!

– Я знаю, где ее можно найти! Сегодня она танцует последний день, а потом устраивает прощальную вечеринку в «Буре».

– В «Буре»? Почему именно там?

– Не знаю, но собираюсь туда пойти.

– Ни в коем случае. Что, если там будут Белкины?

– Белкиных там не будет. Вечеринка только для девушек. Так мне сказал Степан.

– Ты спрашивала Степана о вечеринке? – Он принялся двумя пальцами массировать висок.

– Я просто хотела убедиться, что Мила работает последний день. С чего ему меня подозревать? Кстати, ему я сказала, что не пойду на вечеринку.

– Очевидно, Сергей с подозрением относится ко всем твоим словам и поступкам, а Степан докладывает ему обо всем.

– Я пойду, и… хочу, чтобы ты тоже там был.

– Ничто мне не помешает. – Он обхватил ее лицо руками, и его синие глаза сверкнули.

Такси Бритт остановилось перед ночным клубом «Буря» в половине третьего ночи; выйдя, она даже не взглянула на то место, где совсем недавно лежал Джером. Одернув короткую юбку, она зашагала к входу.

После двух ночи «Буря» превращалась в частный клуб, но это означало лишь то, что плата за вход увеличилась и допускают более изысканных клиентов, а многим завсегдатаям отказывали. Вышибала ее пропустил. Бритт зашла в темный, переполненный зал.

Услышав высокий смех, она зашагала в угол, где на нескольких сдвинутых диванах сидели девушки из «Ябеды». Перед ними стояло несколько бутылок дорогого шампанского.

Бритт помахала нескольким знакомым и попыталась привлечь внимание Милы, но танцовщица даже головы не подняла, когда Бритт присоединилась к компании. Может быть, Алексей прав и с телефона Гэри ей звонила другая?

Тинесса толкнула Бритт в плечо.

– Барби, ты сегодня не работала?

– У меня был выходной, но вечеринку я пропустить не хотела.

Мила покосилась на Бритт поверх своего бокала и отвернулась.

Бритт схватила со стола бокал и выпила половину содержимого. Теплое шампанское немедленно расслабило ее. Несколько мужчин подошли к их группе и пригласили девушек на танцпол. Отказавшись от приглашения, Бритт принялась обшаривать взглядом толпу, ища Алексея. Пару раз ей показалось, будто она его заметила, но не была в этом уверена.

Наконец на диване рядом с Милой освободилось место, и Бритт подсела к ней.

– Как прошла последняя ночь?

Мила допила шампанское и потянулась еще за одним бокалом.

– Как и все остальные.

– Теперь ты будешь работать на Белкиных… в другом качестве?

Мила крепко сжала ножку бокала.

– Барби, что ты вообще здесь делаешь? Тебе лучше идти домой.

Бритт судорожно вздохнула.

– Сегодня мне звонила жена твоего любовника.

– Моего любовника?! – Бокал в руке Милы накренился, и золотистая жидкость полилась через край. Мила облизнула пальцы.

– Гэри. Человека, с чьего телефона ты мне позвонила. – Бритт не сводила взгляда с Милы, но на ее лице не дрогнул ни один мускул.

– Я сказала тебе все, что собиралась… Бритт.

– Мне нужно больше. Кое-кто может помочь нам… и Татьяне.

– Татьяна умерла.

Бритт вздохнула.

– Значит, помочь ее ребенку. Ее девочка по-прежнему в больнице. Белкины уже знают, что я там побывала. Мою машину взорвали.

– Малышка в опасности… – У Милы так дрожали руки, что она не могла удержать бокал. – У тебя знакомые в полиции? Могут помочь? – Ее широко расставленные глаза осматривали зал. – Не здесь! Они следят. – Она похлопала себя по предплечью рядом с татуировкой: – Следят… тут чип.

– В туалет? – Бритт схватила Милу за руку. – Пойдем со мной!

Они нырнули в коридор, где находились три одиночных туалета, и нашли свободную кабинку. Как только они вошли, Бритт закрыла за ними дверь.

– Расскажи, что тебе известно о ребенке Татьяны, о моей сестре.

Мила повернула руку в локте и показала татуировку. Рядом с ней имелось красное пятно.

– Твоя сестра как я. Белкины сделали ей татуировку и вшили под кожу чип. Готовят к… продаже.

Бритт осела у стены.

– Где? Где она? Где Джесси?

– На складе в Ван-Найсе.

– А ребенок? Почему ребенок Татьяны так важен, что Белкины готовы убивать, чтобы заткнуть всем рот?

– Ребенок от старика – Олега Белкина. Старого вора в законе. Это очень опасно.

Все перевернулось у Бритт в животе.

– И все-таки я не понимаю. У Белкиных много денег; они сумеют откупиться…

– В этот раз не сумеют. Татьяне было семнадцать, всего семнадцать. – Мила схватила Бритт за руку. – Понимаешь? Несовершеннолетняя – Белкину конец. Понимаешь?

– Даже если она занималась с ним сексом по взаимному согласию, это противозаконно.

– Не по взаимному согласию. А сегодня ребенка заберут. Они убьют ребенка. Уничтожат улику.

– Нет! Мы этого не допустим. Они больше никому не причинят вреда.

Снаружи послышался грохот, и волосы на затылке у Бритт встали дыбом. Она развернулась к двери. Через две секунды дверь распахнулась настежь – ее выбили ногой. Еще через секунду в дверь просунулся ствол, и Мила дернулась.

Рука Милы ненадолго сжала руку Бритт. Потом еще один выстрел угодил ей в грудь, и она упала на пол.

Глава 15

Алексей видел, как Бритт и танцовщица-украинка удаляются к тыльной части клуба, он заметил, как сидевший за стойкой громила отодвинул кружку с пивом и, пошатываясь, зашагал за ними. Сунув руку во внутренний карман пиджака и сжав пистолет, Алексей последовал за ним.

Алексей осторожно выглянул за угол; там находилось несколько туалетных кабинок. За ними – дверь черного хода. Громила один раз повернулся, и Алексей присел за автоматом, торгующим презервативами.

Когда он выпрямился, услышал треск дерева и тихий хлопок глушителя. Кровь ударила ему в голову; он понесся по коридору, выхватив пистолет.

В открытой двери Алексей увидел всю сцену: мертвая Мила на полу, Бритт сидит над ней, бандит целится ей в затылок.

Алексей нажал на спусковой крючок, и бандит упал на Бритт.

Он зашел в кабинку, увидел приближающуюся женщину.

– Не сюда. Тут кого-то вырвало.

– Фу! – Та развернулась и вошла в другую кабинку.

Бритт с трудом выбралась из-под мертвеца.

– Нам надо уходить – сейчас же.

– Да уж. – Алексей, схватив Бритт, рывком поднял ее. – Черный ход!

Она мимо него протиснулась в коридор, Алексей подтолкнул ногой труп бандита дальше в кабинку и захлопнул дверь.

Когда они выбежали в аллею, Бритт схватила его за рукав.

– Мы должны срочно ехать в больницу и забрать ребенка! Сегодня Белкины убьют девочку.

Алексей вызвал машину по телефону, уводя Бритт дальше от клуба.

– Что тебе сказала Мила?

– Что ребенок от Олега Белкина, а Татьяне было всего семнадцать. По закону это изнасилование, и все можно доказать по ДНК младенца.

– Ублюдок! – в ярости воскликнул Алексей. – Ну, он за все заплатит, за все!

Машина, которую Алексей вызвал в службе заказа такси, остановилась у обочины в нескольких домах от «Бури» и помигала фарами.

Алексей толкнул Бритт на заднее сиденье и велел водителю ехать в медицинский центр «Сидар-Синай».

– И побыстрее!

– Она что, рожает? – пошутил водитель. Бритт ссутулилась.

– Нет, но речь идет о ребенке, так что поживее!

Бритт, понизив голос, рассказала Алексею все, что успела сообщить ей Мила: о складе, где женщины ждут продажи. Алексей уже все знал. Если женщины, о которых шла речь, еще не наркоманки, к тому времени, как они покинут склад, их уже сделают таковыми.

Он очень надеялся, что сестра Бритт будет еще жива к тому времени, когда на склад ворвутся спецназовцы. Если они сумеют спасти девочку, подручные Белкина, а может быть, и его сын, быстро расколются. Влад не станет вести дела с теми, кто находится в центре громкого расследования.

Алексей достал телефон, шепнул:

– Я свяжусь с Ариэль. Она поможет защитить ребенка.

– Она может защитить ее сейчас? Мила сказала, что Белкины собираются сегодня забрать девочку из больницы!

– Мы побудем там, пока Ариэль не пришлет подкрепление. Мы защитим малышку.

Водитель с визгом затормозил перед больницей:

– Поставил рекорд!

– Спасибо. – Алексей помахал телефоном: – Я добавил вам хорошие чаевые.

Подталкивая Бритт в поясницу, Алексей вошел в тихий больничный вестибюль. Они поднялись на девятый этаж. Алексей внимательно смотрел по сторонам.

В коридоре и на посту было совершенно темно; из темноты до них доносились тихие голоса сестер.

Одна из них подала голос:

– Позовите техников! Пусть включат резервный генератор! Надо проверить всех пациентов.

– Пора! – Алексей сжал Бритт плечо. – Они здесь.

Она дернулась:

– Ребенок!

Кто-то вскрикнул на другом конце коридора, и Алексей напрягся.

– Может быть, они уже взяли ее. Жди здесь!

Алексей круто развернулся и побежал на крики. В коридоре зажглись тусклые лампы. Группа людей толпилась вокруг чего-то, лежащего на полу, и внутри у Алексея все сжалось.

Он протолкался вперед и облегченно выдохнул, увидев, что на полу лежит санитар и стонет.

– Что случилось?

Медсестра повернула к нему бледное лицо с огромными темными глазами.

– Мы не знаем! Вдруг погас свет, а потом мы нашли Ноа без сознания на полу. Что-то случилось!

– Срочно звоните в Службу спасения. Позовите сюда охрану!

Снова крик, и Алексей побежал к лифту, где оставил Бритт, но не увидел ее там. Он снова бросился к детскому отделению и на полпути замер.

Служащие больницы, в том числе невооруженный охранник, стояли полукругом вокруг Бритт, а она держала в руках младенца. Рядом с ней стоял человек и прижимал ствол пистолета к ее голове.

– Если кто-то шевельнется, женщина умрет. Пропустите нас, я выведу женщину и отпущу ее.

Алексей сжал кулаки. Ну да, как же!

Алексей сунул руку в карман пиджака. Поглаживая пистолет, стал осторожно приближаться к сестринскому посту. Нельзя, чтобы тот тип заметил его маневры. Если он его увидит, застрелит Бритт и заберет девочку. Он бы уже так и сделал, но не хотел сеять панику среди работников больницы. Лучше вывести Бритт с ребенком, убить ее и забрать малышку Татьяны – а потом убить и ее, чтобы уничтожить все следы гнусного преступления Олега Белкина.

Осторожно подойдя к стойке, Алексей встретился взглядом с Бритт. Она тут же убрала одну руку со спинки ребенка и намотала волосы на палец. Условный знак, о котором они договорились раньше! Правда, сейчас для этого уже поздно. Он и так видел, что она в опасности.

Выпустив волосы, она незаметно ткнула пальцем налево и осторожно наклонила голову в ту же сторону.

Алексей проследил за ней взглядом. Посмотрел на врача, на санитара, на молодую мать в больничном халате. Потом снова вернулся к старому санитару, и сердце у него забилось с удесятеренной скоростью. Олег Белкин собственной персоной! Хочет убедиться, что новорожденная дочь его не уличит. Если Алексей сейчас убьет Белкина, его оправдают.

Алексей осторожно сделал шаг вперед и достал пистолет. Но если он сейчас выстрелит и убьет Белкина, тот, кто держит Бритт под прицелом, тоже выстрелит и убьет ее… или ребенка.

Если он не выстрелит, то в очередной раз позволит Олегу Белкину избежать смерти. Его мафиозный клан перестанет существовать – на время.

Белкин окажется в тюремной камере со всеми удобствами и сможет управлять своей империей из-за решетки…

Алексей поднял пистолет и выстрелил.

Бритт вскрикнула, когда человек, державший ее на прицеле, упал рядом с ней.

Эпилог

Бритт положила Саммер в колыбельку и убрала со лба девочки светлую прядку.

– Спи сладко, мое солнышко!

Она свернулась в кресле рядом с колыбелькой, подсунув под себя одну ногу, и взяла книгу.

Из кухни вышла Лианна, неся в обеих руках бокалы с вином.

– Вот, возьми. Тебе не помешает.

– Не меня же месяц продержали на складе и накачивали наркотиками.

– А я не молодая мать.

– И я не мать… пока. Просто оформила опеку; возможно, мне даже не позволят увезти ее в Северную Каролину.

– Ее мать и отец умерли; вряд ли ребенка отдадут родственникам отца! – фыркнула Лианна.

– Ты знаешь, что в тюрьме у Олега Белкина случился сердечный приступ?

– Конечно, лучшей новости я не слышала уже давно. Я рада, что мой друг Калвин поправится. Он вернется на улицу, но целый и невредимый.

– Когда ты сведешь эту татуировку?

Лианна пожала плечами:

– Одной больше, одной меньше… Может, попрошу своего мастера сделать из нее что-нибудь крутое.

– Жаль, что Татьяна тебе доверилась.

– Она все рассказала мне, а я – Джерому. – Лианна всхлипнула и вытерла нос. – Иначе как бы мы все узнали?

– Мне жаль Джерома… и Милу. И все из-за маленького ребенка!

Лианна провела пальцем по ушку Саммер.

– Как ты ее называешь? Какое-то русское слово? Уж я русского наслушалась – на всю жизнь хватит.

– Значит… – Бритт вздрогнула, услышав стук в дверь, и прижала руку к сердцу.

– Бритт, все кончено. – Лианна похлопала ее по колену. – Благодаря тебе. Видишь, я права, и нервишки у тебя пошаливают! Ну-ка, выпей!

Лианна подошла к двери и посмотрела в глазок.

– Это к тебе.

– Ко мне?! – Бритт привстала.

Лианна распахнула дверь и воскликнула:

– Привет, «морской котик»! Долго тебя не было!

Бритт снова упала в кресло.

– Алексей…

Он вошел в квартирку, которая сразу стала особенно тесной. И в сердце у Бритт тоже стало тесно.

– Как… малышка?

– Замечательно. – Бритт отпила вина.

– Вы уже знаете про Белкина?

Лианна подняла бокал:

– Как раз отмечаем. Хочешь?

– Нет, спасибо.

Вздохнув, Лианна схватила винную бутылку за горлышко.

– Если вы не возражаете, допью в уединении своей комнаты.

Алексей склонился над колыбелькой и пальцем погладил щечку ребенка.

– Прелесть.

– Т-ты уже отчитался и все такое?

– Да.

– Ариэль огорчилась, что ты так и не проследил связь Белкиных с Владом?

– Нет. Я помешал их сделке. Эту партию оружия Влад не получит. После ареста Белкина его дружки разбежались, а Степан пошел на сделку со следствием, чтобы попасть в программу защиты свидетелей. ФБР удалось освободить женщин, в том числе твою сестру и Джесси. Так что все в выигрыше.

– Тебе не удалось убить Белкина.

– Зато я спас тебя. – Алексей присел на подлокотник ее кресла. – Это гораздо лучше.

– Ты приехал рассказать о Белкине? Скоро уезжаешь?

– Да. Хочешь меня ждать? Обещаю, я к тебе вернусь и буду возвращаться каждый раз.

– Ты говоришь не только об этом задании?

Алексей сел в кресло и усадил ее себе на колени.

– Я говорю о вечности, потому что не смогу жить без моего солнышка.

Когда он поцеловал ее в губы и провел рукой по волосам, она ему поверила.

– Ты хочешь, чтобы я ждала тебя, даже когда у меня будет Саммер, дочь твоего врага?

– Саммер ни в чем не виновата… возможно, она – то, что мне нужно.

– Ты поможешь мне растить дочь Белкина?

Алексей повернул голову и поцеловал ее в ладонь.

– Заменю ненависть любовью… потому что я понял – это самая лучшая месть.

Content

Кэрол Эриксон
Последнее шоу в стриптиз-клубе
Роман

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог