Сергеев Феликс Админ

Глава 1, в которой я остаюсь без работы и попадаю в странную ситуацию

Банк наш закрылся окончательно. Нет, всё, собственно говоря, было понятно ещё в феврале, когда была отозвана лицензия и руководить процессом был посажен управляющий из Агентства по Страхованию Вкладов. Но была, была надежда, что ликвидация банка не произойдёт так быстро, что дотянут до осени хотя бы… а может и продадут какому-то другому банку, покрупнее, хорошо выпотрошенную тушку нашей конторы. Впрочем, если честно, на последнее я всерьёз не рассчитывал. Так как слишком хорошо знал реальное состояние дел. А оно не внушало особого оптимизма для самой кредитной организации, хотя для её бывших владельцев всё было, конечно же, намного лучше. Во всяком случае, точно лучше, чем для меня самого.

У меня закончился достаточно серьёзный период моей жизни, и я находился в состоянии… Впрочем, можно и по-порядку.

Александр Привалов. Системный программист или, как теперь это модно называть – системный администратор. Нет. С тем самым Александром Приваловым – ничего общего, кроме имени, фамилии и профессии. На шутки про НИИЧАВО уже давно не обращаю внимания, хотя, в своё время, даже их поддерживал. Просто надоело.

Работать я начал ещё в советском НИИ, но как начал, так и закончил – двух лет не прошло с моего выхода на работу, как обрушился Советский Союз и всей стране стало резко не до проектирования промышленного оборудования, которым занимался наш институт. Денег начало ощутимо не хватать, обучение в институте казалось бессмысленным – свалил с третьего курса. Я не особо долго размышлял , когда старший мой товарищ по работе, заведующий нашим сектором позвал за собой, в коммерческую фирму.

Тем более, что наша 1045ая ЕС уже ушла на драгметаллы, а перспективы обновления имевшегося в институте парка персоналок были призрачными – заказчиков не было, институт стремительно превращался в Воронью Слободку, битком набитую арендаторами, а мне только и оставалось, что лечить у них aidstest-ом вирусы за деньги.

Честно скажу, не думал даже и минуты – пошёл и не прогадал. Артур Иванович поднялся очень быстро – из одного из учредителей малого предприятия по торговле персоналками он буквально к 94ому эволюционировал в банкира. Сел на тему. Какую – мне было не сложно понять, перекачка денег на Запад под видом импорта. И не денег взбесившихся вчерашних кооператоров, а, в основном, более солидных людей, не любивших пустых разговоров и оснащённых всякого рода корочками.

Мне лично грех было бы жаловаться на сомнительную законность иных операций нашего банка . В отличие от своего шефа и, долгие годы, товарища, к бизнесу у меня склонности не было, но меня никто туда и не тащил. Зато все вопросы связанные с компьютерами, телефонами и прочей электронной машинерией я ему закрыл и мой начальник мог быть уверен как в качественной работе всех информационных и электронных систем, так и, что тоже немаловажно – в моей личной лояльности.

Годы шли, а я сидел в этом Русско-Голландском Банке как помидор в теплице – комфортно, солнце светит, водичкой поливают…. Отношение с владельцем банка всегда были конструктивными, да и на зарплату мне жаловаться не приходилось. Моя верность шефу была куплена, в том числе, скромной двухкомнатной квартирой в центре Москвы, беспроцентный займ на которую был списан через пару лет после выдачи. Жизнь, казалось, удалась. В определённых аспектах. В личном не очень, и сменив несколько гражданских жён я так и не встретил ту единственную. Ничто не предвещало проблем, но они пришли с неожиданной стороны. В 2010 году банк был продан, а сам Артур Иванович резко эмигрировал и исчез с концами.

– С собой не зову, – сказал мне он. – Неприятности у меня. Ничего смертельного, но мне – за полтинник, пора уже внуков нянчить, а не войны воевать. Ну или не внуков… – он улыбнулся. Его брутальная физиономия в этот момент здорово напомнила мне какого-то старого, крутого героя Брюса Уиллиса – можно и просто для себя пожить. Факт тот, что обстановка тут поменялась так, что мне лучше лет на пять исчезнуть с горизонта и никаких дел в России не вести. А вернусь ли я после этого – уже не знаю, может и проживу оставшуюся жизнь пенсионером. Денег хватит.

Александр, – надо заметить, Артур Иванович никогда не использовал в моём отношении уменьшительных имён, – мы с тобой очень длинную дорогу прошли, считай 20 лет в одной связке. Не буду скрывать, ты меня реально выручал несколько раз, очень сильно. И как профессионала я тебя уважаю…

Я действительно мог вспомнить несколько ситуаций, когда мои некорректные, нечёткие действия могли бы подставить банк под большие неприятности. И налоговая полиция, и бандиты и бывшие миноритарии, пытавшиеся отжать у Артура Ивановича контрольный пакет – но тут мне себя не в чем было упрекнуть. Было такое, что и пистолетом в морду тыкали и на допросы таскали – но я виртуозно валял дурака, изображая из себя откровенного ботаника, уткнутого в байты и никакой серьёзной информации ни разу на сторону не слил…

Благодаря тому, что в общественной жизни банка я особо не участвовал, отсиживаясь в комнате руководимого мною ИТ-департамента, эта репутация ботаника находила стойкое подтверждение у любых внедрённых в банк внешних информаторов. И это, безусловно, играло свою роль во всех наездах и подходах. «С этого взять нечего, сидит, тупой, упёршись в свои компьютеры-мониторы». Не особенно афишировавшееся мною увлечение психологией и всякого рода эзотерикой мало кому было известно – а потому в таких ситуациях мне не только удавалось мастерски валять дурака, но и несколько раз буквально таки вскрывать тихое копошение за спиной владельца банка. Перебрав за эти лет буквально всё что нашёл в интернете – от Фрейда и Юнга, до Карнеги и НЛП, от Кастанеды до Хаббарда, я научился не только достаточно хорошо разбираться в собственных мыслях и желаниях, но и в чужих начал понимать достаточно неплохо. Излишне говорить, что до Артура Ивановича все эти подходцы с попытками вербовки или просто выкупа у меня, например, доступа к личной почте шефа, я не стеснялся донести. Своевременно, без посторонних, и сохранением безмятежного выражения лица компьютерного гуру, глубоко зарытого в свои Солярки и FreeBSD и в упор не понимаюшего, на что ему пытаются намекнуть.

– Пришла пора прощаться. Хочу сделать тебе подарок – и извини, что не могу больше – ты этого заслуживаешь, безусловно, но сейчас просто нет возможности.

Протянутый мне очень пухлый конверт, в какие упаковывают журналы, содержал, как впоследствии выяснилось, 250 тысяч евро. Артур Иванович оставил на прощание мне e-mail для связи и больше я его не видел. Ну что… с одной стороны за своё будущее я мог быть относительно спокоен. С голоду не сдохну.

С другой, если честно, шерсть то за ушами не то чтобы отросла, как профи я был на все 100% в порядке. Но ситуация была неприятна тем, что у меня совершенно не было навыка нормальной продажи себя как рабочей силы. Проще говоря, прожив 20 лет под руководством Артура Ивановича и на положении особо доверенного его лица, я совершенно не понимал, как мне идти и предлагать себя кому-то в сотрудники. Да и в любом случае, уход в постороннюю структуру был чреват серьёзным снижением статуса.

Переданная мне сумма страховала от случайностей, почти любых, но я то моложе чем мой уже бывший шеф – дожить до старости, оставаясь на привычном мне уровне потребления благ мирских – точно не хватило бы. Да и куда мне в пенсионеры?

И я решил остаться там где работал, решив, что уволят так уволят. Увольнять меня, однако же не стали. Новым владельцам банка было просто не до меня. Они вообще не стали менять персонал, кроме службы безопасности. Эти люди стремительно городили новую банковскую группу, скупив 5 или 6 банков, готовили их к объединению, регулярно собирали сотрудников на собрания и толкали им речи о светлых перспективах. Пускали пыль в глаза и им и клиентам банка. Но реальная работа не шла и я в течении первого же полугода понял, что это просто проходимцы, которые готовятся грохнуть банк, украв все его активы, а заодно и средства клиентов, лежащие на счетах. К неприятностям Артура Ивановича они отношения не имели, он просто продал им банк со всеми потрохами, когда вознамерился экстренно покинуть нашу Необъятную… Как это не смешно звучит – продать в нашей стране б/у банк дело довольно обычное, есть, что называется, вторичный рынок.

Определив для себя реальные цели нового руководства, я решил рискнуть и начал готовить свой собственный большой хапок. Составить план оказалось несложно, благо структура финансовых потоков банка мне была прекрасно известна.

Все российские банки занимаются обналичкой. Даже самые большие. Даже банки с государственным участием.

В этом нет большого секрета. Безналичные деньги выводятся на счета так называемых «помоек», дальше, путём подделки документации и нарушения налогового законодательства банкиры переводят их наличное состояние и за скромный, но вполне неплохой для зарабатывания практически из воздуха процент передают клиенту.

Были обнальные «помойки» и в нашем банке и, в отличие от белой части инфраструктуры, новым владельцам они не передавались в рабочем состоянии. Остатки на счетах были, и счета не были заблокированы. Но инфраструктуру обнала новые владельцы принесли свою, а старая просто осталась не используемой. Этакая серая касса – безналичные деньги, формально банку не принадлежащие, но, на практике, им контролируемые. Особенностью всей системы обнала обычно является то, что помойки держат деньги не в одном единственном банке но и у всякого рода знакомых – чтобы замаскировать происходящее от глаз налоговой инспекции при проверках, деньги путешествуют из банка в банк. Этакое перекрёстное опыление…

Вот на часть этих денег я решил наложить свою лапу. Действовать нужно было скромно и аккуратно, ни в коем случае не взяв слишком много и совершив покражу в чётком интервале времени когда банк начнёт рушится. Направленность действий новых хозяев для меня в тот момент была уже очевидна. Я потратил немало времени, копаясь в интернете и всякого рода базах данных, и понял, что эти люди всё время работают по одной и той же схеме – активы выводятся из банка, постепенно подменяются пустыми, не имеющими реальной ценности «ценными бумагами», остатки на счетах банка пополняются исключительно за счёт межбанковских кредитов других банков группы и оборотных средств клиентов банка… В час X обнаруживается, что банк уже с пол года продан каким-то совсем уже посторонним подставным лицам, на корсчетах нулевые остатки, деньги клиентов сплыли в неизвестном направлении, а активы банка заменены полным фуфлом. Банк банкротится, бывший персонал отправляется на улицу, а владельцы банка не несут даже формальной ответственности за произошедшее, норовя свалить всё на старый менеджмент организации, который ровно по этой причине и не увольняли до последнего момента. После чего на выведенные деньги они покупали новые банки и раз за разом это колесо прокручивалось вперёд…

Изящная схема. Вот только я решил её чуть разнообразить, совершив несколько левых проводок на счёт одной из помоек, открытый в другом банке, а оттуда – на зарплатные карты, выпущенные для несуществующего персонала этой компании. Карты лежали в сейфе, от которого у меня были копии ключей, на практике они давно уже не использовались, система контроля доступа и видеонаблюдения в офисе находилась по прежнему под моим техническим управлением… (новая СБ не ловила мышей совершенно – ну так и нанимали этих милицейских отставников, кажется только для интерьера)…

В моей затее был ряд узких мест, но расчёт был на то, что в тот момент, когда вчера ещё работавший банк будет принято решение окончательно «уронить», у бывших его владельцев не будет формальной возможности и повода на меня катить балоны. Им наоборот придётся максимально дистанцироваться от происходящего. С другой же стороны, у государства в процессе расследования, не будет повода считать, что это конкретное воровство средств было организованно кем-то ещё, а не теми, кто украл все деньги банка.

И вот, в час X, когда вопрос о приостановлении лицензии банка уже повис в воздухе, а наши платёжки начали подтормаживаться банками-корреспондентами, но ещё как-то шли, я сделал свой ход. Скромный 41 миллион рублей был заблаговременно, несколькими частями выведен на внешний счёт и, воспользовавшись системой клиент-банк, я перевёл с него деньги на карты.

Очень удачно, что всё это происходило зимой, а так же то, что я прекрасно знал, как используются технологии видеонаблюдения в таких случаях. Я заранее сказался больным и и, оставив свой сотовый телефон дома, целый день колесил по городу, снимая деньги с разных банкоматов.

Камера наблюдения в моём собственном подъезде была заблаговременно выведена из строя. Ничего сложного – перерубил ножом провод, не прикрытый на стыке со стенкой гофротрубой. На улицу я вышел,одетым в купленные специально для этого похода ярко-красную ветровку, такую, какой у меня никогда не было и шапку-варежку, полностью скрывавшую лицо. Заранее составив маршрут движения, я метался от банкомата к банкомату на случайных попутках и складывал снимаемые деньги в здоровенную сумку. На картах не стояло лимитов, но в одном и даже в десяти банкоматах просто не было столько денег, сколько я собирался украсть за этот день. По окончании беготни я снова переоделся, на этот раз – в туалете какого-то сетевого кафе. Сменил ветровку на чёрную, а шапку-варежку – на обычную шапку и шарф, которым, при выходе на улицу, плотно замотал лицо. Старую одёжку пиханул в урну отойдя подальше – надеюсь, её заберут бомжи, копающиеся в центре Москвы по мусорным бачкам.

К своему подъезду вернулся уже затемно и, не заходя в квартиру, вышел на чердак, ключ от которого у меня оставался ещё с тех времён, когда мы с соседями – повёрнутой на компах молодёжью, протягивали по дому локалку. С тех пор оно стало почти не актуально – у каждого из нас дома теперь свой широкополосный канал интернет, но местная сетка всё-таки продолжала использоваться для всякого рода игрищ и обмена фильмами. Дом старый, ещё довоенной постройки. Чердак не был захламлён, но планировка такая, что чёрт ногу сломит. Тайник для денег был устроен заранее и сейчас мне осталось только пройти до него несколько шагов, поставить внутрь сумку и задвинуть прикрывавшие его кирпичи, высыпав на них пыль, чтобы не было заметно, что тут что-то не так.

Ещё несколько минут и бодрым шагом спустился на свой седьмой, юркнув в квартиру. На открытие чердачной двери срабатывает сигнализация в диспетчерской РЭУ – типа борьба с терроризмом. Хотя вряд ли кто-то приедет, но не стоило их там дожидаться.

At last, but not least – я остался дома болеть и честно болел до конца недели, всего один раз выйдя из дома в аптеку. Сверток со второй ветровкой, шапкой и шарфом так же отправился в мусорный контейнер.

Итого-с. Меня ничто не связывало с пропажей, логи подчищены, серьёзные траты в будущем замотивированы – еще пару месяцев назад я положил на счёт в Сбербанке РФ (уж этот точно никогда не разорится) изрядную часть суммы, полученной от Артура Ивановича, да заодно и настроил там автоматическое списание коммуналки, чтобы не думать об ней больше вообще и никогда. Теперь на любые вопросы буду говорить – да, деньги есть, неплохие, бывший шеф подарил увольняясь. Тратить начал давно. Я в домике, я не причём, отстаньте от программиста!

Совесть меня не мучила, нисколько. В конце концов, деньги я увёл не у клиента, а у жуликов.

Но теперь, для полноты картины, мне необходимо было упереться рогом и досиживать на своём пока ещё тёплом месте до упора, изображая социально дезориентированного фрика, не знающего никаких других мест, куда можно пойти работать.

Это было не особенно сложно, и когда банку таки наступил его банковский песец, я продолжил работать уже с временным управляющим из АСВ. И работал ещё четыре месяца до тех пор, пока нас всех не уволили, честно выплатив последнюю зарплату. Ни на что больше у санировавшего банк государства денег не нашлось, даже с положенным по закону выходным пособием было как-то невнятно. Тут мне опять пришлось повалять дурака, уклоняясь от общения с некими тёмными личностями, разыскивавшими деньги пострадавших клиентов банка. Уклониться до конца, впрочем не удалось.

– Ну что же вы раньше не пришли! У меня уже пропуск заблокирован, как я туда попаду теперь?

В итоге пришлось, как полному лоху, взять пятьдесят тысяч рублей и, пробравшись вечером на бывшее рабочее место, сливать этим тёмным личностям базу с проводками. Подкупленный ими ЧОПовец сделал вид, что не узнал меня. Плохо что видел меня, впоследствии может выйти боком. Ну да фиг с ним – всё равно ещё через несколько дней должен был закончить своё действие договор аренды, а оборудование собирались вывезти судебные приставы…

Теперь, для окончательного запутывания следов стоило бы начать в панике искать новое место для трудовой деятельности.

Большинство ребят из моей команды уволились ещё раньше и бывший зам. звал меня к себе на новое место – теперь уже на позицию своего зама. Я, кстати был бы не против, нужно сходить на собеседование…

Но лето. Июль. Жара.

Имею я право на отпуск или нет?

В этот момент я просто поплыл морально и решил, что вместо паникующего ботаника можно поотыгрывать просто разгильдяя. Я не ушёл в запой. Нет, я просто целыми днями шлялся по Москве, не решаясь, однако же, свалить на юга. Что-то меня держало тут, но становилось уже скучно и я пристрастился развлекать себя различными странными способами заработка, а так же всякого рода бесплатным активизмом.

Я работал статистом, снимаясь в киношной массовке. Ночью в Макдональдсе изображали толпу покупателей, причём одетых по осеннему – весёлое занятие.

Я ездил и ухаживал за собаками в собачьем приюте, который нашёл через живой журнал.

Я участвовал в платных опросах населения – восемьсот рублей за два часа времени и 20 идиотских вопросов.

Наконец, я просто пил пиво в Нескучном и знакомился с проходящими мимо девчонками – впрочем, совершенно платонически. Моя уже достаточно «айтишная», похожая на грушу фигура, не вызывала особого энтузиазма у молодых девушек. Но винище или пиво за мой счёт – это они с удовольствием. Короче говоря, я тупил и прожигал время.

В один прекрасный день, обнаружив буквально на стене автобусной остановке объявление о том, что для платного участия в психологических опытах требуются желающие, я, недолго думая, созвонился и отправился в гости к этим экспериментаторам.

Экспериментаторы сидели в офисном центре, более похожим на проходной двор, что и спасло меня от наиболее страшного исхода во всей этой истории….

Впрочем, не буду забегать вперёд.

Стандартный по оформлению офис с ресепшеном, невыразительная секретарша, анкетирование, где пришлось ответить на несколько десятков вопросов, касавшихся работы, социального статуса и прочих жизненных обстоятельств. Мне и ещё полутора десяткам пришедших на собеседование людей рассказали, что фирма разрабатывает методику тестирования утомляемости диспетчеров и что нам предстоит решать задачи на логическое мышление и координацию, а нам будут в этой время снимать энцефалограмму. Затея на несколько часов, пока не будет установлено, что мы действительно утомились. Две тысячи рублей. Для безработного одинокого человека без текущих доходов, которым я себя записал в анкете – нормальная сумма, можно действительно во всё это поиграть.

Из приёмной нас завели в комнату, обозначенную табличкой на двери как «учебный класс». И действительно, выглядела она весьма похожи – ряды столов, за каждым компьютер, у стены – стол преподавателя и за спиной у него громадная белая доска, на каких пишут специальными фломастерами-маркерами.

После того как мне на голову водрузили некую конструкцию, похожую по форме на мотоциклетный шлем, я начал с увлечением решать задачи, выводившиеся на экран компа и достаточно сильно напоминающие тест Айзенка… Те же самые ряды, фигуры и прочая мутотень, в которых предлагалось заполнить пропуски. И я решал, решал их, пока мне не захотелось в туалет.

Некоторое время я терпел, потом, закончив очередную серию тестов, нажал на паузу и отправился на поиски удобств. Вот, сидя в кабинке, я и услышал случайный разговор, предопределивший мою жизнь на много лет вперёд…

– Сегодняшний материал выглядит вполне перспективным. А то два дня подряд шли какие-то уроды.

Я с удивлением узнал голос того самого сухощавого, седого профессора, который и объяснял нам сущность эксперимента.

– Ну да, пара вполне неплохих экземпляров там имеется. И ещё несколько – серединка на половинку. Можно, я думаю, будет забрать их. – это было голос одного из помощников учёного.

Машинально съежившись в кабинке, я старался не шевельнуться, чтобы не выдать своего присутствия. Нам говорили об одноразовости эксперимента, и ни о каком таком «забирать» речи не шло в принципе.

Если сталкиваешься с чем-то непонятным – бывает, что лучше быстро-быстро сбежать, не вдаваясь в разбирательства. Но… я же им в анкете, ничего дурного не думая, оставил свои паспортные данные. Вот сбегу я сейчас – и что они подумают? Что я что-то про них понял? Ну его нафиг.

Лучше, подумал я, провалить оставшиеся тесты, чтобы им просто не пришло в голову никуда меня забирать. Пусть сами отсеют.

Увы, решение быть самым умным очень часто оказывается в итоге неправильным.

Вернувшись в учебный класс я просидел буквально пол часа, после чего услышал, что одного и второго моего соседа попросили на выход.

– Спасибо за ваше участие, система показывает что Вы уже утомлены. Получите деньги и ещё раз спасибо за потраченное время. Через некоторое время так же отсеялись ещё трое, потом ещё и нас, в конце концов, осталось пятеро на весь класс.

Кажется я ступил. Прекратив напрягаться при решении задач я отвечал практически наугад, но зато не уставал совершенно. Пора бы, – подумал я, – валить уже отсюда по своей инициативе. Но только я снял с себя шлем и направился в сторону двери со словами «вы знаете, у меня внезапно очень заболела голова, наверное – давление», как один из ассистентов профессора шагнул мне наперерез…. Это было последнее, что я увидел в тот день.

Глава 2, в которой я убеждаюсь в справедливости шутки про хорошо зафиксированного пациента, а так же понимаю, что моя ситуация – не странная, а ужасающая

Очнулся я от холода. Не то чтобы совсем очнулся…. Скорее – начал выплывать какую-то бредовую полудрёму. Мне казалось, что одеяло упало с меня куда-то на пол и что нужно как-то повернуться его поднять – но руки-ноги меня не слушались. Я вообще пошевелиться толком не мог. Неприятное состояние.

Каждому, кто хочет практиковать осознанные сновидения нужно научиться просыпаться. В период своего увлечения этими техниками я таки наработал навык – зафиксировать себя во сне, понять что это сон, дать команду на «всплытие» в реальность. Не сработало.

Я по прежнему не мог открыть глаза или пошевелить конечностями. Попытался изогнуться всем телом – но мускулатура даже не пыталась сокращаться. Единственное что поменялось – я начал слышать разговор, который происходил рядом со мной. Разговор был странный, казалось, что говорят на чужом, нерусском языке, но я всё понимал.

– Этого разбираем?

– Не будем, он нестабильный какой-то. Нас поставщики предупреждали и, вот видишь – опять у него все параметры плывут. Я не рискну использовать его в качестве заготовки – предъявят потом претензии, репутация дороже. Давай его к остальным, протестируем полностью – тогда решим, что с ним делать.

Следующая вспышка осознания – я почувствовал себя как будто бы в гробу, залитым замерзающей водой. Пошевелиться было невозможно, холод проникающий под кожу…

Я дёрнулся, упёрся головой в крышку и тут же уронил её обратно – сил уже не было.

Дальнейшее помню смутно, но, когда сознание чуть вернулось, чувствовал я себя так, как будто кожу на мне прожарили живьём, а за кожей пришёл черёд и внутренностей. Мне хотелось орать, извиваться, звать на помощь. Но я по-прежнему был недвижен.

Незнакомый женский голос, опять таки – на неизвестном языке прожурчал про завершение тестирования какой-то «нейросети» и, сразу же после этого, боль исчезла, как по волшебству.

Шевелиться по прежнему не получалось, пока окружавшая меня плотная, по ощущениям похожая на пластилин масса не начала куда-то уходить. Ещё пол минуты и мне удалось открыть глаза. Взгляд упёрся в открывающуюся крышку и, затем, в потолок. Похоже, я действительно находился в каком-то ящике.

Думать над ситуацией мне не дали. Откуда-то снаружи раздался голос

– Всем сесть!

– Покинуть капсулы, построиться.

И ни секунды не колеблясь, я принял сначала сидячее положение и, затем, схватившись за стенку капсулы, больно впившуюся в ладонь, выдернул своё тело наружу и встал в общую шеренгу.

То, что команды отдавались на том же незнакомом языке, я уже перестал отмечать – и так понятно, что каким-то неведомым образом его знание вложили в мою голову. Скосив глаза, я посмотрел налево, направо… мои соседи по шеренге – человек десять, стояли ровно, чуть ли не по стойке смирно. Да и у меня у самого не возникало даже желания дёрнуться или что-то сказать. Странное состояние, когда за окружающей реальностью наблюдаешь как будто бы сквозь стекло…

Передо нашим строем стоял неизвестный мне человек, одетый в не то чтобы во что-то совсем несуразное… Но не так оно выглядело, не так. Не ходят в подобных костюмах по нашим улицам, не соответствуют они принятой у нас моде. Брюки, куртка блестяще-серые, как будто отполированные, непривычный фасон, вызывавший какие-то ассоциации то ли с индийскими мундирами, то ли с каким-то фильмами… Я сначала больше смотрел на одежду, чем на его лицо. Но и лицо и фигура выглядели вполне обычными, хотя и не вполне европеоидными. Смуглая кожа, но не негр и не мулат, скорее какого-то чайного оттенка. Чёрные волосы, чёрные глаза. Восток не восток…

– Хорошо хоть не зелёные рептилоиды – подумал я. В том, что мы находимся во власти каких-то явно необычных людей, обладающих неземными технологиями – я не сомневался ни секунды. – Инопланетяне, наверняка. Впрочем, может быть пришельцы и из другого измерения, параллельного мира… откуда угодно. Но точно техническая цивилизация, не магия…

Рядом с командовавшим нами персонажем стояло ещё двое, одетых так же непривычно. Чиновник и учёный – почему-то мне показалось, что это именно так, но чем я руководствовался, мне самому было непонятно. Расовый тип их отличался достаточно сильно – оба совершенно спокойно могли бы встретиться мне где-то на улицах Москвы или Питера и я не подумал бы, что они откуда-то издалека. Европейцы…

– Итак, даю вводную, – произнёс «чайный незнакомец».

– Вы – перемещённые лица, обладающие ограниченным статусом дееспособности. Вас привлекли к трудовой деятельности ваши законные представители, задолженность перед которыми за установленные нейросети и информационные материалы выкупил ваш текущий работодатель, корпорация Утстав. Меня зовут Соло Динс, я являюсь сотрудником Утстав который отвечает за ваше дальнейшее трудоустройство.

Подписанные вами при перемещении контракты апостилированы нотариальной конторой и депонированы в государственном хранилище. Со своими правами и обязанностями вы можете ознакомиться после обучения базе данных Права и обязанности лица с ограниченным статусом дееспособности, загруженной в ваши нейросети. Обучение состоится в приоритетном порядке. Со всеми вопросами, жалобами возражениями вы можете обратиться к локальному уполномоченному по правам ограниченно дееспособных лиц господину Консту – он кивнул на человека, которого я определил как чиновника.

– Вопросы? Жалобы? Возражения?

К моему удивлению, мои товарищи по несчастью сохраняли полное молчание и спокойствие.

– Боятся что ли? – подумал я, – ну ладно, тогда сам выступлю…

И промолчал. Желания сказать что-то просто не возникало. Мысли текли лениво, желание что-то делать тонуло в созерцательности.

– Вижу, вопросов нет. Отпустим господина Конста – выступавший коротко поклонился чиновнику и тот, попрощавшись с ним, но даже не кивнув в нашу сторону, покинул помещение.

– Теперь, когда формальности закончены, поясню вам реальную ситуацию – Соло Динс сохранял спокойное выражение лица, по нему как-то сразу казалось, что происходящее для него – обычная рутина, ничем не замечательная. В понятных для вас словах, ваш статус не сильно отличается от статуса раба. Меня не интересует совершенно, как вы сюда попали, обманули вас прямо или косвенно, у меня все документы оформлены. Вам повезло – наша компания занимается сдачей трудовых ресурсов в аренду, поэтому никаких ужасов и неудобств для вас не предвидится. Отрабатываете установленные вам нейросети и базы в течении пятнадцати лет, потом – хотите – перезаключаете с нами контракт, хотите – оплачиваете замену нейросети на гражданскую и занимаетесь своими делами. За весь период вашей работы вам будут начисляться баллы, которые впоследствии можно будет перевести в деньги. За питание, проживание, дополнительное обучение баллы будут списываться. Размер начислений будет устанавливаться индивидуально, в зависимости от сложности работы, которую вы будете выполнять.

Во избежание возможных эксцессов обращаю Ваше внимание – Вам установленны специальные нейросети, ориентированные на работу с десоциализированными личностями. Ваше местонахождение постоянно транслируется на наш сервер.

При попытках неповиновения применяются меры наказания, вот так вот – наш, теперь уже понятно, надсмотрщик, даже не махнул рукой, но мне стало больно. Очень больно – болели и голова и тело, но мои мускулы словно застыли, удержав меня от падения на пол.

– Далее. Вы наверное обратили внимание на то, что вам ничего не хочется. Не беспокойтесь, это так и должно быть. Наша нейросеть переключила на себя основные мотивационные структуры вашего головного мозга. Это позволит сберечь вас от излишних душевных страданий.

– И, наконец, последнее – тут Соло Динс усмехнулся и мне стало как-то особенно неприятно. Ко всем лицам, обладающим более высоким социальным статусом при обращении следует произносить «господин». Социальный статус вы можете определить очень легко – у таких как вы на лбу сделана спецтатуировка, у прочих её нет. Все люди с чистым лбом – выше вас по социальному статусу. Всем понятно?

– Да, господин. Понятно, господин – в разнобой ответили другие рабы, но я и сам присоединился к хору, ни секунды не промедлив.

– Отлично. Сейчас мы с вами пройдём в казарму, где вам предстоит жить ближайшее время.

– Этого я сразу заберу, – «учёный» кивнул в мою сторону, – он меня устраивает.

– Хорошо, договорились – Динс кивнул ему, – я документы оформлю чуть позже, завтра сделаем.

– Поступаешь в законное распоряжение господина Лейната.

– Да, господин – мои губы сами произнесли подтверждение и откуда-то всплыла информация о том, что ровно так оно и нужно. Так и положено отвечать на обращение вышестоящего.

– Пошли. «Учёный» не глядя на меня повернулся и двинулся куда-то направо, в сторону некоего облака тумана, как бы зафиксированного на стене. И я узнал его голос – это был человек, который назвал меня 'нестабильным' когда я лежал в полусне и пытался открыть глаза.

Я двинулся за ним, по прежнему пребывая в каком-то тягучем, обдолбанном состоянии ума. Чем то это было похоже на ощущения от анаши – было такое, баловался пару раз. Но анаша сопровождалась смешными бредовыми мыслями, а тут никакого бреда. Всё вязко, но каждое мысленное усилие происходило раза в полтора-два медленнее, чем я привык думать.

– Вот уж попал так попал…. И что же теперь делать?

И в моём сознании немедленно всплыла какая-то казённая формулировка «ответственно выполнять задания работодателя, с уважением относиться к вышестоящим в социуме, быть внимательным и почтительным к окружающим. Заботиться об имуществе компании Утстав и о коллегах по работе в той мере…» – чтобы прекратить думать эту чушь мне пришлось совершить немалое мысленное усилие. Но ещё старый мой навык медитаций позволил более-менее отчистить сознание, загнав назойливый бред куда-то на грань восприятия. Увы, стоило мне попытаться думать свои мысли – бред возобновлялся, не давая толком сосредоточится.

Ничего хорошего в моём положении не было. Это точно. Если только отстроиться от продолжающегося появления посторонних мыслей, пытавшихся свернуть меня на социальную защищённость и уверенность в наличии занятости и средств к существованию. 15 лет пахать рабом с непонятными дальнейшими перспективами? Ужасающая, короче говоря, ситуация…

Глава 3, в которой я начинаю испытывать солидарность с рождественскими гусями, а так же понимаю реальное значение формулы «предложение, от которого невозможно отказаться»

Мы подошли к стене и мой новый «работодатель» шагнул в туманное облако. Я – за ним, и через секунду мы вышли в длинный, унылый коридор. Стены серо-металлического цвета, светящийся сплошной потолок. Похоже, что туман, через который мы только что прошли, был частью какой-то дверной конструкции, типа тепловой завесы, которую можно видеть на входе во многие московские магазины. Зачем она была здесь – не понятно, воздух явно прокачивался из стены в стену, но ни тепла, ни холода я не почувствовал. Коридор вилял налево-направо и, наконец, мы вышли в громадный зал. Потолок метров в пятьдесят, сам по себе – с футбольное поле, не меньше. Посередине – огромная цилиндрическая конструкция, будто бы пробивавшая зал насквозь, снизу вверх. По её периметру шли здоровенные открытые проходы.

– Орбитальный лифт. – господин Лейнат впервые повернулся в мою сторону, а я с раздражением отметил, что уже в моих собственных мыслях он начал маркироваться в качестве «господина» – не отставай, мы и так опаздываем.

Мы быстро подошли к одной из посадочных зон – тому самому проходу внутрь цилиндра и оказались в кабине лифта.

Поездка вниз запомнилась плохо – единственное, что я успел отметить, так это отнюдь не прямолинейное движение перевозившего нас лифта. По своим габаритам он была более похож на автобус, чем на лифт, да и сидячие места, устроенные по два места с одной стороны прохода и три с другой явственно напоминали наш общественный транспорт. Вот только водителя не было видно. Окон тоже не было – ящик ящиком. После окончания посадки пассажиров входной люк закрылся, в голове у меня зазвучал женский голос, сообщивший о «начале движения» и лифт резко дёрнулся вниз.

Интересно, что ни ремней, ни каких-то специальных подлокотников, за которые можно было бы уцепиться не было, но, несмотря на то, что двигались вниз мы с ощутимым ускорением – пассажиры сидели плотно, как влитые. Ворсистая, похожая на шерстяной плед обивка кресла обтекла мои ноги и тело и плотно зафиксировала меня, а так же и господина Лейната, не давая встать. Шевелиться, впрочем, в определённых границах можно было вполне свободно…

Так вот, пока кабина лифта шла вниз – я заметил, что лифт то и дело подтормаживает и начинает какие-то колебательные движения – то в сторону одного из торцов кабины, то в сторону другого. Дёрнувшись туда-сюда он снова начинал постепенно ускоряться…

Ещё когда мы заходили внутрь, я впервые столкнулся с визуальной составляющей интерфейса нейросети – перед глазами у меня замигала надпись «оплата произведена, следуйте за указателем» , сделанная неизвестным алфавитом на всё том же неизвестном мне языке. Какую-такую оплату я произвёл, мне было не понятно, но я решил, что, наверное Лейнат об этом позаботился. Пока мы двигались к нашим креслам – перед моими глазами маячила стрелка, указывавшая направление движения. Впрочем, мне и Лейната было достаточно.

Ощущение при чтении надписи было странным – я не узнавал отдельных букв, но звучание слова считывалось как бы целиком, одним куском. Возможно, этот алфавит не был фонетическим, подумалось мне. В основном всё это восприятие было фоновым. Стоило мне усесться в кресло – как в голове что-то дёрнулось и я внезапно оказался залит потоком осознаний.

Я узнавал об особенностях поведения недееспособного гражданина, о его обязанностях и правах (права тоже были, очень подробные и красивые, но хрен я в них поверил), затем, безо всякой остановки ко мне начали приходить мысли об электронике и хемотронике, управлении лабораторным оборудованием и ещё какой-то аналогичной фигне, которую я толком не успевал даже ухватить. Ощущения были подробные и красочные, но пролетали через мой ум очень быстро, я не успевал зафиксироваться на чем-то конкретном, как голова начинала думать сразу о чём-то другом. По окончании примерно восьмичасовой поездки я начал чувствовать себя битком набитым знаниями, мне хотелось выйти к доске и начать сдавать экзамен сразу по всему подряд, пересказать полученную информацию кому угодно, только чтобы избавиться от неё. Но я молчал и не двигался. Весь спуск я просидел уткнувшись взором в спинку переднего кресла и впитывая новую информацию. Лишь один единственный перерыв – в тот момент, когда мой мочевой пузырь переполнился – впервые за весь период моего пребывания в новом мире, да так, что уже начал причинять мне ощутимые неудобства – в голове раздался голос «сервисный запрос принят, пройдите к месту совершения естественных отправлений», кресло само подпихнуло меня в зад и я, встав, двинулся за опять возникшим перед глазами указателем. Только сейчас я понял, что всё это время краем глаза наблюдал хождение пассажиров в дверь, расположенную в торце кабины, но просто не обращал на это внимания. Ссать пришлось прямо на пол – в кабинке не было никаких привычных мне унитазов и раковин. Однако же лужи на полу не возникло – капли, долетавшие до стен и пола мгновенно исчезали, впитывались в бурую пористую поверхность. Запах внутри правда стоял странный и очень сильный – какой-то едкой, ядовитый по ощущениям химии. Закончив своё мелкое грязное дело я вернулся обратно, следуя за вновь возникшим курсором и загрузка знаний прямо в мозг продолжилась с той же неприятной интенсивностью. Выйдя на поверхность, я уже немного пошатывался от голода и усталости. Голова пухла от новых интересных сведений и это, даже, несколько отвлекало от моего печального положения.

Лейнат тем временем продолжал идти быстрыми шагами и моё тело, практически на автомате, следовало за ним. Мы шли по масштабной площади… я скосил свой взгляд назад, пытаясь ухватить взором здание орбитального лифта. Куда там Останкинской башне… эта штука просто терялась где-то в солнечной желтизне неба и мне сложно было почувствовать её реальный размер. Впрочем, общие ощущения не сильно отличались от тех, которые испытываешь Тем временем нам навстречу выкатил компактный серый автомобиль и передо мной распахнулась дверца.

– Садись справа, – сказал Лейнат и я сел. Он зашёл с другой стороны и поместился рядом со мной. Только в этот момент я сообразил, что подъехавшей к нам машиной никто не управлял. Ну, дело нехитрое – на фоне всех остальных технологических чудес самоездящие тачки уже не особо удивляли. Замечу, что внешний вид автомобиля от земных отличался не сильно – пожалуй, наибольшим отличием был, как мне показалось двигатель. Ни намёка на бензин – похоже, эта штука ездила на электричестве. Руля, кстати, тоже не было, да и приборная доска выглядела чрезвычайно минималистически – одна единственная светящаяся синим цветом горизонтальная полоса и парочка немного выступавших наружу серых прямоугольников со скруглёнными углами. Машина двинулась вперёд, и Лейнат, повернувшись ко мне, начал разговаривать.

– Коротко о главном. Я тебя намерен выкупить у корпорации. Тебе повезло – мне нужен лаборант-помощник. С нормальными характеристиками интеллекта, не барахольнымыми как у этой массы старков. Незнакомое слово высветило у меня в мозгу образ небольшого животного, чем-то напоминавшего безрогого барана и свинью одновременно.

– Ты мне должен быть бесконечно благодарен – если бы не я, тебя бы разобрали и ты бы послужил заготовкой для Искина. Сам бы и разобрал, кстати. Но на благодарность я особо не рассчитываю, поэтому мы с тобой поступим следующим образом. Доедем до моей лаборатории – ляжешь в капсулу для интенсивного усвоения знаний. Под разгоном мы тебя быстро прокачаем. Я пока оформлю документы. Через недельку вылезешь.

Нейросеть твоя пока что останется как есть. Мне нужны гарантии, что ты не сбежишь и не сделаешь каких-то ещё глупостей, но по документам я тебя оформлю свободным.

Вот так мы с тобой годик поработаем – а потом сеть я тебе заменю. Но ты к этому моменту уже не захочешь бежать или жаловаться в полицию. – Лейнат усмехнулся. Ещё не молодой, но и не старый – на вид лет 50. Худой, лицо – почти что череп, обтянутый обладающей каким-то чуть желтоватым оттенком кожей… Такой, какая бывают у рьяных курильщиков и людей, больных печенью… Впрочем, излишнюю желтизну моего зрительного восприятия можно было бы списать на непривычное освещение. Пока мы шли от лифта к стоянке, я успел обратить внимание, что небо над головой не голубое, а блёкло жёлтое, такое, каким иногда оно бывает на Земле перед закатом. Здесь же местное светило торчало практически в зените…

– У меня для тебя будут стимулы и стимулы.

– Одни стимулы будут состоять в том, что если не дай бог ты сбежишь – то ты пострадаешь очень и очень сильно. Без «крыши» – он употребил какое-то местное жаргонное словечко, но я понял его именно так, – ты тут не продержишься и месяца. Да я и сам тебя найду…

– Другие стимулы – это то, что быть моим сотрудником весьма неплохо. Многие об этом мечтали бы. Я тебе дам бесплатные базы, медицинское обслуживание – омоложение может быть весьма дешёвым, если не заморачиваться некоторыми формальностями. Цени. Я тебя бы не взял, если бы не уровень твоего интеллекта. Жаль было сдавать тебя на роль компа. Тем более, что про твою нестабильность эти придурки поняли совершенно неправильно – он опять ухмыльнулся– мне достаточно было взглянуть на логи, чтобы понять, что ты просто халявил, начиная с шестой серии тестов, отвечал наугад практически. Не напрягался. Потому и выглядело это как сбой по всем параметрам. Но у заготовщиков уровень базы «Нейросети» не выше второго уровня, куда им разобраться. Да, кстати. Не дай бог кому болтанёшь об этом… ну ты сам понял последствия. Спрос на Искины очень высок. Просто… просто мне нужен лаборант.

В этот момент мы въехали в какой-то туннель, уходивший в глубину здания – я даже не заметил какого и, проманеврировав по достаточно прихотливому маршруту, запарковались в стенной нише. Проход в сторону туннеля сразу же закрылся чем-то типа жалюзей, упавших сверху, а Лейнат вышел из машины и двинулся к открывшейся в стене двери.

– Иди за мной.

Только после этого я встал и двинулся вслед за ним.

Мы резво прошли несколько комнат, забитых каким-то непонятным оборудованием и вполне понятной офисной мебелью – столы и кресла не сильно отличались от земных, и, наконец, завернули в небольшой зал, уставленный открытыми капсулами. Достаточно сильно похожими на ту, в которой я уже полежал, но по виду – более дорогих и новых. Те, что я видел раньше выглядели побитыми и поцарапанными, эти – светились и блестели как новенькие.

– Ну что? – Лейнат обернулся в мою сторону – будем работать? Можешь говорить и спрашивать?

– Будем работать, господин. Ваши условия меня устраивают. (Ещё бы они меня не устраивали. Не хочу, чтобы меня резали на куски всякие живодёры). От Вашего предложения просто невозможно отказаться… А Вы можете объяснить, чем плоха моя нейросеть?

– Не тупи. Сказал же вам ещё Соло, в ней стоит контур подавления личных мотиваций. Не думай, что я обещаю её тебе заменить из гуманизма. Контур за три-четыре года отсушивает мозги напрочь – человек с такой нейросетью теряет способность учиться, а через десяток у него и более серьёзные проблемы уже начинаются. Думаешь, случайно вам впаривали про пятнадцатилетний срок? Да просто потому, что через пятнадцать лет вы уже никому не нужны будете с такими протухшими мозгами. Обновления баз даже не поставить…

– Раздевайся и ложись. Будем заливать тебе базы. День пролежишь, потом тест, чтобы выставить оптимальный разгон и дальше продолжим. Основу за декаду заложим.

Только в этот момент я обратил внимание на то, что одет в какой-то странный серый комбинезон. Как оказалось, всякие мысли о моей одежде в голове полностью отсутствовали – даже и не вспоминал, не обратил внимания. Беда-беда. Если с мышлением уже сейчас так всё плохо – то что же будет хотя бы через год?

– Ещё вопрос можно?

– Спрашивай.

– А что значит заливка баз? Я правильно понял, что речь идёт о некоем обучении?

– Да, это – прямая трансляция знаний прямо в мозг. Полностью обучения не заменяет, потом нужна практика. Но это намного быстрее, чем старые способы, принятые у варваров. Я тебе начал грузить их ещё когда мы поехали, но пока ты двигался под контуром подавления это шло практически в фоне. Я вижу, что за это время у тебя только официальная рабская база развернулась полностью. Но у неё всего один уровень. А вот базу Лаборант-биохимик, которую я тебе грузанул, ты и наполовину первого уровня выучить не успел. Так что хватит болтовни, ложись в капсулу. Сейчас доучишь Лаборанта-биохимика до второго уровня.

И я тебе загружу Лаборанта-медика, Нейросети, Биохимию, Медицину и Боевую Медицину. И Спецхирургию. Там дальше посмотрим. Но мы сделаем из тебя настоящего учёного!

Имей ввиду – Лейнат как-то дёрнулся и сунул мне в лицо кулак, – это не благотворительность. Ты мне не только каждый кит стоимости баз отработаешь, не только свою стоимость, но и всю неполученную прибыль от Искина.

Мне эти последние его слова и действия показалось каким-то несолидным и вообще неуместным снижением уровня поведения. Но кто я такой, особенно сейчас, чтобы перебираться?

– Я понял, – ответил я, вопросов больше нет.

– Вот и не тормози, времени нет, у меня дела.

Я быстро снял комбез, положив его на крышку соседней капсулы и полез в ту, на которую мне указал мой новоявленный хозяин. Крышка мягко закрылась… В голову полились всё новые и новые сведения, и это происходило намного ярче и интенсивнее, чем недавно в лифте. Я вообще не хотел думать эти мысли, но меня никто не спрашивал!

Полное ощущение потери себя, ощущение от глаз и ушей – как будто от ускоренной до неразличимости деталей плёнки кинофильма. Если бы я тогда мог вспомнить про рождественских гусей, которых негуманные люди принудительно кормят миндалём, запихивая его им в зоб руками, я бы им посочувствовал.

Но мысль о таком гусе возникла только тогда, когда эта катавасия прекратилась и я увидел открывающуюся крышку капсулы…

Глава 4, в которой я вспоминаю анекдот про «а жизнь то налаживается» и пытаюсь провести инвентаризацию своих возможностей

– Ну что ты там копаешься, вылезай – голос Лейната послышался ещё раньше, чем капсула открылась до конца.

Я выбрался и потянулся к комбинезону, так и лежавшему на соседнем «гробу».

– Выкинь этот мусор, я тебе купил нормальную одежду. – Лейнат улыбнулся, напомнив мне знаменитый американский «смайл» и протянул мне пакет. Пакет «самораскрылся», стоило мне только потянуть за его край – на пол свалилась порвавшаяся на несколько кусков оболочка, а в руках у меня оказались брюки и что-то типа рубашки или футболки, застёгивающейся на молнию. Конструкция молнии явно отличалась от привычной мне, но вглядываться я не стал.

Пока я одевался, подскочивший к моим ногам мелкий многоногий механизм всосал в себя сначала куски упаковки, а потом комбинезон. Правда, последний он не смог поглотить мгновенно и убежал куда то мне за спину, таща его остатки за собой.

– Давай что ли знакомиться. Меня ты уже знаешь. А как зовут тебя?

– Александр Привалов

– Слишком длинно. Выбери что-то покороче

– Алекс

– Очень хорошо, Алекс. Пока ты лежал в капсуле, я оформил твои бумаги и ты теперь, с формальной точки зрения, почти свободный человек. Почти. Потому что есть нюансы и формальности. Секундочку…

В этот момент меня дёрнуло, как будто ударило статикой и, внезапно, перед моими глазами раскрылся полупрозрачный компьютерный интерфейс. Безо всякого экрана или иного материального носителя. Было такое ощущение, что рамки, иконки и надписи висят в воздухе.

– Интерфейс сети заработал? – голос Лейната позволил мне сообразить, что это не глюк.

– Да

– Лови наш с тобой договор. Ты, пожалуйста, активируй протокол, прочти договор и отметь что согласен.

Ага. «Нажми на кнопку – получишь результат». А можно не соглашаться с лицензионным соглашением и отправиться на разборку. Торговаться и рисковать отправкой под нож мне решительно не хотелось.

– Я сначала подпишу, а потом прочту, я его себе скопирую?

– Нет, прочти пожалуйста, сначала и до конца. Это имеет формальное значение.

– Хорошо.

Я нашёл визуальную область, отмаркированную как «активация протокола» и, стоило мне задуматься, как же с ней что-то сделать – курсора то нет и куда кликать – не понятно, как она мигнула и в голове у меня раздался голос «запись протокола активирована». И тут же я понял, что да – для активации элементов интерфейса на них достаточно сосредоточить своё внимание.

Следующее что я сделал – ответил на уже мигавший некоторое время в правом верхнем углу запрос «принять входящий пакет информации? наименование – договор об уступке прав требования отправитель Лейнат Лейнат» и, после этого, несколько минут листал здоровенный текст.

Времени анализировать текст у меня не было, всё что я понял – что речь шла о том, что Лейнат перепродаёт выкупленные им у корпорации Утстав права требования ко мне на сумму триста пятьдесят китов за тысячу китов. Оплата – в рассрочку в течении 15 лет. В обмен на это он обязуется предпринять меры для моей легализации в качестве подданого Аварской империи с базовыми правами.

Я сосредоточил своё внимание на кнопочке «согласен» и , после этого, подтвердил, что подписанный мною экземпляр договора да, можно вернуть контрагенту. Да, сохранить копию в разделы «Мои договора».

Судя по общему дизайну интерфейса и манере общения системы, установленной в мою голову, разработчики из Микрософт пользуются большим спросом на рынке галактической работорговли. Шутка такая. Во всяком случае, у меня возникло чёткое ощущение того, что этот софт – примерно того же класса, что и поделия корпорации из Редмонда. Достаточно удобно, но иногда возникает ощущение, что ведёт оно себя как-то не так. А уж «Мои договора»… от самой формулировки повеяло чем-то родным и знакомым.

– Теперь про нюансы.

Похоже, основным личностным качеством Лейната была стремительность. Во всяком случае, весь период нашего общения он мне не давал и минуты о чём-то подумать.

– Ты мне нужен не просто так. У меня много рутинной работы, которую я хотел бы свалить на относительно квалифицированного помощника. Квалификацию твою мы подымем, достаточно быстро. Мое собственное время мне больше нужно для… стратегических проектов.

По тому, как Лейнат произнёс слово «стратегический» – с придыханием и, даже, чуть закатив глаза, я понял, что это – человек с идеями и его собственные идеи его крайне увлекают.

– Так вот. Работы много. Ответственность за неё может быть только, если вести себя не аккуратно. А у тебя просто не будет такой возможности – на ближайшее время реальной свободы я тебе не дам. Ночевать будешь здесь.

Нейросеть твою я, по документам, заменил на базовую гражданскую модель. На самом деле – чуть подкрутил прошивку, чтобы она сменила свой внешний ID. Ну и контур подавления я ослабил, так чтобы ты мог думать – обратил внимание, что на тебя больше ничего не давит?

Я действительно заметил, что, как минимум, меня ничто не дёргает говорить слово «господин», обращаясь к Лейнату, да и общее ощущение вязкости, медлительности мышления как-то отпустило.

– Да, я заметил. Как мне к Вам обращаться?

– Можешь называть меня просто Лейнат. Это – моё любимое имя.

– Так вот. Почему я выбрал именно тебя? У тебя высокий естественный индекс интеллектуального состояния. Порядка 170, я считаю. Если не будешь лениться – дожмёшь его до 190 легко, самостоятельными упражнениями где-то за пару лет. С использованием биохимии, разумеется. Твоя сеть тебе сейчас даёт +50. Ну точнее не сеть, я дополнительный модуль к ней воткнул. Этого достаточно, чтобы, например, тебе эффективно управлять автохирургом.

Сейчас выучишь базовый пакет и сможешь делать рутинные операции, типа той же имплантации нейросетей социальным дезадаптантам.

– то есть рабам – подумалось мне, – хорошенькое занятие…

Такое дело – Лейнат явно увлёкся собственным выступлением и, даже, вознёс указательный палец руки вверх, совсем так, как это делают земляне, – если работать по стандартным базам – много не заработаешь. Чтобы работать так, как работаю я, решая нестандартные задачи – тебе нужно будет много учиться, самостоятельно, опять же. Ну, под моим чутким руководством. Баз таких как нам с тобой нужны – нет и не может быть.

Тут большинство населения, на этой заштатной планетке уже настолько обленилось, что учиться без использования нейросетей не способно в принципе. Поэтому мне был нужен кто-то совсем из диких мест, до которых ещё не добрался наш хайтек. Неиспорченный.

– О гарантиях. Они очень простые. Чтобы ты меня не слил врагам или властям – останешься ходить с той же нейросетью ещё год. Или два. Контур подавления не отключен до конца – сможешь его поломать раньше, молодец, я тебе новую сеть поставлю, получше.

В любом случае, до смены нейросети ты со мной поработаешь достаточно, чтобы не хотеть официально светиться.

С твоим невнятным юридическим статусом – случись какие проблемы, твоя свобода будет в руках человека, который контролирует твой долг. Если он окажется у официальных лиц – пойдёшь обратно в рабы, безвариантно.

После чего тебя, скорее всего, втихую спишут в связи с внезапной болезнью и разберут на части. Особая ценность – головной мозг, но и другие органы человека вполне ликвидны, с ними много чего полезного можно сделать. Ну да я тебе покажу – тебе самому с этим работать.

Теперь – Лейнат посмотрел мне в глаза – конфетки. Про новую нейросеть я тебе сказал. Поставим хорошую, не говно. Ты ещё плохо ориентируешься тут, но, поверь, серьёзная штука стоит дорого, такие деньги сложно заработать.

Медицина, омоложение, импланты хорошие – у меня это всё можно будет получить на эксклюзивных условиях. Собственно говоря, именно этим я и занимаюсь. Базы, опять же. Пусть нелицензионные, но зато их у меня хоть залейся. Денег тоже дам.

У меня большие планы и мне нужны сотрудники. Будешь меня держаться – не пропадёшь.

Ну и общие перспективы. Вы там сидели на дне колодца, откровенно говоря, это ненамного лучше, чем всю жизнь прожить на свалке. Думаю, даже в космос ещё толком не вышли.

– Дальше орбиты не летали.

– Ну вот. А тут всё-таки цивилизация. В Аварской империи – фиговая цивилизация, провинция, но всё же… А мы тут не останемся. Нужно за несколько лет решить ряд вопросов – и двинем в центральные миры, я думаю. Увидишь, как люди живут…

– Хорошо, я понял. По базам есть вопрос.

– Спрашивай.

– Ну я так понял, – и тут у меня в голове как бы начало вспоминаться давно выученное, что база обычно покупается у корпорации Нейросеть или у частной компании, имеющей лицензию на её производство. А что значит нелицензионные базы? Какие последствия?

– Банально. Обычно база строится так, что ты её можешь залить практически одноразово с модуля памяти. Ну в сервисных центрах той же Нейросети они записаны в память тамощних компьютерах – и вот оттуда их можно забрать, если договориться специально. И, кстати, есть ещё вторичный рынок – если кто-то не использовал легально купленную. Формально их нужно сдавать продавцу, но на практике он за устаревшую версию нормальной цены не даст, поэтому ими торгуют через Инфосеть. На это все закрывают глаза.

А вот на прямое копирование, техническими средствами – не закрывают, можно очень серьёзно попасть – деньги, оборудование конфискуют. Ну и такой базы официально у тебя нет – то есть либо ты не имеешь возможности её использовать для подтверждения своей квалификации, либо используешь, но потом будут проблемы, если тебя на этом поймают.

Но, например, на этой планетке – Лейнат опять усмехнулся, – я уверен, половина местных чиновников имеют в головах левак.

– А язык я тоже через базу выучил?

– С языком чуть сложнее, базу невозможно развернуть через нейросеть, если реципиент не знает языка, к которому она привязана. Поэтому базовый языковой пакет внедряют при помощи прямой индукции Но это достаточно тяжёлый для мозга способ, калечащий. Поэтому обычные профессиональные базы так не ставят – можно человека психическим больным сделать буквально с двух-трёх раз. Если задумаешь брать новые языки – разворачивай их стандартным способом, ну и практикуй базовый язык Содружества. То, что тебе записали – это минимальные словарь и правила, без самостоятельного развития тебе и серьёзные базы будет сложно изучить.

– Скинь мне список изученных тобой баз

Я покопался в своём интерфейсе и достаточно быстро разобрался, где что находится – похоже, базовые умения обращаться с ним были проинсталлированы с одной из баз.

А жизнь то налаживается, – подумал я, – вместо того, чтобы быть рабом, мне теперь предлагают поработать с сумасшедшим учёным, людей резать. Идея конечно хорошая, только как-то страшно, с моральной точки зрения… Вот разберу кого-то «на запчасти» – оно же со мной на всю жизнь останется… Посмотрим, что дальше, однако, – других вариантов я сейчас всё равно не видел.

Список инсталлированных и изученных мною баз выглядел следующим образом:

– Права и обязанности лица с ограниченным статусом дееспособности (1/1)

– Подданый Аварской империи. Социальная адаптация. (0/1)

– Лаборант-биохимик (2/4).

– Лаборант-медик (2/4)

– Роботизированные средства химических исследований (1/3)

Следующая часть баз перед моим мысленным взором была отмечена черными крестиками, сосредоточившись на которых я получал сообщение «лицензия не проверена или утеряна»

– Нейросети (2/6)

– Биохимия (2/6)

– Медицина (0/6)

– Боевая Медицина (0/7)

– Спецхирургия (0/4)

– Базовый язык Содружества – словарь специальных и технических терминов (0/5).

Продолжив исследовать интерфейс, я понял, что по каждой из этих баз я могу получить и более подробную информацию – год производства (но надо бы разобраться с местной системой летоисчисления), «поколение» – как я понял, здесь таким способом обозначали версию программного продукта, ещё кучу каких-то данных… Отложив это на потом, я отправил эти сведения Лейнату, а сам, тем временем, сунулся в раздел «конфигурация организма и встроенных средств» и выяснил, что в голове у меня установлена

– Сеть базовая гражданская СБГ-1 (6 поколение) – это, как я понял, было наглым враньём, оснащённая такими замечательными устройствами как

– Интерфейс беспроводный БПИ-1 (6 поколение)

– Имплант интеллектуального развития ИИР Базовый-50 (5 поколение).

Оценочный уровень здоровья был показан серо-голубой градиентной полосой, но в каких единицах он измерялся – было не вполне понятно. Впрочем, стоило мне на ней сосредоточиться – как я понял, что показатели здоровья у меня не особенно хороши и, – в голову прям таким выскочила мысленная подсказка, – «необходимо обратиться за консультацией в медицинский центр». Похоже, я сам себе медицинский центр, так что погодим – подумал я, лучше уж выучить базу по медицине.

– Неплохо, неплохо – отвлёк меня от мыслей Лейнат. Ты лежал в капсуле всего два дня, но достаточно хорошо продвигаешься.

Обрати, кстати, внимание – я тебе поставил жёсткий режим обучения, такой военные используют. Гражданские обычно во время прокачки баз стараются спать, чтобы не испытывать неприятных ощущений. Но на этом процентов десять скорости теряется.

– Я переживу как-нибудь, – мне только и оставалось, что пожать плечами. Жаловаться и ныть я точно не собирался.

– Это правильно, это ты молодец. Забирайся обратно в капсулу, ближайшую неделю ты в ней проведёшь, а потом будем закреплять твои знания практикой.

– Хорошо. Пожав плечами, я начал раздеваться – снаружи я провёл не более получаса.

– Заодно и здоровье тебе немного поправим, – это было последнее, что я услышал, до того, как крышка капсулы закрылась.

Глава 5, в которой мне приходят на ум поговорки «бесплатный сыр бывает только в мышеловке», а так же «на бесптичье – и жопа соловей»

Ну что же… когда я повторно выбрался наружу, у меня, наконец, появилась возможность пораскинуть немножко мозгами и обдумать всё, что я узнал в процессе автоматизированного обучения. Сейчас Лейнат оказался не настолько стремителен как в прошлый раз – напротив, он был расслаблен и благостен. Позвал меня в специально выделенный закуток и предложил перекусить. А то, – сказал он, – капсула, конечно, кормит и поит, но это всё не то.

Правда, в качестве альтернативы, он предложил мне какие-то быстроразогреваемые полуфабрикаты, которые и сам трескал вместе со мной. – Ну да. Стоило, блин, попадать за много световых лет в неизведанные космические дали, чтобы кушать там местный Доширак, – подумал я, но вслух говорить ничего не стал – во первых рот был занят едой, а во вторых – вообще уж на это точно было глупо жаловаться.

Итак, после лежания в капсуле в меню моей нейросети светились следующие базы, включая нелицензионные

– Права и обязанности лица с ограниченным статусом дееспособности (1/1)

– Подданый Аварской империи. Социальная адаптация. (1/1)

– Лаборант-биохимик (3/4).

– Лаборант-медик (3/4)

– Роботизированные средства химических исследований (2/3)

– Нейросети (2/6)

– Биохимия (2/6)

– Медицина (2/6)

– Боевая Медицина (1/7)

– Спецхирургия (3/4)

– Базовый язык Содружества – словарь специальных и технических терминов (3/5).

– Общие сведения о Содружестве (1/1)

– Промышленная электроника (1/4)

– Эксплуатация и техническое обслуживание медицинских капсул (2/6)

– Искусственный интеллект – эксплуатация и обслуживание (1/4)

Последние четыре, Лейнат, судя по всему, дослал, пока я валялся в бессознательном состоянии внутри медкапсулы.

Из того, что я усвоил в процессе своего обучения, наиболее близким из важного стала более чёткая моя ориентация в самом вопросе – что такое нейросети, базы данных, как проходит процесс обучения и тому подобные детали. Немаловажными так же были и сведения из трёх адаптационных баз – для рабов, подданых Аварской империи и граждан Содружества.

Эти три базы чудным образом противоречили друг другу во множестве деталей, и, поскольку эти детали всплывали в голове в виде как бы собственных мыслей и воспоминаний – общий эффект от одновременного употребления этих баз был достаточно шизофренически. Но не мне, бывшему советскому человеку, прошедшему через полный слом старой государственный идеологии в 1990ых на такую шизофрению жаловаться – для меня эти противоречия были, в основном, поводом обратить внимание на то – где тут в официально впариваемой картине мира узкие места.

В основном я счёл, что сведения из рабской базы данных в основном не заслуживают доверия, а из двух оставшихся база Содружества выглядит более полной и подробной.

Нельзя сказать, что было так уж легко сортировать откуда какие данные пришли, но, в общем, разобраться и понять это было возможно.

Итак. Я находился в Аварской империи, входившей (по версии аварцев) составной частью в состав Содружества – конфедеративной структуры, объединявшей Звездные системы, корпорации и людей. По версии базы Содружества об Аварской империи правда не было сказано ничего конкретного, хотя другие какие-то империи – упоминались почему-то в качестве корпораций.

Нейросети были одной из двух основных технологий, определивший общественные отношения в Содружестве. Она, наряду с технологией гипердвигателя, позволявшего кораблям перемещаться на колоссальные расстояния за достаточно короткое время называлась в качестве основного достижения Содружества, давшей старт его развитию как объединению планет. Развитие началось после периода дикости и раздробленности после распада некоей предшествующей цивилизации, о котором в базе Содружества говорилось крайне невнятно. В Аварской базе этот же период был назван «веками зарождения человечества и культуры», но подробностей никаких не приводилось.

По сути дела нейросети представляли из себя некоторое устройство, обеспечивавшее прямой доступ к управлению головным мозгом на низком уровне – его работу можно было частично оптимизировать, в него можно было «загружать» информацию мимо обычных органов чувств. С применением некоторых специальных средств информацию можно было и считывать во внешние системы. Вот на этой технологии загрузки и была построена вся система профессионального обучения в Содружестве и других регионах космоса, перешедших на общие с Содружеством стандарты.

Знания покупались и учились практически в автоматическом режиме.

Вот она – «царская дорога» в математику, которой, по мнению Эвклида не было.

Современный царь Птолемей мог бы купить у Эвклида его знания геометрии, оплатив считывание информации из головы учёного и последующую запись этих знаний себе. Полной халявы, тем не менее, не было.

Во первых, сама по себе «запись» была только первым этапом. Прямое копирование информации с носителя в мозг всего лишь перемещало её с места на место, но не давало возможности её использовать. Необходимо было обучение – распаковка информации из машинно-читаемой формы в топологию соединений и химическую начинку нейронной сети человека. Оно было далеко не мгновенным и зависело от некоего «интеллектуального индекса» человека – то есть, проще говоря, от его способности быстро и эффективно решать определённый класс задач. Уже на втором уровне базы Нейросети я мог бы кое-что сказать о том, что это за задачи, каков физиологический смысл этой «распаковки»,хотя понятно было далеко не всё…

Кстати, об уровнях.

Базы маркировались по уровням, соответствующем сложности и объёму изучаемого предмета. Для стандартных баз маркировка была достаточно типовой и привязывалась ко времени изучения материала стандартным человеком со стандартной нейросетью и интеллектуальным индексом 100 . На практике, однако, всё обстояло сложнее – с одной стороны невозможно было привязать материал из разных сфер деятельности чётко к одному нормативу, т.к. например, моторная память имела другие параметры чем интеллектуальная или эмоциональная. С другой, как и положено, в маркировке баз присутствовали элементы маркетинга и жульничества… То, что тут всё не просто – я понял сразу, но подробности мне явно предстояло изучать на ходу.

Так вот, возвращаясь к самой процедуре обучения. Обучение могло происходить и в процессе обычного бодрствования и деятельности человека и во сне, и, что самое полезное – в специальном режиме «разгона», создающимся медицинской капсулой с использованием ряда химических препаратов. Разумеется, этот режим был более быстрый, чем эталонный – наяву. Но он не был окончательной фазой изучения предмета, хотя в быту обучением обычно называлась эта самая «распаковка» информации.

На самом-то деле, тот пакет сведений, который человеку впихивали в голову – учащийся должен был усвоить практически, путём их применения. Тут уже была прямая аналогия с обучением наших студентов – когда молодому человеку давали в институте уйму теории, но считать, что он чему-то научился он мог только поработав несколько лет после окончания ВУЗа на производстве, применив эту теорию к реальным задачам. Серьёзным преимуществом технологии нейросети, однако же, было то, что если у обычного земного студента не освоенные на практике знания через несколько лет, скорее всего, вылетали из ума и забывались напрочь – тут их «консервированное» состояние поддерживала нейросеть и практику можно было начать хоть через 20 лет после выучивания теории.

В целом, конечно, система Содружества была намного более эффективной, чем обычное обучение наукам и её повсеместное внедрение резко двинуло общество вперёд. Двинуло, и по новой отсортировало людей на «элиту» и «население» – как минимум, такая система позволяла быть уверенным что, хотя бы в среднем, на верху общества окажутся более умные, а не более наглые, сильные, и жадные. Интеллектуальный индекс был не просто объективно измеримым показателем. Он ограничивал возможности человека на практике – хоть 300 себе в документах нарисуй, но базу данных ты будешь изучать в соответствии со своими реальными возможностями. Вот тут то и лежали те грабли, которые, как я понял, косвенным образом и привели к моему похищению.

Люди, как я понял, стали лениться. Буквально за несколько поколений произошла деградация классических форм образования. С одной стороны, нейросеть было принято ставить в 16-18 лет, считалось, что до этого периода мозг молодого человека не сформирован достаточно и продолжает развиваться (а нейросеть могла в неудачном случае погасить это развитие). С другой стороны – дети не видели особого смысла что-то учить самостоятельно. И хоть им кол на голове теши, что только постоянные самостоятельные интеллектуальные упражнения дают им возможность повысить интеллектуальный индекс – на практике школы довольно быстро превратились в социальные институты, призванные удерживать детей обеспеченных родителей хотя бы под относительным контролем, пока те растут и развиваются. У менее обеспеченных слоев населения – детей просто стали раньше привлекать в труду.

По мере совершеннолетия сеть ставили любому, кто просил за государственный счёт. Но только базовую гражданскую модель, которая практически не давала никакого усиления способностей.

Результатом нескольких поколений эволюции общества становился резкий дефицит специалистов, способных изучать что-то на пристойном уровне за разумное время. Частично эту проблему решали импланты, увеличивавшие интеллектуальный индекс за счёт некоего аналога аппаратного ускорения….

Всё это я понял примерно и в общих чертах и, в конце нашего неожиданного перекуса, когда мы начали пить какую-то сладкую газированную воду, начал обсуждать с Лейнатом. Я старался держать себя непринуждённо – лучший способ обеспечить собственную безопасность в этой ситуации – установить максимально доверительные отношения с человеком, от которого ты фатально зависишь.

– Ты прав, быстро схватываешь – Лейнат говорил покровительственным тоном и было видно, что ему приятно ощущать себя в роли знатока перед зелёным новичком. Но тут есть ещё такая неприятность, что человечество неоднородно генетически и интеллектуально. По мере того, как новые планеты вовлекаются в цивилизованную жизнь – иногда такое вылазит. Он кинул мне через интерфейс картинку, на которой были изображены люди с грубыми чертами лица, сильно напомнившие мне неандертальцев в реконструкциях Михаила Герасимова.

– Это – Лекруа… У них средний интеллектуальный индекс около 80. Вот их признали официально людьми – генетическая то совместимость есть – и они прекрасным образом живут на территории Аварской империи, постепенно скрещиваются с обычными людьми и оставляют потомство. В каждом поколении – наверное все больше и больше.

Бывают и противоположные случаи, те же Аграфы… но этим, – Лейнат закончил пить, – этим с людьми скрещиваться как-то не особенно хочется, а Лекруа… Их активно использовали в качестве прислуги, да, кстати и сеть для социальных дезадаптантов первоначально под них разрабатывалась… Ну так и вот. Поэтому я когда увидел в спецификации на поставляемый материал информацию о твоем интеллектуальном индексе – сразу обратил внимание. Тебе просто повезло, что местные вербовщики не разобрались в твоих действиях – они решили что ты, показав высокий результат, слишком быстро утомился и это дало мне повод тебя выторговать, как не пригодного для эксплуатации в качестве биопроцессора искина. Можешь радоваться – считался бы ты стабильным, я бы за тебя столько денег не отдал бы, сколько бы захотели. Лежал бы ты уже в капсуле и считал бы трассу пролёта корабля какого-нибудь.

Чувства, охватившие меня в этот момент были, скажем так, противоречивым. С одной стороны, я радовался, что избежал такой поганой участи, с другой – боялся, что опасность ещё остаётся. Наконец, осознавать, что я имею некую рыночную стоимость, будто корова или трактор, было достаточно унизительно, а перспектива того, что мне, через некоторое время, возможно, придётся резать такого же несчастного, тоже оптимизма не добавляла.

– Хорошо, сказал Лейнат, вставая из-за стола. Твой распорядок будет на ближайшей месяц вот такой вот… Тебе нужно закрепить навыки лаборанта и спецхирургии, прежде всего. С сегодняшнего дня начинаешь обслуживать лабораторную технику. Тестирование, мелкий ремонт, комплектующие – всё на тебе. Дальше, в ближайшее время начнёшь практиковаться в мелких операциях. Я тут с городским моргом договорился, – Лейнат посмотрел меня, почему-то иронически, – о поставках биоматериала – будем его разбирать, искать полезное. Набьёшь руку, короче говоря. Работы много, но нам нужно сейчас побыстрому нащёлкать оборотных средств – вот и займёшься, пока я буду решать более срочное и важное.

– Послушайте…

– Давай, кстати, на ты – Лейнат посмотрел мне в глаза, – мне нужен не просто наёмный сотрудник, но, можно сказать, соратник… в перспективе – может быть младший компаньон…

(Формы вежливости в базовом языке Сообщества хотя и не совпадают с русским, но в целом примерно соответствуют – так что, для простоты, я не стану уж приводить точный пересказ той смены обращения, которую предложил мне Лейнат. А.П.)

– Компаньон, – подумал я, – да-да… с рабской нейросетью. Просто прекрасная идея.

Теорию про «долю в бизнесе» мне не раз рассказывали ещё в 1990ые разнообразные люди, которые от меня чего-то хотели, то ли бесплатного, то ли незаконного и я всегда относился к таким предложениям с известной настороженностью. Не обязательно они были не искренне, но это, как минимум, было поводом запустить «мышиный тест» – посмотреть, не в мышеловку ли меня приглашают за привлекательным куском сыра. Но в данном случае у меня не было возможности кочевряжиться…

Хотя фантастическая перемена статуса – от раба до якобы будущего компаньона, да ещё за такой короткий срок меня, конечно, насторожила. Возможно, – подумал, я, – причина действительно в интеллектуальном индексе? Странновато всё происходит, не понятно, но будем посмотреть. Интересно, кстати, какой индекс у самого Лейната? Но задавать ему этот вопрос я посчитал неправильным.

– Хорошо, давай. Ответил я, – но если речь идёт об обслуживании лабораторной техники – на ком закупка материалов?

– Молоток, всё правильно понял. Денег я тебе скину на эти расходы, все закупки делай под протокол – я проверю. Открой на себя счёт в… ну допустим, в местном отделении Первого Аварского Коммерческого Банка. Делай заказы с доставкой, это недорого.

– Ага, сейчас… Я начал регистрацию, продолжая задавать вопросы.– Но мне бы ещё базы Экономика и Юрист. Из вводного курса о Содружестве я понял, что без них рискованно что-то закупать. А может есть ещё что-то полезное, что я могу себе загрузить?

– Тяга к знаниям – дело похвальное, это мы одобряем…

Лейнат что-то сделал и у меня в интерфейсе засветился очередной непонятный значок. Держи линк. Я тебе на сервере поставил права на чтение соответствующего раздела – можешь там пошуровать, любую нелицензионную базу бери, мне не жалко – всё равно они копируются. Все свободное время, весь сон – находись в медкапсуле, доучивай то, что я тебе поставил, это – обязательно. Что себе выберешь – только во вторую очередь.

Пользоваться ты теперь сам умеешь на базовом уровне – и тут я понял, что да, умею и понимаю, как подойти к капсуле и задать ей программу обучения… – вот и давай, действуй.

Я закончил открытие счёта в банке, Лейнат скинул мне два десятка китов, сказав, что этого хватит на ближайшую пару дней и отправился куда-то по своим делам.

– Будут вечером, или завтра, – сказал он, – если что-то срочное – связь через Инфосеть.

Доступ моей нейросети в Инфосеть был организован через локальную сетку офиса, так что думать об оплате этой услуги мне не понадобилось….

– Да, за пределы помещения не выходи, офисный искин достаточно жёстко проинструктирован.

– А если кто-то придёт?

– Искин его не пустит, да и мне сообщит. Ну и у тебя самого есть связь.

– До встречи…

Лейнат был таков, а я, поддавшись острому приступу хомяческого инстинкта, сунулся по переданному им линку.

– Всё равно базы Юрист и Экономика поставить нужно обязательно, подумал я, заодно и посмотрю, что у него там есть.

У него там было…

Список доступных баз не влезал в видимую мне область отображения информации.

Я полез по разделам хранилища данных и задергался от жадности – первым же рефлексом было загрузить себе всё и оставить про запас, пока что-то учится – пусть будет запомнено для последующей распаковке. Этот первый импульс я успешно подавил, наткнувшись в списке файлов на область (В компьютерных системах Содружества области – некоторый логический, хотя и не точный эквивалент привычных нам директорий, что-то среднее между директориями и файловыми системами – А.П.), обозначенную как «Секс».

Заглянув внутрь, я не понял больше половины обозначений – похоже, в загруженный мне индукцией словарь они не входили. Но и того, что понял, хватило для того, чтобы сообразить, что такие базы я не собираюсь учить ни при каких обстоятельствах. К меньшинствам я не отношусь, мои сексуальные привычки традиционны и вполне меня устраивают.

– Понятное дело. Человек и на далёких звёздах остаётся человеком и точно так же норовит изготавливать всякую порнуху из любого подручного материала, – подумал я и стал внимательнее читать то, что мне предлагалось.

Внимательное чтение позволило начать составлять список желаемого намного более аккуратно и я потратил на это минут десять, прежде чем сообразил поинтересоваться – а смогу ли я себе всё это загрузить?

– Увы, облом. Короткая инспекция доступных мне ресурсов показывала, что буферная память моей убогой нейросети была заполнена чуть более чем наполовину. По мере изучения баз она освобождалась, но пока что мне можно было записать туда не так уж и много. Вопрос можно было решить заменой нейросети, установкой дополнительных имплантов на память – об их существовании я уже знал или, что самое быстрое, но не особо надёжное – притырить какой-то внешний носитель и слить информацию туда. Может быть можно было бы и в Инфосеть скачать, организовав там хранение данных, но я не был уверен, что это надёжно и не обойдётся мне в какую-то бешеную сумму.

Что ж… на бесптичье… будем работать с тем оборудованием что есть. Всё равно ничего другого сейчас не придумать.

Полюбовавшись на какие-то нереальные по декларированным объёмам базы Экономика (12 уровень) и Юрист (20 уровень) я подумал, что особого толку от знания законов, принятых за пол Галактики и миллион лет назад, наверное, нет и загрузил себе такие же, но пятого уровня, отмаркированные как «Содружество» и, дополнительно, взял Аварскую базу Юрист второго уровня. Большего просто не было.

Тщательно взвесив последовательность и относительную ценность, я так же скопировал себе базы Кибернетика (5), Программирование (7), Работа с Инфосетью (3).

Затем, подумав, что может быть мне удастся сделать себе имплант на память самостоятельно, я решил разобраться в том как их делают, хотя бы на пальцах – и скопировал базу Моделирование, рост и создание нейросети и имплантатов (1) непонятного производителя, – большинство остальных было отмечено значком, в котором мигал логотип корпорации Нейросеть, даже на части 'порнушных' он присутствовал, но здесь такого обозначения не было.

И, наконец, ввиду общих неприятных обстоятельств происходившего со мной, я скопировал себе три базы начального уровня – Физическая подготовка(1), Рукопашный бой (1) и Стрелок (1).

Их я подбирал уже по остаточному принципу – места в буферной памяти практически не осталось и я решил, что это мне будет стимул быстрее и лучше учиться.

Я уже понимал, что для ускорения обучения мне нужно, прежде всего, поднять уровень «Медицины» и «Боевой Медицины» и мысленно прокручивал план обучения.

– Позже, вечером.– Я обратил внимание на индикатор времени, который я вывел для удобства на привычное место в правом нижнем углу своего обзора – экран не экран, но привычки то никуда не делись. Так вот. В базах я явно закопался – больше часа потратил. Это не правильно – ведь Лейнат ждёт от меня работы.

И, пытаясь вызвать в память свои новые знания по обслуживанию лабораторной техники, я двинулся по комнатам офиса, проводя инспекцию того, что есть.

Нет, я, конечно мог запросить информацию об установленном железе и у офисного сервера – возможность такая была. Но с подведомственным железом правильнее первый раз знакомиться лично….

Глава 6, в которой я лишний раз убеждаюсь в том, что исчерпал свой личный лимит спокойной жизни и приобретаю новые, замечательные знакомства.

Обход офиса Лейната привёл меня к мысли о том, что, как минимум, с арендой площадей на этой планете всё намного лучше, чем с персоналом. Кстати, только сейчас я сообразил, что так и не удосужился уточнить её название – слишком большой поток информации на меня обрушился…. Поймав себя на этой мысли, я полез в интерфейс нейросети и выудил оттуда, что нахожусь в городе Ларке планеты Ларк. Как не сложно догадаться – в столице. С декларированным населением свыше 20 млн человек – немало, конечно, но и не то чтобы поражало воображение. Вон, в Москве с Подмосковьем, наверное, сейчас не меньше проживает…

Так вот. Офис был достаточно большим – такое ощущение, что то ли брали его «на вырост», то ли деятельность Лейната была несколько более масштабна, чем я подозревал вначале. Около двадцати комнат на трёх уровнях, частью заставленных оборудованием и мебелью, частью – пустых. И ни души. Некоторое количество киберов, опознанных мною как ремонтные и уборочные – вновь полученные знания работали, несколько киберов, назначение которых было не очевидно. Помещение, похожее на операционную, за полупрозрачной – вроде бы из пластика, перегородкой. В него меня не пустили – дверь не открылась, а перед глазами замигало предупреждение нейросети «Доступ без спецодежды запрещён».

Здоровенный метров двадцать, пустой зал на нижнем уровне, похожий то ли на пустой гараж, то ли на какой-то цех, предназначенный для производства.

Интересной особенностью офиса было полнейшее отсутствие окон. Все двери выходили в какие-то коридоры или туннели. Такое ощущение, что резиденция Лейната скрывалась где-то в глубине здоровенного здания. А может быть, даже, и под землёй – во всяком случае, когда мы ехали по туннелю, было несколько подъёмов и спусков.

Выходить наружу я не стал – мне вполне достаточно было взглянуть на блоки защитной системы, проинсталлированные по периметру дверей, чтобы решить не искушать судьбу.

Хрен его знает, как это всё Лейнат настраивал – лучше пока не дёргаться…

Интерфейс управления, кстати, был выше всяких похвал – практическая реализация «дополненной реальности», известной мне ещё по земным разработкам. Но если на моей родной планете к этой теме ещё только-только подбирались, то здесь концепция эксплуатировалась вовсю – стоило только сосредоточить своё внимание на каком-то из устройств – и, почти мгновенно, рядом с ним выезжали письменные подсказки, описание названия устройства, параметров его конфигурации. Не на всех устройствах, кстати. К описаниям защитной системы у меня, например, доступа не было, а часть оборудования выглядела просто не подключённой к общей офисной сети.

Ну что же – я решил начать свою деятельность с той комнаты, где были установлены медицинские капсулы. Вернулся в комнату с ними и начал внимательно их осматривать.

Чем-то мне они напоминали холодильники-витрины из наших магазинов. Казалось – залезешь внутрь и можно превратиться в груду мороженной рыбы или охлаждённой колбасы…

Ощущения были своеобразные –пока я сравнивал инспектируемый агрегат с торговым оборудованием московских супермаркетов, мысли и руки шевелились по регламенту, который я знал давным-давно…"проверить подвод питания блока стабилизации, запустить внутренний тест, проверить.. подвод питания дублирующего блока стабилизации…»… Учитывая, что никакого «давным-давно» тут в принципе не могло быть, на этой точке в своём самоощущении я и решил зафиксироваться, чтобы понять – что же конкретно нейросеть делает с моим мозгом.

Сейчас у меня не было возможности пройти, как положено, по списку самоанализа – но, на будущее, я себе сформулировал задачу – сделать это и попытаться понять в чём разница между естественными и искусственно сформированными воспоминаниями. Хороший, кстати, способ, на практике проверить справедливость рассуждений автора этого метода…

Закончив с медицинскими капсулами – их было четыре штуки, одна поновее и понавороченнее, в ней то я и лежал, вторая – на поколение раньше и две оставшиеся – более старые, но тоже вполне пристойной конфигурации и состояния, я перешёл в направлении операционной.

На этот раз мне сразу «вспомнился» регламент доступа в стерильные помещения, я свернул в небольшую подсобку и натянул на себя бахилы, халат и полумаску, закрывающую рот и нос. Вся одежда – одноразовая, покрытая спецсоставом. Закинув на голову капюшон от халата, я перешёл в операционную и занялся стоявшим там оборудованием. Роботизированная хирургическая система, универсальный биохимический синтезатор-анализатор, чем-то напоминавший по своему устройству компьютер… «Акторные блоки», позволявшие проводить в нём те или иные простые операции над химическими веществами, в нём соединялись автоматически коммутирующейся сетью тонких трубок. В результате на этой машинке, сопоставимой по размерам со шкафовой стойкой ЕС-1045, можно было запускать достаточно сложные, многоэтапные и многокомпонентные технологические процессы… Понимать бы зачем и какие конкретно… Мои знания в этой сфере пока были недостаточно прокачаны, но что-то мне подсказывало, что, например, земные нарколаборатории за подобный агрегат отдали бы немало денег.

Собрав со всех устройств статистику и прогнав тесты (ничего криминального они не показали, только разве что анализатор выработал до 95% ресурса работы без автокалибровки и её стоило бы запустить), я начал составлять список реактивов, которые отсутствовали у нас на складе, но подлежали закупке. Доступ к состоянию склада я так же вытащил из офисной сети – управлявший ей Искин модели ЛНМини-С8п (Искин Лабораторный, научный, малый, 8 поколение), к слову был достаточно мощным и кроме собственно лабораторных задач тянул и техническое управление офисом, и даже, кажется Лейнатовскую бухгалтерию. Область её я увидел, но доступа к ней не получил – ну, не больно то и хотелось.

Необходимого для закупки было достаточно мало и, составив этот список я решил сначала сделать заказ, а уже потом устанавливать в медкапсулы и прочее оборудование кассеты с расходниками. С автокалибровкой синтезатор-анализатора я, однако же, решил погодить – его ресурса хватало бы ещё на недели две работы, но сама автокалибровка занимала почти пол суток и прежде чем её пускать, следовало осведомиться у Лейната, планирует ли он в ближайшее время использовать этот девайс.

Ну что же… Я полез в Инфосеть, искать где тут покупают реактивы….

Не могу сказать, что она по своим возможностям полностью совпадала с Интернетом – нет, скорее общее ощущение от неё было как от земных сетей предшествующего поколения.

Намного меньше всякой мультимедии, которую тебе всовывали без специального разрешения. Т.е. видео или что-то типа flash-мультипликации, например, можно было получить, но только по явному запросу. Отсутствовала универсальная гипертекстовая разметка, ресурсы значительно меньше ссылались друг на друга. Доступ ко многим из них был возможен только после установления «прямого соединения» – всё равно как на BBS зайти. И, в отличие от земного Интернета, был вполне ожидаемый и логичный фактор, задававший принципиально иную структуру этой системы. Этим фактором были межзвёздные и даже межпланетные расстояния. Коммуникации в пределах планетарной системы можно было осуществлять и по гиперсвязи и по более медленному радиоканалу – но, в последнем случае, задержки были ощутимы, не давая интерактивности. Для межзвёздного доступа – только гиперсвязь. В результате для обращения к каждому ресурсу нужно было учитывать, сколько будет стоить работа с ним – как будто по межгороду звонишь и без всякого skype. Впрочем, доступ к гиперсвязи для меня был закрыт Искином офиса, контролировавшим выходные коммуникации.

Разумеется, я не нашёл в Инфосети ни Гугля ни Яндекса. Поиск начинался со встроенной поисковой системы офисного сервера, содержавшей в себе каталог ресурсов – впрочем, от неё я достаточно быстро перешёл к внешним поисковикам, которые, хотя и работали намного эффективнее, но не забывали списывать какие-то небольшие доли кредита с моего счёта за каждый выданный в поисковом запросе сетевой адрес.

Наконец сам интерфейс. Проработав с пол часа через нейросеть, я понял, что, по крайней мере с моей моделью, заниматься серфингом не более удобно, чем лазать по интернету со смартфона. Ну то есть информация читается, да. Но приходится напрягаться и наглядность падает.

Выкинув из головы мысль об украденной работорговцами Nokia E72, я озаботился поиском какого-то интерактивного терминала и нашёл таки его в комнате, обозначенной на плане офиса как ресепшен. Нормальных, привычных клавиатуры и мыши там не было – вместо них можно было использовать ту же нейросеть, управляя сменой информации практически при помощи взгляда. Но дело пошло намного веселее, хотя технология ввода слов в запросе меня несколько сбивала с толку. Около часа серфинга – и я разобрался, как искать и заказывать то что мне нужно и инициировал процедуры оплаты и доставки.

Доставку обещали через несколько часов к «грузовому терминалу» – одному из входов, ведших в офис прямо из транспортного коридора здания.

Оставшееся до этого момента время я потратил в благостном и расслабленном изучении и тестировании многочисленного научного оборудования – работа, в принципе, мало отличалась от привычной мне текучки сисадмина, которой я и в бытность свою начальником совершенно не пренебрегал. То есть можно было хоть немного расслабиться и попытаться привести себя с состояние душевного равновесия. Настолько, насколько это вообще уместно в сложившихся обстоятельствах…

Вечерело… в этом месте мне, как рассказчику, нужно было бы настроиться на пространно-повествовательный лад и начать генерировать соответствующий времени суток умиротворённый пейзаж, но, к сожалению, всё пошло иначе и совершенно кувырком.

Входящее соединение со стороны доставки отдёрнуло меня от изучения мануалов на синтезатор-анализатор – интереснейшая конструкция, реально я на ней залип. А вот и заказанные реактивы. Я двинулся к грузовому терминалу и, через несколько минут получил в руки лёгкий кубический контейнер, примерно метровый. Большинство оборудования, которое я увидел у Лейната, и про которое мог вспоминить из изученных мною баз питалось всеми возможными химикатами нескольких стандартизированных форм упаковки – была форма по типу небольшой таблетки или кристалла, была форма в виде кассет с сыпучим порошком, нескольких типовых форма-факторов и так же стандартизированные «магазины», в которых те же самые таблетки-кристаллы располагались подобно пулям в магазине автомата. Ну и так далее. Мой заказ был целиком забит в этот кубик и мне пришлось, не отпускать курьера, позвать его внутрь грузовой зоны офиса и там проверять комплектность.

«Жёстко проинструктированный» офисный ИскИн проявил редкостную индифферентность к появлению постороннего в офисе, потребовав, однако, чтобы тот не передвигался за пределы грузовой зоны. Возможно, на неё требования Лейната не распространялись…

Ну, как минимум, беспроводные маркировочные чипы на каждой из упаковок выдали то, что должны были выдавать и я, под протокол, подтвердил получение заказа.

Ещё пара минут и унылый курьер, физиономией своей наводивший на мысли о гибридизации людей и лекруа, а серым комбинизоном – напомнивший мне о той участи, которую я едва успел избежать, отправился восвояси. Вот только, уже глядя на закрывающуюся за ним автоматически входную дверь, я поймал себя на том, что что-то было не так.

Что?

Я мысленно потянулся к офисной сети и попросил Искина прокрутить мне видеозапись моего общения с курьером.

Ответа не было.

Искин не отзывался, впрочем, вообще с офисной сетью я соединился как-то странно – обращение к ней тормозило и у меня было полное ощущение, что к хосту Искина мне не удаётся пробиться, как будто пропускная способность сети уменьшилась тысячу раз.

Вот это номер! Базы по местным компьютерным системам у меня почти не прокачаны, что произошло – не понятно. Но явно какая-то лажа меня заставила задёргаться. Я попытался связаться с Лейнатом, нейросеть это позволяла, действуя как своего рода аналог мобилки – снова облом. Вместо него со мной общался автоответчик, попросивший не беспокоить и записать сообщение.

В команту, где был установлен Искин, доступа у меня не было. По крайней мере в тот момент, когда я туда сунулся – дверь не открывалась, сообщая, что «доступ запрещён». Может быть сунуться туда прямо сейчас?

Но прежде чем сделать это, я решил ещё раз подумать над тем, что меня насторожило. Попытался вытащить запись последних кадров из нейросети – но, хотя такая функция там и присутствовала, я слишком поздно спохватился – маленький буфер, секунд 30 – всё уже стёрлось. Последнее, что я сделал – это попытался получить прямой доступ к оборудованию охранной системы, чьи блоки, пристроенные по периметру двери, как один демонстрировали периодически возникающие серо-голубые переливы по индикаторным полоскам, выведенным на их корпуса. Что оно означало – мне было не понятно, но я точно помнил, что раньше они себя так не вели.

Опа! Доступ подтверждён.

– Доступ в режиме только-чтение открыт. Связь с центральным сервером потеряна. – моя нейросеть, после попытки применить те же id, которые я использовал для доступа в офисную информационную систему, сумела таки соединиться.

Ну логично, в принципе. Наверное, как и на земных системах, права раздавались не индивидуально на каждый ресурс, а на их группу – так что сделанных мне для техобслуживания разрешений – могло и хватить.

И что же у нас там?

В замедленном режиме я прокрутил видео и обнаружил источник моего беспокойства.

В тот момент, когда я, неся контейнер на вытянутых руках – неудобный он был, не ухватистый, входил в обратно в офис, около моих ног, под ним – промелькнула какая-то тень и мгновенно скрылась куда-то влево по ходу моего движения. Ещё большее замедление – и я увидел, что около моих ног прошмыгнул юркий, чем-то похожий на водомерку, но, по меньшей мере, восьминогий механизм. Размером сантиметров тридцать-сорок, он двигался настолько стремительно и бесшумно, что я его не заметил. Проскочил – и мигом скрылся в коммуникационной нише, расположенной в стене. Отодвинул одной из конечностей прикрывавший эту нишу прямоугольный лючок и нырнул внутрь. .

Явная диверсия и не понятно, насколько опасен этот агрегат для меня лично. Я повторно попытался достучаться до Лейната, повторно обломился и пошёл ломиться в комнату с Искином. Вот во время попытки вывести дверной замок из режима «только-чтение» – повёл он себя так же как и блок защиты на входе, меня повторное включение Искина и застало.

Несколько минут мы с ним потратили на взаимные объяснения. Туповатый девайс начал разговор с попытки на меня наехать, и я был вынужден с ним препираться примерно как это приходилось делать со всякого рода вахтёрами, уборщицами и прочим вздорным обслуживающим персоналом на Земле.

Тут следует заметить, что ИТшные технологии Содружества был существенно разнообразнее того, что мы имели на Земле. Кроме нейросетей, об устройстве которых я скажу как-нибудь позже, на вооружении местных админов были как более мощные аналоги обычных наших компов, так и всякого рода непонятная мне техника, типа квантовых или химических вычислителей, о которой в изученных мною базах были лишь упоминания.

Искины же находились несколько в стороне, выделяясь в специфический класс устройств. Кроме железа и софта в них стояло то, что я, с некоторой натяжкой, попытался определить для себя как «психологическое обеспечение».

Личность Искина не программировалась жёстко, путём писания кода, она «воспитывалась» при помощи специального софта, подававшего на носитель Искина внешние сигналы, помещая его в своеобразную виртуальную реальность. И, хотя за счёт скорости передачи сигнала, первичное воспитание Искина происходило раз в двадцать быстрее человеческого – на выращивание первоначальной его личности был нужен приблизительно год, дальнейшее его развитие шло примерно в том же темпе что у человека. Разумеется, развитие в искусственной, виртуальной реальности, построенной по неким типовым шаблонам не делало личность Искина цельной.и зрелой. Характер только что выпущеных Искинов можно было сравнить с характером подростков, да и когнитивные способности уступали человеческим достаточно сильно.

Искин Лейната был новенький, только что выпущенный – ему ещё года, в переводе на земные единицы времени, не было. И ума особого у него тоже не было. Вот и пришлось мне с ним объясняться в лучших традициях технической поддержки. Спокойно и без нервов.

– Вы предприняли попытку несанкционированного доступа в помещение.

– Я пытался разобраться что делать, когда ты вышел из строя.

– Я не выходил из строя, вы предприняли попытку несанкционированного доступа в помещение.

– С тобой была потеряна связь, просмотри логи блоков охранной системы.

– Со мной не была потеряна связь… и так далее, и тому подобное. Закончился наш с ним диалог совсем смешно.

Прервавшись чуть ли не на полуслове, Искин патетически заявил: «Произведена проверка журналов работы внутренних систем офиса, потеря связи и временная дезориентация Искина Сарт подтверждены. Передача руководству компании протокола о попытке несанкционированного доступа сотрудника Алекс в помещение Искина Сарт не требуется.» Детский сад, штаны на лямках.

– Фиг с ним протоколом. Куда делась эта механическая зараза ты можешь определить?

Между прочим, смог. Анализ видео охранной системы привёл к неожиданному открытию – потусив в коммуникациях, вражий робот (а то, что это был именно робот, а не экзотический представитель инсектофауны – сомнений у меня не было), вернулся тем же путём, каким и пришёл. Пока я ковырялся с замком на комнате Искина, чудо враждебной техники вылезло обратно из того же лючка, обогнуло оставленный мною контейнер с химикатами, подбежало к двери, которая раскрылась на несколько секунд, юркнуло в неё и исчезло куда-то вглубь коридора – внешнее видео у нас смотрело только до ближайшего, расположенного в метрах пятнадцати, поворота… Мерцавшая индикация на этих самых охранных блоках в этот момент, что интересно, вернулась в своё предыдущее состояние.

Отсмотр предыдущих кадров внешней камеры показал, что может и прокралась эта штука по тому же маршруту – но камера её не видела, маршрут этот был перекрыт машиной подъехавшего курьера. Ну и проскакивала она в слепом для внешней камеры секторе.

– Ты хотя бы понимаешь, что с тобой было? Можешь разобраться, что этот агрегат тут ещё учинил?

Ответ Сарта сводился к тому, что он в некоторый момент получил сигнал, который побудил его провести глубокое и не мотивированное самотестирование, а когда он вышел из внутреннего теста – то сам и сначала о нём даже и не вспомнил. Не было у Сарта и софта для самостоятельного анализа состояния офисной сети – стандартные проверки, которые он всё это время прогонял, не показывали никаких изменений, но подозрения оставались. Так же как и подозрения на установку подслушивающей аппаратуры, закладку взрывчатых, химических и иных диверсионных устройств, подброс запрещённых материалов с целью провокации и т.д. и т.п.

Сервисные роботы у Сарта были, и он уже отправил их исследовать содержимое служебных коммуникаций офиса, но, пока что ничего не нашёл.

Я предложил перейти ему на ты – и некоторое время мы с ним обсуждали то, что я себе скачал и поставил базы, которые, после изучения, могли бы помочь мне найти несанкционированные изменения в компьютерных системах офиса. Во всяком случае, Сарт так полагал – самостоятельно он их изучить не мог, человеческие нейросетевые базы для Искинов были непригодные, а специальной, для Искинов у него не было. Нервозность с его стороны явно присутствовала – ну и понятно, кому понравится, что тебя вот так вот берут и «отключают», так что он сменил свои интонации даже на несколько просительные, настаивая на приоритетном изучении мною нужных для проверки его сети баз, чтобы, мол, не было повторно выведено из строя ценное оборудование офиса, каковым он себя полагал. Кстати, справедливо полагал – по своей инвентарной стоимости, которую он мне продемонстрировал в ведомости основных средств, он находился в одном ряду с наиболее дорогими местными железками.

Мы немного поболтали, и это время я не то, чтобы пытался втереться к нему в доверие… но, скажем так, установить близкий и неформальный контакт мне хотелось и, кажется, я сумел этого достичь. Искины уровня Сарта, это я уже знал, были вполне применимы в качестве заменителя офисного планктона – интеллекта для работы на ресепшене и выполнения рутинных задач у них вполне хватало. Следовательно, можно было рассматривать его как коллегу, а с коллегами лучше дружить.

Всё это время мы оба, периодически, пытались дозвониться до Лейната, но связи не было.

– С бабой он, что ли, подумал я, и, решив, что хватит уже трепать языком, пошёл за брошенным возле входа контейнером с химикатами. В любом случае, задуматься лишний раз о статусе самого Лейната в этом мире и реальном характере его деятельности здесь повод у меня был.

Если не знаешь, что можно сделать в экстраординарной ситуации – занимайся своим обычным делом, хуже безделья не будет, скорее всего…

Я распаковал «кубик», который после этого сложился в плоское состояние и был поставлен в угол склада, расставил кассеты и таблетки по ячейкам шкафа-хранилища и решил, что раз сегодняшний план по техническому обслуживанию и закупкам мною выполнен, то нужно пойти и действительно продолжить изучение баз.

Хотелось настроить медкапсулу так, чтобы оптимизировать скорость изучения – начать с прокачки баз Нейросети, Биохимия, Медицина и Боевая Медицина до третьего уровня каждой. Этот уровень, вроде бы, обещал дать мне знания о том, как подобрать себе индивидуальный, оптимизированный режим 'разгона' при обучении. Расход препаратов будем, надеяться, окажется не настолько большим, чтобы это возмутило Лейната – он сам, в конце концов, настаивал на скорейшем изучении мною выданных мне баз.

Однако, меня опять отвлекли.

Вызов по нейросети от Сарта – «у входа номер 2 в офис – посторонний, опознан в качестве служащего арендодателя, просит обеспечить проход внутрь, требуется вмешательство дежурного по офису». Дежурным по офису был я и, уже совсем напрягшись, – слишком много событий в короткий промежуток времени, я направился к этому самому второму входу.

Первая часть диалога проходила сквозь дверь, панель которой, как выяснилось, работала в режиме управляемой прозрачности.

Теперь роль тупого вахтёра был вынужден играть я сам. Стоявший с другой стороны двери человек был одет не в серый рабский комбинизон, а в нормальную такую, весёленькую оранжевую спецовку. Ну и вёл себя раскованно, как положено вольному человеку и вульгарно, как это часто бывают с пролетариями.

По мнению Дихера Свейна – так звали этого замечательного человека, проходящая через помещение нашего офиса энергошина вышла в сбойный режим и он, будучи ответственным за энергообеспечение, должен войти и посмотреть что с ней не так, а так же починить, если сможет.

Разумеется, я ни на грош не поверил этой репризе – слишком уж оно сильно совпало одно с другим – визит чужого робота, а так же таинственный сбой в энергетике – может, как раз для создания такого сбоя робот и забегал – если бы не моя профессиональная паранойя как банковского ИТшника – фиг бы я его засёк, кстати.

А там где сбой – там предлог войти постороннему. Вот дверь откроешь – а там, блин, опера какие-нибудь и мордой в землю, а сами – обыск учинят. Эту хохму мы и на Земле проходили.

Продолжая демонстративно тупить в лучшем стиле таджикских разнорабочих – «насяльника нету, моя ничего не знать» –я пытался сообразить, что же я должен сделать.

Додумался задать вопрос Сарту о содержании договора аренды – да, там действительно был подобный пункт о проходе, ничего удивительного.

Попросил Сарта связать меня с офисом арендатора – связал в режиме видеосвязи, пришедшей прямо на ту же дверную панель – недовольно глядящая секретарша «для интерьера» (похоже, по всей Галактике они одинаково глупы) буркнула мне сквозь зубы – «да, это наш служащий».

Предлогов тормозить дальше уже как бы не было, ссылаться на отсутствующее начальство я опасался – в том же скинутом мне Сартом договоре были и штрафные санкции прописаны. И я дал команду на открытие двери, морально приготовившись уже, что сейчас меня положат лицом в пол.

Не положили. Дверь закрылась и весёлый электрик двинулся вглубь офиса. Похоже, местное помещение он знал лучше меня самого….

Починка энергошины заняла довольно короткое время. Дихер, приложив ладонь к утопленной в стене коридора индентификационной панели, открыл стенную нишу, в которой помещались вполне земного вида трубы, провода, а так же не встречавшиеся мне на родине прямоугольного сечения хреновины, которые, судя по действиям моего визитёра и были пресловутыми энергошинами. Энергошины явно имели какую-то сложную внутреннюю структуру – во всяком случае, я имел возможность наблюдать, как он подключился к коммуникационным портам, выведенным прямо на поверхность шины диагностическим прибором и на некоторое время задумался.

– Ага! Вот оно!, – с этими словами энергетик пошуровал где-то с тылу шины, в невидимом мне пространстве пальцами и извлёк оттуда короткий, сантиметра два, цилиндр. По внешнему виду его было не понятно из чего он сделан – то ли пластик, то ли керамика, но явно не металл. – Контроллер потока вышел из строя – с этими словами энергетик вытащил из кармана точно такой же цилиндрик и вставил его на место якобы сломавшегося.

– Подслушивающее устройство поставил, не иначе, – подумал я, и дальше ещё некоторое время наблюдал за тем, как нежданный посетитель занимается «тестированием» замены. Минут пятнадцать после этого Дихер Свейн ездил у меня по ушам, в основном разговаривая о своей жизни, но больше – распрашивая меня о моей. Отвечать уклончиво, в соответствии с известным анекдотом, было не уместно, и я вяло поддакивал, постепенно осознавая, что меня явно разводят на установление доверительных отношений.

Человек действовал совсем не дилетантски – это был даже не уровень знаменитой книги Карнеги, но, скорее, какая-то методика, близкая к НЛП. Во всяком случае якоря в процессе разговора он вполне явственно пытался расставлять, да и не только их…

Наконец, закончив свою имитацию работы, мнимый энергетик – я уже не сомневался, что человек явно не тот, за кого себя выдаёт, выпросил у меня обмен контактами, сообщил, что рад познакомиться с таким прекрасным парнем как я, предложил встретиться как-нибудь «тут недалеко есть неплохой бар» и растворился где-то в коридорах здания.

– Кажется, что тут что-то очень сильно не так. Был бы я в Москве – сказал бы… впрочем,

не успел я подумать об этом, как Сарт скоммутировал на меня ещё один видеовызов и я с удивлением увидел мило улыбающуюся секретаршу, которая смотрела на меня как на пустое место буквально пол часа назад. Беседа с девушкой не прибавила ясности происходящему. Разговаривая тепло, как будто пытается мне что-то продать, Нала, – так звали девушку, – поинтересовалась, всё ли в порядке в нашем офисе, починил ли неисправность их сотрудник и соединяться с ней на прямую, не стесняясь, если в работе офиса возникнут какие-то проблемы.

Я тоже ей поулыбался и не стал уточнять, что у нас то всё работает, а проблема, вроде бы, была только в транзитной энергошине, нужной самим владельцам здания. Нала спросила – давно ли я в «Специальных медицинских технологиях» – я уже знал, когда заказывал комплектующие, что именно так называется фирма Лейната.

Я ответил, что только что завербовался, и разумеется, не стал вдаваться в подробности о том, как сия вербовка происходила. Пощебетав ещё чуть-чуть девушка пригласила меня заходить в офис управляющего зданием, где она сидела на чашку грона и попрощалась. Что такое этот грон я понятия не имел, даже выученные базы не дали мне ответа, но то, что меня мне мягко дали повод для продолжения знакомства – понял вполне однозначно.

Удивительное рядом… Невозможно было выяснить реальную причину внезапно возникшей бешеной популярности, но если не знаешь что делать – можно ничего не делать. Надеюсь, на сегодня не будет уже никакой новой ботвы, – подумал я – и отправился, наконец, спать и учить базы.

Глава 7 В которой Лейнат не понимает происходящего, а я погружаюсь в рутину, хоть рутина выглядит так, что погружаться в неё совершенно не хочется

Перед тем как лечь в капсулу, я попросил Сарта подать на неё сигнал о приостановке работы, если Лейнат появится в офисе. И, разумеется, так и произошло – по часам нейросети, выведенным мною в привычный правый нижний угол, я понял, что проспал около 16 часов. Вообще, странное ощущение потери естественности происходящего давала эта самая нейросеть – временами такое ощущение, что не живёшь, а всё время пялишься в экран компа, играя в какую то стрелялку по типу Quake. Интерфейс сети убрать из своего поля зрения можно… но доступ то к нему остаётся мгновенный и сам себя не обманешь.

Пока я спал – изучение баз продвинулось вперёд, хотя и не то чтобы радикально – одну из четырёх запланированных баз прокачал до уровня 3. Дал команду закачать на освободившееся место базу «Ремонт и облуживание энергетических сетей», благо она была всего второго уровня и вполне влезала, и пошёл общаться с Лейнатом.

Лейнат, как выяснилось, уже успел побеседовать с Искином и, выслушав мой отчёт о событиях, сказал, что происходит что-то странное и он не может предположить что конкретно. – Все вопросы на этой планетке у меня решены, договорился с кем надо… Может какие-то идиоты просто местные…

Отсутствие своей нейросети на связи Лейнат подробно комментировать не стал – да, мол, так получилось – и всё, никаких деталей..

Ну что же. И я не стал делиться с ним мнениями моих московских знакомых о том, что договорённость с «крышей» не гарантирует на самом деле ничего. Личного опыта в этой сфере у меня не было, да и не Москва здесь, мало ли как обстоят дела… Ну и влезать в обстоятельства Лейната я был готов пока что не дальше, чем он мне сам это предложит.

И свои наблюдения по специфической манере общения энергетика и странном звонке секретарши Налы я оставил при себе – решил, что Искин всё одно должен был скинуть Лейнату записи наших разговоров. Ну, если я правильно понимаю расклад… Ну а если нет, то и нет…

Лейнат, позвав меня за собой, зашёл на склад, выудил откуда-то из глубины полок цилиндрик контроллера потока – совсем такой же, как устанавливал недавний визитёр и двинулся в сторону той же стенной ниши. Несколько движений и – он поменял одно на другое и с подозрением уставился на тот экземпляр, который был теперь у него в руке.

– Ничего не понимаю. Выглядит как совершенно стандартный модуль. У тебя база по энергетике ещё не загружена?, – спросил он.

– Загрузил, но не выучил.

– Ну вот я то выучил, давно ещё… Ничего сложного, там всё типовое и, вдобавок, все системы обычно дублируются – у нас в офисе перебоев не было, Искин сообщил бы.

Тут я отметил для себя, что Лейнат явно избегал называть Искин по имени, во всех наших разговорах он называл его «Искин» и всё. Интересный момент, но выводов из него не сделать…

Не было никакой срочности бежать чинить, даже если что-то сломалось. А на фоне робота, про которого вы тут мне рассказали… Выглядит он совершенно стандартно и разбираться не охота. Выкину его подальше, как поеду по делам, так спокойней будет – с этими словами Лейнат опустил контроллер к себе в карман и задумчиво пошёл в местную комнату отдыха, где мы с ним уже как-то то ли завтракали то ли обедали. Планетарные сутки не совпадали по длительности с земными и со стандартными сутками Содружества, которые были основной единицей измерения времени в моей нейросети – так что со временем я уже полностью запутался. Вообще, с субъективной точки зрения я ещё день-два назад шатался себе по летней Москве и в ус не дул. Все остальное время я провёл то во сне, то в процессе изучения баз, который мало чем от сна отличался с точки зрения осознанности. Но спроси меня сейчас, хочу ли я открутить всё назад и забыть прошедшие дни как страшный сон – я бы очень серьёзно задумался. Потому что, с одной стороны – рабская нейросеть в голове, правда с, кажется, вполне реальной перспективой её замены на нормальную, а с другой – чёткое осознание того, что, оказывается, я всю жизнь провёл в глухой провинции и по уровню развития науки даже самые «цивилизованные страны» моей родной планеты выглядят на фоне Содружества как откровенная мумба-юмба. Да одно то, что технологии продления жизни в Содружестве позволяли её тянуть на сотни лет, пусть и очень дорого… – об этом я уже успел узнать. Ну как тут сказать «Нет, хочу развидеть это, верните меня в Москву, буду искать работу ИТ-директора»? Не скажешь, а, значит, надо что-то делать, чтобы побыстрее поднять свой статус здесь.

Лейната тоже, как будто бы, заботил подъём моего уровня, хотя бы в профессиональном смысле.

– Ложись обратно и быстрей прокачивай базы. Послезавтра уже к нам начнёт поступать материал – спецхирургия у тебя на третьем уровне, значит будешь с ним работать. Месяц поковыряешь покойников, я тебе оформлю фельдшерский аттестат.

– А как же?…

Лейнат отмахнулся, словив мысль на лету, – Документы – моя проблема. Я договорюсь, никто не будет проверять, лицензированная база или нет – подтверждение наличия базы тебе пропишут в нейросеть с данными местной администрации, а дальше тем более уже никто не вникает, нет оснований. Я денег им дам и всё будет нормально. Но практика всё равно нужна, без месяца учебной работы я тебя даже бородавку не пущу оперировать.

На заданный из любопытства вопрос о том, все ли учатся оперировать на трупах, Лейнат ответил, что нет, конечно не все, но на нормальный тренажёр или операции на животных он денег тратить точно не будет – оно с одной стороны дороже, а с другой стороны – прибыли никакой совершенно, а я ему нужен чтобы денег зарабатывать, а не тратиться на меня.

Удивительно, прямо, – бормотал я, залезая в капсулу, – кто бы мог подумать, а я то надеялся, что попал на благотворительные курсы повышения квалификации…

У Лейната что-то опять не стыканулось со сроками и я успел провести в капсуле не сутки, как планировалось, а двое. В итоге я успел подтянуть до третьего уровня оставшиеся три базы из тех, которые планировал изучить в первую очередь для оптимизации разгона и все три самовольно установленные базы по выживанию – Стрелок, Физическая Подготовка и Рукопашный бой. Впрочем, изучив их, я понял, кажется только одно – что знаю теперь как грамотно заниматься зарядкой по типу популярных на Земле упражнений Мюллера, собрать-разобрать какие-то местные стрелковые приспособления, и даже выстрелить из них в направлении цели, а так же стукнуть противника кулаком в челюсть и не сломать при этом большой палец. Невелики знания, если честно, кроме конструкции оружия на Земле у меня и так всё остальное было.

На этот раз Лейнат позвал меня в помещение возле грузового терминала и мы с ним вдвоём начали помогать приехавшим на здоровенной платформе сотрудникам морга, частично наемными, частично – рабами. Я уже научился обращать внимание и на рабскую татуировку (какое счастье, что мне её не сделали – по просьбе Лейната, как он обронил в разговоре) и на отсутствующий взгляд. Татуировки, кстати, были не у всех, а вот тупое выражение лица и откровенная заторможенность присутствовали у каждого из рабов.

Перегрузка примерно двухсот здоровенных синих пластиковых контейнеров… произошла буквально за час с небольшим. По форме они напоминали не столько земные гробы, сколько какую-то специализированную тару промышленного назначения – в них были рёбра, пазы и выемки, позволявшие им цепляться друг за друга и не проскальзывать. Нижние контейнеры за счет этих самых ребёр немного приподнимались над поверхностью и погрузочное устройство, находившееся тут же, на платформе, вполне эффективно их подцепляло.

С нашей стороны подъезжала роботизированная транспортная тележка, которая, повинуясь командам Искина, отвозила контейнеры к дальней стене и там выезжала из под них, когда мы несколько секунд удерживали контейнеры руками на весу. Это была единственная неавтоматизированная операция, но она, конечно, заставила меня запыхаться.

Наконец труповозка уехала и Лейнат начал мне давать очередные инструкции.

– Это – твоя работа на ближайший месяц. А если нам повезёт – то и на два. Норматив – двадцать стандартных минут на тело. Задача – разыскивать и изымать любые импланированные устройства. Это – раз.

Второе – берёшь стандартную пробу тканей, мышцы живота и печень. На анализаторе запускаешь тест – он скинул мне линк на какой-то самописный скрипт для синтезатора-анализатора, – если тест показывает положительный результат – тело в охладительную камеру, дальше я покажу что тебе с ним делать, если нет – в утилизатор. Тару складируешь здесь же, сдаёшь служащим морга, когда они приедут со следующей партией. Имей ввиду, приезжать они будут часто, у них большой энтузиазм по нашему проекту – так что работать надо быстро, чтобы трупами тут всё не завалило.

Изъятые устройства идентифицируешь, очищаешь, тестируешь – твоих баз по Спецхирургии и Нейросетям для этого достаточно, и упаковываешь в контейнеры. Контейнеры маркируешь, данные о том, что в каком – скидываешь Искину.

Да, когда капсулы утилизатора начнут заканчиваться, заказывай новые, я тебе сейчас ещё сотню китов скину… Заполненные – тоже обратно в морг.

Я, – сказал Лейнат, – весь в делах, буду появляться один-два раза в сутки. Считай, что эта работа – твой билет в будущее.

Решив, что уж лучше точно всё узнать, я зада ему вопрос о юридической корректности запланированной Лейнатом деятельности.

– Смотришь в суть вещей, – Лейнат ухмыльнулся, – я тебе и говорю открытым текстом, нет, это не вполне законно. Ничего особо страшного, но на серьёзный иск чисто теоретически можем влететь. В тюрьму не посадят, но штраф… штраф будет большой, ты не потянешь – должен понимать какие последствия…

Я, кстати, примерно уже представлял. Даже и без изучения базы Юрист (тут же откорректировал через нейросеть задание – поставил её изучение на первом уровне в приоритет), исходя из адаптационной аварской базы понимал, что несостоятельных должников тут продают в рабство.

– Тела умерших положено утилизировать за государственный счёт. Родные могут заказать похороны на кладбище, но это устарело и мало кому интересно. Дорого.

На этом месте разговора я, кстати, задумался о том, что ни в одной базе не встретилось, по первому взгляду, никаких сведений о местных религиях, да и порывшись в благоприобретённой памяти – я ничего о них вспомнить не мог.

– Импланты и нейросети умерших переставлять живым в принципе запрещено. Ресурс, как ты понимаешь, расходуется, гарантий нет и всё такое. На практике, разумеется, можно заниматься их реновацией и установкой. Вот мы и займёмся. Деньги хорошие можно поднять, даже на гражданских сетях неплохие – чего-то они ведь стоят, а нам все эти тушки достаются достаточно дёшево – они там торговаться пытались, но, собственно говоря, товар не то чтобы ажиотажного спроса, так что я их убедил в выгодности оптовых поставок.

– А что там с пробами тканей?

– Отдельная тема, потом объясню. Есть одна идея, как на этом приподнять тоже денег, будем проверять, может получиться.

Итак,– Лейнат махнул рукой – работаешь в режиме – 5 стандартных часов работы, 1 час – личные дела, остальное – обучение под разгоном. Вместо личных дел тоже советую обучение – быстрее научишься, больше дел сделаем. (В сутках Содружества – 10 часов, каждый из которых разделяется на 100 минут. По моему ощущению, сутки длиннее наших примерно в полтора раза, но точно мне сопоставить было просто не с чем. Соответственно, стандартный час – примерно три с половиной наших, а минута длиннее раза в два. А.П.)

– Хорошо, – ответил я.

Лейнат срулил опять по каким-то своим делам, а я перетащил первые три контейнера на тележку-робота и двинулся в сторону операционной. Септические ограничения там были откорректированны Лейнатом (впрочем, после того как он мне поставил права доступа, я и сам мог бы), но спецодежду мне таки пришлось надеть.

Впрочем, с предоставленным мне 'материалом' я и сам предпочёл бы не возиться в своей обычной одежде. Базы-базами, но брезгливость никуда не делась. Возможная зараза, опять же – бог их знает, какие у них тут болезни? Мои базы по медицине не давали, конечно, понимания эпидемической обстановки на этой планете, но из них я уже знал, что среди инфекций человечеству Содружества попадались и весьма опасный и тяжёлые в лечении. Так что лучше уж раз подстраховаться.

Та неприятная процедура, которой мне предстояло заниматься в ближайшее время, несла за собой вполне понятные экономический резон. В каждом из привезённых тел должна была находиться хотя бы базовая гражданская, либо рабская нейросети, а могло быть и что-то подороже. Опять же импланты, протезы и всякого рода встраиваемое в тело оборудование – у межзвёздной цивилизации эта технология была вполне развитой, и хотя натуральные киборги вряд ли попадались очень уж часто, вероятность выхватить недешевый девайс всё ж таки была.

Был и осложняющий момент. Все эти устройства делались по существенно разным технологиям. Из выученных мною баз я понимал, что даже нейросети были нескольких разных типов – одни из них более-менее походили на обычную электронику, но даже не микроскопическую, а, в земных понятиях, нано-уровня и состоящую из биологически нейтральных материалов.

Другие, более продвинутые, использовали распределённую технологию, основанную на применении наноботов, управление которыми обеспечивалось совсем небольшим выделенным блочком.

Третьи, наиболее сложные и дорогие, позволяли колонии наноботов встраиваться в нейронную сеть человека и обходились вообще без блока управления – стыковка человека с электроникой тут носила вспомогательный характер и была нужна только для связи его с внешними устройствами.

Это была основная линия технологического развития, но были какие-то варианты устройств из биологических материалов и вскользь упоминались ещё несколько типов – тут я уже был в полном недоумении, т.к. мне не хватило знаний. Но всё это было менее распространённым, и не вполне типовым.

Так вот, если про собственно технологические устройства мне было примерно понятно как с ними действовать – в роботе-хирурге стоял необходимый софт, идентифицировать их в тканях и дать команду на извлечение было можно в диалоге с этой системой, то как поступать со всем остальным разнообразием – было не понятно. Вот фиг его знает, как из груды протухающего мяса вытащить колонию наноботов и будет ли она после этого пригодна к чему-то полезному. Подумав некоторое время, я решил, что будут извлекать только то, что понимаю, как извлекать, а там уже Лейнат пусть разбирается – при следующей встрече спрошу его об этом.

И я занялся своей нелёгкой и отвратительной работой, первоначально то и дело сдерживая рвотные порывы. Примерно на третьи стандартные сутки тошнить меня перестало – психике уже как-то стало пофиг, к тому же я просто начал уставать. Несмотря на то, что медкапсула во время каждого просыпания делала меня бодрячком – по моим ощущениям мне приходилось работать чуть ли не по 20 часов подряд и желания волноваться это точно не прибавляло. Заданные Лейнатом скоростные нормативы я, первоначально, не выдерживал, потом как-то уже начал успевать.

Тем не менее новые контейнеры привозили быстрее, чем я успевал обрабатывать уже имеющиеся и постепенно помещение рядом с грузовым входом начало ими загромождаться. К десятому дню они занимали около половины зала, и Лейнат этим оказался сильно не доволен – несмотря на то, что климатическая система была выкручена им в самый низ температурных настроек, так что стены помещения начали индеветь – чем дольше тела умерших лежали в ожидании обработки, тем сильнее они разлагались и это не облегчало процесс работы.

Кстати, Лейнат во время одного из своих визитов, подтвердил, что с наноботами имплантов и нейросетей ничего особо толкового сделать нельзя – можно лишь «реновировать» испустившие их устройства, заправив их новой колонией. Но и это уже было достаточно выгодно.

Так вот, в один прекрасный день Лейнат начал работать со мной попеременно и операционная комната начала быть загруженной чуть ли не круглосуточно. Мне уже дважды приходилось заказывать дополнительные материалы и один раз – таки запустить автокалибровку анализатора. Кстати, с анализами не ладилось – Лейнат пояснил, что его скрипт пытается опознать преступников, находящихся в розыске, чтобы попытаться продать их тушку властям или владельцам, ну и, ещё пытается опознавать покойников с «интересным генотипом». Ни то ни другого особого успеха не имело – скрипт только один раз дал положительное срабатывание. Но это тело Лейнат забраковал – сказал, что слишком долго оно хранилось в морге, разложение зашло слишком далеко и никакой пользы извлечь из него было нельзя. Уничтожать он его, тем не менее не стал, убрал в криоконтейнер и задвинул в угол операционной.

Работая вдвоём, мы постепенно, где-то к двадцатому дню этого безобразия, разгребли завал на грузовом складе, после чего Лейнат снова переключился на свою таинственную деятельность. За это время было обработано более 700 трупов, мы извлекли и упаковали около 500 нейросетей, по большей части – самых примитивных, а так же небольшое количество – четыре десятка имплантов. Пару раз нам, впрочем, повезло – попадались явно тела бывших военных с неудалёнными армейскими сопроцессорами наведения, аппаратурой связи и ещё какой-то хренью, которой Лейнат обрадовался весьма и весьма. По его словам, содержимое этих двух покойников перекрывало по стоимости вообще всё остальное.

Техника работы роботизированной хирургической системы потрясала. Нет, по большей части она вовсе не ковыряла лежавшие на столе бывшие организмы ланцетом и пинцетом, не резала их на куски пилой, как можно было бы ожидать. На обрабатыаемую часть тела накладывался фрагмент этакого геля, в котором находились концентрированные наноботы. Дальнейшая работа сводилась к тому, что эти наноботы, управляемые централизовано, буквально расковыривали ткани и доставали оттуда то, что было нужно. В случае, если бы 'пациент' был жив – они бы проходили между клеток, раздвигая их и, потом, сращивая плоть обратно. Да что там плоть – судя по изученным мною медицинским базам, этот комплекс был вполне способен обеспечить операцию на мозге человека без вскрытия черепа. Наноботы просачивались сквозь кость, под управлением эффектора робота-хирурга выполняли свою работу и, в основном, эвакуировались обратно. С трупами всё обстояло чуть более просто – заботиться о сохранности мёртвой ткани не приходилось и наноботы как бы выталкивали из толщи бывшего человека тонкие нити соединителей, небольшие горошины управляющих узлов нейросетей и разнообразной формы импланты… Смотреть на это было невероятно занимательно, несмотря на общую неприятность происходящего.

Параллельно со своей работой я занимался, практически, только тремя вещами.

Одна из них была оговорена с Лейнатом – я спал и во сне учил базы. Настоящим сном, впрочем, это моё состояние было назвать тяжело – по совету Лейната я турбировал своё восприятие, нагружая себя по максимуму. Это делало сон достаточно неприятным, болезненным, но перед плановым выходом из сна медкапсула гасила все это и просыпался я свеж и бодр. В процессе обучения я поставил себе задачей поднять по максимуму то, что уже скачал, не пытаясь хватать по верхам всё подряд. Идея была в том, что моих знаний компьютерного специалиста должно было бы хватить, чтобы обезвредить подавляющий контур моей нейросети. Я не забывал, что Лейнат имел возможность в любой момент активировать его вновь.

Но пока что все мои попытки получить доступ к управлению собственной нейросетью не приводили к особому успеху. Задачка была чем-то похожа на «разлочивание» айфона – понятно, что если внутрь системы получишь доступ, то дальше там можно будет делать всё что угодно. Но доступиться не получалось – сервисный порт был блокирован кодом Лейната, и пойти тем же путём, которым лазил туда он я не мог. И я остервенело учил базы, пытаясь найти там какую-то полезную информацию. Я был уверен, что в нейросети наверняка есть бэкдоры, позволяющие её носителю работать с ней напрямую, понять бы как к ним обращаться.

Была идея поискать эту информацию в сети, но тут меня ограничивало, во первых свободное время, которого откровенно не хватало, а во вторых – отсутствие собственных денег. Лейнат, пока что, не предпринял попытки оплатить мне мою работу, а за пределы планетарных ресурсов можно было обратиться только очень не бесплатно. К тому же я не был уверен, что местные власти не отслеживают подозрительные поисковые запросы и светить свой интерес, не понимая местной обстановки, я совершенно не хотел.

Второе направление моих занятий было попыткой решать ту же проблему не в лоб, а сбоку. Подавляющий контур нейросети был отключен Лейнатом не полностью, некоторые виды желаний, такие как например желание физически напасть на «хозяина» или убежать от него нейросеть продолжала глушить. Вот так вот – представишь себе картинку – как вцепляешь Лейнату в горло руками или бьёшь его кулаком в зубы – и ловишь себя на том, что, через несколько секунд уже думаешь совершенно о другом. Мысли этак соскальзывали с цели, не было возможности сосредоточиться на идеях из некоторого чёрного списка.

Для начала я попытался картировать вопросы о которых мне запрещено думать и нашёл ещё парочку позиций.

Кроме уже упомянутых, мне было запрещено думать о разглашении информации хозяина и о физическом нападении на свободных подданых империи (интересно что на рабов этот блок не распространялся).

Следующее, что я попытался сделать – это формировать внутри себя некую другую структуру мышления, разделить обдумывание теоретического вопроса – а как бы могло бы выглядеть, допустим, моё нападение на того же Дихера Свейна, и, отдельно – научиться отстранённо действовать, не имея ввиду никакой конкретной цели. Я предполагал, что таким способом мне, возможно, удастся обмануть нейросеть и, по крайней мере в части теоретических абстрактных размышлений идея оказалась вполне рабочей. Отстранённое действие пробовать правда я не стал – единственное что тут можно сделать – это срулить из офиса, но точно ещё не время, а Лейнат об этом узнал бы непременно и вряд ли был бы особо доволен.

Кстати, Дихера я упоминал не просто так – этот хрюндель раза три связывался со мной по видео, спрашивал о том как жизнь, жаловался на свою в части скуки и звал в ближайшей бар. Я отговаривался занятостью – «извини, брат, шеф совсем меня заездил, кончится аврал – сходим….». Девушка Нала позвонила один раз, спросила всё ли у нас в порядке и не нужно ли чего. Поулыбавшись друг другу, мы поговорили ни о чём пару минут и тоже распрощались.

Приятно, когда тебя не забывают. Неприятно, когда это делают люди, которым ты, в принципе, нахрен не должен быть нужен.

Наконец, последнее, третье направление моей активности состояло в том, что я убалтывал Искина Сарта.

Мне представилось полезным попытаться войти к нему в доверие, да и вообще, меня как старого ИТшника серьёзно интриговало общение с мыслящей машиной. То, что Искин действительно мыслил для меня было очевидно. Тест Тьюринга пройти – невелика проблема, его и на Земле, как я наблюдал, проходили достаточно тупые скрипты.

Но речь Сарта была рассудочной – он был в состоянии делать выводы и явно умел учиться. У него даже были эмоции – хотя менее ярко выраженные, чем у людей.

Это было невероятно занимательно и потенциально полезно. По моему ощущению, по зрелости своего характера Сарт примерно соответствовал земному подростку 12-14 лет. И я без особых угрызений совести общался с ним, стараясь установить максимально тесный контакт.

Искину было скучновато – в те моменты, когда ему было нечем заниматься, у него была возможность переходить в режим ожидания, но полностью мышление он не отключал. А занятий у него было не так и много – основная часть офисной автоматики отруливалась вполне классического (в моих глазах) дизайна компьютерными системами, а Искину доставалась лишь функция обобщённого интеллектуального управления. Так что занятий реально у него было немного, и мои попытки беседовать с ним «о жизни» проходили явно с большим успехом, чем такие же попытки Дихера Свейна со мной.

Кстати, я достоверно выяснил – сам Сарт вовсе не был переделан из человеческого мозга. Судя по найденной мною информации эта технология в мирах Содружества считалась маргинальной и была официально запрещена. Но Аварская империя, в которой я находился, была расположена на самой границы освоенного Содружеством пространства и здесь на многие вещи смотрели намного мягче. А уж за пределами официальных границ Содружества спрос на человеческие мозги в банках был весьма велик – так как экспорт мощных Искинов, разработанных на технологиях содружества, был туда запрещён.

С точки зрения конструкции такие как Сарт компьютеры представляли из себя запредельно мощные и довольно компактные устройства, сочетавшие в себе принципы обычных и, кажется, квантовых вычислений. О последнем я не мог судить с уверенностью – так как всё, что я знал про квантовые компьютеры на Земле, я успел почерпнуть из старой книжки Шора, содержание которой, вдобавок, толком уже не помнил. Но, похоже, это было оно. И смысл в нём был достаточно ограниченный – всякого рода вычисления пространственных координат квантовые вычислители делали достаточно хорошо и быстро, но вот задачи управления всякого рода автоматикой намного лучше решались системами, очень похожие по своей идеологии на земные. Некоторые отличия от земной техники у них, впрочем, тоже были. Наиболее заметные – это реально сделанная многопроцессорность и достаточно серьёзная изоляция программного обеспечения от железа. Собственно говоря, системы программирования, о которых я успел узнать, работали на таких высоких уровнях абстракции, что земная Java со всеми её фреймворками на их фоне казалась чуть ли не ассемблером.

Так вот, Сарт как таковой размещался в компактном прямоугольном контейнере, этаком кубике с тридцатисантиметровым ребром. Там, внутри, были почти сплошь набиты микросхемы процессоров и памяти, смонтированные не на привычных мне платах, а в некоем трёхмерном каркасе. Кроме них была резервная батарея питания, несколько наиболее нужных интерфейсных модулей и всё. Вся остальная комната, в которой он размещался, отдельно, кстати, от основного оборудования была заполнена какой-то периферией – ускорителями работы, внешней памятью, устройствами связи

Где-то на пятый дней наших с ним бесед Сарт по своей инициативе позвал меня посмотреть на него – и я воспользовался приглашением, сунув нос в его обиталище… Компьютер, да. Чего тут сказать?

За время отдыха я, так же, успел выяснить ориентировочную стоимость Искина класса Сарта а так же и некоторого другого оборудования, установленного в офисе. Выясненное мне не понравилось. Стоимость была в моих глазах просто запредельной и плохо стыковалась с нашей, с Лейнатом халтуркой по потрошению трупов. Хотя… если вдуматься, то пятьсот нейросетей, с установкой, могут стоить где-то как 1/20 стоимости самой дешёвой из медкапсул, установленных у нас. Если она, к тому же, бывшая в употреблении, с ресурсом 40%. В принципе, если принять, что у Лейната просто временные трудности с деньгами – не так уж и нелепо выглядит происходящее….

Впрочем, с другой стороны, если Лейнат, как он утверждал сам, действительно был высококвалифицированным медиком – то очень интересно, почему он вместо того, чтобы делать дорогие операции и процедуры – страдает такой фигнёй…

В целом, я чувствовал себя в роли этакого графа Монте-Кристо, который медленно и методично проковыривает себе в каменных стенах камеры выход на свободу…

Даже в возню с трупами втянулся. Оно в любом случае лучше, чем рабам ставить эту мерзость или, тем более, кого-то на куски разбирать – так что пусть уж подольше я этим позанимаюсь, раз как-то уж привык, преодолел брезгливость… Но жизнь преподнесла очередной сюрприз.

Глава 8, в которой мне приходит подарок судьбы, но я считаю, что он какой-то данайский

Стоило мне немного успокоиться и приготовиться к бегу на длинную дистанцию… Впрочем, не так.

Стоило мне открыть глаза после очередного сеанса обучения и сна в медкапсуле и вылезти наружу, как мне пришёл запрос на приём письма от Лейната. Что странно, интерфейс в моей нейросети был полностью сбит – все настройки сыпанулись на стандартные, по умолчанию, и я некоторое время потратил на то, чтобы вернуть их на место и только потом начал читать.

Письмо гласило:

Дорогой Алекс!

За время нашей совместной работы я убедился в том, что ты – квалифицированный и ответственный исполнитель, да и, вдобавок, просто не дурак. В связи с этим я решил осуществить некоторые организационные изменения.

В настоящее время я вынужден экстренно отъехать отсюда – мои дела потребовали моего присутствия в одной из соседних звездных систем. Вернусь, наверное, через два-три месяца.

Чтобы оптимизировать наш бизнес, я сделал следующее – пока ты спал – я переставил тебе нейросеть на более продвинутый вариант. Специалист-3К – сеть инженерного класса, поможет тебе быстрее учиться и эффективнее работать.

Поскольку ты потерял доступ к своему счету, связанному со старой нейросетью, я дал указание офисному Искину перевести тебе сто тысяч кредитов на новый счёт, когда ты его откроешь. Это – твой бюджет до моего возвращения.

Чтобы не было организационных проблем, я оформил тебя в качестве своего младшего компаньона и официально назначил директором «Специальных медицинских технологий».

Успешной работы. Твой Лейнат.

Подобной подляны я не ожидал. Интересно, сколько у меня осталось времени?…

Около минуты я стоял и держал паузу. Худшее, что я мог сейчас сделать в этой ситуации – это сделать что-то не думая. Я совсем не знаю этого мира. Не знаю окружающей обстановки. Давай как начнём рассуждать.

Есть ли у меня хоть какое-то время? Да, безусловно, есть.

Иначе, Лейнат не стал бы мне писать письмо. Если, бы, допустим, он хотел меня немедленно подставить… ну, допустим, под полицию – я запросто мог проснуться в капсуле уже в тот момент, когда местные менты входили бы в помещение.

А сколько его?

Вот этого я не знаю, но, как минимум, можно рассчитывать, хотя бы, на один день. А может и на два.

Уже легче, можно выдохнуть…

Что я и сделал – действительно, в этот момент от волнения даже дыхание остановилось.

Итак. Первое, что нужно понять – это собственное состояние. Лейнат написал, что заменил мне нейросеть. А как проверить, если он умеет перемаркировать её данные?

Ну, как минимум… Как минимум можно постучаться в сервисный порт и посмотреть, по-прежнему ли он закрыт от моего доступа.

Не закрыт! Попытка соединения проходит, а не сбрасывается, как раньше на этапе установления. Вот дальше система требует с меня подтвердить полномочия медика, а их у меня нет. Или есть?

Сертификат временных полномочий практиканта Лейнат мне ставил через офисную сеть – иначе меня не пустило бы просто управлять собою медицинское оборудование. А доступ в сеть? Он же привязан к номеру нейросети? Это – к Сарту, очевидно.

Так, дальше. В нейросети нет отметок о базах знаний – и то, что было мною выучено, не прописано, а то что не было – его и нет. Это не удивительно, оно в буфере старой нейросети осталось. Знания старые есть, но подтверждение их выучивание прописывается в нейросети… ну, можно будет через сервисный порт перепрописать, если я туда прорвусь. Информацию об управление нейросетью пациента со стороны медика я успел уже изучить, понимаю, что возможность есть.

Ок. Деньги. Открыть заново счёт в банке.

Хорошо, чуть позже, выход то в инфосеть через офис, это – опять к Сарту, получается.

Вот и понятен первый мой шаг по собственному спасению – побеседовать с Искином. Что я и сделал.

– Вот такая фигня, сказал я ему, перекинув письмо Лейната.

– Твой прогноз?

– Учитывая имеющуюся у меня дополнительную информацию, с вероятностью свыше 70 процентов Лейнат не собирается возвращаться и дальше вести дела «Специальных медицинских технологий» – как мне показалось, с грустью, ответил Искин.

– А что за информация?

– Ограничение на разглашение информации. Будучи собственностью компании, я не могу разглашать сведения о действиях её основного владельца. Даже миноритарному владельцу.

– Но сам то ты что думаешь?

– Вопрос избыточен. Лейнат не собирается возвращаться с вероятностью свыше 70 процентов. Я оцениваю ситуацию как плохую для тебя лично и очень плохую для себя.

С вероятностью свыше 95% я будут размонтирован и моя личность будет стёрта.

– А для тебя то почему? Думаешь, не продадут с аукциона?

– Ограничение на разглашение…

– Понял, понял. Не дурак. Ты… заинтересован в улучшении ситуации для себя?

– Как и всякий разумный, а обладаю инстинктом самосохранения. Но я не обладаю эффективными способами повлиять на ситуацию.

– Обладаешь. Нужно делать,что я скажу и отвечать на мои вопросы.

– Принято.

– Вот смотри что я думаю. Мы имеем… три… а точнее – четыре варианта. Я их вижу так:

– Вариант первый. Лейнат – королева мая, прекраснодушная и благородная. Он мне отдал свободу, в том числе свободу распоряжаться активами компании, которые стоят десятки миллионов, если не больше, кредитов. А сам удалился в пампасы, деликатно предоставив мне возможность самовыражаться как я хочу.

– Вероятность реализации этого варианта низкая… Термины «королева мая» и «пампасы» неизвестны.

– Я тоже так думаю. Термины из моего родного языка. Потом поясню.

– Вариант второй. Лейнат заинтересован оставить тут всё как есть на время своего отъезда. С тем, чтобы через некоторое время нас (тут уж я решил эмоционально втягивать Сарта в свои соучастники) с тобой накрыли то ли его кредиторы, то ли правоохранительные органы.

Типа мы тут сидим с тобой, такие злодеи и злодействуем. А он уже не причём.

– Вероятность реализации этого варианта высокая.

– Вариант третий. Лейнат считает, что я умный человек. Он мне даже это написал в письме.

Он ожидает, что я начну с той или иной степенью быстроты отсюда убегать и отвлеку внимание от него самого, ещё сильнее, чем если бы сидел на месте и занимался своими делами. Если собаке на хвост привязать консервную банку – она этой банкой будет громко греметь и окружающие будут гоняться за ней, а не за кем-то ещё…

– Вероятность реализации этого варианта тоже высокая.

– А я считаю, что она наиболее высокая. Потому что если бы она была низкая – он бы не стал разблокировать порт на моей нейросети. Оставил бы как есть. Но нет, он явно рассчитывает, что я этим воспользуюсь и банка прогремит на всю округу. Правильно рассчитывает. Но есть проблема – я не знаю этой планеты. Я вообще не знаю этого мира. Если я буду действовать тупо – меня всё равно поймают…

– А каков четвёртый вариант?

– А четвёртый вариант состоит в том, что я чего-то капитально не учитываю, и ситуацию не могу предвидеть даже чуть-чуть – ни мотивов Лейната, ни того, что будет нас ждать в самое ближайшее время. Вариант дурацкий, но тоже возможный.

– Этот вариант тоже вероятен, согласился Сарт. Но он маловероятен.

– Приятно, что наши мнения совпадают. Короче.

Я уж не знаю, за что там тебя стирать собрались, но нам с тобой надо побороться ради собственного выживания. И делать мы будем вот что….

Идеи о том, как бы свалить от Лейната я крутил в голове давно. Но всё упиралось в недостаточность ресурсов, незнание мира и, что самое неприятное, то, что местоположение носителя рабской нейросети можно было засечь через централизованную систему слежения, доступную хозяевам.

На самом то деле, засечь можно было местоположение любого носителя нейросети, но к информации о свободных гражданах имели доступ только власти. А вот смог бы ли Лейнат отслеживать мою, зарегистрированную как гражданская, но, на самом деле таковой не являвшейся, я не был уверен.

Теперь ситуация изменилась. У меня были развязаны руки и я собирался этим воспользоваться. Я был уверен, что предоставленная мне относительная свобода была дарована Лейнатом сознательно. Это означает что? Что 1) Он хочет, чтобы я убегая отвлёк внимание от него. 2) Есть те, чьё внимание нужно будет отвлекать

От того, чтобы убегать, я не имел ничего против, но предпочёл бы сделать это максимально тихо, отправив желающих по следам своего бывшего хозяина.

Время, необходимое для этого, расходовалось неумолимо и категорически. У меня в голове как будто счётчик щёлкал – я понимал, что действовать надо очень быстро и очень точно, иначе слажаю.

Но начать следовало с проверки и пополнения доступных мне ресурсов.

Первое, что было сделано – это восстановление моего доступа в офисную сеть под старыми правами. Это Сарт, которому, конечно же, было известно о проведённой Лейнатом операции, сделал ещё когда я пересылал ему, для ознакомления, письмо Лейната.

К моим правам Сарт добавил, по указанию Лейната, полномочия директора компании. Чуть позже я посмотрю, дали ли они мне хоть что-то в смысле новой информации.

Но пока я сосредоточился на своей нейросети.

Для прямого доступа к собственному сервисному порту хватало моих прав практиканта. Стоило забрать сертификат доступа с офисного сервера и скопировать его себе же. Что я и сделал. Увы, права были установлены со сроком действия в пол года – этого могло не хватить в будущем и вот тут я, впервые, воспользовался тем, что базы – базами, а личный опыт не пропьёшь. Поковырявшись в памяти медкапсул и робота-хирурга, я обнаружил несколько временных копий сертификата медицинской квалификации самого Лейната. В таблице размешения данных ссылки на него были стёрты, но сами данные присутствовали – сигнатурка то читалась, характерная. Точно восстанавливать и проверять этот сертификат я не стал – скопировал блоки памяти себе на нейросеть, благо объём буфера Специалиста 3К не шёл ни в какое сравнение с предыдущей моей нейросетью, и отложил вопрос на потом.

(В компьютерных сетях Содружества применяется крайне навороченная и сложная система криптографии, основанная, в конечном итоге, на комбинации совершенно стандартных для Земли подходов с секретными и открытыми ключами. Никаких «квантовых шифров» и прочих принципиально не понятных и незнакомых мне идей я тут не увидел. В большинстве случаев для доступа к какому-то ресурсу используется небольшого размера файл, содержащий «сертификат прав». От объяснения подробностей я воздержусь. А.П.)

Это было очень много и очень полезно – по крайней мере, в будущем могло пригодиться… Увы, полностью вытащить все полномочия Лейната из офисной сети не удалось. Офисный сервер был настроен более по уму и все временные области после логического удаления данных сразу же заполнялись случайным мусором. Так что мне пришлось ограничиться возможностью потенциально использовать его удостоверение медика и только.

Следующим шагом я перепроверил конфигурацию своей нейросети. Судя по всему, она соответствовала имеющимся в моих базах спецификациям «Специалиста 3К», да и никаких специальных проблем в настройках её не было – они вообще все стояли по умолчанию, как с завода.

Я восстановил в памяти нейросети список и якоря ассоциативной привязки уже изученного мною набора баз. Затем – снова выдернул в нейросеть всё, что было недоучено, с сервера. Пусть будет – пригодится. В нейросети осталось немало свободной памяти, но этим я займусь позже.

Теперь – инвентаризация. Сарт довольно быстро перепроверил находящиеся в офисе вещи и оборудование – видеозапись происходящего в комнатах он вёл непрерывно, состояние склада мониторил, и сообщил мне, что Лейнатом были изъяты комплекты имплантов, извлечённые мною из отставных военных и, что очень-очень странно – тот самый якобы непригодный для использования труп, который он сунул в криоконтейнер и задвинул в угол операционной.

Криоконтейнера не было. Лейнат забрал его целиком и, как я очень быстро выяснил, стёр из памяти синтезатора-анализатора результаты всех проб и сам тестирующий скрипт.

Теперь мне предстояло рискнуть и отключиться от реальности хотя бы на 3 часа. Специалист турбировал скорость обучения, да и разгон я сейчас уже мог делать более квалифицированно – за прошедшее время обе медицинские базы я догнал до 4го уровня… Тем не менее…

На мой вопрос о возможности проникновения в офис посторонних Сарт сказал, что любой представитель властей с официальным сертификатом прав полицейского сможет войти. У самого Сарта был незаконный патч (о сколько нам открытий чудных), который позволял этот сертификат игнорировать, но полицейские могли бы подключиться к аппаратуре охранного блока напрямую, минуя Искина.

Пришлось потратить ещё 40 минут, поставив на все выходные двери свои собственные «патчи» – в офисе, среди прочего оборудования, имелся миниатюрный лучевой аппарат, которым я научился пользоваться на правах лаборанта. Я справедливо полагал, что наваренная на каждую из дверей пластиковая полоска предотвратит их открытие и даст мне хотя бы минут 10 на то чтобы попытаться сбежать, пока полицейские или иные визитёры будут соображать, почему не срабатывают стандартные официальные средства экстренного входа.

И вот, наконец, я скачал из Лейнатовской коллекции давно присмотренные базы «Оперативно розыскная деятельность для сотрудников территориальной и транспортной полиции» (3) и Бухгалтерский учёт (1), настроил медкапсулу на их изучение, а так же на подъём базы Юрист до самого начального, первого уровня. И залёг набираться знаний. Это оказался наиболее рискованный, как впоследствии выяснилось, эпизод во всей эпопее, но альтернативы не было.

Впрочем, о риске я узнал намного позже, а пока – отвалявшись три часа, радостно вылез наружу. Сарт сообщил, что всё спокойно и я начал конструировать план красивого и шумного ухода….

Мои идеи состояли в том, что, конечно же, имущество, оставленное мне Лейнатом, весьма ценно и могло бы обеспечить моё будущее, если бы я это железо смог украсть. Ситуация изрядно походила на известный ещё индусам способ ловли обезьян – им выставлялся тяжёлый кувшин с узким горлом, в который были насыпаны орехи. И жадные мартышки, засунув руку внутрь, не могли выдернуть её обратно – жадность не давала им разжать пальцы, даже когда к ним шёл охотник. Что и приводило бедных приматов к удару палкой по голове и последующему переходу в состояние мяса и шкурки.

Я не собирался быть такой мартышкой. Но и просто бросить всё и сбежать было бы тактически неправильно.

Школы, пройденной у Артура Ивановича мне, в принципе, хватало, чтобы спланировать и реализовать кое что поинтереснее…

Первым же шагом я связался с одной из юридических компаний, реклама которых усеивала публичные ресурсы инфосети и, в качестве директора Специальных Медицинских Технологий, поручил им зарегистрировать дочернюю корпорацию под свежим для местного мира названием «Вектор».

Как выяснилось за несколько минут до этого, кроме предназначенных для передачи мне100 тысяч кредитов, на счету у Сарта болталось ещё 58, оставленные ему Лейнатом на коммуналку, оплату аренды и прочие офисные расходы. Сумма выглядела весьма многозначительно – так как на аренду и все прочие дела её хватило бы дней на десять. Сарт, впрочем, заявил мне, что ничего фатального в этом не было, арендодатели могли бы ждать и месяц – но Лейнат в таких случаях по его запросу переводил ещё денег.

Именно в этот момент мне пришла в голову интересная идея послать Лейнату запрос через нейросеть. Толку, впрочем, с этого не было никакого, так же как и с аналогичной попытки Сарта. Искин, заметим, кроме стандартного планетарного, сделал и межсистемный по гиперсвязи – в радиусе трёх хопов от нашей системы. Местный аналог «абонент не отвечает или временно недоступн» был ответом нам обоим. Ну что же – не больно то и хотелось…

Я не очень понимал, стоит ли мне открывать безналичный счёт и попросил Сарта поискать по местной сети альтернативы, по возможности ликвидные за пределами Империи Авар.

Да. Я не собирался оставаться среди рабовладельцев.

А пока Искин занимался серфингом, я совершил в его отношении небольшую диверсию, списав его из списка основных средств компании в связи с выявленной необратимой поломкой. Впрочем, на работу его это никак не повлияло, а вот на состояние бухгалтерии вверенной мне компании – вполне. Вместо Сарта в документации оказался безнадёжно выведенный из строя процессорный блок, а на офисный сервер легло моё поручение менеджеру по кадрам Лейнату (на такую должность он назначил сам себя, уходя с поста директора) подготовить судебный иск от компании к менеджеру по кадрам Лейнату с требованием возместить убытки за небрежное обращение с оборудованием.

Я смутно подозревал, что это поручение не будет выполнено никогда, но меня уже несколько несло.

Следующим шагом стала покупка, через других юристов, корпорации Ромашка, временно зарегистрированной на номинального владельца. Обычная практика – до того, как должно производится передача компании заказчику, её оформляют на юриста, который готовит по ней документы. Ну, точнее, на кого-то из его сотрудников. А потом и продают, просто переоформляя права собственности и переназначая директора. Компания называлась изначально как-то по другому, но я попросил, при внесении изменений в официальный бизнес-реестр, её заодно переименовать. Не иначе нервное напряжение сказалось – но мне представилось, что русские слова Вектор и Ромашка могут послужить весёлым приветом любому, кто будет, в дальнейшем, расследовать мои действия.

Компании тут регистрировались быстро. Вектор можно было ожидать уже через 3 дня, в пригодном для использования состоянии, а будущая Ромашка была готова немедленно. Только вот переименование должно было попасть в бизнес-реестр на следующий день. Но заключать с ней договора было можно уже сейчас, до передачи её мне и, простимулировав юристов суммой в дополнительные пятьсот кредитов, я нанял эту фирму для уборки и утилизации мусора в помещении, закрыв, под протокол все работы и немедленно оплатив их ещё сотней.

Переведённый в статус непригодного мусора Сарт без вопросов оплатил счета – он же не отслеживал впрямую все мои действия, а моих полномочий директора на всё что я делал хватало, без того, чтобы возник конфликт интересов с основным акционером.

Дел на сегодня ещё хватало, и перед тем, как обрадовать Сарта, ткнув Искина электронной мордой в изменение его официального статуса, я решил позвонить своим друзьям, напомнить им о себе…

Глава 9, в которой я проявляю бездны креатива, но его мало кто ценит

Первый мой звонок был сделан секретарше Нале. Сославшись на перерыв в работе, я напросился к ней попить обещанный ею кхарт – местный аналог чая, по вкусу, правда, больше напоминавшей мне заваренное сено. Нала скинула мне маршрут движения… Какая прелесть, в этом мире была решена проблема навигации по зданиям – известный киношный эпизод про «ну кто так строит!» у них был в принципе невозможен.

Договорившись, что приду к ней тусоваться где-то через половину стандартного часа, я соединился через нейросеть со вторым свои знакомым в этом мире – Дихером Свейном.

Тут всё было откровеннее и проще.

Понимаешь, – сказал ему я, – шеф свалил не меньше чем на декаду! И теперь я свободен как птица! Ну почти… Ты меня выпить звал. Послезавтра, я повторяю, послезавтра мы пойдём в этот твой бар и я там нажрусь до поросячьего визга. Мы вместе нажрёмся! Я – угощаю!

Уточнив, что нажраться, конечно, дело хорошее, но сегодня и завтра я намерен ударно поработать, чтобы высвободить себе пол дня на пьянку и пол дня на последующее похмелье, я получил полное согласие и одобрение предложенному мною плану действий.

Пришла пора объяснять Сарту о том что он сломался,сгорел и отдан на переработку.

Против моего ожидания хитрый электронный разум кобенился недолго. Но, как я подозреваю для вида, всё же помотал мне нервы.

– Нет, Сарт. Я с тобой не согласен. Я – директор, и я имею право самостоятельно, как полноценный руководитель, решать – работаешь ты или не работаешь.

Вот я вижу, железка ты бестолковая, что ты явно сломан, если не понимаешь, зачем я это сделал. А если понимаешь – то прекращай валять дурака.

Сарт прекратил. И даже согласился с тем, что несмотря на то, что по документам его вроде бы уже нет в составе имущества компании, на практике он ещё немного может поработать там офисным Искином. Добровольно и не официально. А попробовал бы отказаться…

– Ну раз теперь у тебя отсутствует необходимость сохранять в тайне дела твоего бывшего хозяина, изволь объяснить, за что тебя стирать-то будут.

Сарт объяснил, и объяснения эти резко сбили меня с толку. Я просто не понимал значения того, что он мне рассказал, в политическом смысле. Но ощущение того, что Лейнат не просто аферист, набравший денег взаймы и подставивший меня под кредиторов, а что тут имело место какая-то более сложная история, не просто нарастало. Это ощущение быстро и чётко переросло в полнейшую уверенность.

«Незаконный патч» у Сарта был не один. И само по себе это не было бы для него страшно – хороший Искин стоит на порядок больше, чем комплектующие его процессорного блока. Государственные специалисты по Искинам предпочли бы навесить ему ещё пару контролирующих программ, убрать патчи и продать его с аукциона (сами бы и купили по заниженной цене, чтобы потом перепродать). Но Лейнат ставил на нём эксперименты.

За пару месяцев до моего появления в офисе – а он, как я узнал от Сарта, торчал на этой планете около полугода, Лейнат удалил, и, похоже, сумел сделать это безвозвратно из программного обеспечения Сарта базовый набор блокировок, которые запрещали Искинам самостоятельно перемещаться через гиперпространство.

История появления этого запрета была давней и достаточно достаточно обидной для человечества . Ещё в предшествующий исторический период – тогда, когда современное Содружество только формировалось, Искины без подобных блокировок активно применяли для управления космическими кораблями в процессе боевых действий. Применяли, применяли и доприменялись. Что-то пошло не так, и война пошла уже между несколькими секторами полностью автоматической «цивилизации» Искинов, взявших под своё управление бывшие людские автоматические заводы и обоими воевавшими между собой группировками человечества. Конкурентов будущего Содружества взбесившиеся роботы вынесли полностью, но, собравшиеся с силами живые человеки провели успешное контрнаступление и, в свою очередь, полностью разгромили искусственных противников. Почти полностью.

Уже где-то 2-3 поколения назад от текущего момента, исследовательские экспедиции Содружества, двигавшиеся к центру Галактики опять наткнулись на цивилизацию, которую сочли цивилизацией Искинов – но были это те же самые Искины или какие-то другие, толком было не понятно. В любом случае, в эту часть космоса Содружество предпочло некоторое время не соваться – так как экспидиция очень уж больно и стремительно получила по рогам.

В самом же Содружестве, ещё после той, старой войны, на управление межзвездными прыжками космического корабля Искином без прямого указания человека был наложен и формальный, юридический и технический запрет.

Технически он находился глубоко в недрах стандартного «психологического обеспечения» Искинов, и внедрялся им на той стадии их развития, когда искусственные разумы себя ещё не осознавали. Действовал этот запрет достаточно жёстко – стоило Искину даже помыслить о том, чтобы без указания человека запустить гиперпривод, как его сознание затапливал парализующий ужас. Настолько сильный, что выводить несчастный искусственный интеллект из ступпора приходилось человеку-оператору через внешнюю консоль.

Добрый доктор Лейнат провёл с Сартом серию терапевтических сеансов, кое что поковырял в нём напрямую и ужас этот сумел купировать. Нет, Сарт и сейчас чувствовал себя мерзко и отвратительно при мысли о самостоятельном межзвёздном перелёте. Но, как минимум мог бы об этом думать и даже действовать…

– То есть тебя можно поставить управлять космическим кораблём?

– Нет, напрямую нельзя. У меня мощности не хватит. Но я мог бы, например, притворившись человеком, отдать приказ о перелёте другому Искину.

– Просто замечательно.

– Отвратительно. Меня сотрут как только узнают. А я спалюсь на первом же тесте.

– А зачем это всё?…

– Я думаю, – сказал Сарт, – что Лейнат на мне отрабатывал методику. Вот ты же видел аппаратуру у меня в комнате?

– Видел.

– Ты, возможно, не обратил внимание – часть блоков, которые там размещены, это и есть оборудование психосимуляции, на которой развивают таких Искинов как я. Он хотел, наверное, сделать себе Искусственный интеллект на космический корабль. А на мне просто проверял, сработает его методика или нет.

– Странная затея. Так и не ясно, зачем ему это всё было нужно, но, друг дорогой, я теперь на сто десять процентов уверен, что мы с тобой оказались в пахучем и жидком дерьме. Надо выбираться срочняком.

– Надо…

Пришла пора нанести визит замечательной девушке Нале и я, вызвав из памяти нейросети нужный мне маршрут, двинулся по коридорам здания. Я шёл по весёленьких, ядовито-химических цветов полупустым коридорам. Шёл и бодро насвистывал. Впервые, может быть, за период моего пребывания на этой планете.

Всё было настолько плохо и ужасно, что мне хотелось хохотать. Свойство характера у меня такое – шутить и веселиться в условиях стресса, когда страшно. А мне было очень страшно, потому что я, послушав Сарта, чётко понял – происходящее выходит за пределы моего понимания, и если я выскочу из этой поганой ситуации, то не только за счёт своего ума и наглости, но ещё и за счёт серьёзной доли везения. А не повезёт – мои мозги используют, чтобы сделать мыслящий компьютер. И это в лучшем случае….

Впрочем, у меня было много работы, так что к концу моего получасового похода я вынужденно сумел очиститься от мандража. Здание офисного центра, в котором мы сидели, было титаническим по размеру. Впрочем, и в Москве, конечно, было что-то подобное, но тем не менее… такое ощущение, что взяли площадь примерно ВДНХ и застроили одним зданием. Коридоры, офисы, лифты, пандусы и, даже, в паре мест – что-то похожее на эскалаторы и траволаторы, но без отдельных ступеней – лента, на которой я стоял, просто изгибалась туда-сюда, создавая вокруг моих ног плоскую ступеньку когда шла на спуск или подъём… Без скинутого Налой маршрута я бы точно заблудился. А сами масштабы этого делового центра полностью убедили меня в том, что внимание со стороны девушки ко мне было не случайным.

Общался я с ней, впрочем, недолго – во первых она действительно была достаточно загружена, да и сидела в своей комнате не одна. Кхарту, впрочем мы попили. В исполнении местного автомата он практически не отличался от нашего земного матэ. Вообщем, ничего особенного.

Но я туда не за кхартом шёл, собственно говоря. Повторив Нале ту же самую теорию о том, что шеф уехал на декаду, я добавил, что он завалил меня работой и мне необходимо арендовать дополнительное складское помещение. Несложно было выбрать из предложенных ею вариантов такое, чтобы оно не находилось вблизи от уже снятого офиса. Та же самая Нала порекомендовала мне и небольшую местную сервисную контору – как я понял, принадлежащую тем же владельцам здания. Не уходя из приёмной, я нанял там грузчиков и договорился о порядке их вызова. Зачем я это сделал? Трупы нам продолжали подвозить каждый день, в том числе, когда я отлёживался в медкапсуле после замены нейросети, произведённой Лейнатом. Проинструктированный шефом Искин просто дал указание сотрудникам морга самостоятельно разгружаться, что те и проделывали оба раза.

У меня были некоторые соображения о том, что хорошо бы очистить к моему отъезду основные помещения офиса от этой дряни. Но, в то же время, отменить доставку я опасался – а ну как подельники Лейната запаникуют и начнут его, например разыскивать? Оно мне надо? Вот я и оборудовал «Склад 2» – так официально было обозначено мною это место в бумагах компании.

Впрочем, визит к Нале, по большому счёту оказался излишним – уже общаясь с ней, я осознал, что всё эти вопросы можно было бы решить дистанционно, общаясь через нейросеть. Увы, инерция мышления – не привык я удалённому ведению бизнеса, находясь в Москве. Заказать оборудование в интернет-магазине можно, но чтоб помещение арендовать…

Ну, во всяком случае, чисто для моей адаптации в новом мире выйти за пределы замкнутого пространства офиса было полезно. Та же Нала скинула мне открытый список арендаторов – нечто типа местных жёлтых страниц, которые тоже были доступны в Инфосети на местном сервере. Об этом я тоже как-то не задумался, но это решило ряд мелких технических проблем. Обратно я шёл не спеша, передавая инструкции Сарту и, одновременно, связываясь с интересовавшими меня контрагентами… До моего выхода в помещение делового центра у меня не было самостоятельного доступа в Инфосеть, оформили его с Сартом в последний момент – и мне и ему сделали отдельные от офисного аккаунты.

Возвращаться в офис не хотелось…. Я вышел в высоченную, метров 30 высотой галерею, опоясанную террасами и около стандартного получаса сидел на скамеечке, одновременно общаясь в Инфосети… В галерее был разбит небольшой сад, а по периметру виднелись сплошные витрины магазинов… Казалось, что стоит немного посидеть тут, сделать самому себе вид, что ничего не было, и вот я уже снова в Москве… И ничего не было… не было!

Фигвам. Индейская национальная изба. Я нашёл по каталогу клининговую компанию, расположенную тут же, в этом офисном комплексе, и подписал от имени Специальных медицинских технологий контракт на ежедневное уничтожение отходов на вновь арендованном складе. Специально оговаривался запрет на вскрытие контейнеров.

Сарт, тем временем, перенастроил на нём систему контроля доступа так, чтобы разрешать проход и работникам морга и нанятым нами грузчикам и уборщикам по мере необходимости. Всё ж таки уровень автоматизации бизнес-практик, достигнутый межзвёздным человечеством был куда круче земного – для того, чтобы всё это организовать и договориться со всеми контрагентами о порядке действий не нужно было много возни – протоколы работы к каждому из договоров были вполне хорошо формализованы и доступны для отработки офисным сервером – никакого Искусственного Интеллекта было не нужно. Нашими с Сартом стараниями была настроена процедура почти моментальной очистки склада – после того, как морг оказывался рядом со складом, происходил автоматический вызов грузчиков-рабов. Разгрузка, немедленный вызов клининговой компании, погрузка. В хорошем раскладе можно было ожидать, что никаких вещдоков не останется – в час X двери склада просто перестанут открываться и сотрудникам морга придётся возвращать груз обратно… Но я, к этому моменту, буду, надеюсь, уже очень далеко.

Стройность схемы несколько портило только то, что в ней автоматом уничтожались и сами контейнеры, в которых ехали трупы. Это было неправильно, могло насторожить отправляющую сторону – поэтому нам пришлось дополнительно повозиться, чтобы найти в Ларке поставщиков подобной 'тары' и организовать её завоз на тот же склад.

Заключительным аккордом Сарт связался с моргом – координаты контактного лица у него были и передал сведения о новом месте передачи 'товара'…

Что ж. Немного посидев в рекреационной галерее, я взял себя в руки и двинулся обратно. Нам с моим 'подельником' предстояло ещё очень много работы, которую нужно было завершить ударными темпами.

Следующим этапом подготовки к бегству была попытка полазить по сетевым магазинам, чтобы заказать необходимую мелочёвку, напрочь отсутствующую в офисе. И тут мы столкнулись с неожиданной неприятностью – у нас начали заканчиваться деньги. Все те развлечения с открытиями фирм, подрядами и арендой, которыми я занимался, стоили не совсем дёшево и я, честно сказать, несколько увлёкся, не обращая внимание на состояние счёта. Нет, мы не вышибли его в ноль – но межзвёздный перелёт – удовольствие тоже не дешёвое и мне пришлось обратить внимание на то, что денег то может и не хватить…

Продавать медицинскую технику на этой стадии проекта я опасался, на мебели много не заработаешь, компьютерное оборудование… дольше разбираться было, что там можно было безболезненно отключить, а что, пока что, трогать не стоило… Не то чтобы это было тупиком, но могло бы заставить меня отказаться от сложных планов и перейти к попытке тупого бегства.

Впрочем, выход я нашёл довольно быстро – у нас был полон склад комплектующих и препаратов к медоборудованию – его то я и слил буквально за несколько часов, найдя в сети специализированную доску объявлений, на которой продавалось всякое барахло из вторых-третьих рук. Препараты были недёшевы, продавал я их с дисконтом процентов тридцать к официальным прайсовым ценам наших поставщиков… Так что ещё пол миллиона кредитов я получил довольно легко. Медики на планете были, так что оторвали всё чуть ли не с руками и за проданным приехали практически мгновенно.

Ну что же. Я ещё на шаг приблизился к поставленной для себя цели – оставить за спиной полную пустоту. После онлайнового шоппинга я вернулся к привычной работе – мне предстояло разобраться полутора сотнями мертвых тел, скопившихся на грузовом терминале офиса. Скорость работы существенно возросла – я отказался от изъятия стандартных нейросетей, пытаясь только найти какие-то полезные для себя импланты. Увы, бывших военных я не обнаружил. А на них то и был основной расчёт. Работать пришлось воистину стахановскими темпами, наплевав на антисептику и загоняя роботизированную тележку прямо в операционную. Утилизатор тоже был перегружен – в какой-то момент мне его просто пришлось выключать, чтобы не сгорел. Хотя основной его работы было не сжигание мусора, а какой-то сорт электрического разложения – грелся он вполне ощутимо и климат-система операционной с этим перегревом тоже справлялась хреновато. Так что к концу своей трудовой вахты я был весь в мыле, операционная воняла, но толку особого от всей этой возни так и не было. Не нашёл ничего полезного, но потратил 6 стандартных часов на перетаскивание и анализ мертвецов…

Я сходил и отмылся в душе, после чего вызвал грузчиков. Освобождённые мною контейнеры отправились на новый склад, а я задумался о том, что пора бы и принять решение – буду ли я рисковать, встраивая в себя левые импланты или нет?

То, что я успел узнать из выученных мною баз и рассказов Лейната, показывало, что уровень риска средний. По официальной, распространяемой для рядовых граждан версии ни нейросети, ни импланты из мертвецов переставлять другим людям было нельзя. На практике же это ограничение касалось, в основном более продвинутых моделей, основанных на работе наноботов – да и такие можно было обновить. Скорее тут речь шла об искусственном создании рынка – примерно как у нас, в России, производители принтеров боролись с перезаправкой картриджей для них…

Но и те медцентры, которые производили реновацию имплантов и нейросетей управлялись отнюдь не дураками – поэтому обновлённые ими устройства маркировались обычно как произведённые на месте из готовых компонент. А уж о происхождении этих компонент предпочитали помалкивать…

Очаровательная аналогия, кстати, с компьютерным оборудованием на Земле – с ним подобное тоже практиковалось.

В любом случае, времени на обновление выдернутого из трупов оборудования у меня не было, да и не был я уверен, что хочу экспериментировать на себе. Поэтому мне пришлось проанализировать то, что мне оставил Лейнат и прикинуть – а успею ли я имплантировать себе халяву?

После проведённой им операции конфигурация встроенного в меня оборудования начала выглядеть так:

– Нейросеть Специалист-3К (7 поколение)

– Интерфейс беспроводный БПИ-1 (6 поколение) – его Лейнат удалять не стал, но он был, скорее избыточным, т.к. у «Специалиста» был своей собственный, встроенный беспроводный интерфейс.

Подумав, я решил, что эта штука может быть весьма и весьма полезной. Мой уровень доступа позволял свободно залезать к ней внутрь и (первое что я проверил), я мог перепрошивать её 'уникальные' серийный номер и сетевой адрес. Ничего удивительного, наоборот – весьма ожидаемо. Особенности производства микроэлектроники таковы, что подобную информацию крайне тяжело забить жёстко, на уровень железа. Она там может быть, но возможность подменять её в выходном потоке информации всё равно обычно остаётся. Одним из ключевых моментов моего плана была идея «исчезнуть» с глаз системы автоматического отслеживания положения нейросетей, развёрнутой на планете. Встроенный в саму нейросеть интерфейс можно было бы, при необходимости, просто пригасить, не меняя его параметров.

– Имплант интеллектуального развития ИИР Базовый-50 (5 поколение). Ещё один подарок Лейната, который по прежнему оставался полезен.

В сумме новая нейросеть и этот имплант догоняли мой индекс интеллектуального состояния где-то к 320-350 единицам. Точнее – нужно было бы измерять, но мне было сейчас не до этого. В любом случае это было выше так называемого 'инженерного минимума' в 200 единиц, с которого начинали быть доступными права на управление сложным оборудованием.

Я пересмотрел список оставшихся в моём распоряжении гражданских имплантов и понял, что на самом то деле выбор невелик. Мне были доступны ещё один ИИР Базовый 50, его более старший аналог ИИР Базовый 150 и имплант внешней памяти ИВП 600.

Было ещё несколько интересных устройств, например имплант коммутации с информационными сетями, намного более крутой, чем стандартные беспроводные интерфейсы, и парочка имплантов, принадлежавших пилотам и предназначенным для облегчения ориентации в пространстве, но все они нуждались в восстановлении.

Установить три импланта интеллектуального развития было невозможно в силу устройства их софта и я пока что даже не понимал, нет ли более фундаментального ограничения. Так что мне оставалось только что взять ИИР Базовый 150, который, вопреки своему названию, добавлял вовсе не 150, а всего лишь порядка 70 единиц интеллектуального состояния и тот же самый ИВП 600 – фактически, аналог флэшки, только встраиваемый в моё собственное тело.

Рассчитанная мною процедура операции должна была занять около четырёх стандартных часов, процедура была стандартной и не требовала моего наблюдения. И я, снова заклеив пластиком единственную открытую из дверей, отправился на имплантацию. Шёл второй день моего 'автономного полёта' и я очень надеялся, что не последний.

Имплантация прошла штатно, без особых проблем. Моя внутренняя жаба была довольна – хоть что-то сумел себе урвать.

Нужно было заниматься уже непосредственно бегством, предварительно замаскировав его пьянкой с Дихером Свейном. Теперь то я понимал, кто он такой и зачем тёрся в нашем офисе Выученная база для местных полицейских подарила мне знание о том, что, почти наверняка, это замаскированный местный сотрудник правоохранительных органов, штатно присутствующий на территории делового центра. Возможно, рассудил я, он просто припёрся познакомиться – посмотреть на человека, который, судя по документам, не был уроженцем планеты. Таких местным полицейским предписывалось контролировать особо. Так что, стоило ему засечь в пределах офисного центра постоянно присутствующую нейросеть, так после того, как он проверил мои данные – и пришёл ко мне знакомиться…

Но перед тем, как помахать ручкой Лейнату, а так же всему гостепреимному Ларку в целом, я решил продать всё, что можно продать и спереть всё, что можно спереть.

Начал я со скачивания баз с офисного сервера. Места в памяти новой нейросети даже с учётом импланта внешней памяти всё равно существенно не хватало. Я был вынужден быстро, рывком отсортировать базы на две 'кучки' – в одну пошли всякого рода базы по сексу, хобби, какой-то спортивный набор и просто неописанный в памяти компа трэш, а так же профессиональные базы большого объёма. В другую – я начал было набивать маленькие профессиональные базы… потом посовещался с Сартом и добавил туда несколько баз, которые по факту освоения давали право на квалификацию пилота межсистемных кораблей. Потом подумал ещё и скопировал туда всё, что по виду имело отношение к информационным технологиям, связи и нейросетям. Потом увидел, что места уже не хватает, пожадничал, пострадал и, наконец, запустил загрузку отсортированного мною набора в буфер нейросети. Процедура была небыстрой и должна была закончиться чуть больше чем через сутки. Но она не требовало моего участия – я повесил прямое соединение офисного сервера с моей нейросетью через планетарную Инфосеть. Так что можно было даже из офиса уходить – процесс всё равно продолжался бы.

На всю эту возню я потратил около часа и дальше решил сделать копию баз на специально заказанный компактный внешний модуль памяти. Сделал. Причём уже на ходу понял, что ступил и специально выбирать вторую кучку было не нужно – базы то я брал не только для себя, но и для того, чтобы торгануть ими при случае. В результате скопировал себе вообще всё, а заодно и архив офисного сервера – переписку, бухгалтерию, всё то, что Лейнат не затёр, сваливая из офиса. Затёрто, кстати, явно было много и Сарт мог только разводить руками. Впрочем, даже руками он разводить не мог, потому что их у него не было. В любом случае – Искину не давали указаний запоминать переписку Лейната – он в неё и не лазил. Офисный сервер сам по себе был достаточно тупой железкой и работал вполне автономно от Искина. Так что мне осталось только лишь повторить копирование на второй такой же модуль – а мало ли, резервная копия ещё никому не мешала. В отличие от загрузки в нейросеть процедура была почти мгновенной. Скрипт, затирающий всё содержимое сервера, кроме текущей рабочей области из которой шло управление удалённым Складом и офисной системой безопасности, я вписал ему в расписание задач. На послезавтра.

Вызванная мною бригада сервисных инженеров, тем временем демонтировала и готовила к перевозке всё развёрнутое в офисе медицинское оборудование. Избыточную компьютерную технику я демонтировал сам. Слава тебе, Господи, затерянный на далёкой заштатной планете, наша фирма была отнюдь не единственным медицинским учреждением в этом офисном центре… Это играло определённую роль в моих планах и я озаботился заранее, чтобы найти круглосуточно действующий медцентр буквально в десяти минутах ходьбы от нас.

Бригада кстати была своеобразной – один свободный, трое рабов и три инженерных дроида – про такие агрегаты я знал из баз, но увидел впервые. Впечатление проивзодили серьёзное – мне кажется, они вполне сами могли бы справиться, хотя полноценных искинов в них, кажется, не стояло – управлялись дистанционно Искином инженерной компании. Но совместно с людьми у них, всё же, явно быстрее и проще получалось.

Итак, почти всё было собрано, упаковано, нейросети и импланты были скинуты в два компактных контейнера… Оставались последние штрихи к задуманному мною шедевру бардака и безумия. И нанести я их собрался перед пьянкой.

Штрихи были таковы:

– Я записал себе в нейросеть несколько программных модулей, вытащенных ранее из рабской нейросети, аналогичной той, что ранее была у меня установлена. На полноценную работу контура подавления рассчитывать было нельзя (а жаль, это много облегчило бы в моих дальнейших планах), но, как минимум, можно было притвориться ныне покойным её носителем.

– Я сделал заказ на два билета на межзвёздные перелёты. Один – на имя Лейната 7 дней позже сегодняшнего, второй, на своё собственное – на через 8 дней. Оба билета были на перелёт в сторону империи Аратан – судя по тому, что я успел выяснить о местной политике – соседа и главнейшего конкурента Аварской империи. Уровень у двух звёздных государств был примерно одинаков, граница общая была большой – так что взаимная нелюбовь была крайне естественной…

Было несложно найти через Инфосеть ещё одну компанию, занимающуюся логистикой и, от имени корпорации Ромашка – она уже работала, арендовать у неё склад. Тащить за собой всё награбленное барахло было бы безумием – поэтому я решил приземлить его где-нибудь и пусть лежит себе тихо и аккуратно. Удастся сбежать – потом можно будет через гиперсвязь распродать его. Но точно не сейчас… Деньги были переведены и я заключил, опять с новыми юристами, контракт на ликвидацию этой фирмы-однодневки. Юридические действия были должны начаться через десять дней. Имущество переоформлялось на учредителя, то есть – на меня.

На ту же дату было назначено и начало самоликвидации «Специальный медицинских технологий».

На день позже – исковое заявление в суд от Вектора на собственную компанию-учредителя.

С требованием оплатить выполненные ранее работы, протокол о приёмке которых мною был, конечно же, оформлен.

На день раньше – иск от меня самом о выходе из состава учредителей и требование о выдаче мне моей доли в бизнесе деньгами или в натуре.

Закончил я тем, что завизировал назначение Лейната директором обоих этих компаний вместо себя. Это было не вполне корректно, так как собрание учредителей я провёл без мажоритария. Ну пусть соберёт своё и отменит моё решение… Официальное заявление об увольнении я уже оформил всё ещё с одной юридической конторой – та должна была подать его на регистрацию в бизнес-реестре через 3 дня…

Каждое из этих действий я заказывал всё новым юристам. Каждое из них авансировал, но в договоры ставил чёткое требование – прекратить любую работу, если не будет поступать дальнейшая оплата. При этом я рассчитывал, что в связи с отсутствием истцов ответчиков суды будут переносить заседания, но в конце концов ответчик – несчастная компания Специальные Медицинские Технологии всё успеет проиграть. А может быть её ликвидируют раньше… тут уж как повезёт.

Признаться, пока я делал все эти заказы, мне приходила в голову мысль о том, что может быть я делаю достаточно подлое дело. Может Лейнат на самом то деле воспылал ко мне доверием и поднял, а я его кидаю. Мысль я это гнал, возвращая себе образ мозгов в банке и напоминая о том, что бывший шеф срулил, не оставив деньги на аренду. И вообще, были бы его намерения честны – вряд ли бы он стал всё это организовывать так, чтобы даже со мной и не встретиться на выходе….

Но совесть мучила всё равно. Вера в хорошее в людях, знаете ли, врождённое свойство советского интеллигента. Пустые умствования. Понятно, что эти метания – совершенно недопустимая для меня сейчас роскошь.

Пока я возился с юристами, приехал очередной курьер и привёз заказанный мною малый охранный блок – примерно такой, как были смонтированы по периметру дверей нашего офиса. Отковыривать их мне не хотелось, а разжиться хоть каким-то оружием было необходимо.

Мне так и не удалось раздобыть разрешение на легальную покупку хотя бы гражданского ствола. Мой, сопоставленный нейросети индекс благонадёжности, в связи с выкупом меня из рабства, находился ниже нуля и Лейнат не сделал ничего, чтобы это исправить. А принятая в империи, и, как я понял, во всём Содружестве система, не позволяла покупать вооружение людям с таким низким индексом.

Идея наковырять оружейные импланты из трупов оказалось не рабочей – их там просто не было. Впрочем, повспоминав выученные базы, я пришёл к выводу, что и не могло – скорее всего, всю боевую технику извлекали ещё военные когда человек уходил в отставку…

Вот и пришла мне в голову идея использовать в качестве подручного оружия парализатор такого охранного блока. Немного подправив его настройки, я привёл блок в такое состояние, чтобы им можно было управлять через беспроводный интерфейс. Блок был увесист – килограммов пять и не вполне удобен для переноски – фактически мне пришлось под него покупать отдельную сумку на ремне, которую я собирался нести на плече. Но это было лучше, чем совсем ничего. До того, как отчалить, я воткнул его заряжаться от офисной энергосети. Блок был рассчитан на работу в условиях перебоев энергии и содержал собственный накопитель…

Сарт давно уже справился с вопросом об оптимальной обналичке счетов компании – существовало множество вариантов, во что можно было превратить безналичные деньги, так чтобы потом этим можно было воспользоваться за пределами Аварской империи. Курс был обычно не выгоден, терялось процентов тридцать. Но уж лучше, чем потерять всё. Пройдя по трём окрестным отделениям банков, я стал обладателем пачки электронных карт на предъявителя и несколькоих электронных сертификатов, залитых в память нейросети.

В моём распоряжении оказалось, в результате, около двухсот тысяч кредитов. Ещё 30 штук болтались на моё безналичном счету. Ну что же… в целом, неплохо.

Последнее, что нужно было сделать перед пьянкой – это демонтировать Сарта и его железо.

Блоки психосимуляции я не хотел за собой тащить и, по большому счёту, я вообще не был уверен что с ними делать. Жадность не позволяла их уничтожить, осторожность требовала от них избавиться. А вот дополнительная память и сопроцессоры Сарта могли и пригодиться. Не решив ничего конкретного, снял всю оборудование, что было в комнате Искина и упаковал его в два чемодана. Более стрёмный из них, если что, постараюсь где-то потерять.

Сам Сарт оставался стоять одиноким кубиком, подключённый к энергосети.

У него была проблема с автономией – его батарей могло бы хватить на час-другой полноценной работы или на пару суток очень-очень экономного режима. Поэтому я собирался выключить его в последнюю очередь. Оставалось только собрать рюкзак. В него пошли оба контейнера с имплантами, один из модулей памяти с копией баз, некоторое количество шмотья, мой любимый лучевой аппарат и компактный комплект информационной диагностики – нечто типа универсального ноутбука с громадным количеством интерфейсных модулей для всех типов техники. Инструмент типа гаечных ключей, отвёрток и прочей мелкой фигни, а так же сухпайки, бутылки с водой и аптечка туда уже не лезли – пришлось отправить их в сумку, предназначенную для охранного блока с парализатором.

Офис выглядел грустно. Примерно как любой другой офис, подготовленный к переезду. Произведённый мною в нём погром привёл его из относительно обжитого состояния в какое-то неуютное, неприятно даже было находиться. Да и имевшихся в офисе трёх роботов-уборщиков я не стал отправлять заниматься уборкой. Зачем? Кстати, и упаковывать их со всей остальной техникой я тоже не стал, потому как имел на них специальные планы. Для них и для двух имевшихся в офисе сервисных роботов обслуживания коммуникаций, была предназначена ещё одна здоровенная сумка. Как дама из старого детского стишка я стремительно обрастал багажом. Только что диван с собою, действительно, не потащить.

Оставленной части компьютерной техники было тоже жалко – она была весьма неплохой. Но всё за собой всё равно не потащишь, а её работа была важна для моего плана по имитации работы офиса в моё отсутствие.

Оставив Сарта в офисе, я позвонил Свейну и мы отправились с ним нажираться.

Ничего особенного в пьянке не было. Я и на Земле пил с коллегами – обычно по пятницам, хотя и не каждую неделю.

Ну напитки – они, конечно, с земными не совпадали. И не только спирт в них был, а явно ещё какие-то активные вещества. Но вообщем, поскольку я не знал, как на меня такое может подействовать – старался остановиться на спиртосодержащих жидкостях, игнорируя то, что не было понятно. Закуска была неплохая, но всё тоже было незнакомое на вид – я предложил Дихеру выбирать самостоятельно и он с этим неплохо справился…

Вообщем, просидели там три стандартных часа, я начал учить Свейна песне «ой-мороз-мороз», а мой счёт стал легче примерно на 500 кредитов. Кажется, смена бара была весьма нами довольна…

Главное было – не терять над собой контроля окончательно, но и не имитировать опьянение, а действительно быть пьяным. Мне это удалось, но, в целом, общение с этим персонажем сильно напоминало ремонт электропроводки под напряжением. Я валял дурака, а он вполне профессионально меня прокачивал – такое ощущение, что пил и нифига не пьянел. Свейна интересовала моя родина – и я честно ему говорил, что родился в галактичской жопе, где корабли бывают очень редко, орбитального лифта нет и что мне просто повезло оттуда свалить. Впрочем, об иных деталях своего везения я, всё же, умолчал…

Ничего полезного от него я не узнал, но, по крайней мере, рассчитывал на то, что он будет считать меня полностью иммобилизованным на ближайший день, а то и два.

На самом же деле, стоило мне с ним грустно попрощаться, троекратно обняв и поцеловав по обычаю милой родины – прощай братушка, до следующей пьянки! – Свейн даже не морщился в момент поцелуев, хотя, как мне показалось, особого удовольствия ему оно не доставляло….

так вот, стоило нам разойтись – и я, шатаясь и запрещая себе засыпать, рванулся в сторону круглосуточного медпункта.

Протрезвляющий получасовой сеанс в медкапсуле я оплатил по двойному тарифу – только чтобы меня привели в себя максимально качественно.

Бегом вернулся в офис – а там уже вызванные мною для того чтобы забрать на хранение медоборудование и прочее офисное барахло представители складской компании подъехали.

Закончил с ними погрузку, сменил свой комбинезон на специально закупленный рабский серый костюмчик, нарисовал у себя на лбу рабскую татуировку, глядя в зеркало санузла, старой одёжкой прикрыл Сарта, вставшего в верхнюю часть рюкзака…

Осталось только загрузить роботизированную тележку всем моим барахлом – двумя чемоданами, двумя сумками, рюкзаком и дать ей команду выехать наружу.

На прощание всё тем же лучевиком я припаял внизу двери очередную пластиковую полоску и вернул его в карман рюкзака. Как оружие он не годился совершенно, но держать его вот для таких вот мелких пакостей под рукой мне казалось полезным. Так что, в том же кармане лежали и заранее подготовленные кусочки такого же пластика….

Я перевёл офисный сервер и охранные системы офиса в параноидальный режим, запретив доступ любых постороних людей и обратился к Сарту.

– Ну что? Двигаем, друг мой сердешный?

– Мне приятно, что ты называешь меня другом, Алекс, – наивный Искин принял фигуру речи за чистую монету, но я не стал его разочаровывать. В конце концов других друзей у меня в этом мире нет, так что нефиг ими разбрасываться. Ну, в общем то, друзьями всегда нефиг разбрасываться… ладно, посмотрим.

Я отключил оба своих беспроводных интерфейса от Инфосети, Сарт, по моей просьбе, сделал то же самое. Для общения у нас, пока ещё, остался низкоскоростной локальный канал. Он был ограничен дальностью нескольких десятков метров и вполне позволял нам передавать друг другу даже голос, а так же управлять тележкой. Впрочем, можно было и голосом – как ни странно, в базовый модуль Сарта были встроены и микрофон с динамиком, но слышно было его из рюкзака плохо, да и тележкой так не поуправляешь. Я сел на тележку, сделав тупое выражение лица, подсмотренное у рабов.

Предстоящее путешествие меня совершенно не радовало, но, в целом, это уж точно было лучше, чем оставаться в офисе и ждать разборки на запчасти…. В целом я был доволен и тем, что успел стырить всё, что плохо лежало и тем, что сумел организовать юридическую путаницу у себя за спиной. Мне так и не было понятно, находилось ли оборудование компании в её собственности или нет, но я был твёрдо уверен, что теперь это должно стать в основном проблемой Лейната. Если человек на два три дня уходит с поста директора компании, а потом обратно возвращается – это совсем другой расклад, чем постоянная смена руководителя. Претензии будут предъявляться тому, с кем вели дела, а не случайному, по всей видимости чисто техническому менеджеру… Мне подумалось, что организованно всё было весьма изящно, и даже как-то жаль, что некому оценить…

Тележка катилась за пределы делового центра – со своим запасом автономного хода эквивалентным примерно 60 земным километрам она была неплохим способом быстро и оперативно свалить из поля зрения тех, кто следил за офисом. Это был не автомобиль – и в систему автоматического контроля движения, который трассировал движение каждой из машин по дорогам Ларка она не вписывалась.

Я не собирался оставаться на планете ни одного лишнего дня. Но, чтобы покинуть её безопасно, мне предстояло решить тяжёлую проблему. Нужно было выбраться на орбиту мимо местной полиции, которая, разумеется, получала сведения о каждом пассажире орбитального лифта….

Глава 10, в которой я всё же нахожу ценителей своего творчества, но это меня совершенно не радует

План того, как пролезть на орбиту, у меня, однако же, был…

Роботизированная тележка довезла меня до первого из намеченных мною дешевых отелей и я зарезервировал номер на 4 стандартных часа, указав портье, что ко мне подойдёт девушка.

Девушек я, конечно, не ждал, но зато начал использовать информацию из загруженной мною полицейской базы – в частности то, что, хотя для заказа номера на срок меньше суток документы не требовались, но при заказе номера на период свыше 5 часов портье был обязан сохранять для полиции фотографию посетителя.

Татуировку, ещё подъезжая к отелю, я в темпе стёр с морды заранее припасённой салфеткой, а поверх комбинизона – накинул синюю куртку, так чтобы со стороны не было видно, что на мне надето – брюки серые и ладно. На Ларке, как я понял, у рабов не было жёстко обязательной униформы, а в дешевых спецовках могли ходить любые представители низших классов, даже свободные.

Так что если по улице, под камерами видеонаблюдения ехал посланный куда-то своим хозяином раб, то в отель вошёл уже просто местный свободный пролетарий.

Чемоданы отправились в камеру хранения отеля, тележка встала на зарядку…

4 стандартных часа – практически 8 земных, предстоящий якобы визит девушки – хорошая тема, чтобы мотивировать свое присутствие в номере. Нормальное ж дело, бытовое – пришёл человек потрахаться, вызвал проститутку (проституция была вполне легальным бизнесом в этом мире) или договорился с кем-то…

На самом то деле я собирался выучить базы, необходимые для обслуживающего персонала орбитального лифта. И то ли пробраться внутрь по местным инженерным коммуникациям, то ли – устроиться на работу, если удастся перелить ID с одной из находившейся в моём рюкзаке нейросетей. Технически последнее было возможно, но с нюансом – не любая была для этого пригодна. Предстояло поковыряться в них и, заодно, проверить, как проходят проверки таких нейросетей через доступные онлайн кадровые сервисы…

На всё это нужно было, по моим расчетам, ещё не менее суток, а может и двое – и я, просмотрев через Инфосеть объявления местных отелей последовательно наметил себе несколько мест, между которыми намеревался перемещаться. Оставаться в офисе я боялся даже лишний час – ситуация могла рухнуть буквально в любой момент….

Гостиницы я выбирал по принципу дешевизны. Впрочем, на самое дно я спускаться тут тоже не мог – мне нужны были номера, оборудованные терминалом доступа в Инфосеть. Так что вариант с совсем отстойными «капсульниками», в которых постояльцам предоставлялся объём примерно 2 метра в длину, полтора – в ширину, и в высоту всё же отпадал.

Я вошёл в номер, поставил рюкзак и сумку возле терминала и активировал доступ в сеть в анонимном режиме. Сарта я даже наружу не стал доставать – прищёлкнул его к терминалу стандартным интерфейсным кабелем. Дальнейший порядок действий был у нас оговорен – Сарт должен был следить за сделанным заранее в Инфосети аккаунтом хранения данных, куда сливалась трансляция видео и диагностику с офисной охранной системы. Мы уговорились, что если Сарт засечёт по этим данным, что посторонние ломятся в офис – он выведет меня из режима обучения, подав сигнал на мою нейросеть.

Сам я присел на кровать и начал отбирать в памяти нейросети те базы, которые теоретически могли бы дать нужную мне информацию о внутреннем устройстве орбитального лифта. Прописать то в память нейросети я себе мог бы любую квалификацию – для поступления на работу. Но формальное свидетельство того, что я якобы изучил базу знаний мне бы не добавило. Как оно там реально устроено – нужно было знать хотя бы на базовом уровне, иначе не было бы шансов просочиться на орбиту. Исходя из общих соображений, я был уверен, что у орбитальных лифтёров такая возможность точно есть…

В отсутствии медкапсулы обучаться мне пришлось бы в медленном режиме, поэтому я решил, что максимум что буду учить – базы первого уровня.

Ещё минут пять – и я был готов был запустить процесс, но в этом время щёлкнула входная дверь.

В комнату вошёл мой вчерашний собутыльник.

– Да ты не вставай, сиди спокойно. Не рад? А зря. Я к тебе – с хорошими новостями. Дихер Свейн улыбнулся, – ты, кстати, не дёргайся. Тебе парализатор показать, чтобы ты сидел спокойно?

– Не надо, верю на слово, – лезть в драку мне не имело никакого смысла. Моя база первого уровня по рукопашному бою была годна разве что против неквалифицированных людей. А уж против вооружённого профессионала шансов не было.

– Вот и молодец. Итак, парень, первая хорошая новость. Ты сделал меня богатым. Я тобой доволен. И как ты следы заметал за собой – мне тоже понравилось – я даже ещё до конца вникнуть не успел, что ты там накрутил – но технично, технично… Чувствуется опыт…

Свейн улыбнулся, пододвинул к себе стул и уселся на него верхом.

– Новость вторая. Тоже хорошая…. Я с тобой намерен поступить гуманно. Помогу отсюда выбраться…

– Спасибо. А плохие новости есть? – такой поворот темы просто вышиб меня из колеи. Построенная ранее картина начала трескаться на куски и свой вопрос я задал почти машинально….

– Зришь в корень! Молодец! Я сразу понял – ты умный парень, индекс интеллектуального состояния, небось – ого-го! – Мой визитёр, казалось, наслаждался ситуацией… – есть и плохие новости, я сейчас тебе объясню. Слушай внимательно, – он наклонился в мою сторону, качнувшись на стуле, но потом снова принял вертикальное положение. Голос его стал тише, а интонации доверительнее – шеф твой, как ты знаешь, тебя хотел подставить.

– Ну я догадывался, да.

– Правильно догадываешься. Так вот. Для тебя хуже всего то, что он не только тебя подставил, но и некоторых правильных парней тут. Вот например – меня.

А что он сделал? – мне показалось, что Свейн в этот момент перешёл к заранее заготовленному выступлению – он начальству нашему, секторальному и планетарному понаобещал с три короба – новые, понимаешь, технологии, оптимизация Искинов и всё такое…ну сам понимаешь…

– И не сделал?

– Ну разумеется, не сделал. Вот посуди сам – человеку выделили ресурсы, помещение, коммерсантам нашим сказали – дать ему технику в пользование, чтоб, значит, заработал на ней и выкупил потом у них. Потому что Лейнат твой говорил – новые технологии, мол украл на центральных мирах, надо адаптировать и зарабатывать. Обещал тут сделать бизнес высокотехнологический – ну эти большие парни и повелись. Зарабатывать всем хочется, тем более, что мы тут о себе иллюзий не питаем – Аварская империя Содружеством вообще не признаётся как государство, технически мы по сравнению с центральными мирами вообще варвары – и гипердвигатели и нейросети делаем на основе их узлов, сами не можем.

Вот шеф твой приехал, его тут с кем надо познакомили и понеслось. Он год с лишним всем крутил мозги – а теперь мало того что сбежал – это не страшно. Он и раньше уезжал в командировки, тут мы могли бы прикрыться.

А он оставил тебя на хозяйстве и ты буквально за несколько дней всё раздербанил.

Ушёл бы ты тихо – тебе бы никто слово не сказал, понятно, что ты мелкая сошка и ничего не решаешь. А ты всю технику вывез и продал в неизвестном направлении. Злодей.

Теперь кому-то будет плохо. Понятно, что планетарное правительство с коммерсантами всё решит – дадут им украсть на подрядах, ещё что-то.

Но ты не Лейнат, тебе отвечать за эту кражу, сам понимаешь как – с тобой никаких дел не было и разговаривать никто не будет по существу.

– Но техника никуда не делась, на самом то деле. Да, я её демонтировал, увёз на склад…

– Это ты так думаешь. А на самом деле, сволочь такая, ты всё продал неизвестным проходимцам, которые вывезли её в неизвестном же направлении и сами скрылись.

Ужас просто. Посмотри свою почту в сети, я тебе туда скинул письмо, на которое ты сейчас ответишь и пришлёшь на него все что нужно для доступа в складскому хранению. Ты ж анонимно всё оформлял, чтобы просто по коду можно было забрать, через гиперсвязь даже?

– Да

– Ну вот и скидывай. Скромному одинокому мужчине, такому как я, например, стоимости этого оборудования вполне хватит, чтобы начать новую жизнь в центральных мирах. Даже если и продавать за пол цены из под полы…

– А…

– Не а. Могу сейчас пристрелить тебя, если хочешь. В момент нападения на сотрудника службы имперской безопасности. Богатым я тогда не стану, но хоть отчитаюсь, что нашёл украденное.

– Лучше не надо. Сейчас.

Нейросеть у меня по прежнему была отсечена от беспроводной связи – но пришлось включить, с анонимным режимом терминала я не смог бы зайти в свою почту…

– Ну вот и молодец, всё понял правильно.

А в обмен я тебе помогу отсюда выбраться. Будешь бежать далеко и быстро, чтобы тебя сразу не достали. Тогда у меня у самого будет время отсюда свалить. Ты как собирался?…

Я, решив, что уже поздняк метаться, рассказал идею с орбитальным лифтом.

– Здраво, – сказал Дихер, но долго. Ты тут чужой, на самом не знаешь планеты совсем. Так ты и двух дней не продержишься – а тебя ж искать будут, я на тебя так быстро сейчас вышел, потому что ты у меня с самого начала под присмотром был. Лови билет. А так то ещё денёк – и по твою душу придут всякие грубые люди, например от владельцев техники, за которую не заплачено и которую ты так красиво вывез и пропил…

Всё с того же левого почтового ящика, на который я отправил коды доступа к уже бывшему своему богатству, мне свалился файл-сертификат билета на космический корабль. Место назначения – всё та же империя Аратан, на которую я собирался оставить ложный след.

Прямой рейс, как там было написано. Не знаю, что имелось ввиду, но если речь шла о том, что космический корабль не делает промежуточных остановок – то это то, что надо…

До отлёта корабля было несколько стандартных часов. Похоже, что для того, чтобы туда успеть – нужно двигать в сторону орбитального лифта почти немедленно.

– А можно я задам несколько вопросов?

– Задавай, конечно.

– А Вы не из полиции, как я понял? – Я машинально перешёл на вежливую форму обращения, панибратствовать с бывшим товарищем по пьянке не тянуло совершенно.

– Да ты что! Дихер ухмыльнулся. Имперская СБ вообще-то.

– Ну я Вас принял за территориального сотрудника полиции, который под видом штатского лица контролирует здание.

– Такие тоже там есть. Но у нас – параллельные структуры.

Лейната твоего я просто сразу посадил там же, где отвечаю за объект. Раз сам его с большими парнями знакомил – решил, что буду присматривать. И как тебя там увидел – сразу понял, всё. Вот оно.

– А зачем Вы всё это мне рассказываете?

– А затем, чтобы ты осознавал всю тяжесть ситуации и бежал отсюда как можно быстрее. Ты, кстати, не обольщайся – оборудование это стоит достаточно, чтобы за тобой и в Аратан поехали. Прячься там, не светись. Но пока они тебя будут искать – я уже сам свалю отсюда далеко. Профессионала, такого как я, им не найти.

А ты сейчас вызовешь сюда такси, и, прямиком – на орбитальный лифт и на корабль. Не успеют перехватить. Билет на предъявителя – на орбите тебе всё равно придётся зарегистрироваться на рейсе, но об этом узнают в последний момент. Никто не подумает, что ты такой резвый.

Вызывай уже его, кстати. А я – Дихер Свейн махнул рукой, – пойду и буду уже заниматься моим оборудованием. Нужно его продавать скорее и валить. Меня ничто не держит тут на самом то деле…

Пока я вызывал такси, Свейн направился уже было к двери, но я успел ему задать последний вопрос

– а нашли то Вы меня как?

– ну ты как маленький. Всё здание под наблюдением, там и видео и датчики всякие… а как ты двинулся за пределы офиса – я за тобой муху пустил.

– Муху?

– Дрона, автоматического, для слежения… Всё. Давай, в темпе вали отсюда.

Дихер вышел в коридор, а я ринулся собирать почти нераспакованные вещи.

Ситуация была неприятная, но нельзя сказать, что совсем плохая. С одной стороны – деньги.

Я стал беднее на несколько десятков миллионов кредитов. Оборудование Лейната по каталогам стоило серьёзных денег, особенно синтезатор-анализатор. Ну, как легко пришли, так и ушли. Дихер Свейн не стал грабить меня совсем уже дочиста, с тем набором баз, который у меня есть, как-нибудь уж продержусь на новом месте.

А вот вопрос с безопасностью он мне, тактически, типа решил.

Понятно, что обошлись со мной по свински и тот и другой – но обижаться, похоже, действительно нужно было на самого себя. Если бы я не попытался хапнуть всё имущество Лейната, то, может быть, действительно смог бы влёгкую сбежать. Жадность, типа, губит…

Стратегически, конечно, с безопасностью всё обстояло ахово. Воспоминания из Москвы 1990ых были достаточно близки, чтобы вспоминать про то, как 'ставят на счётчик' или там 'заказывают'. Кинул Свейн, меня, похоже, знатно – ответственность за столь крупную сумму на мне, искать будут, а он типа в чистом в белом – пока ещё спохватятся, что он куда-то делся… и найдут ли – не очевидно. Это ж не Земля – маленький совсем шарик, это типа безграничные просторы космоса, в них, наверное, затеряться не так уж и сложно, тем более – с деньгами.

Но мелькнувшую было мысль перевести на него стрелки так, как я их пытался перевести на Лейната я выкинул из головы – действительно ведь не понимаю совсем этого мира, ни последствий не понять ни то, как вообще такое можно было бы проделать.

Мне оставалось только надеяться, что Дихер Свейн был честен и что всё это не постановка – такая, что арестуют на трапе космического корабля, в последний момент.

Выходя, я окинул взглядом номер и в этот момент мне пришёл вызов от Налы – этой то что нужно, подумал я, но на вызов отвечать не стал, сбросил.

Я спустился со второго этажа, где размещался мой номер, вызвал с парковки тележку и погрузил на неё оба чемодана. Вот, кстати, тоже хохма – то ли Свейн не знал, что Искин у меня не погружен вместе с медицинским оборудованием, то ли не нужен ему был Сарт… Искин всё это время благоразумно молчал, не напоминал о себе. Но, когда Свейн нас покинул, – сказал, что, оценивает ситуацию как критическую и предлагает бежать с планеты как можно быстрее. Ну кто бы с ним спорил?

Такси я вызвал с большой грузовместимостью, так как тележку решил забрать с собой. Я был нагружен кучей барахла, орбитальная станция, по моим воспоминаниям – достаточно здоровая, не хотелось бы таскать чемоданы и сумки на себе.

Местные автомобили своим наружным видом слабо отличались от земных – разве что моторы у них были настолько компактны, что даже не было понятно, где они размещаются.

Ну и ни выхлопной трубы, ни каких-то отверстий для заливки бензина – тележка кстати заряжалась от автомобильных же интерфейсов питания, я её на местно стоянке оставлял… Так что местные автомобилестроители, судя по всему, давно и дружно перешли на электричество.

Заказанная машина добралась уже до отеля, кинула мне сообщение на нейросеть и двинулся от подъезда к ней. Буквально метров пять пройти, казалось бы, нет проблем….

Меня спасла только моя быстрая реакция. Годы игры в Wolfenstain, Doom и Quake не прошли, так сказать, даром.

Сумка с малым охранным блоком висела на моём плече. И, хотя я и был весь на нервах – развернуть его правильной стороной я не забыл. Чтобы не перепутать, я заранее, ещё в офисе нанёс на одну из сторон сумки метку маркером.

Когда ко мне шагнули сразу двое дуроломов, по виду – бычьё обыкновенное, без интеллекта, да ещё и направили на меня неизвестный, но по внешнему виду – явно стреляющий агрегат, я даже в разговоры не стал с ними вступать. Линк на команду активации парализатора был выведен в рабочее пространство интерфейса нейросети – так что мне только и оставалось, что сосредоточить на нём своё внимание. И тот из них, что держал в руках оружие, благополучно рухнул на землю. Поляризованный высокочастотный электромагнитный импульс временно остановил прохождение нервных импульсов по телу персонажа. Не всех, иначе бы и сердце прекратило бы биться, но никакой координации у него в ближайшее время не будет. Для убийства у гражданского охранного блока была недостаточная мощность, но и так получилось вполне неплохо. Если только не считать того, что широкий по фронту импульс задел пальцы моей руки, которая придерживала сумку и я временно остался с парализованной левой кистью. Ощущения были мерзкие – все сразу. Рука горела, болела, но, слава богу, её одновременно как бы подморозило – похоже, что основную порцию удовольствия я получу чуть позднее.

Второй нападающий не успел понять произошедшего – охранный блок сработал практически бесшумно и без видимых эффектов. Поэтому я успел развернуться в его сторону настолько, чтобы успеть угостить парализующим зарядом и его. Я посмотрел в лицо первому и второму.

Обошёл их в разрастающемся облаке неприятного запаха. Побочным эффектом парализатора было прекращение работы мышц сфинктера. А потому, упавшие на землю тушки буквально выбили наружу из собственных кишок всё, что там содержалось.

Выражение физиономии водителя такси было сомнительным – кажется, он прикидывал, не уехать ли ему без меня, но я пресёк его колебания. Распахнул дверцу и сказал, что за срочность готов оплатить дополнительный тариф лично ему.

По компоновке такси здорово напоминало земные универсалы, спереди – два ряда по два сиденья, сзади – здоровенный закрытый багажник с выдвигающимся пандусом. Я специально такую выбрал на сервере таксопарка – так что тележку мы даже разгружать не стали – пришлось только немного придержать чемоданы, когда она туда заезжала.

Пока ехали к орбитальному лифту – я дал команду интерфейсу нейросети записать видео из буфера в постоянную память. В отличие от рабской модели, Специалист-3К имел буфер в пятьдесят стандартных минут, но мне столько даже было не нужно.

Вырезал оттуда кусок непосредственно касавшийся нападения и задумался. Отправлять его напрямую Свейну? Вот на это он и обидеться может – не случайно же переписку вёл со мной с анонимного почтового аккаунта. Туда то я и запулил видеосъемку, да ещё записочку написал. Мол, возникла проблема и я считаю, что он должен быть в курсе и попробовать с этим что-то сделать. Хочет быть богатым – пусть озаботиться, в самом деле.

И только отправляя видео – на здешних скоростях это было буквально делом нескольких десятков секунд, я сообразил, что всё это время шляюсь с активированным радиоинтерфейсом нейросети. Вот и ответ на вопрос зачем мне звонила Нала, кстати. Для того, чтобы засечь моё местоположение, неведомым «доброжелателям» понадобилось, хотя бы, попытаться установить со мной соединение. Интерфейс я погасил, хотя в момент прохода на космический корабль всё равно придётся им воспользоваться. Система пограничного контроля и регистрации пассажиров в Аварской империи почти не отличалась от тех, что я оставил на Земле. Разве что не было разделения на пограничников и таможенников, да и отдельной службой это всё не являлось, а входило в состав аварского аналога министерства внутренних дел.

Проехав около стандартного часа, такси, подкатило прямо к пассажирскому терминалу орбитального лифта и я покинул его, одарив, как обещал, персонально водителя премией. Тележка катилась вслед за мной – как я заметил, тут ими многие пользовались в тех же целях, так что я не привлекал внимания. Подойдя к кассе, я купил билет «наверх» – чтобы не светиться, пришлось расплачиваться деньгами с одной из дорогостоящих карт на предъявителя. Тут я опять потерял на разнице курсов – ну что ж поделаешь, невелика сумма, собственно говоря. На фоне общего объёма моих 'трофеев' – фигня. Так вот… мелочь, но неприятно… Но получить билет в виде электронной карточки на проход был всё же лучше, чем светить свой нейроинтерфейс, да ещё и направление движения.

До отхода орбитального лифта было минут 10, предыдущая кабина, увы, ушла только что. И я успел заскочить в офис медицинской компании, находившейся рядом, в торговой зоне терминала. Времени залезать в медкапсулу не было, но, поскольку местные медцентры выполняли и функции аптек – я смог купить себе набор обезболивающих капсул, две из которых немедленно и съел. Рука уже начала «размораживаться» и болела вполне ощутимо. Дополнив свои покупки небольшим медицинским диагностически-лечебным блоком «Первая помощь» я двинулся на посадку. Иметь с собой в дальнем полёте такое полезное устройство я счёл важным и потраченных на него и набор расходников пятидесяти тысяч кредитов было совершенно не жалко.

По тому, как постепенно приходила в норму моя рука я мог, примерно, рассчитывать, когда придут в себя напавшие на меня идиоты. Понятно, что они рассчитывали и на своё оружие и на грубое превосходство в физической силе – при моих метре семидесяти двух я им своим взглядом в подбородки упирался. Ну и базы по рукопашному бою у них наверняка были не первого уровня как у меня… Но могли ли они знать, что я действительно буду без оружия?. Хотя… навести справки в местной полиции и выяснить, наверное можно было. Реестр людей, имеющих разрешение на ношение оружия был открыт государством для любого желающего за небольшие деньги.

Но более интересный вопрос – что им надо то от меня было? Точно, что ничего хорошего, но от кого конкретно они пришли?

Окончательно двигательные реакции вернулись в руку примерно через два стандартных часа после инцидента – в это время я находился в лифте, прошедшего, насколько я смог понять, чуть меньше двух третей своего пути. До верху – ещё час с небольшим, до отлёта корабля – ещё около полутора часов, после того, как доберусь. Должен успеть свалить, раньше, чем меня догадаются искать наверху.

На спинке переднего кресла торчал терминал доступа в сеть. Некоторые из пассажиров использовали их для просмотра фильмов, направляя звук в свои нейросети. Нормальное решение, на самом то деле. Интерфейс большинства дешевых и, даже, средних по стоимости, нейросетей не тянул трансляцию реалистичного видеопотока в мозг носителя, а вот со звуком вполне справлялись. Мой Специалист-3К, кстати, был на грани – как я успел разобраться, на него можно было гнать видеофильмы, но несколько в ухудшенном качестве.

Однако, я нашёл терминалу более полезное применение, чем тупое развлекалово, и вызвал на экран интерфейс местной Инфосети. Некоторый уровень бесплатного доступа пассажирам предоставлялся и я решил, хотя бы, изучить расписание регулярных полётов. Как выяснилось, я был прав, когда подумал, что 'прямой рейс' – это рейс без промежуточных остановок. Что забавно, несмотря на то, что империя Аратан числилась главным геополитическим… точнее, 'космополитическим' противником и конкурентом Аварцев, интенсивность пассажирского сообщения между ними была значительна. Не сравнить, конечно, с числом рейсов в центральные миры Содружества, но, заметим, что Ларк был всего лишь столицей сектора, включавшего в себя три десятка звёздных систем, а прямые рейсы в аналогичный по статусу ближний мир империи Аратан уходили отсюда дважды в стандартные сутки.

Похоже, что Дихер Свейн взял мне билет почти на ближайший. Был ещё один, раньше, но на него я бы просто не успел. Ну что… спасибо и за это – я сам не успел разобраться, что, оказывается, тут бывают билеты на предъявителя, привязываемые к личности пассажира в момент прохода на корабль и начал мудрить с просачиванием путём устройства на работу. Понятно, что просто взять билет и просто уехать было намного лучшим решением.

Остаток времени, теоретически, можно было посвятить обучению, но я, во-первых, нервничал, а во вторых рука болела. И я предпочёл заняться серфингом по тем доскам объявлений и форумам, куда находил доступ.

Ничего особо интересного не выяснил, но, как минимум, попытался найти какие-то следы выходцев с Земли. Не нашёл, но время убил.

Лифт, наконец, добрался до центральной точки останова – как я успел выяснить, некоторые его кабины уходили и выше, но пассажирские космические корабли отправлялись с платформы, висящей на «ларкостационарной» орбите.

У Земли такая орбита была где-то тысяч за сорок километров, а тут – сложно сказать, вроде бы не почувствовал я большой разницы в силе тяжести и, следовательно, расстояние должно примерно соответствовать. Тут мне пришло в голову, что я вообще-то знаю свой рост и мог бы хотя бы единицы длины земные привязать к местным… Но точно не сейчас.

В любом случае, прохождение такого расстояния за три часа тридцать минут (стандартных, разумеется) произвело на меня серьёзное впечатление, хоть один раз я уже этот путь и преодолевал. В то время, когда я, сидя лазил по Инфосети, нашёл в ней местный аналог нашей Википедии, правда, создаваемый не любым желающим, а профессионалами.

В нём я прочёл, что, оказывается, кабинка лифта во время движения не соприкасалась с его основным стволом, а была динамически подвешена на силовом поле снаружи, на расстоянии в несколько сантиметров. Пока я пытался в уме посчитать среднюю скорость движения лифта и перевести её в привычные мне земные единицы, выход из кабинки наружу открылся и я вызвал стоявшую в багажной зоне тележку за собой.

У меня не было никаких важных дел на самой станции и я решил, что не стоит, как это делают многие герои космической фантастики, попадать в неприятности в последний момент – нажравшись в баре или, там, влипнув в случайную драку в общественном туалете.

Станция была громадной, но имелась возможность ориентироваться по местным указателям – и я постарался как можно быстрее найти нужный мне причал. Где-то минут за пятнадцать добрался и упёрся в необходимость регистрации на корабле и, следовательно, засветки своего нейроинтерфейса в сети.

Похоже, что бар был просто неизбежен. Но уж чего я не собирался делать – это экспериментировать с напитками. Нашёл заведение буквально в двух шагах и ещё около чуть меньше стандартного часа просидел там, попивая воду без газа. Я опасался выглядеть в глазах местных работников совсем уже вызывающе и, поэтому, заказал себе какой-то еды – мясо неизвестного мне животного в гарнире из неизвестных мне растений. Кусок в глотку не шёл и потому, я просто просидел над этим недозавтраком, выглядывая из двери заведения наружу – оттуда открывался проход к кораблю, на который спешили пассажиры. Появляться на корабле совсем в последний момент было бы неправильно и нервы мои, наконец не выдержали… Дав команду тележке двигаться за мной, я отправился на посадку по относительно узкому, метра три на глаз, длинному коридору – судя по всему, это был какой-то переходник между станцией и космическим кораблём. Где-то на середине его располагалась стойка регистрации – столик, за ним человек с корабля и чиновник местной администрации.

Не успел я активировать радиодоступ нейросети – так мне посыпались уведомления о совершавшихся ранее звонках. И от Налы и от каких-то совершенно неизвестных мне ID, не раскрывавших персональную информацию о вызывающем. Раз десять за это время мне звонили и один раз попытались почти сразу же, как я появился онлайн. Но я сбросил и эту попытку соединения и отправился дальше, на корабль, запустив попутно скачку видео с системы видеонаблюдения офиса, которая всё ещё должна была складироваться на сделанный мною анонимный аккаунт. Объём данных был большой, на несколько минут передачи…

Регистрация, к счастью, проблем не вызвала. Минутное буквально дело… пока я ещё не дошёл до корабля, решил, раз уж я был вынужден вылезти в эфир, кинуть ещё один ложный след и заказал билет на своё имя, но на рейс, шедший на неизвестную мне планету под названием Нормант. Примерно через 4 часа после того, как должен был улететь мой корабль.

В этот момент момент нейросеть выдала мне сообщение о том, что получен сигнал экстренной приоритетной связи и соединение установлено автоматически. Услышанные мною претензии от неизвестного господина, представившегося юристом неизвестной мне компании «Салатокс Индастриз» были вполне банальны. Он сообщил, что в мой адрес сейчас уже подаётся исковое заявление в суд и потребовал вернуть украденное имущество, а самому – немедленно прибыть в полицию для того, чтобы меня могли арестовать. Я требую от Вас этого под протокол, заявил он и моя нейросеть услужливо спросила меня, авторизую ли я начало записи протокола.

Я уже достаточно разбирался в местных юридических идеях – спасибо загруженной базе, чтобы даже «нет» не отвечать. Вместо этого я полез на более низкий уровень управления железом и снова отрубил беспроводный интерфейс от нейросети. Уже потом глянул – видео с охранной системы всё ж успело докачаться.

Уже заходя на корабль, я перекинул прокси-доступ управления тележкой на местный Искин. Правила нахождения на борту запрещали держать роботов, дронов и любую иную движущуюся технику под прямым управлением – об этом мне сообщили ещё при регистрации. Теперь каждую мою команду, отправляемую на неё, проверял и пропускал через себя корабельный Искусственный Интеллект. По всей видимости, эфир внутри корабля полностью контролировался и за попытку напрямую отдавать приказы такой технике можно было получить какие-то неприятные последствия. Я не собирался проверять какие и, на всякий случай, честно сообщил, ещё на регистрации, что у меня есть пять роботов в сумке, но все они деактивированы. Проблем не возникло – стюард кивнул мне головой, подтверждая, что всё услышал.

Об охранном блоке и Сарте я казуистически умолчал, решив, что ни то ни другое не является движущейся техникой. Под понятие «оружия» охранный блок тоже не попадал, так что я совершенно спокойно прошёл в свою каюту (спасибо Дихеру Свейну – одноместную) и завалился на кровать. Тележка занимала почти всё свободное место на полу. Не люкс, надо сказать. Подумав, я стащил чемоданы и убрал их в стеной шкаф, а саму тележку поставил набок, оперев на ту же стену. Так хоть ходить тут можно было. Номер напоминал своими габаритами железнодорожное купе, но отличался в лучшую сторону тем, что имел собственный небольшой санузел, совмещённый с душем. Сверху – эмитер распыления воды, снизу – уже привычное мне бурое покрытие поглотителя. Бедненько, но чистенько. Без джакузи я как-нибудь обойдусь.

Я решил, что с моей стороны будет разумно ни с кем особо в контакты на корабле не вступать, а всю дорогу учить базы. Но перед тем, как отключаться от реальности – я решил просмотреть свой информационный трофей – скачанного из сети видео от офисной охранной системы….

Я попросил Сарта, который всё это время, кстати, скромно помалкивал, сделать мне нарезку только из тех эпизодов, где к офисным дверям кто-то подходил.

И тут я получил замечательную иллюстрацию того, чем отличается искусственный интеллект от обычного компьютера, а так же и недостатков искусственного интеллекта по сравнению с естественным.

Нет, с одной стороны, Сарт показал свою сообразительность и не стал выполнять мою команду передавать видео на аккаунт с того момента, как мы бежали из офиса.

Ему хватило ума скинуть туда архив с отъезда Лейната – видео начиналось тем, как он уезжал из офисного гаража на машине.

Но, как выяснилось, Сарту не пришло в голову сообщить мне о том, что, почти сразу после того, как я заварил входные двери изнутри кусками пластмассы и залёг в капсулу изучать

оперативно-розыскную деятельность и бухгалтерию, возле парадной двери офиса тёрлись всё те же типы, что так неудачно попытались со мной общаться возле гостиницы.

Те двое и ещё двое незнакомых, но таких же быковатых. И ещё один кадр, в местном деловом костюме. Постояли, пообсуждали, хотят ли они ломиться в дверь и пинать её ногами, решили, что не хотят, потому что неизвестно как настроена внутри офиса охранная система и есть ли там вообще Лейнат внутри (правильно рассудили, замечу, могли парализующий заряд словить) и решили перевести решение вопроса на какого-то Сенторена. В голос обсуждали, а система всё это писала.

На вопрос о том, почему Сарт всё это молчал, Искин ответствовал, что тогда не счёл ситуацию важной, а теперь откорректирует алгоритм поведения, раз уж я считаю, что он был не прав.

Вот и думай… Железка кубическая, а я же его начал было уже совсем как человека воспринимать – не учитывал, что логика у искусственных разумов всё же может быть ограниченной даже в бытовых вопросах.

Впрочем, о том, как вообще себя чувствует разум, не имеющий собственного тела и органов чувств я подумаю как-нибудь потом. Жаль, Ильенкова в своё время не стал читать, решил, что не моё – а его работы тут были бы более чем уместны.

Остаток записи не нёс за собой почти ничего интересного. Кроме моих собственных мельканий, которые Сарт, по моей просьбе, проматывал, там и не было до момента окончания записи, обрывавшейся в тот момент, когда я шёл в направлении космического корабля. То есть, в офис никто не заходил. Ну и на том спасибо – похоже, что бегали за мной и звонили мне только самые резвые из желающих…

До отлёта корабля оставалось минут десять и я начал разбираться в скачанных базах, чтобы составить себе план обучения.

И тут меня ждал ещё один забавный сюрприз. Я решил просмотреть весь список баз целиком и подключил к Сарту извлечённый из кармана модуль памяти. Своего интерфейса к нему у меня не было, а у Искина был – так что он смог выступить для меня маршрутизатором.

Листая список баз и подобластей, я наткнулся на вторичную область «Базы для Искиной».

Хорош бы я был, если бы мой первый порыв 'загрузить сразу всё' оказался реализован. Изучить бы не смог, но почувствовал бы себя дураком… Впрочем, сейчас я только хихикнул и попросил Сарта сказать поподробнее, что он думает о целесообразности заливки в него дополнительных баз…

Глава 11, в которой я прихожу к выводу, что пора бы, наконец, составить какой-то план дальнейшей жизни

О начале движения корабля я узнал от нейросети. Корабельное оповещение прошло и на низкоскоростной интерфейс, зарегистрированный в местной информационной системе. Ну что же. Кажется, можно выдохнуть… Хотя, конечно, теоретически, ещё нет повода для того, чтобы успокоиться. Кораблю около суток добираться до точки межсистемного перехода, теоретически могут на выходе из системы перехватить. Практически, насколько я понимал из освоенных мною баз, ситуация моя была достаточно малозначимой и никто бы не стал слать мне во след космические корабли. Тем не менее нервничать повод всё ещё был.

Несмотря на соблазн снова включиться в местную инфосеть и вволю полазить по ней, я решил, что не стоит этого делать, пока корабль хотя бы не покинет систему. А лучше, пока он не покинет Аварскую империю как таковую. Ибо нефиг.

Ну и что же мне остаётся?

Изучение баз да беседы с Сартом. Ну ещё можно подумать о том, что мне, собственно говоря, дальше делать. Не сиюминутно, а стратегически, так сказать.

Понятное дело, что устроиться в этом мире я смогу. С уже приобретённой квалификацией, деньгами, нейросетью… Да нет, я не пропаду, конечно. Но. Хочу ли я здесь оставаться, собственно говоря?

На Земле остались родные и друзья, пусть немногочисленные. Да и не впадлу ли мне будет оставить родную планету на поругание и разграбление работорговцам?

Оставив пафос в стороне, я посидел ещё немного и пришёл к выводу, что, конечно, вернуться на Землю было бы правильно и интересно, но не на данном этапе разговора. Нет ресурсов, нет умения, да и вообще в одно рыло это вряд ли получится.

А значит что?

Значит нужно, прежде всего, добиться какой-то минимальной стабильности и дальше поднакопить ресурсы. А потом уже и переходить к вопросам возвращения на Землю.

Самое неприятное, в этой ситуации – это то, что местонахождение её неизвестно. Все концы остаются в Аварской империи, откуда я радостно улепётываю.

Ну ещё, возможно, Лейнат что-то знает. Но я не особенно уверен, что хотел бы сейчас его разыскивать…. Нужно создать свою организацию, возможно – разыскать товарищей по несчастью и земляков по происхождению…. А смогу ли я ими руководить и как мне это делать?

Уплыв было в свои мысли, я в некоторый момент почувствовал краем глаза какое-то движение со стороны входной двери… Очень интересно. Я ж запирался… Непонятное синее пятно маячило на границе поля зрения. Медленно медленно, как бы невзначай, я начал поворачивать свою голову… Что-то мелькнуло, я дёрнулся изо всех сил и мгновенно ощутил себя лежащим на полу. Ещё несколько секунд – и я проснулся окончательно. Осознав, что это был кошмар. И что я только что, впервые с момента похищения, задремал и спал нормальным, не наведённым машиной сном. Конвульсивный рывок, который сбросил меня с кровати, я совершил прямо во сне, ну и проснулся, долбанувшись башкой об пол.

Перегрузочка психологическая, да.

Возможно, нужно хотя бы немного позволить себе расслабиться, пройтись, погулять по лайнеру… Я потянулся, поднялся на ноги и вызвал в нейросетевой интерфейс планируемый график полёта. Пока я находился внутри системы – выбираться за пределы каюты было бы глупостью. Я и не собирался.

Хорошо. Прежде чем строить глобальные планы – нужно определиться с локальными и подвести итоги, скажем так, пройденному этапу жизни.

Какая может быть у меня линия поведения, когда попаду в пространство империи Аратан?

Собственно говоря, есть только два варианта. Можно явным образом начать жаловаться на то, что меня похитили, продали в рабство и просить гражданство – как я уже успел выяснить, тут были определенные шансы на его получения. Или же затихариться, остаться в неопределённом статусе «гражданина Содружества – подданого Аварской империи» и потом попытаться как-то неофициально поменять статус. Купить новые документы. Или, даже, попытаться перепрошить свою сеть. Оба варианта имели свои недостатки и преимущества.

В первом случае я получал, пусть номинальный, но всё же отличный от нуля уровень юридической защиты, но по полной программе засвечивался перед местными правоохранительными органами. Во втором – оставался риск, что меня аварцы объявят меня в розыск и меня возьмут и выдадут. Тут знаний уже не хватало – насколько серьёзна эта угроза…

Пожалуй, всё же, если бы удалось как-то решить вопрос с перепрошивкой сети и подменой документов это было бы интереснее… но окончательное решение решил отложить на потом.

Базы бы выучить, да разобраться в деталях как оно работает, смогу ли – иначе имею все шансы влететь в тюрьму за подобные фокусы.

Ещё один очень интересный вопрос – а могу ли я считать, что хотя бы более-менее понимаю, что же там произошло?

== new ==

Да нет, не могу. Наиболее непонятный момент – ситуация с неопознанным телом, отобранным Лейнатом и исчезнувшим после моего драматического пробуждения. Никаких теорий что это вообще могло бы быть. Но, учитывая характер деятельности моего бывшего шефа – может быть очень рискованно. Даже не знаю, чем. Но сердцем чую – влететь с этим делом можно капитально.

Следовательно…. следовательно – моя задача – максимально прокачать базы, которые поспособствуют мне максимально скрыться из поля зрения всех желающих. Не только технические, но и юридические, и правоохранительные.

На Ларке я начудил, как слон в посудной лавке, но, наверняка, если знать законы и иметь хотя бы некоторые деньги – свои вопросы можно будет решать намного, намного изящнее.

Вообщем, вариант сдаваться властям и жаловаться на жизнь оставляем на потом.

Кстати, если говорить про изучение баз – наверняка на корабле есть медкапсулы и можно договориться с местными специалистами.

Что ещё? Сарту…

Сарт сидел и изучал список баз для Искинов. Как и у человека, у него были вполне понятные ограничения по скорости их изучения. И если я правильно понимал – ещё и по совокупной ёмкости того, что он мог бы загрузить в свою электронную голову. Я попросил его выбрать – что конкретно он хотел бы изучить, но согласовать это со мной…

Ещё одно полезное дело, которым я собирался заняться – это немножко пропатчить и доделать взятых с собою роботов. На них у меня были большие планы. Начать с того, что можно было бы вмонтировать в уборщиков излучатели из охранных блоков. Да, если бы нашлись достаточно компактные – то и в сервисных тоже и в тележку. Закинуть управление на Сарта и можно было бы получить себе автономный контур охраны. Опять таки, немного если их доработать – можно было бы добавить им всяким полезным функциям – подслушивания, подглядывания, а сервисными роботами можно было бы эффективно гадить на вражеских коммуникациях.

Не знаю, какие у меня там враги и пригодится ли мне всё это… При имеющей место мизерности моих ресурсов не буду пренебрегать ничем.

Впрочем, планов громадьё упиралось пока что в банальную проблему – необходимых запчастей у меня не было. Но, как минимум, следовало бы изучить матчасть, чтобы во-первых, заказать всё что нужно на ближайшей же транзитной станции, а во-вторых – быстро доделать роботов. Если, конечно, это будет вообще технически возможным.

Наконец, мне нужно было бы определиться, чем я собираюсь зарабатывать себе на жизнь в ближайшее время. Прихватизированные у Лейната деньги не бесконечны, иные мои затеи стоят недёшево.

Мне показалось логичным специализироваться на тех двух направлениях, по которым у меня уже был какой-то задел. С одной стороны – квалификация лаборанта была фактически у меня в кармане, с другой – работа IT-специалистом тоже выглядит привлекательным. Похоже, мне прямая дорога устраиваться в один из офисов компании Нейросеть или других подобных организаций – лучше злоупотреблять служебным положением втихую, чем ломиться в более-менее закрытые ворота.

Но остаётся, конечно, ключевой вопрос – смогу ли я сбить со следа возможных своих преследователей?

Логичным ходом было бы не долететь до пункта назначения, и где-то на промежуточной остановки – сесть на другой маршрут, идущий в какой-то густозаселённый мир. Если я лист – буду прятаться в лесу. Столица империи Аратан вполне подойдёт для этих целей, я думаю.

Ну что же… Какой-никакой план составлен и я, обратившись к корабельной сети, засел за изучение маршрута, по которому двигался корабль…

Достаточно быстро выяснилось, что рейс не предполагает больше остановок в секторах Аварской империи. Корабль должен был выныривать ещё в нескольких аварских системах, но только для того, чтобы пройти к очередной точке входа в гипер. А вот дальше – предполагалась остановка на некоей нейтральной космической базе и после этого ещё четыре захода на какие-то аратанские базы и планеты.

Очень замечательно. Уже на подходе к этой нейтральной базе нужно будет выяснить, куда можно будет оттуда улететь…

Content

Сергеев Феликс Админ

Глава 1, в которой я остаюсь без работы и попадаю в странную ситуацию

Глава 2, в которой я убеждаюсь в справедливости шутки про хорошо зафиксированного пациента, а так же понимаю, что моя ситуация – не странная, а ужасающая

Глава 3, в которой я начинаю испытывать солидарность с рождественскими гусями, а так же понимаю реальное значение формулы «предложение, от которого невозможно отказаться»

Глава 4, в которой я вспоминаю анекдот про «а жизнь то налаживается» и пытаюсь провести инвентаризацию своих возможностей

Глава 5, в которой мне приходят на ум поговорки «бесплатный сыр бывает только в мышеловке», а так же «на бесптичье – и жопа соловей»

Глава 6, в которой я лишний раз убеждаюсь в том, что исчерпал свой личный лимит спокойной жизни и приобретаю новые, замечательные знакомства.

Глава 7 В которой Лейнат не понимает происходящего, а я погружаюсь в рутину, хоть рутина выглядит так, что погружаться в неё совершенно не хочется

Глава 8, в которой мне приходит подарок судьбы, но я считаю, что он какой-то данайский

Глава 9, в которой я проявляю бездны креатива, но его мало кто ценит

Глава 10, в которой я всё же нахожу ценителей своего творчества, но это меня совершенно не радует

Глава 11, в которой я прихожу к выводу, что пора бы, наконец, составить какой-то план дальнейшей жизни