Анджей Ясинский

Ник. Лестница Миров

Глава 1

Руана

Ласковые лучи солнца, отразившись от идущей мелкими волнами поверхности океана, рассыпались дробью, весело скача искорками по поверхности. Вода, у берега прозрачная-прозрачная, почти до исчезновения из видимого диапазона, отчего казалось, что все эти мелкие морские жители – ползающие насекомые, звезды и прочие – научились жить вне своей природной стихии, дальше от берега приобретала легкий оттенок синевы, полностью насыщаясь им у дальней кромки выступающего в океан клыка суши.

Руана прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Фактически у нее никогда не было такого времени, чтобы можно было спокойно отдохнуть, особенно где-нибудь на природе… Да и природа тут другая, но… Она снова сделала вдох и задержала дыхание, буквально чувствуя, как легкие расправляются и жадно впитывают йодированный воздух океана.

За спиной слегка шевельнулся Изао, обратив на себя внимание. Они так сидели уже часа два – прислонившись друг к другу спиной и иногда соприкасаясь затылком. Порой Руана откидывала голову чуть в сторону, положив ее на плечо мужчины, и продолжала сидеть, ощущая спиной теплоту мужской энергетики…

Они здесь уже трое суток, и нельзя сказать, что провели их бесполезно. Странно, необычно, интересно – да. Но никак не бесполезно. Руана сосредоточилась на ощущениях и вновь нашла то внутреннее тепло, маленькое-маленькое солнышко в груди, связанное с таким же солнышком там, за спиной, у необычного и непонятного мужчины.

О да! Руана наконец узнала, что это такое – совместимость! Почти так, как рассказывала Алиелка, но немножко другое все же… И она до сих пор не знала, радоваться ли ей такому приобретению или нет. Нет, чувства, эмоции – все это прекрасно, но ведь это столько проблем! И перекроют ли плюсы минусы?

Иза-а-а-ао-о-о-о!

Руана покатала на языке непривычные звуки, чувствуя, как язык слегка напрягается, пытаясь принять правильную форму. Мужчина за ее спиной буквально кожей почувствовал ее мысли и второй раз за последние часы пошевелился, отправив ей теплый сгусток внимания и почитания. Да… тут скорее подходит слово «почитание». Непонятно почему. Вообще, способность Изао буквально выпадать из мира поражала. Порой Руана могла заметить его только благодаря этой новой внутренней связи, и тогда она понимала, что он хочет побыть один. Ему тоже нелегко приходилось. Привычный к одиночеству и некоторой оторванности от своего общества за счет самодостаточного характера, он, почувствовав необычную притягательность незнакомой ему женщины, пытался понять, что это такое и что с этим делать. Все это Руана прекрасно чувствовала и в такие моменты старалась его не трогать. Одно то, что им обоим приходится нелегко, толкало их друг к другу.

Часто они часами сидели рядом, не проронив ни слова, впитывая окружающую красоту и сливаясь друг с другом внутренним теплом. Кстати, ментальная защита Изао оказалась довольно сильной – пару раз Руана потыкалась в нее и отступила. Нет, не сильно старалась, да и неправильно это было, скорее по привычке проверила. Она даже не поняла, природная ли устойчивость у Изао или внешняя, да и не очень интересовалась.

А порой Изао долго что-то ей рассказывал на своем языке. Она его выучила уже на второй день, хотя произношение пока не давалось. Поэтому вполне могла оценить изящный слог японской поэзии или просто истории обо всем, о чем Изао хотелось поведать.

Большим мучением оказалось рассказывать о себе. На фоне поэтического самовыражения Изао, способного превратить обычный рассказ о рыбалке в увлекательную историю с несколькими смыслами и слоями, проявляющимися не сразу, ее попытки что-то рассказать казались ей не только лишенными души, но и банальных красок. Впрочем, Изао всегда с искренним интересом выслушивал ее, и это удивляло более всего, ведь она его чувствовала! Ему действительно было интересно! Ни капельки недовольства ее вдруг проснувшимся косноязычием, ни грамма усмешки или превосходства! Заметь она хоть тень этих чувств, тут же завершила бы это неудавшееся «свидание».

На вторую ночь она, измученная необычными и непривычными ощущениями, сама пришла к Изао. Ничего она на тот момент не чувствовала, никакого сексуального влечения, но решила, что на месте все решится. Правда, она забыла, что не только мужчина открыт для нее в эмоциях и чувствах, но и она перед ним! И Изао ловко уклонился от ее притязаний, заболтал, а потом она сама не заметила, как согласилась на какой-то особенный массаж, в результате которого не только получила огромное удовольствие, но и почувствовала себя намного лучше, а дальнейшее нахлынувшее возбуждение будто оказалось естественным продолжением их игр, плавно перетекшим в то, чего она изначально хотела, однако не ожидала такого яркого финала. И что-то в ее сознании сломалось. Что-то такое, что было в ней всегда, то, что делало ее ею, но, уйдя, сделало ее еще лучше. Так она ощущала.

– Ты напряжена, – констатировал Изао и вроде бы даже не пошевелился, но почему-то Руане почудилось, что он ее погладил по голове.

– Это от расстройства, – ответила она, пересыпая песок в ладонях.

Изао шевельнул плечами, выражая свое удивление, а Руана с очередной вспышкой удовольствия почувствовала, как лопатки мужчины прошли вдоль ее позвоночника, вызвав эхо воспоминания о массаже, который он делал ей. И как у него это так получалось? Вот так вот – вызывать тактильные ощущения своими действиями, которые, с точки зрения разума, никак не могли их породить?

– Мой корабль меня нашел. Меня вызывают туда. – Девушка посмотрела в небо.

– Ник-сан сказал, что нас тут никто не найдет.

Руана кивнула:

– Он действительно хорошо замаскировал это место. А вот ментальная связь с кораблем осталась. Специально или случайно – не знаю. На него я передала картинку острова – помнишь, мы поднимались на гору? И звезды ночью… За оставшееся время корабль облетел все подходящие острова на планете и на сто сорок пятом нашел нас. Вон, – она мотнула головой в сторону, недалеко от них воздух протаял, и японец увидел невысокую, метра три, вертикальную конструкцию зализанных очертаний.

Через несколько секунд корабль снова растаял в воздухе. Изао плечами выразил удивление – такие жесты, сопровождающиеся легкой ментальной волной, Руана хорошо научилась чувствовать.

Девушка встала на ноги, отряхнулась от песка, посмотрела вокруг и глубоко вздохнула, задержав вдох на несколько секунд. Потом повернулась к Изао и потянула его за руку:

– Пойдем. У нас есть часов шесть. Надеюсь, ты сумеешь сделать так, чтобы я не смогла их забыть за всю свою оставшуюся жизнь.

Ник

– Куда ты меня ведешь? – спросила Алиела, с интересом осматривая ледяные стены тоннеля, куда мы телепортнулись.

Я задумчиво осмотрел свою подругу. Полюбовался, как легкий, но жутко холодный ветерок, продувающий длинную ледяную трубу, развевает коротенькое платьице, вызывая ощущение несоответствия картинки содержанию. Впрочем, сам был легко одет, при этом не теряя контакта с реальностью: я чувствовал холод, что царил в этом месте, но был к нему относительно равнодушен. Скорее даже получал удовольствие. У Алиелы же тепло сохраняла моя защита, окружавшая ее.

– Понимаешь, земляне уже не помнят этих баек, но я еще иногда вспоминаю известные в мое время всякие небылицы о том, что здесь подо льдами укрылись остатки одних из самых злобных злодеев у нас в истории – фашистов. К слову сказать, были и пострашнее, хотя тут скорее вопрос идеологии и правильного воспитания следующих поколений… Но не об этом речь. – Я пошел дальше, а Алиела последовала за мной, прислушиваясь к моим словам и их эху. – Считалось, что здесь после Второй мировой войны укрылись лучшие умы нацистов, которые должны были потом вернуть власть на планете в свои руки. Мол, разрабатывали новое оружие. Говорили, что они тут договорились с инопланетянами, которые стали им помогать.

– Если только серые, – кивнула девушка.

Я повернул голову и задумчиво посмотрел на нее. Потом хмыкнул:

– Святая простота… Да… – Я повернулся и зашагал дальше, не обращая внимания на нахмурившуюся девушку. – А еще говорят, что на этом материке когда-то располагался центр нашей цивилизации. Вернее, то ли центр Атлантиды со столицей, то ли просто один из ее форпостов. Старый жрец как-то на этом не акцентировался… Тогда тут все цвело и пахло, бегали разные зверушки… Порой с зубами и когтями размером с нас с тобой…

– Да, я помню попытки выведения древних чудовищ, проводимые местными под руководством серых. Было такое дело.

– Ты местных-то не считай простыми дурачками. Возьми тех же атлантов. В момент своего наивысшего развития они спокойно могли серых стереть в порошок. Да и всю Солнечную систему тоже. Да и не только серые контактировали с нами.

Алиела пожала плечами.

– История слишком длинная, слишком большой объем информации, чтобы даже в астрале можно было найти нужные данные. Но я раскопал кое-что, – похвалился я. – Ну и континент обследовал неплохо, да еще у меня есть дневник старого жреца-атланта. Вот смотри. – Мы остановились, и перед нами появилась голограмма материка, лишенного ледяного покрова.

Огромный единственный город, концентрическими окружностями расходящийся на многие километры. Большие и мощные даже с виду строения, каналы и деревья, множество копошащихся по континенту точек атлантов и животных. Летающие конструкции, даже здания, медленно передвигающиеся в облаках.

– Вот тут, – я ткнул пальцем и увеличил картинку, – лежит огромный инопланетный корабль, не знаю чей, но не ваш и не серых точно. Он полностью закрыт землей и, кажется, даже при атлантах уже был стар. Они его обследовали в свое время, есть следы. Похоже на какой-то колониальный транспорт, как у нас когда-то описывали в фантастике, – слишком большой и много остатков органики… Нет, самой ее не осталось, даже молекул, а вот атомный состав трухи или даже намеков на нее показывает, что, возможно, тут разложилось огромное количество органики. Думаю, те, кто прилетел, не выжили, хотя…

Я вывел изображение инопланетянина, которого мне еле-еле удалось выцепить в астрале, уж больно сильно там все было затерто временем. Да и то пришлось в компе прогнать картинку, чтобы с помощью графических алгоритмов с использованием искина восстановить ее. На нас смотрел довольно высокий – метра три – мускулистый мужчина с необычными чертами лица и немножко непривычными пропорциями, опирающийся на хвост… Да, ниже пояса у него шел хвост типа змеиного. А рядом стоял человек, то есть моя картинка, для масштаба.

– О! – воскликнула Алиела и подошла поближе. – А я знаю, кто это. Не помню, как их зовут, но есть такая космическая раса. А вообще удивительно, что тебе удалось что-то раскопать в астрале, относящееся к этому месту и тому времени, – тут сильные информационно-энергетические искажения. Помнишь, я говорила тебе, что на полюсах Земли есть проходы в параллельные миры? Вот они и влияют.

– У нас их называли «наги», – я кивнул, приняв во внимание слова Алиелы, – и они оставили определенный след в нашей истории. Правда, судя по тому, что не очень сильный, это были выжившие колонизаторы, растерявшие свои технологии. Почему повторно не пришли и почему им не помогли свои – не знаю.

– Скорее всего, на тот момент просто технологически не могли, – пожала плечами Алиела, потом встрепенулась: – Вспомнила! Кажется, про них говорилось в той заметке, что я читала. Они, видимо, пришлые – на той планете, где их обнаружили, оказался сильный дисбаланс развития, характерный для забытых или заброшенных колоний. Мне в голову пришло: а что, если они как раз из параллельного мира? И именно тут один из их кораблей появился через этот проход? Не зря же этот «ковчег» не приспособлен для планетарных перемещений, а тут вдруг оказался на поверхности планеты? С той стороны прохода ведь пустынный космос. Ну, по крайней мере, насколько я помню, в той точке выхода, где наши бывали.

– Может быть. Ладно… – Я вернул изображение материка, только уже в современном его виде, а не из жезла жреца. – Вот тут – старые мегалитические постройки атлантов. Весь этот лед поверх них образовался за короткий промежуток времени, поэтому многое осталось в том состоянии, в каком было. – Перед нами прошли сценки замороженных и отчасти потерявших форму тел людей, вернее, атлантов. Почти все они были в той или иной степени повреждены стихией, но попадались и относительно целые фрагменты тел. – Они были магами, но в это время уже растеряли знания и свои способности. Возможно, здесь поработала даже не природа, но технология или боевая магия. Вот смотри… – Я показал картинку, где, распластавшись в воздухе, вперед рвался десятиметровый динозавр, причем запряженный как лошадь, а на его спине сидела, наклонившись вперед, девушка. – Обрати внимание на сохранность тел, но главное… Ничего не замечаешь?

Алиела покивала:

– Это очевидно – они замерзли мгновенно, на ходу, зверь только что оттолкнулся ногой от земли и как стрела рвался вперед. В таком состоянии он и застыл. Ты прав, тут поработали системы мгновенной заморозки. Но не очень понятно, как они сработали. Ведь тут не просто тела в воздухе, а вмерзшие в лед! То есть должна была мгновенно появиться вода и превратиться в лед. Так? Ладно если бы они просто лежали, это можно было бы объяснить, но вот так… Жаль девочку. Ей всего лет пятнадцать, по вашим меркам, ты заметил? А животное немного на наших шушей похоже…

– Думаю, можно найти подобную технику, чего только во Вселенной не бывает, но, согласно бритве Оккама – не придумывать новые сущности, – здесь все же была магия. Атланты – маги? Маги! Могло существовать такое заклинание или плетение? Могло! Даже я могу, не особо напрягаясь, на коленке, состряпать нечто похожее. Может, сами применили, может, против врага, но не смогли удержать в узде, все-таки их деградация как магов к тому моменту четко прослеживается. А может, враги применили. Не знаю.

Я немного покрутил изображение.

– Тут еще много чего есть. Вот здесь – одна из основных пирамид, которые атланты использовали и как многофункциональные энергетические центры, и как систему планетарного контроля, они все располагаются на энергетических линиях или их пересечениях. Атланты их использовали и как библиотеки, вернее, располагающиеся рядом подземные дворцы, которые находились под защитой вот таких конструкций. Астральная магия тоже усиливалась за счет таких центров и специально выращенных кристаллов, один из которых они притащили с другой планеты, с Лунгрии, где я был. В общем, крутую громадную систему они построили. К сожалению, немножко не рассчитали, и, вместо того чтобы самоподдерживаться практически вечно, она постепенно деградировала и сейчас уже фактически не работает. А вот здесь, – я выделил участок в несколько квадратных километров, – располагалась база нацистов. Они раскопали один из второстепенных складов атлантов и проводили разные опыты. Сумели воспроизвести часть технологий атлантов, только полностью на технической основе. Где смогли, магию заменили на технологию, где не смогли… В общем, кто-то им помог. А потом случилось то, что случилось. В нашей истории о них потом упоминаний не было. Идем за мной.

Мы подошли к концу тоннеля, заканчивающегося огромной трехметровой металлической дверью. Внезапно справа вверху откинулась крышка, и оттуда наполовину высунулось что-то металлическое… Скорее всего, пулемет. Но он застрял на ходу и замер. Я покачал головой:

– Представляешь надежность такой техники? В этих условиях через сотни лет какой-то механизм еще попытался дернуться!

– Наверное, есть хороший источник питания? – с любопытством посмотрев на оружие, спросила Алиела.

– Наверное. Проблема в том, что в то время таких источников у нас еще не было. Так что…

– Кто-то им помогал? – повторила она мои слова.

Я взял Алиелу за руку и прошел сквозь дверь. Мы оказались в большом тамбуре, в котором находилось несколько замерзших тел. Правда, сначала они немного разложились – на момент их смерти тут было вполне тепло.

– Не обращай внимания на небольшое давление на лице и теле – это фильтр. Ну ты в курсе… Тут, похоже, после катастрофы из лабораторий выползли разные вирусы да химия. Что-то до сих пор может быть живым. Пока пойдем дальше.

Длинные коридоры, помещения как с техникой (склады, лаборатории, залы), так и места рекреации – остатки небольших деревьев и растений. В одном месте лежал человек в форме морского немецкого офицера, почему-то с кортиком на боку и кобурой. От лица мало что осталось: все сначала разложилось, потом замерзло, но я видел и пострашнее картинки. А вот кортик и пистолет экспроприировал – раритет все же. Также в кармане офицера нашел какой-то слипшийся документ. Тоже прихватил, может, подарю кому.

Наконец мы пришли туда, куда и стремились. И везде проходили сквозь двери, используя телепорты. Удобная штука, что ни говори.

Это была лаборатория с большим столом по центру, закрытым со всех сторон стеклом. Сверху находилась вытяжка. Какие-то еще приборы и приблуды. В центре стола стояла небольшая пирамидка из хрусталя. Тут я лично еще не был, хотя все подробно удаленно рассмотрел. Но сейчас я почувствовал, что пирамидка, таинственно мерцающая во тьме (мы спокойно смотрели посредством моих систем, встроенных в носимые одежды-скафандры, а я так вообще еще и магически) из-за случайно попадающих на нее фотонов, откуда-то пробивающихся тонкой струйкой, являлась хорошим амулетом, забитым маной под завязку.

Хм… А вот это интересно – в амулете был реализован очень грубый, с очень низким КПД, преобразователь инфомагии в обычную ману. Причем смешанную – тут мана и земли, и воды, и все остальные. А вот в качестве активного тут выступало как раз плетение заморозки. Если эдак прикинуть, мощности срабатывания должно было хватить на несколько десятков квадратных километров. Неплохо. О! А вот тут есть дефектик… Так, прокручиваем все это в моей крутой модели магии, виртуально прогоняем срабатывание и видим результат: заморозка действительно имела место, но из-за дефекта – локально, в пределах десятка квадратных метров, зато очень мощная! Чуть ли не до абсолютного нуля. Причем до сих пор работала, хоть и не так сильно, но мои скафандры спокойно игнорировали ее. Забавно, отбираемая энергия у окружающего пространства преобразовывалась в ману воздуха и рассеивалась в пространстве. Теоретически такими темпами лет через миллион, а то и раньше, на Земле маны может скопиться достаточно, чтобы ее могли использовать маги.

А вот остальная неизрасходованная мана из-за того же дефекта должна была разойтись в стороны в виде слабоструктурированной энергии, которая, скорее всего, уничтожала биополя. Тогда понятно, что тут произошло: артефакт сработал, тут все вымерзло, а дальше все живое просто умерло. А потом – время, разложение и холод. Кстати, а вот в этой лаборатории все осталось, как и было.

– Ты знал, да? – тихо спросила меня Алиела, стоя перед ледяной статуей.

Их тут много было, но эта выделялась чертами лица. Сейчас-то я легко видел эти отличия. Ну как видел – что это вот китаец, это негр, это, например, истинный ариец. А вот этот чел с чертами лица, искаженными ужасом, – веганец.

Я помог Алиеле упаковать ее соотечественника для перевозки на родину. Она его не знала, и в официальных документах он нигде не отсвечивал, однако тест ДНК точно показал, что он действительно веганец. Какими путями он тут очутился – неизвестно. Но вот, получается, было и такое.

Орлов долго смотрел на объемную картинку Антарктиды с моими пометками. Кстати, тут на поверхности льда до сих пор еще находилось несколько научных баз от разных стран, но по сравнению с моим временем совсем мало – всего три. Наша, англо-австралийская и японская. С ними я не пересекался, ибо смысла не было. Они в основном на поверхности льда обитали, следили за природой и погодой, снимали разные параметры.

– Ну как, интересует? – спросил я.

– Неожиданно, прямо скажу, – наконец ответил генерал. – Разумеется, интересует. В основном наши сейчас заняты решением проблем, возникших после вашей дуэли с серыми, но свободные ресурсы найдем. На крайний случай кого-то отвлечем.

– Отлично. Для обеспечения секретности я сформирую тут телепорты, чтобы вы сразу ходили сюда. А для безопасности… Я тут пошарил где можно, обезвредил разные опасные объекты, которые могут сработать как ловушки, но все равно – будьте осторожны, мало ли что могло тут притаиться. Ориентируйтесь по моим пометкам.

– Не беспокойся, у нас опытные чистильщики, и не с таким сталкивались.

Я покачал головой:

– Так-то оно так, да мало ли что. В общем, не дети, разберетесь.

– Ты тоже осторожней там.

Корабль «Оскал Шушиллы»

Капитан корабля Эрендил мрачно смотрел на сидящего перед ним контролера и мысленно морщился от вони ситуации, в которую его запихнули с головой.

– Руана, я могу к тебе так обращаться? – спросил он, прощупывая обычным разговором собеседника.

Ментальная защита контролера для него была просто непроходимым барьером, хотя чего-то такого вполне можно было ожидать. В контролеры не каждого берут.

Девушка ослепительно улыбнулась:

– Разумеется, Эрендил!

Капитан мысленно поморщился от такой нарочитой наглости, но предпочел внешне не обращать на это внимания. От девушки исходил какой-то странный ментальный «запах», если это можно так назвать. Имел он оттенки умиротворенности и равнодушия к текущей ситуации, что очень сильно сбивало с толку.

– Мы здесь находимся по приказу заместителя главнокомандующего Эрха и должны были проверить одну неприятную вероятность не совсем лояльного поведения детей координатора Ойлы, которые работают в данной системе… – Он на мгновение замолчал, давая возможность высказаться контролеру. Но Руана никак не отреагировала на его слова. Мысленно вздохнув, Эрендил продолжил: – Ладно, давай начистоту. Я не мальчик для битья и не люблю, когда меня втягивают в разные мутные делишки. – Он откинулся на спинку стула и кивнул на стол, на котором появились разные напитки. Руана спокойно проигнорировала предложение. – Кое-кто явно хочет свалить Ойлу, и не просто так, но и вымазать ее в чем-то дурно пахнущем. Для этого упомянутый «некто» отправляет в эту систему контролера, который должен был осмотреться и в случае необходимости подготовить почву для обвинений. О нет! Я не думаю, что тут реально что-то серьезное затевалось, скорее просто создать некий повод для разбирательства, а там – пока разберутся… Думаю, есть и другие варианты событий в других местах, работающие на общую схему. Ничего не хочешь мне сказать?

Контролер Руана продолжала спокойно смотреть на капитана – лишь слегка дернула уголком рта. То ли раздраженно, то ли усмехаясь.

– Хорошо. Продолжим. Оказавшись здесь, мы проводим полное сканирование системы и что видим? Что никаких серых тут просто нет. Вообще! А их базы осваивают люди с местной планеты. Также из твоего отчета, пересланного нам Эрхом, на которого, вероятно, ты и работаешь, мы узнаём, что имела место стычка Элхора и Алиелы с серыми. Ты в этом тоже участвовала, вытащив их из цепких ручек серых. А вот дальше… Серые собираются и исчезают из системы, оставив свои ресурсы местным хозяевам. При этом руша подготавливаемую вами интригу. И ты сидишь тут и улыбаешься, слыша это…

– Мне плевать на Эрха и его делишки, – спокойно ответила Руана.

Капитан удивленно замер.

– Поясни.

– Я согласилась на это дело лишь из скуки и любопытства. У него и его команды нет никакой возможности на меня давить, но я оказалась под рукой, ничего не требовала взамен и обладала относительной лояльностью к кое-кому, кто был должен Эрху. Но не настолько, чтобы игнорировать свои интересы.

– В таком случае что случилось такого, что ты мне сейчас это говоришь? Я ведь фактически должен следовать приказу Эрха и арестовать Алиелу с Элхором.

На появившуюся ироничную улыбку контролера капитан отреагировал закономерным недоумением.

– Хотела бы я посмотреть на то, как вы собирались это сделать…

– «Собирались»? И почему…

– Ну ведь серых тут нет, схема не сработала, соответственно, глупость очевидна. А почему… Не буду говорить, вдруг действительно удастся посмотреть на это шоу?

– Шоу?

– Так здесь называют некое действо, на которое собираются посмотреть толпы народа и получить удовольствие.

– Хорошо. Не будем об этом. В любом случае у меня есть возможность игнорировать очевидную глупость. Но вот что мне делать с этим? – Капитан поднял в воздух два полупрозрачных листа с официальными шифровками.

Руана вопросительно подняла бровь, не выказывая сильного интереса.

Эрендил поднял на уровень глаз один из листков:

– Шифровка от Ойлы, руководителя Алиелы и Элхора. Просьба сопроводить Алиелу и некоего Ника со всем уважением и максимальной защитой до Версалии в отдел по внешним связям.

Руана медленно кивнула:

– Что ж, смысл в этом есть.

– Не подскажешь какой?

Контролер улыбнулась и промолчала.

– А что ты скажешь о втором приказе от Эрха, отменяющем его первый приказ об аресте Алиелы и Элхора, но теперь предписывающем взять под арест Алиелу и того же Ника и доставить их втайне до Версалии в распоряжение секретного отдела внешней разведки? Про Элхора ничего тут не сказано, будто в нем отпала всякая необходимость.

Руана вдруг весело рассмеялась:

– Эрендил, примите мой совет! Не влезайте во все это. Просто исполните оба приказа. Возьмите Алиелу с ее совместимым и просто летите на Версалию. А прибыв туда, дайте знать обоим адресатам. Пусть они сами там разбираются. Кто первый появится, тому и отдавайте их.

– Значит, совместимый?.. – Капитан задумчиво постучал пальцем по столу. – И какого уровня, если не секрет?

Руана улыбнулась и промолчала.

– Ладно, тогда ответь хотя бы на вопрос – что случилось с серыми?

Руана стала серьезной и спустя несколько мгновений задумчивости сказала:

– Они уверовали в Бога.

Ник

Раз, два, три! Шаг, подшаг, легкий поклон. Все движения четко выверены (у меня) и абсолютно произвольны у Алиелы – конечно, в рамках ее мастерства. Как любой мастер в любой области часто не задумывается о том, что надо сделать, – все обрабатывает подсознание и ведут рефлексы. Хуже того, танцевать нечто отдаленно напоминающее наши формализованные танцы восемнадцатого-девятнадцатого века, хоть и состоящее из ограниченного парой-тройкой сотен количества движений, но совершенно не имеющее общей канвы, а подчиняющееся только голосу одного или нескольких танцующих… Хех… Не скажу, что просто. Самое крутое у веганцев – пением рассказывать историю, мысль или чувство и, подчиняясь этой истории, этому ритму, танцевать, не сбиваясь с дыхания (привет попсовым фанерщикам!). А если учесть, что голос – только основа, главная несущая частота, на которую нанизываются ментальные образы, чувства и переживания, то я даже не знаю, с чем это сравнить.

Началось все с того, что Алиела, нервничая в ожидании вызова на прилетевший корабль, для успокоения начала напевать. Я, конечно, сглаживал пики ее беспокойства, но и не убирал совсем, а то какая же это женщина без беспокойства по пустякам? Даже амулетиков разных для успокоения сделал. И надо сказать, почти сразу же заторчал от ее голоса. Сами знаете, как отличается обычный голос от голоса поющего человека. Небо и земля. Потом попросил полноценно спеть и пропал… Ну я и так пропал, попав под перекрестье ее стреляющих смертельными для моего сердца лучами глаз, но тут вообще… Потянув за эту ниточку, вытащил огромную рыбину, ранее ускользнувшую от моего внимания, как… Ну, не знаю, просто видел тень, но не ожидал, что нечто любительское, как сказала Алиела, может быть таким…

Проблема или счастье веганцев в том, что там бездарность просто не может петь. Поют-то не только голосом, но и чувствами, мыслями. В общем, затрагивая не только эстетическую сферу, но и ментальную, чувственную. Поэтому и песен у них немного, вернее, исполнителей. Это у нас можно схалтурить и под фанеру рот пораскрывать, а там – фигушки! Потому и выступления редки, даже признанных… даже не знаю, как их называть, – слово «певец» как-то слишком низко. И в основном стараются слушать вживую, хоть технические возможности по передаче всего комплекса, составляющего их пение, включая ментальные, у них имеются. Но, как говорится, вживую – ламповей.

Кстати, земные песни они все же слушают – помните, я рассказывал, что иногда привозят к себе понравившееся? Просто это идет по другому разряду, что-то вроде затравок, основ, которые тоже могут вызывать чувства, хоть и кастрированные, и которые можно использовать уже при перепеве. То есть в основном требуют наполнения, но сами по себе постоянно не прослушиваются.

Хотя Алиела говорила, что есть у нас несколько исполнителей и песен, которые чисто голосом наполняются эмоциями, раскачивают слушателя. Но такое редко бывает, да и все равно далеко от эффекта веганского исполнения. Ну привыкли они к полноценному восприятию! С музыкой без пения дело обстоит получше, хотя она у них тоже обычно сопровождается ментальным дополнением или, наоборот, используется для медитаций.

Эх… И чего я петь не могу? Вот бы было прикольно дуэт Алиеле составить! Но пока и так неплохо получается – исходящие от девушки волны раскачиваются моим восприятием, усиливаются, иногда окрашиваются моими эмоциями или даже ментально-визуальным рядом, отчего, по признанию Алиелы, получается очень круто. Разумеется, по меркам веганцев. И отправляются обратно и во все стороны.

Раз, два, три! Шаг, подшаг, поворот, легкий поклон. И чистейший голос любимой женщины, заставляющий трепетать все клеточки моего организма. И не только моего, как выяснилось чуть позже. Чуть не взорвавшийся от резонанса ментально-чувственный энергетический каркас нескольких веганцев буквально пришлось на ходу тушить моими способностями. И то срочно-обморочно примчались медицинские роботы в виде – вы будете смеяться, – в виде больших одеял! Что-то мелькнуло белое в воздухе и окутало трех веганцев женского полу и двух мужчин, а потом они буквально растворились в стенах корабля, отправившись в местный медцентр по специальным техническим коридорам.

Алиела смущенно и немного растерянно смотрела на Эрендила – капитана корабля, высокого, красивого, но уже пожилого веганца, который, не сдерживаясь, вытирал тыльной стороной ладони выступившие слезы. Кстати, вредный старикашка хотя и выглядел довольно молодо, но по характеру все равно был старикашкой! До сих пор с ним цапаемся – и с самого начала. И мне это нравится!

– Ничего-ничего, девочка, сейчас пройдет, – пробормотал он. – Давненько я не слышал такого проникновенного во всех смыслах исполнения.

Рядом стоящая Руана фыркнула и непроизвольно прижала к себе сломанную некоторое время назад руку.

– Это еще цветочки, – буркнула она в пространство.

Неожиданно быстро Руана нахваталась всяких земных словечек и выражений от кого бы вы подумали? От Алиелы! Не от меня, не от Изао, который, кстати, остался на Земле, отчего Руана ходила сама не своя и буквально бросалась на всех вокруг, а от своей подруги! И не сказать, что много общались, однако поди ж ты! Правду говорят, что самый широкий и высокоскоростной канал связи образуют две болтушки, говорящие друг с другом практически одновременно. Ну да, как ни странно, Руана близко сошлась с Алиелой и стала ей если не подругой, то уж точно достаточно близкой спутницей.

– Какие цветочки? О чем ты? – отреагировал капитан.

Руана

Руана махнула рукой и медленно поплелась к себе. Она только сейчас поняла, почему всю дорогу чувствует себя так плохо. Не думала, не гадала, а вернее, просто отмахивалась от того, что отсутствие рядом совместимого, но фактически малознакомого человека может быть таким тяжелым грузом. Только близость к Алиеле с Ником спасала, особенно когда те были заняты друг другом. Становилось легче. Слава всем богам, то ли они пока воздерживались от излишне сильного проявления чувств, то ли просто не занимались сексом здесь, на корабле, но никаких разрушений или энергетических бурь пока не наблюдалось. У них с Изао все-таки это было не так эпически и не сопровождалось такими энергетическими выбросами. Ну и хорошо, а то Руана со всей ответственностью подозревала – она бы просто не выдержала таких сопутствующих эффектов. Да и того, что было, для нее было слишком много! Много-то много, но как этого сейчас ей не хватает!

Ник

Пожав плечами, я повернулся к Алиеле и окинул ее взглядом. Не только обычным, но еще магическим и всякими другими, и невольно мысленно облизнулся. Абсолютно черный облегающий костюм моего производства, так ей полюбившийся, почти не оставлял места фантазии и заставлял меня немного нервничать, особенно когда на нее пялились другие мужчины. И ведь чувствую ее от пяток до темечка, все ее чувства ко мне, а все равно внутри что-то взрыкивает в такие моменты: «Мое! Не отдам!» Так сказать, превентивно.

Как ни странно, Алиела сначала пугалась таких всплесков моего собственничества. Для нее это было необычно, как и для любой веганки, довольно равнодушно относящейся к близости с противоположным полом. Но потом ей это даже стало нравиться, особенно когда разобралась во взаимоотношениях полов землян и сравнила с веганскими. А мужчины-веганцы на нее все же обращали свое мужское внимание, что, кстати, саму Алиелу, непривычную к такому, поначалу тоже удивляло. Но вот что-то такое происходило между нами и вокруг нас, что заставляло подрагивать или даже вздрагивать сами основы мироздания и мировосприятия веганцев.

Я улыбнулся и, показав уже знакомый ей фокус-покус, то есть вытащив из-за спины четыре шпаги из адамаса, две длинные и две короткие, одну пару протянул ей. Алиела заулыбалась. Тогда, после ее первого выступления передо мной с пением, у меня было такое приподнятое настроение, почему-то так захотелось движения, что на ум и в мышцы сами собой пришли движения из одного лунгрийского стиля работы шпагой, вернее, с двумя шпагами – длинной и короткой. Вжик, вжик, вжик! Уноси готовенького! А Алиеле это почему-то тоже вдруг понравилось, и мы стали репетировать… Ух, оговорился – тренироваться, конечно, но все это выливалось в такие опасные танцы с клинками, причем красивые танцы, что тренировкой это никак не назвать, а именно репетицией.

Танцы не танцы, но тут уже я вел. Немного волновался, когда подсаживал Алиеле знания владения шпагой, хоть и был стопроцентно уверен в положительном результате, но… И все равно не удержался – дополнительно усилил ей кости, связки, поработал с мышцами, но так, чтобы внешне ничего не изменилось, – меня Алиела полностью устраивала и без всяких экспериментов. Потом проконтролировал изменение в мышечном каркасе для максимального принятия навыков работы со шпагой. Своим штатным силовым мечом она хоть и махала, как считала, на приличном уровне, но, по-моему, это натуральная туфта. Говорить я ей, конечно, этого не стал, даже мысленно не выдал своего мнения, и правильно сделал – она и сама после наших тренировок стала задумываться и переоценивать свои знания и умения.

Так вот, в этом танце уже вел я. И часто включал нужные композиции, вплетая наши движения в мелодию и ментально раскачивая ситуацию в резонанс с музыкой и движениями. Эффект был ничуть не хуже, чем при пении Алиелы.

Дзинь, дзинь, увод клинка, разворот – и левая шпага втыкается под мышку Алиеле. Правда, и ее шпага протыкает мне бицепс правой руки.

– Хорошо, – улыбнулся я, медленно ссаживаясь с ее клинка и так же медленно вытаскивая свой.

В нашей защите специально периодически появлялись и передвигались ослабленные участки защиты, которые можно было проткнуть шпагой. Обычно они синхронизировались с проводимыми приемами и видны были только нам с подругой. Соответственно, ставилась задача попасть в эти небольшие участки, при удачном попадании это вызывало довольно неприятные ощущения в теле. Я еще так сделал, чтобы прямо чувствовать, как уже почти виртуальный клинок проходит по внутренним органам, – это заставляло ответственно относиться к бою, который хоть и учебный, но все же бой. Несложно представить, что за всем этим комплексом следил специально созданный искин.

Со стороны раздались ментальные… ну, вспышки, что ли. Если у нас в ладошки хлопали, то у веганцев многое завязывалось на ментальные системы выражения разных чувств и эмоций, собственно, для чего хлопки у нас и используются. А у них развитие пошло по вот такому пути, и социальные моменты взаимодействия часто на него завязывались. Наши с Алиелой перемещения и действия никогда не оставались без внимания хотя бы того же корабельного кристалла, но как с ним бороться, я уже понял – он был лишь усиленной, развитой копией личных кристаллов, на исследовании и обмане которых я уже немного набил руку. Но сильно своими возможностями пока не пользовался, мне и так все было интересно. А сейчас за нашей тренировкой наблюдали некоторые личности, как бы тоже случайно завернувшие в отсек для тренировок.

Так вот, в результате нашей с Алиелой синергии… Хм… что-то меня не туда… То есть она для веганцев-мужчин стала как-то ментально притягательно «пахнуть». В результате местные офицеры стали часто ее как-то задевать, попадаться на глаза. Выглядело это примерно как у детей пубертатного возраста, когда у них гормоны играют и они пытаются как минимум тереться где-то рядом. Только весь прикол был в том, что здесь это воздействие на них было настолько тонким, что сами веганцы, вроде бы доки в менталистике, не замечали этого и не понимали! И своего поведения не понимали и даже не пытались понять! А вот мне, как ни странно, более глубоко видящему происходящее (сам удивляюсь), сразу стало заметно. Самой же Алиеле это в конце концов стало надоедать. Вначале-то она просто терялась от непривычного поведения окружающих. Потом стало нравиться, но быстро надоело. Я видел, что ей и меня хватало выше крыши, да и просто ей было не нужно ничего постороннего. Что сильно меня успокаивало.

Не все, к слову, подпадали под ее влияние, но многие. И это мы еще не развернулись вовсю. Я уже стал подозревать, что наши слияния с ней (по-другому и не скажешь, даже сексом это уже не назовешь) что-то сильно меняли вокруг. Вернее, у находящихся вокруг людей или веганцев усиливали их притягательность, что ли, или открытость. Я пока не разобрался.

Так вот, был один офицер, Арион, который решил пойти дальше. И сейчас я мысленно со стороны с улыбкой смотрел на происходящее. И даже нарисовал схему взаимодействия людей, их движений и намерений, и даже что будет, – сам с собой спорил. И пока ни разу не проиграл, что удивительно. Ага, начинается.

– Красивые танцы. Жаль, что в реальном бою неприменимо, – сказал веганец и ухмыльнулся.

Ну тут все ясно – все как у нас, даже как-то слишком простенько.

– Желаете проверить? – в ответ также ухмыльнулся я, уже видя, как тот идет в мою нехитрую ловушку, думая, что сам копает мне яму.

– С удовольствием, только я буду использовать тренировочный энергетический меч. – Арион взял со стоящей рядом полки ручку и включил.

Воздух над ручкой слегка исказился. С легкой улыбкой он пошел в мою сторону. В ментальном плане он сверкал самоуверенностью. Я кивнул и сказал:

– Хорошо. Только, чтобы получить возможность и иметь честь сразиться со мной, ты должен сначала победить моего ученика. – И, не оставляя ему шанса на осознание обстановки, повернулся к Алиеле: – Дорогая, сильно не затягивай, – а сам медленно пошел к выходу.

Я наслаждался растерянностью Ариона и спустя три секунды – его криком боли.

– Воин никогда не должен расслабляться, – поделилась мудростью моя девушка, воспользовавшаяся растерянностью мужчины и пробившая ему ногой в печень.

Сама она еле сдерживала смех. А ее ментальный план буквально сверкал от сдерживаемого веселья. Что, кстати, чувствовали окружающие, находящиеся в затруднительном положении, не понимая, то ли смеяться, то ли плакать или ругаться по поводу произошедшего.

Рубка корабля «Оскал Шушиллы»

– Капитан, разрешите задать вопрос? – Старпом направил вектор вежливого внимания на командира.

Эрендил, рассматривающий какую-то карту, кивнул:

– Что у тебя?

– Почему вы решили сделать крюк и не лететь сразу к Версалии?

Капитан оторвался от просмотра карт и глянул на старпома:

– Я думал, ты догадаешься. Во-первых, я хотел посмотреть, что это за парочку мы везем на родину. Уже сейчас я сомневаюсь, что это была хорошая идея, – от них одна головная боль. Причем и в переносном смысле, и в прямом. Запреты на них не действуют, кристалл ничего необычного не наблюдает, хотя его поведение явно выходит за рамки нормального функционирования. Этот Ник постоянно оказывается в запрещенных местах корабля, а кристалл не видит в этом ничего предосудительного, хотя должен следить и не допускать. Всегда находятся какие-то странные отговорки и объяснения. Сам Ник для меня непонятен – вроде бы из общества, отстающего от нашего по развитию, но ничему не удивляется, обладает странными умениями, а в ментальном плане вообще, шуша его раздери, не пойми что! Наш главный медик после попытки… заметь, не санкционированной мной, так что придется еще присмотреться к нему и понять, зачем он это сделал… ментального давления на Алиелу и на Ника находится в невменяемом состоянии. Постоянно улыбается, а в ментальном плане пышет чистой и незамутненной детской радостью, на вопросы отвечает расплывчато, что в целом не мешает ему выполнять его профессиональные обязанности. Вот я и хочу понять, что везу домой и из-за чего у нас там происходят странные игры. Во-вторых, никто не отменял основные обязанности по контролю пространства в важных для нас секторах космоса. Так что я ни там ни там не отказываюсь выполнять приказы, но и вполне спокойно могу растянуть их исполнение на некоторое время, ничего не нарушая. А легкое недовольство разных штабистов я как-нибудь переживу.

– Я понял, – кивнул старпом. – Спасибо за разъяснение.

Ник

Вообще, было забавно ожидать развития событий. Несмотря на то что Алиела вроде бы четко определила планы кого-то с Версалии в отношении нее с братом, все пошло совсем не так. В этом-то и кроется косяк предсказаний. Видишь одно, а иногда реализуется менее вероятное. Впрочем, у нее это было не предсказание, а считывание уже произошедшего, и то, что в таком случае все пошло по другому сценарию, – обычное дело. Прилетели арестовывать… нет, настойчиво пригласить посетить корабль и слетать домой на Версалию не Алиелу с братом, а ее со мной. Меня это заинтересовало, и я легко согласился, в отличие от сомневающейся Алиелы.

Она, конечно, понимала, что надо бы слетать, и готовилась, но вот так просто, без борьбы или какого-то протеста, соглашаться не хотела. Ну пока я не шлепнул ее по… и не… В общем, я ее уговорил. Заодно и полетал на ее персональном космолете, как они его иногда называют. Я уцепился за это название и никак не хотел иначе его называть – уж очень оно походило на названия из старой, еще советской, фантастики. Правда, летел в качестве балласта в очень маленьком креслице… Собственно, не меньше кресла ведущего, и, учитывая, что даже пассажир обычно погружается в виртуальную реальность корабля и фиксируется удобными системами, неудобств вообще не ощущается. Да, у меня не было веганского кристалла в голове, но уже к тому времени я как минимум подобрал технологию связи и ее протоколы и в некоторой части синхронизировался.

Разумеется, без значительной помощи подруги не обошлось. Тем не менее неполноценный, но все-таки аналог кристалла мой биокомп эмулировал и полет я ощущал почти как Алиела – будто сам летел. Почти так, как когда-то сам летел на ковре-самолете. Только тут информации побольше было, что удобно: кристалл корабля постоянно транслировал разную сопутствующую информацию, а я веганский уже довольно неплохо понимал, разве что их интерфейсные примочки были непривычны и в какой-то степени футуристичны. Так что вообще все было в ажуре. Алиела немного покрутилась вокруг Луны, дала мне оценить маневренность ее малютки и прыгнула к основному кораблю.

Прыжок значительно отличался от моей телепортации. Если у меня все происходило незаметно и очень быстро (буквально моргнул – и уже в новом месте), то у веганцев это выглядело иначе. Было ощущение, что тебя взяли, скрутили, как скручивают тряпку, выжимая из нее влагу, и раскрутили обратно уже в новом месте. Не скажу, что впечатления приятные, но не смертельные. И еще: прыжок занимает какое-то время, даже внутри системы, – около десяти секунд. И это время зависит от расстояния нелинейно. Например, отсюда до Версалии прыжок занимает около земных суток, да и то это не константа. Многое зависит от космической погоды, что бы это ни значило. Надо бы поковырять их технологию. Хотя бы просто понять.

Еще я наконец-то решился на создание космической системы ориентирования. В смысле для Солнечной системы. Перед отбытием я запустил процесс генерации телепортационных точек привязки, как сделал это на Земле. Только тут значительно сложнее это реализовывалось, ведь и расстояния больше, и привязки сложнее. Вообще, если бы я не создал математическую модель изменений частотно-волновых функций в зависимости от взаимного расположения объектов, плюс к этому не вывел бы пусть и грубую пока, но зависимость характеристик частотно-волновых параметров от параметров объекта (масса, материя, объем, линейные размеры и так далее), то вряд ли бы что-то путное получилось.

Соответственно, даже по одной точке сейчас я мог разложить данные с датчика в плане того, что примерно в той стороне на примерно таком-то расстоянии находится объект с примерно такими-то характеристиками. Разумеется, чем больше точек, тем точнее результат. Если как-то визуализировать модель от такой частотно-волновой точки, то она бы выглядела как очень медленно изменяющееся ядро, состоящее из нескольких объектов (их количество зависит от ближайшего окружения), и слоями вокруг располагается огромное количество других, более мелких объектов, постоянно меняющихся в размерах, цвете, форме и вибрации всего этого. Чем дальше слой от ядра, тем меньше объекты, вплоть до размеров, исчезающих из области видимости. Можно и по-другому это представить, разумеется, но пока я работаю с такой визуализацией.

Алиела меня удивила вопросом, когда я кратко ей рассказал о своей задумке:

– Ты хорошо знаешь математику?

– Да не особо, – признался я. – Так, местами.

– Но ведь эти расчеты действительно сложные! Вернее, даже не они сами, хотя и они непростые, а построение математической модели.

– Да вроде не слишком. – Я скептически окинул взглядом пространственную картинку, на которой ей все показывал. – Вроде бы все понятно.

Алиела как-то странно на меня посмотрела. Возможно, я просто не очень ясно ей все объяснил, тут действительно сложно формализовать на словах. Ладно, можно потом: когда начну ее прокачивать по магической части (я еще не решил, в какой области, – в магии, чародействе или психокинетике), тогда и загружу ей эти знания. Понимающий человек рядом будет ой как полезен.

Первую точку для простоты я прикрепил к Луне, чтобы она пока не конфликтовала с земной сетью, привязал новый инфосервер к ней, задал параметры роста, и пошло-поехало. Определяется, куда надо прыгнуть от текущей точки, по модели рассчитываются телепортационные координаты, создается новый датчик, который сразу через инфосеть привязывается к серверу и потом телепортируется в вычисленную точку, там характеристики уточняются, и, если надо, модель пересчитывается и тоже уточняется. А чтобы все это заработало побыстрее, сначала строящаяся сеть, накрывающая Солнечную систему, должна иметь просто огромные ячейки, состоящие буквально из пары десятков узлов. Потом относительно простыми методами эта сеть будет разбиваться на более мелкие ячейки, и так вплоть до хотя бы стокилометровых размеров.

К счастью, в данном случае привязываться напрямую к информструктурам окружающих объектов, как это делалось на Земле, не пришлось. Достаточно было просто корректировать частотно-волновые характеристики датчиков напрямую сервером, чтобы они устойчиво держались привязанными к системе, отталкиваясь, разумеется, от Солнца как от условной точки привязки. Еще так можно менять размеры и форму сети, чтобы она наиболее полно и точно покрывала всю систему. И когда все это будет сделано и можно будет отслеживать буквально каждый камешек в системе, я попробую прикрепить к ней уже существующую систему, развернутую на Земле, да и на других планетах подобные сети можно создать. Но это посмотрим потом, пока пусть здесь отработает. Расчеты там сложные, многоуровневые, данных просто неприлично огромное количество, так что дело не мгновенное.

Еще я инициировал другой большой проект: скачать весь интернет себе на инфокомп. Да… забавно это звучит. Но тут реально много обучалок и разных курсов по невероятному количеству направлений. Ну и просто книг много. А если учесть, что у меня есть доступ к разным закрытым разделам сети, то вообще… Есть еще обучающие искины, но они применяются ограниченно, и хуже всего – их особо не скачаешь, хотя, может, что-то и придумаю. Еще есть мысль записать все эти данные в инфокомп, интегрированный с моей информструктурой. И использовать ее как библиотеку, а может, прописывать туда уже готовые навыки, – пока не решил. Биокомп, разумеется, я забивать сырыми данными не собирался. Хочу преобразовать этот огромный объем знаний в обучающие мемокопии.

Тут просто есть один момент, о котором я не хочу думать и подсознательно отгоняю от себя. У меня уже были несколько раз ситуации, близкие к «зачем все это», «к чему стремиться», «скучно»… и так далее в том же стиле. К счастью, пока удавалось забивать их новыми ситуациями, встречами, разными поделками типа своего подземного дворца. Алиела, чувствую, надолго заняла нишу возбуждения интереса к жизни. А практически бесконечные знания, которые можно смаковать, вполне могут все это обеспечить на более продолжительный срок. Ну, это так, мелкое бурчание…

А веганский корабль я облазил от носа и до самого закрытого реакторного отсека. Где-то делал это втихую, в режиме невидимости, где-то специально раздражал и выводил из себя местное начальство. Зачем? Просто смотрел, как реагируют, что думают. В общем, составлял психологический портрет и другие разные модельки. Где-то даже подглядывал за личной жизнью команды, и, надо сказать, правильно делал. Почему? Потому что общее впечатление о веганцах у меня сформировалось в основном по Алиеле, Элхору и Руане. Но первые двое довольно сильно «очеловечились», а последняя – это служебная функция с раздерганными нервами. По информации, снятой с Алиелы, знания о веганцах тоже были не очень четкими. А здесь, на корабле, собрался довольно разношерстный набор индивидуумов, вполне годный для того, чтобы относительно корректно можно было сформировать мнение об их обществе. Да, можно сказать, это тоже срез их реального общества, а именно – военный срез, но его тоже полезно знать.

Внутренняя отделка корабля была красива, футуристична, в основном все в светлых тонах. Большие комнаты и залы, широкие коридоры, несколько этажей. Тут действительно можно годами жить и не заиметь боязнь замкнутого пространства. Есть даже небольшой рекреационный зал с виртуально-материальным пространством – вроде бы море, даже купаться можно и загорать, но объем пространства небольшой, хоть это совершенно незаметно. Зачем это нужно на военном корабле, для меня загадка, но сделано все со вкусом. Да и вообще, не похож корабль на военный, как мы это себе представляем. Чувствуется не военная грубость и чистая функциональщина, а даже некая утонченность.

– Ник, – прошептала Алиела, – я частично раскопала, что происходит.

Губы ее касались моего уха, а теплое дыхание вызывало щекотку и в то же время возбуждало, совсем не хотелось думать о чем-то, кроме…

– И что? – так же тихо прошептал я.

Но ответ Алиелы я не успел услышать – вдруг раздался громкий звук, означающий тревогу, и все как закрутилось, забегало! Это был третий по счету прыжок веганского корабля.

– Давай сходим в командный пункт, посмотрим? – предложил я.

– Нас не пустят туда, – хмурилась моя зазноба, что-то пытаясь выжать из своего кристалла, вернее, через него – из локального информационного пространства.

Я укоризненно на нее посмотрел. Снова забыла, с кем имеет дело. Алиела вопросительно подняла на меня глаза, почувствовав мой укор.

– Идем! – Я коснулся ее, и мы тут же оказались в коконе невидимости под потолком командного пункта.

Потолки тут были высокие, и мы никому не мешали. Корабельный кристалл нас заметил – все-таки слишком он крутой по возможностям оперирования разными внутренними системами и их физическими данными. Я, конечно, мог совсем от него спрятаться, но, как я сказал, мы с ним «заключили нейтралитет»: он нас не трогает – и я его не трогаю. Забавно, что чистый логический механизм без грамма эмоций так легко оказалось поставить в тупик. Где-то у него в программном обеспечении были баги, один из которых мне попался. В смысле логический баг. Я ведь просто так пару раз показал и доказал ему, что могу нанести непоправимый вред подчиненному ему оборудованию и веганцам, находящимся под его опекой (примерно так я действовал с Гаврошем в свое время), а также доказал, что желаю им только добра и способен принести только «свет в их дома». Тут он сломался. Ну и, вероятно, помогло то, что в ходе этого эксперимента я кое-где химичил, получив необходимые знания от Алиелы об их технике, коими она обладала в достаточной степени.

Теперь передо мной стояла сложная дилемма: сообщить о косяке веганцам или просто пользоваться им, никого не посвящая. В пользу последнего говорило то, что сами веганцы не сталкивались с этой проблемой за все время существования кристаллов, а это сотни и даже тысячи лет. И, соответственно, вероятность того, что кто-то найдет такую же комбинацию воздействия на него (и логически, и по его внутренним и информационным каналам), уверенно стремится к нулю. То, что и моя удача в этом плане тоже болтается где-то около нулевой вероятностной оценки, скромно опустим. От этой мысли в разные стороны расползаются непонятные ситуационные и экзистенциальные ветви вероятностей, которые не хочется даже анализировать, ибо страшно и непонятно. Или страшно непонятно. Или так непонятно, что страшно… Эх, жизнь моя, жестянка…

Даже Алиеле не стал говорить подробности, просто сказал, что мы с кристаллом договорились, и ей этого оказалось достаточно. М-да… Земная женщина мне бы уже выела мозги своим любопытством… Хех… тяжела шапка земного шовиниста и сексиста, как меня бы обозвали в некоторых, не будем показывать пальцем на Англо-Австралию, странах современной Земли… До сих пор не переболели этим, да еще и нового накрутили сверху.

Разговоры на капитанском мостике, данные корабельного кристалла после вежливой просьбы и легкий всплеск испуга Алиелы пояснили, что в системе, куда мы прыгнули, оказался корабль хостисов. Судя по разговорам Эрендила с членами команды, скорее всего, нас ждали, но зачем-то специально сделали так, чтобы их заметили. Ну… технологии обеих рас были такими, что в любом случае заметили бы друг друга, но не сразу, и фактор неожиданности все же играет роль. Однако те предпочли выйти на связь с самого начала.

– Капитан Эрендил! – Вполне обычный человек, хостис, хоть и выглядящий слегка необычно в моих глазах, как и веганцы, сделал какой-то знак рукой, типа отдавая честь. Говорил он на веганском почти чисто. И еще улыбался. – Позвольте представиться – капитан Эррогазм. Сразу предупреждаю – не советую дергаться. Вы попали в ловушку, из которой вряд ли выберетесь. Весь объем пространства вашего появления заминирован, как вы, вероятно, уже заметили, минами класса «разрыватель пространства». Любая попытка ухода их тут же активирует и… – Он наигранно печально развел руками.

Мне он тоже понравился, особенно тем, что снова это вполне человеческие жесты, мимика и даже разговоры. Честно говоря, не ожидал. Причем совсем не ожидал. Вот, например, китайцы или негры выглядят совсем иначе, и их в подобной ситуации без удивления можно принять за инопланетян. И даже жесты у них, скорее всего, будут иные. Культура иная, менталитет – все это влияет… А вот веганцы – как наши северные народы, а эти хостисы – рыжие в основном (на заднем фоне еще несколько стояло), вполне европеоидные типы, пусть одни светлые, другие рыжие. Отдаленно гномов напоминают. Как же все это интересно, кто бы знал!

Алиела сжала кулаки и нахмурилась. Я успокаивающе сжал ее руку, сопроводив это действие ментальным посылом.

– Вы нас ждали? – внешне спокойно спросил Эрендил.

– Ну разумеется! Когда еще такое было, чтобы корабль вынырнул в точке патрулирования, меняемой в вашем штабе перед каждым выходом корабля, и оказался вдруг в минном поле, страшно дорогом для использования в мирное время!

– Судя по тому, что вы с нами разговоры разговариваете, вам от нас что-то нужно.

Эррогазм ухмыльнулся. Смешные веснушки на его лице пришли в движение.

– Разумеется. У нас есть информация, что вы посетили отдаленный участок Галактики и нашли там что-то очень интересное. Нам бы хотелось получить это интересное, ну и карты той части пространства, чтобы долго не искать место, где можно найти всякие разные необычные штучки.

Эрендил криво усмехнулся:

– Судя по вашим словам, вы точно не знаете, что мы везем.

– Ничего страшного. В аппарате ментального сканирования вы вряд ли что сможете утаить.

– Вы уже решили проблему нашей с вами несовместимости? – удивился веганец. – Ведь как только мы окажемся на вашем корабле, то произойдет сами знаете что…

Эррогазм пожал плечами:

– Локальное решение проблемы у нас есть. Неудобное, конечно, но вполне рабочее. Так что во избежание бо́льших проблем прошу не оказывать сопротивление, а лучше вообще партиями по десять человек перелетайте к нам на корабль. И не вздумайте воспользоваться моментом, все равно ничего не выйдет! Системы удаленного сканирования у нас получше ваших будут.

Эрендил вздохнул:

– Вынужден отказаться от такого интересного предложения. Все равно в живых вы нас не оставите, иначе бы не говорили, откуда у вас информация о нашем маршруте. Так что…

– Не делайте гл…

Экран погас. Эрендил резко развернулся:

– Щиты на полную мощность! Огонь всеми энергетическими орудиями равномерно по наружной сфере нашего расположения! Двигатель в режим взрывной активации – рвем метрику в слепом прыжке. И да поможет нам пространство!

Все это он произнес, естественно, не словами, а через свой кристалл, но с ментальной накачкой всех, кто его слушал. Мне его слова транслировал большой кристалл, а от ментального воздействия, надо сказать, достаточно мощного и хитро модулированного, вероятно, для повышения боевой мотивации, я просто отмахнулся. Алиелу тоже оградил от этого – не надо нам подобного.

Алиела сильно сжала мою руку и повернулась ко мне. На ее ресницах дрожали слезы.

– У нас всего несколько секунд. После режима взрывной активации обычно никого не находят. Я хочу тебе сказать это словами… – Она вгляделась в мои глаза, неосознанно ментально давя. – Я тебя люблю! По-земному! Без всяких совместимостей!

И впилась в мои губы своими.

Мм… Какой накал эмоций! Я просто купался в них и испытывал ни с чем не сравнимое удовольствие. Даже от секса оно было совсем-совсем другим! Я сильно прижал веганку к себе и ответил ей от всей пролетарской души!

Наверное, прошло около минуты, когда Алиела оторвалась от меня и удивленно спросила:

– Мы что, еще живы? – Она огляделась. Вернее, попыталась, но я вернул ее голову обратно:

– Не отвлекайся!

Алиела недоуменно ответила на повторный поцелуй, но потом стала вырываться:

– Да подожди ты! Надо же узнать, что случилось и где мы!

– Где, где… – вздохнул я и отпустил ее. – Такой момент обломала! Я бы ответил в рифму, да будет некрасиво по отношению к тебе и грубо.

Алиела только шлепала ресницами, глядя на меня.

– В Караганде, – не выдержал я и рассмеялся. – Ну ты точно блондинка!

– Ты что, только сейчас заметил? – накручивая свои светлые волосы на палец, недоуменно спросила Алиела.

Я буквально свалился на спину от хохота.

Наконец успокоился и присоединился к Алиеле, смотрящей на Содом и Гоморру пункта управления.

Через некоторое время Алиела повернулась ко мне с широко раскрытыми глазами:

– Мы что, снова в вашей Солнечной системе?!

– Ну а куда нам было прыгать? – Я пожал плечами и провел пальцем под глазом, вытирая остатки слез. – Я больше мест не знаю, – немного слукавил я. Ведь еще были промежуточные точки нашего путешествия.

– Так ты что, и такие огромные объекты, как корабль, можешь перемещать?! – Голос подруги завибрировал, уж не знаю, от какого чувства, – там такое у нее было намешано…

– Да какая, по сути, разница? – Я встал и подошел к краю купола невидимости. Остановился и стал смотреть на недоуменное и суетливое перемещение веганцев по залу. – Проблема только растянуть плетение на нужный объем да энергии побольше… Да еще тысяча и одна мелочь… Но я в последнее время столько занимался разными видами масштабирования, что немножко руку набил. К тому же в космосе ничто не мешает.

– Интересно, что почувствовали хостисы, когда мы пропали! – не сдержавшись, хихикнула подруга.

Ее немного затрясло, но я, не поворачиваясь, сгладил пики в ее ауре, и дальше это не пошло.

– А вот это правильный и, главное, действительно интересный вопрос! – Я щелкнул пальцами и оттранслировал на кристалл Алиелы объемную картинку присутствия.

Мы оказались как бы в космосе в стороне от нашего корабля еще до его обратной телепортации. Красивый все-таки он! Корабля хостисов видно не было, но я провел вертикально рукой и как бы разделил пространство. С правой стороны возник корабль наших противников. Он больше походил на гриб шляпкой вперед. Кстати, они находились за самой дальней планетой системы. Собственно, самое сложное во всей этой ситуации, как только я понял, что что-то пошло не так, было быстро выпустить подготовленный на всякий случай десяток ментальных элементалей, которые нашли неприятеля в пустой от жизни системе. С этим повезло: живи тут кто-то, было бы совсем неинтересно. Да и вообще, я одним из потоков сознания кое-что готовил на всякий случай. Я, конечно, могу просто прыгнуть обратно к себе, но вдруг это будет не лучшим вариантом? Вот и готовился по-разному принять судьбу.

– Пока капитан с ними гавкался, я много успел сделать, тем более на промежуточных точках перемещения тренировался. Чтобы я полностью доверился вашим лоханкам? Да ни в жисть! Откуда я знаю – может, вы любители острых ощущений и летаете на пределе прочности корабля и двигателя? Вот и… Смотри!

Из корабля веганцев вдруг в стороны стали пробиваться мощные лучи света, будто протискиваясь сквозь щели, как это делает солнце в старом сарае, только там оно снаружи лезет, а тут оно, казалось, спряталось внутри. И чем дальше, тем больше и больше. Я с любопытством перевел взгляд на хостисов, пытаясь оценить, как им понравится моя иллюзия, прикрывающая происходящее. А они бесновались, иного слова я не подберу.

– Идиоты! Кретины! – это изгалялся Эррогазм и почему-то крутил фигуры, похожие на фиги, в сторону сверкающего корабля веганцев.

– Чего это он? – спросил я.

– Кажется, у них это что-то вроде вашего потрясания кулаками, – неуверенно ответила Алиела, озадаченно переводя взгляд с корабля веганцев на капитанский мостик хостисов. Ах да, я его еще укрупнил, чтобы видеть, что там происходит.

Эррогазм развернулся к своим и закричал:

– Деактивируйте минное поле!

– Есть, капитан! – ответил, видимо, его помощник.

Тут корабль веганцев резко вспыхнул, а потом лучи света как бы втянулись обратно, но сделали это очень быстро и в точку, где корабля уже не было. И в этот момент в балансировке мироздания, как я это чувствовал, в месте, где раньше был корабль, что-то произошло. Не то взрыв, не то коллапс, но свет звезд, проходящий сквозь это место, вдруг как-то закрутился, рванул внутрь, потом наружу, где-то недалеко еще будто материя треснула – это стали срабатывать мины хостисов, но как-то неубедительно на фоне катаклизма, а клякса черноты стала медленно разрастаться, втягивая в себя свет, и каким-то внутренним органом даже в записи ощущались непонятные волны, заставляющие вибрировать нутро.

Хостисы чуть ли не с открытыми ртами наблюдали за происходящим. Кроме помощника капитана, который неуверенно сказал:

– Капитан, фиксируем сильные гравитационные аномалии. Скоро они доберутся до нас.

– Кто-то может мне сказать, что за оружие они применили? – не поворачиваясь, спросил капитан.

– Непонятно, капитан, – ответил еще один рыжий. – Но, кажется, мы сейчас видели рождение черной дыры. Боюсь, эту систему потеряли и мы, и они.

– К хрену лупоусому систему – все равно пустая, как моя голова… – самокритично покачал головой капитан. – Ладно, уходим!

– М-да… – выдохнул я. – Насчет черной дыры вы загнули, конечно, но где-то рядом… Надо будет потом посчитать, что получилось. Пока не очень понятно.

Кстати, говорили хостисы на своем языке, и их диалог я условно восстановил по ментальным отголоскам, мои датчики уже успели до них добраться и присосаться. Кораблик этот я не потеряю уже, может, и пригодится когда.

– Теперь я верю, что ты мог вытащить наш корабль… – Алиела как-то оплыла и стала заваливаться на меня – слишком большие переживания выпали на ее долю.

Я аккуратно ее подхватил и переместил в нашу каюту. Уложил на кровать, где она свернулась калачиком. Я лег со спины и прижал ее к себе. Так мы и уснули. Ну еще я прокрутил, что сделал, как мог по-другому поступить, поискал недостатки и отдельно их пометил. Вспомнил, как уговаривал большой кристалл корабля не активировать этот их слепой прыжок (аж три секунды уговаривал!), да и снаряды, пусть и энергетические, поберечь. Вообще, не снаряды это, а… Тут я зевнул. Потом тоже закрыл глаза:

– Все! Нас не кантовать!

Версалия

Я с огромным наслаждением смотрел в обзорный терминал командного пункта. Вернее, не так. Хоть и прошло относительно мало времени с того раза, капитан решил больше судьбу не испытывать и сразу же отправился на Версалию, чтобы сдать свой беспокойный груз под ответственность других веганцев, я к тому моменту уже полностью состыковался с корабельным большим кристаллом. Он на каком-то этапе сам предложил свою помощь и действительно помог. Так что сейчас я видел окружающее примерно как веганцы высокого уровня доступа. Ну да, борзеть я не стал, но статус ВИП на корабле приобрел. Правда, об этом никто, кроме кристалла и меня, не знал, но дело ведь не во внешней мишуре? На всякий случай и Алиелу сделал ВИП.

Виртуальная реальность веганцев не сказать чтобы прямо сильно отличалась от земной, но все же иная культура и иное представление о пользовательском интерфейсе давали о себе знать. Тона у различных надписей и графики в основном были синих и зеленых расцветок, но настолько красиво сделаны и, я бы сказал, профессионально, что я получал самое настоящее эстетическое удовольствие. Сейчас стены корабля протаяли, и поле зрения заняло то, что происходило на подлете к планете.

На самом деле у них тут было две жилые планеты. Административные функции были разделены между обеими, но большого значения это не имело – веганские прыжковые технологии позволяли перемещаться прямо с планеты на планету. Насколько я выяснил, это не просто переход как из комнаты в комнату, а скорее как транспортный лифт – садишься, выбираешь точку приема, краткий курс выкручивания внутренностей туда-обратно, как и при прыжках на кораблях, – и ты на месте. Только на планете это делать намного сложнее, и потребление энергии неслабое, но веганцев это не особо парит. По крайней мере, для перемещения между своими планетами.

Так вот, космос перед глазами, плотно забитый разного рода космическими конструкциями около планеты, кораблей куча – многие подсвечиваются кристаллом, какие-то увеличиваются по ментальному желанию, какие-то отодвигаются. В общем, красиво.

– Я почему позвал вас на мостик, – сказал Эрендил, оборачиваясь к нам с Алиелой, но посмотрел на мою подругу. – Ты умная девочка и сильный информационный разведчик. Мои, – мотнул он головой куда-то в сторону своих сотрудников, лежащих в креслах чуть дальше, – информационщики говорят, что, скорее всего, ты уже раскопала события, предшествовавшие вашему приглашению на Версалию… – Он вздохнул и повернулся к изображению планеты.

Алиела посмотрела на меня и пожала плечами.

– Так вот, там, внизу, вас должны ждать. Не уверен, что все с добрыми намерениями, но уж на свою мать ты, Алиела, можешь рассчитывать. Я слышал о ней только хорошее. Ничего особенного я для вас не могу сделать, разве что для отвлечения внимания отправить в космопорт сразу три челнока, а дальше вы сами. Только имейте в виду, что толковые информационщики есть не только у нас. – Он бросил быстрый взгляд на Алиелу.

Та медленно кивнула:

– Спасибо за предупреждение. Я приму необходимые меры.

– Что ты собираешься делать? – спросил я, когда мы шли к челноку, – Алиела сосредоточенно хмурилась.

Она повернула голову ко мне:

– Придется на ходу поработать в информационном поле планеты, подменяя картинку реальности. Это сложно, и раньше у меня такое получалось только в идеальных условиях, но я должна справиться.

– Чем я могу помочь? – с безмятежностью в голосе спросил я.

– Ну… Можешь сделать так, чтобы нас в реальности или не заметили, или как-то не обращали внимания, что ли?

– Легко! – улыбнулся я. – Незаметность – мое второе имя. Только я еще понаблюдаю, как ты работаешь в астрале, ладно?

– А ты сможешь делать это одновременно?

– Ты меня снова недооцениваешь.

От укоризненного взгляда Алиела покраснела, огляделась по сторонам и, убедившись, что никто не смотрит, быстро поцеловала меня в губы. Потом отвернулась и ускорила шаг, вырвавшись вперед.

Я снова улыбнулся.

Челнок был побольше индивидуальных кораблей и не имел прыжковых двигателей. Зато вмещал в себя много людей или грузов. Капитан не обманул – и вместе с нами действительно вылетело к планете еще два маленьких корабля. Все три аппарата должны были приземлиться… или правильно – приверсалиться? Хм… Так вот, они должны были совершить посадку в разных концах огромного космодрома, имеющего несколько уровней конструкций как над, так и под поверхностью планеты. Наш челнок должен был приземлиться на поверхности, другой – на подземной стоянке, третий – на какой-то высокой причальной конструкции.

Кроме нас на планету в нашем челноке спускались еще десять человек из команды. Мы с Алиелой сели сзади, но тем самым оказались самыми первыми у выходного люка, расположенного сзади, и я спокойно накинул на нас обычный «скрыт». Хотя вру – не обычный, но слегка доработанный – мой «скрыт» теперь учитывал ментальные особенности веганцев и, соответственно, блокировал наши ментальные и просто аурные поля, а то их веганцы со своей развитой техникой тоже вполне могли считывать. Не знаю, всегда или нет, но могли ведь. Смутное беспокойство двоих сопровождающих я тоже погасил – видимо, капитан попросил приглядеть за нами, и они забеспокоились, когда и нас потеряли, и мысли о нас стали ускользать из их оперативной памяти.

Сам же я с удовольствием наблюдал, как Алиела, откинувшись в кресле и слегка нахмурившись, работает в астрале. Вернее, я и за ней наблюдал (никак не могу насытиться ее видом, эмоциями и движением бровей или появляющимися ямочками на щеках), и за тем, что она делала в астрале, и еще контролировал людей в этой шаланде, полной кефали, и сам аппарат, чтобы он, не дай бог, не отправил нас в чертоги небесные. В астрале, разумеется, происходило самое интересное.

Во-первых, Алиела делала примерно то, что и я в реальности: затирала следы нашего присутствия в любых отражениях нашего путешествия на планету и параллельно – в прошлом кое-какие моменты еще на корабле, чтобы если кто крутой пойдет оттуда по нашим следам, то ничего не понял бы. Во-вторых, она делала какие-то штучки, которые сбивали наблюдающего с концентрации, уводили на другие планы бытия в воображаемые миры и картинки, многие из которых тоже генерировала Алиела, и цепляла к настоящему отражению реальности, запутывая между собой. Формировала какие-то астральные смысловые конструкции, попав в зону действия которых наблюдатель начинал смутно чувствовать наше присутствие совсем в другом месте.

А в одном месте, где чужой наблюдатель обязательно пройдет своим вниманием, я коснулся Алиелы мыслью и попросил разрешения поставить свою ловушку. Хотелось мне попробовать реализовать одну штуку из старой фантастики – зеркальный лабиринт сознания, попав в который, человеку очень трудно выбраться обратно, если не невозможно. Чем-то он отдаленно напоминает бесконечную рекурсию. Хм… Интересно, если эта аналогия близка к реальности, то возникает закономерный вопрос: а есть ли тут ограничение по размеру стека возвратов, и если есть, то что произойдет при его переполнении? Большой бум? Простое схлопывание ловушки? Бесконечное зацикливание переходов сознания с одного уровня на другой? Ничего? В любом случае попавшему сюда не позавидуешь. Но я же не живодер какой-то, поэтому на входе поставил пугалку. Если просто любопытный тут окажется (хотя по астралу по моим следам ходящих простых любопытных просто не может быть), то почувствует нечто вроде страха и возникшего желания уйти. Ну а не уйдет – сам виноват.

Алиела, осмотрев мою конструкцию, одобрительно кивнула.

Наконец мы прибыли. Я внутренне замирал от ожидания чего-то волшебного и фантастического. К черту! Я же на другой планете у инопланетян! Это же то, чем я грезил в сопливом детстве! Забавно, что мои приключения на Лунгрии и мои магические возможности не воспринимаются так – то ли привык уже, то ли влияет то, что самый большой импакт по моей впечатлительности именно в детстве произвела обычная научная фантастика. «Имею скафандр – готов путешествовать!» Даже изменения на Земле почему-то не воспринимались так, как вот это. И я не собирался разрушать это чувство какими-то негативными мыслями, а наоборот – хотел максимально оттянуться в предлагаемых фантастических рамках. Ну, если получится, конечно. Потому и развлекался на веганском корабле в манере приключенческих историй, не забывая и о безопасности. И убедился, что не зря. Вся эта возня вокруг нас меня не сильно напрягала или беспокоила. Если быть точнее – вообще не напрягала. Это не значит, что я буду манкировать безопасностью или расслабляться в этом плане, но не беспокоился совершенно.

И Алиелу как-то утешать или успокаивать не собирался. У нее есть вся информация обо мне для нужных выводов, но она как-то все равно не может пока преодолеть этот эффект от многолетней привычки воспринимать землян несколько ниже себя по развитию. Это меня не обижало, а, как ни странно, радовало: этот этап наших взаимоотношений тоже важен, и надеюсь, он будет длиться еще долго-долго. Фактически мы только-только познакомились и стали встречаться. Да, необычным образом, со странными последствиями, но это и круто! А потом будет следующий этап, и мы будем вспоминать предыдущий с легкой ностальгией и сожалением, что он остался в прошлом. И будем привыкать к новым нюансам взаимоотношений. Дай бог, чтобы таких этапов было бесконечное количество, сами они длились долго и главное – не надоедали.

Дверь корабля открылась, и мы с Алиелой вышли первыми. Чуть посторонившись, пропустили остальных наших спутников. А я осматривался. Практически все в светлых или даже белых тонах. Чистенькое все и красивое. Сквозь прозрачные стены, настолько чистые, что их почти не видно, открывался красивый вид на космопорт, со светло-серым покрытием, расчерченным какой-то краской с плавающими оттенками, в пределах видимости в паре километров – лес. Космопорт у них не сплошной, а сделанный квадратно-гнездовым образом. Тут бетон с залом, а тут деревья, кстати, слегка голубоватые. Вернее, зелень с голубизной. А между залами – горизонтальные, скоростные или не очень, лифты. На небе – серо-белые контрастные облака.

Мы телепортнулись сквозь закрытые двери. Местные системы наблюдения нас не увидели и, соответственно, их не открыли. Увы, пришлось чуток подстраховаться, по крайней мере на время, и прикрыть нас еще и визуальной невидимостью. Несмотря на утверждение Алиелы, что хотя общий контроль за веганцами и есть, но он существует только со стороны управляющих кристаллов планеты, и получить информацию о нахождении веганца, если он не хочет, можно, только пройдя серьезную процедуру, объясняющую необходимость этого, я просто не поверил. Если спецслужбам надо, они обязательно должны иметь облегченный доступ к системе.

Мимо пробежали два веганца в легких рубашках и в чем-то наподобие бриджей. Их ментальный слой, который я взял за привычку контролировать у окружающих, показывал ровный нейтральный фон, что не соответствовало их внешнему взволнованному виду, и я мимоходом прицепил к ним ментальный конструкт, один из которых оттестировал еще на Руане. Внедряется в ауру как обычный конструкт, но заточен на работу с мозгом человека по ментальному каналу и довольно быстро обходит веганскую защиту. Все-таки хоть веганцы и ментально активны, но им далеко до ментальных техник магов, у которых если такие способности есть, то в несколько раз превышают мощности веганцев. Здесь – практически у всех есть, но на среднем уровне, по моим меркам.

Мужчины уже были далеко от нас, но информация все равно скоро стала поступать, расстояние тут не играло большой роли. Скинув ее Алиеле, хмыкнул, увидев ее нахмуренные брови. Искали именно ее.

Мы спокойно сели в лифт (он двигался постоянно по принципу движущейся дорожки) и отправились в центральный зал. Другого выхода из космопорта не было. Хотя я и предложил Алиеле просто телепортнуться наружу и полететь куда надо, она решила все же понаблюдать за обстановкой с моей помощью. Ну и ладно, мне все интересно – и материал строения, и механизмы, и люди. Кстати, симпатичные они, веганцы, все же. Одежда в основном открытая – тепло. Легкие платьица, но чаще шортики, как на женщинах, так и на мужчинах, на торсах – полосы из прилегающего материала, расположенные по вкусу. Алиела одета была примерно так же.

Но самое главное, о чем я не сказал, – очень мощный общий ментальный фон. Даже на корабле уже чувствовалось его повышенное давление, пусть и слегка, а здесь, на планете, оно зашкаливало за привычные рамки. Как я понял, сами веганцы не особо страдали от этого – с рождения купаются в этом море, скорее должны чувствовать дискомфорт, оказавшись вовне. Для меня тоже особых проблем не было. Думаю, как и для обычного землянина, но только у него – по причине невосприимчивости подобных полей. Хотя я бы не сказал, что мы совсем уж толстокожие, но все же. Возможно, это даже достоинство в каком-то смысле. А я буквально плавал во всех этих ментальных «запахах» и образах. Потом, возможно, отгорожусь совсем от этого, но сейчас с любопытством наблюдал.

Вон в ту же сторону едут парочки и просто одинокие личности. Вон девушка мечтает о чем-то мне непонятном – цветовые краски никак не складываются в четкую картинку. Видать, эти мечтания – фоновые, они обычно не имеют четкой формы. А вон мужчина крутит в голове схему какого-то устройства. Кто-то ни о чем не думает, а плывет на своей волне, поддерживаемой внутренней музыкой, кто-то интенсивно с кем-то общается, видать, по местной связи. О! Мужчина, одетый так же легко, как и остальные, но в однотонной одежде и с поясом, увешанным какими-то прибамбасами, едет навстречу. Выискивает. Подключился к нему – нас ищет. Вернее, Алиелу – это определенно, и смутный образ ее спутника, то бишь меня. Намерения нечеткие, но и особо мирными не ощущаются. Ладно, пусть дальше ищет.

Труба, по которой мы двигались, была прозрачной и не мешала смотреть по сторонам и на природу. На деревьях много цветов – чего-то вроде вьюнков, опутывающих огромные стволы. Я только сейчас понял, что лес действительно огромный, деревья – типа старых секвой из старой Америки. В общем, много разных цветов, как на деревьях, так и внизу. Как я понял, все это поддерживается в таком гротескно-дремучем виде намеренно. Хотя попадались и напоказ окультуренные места.

Чем ближе мы приближались к центральному куполу, тем сильнее чувствовалось ментальное давление. Видимо, там народа было побольше. Ох как густо намешано! Как запахи в кухне какого-то ресторана – смешиваются вместе, и непонятно, что там готовится. Целый букет мыслей, чувств, намерений. Какая энергетика! Мм… Интересно, есть такое ощущение, что я стал все это впитывать, подзаряжаясь, – настолько поднялся тонус организма и ауры… Хм… Точно – аура уплотнилась и стала потихоньку впитывать психическую энергию, преобразовывая ее в нейтральный формат в объеме всей ауры, как впитывает воду сухой песчаник. Интересный эффект. На Земле тоже было похожее, но не так выраженно и не всегда.

Люди, люди, люди… Сотни, если не тысячи. С километр в диаметре этот небольшой зальчик! Мы стояли на балконе, глядя на мельтешение внизу. Ха! А вон явно какие-то роботы. Хотя у землян вроде ничуть не хуже, а на первый взгляд, может, и получше. Обратил внимание на астрал – что-то там меня привлекло непонятное. Какое-то странное и почти незаметное напряжение. И ощущение виртуальной воронки, раскручивающейся прямо здесь, над космодромом. На всякий случай проверил, как формируется телепорт отсюда, и успокоился – все нормально.

Алиела, поначалу напитывавшаяся весельем и ностальгией, вдруг стала смурнеть. Прижалась ко мне. Потом вдруг выдохнула:

– Хостисы! Я помню это чувство… – Она будто стала принюхиваться, поводя носом.

– Что они тут делают? – спросил я.

Алиела вдруг показала на появившиеся в воздухе предупреждающие надписи:

– Посольство. Видимо, замена персонала… Идиоты! Зачем через центральный зал их вести?

Включив видение тонких энергий, заметил, как в ментальном диапазоне пошла волна откуда-то с дальнего левого прохода, метрах в ста от нас. Веганцы, попадая в эту волну, резонансно распространяемую по сторонам, начинали паниковать, расходиться, кто-то (с менее сильными нервами) – бежать.

Присмотревшись к происходящему и к флюктуациям астрала, хмыкнул:

– Кажется, у вас тут кто-то шибко умный.

Алиела, несмотря на крепко сжатые на поручне руки, нашла в себе силы вернуть себе спокойный вид, по крайней мере внешне, и вопросительно посмотрела на меня.

– Ну, нас потеряли, а тут хостисы. Решили подправить их маршрут, а в получившейся мутной водичке локального хаоса вычислить тебя. Хе-хе… Умно!

Я присмотрелся к Алиеле и подправил ее ментальный блокиратор. Все, что хотел узнать насчет резонанса аур, особенно в ментальном слое, я увидел. А Алиела облегченно выдохнула и улыбнулась:

– Ох как хорошо-о-о! – Она смотрела на меня засверкавшими глазами.

Упс! Кажется, у такого средства неожиданного избавления от ментальной напасти есть нечто вроде отката. И самое главное – волной прошедшего по эмоциональной сфере девушки…

– Нас точно никто не видит? – Веганка плотно прижалась ко мне и тяжело задышала, слегка охрипнув.

Я мысленно вздохнул, но тут же плюнул и на обстановку вокруг, и на всех остальных, попав под волну возбуждения подруги. Ни о чем другом уже не мог думать, разве что последним движением трезвой мысли поднял нас немного в воздух – не на полу же этим заниматься! И практически отключился.

Сменный персонал посольства хостисов

Второй заместитель первого помощника посла со своими подчиненными мысленно ругал судьбу, но больше – веганцев. Уже на орбите планеты он почувствовал себя не очень хорошо, но химия на некоторое время помогла, и до космопорта по выделенному коридору они спустились довольно быстро и без проблем. Там все уже давно отработано – транспорт из посольства, а вскоре – закрытая территория самого посольства, где за счет отдаленного от города расположения давление на ментальную сферу не такое сильное. И специальные деревья рассеивают фон, и некоторые технические средства помогают, пусть и не идеальные, но в заданных условиях вполне рабочие. Еще химия помогает, но из-за отрицательного влияния на организм используется в крайних случаях. Да и потерпеть недолго – всего с полгода. Послу хуже всего – его смена длится целый год. Год дискомфорта в почти постоянном добровольном уединении в посольском поместье. Утешало одно: веганцам на планете хостисов ничуть не легче.

И тут по непонятным причинам сломался очень надежный транспорт посольства. Ладно бы веганский – так свой же! Уж в надежности техники хостисов веганцы могли убедиться во время стычек в космосе. Потом какая-то непонятная суета в космопорте, и их направили не туда. А именно в точку наибольшего столпотворения веганцев! И ладно бы списать на провокацию, да ведь самим веганцам это невыгодно! Ну вот ни капельки! Вся ответственность за хостисов, пока они не добрались до посольства, лежит на хозяевах, а значит, это действительно является случайностью. Но вот последствия…

Уже почти теряя сознание от мощного ментального давления сотен и тысяч веганцев, как и его товарищи, впадающие в безумие, сжимая зубы до скрежета, хостис успел подать команду на посольские коммуникаторы сопровождающих, и те вкололи им быстродействующее снотворное. Потом проконтролировал, убедившись, что оно начало действовать, но о себе позаботиться уже не успел. Мысль убежала. Сознание рассеялось, взгляд заметался по сторонам, ни на чем не акцентируясь, а кулаки стали сжиматься, пытаясь нащупать боевой плазменный резак, к которому руки привыкли в далекой юности во время службы в армии.

Потеряв критическое восприятие реальности, он уже не удивлялся тому, что вокруг стал твориться натуральный хаос: веганцев, как и хостисов, крутило на полу, кидало, подбрасывало в воздух. Летали какие-то вещи, непонятный мусор. Информационные панели сошли с ума, генерируя в воздухе странные картины, а потом стали лопаться прозрачные прочнейшие плиты, из которых состояли стены и потолок здания. Ему казалось, что он снова в бою, размахивает своим резаком, на него нападают веганцы, которых он рубит, рубит и рубит, но они почему-то не хотят умирать!

Как деформировалось ментальное поле всех, попавших под эту стихию, он уже не видел. Не видел и того, как люди смеялись, плакали, не контролировали себя, бросаясь на стены или, наоборот, обнимаясь. Многие – не обращая внимания на сломанные руки или ноги.

Когда второй заместитель первого помощника посла пришел в себя, он с удивлением понял, что сидит у стены, облокотившись на нее ушибленной спиной. Во рту першило от закушенной рыжей бороды – в моменты стресса он сам не замечал, как начинал ее жевать. Рядом лежали, сидели, ковыляли веганцы, а около него баюкал сломанную руку мощный мужчина с пометками охранной структуры космопорта. Заметив, что хостис пришел в себя, он с полустоном в голосе спросил:

– Где ты так научился драться?

– В армии, – хрипло буркнул хостис, пытаясь прийти в себя и ощупывая грудь.

– Надеюсь, у тебя ребра сломаны, – увидев, чем занимается хостис, кривясь, хмыкнул веганец. – Это я тебя припечатал. Горазд ты махать кулаками, а вот ногами совсем не умеешь.

– Было бы чем гордиться… – Хостис с кряхтением перевернулся и оперся на колени и дрожащие руки – тело почти не слушалось, и просто так встать, как это делают здоровые люди, он не мог.

Тут по залу, среди стонов, разговоров, шепота и даже где-то плача, прошла волна тишины. Сначала стало чуть тише, потом прошла вторая волна, и стало почти совсем тихо, даже плач прекратился. Хостис не понял, как оказался на ногах, – тело само повернулось в ту сторону. В какую «ту?» Да в ту, откуда пришла эта волна и… ОНИ! ОНА и ОН!

Они медленно шли через зал, с любопытством осматриваясь. На ее лице видно было сочувствие и почему-то проскальзывала тень вины. Мужчина же ухмылялся, но совсем не обидно. Она была весьма женственна, и от нее пахло женщиной, мамой, повелительницей. От него шло спокойствие и веселая бесшабашность. Но она выгодно оттеняла ее, а вместе все это формировало ощущение целостности и спокойствия.

Когда они проходили мимо, на хостиса будто опустилась новая волна… Он не мог точно сказать какая. Это было странно, но подобное чувство он испытывал, когда приезжал к своей бабушке, – теплое, ласковое чувство беспричинной любви. Без причины – потому что родня. Как можно не любить своих близких? И одновременно любовь к своему строгому, но справедливому отцу, который даже если и поругает, но переживать будет как бы не больше тебя, а про себя – гордиться своим чадом. И, не обращая внимания на боль в груди, не зная, почему он это делает, хостис низко поклонился, как у них кланяются своим повелителям.

Мужчина, проходя мимо, подмигнул ему и слегка коснулся рукой. При этом в груди у хостиса что-то щелкнуло, и дышать стало совсем-совсем легко, боль в спине прошла, а в измученное тело вернулась необыкновенная бодрость. Выпрямившись и отведя взгляд от удаляющейся парочки, он оглянулся и почему-то совсем не удивился сотням и сотням веганцев, стоящим или лежащим, но, невзирая ни на что, старающимся встать, в той или иной мере выражающим свое почтение уже пропавшей из виду парочке. Кто-то стоял в поклоне, кто-то стоял совсем ровно, но ментальный фон говорил однозначно об их чувствах… Ментальный фон?!

Второй заместитель первого помощника посла с удивленным вскриком повернулся к своему недавнему собеседнику. Тот будто отмер от невнятного звука, исторгнутого мятущейся душой хостиса, и повернулся к нему:

– Ты ничего не чувствуешь по отношению ко мне?

Веганец дернул плечом. Видно было, что его мысли витали совсем в других далях.

– Кто это был? – не дождавшись ответа, задал другой вопрос хостис.

Он почему-то боялся, что если сейчас не спросит, то в другой обстановке никто и никогда не ответит ему на этот вопрос. Веганец задумался и почесал свою руку, ту самую, которую совсем недавно баюкал, а сейчас будто не замечал боли. А может, ее и не было уже?

– Не знаю, но, кажется, догадываюсь. Только это все сказки! – Веганец мотнул головой и помолчал. Потом медленно пошел куда-то, поглощенный будоражащей его мыслью, затянувшей его в глубину сознания, бормоча себе под нос: – Да, конечно, сказки! Определенно! Столько – тысячи лет – не живут… Да ну?! И придет же такая мысль в голову?! Глупости какие! Надо же! Императрица Асия с единственным супругом Архонтусом по прозвищу Победитель Народов!

Ник

– Это мы неплохо так покуролесили! – Я оглядел разгром в огромном зале и задумчиво почесал себе пузо.

На спине медленно затягивались царапины – что-то моя подруга совсем теряет голову во время этого самого. Может, ей коготочки спилить? Хе-хе, напильничком.

Алиела по-быстрому наводила марафет, то есть выбирала очередную одежду, на мой взгляд, мало отличающуюся от предыдущей, куда-то запропастившейся. Надо пробить эту тему – может, там все-таки есть различия, в которых я не шарю? Ну и еще приводила свою встрепанность к средневзвешенному состоянию.

Забавно, но, кажется, пока мы туда-сюда, невидимость-то и спала с нас! Люди вели себя странно – расступались перед нами, пока мы расслабленно спускались и шли на выход, как-то магичить было немножко в лом. Внутри преобладало спокойное настроение. Наконец я сподобился посмотреть ауральным зрением и проанализировать ментальное поле. И результат мне не мог не понравиться. Все было спокойно и чинно-благородно. Даже рыжий хостис мне поклонился, за что я поправил ему здоровье. На душе, как я сказал, лежала печать благодати, хотелось всем делать добро. Вот и на рыжем попробовал – на пике доброжелательности сформировал убойную смесь мыслеформы, конструкта и плетения и засадил ему. И кости все сломанные ему на место вернуло, и остальное поправило, ориентируясь на информацию, прописанную в информструктуре. А ментальные изменения окружающих людей я заснял, сформировал нужные пакеты и отправил в отдельный поток, чтобы он там разбирался вместе с биокомпом.

Когда мы вышли из здания, Алиела обернулась и оглядела его.

– Ник! Нехорошо как-то получилось… – Она покачала головой. В ментальном плане у нее проскальзывало чувство легкой вины.

Ну а что? Здание немножко помяло, где-то валялись вырванные плиты, осколки, балки. Как никого не зашибло – не знаю. Могу только предположить, что это я сам как-то подсознательно все же контролировал обстановку, по крайней мере, в части безопасности, как нашей, так и окружающих.

– Подумаешь! Восстановят.

Алиела укоризненно посмотрела на меня:

– Ну поправь, а? А то мне неудобно совсем. Люди так хорошо к нам отнеслись, а мы…

– Это потому, что мы такие, а не потому, что они хорошие. Потому и отнеслись, – буркнул я и наигранно вздохнул.

А потом из моей руки, как из пулемета, в сторону здания полетели сотни и тысячи конструктов, беременных плетениями. Еще одно плетение легло на здание сверху и проросло внутрь по всему объему. Конструкты метались по зданию, находили осколки, обломки и приклеивались к ним. Плетение растекалось по объекту и формировало его объемную характеристику. Информация отсылалась на большое плетение, которое было главным тут и тоже формировало картинку здания и разрушений. Ну и, соответственно, виртуально собирало осколки по переданным параметрам в целое. Минуты три – и практически все виртуально собралось. Теперь осталось все это реализовать в реальности. Это было чуть посложнее, но совсем не бином Ньютона, хотя что в нем сложного…

Используя встроенные плетения гравитационного движения, все найденное начало подниматься, крутиться, собираться, притираться. Соединение между объектами, конечно, пришлось делать магическое по принципу укрепления материала, которое тоже пришлось делать и на целых частях, чтобы не порушилось. Можно было бы в некоторых местах диффузию материала включить, но было лень – и так сойдет. Не дожидаясь окончания сборки, я подхватил Алиелу, накинул на нас невидимость и, оставив на нашем месте медленно тающие, исчезающие иллюзии, так сказать, для внесения смуты и раздрая в восприятие реальности тех, кто на нас смотрел, поднялся в воздух на высоту около километра.

Алиела от неожиданности, как какая-то девчонка, взвизгнула, ловко извернулась и как-то так оказалась у меня за спиной. Обняв ногами и руками, она прокричала мне в ухо:

– Вперед, мой верный боевой шуша! – вытянула руку, указывая направление, и тут же рассмеялась.

Я тоже захохотал и рванул туда, одновременно пережидая, пока в ухе перестанет звенеть от крика и смеха Алиелы.

Внизу проносились виды инопланетной природы, перемежаемой строительными конструкциями. Веганцы любили природу и старались ей не вредить. Попадались огромные деревья, горы, скалы с мощными водопадами. В принципе можно было бы даже решить, что мы находимся где-то в недоступных для посещения местах Земли, но несколько голубоватый оттенок растений не давал сделать такую ошибку. Еще про Землю иногда напоминала архитектура веганцев. Часто это было нечто очень футуристическое: высокие шпили, растущие прямо в центре огромного лесопарка, а иногда приземистые, по сравнению с этими шпилями, но все равно высокие здания в стиле земной античности. Могу даже предположить, что когда-то веганцы могли повлиять на земную архитектуру, хотя Алиела с сомнением относится к этой мысли. А что колонны и материал типа мрамора – так мало ли какие совпадения бывают, у местных-то тоже две руки, две ноги да одна голова. Хотя ведь взялся же на Земле официально неизвестный веганец? А сколько еще таких было? Интересно, кстати, что решат насчет него веганские власти. Его тело осталось на корабле, капитан обещал передать его куда надо. Не должен обмануть – он мне показался вполне нормальным веганцем.

– Ты связалась с родителями? – спросил я, когда мы, обнявшись, сидели на вершине, недоступной иными методами, кроме как полет, скалы, окруженной вековыми деревьями, и смотрели на мощный водопад.

Вокруг летали птицы, большие и не очень. Многие из них были достаточно зубастыми, явно ведя свой род от ящероподобных предков. Хотя и наши птицы имеют схожие корни, но тут, на Версалии, такое ощущение, что природа решила остановиться именно на этих видах, в таком промежуточном эволюционном состоянии. Любая птичка размером с нашего гуся могла бы спокойно загрызть человека, но веганцы не парились – на каком-то из своих этапов развития они выработали ментальные техники, отпугивающие почти любые виды живности.

– Ага, – довольно щурясь, ответила Алиела. – Мама – тут, а отец – в дальней экспедиции. Жаль, что его нет… Она ждет нас в нашем доме.

– Ты не боялась связываться с ней? Связь могли перехватить недоброжелатели, которых, как оказывается, у вашей семейки довольно много.

– Не-а, – легкомысленно отмахнулась девчонка, – я через информационное поле планеты. У меня там старые, протоптанные, никому не известные дорожки есть. Да в общем-то так делают почти все мало-мальски способные информационщики и ментооператоры. Собственно, и с картой, и с направлением я через инфополе определилась.

Я покачал головой:

– У нас говорят, что на каждого профессионала можно найти еще большего профессионала.

Но Алиела оставалась спокойной. Я решил положиться на ее мнение – все-таки она дома.

– Почему мы двигаемся таким зигзагом? – довольно щурясь от ощущения влаги на лице, поднимающейся от водопада, спросил я.

– Хочу показать тебе мои любимые места, а то не знаю, когда смогу еще, – закрутят дела… Тебе не нравится?

– Очень нравится, – улыбнулся я.

Алиела благодарно потерлась щекой о мое плечо.

Потом мы посетили еще с десяток мест, весьма и весьма неплохих. Где-то мы были одни, даже если эти места были туристическими, просто за счет того, что мы туда прибывали сами по себе, минуя официальные дороги и время посещения. Где-то нам попадались веганцы, отдыхающие на природе. И наконец я понял, почему Алиела не стремилась к мамочке под крыло, – она ее банально боялась! Хе-хе… И как можно дольше оттягивала момент встречи. Похоже, мама у нее – суровая дамочка! Мне даже интересно стало посмотреть на нее.

Наконец мы заглянули еще в одно место – далеко от цивилизации, хоть и посещаемое. Вокруг везде скалы, покрытые зеленью и торчащие в небо, как пальцы каких-то гигантов. Одна скала была с колодцем по центру диаметром метров триста, с водопадом, вытекающим из огромной дырки в верхней части внутреннего кольца, откуда вода падала вниз, в небольшое озерцо. Она куда-то уходила и не накапливалась. До этого мы много посетили похожих и одновременно непохожих на это мест. Мерный шум водопада навевал спокойствие и умиротворение. Тут было еще с десяток веганцев, о чем-то оживленно тараторивших и, видимо, фотографировавшихся на фоне не очень-то и глубокой впадины – метров десять всего. По крайней мере, у веганцев тоже был аналог фотографии: художественный принцип «остановись, мгновение!» им был знаком и близок.

Мы особо не прятались, так что на нас посматривали, но не лезли с вопросами. Я заинтересовался, почему мы привлекаем внимание, проанализировал энергопотоки и с удивлением заметил, что это из-за нашей общей с Алиелой ауры. Да-да! Наши ауры перемешивались и формировали новую, с какими-то странными свойствами, с которой резонировали энергетические тела веганцев. Раньше я почему-то не обращал внимания на такой эффект, хотя, может быть, он был не так выражен, возможно даже, после космопорта это усилилось. Ну а что? Людей разных вокруг много было, может, и мы под них как-то подстраивались. А скорее мы просто мало еще находились в веганском обществе, чтобы обратить внимание на этот эффект. Впрочем, возможно, веганцы все-таки реагировали не на общую, а конкретно на ауру моей подруги, слегка изменившуюся под воздействием моей. Это надо будет еще потестировать – слишком мало материала, чтобы делать выводы.

И еще: когда я расслаблялся и не особо контролировал свою ауру, она у меня расходилась в стороны примерно на километр. Кстати… Только сейчас подумал, насколько я уже отличаюсь от обычного человека по этому показателю! Фактически на этот самый километр. Ладно, так вот, если поднатужиться, то я мог ее раскинуть на десяток километров, разумеется, с потерей чувствительности на дальних расстояниях. Но я заметил, что наша с Алиелой аура имеет тенденцию растекаться еще шире. Вот сейчас я не напрягался вообще и не контролировал расхождение собственной, а общая наша аура разлилась где-то на те же десять километров. И я чувствовал всю живность в этом объеме. Алиела на нее не реагировала и пока никак не замечала изменений, просто потому, что не умеет. Но это дело наживное – со временем научу. Я пока еще продолжаю исследовать свою подругу, чтобы поточнее определить, что ей подойдет больше всего или в первую очередь. Торопиться тут незачем, да и некуда.

Я, собственно, почему об этом заговорил? Внизу, в озере, отчетливо чувствовался какой-то организм. Причем довольно большой.

– Это место чем-то знаменито? – спросил я.

Алиела будто очнулась от рассматривания водопада и совсем земным жестом хлопнула себя по лбу, при этом рассмеявшись:

– Ой, вот я забывайка! Совсем вылетело из головы! Конечно! Это место знаменито тем, что, по легенде, тут спит последний из Шушилл. Это огромная такая шуша-переросток. Говорят, при последней семье императоров… Кстати, у нас, в отличие от вашей истории, было всего несколько императорских семей, и у нас они правят именно семьями, – это максимально совместимые, на десяточку, пары, полностью равные по правам… Так вот, когда правила последняя семья императоров три тысячи лет назад, императрица вместе с мужем поймала последнего, обезумевшего от потери своего спутника, Шушиллу, который наносил значительный вред и частенько убивал людей. При этом Шушилла отличался изрядной хитростью и не позволял себя поймать. Ну вот, собственно, он тут и спит. Легенда говорит, что императрица погрузила его в вечный сон, не став уничтожать, – все-таки последний из рода. Но, скорее всего, это просто красивая сказка.

– Но должны же были остаться записи?

– Ну-у, – протянула Алиела и закусила губу, – хроники-то есть, только на самом деле мало кто ими интересуется, слишком давно это было. Это я интересуюсь историей нашей и вашей, земной. Да и считается, что многие записи того времени – искусная имитация, вроде ваших постановочных фильмов. А в информационном поле почти нереально добраться до событий, относящихся к семье императоров, – они своей императорской силой просто закрыли этот слой. Или же спрятали – ученые-историки до сих пор не могут прийти к определенному мнению. А проводить археологические исследования здесь запрещено.

– А у нас с тобой какая совместимость? Как у императоров?

Алиела удивленно посмотрела на меня и задумалась. Она молчала долгих пять минут, а потом вздохнула:

– Интересный вопрос. У нас с тобой вроде бы она больша́я, этого не отнимешь, кроме того, в истории были еще «десятки», но это не были императоры. Должно быть что-то еще, кроме этого, что-то такое, что, скорее всего, относится к сказкам, хоть у нас и принято считать, что это самая настоящая реальность…

Я пытался рассмотреть сокрытое под водой существо, когда Алиела вдруг вскрикнула и уцепилась за мою руку. Я вопросительно посмотрел на нее. Она медленно выдохнула сквозь зубы:

– Похоже, наши приключения еще не закончились.

– Да ну? – Я повернулся обратно и продолжил всматриваться в энергопотоки в глубине озера, скорее даже под поверхностью дна.

– Иначе я не понимаю, зачем было проводить астральный удар по этому месту, правда, странно модулированный. Я и повторить-то его не смогу – такой сложный. Да и зачем? Причинить вред через информационное поле сложно, хоть и можно.

– Не скажи, – покачал я головой, – там много вариантов. На самом деле у нас с тобой стоит защита от астрального воздействия, просто ты ее не видишь. Я уже сталкивался с подобными атаками, так что заранее озаботился еще там, на Земле. Но вот с отслеживанием нас… Ну и сейчас со всей уверенностью могу сказать, что удар был, но не по нам.

– А по кому?

Я молча показал рукой на озеро, где спящая сущность вдруг стала подавать признаки жизни.

– Что там?

– Ах да, ты же не видишь! – Я наложил картинку энергопотоков на обычную и оттранслировал ее на кристалл Алиелы.

Она как завороженная замерла.

– Это то, что я думаю?

– Ну да, кто-то решил поднять вашу легенду. С одной стороны, это кто-то мощный по возможностям. Я хоть и мало понимаю в вашей политике, но подозреваю, что не всякий имеет доступ к резонансному коду активации древнего существа. С другой стороны, он достаточно глуп – что нам стоит сейчас просто улететь?

– Сюда приходят пешком, – подавленно сказала подруга. – Летать тут запрещено.

– Допустим. Но все равно – с чего бы древней Годзилле на нас нападать?

– Шушилле, – поправила Алиела. – Насколько я помню, они агрессивные, а этот еще и голодный, наверное. Может, улетим отсюда? – Веганка перевела на меня испуганный взгляд.

– Это мы всегда успеем, – отмахнулся я. – Но я жутко хочу посмотреть на эту вашу легенду!

– Я тоже, – тихо пробормотала Алиела и еще тише, почти неслышно, добавила: – Только я сейчас, кажется, описаюсь от страха…

Со стороны группы туристов-веганцев раздались возбужденные крики, а поверхность воды вдруг вспучилась, и оттуда выпросталась огромная туша ящера, который, запрокинув голову, вдруг заорал, зарычал, затрещал. В голосе чудовища явно присутствовали инфразуковые частоты, отчего внутренности буквально трепетали от ужаса. Это подтвердили крики туристов, приобретшие тональность страха. Но почему-то они никуда не убегали. Алиелу потряхивало, и основную часть излучения голоса ящера я убрал, но вот сам… Меня это буквально заводило, и в груди у меня стал рождаться уже мой рык, а внутренности буквально запели от восторга. Мне вторил другой рык – моего Драко, который потихоньку каплей слился с руки на землю рядом и стал увеличиваться в размере, приобретая черты Шушиллы.

«Мой!» – мысленно рыкнул он мне.

– Нет, друг… – Не глядя, я левой рукой погладил его по шершавой чешуйчатой ноге, где каждая чешуйка состояла из чистейшего адамаса. Он уже вырос до трех-четырех метров и продолжал увеличиваться. – Он наш! И не становись по размерам больше него – пусть это будет честная битва-а-а-а!!!

Алиела

Сходить по-маленькому, как говорят на Земле, Алиела захотела еще раньше, чем ожидала. А именно тогда, когда рядом с Ником вдруг появился маленький шуша и стал расти и расти… Не сразу она поняла, что это был тот виртуальный шуша, что жил в энергетическом поле Ника и чей детеныш рос и в ее ауре. Она до сих пор не смогла разобраться, что это за существа, не опасны ли они в первую очередь для носителя, хотя, несомненно, пока маленькие и в виде живой татуировки, они были жуть как милы. И уж точно не думала, что они могут приобретать материальную форму. По крайней мере, такую. И тогда непонятно, что страшнее – вот такой ручной шуша, что живет на тебе или даже в тебе, или какое-то старое замшелое существо где-то там.

И вот Ник вместе с Драко сорвались с места. Как Ник оказался на шее своего дракона, Алиела не успела уловить. Зато поняла, что Шушилла из легенды уже готов к схватке, голоден и зол, – ментальное воздействие от него расходилось волнами, чуть ли не сбивая с ног. На носу зверя красовался черный рог, которым шушиллы пользовались в борьбе за лидерство. Для добычи им хватало пасти, полной зубов. Вопрос, как такое существо могло проспать тысячи лет и как оно смогло буквально за несколько минут прийти в себя, хоть и бился в голове, но где-то на периферии. Больше всего Алиела переживала за Ника. Казалось, что ее сердце сжалось и осталось в таком положении. От Ника даже с такого расстояния доносились ментальные волны азарта и уверенности в себе, но это мало помогало успокоиться.

Еще в воздухе Ник спрыгнул с Драко и по высокой параболе отправился в полет на Шушиллу сверху. Тот сначала вскинул голову, чтобы поймать его, но тут же резко дернул ее вниз, чтобы прикрыть горло от нападающего Драко. Видимо, он показался древнему зверю более опасным. Драко же успел схватить пастью нижнюю челюсть Шушиллы, зато Шушилла стал буквально рвать грудь напавшего зверя верхними лапами. Получалось ли у него что-то или нет, непонятно. А Ник, приземлившись на спину ящера, буквально на кончиках пальцев пробежал по костяным шипам шеи и укрепился прямо за его головой, рядом с глазами, каждый размером с большой хармин – что-то вроде земного арбуза. Затем стал мощно и размеренно бить поочередно кулаками между глаз зверя, выкрикивая какую-то считалочку и стараясь попадать ударами в ее ритм:

Раз, два, три, четыре –

Тишина в моей квартире.

Три, четыре, раз, два –

Бродят тени у окна.

Раз, два, четыре, три –

Ты внимательней смотри.

Три, четыре, два, раз –

Видишь блеск голодных глаз?

Пять, шесть, семь, восемь –

Взгляд голодный крови просит,

Семь, восемь, пять, шесть –

Этот «кто-то» просит есть.

Пять, шесть, восемь, семь –

Гуще стала рядом темь.

Семь, восемь, шесть, пять –

Хочет тьма тебя обнять.

Девять, десять, ноль, двенадцать,

Пусть тебе всего шестнадцать,

Ноль, двенадцать, девять, десять –

Никуда тебе не деться.

Девять, десять, снова ноль –

Деточка, ты любишь боль?

Ноль, двенадцать, десять, девять

Что ж, твое настало время![1]

Шушилла мотал головой, пытался избавиться и от вцепившегося в него зверя, и от Ника, но у него ничего не получалось. Да еще и удары Ника хоть и выглядели смешными, но, видимо, причиняли какое-то неудобство. В конце концов старый и опытный зверь собрался с силами, еще выше задрал голову, а нижнюю часть тела резко закрутил вокруг оси. Рискуя остаться без вырванной челюсти, он передал крутящий момент на Драко, заставив того перевернуться в воздухе и отпустить захват.

От рывка Ник взлетел в воздух, и Шушилла, сопроводив свое действие жутким ревом, схватил его пастью.

Общемировые новости сети, ИноСМИ, краткая подборка

Как известно нашим уважаемым читателям, некоторое время назад пропала яхта известного путешественника Джона Легстронга. Поиски привлеченного военно-морского флота Англо-Австралии не дали результата. По запросу от международного сообщества Россия согласилась помочь своими силами провести его поиск. Для этого были организованы соответствующие службы спасения и очистки совместно с Русским географическим обществом. Место пропажи было довольно быстро локализовано в квадрате с координатами… Во время поисков пропал маломерный исследовательский роботизированный комплекс последнего поколения. Русские в недоумении. Они утверждают, что такого просто не могло произойти. Тем не менее, кажется, даже хваленая русская техника не выдержала испытания, повстречавшись с чем-то таинственным.

Новости собраны и аннотированы с помощью искина, произведенного компанией «Макронетс».

Российские СМИ, краткая подборка

Датчики контроля за энергетическими планетарными потоками Земли обнаружили странную аномалию в Тихом океане. Следует отметить, что подобные постоянные аномалии характерны для полюсов планеты, однако периодически отмечались и плавающие. К сожалению, их выявление происходит не в результате прямого отслеживания инструментальными средствами, а в результате сложных расчетов на основе данных, полученных с совершенно разных систем сканирования земной поверхности. Эта же аномалия затрагивает и место предположительной пропажи яхты знаменитого путешественника Джона Легстронга. Там же пропал экспериментальный интеллектуальный спасательный БРОКОМ последнего поколения. Временно поиски приостановлены для анализа ситуации и поиска решения проблемы.

Новости собраны и аннотированы системой искина, произведенного концерном «Байкал».

Глава 2

Ник

Справа, если смотреть с моей стороны, в мою печень прилетел крепкий, хоть и небольшой по размеру, кулак. Мышцы, не особо напрягаясь, погасили импульс, однако уплотненная аурная волна, идущая перед кулаком (научил, на свою голову!), пробила тонкий слой моей уплотненной ауры и слегка деформировала печень. Которая, собственно, почти не заметила вмешательства в свою жизнедеятельность и мгновенно восстановила конфигурацию до момента удара.

Следующий удар прилетел с обратной стороны, пытаясь добраться до селезенки, и… с таким же результатом.

– Вот тебе! Вот тебе! – Тяжело дыша, Алиела сопровождала свои удары сбивающим с дыхания звуковым сопровождением. На миг остановившись, она чуть ли не прорычала: – Не смей защищаться!

Я тяжело вздохнул и попытался хоть как-то смягчить свою защиту, уже забитую на все уровни сознания и подсознания, а также прочие системы магического, чародейского и архейского планов. С трудом, но ненадолго удалось. От давно уже забытого привкуса боли я скособочился, пытаясь зажать печень рукой. Затем резко дернул головой от прилетевшего сбоку удара, чудом не свернувшего мне челюсть, ну а потом отлетел метров на пять, когда моя подруга с резким выдохом и выплеском энергии зарядила мне пяткой в грудь.

Я лежал и смотрел в красивое небо, по которому почему-то хаотично, а не линейно в одну сторону, перемещались тучки-облака. С моих разбитых губ, изгибающихся в улыбке (ничего не мог с собой поделать!), по щеке стекала капелька крови. Я будто впал в какой-то транс и внутренне расслаблялся, несмотря на то, что сейчас происходило.

Небо перекрыло нахмуренное лицо Алиелы, которая внимательно и с внутренним беспокойством осмотрела мое лицо, а потом аккуратно, стараясь не потревожить ранки, коснулась губами моих. Ее язычок тронул трещину в губах и мягко прошелся по ней, почему-то совсем не вызывая никаких негативных ощущений. Я поймал губами ее язык и втянул в себя. Алиела пискнула, дернулась, но тут же расслабилась, отдаваясь на растерзание моим губам. Ну а я не забывал параллельно целовать ее и по-вегански – стимулируя ее третий глаз. В общем-то, это уже вошло у нас в норму, так что одно постоянно сопровождалось другим.

У моей подруги были все причины обидеться на меня. Но… но… Заставило меня задуматься это не о том, что я действую, как привык, – полагаясь только на себя и не оглядываясь на того, кто мне дорог. А о том, что реакция Алиелы была точь-в-точь как реакция обычной земной девчонки. Необычный взгляд на инопланетян, конкретно веганцев, потихоньку начинал тускнеть, заставляя воспринимать их как землян, что теоретически могло привести к каким-нибудь неприятностям. Ну да ладно, я это понимаю, значит, будем стараться не забывать.

Другой момент, заставивший меня задуматься, – то, что мои внутренние убеждения или тот внутренний стержень, вокруг которого накручено слишком много житейского опыта, даже не в плане возраста, ибо по нему ощущаю себя вполне молодым человеком, а в плане количества пережитого, не собирается изгибаться в угоду чему-то или кому-то. С одной стороны, это странно, ведь любовь-морковь как бы должна подразумевать сильные изгибы этого стержня у обоих (правда, чаще всего подстраиваются все же мужчины, чтобы сделать совместную жизнь комфортнее). С другой стороны, как бы понятно, хоть и не очевидно большинству людей, что подобные изменения не должны менять своей конфигурацией тот самый стержень, ибо с его изменением меняется и человек. Сколько раз говорили женщины: «Я выходила замуж совсем за другого человека!» – забывая, что в угоду внутреннему комфорту они сами меняли своего суженого, а потом, увидев, что получилось, начинали сетовать на мужчин или на «те времена». Забавно, что мужчины в основе своей не хотят менять свою подругу-жену ни внешне, ни внутренне. Ибо, наоборот, всякие изменения в ее характере или внешности (это не о естественном старении) только отдаляют их. И мне вот тут интересно становится – как с этим обстоит на Версалии? Пока один-ноль в пользу схожести с земными реалиями. Ладно, посмотрим, что будет дальше.

А расслабился я знатно! На губы невольно наползла улыбка, благо Алиела уже перестала их терзать и просто лежала на мне, уткнувшись головой в мою грудь. Ноздри щекотал цветочный запах ее волос. Не знаю, но, наверное, во всем виноваты те астральные психомаски, что я так неосторожно примерял на себя. Что-то они оставили во мне вот такое бесшабашное желание чудаковать. Вообще, странности с ними как-то так и не прояснились. Умник пока молчит, может, еще не докопался, а может, уже забыл. Порой он слишком стал напоминать человека, так что, быть может, и привычки человеческие, и болезни вроде склероза приобрел? Хе-хе. Ладно, потом спрошу. Не буду его отвлекать от интересных дел. Чувствую, наши с ним дорожки все больше и больше расходятся. Растет Умник и становится, если не стал, личностью. Как бы это ни было грустно, но радует, как родителей заставляют одновременно грустить и радоваться подрастающие дети. Эх… Ну ничего. Жизнь – она такая: предсказуемая в своей изменчивости и неожиданная в своих законах.

Давление челюстей у Шушиллы было чуть поменьше, чем у нашего тираннозавра, хоть и сравнимо – около трех тонн, а в пересчете на квадратный сантиметр получалось что-то вообще около тридцати. Зато пасть побольше, чем у акулы, и в нее я поместился весь. Ловко Шушилла меня перехватил в воздухе! Да и вообще, опытная зверюга попалась. Если бы мы с Драко (который ранее переименовался в Шушиллу, и как его теперь различать с реальным зверем – хрен знает) не были теми, кто мы есть, то ни фига бы нам не светило! Ну зато мы использовали правило любого вида спорта – всегда соревнуйся с более сильным противником. А наши магические примочки просто гарантировали нам жизнь, если уж так говорить.

До сих пор чувствую ладонями шершавость нёба зверя, в которое я уперся, чтобы меня не съели. А давление на позвоночник вообще было… Ну не запредельным, ибо не полез бы в пасть дракону (ух, в прямом смысле получилось, итить твое коромысло!), если бы не был уверен в себе, но тем не менее совершенно недетским. Расперся эдаким треугольником – ноги удобно угнездились в довольно широких промежутках между его зубов, а руки, как я говорил, уперлись в нёбо. Думал, что все же придется подмогнуть себе чисто магией, но нет, хватило чародейско-архейских техник по укреплению тела, которые я использовал ранее. Это ж как у меня суставы-то не посыпались? Не, я знаю как, но до сих пор сам себе удивляюсь.

Приобняв Алиелу руками, чтобы она не упала, я сел и, переустроив подругу на коленях, через ее плечо посмотрел вниз на место нашей схватки. А там происходило, как я думаю, зрелище не менее интересное, нежели наш бой. Там шла воспитательная работа. Шушилла рычал, шипел, пытался оторвать от земли голову, но получал по ней передними лапами Драко и с недовольством снова прижимался к земле. Действие происходило на совсем небольшом берегу озера, частично его опоясывавшем, куда в результате нашего боя Шушилла успел выбраться. Так вот, сейчас он упирался хвостом в стенку каменного стакана, где все происходило, а в озеро ему не давал убежать Драко, воспитывая непослушную зверушку. И тоже что-то ворчал, шипел, таким образом что-то объясняя непонятливому существу.

– Закрой уши, – шепнул я Алиеле, и когда та послушно, не спрашивая ничего, сделала это, я резко засвистел.

Алиела все равно вздрогнула.

Драко поднял голову и посмотрел на меня, правда, перед этим прижав башку Шушилле, чтобы тот не дергался.

– Он голодный, – чуть усилив свой голос, сказал я. Эхо ударило в стены, несколько раз отразилось и вернулось исковерканным «о-о-одный… о-о-одный».

«Дай!» – мощно ответил Драко в ментальном плане, да такой сильный напор его давления был, что так никуда и не убежавшие невольные зрители-веганцы попадали на задницы. Алиела недовольно посмотрела на них, почувствовав, куда был направлен мой быстрый поток внимания.

– А… – начала было спрашивать, но я перебил ее:

– Пусть.

Девушка замолчала и перевела взгляд на зверей внизу. А я тем временем открыл карту сети частотно-волновых датчиков Земли и запустил поиск по неким параметрам. Буквально через минуту поиск был закончен, но пришлось многое сделать, ибо раньше я подобного удаленно не делал: сформировать новые плавающие системы мониторинга в нужном месте, магические захваты, то бишь просто силовую сеть, потом рассчитать параметры перемещения и…

Среди камней снова разнесся мой свист, а повернувшемуся Драко я показал рукой на озеро. Оно в этот момент вспучилось, и из него выпрыгнула большая акула. Я не стал делать так, будто она появилась из ниоткуда, пусть считают, что из озера. Драко не растерялся и бросился к опасной рыбе. Шушилла тоже не промедлил, и если Драко уцепился за хвост и стал вытягивать добычу из воды, то он с ревом бросился на голову рыбе и вцепился в нее своей пастью. Как акула ни извивалась и ни сопротивлялась, справиться с двумя динозаврами не смогла и скоро была поедаема урчащим от удовольствия Шушиллой. Драко сидел рядом и спокойно наблюдал – ему-то еда не нужна была.

А я наконец начал принимать поток структурированной информации от Шушиллы. Вернее, не от него, а от исследовательского конструкта, совмещенного с исследовательским плетением. С самого начала мне не давал покоя тот факт, что живой организм может находиться в спячке тысячелетия, не обрастать каменной скорлупой или прочими осадочными породами, при этом будучи способным проснуться буквально за минуту-другую. И судя по всему, мои размышления оказались верными, подтверждение им я только что получил.

– Ну что, – не выпуская из рук Алиелу, я сладко потянулся мышцами спины, – не пора ли нам пора?

– Что? – не поняла моей идиомы подруга.

– Эх ты! – Я осуждающе покачал головой. – А еще говорила, что столько лет изучала землян! Обычные-то фразочки, вносящие слегка юмористический оттенок в контекст разговора, и не знаешь!

– Русские – не единственная нация на Земле, чтобы ты знал! – Она зевнула. – Что-то меня постоянно в сон тянет после сильных переживаний. С тобой я скоро превращусь в спящую красавицу.

– Ну… – протянул я.

– В каком слове в выражении «спящая красавица» ты сомневаешься? – Алиела грозно нахмурилась и приставила палец к моей груди. Потом сама не выдержала и засмеялась: – Ладно, наверное, действительно пора домой.

И мы действительно полетели, оставив Драко вместе с Шушиллой и толпу туристов-веганцев, так и не увидевших наш отлет, – просто в какой-то момент времени они поняли, что никого на нашем месте нет.

Ник

Остальной полет до дома Алиелы особо ничем не запомнился. Все те же красивые виды – почти повсеместно перемешанные зеленые с голубым оттенком насаждения, симпатичная смесь античности с современными небоскребами. Я не особо уважаю небоскребы как место жительства, но вполне приемлю их как красивые архитектурные решения, ну и как место какой-то работы. Здесь эти высотки не повторяли друг друга, а были вполне себе уникальными. Видел даже несколько горизонтальных небоскребов, если так можно сказать, лежавших на крышах обычных. Но даже эти высотки очень часто были снаружи как-то облагорожены растениями. Что-то я стал подозревать веганцев в родственных связях с эльфами, хе-хе…

Сейчас я создал нечто вроде байка, на котором гонял в последние денечки на Лунгрии, сзади ко мне прижалась Алиела и как-то умиротворенно, в полутрансе, расслабленно молчала. Маршрут до дома она мне скинула через свой кристалл, и лететь нам было около трех тысяч километров. Телепортнуться я не мог, так как никогда не был в точке назначения, а пользоваться местными системами передвижения или даже веганской телепортацией я не хотел, так как подозревал, что это сразу нас выдаст. Ну не верил я, что местная служба безопасности такая лопоухая, что не отслеживает перемещения своих граждан. Даже на Земле с этим практически порядок. Кстати, ничего не имею против такой слежки, особенно если она автоматическая, а к результатам ее работы нужны специальные доступы и все организовано по уму. А уж цивилизации, которая явно выше в развитии, чем земляне, такое не могло не прийти в голову. Но, конечно, могут быть свои психологические, культурные или еще какие бзики, когда подобная слежка не приветствуется, не буду спорить. В любом случае мы со слов Алиелы знаем, что нечто подобное тут есть, что против нас играют довольно высокопоставленные силы, иначе не объяснить активацию Шушиллы в нужное время, к которой доступ есть (или должен быть) у ограниченного количества веганцев. Причем не у любых, а у определенных спецслужб.

Фух… Не хочется мне повторять свои земные противостояния со спецслужбами на новой планете в новых красках! Утомительно это, и да, я считаю, что системе почти невозможно противостоять, если ты – не я! Хе-хе… Но в любом случае не хочется. Ну, может, пару денечков или недельку-другую придется поиграть, но хотелось бы побыстрее закончить все это. Поэтому надо бы, возможно, кое-кого спровоцировать, вывести эту ситуацию на общественное поле, где спецслужбы не особо охотно играют, потому что у любой спецслужбы есть высокопоставленные кураторы или руководители, сильно зависящие от общественного мнения. Конечно, в разных общественных формациях это по-разному, но здесь корреляция с земными системами власти и публичной деятельностью, насколько я понял, довольно сильная. Надо будет еще уточнить этот момент, но в целом вроде бы так.

Собственно, поэтому я почти все наши действия превращал и буду превращать в цирк. Уже вызвав Шушиллу, неизвестные кукловоды опростоволосились. Вероятно, они думали все списать на несчастный случай – мол, проснулось чудовище, да и съело всех. Вряд ли информация о том, что его можно пробудить в экстренном режиме, доступна большому количеству людей, поэтому ее можно было бы замолчать. А судя по тому, что вокруг этой ситуации крутятся исторические мифы, замаскировали ее очень неплохо. Был бы я не я – не понял бы и не заметил ничего. Да и Алиела подметила, что чудо было активировано из астрала практически случайно, так как контролировала наш объем информационного пространства планеты. Другой веганец, не информационщик, даже если бы и увидел то же самое, мог просто и не понять происходящего.

Зато теперь о нас уже должны судачить долго и со вкусом. Те туристы стопудово снимали происходящее, и совсем круто, если в режиме стрима, – надо будет поспрашивать Алиелу, есть ли тут такое. Плюс мы, во-первых, засветились перед врагами как мощные вражеские юниты, воевать с которыми себе дороже, и они, чем черт не шутит, могут переиграть свои цели и пойти на мировую (я все-таки еще не до конца потерял веру в человечество, пусть и веганское). Во-вторых, поставили себя на уровень местных императоров, которые, по легенде, загнали Шушиллу в длительную спячку, то есть победили ее в свое время. И еще у нас есть свой ручной Шушилла, который покруче ихнего Шушиллы. Не знаю, засняли ли, как тот вырастает из моей ауры, но вопросы о его происхождении определенно будут, а уничтожить его… Что ж, пусть попробуют, с удовольствием посмотрю, особенно с учетом того, что ядро Драко сейчас остается при мне, а там гуляет его, так сказать, аватар. Ну, типа распределенной системы получилось, что ли. Так что даже если его и уничтожат, то это им только покажется так. А вообще посмотрим, что они будут делать, – это тоже интересно. И интересно, что будет происходить в общественном поле, а общество тут, на Версалии, играет большую роль.

Я еще не очень понимаю, что произошло на космодроме, но что-то мы там с Алиелкой накрутили такое, что тоже имеет большое значение. Не зря же нас пытаются одни приветить, другие – закопать. И еще я помню, как сильно изменились ауры тех веганцев, что там были… Упс, и как их там? Хостисов, кажись. Вот названьице! Да-да! Тот отрицательный резонанс между веганцами и хостисами отсутствовал! Екарный бабай! А ведь если это действительно так, то это будет покруче «Фауста» Гете! Ну сами представьте, две мощные космические цивилизации ведут вялотекущую войну не по каким-то экономическим причинам, а чисто по причине мозговыносящей несовместимости на уровне биополей. И теперь появилось какое-то средство, которое может эту несовместимость снять! Каковы действия властей? Ясен пень – захватить, изучить, использовать или закопать. Но откуда они могли это знать заранее? Ведь игра вокруг нас развернулась куда раньше, чем были получены результаты взаимодействия нас с хостисами. Да и то, кто мог ожидать, что это происходит во время нашего соития? Хех… Неудобно как-то получается. И вообще, что-то не сходится.

Ладно, посмотрим, что мне принесут мои астральные шпионы. Наконец вроде бы получилось их создавать не по наитию, а как-то более-менее структурированно. Алиела тут мне опосредованно очень сильно помогла, обучая работе их информационщиков. Есть еще одна забавная штука – если ты работаешь в астрале, то рядом находящийся человек, способный работать в астрале, не заметит и не поймет, что ты сейчас там находишься. До тех пор, пока не сможет зацепиться за тебя то ли через астральное отражение места, где вы находитесь (именно так мы с Алиелой вместе работали), то ли каким-то образом синхронизировавшись. Поэтому Алиела не замечала моих действий, как и я ее, если только мы не хотели друг другу что-то показать или действовать вместе. Короче, астрал в этом смысле можно представить как мутную водичку, находясь в которой ты можешь не видеть того, что находится на расстоянии вытянутой руки, но, с другой стороны, можешь наблюдать целые миры и пространства в отдалении. В этом есть и опасность неожиданно получить перо в бок, условно говоря, ведь кто-то может тебя прекрасно видеть, а ты его – нет. Для того и домик свой желательно там иметь, где тебя никто не достанет. Ладно, посмотрим, что нам принесет новый день на лапках астральных шпионов в их совсем небезопасных зубках, отталкиваясь от Шушиллы и событий на космодроме.

Так получилось, что двигаться нам предстояло на закат, который длился и длился и никак не заканчивался, так как мы догоняли местную звезду. Я подогнал скорость таким образом, чтобы как можно дольше любоваться иноземным закатом. Он отличался от земного размерами местного светила и спектром, но подробно анализировать и узнавать разницу мне было откровенно лень. Под нами проносились уже почти невидимые дома, города, растения, но отдельно высверкивали красным цветом вершины скал или гор, иногда попадающихся по пути. Алиела, кажется, придремала за спиной, а я смотрел на подсвеченный горизонт и думал, думал…

Ойла

На широкой каменной террасе большого особняка, построенного еще в былые времена предками семьи Уокэнда, что в переводе с одного древнего языка означает «Обладающий волшебной властью», у одинокого столика в глубоком плетеном кресле сидела красивая женщина. Она была красива даже по веганским меркам, передав часть своей красоты детям.

Алиела, впитав в себя наследство матери и сплавив с ним лучшие родовые особенности еще и по отцовской линии, тоже расцвела редким красивым цветком. Правда, поначалу казалось, что природа, щедро наделив ее внешней красотой, обделила умом, но со временем стало понятно, что это не так. Просто ум у нее был другим – она всегда видела окружающее не так, как другие, делала совершенно неожиданные выводы, поступала так, как считала правильным, а не так, как положено. Порой она откровенно казалась глупенькой пустышкой, заставляя окружающих недооценивать ее, а порой поступала так, как не поступил бы ни один веганец, а в конце концов по результату именно она оказывалась права. Такое положение дел не приносило ей особой любви окружающих, но заставляло ценить ее как специалиста и как нестандартного аналитика общего плана. Вот только после той случайной стычки в космосе с хостисами она изменилась. Немного, но стала другой. При этом умудрилась заблокировать себе воспоминания, что вроде бы должно было нивелировать негативные последствия, но тем не менее она изменилась. Стала более замкнутой, хотя эту ее внутреннюю замкнутость видела только мать и, может быть, брат Элхор – он всегда был близок с сестрой.

Ойла видела записи той стычки и долго не могла поверить, что вот это существо с жутким оскалом на лице и пустыми глазами, буквально голыми руками разрывающее врага и одновременно с этим выжигающее ему мозг, – ее дочь. Казалось, сквозь маску красивой девушки прорвались инстинкты существа из глубокой древности. Вообще, такое крайне редко бывает при исключительно сильном стрессе, как потом Ойла узнала в рекреационном центре. И этот эффект даже имеет свое название, длинное и непонятное, как и все, связанное с психикой. И хорошо, что девочка сама справилась со своей проблемой, по крайней мере, мозгоправы не нашли никаких отклонений, а блок посчитали поставленным мастерски, что долго их удивляло, ведь у девочки не было глубоких познаний в ментальных техниках. Впрочем, мать сомневалась в этом – она уже давно подозревала, что дочь даже перед ней не раскрывает свой внутренний мир.

Были и проблемы – мужчины стали избегать Алиелу. Не то чтобы они до этого вились вокруг нее (это довольно редко случается в их обществе, если не сказать – почти никогда), однако даже нейтральное отношение сменилось на отталкивающее. Не очень было заметно, но и напрягаться сильно не надо было, чтобы отметить эту особенность. Алиела же, кажется, даже не увидела такого изменения, но сама стала все дальше и дальше отдаляться от общественной жизни и просто сторониться людей. Разве что мать с братом и отцом не замечали никаких изменений, но они были – Ойла специально провела ментоисследование, замаскировав его под обычное медицинское обследование. Видимо, на родню это просто не действовало. Поэтому Ойла и пристроила дочку в долгосрочную экспедицию подальше от Версалии, так как сначала предположила, а потом и увидела, что дочке там, вдали от дома, действительно хорошо. Она надеялась, что со временем Алиела оклемается и снова сможет беззаботно жить в их обществе.

А ведь Ойла, как и любая мать, мечтала, что ее девочка найдет свою совместимую вторую половинку. Пусть хотя бы как у них с супругом – на троечку. Даже с такой совместимостью Ойла любила своего мужа, и, несмотря на непрекращающееся обсуждение взаимоотношений веганцев с его бросками из стороны в сторону в умах, сама Ойла считала, что совместимость – это просто дополнительный бонус к семейной жизни, а понятие любви не имеет к нему никакого отношения, что, однако, не мешало ей мечтать о подобном для своих детей. И она была не одинока в своем мнении. Тем более что примеры других космических рас явно как бы намекали, что прекрасно можно обойтись и без ментальной совместимости, однако многое значили традиции и сформировавшийся образ жизни. Да много чего еще, что цементирует общество, хотя, конечно, существуют и бунтари, пытающиеся выйти за рамки обычаев. Однако это настолько приятный бонус, что любой вменяемый веганец хочет его иметь, и как можно выше по силе.

Тем не менее Ойла не могла отрицать, что (опять же по сравнению с другими расами космоса, имеющими похожую с ними генетическую основу) совместимость веганцев играла роль некоего природного инструмента, позволявшего преодолеть естественную для них эмоциональную холодность в отношении противоположного пола. Ее наличие позволило им выжить в прошлом, а потом это сделали генетические системы продолжения рода. Ойла гордилась, что сама выносила и родила своих детей, но никому о своей гордости не говорила, ведь в их обществе любые дети – хоть естественно рожденные, хоть в инкубаторах, абсолютно равны. Но некий флер избранности у таких веганцев все же был. Просто он не сильно выделялся на фоне более значимого понятия совместимости в семейных парах. И уж конечно никому бы не пришлось тыкать в глаза обстоятельством способа рождения. Но… но…

Раньше эта совместимость служила основой для их общества, являя собой некий аналог дворянства у прочих рас, только завязанный не на конкретного человека, а на совместимую пару. Естественно, пары с максимальной совместимостью часто вставали во главе общества, и несколько императорских пар были именно с нею на уровне десяти. «Ну и как она помогает управлять государством?» – спросит какой-нибудь незнайка? Сейчас уже почти не помнят, а ведь получившие десятый уровень пары являлись не простыми веганцами! Их совместимость кристаллизовалась в их взаимоотношениях, и главное – распространялась на окружающих. «И что в этом такого?» – спросит тот же незнайка. А то, что те, кто некоторое время находился в ментальных полях такой пары, кто быстро, а кто с годами, значительно поднимали уже свой уровень совместимости, другие тоже менялись и могли быстрее найти свою вторую половинку. А ведь в то время это было не только физиологически приятно, но и поднимало статус, рейтинг и могло существенно продвинуть вверх по общественной лестнице! Причем считалось, что, пусть и в более слабой мере, прочие совместимые могли тоже влиять на окружающих подобным образом. Правда, в отличие от «десяток», где все это можно было инструментально подтвердить, у других это больше завязывалось на психологию и доказано не было. Но и сейчас порой возникают споры на эту тему.

Конечно, были и другие совместимые десятого уровня, но, к сожалению, и среди них существовала какая-то то ли градация, то ли особенность – не все «десятки» обладали таким воздействием на окружающих, как императоры. Не зря же такие пары сразу выводились на высшую ступеньку общества! Обычно они и так обладали достаточными ментальными способностями, которые, как известно, эта совместимость только усиливает, но на этом посту они еще сильнее раскрывались. И во времена императоров общество веганцев было как никогда сплоченно и едино. Давно это было. Давно уже не попадались «десятки» такого уровня. Императорского уровня.

Кто бы знал, как Ойла боялась и плакала ночью, когда узнала, что ее Алиела нашла своего совместимого – инопланетянина, да еще с совместимостью десятого уровня! Об этом почти никто не знает, а если знает, то молчит: если у совместимых ниже десятого уровня первоначальная притирка может привести лишь к небольшим расстройствам психического характера, да и то довольно редко, то у «десяток» это часто сопровождалось смертью пар или неизлечимым сумасшествием, что, по сути, та же смерть.

Но вроде бы все обошлось. Правда, возникли другие проблемы, вернее, они возникли чуть раньше, но причудливым образом переплелись с семейными делами Ойлы и делами ее отдела, которым она руководила в этом цикле государственного управления. Сначала возникла какая-то суета вокруг ее отдела, и, как чувствовала Ойла, направлена она была против нее. И даже она вроде бы поняла, кто за этим стоит, – недаром эта мерзавка из внешней разведки, Айкуна, под разными предлогами перестала с ней встречаться – боится ментальных способностей Ойлы! Ойлу бы мгновенно выперли с работы, а то и судили бы, если бы она воспользовалась ими против госслужащих, и, соответственно, вряд ли Ойла решилась бы на такое, но ведь все равно вероятность подобного не нулевая, а значит, надо подстраховаться. К сожалению, информационщиком Ойла была слабым, а ее подчиненные не смогли ничего определенного найти. Вот Алиела смогла бы, наверное, что-то накопать, но ради этого тащить ее сюда смысла не было.

Тем не менее существовали и другие способы нахождения информации. Часто даже не обделенные властью веганцы имеют перекос в приоритетах восприятия информационных систем и делают упор на ментальные информационные технологии, забывая про сопутствующий слой обычных кристальных систем. А вот тут Ойла могла дать фору даже той же внешней разведке, как бы это странно ни звучало. Были у нее нужные специалисты. Поэтому, узнав кое-что, срочно пришлось выдергивать дочку с ее совместимым на Версалию. Тем более что удалось купировать некоторые неприятные шевеления в ее сторону, да и там, в космосе, случилось странное: серые оставили систему, где находилась ее дочка, окончательно поломав игру противников Ойлы. Только вот многое говорило о том, что игра не окончена, а просто повернула в другую сторону.

Капитан корабля «Оскал Шушиллы» Эрендил, доставивший ее дочку на Версалию, хоть и не решился на прямой разговор, вероятно, желая остаться поодаль от столичных игр, но по шифрованному каналу переслал кое-какие материалы, связанные с Алиелой и ее совместимым, а также приказы, полученные из отдела внешней разведки от Эрха. Да, он сознательно совершил должностной проступок, но вполне мог себе это позволить – слишком много у него наград и поддержка в штабе. Да и вообще, военные как-то не очень любили разведку: те во время последних стычек с хостисами допустили довольно неприятные ошибки, приведшие к смерти многих веганцев-солдат. А подобное не забывается. Правда, Эрендил явно кое-что недоговаривал, и определенно что-то еще случилось с ними, скорее всего, по дороге домой, раз старый лис решил распределить владение такой информацией и подстраховаться. Иначе его откровенность не имела никакого смысла.

Так что подозрения Ойлы частично подтвердились, но было непонятно, что же ее враги снова задумали. Нет, понятно, что в Алиеле с ее совместимым они что-то увидели, но что? Чем их существование может им грозить? Или не им, ведь даже Ойла пока смутно представляла, во что выльется связь ее дочки с землянином, хоть уже по привычке и начала строить планы, но это так, пока несерьезно. Так чем же?

События в космопорте укрепили ее во мнении, что дочке удалось сорвать главный приз – императорскую «десятку», но чем это может кому-то мешать? Ведь от этого одна только польза может быть для общества! Непонятно. И еще больше непонятностей связано с вдруг проснувшимся Шушиллой. То, что творил совместимый Алиелы, просто не воспринималось мозгом, и она это отложила в сторону – ни проанализировать, ни понять связанные с ним события пока было невозможно, надо сначала дождаться встречи, самой поспрашивать и сделать выводы. Многие другие веганцы, бывшие свидетелями событий в космопорте и в заповеднике Шушиллы, пока гнали эмоциональную волну, требующую отдельного осмысления. Надо ей просто дать отстояться. Многие же считали записи искусной подделкой и несли бред про испытание нового информационного оружия или верили в ментальный психоз.

А вот то, что Шушилла проснулся и оказался вовсе не легендой, а вполне себе натуральным шушей огромных размеров, шокировало сильнее. Ну не могут шуши так долго жить! Пусть и во сне. Она уже дала распоряжение своим информационщикам покопать в эту сторону. Но больше ее поразило то, что у кого-то оказалась возможность разбудить Шушиллу. В то, что он сам проснулся, в связи с последними событиями она ни на мгновение не поверила. Само это говорило о намного более глобальных проблемах, что не могло не пугать.

Тишину вечера и красивого заката прервало сообщение, пришедшее на личный кристалл. К дому по воздуху приближался какой-то нестандартный летающий объект. Ойла увеличила транслируемую картинку и в легком удивлении приподняла бровь – такой айк она видела впервые, правда, мало ли как транспорт могли оформить, но стиль был незнакомым. А через мгновение она расслабилась – кристалл поместья нащупал личный кристалл дочки и, судя по всему, ее совместимого.

Легко поднявшись и не скрывая облегченной улыбки, Ойла по широкой белокаменной лестнице быстрым шагом спустилась на лужайку перед домом.

Напоследок рыкнув, как большой сытый зверь, аппарат, вблизи сильно похожий на гоночный айк, опустился в нескольких метрах от хозяйки. Скрипнув гравием, сегодня белого цвета, айк чуть-чуть наклонился, а его водитель легким движением ноги выпустил сбоку подножку. Голову мужчины скрывало странное украшение в виде двух округлых искусственных полупрозрачных линз, вероятно, защищающих глаза от бьющего в лицо ветра, хотя выглядели они вместе с явно высокотехнологичным средством передвижения довольно странно. Но брутально, да, этого не отнимешь.

Мужчина внимательно осмотрел Ойлу, а потом кивнул:

– Долгого полудня хозяйке дома!

И легонько шлепнул ладонью по выглядывающей сбоку ноге Алиелы – Ойла, к стыду своему, только сейчас вспомнила про дочь, завороженная необычным прибытием гостей.

– Конечная остановка! Просьба освободить салон, троллейбус идет в депо! – А потом совсем другим тоном, не официальным, а мягким, обволакивающим, добавил: – Лапа, просыпайся, приехали!

– Ну Ни-и-ик! – зевнули за спиной водителя, да так сладко, что Ойла с огромным трудом заставила себя не последовать примеру. – Еще минуточку!

Ее девочка сидела за спиной своего совместимого, обняв его руками. А сейчас, говоря эти слова родным для Ойлы голосом, она еще теснее прижалась к нему. Ник, не переставая поглаживать ногу Алиелы и не отводя взгляда от Ойлы, улыбнулся:

– Простите, ваша дочка – такая соня!

Ойла в ответ тоже улыбнулась, продолжая рассматривать гостя. Тот поднял на лоб очки и стал оглядывать дом.

– «Дочка?» – пробормотали за спиной Ника. – Ой!

Алиела мгновенно соскочила с байка и бросилась на шею родительнице, чуть не сбив ее с ног:

– Мама!

Купаясь в чувствах дочери, Ойла улыбалась и просто стояла, боясь пошевелиться и спугнуть этот момент. Давно уже она не чувствовала такого позитивного накала и насыщенности ментального плана в свою сторону от дочки. Давно, очень давно. И из ее закрытых глаз невольно выступили слезы.

– Возьмите, это вам!

Ойла открыла глаза и увидела, что Ник протягивает ей очень красивый и незнакомый цветок ярко-бордового цвета. Он очень сильно притягивал взгляд своей необычностью и донесшимся ароматом. Алиела повернула голову и укоризненно сказала:

– Ник, у нас не принято дарить срезанные цветы при знакомстве…

Однако Ник только пожал плечами:

– Зато у нас принято. Это роза – с Земли, один из самых символичных и местами мистических цветков нашей планеты. Я похитил у вас дочь, но взамен дарю вам ее образ, сконцентрированный в этом символе красоты, притягательности и женственности!

– Спасибо, приятно, – наконец сказала Ойла и взяла подарок. Но тут же легко вскрикнула, уколов палец о шип.

Ник покачал головой и хмыкнул:

– Ну точно, правильный подарок. Роза – совсем как ваша дочь: за внешней красотой прячутся шипы. Моя израненная этими шипами душа настоятельно требует плотного ужина и спокойного отдыха.

Ойла тоже хмыкнула:

– Прошу в дом, будет вам и плотный ужин, и спокойный отдых.

Алиела

Почему-то ей было важно, как он воспримет ее дом. Вроде бы что в этом такого? Но вот… Эти мысли и переживания она тщательно прятала, зная, как он чувствителен к подобному. Ник спокойно поднялся по ступеням и остановился наверху. Глубоко вдохнул воздух и огляделся по сторонам.

Мама послала вопросительный мысленный посыл Алиеле, стараясь не смущать гостя, за что дочь была ей благодарна. Ответила она так же мысленно, но чем-то вроде пожатия плеч. Взгляд при этом она не отрывала от Ника. А он наконец выдохнул и посмотрел на нее с мягкой улыбкой:

– Хорошее место. И пахнет тобой.

– В смысле? – спросила она, а мама просто смотрела на происходящее с любопытством, не пытаясь вмешаться.

– Тут все пропитано твоей энергетикой.

– Странно, меня давно тут не было… Да и жила-то я не одна…

– Просто ты родилась в этом доме, здесь твои корни. А остальные… Видно же, что твои родители приобрели дом, а не жили тут всю жизнь. – Ник повернулся и пошел внутрь.

– Откуда он знает? – Мама придержала дочь за локоть, но та лишь пожала плечами. – Ладно, я твою комнату расконсервировала, там будете жить?

– Ой! – Алиела вскинулась. – Он же туда в первую очередь попрется! – И она сорвалась вслед за Ником.

Ойла

Ойла пожала плечами. Ну зайдет в ее комнату, чего тут плохого? Хотя, конечно, он не стесняется. Не такого она ожидала от «дикаря». Ну это в шутку, конечно, но тем не менее поведение парня не вписывалось в то, что она напридумывала себе, и совсем не похоже на поведение других привезенных на Версалию землян, как случалось иногда в прошлом – она специально интересовалась. Впрочем, от дочери вполне можно было ожидать, что она найдет себе кого-нибудь под стать.

Ойла повернулась и хотела уже отдать команду кристаллу дома убрать айк гостей, но почему-то не увидела его на месте. Он таинственно исчез.

Ник

Алиела влетела в комнату как заполошная и резко остановилась.

– Кровать хорошая, – я задумчиво покивал, – большая. В самый раз. И из окна вид замечательный.

Алиела подошла и уткнулась лбом в мою грудь:

– Тебе действительно нравится? После всех твоих дворцов?

– Тю! Все те дворцы ничего не стоят по сравнению с этой комнатой. – Я поцеловал ее в густые волосы на макушке. – Ведь это отражение тебя. То, что тебя сделало и потом изменилось вслед за твоим взрослением. Ты разве не видишь тут множество маленьких и не очень, веселых и грустных, играющих и читающих, ползающих и бегающих Алиел?

– Ты не можешь этого видеть, – глухо донеслось откуда-то снизу. – Я тут периодически подчищала информационное поле…

– Подчищала она, – проворчал я и сильнее прижал ее к себе. – Где ты – пылинка, и где мироздание – океан, на фоне которого тебя и не видно? Оно и не заметит твоих трепыханий.

Через открытые двери балкона в комнату, как к себе домой, важно, но тихо, переступая мягкими лапами, входил, втекал, вливался одуряющий запах цветов. Плюш тут не придумали, зато придумали немножко другое, такое же милое и на вид мягкое: кое-где стояли такие вот псевдоплюшевые игрушки, которые взрослой девушке было жалко выбросить. Многие десятки лет они тут стояли, охраняя ее внутреннее пространство. Только здесь я понял, как Алиела была одинока. Это одиночество буквально пропитало каждую вещь в комнате. Чего бы там она ни подчищала, но энергетика девочки, а позже и девушки, – это совсем из другой оперы. И никуда они не делись, слой за слоем отшелушиваясь от луковицы этого места и рассказывая мне о жизни моей любимой.

– Я тебя люблю.

Ойла

Ойла с интересом наблюдала за парой, редкими вопросами направляя разговор. Собственно, она пока просто приглядывалась как к Нику, так и к дочери, сильно изменившейся. Неприятным открытием стало, что обычное, давно не замечаемое ею самой материнское ментальное давление на детей не просто перестало действовать на Алиелу, но и стало возвращаться обратно рикошетом. А дочь будто даже не видела этого.

Это было неприятно в первую очередь в том смысле, что заставляло переоценить буквально все их семейные взаимоотношения. Неужели ее дети действительно чувствовали такое давление, когда она или их отец хотели настоять на своем? Особенно неприятно это выглядело в сравнении с тем, что она не помнила, чтобы на нее так же давила ее мать.

А молодые спокойно сидели за столом, больше общаясь даже не с хозяйкой, а друг с другом, будто до этого у них не было времени сделать это. Сидели они напротив друг друга, да еще и ноги переплели под столом, не заметив этого. Ойла, конечно, радовалась за дочь, но в груди иногда немного кололо, ведь Алиела сейчас как никогда отдалилась от нее. И, похоже, наконец встала на дорогу собственной судьбы, ответвившейся от дороги ее семьи. Но, может, так и надо?

Ник совершенно не стеснялся – откуда-то достал свои столовые приборы, когда в какой-то момент с неудовольствием посмотрел на выставленные на столе обычные веганские приспособления для приема пищи. Поначалу подозрительно косился на автоматику дома, выражающуюся в управлении материальными объектами силовыми полями. Поля управлялись кристаллом и могли принимать различную форму, вплоть до антропоморфной. Ойла еще хотела пошутить и приказала кристаллу сделать поля невидимыми, так-то они полупрозрачные. Но Ник каким-то образом их все равно видел. А потом чему-то ухмыльнулся и перестал обращать на них внимание.

Очень необычный человек. Да еще и маг какой-то. Что за зверь такой? Ничего подобного Ойла не слышала и решила, что, судя по всему, ему удалось воспользоваться попавшей ему в руки технологией неизвестной веганцам расы. Это вполне могло быть, все знают, что такие существуют, взять тех же центаврийцев, наиболее известных. Да и то о них известно лишь потому, что те почему-то считают необходимым сотрудничать с менее развитыми по сравнению с ними расами. Зачем и почему – никто не знает. А знали бы о них, если бы они не хотели этого? Ответ давно получен в различного рода космологических обсуждениях.

Вот и здесь, вероятно, произошло такое вмешательство в судьбу этого мальчишки. Ну а почему нет? Вполне логично. Так-то он точно принадлежит к землянам. Кристалл дома, в последнее время часто выполняющего роль рабочего офиса (все равно никого нет – и дети, и муж где-то далеко) и, соответственно, оборудованного нужными системами, просветил его на всех возможных диапазонах. Не без труда, кстати, что скорее подтверждает теорию технологического вмешательства. Тем более так и не удалось определить, что именно мешало. Тем не менее по землянам статистика накоплена богатая, и да, Ник – землянин.

Другой вопрос, как все это связано с его совместимостью с Алиелой? То ли она естественная и не зависит от этих технологий, то ли искусственно вызванная. В обоих случаях есть плюсы и минусы. В первом – ее дочь просто счастливица. Во втором – как бы прикоснуться к этой технологии, чтобы использовать ее в отрыве от детей? И если использовать, то как бы случайно не убрать эту совместимость? В конце концов, какая разница, чем она вызвана, если результат сугубо положительный?

Или же, наоборот, раскрутить тему императоров и их совместимости? Очень скользкая тема. С одной стороны, можно сильно подняться на этом, с другой – современное общество достаточно устойчиво в социальном плане, хоть проблемы и существуют, как и везде, и мало кто обрадуется возможности его изменить введением в него императорской пары. Но тут могут быть варианты, конечно. Например, номинальный статус. Тоже неплохо. Плюсов много, обязанностей почти ноль. Тут другое дело – несмотря на возможное усиление механизма совместимости через воздействие императорской четы (правда, еще надо не раз проверить, так ли это у Алиелы с Ником), могут быть и противники этого. Или те, кто пожелает прибрать к рукам такой удачный инструмент. Кстати, не поэтому ли возникали все эти неприятности с детьми? Кто-то решил радикально решить проблему?

Ойла мысленно вздохнула. Некоторое время, похоже, можно быть спокойной. Попытка подставить военный корабль и завести его в ловушку хостисов – очень серьезное событие. Преступление даже. Кто-то, кажется, всерьез решил, что он самый главный на этой планете, но просчитался. Как уж капитан Эрендил выскользнул из ловушки, Ойла не знала, но результаты видны даже ей – во многих военных отделах начал раскручиваться механизм расследования. Пока об этом известно узкому кругу лиц, да и ей с трудом удалось узнать, с чего вдруг все закрутилось. Скорее всего, и к ним придут, ведь на корабле были Алиела с Ником. Так что отсидеться вряд ли получится.

Ник

В таких случаях обычно говорят: «Ужин прошел в теплой семейной обстановке». Мама Алиелы не сильно давила авторитетом. Ну за исключением пары случаев, но в пределах нормы. Больше слушала, направляя разговор редкими высказываниями или вопросами. Фактически Алиела просто рассказывала о своих приключениях, я больше слушал. Неожиданно для меня это было интересно – в ее интерпретации прошлые события расцветали совершенно незнакомыми для меня красками. Собственно, в очередной раз немножко встряхнуло меня непохожестью, но не сильно. А сколько еще такого будет?

Заинтересовали меня и роботизированные веганские системы управления домом. В общем-то на корабле тоже они были, но там как-то они не особо выпячивались или были по большей степени служебными, а здесь они делали работу слуг. Вообще, на магию похоже, да… Посуда сама летала по комнате, раскладываясь на столе, пища на кухне сама готовилась – тут что-то вроде синтезаторов есть, но используется там, где нет возможности заморачиваться производством еды, – у военных в основном, а так предпочитают выращенную пищу. Разнообразные уборщики по дому, помогальщики и прочие. Даже массажер такой есть. Необычно, но удобно. Посмотрел я, посмотрел – и понял, что на своей магической технике и посложнее делал. У себя во дворце на Земле. А так прикольно – силовым полям-то можно придавать абсолютно любую форму и нагружать любым функционалом – от помощника по одеванию до экскаватора по добыче камня в каменоломнях. Вот только недостаток – везде нужно силовые эмиттеры размещать, да еще так разместить, чтобы они в целом перекрывали весь объем, в котором будут оперировать. Хотя есть и нечто вроде роботов – перемещаемые эмиттеры, генерирующие «тело» вокруг себя.

– Алиела, – Ойла посмотрела на дочь, – тебе надо будет посетить центральный офис и, как обычно, отчитаться на малом сборе руководителей проектов по вневерсалийским кампаниям. Еще запустить процесс получения Ником гражданства Версалии…

– А что оно мне даст? – вклинился я.

Ойла немного удивленно посмотрела на меня:

– Если вы хотите жить на Версалии…

– Я еще не решил. И не решил, стоит ли мне выделять довольно много личностных ресурсов на приспособление к новому обществу. Мне и на Земле-то не очень комфортно, но там у меня все-таки родня. Вы, конечно, тоже мне родня, и с этим ничего не поделаешь, – я подмигнул Алиеле, – а ваша дочь уже стала почти землянкой, так что как бы не понадобилось сначала ей земное гражданство получать.

Ойла задумалась. Потом спросила у дочки:

– Неужели тебе там больше нравится? Такого еще не было, чтобы веганцы оставались там, обычно к нам везут своих совместимых…

Алиела пожала плечами:

– Не скажу, что их общество мне нравится больше. Там на самом деле их несколько, ведь глобального государства еще нет, хотя все и идет к этому. Но в принципе в рамках легенды мне там нравилось. Однако вживаться в общество там, как и Нику здесь, особого желания нет, прости. – Она положила свою руку на мою, а я спокойно кивнул в ответ. – Но все равно придется что-то придумывать с этим. Почему бы тебе не получить наше гражданство?

– Оно подразумевает определенные обязательства, – ответил я и налил себе местного сока – довольно вкусный он оказался. Из каких-то лиан, что ли. – На Земле мне дали гражданство постфактум и особого характера.

– И что же это за гражданство такое? И почему для тебя сделали исключение? – удивилась Ойла.

– Ну я там все-таки родился, и старое гражданство у меня было, просто его актуализировали. А насчет прав – я просто поставил властям условие, что они меня не должны ничем ограничивать, а пользу государству я приношу исходя из собственных убеждений.

Ойла кинула вопросительный взгляд на дочь. Та махнула рукой, мол, расскажу потом.

– И их это устроило? – скептически произнесла хозяйка.

– Мам, он за пару месяцев для землян сделал столько, сколько они все вместе взятые – за десятки лет.

– Это ты преувеличиваешь, лапа, – улыбнулся я неожиданной горячности подруги. – Так или иначе, мой вклад был лишь ситуационно выгодным и полезным, в целом своими технологиями они и так бы добились сходных результатов, да еще и подтолкнул их к ускорению некоторых социальных процессов, но не факт, что это лучше, чем если бы все развивалось по их скрупулезно просчитанным планам.

– Ну да, как же! – Алиела поджала губы. – И какие же это земные планы позволили бы им заполучить готовую сеть космических баз со всеми работающими технологиями серых? И за какой срок? А перезаключить договор с эридянами на свою планету?

– Ну, – смутился я, – это немного выбивается из сказанного мною, но не сильно.

– А как же жизни всех тех людей, что ты спас?! – Моя подруга чего-то вдруг распалилась, раскраснелась и гневно сверкала на меня своими очами. – А скольких веганцев ты спас?

– Веганцев? – удивилась Ойла.

– Веганцев? – удивился я.

– А кто вытащил корабль, на котором мы летели на Версалию, из ловушки хостисов?! Я, что ли? – Она бросила щипчики на стол, вскочила и выбежала из комнаты.

Мы немного помолчали.

– Она слишком остро воспринимает смерть, – извиняющимся голосом сказал я.

– Смерть ужасна, – кивнула Ойла.

Я пожал плечами:

– Не знаю. Как я убедился, она – еще не конец.

Ойла заинтересованно посмотрела на меня, а я встал и вежливо склонил голову:

– Благодарю за ужин, было очень вкусно, хоть и непривычно. Если не возражаете, в ответном жесте доброй воли в ближайшие дни постараюсь вас угостить блюдами разных космических, и не только, рас и народностей.

– Не возражаю и даже с нетерпением буду ждать.

Я пошел к выходу, у которого меня догнал вопрос Ойлы:

– Это действительно ты вытащил наш корабль из ловушки?

Я оглянулся:

– Скажем так, это произошло не без моего участия, – и вышел.

Ойла

– Так вот почему Эрендил помог вам с возвращением, – пробормотала Ойла, опустив голову на сплетенные ладони.

Не все они обсудили, не все она спросила, ну да время еще есть. Честно говоря, Ник сбивал ее с толку. Слишком самоуверен, но не нагл. Умен, но не создает впечатления гения. И Алиела, похоже, по-настоящему любит его – вон как бросилась защищать. Надо же – базы серых! Она бы тоже не отказалась от такого подарка: хоть серые и отстают в развитии от веганцев, но оборудованная база – это база. Вполне рабочий инструмент.

«В ответном жесте доброй воли», – посмаковала Ойла на языке необычно звучащую фразу.

И как он спас корабль?

Эфирные разговоры подросткового клуба по интересам

«Те, кому до ста»

– А я тебе говорю, это была императрица!

– Да с чего ты взяла?

– А ты видела, как ей кланялись на космодроме? И потом видела, как она своим голосом заставила замереть Шушиллу в самый опасный момент?

– Да там вообще были, скорее всего, ментальные иллюзии! У кого-то пимпушка в голове поехала!

– Это у тебя «пимпушка!» А там транслировали туристы не только в ментал, но и в сеть! Считай, одно и то же.

– Ага, и как, по-твоему, императрица Асия воскресла? Или она не умирала? А зовут эту «императрицу», кстати, Алиела Уокэнда, мне тетя рассказала. А она врать не будет – работает в департаменте космических исследований.

– Ну… Может, раньше могли так делать. Вон Шушилла-то тоже воскрес! А имя… Может, она прячется под маской Алиелы?

– И ты веришь в эту чушь?

– А я вот верю. Я там была сама! – вклинился некто третий.

– Да что вы… Может, там хостисы секретное оружие применили? Были же они в космопорте!

– Зато у Шушиллы их не было!

– Точно-точно!

– А может, они вирус занесли в ментал?

– Угу, в сеть, значит, тоже?

Эфирные разговоры непрофессиональной сети эрудитов инопланетной жизни

– Коллеги, а вы заметили, что все странности последних дней коррелируют с прилетом военного корабля, доставившего на планету нашего наблюдателя у планеты Земля? Все помнят, где это?

– Отчего ж не помнить… Зря, что ли, здесь состоим? А откуда информация?

– Мир не без добрых людей. Говорят, наблюдатель привезла с собой совместимого с Земли. Последний раз такое событие было ровно двести десять лет назад.

– А что за странности?

– Ну как же – влияние этой парочки на всех, кто присутствовал в космопорте, неоспоримо и зафиксировано. В ментале до сих пор шум стоит. Согласно таблице распределения ментальных взаимодействий при разных совместимостях их сила как бы не выходит на первое место по силе. Это как бы не императорская «десятка» получается, да еще и самая мощная!

– Ого! Это точные данные?

– Безусловно. По землянам это, можно сказать, первый такой случай, остальные были средненькие, хоть землян и больше было. А вот если смотреть вообще среди инопланетян, то самые сильные совместимости у нас были с воосками, но там все равно максимум была «восьмерка», с крисианами – «девятка», и еще был случай с одним хостисом, но то был особый случай – он был подобран в грудном возрасте на разбитой станции нашим патрулем, заглянувшим в пустую систему, и доставлен на Версалию. За полгода ребенок акклиматизировался и дальше по картинке биоэнергетики уже ничем не напоминал хостиса. У взрослых такой акклиматизации не наблюдается, к слову.

– Это мы все знаем. Вы лучше скажите, что там с разрушением здания космопорта, а потом восстановлением? Что-то там совершенно невероятное говорят и показывают.

– Без понятия. Но меня больше интересует Шушилла. Вообще, многие сравнивают эту парочку с последней императорской семьей, а тут такие знаки! Прошлая императрица усыпила Шушиллу, эта… претендентка, так назовем ее, – разбудила.

– Согласен, совпадение довольно забавное, и чувствую, сейчас понесется волна что-то вроде «императоры вернулись!»

– Уже понеслась. Особенно среди молодежи. Логика-то примитивная – раз Шушилла вернулся, значит, и они могут. Самая замечательная фраза, ставшая некоторым образом мемом – «иногда они возвращаются», – явно имеет психовирусную природу, и если его признают таковым, скорее всего, вмешается служба ментальной очистки и здоровья.

– Это все мелочи, хоть и интересные, безусловно. А меня вот беспокоит Шушилла в плане корреляции его существования с военными биотехнологиями прошлого.

– Думаете?

– Хм…

– А главное – откуда взялся второй шуша?

Ник

Алиела посапывала под боком, улыбаясь во сне. Вообще тяжелый день вышел, этого не отнять. Алиеле еще и дома пришлось поработать – астральный щит, который она давным-давно ставила, изрядно прохудился, и она там нашла даже неких полуживых шпионов. Вероятно, они давно были поставлены, но, похоже, активно не использовались. Думается мне, кое у кого периодически возникал интерес к делам ее мамы. Уж не знаю, как много информации можно таким образом вытащить и какое у нее качество, но теперь это в любом случае неактуально. Играть в прятки мне неохота было, поэтому на этих шпионов я просто повесил неприятные штучки и забил. В общем, все это подруга почистила, дырки законопатила. Так что с этой стороны все стало нормально. Кстати, в ту мою астральную зеркальную ловушку кто-то серьезно влип, и его психическое состояние стало внушать опасения – это даже навскидку было видно. Так что его мы освободили, нехай живет дальше.

Я поцеловал Алиелу в затылок и потихоньку встал. Она вздохнула и перевернулась на живот, выпростав из-под покрывала ногу. Я некоторое время любовался доступными для зрения изгибами ее тела. Обычно в таких ситуациях принято говорить: «Как же мне повезло!» Свезло – это точно. И каждый, наверное, на моем месте начинал бы благодарить бога за такой подарок. Только вот я больше склонен благодарить случай, хотя со всем объемом поверхностных знаний о мире уже ни в чем стопроцентно не уверен.

Мне совсем не спалось, и я тихо пошел в сторону балкона. По дороге остановился у полки, на которой лежал овальный предмет. Алиела сказала, что это эмиттер детской игрушки-робота. Сломался давно, да так и остался лежать. Когда работал, позволял создавать из силовых полей разных персонажей в натуральную величину, с которыми можно было играть в простые детские игры, насколько позволял интеллект игрушки. Это был редкий тип игрушки, содержавший искин внутри. В основном такие вещи у веганцев имеют сетевой, а то и децентрализованный характер.

Тактильно приятное яйцо. Перекатывая его в руках, я так и пошел дальше. Немного постояв на балконе и полюбовавшись на две луны, спрыгнул вниз, мягко приземлившись, и пошел гулять по округе. Дом располагался на частной территории в пару квадратных километров, плотно засаженной деревьями и прочей растительностью. Разного рода роботы и автоматизированные системы следили за этой красотой.

Я долго ходил, любовался растениями, сейчас, ночью, слегка поумерившими свою активность. Темнота мне совершенно не мешала, я все вокруг видел в малейших оттенках. Правда, приходилось специально настраивать свое зрение под это, но сложностей совершенно не было. Кроме того, подключение дополнительных диапазонов восприятия делало вид еще более фантастическим – растения светились каждое своим светом. Настроение было ностальгическим, уж не знаю почему, но грусть была какая-то теплая. И ностальгия была какая-то ненаправленная.

Наконец мне попался небольшой обрыв, метров сто вниз, – отличное место наблюдать обширное пространство. Так думал не только я – рядом обнаружилось оборудованное место для отдыха, что-то вроде открытой площадки, нависающей над обрывом. Я уселся там, свесив ноги, и надолго замер.

Наверное, с час сидел, почти не шевелясь. Почему-то вспоминалась моя жизнь еще до Лунгрии. Вспомнил, какой я плохой сын, – так и не удосужился побывать на могилках родителей. Еще хотел узнать, как повернулась судьба моего бывшего начальника – все-таки мы приятельствовали. А вдруг он еще живой и нуждается в чем-то? М-да…

Инопланетные виды послужили спусковым крючком, и из памяти стало вылезать совсем давнее, еще подростковое. Одно воспоминание особенно ярко высветилось в памяти. Отец не был музыкантом, но играть умел. Раз-два в году на него что-то находило и он доставал с антресолей аккордеон, отделанный перламутром. Немецкий, многоголосый. Закрывался в комнате и начинал играть. Не сказать что играл он профессионально, но зато от души.

И так мне эта картинка ярко высветилась, что я потянулся мыслью, потянулся чувствами и чем-то внутренним, даже будто почувствовал пальцами… Да, та самая текстура… Резкий рывок – и на мои колени падает тот самый аккордеон, который я от неожиданности чуть не упустил в пропасть.

– Опа! – удивился я.

Вот как подсознание работает! Совсем самостоятельное стало. Наверное, уже повзрослело! Хи-хи…

Я медленно надел ремни. В нос проник запах кожи. Я глубоко его вдохнул и, положив подбородок на инструмент, снова замер, ни о чем не думая.

Еще через полчаса очнулся и подумал: «Какого черта? Если я могу легко и непринужденно выучить новый вид единоборств, то почему это нельзя сделать с игрой на инструменте?» Знаю-знаю, вещи совершенно несравнимые. Талант, там, то да се. Но попробовать-то никто не мешает?

Я долго перебирал необработанные мемокопии, снятые с разных людей на Земле, которые на всякий случай не выбрасывал. Кое-что с музыкой связанное попадалось, но не много. В основном просто знания, как создать музыку с помощью УНИКов. Обидно, да!

Ладно, попробуем иначе. Астрал Земли я все-таки нащупал. Это было как двигаться через пустыню, вылавливая среди пересыпаемого ветром песка следы ранее проходивших здесь людей или животных, и стараться не потерять их. Все-таки тропка до Земли и обратно веганцами если и не была протоптана, но вот такие следы все-таки попадались. А там… Плотная живительная энергия Земли со всеми знаниями ее людей. Живых и бывших. Ладно, попробуем…

Найти нужное почему-то было легко, хотя я настроился на длительный поиск. Причем найденное почему-то лежало рядом кучкой. И что еще подозрительней – это были очищенные комплексы знаний и навыков. Будто кто-то сделал тут склад с нужными данными, да и забыл. Или не забыл? Хм… Следов хозяев не видно. Я посмотрел на навыки, напоминающие пульсирующие шарики разной яркости, размера и цвета. Каждый цвет – своя область знаний и навыков в интересующем меня направлении. Подозрительно, но прогон через биокомп и даже инфосервер практически стопроцентно гарантировал отсутствие закладок. Здесь в своих алгоритмах я был полностью уверен. Да и вряд ли кто-то мог предположить мои поиски и что-то подготовить заранее. Это явно уровень бога. А из таковых я только одну знаю – Кали, но она вроде бы ничего не имела против меня.

И все равно очень и очень подозрительно. Вообще-то я думал, что мемокопии – это моя личная технология (ну или атлов), и чтобы кто-то тут мог ею пользоваться?! Можно было бы подумать, что это старье какое-то, оставшееся от атлантов (ну теоретически), но нет – даже поверхностный анализ показывает наличие знаний по практически всем инструментам от начала времен и до современности. Вплоть до использования тех же УНИКов для создания музыки. Даже как-то неуютно стало, честное слово! И уже не уверен, что уровень богов тут подходит. И тем не менее не использовать найденный клад было бы глупо. Кто-то проделал просто грандиозную работу, которую мне повторять совершенно не хочется. И вроде как у меня есть возможность полностью обезопасить себя… Но чтобы никто не заметил, что я тут был (хотя и сомневаюсь, что хозяин может не заметить), – не забрал мемокопии, а сделал их копии. Ну на всякий случай.

Ладно, чего сомневаться? Уверен в безопасности? Уверен! Ну и пошли вперед и с песней! На всякий случай посредством биокомпа заблокировал некоторые пути внешнего доступа к мозговой активности, взвел ментальные и психологические закладки-стражи и загрузил мемокопию в биокомп. Все-таки небольшая адаптация найденному нужна. Можно было бы выхолостить знания, но потеряется самое главное – сверхчувственная творческая полуразумная надстройка, наличие которой отвечает у человека за талант. Да и так есть опасения, что можно ее потерять. Посмотрим.

Пальцы медленно скользили по клавишам инструмента, вспоминая-привыкая к знакомым-незнакомым тактильным ощущениям. Левую руку я просунул сквозь ремень на аккордной стороне инструмента, и пальцы привычно нащупали ту самую главную-центральную клавишу с отверстием. Это маркер для пальцев, как на старых-старых механических компьютерных клавиатурах, чтобы на ощупь понимать, где находятся твои пальцы.

Аккорд левой рукой мягко смял ночную тишину, а пальцы правой побежали по клавишам, фиксируя разрыв пространства. Над веганской землей, вероятно, впервые за время ее существования, поплыла живая мелодия французского уличного шансона. Протяжная грустная мелодия, однако не дающая впасть в уныние. Эдакая веселая грусть. Я просто тащился и от самой мелодии, и от того, что реально самостоятельно ее играл. Но еще больше возбуждало то, что я чувствовал мелодию, понимал что делал и знал, что в любой момент мог повернуть ее в любую сторону! Полная свобода музыкального самовыражения! Теперь я понимаю музыкантов – это сродни долгоиграющему экстазу, кайфу. Отражать внутреннее состояние вовне таким структурированным способом, который, в свою очередь, позволяет упорядочить внутреннее состояние играющего человека. Это просто… просто…

– Не спишь? – рядом опустилась Алиела.

– Ночь прекрасна, – согласился я. – У вас тут и энергетика планеты другая.

– Я заметила. Когда бывала у вас – была возможность сравнить. – Она перевела взгляд на инструмент и потрогала его пальцем. – А ты вроде бы не играл раньше?

– Не играл, – счастливо улыбнулся я. – И, как оказалось, многое пропустил в этой жизни. Хочешь со мной?

– Ну даже не знаю, – с сомнением протянула Алиела. – А что, ты хочешь?..

– Лови мемокопию!

– Ох… – Подруга замолчала минут на пять, потом очнулась: – Диапазон не мой, но могу попробовать.

Она поиграла голосом, распеваясь и удивленно глядя на меня, – ну да, про диапазоны она была права, только и мы ведь недаром свой хлеб едим!

– Ну что, поехали? – Я растянул меха. – Давай сразу начнем с мощного – с Сергея нашего, так сказать, Есенина, «Над окошком месяц». Вобьем гвоздь своего жизнеутверждающего намерения в гроб серости и уныния! Ибо они даже в своем оригинальном смысле должны быть осмысленными и творчески красивыми!

И мы начали! В стиле Рязанского или Пятницкого хора. Сегодня мы знакомили мир Версалии с одной стороной музыкального творчества Земли, и останавливаться на достигнутом я не собирался. Но это попозже. А пока…

Над окошком месяц. Под окошком ветер.

Облетевший тополь серебрист и светел…

На мой пролетарский вкус, по-настоящему плакать могут только два инструмента – аккордеон и варианты гармошек да скрипка. Хотя не совсем прав, конечно, – все зависит от тех рук, в которых инструмент живет и поет. Но сегодня у нас все стадии человеческого настроения воспроизводит аккордеон, а Алиела буквально нанизывается голосом на направленный вовне меч музыки и заставляет природу вокруг нас чутко резонировать и сопереживать.

Сама она ничего этого не замечала, с полузакрытыми глазами перебирала драгоценности, состоящие из звуков, и создавала из них настоящее кружево.

В какой-то момент весь этот резонанс достиг такой силы, что сам по себе существовать уже не мог, ну а я подумал какой-то частью себя – а чего пропадать добру? И пусть оно пока не идеально у меня получалось, но тонким чутьем я понимал, что шел в правильном направлении. Весь тот резонанс, что у нас с подругой возникал во время соития, его разрушительную силу, что и сейчас пытается вырваться на волю, мне каким-то образом удалось сублимировать в этот канал, что уже просочился сквозь астральную защиту дома и стал изливаться неупорядоченным потоком в информационное поле планеты.

А потом мы в какой-то момент молча встали и, взявшись за руки, пошли домой. И все у нас было хорошо, без всех этих сопутствующих разрушений, которые меня уже, признаться, начали доставать. Лишь в астрале потихоньку стихающий резонирующий поток еще пытался передать свои колебания окружающему пространству, но, несмотря на первоначальный успех, привыкшее жить по своим правилам пространство не собиралось так легко сдаваться.

Эфирные разговоры информационного канала

«Обо всем по-разному»

Сегодняшний день и так был богат на события, но, похоже, он напоследок еще решил сделать шикарный подарок любителям смотреть в ночное небо! Сегодня над южным небом Версалии наблюдались редкие для данного времени всполохи в ионизированном слое планеты. Как говорят специалисты, сияния подобной формы, качества и насыщенности ранее никогда не наблюдалось, тем более в этом месте, но, как они утверждают, ничего особенного не случилось. Ну, раз опасности нет, нам остается только любоваться на переливы всех цветов спектра и получать эстетическое удовольствие.

Служебный канал контроля околопланетного пространства

– Дархон! Почему помехи на канале? Опять гоняете ментмузыку в рабочее время?

– Попрошу вас контролировать свои фантазии, Элийна! Это уже не первые грязные инсинуации с вашей стороны в отношении меня!

– Мои инсинуации, как вы говорите, документально зафиксированы. И судя по ритму помех и их ментальному спектру, – это ментмузыка, которую обычно только вы имеете привычку крутить во время дежурств. Я уже подала жалобу в дисциплинарную комиссию, мне надоели все эти нарушения с вашей стороны!

«Стерва!»

«Я все слышала! И вчиню вам иск еще и за оскорбление личности в эфирных средствах связи!»

Детский канал развлекательно-учебных фантазий

На чересчур ярком природном фоне на траве играли маленькая девочка и шуша.

– А что вы делали, когда веганцев еще не было на Версалии? – спрашивала малышка, крутя в руках какие-то кубики и части игрушки, а шуша подавала ей недостающие части и помогала строить непонятную конструкцию.

– Ну, мы просто бегали, прыгали и дрались друг с другом! – гордо ответило существо.

– Драться нехорошо! – покачала головой девочка.

– Нехорошо, – кивнула шуша. – Но иногда надо.

Девочка удивленно посмотрела на шушу, та тоже удивилась своим словам и так же уставилась на девочку. Потом они будто очнулись и снова повернулись к игрушкам, продолжив собирать что-то непонятное из деталей.

– И что делали твои прапрапрабабушка с прапрапрадедушкой? – спросила девочка.

– Когда они жили, на планете уже появились веганцы. И мои предки стали им помогать – возить на своей спине на далекие расстояния по земле или даже по воздуху. Помогали возделывать землю и охранять продукты.

– А от кого охранять? – не отвлекаясь от игрушек, спросила девочка.

– Ясно, от кого, – от плохих веганцев, которые не хотели работать, а хотели только отбирать чужое.

Девочка снова оторвалась от игрушек и уставилась на шушу. Шуша тоже уставилась на ребенка. Они так долго смотрели друг на друга, а потом картинка изменилась и появилась улыбающаяся девушка, которая немного смущенно сказала:

– Извините, детки, наши герои Айша и Туту устали и решили отдохнуть. А пока посмотрите приключения умного мальчика Вавы в темном лесу на дикой планете, где ему благодаря своим знаниям, полученным в обучцентрах, и ментальным умениям удалось победить страшную Ментальную Королеву, которая хотела подчинить его сестру и сделать ее своей помощницей.

Ник

На следующий день Алиела с мамой умотали по своим организационным делам. Меня просили никуда не уходить, особенно настаивала подруга, зная, что для меня избушка в тайге – не то место, откуда я не смогу при желании выбраться. С другой стороны, мне не нравилось, что при наличии опасности они решили пойти «в люди».

Тут-то я потихоньку свою защиту поставил, в том числе штуку под условным названием «Леший», то есть чародейские штучки по влиянию на мозг человека, заставляющие его ходить кругами. Ментально активные веганцы поддаются подобному влиянию как бы не лучше обычных землян. Ибо их внутренние системы защиты выстроены совсем против другого. Против узкого диапазона воздействий, именно того, где они сами сильны. А у землян понемногу, слабенько, но почти по всему диапазону. Вот такие дела…

Однако мои девушки считали, что для них безопасно появляться в общественных служебных местах. Взрослые люди, ладно. Естественно, за Алиелу я был почти спокоен, ибо абсолютно не спокоен даже за себя – всегда есть возможность существования неожиданного хода противника. Ограничивать Алиелу я не хотел, иногда надо свои шишки набивать, но, конечно, постарался ее обезопасить по максимуму, даже не ставя в известность, хотя пару колечек ей еще раньше давал для такого случая. Вот пусть и думает, что они ей помогут. Помогут, конечно, только они – лишь капля в том, что я сделал. Ну и Ойлу пришлось немного, на скорую руку, обезопасить, хоть это уже было делать совсем неинтересно. Даже удивился. Оказывается, все, что касается Алиелы, мне не просто интересно, а вызывает жгучую активность, а вот по отношению к другим я почти холоден. Но сами люди, конечно, у меня все равно вызывают интерес, особенно веганцы, просто в другом плане – абстрактно.

Дурацкое чувство – будто родители уехали на работу и оставили тебя одного. Делать нечего, за час обследовал всю территорию поместья. Посмотрел, как работают внутренние роботизированные системы на основе силовых полей. Чем-то отдаленно напоминают мои материализованные иллюзии. Даже не знаю, лучше ли такая реализация земных РОКОМов. Просто подход разный. Однако же все равно полезно – и очередное чудо местной мысли упало в копилку, которую я готовлю для землян. Ну а что? В их разумности я убедился, так что не повредит точно, а пользу принесет определенно. Да и тренировки по «определению сути», или вытягиванию инфы по объекту из астрала, только на пользу развития. Не везде срабатывает, но, как я считаю, все дело в тренировках и правильных формулировках поиска.

Потом посмотрел, как идет процесс картографирования Версалии. Почему бы и нет? Тем более что подвернулся хороший вариант попробовать новую систему ее разворачивания. Та, что Солнечную систему у меня обрабатывает, все еще работает, а тут намечается относительно быстрый результат. Грубая карта уже есть, и с каждым мгновением она уточняется и уточняется. Вон даже Алиела с мамой у меня там отмечены.

Кстати, забавный транспорт у них. Когда они собрались ехать, мы вышли на площадку перед домом. На земле уже лежало нечто вроде почему-то белого ковра примерно три на три метра. Когда женщины встали на него, ковер изогнулся полукругом, оставляя им ровное место в центре, где проросли мягкие подстраивающиеся к телу кресла. А дальше ковер завернулся кверху, сомкнувшись в шар, в верхней части прозрачный. Внизу он также оставался белым. А потом этот шар тихо и без всяких эффектов поднялся в воздух и буквально выстрелил в сторону нужного направления, мгновенно пропав из виду.

Где-то с неделю продолжалась эта относительная свобода. Алиелу реально припахали на работе – отчеты, разбор полетов, консультации. Так что она домой только спать приползала. Ну, сначала прилетала, а потом я ей телепорт настроил на колечко, так что она стала просто где-то там заворачивать за угол и оказывалась здесь. Ну и там еще кое-что включалось – отвод глаз, невидимость и прочие фишки, чтобы никто не обращал внимания на ее исчезновение. Очень удобно, особенно мне.

Ну и про меня выспрашивали, конечно. Но подруга держалась как партизанка. «Не знаю, не ведаю, слишком мало знакомы». Правда, там что-то начали крутить насчет нашей совместимости, мол, какие-то тесты пройти и прочая хрень непонятная. С моим гражданством тоже пока подвисло, и, как я понял, именно потому, что Алиела тянула с моим «представлением обществу», ибо у нее и других дел хватало.

Наши недруги притихли. Я их, правда, предположительно вычислил и поставил на контроль. Ну как «вычислил»… С высокой долей вероятности. Через астрал посредством моих шпионов. Посредством совмещенных отражений, как я это назвал: создаешь некий астральный образ и запускаешь его в неосновные слои астрала, в его отражения, гармоники существования. И ждешь, когда срезонирует на подобие. Ну я уже рассказывал о подобном. Чем-то по смыслу это перекликалось с телепортацией – там тоже надо было сформировать нужную частотно-волновую функцию, по которой потом и происходило перемещение. Здесь прямого аналога такой функции я не нашел, но какие-то подобия вырисовывались. Просто правила существования астрального мира значительно отличались от физического. Хорошо хоть повезло в том плане, что веганцы в основном пользовались магистральным планом астрального бытия и сильно не лезли в те области, которые или не принимали во внимание, или считали иллюзорными.

Собственно, их знания можно было спокойно анализировать по Алиеле, которая является одной из самых крутых астральщиц Версалии. Вот и она не особо туда лезла, хотя и бывало, но с удовольствием разглагольствовала на астральные научные темы. К слову, она тоже попыталась найти наших недругов, а я с некоторым удивлением обнаружил, что ничего у нее не получилось. Потом понял почему, – это примерно как тренироваться в одной струе с удобным противником: ты про него все знаешь, он про тебя знает, так и крутитесь, ловя на очевидном и знакомом. А стоит встать против неизвестного противника, и все становится неочевидным и не знаешь, на чем его ловить. Ей я пока не стал ничего говорить, надо было все обдумать.

А вычислив предполагаемых злодеев, применил к ним ранее разработанные методики по… нет-нет, не укрощению, а сбору информации. Каждый получил свой многофункциональный конструкт с хитрым плетением, на которое я удаленно смогу подвесить нужную функциональность. Ну когда ясно будет, что делать. Сейчас оно неактивно, а за контроль физиологии отвечает конструкт – с ним легче это делать. Еще из любопытства повесил тот движок, что создает дерево знакомств, передавая вирусную часть знакомцу, и так далее. Да, ненадежная система, но даже если там будет куча ошибок срабатывания и, соответственно, целые ветви дерева будут некорректно взаимосвязаны, то на больших данных разных людей все равно будут какие-то пересечения. К слову, веганцы почаще общались лично, если сравнивать с землянами. И вроде бы системы связи крутые, и эффект присутствия в них высок, и даже ментальное сопровождение есть, но вот почему-то им сильнее надо локтями потолкаться в толпе или глазами видеть собеседника. У меня есть подозрение, что в этом «виновата» ментальная составляющая, – чего-то им не хватает при удаленном общении, но с ходу так не скажу, чего именно.

А вообще, это, конечно, интересное кино – наблюдать за жизнью веганцев. Ну и что, что вероятные противники? Так даже спокойней на душе. Ну не постоянно наблюдал, конечно, и не основным сознанием, так, одно медленное выделил для этого – пусть заодно развивается. Ну и простую задачу биокомпу поставил: переключать на кого-нибудь, у кого движухи побольше будет.

Открывать Версалию мне пришлось самостоятельно. Алиела, конечно, обещала познакомить меня с ее миром, но как только ее отпустят… Ну-ну, отпустят ее. А то я не понял, что ее специально нагрузили заботами, чтобы временно оторвать от меня да посмотреть, что получится, потыкать в меня всякими исследовательскими щупами. Вон вокруг астральной защиты стали крутиться. Какие-то локальные изменения пространства вокруг имения стали возникать, заметные мне. Как я понял, это их роботизированные системы наблюдения так себя проявляли.

Правда, внутрь не лезли, особенно после того, как кристалл имения, с которым мне более-менее удалось наладить отношения, вдруг стал на порядок чувствительнее и по каждому такому случаю стал реагировать – ловить нарушителей в ловушки и вызывать местные правоохранительные органы. Тут с этим строго – такое понятие, как частная собственность, тоже есть, хоть и не совсем оно в земном смысле, но тем не менее. Ну и сами ловушки почему-то стали на порядок мощнее. По логике, стандартные не должны были ни видеть, ни ловить те крутые шпионские системы. Каюсь, пришлось усилить их, зато эффект был просто классным.

Я даже записал возмущения наблюдателей, что все идет наперекосяк, и периодически веселился, играя с ними. То в туалет кто-то сходит прямо там, где находится, то вдруг забудет кто-то, зачем он там находится, и начнет рисовать, танцевать или петь, забив на работу. То еще что-то случится. Все это происходило в отсутствие хозяев дома, разумеется. Когда они возвращались, все эти детские шпионские игры замирали на время или сильно снижали активность.

Один раз прилетел какой-то высокий чин, предъявил кристаллу имения свои «корочки», и кристалл был вынужден его впустить. Впустить… и выпустить. Кто ж виноват, что тот чел сначала вошел, потом пошел-пошел, затем ходил-ходил – и наконец по той же дорожке через час вышел в те же ворота, в которые входил. Целых три новых ругательства я записал! И это вроде бы народ, борющийся за почетное звание нации высокой культуры и быта! Нехорошо получилось! Я осуждающе покачал головой. А за выполненную работу повесил медальку «Лешему», который и контролировал посещение гостя.

Зато сам я потихоньку посетил кучу интересных мест на Версалии. По природе понятно, там совсем просто было: выбрал точку, прыгнул, отдохнул. С городами посложнее. Мне интересно было все сделать так, чтобы, несмотря на их продвинутые технологии, я мог спокойно посещать разные места. Денег как таковых у веганцев не было, а существовала довольно сложная многоуровневая система потребления благ и принесения пользы обществу. Мне, честно говоря, это не сильно интересно, главное, я понял, что платить тут тоже надо. И я даже сумел в конце концов найти способ, как не платить. Когда я понял, что за всем тут следят кристаллы, связанные в сеть, то все стало намного проще. На самом деле кристаллы являлись изначально полуразумными системами, которые потом обучались под нужные задачи. Фактически они были псевдоживыми сущностями, со временем некоторые из них становились даже разумными, если применять к этому человеческие понятия.

И как всякие разумные или даже полуразумные организмы, они были ментально активными. Это легко предположить, не так ли? Ведь живут они в ментально-активном обществе и тесно с ним связаны. Первое, что приходит в голову, – возможность взломать их именно на ментальном плане. Но облом – никакой веганец просто не сможет этого сделать. Покрутив полуживой кристалл от детского робота Алиелы и так и сяк, впитывая из информационного поля его суть, восстановил его. Похвалил себя: «Шаман, однако!» Потом прикинул, что ментальными характеристиками кристаллы пересекаются с веганцами процентов на тридцать. И именно поэтому, насколько бы веганец ни был мощным по ментальному излучению, оно никак не поможет ему втиснуть всю эту мощь в этот узкий процент, на котором кристалл воспринимает ментал. Разве что просто спалит его. Собственно, этого робота в свое время Алиела так и уделала, когда пыталась заставить ходить по стенам. Поэтому такие вещи сейчас предпочитают реализовывать удаленно управляемыми, но и не делают из этого проблемы: если нужно поставить локальный кристалл – ставят. Не такие уж они и дорогие. Ну, бытовые которые.

Сначала мне удалось восстановить кристалл этого робота, а потом… Когда я понял причину естественной защиты кристаллов, то понял и то, почему мне удавалось относительно легко «договариваться» с ними. Просто я перекрывал своим ментальным излучением все сто процентов их ментальной полосы. И потом уже сделать так, чтобы кристаллы меня воспринимали как своего, с которого списывать какие-то баллы (выдумки этой «примитивной протоплазмы», которая служит им – «высшим кристаллическим разумам»), просто не придет ни в какую кристаллическую голову, было не так чтобы сложно.

Хе-хе… Ну пусть их… Протоплазма, ишь ты!

В общем, я теперь спокойно мог гулять где угодно и приобретать что угодно. Кристаллы там уже сами подкручивали у себя данные, чтобы не вызывать вопросов у «протоплазмы» (тут я снова долго и со вкусом смеялся от открывшейся мне ситуации). Ну и с идентификацией та же песня. Честно, не думал, что на Версалии с этим будет проще побороться, чем на Земле. Но вот так.

А потом мне надоело быть одному, и я, поймав вечером из телепорта замученную Алиелу, просто перенесся с ней в свой подземный дворец на плато Путорана.

– А… Что? – Алиела ошеломленно оглядывалась.

Я шлепнул ее по попе.

– Ну что ты прямо как маленькая, – покачал я головой, выставляя параметры локального ускорения времени в этой комнате.

– Но почему мы летели на Версалию на корабле, когда могли просто прыгнуть? – Она нахмурилась, но тем не менее села на кровать и с протяжным стоном откинулась на спину.

Я резко отвернулся от вида ее оголенных ног и задравшегося платья. Она сильно устала, я это видел, поэтому не собирался напрягать ее своими физиологическими хотелками.

– Во-первых, не могли. Я не знал ее координаты. Теперь знаю. Во-вторых, мне интересно было покататься на вашем корабле. Интересное же путешествие вышло?

– Брр… – передернулась подруга. – Чтобы я еще… В ловушку хостисов!

– Зато я услышал самые главные слова в своей жизни, которые ты мне сказала. – Я прилег рядом.

– Да-а? – зевнула Алиела и уснула.

– Да, – кивнул я.

Немного полежав, я вышел в другую комнату, в которой время текло обычным образом.

На Земле тоже была ночь.

Генерал недовольно смотрел на меня:

– Ну?

– Я бы ответил в рифму, но ты и так знаешь, что подковы гну, – хмыкнул я.

– Ладно, давай без всего этого, – зевнул муж моей сестры. – Чего хотел?

– Да вот поделиться веганскими ништяками. Нуно?

Орлов подобрался:

– Конечно, нуно! И даже нано! Чего там у тебя?

– Ну, технология производства веганских кораблей у меня неполная, так как информация слишком размыта. А вот описание каждого модуля, каждого блочочка и каждого винтика, а также их состав – весьма подробно. Ну и про веганский движок, так сказать, варп-драйв, тоже весьма подробно. Реверс-инжиниринг никто не отменял, благо многое и так известно. Так что дерзайте. Правда, не знаю, надо ли вам все это при наличии моих телепортов…

– Надо-надо! – оживился генерал. – Мы по всем направлениям работаем. Сам понимаешь, нам нужна теория, наука, повторяемые результаты и технологические цепочки, чтобы гарантированно смотреть в будущее. То есть нарабатывать компетенции. Твои телепорты хороши и будут использоваться, разумеется, и даже одаренные будут пытаться повторить их, но еще древние говорили – не надо класть все яйца в одну корзину!

– Да? – с сомнением протянул я. – А я думал, они говорили не класть яйца на серебро, а то оно потемнеет.

Генерал аж запнулся, а потом медленно растянул губы в улыбке:

– Это там, где «век живи, век учись» и «переложить портсигар из кармана брюк в другое место?»

– Сразу видно – наш человек! – вернул я ухмылку.

– Что-то еще есть?

– А то! Практический аналог моим овеществленным иллюзиям на основе силовых полей. Есть рабочий экземпляр и, как обычно, состав, структура и прочая, прочая…

– Ай молодца! Это всё?

– Пока да.

– Ну тады ладно. А как вообще там, у веганцев? – поинтересовался Орлов.

– Красиво. Но не сказать, что прямо так уж лучше, чем у нас. Просто немного по-другому. Я потом тебе скину подборку.

– Лады. А с подругой у тебя как?

Я нежно улыбнулся и не успел ничего сказать, как генерал перебил меня:

– Всё-всё! Сразу видно, что хорошо. Ладно, давай, если что – я на связи.

Буквально через минуту после окончания разговора с Орловым из спальни вышла довольно потягивающаяся Алиела:

– Мм… Выспалась! Сколько времени прошло?

– Не больше получаса. Ну, раз ты выспалась, давай веди меня по злачным местам Версалии!

– У нас нет злачных мест, – улыбнулась подруга, формируя на себе новое платье и новую прическу.

Да, этот аппарат с прическами ей тоже пришелся прям по душе.

– Значит, будут! – Я протянул ей руку, меняя одежду на себе в тон наряду Алиелы.

И мы шагнули обратно на Версалию.

Погуляли нормально. Я еще договорился с кристаллами, чтобы они и Алиелу прикрывали. Вообще песня получилась. Ну вот реально же абсурдная ситуация – какой-то дикарь с отдаленной планеты если и не берет под контроль местную инфраструктуру управления, то вполне может существовать вне ее! Ну, собственно, тут работает правило «деньги к деньгам» – критический вал всяких возможностей просто начинает их в автоматическом режиме подсовывать, только успевай ими воспользоваться.

Конечно, с подругой было намного веселее шарахаться, чем одному. Веганцы любили отдыхать и просто весело проводить время. А с учетом высокого развития общества, где в принципе за жизнь нет необходимости сильно бороться, обычная жизнь была довольно цветистой, интересной и наполненной разными событиями. Уж не знаю, чего это стоило правительству или самому обществу, но я не заметил каких-то намеков на деградацию или напряжение. Это многое оправдывает. В связи с этим я даже смягчил свою позицию против тех, кто пытался нас с подругой ухайдакать, так как теоретически там действительно могли играть лучшие побуждения. Но не все так гладко, что-то меня смущало, и я пока продолжал тихо накапливать информацию о своих недоброжелателях.

Так мы и жили – Алиела с утра уезжала по своим делам, к вечеру возвращалась умотанная, отсыпалась в ускоренном времени, потом вместе со мной гуляла по планете, снова отсыпалась и снова с новыми силами на работу. Долго так продолжаться, разумеется, не могло, но на какое-то время это было приемлемо.

Один раз она прилетела с подругой. Ну, с бывшей подругой и, судя по внутреннему состоянию, уже очень давно «бывшей». Не знаю, почему она не смогла отказать ей, но вот прилетела показать ей своего совместимого. Вид у той подруги был эффектный, но какой-то неживой. Ненатуральный. А местами даже слащавый. Что-то они там перемудрили, и я полез ей в голову. Посмотрел-посмотрел, да и перенаправил ее мыслеобразы Алиеле, а то та не могла сама вламываться во внутреннее пространство гостьи, которая имела неплохую ментальную защиту. Алиела вдруг на некоторое время замерла, разбираясь с поступающей информацией, а ее подруга тут же воспользовалась этим моментом и стала более активно меня обрабатывать словами и ментальным воздействием.

– Зяблик! – ровным голосом сказала Алиела. Это я дал имя местному кристаллу, и теперь он на другое просто не откликался. Пришлось даже хозяйке Ойле учить новое слово. – Проводи гостью. Очень быстро. Ей тут не рады.

Подруга повернулась к Алиеле и что-то начала говорить успокаивающее, но тут начал действовать Зяблик: подхватил гостью силовыми манипуляторами под ручки и чуть ли не пинками погнал за пределы имения. Пешком. Половину километра до внешней ограды.

Я не дал Алиеле дальше катиться по наклонной в плане эмоций, а схватил в охапку и потащил на наше место в саду. Благо уже наступил вечер.

– Пойдем, я тебе кое-что покажу и кое-кого представлю.

– Что? – слабо реагируя на мои слова, спросила Алиела.

– Не «что», а «кто». Сама увидишь.

Пока я тащил ее, она отходила от увиденного и потихоньку заражалась моим настроением. Зря мы, что ли, совместимые? И когда явились на площадку (я специально пехом подругу тащил, а не телепортировался), она уже более-менее пришла в себя.

– Чтобы я еще… «Старые подруги», – напоследок прошипела она, повернулась в сторону, куда умотала ее бывшая подруга, и плюнула туда. Обратно ко мне она уже повернулась совершенно спокойной, но тут же воскликнула: – Ой!

К ней бежал-переваливался на ногах робот, изображающий одного из местных животных под названием «шеньга». Довольно милая помесь крокодила и плюшевого медведя. Я, наверное, единственный на свете, кто еще помнит старый советский мультик про крокодила Гену. Да и то, даже когда я был маленьким, его уже почти никто не помнил, я случайно наткнулся на него в сети и вот сейчас вспомнил. Ну не сейчас, а чуть раньше, когда разбирался со сломанной игрушкой. Уж очень этот шеньга Тата походил на того Гену. Ну, за исключением одежды и разных мелочей, разумеется.

– Тата?! – Алиела подхватила его на руки и прижала к себе.

Угу, любимая игрушка детства.

– Я, маленькая хозяйка! – ответила игрушка.

Алиела всхлипнула и прижалась ко мне. А я минут через пять нахождения в локальном энергетическом умиротворении подмигнул Тате, и тот сказал:

– Хозяйка! Ты уже выросла, и я тоже вырос. Дядя Ник показал мне, кем я могу теперь быть. Можно мне им быть?

– И кем же ты хочешь быть? – улыбаясь сквозь слезы, спросила Алиела, держа перед собой игрушку на вытянутых руках.

Тот завозился, и подруга поставила его на землю.

– Я хочу быть музыкантом. И я даже уже им стал! Ты не обидишься, если я сменю образ?

Алиела вздохнула и с легкой грустью ответила:

– Только с условием, что ты иногда будешь становиться моим маленьким Татой, договорились?

– Спасибо, хозяйка!

Тата подпрыгнул от радости и перекувыркнулся прямо в воздухе, меняя обличье. На землю уже приземлился высокий, в рост человека, реальный металлический робот о четырех руках и с задорным красным ирокезом на грубой металлической голове. Морда же лица выражала некую плутоватость, если так можно сказать про это существо.

– Айн минутка, госпожа! – пробасил робот, достал из появившегося сбоку кармана коробочку, бросил ее на пол площадки, и из нее вылез инструментальный набор барабанов. – Вот! Это мой инструмент. Сыграем?

Мало сказать, что Алиела была ошарашена. Я первый раз видел, что она раскрыла свой ротик от удивления, и не удержался, быстро ее поцеловал, пока она не опомнилась.

– Ты, кажется, хотела еще на гитаре научиться играть? – невинно спросил я и протянул ей инструмент. Самый лучший из земных, какой только смог найти в астрале. По крайней мере, астральные отпечатки, так сказать, «отзывы» пользователей, были весьма и весьма положительными. – И к нему, конечно, прилагается соответствующая мемокопия… Ах да! Нашего маленького друга нам будет маловато, так что я имел смелость пригласить его друзей, – улыбнулся я, и из-за моей спины вышли еще два робота, напоказ посвистывая паром из сочленений и приветствуя тихим звуком сервомоторов.

Один встал за появившийся синтезатор, другой – за веганский инструмент, что-то вроде нашего терменвокса, он будет выдавать нам звуки, привычные веганцам, сглаживая восприятие музыки. Себе же я взял бас-гитару.

– А ты умеешь удивлять, – наконец отмерла Алиела и решительно уселась поглощать информацию из мемокопии.

Через час она наконец очнулась и начала разминать пальцы на гитаре. Потом остановилась и повернула ко мне счастливое лицо:

– И что мы будем играть?

– Среди переданного тебе была одна композиция – «Wizards in Winter», я перевожу ее как «Шаманы на снегу».

– Почему? Смысл вроде понятен, но, кажется, там все-таки «Чародеи зимой?»

– Ничего не могу с собой поделать, – покачал я головой. – Как только начинает играть эта музыка, так я сразу вижу, как шаманы в кругу с костром по центру под нее начинают танцевать.

– Ну ладно, – махнула рукой Алиела и вдруг весело прищурилась: – Погнали?

В ответ Тата поднял голову к небу и прокричал что-то вроде «йохоу-у-у-у!» на веганский манер, сопроводив свое мнение перебором палочками по ударным инструментам.

И мы погнали!

Мелодия сразу пошла, и сразу у нас все встало в такт, как оно часто бывает на адреналине. Я просто кайфовал, глядя на Алиелу. Видя, как ее пальцы бегают по струнам, а лицо буквально светится счастьем, точно так же, как оно светилось у меня, когда я впервые играл на аккордеоне. Тот робот, что играл на синтезаторе, почти по-натуральному двигал телом под музыку, а тот, который с терменвоксом, просто уморительно приседал, выпуская из суставов струи пара. Алиела выхватывала взглядом эти движения, фыркала и еще ярче начинала наяривать. А вообще тут главной была музыка, а мы только не давали ей остановиться и подпитывали своими эмоциями, мыслями, настроением и энергией.

«Па-ра-ра-ра-рам!» – прошивает гитарный перебор пространство, а барабаны пришпиливают его разрез несокрушимыми гвоздями. В открывшееся астральное пространство втыкается узел наших чувств, чуть-чуть модулированных по раскрытым мною особенностям ментального взаимодействия веганцев. Его образ похож на высоковольтный кабель, воткнутый в хрупкое чрево суперкомпьютера. Только без таких последствий, как было бы там. Если я все рассчитал правильно, то кое-что тут у них изменится в лучшую сторону. А мы уже не будем играть какую-то исключительную роль, не будем уже так нужны. Но тсс!

Тата снова поднял голову и «йохнул», а потом вывалил язык и от испытываемых чувств потряс головой. И любой веганец, хоть мало-мальски воспринимающий ментальные волны, с уверенностью бы почувствовал восторг этой старой игрушки.

«Та-та-та… тра-та-та… Бум!»

Ойла

Ойла тихо стояла под раскидистым деревом, прислонившись к нему, и улыбалась. Разгул энергий поражал, как только растительность терпит это?! Но хозяйка видела через кристалл имения, что живительное течение энергии растений было чем-то сильно подстегнуто. Да ладно «чем-то!» Вот никак она не ожидала от своей дочурки таких способностей! Да, знала, что поет на любительском уровне, но чтобы еще и играла на инопланетных инструментах?.. Этот Ник явно хорошо на нее влияет. Вот только непонятно, а оттого иногда страшно. Но сейчас…

Да, сейчас нет никаких сомнений, никаких грустных мыслей, а только… Сзади послышались легкие шаги, но Ойла не повернулась, боясь упустить настрой. Хотя вряд ли это было возможно – мощные ментально-акустические волны не отпускали от себя попавшего в их цепкие объятия пловца, которым она сейчас себя чувствовала. А это… Сзади остановилась сестра со второй женой своего мужа и, собственно, муж сестры. Когда сестра вышла на связь, Ойла просто не могла ничего ни сказать, ни объяснить. Да и не хотела. Но даже через такую связь сестра почувствовала, что происходит, и тут же прилетела со всей семьей.

Их музыка тоже сразу схватила, захватила и потащила за собой. И они просто уселись на траву рядом. Ближе к дочке Ойла, к сожалению, не могла подойти – настолько сильно било по нервам это буйство энергий. Но хоть видно было… И вот что это сейчас было? Она резко махнула рукой, будто разрубая что-то, а из глаз брызнули слезы. Слезы сквозь улыбку.

Скромное учреждение на самом краю городской агломерации поражало своей пустотой. Не бегали по этажам, не спешили на релакс-обеды служащие… Хотя стоп! Какие служащие ночью? Да и здание было подобрано именно таким образом, чтобы никто не мог даже случайно учуять этот отвратительный ментальный запах… Впрочем, каждый веганец чувствовал его по-своему: кто-то противным запахом, кто-то неприятными звуками, хотя результат всегда был один и тот же. Кроме того, здание было оборудовано специальной аппаратурой, хоть как-то гасящей причины таких чувств, но все это было так утомительно и в плане организационных дел, и морально…

По пустому коридору шел рыжеволосый бородатый мужчина и улыбался. Вот уже который день он испытывал просто ни с чем не сравнимое чувство облегчения. Возможно, именно потому, что пропало это крайне неприятное давление, к чувствам примешивалась и легкая эйфория. Шаги в тишине мягко отражались от стен, как всегда в таких случаях вызывая ощущения тайны, опасности, щемящего чувства тишины перед грозой.

Самая дальняя дверь коридора раскрылась перед посетителем, и он вошел в комнату, но не стал останавливаться у порога, как делал это в предыдущие разы, правда, еще в позапрошлом цикле своей работы на Версалии, но веганец, что встречал его, был тот же самый. Возможно, не самый важный в структуре, но вполне профессиональный. Сейчас хостис подошел почти к самому столу, пока веганец не поднял резко руку в останавливающем жесте, удивленно вглядываясь куда-то в сторону от стола на какую-то индикацию.

Хостис ухмыльнулся и бросил на стол небольшую прозрачную палочку – хранилище информации.

– Да-да, – сказал он и ногой пододвинул к себе кресло, в которое с облегчением и упал. – Каково, а?

– Но как?..

– Здесь, – хостис кивнул на предмет, лежащий на столе, на котором остановился взгляд веганца, – наш анализ ситуации. Так что нам есть что обсудить!

Эфирные разговоры информационного канала

«Обо всем по-разному»

Информационный бюллетень. Звездная активность на сегодняшний день составляет три и пять тэрсов – ближние к звезде станции сегодня соберут месячную норму энергии. Это радует, так как, согласно последним рекомендациям комитета по контролю жизнедеятельности звезды, прямой забор энергии из короны нашего светила временно остановлен до прекращения возникших в ней возмущений и повторной переоценки ее состояния. Сегод… (Передачу прерывает непонятный шум и помехи…)

Сегодня собирался малый совет по чрезвычайным ситуациям. Заседание было закрытым, но, по официальным сообщениям, это обычное… (Непонятный шум, через который прорываются отголоски музыки и ментально-эмоциональные возмущения эфира…)

Вынуждены прервать вещание… Как сообщают нам… помехи по всему эфиру… (Музыка, тонкие энергетические возмущения, резонирующие с ментальными полями веганцев…) Сохраняйте спокойствие… (Прорывается чья-то мысль: «С огромным удовольствием сохраним и послушаем… Хм… я в эфире?!»)

Служебный канал контроля околопланетного пространства

– Куда ты прешь, Дархон?! Отворачивай!..

– Твою ж!..

– Спасательной группе «десять-бис» срочно вылететь на причальную грузовую рамку «сто сорок пять». Вероятный сбой работы кристалла, зафиксировано столкновение…

– Ур-род! Опять отключил кристалл?! Ручками поуправлять платформой захотел? Все! Мое терпение лопнуло!

Детский канал развлекательно-учебных фантазий

Маленькая девочка Айша, с увлечением рисовавшая разноцветными пальцами прямо в воздухе разные фигурки, вдруг остановилась и задумалась. Лежавший невдалеке Туту, комментировавший ее художества, тоже замер. Некоторое время они молчали и не шевелились, а сквозь их образы стали проступать черты взрослых веганцев. Да, даже Туту оказался веганцем! Неизвестно, сколько детских душ успело почувствовать разочарование тем, что их любимые герои оказались не совсем настоящими, но вряд ли много. Картинка быстро вернулась обратно, однако что-то все же пошло не так.

Девочка с взглядом, потерявшимся где-то за горизонтом, вдруг очнулась, посмотрела на свои художества и резко стерла их со словами: «К буньше!» А затем опустила все свои пальцы в виртуальные емкости с красками, пошевелила ими и как-то хищно посмотрела на пространство перед собой. И вдруг, будто сорвавшись с тормозов, быстро стала размахивать руками и рисовать. Под ее пальцами пространство приобретало глубину и таинственно мерцало проступающими деталями. А Туту, сначала подошедший к подруге и некоторое время смотревший на ее художества, ни слова не говоря, вдруг поднял руки и закружился вокруг девочки и ее рисунка, подчиняясь какому-то, слышимому только ему, ритму.

Девочка, не обращая на него никакого внимания, продолжала творить.

Млечный Путь, рукав Ориона, в районе Земли

Два существа, очень похожие на людей, смотрели на висящую в пространстве нить (светящихся серебряным – будущих, серых погасших – нереализованных, голубых – свершившихся событий) бусинок-жемчужин, представляющих собой глобальные события, интересующие этих существ. Третья с конца в цепочке бусинка, немного померцав, все-таки изменила свой цвет с серебряного на голубой. Два существа переглянулись и одновременно кивнули друг другу. И… посмотрели на предпоследнюю бусинку, что стала мерцать, меняя свои цвета с серебряного на голубой и обратно. Иногда в ней проскакивали серые тона, но их все же было меньше. Однако их наличие все же расстроило существ, хотя даже самый продвинутый физиогномист не заметил бы и тени эмоций на их лицах.

Ник

А потом прилетела Руана. Похудевшая и с тенями под глазами. Хорошо хоть Алиела была дома – дело было поздним вечером, практически ночью, а мне не особо хотелось с ней разговоры разговаривать.

Девушки удалились в одну из комнат имения, а мы с Ойлой продолжили сидеть перед камином и вести разговор ни о чем. Камин – это была моя задумка. Уж очень он гармонично вписывался в одну из зал дома, и неожиданно для пробы сделанный магический девайс пришелся женщинам по душе. Соответственно, был организован столик, плетущиеся по стенам растения составили уютную композицию, а кресла довершили ее вкупе с богатым арсеналом напитков, как мною предоставленных, так и веганских. Кстати, пока мотался по городам и весям Версалии, я не забывал пополнять базу данных скатерти-самобранки местной кухней. Ну, на всякий случай. Мне не особо она нравилась, но надо думать не только о себе – я уже не один.

– Значит, все-таки магия… – Ойла покачала бокал с местным соком, очень похожим на вино.

– Она самая. Развитие человеческого организма за рамки, заданные природой. Переход на следующий уровень…

– Человеческого? – уточнила она.

– Это я обобщенно. Вы, веганцы, почти ничем не отличаетесь в этом плане от нас, хотя это «почти» все-таки имеется. Что-то у вас развито лучше, что-то – у нас…

– Неужели? – Ойла слегка изогнула губы в улыбке. – Чем же вы лучше развиты, если не секрет?

Я некоторое время смотрел на огонь, не отвечая.

– В основном это мелочи. Ну, например, ментальная защита у вас никуда не годится. Любой маг с зачатками ментальных возможностей спокойно ее обойдет. Даже не взломает, а просто обойдет. С другой стороны, у вас мощность ментального излучения выше среднего мага-менталиста, да еще с упором на астрал. У вас ведь любой обладающий ментальными способностями автоматически может работать в астрале на его соответствующем слое, а некоторые особо одаренные, вроде вашей дочери, – на нескольких слоях. Однако знавал я таких… хм… людей, для которых астрал – дом родной, и я по сравнению с ними – дитя неразумное. А они на людей были похожи еще меньше, чем вы на нас или мы на вас. – Я сформировал перед Ойлой изображение Балаватха – трехглазого демона.

Ойла заметно удивилась.

– Или вот… – Я вызвал удачный ракурс эльфийской принцессы, где она выглядела особо чуждо со своими ушками и разрезом глаз.

Ойла ревниво оглядела эльфийку. Забавно, что в ней вдруг возникло беспокойство за свою дочку. Хотелось мне сказать, что никто, кроме нее, мне не нужен, но я промолчал.

А тут и та, о ком мы подумали, вошла с Руаной. Я же быстренько развеял иллюзию во избежание лишних вопросов. Тем более что Алиела видела эльфийку в моих воспоминаниях, но как второстепенный персонаж, и отдельно привлекать к ней внимание не стоит. Вон даже ее мама ощутимо напряглась. А мне оно надо, чтобы и моя подруга напрягалась? Вот и я думаю, что нет.

– Ник! – сразу взяла быка за рога моя подруга. – Отправь Руану на Землю! К Изао.

Я вопросительно смотрел на гостью. Та немного помялась, потом подошла к столику, налила в свободный стакан напиток и махом его выпила.

– Не могу я тут больше! – сказала она и плюхнулась в любезно пододвинутое к ней кресло. – Всю душу вымотали – кто, да как, да почему. Еще немного – и я сорвусь. А корабль мне сейчас не достать. Да и не выпустят. А я уже не могу без него! – Девушка опустила голову и нервно стала крутить бокал в руке. – Отправь, а? Ты же можешь, я знаю… – тихо попросила она.

Я мельком глянул на Алиелу и промолчал – с ней все понятно. Затем вопросительно посмотрел на Ойлу:

– У вас проблем не будет?

– У меня? – удивилась она. – Еще чего! Она вообще не из моей службы. А что, правда прямо отсюда можешь отправить?

Я кивнул и достал из воздуха, в этот раз, для разнообразия, браслет на руку с драгоценными камешками по кругу – в эльфийском стиле. Поколдовал немного и протянул его Руане, по ходу дела поймав краем глаза ревнивый взгляд Алиелы. Хмыкнул про себя. Руана аккуратно взяла красивую безделушку и вопросительно посмотрела на меня.

– Надевай. Жми на изумруд.

Над рукой с браслетом возникло два иллюзорных круга, которые можно было крутить пальцем в разные стороны. На каждом круге располагались секции со своими изображениями и подписями.

– Каждая секция – определенное место. Этот круг – Земля и, соответственно, выбор места телепортации на Землю, второй – Версалия. Так что можешь спокойно ходить между нашими планетами. У тебя еще действует ваша биоблокада, но, насколько я знаю, скоро она перестанет работать, так?

Руана кивнула.

– Браслет ее заменит. Второй отдашь Изао, он тоже сможет посещать Версалию, если захотите. Со временем можно будет совсем не бояться чужих бактерий и вирусов, так что живите спокойно. Вон тот сектор, что светится более ярко, – там находится Изао. А на втором браслете светится секция, где находишься ты. Всегда сможете друг друга найти. Так что удачи вам и счастья тебе с твоим совместимым.

Руана вскочила, сделала шаг ко мне, но нерешительно остановилась и посмотрела на Алиелу. Та сделала вид, что отвернулась, хоть и продолжала хмуро наблюдать за нами в отражении зеркала. А Руана подошла ко мне и, сказав: «Спасибо!» – поцеловала в щеку. Ишь ты! Совсем мало была на Земле, а уже нахваталась наших движений души и тела! Затем улыбнулась Ойле и, ни минуты не сомневаясь, активировала браслет.

Ойла явно не сильно верила в телепортацию, но когда реально увидела, как гостья растворилась в воздухе без каких-либо эффектов, разве что воздух немного дернуло, явно впечатлилась. А Алиела почему-то облегченно вздохнула. Наверное, переживала за подругу. Не иначе!

– Мам, не хочешь к Элхору сходить? – внезапно спросила Алиела.

А я ее активно поддержал:

– Действительно, давно не виделись. Заодно и познакомитесь с подругой Элхора.

Ойла явно опешила от такого предложения.

– А…

– А назад вернетесь так же, как Руана вот сейчас ушла, – мгновенно и когда захотите. И подготовку не надо никакую проводить, – продолжали мы убеждать ее. Да она и не сопротивлялась, в общем-то.

Правда, Элхор немножко запаниковал, когда я с ним связался, тем более он был как раз с Ксенией.

Когда Ойла прыгнула на Землю, я потер руки и посмотрел на Алиелу, а она – на меня. Я качнул головой в сторону сада:

– А не вдарить ли нам по литаврам?

– И не спеть ли нам песню? – поддержала меня Алиела и улыбнулась.

– О-о-о любви-и-и… – пропел я, наставив на подругу указательный палец и подмигнув.

Я громко свистнул, и сверху затопотали мягкими лапами Тата с друзьями, являющимися точной его копией внутри, но слегка отличающимися внешне для удобства их восприятия и различия. Сейчас они снова появились в своем оригинальном виде, а не в «концертном» робопанкерском.

– Хозяйка? – спросил Тата, но был тут же сбит не успевшими тормознуть двойниками.

Когда куча-мала распалась на трех балбесов, вставших на ноги, Алиела, предварительно перестав смеяться, приказала им:

– Берите свои инструменты и дуйте на нашу площадку – будем играть и веселиться!

Роботы радостно загомонили и гурьбой двинулись во двор. А мы с Алиелой, обнявшись, последовали за ними.

Ник

Ну вот и свершилось то, о чем предупреждали… Ах да, это был я, а не большевики. Когда вся эта хрень надоела властям предержащим, они таки решили вызвать нас с Алиелой на ковер. Не, ну а что? Я-то тут при чем, что у них тут бардак творится в их эфирном пространстве? Грубо говоря, частоты плывут, эфирные каналы накладываются друг на друга, а часто вдруг на их трансляцию выходят мысли обычных веганцев.

Раньше, до настоящего момента, за счет определенных технологий усиления эфирного сигнала, собственно, основной тон задавали именно государственные эфирные станции, хотя никто не мешал и обычным веганцам, не обделенным даром ментального оперирования в местном астрале, на самом общем слое делать своего рода стриминги своих мыслей и визуализаций (к слову, совсем даже порой неплохих – мне, по крайней мере, понравилось несколько). Да и не так уж много их – веганцев – было по сравнению с общим количеством населения, хоть и немало. Несколько сотен миллионов способных. Так вот, сейчас что-то там перемешалось, и все больше и больше веганцев начинают «выкладывать» свои детские поделки. Да-да, даже те, кто раньше и не мечтал о подобном! Ой что творится! Ну и самое главное – все эти образы размазывались по астралу и частенько накладывались на основные государственные каналы. Ну то есть наступила небольшая такая вакханалия. Конечно, ненадолго, разберутся, чай, не дети, но это было забавно.

Почему забавно, а не страшно? Почему все не рухнуло, ведь вроде бы оказались хаотизированы системы связи? Нет, на самом деле основа и ядро именно управления планетарными информационными системами лежит на кристаллах, а не на эфире, как здесь называют общедоступный слой астрала. Он только дополняет, а не заменяет. Так что ничего страшного не случилось. Ну и я бы не стал подобного творить, если бы не был уверен в стабильности всей системы. С кристаллами-то кто дружит? Пушкин? Не-а! Ник Админ Рутович! Хе-хе… А мне все это надо было совсем для другого. Эти последствия – всего лишь сопутствующие.

Ну и не шифровался я особо, да и вряд ли бы у меня получилось. Хотя не оценивал, но почти все это у меня шло на каком-то внутреннем ощущении, что так надо, на эмоциях, возникающих при общении с Алиелой, на волне, что вот прямо сейчас вот так надо – поймать за хвост и не отпускать, а вот тут – дать жару. Ну, в общем, мне понравилось, что получилось. Правда, потом был долгий и сложный разговор с матерью Алиелы, но, кажется, я справился. А у нее еще и поддержка была в виде сестры, которой, как оказалось, она полностью доверяла и с которой взаимодействовала в разных ситуациях на профессиональной почве. Ее звали Айла. Хм… Ойла и Айла…

А меня поддерживала Алиела, пусть и не везде понимая, зачем мне это надо или зачем я это делаю, что было очень и очень… Наверное, именно в этот момент я понял одну из составляющих счастья. В последующую за этим разговором ночь я почти не спал. Я просто сидел рядом со спящей Алиелой и смотрел на нее. Она чувствовала мой взгляд и сквозь сон улыбалась.

С мужем Айлы и второй его женой я почти не общался. У меня возникло такое ощущение, что он был не совсем в теме или просто спец в другой области, поэтому в основном молчал. А во время общего разговора часто про себя веселился, хоть и не показывал этого внешне. Лезть к нему в голову я почему-то не хотел, но по некоторым признакам посчитал, что он принадлежит к какой-либо спецслужбе или его работа каким-то краем связана с их делами.

А потом прилетели злые дядьки и посадили нас в «воронок»… Нет, это было не так. Прилетел транспортный бусик типа того, на котором летали Алиела с мамой, почти один в один, но побольше, конечно. Ну и низ был не белый, а темный, почему мне и пришла в голову ассоциация с «воронком». Собственно, мы ожидали такого развития событий – все-таки Ойла не последний человек в государственной структуре Версалии. Ну и то, что у них есть мозги, – решили идти по мягкому варианту, мне понравилось.

Внизу проносились уже привычные виды этой замечательной планеты. Да, мне тут понравилось, и веганцы тоже. Кстати, не знаю, как получилось (на самом деле знаю, но не скажу), но почти все они были в той или иной степени симпатичны, красивы. Но и не придерживались конкретного эталона красоты, предпочитая видеть в каждом его уникальность. Собственно, у них в разговоре даже не было понятий таких – «урод», «некрасивая», «ничего особенного», направленных на человека или его внешность. И при этом общее понимание красоты у них было… утонченным, что ли. Гуляя с Алиелой, я часто видел, как она замирала на месте, заметив какой-то необычный цветок или ракурс. Все это было настолько разным и, на первый взгляд, несовместимым друг с другом, как мне казалось, что постоянно вызывало у меня ощущение новизны и восторга.

Из-за лесного массива медленно показалась белая голова-купол большого здания, изнутри чем-то напоминающего наш Колизей, только поменьше. Оно располагалось в отдалении от прочих построек на плато, называемом Центр Спирали. Под этим названием крылся очень интересный пласт истории, но об этом я расскажу как-нибудь в другое время. И добраться до него можно было только на летающем транспорте.

Я в очередной раз незаметно от Алиелы проверил все, что накрутил на нее для собственного успокоения, и с любопытством стал смотреть на приближающуюся громаду. Подруга волновалась, но не особо. Так-то я ей помогал, но надо будет всерьез заняться ее обучением. Процентов на шестьдесят я уже составил план ее развития, и мне он нравился…

Приземлились. Аппарат раскрылся, как цветок, и превратился в очередной коврик, который, после того как мы с него сошли, свернулся, как обычная материя, и спрятался в незаметную нишу. Круто.

Вокруг было достаточно много народа, люди ходили парами или группами, что-то обсуждая и не обращая на нас никакого внимания. Вероятно, тут был какой-то перерыв в заседаниях, вот многие и вышли отдохнуть. Высаженные определенным образом деревья вокруг давали неплохую психологическую разгрузку. Мимо прошла пара мужчин, о чем-то тихо разговаривая. Ну ничего себе… Присмотревшись к ним, я хмыкнул, а один из мужчин повернул ко мне голову и подмигнул.

«Какими судьбами?» – мысленно через болталку спросил я.

«Решили на всякий случай тебя подстраховать, – ответил Умник. Одним из них был именно он. Второй – Гаврош, который скромно молчал и не вступал в разговор, пока старшие говорили. – Тут тоже интересно, как на Земле. Решили сделать небольшой перерыв или, так сказать, смену обстановки».

«Молодцы. С местными системами слежения договориться удалось? А то тут довольно сложно с этим…»

Умник нахмурился. Хотя и находился от нас уже далековато, но я заметил.

«Нет. Тут я на грани своих вычислительных возможностей. По крайней мере, в этом месте. Так бы, наверное, не вышло, но вместе с Гаврошем пока удается в режиме реального времени перерассчитывать параметры изменения окружающей среды, чтобы нас не вычислили».

Ну, чтобы Умник да не справился – я не верю! Скорее всего Гавроша подключил в целях обучения, а вот то, что ему приходится нелегко, это истина и не очень хорошо. И я знаю, почему Умник не смог взломать сеть кристаллов. Вот уж точно бронебойная система получилась – чисто компьютерными методами не влезть, а магическими ментальными в нужном объеме, вероятно, только я тут владею. Правда, вспомнив богиню Кали, немного посомневался в этом. Кто знает, может, кто-то еще такой есть?

«Ладно, расслабьтесь. Я сейчас договорился с местными системами, они включили вас в список моих друзей. Хоть и удивились изрядно, что, пока я не попросил об этом, вас не видели».

«Точно все нормально?

«Точно-точно, – хмыкнул я, пропуская в дверь сопровождающих меня женщин. – Будь как дома, но не забывай, что в гостях…»

Умник немного помедлил, прежде чем ответить:

«Понял…»

«Как вообще у вас дела?» – Я сменил тему разговора. Все равно с ним мы общались в ускоренном режиме, так что можно было спокойно поболтать.

«Ты знаешь, неплохо. А на Земле мне вообще предложили влиться в команду ученых, занимающихся одаренными, и попробовать адаптировать знания магии к существующим реалиям. А также подключиться к институту изучения проблем искусственного интеллекта. Что скажешь?»

Я немного помолчал, оценивая информацию. Вообще идея интересная. Сама по себе и в рамках контроля Умника от его чудачеств. Умник уже вполне самостоятельное существо, слава богу, с моей помощью сильно очеловеченное. Так что можно его считать человеком и по поведению, и даже по менталитету. И в этом плане он может принести очень много пользы людям.

«Значит, они тебя все же вычислили…»

«Ну, я не сильно и прятался».

«В принципе не вижу ничего плохого в этих предложениях. Тебе самому хочется этим заниматься?»

«Разумеется! Это же так интересно!»

Я мысленно улыбнулся:

«Ну, тогда у меня возражений нет».

Умник послал мне эмоцию благодарности, чему я изрядно удивился. Впрочем, я рад, что он стал осваивать эмоциональный план не только на словах, но и в энергетическом подмножестве, используемом живыми существами. Кто знает, к чему это все приведет, но при должном контроле – вряд ли к чему-то плохому.

Ник

Нас никто не встречал, но через личные кристаллы было указано, куда нам сесть. Это оказались первые ряды многоярусной конструкции, действительно очень сильно напоминающей Колизей. Уже третий мир я посещаю, если так можно выразиться, а некоторые архитектурные элементы порой совпадают чуть ли не до мелочей. Еще бы местных депутатов назвать сенаторами и вместо легкомысленных шорт и юбочек одеть их в тоги, – вообще один в один будет с каким-нибудь киношным заседанием патрициев в Риме.

Здесь также существовал ведущий заседания, он сидел в немного выделенной конструктивно ложе, и перед ним висело несколько мутных облачков, через которые с обратной стороны ничего нельзя было рассмотреть. Это были типа наших дисплеев, тоже сделанные так, чтобы можно было перед собой вешать в воздухе, хотя, вероятно, можно было все делать и через кристаллы. Прочие «сенаторы», примерно поровну мужчин и женщин, так и делали. Наверное, традиция.

– Итак, начнем, пожалуй, – сказал председатель. – Долгого полудня тем, кто только появился. Напоминаю всем о секретности заседания, обеспечиваемой системами контроля кристаллов. Сегодня нам всем вместе необходимо разобраться с довольно необычным и сложным делом, в котором смешались как внутренние дела Версалии, так и внешние. Для начала расскажу то, с чего все начиналось и что у нас идет под первым пунктом. Наша внешняя разведка в лице представителей ее секретного отдела тридцать два служебных мини-цикла назад зафиксировала на закрытом портале предварительных расследований начало секретного расследования по поводу нецелевого применения ресурсов одного из отделов министерства внешних связей в противоправных целях. Так?

– Совершенно верно, уважаемый председатель! – вскочил один из веганцев, сидящий, кстати, недалеко от нас. – Однако в процессе расследования формулировки были изменены…

– К этому мы подойдем, уважаемый Ыль, – кивнул председатель. – Но для понимания всей картины мы будем подробно со всем знакомить присутствующих здесь представителей различных структур органов управления Версалии, чьи дела были или могли быть затронуты данным делом.

Ыль недовольно скривился и сел на место. Разумеется, скривился он ментально и не особо заметно, но я следил за ним, так что отметил этот момент.

– Продолжу… – Председатель потрогал висящие дисплеи, что-то там делая. – У нашей уважаемой разведки возникло подозрение, что провалы некоторых секретных операций их структуры во внешнем космосе могли быть связаны с недобросовестным взаимодействием представителей министерства внешних связей с космической расой, известной всем как «серые», с которой у нас довольно сложные отношения. Их можно назвать нейтральными, но никак не дружественными. Как вы знаете, иногда у нас с ними возникают трения и даже стычки, но они предпочитают с нами не связываться. Однако есть подозрения, что серые могут сотрудничать с хостисами, с которыми у нас, как всем известно, состояние перманентного вялотекущего противостояния. А здесь уже другое дело. Такое стояние друг против друга в любой момент может превратиться к активную фазу боев, к чему мы, безусловно, готовы, но чего хотелось бы избежать. И для этого достаточно незначительных изменений в силах сторон или проявления агрессии, разрушающей установившийся баланс. Так вот, действия представителей министерства внешних связей могли привести к прямому нападению наших врагов, что мы и наблюдали. Хостисы напали на наш военный корабль в открытом космосе в секторе ВК-234-ЦЧ.

– В провокационных действиях, направленных против серых, а значит, и против хостисов, подозревались Алиела и Элхор Уокэнда, а также их руководитель в текущем цикле – Ойла Уокэнда. Предполагалось, что они могли инсценировать конфликт, чтобы отвлечь на его разрешение боевые корабли с фронта, тем самым ослабив его и вызвав нападение хостисов… – Председатель поднял глаза на Ыля: – Вам не кажется, что это отдает какой-то примитивной эфирной постановкой?

– Порой жизнь преподносит сюрпризы, которые даже с богатым воображением придумать нереально, – спокойно ответил Ыль. – Мы должны были проверить.

– К слову, насчет проверки. В деле отсутствуют какие-либо доказательства этого предположения в виде донесений агентов или расчетов аналитической системы. Даже эфирных записей с намеками на запланированные противоправные действия нет.

– Это был ситуационный анализ обстановки.

– Системы фиксации отрицают, что такой анализ вообще проводился аналитическими средствами кристаллов службы.

– Это был внесистемный анализ отдельных, не связанных друг с другом специалистов по эфирному прогнозированию.

– Которые, конечно, знали только свою часть всей работы и ничего, по сути, показать не смогут. – Председатель укоризненно посмотрел на Ыля.

Тот просто пожал плечами.

Председатель вздохнул:

– Продолжим. Далее был послан контролер для выяснения обстановки на месте. Кстати, не скажете, с чем было связано привлечение стороннего контролера вместо представителя вашей службы? – Председатель въедливо посмотрел на Ыля.

– Мы ориентировались на опыт контролера, а у привлеченного специалиста он был несколько более специфичен для данной работы.

«Или ему не жалко будет, если что, организовать несчастный случай», – подумал я, с огромным интересом наблюдая за происходящим.

– Контролер действительно определил наличие конфликта вплоть до попытки уничтожения наших представителей серыми… – Председатель снова посмотрел на Ыля: – Вы действительно считаете, что, даже будучи недобросовестным представителем нашей цивилизации, Ойла могла поставить под удар своих детей? Ведь, насколько нам известно, даже контролер попал в весьма неприятную, даже смертельную ситуацию, и только счастливая случайность им помогла выжить.

«Это он обо мне, что ли? – подумал я. – Ну да, я – та самая счастливая случайность, летящая на крыльях ночи! В такой интерпретации я согласен быть ею…»

– Как вы можете видеть, уважаемый председатель, эта случайность вполне могла быть предусмотрена заранее для выхода на более сложный виток внедрения или же отыгрывания сценария провоцирования конфликта.

– Подождите, вы действительно считаете, что доведение своих детей и контролера вот до такого состояния – поступок нормального веганца, пусть даже и возможного врага? – Посреди зала появилось изображение Алиелы, Элхора, Руаны в том виде, в каком я их увидел тогда, рядом стали сменяться какие-то пояснительные данные, а само изображение вдруг размножилось по количеству присутствующих, уменьшилось и разлетелось по сторонам, остановившись перед каждым местом.

По залу пробежала волна ментального ужаса, ярости и возмущения. Действительно, именно так они и выглядели. Особенно впечатлял Элхор в разобранном состоянии или Руана практически с половиной тела – остальная сгорела. Алиела на их фоне смотрелась еще нормально.

Я тихонько погладил тыльную часть ладони подруги: будь я – не я, а какой-нибудь простой землянин, мои лучевые кости точно бы треснули. А картинки эти – они явно хорошо выпотрошили Алиелу с Руаной.

На удивление, Ыль спокойно отреагировал на происходящее:

– Уважаемый председатель! Вы должны понимать, что расследование – на то и расследование, чтобы по крупинкам информации или даже по ощущениям или чувствам воссоздать реальную картинку происходящего. Возможно, в своем изначальном посыле мы были и не точны, однако произошедшие события позволили взглянуть на это дело под другим углом зрения. Совершенно иным. Вы позволите мне объяснить?

– Извольте, – кивнул головой председатель.

– Все было так, как вы говорите. И, возможно, наши люди где-то перегнули палку. Не зря я говорил, да и вы заметили, что происходящее было инициировано не на основе четких данных, анализа или донесений, а лишь на смутных ощущениях, которые непременно вырабатываются у профессионалов в процессе долгого и упорного труда и, разумеется, возрастают с накоплением опыта.

«Ишь как шпарит! – восхитился я. – Вот теперь они уже и положительные герои!»

– Во всех указанных вами случаях присутствует один элемент, пока не упомянутый вами, а именно – неожиданно найденный на задворках Галактики, так сказать, совместимый Алиелы Уокэнды с неординарными или даже уникальными способностями. Вы хотите сказать, уважаемый председатель, что верите в такие чудеса?

– Это в крайней степени необычно, но и не удивительно, – возразил председатель. – Как мы знаем, на этих «задворках» уже находили своих совместимых некоторые из наших наблюдателей.

– Совершенно верно, – согласился Ыль. – Находили, но не «десятки».

В зале поднялся небольшой шум.

– Да-да, уважаемые заседатели! Не «десятки», и уж тем более не императорские!

Шум в зале усилился.

– Допустим, – не стал спорить председатель. – Но ведь это просто замечательно!

– Как сказать. – Ыль покачал головой. – С одной стороны, вроде бы да, а с другой… Я немножко издалека начну. В принципе все, так или иначе знакомые с нами, веганцами, знают нашу особенность в отношении совместимостей. Это наша сила и в то же время наша слабость. Сила – в устойчивости таких связей, гарантия нашего будущего как расы и стабилизация общества, что мы можем видеть на примере императоров прошлого… – В зале возник небольшой одобрительный шум, а Ыль вынужденно замолчал.

Однако председатель, не обращая на шум внимания, спросил:

– А в чем же наша слабость, уважаемый Ыль?

Ыль обвел глазами зал:

– А слабость в том, что, зная эту особенность, можно использовать ее против нас!

Шум в зале значительно усилился. Веганцы переговаривались как с рядом сидящими, так и – через кристаллы – с другими присутствующими здесь, а ментальный фон забурлил.

Председатель, немного обождав, кашлянул и своим усиленным голосом перекрыл шум:

– К порядку, уважаемые заседатели! Вы, уважаемый Ыль, высказали интересную и невероятную по сути своей мысль. Не могли бы вы ее развернуть?

– С удовольствием. К сожалению, то, что я дальше буду говорить, является лишь предварительной моделью, построенной нашими аналитиками на основе известных данных и предположений…

«Забыл еще добавить – на основе домыслов и фантазий», – мысленно хмыкнул я.

– Итак, представьте себе, что где-то существует раса существ, не сильно отличающаяся от нас, но обладающая некими способностями, равными или превышающими наши в ментальном плане. У нас есть предположение, что раса эта только недавно появилась в нашем пространстве-Галактике и стала исследовать ее. Разумеется, под ее внимание попали все космические расы, проживающие в этой Галактике, но основной интерес вызвали именно расы гуманоидной направленности, вероятно, в силу того, что они сами являются гуманоидами и внешне несильно отличаются от нас.

Глаза Ыля прямо горели, он вдохновенно вещал, а в ментальном поле просто полыхал, постепенно утягивая за собой мысли присутствующих. Впрочем, этот эффект был знаком веганцам, и председатель пару раз включал что-то типа гонга и говорил:

– Спокойней, уважаемый Ыль! Держите себя в руках и мыслях! Иначе я вынужден буду вас изолировать и опрашивать удаленно!

– Прошу прощения, уважаемый председатель! Уж очень информация интересная, сложно ее просто так подать, без ментальной подстройки слушателя.

– Однако постарайтесь.

– Разумеется. Я продолжу. Так вот, мы предполагаем, что они начали постепенную инфильтрацию в эти гуманоидные расы…

– Весьма смелое утверждение и пока выглядит безосновательным…

– Тем не менее нам удалось выяснить, что совместимый нашей Алиелы Уокэнды, – Ыль наградил ее взглядом, выражающим просто мировую скорбь и жалость, – долго отсутствовал на своей планете. Очень долгий срок его буквально нигде не было, и вдруг он появился, сразу начав делать ошибки, в результате чего местные власти стали на него охотиться. Мы предполагаем, что это типичная ошибка понимания и восприятия незнакомой культуры представителем этой неизвестной расы. Впрочем, он довольно быстро перестроился и в результате всего этого втерся в доверие к местным государственным службам. Все-таки они достаточно примитивны, чтобы распознать возможную серьезную угрозу и допустить такую ошибку. Впрочем, уровень развития тут не играет большой роли, ведь тогда и нас можно было бы назвать примитивными, так как мы почти попали в ту же ловушку!

Снова шум в зале.

– Уточните.

– С превеликим удовольствием. Я продолжу, и скоро вы поймете, о чем я говорю. Далее мы предполагаем, что они решили воспользоваться сложившейся ситуацией в звездной системе Земли и провели просто блестящую операцию! Внедрились в общество землян, а затем подобрали ключ к нашей совместимости и охмурили уже нашего наблюдателя. Для возникновения неопределенности событий исполнили операцию против серых, перекинув вектор внимания на них, и… Теперь они здесь, на Версалии! – Ыль театрально поднял руку, а потом, чуть-чуть помедлив, указал ею на меня.

Взгляды всех присутствующих также скрестились на мне. Не сказать что и раньше на меня не смотрели, но сейчас это буквально физически чувствовалось. Алиела поежилась, а я лишь слегка улыбнулся. Ментальной щекотки, а именно так я воспринял эти взгляды, я не боялся.

– Причем здесь он поначалу тоже стал делать ошибки – все помнят, что происходило в космопорте, куда он прибыл. Вероятно, ментальный фон нашей планеты, насыщенный и мощный, так на него повлиял. То же самое связано и с Шушиллой! Ну кто мог его разбудить, кроме чужака, заинтересованного в привлечении к себе внимания и получении одобрения населения? Победил древнее зло, спас веганцев, и вот он уже всеми любим и уважаем! Но, вполне возможно, это произошло случайно по причине отсутствия должной адаптации к нашей планете.

– Ложь! – вдруг вскочила Алиела. – Я была там и почувствовала астральный сигнал, которым разбудили Шушиллу!

– Да и вообще, тот ли это Шушилла? – не обращая внимания на Алиелу, буквально взвыл Ыль. Ойла привстала, приобняла дочь и посадила ее. А Ыль продолжал разоряться: – А может, он вообще ненастоящий? Тем более их там двое! Может, они вовсе не Шушиллы!

Председатель с полминуты стучал гонгом, пока все не успокоились.

– Ну и еще. Все вы знаете, что происходит в эфире в последнее время… – Ыль, судя по ментальному фону, просто лучился довольством. – И как вы, возможно, уже догадались, в этом виновата Алиела со своим совместимым! Наша служба предполагает, что это вредоносный процесс, направленный против нашей цивилизации. Что это такое, мы пока точно не знаем, – возможно, попытка внедрить свою ментальную управляющую систему в поле планеты, чтобы таким образом влиять на нас или даже подчинить. Возможно, просто исследование нашей системы. Но, боюсь, мы этого никогда не узнаем…

– Почему? – уточнил председатель.

– Как мы выяснили, уровень развития этой расы очень высок, и вполне вероятно, что провал подобного уровня предусмотрен, и что бы мы ни делали и ни планировали сделать, это у нас не выйдет. Я все сказал. – Он сел, гордым взглядом окинул заседателей, а потом уставился на председателя и уже ни на что не реагировал. Судя по ауре – просто выдохся.

В зале возник долгий шум, который разбавлялся эмоциональными выкриками отдельных заседателей, – все же Ыль сумел их эмоционально завести. Кричали «арестовать!», «заблокировать!» и даже «изолировать!».

– Ойла Уокэнда, что вы можете сказать по этому делу заседателям? – простучав в гонг, обратился председатель к матери Алиелы.

Она встала и спокойно начала говорить:

– Все здесь рассказанное уважаемым Ылем, безусловно интересно, но действительно имеет такую же ценность, как эфирная постановка не сильно высокого качества.

– Что ж, было бы весьма полезно услышать противоположное мнение, – улыбнулся председатель.

– Раз уж представитель такой серьезной организации, как внешняя разведка, в своем спиче оперировал домыслами, то, вероятно, и мне будет позволительно высказать несколько допущений и мыслей, не совсем подтвержденных фактами? – Она вопросительно посмотрела на председателя.

Тот кивнул:

– Безусловно. Говорите, что считаете нужным, мы сами разберемся, что имеет смысл, а что стоит отбросить как не имеющую ценность информацию.

– Благодарю. К сожалению, у меня будет менее интересная история, чем у разведки, я не умею так мастерски фантазировать и достраивать события неподтвержденными фактами, поэтому все достаточно просто и скучно. И кратко. – Ойла окинула зал взглядом, и зал ответил ей усиленным в ментальном фоне вниманием и тишиной. – Как всем известно, служба внешних связей и министерство внешней разведки частично пересекаются по некоторым направлениям деятельности, и когда я стала руководителем службы в этом цикле, мне на глаза попалась информация о действиях внешней разведки, которой я заинтересовалась. Мне показались странными траты довольно значительных ресурсов на непонятные цели разведки, а также провалы операций наших войск, чье информационное обеспечение частично также проходило через нашу службу. Я обратилась в службу безопасности Версалии, меня вежливо выслушали и… отправили заниматься своими прямыми обязанностями.

В зале возник шум.

– Я допускаю, что какие-то операции вполне могут быть такими ресурсоемкими и на первый взгляд весьма невыгодными для нас, но удачными на долгую перспективу. Поэтому, выполнив свой долг – сообщив в службу безопасности свои сомнения и получив вполне конкретный совет заниматься своими делами, я действительно перестала делать какие-то шаги в раскрытии непонятностей. Но, собственно, после этого все и начало странно и неприятно закручиваться вокруг меня. То неожиданные проверки деятельности нашей службы, то контролеры и внеплановые аудиты, то требование срочно предоставить отчетность под надуманным предлогом. Это все, что я могу сказать насчет моей профессиональной деятельности в этом цикле.

– С этим ясно, – председатель покосился на какой-то экран. – А что вы можете сказать о совместимом вашей дочери?

Ойла ненадолго задумалась.

– Я где-то могу понять обеспокоенность внешней разведки совместимым моей дочери, ведь он действительно обладает уникальными способностями, выходящими за пределы понимания как нашей цивилизации, так и цивилизации землян, – неожиданно сказала она, снова вызвав перешептывания в зале. – Но этому всему есть вполне научное и реальное объяснение. Он действительно землянин и тот, за кого себя выдает. Это было подтверждено как земными исследованиями, а они, что бы там ни говорили в разведке и как бы ни относились к науке землян, находятся на очень и очень неплохом уровне, так и нашими лабораториями, – я взяла на себя смелость провести проверку. То есть он действительно и гарантированно является землянином. Отсутствовал же он, находясь в одном из параллельных миров, о наличии которых нам хорошо известно, но в которых нам пока не удавалось найти неизвестные нам разумные расы. Впрочем, мы и не интересовались особо – сфера наших задач в целом находится за пределами параллельных вселенных. То есть в нашей, – уточнила она, почему-то вызвав смешки заседателей. – Насколько я сумела понять, там он обучился оперированию своей энергетикой и энергиями любого мира, а также планетарными энергиями.

– Хорошо. Примерно понятно. Так что же произошло с Шушиллой, если это он, и что происходит с эфиром планеты?

– Насчет Шушиллы – это точно наша разработка…

– Разработка?

– Да. Военные бионические разработки прошлого, давно уже запрещенные. На самом деле вопрос требует повторного осмысления и обсуждения, так как условия нашей жизни значительно изменились со времени запрета.

– Хорошо, мы учтем это, – кивнул председатель.

– Своей дочери я верю. Она, по последним данным, является одним из самых сильных ментооператоров, не в последнюю очередь по причине сильной совместимости, положительно сказавшейся на ее способностях. И если она говорит, что сигнал на пробуждение Шушиллы из ментала был, значит, так оно и есть. Тем более что я озаботилась ментосканированием ее памяти в нашей лаборатории под контролем кристалла нашей службы, и он подтвердил, что ощущения, испытанные ею, – реальность. Таким образом, я считаю, что это была попытка уничтожить мою дочь и ее совместимого.

В этот раз в зале наступила тишина.

– Сильное заявление, – кашлянул председатель. – Как вы думаете, если это правда, то кому… Ладно, это опустим. Скажите, какова может быть причина покушения?

– Я думаю, что у моей дочери с Ником весьма высока вероятность наличия совместимости уровня императорской «десятки». Возможно, кто-то мог подумать, что это определенно приведет к восстановлению императорской власти у нас, и это ему не понравилось.

– Да уж, – председатель даже перестал обращать внимание на усиливающийся шум в зале, – довольно смелое заявление.

– Всем известно, – продолжила Ойла, покосившись на Ыля, – что императорская власть с настоящим императорским уровнем совместимости в нашем обществе обычно дает толчок к его развитию, к тому же мы всегда в такие времена имели преимущества перед хостисами. Поэтому я могу предположить, что попытка уничтожения потенциальной императорской пары – происки врагов нашего общества. Или же продавшихся им. Хочется отметить, что коды активации Шушиллы могли быть только у ограниченного количества людей и только в определенных структурах власти. К сожалению, доподлинно узнать, кто мог владеть такой информацией, мне не удалось.

Председатель встал, сцепил руки за спиной и стал задумчиво ходить туда-сюда. Забавное у них тут разбирательство, как по мне. И главное – без перерывов!

– Итак, – председатель наконец сел на свое место, – а что там со вторым Шушиллой?

– Он всего-навсего аналог нашего силового робота, только на иных технологиях.

– Понятно, – не сильно обратив внимание на слова Ойлы, пробормотал председатель. Потом он встряхнулся: – Итак. А что у нас с планетарным эфиром? У вас есть такое же простое и не пугающее объяснение?

– Разумеется, – кивнула Ойла. – Но, думаю, имеет смысл спросить об этом у виновника этого события.

– М-да? – С сомнением, но и с интересом председатель посмотрел на меня. – Что ж. Представьтесь, пожалуйста, уважаемый. Вы понимаете по-вегански?

Я встал и, покосившись на Ыля, произнес:

– Темный лорд, повелитель демонов.

Сзади Алиела возмущенно засопела и стукнула меня по спине.

Председатель сначала нахмурился, но потом ухватил мой ментальный фон, лучащийся весельем, и спросил:

– Не могли бы вы уточнить? Это должно что-то означать в вашей культуре?

– Да. Обычно во всех бедах обвиняют кого-то подобного. Черный властелин, Повелитель, Сатана, Дьявол… В общем, кто угодно виноват во всех проблемах, но не настоящий виновник событий – ты…

– Я понял ваш намек, уважаемый, – легко улыбнулся председатель, – но все же постарайтесь придерживаться формата нашего заседания. Думаю, вы уже поняли, как оно проходит, и весельем тут совершенно не пахнет.

Я кивнул:

– Ник Админ Рутович. Землянин. Муж Алиелы. Маг.

– Муж? Маг?

– «Муж» – это по-нашему «супруг». «Маг», как сказала Ойла, означает «оператор разного рода энергий», в том числе ментальных.

– Хм… В первый раз такое слышу. Хорошо, что вы можете сказать насчет вашего вмешательства в эфир Версалии?

– Перво-наперво позвольте напомнить вам и подтвердить, что у нас с Алиелой – десятый уровень совместимости и действительно императорский. В космопорте на самом деле произошел спонтанный выброс сложноструктурированной биологической, ментальной в том числе, энергии, вырабатываемой парой с императорской «десяткой» совместимости. Но, судя по хроникам, ваши прошлые императоры обладали более пологим и спокойным излучением. У нас же, возможно, из-за того, что мы принадлежим к разным космическим расам, этот процесс в основном носит взрывной характер. Однако же его влияние на веганцев носит исключительно положительный характер.

– Да, многие, кто был в космопорту, потом прошли обследование и действительно отметили положительные изменения в своем здоровье, самочувствии и настроении.

– А проверялась ли потом совместимость у тех, кто там был?

Председатель улыбнулся:

– Разумеется. И конечно, у многих она повысилась, а ментальный диапазон излучений значительно расширился. Причем за один раз. Насколько я знаю, у прошлых императоров всегда было несколько сеансов, если можно так выразиться. То есть надо было находиться рядом довольно длительное время…

– Ну вот, вы почти и догадались, что я делал с эфиром. Я довольно неплохой исследователь биологических энергий и астрала, то есть эфира, а мои интересы сейчас направлены на меня и моих близких, а также на собственное развитие. Мне никак нельзя становиться императором, и меня совершенно не интересует, если не сказать – пугает, ответственность за целую планету. Ну и дел у меня на ближайшую сотню лет хватает. Так вот, мы с Алиелой, собственно, перенесли эту императорскую способность влиять на веганцев в строго определенном направлении в эфирное поле планеты. Фактически сейчас ваша Версалия-планета является для всех вас вашей императорской парой… Вернее, императрицей…

– Хм… А императором тогда кто?

– Разумеется, ваша вторая заселенная планета. Дело в том, что там действительно необходимо взаимодействие двух начал, а не просто их смесь… Хм… как бы это попонятней объяснить… Фактически это два сообщающихся сосуда, которые смешивают свое содержимое в зависимости от внешних обстоятельств, то есть от состояния эфира, как вы его называете, а значит, опосредованно, – и от состояния всех веганцев. По мере надобности происходит переток энергий, балансирующих всю систему. В переходный период, конечно, может быть в наличии некоторая нестабильность, возможны странные поступки людей, но не опасные. Ну вот, как-то так…

– Это серьезно. Очень… – Председатель задумался.

Зал тоже молчал.

Внезапно на входе раздался какой-то шум и в зал вошел человек в боевой амуниции. За ним по бокам от входа рассредоточились несколько других воинов. Он остановился перед председателем:

– Служба безопасности Версалии! Я должен арестовать присутствующего здесь землянина и сопроводить его в место заключения для дальнейших разбирательств!

Алиела снова схватила меня за руку. Ойла тоже забеспокоилась.

Председатель внимательно посмотрел на вошедшего:

– Для начала представьтесь, пожалуйста. У нас здесь идет секретное заседание, присутствовать на котором могут не все, даже если это представители службы безопасности!

– Охранитель пятого ранга Орок. Вот мои полномочия. – Он, видимо, по связи переслал председателю сведения.

Тот ознакомился с ними и поднял взгляд на Орока:

– В сопроводиловке отсутствует внятная информация о необходимости такого ареста. Властью, данной мне в текущем цикле, я запрещаю вам производить арест присутствующего здесь землянина. Отсылаю на ваш кристалл подтверждение моих полномочий.

Орок некоторое время стоял, проверяя информацию, а потом снова обратился к председателю:

– На подобный случай мне временно приданы абсолютные полномочия, которые перебивают ваши, уважаемый председатель. – Он снова что-то переслал по связи.

– А я старшего брата позову – он десантник, – пробормотал я, заложив руки за спину и устремив взгляд в потолок, рассматривая, что там изображено. Кстати, потолок был разрисован, но краской почти под цвет камня, и, чтобы что-то увидеть, надо было присматриваться. – А я дядю позову – он танкист. А я папу – он в космических войсках служит!

– Что ж… Как это ни печально, но правила есть правила, – покачал головой председатель. – Вы в своем праве. Однако не думайте, что на этом все закончилось. – Он повернулся ко мне: – Уважаемый Ник Админ Рутович, вам придется пройти с представителем службы безопасности. Со своей стороны могу обещать, что мы будем контролировать действия службы в доступных нам пределах.

Снова шум в зале и снова разные выкрики. Но особо мне понравился один, которым оказался сами понимаете кто:

– Свободу Админу Рутовичу!

На Умника даже стали оглядываться.

– Вот гады, – тихо сказала Алиела.

Ко мне повернулась взволнованная Ойла:

– Ник, вам с Алиелой, наверное, сейчас лучше телепортнуться отсюда на Землю. Пока вас не будет, думаю, сумеем разобраться со всем этим.

– Не беспокойтесь, уважаемая Ойла… Тьфу, заразный у вас официоз тут, – улыбнулся я. – Я знаю, что делаю.

– Только без разрушений, пожалуйста, – тихо попросила она и слабо улыбнулась.

– Как можно! – хмыкнул я. – Да разве я когда-нибудь?! Да за кого вы меня принимаете!

Тем временем Орок повернулся ко мне и сделал первый… и последний шаг. Вернее, полушаг. Зависшая нога в воздухе выглядела весьма… с претензией на опускание к полу. Но в раздумье. Чуть наклоненное тело выражало явное намерение двигаться вперед, но как бы застыло в мгновении. Почему тело не падало, для всех оставалось тайной, но композиция, особенно с вращающимися на неподвижном лице глазами, своей внутренней сутью выдавала чувство безысходности и ужаса… Хм… Что-то меня на искусство потянуло.

Остальные охранники, или кто они там, видимо, получили сигнал по сети и тоже бросились вперед, и когда они уже были на площадке перед всеми, тоже застыли в воздухе. Эту композицию по праву можно было бы назвать «Движение вперед».

В зале предсказуемо наступила полная тишина.

Тем временем по центру помещения раскрылся сферический экран, на котором можно было с любой стороны видеть происходящее. Какой-то веганец говорил Ороку:

– Арестуешь землянина и отвезешь в Троку.

– Но ведь туда можно отправить только после имперского суда!

– Документами я тебя обеспечу. Выполнять!

Кадр сменился. Теперь этот веганец общался с новым лицом. Тоже обсуждали разные, иногда непонятные мне, а иногда вполне ясные моменты. Сценки сменялись одна за другой под мертвое молчание присутствующих. В какой-то момент после одной сценки в зале возник шум – и снова тишина. Будто левиафан сделал вдох-выдох. А на экране состоялся вот такой разговор:

– Это точно?

– Точнее не бывает. У бывших на космодроме хостисов напрочь пропала несовместимость с нами, как и у наших к ним. Ты понимаешь, к чему это может привести?!

– Еще бы! Это значит – рано или поздно, а скорее рано, война закончится, а значит…

– Вот именно! Сокращения вооруженных сил, ограничения выделенных средств, возможно, разного рода аудиты. Развал всего, на чем построено наше благосостояние. Мое, твое, да вообще – на чем построена жизнь большей части населения! А это хаос и смена парадигмы государственности. И не факт, что будет лучше.

– Согласен, лучше стабильность. Известная и привычная стабильность.

– Вот именно. И ты понимаешь, что должно быть сделано, чтобы ее сохранить?

– Чужак должен исчезнуть?

– Для гарантии – не только он. Мало ли там на далекой Земле совместимых? Вдруг еще найдется кто для нашей… Нельзя рисковать.

– Я понял.

– А если они еще узнают про наши секретные лаборатории на слаборазвитых планетах… Мало не покажется. Жаль, что не удалось помешать доставке тела Алохи на Версалию.

– М-да… В своем роде уникальный был ученый…

– Я думаю, этого достаточно! – Под сводами зала разнесся громкий, но спокойный мужской голос, и экран погас.

С дальних рядов по проходу спускался, как принято говорить в таких случаях, «ничем не примечательный» веганец. Вот он вышел на сцену и повернулся к председателю:

– Служба внутреннего контроля, Алех Сенуай. Дело находится в разработке нашей службы. Надеюсь, предоставленного материала вполне достаточно для вынесения нужного решения уважаемых заседателей. К сожалению, для части информации не у всех присутствующих есть соответствующие допуски.

Председатель прокашлялся:

– Ну что ж… Действительно, по данному делу у нас достаточно материалов для вынесения решения. Таким образом, по некоторым сопутствующим или возникшим делам назначается новое заседание в более узком составе. Участники получат соответствующее уведомление.

– Прежде чем завершить на этом заседание, – чуть приподнял руку представитель внутреннего контроля, – ставлю в известность всех присутствующих, что уже проводятся консультации с представителями хостисов о глобальном решении проблемы нашей с ними совместимости и, соответственно, об урегулировании нашего с ними конфликта. Просьба представителям всех служб на уровне своей компетенции продумать возможные варианты сотрудничества с ними. Для работы в этом направлении организуется новая служба, к работе которой, возможно, кое-кто из вас будет также привлечен. Просьба службе ментального контроля и пропаганды уделить особое внимание трудностям перехода на мирные пути и дать свои рекомендации.

– Разрешите уточнить, уважаемый Алех, – спросил председатель, когда контролер замолчал, – насколько надежны положительные изменения в эфире и не может ли так случиться, что в один далеко не прекрасный момент все вернется на круги своя?

Контролер кивнул:

– Я понимаю ваше беспокойство и должен сообщить, что наши ученые утверждают, будто информационно-ментальное поле планеты и нашей звездной системы, так называемый эфир, перешло в новое устойчивое состояние, вывести из которого его пока не представляется возможным, да и необходимость в этом отсутствует, судя по открывающимся перспективам и уже оцененным и отмеренным в лабораториях изменениям. Если состояние, в котором мы все жили, они оценивали как среднестабильное с уровнем в сорок единиц по стобалльной шкале, то сейчас оно, как они говорят, перекувыркнулось и перешло в следующее стабильное состояние, оцениваемое по той же шкале в восемьдесят пять единиц. На самом деле все эти состояния теоретически давно рассчитаны и описаны, но их наличие было известно только узкому кругу ученых, занимающихся этой темой, и уж точно никто не представлял, как можно перевести системы на разные уровни и какие для этого нужны энергии. Насколько я понял, хотя новое состояние более устойчиво, вопреки некоторым ожиданиям оно находится на более высоком энергетическом уровне. На данный момент это состояние практически стабилизировалось, и уже разрабатываются необходимые мероприятия по максимально безболезненному переходу нашего общества на новые пути его развития, но это пока только наброски. Вы все их получите в свое время… и включайтесь в работу. На этом у меня все.

Веганцы, внимательно слушавшие Алеха, после его слов почти одновременно заговорили, значительно подняв уровень фонового шума. Контролер же подошел ко мне и внимательно оглядел. Я приветливо улыбнулся. Вдруг он протянул мне руку:

– Я знаю, у вас так принято здороваться.

Я кивнул и пожал ее.

– Интересно, я почти не чувствую твоего ментального фона…

– Шифруюсь, – пожал я плечами. – Как оказалось, у вас тут находиться довольно опасно.

Алех покачал головой, окинул взглядом стоящих рядом со мной. На Алиеле ненадолго задержался, Ойле кивнул.

– Хочу поблагодарить тебя за предоставленную информацию. Единственный вопрос, что остался у нашей службы, – как тебе удалось использовать нашу информационную сеть для ее сбора? Судя по всему, там было нарушено много правил, которым кристаллы должны подчиняться.

– Я просто объяснил им ситуацию, а дальше уже они сами. Сразу говорю – ментосканирование моей головы даже не мечтайте провести, не выйдет.

– Посмотрим-посмотрим, – пробормотал Алех. – Тебе решили дать временное гражданство Версалии без всяких предварительных условий. Постарайся в ближайшее время не покидать планету.

– Не могу обещать. – Я слегка качнул головой в отрицательном жесте.

Алех внимательно посмотрел на меня. Потом молча отвернулся и ушел. Несмотря на то, что он очень хорошо контролировал свои эмоции, я почувствовал его раздражение.

– Не стоило так с ним разговаривать, – сказала Ойла, обеспокоенным взглядом провожая контролера.

– Перебьется. Но, судя по всему, нам как раз пока лучше свинтить с вашей планеты. Как думаете?

Ойла вздохнула и посмотрела на дочь. Та ответила ей прямым взглядом.

– Мам, наверное, нам действительно лучше побыть где-нибудь вдали. Может, на Земле или еще где.

– Я прыгнуть могу только на Землю, – проворчал я. – А на другие известные вам планеты к другим цивилизациям мы на вашей технике далеко не уедем, банально не выпустят.

– Я не знаю, насколько все это может затянуться… – вздохнула Ойла.

– Подумаешь! Столько лет я просидела вдали от дома – и ничего! И мне даже нравилось. – Она вдруг обняла маму и прижалась к ней лбом.

Я деликатно отвернулся и обратил внимание, что на нас смотрит председатель. Увидев, что я заметил это, он произнес, причем усиленным голосом, так, что все обернулись к нам:

– Уважаемая Ойла Уокэнда, нам известно, что ваша дочь очень хорошо поет. Уважаемый Эрендил поделился со мной этой информацией… не будет ли бестактным с моей стороны попросить ее исполнить что-нибудь? В последнее время так редко попадаются настоящие полноспектровые исполнители!

Настороженный ментальный фон зала после этих слов сменился удивлением, а потом буквально шквалом предвкушения, настойчивого желания и боязни отказа. Блин, прям меломаны какие-то наркоманистые.

Алиела вопросительно посмотрела на меня, но я лишь пожал плечами, мол, решай сама, а я не против. Алиела кивнула больше самой себе, в ее ментале мелькнуло чувство легкой растерянности, но я протянул ей на ладони три гладких яйца – основы ее домашних роботов, трех Таташек. Алиела облегченно улыбнулась и на мгновение прижалась ко мне, а потом резким движением бросила их в зал. Еще в воздухе они обернулись сначала в обычную свою форму, коснулись ногами пола, оттолкнулись, кувыркнулись – и вот уже на пол тяжело приземлились три металлических робота.

Ментал буквально взорвался чувством восторга. Роботы достали из воздуха свои инструменты, а самый главный из них проскрежетал:

– Уважаемые леди и джентльмены! Начинаются соревнования роботов-гитаристов. Роботов-гитаристов…

Алиела перемахнула туда же, на ходу доставая из кольца гитару, а я последовал за ней, ощущая, как она заводится, и привычно цепляясь на ее волну, подпитывая и подпитываясь. И понеслась…

Одна композиция сменяла другую, зал неистовствовал и сопереживал так, как никто другой. Это была одна общая волна, на которой мы все вместе то поднимались к вершинам чувств, то проваливались в бездну почти бессознательного. Играли и пели пополам веганские и земные произведения. Разумеется, главным исполнителем была Алиела – без ее ментального излучения переживаний ничего бы не вышло. Даже я в этом отношении несколько беден по сравнению с ней. Ну а веганцы, не избалованные реально крутыми ментальными исполнителями, были буквально куплены нами.

Последней композицией пошла «Лакримоза» Моцарта, сопровождаемая космическими видами, за которыми никого и ничего не было видно. Чистый и звонкий голос Алиелы пробирал до самой глубины души, заставляя трепетать каждую клетку моего организма. И не только моего – внутри зала среди всех присутствующих стоял мощнейший ментальный резонанс. Такое ощущение, что стены ему тоже подчинялись. Да их и не видно было за космическими проекциями Вселенной.

И мне очень и очень было трудно сделать это. Буквально пришлось отрывать от сердца…

После последнего звука в зале заседаний наступила тишина, и продлилась она час и двадцать пять минут. Все это время присутствующие сидели молча, переживая снова и снова свои ощущения, наслаждаясь чистотой своих мыслей и внутреннего обновленного состояния. Космос постепенно таял, проявляя сквозь себя привычную окружающую обстановку. Когда что-то уже можно было рассмотреть, то стало ясно, что площадка, на которой несколько часов находились те, кто буквально играл на струнах души присутствующих, полностью пуста. Пропали и сами исполнители, и роботы, и инструменты. Этот день, и это выступление, и эти чувства, что были вызваны здесь, запомнились присутствующим надолго, а многие из них потом вдруг обнаружили странную притягательность к некоторым из тех, кто был рядом, поначалу попав в довольно неудобную ситуацию. Те пять вдруг образовавшихся пар с совместимостью «десять», хоть и не императорского уровня, потом были счастливы и передавали запись и воспоминания того концерта своим детям, стараясь этим самым что-то объяснить им, то, что словами было не рассказать. И мучились от осознания того, что все-таки не могут передать всего, а может, даже и самого главного.

Многие из тех, кто избежал участи образования достаточно неудобных совместимостей с малознакомыми людьми, по возвращении домой к своим половинкам и четвертинкам (многие из них имели по два-три супруга) тоже вдруг обнаруживали резкий скачок в уровне совместимости с ними, что, разумеется, не могло не радовать. И долго все сожалели, что подобных концертов этих исполнителей на Версалии больше не было. Никогда.

Млечный Путь, рукав Ориона, в районе Земли

Предпоследняя бусинка наконец перестала мерцать и застыла в каком-то непонятном промежуточном состоянии. Казалось, Вселенная на мгновение замерла, раздумывая, какой цвет ей придать. Два существа буквально превратились в истуканов, замерев, и даже не дышали, будто боясь спугнуть задумавшуюся реальность. Но реальность осмотрелась, хмыкнула на застывшие фигуры и толкнула в нужную сторону мгновение, превратившееся в данный момент в шарик на вершине горы, и…

Оба существа отмерли, с явно излучаемым удовольствием глядя на жемчужину, загоревшуюся ровным и устойчивым голубым светом. На их лицах даже появились подобия улыбок, и они уже спокойно посмотрели на последнюю бусинку, продолжавшую гореть ровным серебристым светом. Тогда существа одновременно дотронулись до нее своими пальцами, и бусинка замерцала в привычном «еще-ничего-не-решенном» состоянии, меняя свой цвет с серебристого на голубой и обратно. Туда и обратно. Тик-так.

Тик. Так.

Ник

Собственно, мою идею какое-то время побыть вдали от Версалии Алиела поддержала уже через несколько дней нашего пребывания на ее родине. В этом хорошо помогли и допросы, проводимые соответствующими спецслужбами, пусть допрашивали и не как преступника, но все же. Тем более что легкий вариант ментосканирования, на который они с матерью согласились, ничего не дал. В общем-то, из-за того, что они просто были свидетелями и участниками, но не преступниками, к ним так мягко и отнеслись. Вообще, Алиела и не возмущалась, принимая это как должное.

Меня же они до времени не трогали просто потому, что особой опасности конкретно от меня не видели, несмотря на некоторые проявленные «чудеса», а может, как раз поэтому. В любом случае, как обычно и бывает, сначала решили понаблюдать за мной, тем временем допрашивая Алиелу и разбираясь с делом.

А вот когда ментосканирование Алиелы ничего не дало, им пришлось ее допрашивать на словах. Конечно, это я постарался, чтобы ничего у них не вышло. И пришлось им допрашивать мою любимую, так сказать, вручную, по старинке, с чем у них, как я убедился, без возможности использовать разного рода ментальные манипуляции, дело обстояло не так чтобы очень. Потому и выматывалась Алиела не по-детски. При этом заработав сильное желание свалить отсюда куда-нибудь подальше. Хоть на ту же Землю, хотя и другие варианты рассматривались. Но там сложнее – корабль просто не выпустят из системы, да и вообще, достать его, как оказалось, не такая и простая задача. Так что оставалось действительно только телепортнуться на Землю.

Но и просто бросать дело на полпути не следовало. Достаточно быстро я понял, чем именно мы можем заинтересовать местные власти и что они не захотят терять, – да-да, пресловутая совместимость императорской «десятки», – и прикинул, как можно сделать так, чтобы и от нас отвести угрозу, и чтобы местные интерес подрастеряли хотя бы на время.

С помощью знаний атлантов и локальных астральных заморочек я довольно быстро понял, что делать, – грубо говоря, необходимо было задать кое-каким слоям местного астрала другую частоту его взаимодействия с живыми существами. По моим расчетам, на эту частоту нужно было повлиять и задать ей необходимые характеристики таким образом, чтобы внесенные изменения самоподдерживались. Что именно накладывать на эту несущую частоту, тоже уже понятно – разумеется, то, что генерирует императорская «десятка». Но, конечно, не так акцентированно и сильно, как это получалось у нас с Алиелой. Просто лучше, чтобы работало долго и постепенно, чем быстро и непонятно. А на дальних дистанциях долгое нахождение при таком влиянии приводило к определенной норме организм конкретного существа, и оно потом переставало замечать его.

А вот как все это провернуть – был вопрос. Но хорошо, что все-таки получилось, хоть это и выпило из меня кучу нервов и моральных сил. Поэтому я даже не стал ничего придумывать с теми веганцами, что хотели, чтобы мы с Алиелой сдохли. Хотя мог сделать с ними что угодно – и чтобы они сами сдохли, и чтобы мучились долго… нафантазировать можно много чего, но мне было уже все равно, если честно. Они перестали выглядеть в моих глазах смертельными врагами. Ну просто что-то там пыжатся и что-то думают про себя… Не знаю даже, как объяснить, может, и зря. Но решил отдать все на откуп местным спецам и выбросить из головы эту бодягу.

Кто есть кто в местной власти, я с помощью кристаллов разобрался и нашел одну службу, которая занималась контролем работы прочих служб Версалии. Но в данном случае они все продули чисто потому, что и у них было одно ограничение: они не могли следить за всеми подряд или за кем хочется, нужны были значительные аргументы для подобного, поэтому просто не увидели опасных тенденций. Да и кристаллы, собственно, напрямую ни за кем не следили. В общем, тут такая хрень сложная у них во взаимоотношениях служб, что я в какой-то момент плюнул и сфабриковал нужную ситуацию и пояснения.

Дольше пришлось выдумывать, каким образом я смог законтачить с кристаллами. Если совсем просто, то выходило так: некий землянин заподозрил, что его с совместимой пытаются убить, и в какой-то момент размышлений о сущем привлек внимание кристаллов своими ментальными колебаниями (частично кристаллы все же мониторили ментальные излучения, хоть и в узком диапазоне). Вернее, не совсем своими, а пары уровня императорской «десятки». А у кристаллов, мол, есть секретный протокол по мере возможности следить за такими парами и охранять во благо империи (старая формулировка тех времен, когда этот протокол предположительно создавался, а было это именно в эпоху последней империи, на самом деле – во имя граждан Версалии). Ну и понеслась – мол, они вышли со мной на связь, я предоставил свои мысли, отталкиваясь от которых кристаллы стали собирать информацию, ну а я тут получился как бы и ни при чем, хоть и тем, на ком эта ситуация сходилась. Свои записи наблюдений отдал кристаллам, они переформатировали их под свои форматы – и привет! Вот такую штуку я замутил. Натянуто получилось, но сработало, а это главное.

Меня или Алиелу никак нельзя было исключить из этой картины, так как кристаллы заточены все же несколько для иного и сами собой никак не могли организовать за кем-то слежку, поэтому надо было кого-то сделать точкой отсчета. Алиелу и ее родных я не хотел подставлять, так как не знал, к чему это приведет, поэтому точкой схождения ситуации стал сам. Да, я мог надавить на кристаллы, но их нетипичное поведение бросилось бы в глаза, поэтому рискнул собой, если это так можно назвать.

Собственно, у службы внутреннего контроля практически и не возникло особых вопросов. По крайней мере, сейчас, но я знал, что после разрешения данной ситуации интерес ко мне вспыхнет с новой силой. Но это уже будет другая история, которая меня пока не особо волновала, тем более с учетом того, что Алиела с каким-то даже облегчением согласилась со мной, что Версалия – это ее дом и хорошо, что он есть, но нам надо пожить какое-то неопределенно долгое время вдали от него. Да и я чувствовал в ее эмоциях и чувствах в ментале, после того как первая эйфория возвращения домой спала, накопление негатива и отторжения. Типа побывать дома хорошо, но пора бы и…

Ну вот так мы и вернулись на Землю. И отсыпались с неделю, наверное, после того стресса, что пережили на заседании на Версалии. Вернее, не от него самого, а от последнего концерта там. Просто выдохлись. Алиела как чувствовала что-то и так сильно выложилась, что я даже забоялся за ее здоровье, – все ее жизненные показатели снизились, в том числе и ментальные. Поэтому я ее потихоньку выхаживал, не допуская появления отрицательных мыслей и чувств, и не отходил от нее ни на минуту. Ну разве что, сами понимаете, куда, – сбегать по-быстрому в тупик коммунизма или посидеть и подумать на камне мыслителя о жизни, без этого никуда.

Ник

Наконец наше затворничество закончилось. Алиела пришла в себя, и даже более того – буквально заездила меня в определенном смысле, чему я по естественным причинам был только рад. Тем более что теперь этим можно было заниматься «безопасно», хе-хе. Затем мы заскочили к Элхору, у которого все было примерно как у нас: Ксения взяла отпуск, и они вместе оттягивались то на побережье океана, то мотаясь по городам – по разным развлечениям. Сергей, сын Ксении, был очень доволен – с Элхором они наладили хорошие отношения. Что там со старшим ее сыном – не знаю, но не думаю, что есть проблемы. Ну а раз такое дело, разумеется, веганец не мог не сконтактировать с земными спецслужбами, наладив с ними довольно мягкий, устраивающий всех контакт. Как и Руана – закрутив свой жизненный путь с японцем. Что-то сомнительно, что у них получится, но кто знает, на что способна совместимость.

Побывали мы с Алиелой и на Луне. Стройка вокруг и внутри лунной станции под названием «Звезда», бывшей ранее кораблем «Луч», которую в очередной раз переименовали под давлением общественного мнения, шла так, что только искры летели. И в прямом, и в переносном смысле. На внешней обшивке красиво смотрелись эти работы. Поболтал я и со знакомыми мне лунянами. У Ветреной Особы в волосах появилась еще одна цветная полоска. Может, я тогда случайно оказался прав, предположив, откуда они у нее берутся? Уточнять не стал.

У Алиелы, на удивление, не забрали доступ на веганскую лунную станцию. То ли забыли ей обнулить его, то ли не посчитали необходимым. А там было много технологических вкусняшек, которые я с удовольствием скопировал себе. Просто многие вещи, что они делали, я не смог бы воспроизвести, не зная, что там за процессы происходят. Например, вот как мне понять, как работает анализатор солнечного состояния? Наводишь на Солнце, и тебе выдаются все характеристики, прогноз развития с разбивкой на множество слоев, наличие или отсутствие экранированных объектов рядом с ним (кораблей, например, которые подзаряжаются дармовой энергией) и так далее. Наверное, и я смогу это сэмулировать, только нет соответствующей теоретической подготовки, без которой ничего не сделаешь.

Или же аппарат по разложению на несвязанные молекулы или атомы разного рода материалов. Вот есть у тебя кусок чего-то или порошок, и ты точно знаешь, что в нем есть, например, железо, наводишь, жмешь кнопку – и скоро это железо, превращенное в атомную пыль, постепенно засасывается в аппарат, как в пылесос. Ну или не засасывается, как решишь. А там, например, может собраться уже в бруски. И как уж он там следит, чтобы не возникло отрицательных последствий разрушения всех этих атомных цепочек, дело темное. Вообще, шокирующий аппарат, который можно использовать и как оружие. Впрочем, у него есть значительные ограничения как по дальности, так и по объему обрабатываемого материала, да еще какие-то другие технологические ограничения, так что можно не бояться этой вундервафли.

Собственно, там много чего еще было, что я без зазрения совести копировал, благо восстановленные из скопированной информструктуры веганские объекты продолжали нормально работать. Все, что им нужно было для работы, было прописано в них самих на физическом уровне и спокойно восстанавливалось. Кое-какими вещами я с согласия Алиелы поделился с землянами, но, разумеется, не со всеми. Хотя проведя аудит того, как они обращаются с переданными ранее им технологиями и знаниями, остался доволен, так что можно было бы и побольше отдать, но тут уж Алиела намертво встала на путь отрицания. Ну да ладно, там еще годы и десятилетия землянам ковыряться в наследии.

На Версалии пока никак не отреагировали на контакты веганцев с землянами. Но Ойла сказала, что особых проблем это не вызвало, хотя для выработки определенного отношения и собирались различные службы, так или иначе связанные с работой в космосе и общением с инопланетными расами. Пока ничего не решили.

С хостисами вроде бы начались осторожные пляски с бубнами в сторону налаживания отношений. Осторожные – потому что, обжегшись на существовании довольно мощной группы, считающей, что наличие постоянного врага – залог развития цивилизации у себя на Версалии, предположили наличие таких же настроений и у хостисов. Так и оказалось – не ошиблись. Поэтому там пока все сложно, но процесс идет. Это нам рассказала Ойла по большому секрету, тем более что говорить она могла без опаски – перехватывать связь через болталку еще никто здесь не научился. Да и вряд ли научится в ближайшие пару тысяч лет. Или десятков. Или сотен.

А вот пропажа меня и Алиелы весьма расстроила службу внутреннего контроля. Да и не только ее, были еще желающие с нами пообщаться, но нам это было совсем не в кон, и мы так и остались «пропавшими». При очень сильном желании нас несложно было бы вычислить, с возможностями веганцев, и даже найти на Земле, и это вызывало некоторую смутную внутреннюю тревогу у Алиелы, уж не знаю почему, и иногда мешало нам наслаждаться покоем, собой, жизнью.

А Драко вернулся ко мне. И попросил его снова называть Драко, так как Шушилла оказался слабаком, и называться так теперь для Драко западло. Ну это я на пацанский перевел, интонации которого прослеживались в ментальном выражении моего дракончика.

А потом я залип на новый проект, в котором мне с удовольствием помогала Алиела своими веганскими научными знаниями, коих у нее оказалось столько, что иному нашему академику и не снилось. Вот как это в ней все совмещается, а? Жесткость и мягкость, огромные знания и глуповатость, причем такая, что хочется обнять и не отпускать, чтобы этому глупенькому существу жестокий мир не нанес в душе никаких ран. Или я что-то до сих пор не понимаю в женщинах.

Параллельно начал уже ее подтягивать, но пока в энергетике. Все-таки у их расы из-за переразвитой ментальной сферы образовался дисбаланс энергий и частот организма, ни в коем разе не опасный, но в каком-то смысле зафиксировавший их развитие в сторону более разнообразного энергетического управления, в частности в сторону магии. Зато для чародейского направления тут почти никаких ограничений не было, но мне-то надо, чтобы она в один прекрасный момент стала инфомагом! Ну вот хочу.

Так вот, этот новый проект. Несмотря на то что у землян теперь был огроменный задел на развитие в космическом направлении и его никто не собирался упускать: это и контакты с эридянами, и переданные веганские космические технологии, и найденные на земле старинные аппаратусы… – но путь был очень длинным и грустным, я бы сказал. Поэтому меня зацепила идея космических врат, для реализации которой у меня, собственно, было все. Только надо это соединить, объединить, запрограммировать и запустить. Легкота, чего уж там.

Но самую большую расчетную часть сделала Алиела. Я просто в осадок упал. Стоило ей дать безграничные вычислительные возможности моих инфосерверов, как… я в первый раз увидел, как они выходят на полную нагрузку. Ну не все, но два – точно. Вот реально, никогда еще они у меня не превышали уровень загрузки в несколько процентов, ну десяток может, а тут… Даже во время телепортации нет такой нагрузки на телепортационный сервер. Я даже немного покомплексовал, но потом для себя решил, что и сам бы справился, но, может быть, немного по-другому, может быть, подольше, все с теми же несколькими процентами загрузки вычислительных мощностей, но получил бы такой же результат! И вообще, может быть, это у нее алгоритмы неоптимальные были! Вот!

Ну а получившийся движок у нас выполнял поисково-транспортную функцию. Если совсем упрощенно рассказать, то можно было задать разного рода условия, которые должны существовать на какой-то планете или просто в космосе, переконвертировать эти условия в формат частотно-волновых характеристик, дальше уже работал этот движок, формирующий более полные условия, скажем так – приближенные к реальности. Например, там подмешиваются частоты нашей Галактики, потом расстояние, например, от Земли, наличие или отсутствие какой-либо звезды определенного типа и так далее. Потом по этим частотно-волновым характеристикам производился микротелепортационный прыжок, даже не прыжок, а перемещение нематериальной информструктуры датчика, производящего снятие нужных первичных физических данных, которые затем передаются обратно уже через инфосеть, где, как мы помним, расстояния не играют роли. Собственно, если прыжок уже произошел, то можно считать, что параметры подобраны верно и частично заданные условия существуют. Этот прыжок, кстати, не гарантирует, что ты попал прямо на ту планету, которую искал, это лишь говорит, что где-то рядом она есть. А это «рядом» может и до нескольких световых лет растягиваться, пока совсем уж точно не подберешь координаты. Поэтому там и расчеты такие мощные на всех этапах. Там, кстати, можно и не на планету прямо прыгать, а в космос рядом, тут и космические технологии пригодятся.

Когда через месяц все это заработало, радости моей не было предела. Разумеется, в первую очередь отработали прыжки на планеты Солнечной системы, благо тут рассчитывать было легче всего: почти все параметры под рукой и буквально за день можно все отладить. Еще проверяли движок по Версалии. Задали известные по этой планете параметры, но не все, конечно, только основные, как будто ищем неизвестное, но кое-что предполагаем, потом задали расстояние от Земли, прочие параметры и… за неделю нащупали. Ну как-то так. Думаю, земного типа планеты все-таки можно будет так найти.

Потом мы с Алиелой оттягивались, благо Земля могла предоставить много развлечений на любой вкус, не только в России, разумеется. Собственно, для нас с подругой разницы особой не было где тусоваться, уровень нашей безопасности был уже настолько велик, что мы бы выжили и в эпицентре ядерного взрыва, хотя всякие хитрые подходы, может быть, и могли бы сработать, но чего не было, того не было.

Закончилась загрузка местного Интернета мне на специальный инфокомп, прикрученный к моей информструктуре. Но этот процесс был не одноразовый – остались связи со сборочной структурой, которая постепенно по мере возможности обновляла данные у меня, фактически сделав таким образом полную обновляемую бекап-копию сети, пусть и с некоторым отставанием от оригинальной.

С кристаллами на Версалии связь также не была прервана. Чегой-то они не захотели разрыва отношений. И вдруг почему-то у них прорезалось какое-то чувство, которое я бы назвал любопытством, – их кристаллическая сеть вдруг, без инициации этого процесса веганцами, грубо говоря – по собственному почину, заинтересовалась окружающим миром и Землей в частности, а также чем я занимаюсь. Ну я немного о себе рассказывал им, что не считал критичным. Услышав о копии Интернета, они вдруг предложили такую же штуку сделать и с их знаниями, но с одним условием: чтобы она хранилась именно на кристалле, который будет у нас.

Сначала они предложили проапгрейдить Алиелу в этом плане, но мы с подругой отказались – не хотелось вносить дисбаланс в ее уже потихоньку перестраивающийся организм. По-моему, кристаллы даже обрадовались, по крайней мере, у меня возникло такое ощущение, и предложили другой вариант – типа браслета, усыпанного кристаллами. Они хоть по своей структуре и аморфны, но могут принимать и желаемую форму. Собственно, и сам браслет был из кристалла-основы. Забавно, но, покрутив этот браслет в руках и пообщавшись с ним ментально, я понял, что это фактически отдельная колония кристаллов, поддерживающая связь с родительской. Прямо даже мысли разные появились о размножении и порабощении вселенной кристаллами. Впрочем, не похоже на то, у них основной побудительный мотив «жить – это служить и копить информацию». Похоже, это все-таки какая-то странная, но форма жизни. А к информации внутри них у нас теперь был полный доступ. Конечно, круто, но пока ничего не дает, кроме перспектив на будущее, – разбираться-то со всем этим нужно, а информации там ой как много!

От них я узнал, почему веганцы так странно отреагировали на информацию о параллельных мирах и то, что их интересует только этот мир. Оказывается, давным-давно они сюда попали из одного из параллельных миров. И кристаллы с собой притащили – они уже тогда с ними сосуществовали. Вот так вот. Что уж там у них случилось, почему они сюда перешли, о том история и кристаллы умалчивают.

Ну и защиту Солнечной системы довел до ума, тут времени много не потребовалось. Фактически надо было только сделать командный пункт, а уже варианты воздействия на противника я предложил просто россыпью. Ведь если мои системы нащупали информструктуру врага, то сделать с ним они уже могут все, что угодно. Распылить, трансформировать, забросить на Солнце, да хоть телепортировать за пределы системы! Ну или вообще размазать в пространстве, задав неопределенные характеристики прыжка. Центральный пункт сделал в лучших традициях своей современности – многокилометровые апартаменты в горах Урала. При всем желании никто не догадается, где это, да и сканировать из космоса проблематично.

На создание и облагораживание его ушло не более нескольких дней, тут мы вместе с Алиелой поработали дизайнерами – я свои примочки, нравящиеся мне, сделал, она – веганские. И трудно было сказать, где было лучше. Мне нравилось и там и там. Ну и добраться туда можно было только телепортом. Никаких иных связей с поверхностью не было. Кстати, в процессе создания подземелья нашел несколько древних городов и бункеров времен Советского Союза. По крайней мере, соответствующая символика там присутствовала. Трогать я ничего не стал, пусть остаются как память, но телепортационный доступ туда вывел, вдруг заинтересует историков или военных. Мой новый командный пункт лежал значительно ниже, так что даже можно было бы сказать, что в какой-то мере прикрывался старыми системами.

Когда я все это вывалил на голову Орлова, он, как говорится, просто сел на задницу и долго ничего не мог сказать.

– Ладно, не благодари, – хмыкнул я. – Можешь даже вообще ничего не говорить.

– Ну что ж, – прокашлялся Орлов. – Да я пока и не знаю даже, что сказать… Отвлечемся тогда… Тут был запрос от структур Кораблева, вернее, от него лично. Там где-то есть проблемы, он оказался в курсе, ну и, ознакомившись с делом, решил тебя привлечь. Дело простое, но непонятное. Есть один путешественник международного класса, Легстронг, англ… Так вот, он пропал где-то в океане. Пользовался-то он нашими системами геолокации, так что кое-кто хочет вину за его исчезновение на нас переложить. Ну, в общем, для нас это хоть и мелочь, но неприятная в некоторых областях.

– Что, с концами пропал?

– Хуже того. Мы, в общем-то, быстро нашли место пропажи и отправили туда спасательный РОКОМ, но и он пропал. Тогда мы перекрыли акваторию в диаметре нескольких десятков километров и стали исследовать. Собственно, аномалию мы сразу там нашли, почему и отправили автономный модуль спасения и стали исследовать ее. Сейчас мы в тупике. Ну и тут Кораблев про тебя вспомнил. Глянешь?

– С удовольствием, – кивнул я, – а то уже все надоело. Вроде дела все довел до продакшна, заказчику, то есть вам, сдал. Ну или почти сдал. Оставлю вам многоразовые мемокопии-обучалки для всего этого барахла – и свободен как ветер! – Я потянулся и зевнул. Погладил ногу спящей рядом Алиелы: – Скинь координаты.

– Сам доберешься?

– Угу.

– Ладно, звякнешь, как что узнаешь.

– И море бурное ярится, и солнце спряталось вдали… – процитировал я пришедшие в голову чьи-то строки, глядя, как под нами с Алиелой бушует океан.

Огромные серые волны взлетали на десятки метров, небо было затянуто почти черными тучами, периодически высверкивающими молниевыми разрядами. Ветер выл и стонал, разрывая или запрессовывая воздух чуть ли не в твердую основу. Мы с Алиелой висели в воздухе на большой высоте, но даже досюда порой добирались волны, обливая наш шар солеными брызгами. Пока я любовался видами, Алиела достала какой-то прибор в виде ромба, и тот на ее ладони засветился, разбрызгивая в стороны капли света и его извивающиеся ленты, устремившиеся в разные стороны. Красиво работают приборы веганцев.

Пока Алиела занималась своим, я пытался разобраться с тем, что видел сам. Энергетика этого места тут буквально взбесилась. Поля закручивались, сплетались, распадались, но главное, что я наблюдал, – огромную энергетическую дыру в пространстве диаметром примерно с полкилометра. Эта дыра работала как насос – то в нее энергия проваливалась, то, наоборот, изрыгалась обратно, правда, вроде как слегка другая. Единственная мысль, что мне пришла в голову…

– Это нестабильный портал в другой мир, – созвучно моим мыслям вынесла приговор Алиела.

– Его можно стабилизировать? – заинтересовался я.

– У меня такой возможности нет, – глядя на визуализированную мной энергетическую картину, ответила подруга.

– Похоже, наша пропажа попала сюда. Как думаешь, он жив?

– Почему нет? Если он был на яхте и у нее достаточно высокие показатели прочности, то есть она могла его защитить, – вполне возможно, что и жив. Только времени много прошло, да?

– Ага, уже где-то полтора месяца в совокупности.

– Что будем делать? – спросила Алиела, глядя на меня.

Я вздохнул:

– Как там твоя мама меня называла? Энергетический управленец? Попробуем как-нибудь стабилизировать его, что ли. Не получится – ну и хай с ним, получится – посмотрим. В любом случае просто так туда соваться нет никакого желания.

Алиела поцеловала меня.

– Ты справишься, – улыбнулась она.

Это было… сложно. Почти три дня я боролся с энергиями, пытаясь их как-то стабилизировать или гармонизировать. В какой-то момент подключилась та колония кристаллов и дала мне довольно разумные советы, визуализируя свое понимание происходящего. Да чего уж там, без них я бы не справился стопудово! Все-таки как мало я знаю! Зато силы немерено, хе-хе. Сила есть – ума не надо! Да ну, как показывают события – надо! И побольше, побольше!

Море успокоилось, небо очистилось. И только в воздухе, слегка касаясь поверхности океана, светился слегка наклоненный эллипс червоточины в другой мир. Это я его подсветил. Эллипс слегка шевелился и иногда превращался в круг, а потом со временем снова уходил в эллипсоидную форму. Зато с энергетической точки зрения тут все было гвоздями прибито, не подкопаешься. Но вымотался я сильно, скорее психологически, физически-то я быстро себя в норму привел.

Отдохнув, связался с Орловым, он подключил Кораблева.

– Ник! Что там такое творится? Из космоса вид был – просто мозги выносил!

– Думаю, вы уже догадались – это проход, дырка, червоточина, как хотите называйте, в иной мир. Может быть, параллельный, может быть, просто на какую-нибудь планету в нашей Вселенной. Скорее всего, туда и провалился ваш путешественник и РОКОМ.

– А ты что сделал? – полюбопытствовал Кораблев.

– Да хрен его знает! – Я почесал затылок. – Но, кажется, мне удалось стабилизировать этот канал.

– А закрыть его можешь? – забеспокоился Орлов.

– Вероятно, да. Что думаете делать?

– Не знаем. Может, снова отправить РОКОМ?

– Может быть, – кивнул я. – Возможно, предыдущий не смог вернуться просто потому, что с той стороны выход сместился, а РОКОМ ведь не видит прохода… Или видит?

Кораблев покачал головой:

– Скорее всего, нет. На таком уровне энергетику, как ты, он не воспринимает.

– Ну вот. Может, и нашел он Легстронга, да вернуться не смог. Ну или не нашел. А сейчас, скорее всего, канал стабилизирован, и я думаю, что с той стороны тоже. Ну и точки входа-выхода.

– Ладно, мы туда пригоним пару военных БРОКОМов, мало ли чего оттуда может вылезти, а ты можешь там еще побыть и проконтролировать ситуацию? Мы пока посовещаемся тут, пока соберем всех, кого надо…

– Без проблем, – кивнул я. – Я вообще могу сделать так, что никто не пройдет. Ну, типа пропускной системы. Если что попадет сюда, то в аналог карантина, а вы с этой стороны уже будете решать, что делать дальше – то ли пропустить, то ли уничтожить, то ли вытолкать обратно. Сейчас я это уже, кажется, смогу сделать.

– Делай, – подтвердил Орлов одновременно с Кораблевым.

Скоро к исследовательским кораблям, довольно навороченным, кстати, присоединилось несколько боевых роботов, то есть БРОКОМов с изменяемой формой, сейчас выглядящих как какие-то футуристические конструкции, и наконец появился спасательный компактный РОКОМ размером где-то десять метров на пять на три в транспортном состоянии в виде бруска. Но при активации он быстро трансформировался в рыбную форму и стал похожим на кита. Ныряя и выпрыгивая из воды, он помчался к порталу и в конце, выпрыгнув аж на двести метров, нырнул прямо в его центр.

– Связь пропала, – доложили мне.

Через сутки РОКОМ не появился, хотя должен был всего лишь нырнуть и сразу вернуться.

– Что посоветуешь? – спросил Кораблев.

– Пока не знаю, – пожал я плечами. – Надо подумать.

– Ладно, давай еще сутки подождем, а потом… Будем решать. Сможешь закрыть переход?

– Без проблем.

Мы с Алиелой занимались ничегонеделанием. Заслужили. Так впахивать и не похвалить себя, не наградить заслуженным образом? Хех! Ищите дураков. Только разврат, только хардкор!

Мы с Алиелой лежали на шезлонгах в уютной пустынной лагуне на необитаемом острове. Алиела лазила в астрале, я просто любовался видами, кося одним глазом на обнаженную подругу. Все-таки красивая она у меня! Глаз не оторвать!

Алиела шевельнулась и вздохнула. Открыла глаза и взяла стакан с рядом стоящего столика.

– Что интересного нашла? – спросил я, чтобы хоть что-то спросить.

– Лазила в астрале, хотела найти, где ты успел наследить, и посмотреть… Ты знаешь, что тебя уже в каких-то фэнтезийных фильмах рисуют? Правда, скорее всего, это пока только в чьем-то воображении, и довольно тускло, но тем не менее. Ты мне как-то показывал мемокопию своих приключений на Лунгрии, вот что-то на эту тему. Я бы подумала, что это просто отражение твоих воспоминаний, но там явно кто-то другой упоминает тебя. Причем часто просто по имени, а оно, согласись, довольно редкое – Ник Админ Рутович. Это ведь самоназвание?

– Угу, – кивнул я. – А можешь привязать эти картинки к местности на Земле, чтобы хотя бы примерно определить, откуда они идут?

– Сейчас попробую. – Алиела снова погрузилась в астрал.

Я же пока прикидывал, все ли я сделал срочное? Все ли мысли реализовал в отношении Земли? И как я ни крутил, выходило, что вроде как да. Теперь можно долго и вдумчиво все это развивать, причем все делалось таким образом, чтобы в развитии участвовали обычные люди с их технологиями, а на крайний случай – с помощью одаренных…

От мыслей меня отвлек легкий вскрик Алиелы:

– Ник! Я нашла, откуда это идет! – Она возбужденно вскочила и уселась верхом на мне. Упершись руками мне в грудь, прошептала: – Это идет из того места, где мы нашли тот портал в параллельный мир!

– Ну, не мы нашли… Что? Хочешь сказать, что это выход на Лунгрию?

– Там точно идет как будто поток астральный, но медленный, почему я и не заметила сразу. На самом деле он двунаправленный, картинки и информация смешиваются и частично гасятся, поэтому и тускло все. Но это точно оттуда идет!

– Хм… А что ты так возбудилась?

– Да вот что-то подумалось и захотелось посмотреть, как живут в мире, полном магов.

– Ты же понимаешь, что это опасно? Не в плане опасностей того мира, а то, что мы можем не вернуться? Вот схлопнется портал – и все.

– Ну да, твои прыжки туда-обратно и вот сейчас появление доступного портала явно случайны, хоть и подозрительны, с точки зрения теории вероятностей.

Алиела развернулась прямо на мне и улеглась спиной на моей груди. Хм… Тяжеленькая, но приятная-а-а… Я снова вдохнул запах ее волос. Алиела как-то заметила, что я тащусь с него, и стала меня то ли поддразнивать, то ли прикалываться, иногда вот так подставляясь, чтобы я чувствовал его или не забывал, что ли.

Немного помолчав, Алиела задумчиво сказала:

– Ты знаешь, я тут недавно думала о нас с тобой, о себе, о жизни… и вдруг поняла, что уже не могу представить свою жизнь без тебя… Не банально звучит?

– Продолжай. – Я поцеловал ее.

– И вот как представлю себя на Версалии без тебя, и становится так… серо и не по себе, что хоть буньшей рычи. И так хочется чего-то нового! Земля мне тоже уже как родная, но это как второй дом. А хочется раздвигать горизонты! Я, может, только сейчас стала жить по-настоящему. Только ты не смейся, ладно? Я знаю, что это все звучит банально и, может быть, даже смешно, но я не могу подобрать других слов… И даже если вдруг так получится, что назад вернуться будет нельзя, но я буду рядом с тобой, а ты со мной, то мне совсем не страшно.

– Я понял тебя, – медленно сказал я, проведя рукой по волосам Алиелы. – И спасибо, что сказала это. Мне тоже без тебя уже никуда. Собственно, в личном плане, в плане личных взаимоотношений, в моем случае программа выполнена на все сто и мне никто другой не нужен. С другой стороны, боязно подвергать тебя опасности. Всякое может случиться. Так-то я тебя постараюсь прикрыть со всех сторон, пока ты еще куколка в магическом плане, но… все равно страшно потерять тебя. Хочется холить тебя и лелеять.

Алиела тихо рассмеялась:

– Спасибо, Ник! Это было очень и очень приятно. Только не забывай, я все же боевой офицер, пусть и в отставке. И хоть и женщина, но не беззащитный цветочек.

– Это я прекрасно знаю, – буркнул я. – Ладно. Тогда давай готовиться с расчетом на то, что можем и не вернуться. Ну там, родных в известность поставить в первую очередь, а то это последнее дело – просто так пропадать. Сразу успокоить: что бы ни случилось, с нами будет все хорошо. Потом ты свои причиндалы со станции пересмотри, может, что еще нужно взять, кроме тех штучек, что ты уже брала.

– Личные корабли, может, возьмем со склада? Ну, в цифре, как ты это делаешь. Мне иногда хочется полетать на них – ностальгия.

– Хорошо. В общем, рассортируй там все, а я у себя тут все соберу. – Я развернул ее лицом к себе и замер в долгом поцелуе.

Сестра грустно смотрела на меня.

– У меня такое чувство, что больше тебя не увижу, – сказала она.

– Брось! – улыбнулся я. – Расстояние значения не имеет. Имеет значение только знание, что со мной все в порядке, а для меня – что с вами все в порядке. Может, еще встретимся, тем более что еще ничего не определено. И передай своей дочери слова: «Вах, какая женщина!» Она поймет.

– Николай… – Я повернулся к Орлову и пожал ему руку. – Я там на портале поставил фильтр, как говорил. В первую очередь он нужен, чтобы сюда не пролезли боги. Если с той стороны – тот мир, о котором я думаю, то там с этим делом не очень хорошо обстоит. Могут бед наделать. Поэтому ну их на фиг!

– Согласен. А что, если еще какой случайный портал появится?

– Не думаю, что там так все просто – до сих пор же не пролезали. Но, конечно, может быть, с той стороны просто вовремя никого не было из них. Но здесь проще – я завязал на центр защиты системы еще и контроль порталов. В общем, если что-то подобное появится еще, то система автоматом будет ставить подобный фильтр. Не уверен, что это правильный подход, – возможно, такие проколы нужны для сохранения стабильности мироздания, но уж точно не для обмена богами. Поэтому, извини, фильтр только на богов и прочих энергетических сущностей. С остальными, думаю, вы справитесь и сами.

– Но пасаран! – Орлов вскинул кулак.

– А то! Ладно, бывайте, мне еще много кого надо посетить. Что-то говорит мне, что это действительно необходимо.

Напоследок оглянувшись и запечатлев в памяти двор имения Орловых со стоящими на крыльце сестрой с мужем, я телепортнулся. Еще Катьку надо встретить, дать ей полный доступ в свой дворец, ну и Орлову с сестрой тоже, и так далее…

Умник, зараза, решил остаться. Впрочем, все к тому шло.

– Ну что я не видел на той Лунгрии, а? – бухтел он, виновато отводя глаза. – А тут мне дело дают. Мелкий, опять же, на моем попечении…

Я рассмеялся и хлопнул его по плечу:

– Не менжуйся, Умник! Ты уже давно перерос роль помощника и тем более слуги. Даст Творец – встретимся. Раз так, могу я рассчитывать, что, если не вернусь, ты тут присмотришь за всем? Мои вкусы и жизненную позицию ты знаешь чуть ли не лучше меня. Вот, ориентируясь на это… Только без ребячества!

– Не беспокойся, Ник, – заулыбался Умник. – Усё будет как в лучших домах Америки!

Я покачал головой, кивнул Гаврошу и ушел.

И все равно – гад он!

Здесь была ночь. Портал таинственно мерцал в темноте, навевая мысли о несбывшемся. Мы с Алиелой, взявшись за руки, висели над океаном и смотрели на портал. Отсюда я чувствовал легкое дуновение маны, буквально совсем чуток, – тот мир неохотно отдавал то, чем дышит и живет. И еще – там действительно Лунгрия: я смог уцепиться за свой карман, оставшийся в том мире. С ним ничего не случилось, никто в нем не лазил. Если портал не схлопнется, если для этого достаточно будет моего укрепления, то, может, еще и не все потеряно, может даже, с родными будет возможно общаться. Ладно, хватит тянуть! Прижав левой рукой Алиелу за талию покрепче к себе, я отпустил гравитацию, и мы упали в самый центр портала…

Млечный Путь, рукав Ориона, в районе Земли

Вот и последняя жемчужина загорелась синим светом. Два существа облегченно улыбнулись друг другу так известной всем участникам комитета улыбкой натуральных центаврийцев, дарящей умиротворение и гасящей внутренние конфликты на уровне души любого существа.

Один из них махнул рукой и собрал жемчужины в руку, потом посмотрел на своего спутника:

– Пора?

– Пора!

Реальность поплыла, и скоро на центаврийской базе ничего не напоминало о том, что тут кто-то был. Буквально через минуту после этого события база снова стала просыпаться, а в комнате появились точные копии только что пропавших существ. Первый из прибывших продолжал по инерции говорить второму:

– Я так и не понял, зачем нас отзывали на такой долгий срок. Теперь надо будет проверять, что тут натворили младшие без нашего контроля…

Вдруг он будто споткнулся и поднял руку. Огляделся. Потом махнул рукой, и перед ним появились какие-то светящиеся черточки, схемы и картинки. Центавриец медленно повернулся к своему спутнику:

– Это смешно, но, кажется, мы отсюда никуда не улетали и спокойно выполняли свою работу в комитете!

– Это действительно смешно, – засмеялся второй центавриец.

Общемировые новости сети, ИноСМИ, краткая подборка

Уважаемые читатели! Рады сообщить вам, что известный путешественник Джон Легстронг нашелся! Благодаря усилиям МЧС России и службе очистки, задействовавших свои наилучшие разработки в области спасения, он был найден. Яхта путешественника попала в природную аномалию, в которой не работало большинство электронных устройств, и именно поэтому его долго не могли обнаружить. Но все закончилось благополучно, жизни Джона больше ничего не угрожает, но ему придется пройти долгий путь восстановления здоровья. Давайте помолимся за него!

Новости собраны и аннотированы с помощью искина, произведенного компанией «Макронетс».

Российские СМИ, краткая подборка

Новости собраны и аннотированы системой ИИ производства концерна «Байкал».

Аномалия в Тихом океане, о которой мы недавно сообщали, локализована, и научными силами России проводится ее исследование. Спасательные РОКОМы найдены и возвращены в строй. Задачу по поиску и нахождению пропавшего известного путешественника Джона Легстронга аппараты выполнили в полном объеме в режиме полной автономности. По результатам анализа их действий будут предложены улучшения в их алгоритмах работы.

Новости собраны и аннотированы системой искина, произведенного концерном «Байкал».

Эпилог

Ник

Темные глянцевые волны вздымались до самого неба, пытаясь достичь места обитания небожителей. Но в какой-то момент вдруг, будто передумав в самой верхней точке, когда, казалось бы, осталось совсем чуть-чуть подтянуться, резко падали вниз, расталкивая массы воды в стороны, уже стараясь достичь самого дна глубокого океана, вероятно полагая, что уж тут-то будет на что посмотреть. Но, в очередной раз разочаровавшись и не достигнув результата, снова начинали карабкаться в небо. Ветер тоже не прохлаждался, а давил, дергал, тянул и бил.

Такой бури я еще не видел. Немудрено, что наш путешественник попал здесь как кур в ощип. Не помогли ему самые современные средства, напиханные в созданное по самым современным технологиям судно. Да и обычное ориентирование на другой планете не работало. Правду сказать, катер не сильно отличался от виденных мною полвека назад. Разве что обводы не совсем обычные да материал, пошедший на корпус, практически не убиваемый – вон, волны содрали с него внешнюю мишуру да прочие декоративные накладки, но так и не смогли пробить его ни напрямую, ни опосредованно. Правда, мачты не было, но она была телескопическая, и на данный момент автоматика ее сложила. Интересно, из какого материала их сейчас делают, что выдерживают такие нагрузки?

Собственно, оба РОКОМа нашли его и друг друга – современная техника спасателей просто рулит в этом плане, только вот обратно выбраться через портал не смогли – его они просто не видели. А точно зафиксировать его местонахождение с этой стороны не получалось – надежных точек привязки не нашлось. Вот и собрались в кружок вокруг частично заполненного водой катера (все-таки нашлись щели для воды), даже в этом состоянии уверенно держащегося на воде… Ну как держащегося – как плавающий топор: и вниз никак, и плавать уже не получается. Так и оставались на плаву до решения проблемы.

Нашел я их легко по пеленгу через свой УНИК. Легстронг находился в одном из РОКОМов в спасательной капсуле в состоянии, напоминающем анабиоз, – специальная фича спасательной техники – в таком состоянии человек может находиться довольно долго, даже будучи в «красной зоне», что уж говорить про более жизнеспособные состояния организма. Будить его я не стал. РОКОМы со слегка поплывшими формами по боковым линиям катера, где прижимались к нему, приняли спасательный код доступа и перешли под мое командование. Впрочем, оно мне было до одного места, а код я передал, чтобы РОКОМы не выпендривались, вдруг посчитав мои действия опасными.

Тем временем вызванный водный элементаль создал километровую площадь покоя вокруг катера и стал потихоньку подтаскивать его вместе с РОКОМами к точке нахождения портала, от которого их буря унесла уже на сотни километров. Забавно, но местный водный элементаль довольно эмоционально встретил мой вызов. Заинтересовавшись, с чего вдруг такая радость, я залез в его внутренности и с удивлением обнаружил хаотичный информационный набор данных и связей, характерный для самообучающихся интеллектов такой, как у элементалей, модели. Интересненько… Что-то я не помню, чтобы на момент моего отлета, если это так можно сказать, с Лунгрии, эмоциональные матрицы работали на таком уровне, а я их не включал, вернее, не разгонял – они вроде бы все-таки работали на минимальном уровне. Неужели произошел спонтанный прорыв? М-да… и чему они тут могли самообучиться без контроля? Или под контролем местных? Правда, в ядре у элементалей есть ограничители, но кто скажет, что при определенных умениях их нельзя обойти? А этот, похоже, из диких. Правда, все равно непонятно, чего это он так мне радуется. Ладно, это дело несрочное, поэтому оставляем связь с элементалем включенной, а профилактическое обследование поручаем одному из самых медленных потоков моего сознания – пусть тренируется, а то прям тугодум какой-то – этот поток.

Надо сказать, что и ментально тут давило нехило, благо моя защита, как на мне, так и на Алиеле, спокойно справлялась с таким напором, впрочем, способным повредить разве что обычному человеку ну или магу-двоечнику. В астрале тоже стояла мутотень, какая-то пена и состояние, напоминающее бурю в реале, однако удивительная штука – из портала выходила тонкая-тонкая астральная пуповина, уходящая за пределы этой астральной бури и растворяющаяся своим концом в глубинах местного астрала. Думаю, и на Земле наблюдается примерно такая же картина. Интересны все же законы природы, формирующие такие сложные энергетические конструкции! Теперь понятно, каким образом Алиела смогла что-то нащупать из этого мира через астрал.

Мы с подругой долго смотрели на буйство как природы, так и астрала. Веганка была в полном восторге, как, собственно, и я. Как оказалось, состояние природной нестабильности, бури, дождя, волнующегося моря, даже астрала, гармонизировали не только мою душу и энергетику естественным путем, но и ее. От же ж повезло! Восприятие энергий у подруги уже потихоньку начало расширяться под моим воздействием и контролем (на что она, конечно же, дала свое согласие), но было все еще недостаточным, мягко говоря, чтобы видеть всю красоту мира так, как видел ее я, поэтому я ей пока просто транслировал прямо в мозг то, что видел сам. Собственно, в этом был и стимулирующий эффект – любой захочет так уметь видеть мир!

Алиелу это так захватило, что она насела на меня и стала требовать то одно, то другое. А я что, я разве против? Поэтому мы сначала покатались на волнах как серфингисты. Это было что-то! Нас возносило на чуть ли не километровую высоту и потом роняло на примерно такую же глубину. Фактически мы скользили по мощнейшему цунами (знаю-знаю, что в открытом океане их почти не ощущаешь, но тут было так), только не спокойному, как у нас на Земле, а локализованному в определенном месте. Ну и поменьше волны были. Алиелу совсем не укачивало, но вот… хм… у нее этого нет, в отличие от меня, что сжималось ниже пояса во время этих перепадов, но были свои похожие ощущения, типа бабочек в животе, а когда это все делилось между обоими организмами, то почему-то не делилось на двоих, а усиливалось, и двойной восторженный крик вплетался в шум океана, теряясь на его фоне.

Потом мы просто лежали на волнах, глядя в мутное непрозрачное небо, но это быстро наскучило, и Алиела снова завелась – мы повисли над волнами так, чтобы они почти доставали наши ноги или даже (пусть!) иногда их облизывали или брызгали на наши разгоряченные лица, заставляя перехватывать дыхание, а Алиела достала из так полюбившегося ей магического кармана, сделанного мною, один из веганских инструментов – чумовую смесь инструментального подхода с духовыми вывертами, и часа на три пропала для меня и для мира, гоняя над волнами чарующие звуки веганской классики.

Не думаю, что это место Лунгрии, которое все называют «барьером», собственно, таковым и являющееся, разделяющее планету на две половинки, когда-либо слышало подобный концерт. Но считаю, «барьер» был нам благодарен – по крайней мере, некие изменения в его энергетике от игры Алиелы я заметил. Вряд ли что серьезное, но забавное – определенно.

Под ногами глухо стукнуло, когда я приземлился, если это так можно сказать, на палубу катера. Интересно было. Пошарился по каютам – понравилось. Удобно и без особой роскоши. Честно говоря, ожидал, что этот перец англ будет кем-то вроде пафосного преодолятора псевдо трудностей, но нет. Необходимый минимум приборов, минимум роскоши, заточенной скорее в сторону функционального удобства, а еще куча вещей, которые нужно выполнять руками. Нет, можно и на автоматику полностью положиться, но, как показали записи камер, снятые мной с внутренней информационной системы слежения, скорее даже передвижной студии записи, чувак определенно предпочитал все делать своими руками. Уважаю. И пусть это все транслировалось остальным, пусть где-то он работал на публику, но весь прикол в том, что работал он честно.

Я вышел на палубу и поднял голову. Со спины ко мне прижалась Алиела. Мы оба смотрели на Око Саурона – именно так выглядел для нас с ней визуализированный портал, так-то его хрен увидишь. Чуть ранее я залез в информационную систему РОКОМов, посмотрел, что они там видят вокруг, и попытался на основе существующих данных, которые видели датчики РОКОМов, написать алгоритм определения портала. Удивительно, но получилось! Впрочем, я-то знал, как каждая вибрация или движение энергетических потоков портала отражается на физический мир, и некоторые из этих отражений РОКОМы видели, хотя они и так иногда детектировались и в других, не связанных с этим случаях, но ничего особо не означали, но вот в совокупности… В общем, с помощью этого алгоритма РОКОМы теперь спокойно могли сразу определять наличие порталов и даже их границы. Правда, способны на это только крутые научные спасательные роботы, типа вот этих, но ведь могли же!

– Пора. – Я приобнял Алиелу и спрыгнул с ней за борт. По воде мы отошли от катера со спасателями и стали смотреть на их отправление. Собственно, я мог их просто закинуть в портал, но у меня появилась одна мысль, и я решил ее проверить.

РОКОМы не спеша поднялись в воздух, замерли на несколько мгновений, проверяя крепления с катером и балансировку конструкции, чтобы распределить тягловые усилия на оба аппарата, а потом так же медленно стали подниматься к порталу. И вот, когда уже они буквально уткнулись в сам портал, прошла серия информационных сигналов, переданных в силовую пленку портала на физическом уровне – при касании, чтобы враг не смог перехватить, и оно беспрепятственно пропустило их. И все. Корабли пропали. Да, я решил навесить на портал кроме защиты от богов еще и силовой барьер, который могут пройти только спасатели Земли. Ну вот такой я… Ну его на фиг! Вдруг кто-то полезет на Землю! Ну или сюда. А вообще портал-то я укрепил вроде как, но мало ли что мне кажется. Вдруг это для него лишь как маленьким гвоздиком прибить подкову на картон?

Тишина. Волны начинают потихоньку набирать силу – водный элементаль был отпущен на волю, я его подкормил биологической позитивно заряженной энергией, и он умчался в восторге. Мне только осталось в сомнении и каком-то удивлении покачать головой на эти странности.

На какое-то время мы с Алиелой замерли – вид начинающих бурление вод под светом Ока Саурона вызывал в душе странный эффект. Мрачноватый, опасный, терзающий неопределенностью душу и вызывающий непонятное беспокойство. Это тоже было кайфово. Я создал мягкий ковер, и мы уселись на него, продолжая наслаждаться тревожными видами. Я лег на спину, и Алиела тут же пристроилась рядом перпендикулярно, положив голову мне на живот.

– Вот это приключение! – пробормотала она, наслаждаясь тем, как я поглаживал ее волосы и массировал голову.

– Эй, вам помощь нужна? – Усиленный магией голос пробился через завывания ветра и разбил наше уютное интимное равновесие.

С более высоких воздушных уровней на наш опустился довольно странный агрегат и затанцевал, балансируя на потоках воздуха, пытаясь скомпенсировать рывки. Водитель этого чуда, забыв выключить громкоговоритель, ругнулась про себя, стукнула кулаком по чему-то, отдаленно напоминающему рулевое колесо, а точнее, небольшой раскоряченный треножник, и тут же вокруг сего чуда развернулись чисто магические плетения иной конфигурации, чем были до этого, из воздушной магии, которые успешно стабилизировали агрегат.

Ух! Давненько я не видел такого чистого разделения по стихиям! Аж ностальгией повеяло. Хотя, это «давненько» в общем-то чисто субъективное понятие.

Летающий агрегат представлял собой металлическую конструкцию, сваренную из металлических труб, ну или просто круглых штырей. Чем-то он напоминал автомобиль, на который забыли навесить кузов, и без колес, но это сравнение только мелькнуло. Все-таки знакомые ассоциации – домик, внутри человек держится за рычаги управления.

Но самый главный интерес и у меня, и у Алиелы вызвал водитель этого средства, так сказать, передвижения. Рыжеволосая девчонка лет двенадцати на первый взгляд, но на самом деле много старше – просто она была гномкой. На голове у нее был надет шлем довольно странной конструкции – вытянутый в разные стороны в районе ушей, спереди верхнюю часть лица закрывает прозрачное забрало. Но самое забавное было то, что в шлеме находилось несколько отверстий, возможно, для проветривания головы, но в данный момент из них наружу торчали четыре задорные рыжие косички, будто с пропущенной внутри проволокой.

Обратилась к нам девушка на гномьем. Алиела его плохо знала – мемокопии моих похождений на Лунгрии передавали в основном смысловые оттенки, хотя и значения некоторых слов запоминались, но этого было мало для понимания разговорной речи. Надо бы передать ей знания. Быстро обменявшись с ней мыслями, аккуратно внедрил ей мемокопию с языками. За пару-тройку часов база знаний аккуратно развернется. Правда, заметный акцент или, может, слегка непривычное произношение, у девчонки тоже наблюдался, что было странно. Гномка говорила на гномьем языке с акцентом. Хм…

– Так что, вам помощь нужна? – нетерпеливо и почему-то слегка недовольно повторила она, при этом потешно хмурясь. – Могу подбросить до берега, все равно уже вылетела с трассы.

– С удовольствием примем твое предложение, – так же усилив голос, ответил я.

Девушка подвела своего коня поближе к нашему ковру и повернулась боком. При этом с интересом рассматривая наше средство отдыха. На ее забрале иногда что-то мелькало, видать, что-то магическое работало. Мы с подругой спокойно перепрыгнули через метровую пропасть, не выказав никакого беспокойства или боязни, заработав у девчонки толику уважения и отметив вздернутые от удивления брови.

Места в аппарате хватало – не очень удобные дополнительные ажурные стульчики, хорошо хоть со спинкой из все тех же металлических прутков. В них прослеживался отголосок даже некой эльфийской утонченности, но комфорта было минимум. Ну, это нам не страшно – немного магии, и сидеть стало вполне удобно.

– Я без навигатора сегодня – не удалось найти свободных, – без остановки болтала девчонка, не особо заморачиваясь, слушают ее или нет. – А амулет направления тут плохо работает, и это просто чудо, что я вас заметила – я ведь сбилась на сотню лиг в сторону.

«Почему мы с ней едем?» – мысленно спросила меня Алиела.

«Просто интересно. И что-то я не помню таких пепелацев на Лунгрии, и чтобы гномы летали на конструкциях, в которых совмещена куча разноплановой магии, – тут и магия земли, и воздуха. Даже магия воды и огня есть. Причем все собрано в амулетах и очень красиво состыковано».

«Ну, я в этом не разбираюсь», – хмыкнула Алиела.

«Это пока». – Я положил руку ей на колено и слегка сжал.

– А отпадный у вас шалман! Видно, что дорогой. Что с ним делать? Я его не смогу забрать – просто некуда.

– Шамлан? – удивился я.

– Ну да, типичный орочий воздушный ковер. Я похожий видела а музее. Дорогие, заразы! Говорят, они туда впрягают дэвов, но капризные они… Похоже, ваш тоже выделываться стал? – Девочка повернула голову к нам, хлестнув косичкой по лицу Алиелу, а потом меня. – Ой! Простите! У меня тут места мало.

– Ничего.

– Капризные они, как и воздушные элементали, – повторила она и грустно кивнула на пирамидку рядом с рулем, в которой что-то крутилось, щелкало, а еще был маленький маятник, который сейчас стоял. Она щелкнула ногтем по пирамидке, раздался перезвон, но маятник даже не качнулся. – С таким трудом уговорила Трилорку из имперцев вызвать мне для гонки элементаля, а он в дороге возьми и отцепись… Но, может, еще получится его вернуть. Трилорка сказала, если такое случится – иногда щелкать по пирамидке, она приманивает элементалей. А внутри там приманка вкусная… Хотя, может, и не такая уж вкусная, раз убежал, – вздохнула она.

– Может, просто съел ее, – улыбнулся я.

Алиела тоже – я ей транслировал перевод в автоматическом режиме.

– Да нет – вон светится камешек зеленым. Так что будем делать с шамланом? – Гномка вернулась к основному вопросу.

– Да пусть висит. У меня на него гарантия.

– Хм… Это за какой орган надо повесить орка, чтобы он дал гарантию? – хмыкнула девчонка, подняв дополнительный воздушный силовой щит вокруг аппарата и плавно выводя его повыше, чтобы начать разбег.

– За какой надо, – улыбнулся я в ответ.

– Богато живете! А вы, наверное, маги? – Любопытная гномка, чуть не вывернув позвонки в шее, оглянулась на нас.

– Похожи?

– Ну тут, в барьере, ментальное давление очень сильное. Я хоть и маг тоже, но довольно слабый и не могу долго его выдерживать. Поэтому и использую, как и многие гонщики, амулетную защиту. – Она потыкала пальцем в выступы своей каски. – А вы, как я погляжу, нормально себя чувствуете.

Мы с Алиелой переглянулись и улыбнулись. Как-то это давление уже не казалось нам сильно крутым после тех энергий, что мы прогоняли через себя или в которых находились на Версалии.

– Есть немного, – тем не менее кивнул я. – Меня зовут Ник, мою жену – Алиела.

– А я – Сэлия их Мурадир.

– Вроде летит же аппарат, зачем тебе элементаль? И из какой гонки ты выбыла? – поинтересовался я, провожая взглядом висящий ковер и освещающее его Око Саурона, которое никто, кроме нас с Алиелой, не видел.

– Так с элементалем каких скоростей можно достичь! А так… – Она махнула рукой, попутно дернув рулевой трезубец и чуть не отправив нас в штопор, – Ой! Простите. Плестись будем с час-полтора.

– Кстати, куда мы летим? – наконец поинтересовался я. Так-то я уже начал ориентироваться – зря, что ли, по прибытии на Лунгрию тут же запустил уже стандартный механизм картографирования и построения телепортационной сети?

– Ой! Я же не спросила вас! – натурально удивилась своей забывчивости девочка. – На Эпхонию, на наш материк. Я вообще-то учусь у имперцев на техномага, но у нас уже каникулы наступили, ну и, чтобы совместить приятное с полезным – все равно домой в Дорзен надо, дед ждет, решила поучаствовать в гонках. У нас они раз в год проводятся между нашими континентами. Правда, если бы я выиграла, на что я вообще-то не очень рассчитывала – это мой первый пробный полет, – тарахтела девочка, иногда размахивая руками, пытаясь при этом удержать руль коленками, – то все равно бы победу присудили нашей имперской школе, а не Эпхонии, но я не в обиде. Фактически же у нас проходят соревнования между школами, а не странами. Даже эльфы участвуют! Только у них такие забавные корабли! Они их полностью выращивают из растений! – восторженно заявила девочка, в очередной раз хлестнув нас своими косичками. Только я уже повесил незаметное поле, которое не давало произойти страшному – выбить нам глаза, хе-хе.

– А какой же у них двигатель?

– Ну так, воздушники у них есть, и интеграционщики тоже, – недоуменно пожала плечами девочка. – Ой! Я снова вас заболтала! Может, вам и не в Эпхонию совсем надо? Может, вам наоборот – к имперцам, в Коробос? Так это мне не по пути. Я, конечно, могу вас туда отвезти, вы только скажите! Дед, правда, будет недоволен…

– Нет-нет! Нас вполне устраивает Эпхония, и даже Дорзен с удовольствием посетим, – хмыкнул я, про себя подумав, что-то как-то странно получается.

Названия незнакомые совсем… Ну, кроме Дорзена. Эх, придется в местном астрале пошарить, чего я опасался до сих пор делать: я помнил, что тут были крутые астральные маги.

– Отлично! Если хотите, могу вас познакомить со своими родителями или, если вам негде остановиться, мои вполне могут оказать вам гостеприимство! Ну, там дед только сейчас, родители в экспедиции.

– А что, гостиниц в Дорзене нет?

– Есть, конечно, – фыркнула девочка. – Только ведь гномий закон гостеприимства у нас самый главный! Встретил кого в пути в затруднительном положении – окажи ему помощь и предоставь жилье или еще как помоги…

– Вот как? Что-то я не помню такого в гномьих законах.

– Да ну! – удивилась девочка. – Испокон веков так положено. Вообще-то мы, гномы, – самый гостеприимный народ в мире! Вот! Это ж откуда вы такие красивые появились, что не знаете всем известных истин?

– Ну прости. Не хотел тебя обидеть, – сказал я.

Девочка тут же просветлела и, даже не вспомнив, что я не ответил на ее вопрос, продолжила тарахтеть о своем.

Слушая ее одним сознанием и переназначив ему общение с девочкой, другим сознанием мысленно спросил Алиелу:

«Подстрахуешь в астрале?»

«Ты уверен? – с сомнением посмотрев на меня, ответила подруга. – «Незнакомый мир, астрал не факт что так же устроен, тут и опасности могут быть иными».

«Уверен, что вдвоем с тобой мы справимся», – ободряюще улыбнулся я.

Алиела сжала мою руку.

«Разумеется, справимся», – улыбнулась она.

Сэлия

Странные эти маги какие-то. И откуда только они тут, внутри Барьера, взялись? Может, исследователи какие? Ведь до сих пор структура этого природного образования неизвестна. Уж сколько бились ученые со всего мира, но так ничего определенного и не узнали. Иногда появляются энтузиасты, но что-то никто ничего нового в знания о Барьере не привнес. Ну, может, и эти такие же. А женщина вообще странная – ладно, что молчит, но есть в ее облике что-то необычное. Красивая она. Сэлия вздохнула, вспомнив свою жгучую рыжесть. И говорит этот Ник странно, с непонятным акцентом. Вроде бы свободно на гномьем, но построение фраз необычное, старомодное, что ли, и словечки иногда вставляет непонятные, но смутно знакомые.

Гномка покосилась на своих спутников. Те то ли в медитацию ушли, она так тоже могла, правда, у нее еще слабо выходило, то ли просто о чем-то задумались. Но приятные люди, этого не отнимешь. Очень хорошо было с ними рядом находиться, надежно, что ли, и спокойно. Так на нее действовала только аура ее деда, Рура, который последние двадцать лет жил в своем загородном доме, удалившись от суетного мира.

Мысли гномки скакнули. А вот она слабовата оказалась как маг и вряд ли могла принести своей семье какую-то славу или хотя бы пользу на классическом магическом поприще, хотя вполне могла поступить в одну из академий Эпхонии. Но она предпочла поступить в крупнейшую Академию техномагии и артефакторики в империи Коробос на соседнем материке, спрятанном от Эпхонии за природным магическим Барьером. Так официально в книгах этот барьер назывался.

Ух, как она мандражировала, когда поступала! Всего год прошел, а до сих пор как вспомнит, так передернется. Но ничего, справилась. Дед ее хорошо подготовил к тонким манипуляциям, научил многому из того, что сам знал из земной магии и теории из остальных стихий. Помогло, чего уж там, хотя ругалась про себя, как друг деда – Силь. Правда, она чуть не поддалась уговорам подруги-эльфийки – Элуаль, с которой она дружила, когда проживала не у деда, а в городе с родителями, и чуть не поехала к эльфам в их Университет интеграционной магии, но посмотрела их программу, сравнила с программой Академии техномагии и артефакторики и поняла, что ее душа больше лежит к техномагии. Ну и поступила туда. А потом построила вот этот свой аппарат, и вот… В целом неплохо вышло, несмотря на сход с трассы. Очень даже прилично для первого раза, тем более что реально соревнуются старшаки, хотя и для них, младших, тоже есть свои призы, но «увы»… Но ничего, впереди еще минимум пятнадцать лет обучения. Все еще будет.

Тут внимание Сэлии привлек мелодичный перезвон приманки для воздушного элементаля. Маятник качнулся, остановился, будто раздумывая, – Сэлия задержала дыхание, боясь спугнуть удачу, и… О, чудо! Маятник качнулся в другую сторону и уже не собирался останавливаться, а поверх пирамидки закрутилось колесико с десятью стрелками, разбежавшимися в разные стороны, указывая различные параметры элементаля. Ого! Какой мощный, сильнее прежнего и, кажется, совсем дикий!

Сэлия издала воинственный клич и крикнула через плечо своим спутникам:

– Держитесь! Сейчас по-настоящему полетим! – и крутнула две ручки на управляющем рычаге, задавая скорость и высоту.

И тут же ее вдавило в кресло. Где-то за щитом громыхнуло, но этого она уже не слышала, успокоившись и сосредоточившись на управлении. Кроме всего прочего, ей еще надо было в зависимости от плотности воздуха, скорости движения, влажности и еще кучи других параметров выставлять щиты и вовремя и, главное, правильно их подстраивать, чтобы как можно меньше тормозить о воздух. Жаль, до управляющего блока ей еще далеко – в гонках, за редким исключением, можно было пользоваться только тем, что сделал сам. Манки́ же для элементалей можно было брать со стороны, хотя это и не приветствовалось.

Ник

Ха! Мутный как туман и, соответственно, непрозрачный и глухой, как старик на завалинке, барьер тянулся до таких глубин астрала, что в нем почти не оставалось никакой структурированной интересной нам информации, в том числе и энергии. Нет, так-то что-то тут было, но такое слабое, что с трудом удавалось удерживать свое сознание и вообще астральное тело от распада. Впрочем, до таких ужасов нам с Алиелой было далеко, и мы, как пробка от шампанского, выскочили над расстилающимся во все стороны медленно колышущимся туманом.

– Уф! – выдохнула Алиела, выглядящая сейчас как полупрозрачный призрак.

Что ж поделать – энергии тут было маловато. Впрочем, законы астрала и тут работали, хоть вначале и были сомнения.

Оглядевшись, подруга принюхалась:

– Странное ощущение… Будто…

– Чьим-то духом веет, да? – улыбнулся я. Алиела неуверенно кивнула. – Я знаю, что это… Помнишь, я как-то схлестнулся с местными богами?

Алиела чуть испуганно посмотрела на меня. В принципе, она не особо понимала силу и опасность богов, ведь веганцы с ними не сталкивались, но вполне могла представить.

– Это опасно?

– Не знаю, – почти равнодушно пожал плечами я. – Видать, не зря у меня в ауре так долго находилась божественная энергия – я ее чувствую очень хорошо. Уверен, что боги намеренно пропитывают астрал своими эманациями, как собаки помечают свою территорию, чтобы другие боги не лезли. А может, это происходит и само собой. А вообще… – я прикрыл глаза и попытался втянуть в себя астральный воздух, – все же здесь божественная энергия расщепляется на две основные составляющие и много, с десяток, совсем легких эманаций. Непонятно. То ли другие божественные гости не раз посещали этот мир, оставив мимолетные следы, то ли у богов дети появились, если это вообще возможно. Интересно, – протянул я. – Ощущаю, что энергия не совсем застойная, относительно живая. Похоже, боги все еще в этом мире. Интересно все же, сколько времени прошло с моего ухода? А ты молодец, – я посмотрел на подругу, – сразу учуяла богов.

Алиела пожала плечами, довольная похвалой, не прекращая оглядываться и прикасаться руками и всеми другими астральными органами чувств к протекающим потокам энергии, определяя, что тут и как.

– Время можно и по звездам определить, – пробормотала Алиела, а я удовлетворенно кивнул.

Совместными усилиями нам удалось проявить текущее астральное отражение звездного мира. Это было непросто, в том числе и из-за бедности астрального слоя, но мы на ходу приспосабливались, тем более по ощущениям тут было безопасно – вряд ли боги что-то почувствуют отсюда.

Из памяти я вытащил вид звездного неба, когда я в прошлый раз был на Лунгрии, даже два – самый ранний и самый поздний, чтобы отследить локальные изменения во времени, потом загрузил в физический мир, вернее, в биокомп, синхронизированный с УНИКом, в котором были соответствующие астрономические программы и, глянув на результат, хмыкнул.

– Что? – Алиела подлетела поближе.

– Что-то не так. Дает разброс от двух до десяти тысяч лет.

– Действительно! – Алиела облетела меня по кругу, как планета вокруг звезды. – Я заметила, что гномий язык звучал у девочки немного по-другому, так что времени действительно достаточно прошло, но… насколько я помню из программ по развитию лингвистических процессов у цивилизаций человеческого типа, в зависимости от прогресса цивилизации, завоеваний в войнах стран одних другими, он может меняться в довольно широких пределах, но все же определяемых в конечных цифрах. А если меньше, то это или застой в развитии, или какие-то другие обстоятельства, завязанные на местные особенности. Но какова величина различий тут, на Лунгрии, пока неясно, для моего анализа просто недостаточно данных. Тем более, что в других странах с другими языками все может быть совсем иначе. Может, гномы просто очень консервативны.

– Ладно, посмотрим, – пробурчал я. – Но ты права – гномы те еще ретрограды. Надо полазить по местным цивилизационным информационным астральным помойкам, может, что раскопаем.

– А боги нам не помешают? – обеспокоилась Алиела. – Я помню, что в прошлый раз у тебя с ними были довольно серьезные проблемы.

– Пусть попробуют, – хищно улыбнулся я.

Ник

Спереди довольно быстро приближался берег Эпхонии. Я не сильно следил, но с помощью воздушного элементаля аппарат двигался очень быстро, хоть и нестабильно – его скорость варьировалась от одного маха до пяти-шести. Впрочем, скорее всего, такое «дерганье» было обусловлено не совсем корректно выполненным манком и одновременно капканом для элементаля. Ну не совсем капканом, просто удерживающим механизмом – элементаль в любой момент мог вырваться. Довольно интересный девайс. Ничего сложного, по крайней мере для меня, но вывод органов управления амулетом на физические верньеры и разные циферблаты вызывал восхищение задумкой создателя или того, кто все это придумал. Сам летательный аппарат тоже строился по похожему принципу.

Много ли мы узнали о Лунгрии посредством астральных изысканий? И много, и мало. Много, чтобы построить общее впечатление, и мало, чтобы вникнуть во все тонкости местной жизни. Тем не менее у Алиелы, как более опытной в исследовании неизвестных цивилизаций, уже были построены нужные алгоритмы сбора информации, чтобы довольно быстро сформировать общее впечатление. Вообще, там у нее был сложный многоуровневый механизм, но самые первые, общие и относительно простые алгоритмы вполне нормально сработали.

Со временем мы точно не определились, да это и невозможно было понять исходя из полученного образа, тем более что он не отталкивался от моих воспоминаний, но, похоже, действительно веков прошло много. Настолько много, что никого из тех, кого я знал, уже не осталось в живых. И это при местном долгожительстве отдельных магов! Ну, может, кто живой и остался, но не играет какой-то значимой роли в развитии общества, чтобы его можно было выцепить на начальном этапе исследования по пикам активности различных событий.

В общем, как были тут два континента, так и остались и никуда не делись. Правда, очертания немного отличались от того, что я помнил, – тут тоже прошли определенные циклы планетарного потепления и охлаждения, сейчас было тепло, и океан наступил на землю, изменив форму береговой линии, но не настолько сильно, чтобы не узнать. Были тут и войны, и замирения, и даже одна мировая война, но не до геноцида или полного уничтожения друг друга. На первом континенте, как и раньше, проживали все известные мне расы, только стран стало поменьше, да и жили они как-то относительно мирно. Межрасовые границы довольно сильно стерлись, и спокойно можно было встретить эльфов в гномьем государстве, проживающих там на постоянной основе, и наоборот – гномов и орков у эльфов или у людей. В общем, это был союз, руководимый представителями почти всех стран. Люди, естественно, тоже были в руководстве.

Здесь довольно сильно развилась интеграционная магия, зачатки которой я наблюдал еще при моем прошлом посещении Лунгрии. Удивительно, но основателем этой магии считалась Криса. Да-да, Криса! Когда я это узнал, у меня кольнуло сердце. Тогда сзади ко мне прижалась Алиела и, посопев немного мне в затылок и немного помолчав, сказала:

– Я чувствую, что ты боишься думать о людях, с которыми был близок в прошлом. В особенности о женщинах. Но не беспокойся – я ведь чувствую твое отношение ко мне и как сильны твои чувства. И я знаю, что если бы не было всех этих людей, то ты был бы другим. И я не уверена, что таким, какого сейчас люблю. Так что вполне могу поделиться твоим вниманием с твоими воспоминаниями.

Я взял руку жены и поцеловал ее:

– Спасибо.

Алиела хмыкнула и сказала:

– У нас говорят, что мужчину мужчиной делают его женщины. Правда, некоторые добавляют – когда не вмешиваются в его дела и не пытаются его изменить.

– Весьма глубокая мысль, – улыбнулся я.

В общем, все хорошо тут с магией было. Отдельные направления никуда не делись, но интеграционная находилась чуть выше, а особенно ее универсальные или сложные специализированные амулеты.

На втором континенте на данный момент находилась единственная империя, в которую слились Оробос, Кордос, да и все остальные страны и королевства. Хотя ее уже вряд ли можно было называть империей, так как она к этому времени потеряла расширяющий ее импульс. Как там было? «Империи либо расширяются, либо разрушаются». Здесь она находилась в промежуточном состоянии и переродилась в нечто среднее между федерацией и конфедерацией, и в таком состоянии спокойно существовала уже около сотни лет. Тем не менее ее жители никак иначе как имперцами себя не называли. А империя носила название Коробос – от слияния названий Оробос и Кордос.

Здесь ситуация с магией оказалась несколько сложней. У искусников и чародеев в их исходном состоянии было довольно мало точек соприкосновения, и это даже после объединения стран создавало довольно много неприятных ситуаций. Но помогло вхождение в их состав небольшого государства, бодро двигавшегося по рельсам прогресса на основе созданной здесь техномагической школы, которой в свое время сильно помог и поддерживал… Тадам! Смарти собственной персоной! А создателем этой школы был… тот чумовой старикан, почти ходячий труп – Толик, если по-нашему. Кстати, знаком той школы так и оставался человечек на инвалидном кресле. И Толлеуса до сих пор весьма сильно почитали не только в школе, но и в самой империи. Собственно, тогдашний император ловко воспользовался ситуацией… М-да… В двух словах все и не расскажешь, тем более, что, как я сказал ранее, пока мы получили только общую информацию. Ну как из учебника истории, что ли. Аккумулированную. Крутые астральные алгоритмы у веганцев. Хорошо, что Алиела делится ими со мной без всяких сомнений.

В общем, хорошо знакомый мне император Оробоса, который отбил у меня девушку, если это так можно назвать, воспользовавшись кризисом в Кордосе и проблемами с неурожаем, оказал им всемерную помощь, что послужило первым шагом к преломлению общественного мнения Кордоса об Оробосе. Причем никто не провоцировал неурожаи. Было проведено расследование обеих стран, но нет. Оробосцы думали на богов, но на тот момент тем дали прикурить астральщики с Лиги, прижав им хвост, и довольно серьезно. Так что, богам было не до пакостей людям.

Потом, еще лет через десять после этого, состоялось относительно мирное объединение стран. После заварушки в Кордосе их императора потихоньку прирезали. Многие думали, что за этим стояли так называемые Безымянные. Но те так и не оформили ответственность за это на себя, а начавшаяся смута не дала провести нормальное расследование. А потом некоторые высокопоставленные силы Кордоса попросили помощи Оробоса, и там еще были разные телодвижения, после чего на карте материка появилась новая империя.

Но о прошлом в астрале было все-таки не так много, ярко или подробно, забиваясь современными яркими отражениями реальности. И не только…

– Ник, – как-то растерянно повернулась ко мне Алиела и замолчала, что-то обдумывая. Выражение эмоций на ее лице, как обычно, отвлекло меня от своих мыслей, и я чуть не забыл, что делал, залюбовавшись. Забавно, что даже в астрале это действует.

– Ник, тут есть странные гармоники от реальности на параллельных слоях астрала. Причем настолько странные, что у меня даже нет предположений… Явно отражения основных событий, но со множественным смещением… Многие быстро затухают, а остальные со временем сливаются с основной линией…

– А ты оторвись от графиков и просто визуализируй ряд, – хмыкнул я, уже догадываясь, с чем столкнулась подруга.

Через пару мгновений до меня донесся пораженный вздох и непереводимая череда мысленных образов-эмоций.

– Это то, что я думаю?

– Если ты думаешь о проигрывании астралом череды возможных вариантов будущего, то, вероятно, это так.

– Но я никогда не встречала подобного там, в нашем мире!

– И это заставляет меня думать, что тут не обошлось без магии. Вернее, без магов. Все живое создает текущее отражение реальности, а сознание магов все же довольно необычно. Вполне возможно, из-за них тут существует такой эффект, как видение линий будущего. В нашем мире все же такое тоже есть, но в крайне слабом проявлении. Тут есть еще одна странность. Скорее всего, это все завязано на ментальную энергию живых сущностей, но у вас на Версалии все сплошняком менталисты и почему-то этот эффект отсутствует. Вероятно, нужна еще какая-то энергия, типа магической… Хм, – улыбнулся я, – а не получится ли так, что после наших выкрутасов там что-то такое появится и у веганцев?

В ответ до меня донесся искренний смех Алиелы.

– Ты сейчас меня… – Она не успела сказать, что хотела, когда я неожиданно поцеловал ее. – Поцелуешь, – закончила она. – Уф… Работает!

Я улыбнулся:

– Только про нас конкретно совсем недалеко идут варианты…

– Думаю, что мы еще пока просто не вписались в ткань этого мира. Со временем дальность вариантов будет расти, если не предпринимать никаких действий.

– Каких? – живо заинтересовалась Алиела.

– Можно как-то изолировать себя от астрала. Вероятно, можно как-то подделывать сигнал или связь с астралом, не особо понимаю как, хотя мысли есть. Я использовал врожденную особенность – наводить белый шум в астрале там, где я нахожусь, пока не научился отключать ее.

– А зачем отключать?

– По этому шуму в астрале меня находили противники, – вздохнул я, – пусть и примерно. Кстати, я думаю, что если полностью изолировать себя от астрала, то можно «обманывать судьбу» или быть реально свободным от псевдослучайностей или предопределенности. Ты же знаешь, что не только мы влияем на астрал, но и он на нас. И если, скажем, в астрале скручиваются какие-то варианты развития событий в отношении тебя, то вполне вероятно, что они способны, скорее всего, опосредованно повлиять на твое окружение и на тебя, реализуя эту вероятность.

– Очень интересно, – задумчиво проговорила Алиела. – А может кто-то иной повлиять на эти астральные течения? Ну, не напрямую влияя на реальность в узловых точках, а в астрале?

Я наставил палец на подругу:

– А вот это очень хороший вопрос!

В современном мире Лунгрии было еще много разных прикольных и интересных событий и вещей. Например, лунгрийцы исследовали космос! О как! Добрались до местной Луны, но дальше дело застопорилось. Дело в том, что магический фон от планеты еще захватывает спутник планеты, но дальше – увы.

Первыми космонавтами были демоны из Лиги, со временем превратившейся в международный научно-исследовательский центр, в который они переманивали лучшие мозги со всего мира, а также магов и техномагов. Спутник тоже был, если его так можно назвать – сначала это было сложное магическое плетение, которое сумели просто поднять на космическую высоту, а вот чтобы оно обогнуло планету, пришлось потрудиться – не удавалось его контролировать на таких высотах и расстояниях, и в результате пришли к техномагической системе. Каменный шар с плетением-анализатором и парой физических приспособ уже подчинялся не только магическим силам, но и физическим и удачно обогнул планету, а потом сгорел.

Потом, когда запускали человека, снова вернулись к чисто магической системе полета, так как космонавтом был маг, а контролировать ему все свои амулеты и используемые плетения на тот момент было проще самому. Ну что я могу сказать – маг, – кстати, гном, – выжил. Правда, не было никакого всемирного ажиотажа, как у нас. Просто один из опытов Лиги, хотя среди своей группы отметили успех огненной гномьей водой. То есть нажрались. И героем гном стал, уже когда помер, кажется. Просто в какой-то момент все-таки возник относительно широкий интерес к космическим исследованиям, и тогда вспомнили историю с первопроходцем. Урхеб его звали. Потом посчитали, что выгоднее пилотами делать магов-интеграторов, способных управлять многостихийными плетениями напрямую. Это особенно полезно, если необходимо что-то на месте подлатать.

Потом все-таки пришли к концепции корабля, ибо так проще перемещаться в космосе. Кстати, ракетного двигателя не было. Они приспособили элементалей для этих дел. Земляные тут играли основную роль, как можно понять, ибо именно они отвечали за принцип антигравитации, но также пристегнуты были и воздушные, и даже огненный на подхвате. Перед запуском проводился целый ритуал, чтобы призвать элементалей и привязать их к космическому кораблю, а некий магический информационный комплекс на основе ментальной магии от демонов ставил задачу им, то есть грубо программировал. Молодцы, что могу сказать! Смогли подобрать нужные коды. Правда, с моей точки зрения, это делалось через задницу, но работало же!

Сейчас у космической программы был спад. До спутника добрались, даже стали разрабатывать его, но дальше – увы. Там уже приходится делать все без магии, ну или создавать очень мощные накопители магии, чтобы она могла работать вдали от источников энергии, а с этим дело обстояло не очень. До сих пор. В общем, что-то куда-то послать могли, но без особого успеха. Еще и гномы стали артачиться предоставлять земных элементалей в нужном количестве. Выбить одного – и то целый праздник. Тем более что для движения в открытом космосе одним элементалем не обойдешься, нужно использовать несколько земных одновременно, а тут появляется другая сложность.

Заложенным мною механизмом распределения земных элементалей Криса воспользовалась в свое время умно, в тандеме с архимагом Руархидом. Как бы я к нему ни относился и какие бы у меня с ним ни были терки, это личное, а по факту он был хорошим руководителем. Собственно, с помощью Крисы он создал новую элиту, полностью подчиненную ему. А в элиту вошли те, кто был ему лоялен, а взамен каждая семья получала в управление элементаля, вызов которого передавался по наследству. Это очень сильно сплотило гномов и дало импульс к дальнейшему развитию. К счастью, мирному. Хотя с орками они еще пободались, но не сильно. Задавили их элементалями, а потом стали дружить и интегрироваться, объединяться. Сейчас хоть и есть отдельное гномье государство и как бы отдельные орочьи пространства, но по факту это одна страна. Конфедерация из двух субъектов. На поверхностный взгляд – как-то так.

К сожалению, время шло и Крисы не стало, а семьи постепенно по тем или иным причинам исчезали или срывался процесс передачи наследникам, уменьшая общее количество подотчетных гномам элементалей. Соответственно, это негативно влияло и на космическую программу. К слову, до сих пор никто, кроме гномов, так и не научился вызывать земных элементалей.

В общем, с космосом была неопределенность. Основная проблема – сложность перехода от чистой магии к техномагии (но тут проще) и дальше – просто к технике. А тут без науки, хотя бы на уровне земной, делать нечего. Ну и, конечно, здесь к этому еще не подошли, распыляя силы на магическую науку, если так, конечно, можно выразиться.

А еще у них были летающие острова. Немного больших – с десяток, средних – несколько сотен и много мелких. В основном это был побочный результат космической программы. Исследуя работу земных элементалей, отметили несколько эффектов, которые смогли повторить, в результате чего научились нейтрализовать гравитацию. Да-да! Просто нейтрализовывать. Создавать вектор гравитационной тяги не получалось. Зато научились поднимать и опускать объект с помощью воздушных элементалей или разного рода воздушных плетений. Максимальная высота ограничивалась примерно нижней частью стратосферы. Подниматься в космос это не помогало, но дало толчок к развитию новой отрасли, так сказать, промышленности.

Не каждый мог себе позволить иметь летающий остров. Тут нужно было совместить несколько вещей – возможность купить землю, купить услуги магов, способных вырвать этот кусок земли от основы и превратить его в летающий остров, причем один маг не справится, даже интеграционщик, – нужна команда. Ну, были такие, которые зарабатывали на этом, но мало. В основном все же этим занимались государственные структуры. Еще нужно было получить разрешение летать над определенной территорией определенного государства. Дураков не было упускать такой кусок денег, а объяснить непонятливым, почем фунт лиха, могли почти все развитые страны.

Кстати, используя свой новый алгоритм поиска в инфосети – отталкиваясь от какой-то реальной информструктуры, лежащей хоть и под ногами, по слабым связям в инфосети провести поиск даже опосредованно связанных объектов, правда зная их хотя бы примерную структуру, инфокомп довольно быстро нащупал мой остров. Он все еще летал, хоть и болтался почти на одном месте в районе южного полюса. И, разумеется, без поддержки, а может, по каким-то иным причинам, например, от времени, вся живность там погибла. Так что сейчас это был просто безжизненный кусок земли.

А еще я нащупал свой пространственный карман, который оставался тут. Это оказалось сложнее сделать, чем найти свой остров, так как никаких прямых связей к нему в инфосети от прочих объектов не вело, а сам он не являлся составной частью чего-то, от чего можно было бы оттолкнуться. Если честно, то я на него наткнулся чисто случайно – отловил с десяток элементалей, благо они что-то кучковались вокруг меня, выбрал земных и отправил их в космос, предварительно залив им алгоритм нечеткого сравнения по шаблону информплетений. Чувствительность «зрения» у них составляла хорошие расстояния – сотни тысяч километров (поэтому на планете их можно было вызвать почти отовсюду, правда, через инфосеть, а не через ментальную сферу). И дал задания крутиться по расширяющейся спирали вокруг планеты, вдруг найдут. Понимаю, что этот способ совсем уж грубый, и не ждал от него особого результата, по крайней мере в ближайшей перспективе, но элементали нашли мой карман буквально за полчаса. Может, просто случайно наткнулись. В принципе, мне ничего особого оттуда не было нужно, но наличию адамаса порадовался. Полезный металл. И как культурная ценность он меня радовал, так как в основном состоял из разных монет и прочих произведений древнего искусства в виде разного рода оружия. Золотишко тоже было, украшения. Можно, конечно, и создавать объекты по мере необходимости по информструктурам, но куда тогда девать существующие? Не выбрасывать же. Так что буду использовать.

Второй пространственный карман, который я разместил в первой системе, посещенной с Умником, я не нащупал. Это надо туда лететь, на местности перепривязывать его к себе инфонитью и пользоваться. Но он мне не нужен, вообще-то, да и этот тоже не особо – мне вполне хватает наличия «цифровых», вернее, инфомагических копий информструктур, чтобы просто создавать нужный объект, когда требуется. А еще у меня есть копир волновой структуры, который позволяет копировать объекты без прямой работы с информструктурами, и соответственно такой же волновой преобразователь – например, можно насыпать в него песка, а с обратной стороны выпадут куски шашлыка. Да еще много чего у меня есть, только это все уже не вызывает у меня никакого ажиотажа или золотой лихорадки. Можно сказать, моя жаба в какой-то момент умерла. Просто умерла.

А еще, параллельно прокручивая найденные Алиелой формирующиеся и распадающиеся, и снова формирующиеся, смутно улавливаемые на отрезках больше часа варианты будущего, я задумался о том, почему, куда бы я ни попал, вокруг меня начинают закручиваться разные события с претензией на глобальность и камнепреткновенность? Я, конечно, не бог и вообще как бы не ощущаю себя каким-то крутым существом, но все равно на память приходят когда-то прочитанные мысли, что в зависимости от внутренней силы человек прогибает мироздание под себя, и все вокруг начинает плясать и подстраиваться под него, а иногда и в отрицательном смысле, когда это мироздание пытается по каким-то причинам отторгнуть его. Меня это совсем не радует, хотя вроде бы в конечном счете для меня все заканчивается положительно.

Ладно, посмотрим…

Ник

– Сэлия, – когда мы уже летели над землей, прикоснулся я к плечу гномки.

По своей интерактивной карте я уже мог даже визуально сверху отслеживать наш флаер в режиме реального времени – я не забыл оснастить датчики уже частично раскрытой планетарной сети визуальными средствами наблюдения – и хорошо представлял, где мы находимся. Вид, кстати, был просто замечательный, и его даже можно было масштабировать – сеть-то у меня была уже не плоская, а многослойная от поверхности планеты. – Ты упомянула, что у тебя дед живет за городом.

– Ага, – качнулись рыжие косы.

– А ты можешь показать, где это? – спросил я, примерно представляя по смутным картинкам из астрала, но мне нужно было подтверждение.

– У меня карты нет, а что? – спросила было девушка, но чуть не подпрыгнула, когда перед ней развернулась интерактивная карта материка и перемещающаяся точка, показывающая нас. – Ой! Как здоровски! А не продадите такой амулет? Мне бы на мою птичку пригодился. – Сэлия неуверенно ткнула пальцем в карту: – Кажется, здесь.

– Ты попробуй увеличить масштаб. Пальчиками наружу – больше, внутрь щепоткой – меньше.

– Как здоровски! – снова повторила гномка, находясь в полном восторге и быстро приспособившись к новому девайсу.

– А амулет я тебе подарю. Только давай сперва к твоему деду слетаем.

– Ну, тогда я полностью в вашем распоряжении! – Девушка аж подпрыгнула на месте, правда, аппарат даже не покачнулся. – Дед точно обрадуется. А зачем и надолго ли?

– Да нет, только познакомиться и посмотреть на него. Есть одна мысль.

Очень странное совпадение, я в них уже как-то не особо верю, а вот в закономерности… Но даже астральные законы как-то пасуют и не могут мне объяснить, как такое возможно.

Домик Рура их Мурадира был небольшой – одноэтажный с пятью комнатами, зато участок, на котором он находился, занимал около квадратного километра. Место ничем не напоминало мне то, что я помнил, но оно было именно тем. Таверной тут и не пахло, да и вообще вся местность сильно-сильно поменялась.

Аппарат приземлился на специальной площадке рядом с домом. В проеме двери стоял старый гном и настороженно глядел на нас. Даже на бросившуюся к нему внучку, которая тут же его обняла, он не сильно отвлекся, лишь ласково приобнял. Смотрел же он на меня, лишь иногда бросая быстрый взгляд на Алиелу, которая с любопытством оглядывалась по сторонам. Она ни о чем меня не спрашивала, хотя и так догадывалась – я периодически скидывал ей свои образы и мысли. Со стороны могло показаться, что мы не разговариваем, лишь иногда переглядываемся да одариваем друг друга мимолетными улыбками.

Гном был неплохим магом земли – давно я не видел магов, аж соскучился. А вот то, что он уставился на меня – так я ауру разве что в близких пределах удерживал, чтобы не давить на Сэлию – маги чувствительны к этому. А вот ее насыщенность особо не скрывал, хоть и притушил маленько, так что дедок сейчас видел перед собой довольно сильного мага, возможно на уровне архимага – я просто не знаю, как выглядит этот параметр у современных крутых магов.

– Дед! Это мои новые друзья, я их встретила в Барьере, – начала представлять нас Селия. – Ник и Алиела. Я вызвалась им показать, что и как тут у нас. А это, – она показала ладошкой на гнома, – мой дед Рур их Мурадир.

Я слегка поклонился:

– У вас очень непосредственная и шебутная внучка.

– А еще глупая. – Гом погладил свою бороду.

– Ну деда! – возмутилась гномка.

Дед, не заморачиваясь, шлепнул ее по попе:

– Цыц! А вас я прошу воспользоваться нашим гостеприимством, – он вежливо пригласил нас в дом.

Старый гном оказался вполне себе типичным гномом старой закалки. Чем-то он напоминал мне Васу, но к старости многие люди и прочие расы приобретают некую общую черту характера. Вернее, черты. Где-то это ворчливость, где-то мудрость, ну а где-то глупость, не без этого. Как говорится – кто-то с возрастом мудреет, а кто-то просто становится старым. Рур был из первых и кроме прочего – старым воякой, боевым магом. В принципе он и сейчас мог задать жару, но меня больше интересовала его, так сказать, старческая мудрость и достаточная гибкость мышления. Меня он не особо спрашивал, подчиняясь вбитому в войсках подсознательному пиетету перед начальством, а я как маг мог таковым считаться по магической иерархии, и он это видел и чувствовал. Ну я пару раз даванул аурой, не без этого, вернее, отпустил ее из оков воли, чтобы мужик точно прочувствовал ситуацию, и он все понял.

В общем, нормальным он оказался для моих целей. Хоть и «на пенсии», но жить ему еще долго, дела особого уже нет, чтобы отдавать ему все силы, в основном скучает. Что-то мне не очень нравятся вот эти просыпающиеся возможности по видению линий будущего. Пока их, кроме меня, никто не видит – они имеют локальный характер, я вижу, другие – нет. Но скоро, как только я больше и больше буду врастать в ткань этого мироздания, эти расчеты также будут появляться в видениях других видящих. И надо будет придумывать что-то, чтобы обойти этот момент. На Земле и Версалии такого не было, и в каком-то смысле было легче жить. Ладно, пока посмотрим, к чему все это приведет.

Немножко выпили с Руром – он, как и ожидалось, выставил огненную настойку, я водочку, коньяк и виски. Виски ему больше понравилось. А мне просто было приятно посидеть с гномом, вспомнить ощущения этого мира, его жителей.

– Ладно, – я хлопнул ладонью по столу, – мне надо тут кое-куда сходить. Надеюсь, хозяин разрешит мне потревожить землю на его территории? – спросил я, глядя на гнома. – Не беспокойтесь, это небольшой клочок земли…

Рур как бы приглашающе повел рукой в сторону двери, соглашаясь.

Я задумчиво посмотрел на Алиелу и долго не отрывался от ее глаз. Она скромно положила руки на колени и в конце концов сказала:

– Я бы хотела пойти с тобой, если не помешаю.

Я улыбнулся, встал и пошел к двери, по пути взяв жену за руку и потянув ее за собой.

Сэлия крутилась где-то недалеко и подбежала, когда мы вышли. Я не стал ее прогонять, несмотря на ее болтовню. Почему-то это мне совершенно не мешало.

Найти нужное место не составило особого труда, хоть местность совершенно изменилась. Но объемное плетение, накинутое на территорию и опущенное под землю, быстро нашло то, что я помнил. В конце концов, так плетения мог тогда делать только Умник. Стиль у него особенный.

К сожалению, прямо над нужным местом росло развесистое дерево.

Алиела

Алиела ничуть не жалела, что со своим совместимым попала в другой мир. Признаться, там, в старом мире, ей понемногу становилось скучно. Дома на Версалии вообще делать было нечего, на Земле, пока она не встретила Ника, интерес тоже постепенно сходил на нет. Интерес к жизни, что ли. Было полное ощущение, что вокруг нее пустота, иногда кратковременно замещаемая близкими или работой, но в последнее время как-то все это уже было серо, чего-то не хватало. Она даже подумывала сменить работу, что не раз проделывала раньше, вернее, меняла параллельные работе увлечения. За спиной у нее было с десяток подтвержденных профессий, по которым она, правда, не работала, но навыки остались. В отличие от тех же землян, у веганцев наработанные навыки без обновления и поддержки сохранялись десятилетиями. На данный момент у нее разве что астрофизика потускнела, и если вдруг придется ее использовать профессионально, надо будет пройти курс обновления. Что-то еще новое учить? На момент ее упадка интереса к жизни, если так можно сказать, ей ничего не приглянулось и тут… встретился он. Ник.

Мало того что для нее открылся целый пласт чувственных переживаний и ощущений, так еще перед ней замаячило новое, совершенно неизвестное веганцам знание – магия. Правда, Ник говорит, что их менталистика – часть магии, но если это так, то сама собой напрашивается мысль об ущербности развития только в этой части огромной области оперирования всеми возможными энергиями. Как угодно это можно называть, но фактически магия – это просто способность оперировать совершенно разными энергиями. Так поняла Алиела. Начиная от тонких биологических и заканчивая планетарными или космическими. Да, знания, что можно с ними делать и как, конечно, нужны, и сама по себе возможность управлять чем-то не означает владения сутью явления, но это ведь дело наживное. И вот это уже было очень и очень интересно. Давно Алиела не испытывала такого восторга. И старалась не упускать малейшей возможности посмотреть на то, как работает магия.

В принципе у них с Ником уже была договоренность о ее развитии, но сначала, как объяснил Ник, ей надо было прокачать свою энергетику и, по сути, научить организм видеть и понимать магию. Ник даже разработал план ее развития, а у нее просто глаза на лоб лезли от объема работы и длины пути, что ей придется пройти. Но это ведь здорово! И тут простым наложением мемокопий – еще одной удивительной магической вещью, не обойтись. А главное – учитель, что все это знает, умеет и имеет желание делиться этими знаниями, – ее совместимый! Как тут не радоваться?

Не сказать, что все у них было идеально. Все-таки разные цивилизации. Тут больше даже не физические различия, которые настолько мелкие, что их можно и не учитывать, а больше психологические. Но повезло, что она по профессии является тем, кто должен досконально вникать в суть исследуемой цивилизации, примерять ее на себя, вживаться, а Ник сам по себе достаточно гибок – сколько он повидал чужих цивилизаций и даже рас, и ничего, вполне нормально с ними общался и жил. А как он на ее мать повлиял?! По сути, она даже и не начинала на него давить и пробовать на изгиб и разрыв, что, в общем-то, любила делать с незнакомыми веганцами. С людьми она практически не работала, может, поэтому сначала осторожничала, а потом уже просто вовлеклась в орбиту событий, происходящих вокруг Ника и генерируемых им.

В общем, здесь проблем не предвиделось. Оставались еще некоторые не совсем понятные переживания Ника, когда он не очень понимал, как себя вести в отношении нее, и она это хорошо чувствовала. Она же понимает, что человек не может жить в вакууме отношений, а его сильно беспокоило, как она будет воспринимать то, что здесь когда-то оставались его девушки, к которым иногда обращались его мысли и чувства. Но воспитанная в обществе, где наличие нескольких совместимых в семье, пусть и разного уровня, вполне естественное явление, она не очень понимала его беспокойство. Вернее, понимала, профессия обязывала, но не принимала. Про себя она сомневалась, что ей кто-то еще будет нужен, особенно при такой совместимости с Ником, полностью удовлетворяющей ее во всех планах – физическом, эмоциональном, интеллектуальном, сексуальном. Так же она думала и про Ника, тем более что ощущала его чувства чуть ли не лучше, чем свои. Хотела бы она посмотреть на ту, что сможет в комплексе отношений перебить их совместимость! Не, нереально. Но и перегибать палку не стоит, откат эмоций и чувств ведь по ней же ударит!

Но при всем при этом она вполне допускала то, что Ник может распространять свои теплые чувства и на тех, кто ранее попадался на его пути, на тех, кто так или иначе, по сути, формировал его как личность. Кто-то больше, кто-то меньше на разных плоскостях отношений. Поэтому нет, она не ревновала и постоянно пыталась это показать Нику, но он почему-то не совсем этому верил. Хотя, не «почему-то», а вполне понятно почему. Иногда цивилизационные правила жизни довольно глубоко внедряются в существо, и даже понимая это, сложно от них избавиться или обойти.

А вот сейчас… Старый дуб – точный аналог земного дерева на небольшом холме в несколько обхватов вдруг задрожал, осыпая листьями и веточками прижавшегося к стволу Ника и стоящих чуть поодаль, но все равно под кроной, девушек. Возмущенно закричали потревоженные птицы, а из нор выскочили какие-то грызуны и быстро убежали в сторону ближайших деревьев. Птицы, правда, как-то быстро успокоились, и пара штук даже села на плечи и голову Ника. Остальные расселись на ближайшие деревья чуть в стороне и, иногда перечирикиваясь, с любопытством стали смотреть на происходящее.

Скоро Ник отошел назад, не спуская взгляда с дерева. И как только не споткнулся, пятясь по пусть и пологому склону, но на котором встречались там и сям камни! Дерево же продолжало дрожать, все сильнее и сильнее, а потом вдруг замерло. Через несколько мгновений оно вдруг стало медленно подниматься, вытягивая из земли свои корни. Почва, казалось, легко отдавала свою «жертву», которую удерживала в плену многие годы. Алиела отшагнула в сторону, когда под ногами зашевелилась земля, и наружу высунулся извивающийся корень. Сзади взвизгнула Сэлия, но в ее возгласе было больше восторга, чем испуга. Птицы, что сидели на Нике, резко взлетели, но не стали улетать, а расселись на ветках рядом со своими товарками.

Ни один корешок при извлечении дерева, судя по всему, не пострадал. А когда огромное дерево полностью вылезло из земли и повисло на большой высоте, оказалось, что его корневая система сильно превышала крону по своей раскидистости и объему. Как оно умудрилось выпростать корни, не сильно повредив землю вокруг холма, за пределы которого они уходили довольно далеко, оставалось загадкой.

Довольно ощутимый шорох кроны, корней и осыпающейся земли наконец стих. Сзади Алиела слышала возбужденное дыхание девочки-гномки, но не обернулась, сама завороженная происходящим. На нос упал и прилип какой-то летающий мусор. Алиела смахнула его и тут же звонко чихнула. Ник оглянулся на нее и ухмыльнулся.

– Будь здорова!

– Обязательно, – буркнула она, закинув руку за голову, чтобы шея не затекла.

Под деревом воздух был слегка мутный от осыпающегося мусора, но тут подул ветерок, и дышать стало легче.

Сэлия начала что-то быстро говорить, но Алиеле это не понравилось – та явно вносила диссонанс своей болтовней в этот момент. И тогда Алиела решила немного скорректировать ситуацию. В конце концов, ее уже не держат правила «цивилизатора», как она в шутку когда-то называла свою работу. Да и Ник не особо стесняется применять свои способности. Поэтому веганка внешне только мельком повела взглядом в сторону девочки-гномки, но та мгновенно замолчала, чуть не подавившись словами. Испуганно расширила глаза, но так ничего и не поняла. И это было хорошо, так как не придется делать сильную ментальную коррекцию.

На этом ничего не закончилось. Холм стал как-то слоями раздаваться в стороны. Сначала быстро, а потом все медленнее и медленнее. Рядом вздохнула гномка. Было чему удивляться – в воздухе, аккуратно очищаясь от земли и собираясь вместе, висели человеческие косточки. Ник долго стоял на месте, глядя на них. Алиела постаралась закрыться от него, но помогло мало – сильное чувство грусти, тягучей, прилипчивой, хоть и светлой, пробивало барьер. Вздохнув про себя, она убрала его и послала Нику свою мысленно-эмоциональную поддержку. На самом деле чувства и поведение Ника ее радовали – если он чтит память и свои чувства о тех, кто был ему дорог, то так оно будет и с теми, кто с ним сейчас рядом и кто будет в будущем.

Ник очнулся и чему-то кивнул. Вокруг висящих невысоко косточек земля пришла в движение, она стала как вода стекаться к ним и в какой-то момент образовала параллелепипед, укрывший их полностью. Затем произошло что-то непонятное, но земля, сформировавшая своеобразный гроб, как-то изменилась, стала сильно меньше. Алиела кинула быстрый взгляд на свой сканер и поняла, что каким-то образом Ник превратил землю в твердый камень с непонятным энергетическим фоном. Рядом, кстати, лежало что-то металлическое, на что Алиела сначала не обратила внимания, но сейчас оно зашевелилось и, раскидывая землю, выбралось на свет. Это оказался металлический квадрат почти в рост человека, и когда с него осыпались остатки земли, на его поверхности проявилась яркая картина, на которой была изображена симпатичная девушка. Как поняла Алиела – гномка, и скорее всего, та, что лежала тут, и фактически – первая совместимая Ника.

Дальше все произошло в обратном порядке – холм собрался обратно, закрыв внутри себя своеобразный гроб, затем сверху опустился дуб, зарываясь корнями в землю. Алиела с интересом посмотрела на мощные корни, легшие с обеих сторон от него – они вели себя как живые. Правда, земля просто расходилась под ними, так что они не закапывались, как сначала казалось, а просто погружались в нее, хоть и совершали какие-то движения.

После того как дерево вернулось на свое место, оно немного еще покачивалось, будто усаживаясь поудобнее, и скоро наконец замерло. Висящая все это время рядом с Ником пластина с картиной, на которую он не отрываясь смотрел, подлетела к дереву и как бы вплавилась в ствол. Дерево будто поняло и приняло задачу, чуть втянув ее в себя и образовав по периметру бортики из коры. И снова от картины и дерева пошло что-то, что ее сканер определил как слабое незнакомое энергетическое излучение, да и сама она чувствовала что-то непонятное. Алиела что-то ощущала вокруг, на грани чувств, но что – никак не могла понять. Птицы, осмелев, вернулись на свое дерево, а вот грызуны, спугнутые – с их точки зрения – катаклизмом, так и не появились.

Наконец, Ник повернулся к ней, и веганка почувствовала в душе Ника совершенное спокойствие и умиротворенность. И Алиела тоже успокоилась, подошла к нему, и они, почувствовав необходимость в этом, обнялись.

Ник

После того как я побывал на могилке Тишь и поправил ее, я со спокойной душой попросил Сэлию наконец отвезти нас в столицу, а Дорзен до сих пор сохранял за собой это звание, хоть и прошло много лет. Вообще, я немного преувеличил насчет своего спокойствия, на самом деле что-то в душе улеглось. Но не до конца – я понял, что надо сделать еще кое-какой путь по некоторым местам, что неслышно звали меня. Не знаю, зачем мне это надо, но, судя по результатам посещения могилки Тишь, что-то в этом правильное было. И, наверно, полезное – после того, как старый дуб скрыл под собой останки девушки, на грани ощущений я почувствовал какой-то вздох или же удовлетворенный выдох, что ли, который сделал… я бы сказал – мир, но, кажется, я придаю слишком большое значение некоторым своим ощущениям и самомнению.

Дорзен за прошедшие годы сильно разросся, раз эдак в десять, если не больше. То, что я помнил, теперь, как и в любой уважающей себя цивилизации, в которой города живут столетиями и развиваются, называется Старым городом. То есть его центральной частью, хотя тут скорее боковая – разрастался город неравномерно и немного в сторону. А еще разрушался, снова восстанавливался, но вот старая часть даже во время войн устояла.

Все-таки гномы – консервативный народ. Современные строения ничем особо не отличались от древних, хотя стиль, конечно, немного поменялся. Утонченней, что ли, стал. По словам нашего вольного гида, на вкусы гномов сильно повлияла дружба с эльфами, и как-то так получилось, что сейчас уже никто – ни гномы, ни эльфы – даже не вспоминают, что когда-то они жили изолированно друг от друга. У них произошло нечто вроде синергии как в магии, так и в жизни. И снова толчком этому стала организация Университета интеграционной магии.

– В центре есть музей, посвященный тому времени, – улыбаясь и размахивая руками, говорила Сэлия, совершенно не реагируя на реакцию прохожих на ее поведение. Эта девчонка мне все больше и больше нравилась. – Многое не сохранилось, тем не менее кое-какие личные вещи первого дабл-ректора университета остались…

– Что такое даблректор?

– Ну, – гномка пожала плечами и взяла булочку с открытого лотка уютной уличной кафешки. При этом она не заплатила, а продавец лишь кинул на нее мимолетный взгляд, – Криса их’Дрим организовала университет при всемерной поддержке эльфийской принцессы Эль… – Сэлия замерла с поднятой рукой, в которой находилась булочка, – не помню как ее полностью звали. Ну и руководили потом им вдвоем.

Я проводил взглядом магазинный лоток, в котором сработало какое-то плетение. Забавная получилась последовательность – она взяла булку, перед ней появилось несложное плетение, которое сняло параметры ее ауры, затем управляемый девушкой амулет, который она носила на шее, практически мгновенно сформировал сложный рисунок-плетение, которым и подтвердил покупку. Сам генератор чуток изменился, вероятно готовясь сформировать следующее подтверждение, но уже другого вида. Вероятно, это что-то вроде одноразовых паролей. Банковская система тут довольно сильно развита. Вернее, система платежей. Но были и другие варианты оплаты, с которыми я ознакомился чуть позже.

В городе были как летающие средства передвижения, так и катящиеся по земле. То есть типа флаеров и автомобилей, но только муниципальных. Все личные аппараты в городе были запрещены, и мы тоже оставили флаер Сэлии на окраине города на специальной площадке. Они летали на основе интеграции разных типов магии, а автомобили в основном имели техномагическую основу на основе пара. Сам принцип работы с паром практически не отличался от земного, но по какой-то причине был доведен до очень высокого уровня. Фактически можно было сказать, что сердцем таких аппаратов служили «ядерные» генераторы, только вместо расщепляющихся материалов жидкость нагревала огненная магия, работающая от накопителей, которые можно было быстро заменить или зарядить, если ты маг и можешь оперировать огненной стихией. А вы не знали, что ядерный реактор – тот же котелок с подогреваемой водой? Вот такая фигня, только магический котелок безопасней. Правда, были и другие виды двигателей, без пара, но по-быстрому разглядеть их устройство я не успевал и пока просто фиксировал их наличие – потом разберусь, еще будет время позырить.

Дизайн автомобилей был разнообразным, порой забавным, а иногда вполне на уровне футуристического стиля Земли, и он не был единым, как у нас. По крайней мере, тут чаще было больше красоты, чем функциональщины, и мне это нравилось. Встречались и совмещенные аппараты, по своему функционалу уж очень сильно напоминающие земные автомобы. Но, к счастью, технологическую картинку разбили несколько встретившихся реальных летающих ковров, защищающих пассажиров силовым полем. Оркские разработки. То-то Сэлия подумала, что у нас с Алиелой такая же фигня была. Это удивительно, но каким-то образом оркам удалось заточить воздушных элементалей, да еще отбить им часть структуры, сделав их более послушными. Сделано было грубо, хоть и действенно. Видать, какую-то дырку в их защите случайно нащупали и используют вовсю. В чем удобство использования элементалей – их почти подпитывать не нужно, по крайней мере для работы. Но конкретно эти, похоже, давно превратились в чисто функциональные устройства. Еще видел несколько «диких» воздушных элементалей, частично проявившихся в реальности и выглядевших как слегка искажающие картинку линзы, проносящихся куда-то по своим делам. Так вот, они старались облетать стороной такие ковры с заточенными и лоботомированными их собратьями. Видать, что-то чувствовали.

Дома все были каменными или литыми из раствора, похожего на камень. Все-таки гномам этот материал близок, а вот эльфийские особняки выглядели как терема. Причем живые терема – деревья они крайне неохотно умерщвляли, а если надо было, то всяко лучше камнем воспользоваться. Здесь, правда, нам всего один терем встретился – все-таки не элитный район, а вот в Старый город мы сейчас и шли. Рядом хмыкнула Алиела, проводив долгим взглядом двух эльфиек, вышедших из оставшегося позади эльфийского дома. Те тоже нас с любопытством рассматривали.

«Я не поняла: чего они ментально не закрыты совсем? Ты знаешь, о чем они думали?» – веганка слегка толкнула меня локтем.

«Догадываюсь, – улыбнулся я, – но не читаю. Делать мне нечего, как засорять мозги всяким сумбуром. А так да, удивлялись твоей внешности и странной ауре. Видать, магички слабые. Собственно, потому и ментально плохо закрыты – не их профиль. Если ты заметила, тут вообще есть много отличий от Земли или Версалии. И природная ментальная защита тоже немного другая – для самих местных, если не напрягаться, она в основном качественно прячет мысли, а магам, способным преодолеть ее, делать больше нечего, как ковыряться в головах других разумных. А вот то, что ты смогла подстроиться под частоту их ментального излучения – это хорошо».

«Они так тоже смогут в отношении меня?»

«Нет, – снова улыбнулся я, – только если захочешь. А вообще, местный маг среднего уровня, владеющий менталистикой, среднего веганца спокойно распотрошит, если, конечно, сумеет настроиться на тот узкий диапазон, что вы используете. Но, скорее всего, сможет – ментальный диапазон у местных жителей довольно широк. Вообще настоящих менталистов тут мало. По крайней мере, было. Но у тебя сейчас защита такая, что я просто не знаю никого, кто смог бы ее пробить».

«Это хорошо, – вздохнула Алиела, и покосилась на не заметившую нашего мысленного общения Сэлию. – А эти две… эльфийки, кстати, красивые. Еще тебя оценивали как мужчину».

Я кивнул.

«Это потому, что я не прячу, что являюсь магом. Правда, держу себя в определенных рамках, и определить мой уровень довольно сложно, и тем более мое стихийное направление. Плюс, они еще могут видеть определенные характеристики моей ауры, которые относятся к чародейству. Так что действительно, для видящих ауры и понимающих то, что видят, там много интересного».

«А почему не скрываешь?»

«А зачем? – пожал я плечами. – Я никому не мешаю, мне это тоже не мешает, а если кто-то решит, что я ему мешаю, то это даже интересно»…

«Чем?»

«Тем, как они будут решать свою проблему со мной! – мысленно рассмеялся я. – На самом деле, если я захочу отдохнуть от общего внимания, это ведь легко сделать, но иногда хочется побыть самим собой».

«Тоже верно», – согласилась со мной моя боевая подруга.

Тут Сэлия поймала такси, и рядом с нами опустился муниципальный транспорт.

– Я подумала, что вам будет интересно сверху посмотреть город, – обернулась к нам рыжая девчонка.

Сейчас у нее волосы были распущены и оказались настолько густыми, хоть и не слишком длинными, что ими она могла укутываться как плащом. И они снова были растрепанными, но это ее совершенно не волновало. Странная девушка.

Аппарат управлялся обычным молодым гномом, но под панелью стоял магический кристалл, на который был завязано очень сложное интеграционное плетение, чем-то напоминающее аналоговый компьютер. Я даже скопировал его себе – уж очень интересно было посмотреть, до какого уровня дошли современные магические информационные технологии в этом мире.

А пока смотрел на красивый город, слушал – Сэлия оказалась хорошей рассказчицей, правда, не очень глубоко знающей историю: в ее рассказах там и сям зияли огромные дыры, – и даже водитель ее с интересом слушал, но в разговор не вмешивался.

Все-таки приятно было побывать в Дорзене. Да, ничего знакомого я пока не увидел, но все равно, гномы – это гномы. Непередаваемая энергетика жителей этого мира, почти подзабытая, «пахла» для меня ароматом железа, камня и почему-то мускуса. А от тех эльфиек, что нам встретились, тянуло живительной лесной энергетикой, слегка поблекшей в каменных гномьих джунглях. Да и вообще как-то тут было то энергетически густо, как в сметане, а иногда вдруг становилось легко, как на облаке.

Похоже, я даже словил легкое наркотическое опьянение от смеси энергий, и мне это нравилось. Планетарная энергетика тоже впечатляла. Это было покруче, чем северное сияние на Земле. В определенном диапазоне все буквально сверкало и переливалось цветами, обозначение которых просто отсутствует в человеческом языке любой расы. А источник земной маны в центре Старого города? Ух, какое крутое, высокое и раскидистое серо-коричневое дерево-фонтан бьет в небо, закручивая воронки и спирали где-то в стратосфере и даже выше! Вроде бы он не фиксирован на одном месте и, насколько я помню, уже смещался ранее. Собственно, на том месте, где он остановился, и вырос город, но века прошли, а он все еще здесь. Может, источник и болтало туда-сюда, но сейчас он довольно устойчиво сидит на этом месте. Я это каким-то образом чувствовал, как ощущал энергетику портала на Землю, и как откуда-то понимал, что надо сделать, чтобы его зафиксировать.

А насчет города – так я еще в старой его части не был. Специально ничего заранее не узнавал, чтобы сделать себе подарок. А вдруг что-то знакомое попадется? Я хоть все прекрасно помнил, но все равно в памяти выпячивались только хорошие воспоминания.

Прямо на широченной старой каменной стене, куда мы подлетели, стояли площадки для флайеров, куда мы и сели. Рядом стояло еще несколько такси, некоторые садились и, спустя минуту или меньше, летели внутрь города. Вылетающие же из города флайеры не останавливались, а сразу перемахивали стену.

– Прямой залет на территорию Старого города запрещен, – пояснил водитель специально для меня с Алиелой, поняв по разговорам, что мы совершенные новички тут, – необходимо встать на площадку, где проведут сканирование аппарата, и оплатить въезд на внутреннюю территорию. Вам нужно оплатить муниципальный сбор и компенсационную оплату нашей фирме за поездку.

– С чем это связано? – полюбопытствовала Алиела на гномьем языке. Я с одобрением посмотрел на нее – моя девочка потихоньку начала врастать в ткань этой цивилизации. Сбор первичной информации прошел, языком овладела, теперь начнет плотнее интересоваться окружающим.

– Власти так ограничивают количество любопытствующих, – улыбнулся гном, – их и так много, а живут в Старом городе в основном состоятельные гномы и другие разумные, которым не нравятся толпы зевак. Запретить посещать город по определенным причинам они не могут, а вот финансово воздействовать и на самих туристов – муниципальным сбором, и на Управление транспорта лишними поборами, которые это управление опять же перекидывает на туристов – это они могут. Так что с вас десять монет – сбор, пятьдесят – нам компенсация, то есть Управлению транспорта.

– Я заплачу! – чуть не подпрыгнула Сэлия. – Вы наши гости, и я обещала вам показать город! – Она положила руку на площадку, раскрывшуюся козырьком с потолка. Амулет считал характеристики ее ауры, информацию с банковского амулета и отправил это наружу на стационарный приемо-передатчик, расположенный на стоянке. Буквально через десять секунд амулет засветился мягким золотистым сиянием.

– Ой, – Сэлия чуть не заплакала, глядя на сияние, – так опозориться!

– Что случилось? – спросила Алиела и погладила Сэлию по руке, успокаивая.

– У меня монетки закончились. Это все из-за соревнований! Вложила туда все деньги, выделенные мне, и не уследила. И забыла у деда попросить, правда, он бы не дал – он у меня строгий, если потратила все – сама виновата и выкручивайся.

Я улыбнулся ее детской искренности и расстройству. Она ничуть не играла и действительно просто не вспомнила об этом.

– Золотом возьмешь? – спросил я у таксиста, заставляя путешествовать древнюю гномью монетку по внешней стороне пальцев ладони.

Тот глянул, проявив легкий интерес, но отказался:

– Заманчиво, но золото сейчас официально не ходит. Это или в банк, или еще куда… Только я не понимаю, почему вы не хотите воспользоваться своим счетом?

Своим вопросом таксист меня реально поставил в тупик. Дальнейший разбор полетов показал, что любой человек, у которого есть счет в банке, для повседневных нужд выставляет разные параметры доступности информации по счету разным структурам. В нашем случае, если человек пользуется муниципальным транспортом, а, живя в Дорзене, он это обязательно делает, он может выставить, например, параметр, что Управление транспорта может опросить счет клиента на максимально разрешенную для этой структуры сумму, например, среднюю рассчитанную стоимость проезда. Скажем, на сто монет. Если сто монет есть на счету – клиент без проблем пропускается в такси, если нет, то никуда не едет или сначала разбирается со своим счетом и деньгами, а потом едет. Если кто-то, например вор, от имени управления захочет узнать, есть на счету пятьсот монет, то банк ответит – нету, так как ограничение стоит на сто монет. В некоторых случаях очень удобно. Например, заходит человек в ресторан, и там сразу знают, что он сможет оплатить средний обед. Или не средний, а дорогой. Тут много градаций, но идея понятна. Причем для простого определения вот таких минимальных параметров просто считываются параметры ауры.

Кстати, подделывать ауру тут так и не научились. В общем, удивительно, но и тут высокие технологии рулят. Пусть и магические.

Так вот, амулет в такси показал, что один из пассажиров может оплатить поездку. И этим клиентом оказался я. Забавно, у меня действительно был тут счет, но столько времени прошло! И ведь даже мысли не возникло, что что-то осталось. А туда ведь капали в свое время денежки от продажи струн, на другом материке – от замагиченной одежды. Что-то еще, кажется, было. Хм…

Забавно, но на такси хватает. Без посещения банка и при отсутствии банковского амулета узнать состояние счета невозможно, но вот так вот просто узнать, могу я заплатить за что-то – вполне. В этом случае, правда, по-другому надо платить.

Я положил обе руки на тот же амулет. Он засиял розовым светом, а руки оплело сложное плетение явно эльфийской работы. Ну, амулетик-то из интеграционной магии, так что там много чего намешано. Оно сняло дополнительные параметры ауры, состав крови, параметры кожи. Явно определило, нахожусь ли я под действием каких-то веществ. Потом во внешнюю защиту ментально постучались. Прищурив глаз и оценив алгоритм работы ментограммы, пустил ее во внешний уровень ментального слоя. То, что я не нахожусь под ментальным влиянием, она определила, хотя я засомневался. Не во влиянии, а в том, что она правильно определила. Нет, правильно, конечно, но я мог подсунуть этой ментограмме что угодно, и она бы ни «жу-жу»… Впрочем, я опять забываю, что я – это одно, а среднестатистический разумный этого мира – совсем другое. И по крови тоже не очень понятно – у меня ее состав явно отличается от местных, и мой организм много чего вырабатывает в крови, чего нет у местных, но, возможно, амулет заточен просто на обнаружение определенного круга веществ, известных как психоподавители или какая иная наркота. Тогда да, логично.

Удовлетворившись результатом моего осмотра, амулет засиял синим цветом.

– Все, – кивнул таксист и развернулся лицом вперед. И, уже не глядя на нас, начал поднимать свою шарманку, – но я бы вам посоветовал взять в банке их амулет, это значительно облегчит вашу жизнь.

– Спасибо, я подумаю, – и посмотрел на Алиелу. Ей тоже было интересно, ведь я ей почти все мысленно скидывал и объяснял. Эх… что-то мне снова захотелось с нею уединиться… Почувствовав мое желание, Алиела улыбнулась, пожала мне руку, но отвернулась и стала смотреть на город. Я печально вздохнул и присоединился к ней.

Центробанк

Под гулкими сводами одного из коридоров каменного подземного дворца, выстроенного древними гномами с разрешения одного из величайших архимагов современности – Руархида их’Торреана их’Шуфандира, недалеко от центральной цитадели – ядра архитектурной составляющей государственности, прозвучал дробный перестук шагов быстро двигающегося молодого гнома. Этот подземный дворец являлся фактически центром банковской системы гномов, раскинувшейся на всю планету, в свое время поглотившей все иные банковские системы. Поглощение произошло не сразу, не всегда мирно, в течение сотен лет, но произошло. Правда, в результате в управление системы кроме самих гномов вошли демоны, некоторые архимаги, чародеи и даже видящие, с помощью которых порой удавалось так развернуть эту финансовую махину, чтобы обогнуть рифы действительности и избежать финансовых потерь.

– Мастер! – без стука ворвался гном в кабинет управляющего, который, тряхнув десятком тщательно лелеемых косичек бороды, уставился на вошедшего. Тот, будто споткнувшись, резко остановился и взял себя в руки. – У нас ЧП нулевого уровня.

– Итить тебя через камень, да об кувалду! – ругнулся мастер, впрочем, вполне добродушно, – А я-то подумал, что война началась.

– С кем? – удивился молодой гном.

– Вот и я подумал – с кем? – Мастер любовно провел руками по бороде, переложил несколько косичек покрасивее и снова поднял взгляд на своего помощника. – Чего так торопился-то? Нулевой уровень вообще ни о чем, интересно, необычно, но не стоит таких переживаний.

– Простите, мастер, – молодой гном слегка поклонился, – я вам отослал по десятому каналу информацию, но вы не ответили, и я…

Мастер покосился под стол, куда успел спрятать интересную книжку и фляжку с мягким горячительным, презентованным ему Аллуелем – мастером из эльфийского отделения банка, с которым он довольно долго дружил.

– Сейчас посмотрим, – пробормотал он, включая над столом иллюзию с информацией из десятого канала. – Так, что у нас… Ага, активировался «спящий» счет. Ого! Когда-когда он был создан?

– Так и я о чем! – порывисто воскликнул помощник, чуть не подпрыгнув на месте. – К тому же он двойной – когда объединяли нашу систему с коробосской, мы ведь объединяли счета по аурным матрицам, где это было возможно. Так и там был счет по этой матрице. Правда, поменьше…

– Угу-угу, – покивал мастер, – я вижу. С тех пор ни с того счета, ни с этого деньги не снимались, а накапало там прилично… Ого! Тот, что у нас в столице открыт – до сих пор пополняется, и я тебе скажу! – Мастер посмотрел на своего помощника и, уже не стесняясь его, достал спрятанную фляжку и глотнул из нее. – Так вот, что я хочу сказать – чтоб я так жил!

– Ага, а если он вдруг захочет снять все деньги? Это же обрушит нашу финансовую систему! Такие деньжищи! – Молодой все-таки подпрыгнул на месте, но недоуменно посмотрел на мастера, который сначала захихикал, а потом рассмеялся во все горло, вытирая выступившие слезы.

– Ох, и глупый ты! – Мастер наконец успокоился и, глядя на насупившегося помощника, пояснил: – Вот тяну я тебя, тяну, думаю, что из моего племянника когда-то выйдет толк, только, похоже, ему просто неоткуда выходить. И как ты умудрился только закончить нашу финансовую академию? – Он тяжко вздохнул и махнул рукой на насупившегося племянника, то есть помощника. – Никто никогда такие объемы денег не выводит. Просто не на что, да и все сразу заинтересуются – зачем. На войну? Так такое тайно надо делать, а не сделаешь. Ты думаешь, почему мы фактически независимая от государств структура? Вот потому, что мы – стержень! – Мастер сжал кулак и потряс им в воздухе. – Стержень, на который нанизаны финансовые системы почти всех стран на нашей планете. – Он выдохнул, откинулся в кресле и пробормотал негромко: – потому и войн серьезных у нас так давно не было. А за счетом надо последить да сообщить кому надо, чтобы пригляделись к тому, кто пользуется им. Вдруг нашелся способ обмануть нашу систему? Терять деньги, даже в мелочи, нельзя. С другой стороны, если там все нормально, то ты представляешь, какую рекламу можно сделать? – Мастер поднял кулаки и потряс ими. – Банк с тысячелетними традициями!

– Так и так же альтернатив нам нет! – воскликнул молодой гном.

Мастер упал головой на стол, стукнувшись о столешницу лбом, но, кажется, даже не заметив этого.

– За что мне такое наказание! – пробормотал он. – Всем разумным надо оставлять выбор! Ты понимаешь? Всем! Выбор! Пусть иногда и иллюзорный, – совсем тихо сказал старый гном. Потом резко поднял голову и заорал: – Пшел вон, кусок дерьма! И скажи своей матери, что я тебя видеть не хочу! И чтобы я ничего не слышал от нее о достоинстве нашего рода! У вас не достоинство, а сплошной позор!

– Мастер! – завопил племянник, бухаясь на колени. – Прости! Я все выучу! Не прогоняй! – В глазах его плескался страх.

Вот только мастер не был уверен, что это тот страх, что заставляет думать и принимать верные решения.

Мастер с презрением посмотрел на своего племянника, потом тяжело вздохнул:

– Ладно, отправишься на курсы повышения квалификации.

– Спасибо! – вскочил помощник, радостно улыбаясь, но мастер остановил его, выставив ладонь: – На годовые курсы. В эльфийский Лес. И уж поверь – там из тебя выбьют все дерьмо, что не смогли выбить наши гномьи учителя! Пшел вон! – крикнул мастер и с удовольствием прочитал натуральный ужас в глазах молодого гнома.

Затем, когда дверь закрылась, он снова сделал длинный глоток и улыбнулся:

– Так… От придурка этого я все же избавился. Попрошу Аллуеля проследить, чтобы его там попрессовали серьезно. И чтобы обязательно включили в курсы по повышению квалификации… хе-хе, курс рейнджеров… Нет, сдохнет, – покачал он головой. – Ладно, пусть будет начальный курс рейнджеров, а там посмотрим по результатам.

Он снова повернулся к так и не выключенной иллюзии.

– Так, а с тобой что делать? Крайне любопытно получается. Кто же ты? Из сыпунов, что ли? Проснулся один такой через тысячелетия? Да вроде им все эти финансовые вопросы до одного места. Какой-нибудь маг после неудачного эксперимента – там заснул, тут очнулся? Или удачного? Мало ли чего творилось в прошлом и чего могли маги придумать. Надо бы кое-кого поставить в известность и посоветоваться.

Мастер выдвинул скрытую столешницу из-под обычной и окинул ее взглядом. На ней рядами были выложены небольшие драгоценные камни – амулеты-переговорники защищенной связи. Каждый кристалл был подписан, и мастер выбрал тот, под которым было написано: «Архимаг Антрахид».

– Привет! Не помешал? У нас возникла одна любопытная ситуация, хочу посоветоваться.

Ник

В какой-то момент, облетев весь Старый город поверху, мы отпустили такси и просто пошли гулять по улицам. Почему-то меня пробила ностальжи, но какая-то теплая, добрая. Сэлия постоянно болтала, рассказывая нам разные городские новости, мы слушали, и нам было хорошо и весело. Наконец мы наткнулись на магазин «Бригаты Рема» и я потянул за собой туда девчонок. Сэлия тут же среагировала:

– Тут продаются самые дорогие бригаты на свете! – с восхищением выдохнула она. – Причем продаются не всякому и не часто.

– Девочка совершенно права, – донесся от дальней стойки голос продавца.

Магазин стоял почти пустой. Так, пара гномов и эльф что-то делали с инструментами в сторонке – то ли настраивали, то ли еще что. К слову, тут были не только бригаты, хотя их и было большинство. А к нам обратился скучающий гном довольно преклонного возраста, который обрадовался посетителям, с которыми можно поболтать: – Позвольте представиться – меня зовут Рем, просто Рем, как и всех моих предков по мужской линии. Что касается бригат – последние двести лет, к сожалению, приходится продавать их только на аукционе.

– А с чем это связано? – спросил я, найдя глазами за спиной продавца закрытую со всех сторон стеклом с магической защитой пирамидку с гитарой. Уж свои струны я узнаю из тысяч похожих.

– Это совсем не секрет, – улыбнулся продавец. – Основатель нашей музыкальной династии, тот самый Рем, как-то совершил удачную сделку с одним магом, который передал ему амулет по замагичиванию струн. А корпуса с тех времен для этих струн делают только эльфы – признанные мастера своего дела. Это было так давно, что даже в библиотеке рода отсутствуют точные данные, но мы с тех времен точно соблюдаем условия договора. Но, «увы» – слишком много времени прошло, и амулет стал работать с перебоями. Часто качество совсем не то, а идеальные струны он выдает раз в десяток лет. С чем это связано – никто не знает. Даже в Университете интеграционной магии не смогли разобраться с его работой. А про мага того с тех времен никто ничего не слышал. Вот эта бригата только вчера была готова и скоро будет продана на аукционе.

– Понятно, – кивнул я, – накопились ошибки в амулете.

– Ошибки? – переспросили все трое – Сэлия, Алиела и продавец.

Я пожал плечами:

– А что, у меня и сейчас иногда такое бывает. А можно попробовать инструмент? Давно я не держал в руках бригаты этой марки.

Продавец, не поняв моего предыдущего высказывания про ошибки, грустно улыбнулся:

– Только если вы в состоянии оплатить среднюю стоимость бригаты, которую платят за нее на аукционах. К сожалению, мы должны брать залог, а то были случаи случайной или даже намеренной порчи инструмента.

– И каков залог?

– Девятьсот тысяч монет, – с извиняющейся улыбкой развел руками гном.

Сэлия разочарованно вздохнула. Что-то со стороны других посетителей стукнуло.

– Нормально, – кивнул я, – давайте проверим, смогу ли я оставить залог, – и протянул руку.

Гном удивился, но не стал спорить, а тут же выложил на стол пластинку амулета, почти такого же, как в такси, но более качественного. Я положил на него руку. Снова проверка, но тут уже с подтверждением – слишком сумма велика. В ментальной сфере возник вопрос что-то вроде «предоставить информацию о наличии не менее девятисот тысяч монет на счете? Зарезервировать сумму?». Я согласился и снова – синий свет, подтверждающий информацию.

Гном уважительно кивнул и развернулся к пирамидке с гитарой. Несколько сложных манипуляций, и гном, как величайшую драгоценность, на вытянутых руках протянул мне инструмент. Сам он волновался, но и был рад подержать в руках этот инструмент. Было видно, что ему самому это не часто приходится делать. Прочие посетители подошли поближе, чтобы тоже посмотреть, но опасности от них не было, и я не стал обращать на них внимания.

Без особого пиетета я взял бригату и окинул ее взглядом. Потом крутнул и посмотрел с обратной стороны. Продавец аж дернулся, увидев, как я обращаюсь с инструментом.

– Хм… Эльфы в своем репертуаре. Качество корпуса ничуть не упало за тысячелетия.

– Откуда вы знаете? – спросил гном. – И все же, будьте осторожнее! Не надо так размахивать бригатой.

– Мне в свое время довелось держать в руках первые инструменты Рема, – пробормотал я, снова переворачивая гитару струнами к себе. – А струны да, разбалансированы.

– Да что вы такое говорите?! – возмутился гном. – Их звучание идеально!

– Да что вы знаете о звучании? – отзеркалил я его тон и провел пальцами по струнам. Густой объемный звук даванул на ауру, воздействуя на точки резонанса. На самом деле звук был очень приличный, но магическая составляющая все-таки сбоила.

– Вот видите, какой звук! – воскликнул гном, укоризненно глядя на меня. Алиела тоже бросила на меня вопросительный взгляд, хотя была действительно впечатлена. Хм… Не заметила? Впрочем, проблема не в звуке, а в дополнительных магических приблудах, которые усиливали его воздействие.

– Вот смотрите, как это сейчас звучит, и запомните свои ощущения, – сказал я и сделал примерно минутный проигрыш экспромтом.

– Браво! – воскликнул гном, когда я закончил и другие покупатели зашумели, выражая одобрение. Алиела тоже улыбалась.

– Вот! А должно быть вот так! – сказал я, проводя рукой по струнам, выправляя плетения до их первичного состояния, как они когда-то задумывались, а потом, немного подумав, добавил еще кое-что. Затем сыграл тот же проигрыш, но так как это был экспромт, то он немного отличался, да и я немного заменил концовку, запустив в пространство вибрацию одной ноты, которая длилась и длилась, а завороженные люди даже не замечали, как от расходящихся волн инструмента завибрировали стекла и вдруг с тихим шелестом рассыпались мелкой крошкой. Высший пилотаж – отсутствие вреда для слушателя, а вот побочные деструктивные эффекты порой только акцентируют, подчеркивают основную мысль то ли мелодии, то ли любого другого психического резонанса. И нет, это не я разбил стекла, это сделала музыка.

В зале стояла тишина. Пораженные люди никак не могли прийти в себя. Алиела протянула руку к инструменту:

– Можно?

– А то, – хмыкнул я, слегка двинул левой рукой с гитарой к своей правой руке, как бы перекидывая, но на ходу преобразовывая инструмент в волновую функцию и дублируя результат и – оппа! В правой руке у меня точно такой же инструмент, как и в левой, который я перекинул подруге. От всего происходящего и от такого святотатства гном схватился за сердце. Я присел на стул, Алиела тоже пристроилась напротив меня и провела рукой по струнам. Улыбнулась, пробежалась пальцами по металлическим резонаторам, вложила капельку души, а я поддержал.

Далеко позади остался магазин бригат, а мы молча шли по улице и улыбались. По крайней мере, мы с Алиелой, а Сэлия наконец-то замолчала и о чем-то задумалась. Или просто не могла прийти в себя. Алиела поглаживала колечко с личной цифровой библиотекой-хранилищем, куда засунула подаренный мной инструмент. Первый, уходя из магазина, я оставил на прилавке, как и точную копию амулета, изготавливающего струны. Думаю, строгое следование договору тысячелетней давности стоит награды. Эх, как мы с подругой переплели мелодию в самом конце! Так, что нашего ухода никто и не заметил, витая в своих грезах.

– А это музей, о котором я вам говорила, – очнулась Сэлия и махнула на высокое здание, своей архитектурой чем-то напоминающее нашу античность. По крайней мере, пилоны тут были, как и два «атланта» – полуобнаженный гном с левой стороны от высокой двери и эльф – с правой.

– Он посвящен истории развития интеграционной магии и, в частности, первому дабл-ректору. Только работает он раз в декаду и сегодня, к сожалению, закрыт. А охраняют его земные элементали, заключенные вот в этих статуях, – махнула в их сторону девушка. – Ну и, соответственно, интеграционной магией. Кое-кто говорит, что здесь защита стоит не хуже, чем в банке. Впрочем, вполне вероятно, так и есть.

– О! Пойдем – посмотрим! – Я потащил за собой девчонок.

– Закрыто же! – напомнила мне свои слова Сэлия, а я внимательно посмотрел на статуи. Действительно прикольно, так мастерски засунуть элементалей в камень и заставить их выполнять нужную функцию! Впрочем, просмотрев их память, я понял, что они и не против, а то я уже подумал, что тут вообще рабство элементалей в почете. Воздушных же рабов я видел!

Я улыбнулся. Статуи зашевелились, расправили плечи, спустились с постаментов. Сзади пискнула гномка. Земля под нами слегка дрогнула, когда ноги истуканов коснулись мостовой. Немного наклонившись, они, каждая со своей стороны, открыли высокие четырехметровые створки дверей, пропуская нас внутрь.

– Пошли, – сказал я и вошел. За нами двери закрылись, а статуи остались на страже.

– Но как?! – воскликнула гномка, таращась на нас с Алиелой, которая, подражая мне, делала невозмутимый вид, хотя и была поражена не меньше. Да и на меня, собственно, движение таких огромных статуй произвело неизгладимое впечатление. Там вообще было намешано много – и чародейские големные техники, и куча интеграционных плетений, и собственно элементали. Да и камень тут – не совсем камень. В общем, круть.

Мы медленно ходили по залам, рассматривая экспонаты. Все было сделано в лучших традициях мультимедийной интерактивности, только с опорой на магию, с неким флером необычности и старомодности, если смотреть со стороны Земли или, тем более, Версалии. Но чувства отсталости местного искусства совершенно не возникало. В основном тут были иллюзии, сценки из жизни университета, люди, гномы, эльфы, ставшие знаменитыми или просто известными в рамках развития учебного заведения. По сути это был своеобразный исторический экскурс. Однако, магия есть магия – многие сценки сопровождались довольно неплохо сделанными чувственными воздействиями, вызывающими эффект почти полного погружения в виртуальную реальность. Вот только вряд ли это была фантазия, скорее сценки, воссозданные по воспоминаниям персонажей, или ментограммы, если они научились их делать, или даже просто съемки с мест событий. Почему я так подумал? Потому что Криса и Эль выглядели точно так, как я их помнил.

У Крисы часто брали интервью, на основе которых потом воспроизводились те моменты, которые удавалось у нее буквально с боем вырвать. Да, она неохотно давала интервью, в отличие от Эль, с удовольствием болтающей с создателями интерактивной исторической ретроспективы для музея.

– Это правда, что вы не сразу стали подругами с Крисой их’Дрим и сначала даже враждовали?

Ученики, ученики, много учеников. Эльфы, гномы, люди, даже орки. Но это потом. Вначале всех учеников – только трое.

– А как получилось, что вы стали причиной и источником возвращения земных элементалей?

Глядя на давно умерших девчонок, я испытывал грусть. Оказывается, это очень неприятно. На Земле я как-то не успел прочувствовать это состояние, там не все было потеряно, не все нити с прошлым порваны. Сейчас же, глядя на Крису, испытывал ли я сожаление о нашем разрыве? Определенно да. Только не спрашивайте меня, изменил ли бы я что-то в прошлом, зная, что в будущем мне встретится Алиела. На некоторые вопросы лучше не отвечать. Даже самому себе.

– А откуда у вас появился ваш фамильяр-талисман? – это уже в самом далеком и небольшом зале, вероятно, мало посещаемом, судя по остаткам аур.

Слева темнота медленно превращается в мутный свет, будто пропущенный через матовое стекло. На нем отражается непонятный силуэт, который все быстрее и сильнее начинает уплотняться и приобретать четкость. И вдруг на пару мгновений я вижу себя, только какого-то не такого. Может, я так выглядел со стороны?

– Это же вы! – вырвалось у Сэлии.

Где-то справа бессистемно мелькают какие-то образы, и я понимаю, почему тут мало посетителей – это своего рода отстойник или склад не готовых или не подходящих под формат воспоминаний. Лес, дракон в окружении эльфов. Быстрый бег – деревья мелькают так быстро, что без ухода в скоростной режим восприятия трудно понять, что происходит. В какой-то момент впереди мелькает фигура бегущего мужчины… хм… В джинсах? Как в какой-то игрушке мелькает рука, лук и где-то впереди пропадает стрела.

«Н-н-н-а!»

Гномы, эльфы ругаются на каком-то консилиуме. Война с орками, которую останавливают десятки земных элементалей, поднятых Крисой, стоящей на небольшой горе. Рядом стоит Эль и еще много разных разумных. Смена кадра – на «экране» эльфийское мочилово с воинами какого-то бога. Демоны, летающие аппараты, еще неуклюжие в дизайнерском смысле, но вполне рабочие. Взрывы, куски тел, летящие в стороны. Лицо Эль с бесшабашной улыбкой-оскалом, трясущей зрителя:

– Крис! Очнись! Совсем немного осталось!

Эльфийский Лес, беседка, за столом сидят Эль и Криса, пьют вино и смеются. Появляется эльф, легко кланяется девчонкам и говорит эльфийке:

– Мама, ты звала, я пришел.

– Полетишь за Барьер в империю с посольством.

Смена кадра. Внизу земля. Зритель летит. Поворачивает голову, а там огромный змей-дракон, на шее которого сидит Криса и смеется. Изображение со смеющимся лицом Крисы замирает, секунд десять висит в воздухе, подрагивая от несбалансированных ментальных потоков, сопровождающих иллюзию, и гаснет.

Некоторое время ничего не происходит. Потом вдруг, будто где-то замкнули контакты, снова вспыхивает иллюзия, но сейчас показывающая фамильное кладбище эльфийской правящей семьи. Показывают большое и толстое дерево, внутри которого упокоилась Эль Трин’х Васар. Перед деревом спит дракон – талисман и фамильяр эльфийки. Справа от дерева стоит мраморная пирамида, сделанная лучшими зодчими гномов, с золотым тиснением и именем на передней грани: «Криса их’Дрим». На других гранях множество записей, отражающих достижения гномки. Перед пирамидкой также лежит дракон, опустивший голову на передние лапы. Он тоже спит. И только усы, похожие на усы китайского дракона, слегка шевелящиеся в воздухе, говорят о том, что это существо живое.

От входа слышится какой-то почти незаметный шум. Движением брови открываю перед нами окно, через которое видно происходящее перед музеем. Люди в униформе, а спереди обескураженные гражданские. Что-то магичат или как-то пытаются воздействовать на статуи, но каменный гном – сидящий на подвернутой ноге и опирающийся на правую ногу – бьет кулаком по земле. Стоящий рядом каменный эльф одновременно топает ногой. Земля от двойного удара подпрыгивает, как подпрыгивают и пришедшие гномы. Некоторые валятся на землю.

– Это же стража города! – как-то недоуменно говорит Сэлия. – Наверно, сигнал из музея пришел.

– Ну я не отключал всю сигнализацию, – пожал я плечами на вопросительный взгляд Алиелы. – Делать мне больше нечего. Ладно, пойдем отсюда.

Я прошел в следующий зал и резко остановился. В стеклянной замагиченной пирамиде, конструктивно такой же, как и та пирамидка для бригаты, висело черное платье. Сэлия выглянула из-за моей спины и нахмурилась, что-то вспоминая. Потом ее лоб разгладился, и она вскрикнула:

– Вспомнила! Это единственная личная вещь, что осталась от ректора Крисы их’Дрим. Говорят, это платье не знало сносу и могло менять свой цвет в зависимости от настроения владелицы. И проявляло свои свойства только на ней.

Я прошел мимо, не обращая внимания на то, как по платью пробежала белая полоса, и вдруг оно заиграло разными красками, в конце концов остановившись на светло-бежевом.

Распахнув перед нами портальную рамку, я взял за руки девчонок и шагнул в нее. Вышли мы в центральном парке, в котором располагался, судя по внешнему виду, неплохой ресторанчик. Да и откуда тут, в центре, где живет гномья элита, взяться плохим вещам? Все-таки моя телепортационная сеть рулит.

– Что-то я проголодался! – Я похлопал себя по животу и умиротворенно зажмурился на окружающую красоту – тут явно поработали эльфы.

Все! Сожаления и унылость оставим прошлому. Жизнь сложна и, по сути, грустна. Если посмотреть на нее с какой-то точки зрения, то даже бессмысленна. Но мы не будем смотреть на нее с этой точки зрения. Тем более смутные видения, что начали у меня тут проявляться, были как-то более яркими, и несколько вариантов ближайшего будущего стали отчетливее. Интересно посмотреть, что из этого выйдет и насколько точны и прочны расчеты астрального компьютера. Вообще, на самом деле я, условно говоря, видел перед собой жгут проводов из сотен и тысяч проводочков – вариантов будущего, отходящих от меня и теряющихся вдали. Какие-то были более яркими, какие-то совсем тусклыми. Хочется посмотреть, как это все соотносится и взаимодействует. И вообще как с этим можно жить. И нужно ли.

Ник

Разумеется, никакого вышибалы в этом элитном заведении не было. А вот что-то вроде двойного швейцара – гном и эльф, присутствовало. Ну, точно как в музее, только тут живые. Хотя, вполне возможно, они работали дублем, я видел, что они были вполне сработанной парой. По крайней мере, двигались, чувствуя друг друга и дополняя.

Гном покосился на пластинку сбоку, показавшую нашу платежеспособность, но засомневался, и я его понимал – одеты мы были крайне легкомысленно для такого заведения, особенно косился почему-то эльф на открытые ножки Алиелы. Не, я, конечно, понимаю, что они у нее просто идеальны, но ведь это по моим понятиям, а у эльфиек они имеют чуток другую форму. Тоже красивую, но просто другую, а после Алиелы – так вообще, как по мне, не особо привлекательную. Неправильный эльф какой-то. Я повернулся к девчонкам и подмигнул. Почти мгновенно перекинулся мыслями с женой, и пока она виртуально формировала одежду, хоть немного похожую на местную, что мы видели чуть ранее, быстро повесил нужные плетения на Сэлию – на руки, ноги и так далее. Буквально пары секунд хватило, чтобы согласовать результат с подругой, и к швейцарам уже повернулся стильно одетый человек, его красавица-жена в модном среди элиты легком платье, своим видом и оттенком буквально кричащем о его огромной дороговизне. Сэлия, хоть и стала уже привыкать к нашим закидонам, всё-таки психически была уже немного истощена, поэтому не удержалась и от неожиданности пискнула. Пришлось немного стимулировать ее организм, и буквально через мгновение рядом с нами снова стояла и пританцовывала от нетерпения шебутная девчонка тоже в дорогом платье.

Переглянувшись, гном с эльфом сделали по шагу в сторону, пропуская нас и профессионально слегка поклонились. В их аурах одновременно здорово полыхнула опаска в отношении нас. В принципе, маги не должны тут быть редкостью, однако, видать, наши действия все же сильно отличались от привычного поведения магов на людях.

– Приятно провести время, – сказал гном.

– Благодарю, – кивнул я и, взяв обеих девиц под руки, повел их внутрь.

Оглядевшись, понял, что это даже не ресторан, а какой-то стадион. В смысле, по размерам – настолько он был огромный, правда, народу было не так много.

– Посмотрим, что и как сейчас готовят в подобных забегаловках, – пробормотал я, краем глаза следя за быстро приближающимся официантом.

– Добро пожаловать, – поклонился молодой эльф.

М-да, все-таки гномы с эльфами тут довольно сильно сошлись в делах. А раньше не особо любили друг друга.

– Проведите нас в какое-нибудь не слишком открытое место.

– Полу-кабинет по-эльфийски устроит?

– Вполне, – кивнул я и последовал за официантом.

Сэлия, непривычная к таким местам, жалась ко мне, а Алиела спокойно и с интересом осматривалась.

Нас привели к месту, расположенному поближе к стене, где действительно были столики, по бокам огороженные деревянными сетками, которые оплетали совсем чуть-чуть, чтобы не надоедать, источающие запахи красивые цветы. Алиела буквально расцвела – уж очень стиль оформления соответствовал вкусам веганской культуры. Проходя в проход, она слегка дотронулась до цветка и улыбнулась. Цветок отреагировал на ментальный импульс девушки и по максимуму раскрыл свою чашу. Другие цветки, будто заразившись от него какой-то болезнью или наоборот – радостью, волной тоже стали раскрываться. И что характерно – все повернули свои бутоны в сторону Алиелы и стали за ней следить. Я отметил золотистое излучение ауры девушки, непроизвольно ею генерируемое, которое буквально стало подпитывать цветы. Те от наслаждения даже стали покачивать своими цветущими головками.

Я отодвинул стул для жены и недовольно шлепнул аурным отростком по энергетическому телу застывшего официанта. Того испугало такое поведение цветов. Он посмотрел на меня шальными глазами, а я указал ему взглядом на Сэлию. Официант отмер и тут же бросился отодвигать стул для гномки. Та, смущаясь, аккуратно села. Обойдя Алиелу, я тоже присел, устроившись лицом к залу.

– Ну-с? – вопросительно посмотрел на официанта.

Тот явно был выбит из колеи и, постоянно косясь на растения, положил на стол замагиченные планшетики. Ну я так их окрестил. Присмотревшись – хмыкнул. Уж очень они напоминали своей структурой когда-то сделанные мной обучающие книги. Попроще, но все же. Пробежавшись пальцем по отмеченным местам, я быстро пролистал меню, краем глаза наблюдая за девчонками. Алиела спокойно, как будто не в первый раз, выбрала себе что-то из эльфийского раздела и передала планшет официанту, а потом посмотрела на гномку и нахмурилась, глядя, как та менжуется. Тогда она наклонилась к ней и стала вполголоса с нею разговаривать.

Я же повернулся к официанту и, протягивая ему планшетку, строго спросил:

– Надеюсь, это приличное заведение?

И хоть официант и дернул глазами куда-то вбок, он вполне уверенно ответил утвердительно:

– Это самый лучший ресторан Старого города. Кроме того, сегодня у нас дебют, если так можно сказать, и, вероятно, единственное представление танцовщиц-орчанок. Так что сможете насладиться необычным зрелищем.

– Почему единственное?

Официант понизил голос и, будто пытаясь реабилитировать себя в наших глазах, доверительным тоном негромко пояснил:

– У нас в городе гостит один из визирей великого хана Великой степи Оргохна, и сегодня он решил посетить наш ресторан. А так как он всегда отдыхает со своими наложницами, то они будут в первую очередь ублажать его своими танцами, но и мы сможем полюбоваться на это редкое зрелище. Сегодня народу немного, зато можно по-настоящему отдохнуть.

– Хорошо, – кивнул я, отпуская его, и повернулся к девчатам: – Сэлия, а ты, как я посмотрю, не часто бываешь в подобных заведениях.

Девочка бросила быстрый взгляд в зал и поежилась:

– Не того я круга персона, чтобы по таким местам шляться. И вообще, мне учиться надо.

– Вообще-то, может и не высшего круга, но вполне высокого. По крайней мере, твой дед спокойно тут мог бы хоть каждый день обедать.

Сэлия вытаращилась на меня.

– Вот только он правильный гном и понимает, что важно в этой жизни, а что – нет. Так что гулеванить постоянно в таких местах не стоит, но пару раз побывать, чтобы представлять себе, что это такое, и не смущаться, если вдруг вынужденно попадешь в подобные обстоятельства, – надо. Тем более в твоем случае.

– В моем?

– Посмотрим, как будут развиваться события. Может, и не нужно все это будет.

Турень их Бумх расслаблялся в своей привычной компании. Лучшее эльфийское вино и чистейшая огненная вода без всякого пиетета перед ценой продуктов и правил винопития мешались в глотках молодых гномов. Однако громкий смех и шуточки, гасящиеся магическим пологом, не мешали окружающим. К его бокам жались симпатичные гномки, пытаясь привлечь его внимание, но их лица и тела ему уже приелись. У него давно была мысль заполучить себе подружку-эльфийку, только сделать это было непросто даже для него – сына одного из столпов гномьего государства. Таких родов всего-то пять осталось.

Со временем рода, которым когда-то были переданы права и возможности вызова земных элементалей, исчезали, не успевали провести ритуал передачи вызова наследнику, или им помогали в этом. А того, кто изначально имел возможность назначать семьи, которые будут стоять на страже государства и вызывать, по необходимости, земных элементалей, тоже давно нет. И даже сегодняшний архимаг не умел вызывать элементалей. Рода эти, последние, со временем набрали власть и фактически уже и являлись государством. А у архимага было всего лишь его слово, равное слову рода-столпа, но не более того. Правда, и согласия между родами не было, ну да ничего. Когда-нибудь останется только один род, был уверен Турень, и он-то и поведет государство в светлое будущее. Светлое для гномов, разумеется.

А с эльфийкой действительно пока не выходило. Выкрасть не получится – тут и принадлежность к роду Бумхов не поможет – эдак проснешься рано утром в своей кровати, а вместо эльфийки рядом у тебя из живота кинжал торчит. И купить не получается – ну не хотят эльфийки продаваться!

Турень опрокинул в себя очередной стакан огненной воды и уставился на десяток полуобнаженных орчанок, которые начали выписывать плавные круги вокруг ложа огромного орка, расположенного на небольшой возвышенности у дальней стены. Причем орку было в высшей степени плевать на то, что на него смотрят посторонние. На то, как он ест, пьет и веселится.

Танцы были зажигательными, и Турень даже подумал уединиться с одной из своих подружек – к тем орчанкам не подступишься, он уже узнавал, как его взгляд упал на беседку, расположенную недалеко от их. Вернее, не на нее, а на девку, сидящую там с каким-то человечком и девочкой. И красота этой девки была такова, что все мысли об эльфийках мигом покинули голову гнома. Турень улыбнулся – кажется, он нашел себе то, о чем мечтал последнее время. Если не лучше. С трудом встав и ухватившись за столик, чтобы не упасть, он, не обращая внимания на вопросы собутыльников, покачивающейся походкой направился к притягивающей его женщине.

Ник

Я смотрел на приближающегося гнома и видел, как отщелкиваются от общей связки, гаснут нереализованные нити будущего. А ведь вариантов именно такого развития было не много – ниже пятидесяти процентов. В остальных случаях, когда он осматривал зал в поисках жертвы и когда его взгляд обращался на нашу беседку, мимо проходил официант, прикрывая нас от его взора. И если бы случилось именно так, то я бы, наверно, вообще не стал ни во что вмешиваться.

С другой стороны, механизм распределения способных вызывать земных элементалей, как он был реализован – через Крису, единственного оператора с доступом повыше остальных, на долгой дистанции не оправдал себя. Произошло вырождение системы, хотя изначально такой вариант сильно помог гномам и дал их государству большой задел прочности. Так что не все было так плохо. И вот, по результатам эксплуатации, у меня есть несколько вариантов, как можно изменить систему.

Один из вариантов – просто все вернуть на начальные условия – выбор счастливчиков колесом Сансары, где происходит перераспределение душ. Хех… Ну или применить один из пяти возможных вариантов, что уже в фоне разработал. Вообще-то это интересно, сделать устойчивую систему на долгой дистанции самоподдерживающейся и самовосстанавливающейся. Хороший вызов для проверки моих текущих способностей. Вряд ли получится узнать результат, ибо этот результат – просто сам факт успешной работы придуманного алгоритма во времени, а не какое-то его финальное состояние. То есть совокупность состояний на оси… Что-то меня не туда занесло. Не время. Но все же жаль, что я не вижу будущее на такой срок. Не понимаю, как Видящие умудряются что-то разглядеть вперед на годы и десятилетия, если не на сотни лет. Там ведь столько вариантов, что просто голову сломаешь!

С другой стороны, тоже интересно, почему официант споткнулся, дав толчок развитию другого набора возможных линий. Сколько я ни смотрел на этот момент в прошлом, так и не нашел причины толчка. Очень много можно в астрале посмотреть на разных энергетических и информационных уровнях из того, чего не видно в реальности, но «увы». Видать, и там что-то скрыто или у меня не хватает разрешающей способности. Или же суслика на самом деле нет.

Гном вошел в нашу беседку и, слегка покачиваясь, оглядел нас. Мы, естественно, тоже на него уставились. Сэлия – с небольшим беспокойством, Алиела – с любопытством. В принципе я не стал от нее ничего скрывать, и хотя она засомневалась в моих выводах, но не стала мне мешать. Сзади гнома испуганно выглядывал официант. Нет, все же эльфы не настолько невозмутимы, судя по нему. Или уже давно «очеловечились» или «огномились»…

– Я наследник рода их Бумх! Меня тут все знают. Эта женщина пойдет со мной, а это тебе! – Он кинул передо мной на стол оформленный в специальную банковскую золотую обертку кристалл, что-то вроде нашей кредитной карты, но не привязанной к личности.

Вариант наличности такой. Только тут сделано немного не как у нас. При формировании такого кошелька в банке выделяется определенная сумма и кладется на специальный анонимный счет, к которому привязывается вот такой «кошелек». Фактически в нем магическая начинка, чтобы не использовали для противоправных дел, ну и еще немножко разного.

Не дождавшись моей реакции, а я просто в это время промакивал губы салфеткой, он попытался схватить Алиелу за руку. Впрочем, она ее быстро убрала, и гном чуть не упал от неожиданности – все-таки его неадекватное состояние сказывалось. И тут я выдал импульсом краткую волну ярости, от которой цветы на стенах беседки мгновенно закрыли свои бутоны. Алиела вздрогнула, хоть и понимала, что что-то подобное сейчас произойдет, а Сэлия просто спряталась под стол. Официант за пределами площадки тоже от неожиданности сел на пол.

Схватив гнома за горло аурной рукой, я быстро поднял его к потолку. Он задрыгал ногами и попытался руками разжать не дающую ему дышать силу, засипел, покраснел.

– Дорогой… – Алиела положила руку на мою, как бы успокаивая.

Я кивнул и приопустил гнома так, чтобы он касался кончиками пальцев ног пола и не задохнулся. Но прижал его к стенке беседки и так оставил.

– Я бы сама справилась, – как бы попеняла мне, хотя ситуация почему-то ее забавляла.

– Не сомневаюсь, но иногда надо же себя почувствовать настоящим мужчиной, защищающим свою самку!

– Фу, как грубо! – хмыкнула Алиела, а потом провела языком по своим красивым губам и прищурилась. – Но самка совсем не против!

Затем она посмотрела на гнома, и цветы вокруг него зашевелились, раскрыли бутоны и, как бы немного посомневавшись, повернули свои раскрытые чаши к лицу красного гнома и одновременно выдули в него пыльцу. Как они это сделали – не спрашивайте. По крайней мере, меня. Вон, у веганки спросите. А весь прикол был в том, что гном и так через раз дышал, а тут еще и пыльца. В общем, слезы, сопли, попытки чихать и икать одновременно. Я обернул его тело звуконепроницаемым коконом, чтобы не мешал, и разлил нам вино. Посмотрел на пустое кресло Сэлии, потом заглянул под стол. Нет, что-то с ней точно не то. Сидит под столом, закрыла глаза и уши и не шевелится.

Сгладил пики в ее ауре, ментально успокоил. Через минуту Сэлия вылезла из-под стола совершенно спокойной и удивленно огляделась. Посмотрела на висящего гнома и только шире раскрыла глаза:

– А что случилось?

– Плохой дяденька хотел сделать плохое, – улыбнулась Алиела. – А Ник его поругал и наказал.

Весь прикол ситуации был именно в том, что я держал гнома аурной рукой. Причем не напрягаясь и продолжая заниматься своими делами. В зале были маги, и они это видели. В принципе, я ауру замаскировал до состояния неопределимости силы. Видно, что есть, и понятно, что скрыта. А вот так управлять аурой на физическом уровне не каждый маг может. А кто-то вообще не может.

Спутники гнома загомонили и выбежали из своей ниши. И если бы они побежали куда-нибудь в другую сторону, ничего бы не было, но они направились к нам и явно с недобрыми намерениями. Только вот незадача – камень под их ногами вдруг стал мягким, и они провалились в него, кто по щиколотку, кто по колено. А потом камень застыл. Классическая ловушка мага земли. Кстати, эта шантрапа имела в своем составе пару слабых магов, но совсем несерьезных. Я походя удаленно перемкнул им в аурах пару мест, и на некоторое время они перестали быть магами.

Мое внимание привлекли эмоции орка, визиря кого-то там, что ли. Он явно получал удовольствие от происходящего, в отличие от остальных, замерших в состоянии тяжелого ожидания неприятностей. Не все, конечно, видели, что произошло, но всплески энергий так или иначе почувствовали все присутствующие. Орк откровенно веселился и, не скрываясь, скалился. Увидев, что я на него смотрю, он поднял стакан в мою честь и медленно выпил то, что там было налито.

Я тоже улыбнулся, достал из воздуха эльфийскую деревянную бутылку с вином, пальцем закрутил под нею смерч, который, собрав пыль из воздуха и несколько опавших листьев, сделался видимым, и движением ладони отправил ее в сторону орка. Посмотрел на продолжающего сидеть на попе официанта-эльфа и показал глазами на бутылку. Просто подарок надо передать и именно официантом, чтобы отыграть эту схему взаимодействия клиентов подобных заведений. В принципе, как и у нас. А чтобы эльф пришел в себя, щелкнул его по лбу аурным отростком.

Таурин Эллокипистон дернулся от щелчка клиента и пришел в себя. Он тут же понял, что произошло и что нужно делать – отчетливое дыхание неприятностей в затылок существенно ускорило его мыслительную деятельность. И, придерживая одним пальчиком горлышко бутылки, а другим донышко (воздушный смерч внизу делал больно, но он терпел), больше делая вид, что несет ее, он отправился туда, куда двигалась бутылка. А потом он пригляделся к рисункам на ней. И снова упал на пол – ноги мгновенно отнялись. Но он тут же вскочил, уже не зная, что делать – хватать раритет стоимостью в несколько десятков миллионов монет и бежать или сделать вид, что ничего не произошло. Это людям и прочим гномам, оркам, демонам все равно, что изображено на таких бутылках. Даже эльфы не все знают, понимают, но хотя бы могут прочитать и примерно сообразить. Но ему ли, вращающемуся в сфере ресторанного бизнеса, не знать таких вещей! Чтобы он, да не опознал бутылку производства эльфийского Леса задолго до объединения тысячелетия назад?

Ник

Я с усмешкой следил за официантом – его эмоции были для меня как открытая книга. Алиела тоже потешалась. И орк что-то понял, только глянув на бутылку, на ошалелого официанта, и посерьезнел. Вежливо кивнул. Тем более что орки – чаще воздушники и, увидев такую непростую реализацию из воздушной магии, могут оценить красоту конструкции. Все-таки забавные они, жаль, что я с ними ранее особо не сталкивался.

На висящего на стене гнома уже больше никто из нас не обращал внимания. Его друзья тоже чего-то там шебуршились, но слышно их не было, как и не видно почти – звуконепроницаемый кокон я слегка визуализировал и сделал матовым. Так что видно, что что-то или кто-то там есть, но вот что – не разберешь.

Тем не менее напряжение в зале не уходило. Я продолжал держать гнома аурной рукой, все больше и больше зарабатывая баллы у местных магов. Алиела с Сэлией обсуждали способ воздействия на растения через ментальную сферу, заставляя тех делать совершенно непривычные им вещи, например, быстро двигаться без ущерба для своей растительной основы. Гномка почти ничего не понимала в этом, но тем не менее делилась своими куцыми познаниями, которые ей походя передавала знакомая эльфийка, с которой она дружила.

Еще я достал точно такую же бутылку, как та, что ушла орку, крутил ее в руках и пытался понять, что же такое в ней так впечатлило эльфа. Увы, эльфийская символика мне была незнакома. Разве что чуть-чуть, но этого было явно недостаточно.

– Ну наконец-то, – пробормотал я, глядя, как в ресторан вбегают закованные в гражданский вариант боевых лат, отдаленно напоминающих старую земную униформу полиции или спецвойск, охранители покоя Дорзена. Амуниция была полностью черная, да еще и забрала непрозрачные. Но, судя по огромному количеству амулетов, все им было прекрасно видно, двигаться удобно и защищено всё по высшему разряду. Интересно, то, что их тридцать человек, вернее – гномов, что-то значит? Говорит ли это количество о том, что меня тут зауважали или это стандартный выездной отряд? Не, что-то многовато их.

Человек десять рассредоточились по залу, контролируя обстановку и грозно поводя чем-то, отдаленно напоминающим стреляющее оружие. Только оно было магическим. Посетители в зале замерли, а вот орк только мельком глянул на прибывших и снова вернул свое внимание подаренной ему бутылке, медленно покручивая ее в руках и морща лоб, будто пытаясь прочитать написанное там.

Еще десять охранителей бросились к завязшим в камне дружкам невежливого гнома, окружили их, а пара их магов стала пытаться снять барьеры. Наивные. Неужто не поиграть мне с их профессиональным чувством собственного достоинства? Пусть пытаются. Интересно, откуда они узнали, что там их подопечные, ведь не видно их? Присматривали за ними? Кто-то им слил картинку происходящего? Или своя служба безопасности ресторана подсуетилась?

Ну и третий десяток парней бросился к нашей полубеседке.

– Никому не двигаться! – раздалась наконец долгожданная команда.

Ну, давайте! Услышу ли я это? Ну?! Ну?! Эх! Ну нет в них чувства прекрасного! А где же «работает ОМОН?!» Где, я вас спрашиваю?! Эх, расстроили они меня, чесслово…

– Положили руки на стол! – продолжал кричать стражник, не сводя с меня (верно определил, кто тут главный!) своей пукалки.

Девчонки не успели испугаться, но немного напряглись. Радует.

Я подмигнул Сэлии и сделал как просили. Ой, а что это? Глаза стражника расширились от вида непонятной угрозы. Хм… Я же говорил, что их лица были закрыты? Тогда как же я увидел их лица? Ну это просто же, даже объяснять не стану.

Из моих рукавов на стол стали выкатываться горошинки, похожие на шарики черного перца. Именно это гном и увидел. И даже успел выстрелить из своего аппарата, правда, тот не сработал. Тогда он включил амулет, который тоже не сработал. А Алиела хмыкнула и приподняла нож, в который уткнулась одна из горошин и не смогла его перепрыгнуть. Дальше она поскакала за своими товарками.

– Еще с Версалии хотел попробовать, – чуть наклонившись к Алиеле, сказал я.

Она, я, Сэлия и даже вбежавшие гномы молча смотрели, как перечный горошек сыплется со стола и весело прыгает по полу, направляясь каждый к своему гному. В общем-то все это произошло достаточно быстро, а то стали бы гномы ждать, когда до них доскачет непонятная фигня, ага. В принципе могли бы и побегать, тем более, что оружие почему-то не работает, да только не помогло бы им.

Как в фильме ужасов, каждая горошинка прыгнула на своего гнома и, несмотря на то, что многие пытались отбрыкиваться и отбиваться – ага, много ты поотбиваешь мелочь такую, все достигли своих целей и растеклись по их униформе кляксой – силовым веганским полем, которым соплеменники моей жены так виртуозно пользуются для совершенно разных целей. Ну а здесь черная клякса полностью покрыла каждого гнома, что, правду говоря, не сильно было заметно на фоне черной же формы, но все же полутона всякие и прочие вещи, на поясах тех же, тоже скрылись под пленкой. Движения гномов, пытавшихся избавиться от напасти, все замедлялись и замедлялись, и в конце концов они замерли в той позе, в которой их застала фиксация полей. Вид был тот еще – замершие в зале черные статуи, по застывшим жестам которых можно было исследовать оттенки эмоций отчаяния. Даже висящий гном, которого я продолжал удерживать аурой, как-то затих, хоть и не прекратил попыток облегчить себе дыхание. Правда, мышцы у него на икрах ног свела судорога, но я это дело поправил – пусть продолжает тренироваться в экстремальном дыхании.

Алиела поморщилась и бросила в рот виноградинку.

– Какие-то неправильные солдаты, – сказала она. – Небольшие трудности, а сколько боли в их ментальных криках! Будто их режут на части. Я же правильно понимаю, что им ничего не грозит? – Она вопросительно посмотрела на меня.

Я кивнул:

– Разве что отеки мышц какие-нибудь, но не фатальные. – Я спокойно разлил эльфийское вино по бокалам.

Краем глаза отметил, как эльф-официант, более-менее нормально встретивший местную полицию, тяжело задышал и схватился за сердце, не сводя взгляда с бутылки в моей руке. Сэлия тоже сидела с открытым ртом, только переводила взгляд с одной фигуры на другую. Я пальцем нажал снизу ей на подбородок, закрывая рот.

– Это не солдаты, а типа гражданской стражи. Вы лучше вино попробуйте. Эльфийское. Как я посмотрю, оно тут чуть ли не больший фурор произвело, чем появление полиции.

Мы спокойно продолжили насыщаться, как бы странно это ни звучало. Впрочем, Алиела уже в принципе понимала, что происходит, – я мысленно с нею общался как раз на эту тему. Так что она даже мне подыгрывала. А вот у Сэлии все никак не проходил легкий шок. Я ее периодически приводил в себя, но слишком уж большие потрясения для неокрепшего мозга – она периодически зависала.

Я махнул рукой официанту и тот, с опаской обходя статуи, подошел.

– Принеси мне еще вот этого мяса по-демонски, а моей жене и нашей спутнице – вот эти эльфийские фрукты, что-то я не помню их.

Официант кивнул и так же осторожно выбрался в зал и побежал делать заказ. Вообще, в ресторане установилась непонятная тишина. Некоторые ушли, решив не рисковать, но остальные с явным интересом ожидали развязки или продолжения банкета. В общем-то зря. Видно же, что тут маги зацепились друг за друга, да еще власть в лице местных полицаев, причем специального назначения, обидели. Я бы, наверное, на их месте ушел… Хм…. Или нет?

Судя по замершему легкому шуму-шепоту, в зале наконец появился тот, кого все ждали. Я показал Алиеле пару самых вероятных линий развития событий. Алиела поставила на тот, где все относительно хорошо разрешается.

– Ты слишком веришь в людскую разумность и доброту, – покачал я головой. – Так могли поступить ты или я. Но сама должна понимать, что воспитание, ценности существ другого мира могут совершенно не совпадать с твоими представлениями. Впрочем, здесь не та цивилизация, где репутация держится на личной силе и власти, где, чтобы не свалиться вниз, надо уничтожить того, кто бросает на тебя тень, так что, возможно, ты и права.

– Но? – заметив заминку в моем высказывании, спросила она.

Алиела уже спокойно относилась к ситуации, встроилась в нее и давно уже стала в ней не статистом, правда, все равно по привычке стараясь оставаться как бы в стороне, наблюдателем. Странно, да? Но у нее получалось совмещать эти две вроде бы несовместимые поведенческие модели.

– Но, к сожалению, алчность, глупость и желание абсолютной власти и здесь встречается не редко.

– А ты не такой? – Веганка вдруг остро и с любопытством посмотрела на меня.

Я усмехнулся:

– Ловишь меня на тщеславии?

– У любого существа огромное количество граней в душе, – в ответ улыбнулась она и откусила от эльфийского фрукта. Зажмурилась от удовольствия. – И некоторые из них часто не видны, спрятанные в сиянии иных граней – ослепленное зрение их не видит. Вот теперь я знаю, что спокойно могу тебе говорить некоторые вещи, которые могли бы тебя обидеть, но не специально для этой цели, а чтобы не было недопонимания или чтобы лучше тебя понять. И я говорю тебе: да, я тебя еще плохо знаю, несмотря на нашу с тобой такую тесную связь и на переданные мне тобой знания о тебе. И знаешь, что?

Я вопросительно поднял бровь, глядя на приближающегося к нам нахмуренного гнома в ярких вычурных одеждах, говорящих о большом тщеславии, о котором мы только что говорили с Алиелой, ну и с парой телохранителей за спиной, хотя он и сам магом был неплохим.

– И мне это нравится! – завершила свою мысль Алиела практически моими словами. – Оказывается, когда вдруг открываешь что-то интересное в собеседнике или просто необычное, это довольно приятно. И это можно смаковать, как вот этот фрукт! – Она улыбнулась мне и повернулась к вошедшему гному.

Гном брезгливо осмотрелся, посмотрел на своего сына – родственная связь явно была видна, и еще больше нахмурился, рассмотрев, что это я его удерживаю аурной рукой. Но вместо того, чтобы разговоры разговаривать, попытался своей аурой рубануть по ней. Наивный, ничего, кроме того, чтобы мгновенно потерять свой аурный отросток и заполучить язву в своем биополе в том месте, откуда он ранее рос, не вышло. Гном болезненно вскрикнул, что послужило спусковым сигналом для его телохранителей. Они мгновенно выхватили оружие и ну пулять в нас.

Ну чтобы все было красиво, ибо мы тут играем роль в театральной постановке, которую сами же частично и спровоцировали, хотя могли уклониться, пули пришлось остановить в воздухе перед нашим столиком. Как и боевые мини-плетения, вылетающие совместно с пулями через одно. Интересное решение и довольно умное – и на физику давить, и на магию. А устройство-то техномагическое!

Гном, глядя на мое немного удивленное лицо и на висящие пули, кстати, внешне похожие на небольшие дротики с полпальца длиной, почему-то запаниковал. Возможно, на это повлияла все сильнее расширяющаяся язва в его ауре, может, еще что-то, но, скорее всего, первое, потому что он прошептал:

– Чародей!

Ну или ему мое лицо не понравилось, и в результате он, наверное, с испугу, шарахнул по нам мощным плетением, вызывающим локальное повышение гравитации. Создал его мгновенно – молодец, вероятно, он находился где-то на уровне архимага, может, пожиже чуток. Но все равно так поступать было глупо.

Глупо нападать неизвестно на кого, глупо ничего не разузнать заранее. Глупо испугаться и действовать в то время, как его сын находится буквально в руках «врага». Впрочем, вероятно, о нем он забыл, так как нам-то ничего не стало, а вот пол вокруг нашего стола раскрошился. Также сложились стенки беседки, уничтоженные по нижнему краю. Причем внешняя часть плетения не только уничтожила нижнюю часть декоративной стенки, но и превратила в кашицу ноги его собственного сына ниже колен. Пришлось принять меры, чтобы парень не умер и даже чтобы не потерял сознания – для пущего воспитательного эффекта. Кстати, по ходу дела он задел одну статую-полицая, а вот это уже было совсем нехорошо.

Присутствующие вели себя странно. Их и так осталось немного, но никто больше не ушел, хотя многие активировали амулеты защиты, формирующие разные поля вокруг них. Интересно орк действовал – он просто ровно сел, оперся локтем на колено и уже без ухмылок смотрел на происходящее. Перед ним в три ряда выстроились те девушки, что танцевали, и сейчас держали перед ним очень мощный воздушный щит. Прикольно, я не присматривался ранее, но практически все девушки оказались магами воздуха, только стиль плетений у них сильно отличался от классики. Ну и видно было, что если к ним полезть, то они могут озадачить любого мага. А вообще забавно получается – привез с собой наложниц, а они совсем по другому ведомству.

Все это я отметил, не сводя взгляда с гнома. Медленно промокнув губы и как ни в чем не бывало обновив вино в бокалах у Алиелы и у себя, я сказал:

– Представьтесь, пожалуйста.

– Ирин их Бумх, – буркнул гном и тут увидел, что случилось с его сыном.

Дернулся было, но замер перед моей аурной рукой, перекрывающей ему путь к сыну. Впрочем, эта «рука» напоминала не слишком толстое бревно, а если учесть, что с ним стало в прошлый раз, когда он на нее накинулся, то опасения его были понятны. С одной стороны. С другой – меня бы, наверно, это не остановило. Впрочем, я бы постарался в такую ситуацию не попадать.

– А! Так вы отец этого невоспитанного гнома! – покивал я. – Впрочем, судя по вашему поведению, вряд ли у него была возможность стать приличным гномом.

Ирин покраснел и надулся.

– Да как ты смеешь, человек! – заорал он и потряс руками. – Да ты знаешь, кто я?!

Я повернулся к Алиеле:

– Все-таки я был прав. Когда ничтожества получают власть и возможности, они тратят их не на то, чтобы сделать мир лучше, а чтобы только себе было хорошо и прогнуть этот мир под себя.

– Все! Ты превысил пределы моего терпения, – вдруг успокоился Ирин и полыхнул хорошо знакомым мне ментальным зовом.

Все-таки этот гном глуп. Не понимаю, как он смог удержаться на вершине власти с таким интеллектом. Впрочем, если для этого всего лишь нужно уметь вызывать земного элементаля…

Элементаль проявился искаженной линзой между гномом и нами, своим проявлением стягивая вокруг себя гравитационные волны, что выразилось в легком притяжении рядом расположенных предметов в его сторону да закручивании воздуха вокруг.

Ирин указал на меня пальцем.

– Уничтожь его! – громко произнес он, одновременно давая элементалю довольно толково сформированную ментальную команду.

Линза полетела ко мне, и гном искривил губы в ухмылке. Даже в глазах его сына мелькнуло злорадство. В каком-то смысле молодец гномик – в таком состоянии думать о чем-то ином, кроме боли, пусть и о мести. Ухмылялся его отец ровно до того момента, как то, чем проявлял себя в реальности этот элементаль, уселось мне на ладонь. Я погладил его:

– Что, маленький, не повезло тебе с хозяином? Ну ладно, ладно, лети! Я освобождаю тебя от привязки.

И элементаль, довольный полученным зарядом энергии, исчез.

По залу разлилась мертвая тишина. Подобное состояние собрания ярко и выпукло нарисовал Гоголь в своей книге в сцене «К нам едет ревизор». Естественно, такого результата никто не ожидал. Вон, даже орк стоял и таращился на нас с обалдевшим лицом. Тишину слегка разбавлял легкий хрип гнома, не способного в данный момент времени вдохнуть воздух. Нет, не потому, что я ему перекрыл кислород, а от общего шокового состояния, что подтверждали его выпученные глаза.

– Еще каких-то пару месяцев назад я бы тебя просто закатал в маленький шар и оставил на площади в назидание другим… – Я запнулся.

Блин, только не сейчас! Где-то в верхней астрально-ментальной сфере пошли знакомые мне колебания, которые я раньше просто не воспринимал и, как следствие, подпадал под их влияние. Но время-то шло, и я учился, и Умник кое-что накопал… Но, блин! Как же тяжело рассинхронизировать свое эфирное тело и это…

– Но сейчас ты просто перестанешь быть магом и оператором элементаля. Ты и твой род…

Алиела с тревогой смотрела на меня. Я не замечал, как в моих руках гнутся ножи и вилки, как, что-то почувствовав, с испугом смотрела на меня Сэлия. Не сумев в какой-то момент удержать контроль, я отпустил ауру, которая буквально прыгнула во все стороны и пригнула особо чувствительных к полу. По крайней мере, Ирин упал на колени, придавленный силой. Казалось, что реальность прогибается под давлением чего-то настолько мощного, что даже мысль сопротивляться этому давлению кажется глупой.

«Мы поможем», – вдруг услышал я многоголосие роя – веганских кристаллов, а еще я почувствовал ментальную поддержку своей жены, и это мне придало сил, позволив собрать мысли в одну кучу, а потом с совокупной мощью и помощью веганских технологий – кристаллов, сумел сфокусировать стягивающуюся астральную очередную в моей жизни психомаску не в свой мозг, а в сформированную колонией кристаллов самостоятельную энергетическую структуру, подходящую для этого дела. Правда, она все время пыталась приблизиться и прицепиться ко мне, но пока удавалось ее не подпускать.

«Нужна физическая привязка», – шелест мыслей кристаллов дал мне понять, что это пока только отсрочка. Впрочем… Физическая привязка? Их есть у меня! Поможет ли?

В следующую секунду я сформировал рядом с собой своего физического двойника, точно такого, какого делал на Земле и отправлял по делам вместо себя. Только по какому-то наитию не стал сейчас в нем формировать свой образ, и он просто представлял собой болванку человека, правда, напитанную моей энергетикой и разного рода энергетическими структурами, необходимыми для его функционирования. И когда он был готов, я с трудом сдвинул точку приложения удерживаемой общими усилиями психомаски в капкане энергетических пут, повторяющих своей основой разумную подсистему, на получившегося псевдоголема. К счастью, она мгновенно уцепилась за предложенный якорь и впиталась в него.

Я облегченно вздохнул и вытер пот с лица. Все-таки хрень какая-то с этими астральными психомасками. Чего они прицепились ко мне? Медом на мне, что ли, намазано? Так думал я, глядя, как белое лицо «голема» преображается, темнеет, нижняя часть вытягивается, плавно преобразуясь в бороду с косичками. Тело грузнеет, раздается вширь, становится массивней. Появляется типично гномья одежда устаревшего покроя, и вскоре я узнаю стоящего передо мной, слегка развернутого боком, гнома.

– Итить-колотить! – не смог я удержаться от восклицания.

– Чтоб я сдох, и вы вместе со мной! – вдруг закричал громоподобным голосом вмиг покрасневший от гнева новоприбывший. – Их Бумх, как я полагаю! – Прищурившись и по-змеиному прошипев, он впился глазами в ошарашенного Ирина, с открытым ртом вытаращившегося на говорящего. – Уж очень ты похож на своего прапрапрадеда! И закрой свое дупло, из которого лезут такие же глупости, какие рожали твои предки! Вот знал же я, когда решал, выводить ли ваш род на первые позиции или нет, что мне это аукнется! Хорошо хоть при жизни не увидел такого позора! И если бы не война с орками, хрен бы вы получили у меня элементальное достоинство! – Он покрутил фигой перед лицом Ирина, а потом вдруг мгновенно сформировал силовой захват, схватил гнома, поднял к потолку и шмякнул об пол. И проделал это несколько раз, приговаривая: – Всю жизнь мечтал дать пинка твоей родне и еще кое-кому! Жаль, что их тут нет! Н-н-на! Получай за них и за себя!

– Хватит! – От входа, медленно обходя статуи замерших полицейских, шел новый персонаж.

Аура властности будто расталкивала воздух впереди, но в какой-то момент она наткнулась на мою ауру, окружавшую нашу бывшую беседку, и уперлась в нее. Новый гость удивленно поднял бровь и внимательно оглядел побоище. Затем, переводя взгляд с меня на мое создание, если так можно сказать, на котором, кстати, его взгляд задерживался значительно дольше, чем на мне, представился:

– Архимаг Антрахид их’Борруин их’Шаруин.

– Руархид их’Торреан их’Шуфандир, – спустя несколько мгновений, потраченных на осмотр пришедшего, ответила проявленная в реальности психомаска моего старого знакомца. Результатом осмотра он явно остался доволен.

Антрахид погладил свою бороду, Руархид отзеркалил его жест.

– Думаю, нам есть о чем поговорить, – произнес Антрахид.

Руархид кивнул и повернулся ко мне:

– Ник Админ, у меня есть пара слов к тебе, но сначала я бы хотел обговорить насущные проблемы с архимагом. – Он поднял руку и посмотрел на нее. Пальцы заметно истончились и вокруг них стоял слабо заметный пылевой флер разрушаемого тела. Уж не знаю, почему оно так себя вело, все же делалось навскидку без точных расчетов. – Сколько у меня есть времени?

Я пожал плечами.

– Ладно, может, успею. Ты извини, но перед моим появлением я успел ухватить пару твоих мыслишек, и мне они очень понравились. Но надо обсудить это с сегодняшним хозяином.

Я молча кивнул.

Руархид развернулся и буквально движением мысли в центре зала из каменного пола вырастил пару кресел, стоящих друг против друга. В одно из них он сел, в другое жестом пригласил местного архимага. Когда тот уселся, вокруг них из того же материала вырос каменный шар, закрывший переговорщиков со всех сторон. Магически там тоже было все хорошо защищено, уже не знаю, кто это сделал – Руархид или Антрахид. Я бы мог, конечно, подслушать, но не стал этого делать.

– Они там не задохнутся? – спросила меня Алиела.

– Не думаю. Да и вряд ли они там надолго. Хорошо хоть не спрашиваешь, что это вообще было.

Жена вздохнула:

– Я понимаю – не время. Но надеюсь, потом ты мне все расскажешь.

– А что, это был тот самый Руархид?! – вдруг очнулась Сэлия, глядя на нас широко раскрытыми глазами.

Мы с Алиелой переглянулись и одновременно хмыкнули, уж так потешно выглядела гномка.

– Скорее нечто вроде его духа, – сказал я, не зная, как на пальцах правильно объяснить. Потом повернулся к залу, нашел глазами официанта и подозвал его кивком головы. Кстати, подзывать головой надо уметь, не все это могут. Я могу.

Когда эльф осторожно подошел к нам, я сделал новый заказ – снова что-то неизвестное мне, чтобы загнать в базу данных синтезатора. Потом, поморщившись, кивнул на лежащего без сознания гнома и его сына, которого уже бросил на пол:

– И уберите этот мусор.

Пока суд да дело, мы продолжали потихоньку пробовать десерт и понемножку выпивать. Странно, но происходящее аппетит не отбило от слова «вообще». Конечно, вся эта ситуация мне не нравилась, несмотря на то что я фактически ее если и не создал, то пошел на поводу у тех обстоятельств и событий, что привели к данному состоянию реальности. Хуже было то, что во всех вариантах, что я сумел просмотреть, не было ни одного с Руархидом в главной роли. Только после его появления и они стали появляться. То есть, как я и подозревал, в каждый момент времени производится перерасчет будущих событий и, что самое печальное, – фактически получается, что все эти варианты будущего и есть всего лишь варианты – математически обоснованные линии развития событий, исходя из известных данных. Нет, тоже круто, что ни говори, но никак не вундервафля. Я просто не понимаю, как крутые видящие могут рассчитывать что-то на десятилетия вперед и даже больше. Хотя тут есть такой вариант – они обращают внимание только на то, что при любых вариантах будущего случится. Например, развалится империя или нет. Думаю, там столько известных астральному компьютеру исходных данных, что он это влегкую просчитает. Или котировки на бирже. Если нет случайностей каких-то, то и там можно все просчитать. Ну а я, вероятно, – некая флюктуация, случайность. Разве мог астрал предугадать мое появление на Лунгрии? Да ни в жизнь – у него просто не было данных для таких выводов. А вот сейчас я тут, и… Даже с Руархидом – его появление является моими личными отношениями с астралом и прочими энергиями и, соответственно, это тоже просчитать на коротком отрезке реальности не было возможности. Ну, логично.

Алиела радует своим спокойным отношением к происходящему. Сэлия – все-таки еще ребенок, пока не потянет дело, но есть ее дед. И так даже лучше будет. Что еще?

Тут каменный шар, внутри которого сидели два архимага, рассыпался. Антрахид молча встал, поклонился Руархиду и, развернувшись, так же молча ушел. А вот Руархид поднялся с трудом – от его тела осталась половина, и выглядел он ужасно. Не скажу, что фильмы ужасов отдыхают, но когда в реальности видишь странное существо с язвами и отсутствующими кусками тела, пусть и не натурального, и лицо, постоянно расплывающееся, но пытающееся удержать форму, это все-таки немножко напрягает.

Подволакивая ногу, он подошел к нашему столу. Я встал и обошел стол, чтобы помочь, придержать.

– Пока я совсем не рассыпался – мы решили, что второй вариант из тех, что ты придумал, наилучший. Даже менять ничего не надо. И да, я хотел сказать… – Он помолчал, глядя куда-то в сторону. – Ну не я, а Руархид, когда был жив… В общем, он сожалел о том, что случилось, и, наверно, он бы извинился. По крайней мере, я, его астральная копия, имею такое понимание. Так что, прости, что так вышло. Не надо, не говори ничего! – Руархид с минуту смотрел в стену, все больше и больше рассыпаясь. Наконец, когда осталась уже совсем карикатура на гнома, он повернулся ко мне и произнес: – Ладно, похоже, мне пора. И не надо больше меня… как ты говоришь? Реализовывать в реальности? – Он криво улыбнулся, отчего у меня по спине прошла дрожь. – Все! Гром и наковальня! – непонятно сказал гном и окончательно рассыпался песком, остатки которого медленно растворялись в воздухе.

– «Гром и наковальня», – почему-то размазывая слезы по лицу, прошептала Сэлия. – С этими словами наши предки шли в наступление на поле боя…

Неожиданно подошел орк и, не сводя глаз с той кучки, что еще оставалась от гнома, поклонился ей. Видать, понял, кто это, и понял, что произошло тут. Удивительно. Ладно, что-то тут стало слишком мокро и слезливо. Я протянул руку, и в нее запрыгнули черные горошинки, предварительно освободив служак. Они все, естественно, попадали. Убрал за собой все остальное и посмотрел на своих спутниц:

– Пойдем.

Сэлия вскочила и протянула мне руку, а Алиела изящно встала и взяла меня за локоть. Через мгновение нас в ресторане уже не было.

– Куда они делись? А кто платить за все эти разрушения и блюда будет?!

– Не беспокойтесь. – Официант аккуратно взял недопитую раритетную бутылку и плотно закрыл горлышко оригинальной пробкой. Довольно улыбнулся, когда по рисунку пробежала зеленая волна, означающая, что содержимое бутылки встало на сохранение.

– Работает, надо же… Жаль, что уже раскупоренная – цена будет не максимальная, но даже в таком состоянии пару миллионов монеток за нее дадут. Хоть десять таких ресторанов можно построить и оборудовать…

– Хм…

Ник

– Ой, мы что, у дедушки? – воскликнула Сэлия, снова оказавшись на загородном дворе своего деда.

Я не стал отвечать, только глубоко вдохнул воздух. Тут было раннее лето, цветы на деревьях еще не везде опали и добавляли свои ноты в запаховую смесь воздуха. По небу бежали белые облака, небольшой ветерок шевелил ветви деревьев, трава под ногами почти неслышно шептала что-то, жужжали насекомые. Сзади стукнула дверь, и почти повторилась картинка нашего первого приезда.

Еще раз переговорив с дедом и оставив того в тяжелом раздумье, я с Алиелой покинул это гостеприимное место. Напоследок сделал подарок Сэлии – пару амулетов для ее увлечения: навигатор, использующий уже почти развернувшуюся мою телепортационную сеть, дополнительное кольцо вызова воздушного элементаля, если вдруг понадобится лететь на чужом аппарате, где нет своей ловушки, еще пару вещей.

Огляделся вокруг, впитывая энергетику этого места и запоминая, ибо не собирался сюда возвращаться, и резко взмыл в небо. Рядом полыхнуло ментально-восторженное «ах» и сзади в меня вцепились женские руки, хотя и так бы жена не упала. Но приятно. Остановился на высоте в пару сотен метров и снова огляделся. Вдали уже виднелся город, но места все равно еще были в основном нетронутыми.

– Красиво, – прижалась ко мне Алиела.

– Ага. Причем каждый мир красив по-своему. Только часто разумные существа, его населяющие, портят его. У нас дошло до того, что пришлось восстанавливать, причем служба очистки – одна из самых престижных и высокооплачиваемых работ. У вас вроде бы все хорошо, но, скорее всего, подобный момент вы давно оставили в прошлом, – веганка хмыкнула, не отрицая моих слов, – здесь еще не дошли до такого. А может, и не дойдут – помнишь, мы смотрели в астрале, попадалась инфа, что эльфы тут доставляют много неприятностей тем, кто не бережет природу. Мало того что у себя содержат идеальный природный порядок, так и на других землях имеют влияние – где уговаривают, где давят, где покупают. Даже на другом материке имеют определенное влияние. В общем, всем любителям попортить природу приходится если и не договариваться с эльфами, то хотя бы прислушиваться. Хорошо хоть за прошедшее время они сильно потеряли в заносчивости и научились нормально общаться с другими расами.

– Не в последнюю очередь, если не в первую – из-за того учебного заведения, что совместно с ними открыла твоя бывшая девушка, – кивнула Алиела.

Я прислушался к ее чувствам – это не была подколка, как можно было бы ожидать. Просто спокойная констатация факта. Я облегченно вздохнул.

– Да… И то, что подругой у нее была эльфийская принцесса. Да и вообще, как-то тут жизнь стала поспокойнее, не так сильно дерутся друг с другом, как раньше.

– А что ты тут крутил с гномами и зачем тебе был нужен дед Сэлии и она сама?

Я немного помолчал, пробегаясь мыслями по тому, что было сделано.

– Понимаешь, мне в свое время удалось получить доступ к местным элементалям, ну да ты знаешь… Так вот, гномы когда-то могли их вызывать и использовать, но потом потеряли этот навык, а мне стало обидно за них. Другие расы так или иначе могут вызывать других элементалей, к слову, и земных иногда получалось, а гномы уже не могли. Ну и я вернул им эту возможность, а так как не знал, как сделать лучше, просто назначил Крису своего рода их админом, и она могла наделять гномов этой способностью. Ну, думал, что сами разрулят, чего да как.

– Толково, – хмыкнула веганка и показала рукой в сторону далеко виднеющейся реки. – Давай туда переместимся. Так значит, скинул с себя ответственность и нагрузил ею бедную девушку?

– Хм… С такой стороны я на ситуацию не смотрел, но похоже, похоже, – в ответ улыбнулся я, – собственно, и сейчас складывается подобная ситуация, и я снова скидываю с себя ответственность… Но так правильнее – я не знаю всех тонкостей, да и пусть они сами устраивают свою жизнь. А тогда… В общем, так как сама Криса мало разбиралась в политических делах, да и университет еще организовывала, то управление в руки взял архимаг. И правильно сделал. Хоть он был тем еще засранцем, но правильным гномом. Организовал новое ядро государства, то есть новую элиту, гномов, которые могли вызывать и использовать элементалей и передавать этот навык по наследству, и укрепил государство. Понятно, что со временем система с единой точкой управления и надежности, то есть Крисой, стала постепенно деградировать, особенно когда ее уже не стало. Ну и получилось то, что получилось. Несколько семей захапали себе почти всю власть. К чести гномов, должен сказать, что это не привело к катастрофичным последствиям – уж очень они народ разумный. Но тем не менее все это катилось вниз. Величину пропасти, в которую они чуть не упали, ты могла оценить по представителю одной из тех семей. Ну и пришла пора поменять все это в очередной раз.

– И что ты придумал?

– Да, собственно, ничего сложного. Сделать так, чтобы вызов элементалей перестал быть прерогативой нескольких гномов. Чтобы вызову смог научиться любой гном-маг определенного уровня развития, прошедший гномью академию. Ну и там какой-нибудь магический ритуал типа принятия гражданства, только не гражданства, а что-то вроде службы, что ли. Независимо от богатства и прочего, то есть не важно, кто ты, главное – иметь определенные способности, знания и уровень развития, которые можно получить в их академии, и ты должен будешь какое-то время потом отработать на постоянной основе на государство, а потом «по призыву» – живи как хочешь, но если понадобилось – отработай. В свободное время можешь на себя использовать ресурсы элементаля. Кстати, такое обучение смогут пройти не только гномы, но это уже пусть сами разбираются. И никакой наследной передачи управления.

– А Сэлия с дедом тут при чем?

– Дело в том, что умеющие вызывать элементаля нужны уже сейчас – в них испытывают большой недостаток, а поле для работы на обоих континентах – огромное и непаханое в основном в плане бизнеса. Техномагия может не все, тем более, что наука тут совсем другая. Ну и нужно уже сейчас кое-кого особо доверенного научить это делать. А еще это запасной вариант. Дед Сэлии немного в контрах с властью, ну как… Просто считает их бездельниками и не испытывает большого пиетета перед архимагом, но это и хорошо. А еще он очень упертый и упрямый – то, что надо. Они будут втроем вначале решать, кому дать доступ. Жаль девчонку втягивать в это, но почти все варианты будущего так или иначе дают ощущение верной дороги в этом отношении. То есть ей это будет интересно и полезно, тем более, что она продолжит учиться и ни в какую не бросит это дело. Архимаг с дедом не смогут ее постоянно дергать к себе, так что не смогут ковать вызывальщиков как пирожки. Да и ограничение я там сделал, – я подмигнул подруге, – только никому о нем не сказал.

– Представляю их лица, как только они с ним столкнутся!

– Ну, если жадничать не будут, то, может, и не узнают. Есть еще одна фишка – это периодическое внесение «шума» в эту систему с целью немного ее раскачать и не дать застыть в псевдостабильном состоянии.

– И как ты это реализуешь здесь?

– «Дикие» или природные вызывальщики. Просто иногда будут рождаться те, кто или сразу, или в период взросления смогут вызывать элементаля. Не часто будут появляться, но будут. Чаще неподконтрольные гномам, иногда и у них, но, скорее всего, по всей планете.

– Огромный объем работы, в том числе организаторской, – задумчиво протянула Алиела.

– На самом деле нет, – улыбнулся я, – ты забываешь, что я как бы представляю сторону элементалей и имею к ним административные права доступа. Мне кажется, Руархид это довольно быстро понял и потом всю жизнь ожидал мести с моей стороны в ответ на то, как он поступил со мной, а потому и торопился, и делал ошибки в выборе носителей способности вызывать элементалей. Собственно, сейчас с моей стороны уже все сделано, а Руархид лишь внес кое-какие дополнения в методику приобретения Элементального Достоинства, как у них это сейчас называется.

– Да уж, – передернула плечами веганка, – жуткая вещь эти астральные психомаски.

– Хорошо хоть редкие, – мрачно кивнул я, – а может, это я такой уникум, что тянет к себе из астрала всякое г…

Когда фигуры странных магов пропали вверху, Сэлия опустила голову и обернулась к деду. Тот, прислонившись плечом к притолоке, тоже поглядывал в небо.

– Улетели.

– Пойдем в дом, – вздохнул старик, не сильно обрадованный той ролью, что ему с внучкой придется играть. Необходимость этого он признавал и даже настаивал бы, если бы кого-то надо было уговорить, но вот самому влезать во все это… придется, деваться некуда. – Нам надо с тобой серьезно поговорить, а потом нас ждет архимаг.

Ник

– Куда теперь? Я ведь правильно понимаю, что ты устроил променад по памятным местам? – Алиела раскинула в стороны руки и как самолет облетела меня. Я ей дал личную магическую систему полетов в виде симпатичных браслетов на руки и ноги, так что она из-за этих украшений даже отдаленно стала напоминать индуску. Вот она и развлекалась.

– Типа того. В любом случае это надо сделать, поэтому лучше сразу разобраться со всем.

– Но тебя что-то беспокоит, я права?

– Даже не знаю, что и ответить. Есть некое легкое беспокойство, но с чем связано, не пойму. Да еще эти вероятности будущего что-то дальше чем на пару дней не показывают. Да и слишком там много их, замучаешься выбирать. Еще не нравится постоянно смотреть, что будет, вымерять каждый свой шаг, чтобы актуализировать какую-то линию. Чувствуешь себя крыской в лабиринте.

– Есть такое дело. – Алиела зависла передо мной с раскинутыми в сторону руками и попыталась дотянуться до меня губами. У нее ничего не получалось и это выглядело так уморительно, что я рассмеялся и подался вперед, поймав губами ее губы.

– Ой, где это мы?

Вокруг нас расстилался густой эльфийский Лес, а точно под нами – невысокое возвышение, на котором как грибная шляпка располагался огромный корабль Дронта. Эм… Какой же он большой! Мне он в свое время казался меньше.

Эльфы его достали, почистили и приспособили для своих нужд. Корабль играл много ролей за свое существование – он был и полигоном, и резиденцией, и музеем, и убежищем, и дачным домиком. Сейчас это снова был музей, но для внутреннего использования правящей семьи. В основном тут хранились разные не очень дорогие финансово, но дорогие сердцу исторические безделушки. Хотя как посмотреть – может, ценители за них дадут немало монеток.

Эльфы в Лесу присутствовали, но непосредственно внутри корабля находилась только одна метка довольно молодого эльфа, который развалился в кресле в библиотеке и читал что-то.

– Он нам не помешает?

Я пожал плечами и перенес нас на один из уровней корабля. Стен изнутри не было видно – все покрыто эльфийскими коврами, растениями, везде благоухали цветы. Откуда-то веял ветерок, загоняя внутрь свежий лесной воздух. Где-то внизу корабля, на его «пузе», у меня на схеме показалась обычная механическая дверь, или даже трап, защищенный уже современными магическими плетениями. Похоже, эльфы смогли ее открыть. Ну правильно, никаких оригинальных защитных плетений тут не осталось, удивительно, как Дронт про Умника забыл. А может, он ему не нужен был? Да ладно! Он тут все подряд сметал в свою кубышку, когда собирался уходить, и чтобы забыл полезный инструмент? А может, для эксперимента оставил? Ну так, на удачу, чтобы когда-нибудь, если получится, посмотреть, что из этого вышло? И записей никаких не оставил, ибо, собственно, нечего тут записывать или рассчитывать. Не знаю, вполне может и так быть.

Кстати, рубка корабля сейчас использовалась как спальня, в которой никого не было. Мы стояли перед дверью. Я расширил свой внутренний мир до более плотной связи с астралом и стал отлистывать картинку этой двери на года, столетия и тысячелетия назад. Для удобства визуализировал все это прямо перед нами, перед тем местом, где все это происходило. Мелькали эльфы, эльфы, эльфы, даже гномы, демоны тоже и иногда люди. Пустые времена пролетали почти мгновенно, я сильно не акцентировался, ожидая появления нужной мне картинки. Один раз тормознул, когда мелькнула эльфийская принцесса с Крисой. Но всего на пару мгновений.

– Стоп!

Вот на полу появился мусор, а с дверью возится какой-то доходяга.

– Совсем на тебя не похож!

– Ну… да… В зеркале я вроде немного по-другому выгляжу. Ладно, не будем за мной подсматривать, меня другое интересует.

Пара секунд смен кадров туда-обратно и вот перед дверью стоит мумия и ее руки показывают известный всему земному миру жест.

– Красавец! – Алиела с каким-то профессиональным холодным интересом рассматривала ее.

– Вы кто такие, кто вас сюда пустил и что вы делаете?

Мы повернулись. Сзади стоял молодой эльф. Действительно молодой – лет тридцати. С учетом медленного взросления эльфов, по человеческим меркам ему можно было бы дать лет тринадцать – пятнадцать. Особого беспокойства он не испытывал, только любопытство. Магом он был, но слабым. Скорее учеником, но вполне сможет вырасти до крутыша, если будет стараться. Это я своим наметанным глазом видел.

Так, надоело по пустякам лезть в астрал. Пусть это делают мои параллельные сознания с биокомпом. С полчаса внутреннего времени, и я выпал в реал. Тут прошло всего пару секунд, а над головой парня появилась надпись: «Принц светлых эльфов Альруин Трин’х Васар. Маг – ученик первого круга. Любит исторические приключения, увлекается боевыми искусствами, джампингом – прыжками с амулетом левитации с больших и сверхбольших высот до двадцати километров. Магию не очень любит. Имеет друзей всех рас и с обоих континентов. Показать дополнительную информацию?»

Вот, теперь другое дело!

«Я тоже такое хочу», – шепнула мне мысленно Алиела. Я не скрывал от нее, что делаю, так что ей тоже такое понравилось.

– Ник Админ Рутович и Алиела Уокенда, – представил нас я. – Рад, что род Трин’х Васар до сих пор правит.

– Ну да, – не понял моего пассажа парень, – правит. А я – Альруин. Так вы не ответили на мой вопрос, и что там происходит? – Он пытался заглянуть за наши спины.

– Вы знаете, что такое «историческая ретроспектива посредством астральных техник»?

– Ну что-то такое слышал, – он неуверенно ответил, но потом встрепенулся, – то есть вы хотите сказать, что смотрите прошлое?!

– Именно это я и сказал, – улыбнулся я и немножко подвинулся, кивнув головой на место рядом. Пацан тут же подбежал, бросив по дороге на ближайшее кресло книгу, которую читал до нашего прихода.

– Это кто? Демон? – тихо спросил он, присматриваясь к мумии учителя Балаватха.

– Смотри дальше.

К мумии подходили разные эльфы в боевой амуниции, потом был эльфийский главнюк, при виде которого пацан встрепенулся, видать, узнал, что он почти сразу и подтвердил:

– Ой, я знаю его. Как раз недавно проходил по истории.

Ну и наконец появился мой старый знакомец. Видать, договорился как-то и эльфы его пропустили. Удивительно, что мумию не трогали и она так и стояла, пока к ней не пришел Читаатмаа.

Демон упал на колени перед мумией и прошептал:

– Учитель!

Затем долго молчал, вглядываясь в ее сморщенное лицо.

– Ладно, это слишком интимная сценка, пропустим ее, – сказал я и, прицепившись к астральному образу демона, погнал скроллировать историю его жизни. Мои сознания работали на все свои проценты, загружая и биокомп попутными работами. Картинка уже давно сменилась и показывала совершенно другие виды и места.

– Что ты ищешь? – Алиела слегка дотронулась до меня рукой.

– Хочу узнать, нашел ли Бал свою Землю Обетованную.

Эльфийский принц как-то странно посмотрел на меня при этих словах.

Вот жизненный путь демона подошел к концу. На очищенной площадке, окруженной каменными зубьями и обломками, стоял старый демон. В его какой-то сморщенной фигуре с трудом можно было узнать статного и молодого демона-ученого. Тем не менее вид у него был ухоженный и строгий. Вокруг никого не было, он стоял в одиночестве, глядя на пятно воздуха, искажающее проходящие через него лучи света. Вокруг все было буквально укутано разного рода плетениями, играющими роль разных исследовательских систем.

– Ну вот, Лил, – тихо произнес он, – кажется, я нашел то, что искал всю свою жизнь, и поискам чего отдал свою жизнь мой учитель Угра. – Он поднял голову и посмотрел в небо. Его третий глаз был полузакрыт и смотрелся не очень здоровым.

– Облака летят точно так же, как и тогда, когда ты еще была жива. Помнишь, как мы летали среди них? Тебя давно нет, а они все такие же. Вон на том облачке, кажется, ты любила сидеть, свесив ноги, и наблюдать за нашими детьми, резвящимися на земле.

Демон опустил взгляд на портал.

– Странно, прошло столько лет, а моя страсть только сейчас, когда найден проход в, как я надеюсь, то самое место, стала казаться мне не столь важной, не столь привлекательной. Возможно, это потому, что я стар, а тебя, всю свою жизнь меня поддерживающей, давно нет. Я понимал это и раньше, но сейчас чувствую особенно остро, что именно ты была самым главным в моей жизни, моей Землей Обетованной.

Он снова помолчал.

– Впрочем, было бы просто глупо не довести дело до конца. Возможно, не сделав последнего шага, я и после смерти буду жалеть о своей нерешительности. Только одно меня беспокоит больше всего – это то, что мы с тобой окажемся в разных мирах. Даже если я умру при переходе, я умру, скорее всего, уже там. А жаль – мне бы хотелось надеяться, что, растворившись своей плотью, душой в пространстве нашего мира, я хотя бы на уровне элементарных пространственных частиц мог смешаться с твоим следом.

Дальше демон минут пять стоял молча, глядя в никуда. Потом будто очнулся и криво улыбнулся.

– А может, души наоборот, после смерти переходят в другой мир? И в этом случае я приближу нашу встречу?

Он еще раз огляделся по сторонам и вдруг неожиданно для меня показал тот самый жест, который я зафиксировал в мумии его учителя. Видать, понял, что он означает.

– Вот вам всем! Еще никто не говорил, что Балаватх Читаатмаа Бхавишья отступил от своего! И не скажет!

И с этими словами он сделал шаг вперед.

– Не может быть! – прошептал молодой эльф и посмотрел на нас широко раскрытыми глазами.

– Что? – Я неохотно перевел на него свой взгляд. Балаватх меня в очередной раз поразил силой своего духа.

– Это на самом деле был Балаватх Читаатмаа Бхавишья?!

– Да, так он себя называл.

– Но это же… Это же один из самых известных гроссмейстеров астральной магии! Именно он создал Лигу и именно он придумал выигрышную стратегию в войнах против богов!

– Это в его стиле, – кивнул я. – А боги все-таки те еще козлы!

– А вы что, его знали?! Но… но… – Эльф стал заикаться и глядеть на нас буквально выпученными глазами. – Но это же было так давно, что об этом помнят только некоторые историки да любители старины!

– Ты ошибаешься, – покачал я головой, – что-то по чуть-чуть кто-то где-то помнит. Я уже имел возможность убедиться. И да, я знал Бала. Классный мужик был!

– Но как?!

– Я и некоторых твоих предков того времени знал, – задумчиво проговорил я, – те еще засранцы были! Да и гномы от них недалеко ушли.

– Да как вы смеете! – воскликнул эльф, сжимая кулаки.

– Смею, – кивнул я, – не расстраивайся, я тоже был придурком не хуже. Но плохое со временем забывается, и я их всех как минимум уважаю. О! Хочешь подарок? – Я резко повернулся к эльфу, а тот на рефлексах отпрыгнул с переходом в боевую стойку, но тут же расслабился и даже покраснел.

– Не хочу. У меня и так все есть, а вот послушать про те времена не отказался бы, – хмуро произнес он.

– М-да… Какой-то ты неправильный мальчишка.

– Мне уже тридцать! – пробурчал эльф.

– И тем не менее. Слишком эта картинка забавная – эльф со световым мечом!

– Это как? – невольно заинтересовался моими словами парень.

– А вот так! – Я вытянул руку с зажатой в ней рукояткой и нажал кнопку. Сбоку выползло красное световое «лезвие».

– Ух ты! А что оно может перерубить?

– Почти все. Но надо пробовать. Вот стены из адамаса вряд ли. – Я провел лезвием и со стены посыпалась отрезанная часть ковра, слегка пованивая и дымя на разрезе. Прорезал меч и отделку, а вот на адамасе оставил только чуть расплавленную полосу.

Выключив меч, я протянул его эльфу, тот с осторожностью принял его.

– Владей, мастер Йода! А насчет истории… – Я глянул на Алиелу, с улыбкой наблюдавшую за эльфом, и перекинулся с нею парой мыслей. Она слегка кивнула в конце. – Возьми, это колечко – краткая запись моей истории. Может, увидишь кого из знакомых исторических персонажей.

– Спасибо, – серьезно кивнул эльф, – только я не знаю, чем отдариться.

Я махнул рукой:

– У меня и так все есть, – повторил я его слова, – ладно, нам пора, бывай.

Альруин потряс головой, но нет, они исчезли! Просто исчезли! Как это возможно?! Неизвестно откуда появились и неизвестно куда пропали, не побеспокоив ни одну из внешних и внутренних систем безопасности! Можно было бы принять все это за морок, но вонючий запах от разреза в стене и тяжесть рукоятки светового меча в руке не давали и шанса этой версии.

Парень поочередно посмотрел на меч и на кольцо. И то и другое было интересно исследовать, но в мозгу билась мысль, что надо было бы отдать подарки на обследование магам безопасности, мало ли чего в них. А с другой стороны, если бы его хотели убить, то, судя по всему, могли это сделать, не особо напрягаясь. По крайней мере все движения мужчины были настолько выверенными и плавными, что Альруин, знающий, что это означает, поостерегся бы схлестнуться в бою с таким человеком.

А поэтому, пожалуй, меч подождет, а у него есть еще пара восхитительных дней отдыха, которые он сможет посвятить обоим амулетам, но сначала – история!

– А почему мы здесь? – Алиела огляделась. С условной крыши космического корабля открывался интересный вид, до сих пор не приевшийся. Поверхность корабля была в основном гладкой, технологические ниши и выемки отсутствовали, что косвенно говорило о том, что корпус в основном играл роль декоративной составляющей всей конструкции. Хотя это может быть только снаружи так – я помнил толщину его стенок.

– Я еще не закончил с прошлым. Отсюда, из корабля, проще, да ты и сама знаешь. Но мне понадобится помощь, – сощурившись, я посмотрел на заходящее солнце, – я хочу уйти в прошлое еще дальше. И мне понадобится твоя помощь, я ведь помню, как ты на Земле показывала мне то, что происходило десятки тысяч лет назад.

– Здесь ты хочешь на такой же срок уйти?

– Не знаю. Скорее всего, намного больше. Тут почему-то исторические масштабы несравнимо больше. Возможно, это связано с долгожительством разумных. Точка отсчета – этот корабль. Это был дом атла, который появился тут до возникновения местных рас. Ты этого не знаешь, но именно он и стал причиной разделения разумных на гномов, эльфов и прочих.

– Как интересно, – пробормотала Алиела, внутренне настраиваясь на работу.

Для удобства я сообразил два мягких шезлонга, поставленных рядом, в которые мы и улеглись. Для более быстрой настройки нам понадобился телесный контакт и мы взялись за руки. Взаимная реакция аур удовлетворенно зашипела, как шипит карбид в воде, и мы провалились сразу на несколько уровней вниз, вернее, Алиела нас рывком затащила на какой-то слой астральной реальности. Я и не знал, что она так может. Да и вообще что так можно.

– Я тебе покажу один прием, – раздался шепот жены у меня в голове, – как идти в прошлое не последовательно, плывя против течения времени по поверхности жизни, а поднырнуть и выплыть сразу глубоко в прошлом. Чем глубже ныряешь, тем дальше всплываешь. Астрал – не просто многомерное пространство, в котором сложно ориентироваться обычному человеку, – продолжал шептать родной голос, поясняя непонятные закручивающиеся в разных осях объема образы и свет, затягивая нас все глубже и глубже, – он действительно живой, хоть и не разумный в нашем понимании. Я это поняла только здесь.

Мимо проплывали какие-то неясные образы, проносились лучи света, иногда попадались целые фрагменты узнаваемых образов мест и пейзажей.

– В последнее время мне кажется, что такие планеты – живые существа, – передо мной появились серьезные глаза Алиелы, пытающейся вглядеться в мою душу, – и астрал – это часть их сути. И все космические образования так или иначе тоже являются такими сущностями. Причем они не сами по себе, а часто вложены в другие структуры или взаимодействуют с другими, расположенными рядом. И знаешь, что?

– Что?

– Мне кажется, что вся Вселенная – это и есть Бог или Творец, о котором говорится в ваших религиях, да и у нас есть похожие философские учения. А мы – лишь мельчайшие клетки этого организма.

Я промолчал. У меня были свои мысли на эту тему, но сбивать жену с дороги ее собственного поиска сути жизни я не собирался. Но потом обязательно надо будет состыковывать наши взгляды, вдруг придем к правильному выводу?

Тут я ощутил то чувство, очень сильно похожее на озвученное Алиелой «всплыть». Будто дышать стало легче, а я и не замечал, как постепенно глубина начинала угнетать мои ощущения.

О, как интересно!

Корабль находился примерно там же, вернее, на той же возвышенности, только леса вокруг не было, а вместо него плескались серые неприветливые волны очень мелкого моря. Мелкое – это несколько десятков метров где-то, почти под самим кораблем. Дыра в нем, кстати, была прекрасно видна. А сам корабль блестел этим самым боком с дырой, противоположная сторона скрывалась внутри почвы или камней. А дальше находилась скала повыше той, на которой лежал корабль, и она, кстати, отсутствовала в будущем – то ли корабль потом все-таки переместился, то ли она разрушилась или ее разрушили.

Зайдя с Алиелой через отверстие внутрь корабля, мы увидели полную захламленность – все было забито землей и залито водой, благо в дыхании тут, в астрале, не было необходимости. Интересно, как потом, в будущем, это отсюда все исчезнет? Похоже, мы слишком глубоко нырнули и все основные события-взаимодействия с современной цивилизацией и кораблем благополучно пропустили. Ну и ладно, меня не это интересует.

– Ничего себе! – Алиела вылетела из корабля. – По моим ощущениям, мы ушли лет на сто тысяч, а он все еще такой же! Честно говоря, не особо верила твоим словам, но, видимо, ты прав.

Я не обиделся на ее слова о неверии, дело житейское.

Потом мы ныряли в прошлое еще несколько раз. Море пропадало и пару раз снова появлялось, как и лес. Вид корабля сильно менялся – то он находился на поверхности и блестел, как кое-что у кота, то его почти не было видно под слоем земли или воды, а порой и под кронами выросших деревьев леса. Одно было неизменно – сам корабль и дыра в его боку.

И наконец, в очередной раз вынырнув, мы не увидели корабля.

– Я потеряла привязку к нему, – недоуменно прошептала Алиела, – как это может быть?

– Хм… Насколько я помню, у него была возможность прыгать в космосе, вроде как у вас. Может, в это время он не виден? Или же, когда он в космосе, то просто не отражается в местном планетарном астрале.

– Точно! Могла бы и сама догадаться, – поморщилась подруга, но быстро повернулась ко мне и напросилась на поцелуй. Потом, довольная, сказала: – Сто процентов это так. Предлагаю делать небольшие нырки, но уже в будущее.

– Давай тогда использовать простой метод деления пополам между этой точкой и предыдущей, а дальше потом уже привычным способом попробуем.

– Хорошо, – не стала спорить подруга, и мир снова моргнул.

Все-таки мы нашли этот момент в истории данной планеты! Повезло в том, что это место Дронт специально выбрал для последнего опыта не знаю почему, и раньше тут не приземлялся, а то нужный момент пришлось бы долго искать, проверяя предыдущие его остановки на планете. Но все равно было нелегко, так как привязка уже только к кораблю сыграла с нами дурную шутку – когда случилось наше первое совмещение с «живым» кораблем, нас перенесло к его тогдашнему местоположению. Это тоже было интересно наблюдать, как корабль садится внутрь жерла вулкана и что-то там происходит, но меня в первую очередь интересовал непосредственно момент ухода Дронта. Пришлось возвращаться в предыдущую точку и перепривязываться уже не только к кораблю, но и к месту его упокоения и туда-сюда прыгать. Короче, намудохались изрядно.

И вот момент до «старта» – примерно за три часа. Хоть я уже и видел Дронта в паре мемокопий с инфосервера, но сильно не присматривался, а тут уже спокойно рассмотрел, как выглядела эта легендарная для меня личность. Мужик близко к нашей европеоидной расе с черными, немного кудрявыми, волосами, почему-то отсвечивающими зеленцой. Хотя, может, это просто спектр освещения давал такой эффект. Лицо хоть и европеоидное, но воспринимается необычно. И да – у него нос начинался не между глаз, как у меня или Алиелы, а чуть выше. Совсем как было, согласно описаниям, у Сирано де Бержерака. Глаза очень пронзительные. И ростом он был около двух метров.

На корабле бурлило – по поверхностям – стенам и потолкам, и в воздухе носились какие-то механизмы, искусственные существа (вероятно, големы), исчезали инструменты, украшательства и все, что было там выставлено, то есть происходила явная эвакуация или подготовка к ней. А сам Дронт стоял в центральном зале в самом центре корабля и мысленно этим всем руководил. Уж не знаю, куда он заныкивал оборудование, может, как и я, – просто убирал и оставлял только информструктуры… Нет, тогда бы он просто все развеял, а тут явно происходила упаковка, значит, все это пряталось в какое-то пространство. Возможно, тоже как у меня – удаленное хранилище, но вряд ли. Если он планировал отправиться в свой мир, то он также планировал все это забрать с собой. Больше склоняюсь к какому-то свернутому пространству, что ничуть, как по мне, не лучше обычной оцифровки. Хотя нет, если, скажем, при оцифровке может теряться какая-то информация, а это вполне возможно, как я убедился, например, в зависимости от принципов хранения информации она может не пережить подобного, то действительно проще засунуть все как есть в какой-нибудь карман и таскать с собой.

Потом он долго стоял в абсолютно пустой комнате.

– Интересно, можно в астрале видеть те плетения, что он использует, и видеть то, что он видит? – подумал я.

– Теоретически – да, – тут же откликнулась Алиела, – ведь он в любом случае взаимодействует с астралом посредством своих чувств, а значит, все это там находит свое отражение. Сейчас попробую найти.

Я тоже решил поискать, и, на удивление, мы с подругой нашли одновременно, только она – визуальную составляющую, связанную с органами зрения, а это всякие виртуальные изображения, генерируемые в мозгу атла, а я – то, что связано с плетениями, так как за видение инфомагических энергий отвечает совсем другой участок мозга. Все-таки астрал – это круто!

Плетений было очень много, я в фоновом режиме стал их записывать и анализировать, благо это у меня уже делалось автоматически, поэтому я переключился на визуальную составляющую и хмыкнул – методы представления информации не сильно отличались от наших. Все те же графики, таблицы, логи. Все относительно понятно – язык атлов я худо-бедно уже знал, разве что смысл многих параметров ускользал.

– Ты что-то понимаешь? – спросил я, надеясь на более продвинутое научное образование подруги, и не прогадал.

– Судя по всему, вот эта область показывает процесс накопления какой-то энергии в неизвестных мне обозначениях, поэтому не могу сказать про объемы этой энергии. Вот здесь или установка, или просто какая-то активная схема, куда эта энергия должна поступать, но пока копится, что ли. Вот тут непонятно что.

– Это больше похоже на управляющий контур, – сравнив картинку с плетениями, ее обслуживающими, предположил я. Вообще, судя по ним, весь корабль на данный момент превратился в улавливающий контур. А фокус находился аккурат в том месте, где стоял Дронт. Ну не точно, но в паре метров от него. Уф… накручено. Снова простыми словами: корпус корабля – ловушка чего-то извне со считыванием информации из этого чего-то. Внутри корабль стал генератором опять же чего-то с привлечением огромной энергии.

– Смотри, как интересно! – отвлекла меня от размышлений Алиела. – Я еще тогда заметила странность в астральном барьере, а теперь, кажется, становится понятно, что это такое – это полный аналог конденсатора астральной энергии! И он подключен к этой схеме, – показала она пальцем.

– М-да… Ну что ж, будем посмотреть, что тут произойдет.

И мы вместе с Дронтом стали ждать. Собственно, он что-то еще делал, в основном в астрале, и почему-то мне это напоминало рыбалку. Закинул он, значит, удочку и ждет, когда клюнет. Я даже улыбнулся такому сравнению, пришедшему мне из ниоткуда, как вдруг что-то изменилось, и Дронт встрепенулся. «Клюнуло!» – не мог я удержаться от аналогии.

И тут произошло несколько событий почти сразу. Дронт что-то активировал, во внешний корпус корабля что-то прилетело в весьма широком диапазоне – от физики до астрала. Это было прекрасно видно на появившейся схеме корабля, который на этой же схеме вспыхнул ярким светом, сдерживая давление. Дронт с медленно появляющейся улыбкой наблюдал, как работает система по считыванию внешней информации. Наконец атл угумкнул и кивнул сам себе. Следом пришел в действие тот самый генератор, при этом отображаемый уровень энергии резко пополз вниз, и в какой-то момент Дронт все с той же немного пугающей улыбкой разрядил астральный конденсатор. Дальше все стало видно очень плохо и отрывочно. Видать, этот самый разряд нехило взболтал астрал. Насколько я помню местную историю в пересказе Умника, и инфосеть тоже.

Сквозь сильные помехи я видел, как Дронт закидал светящийся круг в точке фокуса явно исследовательскими плетениями, а потом поднял голову к потолку и рассмеялся. В этот момент его лицо преобразилось и стало весьма привлекательным, мне аж самому захотелось последовать его примеру. Потом Дронт шагнул вперед, но прежде, чем сделать последний шаг, обернулся. И почему-то перед тем, как исчезнуть в сиянии, как мне показалось, он посмотрел прямо на меня. Но, скорее всего, это был глюк моего восприятия.

После того как атл пропал, портал схлопнулся, по астралу и инфосети пронесся разрушительный вихрь энергий. Корабль тоже перестал сдерживать внешнее воздействие и заполучил здоровую дырень в боку. Мы с Алиелой явно почувствовали посмертные эманации богов. То есть это я так определил, уже имея кое-какой опыт общения с ними. Фактически Дронт, не сильно напрягаясь, замочил несколько богов. А может, и всех, не знаю.

Рядом Алиела молча восторгалась происходящим катаклизмом. Картинка становилась все хуже и хуже, а я сидел и думал, что мне делать со всем этим, и особенно с уже обработанной информацией, снятой с «компа» Дронта, который почему-то совершенно не был защищен, и в своем, пока неизвестном мне формате содержал координатную информацию о его мире, как я понял. И что делать с «грязной» информацией, которую атл вытащил то ли из одной из тушек богов, то ли из их информационного поля или эгрегора. Толку от этого мне особого нет, но пусть будет.

Ну а потом смотреть было просто нечего – сплошной «снег». Мы его уже видели, пока искали точку ухода Дронта, и, кстати, этот период калечной работы астрала будет длиться около десятка лет. М-да уж… Дронт не стеснялся в методах, хотя, может, другого варианта у него и не было. Но грандиозно, грандиозно. Я такое не очень люблю, но не судья я, не судья…

Потом мы еще несколько раз возвращались к моменту до отхода Дронта, а я корректировал модели своих компов, ориентируясь на его основной корабельный комп. В принципе у меня-то и так его разработки были – все эти ПУАМУ, инфосерверы он же создавал, ну или его раса, но и тут можно было много нового узнать. Это как два компа одной фирмы, но созданных для разных целей – для игрушек или для серьезной работы. Нет, я не говорю, что мне в свое время достались слабые компы, но у Дронта в личном пользовании на корабле был немного другой и, как мне кажется, на порядок мощнее. Ну правильно, если с каким-то делом справляется среднего уровня комп, например, с управлением геологическими процессами планеты, то ставить туда навороченный суперкомп незачем. Ух… Похоже, так и тут было. Круто, круто… Моя душа компьютерщика просто пищала от восторга. Даже кристаллы веганцев не вызывали такого чувства – там это что-то иное, скорее даже природное, квазиживое. Хоть тоже круто, но не так интересно лично мне. А тут привычная мне атловская схемотехника, которой есть прямые земные аналогии.

Одно меня немного пугало больше всего: с какой бы стороны я ни смотрел на уходящего Дронта – спереди, сзади, сбоку, – он, когда входил в портал, всегда оглядывался точно на меня.

Ник

Не знаю почему, но последние события как-то меня расстроили. Нет, все правильно вроде получилось, но интерес к местным на этом континенте у меня подугас, а если быть еще более точным, то к личным контактам. Кое-что сам посмотрел, как оно тут, остальное в астрале посмотрел, где, к слову, можно узреть, так сказать, суть событий, а не только внешнюю составляющую. Мощная штука, а при наличии астральных умельцев сложно жить в настолько открытом обществе. Впрочем, бороться с этим пытались, как не бороться. Посмотрел, как живут люди, гномы, эльфы, демоны. Потратил на все это около недели.

Еще больше времени потратил на ознакомление с тем, как жили во времена Дронта. Информацию добывать было сложнее, много инфы было то ли затерто, то ли архивировано, как это бывает у людей в мозгу, но мы уже приспособились, а наши вычислительные ресурсы уже позволяли аппроксимировать некоторые события в соответствии с логикой поведения объектов. В какой-то момент я даже замер от удивления, сообразив, что, по сути, повторяю логику работы астральных вычислений линий судьбы. А замер больше от того, что сравнил вычислительные возможности мои, где все «процессоры» работают чуть ли не на пределе для относительно совсем небольших расчетов, и астрала – и присел…

Сильно про атлантов я смотреть не стал – и так в общем-то много знал о них от старого жреца, а вот этап до того, как они чуть не перевернули планету и потом Дронт им заблокировал интуитивную стыковку с инфосетью и астралом, оставив необходимый минимум, постарался прошерстить хорошо, чтобы хотя бы понять основное. Понял одно – это было что-то вроде моей материализации объектов через желание, переданное в астрал, и актуализация найденной информструктуры в реальный мир. Только у них это было глубже. Они не могли создать желаемый объект, но могли изменить что-то в самой сути мира, могли затронуть какие-то его струны, в частности связанные и с инфосетью, что приводило к проявлению результата этих желаний.

Я давно уже подозревал, что мои ранние познания в структуре мира, переданные мне Умником и доработанные мною, все-таки достаточно примитивны. Нет, не примитивны – это какой-то слишком уничижительный термин, который ранит мою нежную душу, – а скорее упрощенные. Есть еще что-то, что наполняет эти понятия – инфосеть, астрал, энергии – еще более глубоким смыслом. Все-таки инфосеть, несмотря на то что имеет информационную составляющую в своей основе, больше похожа на строительный фундамент всего сущего, но есть еще что-то… Не более глубокое, не основа инфосети, а дополнение, то, что придает ей смысл… Уф! Что-то все сложно, но по-другому объяснить некоторые вещи, которые я стал видеть и понимать в последнее время, не получается. А вот Дронт, вероятно, знал, что это такое. Ну, как мне кажется, именно это он исследовал тут, прежде чем уйти. Правда, почему не воспользовался этим знанием – не знаю, может, еще недоработал теорию. А я, как практик, уже вижу варианты использования этого непонятного «нечто». Но пробовать пока побаиваюсь.

Кстати, чтобы где-то проживать все это время, сделал пару оборудованных магически домиков на гарантированно не посещаемых местными природных площадках, где даже магические системы контроля и мониторинга, периодически запускаемые местными властями, не действовали или не дотягивались. И еще создал типа офиса – над одним из таких домиков на земле все то время, что я там был, постоянно стоял слой облаков. Ну да, я этому поспособствовал, а что, тренироваться и на планетарных энергиях тоже нужно. В общем, прямо поверх облаков висели виртуальные дисплеи, столы, сами облака формировали диваны, стулья.

Иногда, а чаще почти всегда, поверх кучевых облаков, на которых находились мы, солнце прикрывали перистые облака, расположенные выше нас. Это был очень интересный опыт. Представьте, ходишь по облакам, где захотел – прилег, где захотел – присел. Или перелетел или перепрыгнул на другое облачко. Надоело – лег на пузо и в разрыве белой мути смотри на землю, на красоты. Первый день мы с Алиелой в общем-то ничем иным и не занимались, кроме как обустраивались, отдыхали, любовались окружающим. Алиела была в восторге и формировала из облаков разные конструкции. Ну не она сама, а поначалу я по ее просьбе, да и то мне скоро это надоело, и я сделал ей инфомагические инструменты, управляемые мыслью. Правда, она еще сутки училась ими управлять, а я, выжатый и в сексуальном плане в том числе, после небольшого отдыха погрузился в работу.

Один раз мимо нас пролетел мини-остров, вероятно служащий для контроля обстановки. По крайней мере, на нем находились в основном военные, вернее, какие-то внутренние военизированные службы людей. Да, одно место отдыха на Земле у нас было оборудовано в одной из человеческих стран. Видать, обеспокоились внезапной постоянной облачностью и проверяли на вредоносные магические воздействия. Разумеется, ничего не нашли, как и нас на облаках.

Магическая наука здесь за прошедшее время неплохо так продвинулась. Для меня она была несколько специфической, так как использовала магические энергии, вырабатываемые этим миром, и, в отличие от инфомагии, маги, увы, привязаны к планете. О чем, собственно, и говорила их практически остановившаяся космическая программа. Обычной науки, типа как на Земле или на Версалии, у них нет, вернее, слабо развита, так как это направление забивает магическая составляющая, соответственно, без магии до уровня космической научной мысли Земли они просто не могут дойти. Ибо никто не будет вкладывать такие средства чисто на развитие науки, которая на планете не особо и нужна. Это печально. Да, попытки преобразования энергий они пробовали делать. Например, создали довольно забавную «солнечную» батарею, преобразовывающую энергию звезды в магию, но с таким смешным КПД, что даже первые земные батареи смотрятся на этом фоне богатырями. Ну и неправильно делали, перспектив в их задумке нет никаких.

Но надо посмотреть на техномагическую науку, а для этого лучше перелететь на другой материк. Увы, астральный барьер сильно мешает, и вообще тут уникальная ситуация – он своим существованием как бы образует две независимые информационные сети, в которых дрейф информации друг в друга происходит медленно и неохотно. Поэтому я пока копал информацию про этот континент.

А здесь интеграционная магия рулит. Все-таки местные маги нашли способы прямой стыковки плетений разных направлений. Я чуть ли не урчал от удовольствия, разбираясь в их подходах. Прикол в том, что эти подходы можно применять и для других, немагических взаимодействий. Правда, пока смутно представляю, но все же. Да хоть те же преобразования солнечной энергии в магическую! Просто они до этого еще не дошли, вернее, просто зашорились, что это чисто для интеграции магических энергий. Ширше надо смотреть, товарищи! Ведь топчутся на одном месте уже около сотни лет! Последний прорыв в этих исследованиях произошел именно в то время. Эх… нет на них Менделеева, чтобы во сне увидеть… Упс! Это что я такое сейчас сказал?!

В общем, время зависания тут еще больше растянулось. Искал местного Менделеева. А что? Вполне себе нормальный подход. Может, и у нас ему кто-то, подобный мне, дал толчок, зато как все завертелось впоследствии! В общем, нашел несколько вариантов. Пара гномов, несколько людей и один демон. Почти все они так или иначе имели отношение к Крисиному Университету интеграционной магии, что неудивительно. Вот тут и пригодилась способность видеть варианты будущего. Кстати, эти линии появились и стали множиться ровно в тот момент, как я решил стать эдакой одноразовой Музой для кого-то из местных. Мутные линии, не всегда понятные. Как я подозреваю, астрал просто еще не мог просчитать все последствия, вот и гонял циферки по кругу, бедненький.

Через сутки основные линии вроде бы стабилизировались, если это можно так сказать. По крайней мере, перестали вдруг обрываться и шевелиться, как волосы у горгоны Медузы. Алиела в этот момент как бы заглянула мне через плечо:

– А я-то думаю, почему это вдруг астрал пришел в движение! И чего это вдруг зачастили астральные маги в нем шариться! А это ты…

– Угу, – я сладко потянулся, – вот выбираю, кто будет тут местным гением.

Алиела посмотрела-посмотрела и выдала:

– А зачем одного выбирать? Пусть все будут гениями. Так и зажать открытие не получится, и быстрее прогресс пойдет.

Как только она это сказала, линии будущего снова зашевелились и стали перестраиваться. Я мысленно плюнул с досады – только вроде бы решил выбрать демона, а Алиела своими словами вытащила из практического небытия варианты событий, которые мне на глаза и не попадались. Вот оно – ограничение этого метода! Выбираешь и анализируешь только из реально максимально вероятных линий, а остальные, возможно, более удачные решения так и уходят в архив астрала… Блин, а ведь и на Земле сколько было ситуаций, когда история вдруг шла совершенно другим путем, чем все ожидали, после совершенно небольших изменений в реальности в виде принятия маловероятных решений!

Тем не менее, раз все это так перестроилось, значит, действительно повысилась вероятность того, что я приму предложение Алиелы или как минимум рассмотрю. А вообще тут и рассматривать нечего – права веганка! На все сто права! Пусть все соображают, а потом будут удивляться, как так получилось, что примерно в одно время придумали одно и то же!

Я снова сплюнул, сообразив, что и на Земле были подобные ситуации. То же радио, лампочки и прочее. Но все же я склонен считать, что там высокоинтеллектуальные люди просто могли подключаться к информационному полю планеты и черпать оттуда информацию, которой они реально интересуются. Если, конечно, исключить банальный промышленный шпионаж и подобные совершенно естественные для человечества каналы распространения информации.

Внедрение намеков на знания, вернее на пути развития определенных научных направлений, было сложным. На удивление, все выбранные разумные имели неплохую астральную защиту от астральных атак и влияний. То есть имели искусственную защиту в дополнение к естественной. Мое недоумение прошло довольно быстро – тут все-таки была определенная возня с богами, и, естественно, были придуманы методы защиты от астральных нападений. Причем защита была просто пальчики оближешь. Даже Алиеле понравилось, и она предположила, что это может мне помочь и против внезапных появлений астральных психомасок.

Ну, в принципе оно, конечно, так, только если реально проанализировать все последствия их появления, то для меня и окружающих они, что ни говори, были полезны. И хоть мне жутко не нравится, что это происходит бесконтрольно, но все же… В общем, помараковали мы тут с Алиелой, покрутили и все-таки нашли подход, как обойти эту защиту для местных и как улучшить мою.

С местными получилось забавно, это даже был не взлом, а в двух случаях (с гномами) – прямая социальная инженерия, а в остальных – обратная. Не знаете, чем они отличаются? Так я объясню!

Прямая социальная инженерия, когда вы убеждаете кого-то, возможно обманываете, что вам нужна такая-то информация или он должен сделать так-то, и тот в конце концов соглашается. Например, узнали вы номер нового сисадмина в администрации, позвонили ему и представились глупенькой секретаршей заместителя мэра. И типа вы, – ой, какая незадача! – забыли пароль! Не мог бы этот человечек ей, то есть вам, помочь?

Пример обратной социальной инженерии может быть таким. Скажем, прошли вы в интересующую вас организацию как посетитель, ну или еще как, и оставили там свои визитки или наклеили на стенах, что вы такой весь из себя крутой решатель компьютерных проблем. А потом, скажем, тупо отключаете им интернет. И если у них нет своего сисадмина, а такое в небольших конторах вполне может быть, то они кинутся искать решателя проблем. И в первую очередь вспомнят о вас. Позвонят, а в процессе разговора вы можете или пароли узнать, или прийти, и вас пустят в святая святых.

Грубые примеры, но для понимания ситуации – вполне. Тут надо сказать, что на всех землях, во всех государствах очень хорошо развита почтовая пересылка. Ну разве что плохо в совсем уж заштатных странах, но в целом все норм. Поэтому я спустился в один из городков и просто отослал им посылки с собственноручно сделанными и состаренными амулетами от выдуманного лица. Одному гному послал полуживой преобразователь магии земли в воздушную. Типа в одну сторону трубки подаешь одну ману, с другой стороны получаешь другую. В принципе нечто подобное тут было, но с ужасным КПД, как и у тех преобразователей солнечной энергии. Я взял действительно когда-то существовавший амулет, которым перестали в свое время пользоваться из-за бессмысленности его существования, и чуть подправил его работу с учетом новых данных. Другому гному тоже отправил амулет, но довольно забавный и тоже давно забытый. Благо в астрале всякого барахла можно найти. Там было типа камешка, который сначала кидаешь в костер. Он преобразовывает тепло в магию, а камешек накапливает. Потом надо переключить режим работы и кидать этот камешек в какие-нить продукты, и он их, наоборот, охлаждает. И если первый амулет делался для магов, в основном для экспериментов или для зарядки амулетов иной магической школы, то второй был для обычных жителей, не владеющих магией. Надо ли говорить, что преобразования, которые придумали старые маги, были в основном интуитивны и не поддерживались научной мыслью или какой-то теорией. В том и ценность текущего моего подарка, что не понять того, что происходит в нем, с уровнем знания получателей, просто невозможно. Нет, конечно, есть вероятность, что будут тупить, но вряд ли. В каждую посылку вложил по старой гномьей золотой монете и по монете из адамаса, думаю, не выбросят. А проигнорируют – им же хуже.

Остальные оказались неплохими астральщиками. Демон так вообще как бы не гроссмейстер астральной магии. Люди – в основном интуитивные потребители-поисковики нужной информации. Для них я просто отследил, в каких астральных областях их сознание чаще черпает информацию, и подкинул туда несколько образов. Убедился, что они их зацепили (в основном во сне), а одному пришлось переделать и повторить – его подсознание было очень уж осторожное.

Для демона пришлось посложнее работу провести. Нами с Алиелой была сделана целая смысловая сеть, на которую демон обязательно наткнется, когда продолжит заниматься той работой, которой он был в последнее время увлечен. А был он историком-археологом, кроме всего прочего, и особых сложностей не составило привязать к астральным проекциям прошлого нужную информацию. Да, в основном прошлое он исследовал в астрале, но при этом находясь на раскопках. Ему просто нужна была физическая составляющая, тактильная, чтобы настроить правильный астральный поиск в прошлом. Зато на текущем слое астрала – в реальности, он был силен, как рыба в воде. Так что нам даже пришлось использовать дополнительные силы, чтобы он нас случайно не вычислил.

Спрашиваете, зачем мне вся эта возня? Ну так я же тренируюсь тоже. Изучаю веганские методы астральной работы. А вместе с женой у нас вообще получаются чумовые вещи, происходит нечто вроде синергии наших знаний и возможностей. В целом астрал у меня уже перестал вызывать подспудную боязнь, хотя опасаться его я по привычке продолжал. Как говорится, береженого бог бережет. Кстати, о богах.

Они здесь все-таки были, только в астрале постольку-поскольку. Они в основном просто обозначали в нем свое присутствие, так сказать, забивали делянку. Но как энергетические создания, не привязанные к ограниченному астралу планет, вполне могли себе существовать в любом месте Галактики, а может, и дальше. В данный момент тут присутствовали полуактивные… Ну не аватары – какие аватары в астрале – а некие божественные полуразумные конструкты, что ли, замещающие их. Они собирали и структурировали энергию веры, разруливали какие-то астральные коллизии, я не очень понял, какие именно, но вроде бы связанные с делами веры на планете. Еще вроде как по мелочи реагировали на молитвы – там подкинуть энергии для здоровья, сям подействовать на планетарные энергии, чтобы чуток изменить погоду, разные мелкие чудеса. Ну в таком роде.

Забавно, но энергия веры напрямую в астрале не хранилась, хоть и оставляла там свои следы. Она каким-то образом аккумулировалась на практически независимом энергетическом уровне, в основном обособленном уровне реальности. Ну понятно, связи с астралом и планетой оставались – трубопроводы энергии по-любому нужны. Но из астрала добраться туда практически было невозможно. Да, были какие-то мелочи в реале, следы той энергии – например, на планете над молельными местами, составляя при этом почему-то какие-то геометрические конструкции. Это, я так думаю, для лучшей концентрации, прекращения распыления, ну и просто какие-то энергетические механизмы, связанные со всем этим. Причем утечки на планете все равно были, часто переходя в видимый спектр, и их в принципе мог увидеть обычный особо чувствительный на зрение человек, а еще энергия веры в концентрированном виде неплохо так стабилизировала тонкие человеческие тела, гармонизировала их.

Ну вот, зная, что искать и, главное, где, а это мы с Алиелой вычислили, в принципе не составило большого труда найти тот энергетический слой с энергией веры. Тем более что и эти полуразумные божественные создания не сильно шифровались, выполняя свою работу. Перейти на тот слой было сложно, но почему-то хотелось. Да и интуиция, наоборот, вместо того чтобы предупреждать, подталкивала. Так что как-то мы сумели туда протиснуться-просочиться. Не знаю, что на нас с Алиелой одновременно нашло, но обоим хотелось. Потом проанализировали – вроде никто на нас не влиял. Черт его знает! Что удивительно – при отсутствии большого желания как-то скрываться или заметать следы за собой, входы в слой охраняли такие же существа, но нас не заметили. Правда, и мы шифровались и маскировались. Отрадно отметить, что наш уровень развития уже соответствует как минимум таким существам. Но, скорее всего, превышает, не знаю, правда, насчет богов, но там на крайний случай у меня есть вундервафля – инфосеть.

Нашли мы три раздельных энергетических божественных слоя, если можно так назвать. Ну, пусть так называются. Два – примерно равных по накоплениям, и в несколько раз меньший. И этот меньший хоть и охраняли тоже, но как-то вяло, да и вообще он вызывал ощущение заброшенности и пах болотом. Видать, давно не было поступлений. Кстати, эта делянка была той божественной твари, что меня выпнула на Землю. И судя по всему, ей это аукнулось – то ли свои выперли нарушительницу, то ли просто так вышло, но той божественной особы тут не было, по ощущениям, несколько тысячелетий.

Других богов, видать, тоже давно тут не было, но не так, как той. Меньше тысячи лет, точно. Может, пару сотен. Хотя кто знает, как они «питаются». Может, и прилетали, да просто перекусить. Ну уж очень тут много было энергии! Находиться там было очень приятно, не знаю уж почему. Похоже, она положительно влияла даже на наши астральные отражения. Уходить оттуда не было никакого желания, но пришлось. Правда, напоследок я решил похулиганить. Эти два основных рабочих хранилища пока не стал трогать, а вот заброшенное…

– Ты знаешь что-нибудь о биопрограммировании и искусстве актуализации мыслеформ? – спросил я Алиелу, блаженно плывущую на волнах чужой божественной энергии. Есть у меня подозрение, что если бы ее еще немного поднастроить под себя, то эффект будет намного сильнее.

– Слова-то все знакомые, а вот что ты под ними имеешь в виду…

– Есть такое ответвление от чародейства, если так можно сказать. На самом деле очень крутое и как бы не сильнее других систем магичания, просто не такое очевидное. На самом деле от «био» тут мало чего, просто на биологических объектах это искусство развивалось и больше под них заточено. Но фактически это универсальная система программирования объектов, имеющих энергетическую составляющую, которые хоть капельку имеют информационную составляющую. А так как все на свете является энергией в той или иной форме, то и система может «программировать» почти любые энергии, задавая им определенные свойства. Самый примитивнейший пример – банальное искажение электромагнитных волн. Это тоже оно. Превращение свинца в золото – тоже такой процесс, только там нюансов побольше. А вон там, – я мысленно указал на ничейный божественный слой, – хочу кое-что показать тебе. Ну и просто попробовать, получится ли.

Мне понадобилось где-то с полчаса, чтобы настроить себя на нужное состояние, вибрацию, что ли, чтобы «родить» одну-единственную капельку энергии, играющей роль программатора, или иными словами – катализатора процесса. И эту капельку я аккуратно отпустил в застоявшееся болото. По нему мгновенно пошла рябь и волны. Да еще и звуки пошли – шелест, щелчки, удары. Это подсознание пыталось преобразовать изменения в пространстве из-за этого действа в привычные сигналы. Процесс все сильнее и сильнее расширялся, преобразуя и подстраивая характеристики под себя. Охрана этого моря сначала заволновалась, а потом стала отдаляться все дальше и дальше, пока не пропала в глубинах вселенной. Видимо, потеряли частотную или какую там привязку и ушли. Ну и ладно. Зато вот сейчас я ощутил настоящий кайф, плескаясь буквально в «живой воде», и чувствуя, как еще больше мои внутренние структуры гармонизируются и напитываются энергией. Алиеле за счет синхронизации наших энергетических оболочек тоже перепадало немало.

– Тут можно навечно остаться, – простонала веганка, покачиваясь на волнах эйфории.

– Да, но хорошего помаленьку, – вздохнул я, – в те активные моря больше соваться не будем, пока не разберемся, что тут с богами. Бить их, или дружить, или ничего не предпринимать. А сюда можно будет наведываться. Кстати, при использовании этой энергии для всяких энергетических воздействий, астральных и ментальных, КПД намного выше.

– Замечательно! – зажмурилась Алиела.

Создать своих астральных стражей не составило никакого труда, а поработав научной головой жены, да и своих знаний хватало, сделал эту защиту как бы не круче, чем у других богов. По крайней мере, даже им мало не покажется, если заинтересуются изменениями и сунутся. Правда, это им должно быть не интересно, как я понял, чужая энергия им не подходит – иначе давно бы оприходовали мое болотце, уверенно превращающееся в небольшое такое море, – а преобразовывать или не могут, или это для них трудно, и профит не стоит затраченных усилий. Но полюбопытствовать могут. Так что защита обязательна. А их запасы я трогать не стал. Зачем? Просто подгадить, потому что могу? Не мое.

Интересно, что же случилось с той богиней? В принципе, я к ней сейчас отношусь ровно. Раньше злился, а сейчас… В какой-то мере даже благодарен. Ведь без того божественного пинка под зад я вряд ли бы встретил Алиелу. Да и не побывал бы на Земле. Это почти все окупает, кроме моей попранной гордости. Но с нею я уже договорился.

Так что насчет этой богини – поищем в астрале. Смогли до Дронта докопаться, сможем и про нее узнать. Ну чисто для интереса.

Роща Спокойствия

Смотритель самого закрытого места в эльфийском Лесу – Рощи Спокойствия, места упокоения членов семьи правителей Леса, – медленно шел по дорожке, посыпанной белым песком. В то же время он проверял плетения общего контроля, жизнедеятельности деревьев, мониторинг активности грызунов, чтобы они не нашли лазейку, чтобы попортить священные деревья с упокоившимися правителями. Много чего еще он проверял, как вдруг подал сигнал старый мэлорн в пятом секторе рощи. Смутные ощущения дерева явно показывали наличие чужаков у самой известной посмертной композиции. Странным было то, что молчали прочие защитные системы.

Смотритель мягко шагнул в кусты и растворился в них, чтобы вскоре его глаза проявились среди ветвей и листьев, окружающих полянку упокоения великой Эль Трин’х Васар и ее ближайшей подруги-соратницы – гномки Крисы их’Дрим. Перед древними стражами, изображающими мифических драконов, совсем не похожих на реальных, существующих на Лунгрии, стоял молодой человек.

Выйти с претензиями к нему смотрителю помешало несколько моментов. Это и то, что не сработали системы защиты, пропускающие в это место только представителей правящего рода, родственников упокоенных или по специальному разрешению. Иных вариантов просто не существовало. Второе, что остановило смотрителя, – наличие на полянке третьего дракона, размерами вдвое превышающего фамильяров Эль и Крисы. И третье – то, что эти фамильяры вышли из своего вечного сна и, склонив голову, лежали у ног человека, а он гладил их по головам и что-то говорил. А тот третий дракон сидел рядом и с отчетливо видной ленцой посматривал на них и иногда даже демонстративно позевывал, а может, просто показывал свои огромные зубы. Служитель прислушался к тому, что говорил человек.

– Так-так-так… Ну, молодцы, чо. Физически неплохо развились, но даже не на половину возможного. Мозгов тоже не так чтобы много… Молчать! – Человек стукнул кулаком по голове заворчавшего фамильяра Крисы, а смотритель решил, что в кустах ему лучше сидится и незачем выходить и что-то предъявлять человеку, так фамильярно обращающемуся с самым ужасным и непобедимым оружием прошлого. Ведь действительно, в какие бы переделки две подруги ни попадали, порой только фамильяры были способны вытащить их из глубокой… И насколько помнил смотритель, ничто их не брало.

– Заметь, Драко. По времени ты моложе и на их фоне – просто младенец, а по развитию – как их дедушка. А почему? А потому, что у тебя хозяин умный, хе-хе. Девчонки тоже были неглупыми, но специфика образования, воспитания и куча всего прочего в совокупности играет… Да, играет… Ты только глянь на эту порнографию! – Человек показал пальцем на хвост эльфийского дракона, на котором красовался красивый растительный бантик, составленный из любимых цветов хозяйки. Смотритель про себя пожал плечами, пытаясь понять неизвестный ему термин по мысленной окраске, которую он худо-бедно ловил.

– И вот так у них все – на эмоциях в основном да на чувствах. Вон, Крисин – и то поумнее… Да не обижайтесь, это я так, любя… – Человек погладил одновременно две головы и вздохнул. – И спасибо вам, что берегли девчат. Но время берет свое, и никто не вечен… Ну, может, никто, кроме вас. Я тут немного изменю памятники, ну, от своего большого сердца, так сказать, не возражаете?

Возражал смотритель, но он был умным смотрителем и совершенно не стремился стать мертвым смотрителем, поэтому тоже промолчал. А через мгновение у него чуть не остановилось сердце и он практически забыл как дышать. Не, ну с кем бы такое не случилось, если бы он увидел то же, что и старый эльф? Когда из ствола Древа Покоя выходит упокоившаяся там королева, да еще и в том виде, который она, будучи еще принцессой, имела на самой заре своей раскрывающейся красоты, а следом за ней из пирамиды выходит гномка, такая же молодая и серьезная, как показано в древних хрониках, которые смотритель был любитель посмотреть! Понятно, что иллюзии, но трава-то! Трава приминается!

Подруги улыбнулись друг другу и стали заниматься своими делами. Королева как какая-то девчонка вскарабкалась на дерево, а гномка уселась у пирамиды, достала книгу и погрузилась в чтение.

– Крис! – раздался звонкий и мелодичный голос из ветвей. – Брось эту каку! Лезь ко мне! Посмотри, какая отсюда открывается красота!

Гномка подняла голову, улыбнулась и снова вернулась к чтению. Через мгновение в нее из густой кроны дерева прилетел кусок смолы, но девушка, даже не отвлекаясь от чтения, в воздухе поймала его и положила рядом.

– Ну не будь букой!

– Сейчас, дай мне дочитать главу! – наконец ответила она.

Смотритель не знал, были ли их голоса такими же, как в реальности, но вполне может быть, что и так. Фамильяры повернулись к девушкам и улеглись так, чтобы смотреть на них. А смотритель не заметил, как сам уселся в кустах и продолжил наблюдать за жизнью девушек. Также он не заметил, когда и куда пропал молодой человек со своим драконом. Девушки вели себя очень естественно, и наблюдать за ними и слушать их вполне естественные разговоры было захватывающе и не похоже на то, чтобы это была какая-то запись.

Только часа через три смотритель опомнился и вспомнил про амулет связи.

Ник

Что-то мне как-то расхотелось находиться на Лунгрии. Моя бравада перед собой быстро сошла на нет. Все, что происходит здесь, интересно, безусловно, но… Я вижу все через призму прошлого, и различия почему-то давят на меня. И мечусь туда-сюда от одной тени прошлого до другой, в попытке… Чего я пытаюсь найти? Нет, оно понятно, что для меня все это было не так уж и давно. Даже события на первом континенте вроде вот-вот были. Тот перерыв-то в тридцать лет я благополучно «проспал». И в общем-то ясно, что здесь слишком много прошлого. Моего прошлого. Особенно с учетом астрального «архива», позволяющего его в каком-то смысле актуализировать. Только зачем? С моей памятью я и так могу вспомнить все, что со мной происходило, в мельчайших деталях, только почти не делаю этого. Как-то это… больно, что ли. Без Алиелы я бы, наверно, предался унынию и бессмысленным поискам смысла жизни.

В общем, тяжко на сердце было. Наверное, не стоило ходить на могилку Крисы. Это был будто последний камень, упавший на весы моего душевного равновесия… Но раз начал дело, надо закончить его. Узнать еще кое-что, смотаться по кое-каким точкам, а там решать буду. И на Землю возвращаться не хочется, не тянет… Ладно, есть кое-какие мысли, пока загадывать не буду.

Следующими на очереди стали инфосерверы Дронта. Полазил, поискал их, нашел. Особо ничего нового не раскопал – мертвые оставались мертвыми, живые же и в прошлый раз не особо интересны были, хотя некоторые из них, что не давались тогда, сейчас спокойно мною вскрылись. Ничего нового я там не обнаружил, разве что еще пару мемокопий Дронта, но они касались каких-то научных расчетов и были мне неинтересны. По крайней мере, пока. А вот Алиелу заинтересовали, хотя она не могла по ним сказать что-то определенное. Ну и хорошо, лишь бы ей было интересно.

А вот «Системный бюрократ» оказался орешком покрепче. Если бы не обновленное вычислительное «железо», созданное мной по образцу дронтовского компа, то, наверно, вряд ли я что смог поделать с ним. А тут просто передавил его вычислительной мощью. Нет, так-то он сразу понял, что его пытаются сломать, и перешел в круговую оборону, да только защита, даже на уровне инфосети, не помогла – мне удалось протиснуться через защитные барьеры к ядру инфосервера и подключиться к его «процессору», тем самым сделав так, что его нежелание общаться с внешним миром, то есть со мной, не играло никакой роли – мой информационный поток шел в обход всех дверей, окон, щитов и прочих файрволов. Вот здесь уже и сработала скорость и мощь моего компа – «Бюрократ» просто не успевал реагировать и блокировать мои действия. И в конце концов выбросил белый флаг.

– Ничего не понятно, – вынесла вердикт подошедшая Алиела, затратив какое-то время на ознакомление с тем, что я делал.

Я задумчиво покивал.

– А для меня вроде все понятно. Но если абстрагироваться, то да… Круто тут сделано все, но меня больше интересует вопрос – как так получилось, что мне это все ясно-понятно? Вроде по чуть-чуть там-сям информацию тягал, а вот как-то все красиво сложилось и стали понятными такие сложные конструкции и системы, что аж самого оторопь берет.

Я подергал себя за мочку уха.

– Если так подумать, то даже собрать инфосуперкомп Дронта по астральным чертежам практически нереально. Но как-то же я сделал? Причем не особо напрягаясь. Иногда это даже пугает.

Алиела вздохнула. Я вопросительно посмотрел на нее.

– Не знала, говорить тебе или нет, но, думаю, ты все равно узнаешь, а отвлечься тебе надо. – Она снова вздохнула и прижалась ко мне.

– Говори уж, раз начала.

– Я тут, пока ты занимался своими делами, в астрале через барьер ходила на второй материк посмотреть прошлое, оценить местную цивилизацию, как они развивались, куда двигаются и к чему стремятся. Сравнивала с развитием на первом материке. Довольно интересная двуединая система получилась… Но я не об этом… У тебя тут в прошлом дочка осталась. Я же вижу, что ты не в курсе. – Алиела искоса посматривала на меня, ожидая моей реакции.

Довольно неожиданно было услышать эту информацию именно от нее. С другой стороны, радовала ее реакция и поведение – кто другой бы на пустом месте истерику закатил или еще что-то чисто женское придумал, дуться там, какой-то психологический профит искать и прочие женские мутки. Радовало, что с ней это не так.

– Карина? – спросил-уточнил я.

– Да. Она решила, что будущего с тобой у нее нет, но любила тебя и хотела от тебя ребенка.

Я в сомнении покачал головой.

– Не уверен, что именно поэтому она хотела ребенка от меня. Ну да ладно, ее побудительные мотивы меня не особо интересуют… Как хоть дочка выглядела?

Алиела сформировала перед нами ростовую иллюзию весьма симпатичной девицы в даже на вид дорогой и качественной одежде. Брюнетка, как и ее мать, но на грани осознания отличающаяся от типажа матери.

– Так она выглядела в расцвете своих лет.

– Красивая, – покивал я, разглядывая чем-то неуловимо знакомое лицо. То ли в нем проглядывали черты Карины, то ли мои, но сложились они в реально красивые формы. А может, это я уже так, по-родительски, сразу перестроился и, как и положено, стал ее считать красавицей через розовую призму родительских симпатий.

– Думаю, у нас с тобой ничуть не хуже может получиться, – спокойно произнесла веганка. Я обнял ее за талию и покрепче прижал к себе.

– Не сомневаюсь, – кивнул я. – И даже предлагаю пойти потренироваться.

– О да! – улыбнулась подруга. – Надо очень хорошо потренироваться, чтобы потом с первого раза добиться максимально желаемого результата.

Мы одновременно с нею рассмеялись и незамедлительно решили заняться этими самыми тренировками. Алиела добилась своего – у меня с души будто камень упал.

Потом мы вместе с Алиелой раскопали всю жизнь моей дочери. Судьба у нее оказалась непростой, сложной, порой малопривлекательной, но характер у нее был стальной, если не покрепче. По ее жизнеописанию можно было бы написать целый роман, а может и не один. Подруга и воспитатель младшего брата, которого родила Карина уже от императора, а потом и его защитница. Крутая воительница, чародейка, магичка-универсал… Да-да, вы не ослышались. Судьба свела ее с моим старым учителем – Васой. Вот повороты судьбы!

Быстро дошла до уровня почти архимага в земной магии. Потом приложила немало сил к развитию новомодной техномагии и сама достигла там неплохих результатов, в том числе и как конструктор, я бы даже назвал ее инженером-конструктором. По крайней мере, именно ее вклад в разработки механических аватаров, очень сильно похожих на наши боевые экзоскелеты-роботы, привел к победе в череде войн, объединивших страны континента.

И потом еще, когда началась война с нежитью, пришедшей со снежного севера. Да-да, спросите – откуда тут нежить при отсутствии некромантии в этом мире как класса? Ну, тут было немного грязной политики, в результате чего после окончания этой войны моя дочка разругалась с императором и чуть не убила его, из-за чего отправилась в изгнание. Слава всем богам, никто ее казнить за такие взбрыки не стал.

А дело в том, что тут выплыл из моего прошлого и пересекся с судьбой дочери еще один персонаж – Скал! Да-да, тот самый оживленный мною скелет. У него тоже была непростая судьба. Взросление, встреча с людской несправедливостью и дружбой. Овладение кое-какими магическими способностями, смена внешности на человеческую, уход в отшельничество на сервер, где его нашли представители императора, правда, не говоря об этом. Они настропалили его против империи, в результате чего он стал клепать неживое воинство – благо копировать логические структуры с себя он уже научился.

Ну и война с империей, в которой погибло большое количество людей, в основном слаболояльных молодой империи. Так сказать – прополка сорняков. Дочку император и его сын, уже потихоньку берущий правление в свои руки, ну и мать, конечно, отговаривали участвовать в войне, но не смогли. Как не смогли ей сказать, что вся эта война была ими и инспирирована – уж очень у дочки был характер принципиальный и жесткий.

Вот и сразила она, к слову, Скала в той битве. Ну как сразила. Покромсала его в своем боевом экзо, кстати, красивом очень – напоминающем саму девушку. Остальные в основном слабо напоминали человека. Ну а потом стала его «потрошить», а он и не сопротивлялся ей особо. Как я понял, он почувствовал в ней мою кровь. Ну не кровь, а родственную ауру. Потом-то доча докопалась до истины и устроила грандиозный скандал, после которого ее и изгнали.

Ну а Скал стал ее спутником, защитником и просто другом. Да-да, самая настоящая дружба между женщиной и неживым существом! Думается мне, если бы Скал был человеком, то они бы могли стать и более близкими. Но увы, несмотря на то что Скал почти ничем уже не отличался от человека, в некоторых областях он до него недотягивал. И я говорю не про секс – тут, за исключением возможности иметь детей, он вполне справлялся, беря от этого энергетическим эквивалентом удовольствия. А вот логика у него все-таки была своеобразная. Ну да ладно. Не об том речь. О нем тоже можно было бы написать отдельную книгу, но это пусть кто-то другой напишет, было бы жаль, чтобы такая история затерялась в неизвестности.

В общем, с имперским посольством она отправилась на первый материк. Как говорится – с глаз долой, а вот из сердца «вон» не получилось. Ее брат сохранил с ней хорошие отношения, как и она с ним, да и остальные, собственно император с императрицей, не хотели с ней разрывать связей, это она на них обиделась и рассердилась, а не они на нее. Но ситуация требовала хоть какого разрешения, и оно было найдено. К слову, в очередной раз очень удачное.

К этому моменту почивший учитель, мой и дочери, Васа, завещал ей все свое имущество на первом материке и дал нужные контакты, так что она быстро освоилась там и продолжила свое обучение. А так как она оказалась универсалом, то быстро стала обучаться разным типам магии. Повоевала с орками и выучилась у них воздушной магии, дойдя до уровня оркского шамана-тин-он. Шаман-тин – это не только тот, кто умеет вызывать воздушного элементаля, для него это побочка. Это тот, кто реальный маг воздуха и высший его ранг – шаман-тин-он. Что-то вроде архимага, но за счет параллельного использования магии и элементаля значительно превосходящий обычного архимага-воздушника.

К слову, тут сильно помогло то, что у нее другом и помощником был Скал. Он своим существованием буквально приводил орков в восторг. Правда, сначала он вместе с дочерью убил немало из них не в одной заварушке, но когда все успокоились и они почувствовали в нем нежить, почему-то ошибочно посчитав его принявшим земную оболочку дэвом, джинном, то просто прицепились к нему, не отпуская от себя. Как я понял, это племя, не спросясь, решило сделать его своим тотемом и талисманом. А под это дело с радостью согласились и дочку поучить своей магии. Ну и многого не ожидали от женщины, выдавая ей свои секреты. Даже то, что она, как валькирия, их просто на куски рвала, ни о чем им не сказало. А вот потом, когда она достигла уровня шаман-тин-он, схватились за головы.

Правда, к тому времени они, имея под рукой такой талисман, как Скал, объединились в свою империю, если так можно сказать. Только в процессе этого как-то так сумели провернуть дело, что войны с набегами перестали играть для них главенствующую роль. Ну, торговля, то да се. А дочка одно время сожительствовала с местным императором, громадным орком-воином, пока обучалась их магии. Но, видать, не сложилось. Да и детей у них не было – то ли она не хотела, то ли он, то ли не могли завести. В общем, через десять лет царствования дочка просто собралась и со Скалом покинула орков.

Вообще, она больше походила на странствующего рыцаря с оруженосцем. По крайней мере ее жизнь и похождения уж очень на это смахивали.

После орков она попала к темным эльфам. Я о них мало знал, но они в то время не сильно отличались от светлых, разве что своим внутренним обустройством. Ну и женщин почитали больше, куда ж без этого темным эльфам?

В общем, и там она пожила, магии их поучилась, познакомилась с местным принцем, куда же девушке без принца? Он оказался родственником мужа Эль. С ним у дочки тоже не срослось. Прямо проклятие какое-то! Хотя, может, это ей не нужно было? Потом были светлые эльфы, знакомство с Эль и Крисой. Участие вместе с ними в войнах, обучение в универе интеграционной магии и наконец встреча своей половинки, от которой у нее появились дети. Пипец, им оказался сын Эль! С нею дочка немного на эту тему поскубалась, в результате чего пришлось заново высаживать несколько гектаров леса и восстанавливать половину столицы. А Криса встала на ее сторону, и в конце концов Эль смирилась. Кстати, тот эльф, сын Эль, которого она отправила с посольством на второй материк – тот самый, на которого запала моя дочка. Да и он ее любил, так что тут было все в порядке, если такое вообще бывает.

С ним вместе дочка вернулась на второй континент. К тому времени она успокоилась насчет подставы императора и снова сошлась со своей семьей. Тут одна сценка прямо стоит перед моими глазами и постоянно вызывает улыбку. Муж дочки, эльф, по сути был принцем и довольно умным, магом сильным, но ради дочки, как он считал – обычной человечки, пусть и с кучей достоинств, он фактически отправился в изгнание. По крайней мере, он так сам считал, и вдруг узнает, что его жена – дочка императора целого континента, с которым пока отношения еще налаживаются, а процесс это небыстрый. Вот лицо этого обычно невозмутимого эльфа и вызывает улыбку. И его широко раскрытые глаза. Анимэ отдыхает.

Ну а тут, раз такое дело, то и детки у них пошли. Сначала двойня – две дочки, а потом еще тройня – три сына. Видать, компенсация за долгие мытарства. Дальше у них пошла более-менее стабильная жизнь. Правда, когда пришло время, эльфу пришлось вернуться на первый континент править. Почему-то именно его выбрали на эту должность, хотя вроде бы он не был первым кандидатом. Жена, естественно, отправилась за ним, и впервые в истории эльфов королевой стала человек. Впрочем, к ней никаких претензий со стороны уже не было. Так сказать, по совокупности ее достоинств.

С того времени связи между двумя континентами только усиливались. Было еще много разных событий, но для дочери это в основном была рутина жизни. И по факту она была довольна ею. Скончалась она на четырехсотом году жизни в окружении всех своих детей и нескольких десятков внуков, сотен правнуков и несчетного количества праправнуков. В отличие от семей чистокровных эльфов, в семьях, пошедших от дочки и эльфа, детей было много. Так сказать, плодились они и размножались, и делали это с большим удовольствием. Просматривать судьбы детей дочки я не стал. И так понятно, что мои гены щедро оросили землю этого мира.

Похоронили ее там же, где и Крису с Эль, только в другом месте и по эльфийским традициям – в дереве. Эх… грустно все это. Все знакомые, близкие уже давно умерли. Лунгрия прям как кладбище моих воспоминаний.

Дочки я не знал, но уже полюбил ее за одно то, что она была. А уж какую жизнь прожила! Даже меня завидки берут. И видать, Карина когда-то все-таки поговорила с дочкой насчет того, кто был ее отцом. Это было видно по тому, как она поменяла имя, вернее, ей раскрыли его полностью, и она стала откликаться только на одну ее часть, показывая свой независимый характер. В ее полном имени было много имен, в том числе семьи императора, семьи Карины по отцовской линии, но и вот еще одна линия открылась. А еще она, похоже, раскопала похождения ее отца на первом континенте и узнала, как его звали там.

Она просила называть себя – Ника Курагендариус Исис Админа Рутовна.

Ник

Я все-таки сходил на могилку дочери, хоть и не знал ее. Правда, у меня была еще одна цель.

Красивый мэлорн, как такие деревья тут называют эльфы, почему-то цвел, хотя остальные стояли без цветов. Дорожки, оформленные разноцветным песком и камушками, образовывали какую-то сложную фигуру вокруг дерева – лабиринт. Из самого дерева по кругу на уровне пояса выделялись наплывы, формирующие по периметру ствола скамейку. И, судя по потертостям, посещали это место часто. Я сел на скамейку, прижался спиной к дереву и бездумно впитывал безмятежность этого места. Взгляд скользил по выложенным камням, песчаным дорожкам, останавливался на листьях дерева, ноги поглаживала трава по щиколотку.

Аура дерева легко смешивалась с моей и щедро делилась своей энергией, вызывая душевное умиротворение.

Единственное, что меня печалило во всей этой ситуации с дочерью, – в то, какой она стала, а она действительно стала человеком, которым может гордиться любой отец, не было вложено моего воспитания, моего труда. Мне оставалось только гордиться своей генетикой, если она вообще имела тут какое-то значение.

Из-за дерева показался эльф.

– Отец? – Эльф резко остановился и уставился на меня.

– Садись рядом, Скал. – Я похлопал ладонью по скамейке. – А я вот тут поминаю человека, которого никогда не знал, но которого, кажется, полюбил всей душой. Давай посидим вместе…

Дерево слегка зашумело листьями, шепча что-то мягкое и нежное. Нам со Скалом на колени упало по цветку с дерева.

– Рад видеть тебя, – произнес я, нюхая цветок мэлорна. – Знаю, что ты тут живешь уже чертову кучу лет, вдали от всех, и присматриваешь тут за всем.

– Так уж и за всем, – хмыкнул Скал. – Только за деревом Ники. Меня тут местные эльфы побаиваются. Сначала думали, что я какой-то сумасшедший самозванец, потом хотели меня выгнать, ну а потом, когда некоторые из желающих это сделать не без моей помощи поселились в деревьях на этом кладбище, официально сделали меня главным смотрящим и не лезут… Я рад тебя видеть, отец.

– Я тоже, – улыбнулся я. – В отличие от дочери, с тобой я хоть общался и уделял свое внимание хотя бы на этапе создания.

– Ей тебя не хватало, – Скал тоже понюхал цветок, – но она живо интересовалась всем, что касалось тебя.

– М-да… Сам-то как? Чего отшельничаешь?

– Да надоело. – Скал махнул рукой и, помолчав, продолжил о другом: – Я тоже тебя все ждал и искал… Хотел задать вопрос – зачем ты меня создал. Затем понял, что и люди, и все остальные разумные периодически задаются этим вопросом – зачем кто-то их создал, и понял, что это не тот вопрос, на который стоит получать ответ. Искать его можно, и, может быть, даже надо, но самому, так как поиск позволяет развиваться.

– Сам уже не ищешь ответ?

– Когда-то перестал, потому что решил, что это не имеет смысла. Будь ты червяком в земле или архимагом – ты суетишься в рамках окружающего мира, подчиняясь его законам, которые, как я убедился, непреложны и непреодолимы.

– Уверен? – Я с интересом посмотрел на него и прицепил себе цветок на лацкан, чтобы его тонкий запах постоянно доносился до моего носа.

– Преодолевая известные тебе границы, ты лишь переходишь на другой уровень, который также имеет свои ограничения, и ты тратишь больше усилий и энергии, чтобы преодолеть новые границы. В какой-то момент я решил, что оно того не стоит. Вот ответь мне, прав ли я? – Он повернулся ко мне и уставился своими совершенно натуральными эльфийскими глазами, в которых отражалась вселенская тоска и намек на надежду.

Я улыбнулся:

– Что ж… Ты дошел до уровня развития, на котором любой разумный начинает задаваться извечными вопросами: «Кто я, зачем я, какой в этом смысл?» Только ответить на эти вопросы некому, кроме как найти их самому. Любой, кто скажет тебе, что он знает ответ, – лжет. Или искренне заблуждается, считая, что его рецепт подходит всем. А вот принципами поиска смысла жизни можно делиться. Их количество ограниченно, и они более-менее понятны многим. Кроме того, они дают хоть какой-то смысл существованию.

– А у тебя какой принцип? И подойдет ли он мне? – Скал даже наклонился, чтобы не пропустить ответ.

Я немного подумал.

– Наверное, мне больше подходит принцип, придуманный в моем мире: «Делай, что должно, и будет, что суждено». Это в плане действия в рамках мира, в котором ты существуешь и живешь, во взаимодействии с другими людьми по тем правилам, что они придумали для общежития. А смысл жизни моей на данный момент как раз и состоит в том, что ты отбросил, посчитав за бестолковую беготню на месте. Желание узнать, есть ли предел там, на краю Земли, и можно ли раздвинуть горизонты… Самое главное – в последней фразе. А подойдет ли это тебе или нет – не могу сказать. Но ты можешь все-таки попробовать. Ничего нового я тебе не сказал, но такова жизнь. Смысл своего существования в ней каждый ищет себе сам. Чего и тебе желаю. Заканчивай свое отшельничество. Раз оно не привело тебя к нахождению смысла жизни, значит, ты просто не готов еще. Возможно, ты не раз еще будешь уходить от людей. Но знаешь, что?

– Что?

– Без живых разумных смысла точно ни в чем нет! – Я хлопнул его по колену и растворился в воздухе.

Скал еще долго сидел, осмысливая разговор. В конце концов решил, что попробовать стоит. И в первую очередь можно попробовать взять на вооружение принцип действий отца и временную цель. Можно ли раздвинуть горизонты?.. Кто знает, может, это действительно хороший принцип осмысления жизни, а там можно будет и свое придумать, главное он вроде бы понял.

И, как освящение его решения, ему на колени упал еще один цветок мэлорна.

– Да, Ника, – Скал встал, – тебе бы это точно понравилось.

Ник

«Системный бюрократ» был тем еще типчиком. Искусственный интеллект, что крутился в нем, когда понял, что ничего не может сделать с вторжением извне, запустил систему уничтожения информации. Нет, не всей, и он не терял в результате своей работоспособности, но вот накопленную инфу по Лунгрии в первую очередь начал терять. Я, конечно, пресек это, но многое было потеряно. Информации было на удивление много, и уничтожать он ее начал с конца, как я сначала подумал, так что посмотреть, что он делал во время моего нахождения на Лунгрии в прошлый раз, я не смог – он это стер уже, как частично и то, чем занимался в мое отсутствие.

Еще в «Бюрократе» отсутствовала информация с начала его существования, видимо, процесс стирания информации все-таки шел с начала и с конца, хотя, на мой взгляд, можно было все это сделать мгновенно, но мне же лучше. А буквально последние дни Дронта, на удивление, сохранились. Там тоже было много расчетов – Дронт и «Бюрократа» задействовал в них. Алиела с удовольствием все это себе скопировала – она использовала свои вычислительные возможности, с которыми я синхронизировал созданный для ее игрушек инфосервер, на котором и развернул соответствующее программное обеспечение атлов, «понимающее» их форматы данных и протоколы. А исследовательские инструменты крутились на ее компах. Пока так было проще реализовать, потом что-то получше придумаю.

В общем, было много информации и о главной работе «Бюрократа» – мониторинг и контроль планетарной системы с Лунгрией. Здесь много крутилось астероидов, и за выборочно проверенный мною период «Бюрократ» с помощью элементалей уничтожил или отклонил в сторону тысячу двести сорок три астероида, которые иначе упали бы на Лунгрию и могли уничтожить там жизнь. Может, не все из них угрожали всему живому, но были и такие. Еще он один раз скорректировал орбиту дальней карликовой планеты. Зачем, я не понял, но вроде бы на пользу, как утверждалось в кратком описании этой операции. А вот Алиела поняла, о чем идет речь.

Кстати, здесь планеты располагались не так, как у нас: ближе к звезде находились большие, уменьшаясь в диаметре дальше от нее. А в последнее время «Бюрократ» вообще решил сильно почистить внутреннее пространство системы от астероидов и разместить их по внешнему краю, сформировав своеобразный щит от иногда прилетающих из межзвездного пространства крупных каменных путешественников. Разумеется, это не сфера Дайсона, а просто довольно большое поле астероидов, которое «Бюрократ» мог бы оперативно перемещать по внешнему периметру в нужный сектор. Почему-то он решил, что так будет лучше. В механику этого действа я даже вникать не стал – чувствую, что пока маловато знаний в этой области. Надо бы подготовить пакет из научных знаний, что я стащил с Земли, да у Алиелы взять то, что она в этом плане знает, и закачать себе. Кристаллы, опять же, что-то знают.

Так что, погрозив «Бюрократу» пальцем, я восстановил его работоспособность, поправил износившиеся структуры и привел в почти идеальное состояние. Пусть трудится дальше.

А пока меня ждет континент чародеев и искусников и их космическая программа. Хочу глянуть, какие у них там новости и чего они достигли в этом плане.

Таверна «Звездный путь»

В большом и светлом помещении бара, по старинке называемом «таверной», надирался Капштейн де Роно. Перед ним стояло уже пять кружек пива, а в голове плавал приятный шум. Надираться Капштейн не умел, потому что если бы умел, то заказал бы что-нибудь покрепче. Ну а с пива не каждый быстро дойдет до нужной кондиции. Поэтому ему хватило времени, чтобы еще пожалеть себя, пару раз разозлиться, снова пожалеть, пережить момент настойчивого желания пообщаться и состояние угрюмого молчания.

Де Роно проводил мрачным взглядом пару знакомых сотрудников и снова уткнулся в полупустую кружку. От запаха пива уже тошнило, но он пересилил себя и сделал очередной глоток. Сегодня был последний день, когда еще что-то можно было предложить комиссии для того, чтобы космическую программу не закрыли, но все это было так… Он как ученый понимал, что навскидку такие решения не принимаются, вернее, не придумываются реальные планы по развитию и преодолению проблем за день. Если за последние двадцать лет ничего приемлемого не придумали, то и за один день ничего не изменится.

Нельзя сказать, что эти годы пролетели впустую. Вон добрались до спутника планеты, достраивают там базу. Нашли много ресурсов, добыча которых уже расписана между будущими компаниями разных стран. Все только ждут окончательной доводки жизнеобеспечения базы. Хорошо хоть магия там еще работает, хоть и не так, как на планете, а то было бы совсем грустно. Да и то в основном техномагические подходы спасают, но и там нужна магия хотя бы для питания техники. А плетения обычной магии со временем будто истираются из реальности. Маги-теоретики считают, что на планете плетения могут долго находиться в своем состоянии по причине фоновой магической подпитки. А в космосе с этим туго. Хуже всего, что запасать магию в таких количествах просто никто не умеет. Нет таких материалов и конструкций. А космос прожорлив… И не только в магическом плане, но и в плане жизней…

Капштейн снова отхлебнул и поморщился.

В общем, тратить ресурсы на их программу больше не будут. Оставят лабораторию с парой научников, да и все. А жаль! Де Роно когда-то мечтал облететь всю планетарную систему, посетить ее планеты, стать пусть и пассажиром, но… Тем более что конструкторам испытывать их аппараты сейчас никто не позволяет, для этого есть куча добровольцев…

Размышления Капштейна прервала тень, перекрывшая свет из окна. Медленно подняв взгляд на нарушителя спокойствия, де Роно неприятно поразился спокойным действиям незнакомца, который взял последнюю полную кружку пива и отхлебнул. Покатал на языке янтарную жидкость, проглотил и почмокал, чтобы полнее ощутить вкусовые качества напитка.

– Неплохо. Но не идеально, у гномов лучше.

– Чего надо? – совсем невежливо буркнул Капштейн.

– Ты неправильно напиваешься! – улыбнулся незнакомец, и у расстроенного космического мечтателя пропало желание спорить и возмущаться. – Я научу тебя. Самый правильный способ – идти от маленьких градусов до самых максимальных, но… – Незнакомец смерил собеседника взглядом, и Капштейн невольно выпрямился, будто перед генералом в армии. – Нет, чистый спирт ты не потянешь. Но бо́льшую часть пути к благородной цели ты уже сделал. Тогда… – И в руках незнакомца появилась каменная бутыль литра на три.

И откуда он только такую тяжесть достал?! Вроде только что ничего не было. Но через мгновение де Роно еще больше удивился, поняв, ЧТО незнакомец поставил на стол. Это же элитная экспортная гномья огненная настойка! Он похожие бутыли издалека видел, когда пару раз бывал на имперских приемах.

– Повышать градус надо постепенно, – тем временем говорил незнакомец, вытаскивая пробку из посудины. На стол посыпалась каменная же замазка с толикой магии, упаковывавшая горлышко бутыли и не дающая содержимому испаряться. – А поэтому… – Незнакомец наклонил бутыль и плеснул прозрачнейшей жидкости с иногда поблескивающими искрами в ней в пиво де Роно.

Тот с сомнением посмотрел в кружку.

– Давай-давай! Не дай волшебству испариться! – сказал незнакомец и резким движением плеснул себе в горло огненной из так же неизвестно откуда взявшегося небольшого стакана.

Капштейн прикрыл глаза и сделал глоток. Градусов явно стало больше, но… Вкус пива тоже изменился! Сейчас оттенки хмеля гармонично переплетались с оттенком полыни, чего-то неизвестного и – почему-то ему показалось – каких-то грибов, хотя Капштейн никогда не был специалистом в этой области. Было еще много оттенков, но в них он просто заблудился. В себя его привел голос собеседника:

– Ну как?

Капштейн кивнул и вдруг понял, что чернота, душившая его последнее время, стала рассасываться, и даже появилось желание пообщаться. Почему бы и нет? Де Роно с интересом посмотрел на неожиданного собеседника, как бы оценивая его в плане общения, и мысленно кивнул себе, придя к определенному выводу.

И он вдруг разговорился. Выплеснул душу незнакомцу, наплевав на то, что про некоторые моменты можно было бы и умолчать, так как они были секретными. А впрочем, плевать! Какая секретность, если все закрывается? Незнакомец же внимательно слушал, поддакивал и не забывал подливать гномьей огненной.

– Ну, допустим, будет у тебя идеальный накопитель магии, но только один. Что это изменит? – Никос, как представился незнакомец, внимательно смотрел на Капштейна практически трезвыми глазами.

– Сильно, конечно, ничего, – пьяно кивнул де Роно, но тут же поднял палец вверх: – Но! Это дало бы время! Даже с одним кораблем можно было бы обследовать всю систему и, может быть, даже найти что-нибудь, что могло бы окупить развитие. Ну или все-таки придумать что-то… – Он покрутил ладонью в воздухе.

Потом они каким-то образом вдруг оказались в ангаре, где стоял корабль, недавно вернувшийся из космоса, а Капштейн объяснял его конструкцию своему новому знакомцу.

– А почему такая форма? – полюбопытствовал Ник, с интересом осматривающий огромный металлический кирпич.

– А какая разница? – пожал плечами де Роно. – Во время движения вокруг ставится магический энергетический защитный кокон, который любое трение сводит на нет. А в космосе тоже разницы особой не ощущается.

– А с радиацией как боретесь?

– С чем? – удивился Капштейн.

– Хм… Излучение светила.

– Не знаю. А оно должно быть вредным? У нас у всех космических исследователей магическая энергетическая защита стоит, как и на всех объектах в космосе. Может, поэтому?

Ник кивнул.

– Так какой тебе надо накопитель? – вдруг спросил он.

А де Роно снова поплыл и, не вдумываясь особо в свои слова, выдал давно высчитанные цифры, которые он бы хотел видеть в накопителе магии для корабля.

– Хотя бы пятьсот мэргов. Хватит, чтобы долететь до Серны – следующей за нами планеты, и вернуться.

– Так… – Ник прищурился и возвел глаза к потолку, будто что-то высчитывая. – Хм… Скромненько так. А как, найдется в корабле место под кристалл в рост человека примерно?

– Какой такой кристалл? – не понял де Роно.

– А вот этот. – Ник показал за спину Капштейну, тот повернулся и практически мгновенно протрезвел.

Перед ним возвышался просто неприлично огромный, почти прозрачный кристаллический монолит, который от переполнявшей его магической энергии сверкал даже в обычном диапазоне зрения.

– Это то, что я думаю? – прошептал он, судорожно доставая из кармана техномагический инженерный мультитул.

Откинул крышку, нажал несколько кнопок, повернул пару рычажков и навел его на кристалл. Увидев результат, высоко задрал брови от удивления и повернулся к Нику. А тот с любопытством издалека рассматривал его мультитул и слегка улыбался.

– Я не знаю, о чем ты думаешь. В голове у тебя каша, так что не знаю, то это, о чем ты думаешь, или нет. Но не похоже, – хмыкнул Ник.

– Это же просто нереально!

Ник прищурился и посмотрел на кристалл.

– Забавная штука. И главное, относительно универсальная – может держать в себе разные типы энергии. – Ник подошел и похлопал его по боку. – Один мой знакомый с помощью одной такой зарядки инфоэнергии в этом кристалле пробил границы между мирами. Да и мне пришлось воспользоваться как-то…

– Кто вы такой? – тихо спросил де Роно.

Ник вздохнул:

– Долго объяснять. В общем, так. Кристалл – дарю. Но ты помнишь наш разговор, что это не панацея? К слову, вы забыли еще один вариант, вполне очевидный, но почему-то вами не рассматривающийся.

– Какой?

– Для полетов вы используете воздушных элементалей, а для космических полетов могли бы земных использовать спокойно.

– Думали, – кивнул де Роно, продолжая исследовать доступными методами кристалл. – И использовали, только недавно гномы отказались предоставлять элементалей. Последний использовался на этом корабле. Мол, их и так у них немного осталось. А ведь в этом случае еще придется самого гнома-элементальщика отправлять с экспедицией, и отправляли раньше, но возможная потеря его для гномов стала совершенно непозволительной.

– Понятненько… Ну, с этим у них скоро будет порядок, так что стоит и такой вариант не забывать. Однако предлагаю рассмотреть чисто магические методы решения этой проблемы. Я оставлю координаты разных разумных на другом континенте, которые занимаются этими вопросами, и недавно у некоторых из них произошел или скоро произойдет прорыв в этом деле. Ну, я надеюсь на это, – пожал плечами Ник и, подумав, добавил: – Если тормозить не будут. А пока добейся результатов хотя бы с этим кристаллом. Думаю, с ним многого можно достичь, пока не подоспеют научные разработки.

– У меня его могут забрать, – с сомнением пробормотал де Роно.

– Не заберут, – хмыкнул Ник. – Замучаются пыль глотать.

– Какую пыль?

– Ту, что останется от их счастья, которое вроде так близко и которое никак не дается в руки…

– Вы догадываетесь, почему вас позвали? – С лица первого супервайзера по науке от императорской канцелярии Анонио де Морро не сходило слегка высокомерное и брезгливое выражение.

– Вполне, – улыбнулся де Роно, отметив, что его улыбка не понравилась супервайзеру. Вероятно, он надеялся, что вызванный пред очи такой важной шишки будет перед ним дрожать, но увы – Капштейн в последнее время чувствовал себя просто прекрасно, и как-то у него не оставалось сил перед кем-то лебезить.

– И? – поднял брови супервайзер.

Капштейн откинулся на спинку стула и расслабился.

– Тут и глупец бы догадался. Появился человек, который подарил нашему институту кристалл огромной накопительной емкости для временного выведения нашей программы из тупика, а вы… – он запнулся, отметив, как нахмурился супервайзер, – ну или те, кто повыше вас, не важно, решили, что этот кристалл – отличное средство для военных целей или для еще какого-то нецелевого использования. А тот человек, который его подарил, сказал на мое предположение, что накопитель заберут, что замучаются глотать пыль. Ну и как? Сколько людей наглоталось той пыли?

Де Морро «разгладил» лицо и вдруг превратился во вполне симпатичного человека. Он отвернулся к окну и постучал пальцами по столу.

– Три человека серьезно пострадали, пятнадцать – в легкой степени. Два чародея потеряли способности к чародейству, надеюсь, временно. Приглашенные интеграционщики и техномаги тоже сильно пострадали. В то время как ваши сотрудники, техномаги и чародеи в том числе, связанные с космической программой, с кристаллом спокойно работают. Причем сотрудничать с нами на тему кристалла категорически отказываются. Исследования показали, что их ментальный фон поменялся. Слегка, но все же. Как и ваш.

Де Роно кивнул:

– Я тоже заметил за собой нечто подобное. Все же хоть и не чародей, но довольно силен в ментальном плане – от бабки. Нет, – покачал он головой, увидев, как де Моро вскинул голову, – ничего я с ним сделать не мог. Даже поверхностно прочитать. Он был как скала – даже не знаешь, как подступиться, а не то что лезть на нее. Да и пьян я изрядно был. Но зато что могу хорошо, так это контролировать свои мысли и побудительные мотивы своих действий. В общем, вмешался он в мой ментальный план. Но сразу скажу – я совсем не жалею. Там всего лишь стоит запрет на работу с кристаллом вне космической программы.

Супервайзер кивнул и снова повернулся к окну.

– Вас пока не стали трогать, – наконец он сказал, все так же не отрываясь от вида за окном, – но других проверили. Все так. В общем, принято решение. Кристалл вам вернуть, открыть новую линию финансирования. Я так понимаю, что вам придется пересчитать параметры нового корабля в связи с новыми возможностями по обеспечению его магией?

Капштейн кивнул.

– Хорошо. С гномами тоже договоримся – есть кое-какие наметки. Вам дается три месяца на все про все. Уложитесь?

– Вполне! Там не сложно. И пересчитаем, и перестроим корабль.

– Хорошо. К вам только одно пожелание… – Де Моро тяжело посмотрел на де Роно, прижав того взглядом. – Если потеряете кристалл или с ним что-то случится непоправимое – можете не возвращаться.

Ник

Второй континент мне не предоставил столько возможностей по удовлетворению своего интереса, как первый. Больше, наверное, было интересно в прошлом в астрале ковыряться, чем наблюдать то, что происходило в реальности. Посмотрел, как развивалась техномагия. Тот старичок Толлеус просто молодец был, да и его первый ученик тоже давал жару. Искусников в чистом виде не осталось. Старые со временем ушли, новые, народившиеся уже, становились магами или техномагами. Империя ими не разбрасывалась, поддерживала, обучала. Кого-то отправляла на другой континент обучаться чистой магии, кого-то пристраивала к техномагам.

Чародеи же, как и прежде, чаще занимали верхний эшелон власти, хотя и маги там нередко появлялись. В астрале было много информационных пространств, куда попасть было не так просто. Кстати, они были и в астрале первого континента, но так-то особо не мешали, ну и я им не мешал. Сами туда мы с Алиелой не лезли – было неинтересно. В основном это были какие-то игровые области, в которых тусовались люди разных возрастов и положения. Они немного напоминали наши игровые виртуальные системы, но, похоже, было много и служебных пространств.

Каждое такое пространство имело свою защиту, в первую очередь заточенную против божественного вмешательства, но особого беспокойства местных в этом отношении я не заметил. Это дало толчок мне все же поковырять информацию о богах.

Основную роль в борьбе с ними сыграл Балаватх. И действительно, как сказал тот эльфенок, именно он разработал выигрышную стратегию борьбы с ними. Опиралась она на сложный магоматематический аппарат, разработанный Лигой и Балом в том числе, опирающийся на астральные действия всех желающих и еще на астральную валюту, чем-то напоминающую наши криптовалюты. Только обеспечивалась эта валюта двумя взаимозаменяемыми вещами: магическая энергия, магические работы.

Эмитировали эти вещи только маги. Причем от конкретного мага зависела и дороговизна конкретной валюты, выпущенной им. Дополнительным контролем всего этого была репутация мага, который был обязан состоять в Лиге, уже в свою очередь обеспечивающей его договорные обязательства. В то время эта система позволяла достаточно легко заработать в астрале, выполняя разные задания, порой довольно бессмысленные, на первый взгляд, но которые в целом незаметно влияли на обстановку астрала и опосредованно – на реал. И бросилась туда и молодежь, и даже старики-маги, оставшиеся не у дел по причине перегорания энергетики организма, но все еще способные выйти в астрал, чтобы заработать лишнюю копейку. Несмотря на то что астральные путешествия считались довольно сложным делом, в целом со всей планеты нашлось очень много таких разумных. Ну а потом в той же Лиге разработали специальную пси-технику, позволявшую довольно быстро учиться входу туда, а со временем это смогли делать даже простые люди, никаким боком не стоящие рядом с магией. Конечно, не все и до сих пор могут это делать, но в принципе доступно любому. Узнаю руку Балаватха – настолько это было изящным решением. Но надо понимать, что есть разные уровни владения астралом. И большинство разумных и сейчас используют его по минимуму, но даже этого хватило в то время при массовом применении этой техники.

Боги, конечно, сначала пытались бороться, но со временем решили, что с паршивой овцы хоть шерсти клок. И практически оставили Лунгрию в покое. Но и до сих пор астрал мониторят астральные агенты Лиги, контролируя ситуацию, в случае необходимости готовые развернуть все мощности для противостояния им. Однако полностью прогонять богов не стали. В Лиге тщательно высчитали уровень божественного влияния на жизнь людей, который бы приносил в основном пользу. Но к сегодняшнему моменту даже это минимальное влияние богов почти сошло на нет. Остались только их представители, которых мы видели и которые продолжали по минимуму что-то делать.

А ту богиню, что меня спихнула на Землю, все же наказали. Тот самый контролер, с которым я в свое время имел счастье общаться. Правда, той всего лишь урезали лимиты, но зато появился еще один бог. А потом та наказанная богиня стала все реже и реже появляться здесь – и в один прекрасный момент просто не вернулась. Или нашла новый мир, или что-то с ней случилось, не знаю. Ну да контролер ей судья! То болотце с энергией веры, которое я приватизировал, осталось как раз от нее.

А та астральная валюта и сейчас используется, но почти сразу она конвертируется в банковские виртуальные монетки. Как я понимаю, так и контролировать всю эту систему оказалось проще и удобнее. К слову, с того времени и в реальной банковской системе поменялось обеспечение денег. Роль металла (золота и прочих) значительно упала, но не пропала, а ассортимент расширился. Но основным обеспечением стало то, что хорошо зарекомендовало себя в астрале – магическая энергия и магические работы.

Алиела

Алиела с трудом оторвалась от расчетов. Давно она так не погружалась в работу. Это было что-то! Такая смесь математики, физики и еще каких-то незнакомых ей дисциплин, описывающих такие мощные абстракции, от которых просто кружилась голова в попытке понять их. Это была именно та информация, что Ник добыл в этом, пока еще не очень понятном ей информационном пространстве тонких энергий, которые якобы являются основой мироздания.

Объяснения Ника пока никак не хотели стыковаться с основой ее видения – уж слишком хлипким было обоснование, которое вывел Ник. Да, он умный, сам добрался до таких тонкостей, что ей и не снились. А главное, эффективно пользуется этими знаниями. Но… но… Все-таки его базовый мир, в котором он вырос, не дорос еще до научной мысли веганцев. Или, скажем так, еще не составил полную физико-математическую модель мира, хотя отчасти и приблизился к нужному уровню. Да в общем-то Ник и сам понимал свою некую ущербность в этом плане и уже составлял план своего развития на основе как земных знаний, так и веганских, в чем ему всемерно помогали кристаллы. Тоже те еще, как оказалось, существа, себе на уме. Веганцы-то давно привыкли к ним и относились вполне утилитарно, и этот их шаг – отправиться с Ником – поверг Алиелу в шок, хоть она этого и не показывала. Еще ее поразил шаг кристаллов, когда часть из них просто отвалилась от браслета Ника с сообщением, что этот мир им понравился и они будут тут осваиваться. Ну ладно, это понятно, но остальные-то почему остались? И еще возникает закономерный вопрос – а сколько миров за плечами кристаллов?

А тот механизм получения знаний, разработанный Ником с помощью автоматической компиляции знаний и формирования каких-то мемокопий с последующей загрузкой в мозг?! Даже они, веганцы, не могли выучить совершенно чуждый язык с другой фонетикой, что требует определенной мышечной натренированности, буквально за пару дней. Вернее, выучить за пару часов. Правда, у нее до сих пор еще побаливают мышцы лица и языка, но это все остаточное…

Так вот, этот пласт научных знаний, добытых Ником, просто показывал, на каком низком уровне по сравнению с этой наукой находились сами веганцы. Вообще-то, как бы Алиела ни иронизировала над подходом Ника, но не могла не признать, что при всех своих недостатках в научном плане Нику удалось создать инструмент, без которого она бы просто не смогла понять, что описывают эти расчеты. Жаль, что было их немного, – они явно были оборваны. Хотела бы она в нормальной обстановке ознакомиться с этой наукой и, может быть, поучиться чему-то подобному. Магия Ника тоже интересна, даже более того, и она уже потихоньку готовится к ее познанию, но вот это вот как-то ближе, что ли. Да и все-таки чуть интересней, чем магия.

От работы же ее оторвало уже некоторое время беспокоившее состояние Ника, его чувства, доносящиеся до нее через их связь. Пока она занималась работой, уютно устроившись в сформированных внутри облаков рабочих пространствах, что было очень удобно и приятно, хоть и непривычно и даже страшно поначалу, ее совместимый тоже несколько раз оставлял ее, прыгая по своим старым делам. Алиела совсем не боялась оставаться одна – в своей безопасности она была уверена на сто процентов. Даже не учитывая той заботы Ника, которой он постоянно окружал ее, стараясь этого не показывать, у нее в подаренном почти безразмерном кармане тоже кое-что было припрятано, способное не дать ей пропасть.

Но сейчас Ник лежал недалеко на облаке и смотрел на звезды. И почему-то тосковал, чувствовал неуверенность, и его одолевали какие-то мысли явно невеселого характера. Девушка легла рядом и прижалась к нему. Она тоже посмотрела на звездное небо. Маленькие искорки тут образовывали совсем другую картинку, что было вполне объяснимо. В какой-то момент звезды закрыли облака, движущиеся в стратосфере.

– Облака, – пригревшись, пробормотала Алиела.

Ник отреагировал на ее слова, лениво махнув рукой, и небо тут же очистилось, будто он действительно рукой их отогнал. Впрочем, так оно, скорее всего, и было – девушка заметила, что в радиусе нескольких километров облака стали обходить это место, сформировав почти ровную чистую от них окружность, в центре которой они находились.

– Ловко.

Ник вздохнул и обнял ее, не отрывая взгляд от неба.

– Какая все же Вселенная огромная! А если учесть разные миры, то сколько же таких бесконечностей! Заселенных планет, вероятно, не так уж и много по сравнению с их общим количеством, хотя оно и может достигать многих порядков. И при этом два мира стыкуются как раз в точках заселенных планет. Какова вероятность этого?

– Может, есть проходы и на других планетах, без разума? По крайней мере, на Земле они есть в разные миры, и некоторые из них ведут в космическое пространство.

– Ну, это я так, – снова вздохнул он. – Я тут снова обследовал проход на Землю, другие места на Лунгрии и обнаружил с десяток мест, где пространство имеет схожую деформацию с местом портала, откуда мы с тобой пришли. Нашел и место, откуда Балаватх ушел. Там портала уже нет, но пространство явно имеет какую-то напряженность, как шрам, что ли. Снова посетил корабль Дронта – там напряжение еще больше…

– Думаешь, оттуда можно открыть дверь в мир атлов? – Алиела подняла голову и посмотрела на Ника. – Но это же какие энергии! Я посчитала, каков был их порядок, когда его открывал Дронт, – это что-то уму непостижимое!

Ник помолчал.

– Ты помнишь отличие землян от атлов? – задал он неожиданный вопрос.

Алиела пожала плечами:

– Не пойму, о чем ты. Там много отличий вроде бы, все-таки разные существа по своей сути.

– Как мы с тобой? – хмыкнул Ник.

– Ну да. – Алиела снова пристроила голову на его груди. – Вопрос сложный.

– На самом деле у атлантов, чьи гены потом перешли к коренным жителям Земли, была возможность напрямую управлять мирозданием. И Дронт заблокировал им эту возможность, когда они опрокинули планету.

– Что-то вроде твоей материализации через астрал?

– Это только внешняя похожесть. Недавно у меня в голове что-то щелкнуло. Не знаю почему. Может, слишком высокие энергии, которыми я управлял, повлияли, или, наоборот, слишком тонкие, или что-то другое подобное, но… Не знаю почему, и мне это не нравится… Но это внутреннее ощущение в этот момент чем-то напоминает некоторую молитву, что ли. Не знаю, кому или чему… Просто я заметил, что иногда, когда магичу не просто так, а с воодушевлением, то мир как-то начинает дрожать, да и энергии как-то странно скручиваться начинают. Тонкие энергии, которые я почему-то вижу и многие из которых я даже идентифицировать не могу. Вот тогда и щелкнуло что-то. И мне кажется, что этот щелчок был только в моем воображении, но не могу избавиться от ощущения, что он ознаменовал собой слом тех барьеров, которые Дронт встроил в генофонд атлантов. Ну а так как я знаю и умею побольше тех же атлантов, то и результат этого свойства у меня совсем другой.

– В чем это выражается? – слегка недоуменно спросила Алиела.

Ник снова помолчал. Потом вытянул руку и достал из воздуха смутно знакомый цветок. Неожиданно Алиела аж задохнулась от догадки.

– Это же…

– Да, этот цветок я подарил тебе в первую встречу. И ты его забыла на своей станции у нас на Луне.

– Прости. – Веганка потерлась лбом о грудь мужа. – Но это же, наверное, копия?

– Это именно тот цветок. При этом астрал Земли отсюда недоступен, можешь проверить.

– Но это же, наверное, хорошо? – неуверенно спросила девушка, осторожно нюхая цветок. С его нижней части упало несколько капель питательного раствора. Сколько времени прошло, а он все еще живой.

– Не знаю. Может, и хорошо, но я не уверен, что это безопасно. Кроме того, одним местом ощущаю, что есть ограничения, а тренироваться как-то боязно – пример атлантов стоит перед глазами. Можно, конечно, куда-нибудь прыгнуть, где не страшно ничего разрушить, – таких планет много во Вселенной, но… Не чувствую я пока желания и уверенности в необходимости этого подарка. И честно говоря, лучше бы я обошелся без него. Единственное, что я попробовал и в чем убедился, так это то, что могу активировать межмировой портал, которым воспользовался Дронт. Открыл, почувствовал чужую инфосеть, увидел те же характеристики мира, что почувствовал в астрале, когда Дронт уходил, и тут же закрыл. Там же спокойно открыл портал на Землю примерно в то место, откуда попал сюда. Но с той стороны проход упирается в слой земли, наверное, подвал тот засыпало или есть смещение. Достаточно войти в то состояние… транс, не транс, но что-то похожее, – и сформулировать свое желание в виде ощущений, мыслей, визуальных представлений, и неожиданно получишь ответ. Ты знаешь, я агностик, но когда начинаешь вглядываться внутрь этого «нечто», кажется, что и оно в тебя вглядывается. Или кто-то. Волосы дыбом встают. Не знаю, какие процессы при этом происходят, но становится как-то жутко… Вот, думаю, что делать…

– Предлагаю пойти в мир атлов, – почти сразу спокойно сказала Алиела и закинула ногу на Ника.

– Хм… У тебя нет ощущения некоторой оторванности, отсутствия привязок в мире? У меня есть какая-то неуверенность и пустота…

– Моя привязка – ты, – улыбнулась веганка. – А тут тебе действительно делать нечего. Я уже разработала модель нашего возможного проживания в этом мире и не нашла особых перспектив. Тебе остается только или заниматься собой самостоятельно – местные тебе в учителя не годятся, или же играть роль бога, чего ты не приемлешь. Для меня еще что-то интересное можно найти, вроде обучения магии, но ты это сделаешь лучше и шире. А я хочу получить по-настоящему первоклассное магическое образование. А в мире атлов, скорее всего, можно найти ответы на все твои вопросы. По крайней мере, если судить по тому, что я увидела на компе Дронта, вероятность этого достаточно высока. Ну и меня это сильно привлекает.

– Как интересно, – чему-то улыбнулся Ник. – А что делать с этой моей способностью атлантов-землян?

Алиела пожала плечами, хоть это было и неудобно. Ну, по крайней мере, обозначила движение.

– Изучать, что же еще? Потихоньку, полегоньку, никуда не торопясь. Советую пока отложить в сторону, но и не забывать. А в первую очередь искать ответы на свои старые вопросы.

Ник неожиданно поцеловал Алиелу в макушку, от чего она чуть не заурчала от удовольствия.

– В конце концов, я еще хочу от тебя детей, а вряд ли тебе это будет интересно, если ты вдруг станешь кем-то на уровне богов или демиургов.

– И сколько ты хочешь их?

– У нас не принято рожать много. Но мне почему-то хочется их как можно больше – наверно, это ты так на меня влияешь, – улыбнулась она. – А хочу я совершенно разных – как я, светленьких, как ты, темненьких, девочек, мальчиков, умных, сильных, творческих и много каких еще, но главное – много. Однако – сначала магия, наука. Но если удастся совместить – я с тебя не слезу.

Ник тихо рассмеялся.

Внизу под облаком проплывал большой императорский остров, на котором в данный момент проходил бал. Император делал большой прием по случаю своей помолвки с эльфийкой из Рода Золотой Ветви. Танцы, музыка и, конечно, напряженно работающие спецслужбы, охраняющие покой и жизнь высокопоставленных лиц. Всё шло хорошо, только в какой-то момент системы острова отметили появление среди присутствующих ещё одной особы императорского рода, но не опознанной системами. Эти системы уверенно определяли основные параметры множества родов империи, так или иначе породнившихся с императорским. Причем уверенно показывали древность, а если точнее – величину времени, когда данный род присоединился к основной линии, а также его «чистоту», то есть к каким предкам на исторической шкале человек ближе.

Сейчас же система уверенно определила человека, чьи энергетические аурные константы соответствовали родне императора примерно трехтысячелетней давности. Сигнал был слишком рассеенным, чтобы точно определить местоположение этого человека. Служба безопасности было задергалась, но все проверки показали работоспособность аппаратуры, и через некоторое время все пришло в норму. Поставив на контроль произошедшее, безопасники несколько успокоились, но продолжили работать в повышенной готовности.

– Во, гуляют люди! – Ник проделал рукой дырку в облаке и посмотрел вниз, но Алиела, оседлавшая мужа, повернула его голову обратно и впилась в его губы своими, успев прошептать:

– Не отвлекайся!

Ник

Ну вот, кажется, очередной этап моей жизни подошел к концу. Современная Лунгрия не оправдала моих надежд. А после смерти Балаватха и поговорить тут особо не с кем. Правда, есть вероятность, что в том мире, куда он ушел, время течет медленнее или «перпендикулярно», но даже если и так, искать Бала я не хотел. Все-таки он прошел слишком длинный путь, мне не знакомый, и вряд ли у нас остались точки соприкосновения.

Но кто знает, может, однажды и решу посмотреть, куда он попал. По крайней мере, характеристики того мира я снял. Как? Вот тут сложно все. Это именно то, что я ненавижу больше всего – полагаться только на свои чувства и ощущения. Но тем не менее этот отпечаток мира или его «координаты», если можно так назвать, для меня выглядел как некое ментально-визуально-звуковое и еще куча всяких чувственных ощущений вплоть до тактильного. Сигнальное поле, которое совершенно непонятно как оцифровывать. Такие же координаты Лунгрии и Земли я тоже запомнил. А если потом попробовать их совместить со своей телепортацией, то вообще красиво получится.

Впрочем, не все так страшно – этот отпечаток мира легко вспоминался-воспроизводился. Так что, надеюсь, это мне пригодится. Да, я пока не умею применять эти координаты в произвольном месте пространства, да и открывать межмировые порталы в любом месте, но что-то мне подсказывает, что в принципе это не должно быть проблемой. Ну не умею, так научусь, если это, конечно, не противоречит законам мироздания. Частично же работает и так – доставать предметы я со своего мира могу из любого места. Какая-то тут есть непонятная мне корреляция, но с этим разберусь позже. А вот чувствовать места, где были или потенциально могут образовываться проколы между мирами, мне как-то удавалось.

В очередной раз порадовала Алиела, буквально вдохнув в меня уверенность и желание идти дальше. Вероятно, такими жены и должны быть. Но нельзя забывать в ответ возвращать заботу и поддержку.

Мы стояли с женой на крыше корабля Дронта и в последний раз любовались местными красотами и особенно закатом. Мир потихоньку успокаивался, затихал. Я стоял позади Алиелы, обняв ее, и глядел на заходящее солнце через ее плечо. Левой рукой я поглаживал ее живот, в котором совсем недавно появилась малюсенькая энергетическая аномалия-искорка. Наверное, это случилось тогда, на облаках. Может, и зря именно сейчас, когда впереди нас ждет одна неопределенность, но мне как-то не нравится принцип планирования в этом деле. Когда оно отдано как бы на откуп судьбе, кажется, что в таком случае ребенку светит более светлое будущее и судьба. Фигня, конечно, но иногда так хочется верить во что-то хорошее, что не поддается привычным и видимым правилам и законам.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом и на плечи опустилась темнота и тишина.

– Пора.

Небольшие манипуляции с собственным сознанием, и рядом дохнуло чем-то теплым и травяным, пряным. Темнота на той стороне была светлее, скорее всего, там был вечер или раннее утро, поэтому пятно в пространстве, имеющее форму кляксы, края которой слегка колыхались, немного светилось в темноте ночи Лунгрии.

Этот портал значительно отличался от того, через который мы пришли на Лунгрию – тут не было таких мощных энергетических потоков и напряжений пространства. Ну так там миры действительно соприкоснулись границами, а тут мы просто прорыли кротовую нору.

– Да, пора.

Все так же, не разжимая объятий, мы сделали маленький шаг навстречу своей судьбе.

Король умер, да здравствует король!

Екатерина Орлова

Вот еще один день закончен. Катя устало, но удовлетворенно обвела взглядом целый сад, что она развела в одном из огромных помещений подземного дворца дяди Ника. После его ухода в другой мир, о котором он ей по секрету рассказал, жизнь потихоньку входила в колею. Разве что добавился периодический присмотр за оставленным дворцом, а вернее, за растущей здесь зеленью. Завелись тут и птицы, которых дядя не позволил выгонять, так как те создавали здоровый звуковой фон в красивых, но пустых и гулких помещениях. Но и гадили они изрядно, правда, это все автоматически вычищалось, но Кате все равно не нравилось, что это вообще происходит.

Перед уходом дядя много рассказывал о себе и о магии, сильно заинтересовав девочку. А потом оставил ей магический ВЭ-фильм, в котором рассказывал о другом мире и о себе. Образы того фильма захватили девочку, а реальное применение магии, чем-то отдаленно напоминающей ее одаренность, поражали. Хотелось бы ей хотя бы одним глазком посмотреть на тот мир, но, увы, дядя сказал, что опасно слишком. Даже Гоша, если его взять, не поможет, если кто-то из магов захочет ее обидеть. Жаль…

Тишину зала вдруг разорвал легкий звук, а потом и изменение освещения. Катя в это время сидела на троне, представляя себя царицей России – уж больно антураж был соответствующий, и оглядывала зал, в котором в ее воображении танцевали пары. Поэтому ей достаточно было просто повернуть глаза, чтобы увидеть висящий в воздухе полупрозрачный сверкающий шар. Казалось, он состоял из изумрудной воды, закручивающей сверкающие спирали внутри.

Повисев немного, шар резко полетел к девочке и остановился перед ней в каком-то метре. Она даже не успела испугаться, как шар рассыпался звездочками, которые собрались в фигуры дяди Ника с его женой Алиелой, веганкой-инопланетянкой.

– Дядя?! – воскликнула Катя.

Дядя Ник оглядел ее и улыбнулся. Тетя Алиела тоже улыбалась.

– Привет, Тюшка! Это не совсем я, а мой и Алиелы образы, записанные на искусственный интеллект, так что можешь считать мой образ в какой-то мере мною. И я даже смогу ответить на кое-какие твои вопросы. Как дела?

– Понятненько, – закивала Катя, радостно улыбаясь. – У меня все как обычно. Учусь, родители постоянно заняты, бабушка часто ругается на тебя, но так… несерьезно.

Дядя Ник рассмеялся:

– Узнаю сестру!

– Только скучно. – Катя поджала под себя ноги и вздохнула. – Раньше это было незаметно, потом ты появился, стало весело, хоть и опасно, а сейчас почему-то скучно, хотя вроде бы ничего не изменилось… А у вас как дела?

– Как дела… – Дядя подергал себя за мочку уха. – Так сложилось, что на Лунгрии мы решили не оставаться, – тут, оказывается, прошло несколько тысяч лет и все, кого я знал, давно умерли. Сейчас это частично магическая, частично техномагическая цивилизация, тебе бы определенно понравилось тут, но…

– Я помню, – грустно кивнула девочка, – портал может в любой момент закрыться, и я там останусь навсегда. Да и местные могут обидеть. Ты хорошо мне все объяснил тогда…

– Ну… – дядя хитро прищурился. – Твой дядя все-таки достаточно крут, чтобы решить эту ма-а-а-ленькую проблемку.

– Что?! – Катя вскочила. – Туда можно будет попасть?!

– Ага, – довольно кивнул дядя Ник. – Конечно, стопроцентной гарантии я не могу дать, но есть у меня твердое ощущение, что я все сделал правильно и портал теперь уже никогда не закроется. По крайней мере, в ближайшую тысячу лет точно. Но все равно, тебе пока сюда соваться рано. Надо свои образовательные программы закончить, вырасти немножко, кое-чему дополнительно научиться.

– Опять ждать! – недовольно буркнула девочка, но тут же расплылась в улыбке. – Но все равно – здорово!

– Вот, возьми. – Дядя протянул руку и на колени девочки упал изящный браслет, который как-то странно блестел, и рисунки на нем странно перетекали, менялись. Это завораживало.

– Надень. Это очень крутая магическая штука, сделанная мною из магического металла – адамаса. Во-первых, защита от всякого… Я тебе оставлял уже, но тут еще и от магии. Кроме того, там крутой комп, в котором и крутится мой образ с Алиелой, если что – сможешь меня вызвать. Ну не меня, но ты поняла.

Катя закивала.

– Еще там крутая обучалка магии, но тебе пока рано. Дело в том, что магия Лунгрии работает только на ней, а на Земле не будет. Но вот чародейские техники тебе идеально подойдут, и работают они по большей части везде. Однако посмотрим, если инфомагия тебе дастся, а это проконтролирует браслет, то этот пласт информации тоже тебе раскроется. Когда ты будешь готова – он даст тебе знать и даже поможет тебе тут, на Лунгрии. Переместиться сможешь на любом летающем РОКОМе. Да и обратно летать тоже. Но лучше изучай свои способности, которые вы связываете с одаренностью, – там перспективы довольно хорошие, и тебе на Земле помогут. Еще ты на Лунгрии сможешь воспользоваться моим банковским счетом – оказывается, тут у меня очень много денежек накопилось, так что не будешь нуждаться. А если они зажмут их – просто пожалуйся мне в браслете, я заготовил им некоторые неприятные штучки-дрючки, чтоб не жлобились.

– Хорошо, дядь Ник! – разулыбалась Катя.

– Еще. Вызовешь Умника, я ему пропишу свой образ, пусть теперь он со мной походит, как я когда-то с ним, хе-хе… Ну и после разговора с тобой, я свяжусь с твоим дедом и кое-чего ему перекину, но это тебя уже не касается. И Алиела скинет инфу своим родным. Так… что еще? Ах да, бабушке скажешь, что через девять месяцев она станет тётей.

– Поздравляю. – Катя серьезно посмотрела на Алиелу, та улыбнулась в ответ и подмигнула.

– Ну вроде бы все. Если возникнут вопросы – вызывай меня через браслет.

– Подожди! – вскинулась Катя. – Ты сказал, что вы не остаетесь на Лунгрии, а где вы будете?

– Ах да! – Дядя Ник хлопнул себя по лбу. – Старческий склероз, видимо. Действительно не сказал. Мы тут обнаружили еще один проход в другой мир. Я там не был, но, возможно, в нем есть те, кто мне интересен. Мы решили туда пойти. Не знаю, вернемся ли, так как у нас нет информации, как там течет время, и вполне возможно, что оно не синхронизировано с лунгрийским и земным. Даже, скорее всего, так и есть, так что… Но может быть, когда-нибудь мы с тобой еще встретимся в реальности. Я тут на Лунгрии оставил для тебя «хлебные крошки» – подсказки, но не буду говорить, где и о чем они. Сумеешь их найти – молодец! Нет – ничего страшного. Значит, оно того и не стоило. Ну вот. – Ник грустно посмотрел на девочку. Даже Алиела перестала улыбаться и тоже серьезно на нее смотрела. Катя заерзала на троне.

– Я тоже надеюсь, что мы встретимся, – вдруг зашмыгала носом девочка.

Дядя Ник продолжал молча смотреть на нее и грустно улыбался. Потом сказал:

– Удачи не желаю – она дама своевольная. Лучше выгрызи свой жизненный путь своим собственным усердием и умом. У тебя получится, я знаю это. Все. Что хотел – сказал. Дальше общение уже будет происходить на основе вероятностных моделей, рассчитываемых искусственным интеллектом. Прощай.

Алиела подошла, уронила на колени девочки небольшую коробочку и сказала:

– Это тебе от меня. Прощай.

Через мгновение в зале никого не было, а Катя не выдержала и расплакалась. Потом, успокоившись, пробормотала:

– А вот я вам удачи – желаю. Как ты говорил, дядя Ник, она дама своевольная, вдруг когда-нибудь да выручит.

Сноски

1

«Мрачная считалочка», автор – Сад Лейла.

Content

Анджей Ясинский
Ник. Лестница Миров

Глава 1

Глава 2

Эпилог

Сноски