Алексей Калинин

Экзекутор

Погружение

1

«Любого автомобиля хватит до конца жизни, если ездить достаточно лихо»

Михаил Жванецкий

— Дура!! Куда ты прёшь?! Насосала на машину, так хоть ездить научись!! — высунулся из окна Кирилл.

Только что красная «Мини» подрезала старенький «Пассат», и пришлось топнуть по педали тормоза, чтобы не помять бампер с кокетливой туфелькой в треугольнике. Из малолитражки высунулась изящная ручка и похвалилась маникюром на среднем пальце. Раздраженный Кирилл ударил по кнопке звукового сигнала, словно по щеке нахалки — хоть какой-то выплеск эмоций!

— Спокойнее нужно быть, молодой человек, — посоветовал пассажир, потирая шишку на лбу.

От резкого торможения он врезался в переднюю панель и торопливо пристегивался во избежание повторного инцидента. Мужчина, похожий на доктора из старого фильма «Приключения желтого чемоданчика», голосовал на проспекте Вернадского. Кириллу по пути, а пятьсот рублей не лишние, особенно в последние месяцы: Людмила в положении, и приходится хвататься за каждую копейку. От севшего «доктора» моментально запотели стекла, пассажир извинился и объяснил, что возвращается с юбилея коллеги.

Кириллу понравился интеллигентный чудак, от него веяло какой-то доброй мудростью и неистребимым оптимизмом. Они разговорились о жизни, «пробках» и коснулись политики. Пассажир представился профессором информационной фармакологии (как он выразился, «алхимиком сегодняшних дней». И в неторопливую беседу влезло это мелкое чудо на колесах.

— Да как тут будешь спокойным, профессор?! То под колеса бросаются, то стукнуть норовят, то подставляются — как хочешь, так и крутись! Нервы вообще ни к чёрту стали! — ответил Кирилл.

Его желваки нервно бугрились, норовили прорвать тонкую кожу. Ноздри трепетали, как крылья голубя, который пытается скрыться от сокола.

— Но это женщина. Женщина! Ошиблась, оступилась, так простите её. Мигните дальним светом, и всё. Она поймет, возможно, не с первого раза, но если ей моргнут сорок человек, то рано или поздно…

— А если авария? Сразу начнутся визги, закатывания глаз и угрозы мужа по телефону. Пока приедет ДПС, половина головы поседеет! — перебил Кирилл.

Руки вцепились в руль: так и подмывало объехать хамку и вильнуть влево, чтобы испугалась и врезалась в отбойник. А после — гашетку в пол, и поминай как звали. Если бы не пассажир…

— Вы немного нервничаете, это сказывается усталость? Да? Я так и думал. Скажите, а как вы расслабляетесь? Алкоголь, рыбалка, прогулки, компьютерные игры?

— Да, последнее. Не пью, не рыбак, гуляем только с женой, вот и приходится отрываться на компе. Я играю сейчас в «Золотую лихорадку».

— Это же вроде как стрелялка?

— Шутер от первого лица, — поправил Кирилл. — Вестерн. Представляю, что вместо бандитов уроды с дороги, и гашу, гашу, гашу их…

— Стреляете, значит… Это хорошо! Но всё равно нужно быть спокойнее. Ведь от ругани на дорогах мало кому пользы, а вот помощь и прощение на вес золота. Кстати, мы с коллегой работаем над одним новым изобретением. Оно должно в корне поменять всё общение на дорогах, — улыбнулся «доктор». — Да и вообще улучшить жизнь людей…

— И как же оно поменяет? — заинтересованно взглянул на него Кирилл.

— Да всё очень просто! Принимаете кисленькую таблеточку — ваше биополе изменяется и отражается на родных и близких. Слышали про эффект Барокунса? — Профессор нырнул в коричневый портфель.

Конечно же, Кирилл не слышал, но покивал головой: «Да-да, мол, и мы не лаптем щи хлебаем».

— Ну-ну, и что же? — спросил он у профессора.

— Так вот, эффект отображает старый анекдот: когда вы загадываете себе одно, то ваш сосед получит то же самое, но в два раза больше. Но у нас всё наоборот. Вот, нашел! — Наружу выглянула обычная «аскорбинка» в небольшом пластиковом пакетике.

— Не совсем понимаю.

— Всё очень просто, — лекторским тоном начал пассажир. — Вы принимаете таблеточку, и то, что вы наговорите или сделаете на дороге, по аналогии, произойдёт с вашими близкими.

— Куда ты прёшь, оленевод?! — закричал Кирилл на настырно лезущую «восьмерку» с «немосковским» регионом. — Езжай в свою тундру мох выращивать!

Из «восьмерки» ответили. Кирилл выпустил обойму крепких слов, и «оленевод» отстал. Профессор укоризненно покачал головой.

— Вот о чем я и говорю: культура общения на дороге снижает возможность аварии. Нахамили вы человеку, а кто-нибудь в это же время нахамит вашей маме или сестре. И знание подобного нюанса здорово поможет водителям и, возможно, оставит жестянщиков без работы. — Профессор кивнул вперед.

«Пассат» как раз проезжал мимо двух мигающих аварийками машин.

То ли задняя машина догнала багажник «девятки», то ли же чудо отечественного автопрома подставилось под массивный бампер «БМВ», но в обеих машинах застыли кирпичные лица автовладельцев, угрюмо ждавших прибытия ДПС.

— Профессор, вы меня разыгрываете, это чушь! Из разряда сказок! Если бы такое изобретение имело место, то об этом давно бы кричали по «ящику» и без умолку бубнили по радио, — не поверил Кирилл.

— Хорошо, тогда предлагаю вам небольшой эксперимент. Своего рода пари. Суть проста: вы принимаете препарат, он безобиден и больше влияет на биополе, чем на физическое состояние; через неделю звоните мне вот по этому номеру. — Профессор протянул Кириллу визитку. — И мы подводим итоги. Если с вашими родными ничего не произойдет, то я плачу пять тысяч. Но! Если что-нибудь аналогичное вашему хамству случится с родными, то вы меня неделю возите бесплатно. По рукам?

Пять тысяч! За просто так!

Конечно, Кирилл не поверил забавному «доктору» из «Приключений желтого чемоданчика» и хотел отказаться, но деньги сейчас нужны… Всего-то неделю поездить и сказать, что всё нормально, получить выигрыш и посмеяться над поддавшим ботаником. Хотя профессор может и забыть про пари.

— Профессор, а напишите на визитке, что мы с вами поспорили. Вдруг я позвоню, а вы уже проспитесь и не вспомните.

— Вот сюда заверните, пожалуйста! — попросил профессор. — Да-да, запишу. Вы правильно опасаетесь: мы, учёные, порой такие рассеянные!

Ручка вывела округлым почерком на другой стороне прямоугольника: «Отдать 5000 р., если всё будет нормально». Профессор протянул Кириллу «аскорбинку» вместе с визиткой и платой за дорогу.

— А чем чёрт не шутит! — улыбнулся Кирилл и открыл пакетик. — Значит, через неделю я подъезжаю за деньгами?

Таблетка захрустела на зубах, кисленькими кусочками царапнула горло.

— Не нужно упоминать чёрта всуе, молодой человек! — медленно и раздельно произнес профессор. — Мы не можем знать, когда он окажется рядом!

Кирилл скептически покивал: «Да-да, нагоняйте жути!»

Профессор улыбнулся на прощание и вышел из машины. Кирилл проводил взглядом пожилого чудака, посмотрел, как тот поднимается по широким ступеням. Здание сталинской эпохи, с лепниной и высокими потолками, на вид внушительнее и надежнее крейсера «Аврора». Профессор скрылся за массивной дверью, но Кирилл успел увидеть странное освещение подъезда, красное, как в комнате для проявки фотографий.

Или, как освещение в Аду…

Немного повертев в руках прямоугольник, водитель кинул его в бардачок. Визитка пригодится лишь через неделю, пусть пока полежит среди других документов.

Эх, ну и дурачок пассажир… а ещё профессор…

По дороге домой Кирилл забыл о пассажире и странном споре. Он лихо проехался по луже возле обочины, даже слегка поддал газу. Симпатичная девушка спокойно шла по пешеходной дорожке, её-то и накрыло веером темно-серых брызг. Модная оранжевая куртка, зауженные джинсы, белая шапочка — девушка превратилась в разноцветного леопарда. Она что-то кричала вслед, но довольный Кирилл мчал дальше. Ещё полчаса, и он будет дома.

В прихожей его встретила зареванная жена. Её по-детски пухлое личико было искажено страдальческой гримасой, глаза покраснели от лопнувших сосудиков, вздернутый носик постоянно шмыгал.

— Что случилось, Людочка? Кто тебя обидел? — подскочил Кирилл.

Жена прижалась к нему объемным животом, притиснулась, как волчонок, что ищет защиты у родителя. Кирилл ощутил себя именно таким волком — готов разорвать любого, кто посмел обидеть его ненаглядную!

— Меня-а… я-а пошла-а… а меня-а… — всхлипывала Людмила, её мокрые щечки уткнулись в гладкую кожу куртки, плечи сотрясались от рыданий.

— Мой хороший, тебе же нельзя волноваться. Присядь, я сейчас водички принесу. — Кирилл усадил плачущую жену в кресло и молнией метнулся на кухню.

Людмила пила мелкими глотками, захлебывалась и кашляла, но рыдания потихоньку шли на спад. Кирилл терпеливо ждал, нежно поглаживая плечи любимой женщины.

— Так что случилось? — мягко спросил он ещё раз.

— Вон, посмотри в спальне-е, — всхлипнула Людмила, указав на межкомнатную дверь.

На широкой кровати лежало свадебное платье, в нём Людмила походила на ангела в светлый эпизод их жизни. Её счастливое лицо в день свадьбы осталось для Кирилла самым ярким воспоминанием. И теперь подол белоснежного платья походил на грязную тряпку, какими уборщицы моют пол в привокзальных туалетах. Верхняя часть находилась под пластиковым плащом, и по нему сползали разводы, а вот подол уже не спасти.

— Что произошло? — Кирилл почувствовал, как его лицо каменеет.

— Я хо-отела продать его Галинке, она замуж собирается. Понесла через дорогу, но какой-то урод на джипе обры-ызгал меня с головы до ног, я по-оскользнулась и у-у-упала. Пока меня подняли, всё платье испортило-о-ось. — У Людмилы вновь полились слёзы. — Теперь его только-о на выбро-о-ос.

— Не плачь, Людочка. Мы что-нибудь придумаем. Сейчас же много появилось средств для выведения пятен, химчистка, фармакология. — Кирилл и сам не понял, почему произнес последнее слово.

В мозгу мелькнул образ улыбающегося профессора. Да ну-у, не может быть! Всего лишь досадная случайность.

— Ладно-о. Завтра схожу-у в химчистку. Ты ужинать будешь? — Утирая слёзы, Людмила потянула его на кухню, откуда доносился запах жареной картошки.

На другое утро небо не предвещало ничего хорошего. Тяжелые серые тучи ползли галапагосскими черепахами, играли в догонялки и наползали друг на друга. Будто на небесах появилось своё Ярославское шоссе, и все «замкадыши» поехали в столицу.

Кирилл поцеловал на прощание спящую жену, она улыбнулась, не проснувшись до конца, и протянула руки для обнимашек.

— Я тоже сейчас встану и в магазин пойду, — сказала Людмила детским голоском. — Любимому мужу приготовлю на ужин вкусностей.

Кирилл осторожно обнял её и послушал, как в плотном рюкзачке бьется ещё одно маленькое сердечко. Теплое чувство счастья зонтиком накрыло его от пасмурной улицы.

Сын! Кириллович!

Зонтика счастья хватило на двадцать минут «пробки» — не только в небесах начался час пик. Постоянно лезущие, ныряющие, нарушающие правила автолюбители вывели бы из себя и Махатму Ганди. Если бы этот славный индиец оказался будним утром на Ярославке, он бы положил с пробором на свою философию ненасилия и харкал бы на нарушителей сильнее струек из омывателя, а, может, ещё и в драку полез с наглым хозяином темно-синего «Опеля».

Кирилл сначала терпел, слушал радио, где Меркьюри кричал о том, что «шоу должно продолжаться», но, пару раз избежав аварии, он не выдержал. Ко всему прочему, ещё и дождик начался — видимость ухудшилась.

— Хрен ли ты уставился, баран? У меня «главная»! Учи правила, чудило с большой буквы «М»! — догнав очередного нарушителя, проорал Кирилл в опущенное стекло.

Капли дождя залетали в окно, темными пятнами расползались по ветровке.

«Нарушитель» что-то прокричал в ответ. Настроение портилось с каждой секундой.

— Динь-дилинь! Динь-дилинь-динь-динь! — задорно пропел мобильник.

Людмила! Может, что-то случилось?

— Киря, ты ещё едешь? — прозвучал в трубке плачущий голос жены.

— Да, моё солнышко. Что случилось? — встревожился Кирилл.

Сердце замерло…

— Меня сейчас какой-то пьяный дурак из такси обозвал потаскухой беременной, и что я с футбольной командой… Представляешь? Высунулся наполовину из окна и на всю улицу прокричал. Его потом шофер на место втащил, но вся улица на меня обернулась.

Так знакомы эти плачущие нотки! Только вчера их слышал и еле успокоил. И вот опять!

Убил бы этого пьяного кондома! Вырвал бы ему яйца и затолкал по локоть в грязную пасть! Опять вспомнился вчерашний профессор. Нет, не может быть! Это всё совпадение…

— Не плачь, солнышко! Иди сейчас домой и дождись меня. Не обращай внимания на пьяных дебилов. Я пробью его такси и заставлю извиниться. Люблю и жду вечером вкус… ТВОЮ ЖЕ МАТЬ!!!

Тяжелая фура с правого ряда въехала в огромную лужу, и целый водопад накрыл машину Кирилла. Моментально пропала видимость. Впереди, в прозрачной пленке стекающей воды, мелькнула чья-то фигура.

Хрустящий удар о бампер, и узкая ладонь шлепнула по лобовому стеклу…

Прокатилось по крыше и сорвалось с багажника…

Кирилл видел, как человеческое тело попало под колеса следующей машины, и автоматически нажал на газ.

Гадство! Его не должны остановить! У него же скоро родится ребенок!

Через три квартала он свернул во дворы и, пропетляв, как испуганный заяц, замер у мусорных баков. Погони не видно, но это не радовало: у едущей за ним машины мог быть видеорегистратор.

Только сейчас Кирилл поймал себя на мысли, что ещё держит в руке телефон. Он посмотрел на дворники — в держателе застрял русый парик.

Он убийца?!

Нет!!

Людочка! Она же на улице! Одиннадцать дорогих цифр… В телефоне раздался короткий гудок, и электронный женский голос произнес, что абонент не отвечает или временно недоступен.

Людмила!

На повторные вызовы бездушный оператор твердил одни и те же слова ужасного приговора: «Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

Кирилл замер в оцепенении. Вокруг — незнакомый двор, случайные прохожие. В голове азбукой Морзе билась одинокая мысль: «Люда! Как там Люда? Людочка! Солнышко моё! Любимая!»

Туда-сюда.

Туда-сюда.

Это движение завораживало. Словно раскачивался маятник, страшный своей неотвратимостью.

Внутри Кирилла пульсировало тёмное пространство, холодное, скользкое. Пустота такая, что даже эхо от бешеного стука сердца пропадало, ещё не родившись. У дальней стенки подсознания скорчился жалкий мальчишка. Он надсадно хныкал, вытирал нос рукавом и хотел вернуть всё обратно.

Влево-вправо.

Влево-вправо.

Стеклоочистители мокрой тряпкой таскали русый парик. По краям чистого стекла вырастала паутинка прилипших волос.

Туда-сюда.

Туда-сюда.

Профессор должен помочь! Где его визитка?

Из бардачка вывалились бумаги, какие-то документы, прошуршали осенними листьями и упали на грязный коврик. Они моментально набухли темно-синей влагой, словно печенье окунули в сливовый компот. Плевать! Сейчас не до них.

Вот она, визиточка! Змея страстно обвила бокал на фоне красного креста, черные точки-глаза злорадно щурились на испуганного водителя. Дрожащие пальцы набрали спасительный код на телефоне.

— Слушаю вас внимательно! — прогудел в трубке вчерашний голос.

— Профессор, это Кирилл! Вчера вас подвозил. У меня тут… — начал Кирилл, пытаясь сформулировать вопрос.

— Здравствуйте, Кирилл! Я вчера вас не сильно обидел? А то постоянно, как выпью, так на розыгрыши тянет, — рассмеялся в трубке профессор.

— Какой розыгрыш?! — выпалил Кирилл, — Вы скажите, как можно всё исправить? Ваша чёртова таблетка… Я тебя найду, доктор… Ты специально так всё подстроил? А? Мразь!

Мысли путались, метались, как лошади в горящей конюшне.

— Молодой человек! — немного отрезвил Кирилла спокойный голос. — Пока вы не наговорили того, о чем будете сожалеть, я скажу одну вещь: вчера был розыгрыш. Это обычная аскорбиновая кислота. Для антуража я положил её в пакетик. Всего лишь эффект плацебо — пустышка, другими словами. Я не знаю, что у вас произошло, но не смейте так со мной разговаривать и, тем более, в чем-то обвинять! Мне не понравилось, как вы ведете себя на дороге, и я решил вас разыграть. Извините, если слишком грубо.

— Так я же… — начал Кирилл.

— Всего доброго, молодой человек! Пари разорвано! Увидите меня на дороге — проезжайте мимо! — Профессор отключил вызов.

Кирилл сидел в холодной испарине, щекочущая капелька прокатилась по переносице, сорвалась с кончика носа и упала на экран телефона. Рот жадно хватал спертый воздух. Скрипнув уплотнителем, опустилось стекло. В салон ворвался осенний дождь, свежий ветерок закинул золотистый кленовый лист. Он спланировал на мобильник, и из-под листа заиграла знакомая мелодия. На табло высветился домашний номер. Кирилл с замиранием сердца нажал на кнопку ответа.

— Киря, ну чего ты так кричал? — раздался в телефоне родной голос.

От сердца отлегло. Плачущий в великой пустоте мальчишка поднял голову и неуверенно улыбнулся. Кирилл крутанул лист за черенок.

— Всё хорошо, милая… Собака на дорогу выскочила… Еле увернулся… Ты… как?

— Я от твоего крика телефон выронила, и он разбился на мелкие кусочки. Такая вот я растяпа, но и ты не меньше виноват и теперь должен мне другой телефон. Если вечером не будет какого-нибудь старенького «Самсунга», то поставлю тебя на бабки! — Людмила попыталась спародировать кинобандитов, и это с её-то тонким голоском!

— Всё будет, моя хорошая, всё будет. — Кирилл наблюдал, как сквозь тучи прорезался солнечный луч. Кусочек радуги заиграл цветами на сером фоне — Кирилл никогда не видел картины прекраснее.

— А ещё сейчас по телевизору передали новость, что на Ярославском шоссе сбили манекен. Представляешь? Грузчики из «Спортмастера» заносили вещи в «Газель» и приставили манекены к стенке, одного из них сдуло ветром, и он попал под пролетавшую машину. Говорят, что искусственному человеку сделали искусственное дыхание, оказали первую помощь и привели в норму, вот только парик не смогли найти. Так что не одна я такая растяпа, даже манекены волосы теряют, — щебетал в трубке голос любимой.

У Кирилла внутри плясал от счастья восторженный мальчишка. Радостный смех вырвался под холодный дождь.

— Я люблю тебя, солнышко!

— Я тоже люблю тебя, Киря! Не опаздывай вечером, а то оставлю без вкусняшек! Пока-пока, позже созвонимся! Целую!

В зеркале заднего вида отразились карие глаза Кирилла. Сколько морщинок прорезалось? Сколько седых волос появилось? М-да… Случайность. Пустышка. Эффект плацебо. Но Кирилл урок запомнил. Пусть случайность, пусть совпадение, но больше ни в жизнь…

Трясущимися руками он достал пачку сигарет. Осталась последняя. Он посмотрел на неё, на парик на стекле. Вышел и завернул пачку с оставшейся сигаретой в расползающийся комок искусственных волос. На небе вновь показался кусочек радуги. Эх, раз пошла такая пьянка…

— На хрен! Эге-гей!! Будем жить!!!

Редкие прохожие обернулись на радостно кричавшего парня. Посмотрели, как он с размаху бросил мокрую тряпку в мусорный ящик и начал танцевать — неумело, дергано, коряво. Кто-то хмыкнул, кто-то улыбнулся, но вскоре о нём забыли и поспешили по своим делам.

Кирилл танцевал бы ещё, но зазвонивший телефон настойчиво требовал прекратить танец.

— Да? Алло! — проговорил Кирилл, даже не посмотрев, кто звонит.

— Кирилл, извините за небольшую демонстрацию нашей работы… — раздался негромкий голос профессора, — но иначе вы не поверили бы в важность нашего труда. Я хочу пригласить вас занять одну вакантную должность. Завтра в два часа дня вам нужно прибыть по адресу в сообщении, прилагаемом к авансу. Если вы не приедете, то примите эти деньги в качестве извинений и забудьте о моем предложении и о существовании. До встречи!

Кирилл не успел ничего сказать, как профессор отключился, и тут же раздался звуковой сигнал оповещения. Мужчина открыл сообщение и присвистнул: «На ваш счет зачислено 50000 рублей». Чуть ниже была приписка с адресом.

2

«Ты — Море, спокойное расслабленное — Море, наполненное теплом — Море.

Никто и ничто не может взволновать Море.

Потому что твоя бейсбольная бита всегда рядом»

С. Крамар

Пункт назначения в деревне Николо-Хованское Кирилл нашел не сразу. Пришлось поплутать, обматерить навигатор и выслушать непонятные объяснения местных гастарбайтеров, которые изъяснялись через пень-колоду.

Дорога оставляла желать лучшего, причем была одинаково дырявой для всех — и для пешеходов, и для автомобилистов. Для проезжающих фур и десятитонников ямы не казались такими уж большими проблемами, а вот у Кирилла сердце кровью обливалось, когда на очередном ухабе он слушал постукивание наконечников.

— Поверните направо, — сказал навигатор уверенным мужским голосом возле бетонного забора.

— Куда направо, долбоящер электронный?! Тут забор! — проворчал Кирилл, осматривая дорогу.

Бетонное заграждение растянулось ещё на добрых триста метров, а уже там красовался поворот.

— Поверните направо, — занудливо повторил мужской голос, а потом помолчал и добавил: — Развернитесь!

— Да иди ты в задницу! — буркнул Кирилл и продолжил движение.

Навигатор ещё пару раз попросил водителя развернуться, а после пискнул и завис. Кирилл не обиделся на него: место, и правда, было глухим, зависающим.

Заборы, заборы, заборы… Что за ними? Синие скаты крыш далеких домов, похожих на фабричные корпуса. Перед ними тихо покачивались заросли крапивы, лопухов и полыни.

Впереди вырастал серый параллелепипед какого-то склада. Возможно, там знают о компании и его возможном работодателе?

На подъезде Кириллу сразу не понравились мотки колючей проволоки и небольшие автоматы в руках двух верзил. Красно-белый домик охраны возвышался над забором назревшим прыщом, который вот-вот должен взорваться и забрызгать бугристый асфальт.

За шлагбаумом виднелся ряд машин на стоянке справа и около сотни молодых людей, зависших у единственных коричневых ворот здания. Рядом возвышалась деревянная сцена, похожая на эшафот, размером пять на пять метров. Само же здание, казалось, кричало: «Я — склад! Тут хранятся самые дорогие в мире вещи, а также носки и футболки!» Парни переминались с ноги на ногу и чем-то напоминали Кириллу призывников, пришедших на осмотр в военкомат.

— Здрасте, я тут заблудился. Не подскажете, где я могу найти Михаила Анатольевича Носова из компании «LiL»? — проговорил Кирилл, когда один из амбалов закрыл собой солнце у водительской двери.

— Визитка? — коротко спросил амбал с такими белыми волосами, словно их три дня держали в перекиси водорода.

Сказал, будто выстрелил…

— Да-да, конечно, — спохватился Кирилл и вытащил из барсетки визитку профессора.

Мужчина в пятнистой форме, такой же эмоциональный, как кирпич в руках таджика, бросил взгляд на заднюю сторону визитки и кивнул Кириллу:

— Машину поставьте в конце стоянки. Оставьте внутри мобильный телефон или любое другое записывающее устройство. Михаил Анатольевич скоро выйдет.

Он цедил слова так, как если бы Кирилл задолжал охраннику крупную сумму денег и приехал просить о рассрочке. Осеннее солнце швырнуло зайчика на хромированный ствол автомата, и теперь луч света бил Кириллу в глаза. Неприятно бил. Второй охранник встал по другую сторону машины и заглядывал внутрь, словно надеялся увидеть там если не танк, так хотя бы захудалую гаубицу, чтобы открыть огонь без предупреждения.

Этот тон и внимание очень не понравились Кириллу. Какие-то охранники на складе, а ведут себя так, как будто каждый день охраняют президента! Надо бы пощекотать им нервишки, чтобы не расслаблялись.

— А ты чё так разговариваешь? Или с оружием считаешь себя увереннее? Ссышь без автоматика-то? Сублимируешь?

Зачастую мы совершаем мельчайшие проступки, которые в дальнейшем оборачиваются большими проблемами. Совершаем опрометчиво, просто по сиюминутному желанию души. Если бы Кирилл знал, чем обернется его несдержанность…

Охранник медленно, очень медленно наклонился к двери и начал играть в «гляделки». Почему-то два зрачка напомнили Кириллу черноту дул ружья, которым его приветствовал пьяный сосед сверху, когда Кирилл поднялся попросить выключить музыку. Как позже оказалось, Мишку Суворина уволили с работы, его бросила жена, и, словно желая добить его, какой-то урод врезался в его машину на стоянке и уехал. Мишка заливал горе под Ваенгу, но своим бэквокалом мешал спать остальному дому. Вот Кирилл и пошел успокаивать разбушевавшегося соседа. Тогда реакция не подвела, и сдвоенный выстрел ушел в потолок, но в память врезался тот миг, когда смертоносная чернота заглядывала в душу…

— Вы ошиблись адресом, уважаемый. Всего доброго, — процедил охранник, когда выиграл игру в «гляделки».

— Эй, хорош, ты же только что сказал…

— Вы ошиблись. Это частная территория, прошу вас удалиться, — металлическим голосом сообщил охранник.

Вот тебе и раз! Неужели всё напрасно и теперь из-за недовольного охранника Кирилл может лишиться «вакантного места»?

— Слышь, вертухай, я не к тебе приехал, а к профессору. Не выеживайся, а не то я сейчас позвоню и…

Кирилл не успел договорить, когда глухой лязг затвора привлек его внимание. Глаза охранника исчезли, а на его место пришел зрачок автомата. Такой же зрачок появился и с другой стороны машины. Кирилл ощутил, как на шее поднялись волоски, набежавший холодок скользнул по спине.

Неужели выстрелят? При таком скоплении народа? Да нет, наверное, просто пугают…

— Вы являетесь нарушителем частной территории. Я считаю до трех, — тем же бесстрастным голосом заявил охранник. — Потом открываю огонь по конечностям. Раз…

— ДА ХОРОШ!!

— Два…

Охранник отступил на шаг. Кирилл перевел рукоятку рычага переключения передач в положение заднего хода.

— Да пошли вы все! — пробурчал он и начал отъезжать.

Вот и всё! Вот и попробовал себя в роли зашибающего бешеные деньги главы семейства. Только зря с работы отпрашивался… Он не успел отъехать, когда его внимание привлек электронный писк.

— Седьмой, что у вас там? — проворчал прямоугольник рации на груди охранника.

— Нарушитель. Ведет себя по-хамски, — ответил охранник.

— С визиткой?

— Так точно.

— Тогда пропусти. Нам двоих не хватает до полного набора, — сказала рация.

— Но он же хамит, и вообще…

— Ты плохо слышишь?

— Двоих не хватает? А можно мне тоже поучаствовать? Вы же обещали…

Рация на несколько секунд смолкла, словно невидимый собеседник спрашивал совета у других. Время растянулось на огромную жвачку, которая бесконечно тянулась и тянулась.

— Хорошо, переодевайся и присоединяйся. Пропусти гостя, — скомандовал голос в рации.

Охранник поставил автомат на предохранитель и отошел от машины Кирилла. Второй безмолвный страж тоже отступил на пару шагов. Шлагбаум поднялся с неумолимостью гильотины, которая только и ждет, когда же голова преступника ляжет поудобнее в выемку для шеи.

— Вот так бы сразу, — издевательски процедил Кирилл. — А то всё «ма — а-ама», «ма-а-ама».

Белоголовый охранник отвернулся и пошел в сторону домика. Кирилл провожал его, глядя в зеркало заднего вида, пока заезжал на территорию возле непонятного склада. Охранник исчез за дверью красно-белой «сторожки». Кирилл хмыкнул и переключил внимание на парковку. Он оставил внутри машины барсетку с телефоном и документами — хрен его знает, что у них тут за правила, но лучше лишний раз не нарываться.

И так едва не сорвался из-за шуточки с охранником…

Немногие из стоявших людей повернули головы в сторону Кирилла, в основном, смотрели в коричневые ворота и ждали. Среди толпы не было особ женского пола, тут стояли мужчины в возрасте от двадцати пяти до тридцати пяти лет.

Что же это за работа такая?

— Ого, сколько тут народу! Это все на собеседование? — спросил Кирилл у худощавого парня с козлиной бородкой.

Собеседник был из той категории людей, которых можно увидеть как среди студентов, так и на корпоративе крупной компании. Рваные, по моде, джинсы, вельветовая куртка с полосками ядовито-ультрамаринового цвета, стрижка «я у папы дурачок». Вроде, и молодой, но вот глаза были, как у старика.

Кирилл видел как раз такие у Мишки Суворина, когда того судили за применение оружия. Блеклые глаза, смурные, безразличные.

— Ага, пришли не знамо, куда и непонятно, зачем, — ответил парень.

— Слушай, а у тебя ничего странного перед этим не было? Ну, никакого спора не было?

— Было странное, — проговорил парень задумчиво. — И спор был… Непонятный какой-то спор… У тебя тоже?

Кирилл кивнул. Страшно хотелось курить. Рука привычно скользнула в карман куртки, где раньше лежали сигареты, но натолкнулась только на пустоту. Пустотой не накуришься, а стрельнуть сигарету у других… Во-первых, он ещё очень хорошо помнит, какими радостными глазами на него посмотрела Люда, когда услышала новость о том, что он решил бросить курить, а во-вторых… слишком стыдно просить отраву, когда сам можешь купить.

— Чего ждем-то? — спросил Кирилл после того, как глубоко вдохнул, досчитал до десяти и выдохнул.

— Пока всех не пригласят. Вроде, должны сотню набрать, чтобы запустили, — ответил парень.

— А-а-а… — протянул Кирилл. — Так, вроде бы, набрали? Охранник на шлагбауме, вроде бы, последним был? Нет?

— На каком шлагбауме? — не понял парень.

— Так вон… — Палец Кирилла застыл в воздухе, когда он показал на въезд.

На том месте, где недавно произошла стычка с охранниками, зиял обычный проезд для транспорта. Ни шлагбаума, ни домика охраны, ни амбалов с автоматами. И «колючки» на заборе как не бывало — обычные бетонные плиты заграждения. На одной плите виднелось плохо закрашенное слово из трех букв.

— Ты что, перегрелся? — спросил парень.

— Да, наверное, — пробормотал Кирилл и взъерошил волосы на затылке.

Что за чертовщина тут творится?! Какого…?

Додумать мысль Кирилл не успел: коричневые ворота дернулись и начали тихо расходиться в стороны.

Толпа немедленно подалась вперед. Что там? Кто там? Что дают?

Через макушки Кириллу удалось разглядеть двух человек — профессора и ещё одного тщедушного пожилого мужчину, похожего на почтальона Печкина. Вышедшие белели халатами, чернели галстуками и отутюженными брюками, а когда они забрались на небольшой постамент, то их ботинки начали пускать зайчики в толпу.

— Добрый день, многоуважаемые избранники! Мы рады приветствовать вас на вступительном собеседовании на пять вакантных должностей. Вам предстоит пройти три этапа, чтобы доказать свою профессиональную пригодность. Пройти вы сможете, если имеете достаточно сильное желание получать стабильную заработную плату и быть уверенным в завтрашнем дне! — хорошо поставленным голосом проговорил Михаил Анатольевич.

— А что за работа? — раздался в толпе голос.

— Весьма увлекательная и интересная, но о ней узнают только пятеро дошедших до финала, остальные просто забудут об этом дне. Если кого-то не привлекает возможность полного социального обеспечения и пятисот тысяч каждый месяц на счет… — проговорил Михаил Анатольевич. — Если такие люди есть, то мы не держим — вы можете уйти прямо сейчас.

— Похоже, что это очередная сетевуха, — процедил угрюмый мужчина в пяти метрах от Кирилла. — Уважаемые, нас около сотни, а выйдут только пятеро? И заниматься непонятно чем? Идти туда, не зная, куда, и делать то, не зная, что? Да? Ну на хер такие непонятки — только день зря потерял, пока добирался!

— Вы можете уйти — тем больше шансов у других претендентов, — скрипучим голосом ответил мужчина, похожий на почтальона Печкина.

Почему-то коллега Михаила Анатольевича сразу же вызвал неприязнь у Кирилла. Вот бывают такие люди — вроде бы, и не сделали ничего плохого, и видите их в первый раз, но неприятными становятся с первого взгляда. Как будто когда-то давно, в другой жизни, вы были заклятыми врагами, а теперь встретились вновь.

— Тогда я лучше пойду дальше гайки на сервисе наворачивать, там хотя бы всё понятно: есть машина, есть проблема, есть лошара, который хочет подарить бабки, — сказал угрюмый и махнул рукой. — Покеда, пацанчики.

Угрюмый сделал несколько шагов по направлению к выходу, когда за ним потянулись ещё трое человек.

— Минуточку, многоуважаемые, а не будете ли так любезны отдать визиточки? Они вам всё равно не пригодятся, — с улыбкой засуетился Михаил Анатольевич и поспешил спуститься.

Четыре человека терпеливо дождались, пока профессор соберет у них прямоугольники, а потом Кирилл увидел, как улыбчивый Михаил Анатольевич щелкнул пальцами на уровне лица и что-то быстро проговорил свистящим шепотом. Слов разобрать не удалось, зато внимание Кирилла привлекло другое: хмурые лица уходящих расслабились, как если бы все стрессы одновременно решили убраться из жизни людей, и они на минуту стали довольны жизнью. Потом четверка развернулась и прошла к машинам. Двигались они немного неестественно, рвано, как будто долго спали и их мышцы онемели, испытали парестезию.

— Вот и ладушки! — похлопал в ладоши «почтальон Печкин». — От недоверчивых мы избавились… Остальных кандидатов прошу пожаловать в нашу страну чудес!

Люди осторожно потянулись в зияющую темноту странного склада. Кирилл оказался среди последних, рядом шел парень с козлиной бородкой. Кирилл оглянулся на уезжающих и чуть притормозил: темно-зеленая «Мазда» выехала из шеренги машин и задним бампером ударила подъезжающий черный «Рено-Логан». На асфальт посыпались осколки разбитого фонаря «Реношки». Машины застыли на две секунды, а потом как ни в чем не бывало поехали в сторону выезда.

— Видал? — раздался голос парня.

— Ага, раздолбаи какие-то, — ответил Кирилл.

Он хотел ещё что-то добавить, но рядом оказался Михаил Анатольевич и с мягкой улыбкой произнес:

— Проходите, молодые люди, не задерживайте. Раньше начнем — раньше закончим.

Кирилл посмотрел на своего недавнего пассажира — чего же такого он сказал этим четверым, что те потерялись во времени и пространстве? Гипноз?

Магия?

Бр-р, бред! Какая магия?! Может, профессор всего лишь назвал одну из могущественных силовых структур и пообещал четырем ушедшим огромные проблемы, если те откроют рот?

Человеческий разум всегда ищет оправдание любым чудесам. Слишком долго вдалбливалась в мозг фраза фокусника из кинофильма «Карнавальная ночь»: «Ловкость рук, и никакого доклада». Это всё спецэффекты… Или вообще подсадные артисты, призывающие своими действиями остальных ощутить всю важность происходящего.

— Кирилл, я очень рад видеть вас здесь, но не задерживайтесь, прошу. — Михаил Анатольевич сделал приглашающий жест.

— А что с этими ребятами? — кивнул Кирилл за спину профессора.

— С ними всё будет нормально. Доедут до дома, лягут спать, а наутро забудут про свои сегодняшние приключения. Им покажется, что они вчера ни с того ни с сего решили выпить водки… Утром даже похмелье будет присутствовать, — улыбнулся потенциальный работодатель.

— Так, а что с ними? — не унимался Кирилл. — И что у вас за фигня со шлагбаумом и охранниками?

— Проходите, Кирилл, проходите, — нетерпеливо отмахнулся профессор. — Все вопросы потом.

Кирилл переглянулся с козлобородым, тот пожал плечами, мол, давай спросим потом. Кирилл кивнул в ответ. За их спинами с легким лязгом сомкнулись стальные ворота.

Здание легко могло вместить баскетбольный стадион вместе с трибунами для болельщиков. Разделенное на три этажа помещение напоминало фантастический бутерброд, где на первом красовались высокие тумбы с круглыми площадками, освещенные красным светом. Второй этаж заливал синеватый свет, там деловито сновали люди в белых халатах, а на стенах висели большие экраны с видами природы. На третьем этаже преобладал белый свет люминесцентных ламп, и возле перил стоял десяток людей в деловых костюмах.

Люди стояли и смотрели на прибывших, словно оценивали претендентов.

— Нам сюда. — Михаил Анатольевич показал на красный свет.

Всё помещение впереди занимали тумбы с круглыми двухметровыми площадками в основании. На крышках тумб синели похожие на мотоциклетные шлемы и пластиковые краги. Десять площадок в ширину, десять в длину — всего сто непонятных мест. Они чем-то напомнили надгробия на кладбище, не хватало только надписей и пластиковых цветочков. Стены по периметру подпирали мужчины в свободных тренировочных костюмах. Им только кепочек-блинов не хватало и барсеток под мышкой, чтобы стать похожими на организованную орду гопников.

Красные лампы создавали освещение комнаты для проявки фотографий. Это тоже мало способствовало хорошему настроению.

«Как внутри подъезда профессора», — подумал Кирилл.

— Дорогие искатели лучшей жизни, вас выбрали потому, что у вас обострено чувство справедливости. Вам не нравится то, что творится вокруг, всё то дерьмо, которое льется вам в уши и глаза со всех сторон. Вам предлагается стать экзекуторами — людьми, которые могут карать и миловать. Вы собраны здесь для того, чтобы доказать, в первую очередь, самим себе: вы можете изменить этот мир! Можете сделать его справедливее, добрее и правильнее! — повысил голос «почтальон Печкин». — Сейчас вы пройдете испытание на быстроту реакции, скорость принятия решений и консолидацию волевых качеств. Встаньте на площадки, помощники укрепят на вас виртоборудование. Двадцать лучших претендентов пройдут дальше, а с остальными мы расстанемся друзьями.

— Так и не объяснили, кем работать и что делать, — проворчал Кирилл себе под нос.

«Гопники» отлепились от стен и подошли к тумбам. Претенденты разбрелись по площадкам, и на них тут же начали надевать игровое оборудование. Кирилл подошел к свободной тумбе. На вид она напоминала пьедестал для бюстов деятелей прошлого. Тут только сардонически улыбающегося Ленина не хватало.

Когда Кирилл встал на черное тканевое покрытие, оно чуть дернулось в правую сторону, как будто не было закреплено на полу. Такое полотно Кирилл видел на беговой дорожке. Что же под ним? Ролики или что-то другое?

— Привет, стой спокойно и не дергайся, — сказал подошедший помощник. — Меня зовут Андрей. Если что, я буду твоим персональным куратором, постарайся не накосячить и пройти во второй тур.

Помощник потянул за железный карабин, похожий на язычок ремня безопасности, сбоку от верхушки тумбы, следом протянулась эластичная лента. Помощник два раза обернул эту ленту вокруг талии Кирилла и вставил язычок в замок. Потом отошел в сторону.

— Меня Кирилл зовут. Это ещё зачем? — спросил Кирилл. — Чтобы я не смылся?

— Да, — серьезно ответил Андрей. — Бывали случаи падения, а это убережет тебя от лишних травм.

Андрей нажал на синюю кнопку, и полотно под ногами Кирилла снова дернулось.

— Попробуй походить взад-вперед, можешь даже влево-вправо.

Кирилл сделал шаг, и полотно сдвинулось назад. Нога приземлилась ровно в центре площадки. Такой же эффект возник и при ходьбе влево, затем — при прыжке вправо. Ремень не давил, но не давал отпрыгнуть далеко, пружинисто возвращая обратно.

— Присядь, — коротко сказал Андрей.

Гусиный шаг тоже вызвал перемещение полотна. Сам же Кирилл остался на месте.

— Виртоборудование движения в норме, теперь надевай перчатки.

Андрей помог закрепить необычного вида краги, похожие на рукавицы космических рыцарей из фантастических фильмов. Краги были почти невесомыми и прилегали к рукам, как вторая кожа. Кирилл сжал, потом разжал пальцы. Сочленения работали превосходно, без скрипа и шелеста пластика.

— Отлично! — кивнул Андрей. — Осталась последняя деталь.

Шлем тоже оказался Кириллу впору. Даже уши не сворачивались в трубочку. По прозрачному стеклу забрала пробегали неуловимые голубоватые искорки.

— Всё нормально? — спросил помощник.

— Да, вполне. А что будет-то? — спросил Кирилл.

— Увидишь, — загадочно улыбнулся Андрей, встал рядом с площадкой и поднял руку.

Кирилл огляделся. Возле других площадок тоже стояли люди с поднятыми руками. Претенденты были обмотаны лентами безопасности и вертели головами, оглядываясь по сторонам.

— Я вижу, что все готовы к первому испытанию. Итак, начнем! — раздался голос Михаила Анатольевича.

Пронеслась мысль: «Людочка, ради нас я всё выдержу!»

В следующий миг стекло шлема потемнело, как будто на голову Кирилла накинули непроницаемый мешок, а потом из черноты проявились три горящие буквы.

«L.i.L»

3

«Я ненавижу реальность.

А реальность, к великому моему сожалению, пока единственное место, где на обед дают добрую порцию стейка»

В. Аллен

Погружение произошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1

Чернота сменилась изумрудной зеленью так быстро, что Кирилл ощутил легкое головокружение, какое возникает, когда чересчур резко встаешь с дивана. Солнце пробивалось сквозь густую листву и норовило залезть в глаза, чтобы ослепить хотя бы на секунду. Болтливая сорока резким стрекотом приветствовала незнакомцев.

Солнце? Листву? Сорока?

Кирилл осмотрелся. Всё выглядело таким реалистичным, как будто он был не внутри странного склада, на площадке виртреальности, а в самом настоящем лесу. Тут даже пахло прелой листвой и стоячей водой. Да что там пахло — какой-то вредный комар укусил его за щеку и тут же улетел прочь, распевая свою извечную ноющую песню.

Рядом с Кириллом сидели четыре человека в странной броне, похожей на сплав костюмов инопланетных завоевателей и полной омоновской экипировки. Сам Кирилл тоже был закован в подобную форму, а руки оттягивал черный автомат, возле которого парила какая-то красная мушка, такая может мигать кучкой битых пикселей на экране телевизора. Присмотревшись, Кирилл увидел, как из мушки выпрыгнуло текстовое сообщение:

Стрелково-гранатомётный комплекс АRX-160

Эффективность винтовки ~ 600 метров

Эффективность гранатомета~ 400 метров

Кирилл моргнул, и сообщение тут же пропало. Втянулось в мушку. У других людей в руках было такое же оружие. Вся группа сидела на корточках в густых зарослях камыша, а сверху их укрывала от солнца густая шапка дубов.

Следующий пучок битых пикселей от костюма сообщил, что на Кирилле:

Костюм разведывательный, пехотный

Состав: кевлар, углеродные нанотрубки, титан

Эффективность 50 % против любого стрелкового оружия

Кирилл открыл, было, рот, чтобы поинтересоваться, куда они попали и где его вещи, когда холмик перед ними поднялся, и из него вынырнул…

Белобрысый охранник!

Тот самый, который наставлял на Кирилла оружие!

Только теперь этот блондин был не в синеватой форме охраны правопорядка, а в зеленой броне, такой же, как и у Кирилла. Лицо замазано маскирующей краской, волосы скрывала каска со свежесрезанными ветками, но это несомненно был он. Над каской белобрысого виднелась красная полоска, какая бывает у персонажей компьютерной игры. Кирилл скосил глаза — над остальными людьми тоже краснел индикатор. На всякий случай он поднял голову — индикатор висел и над ним.

Блондин скользнул взглядом по пятерке перед ним и чуть дернул щекой, когда заметил Кирилла.

Узнал!

Вот только этого белобрысого не было среди остальных девяноста шести человек на виртоборудовании. Или Кирилл его не увидел?

Блондин поправил каску и обратился к пятерке:

— Отделение, расстановка такая: впереди — деревня врага, сорок человеческих единиц. Внутри скрыто три пулеметных расчета. Дан приказ на полную зачистку. Выжить никто не должен. Вопросы есть?

— А если там женщины и дети? — вырвалось у Кирилла.

— Полная зачистка! — отрубил блондин. — Вопросов больше нет? Тогда — цепочкой за мной! Ты, — палец указал на Кирилла, — замыкающий.

Пятерка бойцов потянулась за командиром. Кирилл хотел было плюнуть и стянуть шлем, но в памяти всплыла радостная мордашка Людмилы, когда муж принес домой не только новенький телефон, но и кучу покупок из магазина. Сказал, что встретил одноклассника Сергея Курышева и тот пригласил его на работу в аналитический отдел Сбербанка. Даже задаток дал, чтобы Кирилл не передумал…

А теперь… Из-за нетипичной игровой ситуации всё коту под хвост? Из-за глупых принципов, над которыми он потом сам будет ржать?

Ведь это же всё нереально! Это всё компьютерная симуляция!

Кирилл двинулся следом. Мокрые стебли камышей норовили хлестнуть его по лицу, а крупные корни дубов сами лезли под ноги. Группа продвигалась вперед, а вел её тот самый охранник…

Камыши кончились неожиданно, как будто их высевали по линеечке. Чуть раньше закончились дубы — перед шестеркой бойцов как на ладони расположилась небольшая деревушка на десять дворов. Дома одноэтажные, с заборами из горбыля и потемневшими пристройками. Слышалось мычание коров и деловое квохтанье куриц. Почти в каждом доме из трубы поднимался дымок.

«Березой топят», — подумал Кирилл, проживший всё детство в деревне под Смоленском.

Группа застыла у края картофельного поля. Блондин скользнул взглядом по личному составу и кивнул:

— Идем с ножами. Не шуметь. Общаемся в общем чате и коротко. Гранатометы использовать только после первого выстрела. Черт, Гюрза, снимаете часовых по правому флангу и начинаете зачистку!

Тут же два человека нырнули в ботву и по-пластунски поползли по широкой дуге, огибая деревню.

— Бизон, Гриб, левый фланг!

Два человека исчезли в ботве неслышно, как призраки, и только бело-голубые цветочки чуть покачивались, обозначая путь солдат.

— А мы с тобой, Гнида, пойдем по центру, — бросил блондин. — Видишь, в подсолнухах двое засели?

— Сам ты Гнида! — прошипел Кирилл.

— Посмотри на ник над правым карманом, а потом выеживайся.

Кирилл опустил взгляд на броню, и там, где у обычных солдат была нашивка с группой крови, пробежала надпись:

Гнида

Рядовой-смертник

35 лет

Способности обычные

— А ты кто? — спросил Кирилл.

— Царь, просто царь, — чуть улыбнулся блондин.

На его груди и в самом деле вспыхнула строка:

Царь

Лейтенант-смертник

35 лет

Способности выше обычного

— Не парься, ники раздает рандомайзер. И я мог стать Гнидой, — кивнул Царь. — Двигаем!

С легкостью, делающей честь порядочному ниндзя, Царь нырнул в картофельную межу и заскользил по земле. Кирилл кинулся следом.

В ноздри ударил терпкий запах картофельной ботвы, раздавленных личинок колорадского жука и сырой земли. Сходство с реальностью было таким потрясающим, что Кириллу даже пришлось ущипнуть себя за ногу. Щипок сквозь броню получился ощутимым, как будто не было кевларовых щитков, а вместо них на теле была обычная ткань тренировочного костюма. Правда, следующий щипок сделать не получилось: похоже, что виртуальные рукавицы поняли свой промах и исправили недочет.

Ползли недолго. Царь замер у невысокого плетня и показал Кириллу на группу подсолнухов позади небольшого амбара. Там виднелись двое часовых, которые беззаботно вытаскивали созревшие зернышки из черных соцветий и лузгали их, сплевывая шелуху в буйную зелень.

Царь жестами показал, что берет на себя левого. Кирилл кивнул и пополз к правому. Скорость была черепашьей, зато охранники не обращали никакого внимания на шевеление картофельных кустов. Хотя Кирилл и был обижен из-за непритязательного ника, но вскоре забыл об этом, ощутив в груди знакомый азарт. Знакомое чувство охоты, которое возникает, когда подкрадываешься к лоховатому НПС в компьютерной игре.

Вот только там всё было на экране монитора, а тут… в прямом эфире…

Пальцы сжали рукоять ножа. Вот он, враг! Стоит и сплевывает шелуху от семечек. Смеется. Даже не подозревает, что в нескольких шагах притаилась смерть.

— А ещё Галинка была… Вот уж горячая девка — весь мозг могла высосать через одно место! — сказал правый часовой, кинув в рот несколько семечек. — Ух, как вспомню, так аж яйца ноют!

— Когда вернемся, то познакомишь! — хохотнул второй. — Я тоже хочу ноющие яйца!

Кирилл остановил движение. Затаил дыхание. Увидел, как с другой стороны возвышения чуть поднялась голова Царя. Тот нашел глазами Кирилла и показал поднятый большой палец. Кирилл ответил тем же. Тогда Царь поднял вверх три пальца, загнул один, ещё один…

Как только третий начал движение вниз, Кирилл тут же прыгнул вперед, к «своему» часовому.

С другой стороны площадки молнией метнулся Царь. Кирилл ощутил кожей удар ветра в лицо, и… через секунду, показавшуюся невероятно долгой, всё было кончено.

Ни одного лишнего звука не вырвалось под синее небо.

Два тела незадачливых часовых аккуратно легли под стебли подсолнуха. Капли крови падали на землю и тут же сворачивались грязно-бурыми катышками. Графика лиц была настолько проработанной, что Кирилл даже закрыл глаза обычному рязанскому парню, которому сегодня просто не повезло…

Перед глазами возникла надпись:

— 2 ЦЕНТР

Почти сразу же похожие сообщения прилетели от правого и левого фланга. В ноздри ударил запах крови.

Кирилл в очередной раз удивился реалистичности происходящего. Прямо-таки захотелось снять шлем виртуальной реальности и осмотреться по сторонам — увидеть таких же, как и он, претендентов на непонятную работу.

Неужели все они в этот момент тоже находились на задании?

— Иди за мной, — одними губами прошептал Царь.

Они бесплотными духами проплыли по крапивным зарослям заднего двора, и Царь поднял ладонь вверх. Кирилл остановился и заметил причину остановки: впереди желтела собачья будка, а возле неё дремала крупная дворняжка. Если залает, то бесшумная операция перестанет быть незаметной.

Судя по репьям на хвосте и пыльной корке на шерсти, хозяин не очень сильно любил свою собаку. Царь вытащил из кармашка тонкую трубочку, затем аккуратно вставил небольшой дротик и дунул в сторону собаки. Так школьники-хулиганы донимают порой ботаников, плюясь жеваной бумагой из развинченных китайских ручек. Вот только от выстрелов бумаги вряд ли будет такой же эффект, как от дротика Царя.

Пес подпрыгнул в воздухе, заскулил, постарался выцарапать борзую блоху из ляжки, но потом его движения начали замедляться. Он попытался встать на лапы, но те почему-то упорно разъезжались в стороны. Уши тоже обвисли тряпочками по бокам морды, а сама морда улеглась на правую лапу. Веки отяжелели, и последней картинкой, которую увидел пес, было появление двух незнакомцев в странных костюмах из-за угла дома. Сил на тявканье уже не осталось.

Из деревянной избы доносились мужские голоса и приглушенная музыка.

— «Владимирский централ, ветер северный. Этапом из Твери, зла немерено. Лежит на сердце тяжкий груз…» — пел Михаил Круг.

— Я — низ, ты — верх, — показал Царь.

Кирилл кивнул и удобнее перехватил штурмовую винтовку. Его захватил азарт убийства. Ноздри уже вкусили металлический запах крови, и теперь, как наркоману дозу, Кириллу было необходимо ещё раз распробовать этот аромат.

Царь присел у двери, глубоко вдохнул и два раза кивнул. На третий раз дернул дверь на себя и кубарем влетел внутрь.

Кирилл через прицел увидел первую мужскую голову с поднесенной ко рту вилкой. На вилке поблескивал соленый грибок. Спусковой крючок дернулся один раз.

Headshot

Такая надпись возникла, когда кровь попала на маслянистую шляпку опенка.

В следующий миг в комнате раздались негромкие шлепки, как будто ребенок играл с мячиком на траве. Глушители прекрасно справились с работой.

Пять выстрелов. Ещё три трупа. На стол опрокинулась открытая бутылка водки, прозрачный ручеек потек вниз, чтобы смешаться с красными каплями на половике.

«Черт возьми, до чего же реалистично!» — в очередной раз восхитился Кирилл.

— А вот и карто… — В комнату вошла женщина.

Прицел дернулся к её голове, но палец застыл на крючке. Чем-то эта полная румяная женщина была похожа на Людмилу, жену Кирилла — явно не рыжими волосами и конопатым лицом, которое разлетелось в следующую секунду от выстрела Царя, и явно не сковородой с картошкой, которая желтыми кариозными зубами рассыпалась по цветастому половичку. И не приземистой фигурой…

Так чем же?

Взгляд Кирилла остановился на холме, который вспучивал цветастое платье… Она была беременна!

Царь перекатился через подергивающийся труп и быстро осмотрел кухню. Никого. Он повернулся к Кириллу и недовольно поджал губы.

— «Владимирский централ, ветер северный. Когда я банковал, жизнь разменяна, но не „очко“ обычно губит, а к одиннадцати туз», — продолжал выводить баритон Круга.

Кирилл метнулся в закуток за печкой и не обнаружил там никого. Дом был зачищен. Для четырех мужчин и одной женщины этот обед стал последним. Ни тот, ни другой боец не заглянули на завалинку русской печи, откуда поблескивали два глаза…

«И как же все реально!» — снова пролетело в мозгу Кирилла.

— Чего в бабу не стрелял? — буркнул Царь, когда они потихоньку двинулись к следующему дому.

— Так она же…

— Она — враг. А у нас установка на полную зачистку. Забыл?

— Она беременна, — процедил сквозь зубы Кирилл. — Мы могли связать её, вставить кляп в рот, на худой конец…

— Нас насадят на толстый конец, если не выполним задание, — проворчал Царь. — Последнее замечание.

— Добро, — пробормотал Кирилл.

Царь на секунду замер, а после перед глазами возникло знакомое сообщение:

— 5 ЦЕНТР

Левый фланг порадовал цифрой «три». Правый выставил четверку.

Второй дом был очищен так же успешно, как и первый. Царь с Кириллом кивнули друг другу.

— 3 ЦЕНТР

— 3 ПРАВО

— 5 ЛЕВО

Кирилл с Царем, сопровождаемые недовольным клекотом куриц, уже подходили к третьему дому, когда со стороны правого фланга раздалась автоматная очередь. Безоблачное небо разразилось громом смерти.

Царь кинулся вперед и успел врезать прикладом по роже вылетевшего бугая. Выстрел Кирилла завершил жизненный путь огромного НПС. Ещё два человека начали отстреливаться из окон дома.

Кирилл залег за ржавым ковшом от экскаватора, который играл роль бочки для полива, а вот Царю пришлось запрыгнуть в вольер к свиньям. Кирилл даже усмехнулся, представляя, какое амбре сейчас витает над Царем вместе с пролетающими пулями.

— Суки! Вы не возьмете нас живыми! — проорал один из отстреливающихся.

Один из врагов…

Кирилл выстрелил на голос и кивнул сам себе, когда с той стороны бревенчатой стены раздался стон. С правого и левого флангов деревни звучали автоматные очереди, и среди них невозможно было различить голос штурмовых винтовок нападающих — так же невозможно, как на концерте группы «Раммштайн» услышать тихий пердеж прыгающего рядом соседа. Лишь запах уведомит о случившемся.

Царь отстреливался, но безуспешно. В вольере визжали испуганные свиньи. Одна раненая хрюшка уже раз пять пробежалась по лежащему незваному гостю. Тот терпел.

— Твари, я вас… — В окне показалось лицо мужчины.

Кирилл не стал долго думать.

Headshot

Ещё один человек был внутри. Кирилл дал отмашку Царю, и тот накрыл окно шквальным огнем. Пули вырывали щепки дерева, сбивали последние осколки стекла, впивались в перегородки внутри, но не давали защитнику дома высунуться наружу. Этим и воспользовался Кирилл, когда пролетел по двору и ворвался в дом.

Очередной выстрел в голову подтвердил, что дом очищен. Оставались другие противники, но их худо-бедно прижали правый и левый фланг. Цифры сыпались одна за другой в общий чат, всплывая красными кровавыми росчерками перед глазами остальных.

Когда Царь с Кириллом присоединились к общему веселью, автоматные очереди стихли очень быстро. Индикаторы здоровья над бойцами зачистки притухли. Над Грибом вообще едва горела одна десятая. Кирилл заметил, что и сам сумел сохранить только половину шкалы. Два ранения не ощущались, но из правой ноги понемногу сочилась кровь, а левая рука сгибалась так, словно на ней висела двухпудовая гиря.

Зато они выиграли! Прошли симуляцию полным составом!

Деревня была зачищена, но Царь не разрешил расслабиться. Он приказал всем пролистать ленту сообщений.

Нехитрые подсчеты выявили отсутствие одного трупа. Получалось 39/40. Где-то был ещё один противник.

Кирилл не хотел думать, что система посчитала этим противником нерожденного младенца в животе убитой бабы. Не может быть! Тот и так труп без спасительного материнского сердцебиения…

— Прошерстить все дома! Мы не можем вернуться на точку без полного выполнения приказа, — процедил Царь. — Работаем так же, парами.

Черт и Гюрза ушли на правый фланг проверять свои места. Бизон и Гриб пошли по проторенному пути левого фланга.

— Идем, — сказал Царь.

Бойцы двигались осторожно, каждую секунду ожидая выстрела. Трупы, трупы, трупы… Они не пропадали, как игровые элементы в шутерах, которые знал Кирилл, а лежали изломанными куклами, испачканными красной краской, — такие реалистичные, следящие за своими убийцами остановившимся взглядом.

Мальчишка нашелся в самой первой избе. Он сидел возле лежащей женщины, держал её ладонь в правой руке и тихо подвывал. Кириллу его подвывание напомнило поскуливание умирающего пса, отравленного дротиком, — такое же горькое и безнадежное.

— Ты начал эту резню, Гнида, тебе её и заканчивать, — сказал Царь, указывая стволом на мальчишку. — Завали его, и наше задание будет выполнено.

Кирилл пытался убедить себя, что это всего лишь игровая симуляция, это всё не по-настоящему… Пытался… и не мог. Трубка глушителя опустилась, так и не отправив следом за матерью последнего НПС.

— Ты что? Не выполняешь приказ? — оскалился Царь. — Грохни этого мелкого ушлепка! Завали его, Гнида!

Кирилл вскинул винтовку и произвел всего один выстрел. Пуля вошла точно между бровей.

Выстрел опять прозвучал глухо, будто ребенок ударил мячом по траве и поймал его…

— Ну ты и Гнида!

Царь, с удивленной рожей и протянувшейся по носу красной ниточкой, грузно осел на пол и медленно, очень медленно прислонился к столу. Он смотрел на Кирилла. Пустая бутылка водки прокатилась от толчка и разбилась между ног убийцы. Осколок дна упал так, словно взял на себя миссию собрать в себя красные капли, сочившиеся изо лба лейтенанта-смертника.

Мальчишка был удивлен не меньше упавшего Царя. Он посмотрел на Кирилла покрасневшими от слез глазами.

— Живи, малой, — проговорил Кирилл и развернулся, чтобы уйти. — Живи…

Он не видел, как мальчишка скорчил злобную рожу и взмахнул свободной рукой, которую до этого прятал за спиной. Зато Кирилл увидел, как между его ног запрыгало по полу что-то округлое и ребристое.

Яркая вспышка была последней, что увидел Кирилл перед тем, как из ослепительного света выплыли слова:

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

4

«Наградой за доброе дело служит свершение его»

Сенека

Стекло виртуального шлема стало прозрачным. Кирилл невольно потряс головой — слишком резким был переход из одной реальности в другую. Не только он офигел от происшедшей перемены, другие претенденты тоже удивленно осматривались по сторонам. Кирилл искал глазами того самого парня, который в симуляции носил ник «Царь», и не находил его.

Что за хрень вообще была только что?!

— Ничего не трогай, я сейчас сам всё сниму, — одернул Кирилла голос Андрея.

Помощник ловко отцепил шлем, снял краги и отцепил удерживающий пояс. Кирилл сошел с площадки виртоборудования и ощутил, как подрагивают ноги, словно он только что пробежал пять километров в быстром темпе.

А может, столько и пробежал — в виртуальности он не считал шаги.

Адреналин потихоньку покидал тело, унося с собой азарт охоты, а взамен добродушно даруя усталость. Хотелось сесть на корточки и немного отдышаться. Увы, у Андрея на этот счет были другие планы.

— Идем, идем, — возбужденно сказал Андрей, беря Кирилла за руку. — Потом отдохнешь…

— Ну что, как я? — кисло спросил Кирилл. — Прошел тест?

— Идем, там всё скажут.

Других претендентов на непонятную работу тоже вели помощники. Сотню людей разбили на пять групп. Количество примерно одинаковое, только в одной группе не хватало четырех человек. Группы подошли к дверям напротив площадки виртуального оборудования. Пять дверей, пять групп.

Кто же прошел?

Претенденты оглядывались по сторонам. Помощники открыли двери. Кирилл заглянул в правую и левую от той, в которую должна была пройти их группа, — однотипные комнаты, похожие на школьные кабинеты. Парты, плакаты оружие на стенах и одна большая доска впереди. И так в трех кабинетах. Похоже, что и в остальных двух было то же самое.

— Ну вот, снова за парту, — раздался голос рядом с Кириллом. — А я промокашку дома оставил.

Кирилл улыбнулся и кивнул парню с козлиной бородкой, который оказался с ним в одной группе.

— Ты как? Всё прошел? — спросил Кирилл.

— Да хрен его знает? — пожал плечами парень. — Как закинули, так и выкинули. Сергей.

— Кирилл.

Мужчины обменялись рукопожатиями как раз перед тем, как войти в кабинет. Ладонь Сергея была сухой и жесткой, мозолистой. Явно знаком с физическим трудом не понаслышке.

Помощники остались снаружи. Внутри же возвышались десять парт и двадцать стульев. На партах лежали черные планшеты, похожие на прямоугольные кусочки ночного неба. Претенденты неловко занимали места перед доской, оказавшейся огромным экраном телевизора. Озадаченно переговаривались относительно первого теста. Похоже, он у всех был одинаковым, только командиры везде были разными.

Кирилл с Сергеем сели за одну из последних парт. Негромкий говорок стих, когда на центральном экране возникли три горящие буквы.

L.i.L

Буквы замерцали и пропали, как на экране виртуального шлема. Их сменило улыбающееся лицо Михаила Анатольевича.

— Поздравляю вас, соискатели! Вы прошли первый тест. Ваша реакция, собранность, умение действовать в команде понравились начальству, и вы допущены к следующему испытанию. На этот раз вам нужно научиться не только наказывать, но и помогать людям — в реальной жизни, а это в несколько раз труднее. На ваших столах находятся планшеты. В них вы найдете информацию о человеке, которому нужно помочь устроить жизнь. Как это сделать? Вы должны придумать сами, но объект не должен догадываться о внешнем вмешательстве. Как только вы это осуществите, на планшет придет информация о том, что тест закончен. На исполнение дается неделя.

— Неделя? — поднял руку один из мужчин, коротко остриженный крепыш. — А месяц никак? А то пока найдешь да слежку наладишь…

Профессор с улыбкой взглянул на крепыша:

— Нет, всевозможные подслушивающие, подсматривающие и записывающие устройства установлены по всем стратегически важным объектам. Помните, что от вас нужно умение не только карать, но и миловать, награждать.

— Да что это за работа такая?! Богом? — спросил Сергей.

— Ну, в каком-то смысле — да… — замялся профессор. — Хотя относительно теологии я мог бы назвать вас серафимами…

— Серафимами? — переспросил крепыш. — Так это же бабское имя! Вы чё, нас еврейками обозвали?

Михаил Анатольевич улыбнулся ещё лучезарнее:

— Вы ошибаетесь, многоуважаемый! Серафим — высший ангельский чин. Они — как генералы над армией ангелов, самые сильные и могущественные. Так что вам должно льстить такое сравнение, а вы обижаетесь. Продолжим. Вашими кураторами будут помощники, которых вы уже видели. Они будут отвечать на вопросы, которые у вас возникнут, а также оказывать всестороннюю поддержку в предстоящем деле. Ознакомиться с досье на объект я предлагаю вам дома, в удобной обстановке, чтобы ничего не мешало и не отвлекало. Если у вас нет вопросов, то…

— Значит, мы прошли тест… — проговорил сидевший впереди худой очкарик. — А что будет с остальными?

— О них у вас вообще не должна болеть голова. Они отправятся обратно, домой, как и первые четверо отказавшихся участвовать. Завтра они даже вас не вспомнят, а если увидят на улице, то не узнают.

— А что это за аббревиатура такая странная — «L.i.L»? — поднял руку Кирилл.

— Это обозначение нашей компании. Так как она международная, то взяли английское название «Life in Life». Переводится как «Жизнь в жизни», то есть мы хотим создать новую жизнь, компьютерную. Сотни миров в игре, где каждый найдет себе увлечение по душе. Вы видели симуляцию? Так вот это только пробная версия, а у нас уже развивается дальнейшее направление технологии. Мы хотим вообще обойтись без виртоборудования. Представляете? Мы планируем дать человечеству возможность зарабатывать, жить, играть в одном месте. Зашел в игру — и вот тебе развлечения на любой вкус, работа любому по плечу, даже планируется вставка любви… Это глобальная задумка, и она осуществляется прямо сейчас…

— А мы-то тут при чем? — спросил крепыш.

— Вы — молодые, амбициозные, с понятием справедливости и сложившимися принципами, а самое главное — вы лучше нас, старперов, знаете, что нужно молодому поколению. Вы можете рассуждать и делать выводы относительно современности. Вы можете… А вот о том, что ещё вы можете, об этом вы узнаете, когда пройдете второй тур. Сейчас же идите, вечером вас ждет приятный сюрприз, — сказал профессор, и экран погас.

Претенденты переглянулись между собой, хотели было обсудить сложившуюся ситуацию, но в этот момент открылась дверь.

— На выход! — последовала короткая команда. — Планшеты не забывайте.

Помощник Андрей проводил своего подопечного до машины. Кирилл обратил внимание на то, что на стоянке осталась одна пятая часть автомобилей. Все остальные машины разъехались до их выхода. Андрей сел на пассажирское сиденье и уставился на Кирилла печальными глазами…

Через полчаса Кирилл знал, что его объектом является одинокая разведенка Галина Мухина. Проживает в Королеве, тридцать семь лет, растит сына-второклассника. Является индивидуальным предпринимателем и держит ларек возле Болшево. Невезучая в плане мужчин. Нельзя назвать красавицей, но дурнушкой тоже не была. Обычная бабенка, какую можно встретить на улице и спокойно пройти мимо. Вот только в глазах её застыла такая безысходность, что Кирилл покачал головой: сложновато будет помочь.

Андрей показал, как на планшете переключать камеры и выставлять звук. Как оказалось, квартира и ларек Галины напичканы подслушивающими и подсматривающими устройствами. Даже в туалете было две камеры.

— Всё понял? — спросил Андрей.

— Да понял, чего не понять-то, — вздохнул Кирилл. — Вот только как ей помочь? Что сделать?

— А это уже сам шевели извилинами, — пожал плечами Андрей. — Я включаю показатель заполнения. Не подведи, Кирилл…

— Чего включаешь?

В ответ Андрей только нажал на три знакомые буквы в правом углу планшета, и там возникли цифры:

0/5

Дома Кирилла встретили ароматы свежей выпечки и теплые объятия жены.

— Ну что? Ну как? Ну, взяли? — Людмила только что не прыгала радостной собачонкой, пока Кирилл снимал туфли.

У него в мозгу пролетела картинка лежащей женщины и окровавленной картошки.

— Взяли… Первое собеседование прошел. Сейчас будут решать, а через неделю должны вызвать на второе собеседование. Но я, вроде бы, понравился… — Кирилл заставил себя усмехнуться.

— Ой, как же здорово! Так классно, что ты встретил своего одноклассника! Слушай, а давай пригласим его на ужин? Познакомимся, отблагодарим за работу.

— Да погоди ты, надо ещё второе собеседование пройти, а там уже и в гости приглашать! Ладно, корми мужа, а то я так проголодался, что готов быка целиком сожрать.

— Пойдем, у меня уже всё готово. — Людмила потянула мужа в сторону кухни. — Мой руки, я сейчас.

Звуковой сигнал телефона привлек внимание Кирилла. Там было банковское уведомление: «На ваш счет поступило 50 000 рублей», а ниже — приписка: «На неожиданные расходы».

Опять деньги, и совершенно непонятно, как их отрабатывать и что будет дальше.

Утром Кирилл поцеловал жену, послушал, как пинается сын, и будто бы уехал на работу. На самом же деле он позвонил начальнику и сказался больным. Сан Саныч пробурчал, чтобы Кирилл поправлялся и не забывал больничный.

Ещё полчаса — и Кирилл потратил три тысячи на посещение больницы и подарок врачу, который оказался настолько хорошим человеком, что выписал посетителю больничный на неделю. Недели должно хватить. Пидорас!

Следом был путь на Болшево. Кирилл припарковался невдалеке от рынка и нырнул в планшет. Объект как раз подошел к рабочему месту.

— Здорово, бомжатина! Ты чего здесь развалился? Я тебе уже десять раз говорила, чтобы не маячил у ларька! — Галина сегодня была не в духе, но пока сдерживалась. — А ну, вали отсюда, убогий!

Заросший недельной щетиной мужчина бомжеватого вида покорно встал и отступил на пару шагов от ступенек. Галина поднялась к двери, зазвенела ключами и наткнулась на взгляд бездомного. Тот сразу отвернулся.

Весь его вид — грязная одежда, порванные ботинки — вызывал такое неприятие, что Галина брезгливо фыркнула и вошла в свой ларек. Хлопнула дверь, оставив мужчину за порогом. Снаружи зашуршали листы картона — мужчина убирал свою «постель».

Сигареты, пиво, конфеты, деньги, сдача… Сережка из школы прибежал, посадила его в уголкочке и краем уха слушала детские новости: кто кого обозвал, кто с кем подрался, кто кому нравится, кто пару получил, а кого похвалили.

— Выйду замуж за Светку! — уверенно сказал Сережка.

Галина автоматически поправила, что не выйдет замуж, а женится. Замаскированная камера с потолка услужливо приближала и отдаляла изображение. За обслуживанием клиентов и проверкой домашней работы пролетел весь день.

М-да, задают же теперь задачки! И это всего лишь второй класс… Кирилл сам едва не сломал голову, когда попытался решить в уме задачу Сережки. От нечего делать он стал решать задачи на логику, краем глаза поглядывая в планшет.

Сережка принес из столовой два контейнера с супом.

— О-о-о, тетя Катя расщедрилась на смачные куски мяса, нужно будет подкинуть ей блок тонких сигарет! — сказала Галина, прожевав очередной кус.

Она снова наткнулась взглядом на оборванного мужчину, когда выходила с рынка. Тот сидел у ржавой изгороди и курил один за другим подобранные окурки. «Работать бы шел, а не побирался!» — полыхнула мысль, и она вновь отвлеклась на житейские проблемы. Дома их никто не ждал, но нужно что-нибудь приготовить на ужин. Она не видела, как мужчина проводил её взглядом, тяжело поднялся и пошел устраиваться на ночь.

Она не видела, как старенький «Пассат» отъехал со стоянки и помчался прочь. Домой, к жене.

Второй день начался обычным приветствием индивидуального предпринимателя. Кирилл уже был на месте и даже запасся набором конфет, семечек и жвачек — от долгого ожидания нестерпимо хотелось курить, но он держался.

— Вставай, бомжара! Новый день пришел, пора искать работу! — Сегодня Галина проспала, и от этого настроение было испорчено больше обычного.

Ну и что, что хозяйка ларька? Она опоздала на утренний проход пассажиров к станции, а это треть дневной выручки. И этот бездомный ещё валяется и щурится на солнышко, будто обожравшийся сметаной котяра. Вот у кого ни забот, ни хлопот, а она вертись, как белка в колесе!

Мужчина вскочил, словно подброшенный мощной пружиной, скользнул взглядом по красным пятнам на щеках Галины и поспешил убраться подальше.

И правильно!

Сегодня она планировала ещё провести еженедельную инвентаризацию, так что нечего мешаться «всяким» под ногами. Дверь хлопнула так, что чуть не слетела с петель. Она не обратила никакого внимания на шуршание картона. Пусть убирается, здесь не приют для бездомных бродяг! Ещё раз дала себе зарок поговорить с охраной рынка по поводу этого «бомжары».

Кирилл обратил внимание на бомжа. Надо поговорить по душам с этим человеком. Случай представился, когда Кирилл ходил к дальнему ларьку, чтобы ноги размять и воды прикупить. Разговор получился емким, информационным и вообще положительным. Уже в машине Кирилл почесал затылок: информацию можно использовать так, чтобы исполнить задание. Вот только надо провернуть всё как надо…

— Мам, а мам? Можно, я пойду погулять? — Днем в окошечко ларька влезла растрепанная голова Сережки.

— А уроки кто будет делать? Пушкин, что ли? — не отрываясь от тетради с собственными записями, проговорила Галина.

— Мам, так мы с Игорем уже сделали, — проныл сын и попытался засунуть ранец в окошечко. Не тут-то было, пришлось заходить через дверь.

— С каким Игорем? — подняла голову Галина, когда сын показался на пороге.

— Да вон он, на плите сидит. Умный очень, он мне с математикой помог, а я ему пирожок отдал. — Сережка показал пальцем на улицу.

— Нельзя показывать пальцем. — Галина взглянула, куда указывал сын, и увидела сидящего на бетонной плите «бомжару». — И, Сереж… с этим дядей я запрещаю тебе разговаривать. В следующий раз сам доедай пирожок.

— Хорошо, мам. Так я пойду погулять?

Галина вздохнула: не хотелось отпускать сына, но инвентаризация только перевалила через половину. Она наказала Сережке далеко не убегать и грозно взглянула на курящего бродягу. Тот ответил виноватой улыбкой и пожал плечами. Надкушенный пирожок лежал рядом на клочке газеты. Галина ничего не сказала, только хмыкнула и отвернулась. Цифры ждали.

Кирилл тоже ждал в машине и прокручивал в голове варианты.

Вечером Галина с сыном вновь видели сидящего на корточках бродягу, но у измученной подсчетами женщины не осталось сил на недобрые мысли. Она прошла рядом с домиком охраны и решила зайти завтра: всё-таки он помог сыну.

Кирилл подошел к Игорю и изложил ему свой сформированный план. Толчком к выбору именно такого несуразного плана послужил изменившийся показатель:

1/5

Утром третьего дня всё шло по плану: Кирилл успел договориться с местной охраной. Договор включал в себя две бутылки водки и тысячу на карман. План начал осуществляться, когда Галина взошла на территорию рынка.

— Ты что, обосрался, что ли? Пошел на хрен, скунс вонючий! — От громкого крика бродягу смело со ступенек, как перышко от дыхания урагана.

Галина за десять метров учуяла запах экскрементов. Пахло так, что на глаза навернулись слезы. Мужчина отрицательно покачал головой и открыл, было, рот, но женщина уже подняла с земли обломок кирпича. Бродяга выставил вперед руки, как делают дети, когда на них кто-то нападает. Ладони были неожиданно чистыми, Галина же думала, что они у него чернее, чем у негра. Этот жест беспомощности взбесил её ещё больше. Такой же жалкий, бесполезный козел, как и её бывший муж…

— Проваливай отсюда, сволота позорная! Чтобы ноги твоей здесь больше не было! — кричала женщина на присевшего мужчину.

Тот покорно кивнул и начал подниматься с земли, не отрывая от неё глаз. Этот виновато-собачий взгляд переполнил чашу терпения, и женщина метнула оружие пролетариата. Острый край кирпича вонзился в скулу, отчего голова мужчины мотнулась назад. На грязной коже выступила алая кровь. Бродяга прижал ладонь к щеке и быстрыми шагами скрылся между палаток. Даже не ойкнул, засранец…

Кирилл чуть присвистнул. Это в планы не входило, но эмоциональный фон рассчитал как нельзя лучше.

Галину трясло. Бомж ушел, а запах экскрементов никуда не делся. За ларьком она нашла испачканную тряпку, от которой шел отвратительный запах. Женщина с омерзением кинула влажную ветошь в пакет и зашвырнула его в мусорный бак. Но долго ещё казалось, что запах витает в воздухе. Даже Сережка, когда пришел после школы, наморщил нос и постарался смыться как можно быстрее.

В этот вечер Галина не видела бродягу у забора. Женщина решила, что он оставил её в покое, и не стала тревожить охранников.

Показатель изменился ещё сильнее. Теперь в углу планшета виднелось:

3/5

Людмила пыталась развеять грусть мужа, но тот ерошил волосы и рассчитывал только на ночной ход плана. Бомж Игорь был против такого поворота, но Кириллу всё-таки удалось его убедить в необходимости небольшой жертвы. Пришлось даже задействовать знакомого врача, который недавно выписывал бюллетень. План претворялся в жизнь.

Если всё рассчитано верно, то вечером завтрашнего дня Кирилл должен был увидеть сообщение от «L.i.L».

Следующим утром женщина не увидела привычную картину у своего ларька. «Прогнала?» — кольнуло под сердцем. Она не знала, радоваться этому событию или огорчаться. С одной стороны, он портил ей торговлю тем, что ошивался неподалеку и отпугивал клиентуру своим замызганным видом. С другой стороны… привыкла она к нему, что ли?

Даже толстый картон не лежал на ступеньках. Женщина вошла в ларек и погрузилась в работу. Люди шли, заказывали, платили, она отдавала товар, отсчитывала сдачу. Принимала товар, расплачивалась и записывала. Галина несколько раз ловила себя на том, что выглядывает из окошечка и старается найти взглядом бездомного. Его нигде не было — ни на бетонной плите, ни у ограды. Червячок вины за свою несдержанность глодал её изнутри.

— Сереж, как дела в школе? — Галина подождала, пока сын расскажет новости, и потом задала интересующий вопрос: — Слушай, а ты сегодня не видел своего знакомого… как его… Игоря?

— Нет, мам, не видел. Ты же сама запретила с ним разговаривать, — удивился сын. — А он тебе нужен? Хочешь, я поищу?

Галина взъерошила мягкие волосы сына, чмокнула его в лоб, отчего он зажмурился и попытался вырваться.

— Нет, не нужно. Делай уроки. Я тебя пока закрою и схожу до столовой.

Кирилл наблюдал и потирал руки. Теперь остался ход охраны. Петрович не должен подвести, он и так маячил раз в полчаса у ларька Галины.

День прошел спокойно. Галина так и не увидела оскорбленного бродягу и решила про себя, что и черт с ним. Вот ещё, о всяком бомже беспокоиться! Да любой на её месте поступил бы так же! Она взяла сына за руку и почти вышла с территории рынка, когда внезапно остановилась у домика охраны. Галина и сама не могла сказать, почему она туда пошла. Или червячок вины сделал своё дело, или же все-таки она решила до конца выжить этого бродягу…

— Подожди меня здесь! Я быстро. — Галина передала сыну пакет с продуктами и зашла в домик.

— Привет, Петрович! — поздоровалась женщина с пожилым мужчиной в черной форме.

— А, Галиночка! Привет-привет! Ну как ты? За лыцаря ещё замуж не вышла? — Петрович улыбнулся так широко, что морщинки превратили лицо в печеное яблочко.

— За какого «лыцаря»? Ты о чем, Петрович? — недоуменно посмотрела на него женщина.

Теперь пришла очередь удивляться охраннику. Кирилл даже похлопал, глядя на актерскую игру Петровича. Эх, такой талант пропадает!

— Дык ты чё, ничего не знаешь, штоль?

— Чего я не знаю, Петрович? Рассказывай, не томи. Я запарилась сегодня, так что башка не варит совсем, а ты ещё загадки загадываешь.

— Дык это… Игорь-то. Бомж местный. Я о нем. Он же возле твоей палатки, как пес, по ночам ходил. Всё охранял. Даже спал на ступеньках. Я, было, прогнать собрался, а он мне так душевно и выдал: мол, не гони, батя. Влюбился, грит, в хозяйку ларька, а подойти боюсь. Он и убирался возле твоей палатки, бумажки да ветки собирал, мухе садиться не давал. Грит, что уже месяц пойла в рот не брал, понравилась ты ему сильно, мол, только тобой одной и живет.

Галина почувствовала, как в груди нарастает упругий ком. В глазах стало тепло-тепло. Она прерывисто вздохнула.

— Да ну, влюбился! Врал, поди. Пожрать хотел, вот и вертелся рядом.

— Не, Галиночка, не скажи. На «пожрать» он в магазине грузчиком зарабатывал. Он и с Сережкой, вон, подружился, помогал ему уроки делать. Знаешь, какой Игорёха башковитый? Сканворды на раз-два-три решает. А тут позавчерась пассажир пьяненький за твою палатку зашел, так Игорь его выгнал с матюками, тот даже штанов не успел нацепить. Правда, вредный мужик оказался. Подождал, пока Игорь отойдет, да дерьмом ларек и вымазал. Игорь догнал да сунул пару раз этому пьяненькому, а потом до утра твой ларек отмывал. Свою майку пожертвовал, а у меня ещё ведро для воды брал.

Так вот почему у него ладони были чистые! А она его кирпичом… Если бы она только знала… Галина ощутила, как слезы жалости и вины полились горячими каплями из глаз. Тушь потечет… Да плевать!

Кирилл тоже почувствовал ком в груди. Эх, в нем умирает великий драматург! Он вперился в планшет, где показатель изменился ещё раз:

4/5

Вот же чёрт! Ещё немного, и работа тю-тю. Может, оно и к лучшему? А то непонятные задания, непонятная работа, непонятные наниматели…

— Ну, не плачь. Он живой остался, — продолжал играть Петрович.

— Живой? — переспросила Галина и ощутила, что дыхание замерло в груди. — С ним что-то случилось?

— Ну да, в больницу его отвезли. В первую городскую. Вчера ночью снова тот пассажир пришел с друзьями — сильно, видать, его Игорь обидел. Вытащили ломики, а твой лыцарь встал у двери и никого не подпускал. Они ить хотели Игоря поломать да ларек твой разгромить. Я покуда наряд вызвал да наружу выскочил, кто-то лыцаря ножиком и пырнул. Меня увидели — и драпать, а я уже «скорую» вызывал. Геройский он у тебя мужик, оказывается! Помыть, одеть, и за человека сойдет. Ты куда, Галинка?

Женщина вышла на улицу. Сережка что-то спрашивал у неё, но она не слышала. Ноги не держали, она опустилась на асфальт, и слезы хлынули рекой. Плакала навзрыд минут десять. Выплакивала тяжелую жизнь матери-одиночки. Выплакивала одинокие ночи в холодной постели. Выплакивала свою жестокосердность по отношению к настоящему мужчине.

Петрович принес кружку с водой. Галина половину расплескала, пока осушила до дна. Сережка обнимал её и шептал что-то ободряющее, охранник похлопывал по плечу, на них озирались люди. Оглядывались, делали свои предположения, выводы и спешили по делам. Галина смогла взять себя в руки и утереть слезы.

— Ты сказал, что его в первую городскую увезли?

Петрович утвердительно кивнул.

Кирилл смотрел, как по светло-зеленому больничному коридору спешила запыхавшаяся женщина. Её сначала не хотели пускать, пока она не рухнула на колени. Говорила, что приехала к раненому мужу, что очень нужно, слезы так и струились по щекам. Сына оставила внизу с медсестрой, сказала, что вернется быстро.

Она только туда и обратно.

Вот и нужная палата. Галина перевела дух, оправила халат, выдохнула и открыла дверь.

Игорь лежал возле окна. Лицо бледное, худое, на скуле кровоподтек. На шум двери он повернулся и…

— Здорово, бомжатина! Ты чего здесь развали-ился? — Галине не удалось выдержать веселый тон, на последнем слове голос предательски дрогнул.

Он улыбнулся и протянул к ней руку…

Кирилл в коридоре глубоко вдохнул и уже на выдохе услышал писк со стороны планшета. Показатель изменился:

5/5

Не успел? Кто-то другой опередил? Всё напрасно?

Следом прямоугольники камер потухли, и на их месте загорелись три буквы «L.i.L». Чуть ниже вспыхнула надпись:

Вы прошли тест. В понедельник в 10 утра на место сборов.

5

«Только в России дерущиеся люди могут побить вместе того, кто хочет их разнять»

М. Задорнов

Выходные Кирилл решил провести с Людмилой. Жена с радостью согласилась, она ужасно соскучилась по общению с мужем, который последнее время пропадал на работе и приходил домой усталый. Понятно, что он старался быть добытчиком, принести в семью как можно больше денег, чтобы она ни в чем себе не отказывала, но… Людмила порой говорила, что всех денег не заработаешь, а жизнь проходит мимо, и время, проведенное врозь, уже не вернуть.

Осенний парк ВДНХ радовал глаз багрянцем листвы и тихой грустью засыпающей природы. Хризантемы приглашали использовать их лепестки вместо ромашек и узнать, что на самом деле идущий рядом человек «любит-не любит». Рудбекии золотыми коронами выделялись из общей разноцветной массы. Ультрамариновые астры тоже норовили высунуть соцветия вперед, будто призывали обратить на них взгляд и восхититься, хотели «словить хайп».

Людмила радовалась теплому дню бабьего лета и радостно щебетала обо всем на свете. Она пыталась расшевелить, раскачать мужа, который в последние дни как-то замкнулся, отстранился от неё. А позавчера даже на специально пересоленные макароны не обратил внимания, съел и поблагодарил за вкусный ужин.

На все расспросы отвечал мягко, улыбаясь и по делу, но что-то явно не договаривал. И это «что-то» не могло оставить Людмилу в покое…

— Слушай, а давай зайдем в «Карелию»? Посмотрим резиденцию Деда Мороза? И заодно на фигуры из дерева посмотрим? Недавно Машка с мужем там были, так сказали, что внутри вообще суперски сделали. Ну пойдем? — Людмила потянула мужа за локоть.

— Да пойдем, пойдем, — кивнул тот в ответ. — Только… это… ты не устала? Посидеть не хочешь? Воды, мороженого?

— Нет, вот рельсы я бы лизнула и занюхала красной смородиной. — Людмила хитро посмотрела на Кирилла и рассмеялась, когда он недоуменно взглянул на неё. — Да перестань, Кирилл, всё нормально! Беременность не повод считать меня инвалидом.

— Да я не считаю. Беспокоюсь просто… — Кирилл обнял жену и заглянул в карие озера, полные любви.

— Всё нормально. Если что, я обязательно скажу.

Путь до павильона проходил мимо ларька с напитками, и Кирилл всё-таки купил бутылку воды, хотя Людмила и отказывалась. Сказал, что для себя. На самом деле он уже приметил, что Людмила начала прихрамывать на левую ногу и неосознанно прикладывала левую руку к пояснице, стараясь чуть выпрямиться.

Показался павильон номер шестьдесят семь, коричневые колонны и резные фигуры вверху, а чуть позади — белый фасад здания, наблюдающий за посетителями тусклыми бельмами окон. Немного в стороне от входа компания из пяти молодых людей вовсю радовалась жизни. Две бутылки водки беззастенчиво стояли на лавочке, а рядом расположилась нехитрая закуска. Гогот, сортирный юмор и мат в качестве приложения.

Люди проходили мимо, отводили взгляды. Вдалеке маячили постовые, но подходить ближе к разнузданной компашке не спешили. Пока не воняет, лучше не трогать.

Людмила тоже потянула Кирилла мимо лавочки, тот стиснул зубы, но прошел, опустив голову. Чтобы не посмотреть в глаза молодчикам. Чтобы не было повода словить фразу: «Хер ли уставился?»

Молодые люди, не стесняясь проходящих мимо, обсуждали любовные победы. Один из них, мордатый здоровяк с коротким рыжим ирокезом, громко разглагольствовал, перемежая фразы матом:

— А потом её в туалет потянул, она и поперлась. Ну, как обычно, на уши присел, что люблю и жить насрать, а она повелась. Ух, как я её жарил — визжала свиньей, но жопой елозила от души! Сиськами чуть бачок не разнесла. Так завела, что две палки за раз кинул. Второй раз на клыка дал. Ух, едва мозг через хрен не высосала! Я потом сказал, как долбаный лорд Байрон, что позже подойду и заберу её с собой в трехэтажный особняк жить. Только дела перетру и подойду. Она, довольная, к мужу пошла (этот бухарик даже не заметил, что его жены долго не было) с корефаном нажирался. Ну, а я в другой клубешник поехал — в этом чё-то скучно стало…

— Красава, Шмель! Таких только драть и надо! — воскликнул бритоголовый крепыш и поднял бутылку водки. — Пусть другие женятся, а мы их жен драть будем!

Друзья рыжеволосого дружно заржали и стукнулись пластиковыми стаканчиками.

Желваки Кирилла дернулись, ноздри раздулись, но Людмила потянула его дальше. Она почти умоляющим взглядом просила Кирилла не вмешиваться, тот мягко улыбнулся ей. Улыбка далась с трудом.

Какие всё-таки свиньи живут рядом с ним! Специально прийти в место массового скопления народа, у всех на виду жрать водку и при этом материться, как сапожники… И никто им не сделает замечания. Боятся.

Возле ларька «ЧАЙ-КОФЕ-ВАФЛИ» Кирилл задержался. Он купил по стаканчику чая для обоих и взял пару вафель.

— Давай немного посидим, перекусим, наберемся сил, а потом пойдем? — предложил он Людмиле.

Та оглянулась на очередной взрыв смеха в сорока метрах от них.

— Может, мы потом посидим? Я не устала. Честно-честно.

— Пойдем, пойдем. — Кирилл потянул её к скамеечке, где уже сидела семья с пятилетним малышом.

Мальчик был одет в матроску и бескозырку с надписью «ВАРЯГЪ», он покосился на подошедших и прижался к ногам матери.

«Почему дети всегда прижимаются к матери, а не к отцу? Чтобы не мешать папе устранять опасность?» — подумал Кирилл и подмигнул мальчишке. Тот смущенно спрятал лицо, но потом хитрый глаз снова взглянул на Кирилла.

— Простите, не помешаем? — спросил Кирилл.

— Нет, пожалуйста, — кивнул глава семейства — коренастый мужчина с обтянутым футболкой животом.

— Спасибо. Вот, присаживайся. Сейчас перекусим и пойдем смотреть на фигуры. Лепота-то какая, красота! — Кирилл кивнул на резные фигуры над колоннами.

Хотя он и делал вид, что любуется фасадом, но ни на секунду не выпустил из зоны внимания молодых людей напротив. А у тех уже закончилась вторая бутылка, и на свет появилась третья.

— Да, здорово! — согласилась Людмила. — Вот умеют же люди делать прекрасное!

Один из молодчиков попытался жонглировать пустыми бутылками и отошел на десяток метров, но через десять секунд обе разбились, усеяв асфальт тусклыми бриллиантами осколков. Людмила вздрогнула, когда резкий звук заставил её повернуться в сторону компании. Кирилл снова так стиснул зубы, что на скулах заходили желваки, и заметил, как побелели костяшки на руке сидевшего рядом главы семейства. Жена мужчины положила руку на его предплечье и показала глазами на сына. Мужчина угрюмо взглянул на Кирилла и отвернулся.

— Кирюш, а может, ну её, эту «Карелию»? Пойдем в другой павильон? — Людмила потянула Кирилла за руку.

Кирилл кивнул. Действительно, может, и лучше пройтись до другого павильона? Он встал со скамьи, помог Людмиле подняться. Да, лучше жене не волноваться, лучше уйти прочь. Пусть трусливо, зато целыми… По дороге можно сказать полицейским о беспределе, и пусть охранники правопорядка занимаются этими при…

— Ребята-а-а! Ну чего вы делаете? Отдайте! — послышался за спиной девичий голос и гогот пяти глоток.

Кирилл оглянулся через плечо. Каким образом худенькая блондинка оказалась возле отдыхающей компании, сказать трудно. А, нет, не трудно: один из парней выхватил из её руки мобильный телефон и теперь поднимал над головой. Девчонка же дрессированным пуделем скакала возле него и пыталась отобрать. Да куда там, с её маленьким росточком!

Вот вечно с этой молодежью так: уткнутся в мобильники и не видят ничего, падают в открытые люки и влипают в дерьмо… Девчонка обошлась без падения, просто влипла.

— Киря, пойдем. Они позабавятся и отдадут, — проговорила Людмила, когда почувствовала, как дрогнула рука мужа.

— Ну, а я только пожурю их по-отечески и вернусь, — сказал Кирилл, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов.

— Киря, не надо…

— Друг, послушай жену, не лезь, — сказал мужчина с лавочки.

— Я уже полицию вызвала, — поддержала его супруга. — Пусть они разбираются.

— Люда, всё будет нормально, — улыбнулся Кирилл и обратился к малышу в матроске: — Капитан, доверяю вам самое дорогое, что у меня есть. Храните пуще глаза!

Мальчик важно кивнул и неожиданно лихо козырнул.

— Киря, не надо! — окликнула его Людмила, но Кирилл уже шел к соседней скамеечке.

В это время рыжеволосый крепыш сдернул с плеча девчонки сумочку и по-хозяйски начал в ней копаться. На заплеванный асфальт упали косметичка, расческа, резинка для волос, ключи. Розовый кошелек перекочевал в карман рыжеволосого, а сам он горделиво воздел над головой упаковку с тампонами, словно приз за первое место в труднейшем соревновании. Два тампона он засунул в нос, и теперь веревочки болтались, как сопли у прибежавшего с мороза первоклассника. Дружки поддерживали его и улюлюкали, наблюдая за беспомощностью жертвы.

По щекам девчонки протянулись две мокрые дорожки, щеки раскраснелись, она беспомощно оглядывалась по сторонам, но проходящие мимо люди опускали глаза. Рыжий уже пару раз успел потискать её маленькую грудь и с ржанием заявил, что у него сиськи больше. Группа школьников у фонтана достала телефоны и снимала происходящее.

Кирилл сглотнул: неужели интересно снимать унижение других? И сказал себе, что да — интересно. Люди всегда любили пощекотать себе нервы, жаждали «хлеба и зрелищ». И поэтому возникали шоу, где бомжи дрались за тысячу, где люди жрали говно, где девчонки вырывали друг у друга волосы не из-за парней, а из-за приза — сумочки «Louis Vuitton». Оставалось меньше десяти шагов, когда на Кирилла обратили внимание.

Парни радостно оскалились: появилась новая жертва, о которую можно почесать кулаки. Кирилл глубоко вдохнул, чуть задержал дыхание и выдохнул. Именно так он делал, когда в школе выходил один против троих, заступаясь за более слабых. Так он делал, когда в училище шел к дверям дискотеки, где уже ждали семеро. Так он делал всегда, когда выпускал из груди подленькое чувство страха — оно убегало вместе с выдохом.

— Ребят, отдайте девчонке её вещи и… это… прекращайте бухать. Тут же люди ходят, отдыхают, — мирным тоном попросил Кирилл.

— А ты чё, из этих… «Лев против»? — осклабился рыжий. — Отберешь бухло и выльешь? Или сам бухнуть хочешь? Так это запросто! Лось, плесни пассажиру.

— Базара ноль, — отозвался бритоголовый парень с вытатуированной слезой возле глаза. — Держи, бродяга!

Кирилл окинул взглядом руки парней. Наколок нет, а художественные красочные произведения вряд ли делали в тюрьмах. Не сидели. Уже хорошо, но вот что настроены покуражиться — плохо. Девчонка притихла и смирно стояла в сторонке, поглядывая на сумасшедшего пешехода. Явно самоубийца, если подошел.

Кирилл осмотрел диспозицию. Бритоголовый стоял чуть справа, голова наклонена влево. Горло, цель поражения — открыто. Руки заняты бутылкой и стаканчиком. Черноволосый стоял слева от рыжего, руки опущены, чуть горбился. Четвертый сидел позади и наблюдал за всем с лавочки — вскочить не успеет. А вот пятый… Кириллу очень не понравилась правая рука в кармане пятого человека.

— Не, я сам по себе. Не пью, спасибо. Ребят, я тут с женой гуляю, а вы хулиганите. Может, перейдете в другое место? И… это… отдайте девчонке её вещи, а то это статьей пахнет.

— Ты чё, нам ещё и ментами угрожаешь? — почти ласково спросил рыжий, делая шаг вперед. — Братва, тут, походу, на всю башку отбитый нарисовался. Надо ему мозги подрихтовать.

— Киря! — послышалось с соседней лавочки. — Пойдем домой, а?

— Да ты ещё и Киря? — заржал рыжий. — Киряй домой, Киря! А к нам не лезь!

— Ребят, я последний раз прошу, — сказал Кирилл.

И что будет дальше? Последний раз попросит и уйдет? Ну, в самом деле, не смертник же он, чтобы одному кидаться на такую ораву…

— Пошел нах, мудила! — сплюнул рыжий.

Кирилл схватил ремень сумочки, дернул к себе. Он успел увидеть подлетающий кулак размером с кувалду, и в его голове взорвалась Вселенная. В жарком пламени пролетели три буквы «L.i.L», и стало чуть светлее.

Тело Кирилла отнесло на добрых три метра назад, но он по-кошачьи извернулся в воздухе и приземлился на ноги. Он не успел удивиться, а его тело уже двинулось вперед.

Улыбка рыжего начала медленно меркнуть. Второй раз он уже ударил ногой, по-киношному, целясь в челюсть Кирилла. Удивление от остановки сменилось другим, когда Кирилл заметил, что рыжий почему-то начал двигаться заторможенно, как будто бил сквозь толщу воды. Можно было просмотреть целый сериал «Санта-Барбара», прежде чем нога долетела бы до скулы.

Смотреть сериал Кирилл не собирался, а вот проучить засранца надо. Да всех засранцев надо проучить! Кирилл сделал шаг вперед.

Захват ноги. Локтем по берцовой кости. Услышал хруст. Тут же — подсекающий удар по другой ноге. Следующий. Удар снизу вверх по стаканчику бритоголового. Пока водка летела в удивленно распахнутые глаза — ребром ладони в гортань. Скольжение к третьему, и колено впилось в пах. Пятый достал нож, но не успел раскрыть: локоть Кирилла врезался ему в нос. Снова хруст. Разворот, и подъемом ноги в челюсть сидящего.

Успел удивиться в третий раз, когда увидел взлетающего рядом голубя; тот словно завис в воздухе и медленно, очень медленно взмахивал крыльями. Подъем ноги встретился с челюстью сидящего, как по расписанию, и в этот момент снова перед глазами мелькнули три буквы «L.i.L».

Время вернулось в свой привычный ритм. Голубь взлетел, испуганно хлопая крыльями. На асфальт рухнули пять тел. Одновременно. Стоны боли раздались также одновременно.

Девчонка с широко раскрытыми глазами смотрела на своего спасителя. Кирилл присел возле стонущего рыжего, который сжимал ногу, выгнутую под неестественным углом. В сумочку легли обратно расческа, косметичка, немного испачканная в крови резинка и ключи. Кирилл вытащил из внутреннего кармана рыжего розовый кошелек и кинул в сумочку. Затем выдернул из руки черноволосого крепыша мобильник и сунул в руки девчонке.

— Чего стоишь? Иди давай, — одернул её Кирилл. — Теперь им не до тебя.

— Спасибо, — пролепетала девчонка и, развернувшись, пошла прочь, то и дело оглядываясь.

— Сука, теперь тебе п… — прорычал рыжий. — Вешайся, урод, мы тебя найдем!

— Слушай сюда, мудак, — быстро прошептал Кирилл. — Если вздумаете кого задеть, то в следующий раз я вас всех завалю. Ты понял?

Чтобы рыжий кивнул, пришлось пнуть по сломанной ноге.

— Ты кто? — простонал парень с лавки.

— Называйте меня экзекутором, — нехорошо усмехнулся Кирилл.

Людмила уже спешила от своей лавочки, поэтому надо было уходить. Кирилл встретил её на полпути, тут же увлек за собой. Позади остались валяться пять человек, которые меньше минуты назад были хозяевами жизни и могли куражиться над кем угодно.

— Киря, ну зачем? Не надо было. А вдруг у них оружие? — укоризненно произнесла Людмила. — Знаешь, как я испугалась, когда этот рыжий тебя ударил? Ой, а как у тебя глаз?

После её вопроса Кирилл почувствовал, как адски заныл и заломил правый глаз. Угар битвы прошел, и теперь боль приходила на запланированную территорию. Слезы полились сами собой, но Кирилл отстранил руку Людмилы.

— Да всё нормально, этот дебил ударил вскользь, — проговорил Кирилл. — Пойдем, а то сюда уже торопятся менты. Не хочется и у них ещё засиживаться.

Патрульные шли в их сторону не то чтобы быстро, но лишние расспросы были Кириллу сейчас ни к чему. Он и сам не мог сказать, как одолел пятерых крепких бойцов. Как будто всю жизнь обучался в деревнях ниндзя и вот нашел время применить навыки. Да, раньше дрался, но чтобы так эффективно…

— Спасибо, капитан, — сказал Кирилл, когда они проходили мимо лавочки с семьей. — Хорошо охранял, перевожу тебя в адмиралы!

Мальчишка тут же взял под козырек. Мать потрепала его по плечу.

— Друг, лихо ты их! Я бы пошел с тобой, но… — замялся глава семейства.

— Да всё нормально, — отмахнулся Кирилл.

На миг он задумался: а пошел бы он сам, если бы рядом был ребенок? Он ещё выслушает по этому поводу от Людмилы дома, а сейчас надо было поторапливаться.

— Не надо было на глазах детей, — сказала мать мальчика.

— Всё правильно. Пусть сын знает, что за плохое поведение людей наказывают, — веско отрезал мужчина.

Кирилл подмигнул на прощание мальчику в бескозырке. Затем Людмила утащила мужа от греха подальше. Двое из команды молодчиков очухались и теперь растерянно стояли над рыжим. Они глядели в сторону Кирилла, но догонять не спешили.

Дома выслушать пришлось немало, но большую часть укоров Кирилл пропустил мимо ушей, размышляя о том, что же произошло возле скамеечки, почему мелькнула аббревиатура и почему время замедлилось, как будто кто-то нажал эффект «слоумо».

Так ни до чего серьезного не додумавшись, Кирилл решил подумать об этом позже и, чтобы снизить поток упреков, выскочил из дома и купил жене букет алых роз. Людмила пригрозила, что это не снимает с него ответственности и что он ещё получит от неё. Кирилл в ответ поклялся простоять в углу до вечера.

В понедельник он с бережно замазанным фингалом приехал к назначенному времени на странный склад и первым делом увидел Сергея. Молодой человек тоже пытался замазать синяк на скуле, но у него это получилось хуже, чем у Кирилла.

— Привет! Ты тоже добрался до финала? У тебя кто был? — спросил Кирилл.

— Привет. Да был мужичок-бухарик, гонял по дорогам пьяным. Ни хрена никого не боялся, а сколько раз в авариях побывал…

— И что, ты сделал его счастливым?

— Ага, устроил ему подставу, когда он напился. Проснулся он в больнице, а там ему сказали, что он попал в аварию и десять лет пролежал в коме. Провели агрессивную чистку мозгов. Друзья загримировались постаревшими, по телеку мне пришлось выступить как бы в новостях будущего. Из меня получился неплохой диктор. Мужик просил только увидеть свою дочку и жену. Хотел извиниться перед ними. В общем, денек его промурыжили, порассказывали всякого-разного. Он едва не поседел. А потом, когда всё открылось, то поклялся в рот пойла не брать. Я в двадцатку уложился и был третьим.

Кирилл рассказал о Галине. Сергей присвистнул. Кирилл всё поглядывал на синяк на скуле Сергея, а тот то и дело косился на фингал.

— Скажи, ты в последние дни гулять не выходил? — спросил Кирилл.

Сергей ещё раз взглянул на фингал Кирилла и расхохотался:

— Финалисты, мать его! Я рад, что ты прошел!

— Взаимно!

6

«Справедливым педагог может быть тогда, если у него есть достаточно духовных сил, чтобы уделить внимание каждому ребенку»

В. А. Сухомлинский

Пятерых финалистов — Кирилла, Сергея, угрюмого, плотно сбитого Евгения, высокого широкоплечего Алексея и ещё одного Сергея, пухленького коротышку, — помощники провели в первый кабинет. На этот раз их встречало не изображение на экране, а Михаил Анатольевич собственной персоной. Рядом сидел его коллега, англичанин Брюс Блек, — тот самый, которого Кирилл сравнил с почтальоном Печкиным.

— Я рад приветствовать вас, соискатели интереснейшей работы! Вы с честью прошли все испытания, и осталось последнее: подписать контракт. Вы можете ознакомиться с ними. — Михаил Анатольевич показал на красные папки, лежащие на столах перед людьми.

— А что за работа? Вы так и не объяснили суть, — поднял руку Сергей. — Да, за сотку на карту спасибо, но вот что за работа нас ждет?

— Ой, дырявая моя голова, совсем забыл ввести вас в курс дела! А всё проклятая конфиденциальность — нельзя слова лишнего сказать! Ладно, сейчас, я думаю, можно открыть завесу тайны. — Михаил Анатольевич взглянул на своего коллегу, тот с важностью кивнул. — Ни для кого не секрет, что сейчас в мире самым важным считается элитное оружие. Красные кнопки в чемоданчиках за несколько минут могут превратить Землю в подобие Луны. Понимаете? Вот и прекрасно! Вы будете таким оружием Вселенной «L.i.L». Будете теми, кто сдерживает и наказывает особо опасных преступников, хакеров, взломщиков и тому подобное отребье. Скажите, вы в выходные сталкивались с превосходящими группами противников?

Пять человек кивнули — не одновременно, но все. Почти у всех на лицах были отметины столкновения: у кого синяки, у кого ссадины.

— Так вот, наверное, вы удивились тому, как легко справились с противниками? Это всё программа улучшения. Чувствовали, как ноги тряслись после испытания в деревне? Тоже она. Как только в первом тесте зафиксировались ваши навыки, ваши умения, так тут же подключилась программа улучшения, и пока вы охотились на виртуальных врагов, ваши мышцы бомбардировались мириадами электронных импульсов. За время, проведенное на нашем виртуальном оборудовании, вы успели усвоить рукопашный бой, самбо, муай-тай, крав-мага, бокс, ушу, каратэ, тхэквондо и дзюдо. Ваши мышцы взорвались и запомнили все движения. Ну, а маленький бонус с элементом «слоумо» — это подарок от фирмы, — сказал Михаил Анатольевич.

— Да мы уже все поняли, что это было спланировано. Но как? Почему так получилось? — спросил Кирилл. — Ведь это не те ушлепки затормозились, а само время для меня ускорилось. Даже голубь завис в воздухе.

— А это, мой друг, — поднялся со своего места Брюс, — последние разработки наших ученых. При опасности включается режим «Стрелок». Помните Нео из «Матрицы»? Так вот, мы использовали тот же эффект: ваши глаза начинают передавать обновления мозгу чаще, ментальные процессы протекают в ускоренном ритме, и вы можете воспринимать мерцание света в четыре раза быстрее, чем обычный человек. Вы становитесь, как мухи: время для вас начинает течь в 6 раз медленнее. Но это кратковременный эффект, поэтому не увлекайтесь им.

— А в чем заключается смысл работы? — поднял руку Евгений.

— Вы будете следить за работой Вселенной «L.i.L», — просто ответил Михаил Анатольевич. — Будете карать и миловать, будете решать те проблемы, с которыми модераторы не смогут разобраться по тем или иным причинам. Вы будете разящим мечом… Нет, не так — вы будете карающей пулей, которая поддерживает порядок и покой в компьютерном мире. Иногда… Надеюсь, что это будет крайне редко, но вам придется проводить беседу с нарушителями в реальном мире. Полная конфиденциальность вашего места пребывания, вашей личности, вашей семьи и всего остального гарантируется. Только мы двое и ваши помощники будут знать о вас. Для всего остального мира вы — карающие и награждающие призраки с неограниченными возможностями. Неизвестные, неуловимые, являющие собой справедливость. Вы — элита Вселенной «L.i.L». Для полного подтверждения вам остается подписать договор.

— Это всё слова, Михаил Анатольевич, — угрюмо заметил Кирилл. — А по факту? Больше конкретики? Как мы будем карать?

Михаил Анатольевич с улыбкой взглянул на спросившего, достал из кармана пульт и нажал на красную кнопку. Знакомые буквы загорелись на экране. Когда они пропали, появилось поле — настолько широкое, что оно уходило за горизонт, и не было ему ни конца, ни края. Спиной к смотрящим стоял мужчина в фантастических латах.

Вечернее небо окрашивалось в багровые тона, по нему мазками художника-постмодерниста скользили фиолетовые облака. Раскаленный блин солнца готовился укатиться прочь и швырял на поле последние лучи. Откуда-то издалека доносились глухие удары по барабану — размеренно-быстрые, задающие темп, увлекающие стук сердца за собой и заставляющие кровь бежать быстрее бежать по венам.

Кирилл хмыкнул, латы мужчины он видел на паладинах Варкрафта — громоздкие, пафосные, затрудняющие движения. Возможно, в самой игре были невероятно сильные мужчины, но вот подобные нагромождения на косплеерах Комикона заставляли пожалеть ребят.

Камера задергалась, словно стояла на штативе, и в этот момент землетрясение вздумало пошалить. Издалека донесся рокот, словно из-под земли начал выползать огромный стальной змей, чья чешуя цеплялась за всевозможные камни и глыбы.

Человек неторопливо вытащил меч и чуть присел. Рокот нарастал.

— Это ваш коллега из Штатов. Клан орков «Северные волки» нарушил постановление не трогать игроков младше пятого уровня. Они уничтожили не меньше тысячи персонажей, прежде чем модераторы поняли масштаб трагедии и попытались предотвратить резню. Увы, у клана оказались умелые хакеры, которые не позволяли забанить их соклановцев. Видя беспомощность модераторов, к ним присоединялись новые игроки. Они обнаглели до такой степени, что вызвали все кланы игры на поле боя. Обещали всех разложить на пиксели… Тогда модераторы и обратились к серафимам…

Рокот становился громче. На горизонте показалась черно-зеленая волна, которая катилась по направлению к одинокому воину. Камера услужливо приблизила картинку и показала зеленых орков: клыкастые морды, мощные торсы, устрашающего вида булавы, секиры, топоры и молнии. Они рычали, подбадривали себя криками, радостно скалились — против них вышел всего один человек, а это означало, что их боятся. Сейчас они раздавят наглеца и будут безраздельно властвовать в этом мире!

— Северные волки завладели миром фэнтези, а дальше мы завладеем всей Вселенной!! — проорал огромный черноволосый орк, бегущий впереди несметной толпы. — Всего один глупец рискнул выйти против нас!! Вперед, братья и сестры!! Каждый отрежет по кусочку от этого дебила!!

Его крик словно был усилен мегафоном, так как даже самые последние гоблины, едущие на боевых слонах, вскинули вверх топоры и радостно завыли. Трубный рев слонов перекрыл остальные восторженные вопли. За слонами брели медлительные тролли, они поддержали рев слонов. По полю катился разноголосый ор.

Мужчина в доспехах качнул головой влево-вправо, разминая шею. Его лица не было видно из-за шлема, лишь глаза… Они горели ровным синим пламенем, язычки пробивались сквозь прорезь забрала, но дыма не было видно, как от газовой горелки.

— На битву собрался весь клан «Северных волков». Их было около десяти тысяч персонажей. Они затарились от души — по нашим данным, кто-то даже продал машину, чтобы накупить заклинаний и эликсиров. Амулеты только самые дорогие и действенные, оружие самое прокачанное, кожу не пробил бы даже гранатомет. Колдуны кастовали заклинания без остановки, мана лилась рекой, и смотрите, что получилось, — говорил Михаил Анатольевич, пока камера без устали показывала злобные морды бегущих, их оружие, колдунов и вспыхивающие разноцветные круги заклинаний.

Когда до мужчины оставалось около сотни шагов, в небо взвилась черная туча стрел. Тонкие оперенные вестники смерти перелетали через бегущих и стремились превратить стоящего мужчину в подобие подушечки для иголок.

Мужчина развернулся, присел и закрылся. Стрелы клевали бронированную спину, скользили по доспехам, украшали траву пернатыми цветами.

Мужчина ждал.

Кирилл невольно поймал себя на том, что сжал кулаки и подался вперед. Он словно был там, находился рядом с этим одиноким глупцом. Не верилось, что этот воин сможет что-то сделать. Даже если у него есть код бессмертия, то его запросто завалят бегущим мясом и разорвут на составляющие.

— И вот наступает наказание, — мягко проговорил Михаил Анатольевич.

Когда стрелы прекратили лететь, а черноволосый предводитель оказался в пяти шагах от мужчины, тот резко развернулся и молнией метнулся к бегущим. Самого первого он встретил ударом бронированного кулака в лоб. Предводитель с хрипом завалился назад, а паладин метнулся к следующему.

Летающая за ним камера еле успевала выхватывать эпизоды битвы. Меч окрасился красным, когда колени бегущей горы мускулов подогнулись и могучий орк упал вперед, зажимая бьющий из шеи фонтан. Третья жертва успела поднять топор, когда лезвие пропороло ременную привязь на груди и вышло с другой стороны. Стальная перчатка поймала подлетающую стрелу, и ещё один орк опрокинулся назад с выросшим во лбу древком.

На всё это воину понадобилась секунда. В следующий миг мужчина превратился в воронку, окруженную со всех сторон острым блестящим металлом. Эта воронка с бешеной скоростью полетела по рядам подбегающих орков, оставляя за собой лежащие тела. Стоны взмыли над полем, заглушая грохот барабанов.

— Стреляйте по нему!! — закричал, приподнявшись на локте, черноволосый предводитель. — Палите всем!! Колдуны, кастуйте максимум урона!!

С небес посыпались молнии, ударяя по крутящейся воронке. Из земли вырвались змеящиеся корни деревьев. Ветряные кулаки рухнули вниз. На несколько мгновений воронка скрылась под поглотившими её заклинаниями, а потом взорвалась яркой вспышкой.

Мужчина в окровавленной броне и всё с теми же пылающими холодным огнем глазами взмыл в воздух, отбрасывая прочь ошметки четырех орков. Щиты из восставших игроков были так себе, но, по крайней мере, они приняли на себя всю ярость магии «Северных волков». Теперь пришла пора показать магию элиты. За его спиной распахнулись белые крылья, испачканные красной текстурой крови.

Воин простер к небу меч, и в острие ударила синяя молния, оглушающий гром раздался чуть позже. Мужчина направил другую руку по направлению к магической толпе, и слетевшие с пальцев электрические разряды сшибали фигуры, оставляя на месте вскрикивающих колдунов только дымящиеся мантии.

Когда в небо снова взвились стрелы, воин сложил крылья, камнем рухнул вниз и закрутился в уже знакомом вихре смерти…

Следующие две минуты новоявленные работники компании «L.i.L» наблюдали за истреблением клана «Северных волков». Кровь хлестала, как настоящая. Крики и проклятия доносились со всех сторон, напоминая сцену греко-римских войн, когда ещё порох и пули не нашли своего применения.

Воин начал охоту на колдунов, пробивая целые коридоры в зеленом месиве нападающих. Он разил и тут же отскакивал с такой скоростью, что орки, гоблины и тролли не успевали опустить оружие или же задеть паладина хотя бы краем клинка. Лезвие меча блестело в последних лучах солнца обжигающим языком пламени.

Участь колдунов повторили лучники, причем одному из них Кирилл даже посочувствовал, когда паладин вырвал лук из рук, ударил под дых, отчего гоблин согнулся в три погибели. Воин в мгновение ока оказался позади лучника и безжалостно затолкал лук в зеленую задницу по самый оплетенный кончик деревянного плеча. Страдальчески звякнула тетива, оборвавшись от чересчур сильного натяжения.

Ряды орков дрогнули, но их остановил окрик поднявшегося с земли предводителя:

— Он уже устал!! Мы должны забить этого уродца!! Навались, ребята!!

Паладин кивнул, как будто соглашаясь со словами орка, и снова ринулся в атаку…

На окровавленную траву падали булавы, топоры, секиры. Ряды орков катастрофически редели. Они расступились, и вперед вышли боевые слоны с бивнями, украшенными металлическими остриями. Рев животных поддержали оставшиеся орки.

Воин снова повел головой из стороны в сторону, разминая шею.

Дальше экран начал показывать такую фантастику, что этот эпизод можно было запросто вставить в фильм о властелине кольца в какую-нибудь из эпических битв. Воин подлетел к первому слону. Стальная молния сверкнула между ног-колонн. Слон взревел, но уже не от ярости, а от боли. Из колонн начала вырываться кровь. Слон накренился вправо, пытаясь подогнуть ноги и избежать боли.

Воин вскочил на одну из наклоненных колонн и побежал по ней. Хобот другого слона потянулся схватить надоедливую муху, а мужчина словно того и ждал: он оттолкнулся от серого бока, взмыл в воздух и приземлился уже на морщинистый длинный нос. Слон пытался скрутить хобот пожарным шлангом, но паладин промчался по нему, прыгнул, ухватился за рваное ухо и всадил меч в бок слона — туда, где должно быть сердце.

Рев второго падающего слона совпал с визгом боли третьего, когда в его опускающуюся ступню вонзился меч проскользнувшего паладина. Через пять ударов сердца было покончено и с третьим слоном.

Орки в страхе замерли. Их количество сократилось втрое, и сейчас против этой орды стоял залитый кровью паладин. Его глаза всё так же горели синим пламенем. Он стоял спокойно, без намека на усталость. Орки дрогнули.

— Да что же вы, трусы?!! — проорал предводитель. — Великие Шаманы с нами!! Глотайте эликсиры Ярости!! МЫ — БЕРСЕРКИ!! МЫ — СЕВЕРНЫЕ ВОЛКИ!!

Орки выхватили из-за поясов небольшие склянки. В траву упали деревянные пробки, а в оскаленные пасти полились красные ручейки эликсиров. Воин стоял всё так же спокойно, ждал, пока орков охватит алое пламя и они увеличатся в размерах. Одежда на орках трещала, горы мышц вздувались, а оружие казалось игрушками в их огромных лапищах.

Паладин снова качнул головой вправо-влево.

Эликсиры не помогли оркам справиться с воином. Он безжалостно истреблял бросающихся на него громил. Каждый взмах меча находил себе жертву. Каждое движение было четко выверено и рассчитано. Каждый всполох молнии догонял убегающих с поля боя.

Кирилл и остальные смотрели на это наказание провинившегося клана. Смотрели до тех пор, пока на усеянном трупами поле не остались двое: паладин и орк-предводитель.

— Я… я не хотел, — вдруг сказал орк. — Я честно не хотел. Меня заставили. Это Билл меня подговорил. Я никогда…

— Значит, каждый должен отрезать по кусочку от «этого дебила»? — металлическим голосом произнес паладин.

— Это всего лишь игра! — провыл орк, падая на колени. — Позволь сохранить мой шмот и моё оружие. Я два года копил на всё это…

Паладин по-отечески положил руку на мощное плечо орка и мягко произнес, насколько это было возможно голосом из металла:

— Каждому воздастся по делам его…

Хнычущий орк посмотрел в синие глаза, горящие из-за забрала, и резко ткнул выдернутым из-за голенища ножом. Паладин в пируэте пропустил лезвие мимо себя и уже на развороте снес черноволосую голову. Оскаленная морда покатилась по полю, разбрызгивая капли дымящейся крови, а тело рухнуло у ног победителя.

— … Горе тому, кто совращает праведных на путь зла, — проговорил мужчина.

Паладин взмахнул мечом, сбрасывая капли виртуальной крови. Белоснежные крылья распахнулись за спиной, и он взмыл в воздух. Не хватало только печально-героической музыки, чтобы посмотреть, как победитель десятитысячного войска улетает прочь.

— С музыкой финал получился бы эпичнее, — проговорил Кирилл.

От звука его голоса остальные соискатели словно очнулись от гипноза. Они продолжали смотреть, как паладин улетает в сторону красного диска заходящего солнца, но уже начали шевелиться, почесываться, откашливаться.

— Ага, тут бы классно подошло это… — Сергей хмыкнул и запел: — «И над степью зловещей ворон пусть не кружит. Мы ведь целую вечность собираемся жить…»

Пять человек заулыбались и хором подхватили:

— «Если снова над миром грянет гром, небо вспыхнет, вы нам только шепните — мы на помощь придем!»

Под дружный хор паладин исчезал в красной дымке.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Михаил Анатольевич. — А ведь, и правда, Брюс, очень подходит. Надо будет попросить ребят наложить сверху эту песню.

— Я знаю, это из вашего фильма… — Брюс пощелкал пальцами. — «Неуловимые мстители». В принципе, вы чем-то схожи с этими самыми мстителями. Тоже будете неуловимыми.

Кирилл поднял руку:

— Скажите, а вот эта игра… Это же не «L.i.L»? Вы говорили, что она пока ещё не вышла.

— Конечно же, нет, это одно из ответвлений, называется «War Steel» и продается только в Америке. Все пиратские копии отслеживаются и безжалостно блокируются вне Соединенных Штатов, — с гордостью заявил Брюс Блек. — После выхода Вселенной эта игра будет поглощена и выйдет уже в другой, обновленной версии. Игроки получат предложение или переходить в новую игру, или остаться в старой, но без регулярных обновлений. Старую игру ждет постепенное угасание, остальные игроки с радостью перейдут в новую. За заработанный в игре шмот и оружие они получат небольшие плюшки… Не такие большие, чтобы выделяться на общей волне, но весьма ощутимые.

Михаил Анатольевич кашлянул, привлекая внимание, и показал на лежащие на столе документы:

— Вернемся к нашим делам. Вы будете работать по двенадцать часов через тридцать шесть часов отдыха. Один будет выходить на двое суток в выходные, а пять дней отдыхать. И каждую неделю меняетесь. Поначалу будет казаться, что это сложно, но потом привыкнете. Если понадобится что-либо сделать в реальности, то будьте готовы к командировкам. На всю Россию вас пять человек, но долгие командировки не входят в наши планы, и к вашим услугам всегда будет частный самолет. Вся необходимая информация будет у помощников. В вашу работу входят постоянные тренировки, поэтому советую возить с собой спортивную одежду. Всё остальное мы берем на себя. Зарплата у вас будет для начала триста тысяч в месяц, по итогам квартала возможны премии, а также бонусы за хорошо выполненную работу. Вам осталось только подписать документ и ни в коем случае, даже самым близким, не рассказывать о вашей работе.

— А что же сказать семье? — поднял руку Евгений.

— Вы догадались, как можно устроить жизнь одинокому сорокапятилетнему девственнику. Думаю, что вы справитесь и придумаете правдоподобную версию о своей работе. Прочитайте контракт и поставьте подпись. — Михаил Анатольевич подождал, пока соискатели листали усеянные мелкими буквами страницы. — Подписали? Вот и чудно! И, да, на работе у вас не будет имен, только прозвища. Так что напрягите мозги и скажите, каким позывным вас величать.

— Волк, — сказал Сергей после секундной паузы.

— Потому что Сергей — серый? — поднял бровь Михаил Анатольевич.

Сергей кивнул.

— Тогда я — лев, — сказал второй Сергей.

— Анаконда, — буркнул Алексей.

— Призрак, — отозвался Евгений.

Кирилл подумал и завершил список:

— Экзекутор.

7

«Не стой где попало, а то опять попадёт»

Н. Фоменко

Пятерке из элиты новой Вселенной дали десять минут на собственные нужды. Кирилл добежал до машины и обрадовал Людмилу, что его приняли на работу в аналитический отдел. Жена закричала в трубку от радости и пообещала вечером расстараться на славу. «Такого ужина ты никогда не пробовал!» — сказала Людмила, а Кирилл почувствовал, как в груди стало тепло-тепло.

Помощник Андрей проводил Кирилла к его виртуальному оборудованию. Площадка с тумбой и широким блином беговой дорожки одиноко торчала в отдельном кабинете. Стены, пол, потолок кабинета были задрапированы зеленой тканью, как на съемочной площадке, где должны быть спецэффекты.

— Это что тут? — спросил Кирилл. — Кино будет сниматься?

— Ага, — кивнул Андрей. — Мультипликационное. Про Черного Плаща.

— Юмор понял, шутку — нет, — откликнулся Кирилл.

— Сейчас всё поймешь. Для тебя запускается программа обучения владения всеми видами современного оружия. Ты должен пройти в виртуальности каждое испытание. Должен! Несмотря на свои принципы. То, что ты завалил Царя в первом испытании, не сыграло тебе на руку. Тебя вообще хотели отстранить от работы… Очнулся бы на следующий день и ни хрена бы не вспомнил. Вот только меткость у тебя выше всех основных показателей, да и физически ты гораздо сильнее остальных претендентов.

— А что это вообще за хрен с горы? Откуда он нарисовался? Ведь его не было ни среди сотни, ни среди двадцатки. Кто этот полудурок?

Андрей загадочно улыбнулся:

— Это твой раздражитель, искусственно собранный из всего того, что ты не любишь. Чтобы развести тебя на эмоции. И пока что это неплохо получается.

— А то, что этот ублюдок убил беременную бабу, а потом хотел грохнуть пацана, это не учитывается? — нахмурил брови Кирилл.

— Не учитывается, так как под аватаркой пацана может сидеть пятидесятилетний фермер из Техаса и клянчить шмот или оружие. Знаешь, как хорошо был развит бизнес перевертышей в фэнтезийной игре, пока не сделали привязку к полу? Сидел пентюх на кресле где-нибудь в общаге, выбирал эльфийку посиськастее-пожопастее, и давай играть в потеряшку: мол, я первый раз дала в коричневый глаз, в игре ни разу не была и в рот ни разу не брала. И обязательно подчеркивала, что создала перса по своему образу и подобию, ну, может чуть грудь уменьшила. Голосовой синтезатор изменял голос и делал прокуренный бас бархатным грудным баритоном. Понятно, что на сексапильную потеряшку у игроков поднималось… давление, и они по доброте душевной сбрасывали шмот и остальной дроп. А этот хрен потом через аукционы продавал подаренное и неплохо наживался.

— Ага, есть такие уроды. Они в реале мошенниками зовутся.

— Вот и тут нельзя верить ни смазливой мордашке, ни плачущему ребенку. Некоторые арахниды специально принимают вид заблудившихся детей, чтобы игроки подошли ближе. Надо было видеть офигевшие глаза персонажей, когда изо рта милой белокурой девочки вылетали отравленные жвала.

— Всё понял, не буду обращать внимания на аватары игроков, — пробурчал Кирилл.

— Вот и ладно! Тогда наденем шлем, перчатки и помчимся в виртуальные дали, — со вздохом кивнул Андрей.

— А ты чего такой грустный? Чего вздыхаешь?

— Да моя девушка хочет пойти в бета-тестеры Вселенной, а у меня не получается её отговорить, — сказал Андрей, укрепляя ремень и перчатки.

— Тоже будет «серафимом»?

— Нет, она будет тестировать мир фэнтези. Косплеерша она у меня, повернута на всех этих прибамбасах и компьютерных примочках. Тестировать также будут мир файтингов, хорроров, гонок, фэнтези и приключений. Это основные направления развлечений, казино и прочие простенькие игры можно не учитывать.

— Ну, ты же сам работаешь в этой компании. Чего тебе бояться-то?

— Хрен его знает, — пожал плечами Андрей. — Ссыкотно мне что-то. Вроде, и всё нормально, и Вселенная скоро запустится, но вот на сердце у меня неспокойно… Ладно, это всё мои заморочки. Давай укреплю шлем.

Кирилл кивнул и подставил голову. Понятно, что молодой человек заботится о своей женщине — он сам ради семьи подписал договор на странную работу. Даже уже придумал, что скажет дома о новой должности. Но до дома надо было ещё добраться, а сейчас забрало шлема потемнело, и снова загорелись буквы.

Погружение произошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1

Перед глазами полыхнуло:

Обучение стрельбе из огнестрельного оружия

Уровень первый

Забрало посветлело, и Кирилл осматривался уже не в зеленом кабинете, а в огромном тире. Справа убегали вдаль подвешенные на тросах мишени, а слева на столах было разложено такое разнообразие оружия, словно Кирилл выбрался на одесский «Привоз», а там вместо овощей и фруктов почему-то решили торговать всевозможными видами вооружения.

Откуда-то послышался голос Андрея:

— Подойди к первому столу и возьми любой из пистолетов. Ты должен научиться стрелять из любого оружия, но мы начнем с пистолетов.

Кирилл едва не вздрогнул. Как же всё реалистично было в этой виртуальности! Текстура пола, колыхание от дуновений ветерка далеких мишеней, прорисовка оружия…

Первый стол осветился синеватым светом, как елочная игрушка с фосфорным рисунком, которую внесли из освещенной комнаты в темный коридор. На столе с тщательностью перфекциониста были разложены десять пистолетов. Вокруг каждого лежала коробка с патронами.

Кирилл моргнул, когда увидел на всех десяти пистолетах мерцающие «битые» пиксели. Стоило ему только присмотреться к одному из них — вороненому с рукояткой шоколадного цвета, как тут же вынырнули характеристики:

Пистолет Стечкина (АПС)

Страна-производитель: СССР

Разработан: 1951 год

Масса: 1,22 кг с патронами (без кобуры-приклада)

Длина: 225 мм (без кобуры-приклада) и 540 мм (с кобурой-прикладом)

Длина ствола: 140 мм

Начальная скорость пули: 340 м/с

Вместительность магазина: 20 патронов

Следующий пистолет принес ещё одну порцию характеристик:

Beretta 92

Страна-производитель: Италия

Разработан: 1975 год

Снаряженная масса: 0,95 кг

Длина: 217 мм

Длина ствола: 125 мм

Начальная скорость пули: 390 м/с

Вместительность магазина: 15 патронов

Также характеристики выплыли у «SIG-Sauer» «P226», «Glock 17», «FN Five-seveN», Пистолета «ТТ», «Colt M1911», «Walther P99», «Desert Eagle Mark XIX». Кирилл поднимал, осматривал, заряжал и клал на место. Опыт срочной службы помог разобраться в оружии.

— Ну и чего ты их мнешь, как титьки первокурсницы? Ты стрелять пришел или пистолеты разглядывать? — раздался голос Андрея, от которого Кирилл вздрогнул. — Стреляй из каждого, мы должны выяснить твои слабые и сильные стороны.

— Не кричи под руку, а то рука дрогнет, — сказал Кирилл, ощущая в руке приятную тяжесть «ТТ».

Пистолет лег удобно, комфортно для стрелка — легкий, компактный, смертоносный. Перчатка виртоборудования передала Кириллу тяжесть металла, а ладонь ощутила холодок.

— Экзекутор, ты станешь стрелять или я тут буду стоять до тех пор, пока не постарею и не помру?

— Не ной!

Кирилл прицелился в далекую мишень. Сильный, раскатистый грохот выстрела, гигантская вспышка дульного пламени. Очень захватывающе и эффектно! Кирилл видел, как после каждой выпущенной пули из мишени вырывалась цифра.

— Всего семьдесят пять очков после восьми выстрелов. Экзекутор, ты меня разочаровываешь, — раздался голос Андрея. — Я надеялся, что будет гораздо лучше. Ты глаза, что ли, закрыл?

— Взял бы и сам показал, как надо! — огрызнулся Кирилл. — А то критиковать все мастера…

— У меня другая работа. А ты заканчивай лениться. Представь, что палишь в рожи врагов и каждый патрон должен сделать хэдшот. С таким настроением надо подходить к стрельбе, а не просто популять и забыть.

— Да ладно, не нуди!

Беретта выбила сто сорок очков. Цифры выскакивали после каждого попадания по мишени, и стрелок поморщился, когда вышла «семерка». Кирилл слегка потряс рукой, когда отдача в очередной раз ударила по ладони.

— Чего ты трясешь, как будто дрочить тренируешься? Пришел стрелять — стреляй! Я бы из рогатки больше выбил. Соберись!

— Слышь, а тебя точно мне в помощь прислали? Пока что только мозги выносишь.

— Точно в помощь. И ты соберись, а то смущаешься, как девятиклассница в мужском туалете.

— Ага, нынешних девятиклассниц смутишь! — проворчал Кирилл, беря со столика «Глок».

Грохот выстрелов заглушил слова Андрея. Кирилл усмехнулся, найдя способ не слушать едкие замечания.

Отстреляв все пистолетные патроны, Кирилл перешел к автоматическому оружию, следом шли снайперские винтовки, дальше лежало футуристическое оружие из различных компьютерных игр — громоздкое, блестящее, устрашающее. С такими любили бегать пластиковые солдатики из «Звездных войн».

— Что, и таким придется пользоваться?

— А как же! У компании планируется широкий выбор игровых планет, так что придется и с этими бандурами поскакать.

Лучи, шары, трассеры и молнии — Кирилл испытал весь спектр новых ощущений от необычного оружия. Нет, он уже бегал-прыгал в играх типа «Mass Effect», «Doom» и «Quake», но одно дело видеть на экране, а другое — ощущать вибрацию в руках и потом видеть, как вылетает сверкающий шар, чтобы поразить далекую цель. Такое чувство, словно в руках волшебная палочка, выпускающая фаерболы. Кирилл стал магом. Магом оружия.

— Выходим! — послышался голос Андрея.

Экран потемнел и выдал горящие буквы:

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

— Что случилось? — спросил Кирилл. — Тренировка закончилась?

В кабинете стены уже не были зелеными. Теперь они представляли собой экраны, на которых возвышались или падали пики диаграмм, разноцветные круги с выделенными секторыми напоминали разрезанные для большой семьи торты.

— Нет, тренировка только началась. У тебя остается ещё четыре часа до отправки домой, но я обещаю погонять тебя так, что похудеешь на пару-тройку килограммов. Раздевайся! — скомандовал Андрей.

Помощник стоял в трех метрах от виртоборудования. Перед ним в воздухе парил синеватый контур экрана, с которого по велению пальцев срывались и падали на стену диаграммы.

— Чего? А ху-ху тебе не хо-хо? Я разденусь, а вдруг ты целоваться полезешь? — скривился Кирилл.

— Экзекутор, дать бы тебе по мордасам за такие слова, да только не справлюсь! У тебя нет с собой тренировочной одежды, а эта у тебя пропотеет и может порваться. Элементарная забота. Не бойся, у нас тут есть душевые, так что потом помоешься и выйдешь нормальным человеком. Мне надо снять твои физические показатели во время стрельбы по движущимся мишеням, так что не строй из себя целку, а скидывай портки и отправляйся в виртуал голяком. Обещаю не пялиться.

Кирилл пожал плечами: в принципе, всё логично. Он снял перчатки и освободился от одежды. Семейные трусы на всякий случай оставил — по-любому, тут есть камера, а трясти причиндалами на потеху каким-нибудь извращенцам он не собирался.

— Такая большая компания, а тренировочной одежды нет, — проворчал Кирилл.

— Потому и нет, чтобы тебя не смогли отследить по поту и чешуйкам кожи. После твоего ухода тут всё простерилизуют и вымоют не только с хлоркой. И тут не должно быть ни одной твоей вещи. Пришел, отработал смену, испарился. Всё. Даже для местных работников ты будешь каким-то чуваком из техподдержки. И ни с кем, кроме меня, не общайся. Ну, ещё Михаил Анатольевич и Брюс. От остальных держись подальше. Всё понял?

— Отца поучи… дыню выбирать, — буркнул Кирилл. — Запускай свою шарманку!

Снова темнеет экран, появляются буквы, и Кирилл оказывается в джунглях. Изумрудные лианы, яркие цветы всевозможных расцветок, перелетающие с места на место обезьяны и истерично кричащие попугаи — вот краткий перечень того, что окружало Кирилла. Он находился возле огромного баобаба, чьи ветви подпирали небо.

— Эта симуляция позволит тебе отработать стрейф, то есть непрекращающееся движение игрока вправо-влево. Он, с одной стороны, усложняет попадание по тебе, а с другой — позволяет стрелять практически на ходу. В руках у тебя будет появляться то самое оружие, в стрельбе из которого ты показал наихудшие результаты. Боты будут в ответ палить по тебе, если твоя шкала опустится до ноля, то будешь приседать сто раз и начинать снова, — раздался голос Андрея.

— А чего сто? Давай полторы тысячи сразу! — весело отозвался Кирилл.

— Зря ржешь, может быть, придется и полторы тысячи присесть. Ладно, начали!

В руках Кирилла блеснуло, и там очутился «ТТ».

— Первое, чему ты должен будешь обучиться, называется тэппинг. То есть ты двигаешься, замираешь на микросекунду, один раз стреляешь и снова двигаешься. Старайся попадать в голову, чтобы не делать повторные выстрелы, — посоветовал Андрей.

— А в кого… — начал было Кирилл и тут же присел, когда слева раздались выстрелы, а из дерева над его головой полетели щепки.

— Работай, Экзекутор! — выкрикнул невидимый Андрей.

Кирилл тут же перекатился, замер на одном колене, нашел взглядом врага. Почему-то врагом был невзрачный мужичок в грязновато-белой майке, вытянутых на коленях трениках и с недельной щетиной, словно мужик только-только вынырнул из запоя и теперь ищет минеральную воду для заливки горящих труб. Смешной, худой, небритый. Вот только двустволка в руках мужика была самая что ни на есть не смешная. И эта двустволка следила за Кириллом.

Следующий бросок произошел одновременно с нажатием пальца на курок двустволки. То место, где только что стоял Экзекутор, выплеснуло из себя фонтанчики грязи, упал срезанный стебель бамбука.

— Ты кувыркаться будешь или стрелять, Колобок недоделанный? — раздался голос Андрея.

— Иди в жопу! — пропыхтел Кирилл, пытаясь прицелиться.

— Сам иди! — буркнул невидимый Андрей.

Кирилл не успел прицелиться. Бот-алкоголик снова выстрелил, и полоска жизни над головой Кирилла уменьшилась на четверть.

— Прокомментировать? — послышался ехидный голос Андрея.

— Сейчас представлю, что это ты, и… — Грянул гром, и на лбу бота образовалась аккуратная дырочка.

Над головой бота возникла надпись:

— 100 % HEADSHOT

Бот немного постоял, а потом медленно завалился назад.

— Ну, вот видишь, завалил… а то всё «мама», «мама», — прокомментировал Андрей.

— Ладно, давай следующего. — Кирилл повел головой вправо-влево, разминая затекшую шею,

и невольно поймал себя на мысли, что повторяет жест паладина из виденного недавно ролика.

— Тренируйся на этом, пока не отстреляешь пять магазинов или пока не помрешь! — отрезал Андрей.

Следующие десять минут Кирилл уворачивался, отпрыгивал, приседал, насколько это позволял эластичный пояс-держатель. Бот-алкоголик раз за разом падал и возрождался, чтобы снова навести на Экзекутора своё оружие. Наконец, магазины кончились, а от полоски здоровья осталась четверть.

— Теперь у тебя будет два противника, так что подключай фликинг, бессознательное наведение, — послышался голос Андрея. — Эту характеристику тебе тоже нужно отработать.

Из зарослей папоротника вырос ещё один бот. Он отличался от предыдущего наличием бронежилета.

— А чего он в панцирь закован? Где мой панцирь?

— С каждым разом всё труднее будет, друг мой вжопупосылательный, — произнес Андрей. — А ты как хотел? Это тебе не в магазин за хлебушком сходить.

— Вот же вы уродцы… А ты — в особенности.

Андрей издевательски хихикнул. Правая рука Кирилла отвисла под тяжестью «АК-12». Он поудобнее перехватился и тут же отпрянул в сторону, когда боты начали поднимать своё оружие. У второго бота тоже оказался автомат.

На втором магазине Кириллу всё же пришлось присесть сто раз, когда он замешкался и попал под очередь бота в бронежилете.

Он злился, а комментарии Андрея только подливали масла в огонь. Как только не называл помощник своего подопечного! «Пердун косорукий» было самым мягким из ругательств. Но ярость, казалось, придавала Экзекутору дополнительные силы.

Кирилл научился палить навскидку, затем появился ещё один бот, и пришлось отрабатывать бушмастеромбурстинг — короткие очереди. Когда появился четвертый бот, Кирилл начал работать со спрэингом — длинными очередями.

Время шло, выстрелы оглушали, руки дрожали под тяжестью оружия. Андрей всё так же веселился и ржал, когда Кириллу приходилось приседать. Раза три или четыре Кирилл стрелял на голос помощника, но тот только добавлял ехидства.

В конце упражнения было самое тяжелое задание: боты умножились в два раз и отдалились на пару сотен метров. В дрожащих руках Кирилла появилась СВД с оптическим прицелом, и пошло обучение трэкингу, слежению за целью. Плохо было то, что у ботов тоже были снайперки и они умели ими пользоваться.

— Хватит на сегодня, — смилостивился, наконец, Андрей, когда Кирилл в очередной раз упал после приседаний. — В следующий раз повторим.

Пот стекал по телу Кирилла чуть ли не водопадами. Трусы можно было выжимать. Руки и ноги дрожали такой крупной дрожью, словно к телу подключили электрический ток.

— Жаль, что у меня… нет под рукой… хотя бы рогатки, — тяжело дыша, сказал он. — Я бы тебе сделал… хэдшот…

— В следующий раз бери. Сейчас вот на, выпей. — Андрей протянул подопечному стакан с белесой жидкостью.

— Что это?

— Протеин, витаминные добавки, кофеин и ещё медицина всякая, которую ты один хрен не поймешь. Это будет для тебя тонизирующим и восстанавливающим средством, а то машину вести не сможешь.

Кирилл выпил жидкость. Поморщился. Белесая муть была похожа на разведенный в воде мел. Андрей снова прикалывается?

— Экзекутор, на сегодня всё. Давай помогу снять виртоборудование, и пойдем, провожу до душа. Привыкай. На следующей неделе состоится запуск Вселенной, так что надо в мышцы вбить все навыки. Они запомнят на долгое время, останется только обновлять время от времени.

Кирилл хотел рассказать Андрею, куда ему следует засунуть все навыки, но в этот момент ощутил, что силы возвращаются. Тело словно накачивали воздухом, мышцы уже не трясло в каталептическом припадке, а слегка потряхивало. Андрей нажал на клавишу висящего в воздухе экрана, и дальняя стена отъехала в сторону, открывая взору душевую кабинку и туалет.

Вот о чем мечтал Кирилл, пока носился по влажным джунглям!

После обжигающих, а следом ледяных струй воды Кирилл почувствовал себя более или менее нормально. Руки уже не подрагивали, да и ноги не норовили согнуться в коленях. Андрей попрощался с подопечным и отдал график выхода на работу. Кириллу надо было выходить в среду в восемь утра.

Дома Кирилла встретили запеченный с яблоками гусь и целая гора снеди на столе. От вида жареной картошки, селедки, поблескивающей боками под кольцами лука, запотевшего графина у Кирилла рот наполнился слюной.

— Любимый, садись, садись! Я не ела, тебя ждала. Ты у меня такой молодец! И Сережка твой молодец! — обняла его жена, когда Кирилл только вошел на кухню. — Давай его пригласим к нам на ужин?

— Какой Сережка? — не понял Кирилл.

Сергея, который вместе с ним прошел на должность «серафима»…

— Да одноклассник твой, Сережка Курышев. Ну ты чего? Совсем от цифр голову потерял? — непонимающе взглянула жена.

— Ах, да… да… Сережка. Конечно же, пригласим. Вот как раз на обмывку первой зарплаты и пригласим. Я… это… память потерял от такого стола. Слишком уж всё аппетитно выглядит.

За ужином, от которого хотелось проглотить язык, Кирилл рассказал о «новой работе», о странном графике — «потому что США имеет другой временной интервал, и приходится работать круглосуточно». Пока на новой работе не всё понятно, но Сергей поставил над Кириллом опытного человека, и тот его обучает.

— Тактичный и такой любезный! — сказал Кирилл, вспомнив Андрея и его подколки. — Вводит в курс дела без лишних напрягов. Щадит мои нервы…

Людмила слушала, подкладывала мужу и смотрела на него блестящими глазами. Кирилл несколько раз ощущал уколы совести, что обманывает жену, но отгонял эти ощущения прочь — главное, что он будет приносить по двести тысяч домой.

Он сознательно приуменьшил заработок, чтобы откладывать сотню каждый месяц на черный день. Ну, или чтобы быстрее накопить на первый взнос ипотеки.

Уже ночью Людмила приткнулась к нему объемным животиком и прошептала:

— Киря, это слишком похоже на сказку… Скажи, это правда?

Кирилл ответил не сразу. Он пару раз дернул желваками, набрал в грудь воздуха, но потом тихо выдохнул и сказал:

— Правда. Ну неужели ты думаешь, что я тебя буду обманывать?

8

«— Простите, я сейчас занят.

— Ты труп! Какие у тебя дела?

— Смотреть в окно и дрочить в слезах. Рутина такая»

«Американская история ужасов»

Потянулись серые будни аналитика банковского секторы — по крайней мере, так Кирилл говорил жене, когда приходил домой и падал почти без сил на кровать.

«Цифры отнимали жизнь», — говорил Кирилл, и ведь не врал. Не врал, поскольку боты день за днем отнимали у него проценты жизни, заставляли приседать, отжиматься, подтягиваться и сдавать бег на длинные дистанции.

Андрей и не думал щадить своего подопечного. Помощник ходил мрачнее тучи и на все вопросы касательно настроения огрызался и посылал в бой. Вероятно, он хотел послать на другие три буквы, но выбрал эти. Их тоже можно выплюнуть сквозь зубы.

Вместо привычного шлема и перчаток Кириллу предоставили целый костюм из почти невесомой ткани, но с функцией получения болевых ощущений — для достоверности. Минимальной, но достоверности. Чтобы кожа покраснела от электрического удара, но внутренние органы остались целыми.

Площадка осталась прежней, но уже не было того сковывающего движения ремня, который отвлекал от игры. Вместо него было магнитное силовое поле, оно не мешало передвигаться, но не отпускало дальше движущегося полотна. Кириллу стало гораздо удобнее принимать участие во всевозможных ситуациях, которые ему любезно устраивал Андрей.

Куда только не забрасывало Кирилла на тренировках! Он стрелял из пушки по осаждающим порт скелетам-корсарам, потом абордажной саблей отбивал атаки тех живых мертвецов, которым удалось добраться до суши Тортуги. Он вместе с эльфами скакал по огромным ветвям старинного леса Эмульдраса и по-партизански отстреливал из лука подступающих гоблинов. Он гонял по трассам России, Китая, США и отстреливался от преследующих копов. Он бродил по темным подземельям, которые были населены кровожадными чудовищами, и стрелял, стрелял, стрелял…

Особенно ему нравилось бродить по постапокалиптической Москве. Он отстреливал кошмарных тварей, возникших после ядерной зимы, и любовался закатами. Даже нашел небольшой баг игры. На Красной площади, в трех метрах от поваленного сгоревшего ствола голубой ели, находился провал. Стоило шагнуть в него, и Кирилла отнесло на десять метров севернее. Сначала Кирилл не понял мгновенного перемещения, но потом ещё пять раз прокатился на мини-портале. Он не сказал об этом Андрею, который в это время отходил по делам. Это была маленькая тайна Экзекутора.

За месяц тренировок тело окрепло и закалилось. Протеиновые коктейли снимали боль в мышцах и расслабляли накрученную нервную систему. Кирилл уже не падал после полутора тысяч приседаний, а спокойно шел до машины, ощущая лишь легкую усталость.

Всё-таки бег, отжимания и остальные физические упражнения с собственным весом дали хорошую базу для новых тренировок, когда руки пытались опуститься под тяжестью виртуального оружия, а ноги проваливались в виртуальное болото. Костюмы делали компьютерные миры реальными, красочными, зовущими в них жить.

— Это исключительно наши разработки, — как-то похвастался Михаил Анатольевич, когда зашел проверить показатели Кирилла. — Инженеры шагнули далеко в освоении компьютерного пространства, а в скором времени шагнут ещё дальше.

— Что там будет? — спросил Кирилл. — Перемещение людей в виртуальность?

— Ну, это в самых грандиозных планах. А пока что мы приносим виртуальность в людей, — хохотнул Михаил Анатольевич.

Кирилл не видел, как побелели костяшки Андрея, когда тот сжал кулаки. Да и от Михаила Анатольевича это прошло незамеченным.

— Ладно, занимайтесь. На американское Рождество запланирован полноценный запуск виртуального мира. И, что самое интересное, вход в мир «L.i.L» будет для всех бесплатным. Достаточно лишь зайти в него и зарегистрироваться. В любой точке мира, с любого компьютера можно войти в наше творение и погрузиться в его чарующие сказки…

— Бесплатно? Я слышал про бесплатный сыр, — хмыкнул Кирилл.

— Ну, конечно же, Вселенная не станет бесплатной, всё же мы должны содержать огромный штат сотрудников по всему миру. Но плата за шмот, оружие и припасы будет минимальной. Если беспрестанно фармить, то можно обойтись и без денежных вложений. Но это выход для тех, кто готов променять своё время на виртуальные «примочки», вместо того чтобы купить за деньги.

— Ну да, либо есть время, либо есть деньги, — вступил в разговор Андрей. — А если денег нет, то во Вселенной «L.i.L» есть возможность их заработать.

Михаил Анатольевич вздохнул, как вздыхает хороший начальник перед разговором с раздолбаем-подчиненным. Он посмотрел на помощника.

— Андрей, ваша подруга Марина говорила, что вы против пластической операции. Но это всего лишь подарок от компании. И это свобода волеизъявления. Да если она согласится, то потом сможет выступать на «Комиконах» по всему миру. Её будут узнавать как в игре, так и в реальности, а это дополнительный доход от инстаграмма, ютуба и прочих рекламных компаний. Она будет копией своей аватары… За исключением ушей, разумеется — мы же не такие фанатики. К тому же, если не понравится её новый облик, то компания обязуется вернуть прежний вид. Даже сделает чуть моложе, — улыбнулся Михаил Анатольевич.

— А мне почему не предлагаете? — спросил Кирилл. — Вдруг я тоже хотел бы дополнительно…

— Увы, вам нельзя. Вы каждый раз будете заходить во Вселенную под новыми личинами, так что пластическая операция вам ни к чему, друг мой, — развел руками профессор. — И вообще, давайте на этом закончим? Нам ещё нужно основательно подготовиться к запуску.

— Но, профессор… — начал было Андрей.

— Мы никого не заставляем, — откликнулся Михаил Анатольевич. — Если Марина захочет исправить некоторые недочеты своей внешности, то мы не будем этому препятствовать.

Профессор вернулся к просмотрам физических показателей, улучшенных характеристик и наработанных навыков. Судя по его улыбке, он был доволен успехами Кирилла.

По телевизору, интернету и на рекламных баннерах тем временем полным ходом началась агрессивная реклама Вселенной «L.i.L». Разработчики обещали невероятные миры, совершенно новый игровой подход, и проскальзывало в недоговоренности, что это не очередная игрушка, а нечто большее.

Дошло до того, что за два месяца до запуска Вселенной на рекламных баннерах и в социальных сетях появились табло, отсчитывающее время до начала Погружения. Именно так — Погружения. Среди компьютерных флудилок проскальзывала информация, что разработчики решили отказаться от виртоборудования и придумали совершенно новый гаджет, позволяющий уйти в игру без остатка.

Возможно, такие слухи распространяли сами маркетологи компании, но пока что Кирилл тренировался в новом костюме и наблюдал за показателями. Почему-то он всегда отставал от одного из своих коллег. Всегда был вторым. Имен не было видно, но при выводе общих показателей Кирилл ни разу не занимал первое место. Его полоска была оранжевой, как сообщил Андрей, и эта оранжевая полоска всегда была ниже белой.

Хотя у Экзекутора порой мелькала мысль, что эти показатели были специально подогнаны, чтобы дополнительно мотивировать больше выкладываться на тренировках. А вдруг? Вдруг у остальных пятерых есть своя белая полоска и для того, чтобы показатели были лучше, надо всего лишь чуть больше заниматься и тренироваться?

Гонка за лидером. Сверхпредельная работа.

Кирилл смог позволить себе сменить квартиру, и они с Людмилой сняли двушку на берегу Клязьмы в славном городке Щелково. Рядом был городской парк, где они могли прогуливаться с женой, пиная последние опавшие листья и наблюдая за плывущими в Клязьме отражениями хмурых туч. Подальше от автомобильных дорог, но ближе к природе.

Дома появились большой новый телевизор и компьютер последней модели. Старенькие ушли в добрые руки людям с «Авито». Кирилл предложил вообще их выбросить, но Людмила настояла, чтобы вещи были проданы — все же деньги в общий бюджет. Кирилл не стал спорить.

Срок беременности подходил к концу, и Кирилл с каждым днём всё пристальнее всматривался в лицо жены. Она делала вид, что всё нормально, но почти не снимала руки с поясницы и норовила присесть при каждом удобном случае. Для того чтобы меньше волноваться и отвлекаться на работе, Кирилл вызвал из Смоленска тещу.

Мария Дмитриевна сразу же завладела кухней, ванной и вниманием Людмилы. Кирилл оказался тактично отодвинут на второй план. Не то чтобы зять враждовал с тещей, но и в десны не лобызались, предпочитая вежливую отстраненность.

Домашняя выпечка и разнообразные супы сглаживали некоторую натянутость отношений между тещей и зятем. Кирилл слышал год назад, как в телефонном разговоре Мария Дмитриевна называла его «непутевым». Но теперь он мог показать, что из непутевого выходит нормальный человек. И этот нормальный может позволить себе не считать рубли до получки…

Как же порой приятно уесть человека, который плохо о тебе отзывался! А если этот человек ещё и теща, то приятно вдвойне!

— Киря, ты не волнуйся, мама поможет. — Людмила провожала мужа на работу собранным рюкзаком с обедом.

Кирилл всегда с аппетитом уплетал домашнее варево после физических тренировок. На последующую стрельбу это не оказывало влияния, а белки и углеводы хорошо восполняли потраченные калории.

— Да я не волнуюсь, переживаю только, что родишь без меня, — улыбался Кирилл.

— Нет, не рожу, попрошу Максимку подождать, — улыбалась Людмила и подставляла мужу щеку.

День рождения сына для Кирилла запомнился яркой вспышкой — он проснулся от того, что в комнате было невероятно светло. Выпавший первый снег накрыл землю фатой невесты и отражал лучи осеннего солнца в окна серых домов. Кирилл стоял возле стекла и любовался белым снежным покрывалом, по которому уже протянулись стежки шагов ранних прохожих.

— Киря, я, кажется, рожаю, — тихим голосом сказала Людмила — так тихо, буднично, спокойно, что Кирилл сначала даже не понял смысл сказанного. А спустя две секунды дальнейшие три часа превратились в калейдоскоп событий. И события следовали одно за другим так же быстро, как тасовались карты в колоде шулера.

Вызов «скорой», четко названный адрес дома. Теща с бледным лицом, руки собирают вещи. Людмила тихо постанывает и кусает губы. Врач и медбрат в прихожей, грязный снег тает на половичке. «Скорая», ладонь Людмилы в руке… Больница и долгое, нестерпимо долгое ожидание. Серые квадраты плитки в фойе родильного дома — пять метров в длину, четыре метра в ширину… Пять в длину, четыре в ширину… Пять… Четыре… Секунды текут вечностью. Пять… Четыре… Пять… Четыре…

— Поздравляю, папаша, у вас сын! — Этой фразой медсестра остановила калейдоскоп и вернула времени привычное течение.

Кирилл находился в здании больницы. На стене зеленела рисованная лужайка с веселыми бабочками и смешными цветами. Дети должны видеть перед выносом на улицу кусочек счастливых созданий.

— Что?! Как?! Как там Люда?! Как ребенок?! — Сердце Кирилла старалось выпрыгнуть из груди, чтобы помчаться по коридору к двум самым любимым существам на свете.

— С ними всё нормально, не волнуйтесь. Роды прошли хорошо. Пятьдесят три сантиметра и четыре двести. Богатырь! — улыбнулась медсестра. — Сейчас идите домой, Люда позвонит позже. Не волнуйтесь вы так. Всё хорошо! Увидите их завтра.

Максим Кириллович Полозов

53 рост

4200 вес

Возраст 1 день

Состояние стабильное

Цифровое сообщение проплыло перед глазами Кирилла. Странно. После моргания оно пропало. Кирилл посмотрел на медсестру — не видела ли та это самое сообщение? Круглолицая женщина глядела в ответ добрыми глазами. Она явно ничего сверхъестественного не заметила.

Похоже, что перетренировался…

— А может быть, что-нибудь надо купить?

— Она сама вам всё скажет.

— А вот…

— Папаша, меня другие роженицы ждут. Так что не мешайте! — прикрикнула медсестра.

Кирилл открыл было рот, но медсестра уже развернулась и отгородилась от счастливого отца белой перегородкой двери. Сердце «серафима» стучало, как будто он завершил трудную тренировку.

— Эх, сейчас выпью на радостях! — проговорил Кирилл и осекся.

С новой работой он уже забыл, когда последний раз пил, когда последний раз виделся с друзьями. Да и друзей-то было раз-два и обчелся. Из-за режима полной конфиденциальности Кирилл всё больше и больше отдалялся от бывших знакомых. И первую зарплату они отметили с Людмилой тортиком, и дни рождения как-то проводили вместе. Прошли пятничные застолья, когда брали с другом Сашкой пиво и сидели, споря до хрипоты о решениях правительства. И Сашка как-то отошел в сторону.

— Алло, Сашка! Здорово, дружище! — прокричал в трубку Кирилл уже на улице. — Представляешь — у меня сын родился!

— Поздравляю! — откликнулся голос из мембраны телефона. — Наконец-то и ты ощутишь радость возможности просто поспать.

— Классно, брат! Давай сегодня встретимся, обмоем пяточки?

— Не, Кирюх… Прости, но сегодня не могу — на работе полный завал. Давай лучше на выходных? — ответил Сашка.

На выходных у Кирилла были запланированы сутки на работе. Отпроситься? Поменяться? Вряд ли удастся…

— Друг, у меня на выходных тоже не получается… Но… это… давай с тобой выберем день и пересечемся?

— Да, давай. Звякни на следующей недельке. Ещё раз поздравляю! Людмилке привет, и крепко чмокни от нас, — сказал Сашка и отключился.

Кому бы ещё позвонить? С кем поделиться радостью? Теща и так уже в курсе, что стала бабушкой, уже вовсю глушит валерьянку. А ему и рассказать больше некому, но, может быть…

— Алло, Андрюха! Слышь, а я теперь отец. У меня сын родился!

— Поздравляю, — послышался ответ.

— Может, это… по писярику бахнем?

— Не получится.

— В смысле? Ты же сегодня тоже выходной. Давай побухарим немного, отметим рождение Максима Кириллыча!

— У тебя не получится. — Всё тот же спокойный тон. — Ты сейчас протеиновый коктейль пьешь, а у него побочка есть — полная непереносимость алкоголя. Тебя наизнанку вывернет, если попытаешься хотя бы рюмку опрокинуть.

— Это что, меня закодировали? — фыркнул Кирилл.

— Можно сказать и так.

— А… это… Как же мне праздники отмечать?

— Компотиком. Только не бери перебродивший.

— Вот вы сволочи… А покурить-то тогда можно на радостях? Или кокаином занюхнуться? Хоть как-то отпраздновать….

— Нет, и этого нельзя. Пойми, это ограничение было необходимо для твоего нормального функционирования. Алкалоиды плохо влияют на опорно-двигательную систему и… Подожди.

Кирилл услышал, как на заднем фоне запищал тревожный зуммер. Он терпеливо ждал, пока Андрей вполголоса общался по другому телефону. Судя по вылетевшему крепкому слову, новости были не очень радужными.

— Кирилл, ты ещё здесь? — послышался голос Андрея.

— Да.

— В общем, так: твой выходной и обмыв пяток откладываются. Ты нужен в Люберцах.

— Где? В Люберцах?

— Да, сейчас сброшу тебе координаты.

— А что случилось-то?

— Похоже, что один из бета-тестеров, хоррорщик, сошел с ума, — ответил Андрей и отключился.

9

«Не важно, как ты искусен. Выстрел в голову — и ты труп»

Дюрарара

В Люберцы по указанному адресу Кирилл прибыл через полтора часа. Увы, МКАДу было наплевать на торопливость Экзекутора, наплевать на срочность дел. У МКАДа была своя веселая жизнь, полная хмурых лиц и бездушных камер.

Он успел поговорить с Людмилой и даже увидел на смартфоне сморщенное красноватое лицо сына. От вида этой мордашки в груди потеплело, а глазам стало горячо. Максимка спал, укутанный в белую простыню. Маленький человечек. Комочек счастья.

Кирилл смахнул набежавшую влагу и попытался сказать Людмиле, как он её любит. Её и их малыша. Попытался, но все слова, казалось, куда-то улетучились. Получалась либо пафосная глупость, либо лепет первоклашки. Людмила мягко улыбнулась и сказала, что всё поняла. Список нужных вещей она сбросила маме, так что Кириллу завтра можно будет подъехать и передать. После очередного признания в любви она отключилась.

Кириллу не хватало воздуха, и он открыл окно, чтобы вдохнуть холодную смесь из кислорода и выхлопных газов. Провел рукой по лбу и отметил, что он стала мокрым.

В районе Птицефабрики у КПП номер три стояла грязно-белая «ГАЗель». Возле большого складского комплекса таких машин было немало, но эта отличалась от остальных курсирующих туда-сюда металлических работяг тем, что она представляла собой дом на колесах. Фургон нависал над кабиной белым козырьком и походил на огромный свисток на колесах.

Кирилл припарковался в десяти метрах от «ГАЗели» и походкой разминающего ноги автолюбителя прошелся вперед-назад по Рязанскому шоссе. Слежки не обнаружено. Внутренний инстинкт самосохранения молчал. Подозрительных личностей в пределах пятисот метров не выявлено. Можно было достать сигарету и неторопливо подойти к белому «свистку». На этот случай у Кирилла была припасена жвачка в виде табачного патрона. Чтобы не было соблазна вдохнуть горький дым…

— Дружище, огоньку не найдется? — спросил Кирилл у дремавшего водителя.

— Не, у меня нет. Но ты… это… у жены спроси, она в фургоне жрать варганит, — ответил водитель.

Ответил расслабленно, как будто в полудреме, но от Экзекутора не укрылся взгляд водителя. Тот, словно сканером, проходил местность, фиксируя проезжающие машины и следя за редкими прохожими.

— Да уж, пожрать бы я не отказался, — усмехнулся Кирилл. — Утром только кофе закинулся…

— Иди и попроси, — коротко бросил водитель.

— Ну, спасибо и на этом.

Чтобы постучаться в дверь дома на колесах, пришлось обойти фургон. Два стука, пауза, ещё два, пауза. На третьем стуке дверной замок лязгнул, и на пороге появился Андрей.

— Хозяюшка, дай воды напиться, а то так жрать хочется, что переночевать негде, — улыбнулся Кирилл.

— Ты всегда так плоско шутишь или просто день неудачный? — пробурчал Андрей. — Заходи.

Кирилл вздохнул и полез внутрь. Андрей бросил взгляд направо, потом налево и закрыл дверь.

Стены фургона были задрапированы зеленой тканью, как в тренировочном помещении на складе близ деревни Николо-Хованское. В центре пола темнел круг беговой площадки, а возле задней стенки белела тумба. На небольшой скамеечке лежал костюм для вхождения в виртуальность.

— Ого, да тут целый наш кабинет! Слушай, а давай в следующий раз ты приедешь с водилой, и встанете где-нибудь неподалеку от дома? А то что-то запарился я кататься через всю Москву…

— Нет. Это мобильная версия для серафимов, и она используется только в самом крайнем случае. Этот случай как раз такой…

— Ага, какой-то полудурок сбрендил, а мне расхлебывать, — улыбнулся Кирилл. — Да мне молоко должны давать за вредность!

Андрей два раза дёрнул желваками.

— Постарайся быть серьезнее. Хоррорщики и так повернуты на своих скримерах, кровище и трешаке, а тут и вовсе с катушек слетел. И вообще, чего ты веселишься? Это не тренировка, а настоящее дело!

— Так сын же у меня родился!

— Ну и хорошо! Кто-то рождается, а кто-то должен умереть, — буркнул Андрей. — Надевай костюм.

— А чего сменщик не смог выйти на этого хоррорщика?

— Он занят в другом секторе, — уклончиво ответил Андрей. — Не заставляй меня долго ждать.

— Вот ты зануда! И выпить с тобой нельзя, и внеурочно заставляешь работать… Эх, жаль, что нет профсоюза для серафимов! — проворчал Кирилл, снимая обычную одежду и натягивая спортивный костюм, чтобы потом сверху надеть рабочий.

Запасной спортивный костюм всегда лежал в сумке, в багажнике — на всякий случай. Теперь этот случай представился.

Как говорил Андрей, «чтобы тебя не смогли отследить по поту и чешуйкам кожи». Вот и получалось, что после тренировок рабочий костюм обрабатывался, а спортивный стирался дома. Вода из душевых кабин подвергалась испарению, а осадок сжигался. Полная конфиденциальность. Полная тайна.

— Я готов! — хлопнул себя по животу Кирилл. — Подавайте сюда этого мясника!

Андрей тем временем вывел на ткань стены хмурую морду бородача. С такими харями обычно выходят на подпольные бои без правил, чтобы внушить сопернику как можно больше страха. Вес, рост, возраст. Физические показатели — силен, как бык, такому бы сваи заколачивать без кувалды.

— Познакомься: Потрошитель. Хитер и опасен, а сейчас ещё и катастрофически непредсказуем. Подлежит ликвидации, — отчеканил Андрей.

— Ну, это понятно. Запускай шарманку, мне ещё надо у тещи валерьянку отобрать, чтобы она на радостях с котом не набухалась…

Андрей кивнул и нажал на клавиши призрачного экрана. Кирилл качнул головой влево, потом вправо, разминая шею. Как-то само получилось, что он позаимствовал этот жест у американского коллеги. Своеобразный ритуал вхождения в виртуальность.

Наступила знакомая темнота, затем возникли три буквы Вселенной. Чуть позже проявилась надпись:

Погружение произошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1

Перед глазами Кирилла появилось серое трехэтажное здание в готическом стиле. Выщербленная дорожка из грязной плитки вела к главному входу. По краям дорожки высились черные скелеты деревьев, протянувшие к путнику узловатые ветви-руки. Над острыми шпилями в хмуром небе кружились каркающие вороны. Позади связанными между собой копьями виднелась арматура забора. Большие ворота были закрыты на ржавый замок.

Кирилл почувствовал внутри холодок, и следом пришло тянущее ощущение опасности, подобное тому, которое возникает при движении темной осенней ночью по заброшенному парку. Вроде бы, и кажется, что люди рядом, но озираешься на каждый шорох, на каждый треск деревьев. Где-то вдали виднеются огоньки, а тут — тьма, хоть глаз выколи, и шелест листьев под ногами.

Кирилл ощутил в руке пистолет Макарова с глушителем. Андрей подсунул «любимое» оружие Экзекутора, значит, дело и вправду серьезное.

При первом шаге по дорожке возник далекий отзвук музыки, как будто кто-то неторопливо щелкал по клавишам пианино. Экзекутор усмехнулся: явно засекли его появление, и теперь используется нагнетание страха. Да и как не засечь — возле входа и в аркбутенах поблескивали глазки уличных камер.

Кирилл пошел к дверям здания. Походка его была внешне расслабленной, но внутри он был как сжатая пружина. Глазами прочесывал местность, чтобы ни одно случайное изменение не осталось без внимания. Музыка продолжала тренькать.

Старинная дверь с фигурной ручкой поддалась сразу же, как только Экзекутор потянул её на себя. Кирилл тут же отскочил и присел.

По опыту открывания дверей, враги стараются стрелять не в ноги, а в голову или в туловище, чтобы поразить жизненно важные органы. Тут же не раздалось выстрелов, зато музыка стала чуть громче.

Кирилл просканировал холл. На мраморном полу краснели пятна. Стены тоже испачканы красной краской, как будто бригаде маляров не заплатили и они взбунтовались. Направо уходили каменные ступени лестницы, слева стоял огромный параллелепипед разбитого аквариума, по центру холла белели щербатые двери. По ним словно прошлись топором — щепки устилали пол вперемешку со стеклами.

Экзекутор перекатом залетел в помещение, замер и тут же метнулся вправо. Предостережение оказалось напрасным — в него никто и не думал стрелять. Только занозу зря на ладонь посадил. Впрочем, заноза никак не отразилась на красной полоске над головой.

— Привет, привет! Ты один из ликвидаторов «L.i.L»? — раздался спокойный голос. — Ты пришел меня убить?

Экзекутор ничего не ответил, он осматривал холл в поисках источника звука.

— Ты один из нас, одна из попавшихся в сети мух. А ведь паучок уже внутри тебя… Да-да, паучок внутри тебя, ха-ха-ха!

Звук шел из бежевой коробки под потолком. Старенький «Тембр» хрипел, плевался, но старался донести информацию. Одна из дверей дрогнула и чуть приоткрылась, словно от сквозняка.

— Иди… иди ко мне, а я расскажу, в какие сети ты попал… Я знаю, что не выберусь, но хотя бы тебе расскажу…

Экзекутор двинулся вперед. От этих хоррорщиков можно ожидать чего угодно — мозги и так набекрень повернуты, а если у Потрошителя в руках ещё и возможности виртуального мира… Экзекутор ждал какого-нибудь скримера, какого-нибудь появления обезображенного мертвеца, который неожиданно должен выпасть из дверей или рухнуть с потолка, но ничего такого не случилось. За дверью оказался длинный коридор с разбитыми банкетками, сорванными с петель дверями, провалами входов и мерцающим светом непонятно как уцелевшей люминесцентной лампы.

Справа на полу валялся цилиндр полицейского фонарика. Конечно, в лучших традициях страшилок. Но если валялся, то им грех было не воспользоваться.

Музыка стала ближе, словно музыкант сидел в одной из комнат и медленно нажимал на клавиши, наслаждаясь не столько полученным связным переливом, сколько исторгнутыми звуками. Кирилл медленно ступал по полу, стараясь издавать как можно меньше звуков. Он обследовал комнаты, в которых, казалось, прошелся ураган. Окна почему-то были задрапированы черной тканью, выключатели не работали.

Глядя на разбитые шкафы, валяющиеся на полу разбитые мензурки, шприцы и капельницы, Экзекутор решил, что находится в больнице.

Пятна крови на полу свидетельствовали о грандиозном побоище, но ни одного трупа не обнаружилось, словно все служащие и пациенты испарились, как отработавшие свою роль НПС.

В одной из комнат резкой трелью зазвонил телефон. Кирилл едва не выстрелил в источник звука. Черный старенький «NOKIA» вибрировал на полу за поваленным стеллажом с папками. Таким телефоном раньше было удобно пиво открывать. На зеленом экране мерцало слово «ДРУГ».

После звонка не последовало никакого взрыва. От телефона не тянулись провода. Просто телефон. Просто звонит.

Экзекутор ещё раз осмотрел территорию и нажал на кнопку приема вызова.

— Помогите… — послышался тихий шепот в динамике. — Пожалуйста, помогите. Мы живы. Мы на третьем этаже… Пожалуйста, помогите…

— Сколько вас? — спросил Кирилл.

В ответ телефон пискнул и потух. Батареи хватило только на призыв о помощи.

— Э-эй, ликвидатор! Ты ещё не уснул? Паучок внутри не усыпил тебя?

Голос раздался из динамиков на стенах. Кирилл продолжил методично обследовать комнаты. Он помнил по предыдущим путешествиям в мир ужаса, что нельзя оставлять за спиной неразведанные территории — обязательно вылезет какая-нибудь гадость и с радостным хрямканьем уменьшит здоровье.

— Я тебя вижу, ликвидатор. Я когда-то был таким же, как и ты. Таким же упертым. Упертым… Ха-ха-ха! Слово какое смешное… Посмейся со мной, ликвидатор! Я ведь такой же, как и ты. Но пока я тебя вижу на экране монитора, я могу с тобой разговаривать. Поговори со мной. Возможно, ты мой последний собеседник.

Кирилл услышал плач из последней неисследованной комнаты — жалобный, детский. Так мог плакать его Максим, когда проснется голодным…

Перекат через голову, заминка, и снова перекат. То же самое в обратной последовательности. Ни в правом, ни в левом кабинете никого не было. За дверями — то же самое. Лишь возле задрапированного окна лежал небольшой диктофон и плакал. Кирилл раздавил черную коробочку, как мерзкого таракана.

— Ликвидатор, у тебя хорошая реакция! Двигаешься отлично. Я из ФСБ и могу двигаться так же, ликвидатор. Пока я тебя вижу на экране, то могу сдерживаться. Но когда мы с тобой встретимся лично… Ты можешь повторить судьбу своего коллеги. Он тоже был во власти паучка. Мы все в паутине лжи и обмана. Мы все в сетях.

Экзекутор начал злиться: у него сегодня родился сын, а этот псих вынуждает его лазить по виртуальному ужастику. Песок тихо скрипнул под берцем, когда Кирилл начал подниматься по лестнице на второй этаж.

— Да, ликвидатор… Мы все под колпаком. Мы все — марионетки в чужих руках… Я под прикрытием проник в «L.i.L»… Я был таким засекреченным, что даже родные не знали о моей службе. И я видел всё… Я всё видел! Ты думаешь, что ты караешь и милуешь? На самом деле ты лишь пес, которого держат на коротком поводке, и срываешься по команде «ФАС!» А всё это делает паучок внутри тебя. Паучок? Паучок… Нашу муху уволок в уголок… Ха-ха-ха!

Второй этаж почти не отличался от первого: сломанные банкетки, обломки столов и стульев. Только тут вообще не было света. Кирилл светил фонариком, чувствуя, как звенят натянутые нервы. Фоном для звона были усилившиеся звуки пианино. Снова разбитые кабинеты и снова голос:

— А знаешь, как я узнал? Попал в аварию, ликвидатор. Вот просто так взял и на голом месте попал в аварию. Я шел за хлебушком, и на меня вылетел грузовик. Представляешь — офицер ФСБ сдох бы под колесами мусоровоза? Ха-ха-ха! «мусор» сдох под мусоровозом! Посмейся со мной, ликвидатор! Смейся!

Последний выкрик заставил Кирилла вздрогнуть: слишком резким был переход от смеха к ору.

— Но я очнулся! Я выжил! Я сумел отползти! И знаешь, что? Внутри меня крякнул паучок. Да-да, я вытащил его собственными пальцами! Я уже не в сети. Я скоро умру, но я уже не в сети. И я приготовил этим ублюдкам отличный сюрприз. О, как они забегают! Ликвидатор, ты мне не веришь? Тогда лови!

Кирилл обернулся на еле слышимый шелест за спиной и успел перехватить вскинутые руки с ножом. Лезвие сверкнуло в свете упавшего фонаря, и в его отблеске Кирилл увидел перекошенную морду полусгнившего трупа. Седые волосы развевались прической Медузы Горгоны, в черных провалах глаз полыхало пламя.

Нож всё приближался. Плоть мертвых рук расползалась. Оскал гнилых зубов приближался к лицу Кирилла. Вонь разлагающегося трупа забила ноздри, от рук остались только кости, и эти кости с неумолимостью стального пресса придвигали нож к шее Кирилла.

— Видишь? Это просто паучок! — расхохотался голос, и труп пропал.

Экзекутор вздрогнул и увидел, что он подносил к лицу нож, зажатый в правой руке, который неведомо когда успел вытащить из ножен. Его собственный нож. Левая рука с трудом удерживала правую.

Он сам себя едва не убил? И никакого трупа не было?

Едкая капля пота скользнула в правый глаз. Экзекутор смахнул её и поднял с пола выроненные пистолет и фонарик.

Что это было?

— Проходи, проходи, ликвидатор! Ты можешь мне не верить, но я буду говорить и говорить. Я за тобой наблюдаю… Наблюдаю, ха-ха-ха! И ты скоро поймешь… Ты скоро поймешь… Если раньше не сдохнешь, ликвидатор…

Кирилл стиснул зубы. Вот уж чего не хватало — в день рождения сына папка помрет! Сразу две даты на один день. Ну уж нет! Они ещё пойдут на рыбалку, за грибами и сделают плот. Экзекутор крепче сжал рукоять пистолета и двинулся дальше.

Второй этаж оказался таким же пустым, как и первый. Трупов больше не возникало. Оставался последний, третий этаж. Там Потрошитель и неизвестный «ДРУГ».

Ступенька за ступенькой оставались за спиной. Третий этаж тоже был погружен во мрак. Только тут стены измазаны красной краской более обильно, чем на прежних, как будто на третьем этаже было жертвоприношение, а на остальных двух — всего лишь легкая репетиция.

Музыка зазвучала ещё громче — ноющая, вытаскивающая душу и рвущая её на части, как мокрую шелковую тряпку. Привычные сломанные банкетки, сорванные двери и разбитое стекло. Море разбитого стекла. Как будто здесь был раньше прием стеклотары и сумасшедший разбил все запасы.

— Я подумал и решил, ликвидатор… Ты будешь моей смертью. Я всё равно не выйду на свободу, а ты… Ты сможешь сделать всё безболезненно. Убей меня и наслаждайся жизнью… пока не придет время икс. Икс… Хи-хикс… Ха-ха-ха! Мне не дадут выйти, как и остальным. Им тоже не дали выйти, когда я рассказал о том, чем они занимаются.

Голос донёсся из конца коридора — обычный, человеческий, не через динамики приемников. Кирилл медленно двинулся вперед. Фонарик всё так же обшаривал полуразрушенные комнаты, черные бельма окон, сломанную мебель. Как Кирилл ни старался идти тихо, но битое стекло всё же хрустело под ногами, выдавая его перемещения.

— Ты подойдешь и выстрелишь мне в затылок. Имей в виду, что я не должен тебя видеть… Программа во мне захочет тебя убить, и я уже ничем не смогу ей помешать. Не дай мне повернуться, ликвидатор…

— Где все люди? — крикнул Кирилл.

— А нет никаких людей. Тех, кого убил твой предшественник, я выкинул в окно, чтобы они не смердели. Ты можешь увидеть кучу на заднем дворе. Загляни в комнату по левую сторону… Загляни, я подожду…

До комнаты с голосом оставалось не меньше двадцати метров. Если Потрошитель выскочит, то Кирилл успеет…

Он заглянул в комнату. Весь пол был залит красным, луч фонаря отражался в застывших лужицах. Край черной ткани на окне был отогнут. Кирилл постарался не поскользнуться на мокром полу. Он выглянул на задний двор и едва не присвистнул — около сотни трупов лежало вповалку, почти доходя до второго этажа. Поверх них вишенкой на торте лежал ещё один серафим — пухлый Сергей, которого Кирилл не видел с того времени, как их развели по разным кабинетам.

Но не курган вызвал удивление Экзекутора — почти у всех трупов посреди лба зияла черная дырочка.

— Видишь? Это сделал не я, ликвидатор. Это сделал твой предшественник. Ты мог бы занять место рядом с ним, но… я устал от трупов. Дальше действовать будете вы. Ты даже не представляешь, в какое говно ты вляпался! Внутри тебя паучок, и он заставляет тебя делать многое. Он заставляет тебя делать почти всё… Я сделал всё, что в моих силах. Я не знаю, кто меня сдал, да это уже и не важно. Я буду ждать тебя в гости, ликвидатор, там… на небесах… или в аду увидимся, смотря куда нас с тобой сошлют…

Кирилл медленно крался. Битое стекло тихо тренькало, но голос заглушал шаги.

— А где те, кто звонил по телефону?

— Это я тебе звонил, — донесся из последнего кабинета знакомый шепот. — Я хотел поиграть с тобой, но я… Я слишком устал… Убей меня, ликвидатор… Я вижу, что ты рядом… Я звонил тебе, чтобы ты поторопился…

Экзекутор поднял пистолет и направил на дверной проем. Спиной к нему за компьютерным монитором сидел огромный полуобнаженный мужчина. Левая рука его тихонько клацала по клавишам стоявшего рядом пианино, а вот правая… Правая рука была оторвана по локоть, культя неловко замотана пропитавшимся кровью бинтом.

Мушка уставилась на бритый затылок, палец почти нажал на спусковой крючок. Прошла секунда, вторая… Потрошитель всё так же играл и смотрел на монитор. Над его бритой головой краснела половинка жизненного индикатора.

— Я не могу стрелять в спину, — признался Кирилл. — Повернись ко мне лицом и прими смерть как мужчина.

— Вот и твой предшественник не смог… А тебе нужно научиться. Нужно… Однажды это спасет твою жалкую, никчемную жизнь. Обостренная справедливость… Я слышал о вас, но думал, что вы из разряда компьютерных страшилок. Я считаю до трех, и ты стреляешь. Если же нет, то ты займешь место рядом с предшественником. Прощай, ликвидатор! Раз… Два… Три…

Кирилл так и не выстрелил. Не смог.

Амбал медленно повернулся, и их глаза встретились. Уставший взгляд загнанного в угол человека. Этот взгляд продлился всего лишь миг, а в следующую секунду белки глаз налились кровью, и Потрошитель словно преобразился.

— Мясо!! Живое мясо!!

Он с неуловимой грацией метнулся к Экзекутору, подбив ногой стул, на котором сидел. Кирилл не ожидал такой прыти, но успел упасть на спину и, падая, разрядил весь магазин в искаженное яростью лицо. Стул разбился о стену над головой Экзекутора.

Потрошитель рухнул на него полутора центнерами веса и придавил к полу. Громадная лапища протянулась к горлу, но спустя мгновение бессильно упала. Бородатое лицо было обезображено выстрелами. Кирилл невольно отвел взгляд в сторону от ошметков плоти, осколков костей и выбитых зубов.

Прежде чем крупное тело начали бить судороги, Кирилл услышал:

— Спас-с-сибо-о-о…

Кирилл с трудом откатил тело прочь и двинулся к выходу. Его чуть пошатывало.

— Экзекутор! Экзекутор! Как ты? — послышался голос Андрея.

— Миссия выполнена. Вытаскивай меня отсюда, — пробормотал Кирилл.

У него тут же потемнело в глазах, и следом выскочило сообщение:

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

— Ну ты даёшь! — присвистнул Андрей. — Я видел, как ты разнес ему башку. Это было феерично!

— А чего он говорил такое? — спросил Кирилл. — Про ФСБ и остальное?

— Да эти хоррорщики всегда чушь какую-нибудь несут! Не принимай во внимание, — криво усмехнулся Андрей.

— И там был Серега, один из серафимов…

— Круто! Походу, этот засранец сумел тебе внушить образ твоего коллеги. Он же внушил тебе трупак с ножом?

— Ну да…

— Ладно, Экзекутор, отправляйся домой. На сегодня всё, а за неурочный вызов тебе Михаил Андреевич скинул бонус. На рождение ребенка, — подмигнул Андрей. — Гуляй, Экзекутор, и ещё раз поздравляю с рождением наследника!

Кирилл вышел из фургончика и направился к своей машине. В спортивном костюме? Да плевать, дома переоденется!

Его слегка мутило, лишь свежий воздух принес облегчение. Сигнал телефона принес поздравление от Михаила Анатольевича и бонус в виде месячной зарплаты. Кирилл прикинул накопленную сумму и невольно улыбнулся: такими темпами спустя год они въедут в свою квартиру. Пусть небольшую, зато свою.

Он постарался выбросить из головы слова огромного мужчины. В самом деле, мало ли что придумают эти психи?

Машина завелась с пол-оборота. Кирилл перевел ручку коробки передач на первую скорость и ойкнул: на ладони чернела короткая черточка занозы.

10

«Ты есть только в глазах других»

Чак Паланик

На дворе стемнело, когда Кирилл добрался до дома. Радость от рождения сына прямо-таки требовала выплеска наружу. Ему хотелось ещё с кем-нибудь поделиться ею. С кем-нибудь, но не с тещей. Коллег с прошлой работы он отмел: ушел и ушел, больше не общались. Друзья? Друзья тоже как-то отошли в сторону.

Коллеги с настоящей работы? Он их не видел с момента работы в паре с помощником. С другими людьми он не общался, проскальзывал невидимой тенью в кабинет и так же тихо испарялся.

Но радость бурлила внутри, и его губы растягивались в улыбке.

Он вдохнул полной грудью морозный воздух и посмотрел наверх. На третьем этаже через пять дней раздастся первый крик, и о спокойном сне можно будет позабыть. В их квартире горел огонь — теща ещё не ложилась. Что ж, может, сейчас самое время попытаться наладить отношения?

О Потрошителе и его странных словах Кирилл изо всех сил старался не думать. Но окровавленное лицо почему-то настырно лезло в память, стараясь испачкать кусочки счастья.

Как сказал Андрей? Кто-то рождается, а кто-то умирает? Процесс идет непрерывно…

Да наплевать — это всего лишь игра. И Серега на самом деле жив, а Кириллу показали только компьютерный муляж. Тот же самый Потрошитель подкинул скример в виде орущего трупа, так почему же он не мог подсунуть и вид мертвого серафима? Кирилл даже не понял, что додумывает слова Андрея — мозг старался найти правдоподобное объяснение, и это было оптимальным вариантом.

Нет, надо отвлечься и… А чем черт не шутит — попытаться бухнуть ему никто не запрещал. Вдруг Андрюха только пугает?

Кирилл зашел в магазин по соседству, долго стоял у витрины и всё-таки купил бутылку «BlackLabel». Чтобы виски не скучало в одиночестве, он взял большую бутыль «Кока-колы». Если Мария Дмитриевна и откажется, то Кирилл сам будет потягивать коричневую смесь и просто радоваться жизни. Будет строить планы на будущее.

На глаза попалась реклама Вселенной «L.i.L», и память тут же услужливо подсунула курган из мертвых тел. Вид из кабинета третьего этажа…

Твою ж ма-а-ать!

— Эй, сосед, угостишь сигаретой? — окликнули его со скамейки.

Кирилл вздрогнул. Рука автоматически сжалась на несуществующей рукояти, а глаза метнулись к источнику звука. За долю секунды просканирована местность, и ноги напряглись, чтобы в следующий момент уйти с линии огня. Мозг зафиксировал наличие живых существ и начал работать в рабочем режиме.

Двое на деревянной скамье. Фигуры расслаблены, вперед не подаются. На бросок не ориентированы, хотя левый чуть склонил голову. Руки на виду. Оружия не наблюдается. Лица спокойны. Время на полную ликвидацию — три секунды.

Всего лишь два прыжка вперед, провести крюк в висок левого человека. Подъемом стопы в подбородок правого, чтобы позвонки хрустнули, и локтем в кадык…

Кирилл заставил себя выдохнуть и опустить плечи. Он узнал соседа с нижнего этажа. Вроде бы, его звали Иваном. Или Игорем?

Проблема больших городов заключалась в полном равнодушии к соседям. Можно прожить всю жизнь на одном месте, но так и не узнать имя соседа, живущего над тобой или под тобой. На площадке ещё худо-бедно, а вот уже на других этажах…

Игорь-Иван был среднего телосложения, с сединой на висках, пальцы рук — в несмываемой грязи из-за работы автослесарем. Второго Кирилл не знал, хотя видел несколько раз во дворе. Толстенький мужик неопределенного возраста. Такому Колобку можно было дать и двадцать девять, и сорок три одновременно.

На асфальте — ополовиненная «чекушка» и чуть мятая двухлитровая бутылка пива, накрытая пластиковыми пустыми стаканами. Рядом с Иваном-Игорем — пакет с чипсами. Люди отдыхают после рабочего дня.

— Не, сосед, не курю, — ответил Кирилл.

— Спортсмен? Смотрю, вы недавно к нам переехали, познакомиться не успели… Иван, — протянул руку сосед.

— Кирилл.

— Дмитрий. — Толстяк тоже протянул мягкую ладонь для рукопожатия.

— Кирилл.

После пройденного ритуала знакомства Иван взглядом показал Кириллу на «чекушку» и вопросительно дернул головой.

Кирилл внутренне усмехнулся: вот Вселенная и отозвалась на мысленный призыв о поиске собутыльников!

Как-то так повелось, что если праздник, то выставляется алкоголь, чтобы развеселиться ещё больше; если горе, то алкоголь идет для усмирения боли. Алкоголь — универсальная мазь для любых случаев — по крайней мере, так забивается в голову. Кирилл долго ржал, когда в сериале «Интерны» пошел запрет на курение… зато почти в каждой серии начали бухать.

— А вот не откажусь. У меня есть повод: сын родился, — открыто улыбнулся Кирилл.

Из пакета вылезли две бутылки.

— Ого, вискарь! Да, реально повод есть — одним мужиком в доме больше стало. Диман, насыпай по пять капель. — Иван подставил стаканы.

Коричневая жидкость наполнила пластиковые стаканы на треть.

«Тебя наизнанку вывернет, если попытаешься хотя бы рюмку опрокинуть», — пришли на память слова Андрея. А вот и испытаем его слова на правдивость — вдруг он и с Потрошителем обманул?

— Ну, давай за сына! — поднял «бокал» Иван и чуть отстранил в сторону. — Как назвали-то?

— Максимом, — улыбнулся Кирилл.

— Прямо как пулемет, — хихикнул Дмитрий.

— Тогда — за Максимку, пущай вырастет хорошим человеком на радость родителям! — Иван протянул руку.

С легким хрустом стаканчики соприкоснулись. Кирилл немного поколебался, а потом одним махом опрокинул в рот пахнущую цедрой жидкость. «Огненная вода» обожгла рецепторы, скользнула внутрь раскаленной лавой, и… И ничего не случилось. Отправленная следом «кола» притушила пожар, а из желудка по всему телу начало распространяться тепло.

Вроде бы, ничего не произошло. Тело наизнанку не вывернуло, жить остался. Лицо перекосило, это да, но больше никаких побочных эффектов не замечено. Виски провалилось и начало свою работу по отуплению мозгов. В теле понемногу начала появляться легкость, мысли о Потрошителе заглушались разлившимся довольством от осознания того, что другие люди тоже радуются за него.

— А у меня сегодня премию дали, вот решил отметить, — поделился Иван. — А тут как раз Димана из дома выгнали…

— Не выгнали, а сам ушел, — пробурчал Дмитрий и многозначительно поднял палец. — Из соображений личной безопасности!

— Ага, безопасности! — прыснул Иван. — Давай, расскажи Кирюхе про тещу, а я пока снова накапаю…

— Да что там рассказывать…

— Давай-давай, я хотя бы ещё раз поржу.

Кирилл взглянул на хохочущего Ивана и почувствовал, как и его губы растягиваются в усмешке. Блин, а ведь он давно так не улыбался! Давно не общался ни с кем, кроме жены, тещи и Андрея. Спросил себя: почему? И не смог ответить на этот вопрос. Подумал, что как-то все люди отодвинулись даже не на второй — на третий план. Они начали восприниматься ходячими мишенями, а о чем можно разговаривать с мишенью?

Профессиональная деформация, когнитивное искажение…

— Ну, чё рассказывать? В общем, достала меня теща так, что хоть волком вой: Не так жрешь, не так поешь, не так галдишь, не так пердишь. Даже моя Ирка начала маман тещей называть — заценил масштаб трагедии? А тут я как-то на работе анекдот один прочитал, ну и решил его в жизнь воплотить. Дай, думаю, хотя бы отчасти возмещу ущерб от тещиного яда. В общем, она меня долго пилила, что я — вафля бесхребетная и не могу даже линолеум сам перестелить. Довела до белого каления, ну, я и купил рулон. Притаранил домой и сказанул теще, что это специальный линолеум — чтобы его качественно положить, нужны горячие гвозди. Она у меня в строительстве ни в зуб ногой, поэтому сразу начала спрашивать, что да как.

— Как-как — каком кверху! — хохотнул Иван.

— В общем, я объяснил, что пока двигаю мебель, она должна гвозди поджарить на сковороде. Медленно и равномерно, чтобы они нормальной прожарки стали. Ну, теща поверила — увидела, что я диван начал двигать и вообще за дело серьезно взялся. Стоит она, значит, поджаривает, а тут звонок в дверь. Я ей кричу, чтобы не отвлекалась, что я сам открою. Она же не знала, что я тем временем «скорую» вызвал. Объяснил парням, что с тёщей что-то не то, раз на кухне гвозди жарит, а сам быстро надел куртку с шапкой в охапку — и тикать. Ребята-медбратья через пять минут вышли, ржут, как кони, а я за углом затаился. Видел, как потом теща со сковородкой высочила и давай меня искать. Наверное, хотела поинтересоваться, нормально гвозди прожарились или ещё подержать. Жду теперь, пока свет в огне погаснет, — закончил под общий хохот Дмитрий.

— Да у меня перекантуешься, а утром вернешься, — подмигнул Иван. — Тещи, они такие, злопамятные. Смотри, как бы тебе в суп эти гвозди не прилетели. Ну, вздрогнем за мир и спокойствие?

Стаканчики снова хрустнули, сойдясь в дружеском бодании. Кирилл почувствовал, как в голове появилась легкая удаль, какая бывает при опьянении. Хотелось рассказать что-нибудь веселое, чтобы поддержать разговор, чтобы оттаять немного душой. Но, как назло, на ум ничего не приходило.

— А чего вон там за хрень рекламируют? Что это за игруха такая? — показал Дмитрий на баннер «L.i.L».

— Новый мир, — сказал Кирилл. — Вселенная, где каждый себе найдет место по душе.

Сказал так, как будто рекламировал компанию. Сам почувствовал, насколько это пафосно и фальшиво звучит.

— Ну, это для молодых. Нам-то чё — мы вон только недавно научились в «Тетрис» играть, а уж в эту… — протянул Иван.

— А там всё гораздо проще: надеваете костюм и шпарите, как в реальности. Вроде как, там даже можно деньги поднимать, — сказал Кирилл.

— Ну, если деньги поднимать, то ради этого стоит обучиться, — хмыкнул Дмитрий. — Свалить от тещи и… Не, натянуть всем врагам тещину морду, и я тогда из стрелялок вылезать не буду. А чё? Как-то пришел домой на взводе, прямо хотел рвать и метать, а как сел за комп, чутка пострелял по уродцам, и, знаешь, как будто отпустило. Во как!

Кирилл кивнул. Действительно, он и сам замечал такой эффект от компьютерных игр: скинешь раздражение на монстров и потом становишься спокойнее, умиротвореннее. Может, с запуском этой грандиозной Вселенной станет меньше войн? Ну, а чем черт не шутит?

— А я думаю, что через эти игры нам в мозг заносится всякая хрень. Вот через телек заносится, через игры заносится… Чего уставились? Вот раньше гомиков щемили, сажали, а теперь эти гниды, вон, на парады выходят, требуют, чтобы им разрешили свободно в жопы долбиться… Или эта хрень, что бабы только на бабки ведутся, что любви нет, а есть только эта… жизнь, пока есть бабло.

— Вано, опять ты свою шарманку завел? Все за нами наблюдают, и все нас стерегут. Тебя самого на задолбало в теорию заговора играть? — поморщился Дмитрий.

— А чего не так-то? Вон, вскрылась хрень, что в теликах камеры были установлены. Прикинь, ты с женой кувыркаешься, а они тебя снимают и потом в сеть выкладывают. Или яйца чешешь, а кто-то в это время записывает. — Димка почесал два раза по часовой стрелке и три раза против часовой. — Надо Димке рекламу шампуня поставить, чтобы поменьше начесывал! — огрызнулся Иван. — Кругом одни наблюдения! Тебя программируют, блин!

— Чего-то за собой не замечал, что программируют, — усмехнулся Кирилл и осекся.

В памяти прогремели слова Потрошителя: «На самом деле ты лишь пес, которого держат на коротком поводке, и срываешься по команде „ФАС!“ А всё это делает паучок внутри тебя. Паучок? Паучок… Нашу муху уволок, в уголок… Ха-ха-ха!»

— А никто не замечает. Слишком это хитрая штука. Вот глянь — раньше ты мог вытащить из телефона батарею, сломать симку — и всё, тебя хрен кто найдет. А сейчас стали делать такие телефоны, что уже батарею не вынешь — там специальный жучок стоит, который тебя прослушивает и передает кому нужно. А чё? А ничё! Даже если скажешь такое нормальному человеку, тот только репу почешет и скажет, мол, насрать. Вон Меркель прослушивали, и ничего, а тут чего слушать-то? Вот потому у меня и осталась такая пивная открывалка. — Иван показал старенький «NOKIA».

Кирилл даже помотал головой: почему-то на зеленоватом экране возникло слово «ДРУГ». В следующую секунду это слово пропало, и остался обычный экран. Такой же телефон валялся внутри здания Потрошителя.

Что-то слишком много совпадений…

Или это вискарь ударил по мозгам, чуть сдвинул их набок, и теперь серое вещество само собирало мозаику из знакомых предметов? Кирилл потряс головой, чтобы прогнать прочь эти мысли.

— Да, твоей бандурой убить можно, — усмехнулся Дмитрий.

— Вот ты ржешь, а сам того не понимаешь, что… Слышь, мы снова с тобой в старый спор залезаем, а вон у парня сын родился. Кирюх, мы всегда по этой теме базары разводим, ты уж извини. Давай, дернем за Максима Кирилловича!

— Спасибо! Давайте, мужики! А про наблюдение и прочее — время покажет, — усмехнулся Кирилл.

— Время покажет, но хотелось бы, чтобы оно показало хорошее, а не как всегда, — хмыкнул Иван.

Стаканчики снова поднялись в воздух, но не успели соприкоснуться, как у Кирилла зазвонил телефон. Звонила Людмила.

— Извините, ребят, я сейчас…

— Ага, давай. Мы тут как раз перетрем за игруху, — кивнул Иван.

Кирилл передал ему стаканчик и отошел на несколько метров.

— Да, милая, что-то случилось?

— Случилось, Киря, случилось. Максим Кириллыч изволили откушать и теперь спят-с, — откликнулась Людмила. — А ты где шастаешь? Мама звонила, говорила, что ты ещё не пришел.

— На работу вызвали, а сейчас я возле дома. Тут соседа встретил, сидим с ним, потихоньку празднуем…

— А-а-а, ну вы это… Сильно-то не засиживайтесь, а то завтра плохо будет. И ещё, мама просила хлеба купить. Может, успеешь?

Кирилл бросил взгляд на часы. До закрытия магазина осталось пятнадцать минут.

— Да должен успеть. Ладно, сейчас сбегаю и куплю. Ты как? Как себя чувствуешь?

— Хорошо… Всё хорошо, не переживай.

Поговорив ещё пять минут, Кирилл вернулся к сидящим мужичкам, которые ожесточенно спорили про Окно Овертона и другие глобальные вещи.

— Вань, Дим, я сейчас до магазина добегу хлеба купить. Ну и закуски какой-никакой надо, а то если будем только «колой» запивать, то скоро можем упасть.

— Хлеб — всему голова. Давай, Кирюх, мы тебя подождем, — махнул рукой Иван.

Дмитрий просто кивнул. Кирилл не успел отойти на пять метров, как между мужчинам снова разгорелся спор.

— Вот ты спорил с троллем, лайки получал, ночь не спал… А нахрен кому твои лайки сдались? А этот мудила бабки на тебе зарабатывал, — слышался голос Ивана.

Вот заботы у людей — в интернете спорить, чего-то кому-то доказывать! Ведь так тяжело уснуть, когда знаешь, что в сети кто-то не прав. И не спишь, потому что на ум приходят остроумные ответы, которые можно было написать, беседуешь с неведомым собеседником и раздражаешься, когда он побеждает. Кирилл усмехнулся. Когда-то и он так сидел за компьютером, ловя лайки и всячески тролля троллей.

Нехитрая закуска из батона белого хлеба, куска сыра, колбасной нарезки и пары яблок должна была скрасить вечерние посиделки. Буханку черного отложил для дома. Подумал ещё купить бутылку виски, но потом махнул на неё рукой: не напиваться же на улице.

Не было его каких-то десять минут, а двое новых знакомцев уже успели за это время найти неприятности. Возле их лавочки стояло четверо молодых людей, три девчонки ждали своих друзей чуть поодаль. Понятно, ребята решили отобрать бухло у загулявших мужичков.

Кирилл невольно включил режим оценки ситуации. Прямо как в виртуальной реальности.

Позы угрожающие. Нависают над мужиками. Бравада перед девчонками. Такие могут пойти на многое, чтобы показаться героями. Двое чуть позади, впереди те, что поздоровее. Фигуры напряжены. Вот-вот должна прозвучать плюха, а потом — веселое пинание борзых алкашей.

Кирилл качнул головой, разминая шею. Время полной ликвидации — десять секунд, и то если не включится режим «слоумо».

Он тут же одернул себя: какой ликвидации? Да что с ним в последнее время творится? Почему в каждом человеке он видит потенциального врага?

— Ребят, нам не нужны проблемы, — слышался голос Ивана. — Так что идите своей дорогой, а мы тут посидим и разойдемся.

— Дядя, нельзя пить во дворах. Тут дети, — назидательным тоном сказал один из ребят. — Тут люди ходят, а вы бухаете. Мы забираем у вас алкашку, и не надо благодарить.

— Да какие люди? — подал голос Дмитрий. — Ночь же на дворе. Мы за собой уберем. Вы чего?

— А вон человек идет. — Парень указал на Кирилла. — Он видит, потом сам захочет выпить, потом напьется и убьет кого-нибудь. И всё из-за вас.

— Хорош, пацаны, мужиков разводить! — подал голос Кирилл. — Вы правы: мы не должны были тут бухарить. Мы сейчас уйдем.

— Уйдете-уйдете, вот только алкашку мы у вас заберем. Чтобы неповадно было, — оскалился другой молодой человек.

— Пацаны, я же по-хорошему хотел, — выдохнул Кирилл и уже начал было двигаться в ритме маятника, но остановился. — А давайте на руках поборемся? Если выиграете, то ваша взяла, и я закуску даже подкину. А если проиграете, то мы тут всё уберем и допьем уже в квартире. Разойдемся друзьями…

Ребята ухмыльнулись. Смерили взглядами сухощавую фигуру Кирилла. Как противник он не представлял опасности, двое на скамье — тем более, а тут такой шанс покрасоваться перед девчонками. Вперед выступил самый здоровый.

— А че? Давай. Разберемся, что бывает, когда не бухаешь и не куришь.

Иван с Дмитрием подвинулись. Кирилл устроился по другую сторону скамеечки и уперся локтем в деревянную поверхность. Лапища здоровяка накрыла его ладонь и повернула к себе. Кирилл усмехнулся — читерство налицо. Надо же делать всё ровно… Ну да ладно, тренировки под началом Андрея должны помочь.

— Всё по чесноку, локоть не отрываем, второй рукой не помогаем, — проговорил один из стоящих парней и накрыл своей ладонью сцепку. — Три, два, один!

Здоровяк сразу же резко дернул, стараясь в первые секунды выиграть на факторе неожиданности. Увы, с Кириллом этот фокус не прошел, и рука осталась на месте. Надо было видеть смесь удивления пополам с разочарованием, которая промелькнула на лице здоровяка.

Вторая попытка положить руку Кирилла тоже не увенчалась успехом. Кирилл даже притворно зевнул. Здоровяк начал покрываться красными пятнами.

— Малыш, да завали ты его! — послышалось со стороны девчонок. — А потом меня завалишь…

Дополнительная мотивация придала здоровяку сил, но рука Кирилла всё так же осталась торчать каменным изваянием, непонятно как появившимся на деревянной поверхности скамьи. «Малыш» снова попытался навалиться, но легче было подвинуть в сторону фонарный столб.

— Так мы… это… бороться-то будем? — подлил масла в огонь Кирилл.

— Да я тебя сейчас… — пропыхтел здоровяк.

Кирилл ещё пару секунд полюбовался, как бешено пульсирует жилка на лбу оппонента, а потом легким движением положил руку на скамью. Он хотел ещё раз зевнуть, но не стал — обнажение клыков в животном мире считается за вызов, а люди в состоянии ярости недалеко ушли от животных. То, что здоровяк был на взводе, читалось по пятнам на его лице.

— Ты чего, Игорёха? — спросил один из парней.

— Я… Я поскользнулся, — пробурчал здоровяк. — Залили лавку пойлом…

— Можем повторить, — любезно предложил Кирилл.

Вторая попытка оказалось более провальной, чем первая. Кирилл не стал играть, а сразу же положил руку на скамью. Мог отправить парня на больничный со сломанной рукой, но снова сдержался. Потом через его пресс прошли другие ребята — не поверили, что Кирилл смог так просто заломать самого сильного из них.

— Здоров, здоров, — со смущением проговорил последний, когда Кирилл отпустил его руку. — Где тренировался?

— Да в банке — печатью хлопал. Ну и дома — гири… В общем, так, ребята: договор дороже денег. Я выиграл, и мы можем уйти.

— Да… — неуверенно произнес здоровяк, но потом оглянулся на девчонок и процедил: — Но чтобы мы вас здесь больше не видели. А то насрут, а тут люди ходят…

Кирилл усмехнулся в ответ. Конечно, даже при проигрыше надо выдержать лицо. Компания пошла своей дорогой, но на углу остановилась, выразительно посматривая на оставшуюся троицу.

— Мужики, пошли ко мне? У меня, правда, дома теща… — замялся Кирилл.

— Не-не-не, мне своей тещи хватило, а если твоя ещё будет над душой стоять… — проговорил Дмитрий.

Возникла неловкая пауза, в течение которой двое повернулись к сидевшему Ивану. Тот сначала посмотрел на ночное небо, потом перевел взгляд на черные лапы деревьев, кашлянул и взглянул на двоих.

— Да всё понятно, пойдемте, мужики. Диман, ты всё равно у меня ночевать останешься, а уж по поводу бухла… По крайней мере, моя вас хотя бы не побьет, а если Кирюха её ещё и на руках победит…

Все трое расхохотались и пошли в подъезд.

Галина, пухленькая невысокая женщина, узнав о цели визита, поздравила Кирилла с пополнением. Погрозила кулачком Дмитрию, когда узнала его историю. Галина быстро сообразила салатик и исчезла, оставив мужчин на кухне. Она только попросила не шуметь, а то дочке с утра в школу. Все трое клятвенно пообещали говорить вполголоса.

Вечер пролетел быстро. Мужчины неспешно беседовали о том о сем. Алкоголь помогал найти общие темы для разговора. Обменялись номерами телефонов, и Иван пригласил Кирилла к себе на дачу под Владимиром. Говорил, что там жить можно и если Димка не помирится с тещей, то он депортирует его туда. Дмитрий не возражал, он уже входил в ту колею, когда море по колено и лужа по уши. Состояние пьяной смелости.

К себе Кирилл поднялся уже около полуночи. В квартире было темно. Он на цыпочках прокрался в свою комнату, разделся и лег на кровать. Вроде бы, не пьяный, а в том самом настроении, когда всё хорошо и вот-вот придет сон.

Но стоило ему коснуться головой подушки, как прилетели «вертолеты». Он как-то читал, что это в медицине называется «нистагм». Нистагм вообще — это непроизвольные колебательные движения глаз высокой частоты (до нескольких сотен в минуту). Именно эти движения глаз заставляют вестибулярный аппарат сходить с ума, посылая в желудок не самые приятные сигналы.

Всё двоилось, троилось, пол качался и старался сделаться потолком. Стены сжимались, а из горла начала вырываться лава.

Он понял, что имел в виду Андрей, когда говорил о вреде алкоголя. Ополоумевший желудок пытался выпрыгнуть и смыться от глупого хозяина. Кириллу стоило больших трудов сдержаться и добраться до туалета.

И тещины глаза… Надо было видеть её глаза, когда он выползал из туалета. Смесь брезгливости пополам с омерзением — вся работа по поднятию уважения пошла насмарку.

— Непутевый, — процедила Мария Дмитриевна. — Тяжело будет Людочке с таким мужем!

Экзекутор хотел ответить. Хотел…

Руки разъехались, и Кирилл ткнулся лицом в пол. Попытался подняться, но тело снова начало сотрясаться от нахлынувшей дурноты. Теща принесла Кириллу стакан воды, пачку активированного угля, поставила рядом с его содрогающимся телом и перешагнула через зятя. Закрыла дверь.

До утра его колотило, рвало. Он думал, что сдохнет, но ни словом, ни стуком не звал тещу. Лучше перетерпеть, стиснуть зубы, беззвучно выть, но не звать на помощь. Она не выходила из комнаты. Его выворачивало наизнанку. Желудок всё продолжал сокращаться, хотя блевать давно уже было нечем.

Кирилл не помнил такой мучительной ночи. Он, убежденный атеист, дошел до того, что начал тихо шептать молитвы — лишь бы тот, кто за всем наблюдает, позволил увидеть сына. Лишь бы не дал раньше времени всплыть перед глазами надписи GAMEOVER.

11

«Пуля очень многое меняет в голове, даже если попадает в задницу».

Аль Капоне.

Мальчишка оказался горластым и энергичным. Кирилл всего за пару недель забыл о спокойном сне. Людмила старалась не тревожить мужа после смен, но у Максима Кирилловича на этот счет были свои планы. Теща помогала по мере возможности. Она не рассказала Людмиле о беспокойной пьяной ночи Кирилла, за что тот был ей благодарен.

Дни потянулись веселые. Кирилл каждую свободную минуту старался проводить с малышом. Гулял, разговаривал, менял пеленки и памперсы. Несмотря ни на что, он был счастлив.

До запуска Вселенной осталась неделя. Цифры отсчета неумолимо уменьшались. Михаил Анатольевич почти не показывался на тренировочном складе. Брюса Блека тоже не было видно. Приближался час пик, когда простому народу откроется виртуальная Вселенная. Откроется новый мир…

Но до той поры надо подготовиться, чтобы вступить во всеоружии. И серафимы готовились. Серафимы очень старательно готовились. Правда, как Кирилл ни старался, но оранжевая полоска его показателей всегда оставалась на втором месте.

Сегодня у Кирилла была боевка. Он дрался с десятью ниндзя. Нагината, оружие по типу глефы, свистела в воздухе по-разбойничьи удало и одновременно противно. Ещё противнее чавкало, когда острие впивалось в тела врагов. Коварные «демоны ночи» использовали весь арсенал пакостей и метательного оружия, пытаясь уменьшить полоску над головой Экзекутора. И им это удавалось…

В руках семерых воинов подрагивали затемненные лезвия катан — прямых укороченных мечей. Свист рассекаемого воздуха привносил дополнительные звуки в симфонию смерти. Лязг стали о сталь был вместо барабанов, стоны раненых звучали вокалом.

Высоких нот добавляли саи восьмого ниндзя, которые вращались в руках врага со скоростью вертолетных лопастей. Остальные два человека махали кусаригамами — серпами на цепи с прикрепленным грузиком на конце металлических звеньев.

Скользкие стебли бамбука усеивали площадку сражения. Листья неприятно царапали лодыжки и старались помешать перемещению бойцов.

Экзекутор ни секунды не оставался на месте. Это только в фильмах долбодятлы нападали по очереди — тут же стремились ударить одновременно. Причем враги не мешали друг другу, задевая или царапая, — нет, они действовали слаженно, и Экзекутор не мог пройти этот уровень уже десятый раз.

Ноги от приседаний дрожали, руки стремились выбросить ставшую неподъемной нагинату. Едкий пот застилал глаза, делая фигуры ниндзя расплывчатыми.

— Экзекутор, соберись! — раздался крик Андрея.

Одновременно с криком ниндзя бросились в атаку.

Кирилл бросил вперед нагинату и тут же распластался в воздухе. Лезвия мечей рассекли воздух там, где стояли его ноги и недавно находилась голова. Нагината нашла цель и почти до рукояти погрузилась в грудь бота. Экзекутор не стал тратить время на выдергивание громоздкого оружия, а перехватил меч, выпавший из руки врага.

Сталь снова свистнула, когда он крутанулся вокруг себя. Правильный круг завершился вскриком одного из слишком близко подошедших ботов. Кирилл тут же перекатился влево, а в бамбук за его спиной воткнулись лезвия кусаригам.

Экзекутор поднял второй меч над головой, и над площадкой прокатился звон столкнувшихся лезвий. Резкий свист — и снова перекат на свободное место. Ещё один бот упал с пронзенной грудью.

В руку Кирилла воткнулся сюрикен, и здоровье резко убавилось. Ко всему прочему прибавился дебаф «Отравление», отнимающий 5 единиц здоровья каждые двадцать секунд. В глазах посерело, как будто кадры сражения обработали фильтром «сепия».

Второй сюрикен удалось отбить. Кирилл резко распрямил колени и вскочил на ноги. Семь против одного. Плохой счет. Но уже лучше, чем десять против одного. Экзекутор выдернул сюрикен из раны и чуть пригнулся. Сдаваться нет смысла — всё равно придется начинать с начала.

— И один в поле воин, коль по-русски скроен, — процедил Кирилл, следя за застывшими врагами.

Семь рук взметнулись в воздух и в следующий момент резко опустились вниз. Огненные вспышки и следом плотный дым вырвались из земли. Землю заволокло так, словно неадекватные фанаты разом выбросили дымовухи на футбольное поле.

— Экзекутор, смотри на лезвие! — послышался голос Андрея.

— Какое лезвие? Не видно же ни хрена!

— Смотри на лезвие! И слушай!

Кирилл превратился в одно большое ухо. Каждый шорох листьев присылал звуковой образ. В пушистых кронах шелестел ветер и сильно затруднял возможность выделить передвижение врагов.

Тонкий свист заставил пригнуться. Над головой пролетел сюрикен и расщепил бамбуковый ствол за спиной. Экзекутор с размаха швырнул в ответ подобранный метательный снаряд и довольно улыбнулся, когда раздался предсмертный хрип.

Четыре бойца минус.

Осталось шесть. А здоровья?

Кирилл бросил взгляд на полоску над головой, краем глаза следя за дымом в поднятом лезвии, и еле-еле успел опрокинуться: на груди появилась широкая царапина от неожиданно возникшей смертельной полосы.

— 20 единиц здоровья.

Сальто назад, захват ногами руки с мечом, и тут же встать, с ускорением бросая свой меч вверх. Острие вошло под нижнюю челюсть и вышло с другой стороны. Новое оружие осталось в руках Экзекутора.

Пять бойцов минус. Осталась половина.

В глазах потемнело ещё больше. Долбаный яд! И ведь противоядие близко, но как его достать?

Снова возникло предупреждение:

— 5 единиц здоровья из-за отравления.

Теперь уже обоими глазами он следил за тенями в лезвии меча. Туман и не думал рассеиваться, словно его собрали в одном месте и заблокировали перемещения.

Одна тень стала чуть гуще. Кирилл без раздумий воткнул туда меч и едва не провалился в пустоту. По ноге полоснуло острой болью.

— 20 единиц здоровья.

Ваше перемещение ограничено.

Вашу мать, осталось меньше 40 единиц! Это плохо. На пятерых может не хватить.

Экзекутор отмахнулся по врагу, но его уже не было. Ушел в тень.

Где эти твари? И туман…

Черт, он начал выедать глаза, вызывая слезы! Чего же они добавили туда?

Следующую атаку Кирилл ощутил интуитивно. Он подпрыгнул в развороте и ткнул мечом в сгустившийся клок тумана за спиной, одновременно пропуская мимо себя вражеское лезвие. Всё-таки меч врага нашел цель. Рана на всего пять единиц, но эти единицы сейчас ой как нужны. Ударом ноги Кирилл отшвырнул врага прочь.

Четверо. И всего тридцать три единицы. А через десять секунд останется двадцать восемь.

Затемненное лезвие отразило движение слева. Экзекутор тут же швырнул туда меч пятого врага. Снова предсмертный хрип радует слух. Дрыганье ног по окровавленным листьям чуть мешает.

Осталось трое. Но самое главное — дым начал рассеиваться!

Прорехи появлялись то тут, то там. Лежащие тела, скрюченные позы. Ветер рвет дым в клочья, расчищая поверхность площадки.

Где же оставшиеся трое? Всего семь тел. Троих нет.

Да как такое может быть?! По условиям тренировки, они не должны покидать тренировочную площадку, а это значит…

Экзекутор прыгнул вправо и вонзил меч в небольшой холмик. Холм взорвался выпрыгнувшим ниндзя, но второй удар помог приземлиться уже трупу.

Ещё два…

— 5 единиц здоровья из-за отравления.

Вот же… Осталось двадцать восемь единиц. А он ещё пока ни разу не доходил до двоих бойцов. Надо, надо собраться с мыслями. Надо отбросить прочь слезы и сепию. Надо сосредоточиться и…

Меч вонзился в затылок, отнимая последние очки здоровья. Бамбук на земле вдруг взметнулся вверх и больно ударил Кирилла по лицу. Или это Кирилл упал на окровавленные стебли?

Как же так?! Ведь этот ниндзя умер, он лежал с пронзенной грудью… или это не тот? Дым был специально создан, чтобы спрятать труп, а на его место улегся живой? Неужели искусственный интеллект научился обманывать?

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

Программы становились труднее, боты приобретали черты профессиональных солдат и человеческую хитрость. Последняя стычка забрала все силы. Кирилл дышал, как загнанная лошадь. Тем не менее, он начал приседать — штраф за проигрыш.

— М-да, что-то у тебя совсем показатели упали. Одиннадцатый раз запускать?

Андрей выглядел не очень хорошо: мешки под глазами, худоба, легкая небритость. Кирилл помотал головой и сделал жест рукой.

— Подожди немного. Слишком хороши мальчишки для меня.

— Соберись. Ты всё равно должен научиться их проходить.

— Да пройду я их! Вроде, все ухищрения узнал. А ты чего какой заморенный? Ну, ладно, у меня пацан горластый растет, а у тебя-то что случилось?

— У меня? — горько усмехнулся Андрей. — У меня…

Андрей опустил голову. Кирилл ждал. Дыхание постепенно выравнивалось, хотя руки и ноги не желали прекращать мелкую дрожь.

— Скажи, а ты реально не видел в мече врагов? — Андрей, наконец, поднял голову.

— Видел какие-то сгустки, но больше ничего.

— Ничего, — эхом повторил Андрей. — Ничего — это плохо. Надо видеть гораздо больше. Гораздо больше…

— Да чего ты какой-то мутный? Бухал, что ли?

— Нет, наоборот, протрезвел.

— Ладно, запускай свою шарманку, и поехали метелить «демонов ночи». — Кирилл размял шею.

На этот раз все десять ниндзя оказались повержены. Правда, осталось всего три единицы здоровья. Если бы не удачный бросок с последующим финтом и почти мушкетерским выпадом «туше», то Кириллу пришлось бы снова приседать.

— На этот раз лучше, но всё равно далеко не так хорошо, как хотелось бы, — пробурчал Андрей. — Давай в душ — и поехали.

— Куда поехали? — не понял Кирилл, расстегивая застежки костюма.

— На стрельбище. Будешь учиться видеть врага в отражении.

— Слышь, а, может, хватит на сегодня? Руки вообще не поднимаются.

— Выпей свой коктейль и не жалуйся, Экзекутор. Ты должен научиться!

Было в голосе Андрея что-то такое, что Кирилл удивленно взглянул на помощника. Или показалось? Андрей стоял с прежним каменным лицом. Экзекутор только покачал головой. Вот что за секреты от подопечного? Андрей стоял и смотрел. Ждал.

Кирилл махнул рукой и пошел в душ. До конца смены оставалось ещё два часа, так почему бы и не отправиться на стрельбище? Вот только зачем нужно было ехать в «Скиф», когда вполне можно было смоделировать тир на компьютере?

— Давай, колись: чего мы туда премся? — спросил Кирилл у Андрея.

— Чтобы пострелять, — безмятежно ответил тот.

— Да? И всё? Чтобы пострелять, нам не надо было уезжать со склада. Мы вполне могли и там это сделать. Или что-то другое?

Андрей молча вел машину. Он следил за поворотами, аккуратно обгонял машины, вклинивался в узкие щели «пробок». Даже нарвался пару раз на возмущенные сигналы от подрезанных водителей. Они остановились

— Ты специально интригу нагнетаешь? — не выдержал Кирилл. — Я сейчас выпрыгну из машины, и дальше поедешь сам…

— Сиди, истеричка, — процедил Андрей. — Сиди и слушай…

Помощник достал из-под сиденья небольшую черную коробочку с четырьмя кнопками. Нажал одну из кнопок и положил коробочку между собой и Экзекутором.

— В общем, так: у нас мало времени. Мы постоянно на прослушке. Постоянно. Скоро техники настроят сигнал на другую волну, и я не смогу глушить подачу жучков.

— Каких…

— Молчи! Все вопросы потом. Слушай: через неделю состоится запуск Вселенной, и тогда уже будет поздно. Ты должен остановить Анатольича и Блека. Вселенная — это рабство. Это узаконенное рабство и полнейший контроль над человечеством.

Андрей говорил быстро, сбивчиво, как человек, которому нужно многое сообщить, но времени в обрез.

— Ты чего, с дуба рухнул?!

— Молчи! В общем, так: с Потрошителем у «L.i.L» получился огромный косяк. Я тогда тоже был с тобой в виртуале, но потом сам решил проверить склады в Люберцах. Я проник на территорию под видом одного из поставщиков и нашел примерное место бойни. И прикинь, это всё было в реале! Там трехэтажный склад по типу нашего… Никто не докопается, всё подчищено и вымыто, но я-то знаю, что искать. Вот!

Андрей поднял руку, разжал пальцы. На ладони лежал чуть сплющенный желтоватый цилиндрик. Гильза девятимиллиметрового калибра.

— И что?

— А то! — буркнул Андрей и повернул цилиндрик боком.

— И что?

— Да блин! Вот, смотри! — Андрей вытащил лупу из бардачка и приблизил к ободку.

Увеличительное стекло показало три буквы. L.i.L

Коробочка щелкнула кнопкой, и Андрей тут же спрятал гильзу. Он кивнул на выход и произнес:

— Пойдем, постреляем.

Кирилл посмотрел на своего помощника и кивнул. Путь до стрельбища они провели в полном молчании.

Мысли Кирилла метались обезумевшим стадом. Неужели заноза ему не привиделась? И он в самом деле посетил какой-то склад, и там…

А там — паучок внутри тебя…

И паучок внутри подруги Андрея. Кирилл поглядывал на помощника, но тот снова сохранял равнодушие каменного изваяния и беспристрастность «железного Феликса».

— Руки трясутся, — сообщил Кирилл, когда Андрей оплатил два часа занятий.

— Надо сделать над собой усилие и стрелять правильно, — ответил Андрей.

Он смотрел на Кирилла, чуть поджав губы.

Стрелять правильно? Но как? В кого? Из-за какой-то непонятной гильзы? Может, Андрей сам её подкинул? А может, и не подкидывал? Может, это всё снова одна большая проверка: поверит Кирилл или нет?

И коробочка эта ещё непонятная… Вдруг это вовсе не глушилка микрофонов, а всего лишь кухонный таймер, какие ставят домохозяйки, чтобы не прозевать приготовление блюда из-за просмотра любимого сериала?

Как много вопросов! Очень много!

Голова трещала, а руки, тем не менее, посылали одну за другой пули в цель. Обычные пули, обычные гильзы. Без трех букв на ободке.

Но если компания настолько крута и могущественна, что смогла бесшумно убрать гору трупов в относительно оживленном месте, то почему же они допустили такой промах и оставили гильзу? И вообще, зачем наносить свой лейбл на ободок? Чтобы потом было легче отследить выстрелы?

Бред.

Бред!

Бред!!

Это всё одна сплошная проверка. Слишком много несостыковок, слишком много белых ниток на черном полотне, испачканном кровью. Слишком много…

Кирилл стрелял. Отдача привычно била в ладонь, звук выстрелов приглушали наушники. Андрей смотрел. Когда половина патронов оказалась израсходована, а десять мишеней с одной аккуратной дырочкой на лбу собраны Андреем, помощник остановил Кирилла.

— Вижу, что ты кладешь все пули в одну точку. Молодец! Теперь будем стрелять иначе. Я говорил, чтобы ты следил за врагами в лезвии меча?

— Да это вообще-то сложновато…

— Сложновато спать на потолке — одеяло сваливается. А это делать не сложно. Меча у нас с тобой нет, поэтому сделаем так: ты встанешь спиной к мишени и будешь смотреть в мои глаза. Ориентируйся на отражение.

— Чего?

— Свело. Смотришь в мои глаза и стреляешь назад. Причем стреляешь как правой, так и левой.

— С двух рук? А где ещё пистолет?

— Поочередно. Всё, я буду здесь.

Андрей встал чуть поодаль от Кирилла, а тому пришлось повернуться спиной к мишени.

— Я смотрю на мишень, а ты ориентируйся по моему взгляду.

— Вот это да! Ну и затыки у вас!

— Не болтай, Экзекутор. Учись!

Кирилл уставился в глаза Андрея, который безучастно смотрел мимо него. В зрачке отражалась микроскопическая мишень — такая далекая, такая мелкая, что могла показаться всего лишь соринкой.

— Не моргай! Ты мне мешаешь.

— А ты стреляй, а то я скоро усну. Сосредоточься, Экзекутор!

— На нас уже обращают внимание.

— Да насрать! Пусть думают, что мы фокусники. Не отвлекайся.

Кирилл сосредоточился на черном зрачке. Он напряг глазные мышцы, стараясь разглядеть внутри черноты далекую мишень. Мало того что надо разглядеть, так надо ещё вымерять траекторию, уровень, искажение.

Неожиданно зрачок приблизился, увеличился до размеров ростового зеркала, и в отражении обрисовалась мишень — уже не на расстоянии одного светового года, а вполне себе близко, как будто Кирилл повернулся и уставился на белый силуэт.

Кирилл моргнул, и зрачок снова стал меньше. Обычным.

Пригляделся — и зрачок увеличился снова. Экзекутор вытянул руку назад и опустошил обойму в мишень. Две пули ушли в «молоко», остальные более или менее легли вокруг кругов мишени. Присвистывание со стороны других стрелков было небольшой наградой для Кирилла. Увы, Андрею стрельба не понравилась.

— Ну, для первого раза крайне плохо. Теперь давай на левую руку и вторую мишень. — Андрей заложил руки за голову и устало закрыл глаза.

На следующую смену Андрей уже не пришел. Не пришел и на последующие смены. Просто исчез из компании. Кирилла тренировал неразговорчивый помощник по имени Евгений — такой неразговорчивый, что предпочитал общаться знаками, а не словами. На вопрос об исчезновении Андрея только пожимал плечами и недовольно бурчал, что тот взял и одним днем уволился.

12

«Легче находятся такие люди, которые добровольно идут на смерть, чем такие, которые терпеливо переносят боль»

Гай Юлий Цезарь

Рождество в Америке должно было наступить точно по расписанию. Также по расписанию «Вселенная L.i.L» должна начать запускать новых обитателей в компьютерные миры.

Кирилл двадцать пятого декабря сказал дома, что предстоит важное совещание и поздравление американских партнеров онлайн. Он не был уверен, что Людмила поверила, но, тем не менее, она его отпустила.

За те несколько месяцев, которые Кирилл приносил домой огромные для неё деньги, жена научилась не задавать неудобные вопросы. Научилась не узнавать утром, почему он порой кричит во сне. Она видела, как он меняется. Видела, как растут мышцы на руках и ногах. Кирилл и раньше не отличался полнотой, а сейчас он вообще превратился в сплошной комок мускулов.

Нет, он не стал хуже относиться к ней или Максиму, но порой он застывал на месте, словно прислушивался к чему-то, недоступному ей. Смотрел пустыми глазами в телевизор и почему-то морщился, когда показывали боевики со стрельбой. Она не спрашивала…

Вечером Экзекутор прибыл на склад и, как всегда, тихой мышью проник в свой кабинет. Евгений уже колдовал над экраном, выводя показатели на зеленую стену. Видимо, по случаю такого важного события, как долгожданный запуск Вселенной, помощник был в белом халате и белой же рубашке с черным галстуком.

— Здорово, друг мой болтливый! — приветствовал его Кирилл. — Как настроение?

Евгений показал поднятый вверх большой палец. Его хмурое лицо говорило об обратном. С таким лицом обычно страдают от изжоги или страшно хотят в туалет, но никак не радуются запуску компьютерной Вселенной, способной изменить жизнь миллионов людей.

— Что мы сегодня будем делать?

— Наблюдать, — глухо буркнул Евгений.

— И всё? Для этого вызвали всех серафимов? Для наблюдения?

Евгений кивнул в ответ.

— Ну ладно, крепи сбрую, поехали кататься, — махнул рукой Кирилл.

Внешне он старался выглядеть бодрым, жизнерадостным, но изнутри словно присосалась пиявка и вытягивала радость. Слова Потрошителя о каком-то запущенном вирусе не давали покоя.

Что произойдет, когда секундная стрелка коснется деления под цифрой 12 и начнется запуск резвых желающих в новый, ещё не испорченный человеческими страстями мир?

Вирткостюм лег, как обычно. Как обычно, промелькнули слова Погружения. Кирилл оказался во вселенской пустоте. Кругом разноцветными огоньками сверкали звездочки.

Кирилл покрутился, осмотрел себя. Он был в боевой броне одного из космических шутеров, каких развелось множество после развития популярной игры «Quake». Сопротивляемость урону, защита, усиление. Все характеристики подогнаны и настроены так, чтобы Экзекутор чувствовал себя максимально комфортно и мог действовать максимально эффективно.

В руках — лазерная винтовка «Дезинтегратор»; приглядевшись к пикселям, Экзекутор увидел характеристики:

Дезинтегратор

Урон — 1000

Шанс критического попадания *100%

Дополнительный урон — 72

Боеприпасы — микроядерная батарея

Прочность — 1000

Он стоял на небольшом овальном диске, напоминающем укороченную доску для серфинга. Эта доска покачивалась в невесомости и чуть подрагивала, словно дрожащий от нетерпения гоночный автомобиль, готовый вот-вот сорваться в безумную гонку.

Кирилл оглядел Вселенную. От увиденного так захватило дух, что закружилась голова. Однажды в молодости Кирилл попробовал в клубе запрещенный препарат и запил его водкой. Потом в танце кровь разогнала дрянь по артериям и любезно доставила её в мозг. Вот тут-то и начались виденья, которые можно было сравнить с настоящей фантасмагорией. Страшные виденья…

Буйство красок, смешение различных цветных линий, точек и клякс — всё это гарцевало в безумстве хаоса и одновременно имело некую упорядоченную структуру. Если приглядеться, то можно было заметить, что окружающая виртуальная реальность имела деление на секторы. Вроде бы, те же маячки звезд, но они были поделены на цвета радуги. И разные секторы имели свой цвет.

Кирилл попробовал догадаться: красный — для хоррорщиков, оранжевый — для стратегий, желтый — казино, зеленый — для фэнтезийных рпг, голубой — для симуляторов неба и моря, синий — для файтингов, фиолетовый — для гонок. Может, и неправильно, может, и не так. Он поставил для себя галочку на память, чтобы посетить каждый из миров. Правда, займет это не меньше года, но вполне осуществимо.

Далеко впереди маячила зеленая стрелка, показывающая на самую яркую звезду. Похоже, что это и было пунктом назначения. Кирилл чуть надавил на переднюю часть диска и помчался к точке. Управлять было легко — всего лишь нажатием на тот или иной край диска. Экзекутор даже сделал «мертвую петлю» и «бочку», чтобы опробовать возможности странного транспорта. Диск повиновался с рвением хорошо вышколенного слуги.

— Экзекутор, тебя ждут на месте появления игроков. До запуска осталось пять минут. Ты должен зависнуть на высоте десятого этажа. Не отсвечивай, но будь на виду. Оружие переведено в режим парализатора, но при необходимости будь готов перейти в боевой режим. Хакеры не спят и вряд ли упустят возможность поднасрать в таком важном деле, — раздался голос Евгения.

— Понял, — буркнул Кирилл и припустил к зеленой стрелочке.

Полет занял меньше двух минут. Он несся с такой скоростью, что будь это в реальности, ветер запросто сорвал бы его с диска. Даже свободное падение не сравнится со скоростью полета Экзекутора. Выстрели кто рядом из ружья — мог бы обогнать и пулю.

Устроители сделали площадку для запуска феерично-напыщенной и пафосно-красочной. Сама площадь по величине не уступала десяти футбольным стадионам, собранным в одном месте. Около сотни синих овалов мерцало по краям площадки.

Порталы! У каждого из порталов стоял человек. Мужчины, женщины. Все одеты в различные костюмы: кто в эльфийскую накидку или тяжелую броню, кто в спортивный костюм или деловую униформу. Были даже те, кто скрывался в клубах черного дыма и зловеще поблескивал оттуда красными глазами. Все они словно приглашали посетить именно их мир, были проводниками в край чудес и развлечений.

Экзекутор поискал глазами эльфиек. Зрение услужливо приблизило картинки, словно он приложил к глазам бинокль. Ага, вот они! Соблазнительные тела, красивые лица, остренькие ушки. Кто же из них подруга Андрея? Черт его знает! Ладно, надо будет как-нибудь выяснить и спросить о пропаже помощника. Кирилл немного скучал по этому язвительному засранцу. Да и странные слова не давали покоя.

Поверхность площадки была идеально ровной, словно на ледовом катке Олимпийских игр. Кирилл усмехнулся, когда представил, что Михаил Анатольевич и Брюс Блек выкатятся в центр и начнут кружиться в парном катании.

Но не сама площадка привлекла внимание Кирилла. Его заставили присвистнуть окружающие здания. Вот уж где на славу поработала фантазия дизайнеров! Вокруг площадки возвышались в масштабе один к одному все чудеса света и самые известные здания. Вряд ли где можно было увидеть Эйфелеву башню, стоящую рядом с собором Василия Блаженного, или сфинкса под боком Статуи Свободы.

И в каждое здание был свой вход. Ещё одна галочка на посещение этих зданий поставлена в уме.

Слева и справа возникли люди на таких же, как и у Экзекутора, дисках. Тоже серафимы? Но что-то их много. Никак не меньше полусотни. Неужели из других стран тоже подтянулись?

Хотя… что тут удивительного? Михаил Анатольевич как-то упоминал, что миров будет не меньше тысячи, так что пятерым серафимам не разорваться, если вдруг начнутся массовые беспорядки. Ну да, это специалисты по наказанию и поощрению со всех сторон света.

Экзекутор едва не свалился с диска, когда увидел в сотне метров от себя того самого блондина, который был на воротах и потом… Царь! Да, именно такой ник он носил во время первой тренировки. Сейчас же серафимы были единственными, над кем горела только полоска здоровья. Никаких ников, никаких обозначений. Просто безымянные существа с оружием.

Броня блондина явно взята из игры «Mass Effect». Отличная броня! Вот только имела один недостаток, и Кирилл об этом знал. Он невольно сдавил рукоятку дезинтегратора, но опомнился. Сейчас не время. Может быть… Потом… При удобном случае они поболтают…

Блондин тоже смотрел на Экзекутора, потом тихонько навел на него причудливого вида винтовку и сделал вид, что выстрелил. Экзекутор ответил фигурой из трех пальцев, и это была явно не фига.

— Друзья мои! — раздался над площадкой голос Михаила Анатольевича. — Включите полную готовность. Это важный миг для всех нас. Миллионы людей в мире готовы вступить в нашу реальность и заполонить её, расселившись по мирам. Будем же гостеприимными, но справедливыми спутниками в нашей любимой Вселенной «L.i.L»! Не оставим страждущих и униженных! В нашем мире все равны! А теперь, пока создатели произносят возвышенные речи в реальном мире, мы с вами вместе сделаем контрольный отсчет. Будьте уверены: вместе с вами считает весь мир!

В открытом небе появилась огромная зеленая цифра 20.

Начался отсчет. Периодичность смены цифр раз в две секунды.

19

18

17

Экзекутор качнул головой влево-вправо, разминая шею. Где-то внутри заскребся тревожный червячок. Вроде бы, всё нормально, но что-то напрягало. Как будто на МКАДе: вроде бы, машины слаженно едут, но того и гляди, кто-то вильнет в сторону, и полетят в разные стороны осколки пластика, окропленные кровью.

16

15

14

Цифра заморгала, и на её месте возникла лысая голова с огромной бородой. Кирилл тут же узнал этот оскал и красные глаза.

Потрошитель!

— У всех у вас внутри паучок!! — проревела голова и расхохоталась оглушающим смехом. — Ах-ха-ха-ха!! Внутри вас паучок!! Порвите сети!! Ах-ха-ха-ха!!

Голова пропала, и снова появилась огромная цифра.

13

12

11

Экзекутор и остальные не видели этой смены: внезапный приступ головной боли сдавил виски так, словно какой-то неведомый инквизитор крутанул деревянную палочку на своих «четках боли». Экзекутор даже взвился на носки от боли. Казалось, что голова вот-вот разорвется, забрызгав внутренности шлема серовато-красным содержимым.

К счастью, это длилось недолго, и уже цифра 10 в достаточной мере проявилась перед прояснившимся взором.

9

8

7

Кирилл оглянулся — меньше половины Экзекуторов удержалось на дисках. Плохо, что Царь тоже удержался. Остальные упали на площадку, и сейчас их тела исчезали в мерцающем свете. Больше всего повезло стоявшим у порталов: они не разбились, когда неожиданная боль скрутила тела. Проводники вставали возле порталов, изумленно озираясь по сторонам.

6

5

4

— Соберитесь, всё нормально! — прогремел голос Михаила Анатольевича. — Это был просто баг. Он уже исправлен! Работаем!

Экзекутор стиснул зубы. Да, это был просто баг. Просто какая-то шутка Потрошителя. И всё же где-то в районе затылочной части поселилась тупая ноющая боль, как будто он ударился затылком и сейчас там наливался синяк.

3

2

1

В воздух взмыли тысячи огней фейерверков. Они били во все стороны, но не касались серафимов. А поредевшие ряды чуть ближе сдвинулись, чтобы иметь возможность держать каждого из входящих на мушке.

В центре площадки появился первый посетитель.

Первый игрок Вселенной «L.i.L»!

Женщина с ником «Хлороформ».

Это был один из исполнительных директоров компании «Гринпис». Эта честь ему досталась ещё и с небольшой рекламой на будущее — уж если главный «гринписовец» не побоялся вступить во Вселенную, то и остальным бояться нечего. И то, что мужчина выбрал образ женщины, это тоже был задел. Во Вселенной все равны, и нет никого, кто будет измерять людей по половым признакам.

Сейчас по всему миру не меньше трех миллиардов людей смотрели, как девушка в костюме Ядовитого Плюща осмотрелась по сторонам и направилась к зеленым секторам. Там одна из эльфиек с коротким поклоном приняла руку персонажа и запустила его в портал. Пройдя в голубую поверхность портала, персонаж пропал из виду.

Вряд ли исполнительный директор подозревал, что сейчас за ним следило чуть больше двадцати оружейных стволов.

Кирилл выдохнул. Он и сам не заметил, как на весь проход первого посетителя задержал дыхание.

Следом начали появляться звезды кино и эстрады, политики и бизнесмены. Элита…

Кирилл фиксировал появление каждого человека, за доли секунды относил его в таблицу по возможным боевым действиям и переходил к следующему.

Каждый был волен избрать себе любого персонажа, которым ему нравилось играть в других играх. Создатели Вселенной успели договориться с каждой фирмой о разрешении воспользоваться созданными ими образами. Да, были некоторые ограничения, которые касались бедных, но гордых компаний. В таких случаях компания просто выкупалась создателями, и образы всё равно доставались Вселенной.

Черепашки-ниндзя соседствовали с Шредером. Соник спокойно посматривал на доктора Эггмана, а боевые жабы даже не озирались на Темную королеву. Ведьмак не вытаскивал мечей, когда видел рядом оборотня из «Wolf Team».

Букер Девитт, Цири, Эцио Аудиторе, Соня Блейд, Солид Снейк, Рейн, Харли Квин, Бэтмен, Данте, Марио и т. д. От появления персонажей всяческих игр рябило в глазах. Каждый старался привнести что-то своё в любимого персонажа, поэтому Марио порой оказывался зеленым, а Соник был желтым и накачанным, как обожравшийся стероидами культурист.

Всё было спокойно.

Да, парочка Хитменов попыталась тихонько накинуть удавку на шеи идущих рядом персонажей, но площадка была зоной без пвп, и их удавки лопнули. Пистолеты даже не извлеклись из кобуры, словно приклеились к ним. Пришлось убийцам плестись к синему сектору, где суровые мужчины в военной форме коротко кивали и отвечали на вопросы либо провожали к порталу.

Фейерверки всё так же громыхали в небесах, встречая посетителей. Серафимы парили в воздухе, сканируя посетителей.

Кирилл пока не встретил ни одного, которого можно было бы отнести к разряду потенциально опасных. Грозные, смешные, уродливые, задиристые, неуклюжие, ловкие. Посетителей было много, но ни одного такого, в которого можно было бы выпустить парализующий заряд.

И ноющая боль в области затылка не давала покоя. Кирилл уже и вертел головой, и отвлекался на других серафимов — боль никуда не пропадала. Она тупым сверлом потихоньку ввинчивалась в мозг и иногда дергала, взрывая маленькие островки черепа. В такие моменты Кирилл лишь крепче стискивал зубы и пережидал резкую боль, выдыхая, когда она снова переходила в тупую и ноющую.

Глядя на проводников около порталов, Кирилл отмечал и на их лицах вспышки похожей боли. Да, они старались улыбаться и кивать посетителям, объясняя пункт прибытия, но нет-нет, да и пробежит тучка по радостным гримасам.

Блондин Царь делал вид, что не замечает Экзекутора и сканирует посетителей. Упорно делал, словно начал игру в игнор. Что ж, в эту игру можно играть и вдвоем. Кирилл отложил её до лучших времен.

Хотя мысль о том, кем из серафимов являлся этот блондин, не давала Кириллу покоя. Загадочное исчезновение шлагбаума и домика с охраной у ворот вряд ли можно было списать на переутомление. Да и потом, этот блондин возник в тренировочном лагере. Кто же он?

Неожиданно Кирилл поймал себя на мысли, что он не знает, как выглядят остальные ребята из пятерки коллег. Кто-то из них находится рядом, но вот кто именно? Кто из них Сергей, кто Евгений, а кто Алексей или ещё один Сергей?

Никаких ников, только полоски над головой.

Пухлого Сергея он видел на куче трупов, но тот был почти таким же, каким его видел Кирилл в реальности. Только тот похудел и осунулся, как будто…

Как будто он тренировался долго и упорно, но неожиданный противник смог одолеть его!

И пуля с буквами на ободке. Почему Андрей показал ту пулю?

Очередной выстрел фейерверка ударил рядом с Экзекутором и вырвал его из размышлений. Кирилл увидел усмешку на губах Царя и отвернулся.

Три часа, за время которых через площадку прошло не меньше миллиона посетителей, растворившись в порталах миров, подходили к концу. Глаза у Кирилла слезились от ярких вспышек фейерверков, тупая боль в затылке начала восприниматься как дополнение к виртуальной реальности. Руки всё так же сжимали дезинтегратор, но уже начали подрагивать мелкой дрожью.

— Основная волна прошла. С другими справятся модераторы. Экзекутор, ты можешь возвращаться, — раздался голос Евгения, и тут же всё вокруг потемнело.

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

Кирилл с облегчением выдохнул. Он снял шлем и вытер пот со лба.

— А что это было? Ну, когда был отсчет? — спросил он у Евгения.

— Тебе же сказали: баг, — пробурчал тот в ответ.

— Да что-то мало похоже.

— Я больше ничего не знаю, — отрезал Евгений и больше не произнес ни слова.

Даже когда Кирилл помылся и попрощался, он просто махнул рукой.

Кирилл выехал в освещенную электричеством ночь. Опустил стекло машины. Ветер тут же залетел в салон и вытащил остатки тепла. Головная боль так и не прошла, хотя Кирилл запил таблетку анальгина протеиновым коктейлем.

13

«Совершенство воина — в бдительности,

постоянной боевой готовности,

в строгости, в искренности,

в непроницаемом спокойствии»

Лао-цзы

Прошел Новый год, потянулись относительно спокойные будни. Кирилл продолжал тренироваться, показатели росли, но всё равно не дотягивали до белой полоски. Кто же эта белая полоска? Кто из оставшихся четверых?

В смерть пухлого Сергея Экзекутор не верил — это же была виртуальная реальность. Это же было не по-настоящему. А что пытался показать Андрей… Это всё неправда.

Он так и не видел других серафимов. Приходил на склад, где круглосуточно кипела жизнедеятельность, отрабатывал норму, отмечал улучшение характеристик, мылся в душе, пил коктейль и ехал домой. Головная боль так и не проходила. Она превратилась в спутницу и напоминала зубную боль. На ночь она стихала, а днем возрождалась с прежней тупой настойчивостью.

Таблетки не помогали, посещения врача — тоже. Кирилл смирился с ней, так как рентгенография и МРТ ничего не выявили. Боль просто была. Никаких раковых образований, никаких опухолей — ничего. Просто тупая боль, и всё. Со временем Кирилл перестал обращать на неё внимание.

Во Вселенной начали образовываться кланы — точнее, кланы приходили из других игр, чтобы встретиться снова и обрести новую жизнь в тех мирах, которые так нравились игрокам.

После запуска в продажу относительно недорогих костюмов Вселенная стала доступна почти каждому жителю. Всего за пару месяцев игровую реальность посетила почти половина земного шара. В цифрах это было… Кирилл даже боялся представить эту цифру.

Для самых бедных появились пункты проката костюмов, своего рода клубы Вселенной, где за мизерную плату можно было погрузиться в виртуал. Кирилл ещё помнил те самые полуподвальные компьютерные клубы, где с обеда и до позднего вечера раздавались голоса ребят, враждующих с другими кланами или рубящихся между собой в «Counter-Strike». Теперь похожие помещения приглашали всех жаждущих погрузиться хотя бы на время в чарующую виртуальность.

Серафимам вскоре нашлась работа: в начале февраля клан «Черные пантеры» решил единолично завладеть одним из миров, подмять его под себя, а если получится, то с помощью такой тактики распространить влияние на другие миры. Модераторы не смогли справиться с нашествием фейковых аккаунтов, которые стирались, а через пять минут возрождались вновь.

Люди в костюмах персонажа из комикса заполонили мир Мильдораноис. Они методично вырезали всех, кто приходил к ним через порталы. Об этом мире уже пошла дурная слава, поэтому надо было принимать меры.

Кирилл был среди десяти призванных на Мильдораноис для наведения порядка. Снова привычные слова о Погружении, и темнота сменилась изумрудной зеленью лесов. Птицы в ярком оперении прыгали с ветки на ветку, зеленый мох под ногами мог скрывать как замшелые стволы, так и глубокие кротовины. Кусты были настолько густые, что поставь в десяти шагах клоуна из «МакДональдса», и не разглядишь его.

Мир, куда он попал из кабинета с виртоборудованием, был одним из прототипов природной утопии, где люди жили в согласии с природой и пользовались всеми её благами. Посетители тут отдыхали от толкотни перенаселенных городов и вечных автомобильных «пробок». Каскады цветастых пятен, яркие закаты и восходы призывали забыть о серости пыльных улиц. Здесь можно было встретить туземку, которая с радостью поделится жаркой страстью, или туземца, всегда готового полюбить гостью Мильдораноиса. Вероятно, именно о такой земле обетованной мечтали хиппи.

Да, здесь стоял допуск на «18+», но для молодежи ниже указанного возраста этот мир был скучен — гораздо интереснее сражаться с огромными драконами или обгонять известных гонщиков.

Земля этой утопии обагрилась виртуальной кровью, и теперь отряд суровых мужчин прибыл для очищения территории.

— Все переговоры в закрытом чате, — послышался голос Евгения. — У вас у каждого свой сектор для зачистки. Экзекутор, в левом нижнем углу видишь сетку?

— Как в «World of Tanks»?

— Да. Десять синих точек — это серафимы. Красные точки — «Черные пантеры». Все лишние игроки были удалены из Мильдораноиса. Ваша цель — тотальная зачистка. Модераторы будут отлавливать новых поступленцев и блокировать их IP-адреса. Работаем!

Кирилл сжал в руке здоровенное мачете, оглядел себя. Что ж, на привычную броню фантастической игры это было не слишком похоже, скорее, на костюм супергероя, где каждый мускул выгодно подчеркнут тканью. Зеленоватая маскировочная ткань напоминала прорезиненный шелк — такая же легкая и тянущаяся. Скрытые пиксели сказали, что это облегченный бронекостюм с повышенной устойчивостью к внешним повреждениям. И самое главное — костюм обладал способностью «Хамелеон», то есть мог полностью раствориться в зелени джунглей.

О мачете пиксели сообщили только то, что его невозможно затупить и у него хороший урон. Кирилл усмехнулся и почувствовал, как кожу лица чуть стянула ткань. Похоже, он был в маске. Глянув в отражение на мачете, он увидел, что половина лица сверху закрыта, как у каждого приличного супергероя.

— Ну что ж, потанцуем, — пробормотал Экзекутор и размял шею, качнув головой из стороны в сторону.

Сетка показала наличие врагов неподалеку. Он тихо шагнул в сторону и исчез в густых кустах.

Через пятьдесят метров он наткнулся на первых «Черных пантер».

Лужайку нельзя было назвать большой, она была размером где-то в половину баскетбольного поля. Джунгли вплотную придвинулись, но за невидимую черту не переступали, оставив этот правильный круг под раздолье невысокой травы. Семь человек сидели вокруг костра, на котором подрумянивался кролик. Семь человек, чьи ники состояли только из цифр. Костюмы из бронепластика, пародии на вибраниум из комикса о «Черной пантере». Золотые когти на перчатках — отличительный знак группировки, остальные персонажи Вселенной с похожим костюмом красовались с серебристо-серыми когтями.

Боты или живые люди? Сидели спокойно, явно не ожидали нападения.

Самый крупный что-то негромко говорил, как будто бубнил себе под нос. Экзекутор перешел в режим «Хамелеона» и начал потихоньку подползать ближе. Не зная противника, лучше ударить первым. Да и эффект неожиданности может сыграть немаловажную роль.

— Посадили меня тут, и чё? Обязан я им? Да пошли бы они на хер! Сами нубов гвоздят, а я тут с этими… Эй, ушлепки, ляпните хотя бы чё-нибудь, а то звездец как тошно! Чё молчите? Долбоклюи, бл…

Бурчащий голос принадлежал только одному человеку, остальные шесть молчали. Кирилл усмехнулся: бить ботов даже легче, чем живых. Хотя он уже перестал различать, где живые, а где боты. В компьютерном мире всё не по-настоящему. Тут всё игра.

— Пока там самые жирные куски собирают у порталов, я тут должен сидеть… Твою мать, хотя бы одну бабу сделали, и то было бы веселее, а то устроили тут «Голубой огонёк»! Чё молчите, придурки? Я вообще-то шутку сказал, хотя бы поржали слегонца.

В чате возникла запись от Волка:

«Костюмы регенерируют. Бейте по жизненно важным точкам»

Волк? Сергей? Он тоже здесь?

Давненько Экзекутор не видел худощавого «студентика». Надо бы списаться, назначить встречу, поболтать о том о сем. Но это всё потом. Сейчас важно зачистить мир, предназначенный для расслабления и удовольствия.

Кирилл приблизился на уровень броска и замер. Бурчащий сидел, сгорбившись. Голова опущена на грудь. Руки расслаблены, ноги чуть расставлены. Шея слева открыта…

Остальные «пантеры» зависли, глядя в огонь.

Выждав три стука сердца и выровняв дыхание, Кирилл метнулся к самому крупному.

Захват под подбородок. Мачете взвизгнуло, разрезая ткань костюма, а следом и мышечные ткани. Крит добавил урона, и полоска здоровья удивленного воина «Черных пантер» стремительно покатилась к нулю. Удар в сердце довершил её скольжение.

Шесть ботов вскочили одновременно с падением человека. Золотые когти блеснули в воздухе. Экзекутор превратился в мельницу.

Что отличало ботов от человека? Они молчали: молча нападали, молча попадали под раздачу и молча падали на лужайку.

Виртуальный огонь шипел, когда в него падали брызги виртуальной крови. Всё было реалистично… Всё было так реалистично, что Кирилл даже увидел слезу на глазу последнего из «пантер».

Неужели боты умеют плакать?

Скорее всего, это пот. Просто пот.

Кирилл резко взмахнул мачете, стряхивая капли крови. Семь трупов, не считая тушки кролика на костре. Двадцать секунд. Что ж, не вполне плохой результат, но не рекорд. Не рекорд…

Где следующие точки?

Только хруст ветки за спиной заставил Экзекутора отскочить в сторону и прокатиться по сочной траве. Золотые когти со свистом вспороли воздух. Экзекутор откатился на пару метров и пинком отправил тлеющие угли в сторону нападающих.

Дым и пепел с шипением взвились в воздух и осыпали плечи нападающих. Экзекутор выиграл пару секунд, чтобы уйти с линии атаки и приготовиться к ответному нападению.

Шесть ботов встали в ряд и пошли на Экзекутора футбольной «стенкой». Прорехи костюма затягивались на глазах. Глаза горели зеленым огнем сумасшедших зомби, а над головами горели половинчатые индикаторы здоровья.

Они восстановились? Что ж, бой против них уже известен, вот только надо… Экзекутор бросил взгляд на того самого бурчащего, на которого напал в первый раз. Безголовое тело не подавало признаков жизни. Надо взять это на вооружение.

— Ребят, может, по пивку, и разойдемся?

Увы, никто не поддержал его предложение.

— Ну что ж, обойдемся без пивка. — Экзекутор снова размял шею.

Боты начали окружать Экзекутора, а тот бросился к правому, тут же изменил направление и полетел к самому левому. Три взмаха мачете. Тут же отпрыгнул. Перекатился и нанес крайнему удар по ногам. Блок от когтей — и сразу же три удара.

Количество нападающих сократилось на два. Осталось четверо, а через полминуты и они легли рядом со своими напарниками. Экзекутор методично обработал тела, чтобы они не восстановились. Никаких эмоций. Просто работа.

Он остановился и перевел дух. Что ж, надо написать о своей находке в чат.

«Сшибайте им бошки. Они как из фильма „Горец“: пока башню не снесешь, возрождаются! Волк, привет! Надо как-нибудь встретиться!»

От Волка пришло сообщение:

«Принято! Обязательно встретимся! Спс за инфу!»

Через минуту в чат посыпались смайлики с поднятым большим пальцем. Кирилл кивнул сам себе и вызвал сетку со следующими «пантерами».

Зачистка продолжалась три часа. Убитые персонажи теряли броню, заработанную игровую валюту. Теряли то, что нарабатывалось крафтом или покупалось. Каждому вычисленному по IP-адресу игроку ставился недельный бан и предупреждение о вечном бане, если подобное повторится. Вряд ли это была действенная мера, но серафимы выполнили свою задачу: в Мильдораноисе не осталось никого из клана. «Черные пантеры» были уничтожены.

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

— Молодец, — пробурчал Евгений. — Хорошая работа. Ты третий по количеству уничтоженных. Весьма неплохой результат.

— И что? За это будет какая-нибудь «плюшка»?

— Нет, ведь это твоя работа, — отрезал Евгений.

Помощник помог Кириллу снять виртуальный костюм, свернул экран и ушел, как будто Экзекутор его больше не интересовал. Кирилл хмыкнул, пожал плечами и только тогда вспомнил, что хотел написать Сергею «Волку». В пылу битвы об этом позабыл, а сейчас, когда Евгений уже ушел и связь прервалась…

Кирилл решил, что в следующий раз обязательно спишется и оставит координаты встречи. После душа он вышел на свежий зимний воздух и вдохнул полной грудью: какой всё-таки разительный контраст между зимним Подмосковьем и солнечным летним Мильдораноисом.

Он приехал домой безо всяких приключений, поужинал и уже вовсю возился с Максимом, когда Людмила позвала его из кухни:

— Киря, а пойдем гулять?

— Гулять? — переспросил Кирилл.

Они с сыном строили башню из кубиков, и сейчас как раз Максим изобразил Годзиллу и разрушил пластмассовую конструкцию. Разноцветные кубики рассыпались по ковру, а Максим заливисто рассмеялся. Кирилл почувствовал, как его губы невольно растягиваются в улыбке.

Карапуз протянулся к кубикам ручонками и попытался взять непослушными пальчиками большой кубик. Это получилось не с первого раза, зато добыча оказалась тут же обслюнявлена, как будто мальчик оставил на пластмассе собственную метку.

— Да, пойдем, погуляем перед сном? А то Максимка не даст заснуть, если не посмотрит на фонари и свет в окнах. — В дверях показалась Людмила с полотенцем на плече.

— А что? Можем и погулять. Пойдем, Максимилиан? Совершим вечерний менуэт, Ваше Величество, — с дурашливым поклоном сказал Кирилл.

Максим что-то гугукнул: то ли согласился на прогулку, то ли посоветовал теплее одеваться.

— Его Величество дали согласие, собираемся! — сказал Кирилл и подхватил Максима на руки.

Возле подъезда они поздоровались с Иваном и Дмитрием. Друзья тихонько курили на улице и время от времени стукались пластиковыми стаканчиками с прозрачной жидкостью. Кирилл усмехнулся: похоже, что у Дмитрия снова бушует теща. Они оставили мужчин и пошли в сторону станции «Воронок».

На улице становилось морозно, когда супружеская пара завершила шествие по освещенной фонарями улице Пушкина и возвращалась домой. Во дворе Кирилл увидел трех молодых людей, которые стояли возле соседей. Чем-то они показались Кириллу знакомыми…

Те самые, которые упрекали выпивох на дне рождения Максима!

Вот только сейчас с ними не было здоровяка и девчонок, да и разговор шел на очень повышенных тонах. И было ещё что-то, что не понравилось Кириллу. Он пока не мог сказать, что именно, но чувство тревоги накрывало волной цунами.

— Вы за…ли возле подъезда срать, уроды! — говорил Андрей Чуваев, студент четвертого курса МГИМО.

Андрей пока ещё не знал, что через две минуты и сорок секунд его нога сломается сухой веткой.

— Ребят, да хорош, — бурчал Дмитрий. — Мы же не срем, мы тихо-мирно выпиваем. Никто даже не видит. Чего вы?

— Чего «хорош»? Постоянно тут третесь, все подъезды зассаны, бутылки валяются! — проговорил Стас Ковалев — тот самый человек, которому врачи сегодня вправят сломанную руку и наложат гипс.

— Мы не ссым, я тут с рождения живу, — ответил Иван. — Если надо, то мы до квартиры поднимемся.

— Вот и жрите ханку в квартире! — вступил в разговор Михаил Малышев, который пока ещё мог двигать челюстью.

— Ребят, дайте пройти, пожалуйста, — попросил Кирилл, ледоколом проходя сквозь две противоборствующие стороны.

— А вот и третий подтянулся… — сплюнул Андрей.

— Ребят, плевать в приличном обществе не принято, — как можно более жизнерадостно улыбнулся Кирилл.

— Да ты чё, троллишь нас, утырок? — оскалился Стас Ковалев.

Кирилл понял, что ему не понравилось: молодые люди находились явно под воздействием какого-то возбуждающего препарата. Зрачки такие большие, словно все трое вставили линзы черных глаз.

— Киря, пойдем, — потянула его за рукав Людмила.

Максим посасывал рукавичку и глядел на непонятных взрослых. И чего они не идут спать? Ночь же на дворе, скоро сова полетит и всех заберет…

— Да-да, сейчас идем, милая, — ободряюще улыбнулся Кирилл.

— Во-во, киряй отсюда! — снова сплюнул Андрей. В то же место.

Да почему же хулиганам так нравится слово «киряй»? Кирилл усмехнулся и прошел с Людмилой к подъезду. Уже внутри он подтолкнул её к дверям квартиры:

— Малыш, я сейчас.

— Киря, не надо. Давай лучше вызовем полицию…

— Да ну, какую полицию? Это же молодежь, сейчас дадим пару щелбанов, и они разбегутся, — улыбнулся Кирилл.

— Киря, не надо…

— Люд, это наш сосед. Я ещё думал его крестным позвать для Макса. Что ж, я за будущего крестного не заступлюсь?

— Киря…

— Малыш, всё будет нормально, не переживай. Макс, остаешься за старшего. — Кирилл кивнул сыну.

Максим был слишком занят рукавичкой, поэтому ничего не ответил.

Кирилл развернулся и пошел к выходу. Людмила застыла, борясь между желанием броситься следом за мужем и между стремлением укрыть сына в квартире. Второе победило, и она скрылась за дверью.

Спектакль заходил на второй виток развития: Андрей уже взял пухлого Дмитрия за ворот куртки. Ещё немного, и последует первый удар, после которого соседи Кирилла будут потоптаны, а их карманы любезно очищены. Вряд ли ребята обойдутся одними нравоучениями. Они обернулись на скрип подъездной двери.

— Слышь, отпусти его, — негромко сказал Кирилл. — Тогда мы с вами слегка пошутили, а сейчас оставьте ветеранов ВДВ в покое и валите на хрен.

От такого обращения молодые люди на несколько секунд оторопели. Этих секунд хватило, чтобы Кирилл успел приблизиться вплотную и сбить руку Андрея с ворота Дмитрия.

Ветеранов ВДВ? Да пофиг, лишь бы выиграть время.

— Да ты чё, охренел в конец, пи…? — очнулся Андрей.

— Повторяю в последний раз: валите по-хорошему, — процедил Кирилл.

Он увидел, как Андрей метнул взгляд ему за спину. Киношный трюк на отвлечение? Может быть он и сработал бы с кем-нибудь другим, но не с Экзекутором. Кирилл впился взглядом в глаза Андрея и в отражении увидел четвертого. Здоровяка с занесенной битой.

Артем Боярсков по кличке Кабан не смог простить поражения от тощего забулдыги, да и Маринка Бахмацкая тогда продинамила, поэтому он затаил злобу. Черную злобу. Порой даже представлял перед сном, как метелит этого утырка, а тот брызжет кровью и хрустит переломанными костями. На его двадцать первый год рождения понюшка героина всосалась в кровь, вызвала приподнятое настроение и напомнила о забулдыге. Кабан подал идею, и компания решила прогуляться по двору злополучного дома. Артем взял биту. На всякий случай.

Фортуна была благосклонна к имениннику, и даже те самые алкаши тусовались возле подъезда. Оставалось дождаться тощего утырка и сломать ему пару ребер. Вот тогда день рождения можно будет считать удавшимся. Фортуна улыбнулась ещё раз, когда утырок не только появился, но и вышел из подъезда без бабы: всё-таки та могла поднять вой, а сейчас всё могло произойти в относительной тишине.

Кабан бросился на врага, уже представляя, как толстый конец бейсбольной биты бьет того по башке — не сильно, а чтобы вырубить, и потом можно будет попинать упавшего… ну, или как получится.

Кирилл видел движение биты, рассчитал траекторию удара, тем более что эффект «слоумо» включился сам собой. Экзекутор начал перемещаться влево, словно вальсировал и сейчас нужно было сделать завершающую фигуру танца. Здоровяк должен был пролететь мимо, ударить битой в мерзлый асфальт и пропахать носом грязную дорожку. Можно было даже добавить пенделя, для пущего унижения.

Да, всё просто: сунуть пару раз здоровяку, остальным надавать затрещин и прогнать их со двора, чтобы в будущем неповадно было нападать скопом. Всё просто, всех дел на двадцать секунд.

Увы, Фортуна сегодня веселилась как могла: она то дарила людям лучезарную улыбку, то поворачивалась к ним большой и объемной задницей. Кирилл не зря сделал Андрею замечание насчёт плевков — Артем Боярсков по кличке Кабан поскользнулся на ледяной лужице.

Бита мотнулась влево и попала Кириллу по затылку. Каскад звезд вспыхнул взрывом фейерверка перед тем, как сознание погрузилось в темноту.

Погружение произошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1

Стойте, какая симуляция? Экзекутор же не на работе!

Страшно ломило голову. Тупая боль превратилась в пульсирующую, заставляющую стискивать зубы.

Кирилл открыл глаза и увидел себя на зеленой лужайке чудесного мира Мильдораноис. Неподалеку от него находились два связанных пожилых заложника и… четыре «Черные пантеры». Четверка двинулась к нему, сжимая и разжимая пальцы с золотыми когтями.

Снова Вселенная? Но как?

Кирилл решил оставить вопросы на потом, а сейчас надо было нейтрализовать противников и оторвать им головы. Мачете под рукой уже не было, но это и не важно. Главное — раскидать врагов и убить поодиночке.

— Ну что, мразь, кончились твои вы…ны? — спросил самый крупный из «пантер». — Уже не такой крутой?

Кирилл поджал ноги, вскочил, едва не поскользнулся на траве и вошел в боевой режим. Джеб. Уход с линии атаки. Крюк, крюк, крюк и апперкот. Здоровяк временно нейтрализован. Блок — и тут же удар снизу вверх. Рука второго нападающего хрустнула, а сам он заскулил, как маленький щенок. Ударом ноги в солнечное сплетение Кирилл отправил «пантеру» скулить подальше от себя.

Третьему хватило хорошего крюка, чтобы упасть и притвориться мертвым. Четвертому же пришлось отвесить хороший лоу-кик. Кирилл хмыкнул, когда услышал хруст кости.

Через несколько секунд четыре «пантеры» лежали на траве, тихо постанывая. Оставалось только отделить головы от туловищ, чтобы они не успели регенерировать. Заложники смотрели на Экзекутора широко раскрытыми глазами. Он подмигнул им и шагнул к лежащим.

— Киря!! Не надо!! — ворвался в сознание крик Людмилы.

Экзекутор успел удивиться: что делала жена на его работе? В следующий миг перед глазами полыхнули буквы:

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

14

«Если вас критикуют, то, значит, вы всё делаете правильно. Потому что люди нападают на всякого, у кого есть мозги»

Брюс Ли

Кириллу удалось успокоить жену в тот вечер. Он и сам был в недоумении от случившегося, но все вопросы он может задать на работе, а вот Людмиле волноваться было ни к чему.

Он наплел что-то о секции рукопашного боя от банка. Говорил, что занимается там после работы.

Да Кирилл и сам не верил в то, что говорил, но говорить было нужно. Нужно было успокоить жену. Поддавшись её настроению, заплакал и Максим.

Мало кому нравится, когда плачет ребенок, а уж когда ребенок свой собственный, то просто сердце разрывается на кусочки! Кирилл был даже благодарен полиции, которая через полчаса позвонила в двери и забрала его с собой.

Полицейские были настроены дружелюбно, Кирилл тоже не проявлял агрессии: незачем. Он же сам вызвал «скорую» для поломанных ребят. Тут уже не убежишь, как это было на ВДНХ. Адрес уже известен, так что скрываться и прятаться не было смысла. Сразу после вызова медработников был набран телефон Михаила Анатольевича…

Когда Кирилл был доставлен в отделение полиции на улице Свирской, то его уже там ждал человек в костюме и строгом пальто. Он сидел в кабинете следователя с видом боярина, приехавшего проверить дела крепостной деревеньки.

— Гражданин Полозов? — сухо спросил худощавый следователь, протягивая бумагу. — Подпишите.

— Что это? — спросил Кирилл.

— Согласие на то, что вы не будете подавать на нападавших в суд и не имеете к ним никаких претензий.

— А если имею? — прищурился Кирилл.

— Вы не имеете, — с нажимом произнес человек в пальто. — За вас и так попросил Михаил Анатольевич, так что не нужно вставать в позу… За нанесение тяжких телесных повреждений вам светит не менее пяти лет. Если будете ерепениться, то выйдете на свободу как раз к тому времени, как Максим пойдет в школу.

— А как же бита?

— Не было никакой биты. Это даже ваши соседи подтвердили. И если будет надо… — продолжил человек в строгом костюме, сделав многозначительную паузу, — то они скажут, что это вы напали на ребят, которые лепили снеговика. На тихих и мирных ребят…

— Суки, — прошептал Кирилл.

— Что-о-о? — Следователь поднялся с места.

— Гражданин Полозов произнес слово «слухи», — тут же вклинился человек в пальто. — Подписывайте, Кирилл.

Кирилл вдохнул, чуть задержал воздух в груди и с выдохом подписал документ.

— Если все формальности закончены, то мы вам больше не нужны. Всего доброго, Семен Александрович. — Человек в пальто кивнул следователю и взглянул на Экзекутора. — Пройдемте, Кирилл.

К входу в отделение подлетел черный каплевидный «Брабус». Кирилл присвистнул, когда увидел российский флаг на том месте, где должны стоять цифры региона. Ого, даже правительственную машину прислали!

— Присаживайтесь, — сказал мужчина в пальто.

— Куда мы едем? — спросил Кирилл. — Или это тоже секрет, как и ваше имя?

— К мистеру Блеку. Моё имя вам всё равно ничего не скажет, так что нет нужды произносить его вслух! — отрезал мужчина в пальто. — Садитесь, я сейчас вернусь.

Кирилл хмыкнул: надо же, какая серьезность! Он уселся в теплый кожаный салон и вытащил телефон. Внутри сидел ничем не примечательный шофер. Обычный парень лет двадцати. Сидел ровно, как будто ему сказали замереть и смотреть только на дорогу.

После второго гудка ответил голос жены.

— Люд, всё нормально. Никакого заявления на меня писать не будут, я тоже не стану. Да ладно, всё нормально — он мне вскользь заехал. Да ну, какая больница?! Я сейчас таблетку анальгина приму, и всё. Мне… это… тут по делам ещё надо заехать. Ну, шефа поблагодарить: он через свои каналы замял это дело. Я быстро. Вы меня не ждите, ложитесь спать. Всё нормально, через пару часов вернусь. Я тоже тебя люблю. Помни, что Макс за старшего.

Кирилл улыбнулся и спрятал телефон в карман. На душе было тепло, как бывает после сдачи трудного экзамена, когда выучил всего один билет и попался именно он. Всё-таки хорошо, когда есть могущественные покровители…

Но вот что было там? Почему так получилось? Что за Погружение, и почему он увидел «Черных пантер»? Теплоту заменил холод, когда он вспомнил, что уже собирался оторвать головы всем четверым…

Тут что-то явно не то, и сейчас не мешало бы прояснить ситуацию. Может, как раз за этим они и поедут к Блеку?

Кирилл поймал взгляд водителя в зеркале заднего вида. Ого, да у водилы глаза стеклянные! Неужели он тоже под наркотой? Или это всего лишь игра света от фонарей?

Вместе с морозным воздухом в салон ворвался человек в строгом пальто. Он коротко бросил водителю:

— Едем!

Он не успел полностью произнести это слово, как «Брабус» зарычал и прыгнул вперед. Скорость вырастала с каждым поворотом. Подвеска проглатывала «лежачих полицейских», словно это были небольшие бугорки.

Водитель пронесся по Щелковскому шоссе, а после вынырнул на МКАД, где понесся с невообразимой скоростью. Мотор завывал раненым зверем, стрелочка спидометра дрожала в районе трехсот пятидесяти километров. Кирилл ощущал, как его вдавливало в сиденье.

Сам же водитель был всё так же невозмутим, как в тот момент, когда Кирилл сел в машину. Как будто «Брабус» не летел, обгоняя вставшие на дороге машины, а спокойно стоял на светофоре. Кирилл исподтишка взглянул на человека в пальто. Тот невозмутимо копался в небольшом планшете и не обращал внимания на пролетающие мимо огни автомобилей.

Вся поездка не заняла больше пятнадцати минут. Они свернули с МКАДа и пронеслись по Рублёво-Успенскому шоссе. Уже на подъезде к Барвихе водитель сбавил скорость.

Кирилл осматривал освещенные дворцы, которые высовывались из-за заборов и намекали проезжающим, что здесь живут не обычные люди, а элита элит. Внутри зашевелилось то самое чувство, какое возникает у обычного работяги, идущего с завода, при виде дорогущего автомобиля, за рулем которого сидит какой-нибудь прыщавый юнец с накрашенной куклой на пассажирском сиденье. Да-а-а, его съемную «двушку» не сравнить с такими хоромами.

Почти возле каждых ворот прохаживались люди с оружием. Явно охраняли честных и порядочных чиновников.

Машина чуть затормозила возле коричневых ворот, которые, словно по мановению волшебной палочки, начали разъезжаться в стороны при её приближении. Хмурые мужчины в камуфляже как будто просвечивали рентгеном внутренности черной капли на колесах. Кирилл также поймал на себе внимательные взгляды камер со стен и деревьев.

Сколько человек в охране? Около десяти? Двадцати? Зачем нужно такое количество честному бизнесмену, работающему в сфере компьютерных игр?

Впереди возвышался белоснежный замок в четыре этажа. Колонны, мраморные ступени, огромные окна — всё было освещено и… просматривалось. Подкрасться так просто не удастся.

— Вам туда, — показал человек в строгом пальто на главный вход.

Там терпеливо стоял невысокий человек в сером костюме. Незнакомый человек.

— До свидания, — сказал Кирилл, когда вылез наружу.

В ответ — тишина. Тогда Кирилл постарался погромче хлопнуть дверью, чтобы машину передернуло. Никакой реакции в ответ.

Интересно, а если раскачать и выдернуть плитку из дорожки, а затем запустить в стекло, то какая эмоция возникнет на лице водителя? Или он так и будет сидеть со стальным хлебалом и ни один мускул не дрогнет?

— Господин Полозов, вас ждут, — оторвал Кирилла от приятных мыслей голос человека в сером костюме.

Подобный дом просто обязан был пускать пыль в глаза и ослеплять позолотой пополам с вкраплениями драгоценных камней. Кирилл уже видел подобные дома в виртуальных симуляциях, поэтому не очень удивился, увидев стандартный набор пафосного богатства и громоздкой безвкусицы.

— Мистер Блек сейчас выйдет, — коротко сказал провожающий и указал на одно из двух кресел возле камина.

Кирилл плюхнулся в мягкий плен и покосился на коробочку, стоявшую рядом на высоком столике. Хрустальная пепельница и золотая зажигалка лежали рядом. Кирилл был более чем уверен: подними сейчас крышку коробочки, и под ней окажутся уложенные в идеальном порядке снаряды кубинских сигар, а чуть в стороне будет поблескивать золотая гильотинка для откусывания кончиков сигар.

Огонь в камине тихонько потрескивал, навевая спокойствие. Над камином красовалась картина какого-то современного художника, полная линий, прямоугольников и разноцветных квадратов. Что-то невообразимо дикое и невероятно дорогое.

Вскоре показался и сам «мистер Блек». На сей раз «почтальон Печкин» был в темно-синем спортивном костюме и легких кроссовках. Он вытирал вспотевшее лицо полотенцем. В другой руке был шейкер. По цвету и долетевшему запаху Кирилл угадал коктейль, каким его постоянно пичкали после тренировки.

— Добрый вечер, Кирилл. — Блек закинул полотенце на плечо и протянул руку.

— Добрый вечер, Брюс. — Кирилл пожал протянутую руку.

— Хотите сигару?

— Нет, спасибо, уже полгода не курю, — усмехнулся Кирилл.

— А я всё никак не могу отказаться от этой привычки, — кивнул Блек. — Но если вы против…

— Да нет, курите, я уже переболел.

Блек уселся во второе кресло, вытянул ноги и откинул крышку коробки. Кирилл мысленно пожал себе руку: внутри действительно оказались аккуратно уложенные сигары и золотая гильотинка. Блек неторопливо отрезал кончик сигары, закурил и выпустил сноп дыма в направлении горящего камина. Только после этого он задал вопрос:

— Скажите, Кирилл, а раньше у вас не было приступов?

— Чего не было? — Кирилл решил прикинуться дурачком.

— Приступов Погружения, как это было сегодня, — терпеливо пояснил Блек. — Ведь вы кого-то увидели вместо четырех молодых балбесов?

Кирилл проследил за очередной струйкой дыма. Что-то внутри засвербело, как бывает у всех бывших наркоманов при виде того, что раньше заставляло сердце биться чаще. Он сделал глубокий вдох, досчитал до десяти и выпустил воздух. Желание курить если не пропало, то притупилось.

— Да, увидел. Увидел четырех «пантер», которых сегодня громили в фэнтезийном мире. А вы уже сталкивались с таким?

Блек усмехнулся. Сигара вспыхнула красноватым угольком и потом легла в пепельницу, испуская тонкую струйку дыма.

— Кирилл, к сожалению, ваш случай один из последних. Вам удалось продержаться дольше остальных, а это говорит только о вашем пониженном пороге внушаемости. Вас не так-то просто оказалось сломать.

— Что? О чем вы говорите?

Блек повертел в руках золотую зажигалку, потом взглянул на картину.

— Скажите, вам нравится современное искусство? Допустим, вам нравится вот это?

Кирилл снова посмотрел на смешение линий и геометрических фигур. Да что тут может нравиться?

— Нет. Это для меня непонятно.

— Другого ответа я и не ожидал. А между тем, это «Супрематическая композиция» Малевича, купленная за восемьдесят шесть миллионов на аукционе в Нью-Йорке. Многие не понимают, что тут есть, за что платят такие деньги… Многие пытаются разобраться, очернить, просто плюнуть, но не многие пытаются просто жить с осознанием того, что кому-то просто пришел в голову новый формат искусства и он решил свою идею монетизировать.

— Зачем вы мне это рассказываете? При чем тут мой приступ?

— А вот тут всё как раз при всём. Вы же слышали про сошедшего с ума хоррорщика Потрошителя?

— Так точно, даже участвовал в его ликвидации.

В это время подошел мужчина в сером костюме и поставил на столик два стакана с апельсиновым соком. Блек кивком поблагодарил его.

— Да-да, я помню ваши заслуги. Видел вашу работу. Чудесно! Так вот, этот самый человек был из той когорты, кому не нравится современное искусство, и он пытается понять его, а, не поняв, очернить. И каким-то образом ему удалось это сделать…

Я уже не в сети. Я скоро умру, но я уже не в сети. И я приготовил этим ублюдкам отличный сюрприз. О, как они забегают!

В памяти Кирилла всплыли заляпанные кровью коридоры странного дома, поломанная мебель и музыка. Сумасшедший смех лысого громилы…

— Что сделать? — спросил Кирилл.

— Этот человек запустил вирус в нашу систему Вселенной. Очень странный вирус. Наши программисты блокировали его, но вот…

Блек вытащил из пепельницы сигару и сделал затяжку. Кирилл терпеливо ждал. Когда пауза затянулась, Кирилл кашлянул:

— Что «вот»?

Блек вздрогнул, словно вынырнув из своих мыслей. Он взглянул на Кирилла и сделал ещё одну затяжку. Это дало ему три секунды. Он как будто тянул время.

— Вирус коснулся всех тех, кто был на площадке в тот момент. Начались приступы Погружения…

— И что?

— А то, что на всех это сказалось по-разному. Допустим, на серафимах это отразилось в минимальной степени, а вот на тех, кто любит файтинги…

— Что с ними?

— Пойдем. — Блек снова положил сигару в пепельницу и поманил Кирилла за собой.

Как ни хотелось остаться в кресле и продолжить смотреть на горящий огонь, но любопытство пересилило. Он пошел за Брюсом туда, откуда тот недавно вышел. Ноги утопали в ворсе ковра, заглушавшего звук шагов.

Мужчина в сером костюме открыл белые с золотыми вставками двери. Кирилл шел за Блеком по освещенному коридору, где на него со стен пялились портреты американских президентов. Холодок пробежал по спине Экзекутора: лица были изображены так натуралистично, что казались живыми.

— Прошу за мной. — Блек толкнул дверь и вошел в освещенную комнату.

Кирилл прошел следом. Комната была больше похожа на спортивный зал для занятия карате: на полу разложены маты, в углу горкой возвышались макивары. Две стены были зеркальными, а возле двух других стояли стойки с разнообразным оружием. Выше стоек стены были украшены полотнищами с иероглифами, которые ровным счетом ничего не говорили Кириллу. Возле дверей возвышалось несколько деревянных столбов с колышками.

Окон в зале не было.

— Вы тут занимаетесь? — спросил Кирилл. — Неплохой спортзал.

— Да, я тут тренируюсь, и ещё… Рю! — громко позвал Блек.

Откуда взялся человек в черной облегающей одежде, Кирилл так и не смог потом вспомнить. Казалось, что перед глазами промелькнул дым от сигары, которую Блек оставил в гостиной, а в следующий миг перед ними уже стоял мужчина в черной маске с серебристым околышем банданы.

— Экзекутор, познакомься, это Андрей Рыжков. Любит файтинги, но вот из-за вируса… В общем, он пока изолирован от общества. Он не может вынырнуть из Погружения. Он постоянно во Вселенной…

— Это как так?

— Наши ученые, психологи и мозголомы работают с этой проблемой. Нескольких человек нам удалось вытащить, но пока… Пока мы вынуждены наблюдать и стараться не допустить огромных проблем. Каждый из тех, кто был на площади, находится под наблюдением, и мы исправляем ситуацию. Мы работаем, Экзекутор.

Ниндзя стоял перед ними как вкопанный. Он даже не моргал, вперив в Блека немигающий взгляд — такой же немигающий, как и…

— Скажите, а водитель, который нас сюда доставил…

— Да, это гонщик. Он один из лучших в играх, но тоже сейчас думает, что находится в Погружении.

— А игроки?

— Игроков это не коснулось. Только тех, кто был на встрече. Тех, кто видел Потрошителя. Но поводов для волнения нет, не стоит тревожиться. Если хочешь, то мы можем и тебя изолировать, только скажи.

Кирилл прикинул, что эта изоляция неизвестно сколько времени продлится, а за это время и Максим от него отвыкнет, и Людмила будет волноваться. Но, с другой стороны…

— А чем это чревато? Вот я увидел «пантер» — это будет так же?

— Нет, с «пантерами» получилось очень плохо, так как возникла непредвиденная ситуация. Скажи, часто у тебя такие ситуации возникают?

— Нет, не часто.

— Тогда смотри сам. Если чувствуешь, что не сможешь удержать всё под контролем, то тут же обращайся.

— А если я в Погружении натворю дел?

— Говорю ещё раз: если не уверен, то мы можем тебя изолировать. Погружение заняло много времени?

— Немного, может быть, минуту-две.

— В таком случае это вряд ли опасно. Ты же не будешь получать задания во время своих Погружений, а если никто не нападает, то и вовсе пройдет незаметно для окружающих. Главное — помнить о том, что ты находишься вне зоны склада. Скоро мы найдем решение. Нет ничего такого, чего не мог бы разрушить человек, если другой человек это создал.

15

«Работа — это то, что человек обязан делать, а Игра — это то, чего он делать не обязан.

Поэтому делать искусственные цветы или носить воду в решете есть работа, а сбивать кегли или восходить на Монблан — забава»

Марк Твен

Вернувшись домой, Кирилл первым делом поспешил успокоить жену. Сделал пару намеков, что его присутствие в банке гораздо важнее его отсутствия из-за такой мелочи, как нападение хулиганов. Сказал, что всё произошедшее было зафиксировано камерой видеорегистратора из припаркованного «Лексуса». О том, что никакого «Лексуса» и в помине не было, Кирилл предпочел не сообщать.

Такую же версию он выдвинул и для соседей. Иван с Дмитрием выказали скупую благодарность. При этом Иван спросил, где служил Кирилл, чтобы научиться так лихо справляться с противниками. Кирилл отмахнулся и пробурчал сакраментальное «при штабе, писарем». Мужчины улыбнулись и отстали с вопросами. Иван ещё раз напомнил, что по весне ждет Кирилла на дачу, мол, в баньку сходить, шашлыка поесть и водочкой отполировать.

Кирилл постарался, чтобы передергивание от воспоминания об алкоголе вышло не очень заметным.

Следующее Погружение застало Кирилла, когда он гордо восседал на унитазе с судоку в руках. Только что он думал о том, куда присобачить единичку, а в следующий миг всё потемнело, перед глазами всплыли слова о Погружении, и он оказался…

Возможно, это была какая-то симуляция для прокачки ораторского искусства. Да, есть же симуляции для полетов, для вождения танка, для управления кораблями, а Кирилл попал в симуляцию выступления. Перед глазами находилась огромная площадь, заполненная разномастным народом. Люди взирали на него с ожиданием и надеждой. За толпой возвышались кирпичные здания. Сам Кирилл находился на возвышении деревянного помоста.

Хорошо ещё, что не на броневике…

От неожиданности происходящего Кирилл выпустил газы.

Похоже, что симуляция была настроена на самый легкий уровень, так как после громкого звука толпа тут же разразилась аплодисментами. Если вам ни разу не приходилось сидеть на унитазе под пристальным вниманием тысячи глаз, то вы вряд ли сможете понять степень смущения Кирилла.

А ведь ещё надо было встать, чтобы натянуть штаны.

Аплодисменты стихли, и народ снова уставился на сидящего Экзекутора. Кирилл оглянулся по сторонам. Всюду люди, люди, люди… Какая-то женщина подняла на вытянутых руках ребенка, чтобы тот мог лучше разглядеть Кирилла.

Яркая краска залила лицо Экзекутора. Он чертыхнулся и не придумал ничего лучшего, чем уставиться обратно в цифровую головоломку. Люди терпеливо ждали. Цифры плясали перед глазами и не желали вписываться в клеточки. Они словно смеялись над Кириллом.

Да он и сам внутренне над собой смеялся: надо же оказаться в таком положении! Обязательно расскажет об этом Евгению, когда будет надевать вирткостюм. Интересно, этот каменнорожий помощник хотя бы улыбнется? Вот Андрей бы прыснул и обязательно сказал что-нибудь едкое, язвительное.

При мысли об Андрее цифры судоку начали подергиваться. Они вылезали из клеточек, изгибались, ломались и превращались в буквы. Кирилл уже забыл о внимании толпы, он смотрел на причудливый хоровод. Буквы сходились, расходились и, наконец, слились в одну надпись:

Найди Мастера паролей!

— Какого Мастера паролей? — спросил вслух Кирилл и едва не вскочил с места, когда толпа снова разразилась бурей оваций.

Он уже успел забыть о том, какую реакцию вызывают звуки, исходящие от него. В воздух даже взлетела пара шляп.

Надпись чуть подергалась, буквы снова устроили брейк-данс и разбежались по листу, чтобы через несколько мгновений соединиться в два слова:

Славянский шкаф

— Славянский шкаф? — воскликнул Кирилл.

По факту сейчас должны были прозвучать очередные овации, но вместо этого возникли слова о Выныривании. Кирилл снова оказался в своём туалете. На листе журнала судоку были обычные клетчатые квадраты с цифрами. Никаких надписей. Ничего, кроме сухих цифр.

Погружение прошло спокойно. Накатило и откатилось, как приступ изжоги под влиянием соды.

Кирилл почесал голову.

Что за Мастер Паролей? Что это за херня, и почему Выныривание произошло так быстро? Может, всему виной тот самый пресловутый славянский шкаф?

Кирилл посмотрел на часы — между Погружениями без виртуального костюма прошло восемьдесят два часа. Может, это определенный временной интервал, через который происходит переход во Вселенную? Тогда надо будет сказать Людмиле, чтобы на это время она его связывала.

Хотя следующий переход должен прийтись как раз на рабочее время, так что пока можно обойтись и без игр в БДСМ.

— Киря, ты с кем в туалете разговаривал? — спросила полусонная Людмила, когда Кирилл начал менять Максу подгузник.

— Да с коллегой… Он хвастался покупкой.

— Взял славянский шкаф? А какой он из себя?

— Гробина с деревянными выпуклостями. В общем, ничего хорошего. Да, Макс? Это раньше считалось крутым, а теперь просто как антиквариат.

Максим согласно агукнул.

— Слушай, а ты так и не пригласил своего друга к нам. Всё никак не получается?

— Да, Люд, всё никак. То я на работе, то он занят. Мы же, банкиры, страсть какие занятые. — Кирилл подкинул в воздух сына и бережно поймал. — Как сам, Макс?

Максим залился заливистым смехом. Его радость от полета вытеснила мысли отца о непонятном Мастере Паролей. Максим взлетал и возвращался в руки любящего отца.

— Ладно, мужики, развлекайтесь, а я пойду завтрак готовить. — Людмила потерла лицо и встала с кровати.

Спустя пять минут из кухни донесся удивленное оханье. Кирилл тут же подскочил к жене:

— Что случилось, родная?

В голове вихрем пронеслись всевозможные версии того, что он мог натворить. Людмила же показывала на экран телевизора:

— Да вон, показывают мальчишку, который убил своего отца, итальянского премьера Амадео Феллоне. Надо же, всего десять лет, а уже…

На экране светилась фотография темноволосого мужчины в спортивной одежде, на его руках сидел улыбающийся мальчик. Комментатор говорил за кадром с надрывом, словно хотел донести до ушей зрителей великую истину:

— Маленький Донато всё время твердит, что это папа напал на него. Амадео превратился в большого злого орка и набросился на ребенка… Родные и близкие отзываются о Донато, как об очень спокойном и хорошем мальчике… И отец не чаял души в сыне, всегда старался выбрать время для чтения сказок или поделок. Что же заставило маленького Донато неожиданно сорваться и вбежать в спальню отца с ножом? Что послужило толчком к двадцати ударам? Может быть не всё так гладко было в семье добропорядочного премьера? Но мы не можем выносить своё суждение до полного раскрытия дела. Мы будем следить за ходом расследования и держать наших зрителей в курсе. К счастью, вдова Феллоне и две сестры Донато были в это время у бабушки. Мальчик сам вызвал полицию…

— Мда, — покачал головой Кирилл. — Сходят же с ума за бугром. А на вид вроде адекватный человек…

— Вот и страшно за Максимку — что его ждет в этом жестоком мире? — Людмила прижалась к Кириллу и спрятала лицо на его груди.

— Не бойся, у нас такого не произойдет, — Кирилл крепко обнял жену.

В голове стучалась мысль, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Что не всё так просто, как кажется на самом деле. Мысль стучалась, но не давала себя додумать, прячась за другими, обыденными. А после она и вовсе исчезла, погребенная под привычными мыслями.

На работе Кирилла ждал сюрприз. Когда он надел привычный виртуальный костюм, Евгений сообщил ему, что боссы прислали задание.

— Какое задание? — нахмурился Кирилл.

— А сейчас увидишь.

В темноте виртуальной реальности снова возникли знакомые горящие буквы Вселенной, и следом — информация об удачном Погружении.

Вспыхнул свет, и Кирилл оказался в пустыне. По песчаным барханам струился песок, жгучий ветер вместо прохлады приносил дыхание дракона. Кирилл огляделся — к нему неспешно приближались Михаил Анатольевич и Брюс Блек. Первый и второй были одеты в свободные одежды арабских шейхов. За ними тянулась цепочка следов.

Трое под палящим солнцем. Что это за мир? Скорее всего, симулятор войн на верблюдах или же из сказок «Тысячи и одной ночи». По крайней мере, Кириллу здесь ни разу бывать не приходилось.

— Добрый день, серафим! Добрый день, многоуважаемый! — «Боссы» склонили головы. — Сейчас вы видите запись, поэтому отвечать не обязательно.

— Всё равно добрый день, — ответил Кирилл.

— Вы уже в курсе случившейся неприятности. Мы имеем в виду вирус, из-за которого вы временно попадаете во Вселенную без костюмов. Это неприятно, но поправимо. Да, мы делаем всё возможное, чтобы исправить положение, и надеемся, что в скором времени всё нормализуется. Чтобы развлечь вас и принести небольшие извинения, мы решили устроить для вас соревнование. Так как в настоящем положении вряд ли можно говорить о том, что вы сможете награждать отличившихся игроков, мы предлагаем вам устроить охоту на тех, кто тем или иным способом вредит обществу, — сказал Михаил Анатольевич.

— И что же это за охота? — склонил голову Кирилл.

— В игре у людей порой проявляются дурные наклонности. Наши психологи обращают внимание на выверты подобных наклонностей и дают команду узнать о людях больше, — сказал Брюс. — Так вот, мы собрали около двадцати досье на игроков, которые замешаны в противоправных действиях. Педофилы, насильники, убийцы, маньяки. К сожалению, мы не можем передать документы в полицию, чтобы с ними справились через справедливый суд, так как улики собраны не совсем правомерным путем… Если мы сделаем так, то может подняться вой о сохранности личных данных игроков, а это может повлиять на престиж Вселенной. Да и положение этих плохих людей таково, что они запросто откупятся от любого суда. Увы, мы пока живем в России… Однако мы можем попросить наших лучших воинов уничтожить этих игроков во Вселенной и превратить их жизнь в ад…

— Да, это под силу серафимам. Под силу тем, кого никто не видел без маски. Вы можете раствориться в любой толпе и исчезнуть на голом месте. Вы наши лучшие создания. Мы счастливы, что вы у нас есть. Но не буду рассыпаться в дифирамбах — лучше закончу новость о соревновании. Их не так уж много, этих самых людей. На всех поставлены жучки, и вы можете отследить их передвижение в любое время. Однако самым главным условием соревнования всё же будет режим «стелс». Вас не должны видеть. Если хоть одна реплика о вас просочится в сети, то вы снимаетесь с соревнования. Тот, кто сможет… — Михаил Анатольевич на пару секунд замолчал, подбирая нужное слово, — наказать большее количество этих плохих людей, получит главный приз. Этим призом будет приятная для вас сумма в пять миллионов рублей. Считайте это самым главным извинением компании за происшедшее…

Главным извинением?! За то, что приходится ходить и оглядываться, чтобы, не дай Бог, кого случайно не задеть?!

Впрочем, пять миллионов пришлись бы весьма и весьма кстати. Это как раз квартира в Щелково, даже на мебель какую-никакую останется. Да, в кубышке отложено на черный день, но пока кубышка заполнится, а тут…

Под ногами Кирилла из воздуха появилась черная пластинка, которая потом сформировалась в папку для документов. Очень пухлую папку.

— На раздумья вам дается десять минут. — Брюс Блек поднял руку и пальцем ткнул в воздух, где сразу же возникли два слова «Да/Нет». — В папке под вами лежат досье на всех тварей, которые имели смелость посетить нашу Вселенную. Если вы согласны участвовать в соревновании, то нажмите «Да». В противном случае мы поймем вас. Всё зависит только от вашего желания. По Москве раскиданы мобильные центры входа во Вселенную, так что вы запросто сможете войти в любой момент, чтобы покарать негодяев. У помощников вы возьмете часы с фиксатором расстояния до цели. Как только вы окажетесь рядом, они подадут сигнал. Кто ликвидирует большее количество мразей, тот победит. Напоминаю: всё зависит только от вашего желания.

Желание? Желание обрести собственный дом и разместить там семью у Кирилла было огромное. Да что там огромное — он только ради этого и начал работу над собой в закоулках компьютерной Вселенной. Две фигуры терпеливо ждали его решения.

Кирилл открыл папку и отшатнулся, едва не выронив её из рук. С первого листа на него смотрела окровавленная мордашка Максима!

Лишь потом, спустя два стука сердца, до него дошло — это не Максим. Это похожий на него малыш, но не Максим. Нет.

Следом шла девочка с обезображенным тельцем, потом — ещё и ещё. Изрезанные, исковерканные детские тела явно были сняты профессионалом. Кирилл смахнул выступивший пот, когда за фотографиями обнаружил мужское лицо. Прилизанные волосы, складка у рта, презрительно кривящиеся губы, нос картошкой. Денис Кумариев. Депутат.

Вот же урод!

Далее шли фотографии женских тел, в той или иной степени тронутые разложением. Мужское лицо. Щетина, колючий взгляд, орлиный нос. Арби Абалаев, бывший полевой командир. Бизнесмен.

Желваки Кирилла дернулись.

Куски тел. Мужское лицо. Тусклые глаза, пухлые щеки, прижатые уши. Алтынбек Омаров. Бизнесмен.

Кирилл не стал досматривать дальше. Он захлопнул папку, протянул руку и нажал парящее в воздухе «Да». Ни грамма сомнений! Такие твари не должны жить в реальности, а уж во Вселенной и подавно.

Экзекутор читал о маньяках, прикидывающихся скромными няшками, которые общались с детьми в соцсетях, а потом… Только «Да»! Пусть даже и не выиграет, но хотя бы отчасти досадит этим сволочам. Вот только…

— Почему у вас на руках такие материалы, а эти сволочи до сих пор живы? — проговорил-прорычал он, обращаясь к фигурам.

— Увы, наши руки связаны. У полиции есть такой же компромат на этих людей, но у сволочей могущественные покровители, поэтому взять их не получается. Время от времени их арестовывают, но отпускают за недостатком улик или отказом свидетелей от своих показаний. У нас есть возможность наказать их в игре, так не упустите эту возможность, — произнес Брюс.

— Я несказанно рад, что вы присоединились к соревнованию! — расплылся в улыбке Михаил Анатольевич. — А сейчас мы приготовили небольшой сюрприз, своего рода проверочку на вшивость — выживайте.

— Что? — спросил Кирилл, но фигуры боссов начали исчезать.

Их тела распадались на мелкие пиксели и ложились на желтый песок, чтобы через секунду раствориться в мелких песчинках. Последними осыпались довольные, как у Чеширского кота, улыбки. Как только пиксели исчезли, у ног Кирилла взметнулся фонтанчик песка, а в следующий миг раздался выстрел.

Рефлексы тут же бросили тело влево и вниз. Он покатился по песку, сгруппировавшись и превратившись в слух и зрение. Экзекутор краем сознания успел отметить, откуда прилетела пуля. Теперь гряда песка была ему защитой. Но в пустыне было всего трое, а это значит…

Снайпер!

И к нему надо ещё подобраться.

Кувыркание остановилось. Экзекутор почувствовал, что по его руке ползет что-то неприятно-колючее.

Маленький скорпион!

Жало занесено для удара.

Твою ж мать!!

Да что это за карта такая — ни чихнуть, ни пернуть?!

Скорпион начал опускать жало…

Экзекутор автоматически включил эффект «слоумо» и отдернул руку в последний момент. Удивленный скорпион шлепнулся на раскаленный песок и тут же погиб под тяжелым ботинком. В песке над головой Экзекутора взметнулся ещё один фонтанчик.

Но как? Он же спрятался от снайпера. Ещё один?

Судя по направлению выстрела и задержке звука, стрелок находился в трехстах метрах от Экзекутора.

Плохо! Плохо!! Плохо!!!

Кирилл броском ушел под другой песочный склон и только тогда смог выдохнуть.

Они взяли его в «вилку», и если сейчас кинуться к одному, скрываясь за барханами, то второй обязательно его достанет.

Придется качать «маятник». Когда-то давным-давно, ещё до запуска Вселенной, Андрей заставлял его бегать по полосам мокрой туалетной бумаги. Как же помощник ныл, если на поверхности виртуальной бумаги оставалась хотя бы морщинка!

А потом к пробежкам добавились ещё и всякого рода сюрпризы в виде летящих каменных валунов, выскакивающих из земли копий и замаскированных ям-ловушек. Мышцы стонали, рвались, но в конце концов Кирилл научился проходить эту чертову полосу препятствий почти без повреждений. Тогда он впервые увидел на лице помощника довольную улыбку…

Но в какую сторону кинуться в первую очередь?

Пока Кирилл взвешивал все «за» и «против», его левую руку обожгло болью. Полоска здоровья над головой уменьшилась на четверть.

Ептиль! Третий снайпер!

Дальше медлить было нельзя, и Экзекутор полностью перешел на волю рефлексов и реакции.

Тело само полетело по направлению к первому стрелку.

Уход влево. Перекат — и тут же вправо. Песок в ноздри. Плевать! Нырок вперед. Пуля взрывает бархан там, где он только что находился. Раз, два, три, четыре, пять… Пробежка в пять шагов — и снова перекат. Как раз время перезарядки.

Выстрел сзади. Пуля снова дура. Никакого оружия в руках, но руки сами являются оружием. Вернее, одна правая. Левая висела безвольной плетью.

Нырок, уход и бросок вперед. Буквой «Г». Ход конем.

Песок сыплется под ногами, мешает бегу. Не важно. Экзекутор бегал по мокрой бумаге! Он легко касался поверхности и успевал отскочить, прежде чем подлая сыпучая смесь начинала движение вниз.

Ещё два выстрела. Оба в «молоко».

Черт, а ведь было близко! Зато и позиция снайпера обозначилась — вон где эта тварь залегла. Верхушка бархана выделялась несуразной веткой, а уж случайный проблеск от стекла прицела окончательно утвердил в правильности направления. И ко всему прочему, его выдала ещё одна недоработка разработчиков — едва видимая полоска здоровья над головой.

Нырок, бросок, уклон, бросок… Постоянно приходилось двигаться иначе — то ускоряясь, то притормаживая, чтобы снайперы не могли просчитать следующее движение.

Бросок, нырок. Ещё одна пуля проходит мимо. Осталось взбежать и…

Двумя ногами в прыжке Экзекутор снес с гребня притаившегося там снайпера. Позвоночник врага хрустнул под резким ударом локтя. Бот в костюме защитного цвета попытался приподняться, но три удара завершили бег полоски здоровья к нулю. Куртка и штаны пришлись как раз по размеру. Боту они всё равно уже не нужны, а вот Экзекутору пригодятся. И винтовка очень пригодится…

Теперь Экзекутор вооружен. Всего три патрона у мертвого снайпера, но должно хватить. Если у других такое же количество патронов, то вскоре они должны закончиться. Нужно вынудить врагов расстрелять все патроны. Бывшую позицию снайпера занимать нельзя: её уже вычислили, и теперь она находилась в перекрестье прицелов двух винтовок.

Надо обойти курган и аккуратно выглянуть наружу. Выглянуть и тут же убраться обратно. Фонтанчики песка подтвердили правильность его действий. Ага, у того, кто на востоке, осталось два патрона, у того, кто на севере, — три.

Теперь этот бархан под тщательным надзором. Что ж, это хорошо. Надо ребятам дать то, чего они хотят: возможность пустить пулю в незащищенное тело. Экзекутор накинул свою бандану на голову мертвого бота и подтащил его к левому краю. Простреленная левая рука мешала, но Экзекутор засунул её за пояс и работал правой. Чуть дернул тело вперед, как будто бот выглядывал наружу.

Тут же мертвая голова окропила желтый песок алыми брызгами. В руках Экзекутора дернулось тело, словно выражая недовольство таким оскорбительным обращением. Бандана обогатилась двумя новыми дырками.

Восток — один патрон, север — два.

Следующим заходом Экзекутор сложил из руки бота всем известный жест из сомкнутого кулака и оттопыренного среднего пальца. Подтащив тело к верхушке бархана, он высунул мертвую руку наружу. Снова два выстрела, и срезанный средний палец упал рядом с носом Экзекутора.

Черт побери, ну до чего же реалистично!

Восток остался без патронов, а вот север…

Теперь снова высунуть труп, и… И тишина. Похоже, что север разгадал действия Экзекутора. Что ж, тем лучше. Интереснее.

Кирилл зашел с южной стороны кургана, где север не мог его отследить. В прицеле винтовки вскоре показалось лежбище восточного снайпера. Бедолага даже не убрался под защиту бархана. Или это компьютер не давал такой команды?

Так или иначе, но после выстрела Экзекутора над лежбищем снайпера возникло слово Headshot.

Отлично! Остался один. Север.

Экзекутор решил ещё раз пожертвовать собой — он перекинул собственную левую руку через песчаную гряду. Всё равно ранена, а так хотя бы послужит благородному делу. Расчет оказался верен. Как бы ни был хитер компьютерный мозг, но вот приказ стрелять в Экзекутора он не мог не выполнить. Рука дернулась, принимая в себя пулю. Боль снова полыхнула по нервным окончаниям, а полоска здоровья просела уже наполовину.

Плевать! Зато потом Кирилл встал в полный рост и прогулочным шагом дошел до лежки северного снайпера. Пуля в голову с расстояния в три метра завершила тест. Поздравления, бурные овации и фейерверки — вот всё то, чего не было при окончании теста. Был песок, три трупа и безжизненная левая рука. И ещё осознание того, что он может побороться за осуществление своей мечты.

Снова Выныривание, и кислая рожа Евгения, который протянул часы с электронным дисплеем. Помимо стандартного изображения времени, они могли меняться на зеленую сетку. И в этой сетке моргал красный маячок. Один из врагов вошел в сеть…

— На сегодня твоя работа ещё не закончена, — напомнил Евгений. — Извини, но работа прежде всего. Соревнованием будешь заниматься в свободное от работы время.

16

«Автор книги о лечении шизофрении попросил выключить музыку на время его выступления. Никакой музыки не было»

Крэйг Маклей

Свою первую зарубку на пистолете Макарова Кирилл поставил спустя три дня после объявления соревнования. Зарубка ознаменовала его вступление в игру за главный приз.

На улице трещали февральские морозы, и вечернюю улицу освещали промёрзшие фонари, когда на электронном дисплее возник маячок. Заморгал, как будто запульсировало сердце одного урода из папки. Кирилл едва не вздрогнул от неожиданности — он уже успел поймать себя на мысли, что каждые пятнадцать минут посматривает на зеленую сетку часов, словно рыбак, который терпеливо ждал несмелого подергивания поплавка и дождался.

Во время появления маячка Экзекутор сидел с сыном и глотал слюну, пока с кухни долетали запахи готовящегося ужина. Максим осваивал ползание на животе и весело лепетал, когда получалось продвинуться на вершок. Кирилл почему-то сравнивал малыша со своей недавней тренировкой — Макс словно полз по жаркой пустыне и старательно уклонялся от пуль. Медвежонок был снайпером с севера, динозавр — с юга, утенок — с востока, а вот запад оккупировала глазастая неваляшка. И Макс почти в точности повторил маршрут отца.

Поиграл в игру…

Теперь и отцу надо было поучаствовать в соревновании. Чтобы как-то оправдать свою отлучку, Кирилл снял со шкафа телефон. Максим тут же потянулся к черному прямоугольнику, на котором порой возникали смешные картинки. Кирилл помотал головой и поднял мобильник повыше.

Что же придумать? А, ладно, придется импровизировать…

— Милая, я отскочу на полчасика. Надо повидаться с Вовкой с работы, — само собой вырвалось у Кирилла.

Людмила выглянула из кухни, вытирая руки фартуком.

— А что так поздно? Может, сначала поешь? Или он пусть к нам приезжает…

— Да нет, он через Щелково едет, и мы доболтались встретиться на десять-пятнадцать минут. Он мне бумаги передаст и почешет дальше по делам, — успокаивающе улыбнулся Кирилл.

— Но у меня почти всё готово…

— Я быстренько смотаюсь туда и обратно. Если что, то разогрею в микроволновке. Люд, ну что я могу поделать? Вовка должен был завтра эти доки в бухгалтерию закинуть, а его срочно в командировку вызвали. Вот он и попросил захватить. Это ненадолго, — говорил Кирилл, прыгая на одной ноге и пытаясь просунуть вторую в штанину джинсов.

— Ладно, только положи Максимку в кроватку, а то уползет ещё за тобой, — улыбнулась Людмила и скрылась на кухне.

Максим весь диалог старательно мусолил неваляшку, а та отзывалась легким звоном, когда внутренний шарик ударялся по металлическим стержням. Он недовольно захныкал после того, как простор комнаты сменился прямоугольной камерой с решетчатыми стенами. Тут не поползаешь особо. Умолк он только тогда, когда получил заветную звенящую игрушку.

Кирилл чмокнул сына в щеку и ещё раз взглянул на часы. Маячок продолжал моргать. Какой-то из уродов вышел в сеть, и его можно было уничтожить. Можно было…

Кирилл вздрогнул: он должен был убить человека. Нет, не в игре — в реальности. Нажать на спусковой крючок и полюбоваться серо-бурым месивом на грязном подмосковном снегу. Не в виртуальном мире, а в реальном.

Взять и убить человека.

Только кажется, что это легко сделать — ведь так часто видишь это по телевизору, когда от нескольких выстрелов супербрутального героя валится взвод солдат, обливаясь кетчуповой кровью. Но вот через несколько минут Кириллу предстояло выстрелить в лицо убийцы, насильника или маньяка, и он засомневался, сможет ли это сделать.

Чем он тогда будет лучше этих самых маньяков?

Тем, что наказывает тех, кого не могут наказать люди!

Если суды бессильны перед этими тварями, то он как раз сможет стать карой небесной.

Кирилл снова мысленно повторил последнее предложение и выдохнул. Да, если люди бессильны, то за дело берутся серафимы.

При мысли о своих коллегах он невольно заторопился: не только у него заморгал маячок. Другие серафимы тоже могли увидеть сигнал и поспешить к цели. Да, поспешить, ведь ту цель, которую он увидел на работе, кто-то успел перехватить первым.

И у его коллег вряд ли возникли сомнения в правильности своих действий. В папке были люди, которые являлись грязными паразитами общества, и от этих паразитов требовалось избавиться…

Все эти мысли проносились в голове Кирилла, пока он надевал куртку и обувался.

— Милая, я скоро. — Он чмокнул Людмилу в щеку.

— Постарайся побыстрее, а то мы с Максом будем ждать, — улыбнулась жена.

Кирилл постарался выглядеть естественным. Оценив своё поведение, он мог потом сказать, что не надо было излишне часто теребить сумку с документами на машину. Всего лишь отъехал за документами к знакомому. Всего лишь поехал убить человека…

Бр-р, не надо Людмиле об этом знать!

— Я скоро, — снова повторил он и постарался, чтобы на этот раз улыбка выглядела не такой вымученной.

Его взгляд наткнулся на отклеивающийся угол обоев, и он автоматически напомнил себе, что по возвращении надо будет обязательно приклеить.

Чужие обои в чужой квартире.

Если он уберет больше паразитов с лица общества, то у его семьи появятся заботы о приклеивании собственных обоев в собственной квартире. Экзекутор должен выиграть это соревнование!

Он открыл дверь в коридор и перешагнул через порог. Вместе с деревянным порогом чужой квартиры Кирилл перешагнул через тот порог, который отделяет простого человека от убийцы. Всё решено, и он сделает это. Теперь будущее событие не казалось ему выходящим за рамки обычного.

Ну да, Экзекутор уничтожил много врагов-ботов во Вселенной, так что это будет очередным походом за головой бота. Всего лишь мишень, кругляшок головы на мушке. Всего лишь битые пиксели на экране, которые требуют лечения. Вот и машина согласно моргнула фарами, когда Кирилл нажал на кнопку сигнализации. Всё будет нормально.

Задав координаты в навигатор, Экзекутор чуть постоял, дав машине прогреться, а потом вырулил со двора. Он взглянул на часы и увидел, что к маячку прибавились два слова. Имя плохого человека.

Алтынбек Омаров был меньше чем в десяти километрах от Экзекутора. В районе супермаркета «Глобус». Девять километров, и девять жертв перед глазами.

Первый километр — Алина Семеновна Малышева. Любящая мать, дочь и сестра. Найдена расчлененной в своей квартире. Улики в виде отпечатков пальцев загадочным образом исчезли.

Второй километр — Марина Александровна Итова. Нашли в лесополосе. Тело было раскидано на расстоянии трехсот метров. Как будто по просеке шел сумасшедший сеятель и раскидывал по кустам папоротника свои страшные зерна. Последний раз её видели в компании Омарова.

Дальше — третий километр, четвертый, пятый… Перед глазами вставали страницы досье. Возле последней жертвы обнаружили Алтынбека. С ржавой пилой в руках. Но в современности деньги решают многое, и он остался на свободе…

Всё четче на скулах Кирилла проступали желваки. Он уже не сомневался в принятом решении.

Этот урод не должен жить! Этот урод должен сдохнуть, и желательно, чтобы перед смертью он ощутил весь ужас, который пережили его жертвы. Вот только Кирилл не герой сериала под именем «Декстер», и распиливать урода не было никакого желания. Всего лишь прервать жизнь. Прервать так, чтобы Омаров увидел в последний миг жизни глаза убийцы, которого обрадует его смерть.

Поворот на Комсомольскую, и в центре часов заалела ярко-красная точка. Экзекутор на месте. Вот и клуб, через который Омаров зашел во Вселенную. Осталось только подождать его выхода…

Но почему урод вошел через клуб? Почему не через свой вирткостюм? Деньгами он не обделен, так что странно, что Омаров сделал вход через обычный клубешник, где организовано всего шесть виртуальных площадок. Это выглядит так, как будто президент заскочил перекусить в чебуречную…

Догадываться о причинах подобного поведения можно будет позже, а сейчас Кирилл припарковался поодаль, подошел и осмотрел стоянку. Ага, каплевидный «Мерседес» явно не из местных. Вряд ли машина стоимостью в несколько миллионов будет принадлежать одному из живущих в местных «хрущевках».

Хотя вдруг это какой-нибудь гражданин Корейко из «Золотого теленка»? Нет, тот Корейко скрывался от советского правосудия, а автомобиль просто кричал о респектабельности своего владельца.

Кирилл поправил пистолет на поясе, обошел автомобиль кругом. Водителя не было, значит, Омаров приехал один. Надо бы заглянуть в клуб, проверить свою догадку…

Взгляд отыскал камеру на входе, отметил слепые зоны. Всё произошло само собой, на автомате. Значит, следовало подойти справа и наклонить голову так, чтобы его лицо не попало в кадр. Других камер поблизости не наблюдалось. Внутри будут камеры, но вряд ли они станут фиксировать зашедшего Экзекутора. Во многих клубах расположение виртплощадок и камер было одинаковым, так что если зайдет знающий человек, то его лицо либо останется в тени, либо будет засвеченным.

Кирилл дернул дверь, она не поддалась. Странно, ведь эти клубы всегда были открыты для посетителей, чтобы в любое время дня и ночи человек мог зайти и раствориться в компьютерных просторах.

На стук никто не отозвался. Тоже странно. Что ж, остается ещё один способ вызвать Омарова на улицу. Чудо немецкого автопрома тут же послушно отозвалось ревом сигнализации, когда Кирилл пнул колесо и отскочил за припаркованную рядом «Газель».

Ноль реакции.

Автомобиль взвыл ещё раз, и вот уже тогда дверь клуба отворилась. Из теплого помещения на мороз выкатился круглый шкафчик на ножках. Дорогая дубленка, блеснувшие в свете фонаря перстни, крупное мужское лицо. От прилизанных волос идет пар.

Омаров!

Чем же он занимался в клубе за закрытыми дверями? Бегал? Или заходил на взрослые площадки, куда детям вход категорически закрыт? Поэтому закрыли двери? Ну да, некоторые извращенцы порой арендовали виртклубы, чтобы без лишних глаз поучаствовать в оргиях на площадках «21+».

Омаров зыркнул тусклыми глазками влево-вправо, не вынимая правую руку из-за пазухи. Вряд ли из-за фургона машины можно было увидеть небольшой прямоугольный выступ, зато Экзекутору на экране смартфона было прекрасно видно поведение пухлого врага. Кирилл автоматически отметил положение руки Омарова.

Алтынбек всё ещё осматривал пустоту асфальта. На улице не было никого. Мимо проезжали редкие машины, и не было видно того, кто осмелился коснуться дорогого автомобиля. На зеленоватом табло брелка сигнализации отчетливо сиял сигнал молоточка, а это означало, что какая-то тварь ударила машину.

Но кто?

— Суки, поубиваю всех на хрен! — визгливым голосом прокричал человечек в пустоту морозного вечера и отключил сигнализацию.

Алтынбек ещё раз осмотрел парковку, сплюнул и направился к дверям клуба. Кирилл решил действовать.

Экзекутор дождался, пока Омаров коснется ручки двери, и снова пнул колесо. Неслышимой тенью он скользнул обратно, под защиту «Газели». Стрелять сейчас не имело смысла, можно привлечь излишнее внимание. Кто-нибудь из доброхотов обязательно вызовет полицию, а Кириллу ещё надо было уйти. Он бесшумно натянул тонкие перчатки.

— Да что за х. ня? — прошипел Омаров и вернулся к машине.

Алтынбек снова сунул руку за пазуху и достал небольшой пистолет. Три раза машина вряд ли будет орать просто так. Но ведь и рядом никого не было. Неужели немецкая дура испугалась русского мороза и начала просить поставить её в теплый гараж?

Омаров сделал несколько шагов и замер. Он снова оглядел пустынную улицу — никого. Снова нажатие на пульт дистанционного управления сигнализацией, и тишина. На втором и третьем этаже зажглись окна. Кому-то явно помешала сигнализация. Сейчас должны вылезти недовольные хари, но Алтынбек знает, как разговаривать с возмущенным быдлом. А уж если попадется симпатичная мордашка, то можно будет заглянуть сюда ещё один раз…

Чтобы не напрягать вылезающих жильцов, надо было спрятать оружие. Вызовут ещё ментов — разбирайся и башляй вечно голодным и жадным стражам порядка. Надо было всего лишь рявкнуть пару раз, чтобы негодующие заткнулись и спрятались в свои квартиры.

Омаров сунул руку с пистолетом в карман и приготовился осаживать недовольных, когда взглядом уловил быстрое движение справа. Увы, рука с пистолетом не успела вынырнуть, когда в неё вцепились стальные пальцы.

Холодные глаза на невзрачном лице впились в переносицу Омарова, как лазерный прицел. Толстяк невольно попытался отпрянуть, но Экзекутор не дал ему этого сделать.

— Мудила, ты задрал своей машиной! — громко произнес нападавший. — Мне завтра в утреннюю, а она под окнами орет!

Всё это время глаза оставались холодными, как льдинки в стакане добротного алкоголя. Омаров попытался взять себя в руки — это всего лишь один из работяг. Один из возмущенного быдла, сейчас Алтынбек всего лишь покажет ствол, и работяга обосрется. Он снова дернул руку, но пальцы держали крепко. Из второй руки исчез брелок.

— Э, слышь, ты кто такой? Сучонок, да я тебя в асфальт закатаю! — провизжал Омаров.

— Чё? Как ты меня назвал? — снова громко сказал человек с ледяными глазами и чуть отстранился.

Экзекутор ударил быстро — так быстро, что человеческий взгляд вряд ли смог бы зафиксировать удар. Омаров смог. Но это было последнее, что он увидел, прежде чем костяшка пальца пробила висок и отправила Омарова здороваться со своими жертвами на том свете. Всего лишь короткая вспышка боли, и человек перестал существовать.

Кирилл потряс уже мертвого маньяка, чтобы люди зафиксировали это как борьбу без особого членовредительства. Возмущенный мужчина всего лишь показал свою силу.

— Да пошел ты! — Экзекутор изменил голос, попытавшись спародировать Омарова. После этого он уже воскликнул прежним голосом: — Я тебе сейчас пойду! Я тебе, мля, сейчас так пойду, пьянь охреневшая!

Нажав кнопку на брелке, он открыл дверь «Мерседеса» и легко посадил туда толстяка. В проломленный висок легко вошла металлическая скоба ремня безопасности. Со стороны могло показаться, что пьяный Алтынбек слишком резко мотнул головой и напоролся на скобу. Крови мало, да и стекала она по шерстяной окантовке двери.

Кирилл быстро оглядел созданную им скульптуру. Сейчас Омаров походил на спящего. Ну да, устал и уснул. Если особенно не приглядываться через затонированные стекла автомобиля, то Омаров может пролежать здесь пару дней.

Проломленная голова. Несчастный случай. С очень большой натяжкой его можно было назвать несчастным, но правду увидят только патологоанатомы, а для обывателей и так сойдет.

Кирилл с силой хлопнул дверью и пошел прочь. Старался, чтобы его лицо оставалось в тени приподнятого воротника.

— Молодец, мужик! Правильно этого понтореза осадил! — послышался со второго этажа мужской голос.

Кирилл неопределенно помахал рукой и вскоре скрылся за углом дома. Перед тем как сесть в машину, он снял окровавленные перчатки и сунул их в пластиковый пакет. Пакет упал в мусорный контейнер в пяти километрах от Комсомольской. Вряд ли кто будет копаться в мусоре так далеко от происшествия, да и связать одну окровавленную перчатку с убийством сможет только Шерлок Холмс.

По-хорошему, перчатки надо было бы сжечь, а пепел развеять над Клязьмой, но Кирилл одернул себя: не надо заигрываться в детектива. Когда полиция чухнется, мусор будет уже очень далеко. Он зарулил в собственный двор и припарковал машину на привычном месте.

Он чуть посидел и только сейчас заметил, что пистолет упирается в живот. До этого Кирилл словно не замечал помехи.

Ну что ж, с почином? Как там было: убийцы делали зарубки на память? Кирилл горько усмехнулся: надо же, подумал о себе как об убийце и не испытал ни капли сожаления. Был спадающий азарт, удовлетворение от хорошо проделанной работы, но никакого раскаяния. Он сделал то, что должен был сделать.

Только сейчас он взглянул на часы — на зеленой сетке не было красных маячков. Всё было тихо. Кирилл отправил с телефона эсэмэс на номер Михаила Анатольевича: «Один на счету Экзекутора». В ответ пришел смайлик с поднятым вверх большим пальцем.

Кирилл выдохнул. Он вытащил из бардачка короткий нож и сделал небольшую выемку на пластиковой рукояти пистолета. Он вступил в игру, и это оказалось не таким уж сложным делом. Ни капли сожаления. Ни капли. Экзекутор чуть очистил общество от гнили…

Как только пистолет ушел на привычное место под сиденье, в глазах Кирилла потемнело. Привычные фразы вспыхнули так быстро, что он не успел удивиться.

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

Он вцепился в руль, когда головокружение постаралось швырнуть его на сиденье.

Какая симуляция?! Что за симуляция?! Ведь предупреждения о Погружении не было! Он же не заходил во Вселенную! Он всё время находился в ясном сознании и делал только то, что хотел сам.

Он был в настоящем, реальном мире!

Или нет?

Мысли метались, как молекулы в броуновском движении. Что? Куда? Он сейчас в реальности или нет?

— Женька, ты здесь? — на всякий случай спросил Кирилл и попытался снять виртшлем.

Шлема не было. Он сидел в своей машине и обалдело озирался по сторонам. Двор всё тот же, со времени его отъезда прошло не больше часа. Телефон пискнул в руке.

Кирилл посмотрел на экран. Сообщение было коротким:

Найди Мастера Паролей!

17

«Я быстрый, я очень быстрый…

В спальне, перед сном, я бью по выключателю и успеваю лечь в постель, пока не погаснет свет…

Я очень быстрый»

Мохаммед Али

До конца месяца Кирилл просто работал. Он приезжал на работу, переодевался и тренировался. Погружений и Выныриваний в нерабочие часы становилось всё меньше. Эти периоды Кирилл старался переносить где-нибудь в спокойной обстановке. Нет стресса — нет жертв…

Часы поиска, казалось, замерли — ни одного маячка больше не возникало в зеленой сетке. Об убийстве Омарова газеты молчали, как будто дохлый мужик в дорогой машине является вполне обыденным делом.

Из молчаливого Евгения удалось выдавить признание, что всего пять человек из списка ликвидировано. Остальные словно почувствовали опасность и залегли на дно. Кирилл в свободное от работы время старательно шерстил интернет в поисках крупиц информации. Увы, пока что поиски ограничивались давностью января. С началом февраля следы уродов из папки словно старательно подчищались.

Поиски по запросу «Мастер паролей» тоже ничего не дали. Поисковики выдавали примерно следующее:

«Мастер (менеджер) паролей — программное обеспечение, которое помогает пользователю работать с паролями и ПИН-кодами. У подобного программного обеспечения обычно имеется местная база данных или файлы, которые содержат зашифрованные данные пароля. Многие менеджеры паролей также работают как заполнитель формы, то есть они заполняют поле „пользователь“ и „данные пароля“ автоматически в формах. Обычно они реализованы как расширение браузера.

Менеджеры паролей делятся на три основные категории:

Десктоп — хранят пароли к программному обеспечению, установленному на жестком диске компьютера.

Портативные — хранят пароли к программному обеспечению на мобильных устройствах, таких, как КПК, смартфон, или к портативным приложениям на USB-флеш-накопителе.

Сетевые — менеджеры паролей онлайн, где пароли сохранены на веб-сайтах провайдеров».

Да, много информации, но нет указания на конкретного мастера паролей. Кого или что Кириллу искать? Как вообще эта хрень выглядит?

Найди мастера паролей… Сука, легко сказать! Но вот что именно нужно искать? Расширения браузеров? Декстопы? Взломщиков с Даркнета?

Кого?

Что?

После недели поисков Кирилл махнул рукой на мастера паролей. Пусть это будет очередное выделение глюка, который им передал Потрошитель. Ну да, это самое простое объяснение. Сейчас надо сосредоточиться на поиске и ликвидации остальных жителей папки.

Ликвидатор…

Так его называл Потрошитель. И ведь он совсем недалеко ушел в своем названии. Да и насрать! Эти уроды заслужили свою участь!

Пятнадцать человек на свободе. Пятнадцать убийц, которые наслаждаются мучениями жертв. После смерти Омарова промелькнула заметка в новостях о несчастном случае в дорогом автомобиле, и всё затихло. На удивление Кирилл спал спокойно. Его не мучила совесть по поводу содеянного…

Зато появилась очень интересная табличка на входе во Вселенную. Пять ников, и возле каждого стояла цифра. Возле Экзекутора, Анаконды и Призрака находились единички, возле Волка стояла горделивая двойка, а вот Лев мог похвастаться только нулем.

Лев, пухлый Сергей… Тот самый, который при ликвидации Потрошителя лежал на горе трупов…

На вопрос о том, жив Лев или нет, Евгений всегда бурчал, что это не должно волновать Экзекутора. Пусть Экзекутор тренируется и занимается своим делом. Пусть Экзекутора не тревожат судьбы остальных серафимов. Есть только работа и свободное от работы время. Экзекутор должен делать свою работу и не отвлекаться на остальное. И должен отдыхать, чтобы быть готовым к новым испытаниям.

За январь и февраль ажиотаж вокруг открытия Вселенной «L.i.L» спал. Кланы, игровые сообщества и группировки облюбовали места своего обитания и начали править на кластерах. Создатели не мешали процессу, пока группы не причиняли излишний вред во Вселенной другим игрокам, они могли хоть на головах ходить.

Время от времени возникали вызовы от модераторов того или иного мира. Они редко были трудными для серафимов, в основном это было наказание тех, кто возомнил себя безнаказанным. Вызов, прибытие, кара. Промахов не случалось. Каждый раз в новом обличье, с новым ником и в неприметной броне. Совместных вызовов больше не поступало, каждый справлялся в одиночку.

Деятельность серафимов послужила рождению виртуальных легенд. На форумах рассказывали о бессмертных воинах, которые могли выйти против легиона на поле боя и уйти спустя пять минут. Единственные из уцелевших. Модераторы и администраторы подогревали эти легенды и дополняли фантастические россказни скринами с поля боя. Правда, на всех скринах фигуры серафимов были скрыты в клубах дыма…

Загадочные ликвидаторы… Слухи о них устрашали виртуальных злодеев сильнее, чем реальные действия. Михаил Анатольевич как-то при встрече рассказал Кириллу, что когда палачи-инквизиторы хотели получить признание от жертв, то перед пытками начинали раскладывать свои инструменты — медленно, не торопясь. Страх и вид дьявольских приспособлений заставлял языки развязываться раньше, чем одно из них касалось хотя бы волоска. Ожидание пытки порой страшнее самой пытки, и слухи на форумах были как раз инквизиторскими инструментами…

В начале марта Кирилл в середине рабочей ночи получил сообщение о том, что его присутствие требуется в мире Миста. Средневековый антураж, постоянные войны между сарацинами и крестоносцами. Жар и пыль пустынь. Каменные крепости и дома, романтика креста и полумесяца. Примерно раз в месяц совершался крестовый поход. Рыцари шли воевать за Гроб Господень.

Христианство против мусульманства — площадка для тех, кто на почве религиозных убеждений хотел начистить хлебальники представителям других религий, но стеснялся сделать это в реале.

Сценарии походили друг на друга, как клавиши клавиатуры — крестоносцы тренировались-тренировались, и в один прекрасный день появлялся лидер, который разжигал их сердца на «великий поход». Все шустро собирались и двигали на Иерусалим. А уже возле этого города крестоносцы либо огребали люлей по полной, либо отбивали святыню и с наслаждением занимались мародерством и разбоем.

После стычки обе стороны возвращались на прежние позиции и готовились к очередному крестовому походу. Зализывали раны, тренировались, готовились. Мир да гладь, но последний поход имел странный финал: крестоносцы остались в Иерусалиме.

Очередной лидер Готфрид1989 решил: зачем возвращаться обратно, если можно остаться на Святой земле и тренироваться там? А возникающих игроков-сарацинов велел просто вырезать при первом же их появлении на Храмовой горе. Этим самым простым решением о прекращении крестовых походов Готфрид1989 нарушил смысл существования мира Миста. Если нет возможности воевать за убеждения, то и незачем приходить в этот мир.

— Экзекутор, ты должен уничтожить верхушку крестоносцев, — сухо произнес голос Евгения. — Загружаю карту, на ней можешь увидеть их дислокацию. В этот раз работаешь в режиме стелса. Проникаешь, убиваешь, уходишь. Всё просто. Но тебя никто не должен видеть — ты являешься духом сарацинского возмездия.

Перед Кириллом сменилась картинка, и он очутился в ночной пустыне. Над головой перемигиваются мириады звезд, вдали светится огнями старинный город. Перед высокими стенами упавшими звездами полыхают костры. Даже с такого далекого расстояния видны муравьиные фигурки бдящих крестоносцев. Сарацины не пройдут!

Кирилл оглядел себя. Шаровары, безрукавка, повязка на голове. Ладно, хоть не нацепили чалму, которая во время боя запросто могла сползти на глаза. В правой руке — длинный кинжал, за спиной — короткий лук и небольшой колчан со стрелами.

В десятке сантиметров от песка застыл овальный диск, напоминающий укороченную доску для серфинга. На подобных парили серафимы при открытии Вселенной. Тогда дисками не пришлось воспользоваться, а вот сейчас один из них может пригодиться для незаметного проникновения с воздуха.

— А если эти засранцы снова вернутся? Если они привязали себя к точке сохранения в городе? — спросил Кирилл.

— Нет, у всех крестоносцев точка возрождения идет в Клермоне. Поэтому верхушка и охраняется за семью запорами и двадцатью замками. Берегут управленцев…

— Мне не могли дать какую-нибудь базуку? Было бы гораздо эффективнее, — без особой надежды на ответ спросил Кирилл.

— Удачи, Экзекутор! — глухо пробурчал Евгений и отключился.

Кирилл только хмыкнул. Мимо него неторопливо прошелестело перекати-поле. Шар из корней растений даже не остановился перед серафимом, словно тот был пустым местом.

Вот так бы и стражи города не обратили внимания на крадущегося человека. Но об этом можно было только мечтать.

Кирилл вызвал карту города, на которой тремя точками были отмечены Готфрид1989 и два его заместителя — Раймонд234 и Боэмунд2565. Судя по числам после ников, фантазия у крестоносцев была небогатой. Брались популярные имена, и к ним просто приставлялось число очередности.

Так, Раймонд234 находился в восточном крыле города, Боэмунд2565 — в северном, а Готфрид1989 — на западе. Возле целей краснели точки охраны. Все настороже. Что ж, это плохо, но не смертельно. А вот то, что двое находятся в подвалах домов, гораздо хуже. Возможно, к ним придется пробиваться, а шум спугнет лидеров, и те сделают ноги по темным подземным ходам. Догоняй их потом!

Лидер отмечен в башне минарета. К нему надо заглянуть в последнюю очередь: если возникнут крики и звон оружия, то шум разнесется далеко вокруг. Это тоже вряд ли сослужит хорошую службу.

Значит, первым будет Раймонд234. Почему он? Да просто потому, что ближе. Если операция по бесшумному устранению провалится, то хотя бы не придется далеко переться и терять время.

Экзекутор размял шею, качнув головой вправо-влево. Он уже размят, осталось только сосредоточиться на выполнении задания и ни на что не отвлекаться. Вот только… Экзекутор взвился в воздух, перекувырнулся в двойном сальто и ловко приземлился на парящий диск. Доля секунды на восстановление равновесия — и всё, он готов к полету.

Если Евгений сейчас за ним наблюдал, то его губы скривились в ухмылке, а в голове возникла мысль: «Понторез!» Вслух же помощник ничего не произнес. Ну и ладно! Экзекутор обойдется и без оценки молчаливого помощника.

Экзекутор чуть поджал ноги, и диск поднялся в воздух на высоту двадцатиэтажного дома. Нажатие носками — и диск понес его вперед.

Ветер пустыни не такой, как днем. Ночью он замораживал и даже пытался сдернуть наглеца с летающего диска. Конечно: что это за урод, который без спроса посмел бросать вызов стихии?! Другие двуногие ползают по земле, вот пусть и ползают! Так что ударить мерзавца по сусалу и сбросить вниз! Пусть знает, что рожденный ползать летать не может!

Кирилл лишь усмехался, взрезая воздух. Не хватало еще прогнуться перед стихией, тем более компьютерной, пусть она и максимально приближена к реальной.

Внизу остались костры стражников. Крестоносцы даже не обратили внимания на тень, на миг закрывшую мерцание звезд. Снизу слышался матерок и похвальба за успешное мародерство. Сыпались рассказы о прошлых походах. Новички внимали ветеранам в побитых временем и сражениями доспехах. Слушали байки, как сказки на ночь.

— А скольких баб мы трахнули по дороге сюда… — мечтательно произнёс густой бас. — Если ставить за каждую проткнутую дырку плюсик в тетради, то не хватило бы и бухгалтерского талмуда. Повеселились на славу!

— Ух, ты, вот это здорово! — послышался мальчишеский голосок. — А мне можно будет?

— Если у тебя в настройках не стоит «18+», то можно. А так… после дрочки на порнуху не забывай сбривать выросшие на ладошках волосы. Они палят дрочунов, — ответил бас.

Возникла пауза, словно игрок на время покинул игру, а потом мальчишеский голос сообщил:

— Да не, у меня волос на ладонях нету.

От взрыва хохота костер словно взметнулся выше, осветив прокопченные лица компьютерных персонажей. Экзекутор хмыкнул: вот и ещё один мальчишка повелся на подколку! Эти подколки будут жить вечно…

Пролетела крепостная стена. Кириллу пришлось подняться выше, чтобы не быть замеченным более бдительными крестоносцами. Этим не составит труда и пальнуть в неизвестную тень.

Первая точка приближалась. Экзекутор вызвал карту и сделал пару кругов над плоской крышей. Двухэтажное здание с добротным подвалом и двумя выходами. По крыше прохаживается из угла в угол лучник. Оружие в руках, но стрелы пока в колчане. Хотя, для опытного лучника достать стрелу, натянуть тетиву и послать остроклювый подарок в сторону врага — дело пары секунд. Возле каждого выхода дежурят по два рыцаря. Полное оснащение, кольчуги, алебарды. Щитов нет, но они и не нужны: у этих закованных в броню амбалов для поражения остаются только узкие прорези в шлемах.

В самом здании не меньше десятка человек. Похоже, что Раймонд234 не очень любит, когда его убивают. Что ж, придется прорываться. Остается надеяться, что режимы «стелса» и «слоумо» помогут в бесшумном передвижении.

Кирилл глубоко вздохнул, выдохнул и нырнул вниз. Снова эффектное сальто, и Экзекутор приземлился на плечи лучника. Резкое движение кинжала по незащищенному горлу завершило бег красной полоски индикатора здоровья. Экзекутор ещё успел перехватить лук, чтобы тот не вылетел за пределы крыши и не насторожил стражников раньше времени.

Крестоносцы явно не были готовы к атаке с воздуха. Ну да, сарацины ещё не научились летать.

Экзекутор пригнулся и осмотрелся по сторонам: вдруг на соседних крышах будут другие лучники? Лучников не оказалось. Иерусалимская ночь продолжала звучать окликами стражников, редким бряцанием металла и негромкими переговорами снизу.

Крестоносцы не заметили потери бойца.

Теперь надо было решить, откуда заходить в здание. Кирилл снова вызвал карту — с западного входа короче, с восточного — меньше народу. Что ж, как раз с востока и придет смерть к Раймонду234. Силуэты врагов выделялись красным. Пусть и читерство, но на подлянку крестоносцев приходится отвечать другой подлянкой.

Экзекутор примерился и мягко спрыгнул вниз. На этот раз обошелся без сальто. Лезвие кинжала блеснуло в свете факела и вонзилось в прорезь в шлеме правого рыцаря. Шлем левого рыцаря резко повернулся от движения сильной руки. Хруст шейных позвонков послышался одновременно со скрежетом металла по кости черепа, и два обмякших тела начали медленно крениться.

Кирилл не дал им упасть. Он прислонил тела к стене и подпер их алебардами. Со стороны могло показаться, что два стражника уснули, упершись грудью в тупые концы древков. На пару часов этого должно хватить, а большего Экзекутору и не нужно.

Неслышной тенью он скользнул за дверь. Следующий противник сидел за столом и ел похлебку. Он даже не успел понять, почему жижа в миске окрасилась в красный цвет, а потом и вовсе бросилась в лицо, когда тяжелую голову начало клонить вниз. Экзекутор двинулся дальше.

Горящие факелы отбрасывали причудливые тени на глиняные стены. В тенях и скрывался крадущийся убийца крестоносцев. Двое мужчин мирно беседовали о возможностях «Тойоты Камри», когда их головы неожиданно соприкоснулись друг с другом, а потом на шеях возникли дополнительные улыбки. Экзекутор почти ласково уложил их на пол, чтобы доспехи лязгом падающих тел не подняли шум.

Трое противников тоже не смогли понять, отчего их вдруг выбросило из игры. Просто краем глаза успели зацепить, как метнулась тень. Просто возникла надпись «GAME OVER». Всё. Возродились уже в Клермоне, откуда обычно и начинались современные крестовые походы.

Форумные сообщения не проходили — поверженные рыцари оказались без оружия и без трофеев, да к тому же и с обнуленными уровнями. Простые нубы — кто таких будет слушать?

Тем временем Экзекутор тихо вскрыл дверь и оказался в полутемной комнате, где на столе в канделябре оплывала последняя свеча. Возле стены стояла кровать, на которой лежала первая цель.

Экзекутор неслышно подкрался к лежащему мужчине и легонько потряс его за плечо. Мужчина моментально распахнул глаза и потянулся к мечу, но взять его уже не получилось: три взмаха окровавленного клинка — и индикатор здоровья Раймонда234 скатился к нулю.

В принципе, его можно было и не будить, но Экзекутору захотелось взглянуть в глаза одному из тех, кто прошел против системы. Его выход на крышу здания остался незамеченным. Два стражника на западном входе продолжали переговариваться друг с другом, не подозревая, что сегодня их не сменят.

Так же неслышно был ликвидирован и Боэмунд2565. Экзекутор, не мудрствуя лукаво, воспользовался прежним алгоритмом прохождения. Удар под колено и резкий тычок в незащищенное горло. Подсечка и добивание. Удар за ударом. Хруст позвонков там, где позволяла ситуация. Скрежет стали по кости там, где ситуация не позволяла. Каждый взмах кинжала приближал к финалу миссии.

Незаметно подкрасться и ударить… Это претило Экзекутору и коробило его, хотелось сойтись в открытом бою и показать своё превосходство, но… Надо было сделать всё тихо, поэтому приходилось ломать себя и продолжать работать в режиме «стелс» и «слоумо».

Вот только с минаретом вышла промашка: лидер крестоносцев не спал. Когда Экзекутор расчистил себе путь к верхней площадке, его встретили насмешливые глаза сидевшего за столом рыцаря.

Экзекутор размял шею, перехватил поудобнее кинжал и шагнул вперед.

Что ж, если Готфрид1989 не спал, то так даже лучше: не придется убивать безоружного. Готфрид1989 криво усмехнулся и схватил меч, лежавший на столе. Другой рукой он бросил на пол какую-то склянку. Она звякнула, и комнату в мгновение ока охватил огонь. Он вспыхнул так быстро, как будто ждал только одного сигнала.

Экзекутор чуть пригнулся, напряг ноги, чтобы одним махом перепрыгнуть через стол, и замер, услышав знакомый голос:

— Вот и встретились! Ну что, докатился до меня, Колобок недоделанный?

18

«На каждый предел найдётся свой беспредел»

С. Лукьяненко

— Андрюха? — недоверчиво сощурился Экзекутор.

— Признал, — кивнул рыцарь. — Извини, что не явился лично, да и за это тоже…

Рыцарь развел руками. Стены полыхали веселым пламенем — бездымным, но ярким.

— А что это?

— Преграда от чужих глаз. Небольшая черная дыра в виртуальном космосе. Тут нас никто не сможет увидеть и услышать. Экзекутор, мне нужна твоя помощь. Не так много времени, поэтому слушай и не перебивай.

— Даже не обнимемся? — Экзекутор склонил голову на плечо.

— Не до шуток.

— Ладно, извини. Просто давно тебя не видел, соскучился по твоей язвительности.

Готфрид1985 покачал головой. Он взял один из лежащих на столе свитков и развернул его. Стилизованная под старину бумага содержала портрет седого мужчины. Крупный нос, маленькие глазки, тонкий рот, морщины рубцами по лицу. Похож на бывшего партийного деятеля.

— Кто это?

— Мастер Паролей. Вот его я тебе и подсказывал найти. Ты же, как упрямый баран, игнорировал все мои сообщения.

— Так, значит, это ты мне кидал все сообщения? А кто это? Я впервые его вижу.

— Конечно, впервые. Это Семен Алексеевич Латышев, коллега Пажитнова — создателя тетриса. Он-то и является Мастером Паролей. В России всего два Мастера, и оба они находятся во Вселенной «L.i.L». Второго я не знаю, а этого смог отыскать. Он-то мне и дал пароль к моему чипу… Жаль, что дал слишком поздно.

— И нахрена мне оба Мастера сдались?!

— Да вот сдались. У Мастеров есть коды выключения чипов игроков, зашедших во Вселенную. Эти коды на время вырубают твой чип и выводят из поля зрения наблюдателей.

— А…

— Не перебивай — слушай. Тогда, после Потрошителя, я сделал глупость, когда сказал тебе о пуле, которую нашел на складах. Об этом узнали наблюдатели, и на меня началась охота. Я думал, что глушитель сигнала вырубит твой чип, но он у тебя специализированный, не прокатило. К счастью, я предвидел это. М-да, знал бы ты, в каких катакомбах мне пришлось скрываться от ищеек Вселенной! Ладно, это всё беллетристика, а по факту расклад такой: Потрошитель разнюхал, что на самом деле творится под прикрытием создания виртуальной реальности, поэтому его и ликвидировали.

Рыцарь прижал чернильницей и кинжалом края свитка с портрета, потом выпрямился и потянулся. Экзекутор внимательно слушал.

— У складов я тоже погрузился в виртуальность и наблюдал за тобой. Я тоже был в вирте, но сделал одну вещь в портативной станции: принес туда магазин с помеченными патронами. Заменил комплект боеприпасов на свой. И потом, после операции, я специально поехал на склады. Прокопался там очень долго, но всё-таки нашел помеченную гильзу. Об этом я и брякнул тебе. Блин, знал бы, что надо было ставить глушилку сильнее! — Андрей ударил кулаком по столу.

Чернильница подпрыгнула, и фиолетовая клякса угнездилась на лбу Мастера Паролей. Лидер крестоносцев посмотрел на неё с сожалением, вздохнул и махнул рукой. Языки пламени всё так же весело скакали по стенам, давая достаточно света, но не обжигая теплом.

— Ты в реальности убил сотрудника ФСБ под прикрытием. Хотя, если учесть, что он перед этим грохнул Серегу…

— Он всё-таки убил серафима? Мне не показалось?

— Нет, не показалось. Ты же не видел Серегу на открытии Вселенной? А там были все серафимы. Я тоже узнал об этом позже.

— Но как?

— Каком вверх! — огрызнулся Андрей. — Слушай дальше. Я поднял материалы Потрошителя, провел собственное расследование и нашел то, что он смог раскопать. Помнишь, Потрошитель трещал про паучков?

Кирилл помнил. В памяти всплыл захламленный коридор и голос: «Ты один из нас, одна из попавшихся в сети мух. А ведь паучок уже внутри тебя… Да-да, паучок внутри тебя, ха-ха-ха!»

— Так вот, паучком Потрошитель называл чипы, которые входят в пользователей Вселенной. На самом деле костюмы не нужны — достаточно всего лишь раз надеть такой костюм, и чип помещается в твой мозг. Маленький чип, не больше пшеничного зерна, но он подменяет реальную жизнь на виртуальную. Костюмы лишь сдерживают пользователей, чтобы не убежали далеко.

— А как…

— Миллиарды нейронов сигнализируют тебе об измененной структуре окружающей среды и подсовывают ту картинку, которая необходима в тот момент контроллерам. Так происходит у шизофреников — они видят то, что другие не видят. Каким-то образом корпорация «Вселенная» нашла способ воздействовать на мозг людей. Маленький чип, и вот уже ты под контролем…

— Но у меня не было никаких чипов, — возразил Экзекутор.

— Да? — хмыкнул Андрей и повел рукой. — Это запись твоей вербовки. Надеюсь, ты помнишь её?

На горящей стене почернел прямоугольник экрана, напоминающий телевизор. Возникшие кадры показали злое лицо Кирилла, и послышался голос Михаила Анатольевича:

— Стреляете, значит… Это хорошо. Но всё равно нужно быть спокойнее. Ведь от ругани на дорогах мало кому пользы, а вот помощь и прощение на вес золота. Кстати, мы с коллегой работаем над одним новым изобретением. Оно должно в корне поменять всё общение на дорогах. Да и вообще улучшить жизнь людей…

Лицо Кирилла повернулось к камере:

— И как же оно поменяет?

— Да всё очень просто! Принимаете кисленькую таблеточку — ваше биополе изменяется и отражается на родных и близких. Слышали про эффект Барокунса?

Судя по всему, камера была спрятана в пуговице рубашки. В следующий миг камера уставилась в нутро портфеля, где плотными рядами были сложены пластиковые пакетики. На свет потянулся один из них со знакомой «аскорбинкой» внутри.

Экзекутор смотрел на свою заинтересованную рожу на экране. Смотрел, как он там, в прошлом, открыл рот и спросил:

— Ну-ну, и что же?

— Так вот, эффект отображает старый анекдот: когда вы загадываете себе одно, то ваш сосед получит то же самое, но в два раза больше. Но у нас всё наоборот. Вот, нашел!

— Не совсем понимаю.

— Всё очень просто: вы принимаете таблеточку, и то, что вы наговорите или сделаете на дороге, по аналогии произойдёт с вашими близкими.

Потом Кирилл в прошлом накричал на подрезающего водителя, не поверил Михаилу Анатольевичу и внимательно посмотрел, как тот вывел почерком на визитке слова их пари.

Экзекутор смотрел, как он в прошлом положил таблетку в рот и, спустя мгновение, наклонился вперед и уперся лбом в руль.

Какого хрена?! Он же тогда не спал!

Рука профессора снова нырнула в портфель, и на свет появился ещё один пакетик. Внутри него лежали маленькие шарики, похожие на черные горошины перца. Пинцетом была извлечена одна горошина и помещена на шею Кирилла. Шарик тут же расплылся катышком пластилина под жаркими лучами солнца. Черная капля всосалась в районе шестого шейного позвонка.

Профессор щелкнул пальцами, и Кирилл медленно поднял голову. Осмысленность взгляда понемногу возвращалась, он взглянул на Михаила Анатольевича.

— Не нужно упоминать чёрта всуе, молодой человек! — неторопливо произнес профессор. — Мы не можем знать, когда он окажется рядом!

Экзекутор видел, как он в прошлом насмешливо покивал.

Дурак! Какой же он был дурак!

Так попасться на крючок, и ради чего?! Ради каких-то пяти тысяч?!

Ну да, это сейчас он мысленно назвал сумму «какими-то пятью тысячами», а в тот момент это для семьи Кирилла были неплохие деньги. Можно было неделю не ходить в магазин… А если ужаться, то и две недели.

Картинка на экране застыла на моменте, когда профессор выходил из машины. Андрей взмахнул рукой. Изображение сменилось. Кирилл невольно вздрогнул от увиденного оскала Потрошителя и грохота выстрелов. Он смотрел уже своими глазами. Смотрел на убийство того, кто смог поломать систему Вселенной…

— Я его…

— Наконец-то до тебя дошло, — хмыкнул Андрей.

— Но ведь он убивал людей… — неуверенно произнес Кирилл.

Андрей снова взмахнул рукой, и на экране возникла рука с пистолетом, бегающие в панике люди и знакомый коридор третьего этажа. Послышались выстрелы, люди падали и уже не поднимались. Трудно подняться, когда у тебя в центре лба расцветает алое углубление.

Потом — тишина.

Гнетущая, мерзкая до жути тишина. Рука с пистолетом продолжала двигаться и успела выстрелить снова, когда в поле зрения попало мускулистое тело. Выстрелом нападавшего чуть отбросило назад, а потом пистолет заклинило. Экзекутор видел, как стрелявший перекатился через себя, подхватил с пола огромный осколок зеркала и подставил под удар здоровенной лапищи.

Сергею повезло в последний раз: рука Потрошителя оказалась в крайне неудобном положении и спустя миг упала на пол, словно срезанная гильотиной. В следующий миг раздался рев, и в экран воткнулся огромный кулак левой руки. Экран померк.

— Он был с тобой честен — всех служащих того склада ликвидировал Лев, — произнес Андрей. — Серафиму внушили, что это враги, а на самом же деле Потрошитель просто рассказал и показал людям, чем они занимаются. И люди начали распространять по соцсетям предупреждения своим друзьям. Конечно, утечку информации сразу ликвидировали, а Лев «находился» на тренировке, где ему необходимо было уничтожить «распространителей зомбиинфекции». Он и уничтожил…

— Твари! — вырвалось у Экзекутора. — Нас используют, а мы и рады… Этак нас могли натравить на любого неугодного человека, хотя натравили на уголовников. Вроде бы, чистим общество от уродов…

— Какая наивность! Взрослый мужик, а ещё не прикинул хер к носу: вас используют, и никаких не уродов вы гробите. Нет! Вы охотитесь на эльфиек. А среди них моя Маринка…

— Чё?! Да ты в своем уме?! — вырвалось у Кирилла.

— Смотри, Колобок недоделанный, — грустно вздохнул Андрей.

Экран снова загорелся, и сейчас Экзекутор увидел знакомый двор. Пятиэтажка, компьютерный клуб и широкий борт «Газели». Он смотрел глазами прошлого себя. Опять глазами прошлого. Наклонился, выглянул из-за борта и тут же нырнул обратно. Омаров был недалеко. Экзекутор приготовился к атаке. Рядом надрывалась сигнализация «Мерседеса».

— Ты видел толстого утырка, а на самом деле было вот что, — раздался голос Андрея.

Экран поменял расположение и теперь показывал худенькую девушку, которая стояла возле небольшого «Ситроена» и озиралась по сторонам. Судя по всему, камера была укреплена не по правилам клуба (под козырьком, чтобы выходила на дверь и видела входящих посетителей), а выше козырька и обозревала прилегающую территорию.

Девушка нажала на кнопку сигнализации, и машина замолчала. В следующий момент из-за фургона выскочила размытая тень и оказалась возле девушки. Экзекутор увидел движение руки, но это Экзекутор, а нетренированный глаз вряд ли смог бы разобрать что-либо.

Ноги девушки подкосились, Экзекутор потащил тело к машине и усадил её внутрь. На несколько мгновений замер, а потом захлопнул дверь и пошел себе прочь. Девушка осталась сидеть в своей маленькой машинке. Камера бесстрастно фиксировала уход Экзекутора и пятно лица девушки за лобовым стеклом.

— Это… Это что?

Кирилл почувствовал, как перед глазами поплыли сотни мелких огненных мушек.

— Это одна из эльфиек. Одна из тех, на кого начали охоту, — бесстрастно сообщил Андрей. — Кстати, я тоже есть в той папке, которую тебе дали Брюс и Михаил. Соревнование… Вроде бы, меня там зовут Денис Кумариев. Так что сейчас я появился на экране, и ко мне на всех парах летят твои коллеги. Правда, меня они хрен найдут, но всё-таки.

— А как ты… Как ты обходишься без чипа?

— Я один из тех, на ком экспериментировал Мастер Паролей. Чип помещали в меня, потом при помощи пароля выводили обратно. Черт подери, это было неприятно! Я был в сознании и видел всё. Всё понимал, всё ощущал. В последний раз Семен Алексеевич почему-то сжалился надо мной и спрятал чип у себя, а мне сказал, чтобы я жил и не совался в эту компанию. Даже дал пароль на ликвидацию помещенного чипа. Я ему тогда не поверил… Напрасно. Сейчас я могу заходить во Вселенную, а после спокойно выходить и исчезать с экранов наблюдателей. Подарок Мастера Паролей…

— Но почему началась охота на эльфиек? Это же бред! Симпотные девчонки трясут дойками и делают хорошую рекламу. Зачем же душить куриц, несущих золотые яйца?

— От вируса Потрошителя у девчонок появились способности ладить с банкоматами и банковскими счетами. Они могут за пару дней полностью обанкротить Вселенную, пустив все их активы по миру. Парочка девчонок смекнула, что к чему, и отправилась в теплые страны. Увы, отдохнуть со снятыми миллионами не получилось: их нашли в отеле на Ибице. По версии следствия, они приняли слишком много наркотиков на клубной вечеринке. И это у тех, кто в жизни даже сигарету не выкурил… Кирюх, если за девчонками выслали серафимов, то дело серьезное. Я не боюсь за себя, выкручусь как-нибудь. Я переживаю за Маринку. Вот она-то ни в чём не виновата. Она должна жить… А ты должен мне помочь!

Экзекутор стоял перед Готфридом1985 и смотрел в глаза компьютерного персонажа. Где-то глубоко внутри тоненько пела подлая мысль: «Это всё неправда! Это всё подделка! Это всего лишь компьютерная графика!»

И хотелось верить в то, что на самом деле ничего из показанного не случалось. Ничего не было. Это всего лишь хитрая проверка. Да-да, проверка на лояльность Экзекутора. Способ узнать, как он относится к Вселенной.

И не было никаких жертв, а были только разбитые пиксели компьютерных гениев, которые создали такую прекрасную виртуальную реальность. И никто не умирал. И Кирилл никого не убивал. Это всего лишь компьютерные боты. Да, это компьютерные боты, а это всего лишь очередное реалити-шоу про супергероя.

Сейчас… Вот сейчас Готфрид1985 расхохочется и выкрикнет, что Кирилла развели. Что всё это розыгрыш. Появятся оголенные девчонки и принесут цветы, а после войдет Михаил Анатольевич и…

Но Готфрид1985 не улыбался. Он смотрел на Кирилла серьезным взглядом и ждал ответа.

— Ты знаешь, как это слишком для меня. Вроде бы, всё одно к одному, но что-то я не верю. Да и нахрена этим всем Вселенной заниматься? Зачем им это нужно?

— Ответ ты знаешь сам. Ты видел ниндзя у Брюса в доме? Так вот, этот парень в точности повторяет все прыжки и кульбиты компьютерного перса. Мало того, он реально верит, что он Рю Хаябуса и сейчас защищает наследника императорского дома от нападений. Кукундер у чувака вообще поехал на этой теме. И ведь таких поехавших со временем может стать гораздо больше… Кирюх, это реально страшно, когда твоя мать начинает гонять по квартире несуществующих чертей, а потом кинется на тебя с ножом.

— У меня нет матери, — глухо пробормотал Кирилл.

— Знаю, ты детдомовский. Но от этого пример не меняется. Кирюх, я прошу тебя помочь мне вытащить Маринку из этого замеса. Ты сможешь найти Мастера Паролей у Брюса и взять у него два пароля. Для себя возьмешь и для Маринки. Семен Алексеевич нормальный дядька, он не откажет…

Экзекутор молчал. Сотни мыслей метались в голове, как стая потревоженных воронов над гнездами. Полученная информация никак не хотела вписываться в уклад привычной жизни. Ведь они с Людмилой уже накопили на первый взнос, да и Макс…

А как же родные? Если Кирилл пойдет против системы, то эти ублюдки найдут его слабое место. Эти люди знают, где он живет. Не раз видели его глазами, как он приезжал домой, как ужинал, как играл с сыном, как ласкал жену…

Они разделаются с Людмилой и Максом, как разделались с людьми у Потрошителя.

Потрошитель… Паучок…

Проблеском молнии метнулось воспоминание: телефон «Нокия» с зеленым экранчиком. Абонент «ДРУГ».

В голове словно сложился пазл, и Экзекутор чуть улыбнулся своим мыслям.

— Время идет. За тобой наблюдают, Кирилл, — окликнул его Андрей. — Я не могу долго удерживать защиту, да к тому же и мне надо рвать когти, пока не прибыли твои коллеги. Пойми: без чипа ты пропадешь со всех экранов наблюдателей. И Маринка пропадет… У нас будет шанс начать новую жизнь вдали от всей этой чехарды. Мы даже уедем в тайгу, в глушь, лишь бы не видеть никого из Вселенной. Уедем туда, где даже телевизоры редкость, а не только компьютеры. Мы тоже хотим детей, Кирюха… Поможешь?

— Да, Андрюх, я с тобой согласен. Я помогу тебе, но в ответ прошу и тебя помочь мне. Запоминай телефоны… Тебе надо быть убедительным, чтобы помощь оказалась действенной. Меня ты убедил, уверен, что сможешь убедить и Людмилу…

Спустя десять минут горящие стены потухли, а Экзекутор вонзил кинжал в грудь Готфрида1985. Со страдальческой гримасой лидер упал на стол, где уже не было портрета Мастера Паролей, зато была развернута карта Иерусалима. Виртуальная кровь залила нарисованную крепостную стену.

Верхушка крестоносцев была ликвидирована. Оставалось подать сигнал для нападения ждущих за стенами сарацинов.

Согласно правилам игры, Экзекутор поджег специальную стрелу и, натянув изо всех сил лук, запустил её в небо. Через три долгих секунды она взорвалась красивым фейерверком. Со всех сторон к Иерусалиму быстро потянулись орды сарацин.

Миссия Экзекутора была выполнена, вскоре перед глазами потемнело, и возникла знакомая надпись:

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

Впереди ждала другая миссия. Гораздо более важная…

19

«Свет считает, что он быстрее всех, но он ошибается:

не важно, как быстро летит свет — темнота уже на месте и дожидается его»

Терри Пратчетт

— Что произошло? — спросил Евгений, когда Кирилл вынырнул из Вселенной.

— Да оглушили меня. Какой-то гад кастанул заклинание, прилетело по затылку, а потом ничего не помню. Пришел в себя уже в какой-то каморке, а рядом лежал этот самый Готфрид… похоже, что вырубил его на автомате.

— Странно, тебя не было десять минут. Просто пропал со всех экранов, и всё. Мы уже собрались заставить тебя «вынырнуть»…

— Да всё обошлось же, — как можно более беспечно пожал плечами Кирилл.

— Точно всё обошлось?

Взгляд Евгения был колюч, он пытался высмотреть в поведении Экзекутора хоть какую-то ненормальность, но тот всего лишь скалился в ответ и потягивался, заминая мышцы.

— Чего не так-то? — спросил Кирилл, когда молчание затянулось.

— Всё так, — буркнул Евгений.

— А всё-таки?..

Евгений снова вернулся к висящему в воздухе экрану, словно это сейчас было самым важным. Терпения Экзекутору было не занимать, поэтому он снова спросил, но уже вкрадчиво, как будто соблазнял девушку:

— А всё-таки?

Евгений мельком взглянул на Кирилла и снова сделал вид, что занят по уши.

— А я сейчас кому-то по башке постучу. Надеюсь, что достучусь до ответа, — тем же тоном промурлыкал Кирилл.

— Не надо, — пробурчал Евгений. — Это модератор Миста спросил: что за чудака грохнул Экзекутор? После Готфрида не осталось и следа. Был игрок и пропал — ни ай пи, ни юзер агента, ни хрена. И ведь даже на китайские прокси сервера не было перехода. Вот это и странно.

— Ну, это пускай ваши яйцеголовые разбираются. Я своё дело сделал, а дальше хоть трава не расти, — отмахнулся Кирилл.

— Вот то-то и оно! Никому из вас дела нет до внешних проблем, — сказал Евгений. — Вселенная для вас старается, в лепешку расшибается, а вы…

— А мы уничтожаем врагов Вселенной, — с улыбкой ответил Кирилл. — Причем как внутренних, так и внешних. Так что не надо лохматить бабушку, Женя.

Помощник в ответ только поджал губы и покачал головой.

Рабочая смена закончилась без каких-либо приключений. Евгений включил щадящий режим тренировки на стрельбище, и всё оставшееся время Экзекутор отстрелял в тире.

— До свидания, Евгений, — улыбнулся Кирилл, когда смена закончилась.

Тот ничего не ответил, лишь бросил на него недовольный взгляд и вышел из комнаты. Кирилл пожал плечами и начал раздеваться. Он старался не выказывать озабоченности и вести себя так же, как всегда, но всё-таки не смог удержаться и провел рукой по внутренней поверхности костюма. Средний палец наткнулся на выпуклую дорожку недалеко от того места, где костюм прилегает к позвоночнику. Пять… нет, шесть небольших горошин едва проступали сквозь материал.

Шесть черных билетиков во Вселенную…

После душа Кирилл вышел из здания. На улице пахло весной, той самой влагой, которая заставляет сердце биться чуть сильнее, ведь с каждым днем становилось чуть теплее, и скоро должно прийти то время, когда надоевшие куртки повиснут в шкафу, а на их место придут майки и футболки. Придет пора цветения и возрождения жизни.

Кирилл сел в машину, и, пока автомобиль прогревался, он ждал звонка. Сердце стучало в такт урчащему мотору. Будет или нет? Получилось у Андрея убедить Людмилу?

Прошла одна минута, вторая, третья… Когда значок лампочки охлаждающей жидкости погас, Кирилл начал движение. Звонка не было. Не получилось…

Неужели придется менять план?

Уже на выезде с территории склада Кирилл вздрогнул от раздавшейся трели телефона. Сердце подпрыгнуло и ухнуло вниз, как десантник с нераскрывшимся парашютом. Началось…

— Киря, привет! А ты где? — послышался в телефоне голос Людмилы.

— Привет! Да вот, с работы выезжаю.

— А-а-а, слушай, а мы с Максимкой в гости собрались…

Голос был напряжен, но тверд. Молодец все-таки у него жена! Умница!

— Это куда вы на ночь глядя? Максу спать не пора?

— Да мы быстро, на полчасика к Иринке заскочим и обратно. Если что, то борщ в холодильнике.

— Ну, я тогда немного покатаюсь, может быть, закалымлю чутка.

— Таксовать будешь?

— Если попадется какой пассажир… Но я недолго, всё равно завтра выходной, так что успею отоспаться. Да и вы уже успеете вернуться.

— Хорошо, только не задерживайся.

— Я люблю тебя, — ответил Кирилл, сжимая руль.

— И я люблю тебя, Киря. Аккуратнее там! — послышался звенящий голос Людмилы.

Аккуратнее там… Последние слова Людмилы. Если бы Кирилл знал, что ещё не скоро услышит голос любимой, то потянул бы время, рассказал бы, как сильно он её любит и как готов пойти на всё, лишь бы она с Максом была счастлива.

Увы, пути Господни неисповедимы, Всевышний администратор не рассказывает пользователям о своих планах.

Кирилл вырулил на МКАД и втиснулся в поток едущих машин. В навигаторе автомобиля он отразился стрелочкой, летящей по зеленому коридору. До конца пути было чуть больше часа. «Пробки» в вечернее время были странными даже для Москвы.

Всё правильно. Всё так и должно быть. А Кирилл ведь едва ли не посчитал, что поймал птицу счастья за хвост… А птица оказалась драконом и просто несла его к себе на ужин. «Нормальная» работа оказалась погружением в полную задницу.

Вместо благородного рыцаря на белом коне Кирилла сделали банальным заказным убийцей… Одним из тех, кто меняет жизнь других на деньги…

Сука! Сука!! СУКА!!!

Кирилл в сердцах ударил по рулю. Как так-то?! Почему?!

И внутренний червячок злорадно ответил: «Потому что нет в жизни ничего бесплатного, кроме сыра в мышеловке. Да и то только для второй мыши!»

Задние фонари движущихся машин напоминали горящие глаза демонов. Широкая полоса пятящихся задом демонов, и все они радостно смотрели на душу Кирилла. Уже потирали руки, что скоро заполучат его в своё владение. Бессмертную душу обманутого человека.

И девчонку жаль…

Она оказалась виноватой только в чужих интригах. Но ведь Кирилл видел толстого узбека!

Обычного толстого узбека. Одного из тех, кто был включен в «папку смерти», как для себя её назвал Экзекутор. И ведь не так жалко было этого узбека, раз он сотворил столько смертей, но вот…

Как же порой меняется ценность человеческой жизни, когда узнаешь, что у твоего врага есть трое детей, жена-дурнушка и кошка, а также его каждый месяц ждут в детском доме с подарками! Это уже не фигура на мушке, а человек… личность… кто-то незнакомый, делающий добро людям. Но вот сказали «знающие люди», что это урод и мразь, что он хочет убить всё живое на Земле, и сразу поменялось отношение.

Сразу стало легче нажимать на спусковой крючок…

Ненависть, пропаганда, ложь — вот три составляющие любой революции. Любой войны. Это потом уже подведут теоретическую базу и обелят уголь, а снег засыплют золой.

История стала дешевой проституткой, которую используют все, кому не лень.

И в жерновах этой проститутки-мельницы перемалываются в пыль мелкие зернышки — человеческие судьбы.

Кирилл смотрел перед собой и ненавидел светящиеся глаза демонов, ненавидел ползущие в «пробке» машины, ненавидел себя за то, что купился, как дурачок, на лживые посылы. И снова, как когда-то, стучал в голове молоточек: «Как там Людмила? Как там Максим?»

«Как там Людмила? Как там Максим?»

Сосед Иван согласился временно укрыть жену и сына на даче под Владимиром, куда приглашал Кирилла в день рождения Максима. Андрей смог убедить Ивана… Интересно, что этот пройдоха рассказал Андрею и Людмиле?

Хотя не важно. Главное, что Людмила скроется у человека, который настолько далек от современных технологий, что до сих пор носит старенький «NOKIA». Кирилл усмехнулся, когда вспомнил слово «ДРУГ» на экране.

Интересно, а Потрошитель знал об этом соседе или это просто совпадение?

Потрошитель…

Мертвый хоррорщик, который сейчас дотянулся до живых и тянет их с собой в могилу. Скучно ему одному… Компания нужна…

О смерти Потрошителя Кирилл думал спокойно. Это уже свершилось и воспринималось как виртуальное приключение. Да и сейчас также воспринимается. Если бы Кирилл не выстрелил тогда… Он почувствовал, как на шее зашевелились легкие волоски на самом краешке прически.

А ведь в тот день Кирилл мог не вернуться домой! Мог остаться лежать на куче трупов, рядом со Львом-Сергеем. Но сама мысль об убитом хоррорщике не колола совесть. Убил потому, что иначе сам мог умереть.

В прошлом году он думал, что сбил человека, и едва не поседел от произошедшего. А в этом году…

А в этом году он снова убил человека. Пусть и убийцу, как ему сказали, но убил спокойно. Возможно, потому, что Экзекутор видел просто очередного бота, которого нужно устранить. А возможно, из-за того, что посчитал себя правым. И теперь вся эта правота рухнула с высоты морального оправдания и разбилась о железобетонную истину Андрея.

Или бывший помощник обманул его?

Есть всего одна правда, и…

Кирилл перестроился на крайнюю правую полосу, включил аварийку и остановился. Он вытащил телефон и открыл интернет-поисковик. Современные технологии позволяют многое, вот благодаря им Кирилл и хотел убедиться либо в собственной правоте, либо в правде Андрея. Когда узнаешь, что все кругом врут, перестаешь верить даже себе.

Новости Щелково были сухи и выжаты от лишней воды. Кирилл прошерстил февральские статьи. Не было никакой информации о смерти Омарова. Зато была маленькая заметка о несчастном случае с молодой девушкой. Всего несколько предложений, где девушка была найдена в собственной машине. Замерзла в «Ситроене»…

Как показала экспертиза, она уснула пьяной за рулем.

И ничего более. Не сказано ни о проломленном виске, ни о случайном свидетеле. Ничего. Пьяная уснула за рулем. Всё. Мало ли таких случаев бывает? Русская зима сурова и не щадит никого, вне зависимости от красоты и состояния.

Кирилл выругался и отбросил телефон на пассажирское сиденье.

Автомобиль свернул со МКАДа и проехал мимо Ромашково.

— Паровозик из Ромашкова! — пропел Кирилл. — Чух-чух-чух! Паровозик, который смог…

От звука собственного голоса стало как-то легче. До конца маршрута оставалось двадцать минут.

План Экзекутора был прост: проникнуть на территорию дома Блека и поговорить с Мастером Паролей. Ну и что, что территория напичкана охраной, а за каждым уголком следят камеры? Кирилл же не зря обучался незаметному проникновению, скоростному перемещению и секретам шпионажа. Брюс и Михаил Анатольевич создали прекрасную машину для устранения неугодных, но вот теперь машина сама захотела устраниться из игры.

Кирилл остановил автомобиль за пару кварталов от дома Блека и неспешно направился по ночному шоссе. Он походил на праздношатающегося зеваку, неведомо как попавшего в край богатых домов и дорогой жизни. Камеры бесстрастно взирали на идущего человека и исправно передавали информацию на экраны охраны.

Фонари освещали Кирилла, а он шел, склонив голову и закрывая лицо. Шел, как будто увидел что-то интересное в телефоне, и теперь даже выстрелившая рядом пушка вряд ли отвлечет его от экрана. Интернет мог помочь в намечающейся операции, и Кирилл тасовал ссылки виртуального мира, как опытный картежник тасует карты перед раздачей.

Результатом прогулки стала появившаяся информация о соседях Блека. Справа жил бизнесмен из Якутии, сзади участок занимал именитый архитектор, а вот слева, за высоким зеленым забором, застыл долгострой. Хозяин участка бодро начал строительство, потом финансовый кризис пошатнул его дела, да так лихо, что стройку пришлось заморозить на неопределенный срок.

Это не было сюрпризом, скорее — приятным дополнением к плану. Вот с этой стороны и произойдет проникновение Экзекутора. Заброшенный дом казался декорациями к фильму ужасов, того и гляди из подвала вылезет какой-нибудь псих с чужим кожаным лицом и здоровенной пилой в руках.

Что такое четырехметровый забор для тренированного человека? Всего лишь три шага по вертикали и зацеп. Подтягивание тоже прошло успешно. На счастье Кирилла, колючей проволоки по верху забора не было.

Он вынырнул на две секунды и тут же спрятался обратно. Этого времени хватило, чтобы засечь камеры и прохаживающихся охранников.

Десятью метрами левее от того места, где Кирилл первый раз высунулся, находился домик, похожий на баню. Если спрыгнуть и уйти в тень максимально быстро, то для двух камер это будет всего лишь мелькнувшей тенью, а ещё от двух его скроет черепичная крыша. Останется только дождаться прохода охранника, чтобы привлечь внимание, и…

Всё так и получилось. Холодные камни забора ещё раз царапнули ладони, когда Экзекутор зацепился за верх, сделал полный выход и перебросил тело через преграду. Три быстрых прыжка — и он скрылся на деревянной террасе от пристального взгляда камер.

Надо ли говорить, что всё это он проделал в режиме замедления, чтобы выиграть как можно больше времени, а для человеческого глаза стать промелькнувшей тенью? Даже самый внимательный охранник рано или поздно ослабит бдительность. А то, что человеческий мозг может найти объяснение любому подозрительному факту, тоже сыграло на руку Кириллу.

Охранник на пульте в это время отвлекся на сообщение, пришедшее от знакомой девчонки и обещающее завтра приятное времяпрепровождение с освобождением чресел от скопившейся семенной жидкости. Так что мелькнувшая на экране тень прошла для Экзекутора без последствий — охраннику было лень перематывать и смотреть запись видеокамер. Он списал тень на пролетевшую мимо камер птицу. Такое было раньше, могло произойти и сейчас. Гораздо важнее было написать ответ горячей девчонке, которую обхаживал уже не один месяц.

Кирилл скрылся за деревянной дверью и оказался в предбаннике. Комната четыре на четыре. Небольшая, но достаточная, чтобы отдохнуть с компанией после очередного захода в парную. Шкафчик с накрахмаленными простынями, скамьи, стол, картины на стенах и обязательные сухие веники. Похоже, что американец давно живет в России и успел полюбить хороший пар.

Кирилл выждал десять минут. Ничего не случилось — его проникновение прошло незамеченным. Теперь оставалось дождаться подхода охранника.

Обход территории производился каждые двадцать минут, так что Кириллу не пришлось замерзать в холодном помещении. Мужчина лет тридцати неторопливо шел мимо бани, оглядывая окрестности на предмет нахождения чего-либо нового и подозрительного.

Как и в играх, где требовалось привлечь внимание бота, Кирилл создал небольшой шум. На пол упала одна из картин, и стекло жалобно звякнуло. Экзекутор тут же подскочил к двери и застыл, готовясь вырубить охранника на входе.

Надо отдать должное подозрительности мужчины: тот сразу же достал пистолет и, чуть пригнувшись, двинулся к двери. Открыл дверь по всем правилам работы спецназа — дернул и тут же отскочил в сторону. Обработал вниманием левый дальний угол, скользящим шагом миновал «тоннель смерти» и обработал правый дальний угол. Оставалось ещё два угла, самых опасных.

Охранник сделал шаг вперед, и пистолет уткнулся в живот Экзекутора. Кирилл тут же двинул животом вперед и чуть вбок, как будто насаживаясь на металлический ствол. Захват запястья и дергание на себя — пистолет плашмя лег на его живот, а палец охранника заклинило в скобе так, что при всем желании нажать на спусковой крючок он не мог.

В следующую секунду Экзекутор коротко рубанул ребром ладони по шее удивленного мужчины и отправил его в долгий сон. Тут же подхватил падающее тело и втащил под защиту деревянной двери. Камеры не должны видеть, что произойдет дальше.

В лучших традициях Хитмена Кирилл быстро переоделся в одежду охранника, положил бесчувственное тело на скамью и накрыл лежащими в шкафчике простынями, чтобы не замерз. Всё-таки этот человек просто делает свою работу, лишние жертвы не нужны.

Выйдя из бани, Кирилл направился к домику охраны. Он старался пародировать неспешную походку охранника. Спустя две минуты, три удара и уничтоженные записи с камер видеонаблюдения он пошел к дому. Рано или поздно тела без сознания будут обнаружены, поэтому требовалось действовать быстро.

20

«Ниндзя? Да что ты знаешь о ниндзя?

Я вчера шесть пар отсидел с соседом по парте, а на вечер, придя домой, получил от него сообщение: „Че в универ не ходил?“»

Автор неизвестен

Дверь закрылась за спиной Экзекутора — медленно, как будто доводчик не торопился и давал шанс убежать, скрыться от встречающего человека. Всё так же горел огонь в камине, кресла приглашали присесть, а на столике стояла достопамятная коробка с сигарами. Большая гостиная была пуста, за исключением одной не вписывающейся в неё детали интерьера. Эта деталь находилась в десяти метрах от Экзекутора и не подавала никаких признаков жизни, однако от этого она не была менее грозной.

Ниндзя в иссиня-черном пластико-резиново-латексном одеянии сидел на коленях в строгой официальной позе. На память Экзекутора пришло даже название позы — сэйдза. Он и сам не помнил, в связи с чем и где услышал подобное название. Возможно, оно пришло из фильмов о боевых искусствах.

Ниндзя смотрел в пол перед собой, сосредоточив всё внимание на лежащем предмете. Двуручная катана с перевитой красными полосками рукоятью пока ещё покоилась в черных потертых ножнах. Ниндзя никак не отреагировал на первые шаги Экзекутора.

— Добрый вечер, Экзекутор! — раздался голос Брюса Блека. — Очень рад! Давно у меня не было посетителей, да ещё таких дерзких!

Кирилл мельком оглядел гостиную — звук голоса шел из динамиков телевизора, а сам Блек отражался на картинке. Сидел по-королевски в удобном кресле и пялился на непрошеного гостя.

— Добрый вечер, Брюс! — ответил Кирилл. — Ты знаешь, зачем я пришел?

— Догадываюсь. Вряд ли ты успел соскучиться… Тебе нужен Мастер Паролей?

Экзекутор кивнул.

Блек на экране скрестил пальцы и легонько подул на них, как будто кончики неожиданно охватил огонь. Кирилл ждал.

— Что ж, рано или поздно, но это должно было случиться. Ты не первый, кто пришел ко мне за Мастером Паролей, но первый, кто догадался проникнуть. Я вижу удивление на твоем лице… Да, другие серафимы тоже приходили. С ними разговаривал Андрей, и… В общем, мне удалось их переубедить, надеюсь, что и ты после нашей беседы изменишь свою точку зрения.

— Так это всё правда? Я не хочу больше быть марионеткой в чужих руках, — мотнул головой Кирилл. — Увольте меня.

— Уволить того, кто собственными руками убил двух человек? Хм, это вряд ли возможно, Экзекутор, — мягко улыбнулся Брюс. — Боюсь, что мы с тобой слишком тесно связаны, чтобы вот так вот расставаться. «Скованы одной цепью, связаны одной целью!» — вроде, так поет одна из ваших групп?

— Ты «Наутилуса» будешь цитировать? Брюс, я пришел по-хорошему…

— По-хорошему не приходят с оружием в руках. Кирилл, предлагаю тебе сесть, чуть остыть и послушать. К твоему сведению, униформа охранника тебе к лицу. Я наблюдал за твоими перемещениями и должен признать, что ты научился многому. Как ты лихо с ним! Раз-раз-раз — и уже укладываешь! Это было здорово!

Ниндзя был всё так же неподвижен.

— Я пришел не за лестью.

— Да, хорошо. Лести не будет, но будет правда. Ты же её хотел?

Кирилл молчал. Он смотрел на экран, но всей кожей превратился в слух, чтобы услышать, если за спиной хотя бы чуть скрипнет песчинка под чужой ногой или же Андрей Рыжков, который сейчас был в образе Рю Хаябуса, шевельнется. Кирилл был уверен, что услышит, когда лезвие меча начнет покидать ножны.

— Так вот, правда проста, как доллар. Мы — обычные бизнесмены, мы не хотим терять деньги и не хотим, чтобы заработанные деньги уходили куда-то ещё из наших карманов. Да, Потрошитель подложил нам большую свинью своим вирусом, но мы стараемся решить эту проблему. Мы стараемся нормализовать работу тех, кто был с нами с самого начала. Вселенная поощряет тех, кто ей верен, а мы являемся проводниками её благодарности. Кирилл, ты один из самых ценных наших сотрудников, поэтому у меня есть к тебе предложение. Ты же всегда хотел купить квартиру и зажить нормальной жизнью? Так я могу сейчас тебе предложить осуществить свою мечту. Видишь коробочку на столике?

— С сигарами? Я бросил курить полгода назад.

— Одобряю это решение, — кивнул Брюс. — А я всё никак не могу отказать себе в этом маленьком удовольствии. Но сейчас эта коробочка не с сигарами. Открой её.

Кирилл осторожно приблизился к столу, готовый в любой миг броситься в сторону. Ниндзя не шелохнулся. Интересно, а это вообще живой человек или прикол таксидермиста?

В коробочке аккуратными пачками лежали пятитысячные купюры. Шесть штучек. Три миллиона рублей. Однушка в Щелково.

— Я предлагаю тебе откинуть принципы прочь и взять эти деньги. Это премия за твою качественную работу и преданность. Как только ты их возьмешь, твоя зарплата увеличится в два раза. Нужен будет отпуск? Возьмешь месяц! Да что там месяц — вообще сможешь переехать в теплые страны и зажить нормально! Ты сможешь жить в любом уголке мира и заходить во Вселенную только в определенное время. Хочешь в Англию? По щелчку пальцев. Хочешь в Америке отдать своего сына в колледж, где учился Билл Гейтс? Достаточно только согласия. Хочешь всю жизнь провести в море на собственной яхте, где встречи с людьми ограничатся заходами в порт за продуктами? Только пожелай! Всё перед тобой, Кирилл. Ты сможешь всё, Вселенная щедра на подарки!

— Зачем вам это? — устало спросил Кирилл, глядя на шесть пачек пятитысячных.

— Зачем? — В голосе Блека послышалось искреннее удивление. — Для порядка, Кирилл. Исключительно для порядка. Представляешь, Вселенная «L.i.L» создавалась исключительно для внедрения порядка в нашу действительность.

— И как же?

— Наша Вселенная дарит каждому возможность выплеснуть агрессию, очиститься. Мы же со своей стороны дисциплинируем людей. Хождения в рейды похожи на военные сборы — знаешь, как люди преображаются после нашей Вселенной? Становятся добрее, терпимее. Получается, что в играх мы позволяем им избавиться от негатива, который скапливается на работе. А наши проработанные миры? Да что я говорю, ты же сам видел сады Эмульсдара! Вряд ли где найдешь такую красоту на Земле.

— И мы тоже помогаем избавиться от негатива? — усмехнулся Кирилл.

— Да! Всё просто. Я вижу тебя почти каждый день, наблюдаю, как ты тренируешься и как растут твои показатели. Как ты несешь «доброе, мудрое, вечное» в массы. Ты защищаешь слабых и наказываешь распоясавшихся сильных. Ты тот, кто с нашего молчаливого благословения решает многовековые проблемы человечества. Сейчас, когда человечество находится в относительной черте благосостояния, начинается стагнация и деградация. Заметил, какое количество человек в метро находится не в настоящей реальности, а в виртуальности? Почему? Потому что реальность не интересна, скучна и обыденна. Ты каждый день видишь её, стоит открыть глаза и вплоть до того момента, как их закроешь. А наша Вселенная дарит новые ощущения, дарит эмоции, дарит симуляцию выживания и прогресса…

— Симуляцию… — горько заметил Кирилл.

— И что? Да, наши тела приспособлены к стрессам и проблемам. Наш мозг приспособлен справляться с трудностями и заботами, переводя из разряда «невыполнимое» в разряд «а если вот так взглянуть». Те, кто не может справиться с собой и выбрасывается из окон небоскребов — всего лишь слабые люди, которые временно занимали чужое место. Они осознавали это и освобождали кресла для более сильных и волевых представителей человечества. Слабым место в самом низу. В нише для корма…

— Сейчас ты будешь прогонять мотивационные речи про сильных и слабых, где мы и где они? Не надо. Это действует только на тех, кто в начале пути. Я же знаю, что стоит за словами. Я… я сам убил невиновную… Или это неправда?

Блек снова подул на кончики пальцев. Интересно, они у него горят или это просто привычка? Чтобы сосредоточиться и выиграть время?

— Я не знаю, что тебе показал Андрей, но ты убил урода, на совести которого больше двадцати жизней. Ты убил не девчонку, а безнаказанного злодея. Знаю, ты можешь мне не поверить, но… Моё слово против слова неудачника, который с позором сбежал из нашей фирмы? Он был уволен за то, что слишком глубоко совал свой нос в дела.

— Какие же это дела? Он показал мне…

— Он показал тебе? Что мог показать тебе человек, который всю жизнь работает с созданием иллюзорной реальности? Андрей показал тебе неправду, а ты и поверил… Как я могу разубедить тебя? Ты поверил чему? Новостям в газете? В интернете? Ты же знаешь, что кругом лгут! Кругом идет полнейшая неправда! И если мы направили все силы на дестабилизацию преступной группировки, потому что у полицейских нет сил и возможности справиться с преступностью, то неужели ты поверишь одному человеку, который всего лишь волнуется за свою подругу? Экзекутор, это же бред! Андрей почему-то втемяшил себе в голову, что ему что-то угрожает. Что человечеству что-то угрожает…

В гостиной всё было по-прежнему спокойно. Так же неспешно извечный огненный житель Земли пожирал предложенную пищу. Всё так же Экзекутор слушал неторопливый говорок Брюса Блека. Ниндзя сидел на своём месте, не отрывая взгляда от меча.

— Не угрожает? А что же вы сами открыли охоту на… — Экзекутор проглотил слово «невиновных» и продолжил: — На тех уродов, которых вы занесли в папку и часы?

— Это другое дело. Это слизь Земли, это те, которые не должны топтать её поверхность… Ты же сам видел уродливое лицо Омарова? Неужели эта тварь способна кого-либо любить? Нет, он может только насиловать, убивать и грабить. Неужели ты думаешь, что всё его благосостояние нажито честным путем?

Кирилл вздохнул. Похоже, что его и в самом деле считают полным идиотом. И в то же время снова проснулся червячок недоверия, который тут же заныл: «А если Брюс говорит правду? А если это у Андрея поехала крыша и он пытается использовать тебя в своих целях? Ну да, возьмешь пароль у Мастера и отдашь его Андрею, чтобы освободить Марину… Всё просто, а Экзекутор — лох!»

У каждого из нас есть такой червячок недоверия, ведь люди пытаются верить в хорошее. Пытаются обелить себя, вывернуть всё так, чтобы не быть виноватыми.

— Наверное, ты спрашивал себя, почему об убийстве Оморова ничего не написано? Написано, но не так, как должно было быть. Смотри!

На телевизионный экран выплыл газетный лист «Московского комсомольца». Заголовок кричал «Премия Дарвина может быть вручена бизнесмену». Дальше шел очерк о смерти мужчины, который был так пьян, что ударился о боковую стойку автомобиля и напоролся на защелку ремня безопасности. «Как оказалось, ремень безопасности может быть очень опасен», — писал журналист. Вся заметка изрядно приправлена сарказмом и попытками играть в юмор.

Датировано февралем. Спустя несколько секунд газетный лист уплыл так же ровно, как и возник.

— Прочитал? — спросил Брюс. — Теперь видишь, что мы с тобой играем честно. Да, есть ещё паразиты, до которых не дотягиваются руки Фемиды, но вы избавляете этот мир от подобной грязи. Привносите порядок не только в виртуал, но и в реальность.

— И, конечно же, мы делаем всё это бескорыстно, — усмехнулся Кирилл.

Что-то не вязалось, но вот что? Червячок недоверия продолжал ныть, но теперь уже тише.

— Нет, не бескорыстно. Хотя вы и герои, но всё же должны кушать… Кирилл, мы вернулись к тому, с чего начали. Стоит взять деньги, и ты обретешь счастье. Возьми их и ни в чем себе не отказывай, — улыбнулся Брюс.

Кирилл ещё раз взглянул на шесть пачек. Взять или не взять? Перейти на должность оплачиваемого наемного убийцы или всё же попытаться поиграть в героя?

В голове щелкнуло. Вот что не вязалось! Маячок на часах замигал шестого февраля, а газета датирована пятым числом…

— Скажи, а как так получилось, что заметка в «МК» появилась на день раньше, чем умер Омаров? А вот девчонка погибла как раз в тот день, когда я… Ты кого пытаешься нае…ть, Брюс? — С этими словами Кирилл закрыл крышку коробки от сигар.

Улыбка пропала с лица куратора. Он зло взглянул на кого-то за кадром.

— Вот же жопорукие! Прокололись на такой мелочи, — прошипел Брюс и снова попытался натянуть улыбку на лицо. — Экзекутор, не стоит агриться…

— Агриться? Ты заговорил компьютерным сленгом? Брюс, я прошу всего лишь об одном: дай мне возможность поговорить с Мастером Паролей. Я не хочу лишних жертв…

— Хорошо, Экзекутор! Тогда сыграем в жизнь! Пусть будет, как в игре: пройдешь двух боссов и поговоришь. Вон один как раз за твоей спиной, а второй… Второй будет сюрпризом. Рю! Это тот, кто спалил твою деревню! — воскликнул Брюс, обращаясь к неподвижному чучелу за спиной Кирилла.

В мгновение ока ниндзя подхватил меч с пола и наставил его на Экзекутора. Ножны сорвались с лезвия, полетели в Кирилла. Сам собой включился режим «слоумо», и Кирилл успел уклониться от летящего футляра. Железная окантовка могла пробить череп, но сейчас она влетела в экран телевизора, и тот замерцал битыми пикселями.

— Друг, я не хочу тебя убивать, — сказал Кирилл, направив пистолет на черную фигуру.

— Ты сам найдешь здесь смерть, — прогудел ниндзя и прыжком вскочил на ноги.

Он поднял меч на уровень плеча и выставил острие параллельно полу. Кирилл пожал плечами, мол, как знаешь.

Выстрелы прозвучали в тишине большого дома громовыми раскатами. Четыре пули устремились к человеку, затянутому в чёрное: две в ноги, две в руки. Кирилл не хотел убивать сошедшего с ума игрока, да и пистолетные пули всегда были гораздо эффективнее меча… ну, или Кирилл так думал раньше.

Ниндзя ловко подставил меч, и все четыре смертельные пчелы ударились о сталь. Пули впились в обшивку кресел, в стены, ещё куда-то, но не в человеческую плоть.

В следующий миг ниндзя легким подкатом оказался возле Экзекутора, и в его глазах мелькнул приговор: «Смерть!»

Свист рассекаемого воздуха прозвенел тоньше комариного писка. Кириллу пришлось выгнуться назад, чтобы сохранить голову на плечах.

Его рука наткнулась на ножны, и Кирилл дернул их на себя. Следующий взмах Экзекутор встретил ножнами. Секундной заминки хватило, чтобы ударить ниндзя локтем в скулу. Голова игрока в «Ниндзя Гайден» мотнулась в сторону. Кирилл воспользовался этим, чтобы снова нажать на спусковой крючок.

Увы, пули снова пролетели мимо. Ниндзя изогнулся в невообразимом пируэте и ударил коленом по руке с пистолетом. Как ни старался Кирилл удержать рукоятку, но оружие всё-таки подскочило в воздух. В следующий миг сталь меча разрубила сталь пистолета. На ковер упали две половинки.

Кирилл остался только с ножнами.

Снова свист воздуха. Кирилл парировал и провалил меч вниз. Они оказались спина к спине. Кирилл ударил затылком, чтобы достать голову ниндзя. Тот отклонился и ударил мечом назад. Кирилл подставил ножны, и меч, как по маслу, вошел в родной дом.

Удар ребром ладони сверху. Меч упал на ковер. Противники отскочили друг от друга.

Теперь они оба были безоружны — по крайней мере, так казалось Кириллу до того момента, пока ниндзя не выхватил сюрикены. Два кинжальных лезвия блеснули в свете ламп.

Ниндзя бросился вперед.

Кирилл подхватил сигарную коробку и швырнул в ответ. Ниндзя отмахнулся сюрикеном. Из коробки вылетели красноватые пачки.

Отвлечения внимания хватило на удар по креслу. Ниндзя взмыл в воздух, пропуская сиденье под собой, в этот момент Кирилл кинулся следом за креслом. В то место, где только что стояла его нога, воткнулся сюрикен.

Перекат по ковру завершился тем, что Кирилл успел перехватить меч. Следующий сюрикен он отбил так же, как недавно ниндзя отбивал пули. Ножны оказались в левой руке.

Рю тут же выхватил новые сюрикены. Два человека на миг застыли друг перед другом, как персонажи японского аниме, и гостиная наполнилась звоном металла о металл.

Свист разрезаемого воздуха перемежался хеканьем и шарканьем по ковру. Лампы отражались в полосах стали и слепили воинов.

Сколько продолжался бой? Пять минут? Десять? Вечность? Преимущество было то на стороне одного, то на стороне другого. Эффект «слоумо» не помогал — ниндзя тоже обладал им.

Кирилл вспомнил свой бой против десятерых подобных воинов. Стремительные, подлые, резкие. Кирилл был настороже, но всё-таки вскрикнул, когда лезвие сюрикена прорезало ткань брюк. На ковер упали капли крови.

Царапина, но болезненная.

В ответ Кирилл ударил эфесом под жестяной околыш.

Голова ниндзя непроизвольно качнулась назад, и горло оказалось незащищенным. Кирилл воспользовался ситуацией и махнул мечом. Сталь разрезала плоть.

«Рю» зажал рану и отступил назад. Помня о подлости ниндзя, которые запросто могут притвориться мертвыми, Кирилл вонзил меч в грудь игрока — в то самое место, где бешено билось сердце.

Один босс оказался повержен.

Кирилл вытащил меч, подождал, пока затихнут судороги неизвестного человека, и пошел вперед, к коридору. Он не знал, где был спрятан Мастер Паролей, но шел, как будто его вела невидимая нить. Впереди был ещё один босс, если верить Брюсу. И этот босс вряд ли будет легче предыдущего.

21

«Жизнь отличается от сказки тем, что в первой совсем не хочется узнать конец, будь он хоть трижды счастливый»

Автор неизвестен

Кирилл вошел в спортивный зал, где прежде жил Рю. Почему-то невидимая нить привела его именно сюда. Кроме виденных ранее тренировочных снарядов, в зале появились три виртуальные площадки.

Широкие блины на полу, казалось, ждали трех игроков. Они чернели материалом покрытия, а тумбы с поддерживающими тросами белели полуразрушенными колоннами Колизея.

В конце зала, на сложенных матах, в позе лотоса восседал Сергей — тот самый «студент», который заговорил с Кириллом во время первого знакомства с Вселенной «L.i.L». Серафим с позывным «Волк».

— Серега? Ты второй босс? — склонил голову Кирилл.

Его коллега легко спрыгнул с матов. Вот только что он сидел, скрестив ноги, а в следующий момент взвился в воздух и словно воткнул ступни в пол. Он с улыбкой вытащил из-за спины УЗИ и направил на Кирилла. Черный зрачок смотрел точно в лоб Экзекутора.

Руки Экзекутора непроизвольно подняли меч мертвого ниндзя. Интересно, а Кирилл сможет отразить все пули так же ловко, как это сделал Рю? Вряд ли.

— Ты не Рю, — словно услышал мысли Экзекутора Волк. — Ты не сможешь отразить автоматную очередь.

— Серег, ты всё знаешь? — спросил Кирилл.

— Да, — спокойно ответил тот, пожав плечами. — И что?

— Ведь ты убил двоих беззащитных девчонок…

— Троих, — поправил Волк. — Пока ты играл в Крестовые походы, я шлепнул ещё одну.

Желваки Кирилла пару раз дернулись.

— И ты считаешь это нормальным?

— Нет, конечно же, нет. Но если мы не сделаем этого, то это сделают другие. В Даркнете больше месяца идет реклама охоты на эльфиек. Объявлена награда за живых или мертвых. И если мы их не грохнем, то их разорвут другие игроки Вселенной. Знал бы ты, как жестко этих телок трахают на камеру! — сплюнул Волк. — Особо отличившимся Вселенная скидывает солидный шмот и нереальную прибавку кредитов. Телок не так уж и много осталось, надо успеть добить всех, чтобы выиграть главный приз.

Кирилл раздумывал: если он сейчас метнет меч, то каковы шансы выжить после очереди из УЗИ? Пока что получался мизерный процент: всего-то одна десятитысячная из ста.

М-да, с таким процентом вряд ли удастся вернуться. Что же делать? Пока что остается вести разговор. Если разговаривает, то не выстрелит, пока не скажет всё, что накипело.

— Серега…

— Волк. Теперь я только Волк, — снова сплюнул серафим.

— Добро, Волк… Я не пойму только одного: ты же недавно был нормальным пацаном. Я даже собирался позвать тебя в гости, собрался попросить стать крестным сыну… Что же с тобой случилось? Почему ты вот так…

Волк усмехнулся. Его рука с УЗИ не дрожала, будто четыре килограмма ничего не весили.

— Что со мной случилось? Просто мозг чуть-чуть перестроился. Кем я был до Вселенной? Всего лишь одним из тех трудяг, на ком пашут от зари до зари. Я получал копейки, лишь бы штаны не свалились, а мои работодатели катались на «Лексусах» и жрали в лучших ресторанах… Они воровали с завода всё, что только могли, а недостачу списывали на работяг. Но стоило заикнуться об этом, как тебя сразу же пенделем под жопу посылали за ворота. Мало того, вносили в «черный список» как неблагонадежного, и хрен потом найдешь нормальную зарплату. Я был ломовым ослом, бессловесной тварью, тем, кому трахали мозги все подряд, начиная от властей и заканчивая бухим сантехником. Но когда я перестал задумываться о том, где завтра взять пожрать и чем накормлю пса… Тогда во мне что-то сломалось.

— И что? Стоит ради бабла убивать?

— Стоит, — устало выдохнул Волк. — Они всё равно сдохнут, рано или поздно, а мне на счет упадет чуть больше монет…

— Но это же живые люди!

— Это те же боты, за которых даются призы!

— Да какие же это боты?! Мы с тобой тоже состоим из плоти и крови, такие же, как они!

— Нет, мы с тобой наводим порядок, а они только срут и убивают планету. Им не стоит топтать землю, им лучше в ней лежать…

— Не нам решать, кому жить, а кому умирать, — ответил Кирилл.

— А кому, как не нам? Кто взял себе право решать? Сильнейшие мира сего? Да я любого «сильнейшего» завалю с одного выстрела! Меня могут завалить, с трудом, но могут, однако и я способен грохнуть каждого, кто встанет на моем пути к солнечному Таю. Как только эта бодяга с бабами закончится, я тут же сорвусь за границу. Бабла хватит на первое время, а потом я останусь там. И буду оттуда работать. Двенадцать часов посерафимить, а потом греть булки на горячем песке. Это же рай… Экзекутор, тебе предложили то же самое. Если ты не выберешь это, то мне придется…

— Но у тебя в башке будет чип!

— Да и насрать! Нас с детства контролируют. С детского садика орут, чтобы мы не бегали, в школе гавкали, чтобы вели себя тихо, в студентах трындели, чтобы заткнулись и не ходили на митинги. Всю жизнь указывают, что делать, чтобы стать бессловесной тварью, которая только способна вкалывать, бухать и жаловаться! Пока жалуешься, ты безопасен. Пока ноешь, ты беспомощное говно. Как только взял в руки оружие, тебя надо уничтожить — сразу, без слов!

Кирилл опустил меч. Переубедить Сергея было нереально, но хотя бы можно выиграть время. Можно было чуть приблизиться… Он сделал шаг чуть вперед и влево, как будто устал стоять на ноге, на которой зияла открытая рана. Волк тут же выстрелил в пол, щепки взметнулись в воздух возле ступни Кирилла.

— Экзекутор, я вижу все твои уловки. Я знаю всё, что ты можешь сделать. Не стоит испытывать судьбу. Я был первым в таблице серафимов, а ты всегда дышал мне в задницу…

— Так это ты был белой линией? Я спрашивал у Андрея, но он мне не ответил.

— Твой Андрей — лох! Ему не надо было пороть горячку, а прийти, покаяться и попросить забрать свою бабу. Может быть, тогда мы бы сейчас не стояли, а отпаивались чаем за здоровье крестника!

— Андрей прав. И я не хочу, чтобы мной управляли и манипулировали, — стиснув зубы, проговорил Кирилл. — И думаю, что тебе помогали в игре, чтобы ты всегда был первым.

— Я всегда был первым, — улыбнулся Волк. — Ты меня первого увидел на въезде, потом с первым заговорил. Даже убил меня первого на проверке. Тогда я взял себе ник Царь, чтобы подчеркнуть твою никчемность…

— Так это ты — Царь? Ты был тем самым белобрысым гандоном? Сюрприз, ничего не скажешь! — ответил Кирилл. — И как эту хрень провернули с охраной?

— А всё просто, Экзекутор! Мы все под чипами видим то, что нам покажут. Михаил Анатольевич с Брюсом просто встречали гостей и щелкали пальцами, заставляя их выполнять заданную программу. Всех надо было ввести в режим раздражения, поэтому каждый увидел одного из серафимов, который или нагрубил, или вывел из себя кандидата. Я должен был раздражать следующего… Тебя. Видел, как потом Анатольич трем чувакам щелкнул пальцами перед хлебалами, а те почапали по домам? Он им сказал пароль повиновения. Приказал забыть склад и всё-всё-всё. Так же было и с остальными, которые не прошли тесты. Только мы впятером остались.

— Уже вчетвером, — буркнул Кирилл. — Льва уже не вернуть…

— Да и хрен с ним, со Львом! Он сам виноват, — махнул свободной рукой Волк. — Главное — что мы остались! Мы живы, и мы можем делать неплохие деньги. Чего ты башкой мотаешь, Экзекутор? Вот же ты урод… надо было тебя сразу валить, а не базары разводить… Ладно, какое твоё последнее желание?

Кирилл отбросил в сторону меч. Всё равно эта полоска стали будет только мешать, если придется броситься в сторону.

— Я хочу попробовать тебя в дуэли. — Экзекутор показал на круглые площадки. — Хочу предложить пари. Если я выиграю, то ты отходишь в сторону, если проиграю, то…

Сергей заколебался. Он молчал, но было видно, что вызов Экзекутора ударил в самое больное место.

— Или ссышь, что я тебя обойду по показателям? — презрительно скривился Кирилл.

— А это будет интересно! Убить я тебя всегда успею, так что… Давай, Экзекутор, проверим наши силы. Так и быть, я позволю тебе выбрать карту, — хмыкнул Волк и откинул УЗИ. — Мне всегда хотелось тебе отомстить в виртуале…

Автомат шлепнулся на маты.

Экзекутор и Волк встали на две площадки по разным сторонам зала. Между ними была ещё одна. Словно черное болотце, которое затягивало в виртуальную реальность. Всего десяток метров отделял их друг от друга, но Экзекутор понимал: стоит ему сейчас броситься на Волка, и тот победит. Мало того, что после выматывающего боя с Рю тело ломило, так ещё и кровь не хотела останавливаться. Скорее всего, ниндзя смазал свои сюрикены каким-то веществом, затрудняющим свертываемость крови.

Наконец, костюмы были надеты, и оставались только шлемы. Кирилл взглянул на Сергея:

— В любом случае, мне было приятно с тобой работать.

Волк в ответ только хмыкнул.

Шлемы они надели одновременно.

Погружение произошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1

Кирилл успел задать карту. Можно взять всего два вида оружия. Боекомплект ограничен. Дуэль.

Экипировку Экзекутор предпочел легкую, бронежилет — прочный, но не стесняющий движений. Помимо привычного пистолета он ещё взял Steyr Scout. Всё для легкого и быстрого перемещения. Скорости могла помешать рана на ноге, но если взять броню покрепче и вооружение помощнее, то он вообще предстанет перед Волком мишенью в детском тире.

Вспышка перед глазами на миг ослепила. Кирилл сразу же откатился назад и влево, уходя с линии огня.

Карта была одной из любимых Экзекутором — постапокалиптическая Москва, Красная площадь. Сгоревшая техника, баррикады, мусор и вековая пыль. Взорванный Мавзолей. Кирилл знал местность как свои пять пальцев, к тому же помнил об одном сюрпризе, на который и рассчитывал при выборе карты.

Ещё один перекат — и Экзекутор оказался под защитой брошенного БТР. Пуля Волка взвизгнула в том месте, где недавно был игрок. Брусчатка брызнула острым крошевом.

Кирилл бросил взгляд на след от пули. Ага, Волк вошел в игру недалеко от Мавзолея. Что ж, до места сюрприза ему предстояло пройти около пятидесяти метров. Хреново, но место входа не выбираешь — игра распределяет рандомно.

В десяти метрах от БТР валялся сгоревший мусорный контейнер, вот к нему и рванул Экзекутор. На бегу он «прокачал маятник», то есть остановился, нырнул в сторону, тут же замер и рванул в другую сторону.

Волк попался на уловку, и две пули снова выбили крошку там, где уже не было Экзекутора.

Кирилл успел поймать взглядом фигуру Волка. Тот скрывался за черным от копоти джипом. Как и предполагал Кирилл, Волк надел свой любимый костюм под номером семь. Щитки, шлем, наколенники, броня. Тяжелый костюм, не для ведения активных боевых действий. С таким лучше засесть в засаду и отстреливать бегущих, самому принимая пули на излете.

Но его надо было выманить!

Кирилл снова взял на вооружение технику борьбы против трех снайперов в пустыне. Там он тоже успешно применил маятник, но кроме этого…

Кирилл поднял палку, нацепил на конец шапку и чуть выдвинул её из-за металлического бока. Шляпа тут же слетела, сорванная меткой пулей.

Ага! Ещё один патрон минус!

Уже четыре патрона израсходовано!

Осталось шесть…

В следующий миг Кирилл отбросил палку назад. Как только она коснулась грязной брусчатки, он тут же нырнул вперед, перекатился через голову и распластался за сваленными горкой кирпичами. Пуля разбила крайний кирпич. Осколок обожжённой глины рванул по щеке, убавив здоровья на 5 единиц.

Да плевать! Это мелочь.

Зато из-за груды можно попытаться выстрелить в ответ.

Кирилл усмирил дыхание, выждал два удара сердца. Вскочил и навскидку сделал два выстрела.

Одна пуля чиркнула по шлему Волка, так, что голова мотнулась в сторону, вторая взвизгнула рядом. Кирилл тут же упал обратно — вовремя: как раз со стороны Волка прилетел ещё один свинцовый «подарок».

У Волка осталось четыре пули…

До сюрприза оставалось около тридцати метров. Кирилл подполз к краю кучи, сгруппировался и прыгнул вперед. Два шага — и откат, следующим должен быть прыжок в сторону.

Волк «прочитал» маневр Экзекутора, и в бок Кирилла впилась раскаленная пчела. Тут же с его полоски половину здоровья словно корова языком слизала. Пуля сбила прыжок. Экзекутор покатился по брусчатке. Вторая пуля ударила в ногу, вырвав ещё тридцать процентов.

Кирилл изо всех сил рванулся вперед, скрывшись за сваленными в кучу автомобильными шинами. Он прислонился спиной к пыльной ребристой поверхности и открыл инвентарь…

Черт побери! В режиме дуэли не предусмотрены аптечки!

Придется выживать с пятнадцатью процентами жизни…

— Как дела, Экзекутор? — окликнул его Волк со стороны своего убежища.

— Всё нормально, лежу, ромашки нюхаю! — отозвался Экзекутор.

— Может, сдашься? Хорош дурака валять!

— Давай лучше ты сдашься? — Кирилл на миг выглянул наружу и снова спрятался.

Как же так? Почему у Волка не убавилось здоровья? Неужели он включил какие-нибудь неведомые читы?

Нет, понятно, что это не критическое попадание в голову, не хэдшот, но всё же какой-то процент должен был уйти.

— Понравилось? — окликнул Волк. — Вот и у тебя будут такие же показатели, когда перейдешь к нам. Экзекутор, переходи на темную сторону! У нас тут тьма, порок и ещё есть печеньки!

Последние фразы были спародированы голосом Дарта Вейдера из «Звездных войн».

— Да вот хрен тебе, мне и тут неплохо солнце светит! Ты чего там, читером заделался? Без читов уже ляхи трясутся? Боишься, что я тебе хлебальник начищу? — отозвался Экзекутор.

— Да пошел ты! Я и без читов тебя размотаю, — отозвался Волк. — Отключаю!

Кирилл только криво усмехнулся. Ладно, пусть болтает. Сейчас надо было прорываться к поваленной синей ели и заодно поставить ловушку. Он вытащил пистолет, проверил магазин и приготовился.

Всего два патрона у Волка. Всего два. Он вряд ли сможет так хорошо попадать из пистолета, как из винтовки. Сергей теперь будет стрелять только наверняка. Кирилл сделал ставку именно на это и, помахав рукой с одной стороны груды шин, тут же дернул в другую.

Он бежал так быстро, как не бегал никогда. Сейчас его жизнь зависела от скорости. Всего двадцать метров по относительно чистому пространству…

Всё это время он стрелял по направлению джипа из пистолета. Стрелял наугад, даже не целясь, лишь бы заставить Волка затаиться, залечь под защиту сгоревшей машины. Со стороны джипа тоже раздались выстрелы, но в этот период фортуна повернулась лицом к Экзекутору, и он пронесся невредимым.

Эта тактика принесла определенный успех, вот только винтовка выпала на расстоянии десяти метров от поваленной голубой ели. Последний выстрел из пистолета совпал с последним прыжком Экзекутора.

Кирилл выматерился сквозь зубы. Постарался сделать так, чтобы Волк услышал.

Хохот раздался со стороны джипа, когда Волк поднялся в полный рост и вышел из-за укрытия.

— Ну ты и лошара, Экзекутор! Всегда был вторым и вторым останешься. Даже волыну потерял, марамой…

Кирилл осторожно выглянул наружу. Через ветви голубой ели была видна фигура Волка, который неторопливо приближался к месту укрытия.

— Может, в рукопашку? — подал голос Кирилл.

— Ага, вылезай и помашемся, — хохотнул Волк.

Он был в пятнадцати метрах… в тринадцати… в десяти… Ещё пять метров…

Кирилл покатился в невидимый провал — тот самый старый баг, который он в своё время нашел. Со стороны могло показаться, что Экзекутор просто прокатился по жиденькой траве, чтобы попытаться встать на ноги, но до ближайшего укрытия было около десяти метров, поэтому Волк не особенно обеспокоился. Он спокойно поднял свою винтовку, прицелился и…

В этот момент Экзекутор пропал. То есть он катился по траве, а в следующий миг исчез. Он не мог выйти из Вселенной, так как этому предшествовала разбивка тела на пиксели и сгорание во вспышке света.

Волк от неожиданности даже чуть присел, но это не спасло его от пули в затылок. Могучий воин продолжал стоять в бронекостюме, но его полоска здоровья уже стала черной.

Экзекутор оказался сзади своего оппонента, применив один из багов Вселенной. Он вынырнул из провала, подхватил «оброненную» винтовку и всадил пулю в самое слабое место костюма под номером семь.

Пиксели от окровавленного шлема Волка понеслись вверх, в пасмурное небо постапокалиптической Москвы, где выстроились в два слова:

EXSECUTOR WINS

Следующими словами, которые увидел Экзекутор, были:

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

Кирилл со вздохом облегчения снял шлем. Нога продолжала болеть, но теперь это уже не было таким важным.

Волк отшвырнул шлем прочь. Его лицо исказила гримаса гнева:

— Ты воспользовался багом!

— А ты — читами, — резонно возразил Кирилл. — Так что мы равны, но я победил в этой схватке!

Волк хотел что-то ещё сказать, но в последний момент сдержался. Он стянул с себя костюм и проговорил:

— Удачи тебе, Экзекутор! Это был хороший бой. Надеюсь, что мы с тобой больше никогда не увидимся. В следующий раз я тебе не спущу.

— Спасибо, Волк! — кивнул Кирилл. — Спасибо, Серега!

— Называй меня Волком, — помотал тот головой. — И, да, Мастер Паролей находится вон за той дверью.

Волк показал на малоприметную дверцу чуть в стороне от матов. Когда Кирилл проходил мимо УЗИ, его взгляд невольно упал на автомат, но он сдержался.

Кирилл толкнул небольшую дверь и переступил порог комнаты.

22

«… Когда что-то меняется у тебя в голове, то это почти всегда необратимо»

Стивен Кинг

Комната напоминала склад антиквариата, где вычурные винтажные стулья соседствовали с высокими канделябрами и большими часами. Во всю стену возвышался массивный шкаф с книгами. Судя по корешкам, хозяин комнаты очень любил программирование и компьютеры. Сверху свисала большая хрустальная люстра.

Прямоугольный стол приткнулся в углу, на клеенке уныло белели заляпанные кружки, банки с кофе, открытая коробка с сахаром, грязные тарелки с вилками. В центре комнаты раскинул плечи мощный кожаный диван. Из-за спинки дивана виднелась розовая плешь, окаймленная венчиком седых волос. Мужчина закинул морщинистые руки за голову и наблюдал за тем, как на экране два компьютерных воина лихо расправлялись с толпой зомби.

— Добрый день, — после секундной паузы произнес Кирилл.

Плешь покачнулась и на Кирилла взглянули слезящиеся глаза пожилого человека. Его губы чуть дернулись и разъехались в стороны, демонстрируя железные зубы.

— Судя по вашему виду, день не очень добрый, молодой человек, — ответил хозяин комнаты.

— Скажите, это вы — Мастер Паролей, Семен Алексеевич Латышев? — спросил Кирилл.

— А если я отвечу, что нет? Как вы тогда себя почувствуете?

— Ещё хуже, — признался Кирилл. — Поэтому лучше вам быть Мастером Паролей.

— А вы умеете убеждать, товарищ Полозов, — снова улыбнулся пожилой человек. — Да, я Семен Алексеевич. Мастер Паролей.

У Кирилла словно гора с плеч сорвалась. И вместе с тем пришла такая усталость, как будто он в одиночку перепахал колхозное поле.

— Мне нужны два пароля, — сказал Кирилл. — Для меня и для Марины… — только сейчас Кирилл понял, что не знает фамилии девушки Андрея. — Для Марины-эльфийки…

— Я понял вас, — кивнул Латышев. — Это девушка бывшего помощника Андрея?

Кирилл согласно опустил веки.

— Хотите уйти из Вселенной? Что же, это возможно. Я не вижу препятствий к этому. Но вот только… Знаете, товарищ Полозов, я заметил у вас некую излишнюю нервозность при выполнении заданий. Вы спросите — в чем это выражается? Вот, посмотрите, — Латышев щелкнул пультом и на экране возникли стены Иерусалима.

Кирилл увидел себя со стороны, как он подкрадывался к стоявшим людям, как ликвидировал крестоносцев. Как в небольшой комнате отдернул одеяло и…

— Вот видите, как неаккуратно вы убили Реймонда? А ведь достаточно было всего одного удара. Зачем вы нанесли три?

Кирилл пожал плечами.

— А со следующим? Тоже неаккуратно. Раньше вы были гораздо практичнее, скупее на удары. Позволите мне осмотреть вас?

— То есть как — осмотреть? — не понял Кирилл.

Латышев поднялся с дивана, прошел по мягкому ковру к Кириллу и потянулся к его затылку. Мастер Паролей оказался на две головы меньше Экзекутора, поэтому Кириллу пришлось наклониться. Мягкие пальцы паучьими лапками пробежались по позвоночному столбу.

— Я взгляну на вашу шею и спину. Мне не нравится ваше поведение в игре, а ведь вы один из моих любимчиков. Представьте себе, я в некотором роде даже болею за вас и всегда с удовольствием слежу за вашими работами. Конечно, жаль, что вы решили избавиться от чипа, но это ваш сознательный выбор. Я должен только убедиться, что с вашим чипом всё в… А вот это очень плохой знак…

Пальцы Латышева нажали на какие-то небольшие бугорки, более похожие на выдавленные прыщи. Он продолжал осматривать шею Экзекутора, всё больше и больше мрачнея.

— Да, это очень плохой знак… Такое я видел только у Гриши Малюева. Думаю, вы знакомы с ним лично. Нет? А-а-а, вы знаете его под ником Потрошитель.

— Что? — невольно отстранился Кирилл. — У меня такая же херня, как и у Потрошителя?

— Да, похожая… Чип разделился на две части и вытащить их будет проблематично. Вы нигде не ударялись головой, не попадали в аварию, не получали по шее на спарринге? Хотя, чтобы чип распался, надо ударить очень сильно…

Кирилл сперва мотал головой, отрицая предположения Латышева, но на последних словах замер. Тот январский вечер, когда Кабан поскользнулся на асфальте и его бита съездила Кириллу по башке…

Да нет, это невозможно!

— Было небольшое сотрясение, когда на меня напали местные гопники, — признался Кирилл.

— Охохонюшки-хо-хо, — покачал головой Латышев. — Это очень плохо, молодой человек. Извлечь чип можно, но…

— Что «но»? Договаривайте, — потребовал Кирилл.

— Возможны непредвиденные последствия. Потрошитель извлек чип сам и… Впрочем, вы знаете финал. Вы же принимали непосредственное участие в его ликвидации?

— Да, — опустил голову Кирилл.

— Потрошитель не мог себя сдерживать, когда видел перед собой живых людей. Что будет с вами после извлечения половины чипа — одному Всевышнему Администратору известно, — сказал Латышев. — Нет, мне не сложно назвать вам пароль. У вас он очень красив, запоминайте: «Желтый махаон кружится над оранжевым лотосом». Запомнили? Удивлены, что чип не вышел? Его надо произнести во время вашего Погружения, чтобы эффективно удалить. А вот пароль Марины гораздо прозаичнее, запоминайте…

Латышев взглянул за спину Кирилла и его глаза удивленно распахнулись. Кирилл на автомате вперился взглядом в зрачки Мастера Паролей и увидел в отражении Брюса Блека.

Куратор поднимал пистолет.

— Ты всё-таки добрался до финала, Экзекутор. Ну что, счастлив?

— Опустите пистолет, Брюс, мы же ещё можем поговорить…

— О чем нам говорить, Экзекутор? Ты убил моего любимца, а ведь мы с ним не один день тренировались… Мы же почти стали родными…

Кирилл не отрывал взгляда от зрачков Мастера Паролей. Надо было увидеть тот миг, когда указательный палец дрогнет.

— Вы обманули многих. Вы заставили итальянского мальчишку убить своего отца…

— Пфф, Экзекутор, Амадео сам виноват — он противился распространению Вселенной в своей стране. Как ни странно, но президент прислушивался к премьеру. Пришлось зайти через Донато. Он был очень хорошим мальчиком, надеюсь, что он когда-нибудь выйдет из психиатрической лечебницы.

— Вы твари… Неужели вам так важна эта ваша Вселенная? Это же всего лишь только игра!

В зрачках Латышева было видно, как Брюс усмехнулся. Нехорошая улыбка вышла у человека, похожего на почтальона Печкина. Очень нехорошая. Так могут улыбаться шакалы перед тем, как вонзить зубы в горло издыхающего льва.

— Это не игра. Это власть. Через чипы мы можем контролировать весь мир. Представляешь, Кирилл, весь мир!!! Это же мечта всех диктаторов, а мы сделали это играючи… Ха. Ха-ха-ха. Каламбур такой получился. Захватили мир играючи…

— Да вы психи! — Кирилл едва не отпрыгнул, когда Мастер Паролей моргнул. — Нет, вы реально психи!

— Как раз мы гении, Экзекутор. Мы переводим людей на новый этап развития. Люди будут развиваться и видеть свои цифровые показатели. Люди будут играть и жить! Люди будут счастливы! А кто не будет счастлив, того мы просто устраним. Вы устраните, серафимы…

— А вот хреном тебе через все рыло не прилетало?

В зрачках отразилась гримаса гнева, пистолет чуть дрогнул.

Счет пошел даже не на секунды — на мгновения.

Кирилл кинулся вправо и тут же прозвучал грохот выстрела. Экзекутора ударом в плечо отбросило на стол, он инстинктивно подхватил грязную вилку и метнул её туда, где должен находиться Брюс. Следующая пуля пробила дыру в стене над головой Кирилла. Он пригнулся, обхватив голову руками, готовый броситься в сторону.

Больше выстрелов не последовало — Брюс зажимал рукой шею, а кровь вылетала тонкими струйками между пальцев. Вилка торчала блестящим штырем из сонной артерии, как будто Блек так сильно напился, что перепутал рот и шею местами. Неправильно закусил…

Брюс что-то пытался произнести, но из горла вырвался только птичий клекот.

Поднять пистолет не получалось — оружие выпало из ослабевшей руки и мягко ткнулось в краснеющий ковер. Следом за пистолетом на ковер осел Блек. Он продолжал зажимать шею, но с каждой секундой поток крови только усиливался.

Кирилл выпрямился и застонал от боли — первая пуля всё нашла свою цель. Он зажал левое плечо и почувствовал, как палец провалился в дырку на спине. Пуля прошла навылет.

Экзекутор отбросил пистолет прочь от бледнеющего Блека. Выдернул вилку, и куратор захрипел, засучил ногами.

Никакой жалости. Всего лишь борьба за жизнь.

Кирилл повернулся к Латышеву и на миг замер — старик пытался закрыть рану на груди. Одной пулей Блек подстрелил сразу двух «зайцев». Не убил, но ранил. И если у Экзекутора пуля прошла навылет, то вот Латышеву пришлось ой как несладко.

Семен Алексеевич поманил Экзекутора к себе. Кирилл тут же подскочил, собираясь помочь… Перетянуть рану… Остановить кровь…

Старик оттолкнул руку Экзекутора от своей ладони и впился в браслет поисковых часов. Слабеющие пальцы выбили барабанную дробь и на зеленой сетке появился одинокий красный маячок.

Латышев ткнул в маячок пальцем и откинулся на диван. Его глаза продолжали жить, а вот сам он уже угасал на глазах.

— Это Марина? — спросил Кирилл.

Сил у старика хватило только на кивок. Обратно голову поднять Латышев уже не смог. Кирилл смотрел, как упала рука Семена Алексеевича, как тело медленно завалилось набок. Волшебник, способный вытащить чип из игрока одной лишь фразой, прекратил своё существование.

Экзекутор закрыл глаза Мастеру Паролей и направился к двери.

Брюс Блек затих на ковре. Кровь уже не сочилась из раны, а медленно тянулась, словно остатки бурой жидкости старались выбраться наружу. Старались увидеть свет в последний раз перед свертыванием.

Кирилл поднял пистолет и, зажав плечо ладонью, вышел из комнатки. Впереди ещё была охрана, которая должна слышать выстрел и сейчас мчалась со всех ног к дому.

23

«Никаких галлюцинаций не существует.

Просто галлюцинирующий видит то, что мы не видим, а мы видим то, что не видно ему»

Владимир Войнович

Пройдя сквозь дом Блека, Кирилл не встретил ни одной живой души. Мертвый ниндзя лежал там же, где Экзекутор его оставил. Красно-черная морская звезда на персидском ковре. Игрок, которому не повезло.

Кирилл взглянул на ногу — кровь от пореза продолжала сочиться. Скорее всего, сюрикен был смазан каким-то средством, мешающим свертыванию крови. Также кровь пропитала насквозь куртку на плече. Пятно поблескивало при свете многочисленных ламп…

Слишком много убийств за последнее время. Вообще слишком много убийств. Кирилл же шел просто играть. Шел просто заработать денег на квартиру, а теперь…

В голове Экзекутора начало мутиться. Сказывалась потеря крови. Он шел как в плохом боевике, покачиваясь из стороны в сторону, цепляясь за дверные косяки и стараясь не упасть. И в то же время рука не дрожала. Пистолет был готов выплюнуть свинцовые подарки тем, кто попытается его задержать.

Свежий воздух освежил голову, придал немного сил. Кирилл двинулся к воротам. Он ожидал увидеть охранников и даже готовился вступить в перестрелку, чтобы дороже продать свою жизнь. Вряд ли он выберется, но умирать просто так он не намерен. Однако, на дорожке никого не оказалось, а возле ворот ему махал рукой какой-то человек.

Сквозь дымку в глазах Кирилл узнал фигуру.

Андрей!

Бывший помощник!

— Ты как здесь? — едва не рухнул в объятия Андрея Кирилл.

Андрей показал часы с пульсирующим маячком. Такой же маячок, какой был у Кирилла. Вот только маячок Экзекутора был настроен на Марину, а у Андрея…

— За тобой приехал. Знал, что ты хрен справишься. Добыл пароли? Черт, как же ты хреново выглядишь…

— Пароль добыл только для себя. Блек грохнул Мастера Паролей прежде, чем тот успел сказать про Маринку… Ну, зато мы можем её найти — Латышев вбил координаты в поисковик, — Кирилл показал наручные часы с моргающим маячком. — Ты же по такому поисковику меня нашел?

— Ага, я с самого начала за тобой следил. А уж когда ты дернул геройствовать к Брюсу, то как тут удержаться? Фух, хоть что-то. Ладно, охрана скоро очухается, прилетят менты и… и вообще, пойдем. Не оглядывайся ты так, я их только усыпил. Не ты один тут крутышка! Я тоже не пальцем деланный…

Поддерживая Кирилла под руку, Андрей повел его к небольшой «Газели». Кирилл бухнулся в пропахшее бензином нутро автомобиля. Андрей резко стартовал и помчался по освещенному коридору между высокими заборами.

— А как… А что за пароль у тебя? — спросил Андрей, пока Кирилл накладывал на плечо повязку.

Ногу Экзекутор уже обработал и временно стянул края раны пластырем. Надо бы зашить, но для этого необходимо хотя бы на пятнадцать минут остановиться.

— Главное — не ржи. Я не знаю, кто придумал этот пароль, но он у меня звучит так: «Желтый махаон кружится над оранжевым лотосом». Чего ты лыбу давишь? Веди машину. У меня чип какой-то косячный, вроде как у Потрошителя. При извлечении может случиться всякое… Твою же мать! — поморщился Кирилл, когда Андрей не затормозил перед «лежачим полицейским».

— И что? Сейчас тебе надо войти во Вселенную, чтобы извлечь чип? — спросил Андрей.

— А ты что — не помнишь?

— Помню, что было больно, и помню, что всегда пароль произносили во время Погружения. Но как сейчас-то тебе погрузиться?

Кирилл помолчал. Он спросил спустя пару минут:

— Что с моими?

— С твоими всё нормально, — откликнулся Андрей. — Я сказал, что на твой банк наехали бандиты и ты просишь домашних временно скрыться. Как ты и говорил — Иван оказался нормальным мужиком. Он согласился спрятать их у себя. Всё нормально, Кирилл. Не переживай.

— Всё нормально… Ладно, Андрюх, прошлый раз я самопроизвольно погрузился, когда меня сзади по башке огрели. Похоже, что это реакция на болевой шок, вроде как организму надо было выплеснуть боль в виртуальность. Это может получиться и сейчас.

— Тебя надо по башке шарахнуть?

— Дурак ты, и шутки у тебя дурацкие, — скривился Кирилл. — Запомнил пароль?

Андрей кивнул, не отрывая взгляда от дороги.

— Повтори, — на всякий случай спросил Кирилл.

Андрей повторил всё в точности, как произнес Экзекутор. Даже интонацию постарался подобрать такую же.

— Тогда притормози вон в том закутке, — Кирилл показал на небольшой съезд. — Поэкспериментируем немного. На всякий случай достань аптечку…

Кирилл кивнул и воткнул большой палец в рану на плече. Тут же резкая боль пронзила тело, заставила выгнуться дугой на кресле. Затрещал ремень безопасности…

Как оказалось, ремень безопасности может быть очень опасен!

Экзекутору на миг показалось, что в его плечо воткнули раскаленную арматуру и прокрутили два раза.

Тут же разум попытался абстрагироваться и перед глазами заплясали слова:

Погружение произошло удовлетворительно

Симуляция начнется через 3… 2… 1

Вселенная вспыхнула обжигающим огнем, а когда зрение прояснилось, то перед его взором зеленела трава, чуть дальше возвышались знакомые джунгли Мильдораноиса. Экзекутор лежал ничком, но не связанный, а словно уснувший и неожиданно проснувшийся.

Рядом на корточках присел один из «Черных пантер». Он что-то неразборчиво пробормотал, а потом протянул руку с острыми когтями к шее Экзекутора. На миг показалось, что один из позвонков вырвался наружу и оказался в когтях «пантеры».

Но это позвонок Экзекутора! Он ему нужен!

Попытка же Экзекутора не увенчалась успехом — он оказался так слаб, что не смог даже поднять руку. Серафим обозлился на себя, прикусил губу так, что во рту показался соленый привкус крови и попытался сделать это снова. На сей раз рука дрогнула и поднялась. Когда же Экзекутор попытался протянуть руку и забрать позвонок у «пантеры», рядом появилась ещё одна фигура в чёрном.

Второй фигурой оказалась ещё одна «пантера», только уже не с золотыми когтями, а с обычными. И с длинным мачете. Фигура напала на первую и между ними завязался бой не на жизнь, а на смерть.

«Золотые когти» отбросил противника и с разворота влепил ногой в грудь. «Обычные когти» перекувырнулся в воздухе два раза, по-кошачьи выгнулся дугой и приземлился на ноги. «Обычный» бросился вперед и отличным хуком отбросил «золотого» от лежащего Экзекутора. Пока противник отлетал, «обычный» поймал его за руку, дернул на себя и воткнул пятку в ребра. Туда, где должно биться сердце.

В последний миг «золотой» чуть отвел удар, но хруст сломанных ребер явно вывел счет не в его пользу. Танцевальным пируэтом «золотой» увернулся от ещё одного жесткого удара и подсечкой швырнул врага на траву.

Экзекутор следил, как над хитпоинтами пантер появлялись и исчезали цифры со знаком минус, а сами полоски понемногу из красных становились черными.

Преимущество было то на стороне одного воина, то на стороне другого. Мачете рухнуло с неба возле Экзекутора и срезало три травинки. Лезвие оказалось окровавленным. И пахло настоящей кровью.

Чья это кровь? Первого? Второго?

Силы возвращались. Очень медленно, по капле, но возвращались. Вот уже Экзекутор смог подняться на колени. Черные фигуры продолжали скользить друг возле друга и обмениваться ударами. Всё-таки «пантера» с белыми когтями одерживала верх. Удары были гораздо точнее, почти всегда находили цель, а вот «золотой» устал, всё реже он пытался контратаковать, всё чаще отлетал назад после резких и хлестких ударов.

Но первый боец был возле Экзекутора в тот момент, когда он очутился в мире вечнозеленых джунглей и ничего не сделал ему.

А был ли позвонок в руке «пантеры»? А может это не позвонок, а ядовитое насекомое? И первый сражался на стороне Экзекутора?

Или же второй боец напал на первого, чтобы защитить Кирилла?

Вопросы отпали сами собой, когда «обычный» вытащил из-за отворота штанов небольшой нож и метнула его в сторону Экзекутора. Нож просвистел в воздухе и ожег здоровое бедро Кирилла. Экзекутор вздрогнул и метнул в ответ мачете.

Широкая полоса стали лопастью вертолета просвистела в воздухе и оказалась в руках второго бойца. Однако, сила броска и тяжесть мачете были так велики, что «пантера» не удержала оружие и мачете шваркнуло воина по щеке, обнажив красную щель.

Первый боец воспользовался заминкой и бросился ко второму. Экзекутор же почувствовал, как его начало клонить назад. Начало затягивать в текстуры компьютерного мира.

За пару секунд исчезли сражающиеся противники, изумрудные волны густых джунглей, крики птиц. Экзекутора влекло всё ниже и ниже к центру Вселенной, переворачивая и швыряя в разные стороны.

Где-то глубоко внизу разгоралось невыносимо яркое солнце. Оно притягивало к себе Экзекутора, как Земля притягивает пролетающие мимо метеориты. Тащило, старалось поглотить. Кирилл летел к светилу со скоростью выпущенной из автомата пули. Летел быстро и вскоре на полной скорости врезался в солнце. Врезался в невероятную белизну.

Глаза Кирилла наполнились слезами от яркого света. Кругом был только свет. Один лишь свет, какой бывает при пробуждении на операционном столе.

И покой…

Несмотря ни на что, сейчас в его сердце поселился покой. Такой покой возникает после трудных занятий в спортзале, хорошего массажа и горячей сауны. Не хотелось абсолютно ничего. Хотелось просто наслаждаться белым светом. Растворяться в бескрайней белизне и не возвращаться оттуда.

— Киря, мы ждем тебя-а-а, — донеслось откуда-то издалека.

Голос был знакомым, родным и близким. Он был таким необходимым, что Экзекутор принял сидячее положение. Это было в белизне, но в то же время это было на чем-то твердом.

— Киря, мы с Максимкой ждем тебя-а-а…

Людмила!!!

Раздался детский заливистый смех.

Сын… Макс…

Самый маленький дорогой человек на свете. Два самых родных человека в мире. Ради них стоит вернуться. Стоит вылететь из белизны. Из той белизны, которая ему нравилась.

И в этот мир, кроме родных звуков проникли маленькие жучки.

Кирилл так привык к белоснежной чистоте, что он посчитал кощунственным появление черных жучков. Эти наглецы встали в неровные ряды и испоганили всю картину белого мироздания. Жучки сложились в слова, а слова в знакомые предложения:

Выныривание произошло удовлетворительно

Симуляция закончится через 3… 2… 1

Свет пропал. Не совсем, но теперь он был не таким ярким. Кирилл продрал глаза. В них горел огонь, словно были заполнены песком. Кирилл снова лежал, но теперь не на траве, а на грязном снегу. Колючая черная наледь таяла на окровавленных руках. В красной жидкости плясали отблески недалекого пожарища.

Кирилл посмотрел в сторону огня и со стоном заставил себя подняться. Горела «Газель». Причем машина горела вместе с водителем. Андрей склонил голову на грудь и чернел силуаэтом в языках пламени, как будто заснул за рулем и никак не мог проснуться.

Кирилл пошел к машине, преодолевая боль в порезанных ногах…

Вторая тоже была ранена? Ведь до Погружения была только одна рана…

Неважно!

Пока ещё огонь не добрался до бензобака, Андрюху можно было спасти! Его можно вытащить!

Кирилл преодолел разделяющее расстояние так быстро, как только мог. И всё же ему показалось, что прошла вечность…

Обжигая ладонь, Экзекутор дернул дверь на себя. Та открылась.

— Андрюха! Андрюха, потерпи! — крикнул Кирилл, пытаясь отстегнуть помощника от кресла.

Как оказалось, ремень безопасности может быть очень опасен!

Ремень не хотел расстегиваться. Зато от тряски Андрей очнулся и посмотрел на Экзекутора. Кирилл отшатнулся — на щеке помощника алел большой порез.

Это… Это след от виртуального мачете?

Неужели это он убил Андрея? Что произошло во время виртуальности?

Итальянский мальчик убил своего отца, потому что увидел огромного орка, а Экзекутор…

— Спа-а-аси… Маринку… — прошелестел Андрей и раскрыл ладонь. — Теперь ты… свободен…

На грязной коже лежала половинка черной горошины и почерневшие часы-поисковик. Маячок, обозначающий местонахождение Экзекутора, уже не мерцал. Но не поисковик привлек внимание, а половинка той черной пилюли, которую Михаил Анатольевич поместил в Кирилла. Не полная круглая горошина, а всего лишь половина…

Экзекутор протянул руку за чипом, и в этот момент огонь добрался до бензобака.

Снова появился тот самый свет, который так слепил Кирилла в виртуальности. Потом возникло чувство полета, невероятное чувство, словно лежишь на морских волнах и тебя просто покачивает.

Покачивало недолго — твердая земля прервала блаженство, выбив дух.

Сознание помутилось. Целую минуту Экзекутор лежал без сознания. Потом сознание влетело в обожженное, покореженное тело резкой молнией и принесло так много боли, что Кирилл застонал от нахлынувших ощущений.

Чувствуя во рту вкус крови, он попытался встать на ноги. Шершавый сосновый ствол помог ему в этом. Экзекутор два раза срывался, падал в колючий снег, но снова поднимался. Недалеко гудела ярко полыхающая «Газель». Андрея не было видно внутри за языками пламени.

Кирилл попытался сделать шаг. Застонал от боли. Сделал второй. Третий.

Ноги превратились в искореженные фонарные столбы, которые нужно передвигать раз за разом, чтобы сделать очередной шаг. Какие же они неповоротливые. Какие же они тяжелые…

Чернота подтаявшего снега стала багровой от плясок огня позади бредущего Экзекутора. Багровые капли падали на черные кораллы и растапливали их, прожигая снег насквозь. Хрип вырывался из груди. Хотелось вдохнуть полной грудью, наполнить кровь кислородом, но каждый вдох причинял страдания. Похоже, что сломаны ребра.

Плевать! Нужно убраться отсюда!

Он шел прочь от горящей машины. Шел, держась руками за холодные металлические стенки высоких заборов.

Невообразимо тяжелые ноги. Невероятно тяжелые, как будто к каждой прицепили по сотне килограммов. И в то же время спину жег взгляд. Взгляд был также тяжел, как и ноги, он клонил к земле многотонной плитой.

Кто это смотрел?

Кирилл оглянулся, но никого не заметил. Лишь пылающая «Газель», лишь застывший навсегда помощник за рулем. Черный дым уносился в ночное небо, забирая с собой искры, чтобы затушить их на высоте.

Кирилл качнул головой вправо-влево и пошел дальше. Надо было уходить. Надо. Надо передвигать ноги. Надо оказаться отсюда как можно дальше. Теперь он свободен…

Экзекутор уходил от далеких полицейских сирен, от внимания людей, от внимания Вселенной. Теперь его явно будут искать. Но теперь он свободен! Его не найдут по маячку! Он призрак для игрового концерна, который вознамерился покорить мир. Но он злой призрак. Призрак мщения…

Экзекутор шел, сцепив зубы и подволакивая ногу. Изредка стоны вырывались под черное весеннее небо. Он шел, чтобы спасти свою семью.

Шел, чтобы спасти одну из эльфиек.

Шел…

Конец первой книги.

Content

Алексей Калинин
Экзекутор
Погружение

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23