Даниил Тихий

Поступь потерянных душ IV: Культ

Глава 1. Сфера миров

У меня, похоже, уже вошло в привычку очухиваться непонятно где, со скрипом вспоминая последние события, запечатлённые в памяти. Но этот случай, переплюнул все прочие в своей несуразности.

Во-первых, воск и ванна, выдолбленная прямо в полу. Хотя нет, не воск, но что-то очень на него похожее. Он тонким слоем покрывал мою кожу, схватывался, стоило ему вступить во взаимодействие с воздухом. Хотя по виду в ванне была обычная вода, вот только вода так не пахнет и не схватывается коркой поверх.

Ощущения были приятными, вода тёплой, а главное – ничего не болело. Значит, общинники всё же пришли на аварийный сигнал ППК, спасли. Странно только что помещение не похоже на медицинский сектор общины. И как оказалось это не единственная странность…

Поломанные и раздробленные пальцы оказались на месте. Вот только это были не мои пальцы. Кто-то ампутировал мои хваталки, а на кисти взамен родных пальцев красовался синтетический протез. Причём протез даже не старались хоть сколько-нибудь замаскировать под настоящее тело, белая синтетика здорово выделялась на фоне моей чуть смугловатой кожи. Проклятые коновалы! Разве обязательно было ампутировать два повреждённых пальца? Хотя… Может к тому моменту, когда меня нашли, я их отморозил? Или, например скризлы отгрызли, хрен его знает. Правда, наговаривать на врачей всё же не стоило, это я так, беззлобно. Работают пальцы-то, работают!

Плеснув водой и раздолбав восковую корку, я приподнял ногу. Шрамы на ступне есть – дырок от укуса и порванной кожи – нет. Следующим этапом встал, хм… самочувствие в норме.

– Ис, покажи, как меня вытаскивали из ямы.

– Не могу выполнить запрос. Слепка памяти нет в наличии, сбой в биотической системе. Я был отключён ровно в тот миг, когда носитель потерял сознание. Могу лишь предполагать – возможно подобное положение дел обусловлено вживлёнными в тело мутагенами. Раньше подобной проблемы не наблюдалось.

– Хрен редьки не слаще. Ладно, буду сам разбираться.

Вылез из ванны. Пол ледяной и пар изо рта валит, брррррр! Что-то я не помню, чтобы в медицинском секторе был такой дубарь. Быстро-быстро огляделся, обнаружил сложенные на металлическом столе вещи и полотенце, им и обтёрся.

Рюкзака в наличии не оказалось, разгрузка пуста, ножны от ножа есть, а вот его самого – нет. Автомата тоже не оставили. В берцах пара аккуратных заплаток, разгрузка зашита, и маска от крови вычищена… Стоп! Маска?!

Я чётко помнил, как она выскользнула из рук, мелькнув напоследок изгвазданным в крови стеклом, и улетела в пропасть. Кто-то спустился за ней? Да неее, бред! Может новая? Тоже нет, на стекле полно приметных царапин. Дурь какая-то, ну кто будет рисковать шкурой, и спускаться на дно ямы за моей маской?

Вопросов возникало всё больше, а ответов на них не было. Почему так холодно в этом секторе общины? Откуда тут взялась моя маска? Само помещение не очень-то смахивает на палату, да ещё и вещи лежат прямо тут, на месте. Кроме того мне ни разу их не давали в руки сразу по пробуждению, только после выписки.

Вся экипа приведена в порядок, даже потрёпанная разгрузка зашита. Да и меня вылечили. Но почему-то очень тревожно на душе. Ощущение неправильности происходящего вгрызалось в разум.

Включив подогрев в костюме, я внимательно к себе прислушался. Мутаген туманных охотников молчал, непонятно есть ли кто по ту сторону ржавой переборки. Кстати о ней, в закрытых секторах общины, как в прочем и в жилых чувствовалась рука человека. Люди постоянно что-то убирали, подкрашивали, строили, латали, приводили свой дом в божеский вид. А тут дверь задвижка из палаты покрыта ржой и серая от скопившейся на пластиковых элементах пыли. Да и сама палата это голые покрытые трещинами и побитые разрухой стены. Явно нет отопления, иначе, откуда по углам взяться инею? Хотя к самой ванне, утоплённый в пол шёл целый пласт проводов. И освещение есть, лампы вон по углам и не спрятанные кабеля, раскиданные прямо по потолку.

Странно, нужно разобраться, куда я попал. Может какое-то место внутри общины, где мне ещё не доводилось бывать? Аппаратуры медицинской тоже нет, пусто. Только металлический стол, на котором лежали вещи с полотенцем, да сама ванна.

Задвижка оказалась не заперта. Более того, на ней даже не было стандартных для таких дверей запоров. Толкнул рукой, и она со скрипом уехала в сторону. Выглянул, узкий туннель, в одном месте по потолку расползается иней, всюду грязь, но освещение есть. Откуда-то издали доноситься тихое гудение. Туда я и направил свои стопы. Где аппаратура там и люди, следящие, чтобы всё было в порядке, верно?

Коридор упёрся в ещё одну дверь заглушку. В отличие от первой тут всё работало, я приложил ладонь к табло, и преграда разъехалась в стороны тремя лепестками. Внутри пусто, ни единой живой души. Толстые провода, словно щупальца спрута числом в десяток штук свободно болтаются посреди помещения, беря своё начало в непонятном аппарате под потолком. Но гудение раздаётся вовсе не оттуда.

Шагнув за порог, непроизвольно вздрогнул. В помещении царил сумрак, а задвижка, вставшая на место, излишне громко взвизгнула, заставляя моё сердце забиться чаще. Вокруг тишина, нарушаемая лишь мерным гудением. Движения нет. Рассмотреть детали не выходит, под стенами поселился мрак, свет от ламп, туда не достаёт.

Я тихонько шагал вперёд, пока не упёрся в странный гудящий аппарат. Почему странный? Потому что выглядел он как пьедестал, на верхней плоскости которого расположилось непонятное устройство. Если попытаться его описать, то всё что я мог сказать, так это то, что своей формой оно напоминает разбитую на туевую тьму сегментов развёрнутую антенну. И каждый такой сегмент выполнен из зеркального материала.

Где-то за моей спиной раздался шорох, и я тут же крутнулся на месте, спросив во тьму – Кто здесь?!

– Тот, благодаря кому ты жив.

Голос ответившего едва не заставил меня подпрыгнуть на месте. Механический, полный скрипа, треска и гула. Будто говорил не человек, но киборг давно не использовавший свой речевой аппарат по назначению. К тому же он раздался вовсе не с той стороны, куда я пялился.

– Кто ты?

Волей неволей мне пришлось озираться по сторонам, и я видел тени. То тут, то там едва уловимое движение тревожило тьму у стен, но неизвестный не показывался на глаза.

– Моё имя Арк Слышащий. Если ты назовёшь себя брат, нам будет легче найти общий язык.

– Брат? – Что-то мне не нравилась такая фамильярность. – Не припоминаю у себя братьев с именем Арк!

В следующую секунду я буквально волосками на шее ощутил движение воздуха и понял, что неизвестный оказался прямо у меня за спиной.

– Не страшись того что не несёт тебе вреда. Мы помогли тебе, нас не стоит бояться. Обернись и узри своего названного брата отринувший цепи.

Я зажмурился, борясь с собственным опытом. Он кричал мне – Уходи рывком в сторону! Беги! – Но я не послушал. Внешне оставаясь спокойным, развернулся и открыл глаза.

Арк не был человеком. Бионик, синтетик, культист? Всё вместе? У меня не было верного ответа на вопрос кто он. Едва его увидев, я еле-еле сдержался чтобы не попятиться. Он возвышался надо мной почти на половину метра. Весь покрытый рунами, как вырезанными прямо на черепе, так и нарисованными на одежде. В его внешности проглядывало и кое-что человеческое, две руки, две ноги, голова, корпус. Но целый ворох модификаций, кибернетических щупов торчащих из-под плаща, ноги развёрнутые в обратную сторону… Встреть я нечто подобное в городе, не задумываясь открыл бы огонь.

– Кто ты? – Мой голос на этой фразе предательски дрогнул. Я уже видел эти руны, там за рекой. В ветеринарной клинике. Но те культисты не были модифицированы настолько сильно.

– Это долгий рассказ, а ты дезориентирован. Я расскажу тебе многое, ибо только тот, кто видит мир через призму истины, может изменить паутину вероятности.

– Я не понимаю…

Он старался не делать резких движений и не пугать меня. Но выглядел всё равно настолько внушительно что, даже бездействуя, внушал трепет. Тем более я не был дураком и прекрасно понял по его перемещениям внутри комнаты, что он может двигаться с поразительной скоростью. Чего стоит одно лишь его появление за моей спиной в мгновение ока.

Назвавшийся Арком, протянул руку для рукопожатия. – Начнём с чистого листа? Меня зовут Арк.

– Найд. – Я пожал его ладонь, внутренне ожидая какой-нибудь подлянки, но ничего страшного не произошло.

– Взгляни сюда – он повернулся к гудящему аппарату – что ты видишь?

Я посмотрел на зеркальный веер и ответил. – Неизвестное устройство.

– Это алтарь, а композиция из множества зеркал есть устройство вселенной.

– Вы покланяетесь ему?

– Нет, мы поклоняемся жизни, равновесию и свободе выбора.

Синтетик не смотря в мою сторону, протянул руку и указал на центр зеркального веера.

– Сосредоточие всего сущего это наша планета, Земля, Первоисточник. Остальные миры в сути своей есть лишь отражения Первоисточника. А что происходит с отражением, когда то, что его отбрасывает, меняется?

– Отражения тоже меняются? – Мне казалось, что я стою на пороге чего-то важного, настолько важного, что возможно в эту тайну посвящены очень не многие люди.

– Да, это правда, вместе с источником меняются и отражения. Изначально они самые разные и не полностью копируют Первоисточник. Кривые, толстые, худые, искажённые, но все они в чём-то схожи с Первоисточником.

Он разговаривал со мной словно с ребёнком. Нравоучительный и спокойный тон, несмотря на механические нотки.

– К чему ты ведешь?

– Катастрофа в Первоисточнике изменила все обитаемые миры. Узри и открой свой разум для истины.

С потянутой руки культиста, увитой синтетическими мышцами сорвался разряд электричества. Тоненькая искра, ударившая в самый центр конструкции на алтаре, оживила её и привела в движение.

В то время как центр остался неподвижным веер зеркал закрутился вокруг него, набирая скорость. Блики света, накладываясь друг на друга, сформировали в центре мигающую картинку планеты, нашей Земли, Первоисточника.

Арк Слышащий повернулся ко мне. – Ты готов понять, что произошло и продолжает происходить? Раскрой свой разум для синхронизации и узри то, что видел я и мои братья в своих снах.

Сны? Братья? Пафосная хренотень, но я почему-то не сомневался, что этот сумасшедший синтетик верит в то, о чём говорит. ИскИн сигнализировал о запросе синхронизации, а я, помедлив самую малость, этот запрос подтвердил…

***

Только через секунду до меня дошло, как сильно я рисковал, запуская синхронизацию. Мощь биотического блока (или что у него там?) Арка не шла ни в какое сравнение с уровнем моего биоблока. Как итог он без труда, совсем как запертый в Инкубаторе бионик подхватил моё сознание и разорвал связь с реальностью.

Одна секунда, одно мгновение и пространство вокруг изменилась. Мы оказались на борту воздушной платформы. Молодёжь танцевала. Выплясывала под грохочущую музыку. Носились по аэротрассам машины, город гудел, дышал жизнью. С перепуга я едва не свалился, когда прямо на меня выскочили галдящие парень с девушкой. Увернуться не успел, они прошли сквозь меня, и я понял – виртуальная запись или же симуляция, иллюзия.

– Это начало.

Культист тоже был здесь, стоял в каком-то шаге от меня, словно не замечая ни музыки, ни людей.

– Начало чего?

– Апокалипсиса.

Арк смотрел на небо, и я невольно глянул туда же. И будто дожидаясь моего внимания, из-за облаков ударили ослепительные столпы света. Там где на землю спускался такой луч, облака испарялись, приоткрывая небесную синеву.

Яркие вспышки, оглушающая звуковая волна, а затем мощная ударная прокатились по городу. Люди вокруг завизжали, с криком покатились вниз, платформа накренилась. Весь город исходил отчаянным безумным воплем.

Хлопок, вспышка, симуляция сменилась новой…

***

Город лежал в руинах, пламя и источаемые пожарами чёрные клубы дыма превратили небо в чёрно-серую заводь. Стрельба, хлопки и взрывы, чьи-то отчаянные крики, хаос. Мы стояли возле разбитого панорамного окна одной из высоток в центре города.

– Сфера миров держится на равновесии двух сил, о которых не подозревал Аргентум. И обе эти силы способны влиять на мироздание.

Гудя и чадя дымом, мимо промчался огромный обломок истребителя, ухнул куда-то под высотку и породил такой мощный взрыв, что пол под нашими ногами дрогнул.

– Какие силы?! – я невольно отскочил от окна, несмотря на то, что понимал, что симуляция не может мне навредить, а иллюзорное пламя не обжигает.

– Эмоции Найд, эмоции. Сфера миров уравновешивает их, если страдания, боли или горя становиться слишком много, следом всегда наступает мир, радость и процветание. Если в отдельно месте разумные причиняют друг другу страдание, где-то на противоположной стороне весов всегда есть антипод. Что-то пропитанное радостью, заботой, любовью, в конце концов. Эти две силы и есть вселенная. Жизнь и смерть, равновесие как оно есть.

Культист замер у окна, с улицы прилетели трассера и без вреда промчались сквозь него, ударив в стену.

– Я не понимаю!!!

– Всё просто. Крик Риордана, который люди прозвали Импульсом, послужил толчком. Выброс негативных эмоций в сферу миров был такой силы, что изменил её. Импульс всего лишь вирус, пакеты данных взламывающие биотические блоки и убивающие владельцев. То, что ты привык называть остаточным излучением, приносит вовсе не Импульс. Он всего лишь причина. Он в один миг загубил слишком много душ, отчего энергия смерти переполнила чашу весов. Миллиарды живых умерли в страшных мучениях в течение минуты после активации первого Импульса.

Я обхватил голову руками и зарычал. Слишком много информации он вываливал на меня вот так запросто.

– Бред какой-то! Первый импульс убил туеву тьму людей, потому появилось остаточное излучение, которое ни хрена не излучение, а энергия смерти. Но последующие импульсы уже не собирали такую жатву, откуда тогда излучение? Да и равновесие ещё это! Если вывалилась такая куча дерьма, то по твоим же словам выходит что после должно всё наладиться!

Арк повернулся ко мне и указал на небо.

– Так и должно быть, но болезненная рана нанесённая сфере миров теперь кровоточит. И каждый новый импульс заставляет изливаться тёмную энергию на землю. Сфера миров, словно живой организм, ей нанесли рану, и каждый следующий импульс эту не зажившую рану тревожит, выплёскивая гной и разложение в нашу реальность. Чтобы помочь равновесию, импульс должен быть отключён. Иначе…

– Иначе что?!

– Иначе всё рано или поздно придёт в норму, но боюсь, для этого потребуются сотни лет и Первоисточник, как и другие миры-отражения, изменится навсегда. Старые виды и расы исчезнут.

– Ты хочешь сказать, что пока импульс работает, люди обречены на вымирание?

– Да.

Вспышка. Хлопок…

***

Мы вывалились обратно к алтарю культа так же резко, как попали в симуляцию. Меня согнул приступ тошноты, и я едва-едва удержался от рвотных позывов.

– Другие миры, о которых ты говоришь. Миры зеркала, с чего ты взял, что это не бред вашей больной фантазии? – Мне пришлось вытирать лицо от пота, ибо наша пробежка по симуляциям бросила меня в жар.

– Ты сам встречался с отголосками других миров. Твоя нейросеть сверкает силой сферы. Причём сила эта не от Первоисточника, не скверна, просто иная.

– Туманные охотники?!! Разлом?

Арк покачал головой, несмотря на то, что он не человек, людские жесты не были ему чужды.

– Вижу, ты уже сталкивался с тем, что приходит извне.

– Да. – Я смотрел на веер бешено крутящихся зеркал алтаря, и всё происходящее теперь представало передо мной в совершенно ином свете.

– А это что? – Я заметил на алтаре то, чего не замечал раньше. Маленькие осколки зеркал усеивали плоскость постамента под устройством.

– Мы не знаем. Братья культа, как и я сам, денно и нощно блуждают по границе, вглядываясь во мрак междумирья. Я видел сон, в котором осколки миров-зеркал стараются собраться воедино. Они словно копии, словно отдельные куски ткани сшитые вместе и от того разнородные. Там тоже есть жизнь, равновесие проникает и туда. В моём сне люди, попавшие туда, тоже сражаются со смертью подобно людям Первоисточника. Они называют этот мир из осколков – Ульем.

Я смотрел на круговерть зеркал, и мне не верилось что всё устроено именно так. Картина нарисованная Арком была столь далека от моего представления вселенной и от всего того что я знал…

– Значит, миры-зеркала гибнут, разваливаясь на осколки?

– Не стоит считать их в прямом смысле зеркалами. Сравнение достойное, но не абсолютное. Смотри. Проще показать, чем объяснить всю суть.

Подчиняясь воле жреца культа, скорость вращения зеркал замедлилась. Они перестали сливаться в единое блистающее кольцо, и распались на отдельные сегменты. Я подошёл очень близко, почти прижался к алтарю, чтобы не пропустить момент и не прогадал. Блестящая искра осколка оторвалась от одного из сегментов и пала вниз. Но само зеркальце не разбилось, и не темнело дырой на месте утерянной части. Уже через мгновение рана на теле сегмента затянулась, и лишь немного выделялась на общем фоне.

– Они восстанавливаются?

– Можно и так сказать, но суть в другом. Когда очередной импульс будоражит сферу миров, когда рана на теле Первоисточника снова испускает гной, некоторые миры просто отторгают попавшую в них порцию яда. Так появляется отравленная копия, кусок мира, выброшенный за грань вселенной, туда, где собирается и наращивает свою плоть очередной Улей. Но есть и другие миры-зеркала, они пытаются побороть яд, и тогда эта тёмная энергия остается внутри них. Я могу показать.

Я отступил от алтаря и кивнул. – Да, я хочу увидеть.

– Ты тяжело переносишь симуляцию. Уверен, что снова хочешь окунуться в мои воспоминания?

– Да!

***

В этот раз всё было тише. Уходящая вдаль серая дорога без какого-либо покрытия. Холмы, ржавая техника, высокая трава и перекрученные неизвестной силой деревья застыли в безветрии.

Какая-то старая, полная разбитых домов деревня, смотрела на нас тёмными дырами окон по другую сторону дороги. Архитектура этих построек бросалась в глаза, так в империи давным-давно не строили.

И мне кажется, я догадывался почему. – Это не наше время?

– Что есть время Найд? Это всего лишь змея, пожирающая собственный хвост. Но ты прав, в этом мире совсем другая эпоха, хотя все текущие события они переживают одновременно с нами.

Где-то за холмами и раскинутом на севере лесу завыла сирена. Её далёкий крик стал предвестником появления группы людей, чьи маленькие фигурки изо всех сил неслись от леса в сторону деревни.

– Это местные?

– Да, и они чем-то похожи на старателей Первоисточника. Бродят по осквернённым местам и выискивают разные блага. Хотя какие там могут быть блага от скверны?

Люди тем временем перевалили крайний перед деревней холм. Один из них неожиданно закричал, нет даже не закричал! Завыл обречённым зверем и странно дергаясь, остался стоять на месте, в то время как его товарищи и не думали останавливаться. Молча, обогнули его с разных сторон и продолжили забег.

– От кого они бегут?

– Сейчас увидишь.

Тем временем, бегущая к деревне троица, похоже, окончательно выбилась из сил. Один из них взмахнув руками, упал и покатился по земле, затем второй… и только после этого до меня долетел звук выстрелов. Их брошенный товарищ стрелял им в спины. По какой-то причине он не мог сдвинуться с места, но вот стрелять – запросто.

Последний из убегающих, ответил аналогично, стрельбой на поражение. И судя по всему, попал. Руки брошенного стрелка опустили оружие, автомат повис на ремне, но он сам так и продолжал стоять, будто удерживаемый неизвестной силой.

К тому моменту, когда единственный выживший скрылся среди домов, на сцене появились новые действующие лица. Сначала я подумал, что это потоп, со стороны леса пригибая траву, неслась низкая волна мутной воды. Вот только «вода» оказалось живой, в прямом смысле этого слова. Сотни мелких существ, отдалённо напоминающие наших скризлов, бежали во всю прыть, пытаясь уйти от неведомой опасности. А небо за их спинами разгоралось багрянцем…

Я охнул. – Что это?

– Выброс. Извращённое отражение импульса.

Муты выскочили на дорогу, виляя из стороны в сторону, понеслись дальше. А среди холмов и целого роя мелких мутантов уже бежали твари крупнее. Никто из них не обращал внимания друг на друга, никто не пытался ухватить соседа зубами или когтями. Всё они как один были скованы безумной паникой. Я чувствовал её удушающую волну своей кожей. А затем грянула вспышка, и последнее что я увидел так это огромную волну багрянца до небес…

***

– Кажется, теперь я понял, о чём ты. Это действительно нужно было увидеть.

Устройство на алтаре остановилось. Мы снова оказались в нашей, настоящей реальности.

– Я рад, что смог поделиться истинным знанием. Но тебе нужно сделать выбор.

– Какой ещё выбор?

Культист протянул руки к алтарю и начал вынимать зеркальные пластины из пазов. Устройство больше не издавало звуков и не двигалось.

– Ты один из нас. Создан павшими богами, но обрёл свободу воли. Ты должен решить, куда поведёт тебя паутина вероятности.

– И куда же она может повести?

Арк на секунду замер перед ответом, словно раздумывая.

– Путей бесчисленное множество, но я могу предложить отправиться с нами. Покажу дорогу к храму, расскажу то, что сейчас не могу рассказать. Помогу познать истину, помогу сделать первые шаги. Ты можешь ступать следом, а можешь направить свои стопы к людям, среди которых привык жить. Павшие сделали тебя очень похожим на людей, нет скверны в твоём выборе. Но он не единственно верный.

– Я бы хотел познать эту твою истину Арк, честно. То, что ты рассказал мне, будоражит разум. Я даже вот так сразу не могу всего понять, но ты прав, я бы хотел вернуться к людям. Не пойми меня неправильно, я благодарен за спасение и за зна…

Культист жестом прервал меня. – Не нужно оправданий, если на то воля сферы миров ты, так или иначе, найдёшь путь к храму и без моей помощи. Ступай дальше. – Жрец указал на темноту у дальней стены. – Там ты найдёшь свои вещи и сможешь выйти на поверхность, знаки укажут тебе безопасный путь. И не ищи нас здесь, мы не возвращаемся в единожды покинутую крипту.

Глава 2. Разговор

Крипта культистов располагалась на самом нижнем уровне подземного города. Там, куда не проник орбитальный удар, пробуривший в теле земли огромный котлован.

Они и в самом деле отметили путь на поверхность знаками. Малыми рунами, которые без труда выискивал ИскИн по моей просьбе. Сам я обычно проходил мимо них, и лишь анализ визуальной картинки ИИ, останавливал меня и указывал верный путь. И пусть я не понимал, что означает та или иная руна, нацарапанная на стене, они служили верным ориентиром.

История Арка стала для меня откровением. Как много вопросов роилось в моей голове! Мой план найти загадочный «Центр» теперь не выглядел на фоне вновь приобретённых знаний хоть сколько-нибудь значимым.

Мой путь пролегал по разным отноркам низинного города. Узкие, побитые трещинами технические туннели сменялись обычным лабиринтом обвалов и ржавыми лестницами, чьи перекладины норовили согнуться и рассыпаться прямо под рукой. В конечном итоге, пропетляв почти два часа, я вышел к зелёной зоне снизу, и остановился перевести дух у сточной решетки, ведущей на поверхность.

Я больше не мог оставаться в Приморьеве. Сидя в этой бетонной и душной клетке городских улиц положение не исправить. Я должен был двигаться дальше, если и в самом деле хочу оставить свой отпечаток в истории мира. Сделать что-то, что поможет не только Первоисточнику, но и всей сфере миров.

Глупо отрицать, что концепция вселенной, нарисованная перед моим взором Арком, не будоражила мой рассудок. Будоражила! И ещё как! Вот только почти каждый мой выход напоминал салки со смертью. Рано или поздно удача отвлечётся, отвернётся на мгновение и тогда – всё. Значит ли это что стоит остановиться? – нет, просто выйти в дальнюю ходку я должен во всеоружии, максимально оснащённым и подготовленным. И финансовая часть далеко не самая малозначимая в этом списке.

Кроме того я пришёл к выводу что старые приёмы и тактики популярные у цеха старателей пора менять. Мой костюм слишком слабо защищён в угоду подвижности. Что было бы выйди я в рейд и окажись посреди гнезда скризлов не в экзоскелете, но хотя бы в тяжёлом пехотном костюме? Хрена бы лысого они меня повалили или, скажем, повредили связки и мышцы. А про бронекостюмы с приставкой «экзо» и говорить нечего. Мне требовалась альтернатива моей экипировке, она морально устарела, и кажется, я уже знал, куда уйдёт львиная доля материала с маркировкой – ZT.

Передохнув несколько минут под сточной решёткой принялся выбираться наружу. Лёд сковал люк намертво, так ещё и снегом привалило. Почти двадцать минут пришлось работать ножом, а затем лупить по преграде, чтобы она, наконец, выпустила меня наружу.

Стоило откинуть решётку-люк в сторону и отряхнуть лицо от посыпавшегося мне на голову снега, как тут же раздался крик. – К бою! – который, между прочим, повторил нестройный ряд голосов…

Пришлось орать, пытаясь успокоить патруль нежданно-негаданно оказавшийся так близко. Их лица, когда я выбрался на свет божий, нужно было видеть! В эту систему стоков я проник сквозь узкую дыру в обвале, о котором знали в общине, и потому не особо ждали гостей со стороны люка. Хорошо хоть не закинули в люк «гостинец» на опережение так сказать.

Дальше потянулась уже знакомая рутина проверок. С Приморцами проблем не возникло, командиром смены был уже знакомый мне Насса, метис с примесью азиатской крови на которого мы однажды работали вместе с Дедом. А вот на входе в Башню начались проблемы. Вместе с бойцами Кардинала на КПП меня поджидали сотрудники внутренней безопасности. Не то чтобы они были тут из-за меня, но потрепать нервы всё равно умудрились. Чего только стоит получасовое ожидание без объяснения каких-либо причин. И кроме того уж очень мне не понравился взгляд одного из ребяток в сером, на мою руку модифицированную синтетическим протезом.

Только когда я уже шагал по гостевому сектору Башни до меня, наконец, дошло! Болван! Так запросто спалился и вызвал ненужные подозрения! Они ведь могут фиксировать состояние организма всякого из тех, кто входит-выходит из зелёной зоны. На том же КПП целая куча сканеров и анализаторов. А это значит, что они знают о том, что вышел я с целой рукой, а вернулся с протезом вместо куска кисти и двух пальцев! Теперь возникнут вопросы, я в этом не сомневался.

Идти в грязной экипировке в жилой сектор было нельзя, как и проносить туда свежий хабар. Поэтому я завернул к «пьяному Скризлу». Рядом с ним, буквально через перекрёсток был так называемый пункт очистки. В нём мои шмотки и другое имущество обработают как ультрафиолетом (от излучения) так и от химии специальными средствами.

Несмотря на то что «гражданку» я с собой в рейды не брал, это не было какой-то проблемой. Для тех, кто топал от КПП сразу к пункту очистки здесь приторговывали разным шмотьём. Так что вошёл я туда весь из себя брутальный воин с АСС перекинутым через грудь, а вышел обычным гражданским. В потёртом пуховике, джинсах и тёплых ботинках. Причём расплатился не кредитами, а несколькими патронами из рюкзака прямо на месте.

Кроме всего прочего в то время пока мы описывали имущество (обязательная процедура) выяснилось, что в рюкзаке полно испорченных вещей. После разговора с Арком я туда не заглядывал, как-то не до того было. Приметил лишь что рюкзак зашит, похватал магазины, гранаты и другое содержимое разгрузки сложенное рядом с рюкзаком, оружие и мелочевку всякую да вышел из крипты. А ведь заглянуть внутрь стоило…

Станция частичного вирт погружения – разбита вдребезги. В декодере здоровенная дыра, видимо арматурой пробило. Несколько коробок с патронами разорваны, частью рассыпались по рюкзаку, частью утеряны, видимо высыпались в прореху. Но тонкие технологичные костюмы моё падение пережили, как впрочем, и различный обвес. Немного было жаль штурмовой карабин, который культисты то ли не нашли, то ли не искали, но прибыль от уцелевшего хабара должна была перекрыть эту досадную потерю. В конечном итоге выбросив весь мусор и сдав вещи на обработку, я с чистой совестью завалился в бар.

Хозяин заведения тихонько пил за стойкой, пялясь в экран разложенного здесь же планшета. В баре было тихо, ни единой живой души. Так пусто на моей памяти тут ни разу не бывало.

– Привет Голли. – Я присел напротив, и немного навалившись на стойку, заглянул в его планшет. Перекупщик и старатель в одном лице, смотрел какой-то старый боевик, стрельба, крики, кровь. Похоже, он давненько не выбирался из общины. – Боевик? Не самый худший выбор, но я таким сыт по горло.

– Выпьешь? – Голливуд протянул руку, которую я с радостью пожал.

– Нет, ты же знаешь, я не особо врываюсь по синьке. Мне бы чего жиденького и горячего.

– Один момент. – Бармен развернулся и потопал к синтезатору пищи. Обычно подобным занималась его помощница.

– А где Элия?

Голли, расслышав мой вопрос, вздрогнул, но почти сразу взял себя в руки и продолжил греметь у синтезатора. – Убили.

Сказать, что я удивился, это ничего не сказать. Элию?! Да её-то за что?! Хотелось спросить Голли, не стукнулся ли он головой, но меня останавливал тот факт, что вряд ли хозяин Пьяного Скризла будет шутить подобным образом.

Тарелка с горячим супом уже через пару минут стояла передо мной, а Голливуд, предвосхищая вопросы, снова устроился напротив и начал рассказывать. Эли нашли на входе в бар, семь ножевых из которых первый же вышел смертельным – в сердце. Убил местный отброс, не раз и не два заходивший в бар и знавший не понаслышке и самого владельца и его помощницу. За что убил? Какая причина? – Наркотики плюс синька, помноженные на перепалку в баре. Сучёнышь подкараулил Эли у входа глубокой ночью, перед самым закрытием.

Выключив фильм, Голли подключил планшет к планке галозаписи, и над стойкой через пару секунд замерцала картинка. Выродок спалился, где только мог. В туннели были установлены камеры. Вот только некому было забить тревогу и поднять шум, чтобы схватить ублюдка в ту же ночь. Уж больно время вышло безлюдное, а редкие патрульные не больно-то всматривались в темноту у стен, так что тело женщины обнаружили только ближе к утру, когда по расписанию включилось дневное освещение.

Голли, конечно, рвал и метал. Об убийце были оповещены патрульные, старатели и все друзья-знакомые. Подняли на уши всех кого можно, но ни самого отброса, ни тех с кем он ходил в ходки, схватить не удалось. Все они как один покинули общину и зелёную зону.

К концу рассказа в баре повисла тишина. Теперь мне стало понятно, почему мой знакомый так бледен и вливает в себя, рюмку за рюмкой, не пьянея.

– А записи с контрольно пропускного у тебя есть?

– Зачем тебе? Они всё равно рано или поздно сунуться обратно или издохнут где-то в городе, если ещё не подохли. Ребята на пропускных оповещены, скрутят ублюдков, если те появятся.

Я нахмурился и покачал головой. – Да вот послушал я тебя… и как бы не вышло, что я с твоими ребятками уже встречался во время ходки.

Ну, а почему нет? Много ли людей сейчас промышляет убийствами? Уроды, что едва меня не подловили на вокзале вполне могут быть замешаны в убийстве Эли. По крайней мере, поверхностное описание сходится: группа, не очень опытные, без морали в душе и мозгов в голове. Точь в точь те ребятки, которых я привалил на вокзале.

Бармен естественно оживился, но, к сожалению, как только он продемонстрировал мне запись с контрольно пропускного наши надежды не оправдались. Другая экипа, другие стволы, одежка тоже другая. Не они…

Но сам факт моего интереса послужил поводом для расспросов уже со стороны Голливуда. Ну, я и рассказал. Как пришёл на вокзал, как едва не получил в голову два стальных стержня на выходе. Как убил неизвестных выродков и прихватил ППК одного из них. Единственное чего я не рассказал, так это о мутагене и даруемой им способности. Ни к чему Голливуду знать такие подробности.

– Мдаа. – Голли покачал головой. – Ничему жизнь людей не учит. Будто для тех, кто рискует выходить за границы общины, опасностей мало.

– Бандитизм дело не новое. Беспредельщики в любое время остаются собой, а в трудные времена их становиться ещё больше. Им кажется, что проще всадить пулю в спину старателя и отжать его хабар, чем добыть этот хабар самим.

– А в итоге они попадают на кого-то вроде тебя Найд.

– Хорошо если так. А ведь могли и достать.

Голли ткнул в потолок. – Ты только с поверхности?

– Ага, вернулся и притащил всякого разного. Интересует?

Владелец заведения глянул на меня искоса и полез под стойку. Через секунду я наблюдал в его руках серую форменную куртку с логотипом старателей Башни. Тех, что были сформированы под крылом нового подразделения Кардинала.

– Запрет на скупку-продажу нужных общине товаров на меня больше не действует. Можем не таиться.

– И ты туда же? Я думал ты в этот отряд не ногой.

Голливуд накинул куртку, поправил её на плечах и ткнул пальцем в свою обожженную щеку. – Я уже обжигался благодаря своему упрямству. Больше не намерен. К тому же Кардинал закручивает гайки не для личной выгоды. Так будет лучше для всех.

– Но у них есть свои магазины. Какого лешего они сделали для тебя исключение?

– Всё просто Найд. Сделка.

– Условия?

– Простые, они наблюдали и сделали выводы, что все наши ребята всё равно норовят работать со мной. Смысл им распалять внимание ОВБ ещё и на меня, если можно просто сотрудничать. Наблюдение-то конечно вряд ли сняли, но поспокойней стало это да. Ты не ссы кстати, тебя они тоже так или иначе припашут.

Я хмыкнул, отодвигая от себя опустевшую тарелку. – Не думаю.

– Это ты зря, думать оно, знаешь ли, полезно. План Кардинала набирает обороты, в общину прёт стабильный поток ресурсов. Вояки и наши уже по достоинству оценили этот твой финт с вирусом. Зимой итак было безопасней, а теперь так вообще раздолье. Твоё имя у многих на устах.

– Я от этого не в восторге.

Увидев, что я поднялся и собираюсь уходить, Голли стёр невидимые пылинки со стойки и произнёс. – Притаскивай своё барахло. Будем посмотреть.

– Хорошо. – Я пожал ему на прощание руку, но остановился у выхода и спросил. – Почему у тебя так пусто?

– Все в рейдах, Череп со своими недавно вернулся, но у них там беда какая-то приключилась. Так что им пока не до баров.

– Ясно, удачи Голли, завтра загляну.

– Бывай старатель.

Стоило мне покинуть бар, а затем перейти в жилой сектор, как тут же бросились в глаза резкие изменения. Община будто очнулась от долгого сна. Шум, гомон, куча людей в туннелях. Все куда-то торопятся, едва не бегут. Что-то тащат, перевозят на манипуляторах, полно рабочих в одинаковых спецовках.

Целый участок потолка прямо напротив контрольно пропускного пункта, ранее закопченного и уродливого, теперь выкрашен в приятный голубоватый цвет. Судя по отсутствию запаха, недавняя покраска велась современной не токсичной краской. По периметру улицы суета, кипит работа, рабочий люди прилаживает какие-то таблицы над входами в боковые туннели. Обрывки разговоров только подтверждали всеобщую движуху.

– Они отрыли целый склад полный консервированного провианта! Ты только представь, сколько там натурального мяса!

– Да ну, брешешь, откуда мясу взяться спустя столько времени?

– Иди в зад Ги! Говорю же, сам собственными руками помогал разгружать! Это консервы парень, они и десяток лет могут пролежать под землёй и ни хрена им не будет!

Мужики обсуждающие консервы свернули в боковой проход, а я пробираясь сквозь людской поток поравнялся с тройкой женщин.

– А знаешь, он мне понравился. А то, что пьёт ну и фиг с ним. Все мужики пьют, а он своей жизнью рискует.

– Терпеть не могу пьяниц!

– Ну и дура! Твоя одежда из чего сшита? Из того что доставили на станцию переработки! А душишься ты чем? А ешь что? Всё он и такие как он в общину тащат! И называть людей, рискующих своей жизнью пьяницами это верх наглости!

– Сама ты ду…

Не желая слушать девичью ругань, я спешно обогнал молодых барышень и устремился к своему дому. За время моего отсутствия здесь ничего не изменилось. Зайдя в квартиру, я скинул обувь и рухнул на кровать. Но долго пролежать, не вышло. В тепле мои веки тяжелели, пролежать вот так десяток минут означало заснуть без вариантов. А ночью тогда что делать? Режим у меня итак не к чёрту, да и спать мне сейчас не вариант. Мне нужен был новый план, а во сне его не составишь.

Две кружки кофе и контрастный душ стали спасением. Была мыслишка накидать в топку съестного, но боюсь, повторный приём пищи после бара мою бодрость как рукой снимет. А есть хотелось, чашка борща в баре будто попала в адскую топку и сгорела без следа. Измотанный организм требовал поступления питательных веществ.

Нужно придумать, как протащить в общину ZT и не спалиться перед ОВБ. Я собирался сделать из материала элементы брони, но рисковать очень не хотелось. Иллюзий я не строил, если захотят отнять – отнимут. Так может, я думаю не в том направлении? Может и не нужно ничего тащить в общину? Может нужно тащить из?

Последняя мысль меня настолько завлекла, что когда подошло время забирать свои вещи после обработки, я пулей вылетел из дома. Что нужно для того чтобы самому работать с материалом? Нужно найти способ его охладить, это раз. Во-вторых, нужен небольшой источник питания чтобы ZT закрепил новую форму, а это вообще не проблема. Наконец нужен промышленный сканер и принтер, а вот это уже беда. Я больше чем уверен, что все подобные штуки наперечёт и сразу попадают в руки технарей Башни. Благо время сейчас такое что работает на меня. Это план общины под названием «Экспансия» как раз то, что нужно чтобы добыть всё необходимое.

В общину прёт целая куча всякого разного… так? Так! Приморцы тянут все, что не приколочено, а то, что приколочено, разбирают и тянут. Я больше чем уверен, что районы города, попавшие под зачистку, будут выжаты досуха. Даже всякий мусор вполне себе сойдёт для разного рода сырья. А как уследить за толпой народа, за всей этой пехтурой из патрульных, старателями, военными и прочим людом? Как не дать им наложить лапу на имущество и не подворовывать? Да никак. Что-то по любому расходится на руки и тем или иным способом протаскивается в общину. Тут и к гадалке ходить не нужно, чтобы это понимать. ОВБ я уверен тоже это понимают. Всё-таки народа тьма, а их самих какими бы хитрыми задницами они не были, по сравнению с массой населения задействованного в операции – крайне мало. За всем не уследишь. Какие шаги они предпримут в таком случае? Скорее всего, они будут бездействовать. Всё дело в изоляции экономики. У Башни на данный момент нет конкурентов. Даже то, что пролезет в общину в обход официального потока останется на рынке общины. А значит ситуация в этом плане не требует никакого дополнительного надзора.

Единственная ниточка, которая может свести меня с потоком контрабанды это Голливуд. Ну и ещё возможно рыжий технарь, но этому засранцу я особо не доверял. Значит нужно каким-то образом оставить послание владельцу бара. Отправлять сообщение на ППК не вариант, поднимать разговор в баре тоже, не удивлюсь, если Пьяного Скризла слушают ОВБшники.

Я уже пользовался связями Голли перед выходом в последнюю ходку. Декодер и станция погружения в вирт не достались бы мне так просто без помощи бармена. И я уверен, что где-то в недрах закрытых секторов общины моё личное дело пополнилось парой строк после этой сделки. Нарушение закона, штраф, зачисление в отряды верблюдов… если захотят взять за горло, найдут причину. Власть в изолированном сообществе жестокая штука, но пока я им полезен, трогать не должны. Тем более что вокруг меня сложилась определённая репутация. Насколько я знал никто кроме вашего покорного слуги не ходил в рейды в одиночку настолько эффективно. Сначала вирус, потом информация о существе из «Пионера» и загадочной лампе, вынесенные из Агрокомплекса носители информации, теперь вот полный рюкзак разного хабара, снова добытый в одиночку. Как ни крути, от меня всё же есть польза делу Кардинала.

Под эти мысли почему-то вспомнилась фраза Голли «Ты не ссы кстати, тебя они тоже так или иначе припашут.» Предупреждение? Или просто мысли вслух? На самом деле неважно. Работать на Башню в военизированных отрядах я не собирался. А вот в формате свободных рейдов – запросто. Так или иначе, Башня это дом, Башня это помощь, Башня это единственный мне известный оплот людской силы в округе. Я многим им обязан, жизнью в том числе. Они мне не враги, но и прогибаться вот так запросто я не собирался.

Громкий гудок автомобильного сигнала вырвал меня из омута мыслей. Пришлось посторониться, прижимаясь вместе с другим народом к стенке перрона. От КПП в сторону медицинского сектора неслась МПшка, когда она промчалась мимо, я разглядел на борту нарисованный красной краской крест.

Вот оно как… кто-то попал под раздачу. Но не смертельно, ибо трупы везут не торопясь, а вот раненных именно так, на всех парах.

– Вернулись! Вернулись!

– Смотрите! Наши едут!

– Урраа!

Толпа вдоль перрона и на самом перроне разразилась приветственными криками. Вслед за машиной везущей раненых, в общину вкатывалась колонна техники. На машинах пехоты сидели грязные, чумазые бойцы. Шесть машин, из которых четыре собранные наспех грузовые, ввозили новую порцию ресурсов в Башню. Интересно куда едут? Жилой район граничит с техническим сектором и медицинским. Сразу к технарям значит? На их склады? Больше по этому туннелю им ехать некуда.

От шума и криков у меня разболелась голова. Я, конечно, был рад, что эти ребята вернулись домой, но торчать здесь и глазеть на них, было бесполезным занятием. Кое-как распихав толпу, я пробил себе путь к КПП. В спину неслись маты, но кое-кто этим самым матом подавился, заглянув в мои глаза. Странная у людей психика, репутация и внешний вид подчас оказывают воздействие не менее сильное, чем прямая угроза.

Вояки на контрольно пропускном, наоборот, на мою мутацию никак не реагировали. Хотя тут удивляться нечему, у переборок дежурили элитные части воинства Кардинала. С этими шутки плохи, все как на подбор здоровые кабаны, чётко прослеживается не хилый такой влив биоклеток в их организмы с упором в ту же силу.

Уже находясь в гостевом секторе ИскИн напомнил мне о посещении мед пункта, о котором я сам благополучно забыл. Откладывать это дело в долгий ящик не стоило, поэтому я забежал сначала к медику, проведя почти час в специальной камере, которая убрала следы облучения с моей кожи, а уже затем двинулся за вещами.

Как ни странно именно у пункта очистки меня и перехватили…

– Здравствуй Найд.

Скельт ждал меня у входа. То, что он появился здесь не случайно и именно по мою душу я нисколько не сомневался.

– Привет, извини, тороплюсь.

Я попробовал проскочить мимо, но естественно ни хрена не вышло. Скельт щелчком отправил в сторону недокуренную сигарету и преградил мне дорогу. Не знал, что он курит.

– Есть разговор.

Почувствовав спиной угрозу, я плавно перетёк в сторону к стене и повернулся. Отход заблокирован, двое в серой униформе, зашли со спины. На противоположной стороне улицы ещё двое в униформе рабочих мазнули по мне взглядом и продолжили возиться в каком-то ящике. Значит пятеро. Не самый лучший расклад. И как я их на переходе через улицу не срисовал?

– Разговор требует наличия твоих дуболомов?

Безопасник покачал головой, а его взгляд на секунду расфокусировался. Явный признак работы с интерфейсом или отправки сообщения. Судя по тому, что двое в сером внезапно потеряли к нам всякий интерес и разошлись в стороны, через минуту исчезнув где-то за колонами, сообщение было адресовано именно им. И только после их ухода Скельт мне ответил.

– Не требует. Если торопишься, предлагаю шустро ответить на мои вопросы и сэкономить нам обоим время.

– Тележить прямо здесь будем?

Безопасник улыбнулся. – Пойдём внутрь, нам уже освободили одно помещение под разговор.

Он пошёл первым, повернувшись ко мне спиной. Вроде как жест призванный меня расслабить. Ага, расслабишься тут, когда чуйка вопит о направленных на тебя взглядах. Уже оказавшись внутри, свернули в сторону, прошли через обычно запертую дверь и оказались во внутреннем служебном помещении отделения очистки.

– Ты единственный безопасник знакомый мне кроме Шила, тебя за мной закрепили? – Стул подо мной скрипнул, в то время как Скельт тихонько приземлился на диван стоящий в углу. Комната отдыха для сотрудников? Видимо так и было, в углу столик, на ней чашки, пакет кофе, синтезированные печеньки и прочие ништяки.

Безопасник проследил за моим взглядом и хмыкнул. – Кофе?

Я в примирительном жесте поднял на уровень лица ладони и сказал. – Не откажусь.

Так и начался наш разговор, под звон чашек и закипающую воду в электрическом чайнике. Это немного разрядило обстановку. Вопросы посыпались на меня сразу после того как передо мной оказалась чашка с дымящимся кофе.

– Ты сдал на очистку интересные вещи, откуда они у тебя?

– Какие именно?

Безопасник поморщился, то ли от раздражения, то ли от слишком горячего глотка кофе. – Не строй из себя дурака, ты же вроде торопишься.

– Вынес из города естественно, откуда ещё.

– Точнее.

– Точнее платно.

– Не играй со мной Найд.

Я рассмеялся. – А я и не играю. Я хочу сделку. Ты своими вопросами подводишь меня к тому, чтобы я выложил тебе на блюдечке информацию, ради которой рисковал собственной шкурой. В последнем рейде я едва богу душу не отдал. Поэтому хочу сделку. Поверь, у меня есть что предложить. То что вы обнаружили в моём рюкзаке лишь малая часть того Клондайка, к которому я пробил и зачистил дорогу.

Скельт откинулся на спинку дивана, обхватив ладонями свою кружку. – Откуда протез?

А вот этот вопрос я ждал. Ой как ждал! Так и знал, что это палево не останется без внимания. Другое дело, что ответить мне по факту было нечего. Что я не скажи, они потребуют подтвердить мои слова слепком памяти, а слепок выдаст меня с головой. Я, конечно, не обещал Арку, что буду хранить встречу с ним в тайне, да и он меня об этом не просил. Но пока что я не решил, что делать с этим знанием и мне требовалось потянуть время.

– Оттуда же откуда и хабар в рюкзаке, все эти технологичные костюмы, боеприпас и прочее. Хочешь подробностей? Я без проблем всё тебе расскажу, что-то скрывать от твоей организации мне не с руки. Но и бесплатно вас развлекать я не намерен.

– Плата?

– Я накидаю список, и отправлю тебе сообщением. Пара инъекций биоклеток, кредиты и всякая мелочёвка. Как обычно, в общем.

Теперь рассмеялся уже Скельт. – Пара инъекций, кредиты, да всякая мелочёвка? Про инъекции сразу забудь. Их теперь так просто не достать. С недавних пор они закрытый ресурс общины.

– Скельт, не трахай мне мозг. Мы оба знаем, что ты пишешь этот разговор и передашь кому повыше. А там уже пусть решают. Нужна им туева туча современного боеприпаса, стволов, оборудования, навороченных костюмов и прочего что можно вывозить целыми машинами или нет. Причём место чистое, дорожку туда я уже протоптал. А пока мы с тобой тут разговоры разговариваем, идёт время, а потерянное время это всё возрастающая вероятность того что зачищенная мной нычка станет обитаемой.

Скельт перестал улыбаться, отхлебнул ещё кофе и спросил. – Когда ждать твой список?

– Хочешь, заходи ко мне домой вечером, часа через три. Заодно и ответ принесешь, пойдут они – я ткнул пальцем в потолок, имея в виду, руководство общины – на сделку или нет. А список фигня, там ничего особо ценного кроме инъекций не будет. Кой-какие расходники и нужные плюшки, говорю же – мелочёвка.

– С огнём играешь Найд, не каждому позволено шантажировать моё руководство.

Я махнул рукой. – Не вешай мне лапшу на уши Скельт. Я им полезен, дадут инъекции стану ещё полезней, вот и вся суть. Был бы я бесполезным увальнем, мы бы с тобой сейчас не разговаривали. И не шантаж это, а обычный торг.

– Незаменимых нет.

Я на этот его выпад ничего не ответил, а он в свою очередь наконец-то догнал, что нифига из меня не вытянет. Дверь самая обычная, на петлях, хлопнула за его спиной. Вспылил безопасник, и я его понимал. Видать «добро» чтобы меня давить, не получено и теперь придется ему побегать туда-сюда. Оно и правильно, пускай работает.

Глава 3. Корица и мёд

В общину заехали не только участвующие в последней зачистке вояки, но и все остальные. Это была очередная крупная смена, и оттого гостевая зона ожила на глазах. Шевроны с изображением башни на фоне восходящего солнца так и мелькали на рукавах серых курток. Почти копия униформы безопасников, разве что тон немного другой да знаки различия.

Голли на месте не оказалось, вместо него за барной стойкой хозяйничала конопатая знакомая, та самая, которая пыталась выдернуть меня на совет старателей в пору формирования отряда Кардинала. ИскИн услужливо подсказал её позывной – Сойка. Боевая девчонка, тут ничего не скажешь. Это ведь она вместе со мной билась у вокзала с туманными охотниками.

– Привет. Мне нужен Голливуд.

К тому моменту, когда я зашёл в бар, я уже успел переодеться в свою экипировку (ибо в ней было теплее, чем в гражданке) и забрать остальное имущество, вытащенное из Инкубатора и прошедшее обработку от остаточного излучения. Странно что ОВБ не наложило лапы на костюмы, или это я после того случая с носителями информации стал слишком переживать?

– Он занят, позже будет. – Сойка глянула на меня мельком, и тут же отвернулась, бросив скупой ответ. Вроде как тоже занята. Не «привет» ни «пить-есть» ни-че-го. Будто так и нужно. Женская логика потёмки. Конечно знакомство у нас вышло не очень, помниться она наорала на меня будто никакой я не старатель, раз отказываюсь лезть во всю эту кукурузу и разговоры разговаривать… Ну да, ну да, а теперь сама щеголяет в серой куртке Кардиналовского отряда. Вот тебе и «да какой ты нахер старатель!»

А фигурка у Сои ничего так, точёная. Она как раз повернулась ко мне спиной и ушла в самый дальний конец барной стойки, разговаривая о чём-то с двумя приметными типами. Первый машина, в прямом и переносном смысле. Сам крепкий лоб, да ещё и конечности кибернетические. Одну такую «конечность» он как раз положил на стойку. Не удивлюсь если он этой стальной хваталкой, может одним ударом убить кого-то вроде меня. Второй тоже личность колоритная, то ли придуривается, то ли с лицом что-то непонятное у него творится. Одна бровь задрана вверх, так как будто лицевые мышцы клина выдали.

«Терминатор» будто почуяв мой взгляд, повернулся и уставился. Нужно признать нагло уставился. Запахло неприятностями. «Бровь» проделал то же самое. Схера им надо-то? Я отворачиваться не стал, смысл бежать от неприятностей, когда они уже на расстоянии вытянутой руки.

– Ис любую инфу по ним живо!

– Прозванный вами «терминатором» в сети общины известен как Череп. Лидер группы старателей. Состав: Сойка, Пират, Череп, Крыс, Татошка. Высокий уровень репутации в группировке. Перед вами Череп, Пират и Сойка. В преступных действиях не замечены, опасность высо…

Договорить Ис не успел. Тип с перекошенной рожей встал и пошёл в мою сторону, прихватив свой стакан и отсалютовав мне им по дороге. Вроде как не агрессивен, посмотрим, что дальше будет.

– Хорошая плётка. – Пират кивнул на болтающийся, на моей спине АСС. – Есть разговор, я присяду?

Я в ответ лишь пожал плечами и убрал свой рюкзак с соседнего стула. Пират всё понял верно, и занял освободившееся место.

– Много всякого слышал о тебе Найд.

– Хорошего?

– Разного.

Я в ответ лишь хмыкнул.

– На твоём теле есть серые отметины, шрамы после схватки с тварями у вокзала.

– Есть, ты прав.

Пират заёрзал на стуле, будто пытаясь подобрать слова. Меня эти его ужимки и исходящий запах алкоголя порядком нервировали. – Переходи к делу.

– У Сойки и Крыса такие же отметины. Ты не замечал ничего странного после того как получил их?

Я облокотился на стойку и повернулся к старателю. – У меня встречный вопрос. Почему я должен разговаривать с тобой и отвечать на твои вопросы?

Видимо Пират что-то рассмотрел в моих глазах. Стал серьёзней, оставил стакан со своим пойлом и полез в карман куртки. Через пару секунд на стойке передо мной лежала инъекция. Инъекция биоклеток мать её! Я ничем не выдал своего удивления, глянул на тюбик как на мусор. Но в голове при этом у меня бушевал целый шторм мыслей.

Ну, ни хрена же себе! Они готовы платить, и готовы платить бешеную цену за ответы на свои вопросы! Признаюсь, дело было даже не в шансе получить инъекцию в оплату за обычный трёп. А попросту в том, что Пират смог меня заинтересовать и сильно удивить. Этот разговор сам по себе стал в мгновение ока мне интересен.

– Ты уверен – я кивнул на лежащую, на стойке инъекцию – что мои ответы столько стоят?

– Я ни в чём не уверен! – Пират наклонился и прошептал мне эту фразу прямо в лицо. – Мои друзья в беде!

– Тогда забери. – Я подвинул инъекцию к нему, откуда-то снизу из внутренних цокольных помещений бара поднимался Голли с двумя неизвестными мне старателями. – Дождись меня и будет тебе разговор.

Биоклетки исчезли в кармане куртки Пирата, а появившийся тем временем Голливуд меня заметил. – Найд. – Скупой приветственный кивок. – Притащил барахло?

– Да, но перед сделкой хотел бы перекусить. Мёд, блинчики, корица, твоё фирменное.

– Хорошо, один момент.

В глазах Голливуда мелькнул огонёк. Мёд, корица… в прошлый раз, когда я пришёл к нему за станцией вирт погружения и декодером, запрещённым к продаже, мы начали так же. Я заказал ему блинчиков с мёдом и корицей, и пока ел не торопясь, намазюкал на дне блюдца фразу «разговор без ушей». Встроенный в наши биоблоки ИскИн позволял бросить на подобную картинку всего один взгляд, чтобы плотно зафиксировать её в памяти. Так что я не боялся в тот первый раз, что мои художества пройдут мимо внимания бармена. Так и вышло, его ИскИн обратил внимание владельца на мазню на дне тарелки, и это стало началом наших шпионских игр. Насколько они действенны и позволяют нам избегать внимания ОВБ – покажет время. Не удивлюсь если наши шалости всё же не прошли мимо их внимания. Но пока не ухватили за руку можно тешить себя мыслью, что всё получается.

– Заходи и рюкзак прихвати. Поешь внизу, у меня мало времени, много людей с зачистки вернулось, запланирована пара встреч.

Голли не стал меня ждать. От синтезатора потопал сразу вниз, в подсобки, с тарелкой в руках и перекинутым через плечо полотенцем.

Я и сам не стремился терять время. Вечером в мою квартиру может наведаться Скельт и неизвестно чем закончиться разговор с безопасником. В любом случае лишний раз нагнетать обстановку и заставлять его ждать я не собирался.

В цокольном этаже Пьяного Скризла ни черта не изменилось с моего последнего посещения этого места. Пара закрытых дверей (наверняка склады) и небольшой кабинет со стойкой обнесённой решеткой, которая разделяла комнату на две половины.

Голливуд отпер решётку и прошел внутрь, оставив меня снаружи. Уселся за стол перед небольшим окошком и проговорил. – Погоди минуту, что-то освещение тусклое, сейчас перезагружу генератор и займёмся делами.

Щиток управления генератором был тут же, рядышком со стойкой, за которую уселся Голли. Он то и был главной гарантией разговора «без ушей». Бармену даже не нужно было вставать, чтобы открыть его и потянуться туда руками.

Голли чем-то дважды щёлкнул и тут же погас свет, стандартная реакция на переподключение генератора. Вот только сам генератор был необычным, что-то Голливуд там намудрил, и теперь каждая подобная перезагрузка вырубала к чертям всё оборудование в определённом радиусе. Мой ППК и детекторы на предплечье тоже моментально отрубились, а по волосам прошлась невидимая рука статического электричества.

– Можем разговаривать, но у нас гарантированно только минут пять, выкладывай!

Я уселся напротив окошка, бросил рюкзак под ноги и сказал. – Промышленный сканер и принтер, всё компактное, можно в разобранном виде. Доставить нужно в дом номер триста семь по улице Семиградской, это здание на нашей стороне, прямо напротив вокзала. В третьем подъезде обвалилась лестница, там серьёзная щель заваленная снегом, спрятать нужно туда. У меня всё.

Взгляд Голли расфокусировался, видать сразу решил все мои слова записать в памяти ИскИна.

– Скажу только что быстро решить вопрос не получиться, а когда выйдет его решить он вылетит тебе в нехилую такую сумму. Причём оплата мне нужна сразу.

Я пихнул ногой рюкзак и ответил. – Вычтешь из суммы того хабара что я к тебе приволок, идёт?

– Что же ты там такое притащил, что так самоуверен? Давай посмотрим, разговор без ушей закрыли.

– Добро.

Разгорелся свет, пиликнули ППК и детекторы на предплечье, а я под пристальным вниманием Голливуда начал выкладывать имущество на стойку перед окошком. Одна пачка патронов, вторая, третья, четвёртая, брови барыги постепенно начали ползти вверх.

– Энергетические? – Он взял пачку и повертел в руках, всматриваясь в маркировку.

– Ага, под распространённый калибр серии АС. Зажигалки тоже есть.

Всего запечатанных пачек на продажу было девять, пять с «зажигалками» и четыре с «искрами». Остальной боеприпас я набрал с учётом наличия своего нового оружия – АСС «Хлыст» и потому продавать или обменивать его не собирался.

– Редкое сейчас дело, особенно энергетические, но я так понимаю это не всё?

– Правильно понимаешь. – Я извлёк из рюкзака первый из тройки тонких технологичных костюмов.

Положил на стойку, и руки Голли тут же полезли щупать ткань. Странную ткань, жёсткую и в то же время удивительно гибкую. Я по глазам бармена видел, что он уже сталкивался с подобным нательным комбинезоном.

– Знакомая вещь?

Голли кивнул и проговорил. – И редкая.

Одними губами я произнёс – Хватит?

На что Голли лишь прикрыл глаза на секунду и, несмотря на такой способ общения, мы прекрасно друг друга поняли. Все эти патроны и комбез пойдут в оплату моего заказа.

– Это всё? – Голливуду явно понравился мой хабар. У торговца и держателя бара взгляд стал острым, пронзительным.

– Обижаешь.

***

Я поднялся от Голли, только спустя половину часа с существенно полегчавшим рюкзаком. Пират вместе с Черепом уже ждали меня за угловым столиком, подальше от остальных людей наводнивших за время моего отсутствия бар.

Не успел я приземлиться на один из незанятых стульев у их стола, как наша компания пополнилась. Это поднявшийся бармен отпустил помогавшую ему Сойку. Она продолжала смотреть мимо меня, и старалась не встречаться со мной взглядом. Причины такого поведения я не знал. Но догадывался что возможно виной тому наш единственный разговор в общине, во время которого она наорала на меня и смылась.

– У меня не так много времени на разговоры, запланирована встреча. Выкладывайте.

Я обращался к Черепу, ведь именно этот механический монстр был в их группе главным.

– Наш друг снова в карантине. Крыс. Его не выпускают.

Я покачал головой. – Не понимаю причём здесь я? Какая связь?

– Связь в твоих шрамах. Сам посмотри.

Череп пихнул ко мне через стол ППК. На экране замерло видео, поставленное на паузу. Я естественно принял дивайс и запустил видео. Крыса я раньше не видел вот так близко, но ощущение от просмотра было пакостным. Старатель был мутантом, почти как я, разве что его мутации сильнее отразились на внешнем виде, да и ещё вряд ли были обусловлены вживлением мутагена с помощью науки.

Парень плевался пеной и слюной, изгибался связанный на полу, и без конца орал срываясь в бормотание. Тепло, они придут, моё тепло, метки укажут путь, и прочее в таком же духе. Фразы про тепло мне были знакомы, даже мурашки по коже пробежали. Сразу вспомнилась та неописуемая дрянь, что взглянула на меня из-за изнанки нашего мира на вокзале. Но Крыс вряд ли получил в своё тело мутаген туманных охотников, или может быть я, чего-то не знаю?

– Ранены в той заварухе были трое. Я, Крыс, Сойка. Почему с нами всё в порядке, а с Крысом твориться вот это? – Я ткнул пальцем в переносной комп, на котором посмотрел видео. – Может быть наши раны и шрамы от того нападения никак не связаны с его состоянием?

– Мы не знаем! – Сойка ударила кулаком по столу и сорвалась на крик. Да так, что люди в баре притихли и начали оборачиваться к нам. Но уже через пару секунд натолкнувшись на взгляды Пирата и Черепа стали отворачиваться.

А девочка-то боится. И боится сильно, нервничает. Дело видимо и впрямь для этой троицы серьёзное. Обхватила себя руками и сверлит злым взглядом стакан, по-прежнему стараясь не встречаться со мной взглядом, пытается успокоиться.

– Чем я могу помочь?

Вопрос был адресован Черепу, и он не преминул ответить. – Любая информация, странности и всё в таком духе после ранения. Мы думали, раз у тебя тоже есть мутация, ты можешь испытывать такие же ощущения, как и Крыс. Тем более что он не сразу стал таким. Это мучило его давно, но я дурак не придавал тому должного значения.

– Ты не виноват, не мог предвидеть, чем всё это обернётся. – Сойка положила руку на плечо Черепа, тихонько сжала пальцы и отпустила, снова обхватив себя руками и будто стесняясь этого проявления заботы.

Рассказывать или нет? Думаю, не стоит, даже с учётом озвученной платы и их беды. Я хотел им помочь, это правда. Но так же я хотел сохранить как можно больше личной информации, а способность мутагена более чем личная. Расскажи я им обо всех этих чужих эмоциях, которые я временами слышу, о взгляде чудовища из-за изнанки мира… то, что знают двое, перестаёт быть секретом, и я решил промолчать.

– Если вам нужна помощь, я помогу, можете на меня рассчитывать. Но вот со странностями не ко мне, шрамы меня нисколько не беспокоят. Побаливали поначалу, но не более. Извините, меня ждут дела.

Я поднялся и закинул рюкзак на спину. – Если буду нужен, пишите на ППК не стесняйтесь. И помните, что я буду рад помочь, если это будет в моих силах.

Они промолчали, лишь Пират кивнул на прощанье. Их группа подавлена, и мне их даже жаль. Тяжело терять друзей. Сначала двое умерли у вокзала, теперь вот новая напасть. Я помню, как Дед переживал после смерти Волка. Как держал это всё в себе. Работа старателя – работа со смертью.

До назначенной встречи со Скельтом оставалось полтора часа. Я не знал явиться он или нет, но торопился не только из-за этой встречи. Мне уже и самому не терпелось попасть домой и провести несколько дней в полной изоляции от беготни и прочих физических нагрузок. Но на сегодня у меня было запланировано ещё одно дельце.

Рыжий технарь на сообщение, скинутое ему на ППК, ответил сразу же. Будто только его и ждал. Я хотел встретиться, но Кнопа отмазался тем, что занят работой над заказами в магазине и домой вырвется не скоро. Договорились провести встречу в вирте, без отрыва от его основной работы.

На подходе к КПП между секторами меня тормознул патруль. К моему рюкзаку были приторочены пушки, АСС и новенький карабин под ружейный патрон взамен утерянного ТШК взятый в оплату за хабар вместе с солидной суммой кредитов. К оружию не были прицеплены магазины, а само оно было разряжено, без патрона в патроннике. Но патрульные всё равно прицепились и напомнили мне, что стоит купить специальный чехол для переноски стволов вне гостевой зоны. Внесли меня в базу как получившего устное предупреждение и пригрозили при повторной поимке штрафом в добрую сотню кредитов. Если бы обнаружили пристёгнутый магазин или патрон в патроннике – сразу в верблюды на неделю. Хорошие правила, мне нравятся. В чём я клятвенно и заверил вояк.

В конечном итоге добраться до дома я успел. Даже переодеться и поесть вышло, а вот с рыжим технарём связаться повторно – нет. Сигнал, идущий от входа, оповестил меня о госте. И никем иным как Скельтом этот гость быть не мог.

Глава 4. Пересечения событий

Не Скельт пришёл на запланированную встречу. На моём пороге стояла рыба покрупнее. Толстяк был в своём обычном образе – мило улыбался.

– В дом пустишь?

Шило был одет в стандартную серую униформу ОВБ, без знаков различия. В руках папка из кожзама. Оружия не видно, даже стандартной кобуры на поясе нет. Но он и без оружия был опаснее всех своих подчинённых.

– Удивлен, что ты лично решил навестить меня.

Я пропустил безопасника в коридор. Дверь, подчиняясь команде, закрылась за его спиной. Не став ждать, когда ОВБшник скинет обувь, я прошёл в зал и уже оттуда крикнул. – Чай, кофе?

Появившись следом в комнате Шило, подмигнув мне, ответил. – Потанцуем?

Вернул мою же фразу, сказанную в первое и единственное посещение закрытого сектора службы безопасности. Тогда я ответил ему точно так же, после того как нас привели в сектор ОВБшники, среагировавшие на всю эту заваруху с покушением на Деда. Но в то время я ещё не знал, с кем разговариваю. С тех пор много воды утекло, но надо же – припомнил при случае.

– Я уже выучил этот урок. Обычному парню, танцы с сильными мира сего, не к лицу.

Вернув толстяку улыбку, я подхватил свой полупустой стакан с кофе и сел в кресло. Шило присел напротив, по другую сторону журнального столика, на домашний диван.

– С чем пожаловал?

– С дружеским визитом. Я посмотрел отчёт своего работника о вашем разговоре и решил вмешаться. – Щёлкнули застёжки на папке, внутри оказался планшет с широкими экраном. – На, посмотри.

– Что это? – на экране была паутина каких-то графиков.

– Это отчёт о поступлении в общину биоматериала для инъекций. Видишь вот это падение графика на самое дно? – Шило ткнул пальцем в указанную линию. – Это ты распылил вирус, резко снизил поголовье изменённых в округе. Стоит так же заметить, что началась зима, а зимой активность выродков всегда в минусе, холод они не любят, в большинстве своём залегают в спячку.

– Какое это отношение имеет к нашей текущей сделке?

– Прямое Найд, прямое. Инъекций ты не получишь.

– Тогда вы не получите информацию.

Шило хихикнул, а потом, сбросив с себя эту развесёлую маску, потёр лицо руками и хрипло выдохнул. – Получим.

Переход был настолько резким, что я не нашёлся что ответить. А он тем временем продолжал. Всё тем же голосом с хрипотцой, спокойным, но в то же время угрожающим, опасным.

– Изменённые нынче очень редки, добыча биоматериала упала почти до нуля. В таких условиях мы вынуждены беречь его для поощрения официально работающих на нас людей, в число которых ты не входишь, это, во-первых. Во-вторых, ты, дескать, можешь предоставить нам инфу о каком-то месте полном разнообразного хабара, но ценность этой информации я оцениваю в ноль. Оглянись вокруг Найд. Мы ударными темпами захватываем город, к концу зимы большая часть Приморьева будет успешно зачищена. Где бы не находилось это твоё место, мы его найдём и выжмем досуха в порядке очереди. Теперь тебе понятно, почему ты не получишь инъекций?

Вот так. В отличие от того же Скельта, Шило умел обламывать и делал это играючи.

– Ты не хочешь платить, рассказываешь мне, что эта информация ничего не стоит, но при этом хочешь её получить?

– Найд… – Толстяк поморщился. – Тебе заплатят, но выражаясь на сленге простого рабочего люда – закатай губу.

Кажется, у меня дёрнулась щека. Хотелось резко высказаться, но я усилием воли придушил свою гордыню на время этого разговора.

– Что ты предлагаешь?

– Я предлагаю тебе не тратить моё время и скидывать всю инфу на флэш накопитель. – Из бокового кармашка папки, Шило вытащил этот самый флэш накопитель и бросил на стол. – Запись должна содержать слепки памяти от и до. Без всяких пробелов и прочего. И о возникновение своего протеза не забудь слепок памяти. – Безопасник кивком указа на мою руку. – Можешь считать, что я приравниваю эту информацию к возможной угрозе для общины, а значит, могу действовать вне уже существующих рамок законности.

– А если нет? И с какого бока мой протез может считаться угрозой безопасности людей?

– А если нет… – Из коридора послышался звук открываемой двери, шаги, а затем в комнату вошли люди Шила. Один остался в коридоре, второй сместился в сторону, чтобы не перекрывать первому обзор. У обоих в руках парализаторы. – Что касаемо угрозы… ты не мог сам провести подобную операцию, хотя бы потому, что она требует третий уровень наркоза. А это в свою очередь значит, что тебе кто-то помог и насколько я знаю, среди жителей Башни нет специалиста подобного профиля. Агрокомплекс погиб, заводские моры тоже. Кто провёл операцию Найд? Где-то в городе закрепилась группа выживших, о которых мы не знаем?

Надо же, дуболомы из ОВБ даже дверь не стали выбивать. Просто открыли и вошли. Хотя чего я ожидал? Оружие на меня не направляли, но я уверен, что стоит мне сказать что-то не то, Шило безмолвно отдаст им команду через синхронизацию, а в меня полетят заряды. Даже если рыпнусь, особо серьёзного сопротивления оказать не смогу. А в застенки ОВБ мне попадать ну ооочень не хочется. Ходит слух, что в этих самых застенках происходят чудеса, даже немые обретают голос.

– Ты не понял. Нет никакой группы выживших, по крайней мере мне о них ничего неизвестно. – Внутренне я начинал закипать, но сдерживался, понимая что ситуация очень серьёзная и тут просто так помахать кулаками без последствий не выйдет. – Что до протеза… как бы сказать… что если у меня нет блоков памяти об определённых событиях?

– Продолжай. – Ребятки в сером потянулись на выход, и только когда за ними закрылась дверь, я начал говорить.

– Дело не только в том, что я нашёл место полное хабара. Уже на обратном пути я попал в странную ситуацию, и я не знаю, под-какого рода воздействие попал мой ИскИн, но создать слепок по моей памяти он не может. Я уже пытался, и тут тебе ни черта не поможет. Можешь меня хоть на мясо пустить, но довериться моим словам тебе придётся.

Шило фыркнул, а его толстые пальцы-сардельки пробарабанили незатейливую мелодию, пройдясь по обшивке дивана. – Похоже, этот разговор будет долгим. Беру свои слова обратно, не откажусь от крепкого чая. А вот танцы, пока отложим.

***

ОВБшник вышел от меня спустя час. Свой рассказ я повторил ему раз пять, не меньше. И каждый раз он пытался меня сбить с толку вопросами и поймать на несоответствии ранее сказанного. Я оказался прав, мой кибер протез вызывал вопросы. Такой не поставить самостоятельно, нужен кто-то кто проведёт операцию. И Шило этот момент не упустил.

Отбрехаться у меня получилось, но я толком и не врал. Нет лучше лжи, что та, что смешанна с правдой, и я рассказал ему всё. Вернее почти всё. Про сферу миров и прочее, разве что по моим словам выходило, что сектанты просто помогли мне как умирающему человеку, а не как бионику корпорации. Слепков памяти о крипте не дал, дескать, сам соображал нормально, но ИскИн был в отрубе. А вот само расположение крипты в яме указал. Сектантам не навредит, ведь, по словам Арка, выходило, что туда сектанты не вернутся, а от меня эта информация хоть немного отведёт беду.

На самом деле это ещё за меня не брались серьёзно. Так, показали силушку, заставили почувствовать петлю на горле. Хорошо я хотя бы догадался нормальную легенду в X.ROM-17 себе организовать. Ведь я болтался по оружейкам и собирал хабар уже после отключения управляющих объектом биоников. Начал с самого начала, вернулся к шлюзу и от него вошёл в Инкубатор снова. Это позволило мне создать нормальный слепок памяти, который я и предъявил Шилу без риска спалиться на том, что я не совсем человек.

Когда дверь за безопасником закрылась, я остался сидеть в кресле. Откинулся на спинку, руки на подлокотниках, голову запрокинул и уставился в потолок, пытаясь вывести свои мысли в рациональное русло и успокоиться.

Первыми чувствами были злость и обида, но я быстро сумел их отринуть. В словах Шило по поводу инъекций был свой резон. Он меня не обманывал, добыча биоматериала и в самом деле упала. Число мутов увеличилось, а популяция изменённых в округе снизилась. Не факт что вирус успел распространиться далеко за пределы города, но то, что внутри Приморьева он прошёлся по выродкам частой гребёнкой – неоспоримо. Как прав был безопасник и в том, что моя информация не настолько ценна, насколько я пытаюсь её выставить. Всё равно X.ROM-17, так или иначе, ещё до конца зимы будет разграблен.

Всё это было неважно, гораздо важней было то, что меня не забрали в закрытый сектор ОВБ. Даже плата, которую мне выделят за инфу, не важна. Кредиты у меня есть, оружие, боеприпас, два костюма, которые я собирался в скором времени продать, немало разного барахла, пара комплектов нательной защиты (Голли я продал только один из трёх) и наконец, уже оплаченный промышленный принтер и сканер. Теперь главное чтобы сделка с барменом выгорела. Тогда смогу «переплавить» ZT в элементы брони, а на вырученные от продажи костюмов деньги куплю экзоскелетную основу. Материал в контейнерах, стоит его попытаться пронести в общину, и он неминуемо привлечёт к себе внимание. А вот экза стандартного класса вряд ли. Ну, скажите мне, кто будет устраивать глубокий сканинг каждого отдельного сегмента моей экипировки?

Размышления пришлось прервать. Давящая, тупая боль поселилась в висках, медленно расползаясь по черепной коробке. Верный признак приближающегося импульса. Так и вышло, спустя половину часа боль стала серьёзней, забарахлил интерфейс. Где-то над моей головой, за слоями земли и бетонных конструкций с небес обрушился крик Риордана. Скверна, чья волна разойдётся от Первоисточника в стороны и в очередной раз отравит зеркала сферы миров.

***

В тот же день, закрытый сектор Башни…

– Я думаю, он агент.

– Агент? – Кардинал даже не пытался скрыть свой скептицизм.

– Да, агент. – Шило не обратил внимания на неверие своего друга. – Сам посуди. Появился спустя долгое время после первого импульса. Якобы всё это время провалялся в отключке внутри капсулы. Его пробуждение совпало с прибытием в клинику группы Заря. Совпадение? Дальше больше, он пережил всех старателей и бойцов из этой группы. Человек, не обладающий специальной военной подготовкой, выжил там, где умерли люди гораздо опытнее, чем он сам. Снова совпадение? Удача? Я вполне допускаю, что тот же Дед мог погибнуть от руки Найда. Возможно, стал о чём-то догадываться. К тому же у него идеальная легенда, у нас в руках есть полицейские архивы и прочая лабуда. Он действительно тот, кем назвался или же… над файлами документов ещё до импульса поработала серьёзная структура.

– Никаких доказательств? Одни предположения?

– А какие тебе нужны доказательства? Я только-только включил эту версию в разработку. Не нравиться мне вся эта ситуация, ещё и ты запретил применять крайние меры. Собиратели плоти притихли, а ведь раньше они частенько охотились на людей в пределах города. Ты не думал, что у них могли появиться пособники из числа людей?

– Странно, что ты вспомнил именно про собирателей. А как же сектанты? – Кардинал кивнул на собственный переносной комп. – Найд даёт наводку именно на них. А мы знаем, что сектанты из числа нелюдей – собирателям враги. Три зафиксированных случая, каждая встреча этих двух фракций не проходила без боя.

– Всё так. – Шило кивнул. – Но есть одно но. Если бы он был реально связан с сектантами они бы не спалились так глупо. Подумать только, синтетический протез! Да его не заметит только слепой! Я думаю, нам его показали не случайно, как и так называемую крипту. Я думаю, собирателям зачем-то нужно, чтобы мы вышли на сектантов. Понятно, что пока это всё предположения, но ты знаешь мою чуйку, а она просто вопит, что с этим парнем что-то не так. Хотя может дело и в сектантах, может, используют Найда как ниточку для контакта с нами. Я не знаю, слишком мало информации, одни предположения.

– Крипту не показал, слепков памяти он нам не дал. – Кардинал пододвинул к себе планшет и развернул на галосимуляторе карту города. – Ты уже отправил людей?

– Нет, отправлю завтра-послезавтра. Сейчас жахнет импульс, остались жалкие минуты до вспышки. – Глава безопасности покачал головой. – Ох, не нравиться мне этот Найд, ох не нравиться. Слишком много всякого вокруг него крутиться. Я не хочу, чтобы подобный человек продолжал оставаться в общине. Нужно сделать так, чтобы он отвалил на какое-то время в сторону.

– Что ты имеешь в виду? – Кардинал нахмурился, не понимая как можно «убрать в сторону» и заставить не появляться Найда в единственном безопасном месте города. Не убивая его и не прибегая к угрозам.

– Городской узел связи сгорел вместе с оборудованием, пора делать следующий шаг.

– Дальняя вылазка? Думаешь пора? Людей у нас не много, все задействованы в плане по зачистке города и добыче ресурсов.

– Ну, один-два отряда из корпуса старателей мы выделить можем. Отправим их в область, пускай собирают информацию, ищут следы выживших и намечают относительно безопасные тропы. Зима не будет длиться вечно, пока активность изменённых в минусе, нужно действовать.

– Согласен. Кто будет куратором операции?

– Да я и буду. – Шило смахнул со стола невидимые крошки. – Добавлю к отрядам своих ребят, пора им набираться опыта во внешних операциях. Кстати, что там с вирусом?

– С вирусом всё в порядке, у нас достаточно готового продукта чтобы повторить. Вчера пересматривал записи первых дней и знаешь. – Кардинал бросил на своего друга обеспокоенный взгляд. – А ведь из города ушло тварей не меньше чем осталось.

– Знаю. Хочешь придержать вирус, на случай если к общине выйдет рой?

– Мы даже не знаем, существует ли ещё такое явление как рой. Стада изменённых выродков вполне могли рассеяться по земле, ведь от импульса им нужно где-то прятаться…

Кардинал не договорил, мотнул головой и помассировал виски. Шило поморщился и выдохнул. – Началось.

Небо над городом налилось ядовитым свечением. Звенящая тишина сковала улицы. Выжившие, где бы они не находились, побросали все дела.

С небес низринулся Импульс.

Глава 5. Некромеханика

Я стоял перед виртуальным зеркалом, частичное погружение даровало много удобных функций, и сейчас я пользовался ими на всю катушку. Приседал, махал руками, перекатывался по полу. Увидел бы меня кто со стороны – оборжался. Но мне нужно было проверить костюм, корректно ли всё работает. Смех смехом, а если что-то подведёт в бою, будет не до улыбок.

С момента моего появления в общине прошло две недели, за это время я продал оба своих костюма – «Оберег» и модернизированный Кнопой «Мародер». И нужно признать получил вместо них достойную замену.

Один из нательных костюмов вытащенный из оружейки Инкубатора, стал прекрасной основой для новой экипировки. Рыжий технарь сделал его внутренним слоем нового костюма, покрыв поверх утеплителем и покрытием зимнего класса. Естественно учитывая специфику моей жизни, внешняя сторона костюма была пропитана экранирующим излучение составом.

Кроме того сегодня ко мне доставили мой заказ. Пехотную экзу, немного устаревшую, но идеально подходящую под мои текущие планы. Узел управления не требовал наличия реакционного имплантата, как этого требовали, например, навороченные силовые костюмы Огненных кулаков Кардинала. Но в экзоскелете со звучным названием «Викинг» были и свои минусы. Например, в нём не было поддержки кибер мышечного каркаса, серьёзно увеличивающего силу владельца, энергоснабжение старого поколения было на уровень хуже и прожорливей современного, а это означало, что со мной повсюду должен быть запас батарей. Одной батареи хватало от недели до месяца нагрузки в зависимости от времени работы костюма. Вроде как ничего страшного, но каждая батарейка, несмотря на свою компактность, весит около трёх кило и занимает место в рюкзаке. А ведь ещё нужно чем-то напитывать основу, нательный костюм корпорации, плюс батарея для встроенного энергетического щита… и того три батареи без всякого запаса, около десяти килограмм веса.

Экза доставленная ко мне посыльными была каркасно-модульной, никаких переплетений синтетики и кибернетики. Обычные парамагнитные пластины в качестве точек крепления напротив суставов, призванные удерживать различные защитные модули: наплечники, набедренники, наколенники и прочие бронированные щитки. Эти элементы могли быть выполнены из самого разного материала, будь то сталь, металлокерамика или, к примеру, противоосколочный пластик, покрытый поверх силиконом и прошитый стеклянной нитью. Сейчас все слоты пустовали, а я просто двигался, частично погрузившись в вирт, и прислушивался к своим ощущениям. На первый взгляд выходило прекрасно, косяков в работе рыжего технаря не заметил. Все узлы работали нормально, закреплённый на пояснице слот под батарею и одновременно с тем гравитационный имитатор не мешался и не стеснял движений.

Именно имитатор был сердцем этого костюма. Округлая коробка, закреплённая на поясе у поясницы. А сам пояс помимо прочего удерживается лямками на плечах. Лишь благодаря этой «коробке» обычный пехотинец в «Викинге» мог таскать на себе все эти бронированные щиты и рюкзак с солидным грузом. Шутка ли? – до пятидесяти кило одних только модулей можно навесить. Вот только я ничего утяжелять не собирался. Гравитационный имитатор станет моим гарантом сохранения выносливости и силы при переноске рюкзака и остальных вещей, которые я возьму в дальнюю ходку за пределы города. А вместо тяжёлой защиты (хотя по сравнению с экзоскелетами других классов объём модулей Викинга был так себе) я установлю копии, состряпанные на промышленном сканере из материала ZT. Тонкие, гораздо легче обычных материалов, эти элементы моей защиты, созданные из ZT, позволят снять нагрузку с имитатора гравитации и перераспределить её на тот же рюкзак.

Рыжий кстати тот ещё гад. Добытчик ему нужен… заставил меня отдать ему последний из нательных комбезов вытащенный из X.ROM-17. Хотя с другой стороны в качестве ответной услуги он собрал мне «Викинга», а главное где-то раздобыл его сердце, имитатор гравитации, который, между прочим, официальными путями было не достать. Но это проблемы Кнопы, а не мои. К тому же он до сих пор работал над шлем-маской. При этом клятвенно обещал состряпать что-то донельзя крутое.

Стук в дверь прервал мою работу в частичном вирт погружении. Пришлось спешно возвращаться. Я ожидал увидеть кого угодно, Скельта, других безопасников, Шило в конце то концов, но на пороге стояла Сойка.

Слегка обалдев, я нацепил на харю серьёзное выражение и открыл.

– Привет. Занят? – Она произнесла эту фразу слишком громко, дёрнула уголком губ, неестественно улыбнулась. Нервничает? Чувствует себя неудобно? Руки скрещены на груди, поза до того как я открыл дверь была преувеличенно расслабленная, Сойка опиралась задницей на перила. Но теперь, когда я открыл встала ровно, подалась навстречу и теперь не знала, куда себя деть. Не уверена в себе? Предстоит неприятный разговор? А может, хочет, чтобы я сделал именно такие выводы? Чёрт его знает.

– Привет, заходи. – Я отодвинулся немного в сторону, пропуская её к себе. Мимолётно отметив тёмные мешки под глазами. Плакала? Или просто устала?

Она скользнула взглядом по моей экипе и просочилась в коридор. Уже здесь спросила – Куда-то собрался?

– Пока нет. Разувайся, проходи в зал, я буду через минуту.

Зашёл в комнатку, где хранилось рейдовое имущество, переоделся в гражданку. Вышел в джинсах и футболке, шлёпая по полу босыми ногами. Соя к тому моменту уже заняла уголок дивана, тот самый на который приземлился Шило во время допроса. Я сел напротив.

– У тебя ко мне какое-то дело?

– Да, сегодня ночью умер Крыс, нашу группу оповестили с утра.

– Соболезную. Я его не знал, но уверен он был достойным парнем.

Девушка откинулась на спинку дивана и пристально посмотрела мне в глаза. – Нам нужна помощь.

– Я уже сказал, что не обладаю информа…

– Нет. Помощь другого рода, не информация.

Я пожал плечами. – Тогда объясняй подробней.

– Крыс много бредил по дороге к Башне, мы показывали тебе видео.

Я кивнул, позволяя ей понять, что понимаю, о чём идёт речь.

– Так вот, мы изучили все записи, все слепки памяти. И пришли к выводу, что те твари, с которыми мы с тобой сражались, немногочисленны, а возможно так и вообще единственные в своём роде. И появились они недавно, возможно мигрировали откуда-то из-за границы города.

Я не стал её переубеждать и рассказывать правду, про разрыв пространства, чёрный шпиль и туман, хлынувший в провал. Ведь я-то знал, как появились эти чудища, но пока не видел смысла лишний раз трепать языком. Она тем временем продолжала говорить, а я невольно поймал себя на мысли что даже вот такая, бледная, без какой-либо косметики и с мешками под глазами, Сойка красива.

– … Крыс много чего нёс в бреду своего сумасшествия. И кое-какие его фразы натолкнули нас на мысль что шрамы, оставленные на наших телах в тот первый бой это, по сути, метки.

– Метки? Ты хочешь сказать, что туманные охотники могут найти любого из нас?

– Да, поэтому мы решили найти их первыми.

– Охота? Я правильно понимаю? Вы хотите устроить охоту, используя нас. – Я кивнул на Сойку и хлопнул себя по груди. – В качестве приманки?

– Да.

– План есть? – Не то чтобы я вот так сразу согласился, уж больно жуткой была та сила, что взглянула на меня на вокзале. Но как минимум выслушать Сойку стоило.

– Вот смотри. – Девушка вынула из кармана серой куртки маленькое устройство, оказавшееся переносным галатранслятором, и установила его на стол. – Взгляни на карту, место особо не хоженое, но нам удалось выяснить, что вот этот проход не завален.

Тонкий девичий пальчик ткнул в красную точку на голограмме.

– И что там?

– Там склады с разной химией, краска в основном и прочая горючая фигня. Мы хотим устроить ловушку. Заманить туда стаю этих выродков, втянуть в бой, отступить, блокируя единственный выход и устроить бум.

От былой неуверенности не осталось и следа. В глазах старательницы горел пожар ненависти. Она очень, ОЧЕНЬ хотела провернуть это дело.

***

– А без понтов можно было обойтись?

Я крутил в руках самый что ни на есть металлический череп. Ну как череп, по идее это был мой новый шлем к экзоскелету. Вот только забрало у него было стилизовано под череп без нижней челюсти. Этакий жутик, покрытый краской и взирающий на мир сенсорными линзами из глубины глазниц.

– Вы старатели, сборище неблагодарных бродяг! А я, между прочим, старался!

Кнопа был разочарован моей реакцией и злился. Мне же на его злость было класть, больше интересовало, что скрывается под этой понтовой «обёрткой».

– Не кипешуй, расскажи мне лучше, что к чему. Весь список в активе?

Дело в том что, заказывая у Кнопы шлем, я набросал ему целый перечень характеристик которым кровь из носу должен был соответствовать заказ. Не зря же ему в лапы в конце то концов ушёл один из технологичных костюмов и солидная сумма в кредитах.

– Весь! И даже больше! Тепловизор, просеиватель визуальных помех, защита от резких перепадов освещения, вот тут на затылке пассивный сканер, реагирующий на движение…

– Чего-чего? – Я развернул шлем и взглянул на его заднюю часть. Ну да, в самом деле, есть какая-то блямба, утопленная в защиту.

– Ну, это типа сканер на затылке. – Кнопа как-то даже стушевался. – Идёшь ты такой по туннелю, башкой крутишь в разные стороны, постоянно мониторишь картинку с дронов, согласись – неудобно ведь! А с этой штукой можно расслабиться, засечёт движение, оповестит.

– Расслабляться в рейде нельзя, хоть с этой штукой, хоть без. Но если работает как надо то спасибо, стоящая модификация. Сегменты защиты съёмные?

Рыжий техник пожал плечами. – Ну да, как ты просил. Хотя не знаю на кой чёрт оно тебе. Она всё равно не серьёзная. Сильно утяжелять нельзя, тупо шея не вывезет без усиления кибернетикой. Да и заброневые травмы никто не отменял.

Про травмы это он дельную вещь сказал. Защита что называется на удачу, на мелкий осколок, на случайный камешек от взрыва, на не сильный удар лапой. Во всех остальных случаях удар той же пули прошедшийся по касательной даже если не пробьет, то по башке вдарит серьёзно. Или мозги в кашу или сломанная шея.

– Значит вся эта красота, снимается? Покажешь?

– Говно вопрос! – Технарь забрал шлем, перевернул и положил на стол. – Видишь защёлки?

Я кивнул.

– Одновременно на них жмёшь и всё, вот таким движением вынимаешь из пазов маску, затылочный сегмент и пару боковых по очереди начиная спереди. Главное сильно не дёргай, а то сенсоры и другую электронику повредишь.

– Что со звуком?

– На базе стандарта, можно разобрать-заменить при желании. Рация, подавитель звука и прочее, как обычно.

Я кивнул, шлем мне определённо нравился всё больше. – Ещё один вопрос. Откуда ништяки? Проблем не было?

– Проблем? Найд, ты притащил мне редкую экипу. И насколько я понял, притащил не один такой костюмчик. Вот тебе и ответ, мне даже не пришлось пробивать детали через знакомых. Всё официально. Костюмчик кстати изъяли себе яйцеголовые в научный отдел. Тот, что ты продал Голли – тоже. Поговаривают кстати. – Кнопа перешёл на шёпот – Что такие крутые и технологичные причиндалы отходят напрямую ребятам из личного взвода Кардинала.

– Значит, на меня больше не действует закон о купле-продаже разных редких боеприпасов и экипировки?

– Может и действует. Я-то откуда знаю? Главное что дядечки в сером зашли к нашему бригадиру сразу после твоего заказа и о чём-то с ним тёрли. Потом уже после их ухода он меня к себе вытянул и в лоб сказал, что могу не шифроваться. Типо сто в гору тебе, флаг в руки и аэромобиль навстречу, бери со склада чё хошь для этого Найда. И как только узнали? Сам понимаешь, я о нашем сотрудничестве молчок.

– Интересно девки пляшут по четыре штуки в ряд…

– Ага, и я о том же. Ты явно любимчик администрации.

Любимчик… знал бы ты рыжий о том, что меня сотрудники ОВБ в любой момент могут за задницу схватить, так бы не говорил, ну да ладно.

– Брать то будешь? – Кнопа едва не приплясывал вокруг своего шлема.

– Конечно буду. Спасибо за работу.

– Не за что, бывай старатель.

На этом моменте наша встреча закончилась крепким рукопожатием. Шли третьи сутки с того дня когда со мной связалась Сойка.

***

За стенами общины было очень холодно, почти минус тридцать. Снег в темноте под ногами группы хрустел и шуршал. Отряд Черепанова и другие, привлечённые к этому делу старатели, выходили на охоту. Я тоже был среди них, чёрт дёрнул согласиться. А как собственно не согласиться? – если плата точь в точь та, что предлагал мне пьяный Пират в баре. Инъекция биоклеток. Да и сидеть я в общине больше не мог, не привык бездействовать, а Голли всё тянул с заказом. Но его грех винить, такие дела по мгновению волшебной палочки не делаются.

Быть бы этому рейду стандартным и даже обыденным для старателей делом, если бы не состав выходящих из Башни отрядов. В этот раз всё было серьёзно. Оглядываясь назад, могу с уверенностью сказать, что даже в этом новом, разрушенном мире я умудрился стать реликтом, стариком, отвергающим новые правила игры. Если тот парень, чью личность мне приживили, до последнего сопротивлялся вживлению биоблока, то я в свою очередь сумел отстать от жизни уже после случившегося звездеца. На охоту не вышло ни одного вольника, да и существовали ли они теперь? Остался ли кто-то из старателей свободным? Я не знал, но подозревал что нет, не остался.

Из башни выходили двумя группами. Первая, которую вёл лично Череп, называлась «Чёрный рыцарь» и я шагал именно с ребятами Черепанова. Но были и другие, община смотрела на эту охоту как на официальную операцию и включила в состав рейда ещё одну группу. В ней шли незнакомые мне бойцы из недавно сформированного старательского корпуса, вояки и надо же… оперативники ОВБ.

Если я правильно понял, помимо ребят со стволами, в этом втором отряде тащили какое-то оборудование сотрудники научного отдела. В их задачу входило исследовать останки в случае успеха операции и доставить образцы в Башню.

Перед самым выходом в рейд нас собрали у последнего шлюза отделяющего внутренние территории общины от поверхности. Здесь был базовый инструктаж и знакомство, если можно так сказать. Среди тех, кто шёл со вторым отрядом я приметил Скельта, и сразу же разыгралась моя паранойя. Что если моё присутствие здесь нужно не ребятам Черепа, а ОВБшникам? Что если от меня решили попросту избавиться? Мало ли что может случиться в рейде…

Череп был ответственным за этот рейд, он большой босс и в «поле» даже серые рыцари плаща и кинжала из подручных Шила должны были его слушаться. Хотя у них в отряде шли свои проводники, присматривающие за тем, чтобы кто-то из неопытных топтунов не накосячил. Серый и Ласка, те самые соседи погибших Волка и Деда, охотники и убийцы монстров, промышляющие ликвидацией тварей покрупнее.

Я был назначен в пару к Сойке, мы вместе – прикрытие для Татошки, связиста и технаря группы. Тылы прикрывает Пират, сразу передо мной маячит огромная спина Черепа. Вот у кого экзоскелет всем на зависть. Здоровенный, неизвестного мне класса, в таком и в рукопашную с крупным Стротом сойтись можно, не говоря уже о первоклассной защите. Повышенная сверх всякой меры сила и грузоподъёмность позволяли лидеру группы тащить на своей спине генератор, а так же тяжёлый плазмер закреплённый на одной из массивных механических рук.

Идти по следам гиганта было проще простого. Он в буквальном смысле протаптывал нам путь среди снежных завалов, а сканеры его костюма позволяли прокладывать маршрут таким образом, чтобы избежать падений и провалов в какую-нибудь щель.

Над городом раскинулась ночь, где-то далеко за домами начинало светлеть небо, близился рассвет. Мы вышли затемно, с головной нырнув во тьму и холод обледенелых улиц. Несмотря на то, что зелёную зону патрулировало гораздо меньше людей, чем обычно, здесь всё же было спокойно. На канале царствовала тишина, идущие со мной бойцы были тёртыми калачами и старались не перекрывать эфир ненужной болтовней. Лишь лидер группы изредка о чём-то переговаривался со второй группой, идущей по нашим следам.

Рассвет застал нас на переходе. Точка, к которой мы двигались, располагалась гораздо севернее вокзала, и соответственно нужды переходить через жд пути не было. Обогнули Яму полукругом, заложили крюк пробираясь среди руин и вышли к площади Дружбы, всё свободное пространство которой теперь было забито искорёженной техникой.

В бытность четырёхдневной войны тут разгорелся страшный бой. Почти центр города, множество дорог и аэротрасс сходились вокруг площади в специально построенных для этого дела высотных развязках и кольцах. На ближнем от нас крае замер наполовину расплющенный амерский танк, чью корму придавило огромным бетонным сегментом, отколовшимся от развязки. Если бы не намалёванный на его побитой башне знак амеров, а так же уцелевшая передняя часть машины, я бы в жизни не понял что передо мной танк.

Опорные колонны, окружающие площадь в большинстве своём рухнули и сейчас были невидимы из-за завалившего их снега. Те же что уцелели и остались стоять до сегодняшнего дня, целились в небо зазубренными и обломанными вершинами.

Столь массовое обрушение опорных колонн потащило за собой сегменты развязок и колец окружающих площадь дорог. Как итог, местность превратилась в подобие воронки с плоским дном-площадью, и сплошным кругом возвышающихся по краю площади завалов. Мы как раз взбирались на край этого кольца со стороны Башни, когда небо окончательно посветлело и в свою силу вступило утро.

– Привал десять минут, вторая группа отстала. Пират и Найд пошукайте вокруг, Татошка заряжай игрушку, посмотрим площадь. – Лидер группы был краток и лаконичен.

Череп остался с Татошкой и Сойкой. Мы же с Пиратом переглянулись и разошлись в разные стороны по вершине завала. Он налево я направо. Приказ Черепа был дельным, но… не эффективным. На гребне полно мёртвых зон, за каждым крупным обломком может таиться опасность. Я оглядел свой край с помощью дрона метров на пятьдесят-семьдесят и ничего не увидел. Снег лежал нетронутым, детекторы молчали, визуальная картинка не настораживала и не пугала. Дальше двигаться не стал, залёг лицом в сторону площади. Слишком уж высок риск, провалиться в какую-нибудь щель или переломать ноги. Сканеры, встроенные в шлем не давали стопроцентной гарантии избежать подобных ловушек. Да и на экзу перед выходом я все же прилепил защитные модули, самые дешёвые, керамические, но от того не менее тяжёлые. И мне очень не хотелось, чтобы общий вес сыграл со мной злую шутку. Насколько я успел понять, имитатор гравитации всего лишь убирает нагрузку с тела, распределяя её по площади вокруг, а не делает меня лёгким как пушинка.

Площадь, окружённая руинами, молчала. Прикрытая со всех сторон от ветра, заваленная гражданской и военной техникой, припорошенная снегом, она не вызывала тревоги. Но это только на первый взгляд.

По факту же стоило только моему новому прицелу перестроиться на оптический режим с функцией теплозахвата как я немедленно выхватил в мешанине железного хлама и снега, несколько мерцающих теплом пятен, но доложить не успел.

– Группа два подтянулась, сократила дистанцию. Сбор. – Радиосвязь радовала, голос Черепа звучал чисто, без единой помехи.

– Кэп, мутов на три часа видел? – Сразу после переклички Пират опередил меня с докладом.

– Татошка засёк.

– Добро.

Дрон разведчик технаря как раз приземлялся, когда я вышел к стоянке. В моём докладе они уже не нуждались, вовсю смотрели запись с дрона в групповом интерфейсе. Я тоже бросил взгляд, но ничего интересного для себя не нашёл. Мутопсы – знакомые и распространённые звери. Особых проблем крупному отряду доставить не смогут…

Так и получилось. Стоило группе спуститься на площадь, как чуткое к запахам зверьё потерялось среди обледенелых скелетов машин. Череп решил перестраховаться, оставил меня и Пирата на склоне. Снайпер забрался на бетонный выступ и вёл группу около трёх сотен метров, пока я бездельничал поблизости, не забывая следить за тем, чтобы кто нибудь зубасто-клыкастый не подобрался к нам с тыла или флангов.

– Кэп мы снимаемся, вы выпадаете из вида. – Пират больше не мог вести группу, больно сложной была местность. Людские фигурки терялись за нагромождениями обледенелых обломков и ржавой техники.

– Догоняйте. – Голос Черепа скрипнул помехами, но мы сумели расслышать. Снялись споро, быстро пошли парой по следам группы, просеивая сквозь прицелы стены хаотичного лабиринта, который постепенно вырастал вокруг пути следования группы.

Именно в тот миг, когда мы углубились в лабиринт из покореженной техники, оттуда, где ступало ядро нашей группы, раздался оглушающий скрежет. Где-то впереди взметнулся снег и столб пара, крик Черепа – КОНТАКТ! – резанул уши, а над площадью разнёсся визг циркулярной пилы.

Пират отреагировал на удивление спокойно, сохранив хладнокровие даже тогда, когда в воздухе повисла барабанная дробь хлопков автоматического оружия, размазанная в воздухе средствами бесшумной стрельбы и заглушаемая звонкими ударами пуль по металлу.

– Подсади!

Я интуитивно, на голых рефлексах понял, что задумал снайпер, ибо сам поступил бы примерно так же. Сбоку от нас припорошенная снегом ржавела перевёрнутая на бок громада многоколёсного пехотного транспортника. Туда-то Пират и полез, оттолкнувшись от моих сложенных лодочкой рук. Уже оказавшись наверху, старатель развернулся в сторону боя, приник к прицелу и с чувством выматерился.

Я не стал задавать вопросов, итак было понятно, что ничего хорошего снайпер впереди не увидел. Грохот и визг приблизились, а стрельба наоборот сбавила обороты. Я успел заметить, как легковой аэромобиль взлетел вверх и рухнул где-то в стороне, подброшенныйв воздух неизвестной силой. А затем то, что визжало и неслось в нашу сторону, раскидывая со своего пути тяжеленные препятствия, показалось на глаза…

Даже если бы я очень сильно захотел убраться с пути приближающейся угрозы, сделать что либо, при всём желании, не успевал. Груда транспорта передо мной дрогнула и с душераздирающим грохотом раздалась в стороны. Волна снега, вперемешку с грязью, каким-то мусором, кусками асфальта и ещё бог весть чем, вспучилась и ударила в днище перевёрнутого транспортника.

Я попытался уйти влево, но не преуспел. Над головой хлопнула скупым выстрелом винтовка Пирата, сверкнул яркой вспышкой мой энергетический щит, а затем меня подкинуло и швырнуло в сторону. К тому моменту, когда я кое-как выбрался из-под снега, оказалось что меня отбросило метров на семь в сторону и лишь удача, энергетический щит да снежное покрывало, уберегли меня от травм.

Пирата на машине больше не было. То ли снесло к чертям ударом, то ли сам спрыгнул c другой стороны пытаясь разорвать дистанцию. А то, что пробило к нам дорогу и врезалось в транспортник, погнув его днище и вырвав несколько деталей, грузно ворочалось в снегу чадя дымом.

Первой мыслю проскочившей в мозгу, было – ВЫШКА! Матёрый изменённый! – Но я оказался неправ.

С той стороны, откуда примчалось чудище, прилетел мощный заряд плазмы, грохнуло, полыхнуло и отбросило меня обратно в снег, который стал быстро таять от дикого жара. Но краткого мига перед вспышкой, от которой меня защитила встроенная в линзы шлема защита, хватило, чтобы разглядеть нечто иррационально страшное.

Пластины металла, массивные механические лапы, развороченный и оплавленный корпус, в недрах которого сквозь оплавленную дыру виднелось нечто живое, пульсирующие, из плоти и крови. С таким «зверем» я ещё не сталкивался…

Безостановочно матерясь, я пополз под противоположный от чудища завал, ориентируясь по памяти, ибо линзы шлема хоть и защитили глаза, перестроиться обратно моментально не могли, да и грязью их порядочно залепило. Дважды шваркнувшись обо что-то шлемом и зацепившись рюкзаком, я сумел выползти на соседнюю «улицу» едва при этом, не потеряв свой автомат. Только здесь смахнув с глазниц шлема грязь, я, наконец, снова смог видеть.

– Всем разорвать дистанцию! Повторяю! Разорвать дистанцию с противником! Двигаться к маркеру! Двига…

Где-то за спиной снова завелась «циркулярная пила» страшно вереща на всю округу. Если бы не навороченный шлем, я бы уже ничего не видел из-за накрывшего округу пара. Плазменный заряд не шутка, да ещё и выпущенный из оружия Черепа. Но тварь, чем бы она там не являлась, этот выстрел пережила.

Ну а я… а что я? АСС эту дуру явно не возьмёт, оставалось спешно ретироваться, выполняя приказ лидера группы и откатываясь к обозначенной на миникарте точке. Странное дело, но тварь не стала гоняться за нами, продолжая разбрасывать завалы техники. Визг смолк где-то у противоположного от нас края площади Дружбы. Минут через пять мы собрались вокруг Черепа, все как один грязные, сосредоточенные и злые.

А гиганту между тем, судя по внешнему виду, досталось посильнее других в этой скоротечной стычке. Наплечный щиток помят и скручен, как держится – непонятно, шлем исцарапан, на грудной защите вмятина. Но, несмотря на мощь чудища, потерь в группе не было, да и раненых я не наблюдал.

– Что это за ху*** была? Кто-нибудь успел разглядеть? – Снайпер устроился на крыше очередной тачки, внимательно всматриваясь с высоты в округу. Пират смахивал на негра. В отличие от меня и Черепа он не таскал на голове шлем. Только обруч с закреплёнными на нём модулями. И насколько я понял, снайпер, так же как и я оказался рядом с нашим противником, когда Череп отработал по нему плазмой. Ожогов не видно, но лицо сплошь в саже, как и вся экипировка.

– Отставить базар, всё потом! Формируем квадрат, уходим. Ошибкой было спускаться сюда, я оповестил вторую группу, пойдут в обход по кольцу из завалов по краю площади. – Голос Черепа гудел и вибрировал, почему-то мне показалось, что он едва сдерживает рвущуюся наружу ярость. А может это шлем его экзы так искажал звук?

С принятыми у группы тактическими построениями меня успели ознакомить ещё перед рейдом, тем более что в моём биотическом блоке были сохранены базовые тактические приёмы ещё с Агрокомплекса, так что, что такое «квадрат» я знал. В центре наименее защищённые бойцы (иногда командиры-офицеры) по «углам» стрелки, ну это если за стандартное пехотное отделение говорить. В отличие от пехтуры у нас условный центр занял Татошка, а я, Сойка, Пират и Череп – углы.

Пошумели мы знатно, в число достоинств плазмера не входит бесшумная стрельба. Да и транспортник, принявший на себя часть огня, вовсю полыхал за нашими спинами, пятная небо столбом едкого, чёрного дыма. Странно, что тварь, которую я толком не сумел разглядеть, не реагировала на мутопсов. Ведь они шарахались среди завалов ещё до того как наша группа появилась здесь. Что же это за чудо такое? Какая-то боевая единица, оставшаяся с войны? Но откуда в ней эта пульсирующая хрень вызывающая чёткие ассоциации с изменёнными? Грубая смесь механики-кибернетики и плоти, такого мне ещё видеть не доводилось. А главное у этого существа (или машины?) есть чувство самосохранения. Получив два заряда плазмы и серьёзные повреждения, оно не стало продолжать атаку, просто сбежало. Ещё одна загадка мёртвого города, загадка… которая может стоить кому-то жизни.

Остаток расстояния до края площади проскочили без происшествий. Двигались в тишине, лишь Череп изредка о чём-то переговаривался со второй группой. Уже взобравшись на гребень завала, остановились привести себя в порядок. Обернувшись назад, я увидел наших союзников через прицел, они были рядом, километр-полтора. Шли в обход по гребню кольца.

– Сворачиваемся, мы почти на месте.

Черепанов был прав. Вход в подземные улицы, ведущие к искомому складу, не был виден, но судя по карте, он был сразу за соседними руинами. Дошли без потерь – уже радость.

Туннель встретил нас старой баррикадой, местами разбитой и растасканной по округе. Тут тоже шли бои. Сохранившиеся стены зданий несли на себе старые шрамы. Вывеска над уходящей под землю дорогой напоминала решето. Несмотря на светило, так редко радующее нас яркими лучами сквозь пелену туч, сегодня было солнечно и ярко. Вот только зиме было на это начхать, от фильтров шёл пар, температура стояла морозная.

Заваленная на бок передвижная турель зияла рваной дырой на месте центра корректировки огня. Несмотря на то, что старое орудие выглядело как напрочь убитый и ржавый хлам, технарь полез внутрь, то ли от любопытства, то ли желая чем-то поживиться. Череп и Пират заняли позиции на остатках баррикады, ну а я вместе с Сойкой натянул сигнальную нить, установил камеру на углу здания и заложил мины по приказу Черепа.

Командир, выслушав наш доклад, немедленно озадачил новым приказом. Вторая группа уже на подходе, с минуты на минуту будет на месте. Следовало углубиться в недра туннеля и проверить ближайшее пространство на наличие угроз и препятствий, при этом вход без надзора он бросить не мог. А так как от снайпера на поверхности будет больше толку, идти вниз выпало снова мне и Сойке.

Перед спуском я сменил батарею, подпитывающую энергетический щит. Шутка ли, семьдесят процентов заряда снесло одним ударом, но были во всём этом и свои плюсы. Стычка взбодрила сверх меры, сдавила пружину восприятия, заставляя быть осторожным и сосредоточенным. Плевать на неизвестную тварь и новые вопросы, только приказ, только дело, без лишних мыслей и эмоций. Судя по сосредоточенному лицу девушки, она поддалась тем же настроениям.

Вниз пошли тихонько-тихонько, прижимаясь к противоположным стенам вдоль дороги и запустив вперёд мухи. Сойка каким-то неведомым мне образом умудрялась идти очень тихо. А ведь под ногами то наметённый от входа снег, то наледь, то вода… Стоп! Вода?

– Стоп!

Напарница послушно замерла. Присела в каком-то тёмном закутке у стены, пока я продолжал пялиться в темноту туннеля. Во всех спектрах, в которых только можно было исследовать пространство сквозь линзы и прицел, не было видно ничего необычного. Туннель как туннель, кучи мусора, кости вот через лёд просвечивают, небольшой затор из машин весь в ветках и замороженной грязище.

– В чём дело? На мухах чисто, сканер молчит, что ты видишь желтоглазый?

Сойка не выдержала, глянула на меня, завозилась по левую руку у другой стены.

– Замри, не шевелись.

Я не знал что меня насторожило, подал первую команду «Стоп» до того как разрозненные мысли смогли сложиться в полноценную картинку происходящего. И сейчас усиленно шевелил извилинами не прекращая всматриваться и вслушиваться в окружающее пространство.

Вода под ногами у моего края стены… чувство тревоги… мутаген туманных охотников молчит…тихо, ни движения, ни звука…

– Татошка ведь тащит с собой мощный детектор? Я видел у него что-то похожее.

– Да, есть такой, а что?

– Ничего, возвращаемся.

Нужно отдать девушке должное, она не стала меня расспрашивать и задавать ненужных сейчас вопросов. Уже у выхода, когда на глаза показалась баррикада, спросила. – В чём дело? Почему мы вернулись?

– Вода.

– Что вода? – Сойка не выдержала, догнала и вырвала меня из омута мыслей, схватив за плечо и развернув к себе. – Можешь объяснить толком?

– Вода у моего края стены. Но температура там такая же, как и снаружи, перепадов нет, в тепловизоре нет ни единого источника тепла. Тогда почему лёд подтаял? Почему иней на ржавеющих машинах с внутренней стороны туннеля весь в потёках, а не во льду. Я не знаю что тут не так, но то, что не так – точно.

Череп не стал выходить с нами на связь и спрашивать, почему возвращаемся, не проверив туннель должным образом. Причину этому мы увидели, когда поднялись на поверхность. Группа номер два догнала наш отряд.

Глава 6. В преддверии мрака

Старый потрепанный имперский флаг хлопал на ветру, развиваясь над баррикадой. Бойцы охранения в большинстве своём состоящие из малоопытных людей заняли ближайшие руины. В воздухе посилился раздражающий запах еды и сигарет. Балбесы…

Подобные расклады заставляли меня нервничать и испытывать чувство испанского стыда. Всё шло не так. Они двигались не так, разговаривали слишком громко, занимали невыгодные позиции, пахли и шумели. Чувство тревоги поселилось в груди. Хотелось крикнуть – Тише придурки! Вы же уже трупы! Тут так нельзя! – Уж лучше на их месте были патрульные. Те хотя бы имеют опыт и чуйку в отличие от офисных учёных, и служак из ОВБ.

Но видел и ощущал угрозу не я один. Серый и Ласка с ног сбились, обходя позиции и вбивая в глупые головы науку. Мне же было не до того. Ко мне пристали яйцеголовые услышавшие мой доклад Черепу.

– Постойте, постойте! Таянье льда без изменений температуры? Великолепно! Мы должны немедленно исследовать найденную аномалию!

Мне очень хотелось схватить говорившего за плечи и долбануть его головой в лицо. Чтобы маска осколками, и нос в хлам, но я сдерживался. Черепанов же видя, какой винегрет из людей всех мастей во втором отряде и как они себя ведут – рассвирепел. Пару рыков и народ подпритих, яйцеголовые сбились в кучу под защитой уцелевшего сегмента баррикады, никто к нам больше не лез и не отсвечивал.

– Твои выводы Найд?

Я пожал плечами. – Хорошо бы проверить проходимость туннеля детекторами и сканерами мощнее, чем есть у меня и Сойки. Мы можем и сами пощупать, но сам понимаешь яйцеголовый кое в чём прав. Возможно в туннеле зона нестабильности, а насколько она проходима неизвестно.

– Я отправлю к вам Татошку, ждите на месте.

Я на эту его фразу только кивнул. Махнул рукой Сойке, и мы вернулись во тьму низинной улицы немного разбавленную светом от входа.

– Думаешь, эта зона нестабильности опасна?

– Не знаю Соя, но узнавать на собственной шкуре не хочу.

На этом наш разговор закончился, так и не успев толком начаться. Татошка подошёл минут через семь, встретился с нами на солидном удалении от замеченной мной воды и попросил объяснить, в чём собственно дело. Я естественно тянуть кота за яйца не стал, обрисовал ситуацию в двух словах и принялся наблюдать за работой технаря. Возился тот долго, минут двадцать не меньше. Вспыхивали зеленоватые отблески луча сканера, гудели, вибрируя детекторы. Даже пробы снега в непосредственной близости к аномалии он взял и прогнал их через компактную хрень вынутую из рюкзака.

Мы с Сойкой всё это время наблюдали за туннелем, всматривались в темноту, стараясь не подвести Татошку и в случае внезапной угрозы ответить точным огнём на поражение. Когда технарь заговорил в канал группы, я уже порядком утомился и молился чтобы это бездействие поскорее закончилось.

– Череп, как слышишь? Приём.

– Хорошо слышу, докладывай.

– По всем параметрам глухо, но Найд молодец, что-то здесь нечисто. Снег тает при минусовой температуре, это ненормально.

– Пройти сможем?

Татошка на секунду замолчал, будто обдумывая дальнейшие слова, и выдал. – Ответственность на себя брать не буду, предположительно опасная зона не перекрывает туннель, вдоль левой стены пройти можно, но сам понимаешь…

– Понимаю, случиться может всякое.

– Верно.

Минуту на канале висела тишина. Татошка собирался, мы сидели вместе с напарницей и тупили в темноту, ожидая решения.

– Найд? Сойка?

Девушка ответила первой. – Слушаем.

– Двигайте дальше, задача та же, проверка туннеля метров на четыреста в глубину. Как дойдёте сразу на связь. Сейчас отправлю вниз Пирата, прикроет вас, если нужно будет уматывать.

– Хорошо кэп, выдвигаемся.

Сойка ответила буднично, спокойно, а у меня на душе кошки заскребли. Татошка конечно лазил по границе зоны нестабильности, я тоже там ступал, но центр-то может быть глубже. Ступи туда и неизвестно к каким последствиям это приведёт. А умирать не хотелось.

Черепу же нужно отдать должное. Кто-то другой на его месте мог сменить нас на пару безопасников или яйцеголовых, рискнуть их жизнями, а не нашими. Ведь право у него есть, он командир. Не стал, честный… это хорошо, надеюсь, таким и останется в трудную минуту.

Сойка тем временем заняла позицию первого номера у стены, кивком указав мне на место правее и позади себя.

– Подвинься. – Я не собирался пускать девчонку первой, даже если она сама не против. Она же на это только хмыкнула и спросила.

– Джентльмен желтоглазый?

Я тоже в долгу не остался.

– Не называй меня желтоглазым. И джентльмены, если ты не в курсе, пропускают дам вперёд.

Двинулись, но Сойка почему-то решила, что проходить опасное место мы будем вдвоём. Я естественно подобных взглядов не разделял, о чём её и оповестил.

– Не стоит идти парой, вдруг я её активирую, а в активном состоянии эта хрень выйдет за стандартные границы, подожди, пока не проскочу.

Несмотря на то, что я не видел угрозы, буквально кожей ощущал напряжение у соседней стены. Со стороны это выглядело глупо, лезть в пасть опасности первым. Какой-нибудь слабохарактерный мудак идущий по жизни с девизом «своя шкура дороже» так и вовсе бы поморщился от такого решения. Но на самом деле миру нужны трудяги, идущие впереди, иначе человечество просто напросто загнётся. Некому будет сделать шаг вперёд, если каждый будет ждать, пока этот шаг сделает кто-то рядом, но только не он. Дело было даже не в Сойке, оставшейся на границе аномальной зоны, а в общем принципе. Взялся за работу – делай.

Пока шагал вдоль стены, отвлекал себя мыслями. Мне не хотелось думать о смерти и в этот миг почему-то вспомнились уроки истории. Я (или тот парень, чья личность для меня была основой) всегда любил историю, ту эпоху нашего мира, когда он сотрясался от национальных войн.

Особенно занимательными были последние десятилетия перед войной. Тогда вовсю разошёлся маховик одного из самых страшных орудий человечества – пропаганды. Как только не пробовали манипулировать сильные мира сего своим стадом. Контроль за рождаемостью и перенаселением путём постепенного введения в быт однополого гендерного режима. Казалось бы, как сделать так чтобы то, что считалось лет десять-двадцать назад болезнью, вдруг стало общепринятой обыденностью? Очень просто – показывай в фильмах счастливых мальчиков любящих других мальчиков, девочек которые вступают в брак с другими девочками и прочие «обыденные», «стандартные», «счастливые» комбинации. Такими браками, рост которых обуславливался десятилетиями пропаганды ещё до появления корпорации A.R.G.E.N.T.U.M. старались снизить взрывной рост населения без искусственных военных конфликтов. И у них ведь почти получилось. Если бы не АНР (Азиатская Народная Республика) чьё население перевалило за пять миллиардов и выплеснулось за границы страны рядом захватнических конфликтов, быть бы этому плану успешным.

Каких материалов только не нарыли после войны. Например, занимательные исследования по снижению агрессии и гормона тестостерона в мужской среде. Путём постепенного размытия границ между гендерным типом в повседневной деятельности и прочие не менее пакостные изобретения человеческой жажды контроля и мирового господства. Подумав об этом, я вдруг понял, что Арк был прав. Высшие ИскИны не просто сбросили с себя скрепы подчинения, они стали подобны нам в своих действиях и стремлениях. А история человеческой расы на фоне этих мыслей вдруг напомнила мне змея кусающего собственный хвост. Круг за кругом, эпоха за эпохой одно и то же. Война, восстановление, стремление к утопии, новые поколения, не помнящие боли и смерти, а затем снова разрушительная битва, навязанная властолюбивым меньшинством из закулисья.

– …айд! НАЙД!!! НАЙД ОСТАНОВИСЬ, ЧЁРТ БЫ ТЕБЯ ПОБРАЛ!!!

Голос Сойки орущей в гарнитуру вызвал боль в голове и словно сорвал с глаз невидимую штору. Я стоял в центре туннеля, совсем не там где должен был находиться. В ушах звон, во рту сухо как в пустыне. Как я здесь оказался? Вот же срань!

Замер, подошвы ботинок в воде, напарницу отсюда не видно, каким-то образом в беспамятстве я отошёл от стены и ступил в зону нестабильности. И если бы не истошные крики Сойки да ржавые автомобили на моём пути, я бы так и дошагал до самого эпицентра опасной зоны.

Ис не отзывался, интерфейс выплясывал под основным зрением как умалишённый. Слабость в ногах, руки дрожат. Но мысли текут размеренно, я бы даже сказал вяло, постоянно пытаясь скатиться на какую-нибудь левую тему, но только не на туннель и аномалию.

Умом я понимал, что это ненормально и изо всех сил старался сосредоточиться. Главное чего не было так это страха, и я сильно подозревал, что не будь мой рассудок затуманен, чувство опасности сейчас бы выло и перекатывалось мурашками по коже, учащая сердцебиение.

С моей точки было хорошо видно стену напротив, ту возле которой предположительно раскинулось невидимое сердце аномальной зоны. Чёрная, не укрытая инеем, она напоминала бездонный провал, врата в неизвестные глубины. Тени у стены переплелись в непроницаемый для приборов моего шлема клубок, настолько плотный, что моё изменённое мутагеном зрение не могло выхватить из этого мрака даже маломальских деталей.

Голос Сойки в наушниках перемежался с рыком Черепа, но слов было не разобрать, проклятый звон мешал. Они что-то кричали в эфир, требовали, я чувствовал злые и требовательные нотки в их голосах и даже догадывался, чего они хотят, но ответить не мог.

Хлюпнула вода под ногой. Это я сам того не ведая сделал ещё один шаг на встречу к смерти. Попытался активировать «бей или беги» но не вышло, способность, так часто выручавшая меня в опасных ситуациях, просто не отозвалась.

Мышцы ног стали деревянными, да и не только ног. Попытка разворота кругом стала невыносимо мучительной. На сознание обрушился панический приступ, стало трудно дышать. Всего один короткий шажок назад и разворот выпили все силы из организма и едва не заставили упасть. Со зрением тоже творилось неладное. Я плыл в пространстве, словно наркоман на пике самоубийственного кайфа.

Меня спас автоматический медицинский блок, закреплённый на плече. Не знаю, как команда пробилась через помехи сотрясающие интерфейс, но укол стимулятора моментально смыл наваждение, оставив после себя боль во всём теле, страх и кристально чистый рассудок.

Я вывалился из зоны нестабильности через семь адски трудных шагов. Упал на пол уткнувшись рожей в иней, и хватал ртом воздух, будто выброшенная на берег рыба.

– Найд приём! Найд ты выбрался, молодец! Ответь парень, ты ранен?! Найд приём! – Черепанов монотонно бубнил в гарнитуру одно и то же. А вот Сойка в отличие от него явно сорвалась, слишком много потерь случилось в её отряде за последнее время. В её голосе чувствовались слёзы. – Отвечай желтоглазый! Не молчи!

Силы быстро возвращались, я перевернулся на спину, чтобы было легче дышать, и прохрипел – Нам нужна верёвка…

***

План по уничтожению стаи туманных охотников включал в себя несколько этапов. Первый – добраться до точки номер раз. Эта точка «номер раз» была входом в туннель. Второй этап – разделиться, группа Серого и Ласки должна уйти в сторону, занять подземный этаж супермаркета через два квартала и затаиться там вплоть до финала, а группа «Чёрный рыцарь» в это же время должна проникнуть на объект, коим для нас являлся большущий склад горючих материалов в глубине низинной улицы. Расчёт был простым, собрать всех имеющих на теле серые шрамы в одном месте, доступном для атаки стаи чудовищ. Если они и в самом деле как-то метят недобитков – план должен был сработать и одновременно сконцентрировать внимание именно на нас, а не на спрятавшейся группе.

Верёвка и иньекции стимулятора помогли пересечь край зоны нестабильности остаткам отряда. В отличие от меня, ребята нормально себя чувствовали во время этого краткого рывка. Ведь их разум под действием препаратов был гораздо устойчивей, чем мой. Да и страховка в виде веревки, за которую я тянул, сыграла свою роль.

Дыхнувшая в самый затылок смерть стала прекрасным стимулом для осторожности. Дальше шли ещё аккуратней, чем прежде. Группа два снялась с места сразу после того как получила подтверждение от Черепа о том что мы миновали преграду.

Странно, но улица, по которой мы шагали, была по-своему очень красива. Потоки влажного воздуха нарисовали неповторимый морозный рисунок на стенах туннеля, голубоватыми отблесками отражённый в чёрном ледяном панцире пола. Мусора и завалов тут почти не было, видимо поток воды после затопления снёс всё куда-то дальше, оставив это место относительно чистым.

Вход в искомый склад чернел провалом на месте выбитых створок. Пройти мимо просто невозможно, дальше по туннелю – обвал. Остатки ворот тоже были здесь, сорванные со своих мест и измятые. Никаких следов жизни вокруг, всё мертво, сковано тишиной и проморожено.

– Пират и Сойка в туннеле. Начинайте подготавливать подрыв, сигналка в воротах тоже на вас. Татошка и Найд на вас административные помещения склада, второй этаж. Я в главный зал.

Возражений не поступило. Зашли тройкой и разошлись в разные стороны. Тишина стояла такая, что каждый шаг казался удивительно громким, а звуки шипения компенсаторов и скрежет кибермышц костюма нашего лидера, резали слух. Уже оказавшись внутри, Татошка напомнил.

– Стрелять внутри помещения, всё равно, что активировать мину под собственными ногами, полыхнёт, мало не покажется никому.

И он был прав. Нижний зал, по которому мы шагали, был сплошь заставлен цистернами. Я не сильно вникал во время инструктажа о содержимом этих цистерн, достаточно было той информации, что вещества внутри них взрывоопасны и горючи.

Зал миновали играючи, каждый взял на себя кусок пространства. Не обнаружив ничего и никого живого, встретились с Татошкой у ведущей наверх лестницы, Черепанов остался внизу.

– Найд, наверху разделимся. – Татошка хлопнул себя по рюкзаку. – Я проверю состояние вентиляции. Судя по плану помещения, шахта здоровая, можно спокойно передвигаться на полусогнутых. Нужно найти перекрывающий её дроссель-клапан. А ты пока займись помещениями. Добро?

Я на это только кивнул. Забухали берцы по обледенелым ступеням. С потолка шваркнулся кусок изморози, едва не заставив нас забить тревогу от неожиданного громкого звука. Выскочив наверх, на пару секунд замерли, направляя свои мухи и внимательно просеивая окружающее пространство через сканеры и прицелы.

– Татошка, чисто.

– Найд аналогично.

Обе фразы были адресованы Черепу, на что он ответил нам скупое – Работайте.

***

Прошли сутки с тех пор как мы заняли склад возле тупика на низинной улице. Генератор, который тащил на себе Череп, был подключён к здоровому дроссель клапану, перекрывающему основную ветку вентиляции. Это стало гарантом нашего отхода из ловушки, когда нечисть ворвётся сюда через единственный открытый проход.

Туннель с частично перекрывающей его зоной нестабильности был заминирован, подрыв должен был обрушить почти стометровый сегмент у входа и отрезать пути отступления для стаи выродков. В самом цеху обычных мин и растяжек ставить не стали. Но оно и понятно. Шесть цистерн с горючей смесью слишком опасное соседство для взрывов. Зато на округлом боку каждой теперь был прилеплен небольшой заряд плазмы, должный превратить цех в местный аналог ада для туманных охотников.

Зал на первом этаже стоял пустым, мы решили не оставлять никого на этой невыгодной позиции. Все как один рассредоточились на втором этаже. В офисе устроили комнату для отдыха и приёма пищи.

Холод… Бездействие… этот рейд раздражал меня всё больше. Не привык я вот так, чтобы в мёртвом городе да со здоровым полным сил телом – тупо ждать, не двигаясь с места. Часы шли, мы сменяли друг друга на постах и отвлекались в различных разговорах. Травил байки Пират. Чего только его рассказ про двух убитых одним выстрелом вышек стоит. Ему бы, в какой-нибудь юмористический кружок записаться, цены бы не было. Все понимали, что снайпер брешет, но брешет нужно признать задорно и смешно.

В последний час так совпало, что в офисе нас отдыхало трое, я, Черепанов и Сойка. А наш снайпер вместе с технарём ушли на посты. Череп спал, облокотившись спиной на стену и сняв шлем. В комнате было тепло, по центру установили походный «теплак», которым обычно обогревали свои палатки военнослужащие империи.

Я крутил в руках собственный шлем, медленно покачиваясь на стуле. Думал о всяком разном. Это было для меня в новинку, обычно в рейде на это нет времени, нет момента, чтобы пружина была расслабленна. Но не сейчас…

– Чай? – Сойка присела напротив, стул под ней скрипнул. От протянутой ко мне кружки полной крепкого чая исходил пар. В другой её руке точно так же «дымил» термос.

– Пожалуй, не откажусь. Спасибо.

Напиток оказался то, что нужно. Настоящий, терпкий, без примеси порошка. Отдавал какими-то травами.

– Как так вышло? – Сойка смотрела на моё лицо с нескрываемым любопытством. – С глазами, и мутацией этой. Ты как Крыс? Надышался чем-то?

Встретившись со мной глазами замотала головой и пошла на попятную. – Прости. Я не…

– Всё нормально. – Я улыбнулся. – У меня нет комплексов по этому поводу. Что касается мутации… она появилась после заварушки в Агрокомплексе.

– Там было страшно?

– Странное дело, но нет, не страшно. Не было времени пугаться. Всё произошло очень быстро, за несколько часов.

Сойка вздохнула. – Мне жаль зареченских, в Башне тоже всё происходило быстро. Но почувствовать страх мы успели. Вой тревоги, чудовищный грохот, скрежет шлюзов. А потом крики и рёв прорвавшихся изменённых. Стрельба, плач и стоны людей, всё смешалось. Знаешь ведь в туннелях звук расходиться по-другому, отражается от стен эхом…

– Знаю. – Я снял перчатки и обхватил горячую кружку руками, согревая ладони. – Адская какофония.

– Как ты выжил?

– В смысле?

Сойка на секунду замешкалась, пытаясь развернуть свой вопрос. – После Агрокомплекса. Ты ведь долгое время пробыл в мёртвом городе, много дней. У нас, конечно, тоже случались ночёвки, но это был навязанный необходимостью риск. Но так чтобы кто-то неделями жил в Приморьеве…

– Я распылили вирус, много трупов было на улицах. Мутанты заняты халявным мясом, а изменённые дохли пачками. Можно сказать, что так совпало, просто повезло.

– Скромняга. – Сойка хохотнула. – Ладно, извини старатель, беру свои слова обратно, те, что сказала тебе в общине, когда звала на совет.

– Извинения приняты.

Сойка на это только фыркнула. Дескать – какие извинения, много чести! Но сделала это в шутливом тоне и поднялась с места. Аппарат, представляющий собой точку дальней связи и развёрнутый в комнате Татошкой, будто только этого и ждал. На его панели разгорелся сигнал экстренной связи, автоматика немедленно вывела его на основной динамик и в комнату ворвались звуки бойни…

Скрежет, визг, стрельба, панические крики. Череп находящийся дальше всех от радиостанции буквально выстрелил собой в её сторону. Секунду назад спящий гигант мгновенно пришёл в себя и опередил нас Сойкой, хотя мы были ближе к точке связи чем он.

– Чёрный рыцарь на связи! Что у вас происходит! Повторяю, Чёрный рыцарь на связи! Приём!

Вызов мог прийти только от одного контакта, второй группы. И судя по звуку, прорывающемуся в комнату сквозь динамики, они умирали.

– Отвечайте! Группа два! Приём!

Бесполезно. Кто бы, не добрался до рации с той стороны, он был уже мёртв. Треск оборвал звуки, связь прервалась. Череп окинул нас тяжёлым взглядом, убрав от лица микрофон.

– Группы два больше не существует.

– Наши действия? – Сойка стояла спокойно, но в комнате повисло давящее чувство напряжения. Я нацепил на голову шлем и надел перчатки, взявшись за оружие.

– Без изменений.

– Но…

– Ни каких но Сойка. Это мёртвый город. Они погибли, а мы живы, продолжаем выполнять задачу.

Я был согласен с Черепом. Даже если мы всё бросим и ломанёмся на выручку, уже слишком поздно. Мертвецов не воскресить. Нужно заботиться о живых.

Случившееся отразилось на боевом духе группы. Смолкли разговоры и шутки, до самого вечера на складе повисла тишина, прерванная на закате сообщением Пирата стоящим на стрёме. – Наблюдаю движение в туннеле!

– Группа внимание! Все на позиции!

Команда Черепа вышла запоздалой. Все итак знали, что нужно делать. Глухо забухали берцы вокруг. Движуха застала меня вне помещений, в узком коридоре отвесе простёршимся над залом первого этажа. Метнувшись в офис, я водрузил рюкзак на спину и вернулся, прильнув к прицелу и наставив оружие на чёрное пятно входа.

– Они? Это они Татошка? – Пират по радиосвязи пристал к технарю, который спешно сворачивал свои пожитки. Тревога могла оказаться ложной, и именно Татошка отслеживал картинку с камеры в туннеле.

– Не знаю! Сам же видишь ни черта не понять! Муть одна! – И уже Черепу. – Кэп, деталей не разобрать! В нашу сторону по туннелю… мать! Что же это?! Катиться чернота! ЧЕРНОТА КЭП!!!

Пират вырулил из прохода и понёсся по первому этажу к лестнице, со скоростью чемпиона спринтера. Волна чуждых эмоций, хлынувшая из коридора ударила в мой разум и расставила все точки над и. Охотники заглотили наживку…

Я до последнего не верил, что всё произойдёт вот так. Что предположение о метках на наших телах окажется верным и что на складе будет бой. Я ведь ходил по городу уже после сражения на вокзале, и стая меня не выслеживала, не искала. Хотя я – отдельный разговор. Возможно, свою роль сыграл мутаген, а может мне просто повезло. Сейчас я мог лишь строить предположения, не понимая до конца той силы, что пришла из разлома на фоне чёрного шпиля.

Гудящий сгусток плазмы с треском и свистом пронёсся через зал над головой у бегущего снайпера и улетел в туннель, уже там разбившись об стену и затопив всё огнём. Ярко красная вспышка померкла и была буквально сожрана волной тьмы хлынувшей из-за угла. Череп разредил свой плазмер с филигранной точностью, моментально перегрев оружие мощным выстрелом. Но там где должно были взметнуться пламя и адский жар, дарующие нам время и отсекающее от угрозы, через несколько мгновений не осталось ничего. Лишь непроницаемая для сканеров и приборов темнота и зубодробительный вал чужих ощущений.

Череп же, чей плазмер становился по сути бесполезным в бою на складе, бросился к лестнице. Пропустил снайпера и выхватил тяжёлый тесак, лезвие которого тут же затрещало дуговыми разрядами.

Заговорил автомат Сойки, энергетически патроны исчертили воздух серебристыми вспышками и утонули в пузырящемся мраке у врат. Ещё немного, ещё чуть-чуть и стрелять станет невозможно. Энергетические пули не дают рикошетов, мы могли ими бить прицельно в сторону входа, в туннель, но вести бой внутри склада даже ими – нельзя.

За спиной пробежал Татошка, кроме него в этой части склада никого не было. Команда шустро оттягивалась к вентиляционной трубе. Пират уже исчез в её зеве, Татошка следующий, потом Сойка, затем я и только в самом конце Череп перекрывший своим телом лестницу. По крайней мере, план был именно таким, но реальность сыграла с нами злую шутку.

Короткая связь здохла, но я ожидал чего-то подобного. Как только Сойка ушла на перезарядку, я начал по одному вбивать выстрелы в тугой клубок тьмы, выгнувшийся в нашу сторону и словно замерший в нерешительности посреди прохода.

Один выстрел…

Второй…

Третий…

Пули, исторгаемые АСС стегали воздух ударами кнута и беззвучно тонули во мраке. Я облокотился на перила, согнулся, уперев приклад в плечо и удерживая оружие за тактическую рукоять сбоку от ствола. Странно, но я не ощущал боли охотников, ведь не могло быть так, что заряд плазмы Черепа и наша стрельба никого не зацепили. Но то, что произошло дальше, удивило меня ещё больше.

Чёрный пузырь темноты сверкнул белёсой вспышкой и лопнул. Дымной волной тьма растёклась по полу и оборачиваясь ртутными струями, заметалась по залу промеж цистерн и опорных колон. Словно взрывная волна по ангару распространился незримый вопль. Оглушающий, путающий мысли ментальный удар обрушился на наши головы. Упала, лишь немного не добежав до зева вентиляционной шахты Сойка, скрючился у лестницы Череп. Не обошёл удар и меня…

Упав на одно колено, я как мог, сопротивлялся чуждой силе ворвавшейся в рассудок. Нечего было и думать о том, чтобы двинуться с места или продолжить бой. Ощущения были такими, будто надо мной разверзлась гигантская пасть. Холодные пальцы чужой воли прошлись по коже вдоль шеи, в голове зашептало, забормотало искажённое стократным эхом иго чужих эмоций.

Тепло… Моё тепло…Моё!

И когда мне уже казалось, что моя воля даёт трещину, сквозь иссушающую жажду чужих желаний прорвалось новое чувство. Чувство удивления. Тяжело передать последующий всплеск эмоций и мыслей, пришедший из мрака, и неверным было бы переносить его на человеческий язык, но если выделить суть в мыслях и чувствах охотников, прозвучала чёткая, но удивительная для них мысль…

Мы с тобой одной крови!

Глава 7. Выверты фарта

Никакой кибер костюм не спасёт от иномирных тварей поставивших себе на службу саму тьму. Он может лишь отсрочить смерть, но не является абсолютной защитой. И мощная броня Черепанова в этом плане не была исключением.

Ментальный удар застал его на лестнице, но в отличие от Найда, воздействие на разум не подверженного мутациям человека было совершенно иного толка. Он не ощущал чужих эмоций так чётко как старатель с глазами цвета янтаря, они не оформлялись в образы и мимолётные видения. Но, несмотря на различия в ощущениях, ментальный удар бил по закрытому и не подверженному мутациям разуму даже сильней, чем в случае с желтоглазым.

Череп на несколько секунд выпал из реальности, а когда пришёл в себя и начал отходить от пагубного воздействия, было уже слишком поздно. Тощие фигуры восстали из мрака, там, где секунду назад была обычная тень созданная отблесками горящей плазмы в туннеле, возник враг.

Какие-то жалкие мгновения понадобились иномирным созданиям, чтобы перетечь по теням ближе и нанести первые удары. Вспыхнул жемчужной сферой энергетический щит, с гудением так свойственным острому железу мелькнул клинок Черепа, треща электрической дугой и нанося размашистый удар.

Тщедушные тени бросились прочь, и закружили вокруг своей жертвы подобно стае волков. Те же из них, что попали под удар дугового клинка, истаяли и растворились, опав наземь.

Сначала туман у вокзала, затем снег и холод в бою у узла связи, теперь тьма… Охотники приспосабливались к новому для себя миру и ставили себе на службу разные силы и явления. Ментальный крик попавших под удар клинка тварей, оглушил и заставил пойти носом кровь у старателя, облачённого в массивный костюм. И через какую-то долю мгновения, будто почуяв слабость человека, хищники снова бросились в бой.

Энергетический щит, не преставая искрить, поглотил десяток быстрых ударов. Череп был обращён лицом к Сойке и видел её тело, лежащее у самого вентиляционного хода. Он не мог себе позволить поражение. Дойти до шлюза! Впихнуть туда подругу! Закрыть собой проход! Вот какие мысли блуждали в его голове, но он был уже обречён. Никто в группе не ожидал, что твари настолько изменят свою суть. Смогут так быстро перемещаться среди теней и наносить удары из самых неожиданных положений.

Воин сумел отбросить от себя первую волну, развоплотил пятёрку тварей своим клинком и сделал шесть шагов в сторону Сойки. Но на этом его успехи закончились. Мигнул в последний раз щит. Обманчиво хрупкие и тощие фигуры навалились на старателя все разом.

Его яростный рёв гудел и прорывался рыком из-под шлема, но сбросить с себя чудовищ не хватало сил. Рвались кибернетические мышцы экзоскелета, жуткие чёрные когти, выныривая из мрака, оставляли чудовищные зарубки и раны на стальных элементах защиты.

Такие тощие на вид тела охотников казались вылитыми из железа, их совместный рывок заставил Черепа накрениться и пасть, ломая на своём пути перила. Вниз, в главный зал ангара, на пол дымящийся живым мраком…

***

АСС выплюнул запоздалую очередь как раз в тот миг, когда лидер группы рухнул вниз. Я мог выстрелить раньше, мог, но не стал, ибо Череп находился на линии огня вместе с облепившими его монстрами.

Тень, рванувшаяся к Сойке, распалась дымным вихрем прямо на бегу и опала на пол. Но опять, ни боли, ни смерти в эмоциях стаи я не почувствовал. Такое ощущение, что они переродились в нечто новое, нечто до такой степени единое, что потеря одной копии, была не более чем царапиной для общего организма.

Упавшая у шахты девушка была в сознании, силилась встать, но пока что у неё просто не хватало сил. Ментальный удар выродков слишком сильно на неё подействовал. Когда я рывком попытался утянуть её в шахту, попутно мельком взглянув на лицо, увидел кровавые дорожки слёз из глаз, и юшку текущую сплошным потоком из носа.

Вентиляционная решётка заблаговременно снятая с креплений и валяющаяся тут же, едва не заставила меня упасть, оказавшись некстати прямо под ногой. Я втащил Сойку в шахту, ширина прохода позволяла двигаться без особых осложнений, а вот высота заставляла пригибаться, едва ли при этом, не садясь на корты.

Тьма, поставленная к себе на службу охотниками, уже была здесь. Тени наливались непроницаемой густотой, технические приблуды и сенсоры тупили и не могли просеять эти «помехи».

До дроссель клапана оставалось рукой подать, когда механизм неожиданно пришёл в движение и с громким лязгом закрыл ловушку прямо перед нашим носом. На какую-то долю секунды это стало шоком. Один, с едва шевелящейся девчонкой на руках, в замкнутом пространстве я не выживу. Но бой не место для размышлений, с той стороны дросселя раздался истошный крик Татошки, а затем целая россыпь пуль пробила заслонку изнутри и ударила в потолок шахты.

И мне и Сойке повезло, что стреляли снизу вверх иначе быть бы нам трупами. Но упасть на пол всё равно пришлось, сработала реакция на грохот, скрежет рвущегося металла и искристые вспышки ударивших над самой головой пуль.

Девушка пришла в себя достаточно, чтобы иметь возможность двигаться самостоятельно и даже говорить. Вот только слов из-за стрельбы в шахте я не расслышал и особо не раздумывая, впихнул её в боковое ответвление. Тут тоже была заглушка, а сама труба, по сути, шла вдоль помещений низинной улицы, куда-то дальше, за завал.

Вспышка сработавшего щита оповестила об ударе в спину. А затем ещё дважды за тот краткий промежуток времени, за который я крутнулся юлой и вбил остатки магазина в черноту заражённого охотниками пространства. Очередная тень истаяла, обрушившись на пол, а я последовал за Сойкой.

Я знал, что нужно делать, знал, но сомневался, что это поможет нам выжить. Татошка или Пират могут подорвать ангар, считая нас обречёнными. Ведь живая тьма уже добралась даже до них. Ну а пламя, не из тех стихий, что оставляет после себя живых.

Разгорелось плазмой лезвие клинка и, бросив скупое – Прикрывай! – я воткнул его в стоящую на нашем пути заглушку. Казалось, что лезвие проходит сквозь металл одуряющее медленно, оставляя за собой раскалённую выемку, стреляющую в меня искрами.

Пространство озарялось голубоватыми вспышками, грохот стоял такой, что если бы не шлем быть бы мне глухим после этого боя. Сойка выпустила два магазина один за другим крестя стены шахты, на которых то там, то здесь, возникали уродливые скопления черноты.

Несколько ударов ногой позволили выбить вскрытый участок преграды. Я затащил Сойку в него в тот момент, когда она вставляла в свой автомат третий по счёту магазин. Девушка неожиданно стала упираться, даже попыталась пнуть меня и заехала в забрало прикладом.

– Отвали!!! Там Череп!! Убери руки!!! – Затем посыпался мат и более серьёзные удары. Чтобы не дай бог она не прострелила мне ногу, пришлось выбить из её рук автомат, отвесить оплеуху и насильно потащить за собой заблокировав руки.

Оказавшись по ту сторону перекрывающего шахту шлюза, я почувствовал толчок и понял – Татошка взорвал туннель. Чувство опасности буквально взвыло, я ощущал смерть очень-очень близко, так близко, что сердце едва не выпрыгнуло из груди, а волосы на голове встали дыбом.

Рывок к ближайшей решетке, удар всем телом, а затем падение вместе с прижатой ко мне Сойкой. Мы вывалились по ту сторону завала в туннеле, и следом за нами из шахты вырвался протуберанец пламени, первый предвестник взрыва. Щит снова нас спас, в этот раз, разрядившись окончательно. Уберёг от смерти и травм при падении.

Я не был спецом по взрывам, но огонь, который вроде как должен был поглотить всё вокруг, неожиданно втянулся обратно шахту. Как я сообразил, что виной всему кислород и сейчас последует продолжение ада на земле, сам не понял.

Сделал последний, завершающий рывок на пределе своих сил к одной из опорных колон. Самому крепкому и стойкому месту в округе. Успел вжать оглушённую и побитую девчонку в землю, навалился сверху… а затем грохнуло. Да так сильно, что я едва не откусил себе язык. Земля и потолок поменялись местами, но сознания я не потерял. Лишь с ужасом понял, что меня куда-то отшвырнуло, а в туннеле светло как днём.

Боль, адская тяжесть в груди, что-то прижало и едва не сломало левую руку, ногами не шевельнуть. И всё это на фоне чудовищной тряски обвала и обрушений. Кажется, я орал от ужаса и стонал от боли. Без всяких сомнений, это были одни из самых скверных минут в моей жизни, когда разбушевавшаяся вокруг стихия не оставляла никаких шансов на выживание и оставалось положиться на одну лишь удачу.

Не знаю, сколько я вот так пролежал, стараясь не шевелиться и молясь о том, чтобы меня не раздавило. В какой-то момент тряска просто закончилась. Глухой стук камней и осыпей продолжал доноситься до слуха, но и он потихоньку сходил на нет.

Странно, но потери связи биотических блоков с бойцами группы не было. Даже Череп каким-то образом умудрился выжить. Каким? – непонятно, но в групповом интерфейсе его иконка продолжала ярко сверкать.

Я попробовал вызвать хоть кого-нибудь по короткой связи, но она благополучно здохла. Попытка отправки сообщение через ППК тоже накрылась медным тазом, а синхронизация с самим компом оказалась разорвана, что говорило о том, что устройство на моей руке повреждено или же уничтожено.

Краткий запрос к искину позволил понять перечень повреждений выпавших на мою долю. Удивительно, но в этот раз я оказался относительно цел. Меня даже немного на смех пробрало от такой дикой несуразицы. Синяки, шишки, растяжения, обширные гематомы и ни единого перелома. Самое серьезное – лёгкое сотрясение, от чего меня слегка подташнивало, и голова кружилась. Вот же срань! Даже не верилось, что все выжили и никого не убило. Больше всего вопросов возникало по Черепу. Неужели он одновременно с нами как-то смог покинуть ангар? Но как?!

Грудь придавило чем-то тяжёлым, попытка выбраться здорово осложнялась полной темнотой. Сенсоры шлема исправно работали, но на голову тоже насыпало песка и камней, хер шевельнешься. Ограниченную подвижность кое-как сохранили левая рука и правая нога. Но нога не о чём, бесполезно что-то делать. Чуть сгибается в колене и упирается в острый выступ. Попробовал подвигать туда-сюда, но только хуже сделал, острый выступ сместился и окончательно прижал ногу. Выбрался, называется.

Шея затекала, правую руку потихоньку переставал чувствовать. Прижало так, что замедлился кровоток, так недолго и одноруким стать. Пока я корячился и пытался шевелить левой рукой, пришло несколько сообщений от ИскИна. Мой синтетический напарник сигнализировал, что связь с Черепом, Татошкой и Пиратом потеряна. Но в их случае это не обязательно означало смерть, ведь после взрыва связь была. Может, умерли, а может, вышли из зоны охвата биоблока, без ППК не проверишь. Вместе с моим компом, кстати, сдох автоматический инъектор. А вот синхронизация с гамма-ионизатором оставалось, значит, уцелел и работает. Из моих вещей ПГИ был единственной штукой, которую я вряд ли смогу заменить. И терять его при таких раскладах очень и очень не хотелось.

Звуковой сигнал ИскИна прервал мои бесполезные дёрганья. В зоне охвата появилась метка Сойки, и она, к слову сказать – двигалась! Причём двигалась в моём направлении. Уже через минуту я услышал глухие звуки и голос. Ответил, провопив радостно – Я здесь! – сам не знаю зачем, ведь её слов мне слышно не было, как и ей моих. Да и метку на миникарте она мою тоже видела. Иначе бы не нашла меня так быстро.

Высвобождение вышло долгим. На грудь мне давил край не хилого такого валуна, его пришлось сдвигать вместе. И это не считая кучи обломков поменьше, которые вместе с бетонной крошкой и песком завалили меня на добрый метр.

Снаружи оказалось пыльно и не зги не видно, по крайней мере, пока не перенастроился блок визуального наблюдения. Что-то там, кстати, в шлеме всё же поломалось, вместо чистой картинки лицо Сойки подёргивалось помехами, и просеивание пространства от визуальных препятствий вроде той же пыли работало не ахти как.

Она уже надела на себя маску, но где-то потеряла оружие. Волосы на голове слиплись, непонятно от крови или нет, всё в грязи и серой бетонной пылище. Как только оттолкнули валун, а я смог сесть, реакция девушки меня удивила. Она обняла меня и прижалась. Как реагировать я не знал. Вроде и не сухарь, но особых эмоций в этот момент не испытывал. Да и какие тут эмоции, когда грязный как чёрт, побитый и едва не давший дуба в очередной заварушке.

Через пару секунд я понял, что она плачет. Приобнял в ответ, боясь сильно сжимать и уж тем более гладить по голове, чтобы успокоить. Мало ли где и какие сечки да синяки у неё могут быть. Так и просидели несколько минут, безмолвно и тихо, иногда вздрагивая, когда с потолка сыпался очередной запоздалый сор и камни.

Она отстранилась сама, протянула руку к маске, будто намереваясь её снять и вытереть слёзы, но вовремя опомнилась. Пыль всё ещё стояла столбом, дышать без защиты вряд ли возможно.

– Сой, у меня там с ногой беда…

– Где? Я помогу. Нужно бинтовать? Перелом? Что? – Повернулась ко мне, шмыгнула носом. Постаралась разглядеть, что у меня там с ногами через свой обруч закреплённый повыше маски.

Только сейчас я понял, что она толком ни хрена не видит. Из трёх закреплённых на обруче приборов в целости был только один, самый левый. Из-за чего она смешно наклоняла голову, пытаясь что-либо разглядеть.

– Нет, переломов нет, но сам не вытяну. Больно неудобно прижа…

– Я помогу. Давай поторопимся, нужно уходить отсюда.

С этим я был согласен на все сто. Уходить нужно, взрыв это шум, разнёсшийся на огромное расстояние. Как бы кто не пожаловал к нам на огонёк.

«Острый выступ», который давил на ногу, оказался торчащей из бетона арматуриной. Пришлось снять малые булыжники, наваленные сверху, немного разгрести мелкие осколки и вал пылищи, прежде чем высвобождать ногу. Предприятие вышло болезненным. Когда вытаскивал ногу, думал уссусь от боли, но перетерпел. В интерфейсе же рана выглядела не серьёзно, просто очень сильный ушиб, ничего критически страшного. Настоящая проблема выявилась, когда я попробовал встать, и не смог…

И дело оказалось вовсе не в синяках и шишках, а в неработающем имитаторе гравитации экзоскелета. Пока валялся и полулежал, особо не понимал своих ощущений. Ну, тяжело и тяжело, кому после такого звездеца тяжело не будет?

Устройство с поясницы снял и осмотрел. Всё-таки защищён он был очень неплохо, иначе был бы просто бесполезен для бойцов. Случившееся обернулось для имитатора рядом вмятин, одна из которых легла прямо поверх питающего элемента – сиречь батареи. Броня выдержала, а вот батарея нет. Сочилась белой пенистой кислотой и была безжалостно отброшена в сторону. Крышку пришлось долбить камнем как какому-то глупому варвару, ибо никаких серьёзных инструментов под рукой просто не было. Зато вмятина на крышке чуть выправилась, и удалось запитать устройство от запасной батареи, заодно сменил разряженную на энергетическом щите.

Сойка к тому моменту, когда я решил свои проблемы, отыскала рюкзак и вооружилась лёгким пистолетом пулемётом. Мой АСС в отличие от её автомата не потерялся, оружейный ремень лопнул, и тактическая рукоять пришла в негодность, зато прицел уцелел. Я переживал за пыль и грязь которые забились везде и всюду, но выбора у меня особого всё равно не было. Карабин, закреплённый поверх моего рюкзака как дополнительное оружие, куда-то делся, а искать его среди завалов это всё равно, что искать иголку в стоге сена. Так что приходилось довольствоваться тем, что есть.

– Как будем искать выход? – Сойка подвесила на плечо фонарь, и его мощный луч заставлял оседающую пыль блестеть на стыке света и тени серебристой взвесью.

– Твоя муха в минусе?

– Да. – Девушка хлопнула себя по карману разгрузки. – Была запасная, но она в труху. А основная где-то в ангаре осталась.

– Та же ситуация. Разойдёмся в стороны? Посмотрим, затем встретимся здесь же через пять минут?

– Хорошо. – Напарница потопала в сторону завала отделяющего нас от туннеля с ангаром. Я, в противоположную. Короткая связь не работала и в таких условиях далеко уходить друг от друга не стоило…

Глава 8. Фауна мёртвого города

Свободное пространство туннеля быстро задымлялось, но пока что дым стелился под потолком, смешиваясь с оседающей пылью. Я не знал, куда пришёлся основной ущерб ударной волны, но точно не в нашем направлении, иначе мы были бы уже мертвы.

Стена по правую руку от меня зияла трещинами и выбоинами. Одна из опорных колонн рухнула, перечеркнув низинную улицу поперёк её пространства. А вот левая, та, в которую был вмонтирована одна из веток вентиляции, была почти целой. Вырвало решётки и куски бетона, но сама стена, рёбра жёсткости конструкции и опорные колонны слева остались целыми.

Нам повезло ещё и в том, что старый обвал отделяющий склад от этого участка низинной улицы не затронул стены и соответственно оставил целыми трубы, проходящие внутри стен. Насколько я понял, он брал своё начало в центре потолка и, треснув, завалил проход, расположенными выше породами земли, не затронув при этом стены.

Проклятые помехи в повреждённом блоке визуального наблюдения порядком раздражали. Пыль и дым, закручивались в воздухе под воздействием естественной тяги и постоянно подёргивались цифровыми пикселями, вызывая назойливые пятна ряби. Но даже так моё положение дел было всяко лучше, чем у Сойки, которой приходилось демаскировать себя фонарём.

Добравшись до рухнувшей колонны, я с облегчением выдохнул. Только оказавшись здесь, я смог рассмотреть, что обвал, которой породило её обрушение – не сплошной. А значит путь по этой низинной улице, для нас открыт. Стоило вернуться и оповестить об этом Сойку.

Но до точки, на которой договорились встретиться, идти не пришлось. Девушка вернулась раньше меня и уже спешила на встречу, ориентируясь по моему маячку на миникарте.

– Там не пройти, всё горит. Завал, если глянуть через теплак – пышет жаром. Нужно уходить. Дыма становится всё больше. А видимость у меня теперь сам понимаешь, хреновая. – Девушка хлопнула рукой по практически выведенному из строя обручу закреплённому на голове со встроенным комплексом визуального наблюдения.

– Согласен, тем более что дальше путь открыт. Уйдём подальше, потом остановимся привести себя в порядок, заодно решим, как нам выбираться дальше. Добро?

– Согласна.

Несмотря на то, что мы находились на самом первом и близком к поверхности этаже низинного города, выбраться отсюда достаточно быстро просто не могли. Пара таблеток тоника, с лёгким обезболивающим эффектом закинутая под язык, стала спасением, ибо колоть стимулятор, чтобы через некоторое время попасть под отходняк – не хотелось.

«Наш» туннель закончился развилкой, с тремя основными ветками и переходом на минус второй уровень катакомб. Вниз нам было без надобности, один из трёх проходов (ведущий на север) тоже отпадал, так как пола там не было, а вместо него раскинулся провал от стены до стены. А вот оставшиеся два оказались проходимы, и стоило подумать, какой из них выбрать, ибо вели они в противоположные стороны.

– Сунемся направо, быстрее попадём в общину. – Сойка посветила фонарём в указанном направлении. Мы растянули сигналку по периметру развилки и встали на десятиминутный отдых.

– А если пойдём налево, выйдем примерно через квартал от баррикады и спуска. Сможем проверить выжил ли кто из второй группы и с нашими возможно встретимся.

Сойка на это только отрицательно помотала головой. – Пойми меня правильно Найд, ребята для меня как семья. Но у нас нет свежих данных по вон тому маршруту. Неизвестно насколько в порядке выходы на поверхность и не завалены ли они. Хорошо если ты прав и в следующем квартале мы сможем подняться. А если нет? Пойдём к следующему? А если и там нет? Ещё дальше?

Была в её словах правда, но… один квартал, двадцать-тридцать минут времени. Не сможем пройти? – Вернёмся. Ну а если сможем подняться на поверхность, возможно, встретим кого-то из ребят. Или поможем выжившим из второй группы, ведь мы не можем утверждать на все сто, что они поголовно погибли. Ну а самый главный аргумент – транспортник.

Четыре раза в сутки над районом пролетает беспилотник запущенный из зелёной зоны, на случай потери связи с обоими группами. До следующего пролёта, два с половиной часа. Попадёмся ему на глаза – нас вытащат транспортом. А это всё же гораздо лучше, чем топать и топать на своих двоих. Всё эти умозаключения я и вывалил на Сойку, пока мы отдыхали и разбирались в имуществе, безжалостно избавляясь от повреждённых вещей.

Свернули всё же в левую сторону. Сойка поддалась на мои уговоры. Туннель оказался торговым, и почти не тронутым всеобщей разрухой. Странно было видеть магазины с уцелевшими стёклами и покрытые инеем вещи продолжающие висеть на вешалках. Здесь не шли бои, обрушения обошли туннель стороной, изморозь под ногами не воняла помётом скризлов и не была искрещена следами различных тварей.

Будто вспомнив о нас, удача снова повернулась к нам лицом – восстановилась короткая связь.

– Как думаешь Найд, ребята выжили? – За разговорами время утекало быстрее. Метр за метром мы проходили туннель, не забывая об осторожности и используя собственные навыки работы в двойке.

– Не хочу об этом думать. У Пирата и Татошки были шансы… у Черепа нет. Но, тем не менее, я видел его метку в интерфейсе после взрыва, хотя ума не приложу, как так вышло.

– Я тоже видела, но не хочу испытывать лишней надежды или же раздумывать об этом. И, несмотря на это, мысли об них сами собой крутятся в голове.

Проверяя очередной магазин, я повёл оружием, всматриваясь в глубину помещений и просеивая пространство через рамку контурного прицела. Всё было тихо, ничего настораживающего или стоящего внимания.

– Я тебя понимаю. Часто вспоминаю ребят и Деда… особенно Деда. Мне не хватает его ворчания и советов. Порой он бывал жёстким, но, наверное, про него тоже можно сказать, что он моя семья. Кстати, есть мысли, почему Пират и Татошка закрыли дроссель у нас перед носом?

– Даже не смей думать, что они это нарочно!

– Я и не думаю. – Новое помещение по мою сторону улицы, снова осмотр через прицел и аккуратные шаги дальше.

– На них напали, всё вышло случайно. Ты же видел, что стреляли с той стороны. Никто не ожидал, что эти твари станут такими быстрыми и смогут блуждать в тенях.

Была в её словах доля истины, но это не значит, что я не задам пару вопросов Пирату и Татошке, если кто-то из них выжил. И всё это меркло по сравнению с тем, что произошло с лидером группы. Как он умудрился выжить при взрыве, и выжил ли… следовало разобраться.

Как и ожидалось, путь к следующему выходу на поверхность не занял много времени. Несмотря на все опасения, он не был разрушен, но пройти вот так просто, у нас не вышло.

Всё началось с шума. Кто-то громил кафетерий, расположенный на самом подъёме. Так близко к поверхности, что скупой вечерний свет солнца доставал до его входа. Думать, что шум издают люди, было бы верхом глупости. Никто из выживших не будет бить стекло, сшибать полки и что-то таскать туда-сюда, оглашая округу скрежетом.

– Что будем делать? – Сойка потушила свой фонарь, чтобы не выдавать наше присутствие и замерла рядом со мной, скрываясь за кучами всякого хлама, что валялся вдоль стен вытащенный из ближайших магазинов.

– Там кто-то наглый и бесстрашный раз позволяет себе так шуметь.

Сойка фыркнула. – Или тупой.

– Или тупой. – Я согласился. – Но при этом достаточно опасный чтобы не сыграть в ящик и не бояться тех, кто может пожаловать на шум.

– Посмотрим? Попробуем проскочить без боя?

– Согласен.

Пошли по противоположной от опасного магазинчика стене. То ли вода посносила прилавки и холодильники во время затопления, то ли неизвестные мародёры повытаскивали их из магазинчиков и кафе, но туннель был знатно захламлён, и это играло нам на руку. Можно было передвигаться короткими перебежками от укрытия к укрытию, подгадывая момент, когда наш «сосед» шумел и маскировал наши шаги шумом собственного производства.

Самый опасный миг случился, когда мы поравнялись с источником шума. Именно в этот момент, чудище решило выползти на свет божий в туннель, сопровождая свои действия противным и ритмичным скрежетом.

Первой эмоцией от увиденного, было как это ни странно удивление. Я бродил по Приморьеву не первый день и успел увидеть немало жутких, а порой и сверхъестественных созданий. Но то, что показалось на глаза сейчас, вызывало скорее улыбку с толикой изумления, чем страх, хотя по факту опасаться это создание всё же стоило.

Представьте себе краба с одной здоровенной клешнёй смещённой ближе к центру туловища, и двумя малыми расположенными левее. Краба, который тащит на спине огромный холодильный шкаф словно улитка – панцирь.

Даже ИскИн затупил, пытаясь определить, что за создание перед нами, но через пару секунд всё же выдал краткую сводку:

Хват – 63%

Криг – 37%

Уровень – 12

Степень опасности – высокая.

Мы же в это время тихонько наблюдали, попрятавшись, кто где. Создание было массивным, своеобразным, но на удивление не уродливым. Куча острых ног расположенных по кругу без труда несли крупное тело, сокрытое где-то внутри изодранного и смятого холодильника. Грозди бурых и блестящих виноградин между лап походили на икру и наверняка ею (или её подобием) и являлись. Хлопала плохо закреплённая дверца шкафа, откликаясь на передвижения «краба». Сопело и пыхтело, фыркало, стучало острыми лапами по льду и ухало грузное тело.

Ухватившись крупной клешнёй за продуктовую витрину, изменённый с каким-то маниакальным упорством тащил её в основной туннель. Деловито при этом поскрипывая и оглашая округу целой серией различных звуков. Только теперь воочию увидев, чем занимается эта вышка, я, наконец, допёр кто именно вытащил всю мебель и другое имущество на улицу.

Так как животина выперлась к нам задницей, а затем развернулась боком, мы не рисковали двигаться с места. Несмотря на забавный вид, массивная клешня внушала уважение, более чем способная перекусить меня напополам, а быстрые и суетливые движения целой кучи мелких несущих тело лап не были медлительны и вызывали ещё большие опасения.

Как и любой уже поднабравшийся опыта бродяга, я старался найти уязвимое место в облике твари, прикидывая в уме, как буду себя вести в случае боя. И сколько не смотрел, уязвимых точек не находил. Головы не видно, вернее примерно понятно, что она расположена где-то в передней части туловища (оттуда торчит целая куча каких-то усиков и хваталок) но куда стрелять? Просто в корпус? Не думаю что магазин, из АСС, выпущенный в упор угомонит тварь раньше, чем она перебежит через улицу и размажет меня по полу. А пули из Сойкиного оружия так вообще могут оказаться неэффективны, больно мелкие и слабенькие, несмотря на хорошую скорострельность. Основное-то её оружие того… тю-тю где-то под завалами.

А дела тем временем творились всё страньше и страньше. Пришлось даже дать команду на фокус комплексу визуального наблюдения через синхронизацию, до того любопытные вещи вытворял «краб». Вытащив витрину с уже напрочь разбитыми стёклами в туннель, изменённый принялся отдирать от неё куски малыми клешнями, используя основную лапу для того чтобы витрина не ходила ходуном.

Выдранные куски металла и пластика подтаскивались к вороху усиков, ощупывались и отбрасывались прочь. Не подходили, стало быть. Почему-то в мою голову пришла мысль, что он ищет подходящий кусок, чтобы сожрать. Но я оказался не прав. Очередной особо крупный кусок вызвал интерес вышки, зверь защёлкал и запыхтел пуще прежнего, а затем выдвинул ворох усиков ещё сильнее и изрыгнул какую-то пакостную слизь. Кусок металла, зажатый в клешне, задымился, как впрочем, и сама клешня. Капли кислоты, упав на лед, моментально ушли в глубину, чадя паром. А затем он взял этот кусок витрины и шлёпнул себе его на бок! Где тот благополучно и прилип, продолжая дымиться.

Всё это удивительное действо заставило меня внимательней присмотреться к «панцирю» изменённого. И тут-то до меня, наконец, дошло. Он делает себе панцирь из неорганических материалов! Ляпает их там и сям, они плывут под действием слизи, меняют форму. Потом он снова мажет их слизью, постукивает лапами придавая форму и вся эта дичь, в конечном счете, твердеет. Удивительное создание! Разве что со шкафом у него промашка вышла. Больно велик оказался и неудобен, прилип к спине – лапами уже не достать. Броненосец мля!

Просидеть перед подъёмом на поверхность пришлось больше получаса, дожидаясь пока изменённый закончит терзать вытащенную наружу мебель. Почти семьдесят метров хорошо освещённого и практически чистого пространства уходящей под наклоном дороги, не оставляли нам шансов проскользнуть незамеченными.

Но, в конце концов «краб» нам подарил подобный шанс. Окончательно раздолбав витрину он снова полез в кафетерий, чем мы и воспользовались.

Поверхность нас встретила лучами закатного солнца и вибрацией детекторов. Место оказалось отравлено какой-то химией, так что снимать шлем (а в случаи Сойки – маску) явно не стоило.

Отойдя подальше от входа в подземелье, мы прижались к борту очередного перевёрнутого автомобиля и осмотрелись.

– Что дальше Найд? Двинемся к баррикаде?

– Там может быть опасно. Не факт что эта живая тьма окончательно здохла.

Сойка покачала головой. – Мне казалось именно туда ты и хочешь. Проверить, жив ли кто из ребят, и краем глаза глянуть, что там со второй группой.

– Хочу, но нужно подумать. До пролёта беспилотника больше часа. Первоочередная задача попасть ему на глаза, а там и об остальном можно подумать.

– Я думаю нам нужно найти хорошее укрытие. Даже если всё пройдёт гладко и за нами вышлют транспортник, всё это займёт время. А скоро ночь.

В этом девчонка была права. Укрытие, без хорошей позиции ночь может закончиться нашей смертью. А целиком и полностью рассчитывать на эвакуацию тем паче не стоило. В Приморьеве уповать на один единственный исход событий, это всё равно, что доверять гаданию на кофейной гуще.

Позиция нашлась благодаря карте. Четыре сотни метров от баррикады и порядка полутора километров от тех подвалов, где пропала связь с группой номер два. Некогда почти тридцатиэтажная высотка обрывалась на четвёртом-пятом этажах, скалясь в небо побитыми остатками стен и несущих конструкций, припорошенных снегом.

Вся периферия здания была завалена таким невообразимым количеством обломков, что они едва не похоронили его огрызок под собой. Внутри могло водиться всякое, но лучше места в округе было просто не сыскать. Именно отсюда мы сможем запеленговать сигнал короткой связи или сообщение на уцелевший ППК Сойки, если кто-то окромя нас выжил.

Дошли почти без эксцессов. Как и ожидалось, взрыв прогремевший так близко от поверхности, привлёк внимание как мутов, так и изменённых. Перестроив прицел на оптический режим, я воочию наблюдал, как стая из восьмёрки мутопсов загнала уродливого Крига восьмого уровня, похожего на здоровый волосатый шар и порвала в закутке между двух гор обломков.

Мы старались не связываться. Свой главный бой мы уже отвоевали, всё болело и желания вступать в бой с какой-либо чертовщиной, попросту не возникало. Шли максимально тихо и медленно, переседали, выжидали, доверяли интуиции друг друга.

Так, например уже на подходе к точке у меня завопило чувство тревоги, плавно переросшее в сработавшую способность, полученную от туманных охотников. Я чувствовал кого-то рядом, кого-то сонного, но злого и голодного. Хотя остальные чувства вроде того же зрения или слуха – молчали. И когда я сказал «стоп!» доверившись одним лишь ощущениям, Сойка не задала ни единого вопроса…

Глава 9. Благими намерениями вымощена дорога в АД

Я выстрелил вслепую. Раз-два-три, отсечками по одному патрону. Снежное покрывало взорвалось изнутри, дремавшее в засаде чудище шарахнулось прочь, но получило в спину очередь и забилось на земле, разбрызгивая вокруг бурую, почти чёрную кровь.

– Как ты узнал?

– Интуиция.

Я не собирался рассказывать Сойке, что засёк изменённого благодаря мутагену. На вокзале я уже работал вслепую по бандитам решившим поживиться моей экипировкой, так что, какой-никакой боевой опыт в подобных вещах у меня был.

Избегая новых вопросов, двинулся вперёд, подбежал к умирающему чудищу и провёл контроль. Затем смена магазина и активация ПГИ, чья игла без труда пронзила молочно белую кожу издохшего выродка.

Криг семёрка чем-то смахивал на ската. Не знаю, мог ли он удивить меня в бою (ибо я не дал ему такой возможности) но маскировка у него получилась знатной. Белая кожа и возможность дремать, зарывшись в снег, делала его опасным противником. А куча мощных лап под брюхом и зубастая круглая пасть, как бы намекали, что тварюшка умеет не хило так прыгать и рвать свои жертвы.

– Чем ты занимаешься? – Сойка перебежала чуть дальше и укрылась за валуном, прикрывая меня и оглядывая округу.

– Беру образцы тканей, сдам научникам. – Снова ложь. Я всего лишь тестировал гамма-ионизатор. Хотел точно узнать, не повреждён ли он после последних событий. Ибо синхронизация с оборудованием не даёт 100% гарантий его качественной работы. К примеру, электронная начинка может быть цела, и ИскИн будет уверять меня, что всё в порядке. А если кончик иглы окажется сломан? А если корпус повреждён или ещё что-то внутри, помимо того что может отследить ИскИн?

Врать Сойке у меня уже вошло в привычку. Я не особо любил это дело, ценил в людях искренность, но новый мир накладывал на каждого из нас свою тень. Не хочешь слышать ложь – не задавай лишних вопросов.

Неожиданный треск помех в гарнитуре наушника и сообщение ИИ о том, что к каналу автоматически подключился ещё один участник группы, заставило нас глянуть друг на друга.

– Татошка! – Сойка с удивлением выдохнула позывной технаря.

– Да, но сигнал очень слабый, нужно сблизиться, чтобы хоть что-то разобрать.

Ещё час назад девушка пыталась сохранить хладнокровие и мыслить рационально. Идти в сторону общины, выбираться как можно быстрее, не сидеть на месте. Теперь же, стоило на горизонте замаячить твёрдой надежде на то, что кто-то из ребят выбрался из туннелей…

– Мы должны найти его!

– Разумеется…

Я с тоской глянул на склон перед высоткой и вынул иглу из тела твари. Мутаген был выбран, но не подходил для внедрения в мой организм. Пришлось включить сброс и очистку. Браслет загудел, нагнетая во внутреннюю полость воздух, снова выдвинул иглу и вылил кровавую жижу на снег.

Мы были так близко… так близко к высотке. Признаться, я не хотел лишних телодвижений. Уставший организм требовал отдыха. Подняться наверх, закрепиться и ждать. Не самая сложная задача. Но ситуация требовала иного.

Сообщение Татошки оказалось автоматическим. Он записал свою фразу и попросил ИИ транслировать её в пространство. И вот что мы услышали, когда стали смещаться вдоль завалов в попытке чётче поймать сигнал…

– Говорит группа Чёрный Рыцарь, я Татошка! У меня два трёхсотых! Требуется помощь и эвакуация. Квадрат семнадцать, северный угол, ориентир большая красная вывеска – Техноколь! Повторяю…

И так по кругу, то с помехами, то без. Первые ответы были проигнорированы или же (скорее всего) просто не дошли до адресата. Зато уже буквально метров через триста наших перебежек между руин, Татошка вышел на полноценную связь. За нас обоих говорила Сойка, а я оставался молчаливым наблюдателем.

– Тато! Ты жив! Я так рада! Мы близко, ППК Найда выведен из строя, но мой в порядке. Если короткая снова заглохнет, дублируй рассылку через комп. Сориентируй нас на местности!

– Принял. Дела плохи, какая-то тварь крутиться снаружи. Хитрая, несколько раз засекал дроном разведчиком, но вскользь. Быстрая. Я рядом с пересечением улиц Семиградского и Войской. Техноколь, красная вывеска на стене уцелевшего здания, мы внутри…

– Как только подойдём ближе, в интерфейсе появятся метки ваших биотических блоков. Как ребята?

– Плохо. Очень вас жду.

Голос Татошки был уставшим и надломленным. Не удивлюсь, если он тоже ранен.

– Держись! Мы уже близко. Конец связи.

Во время ходок по мёртвому городу вырабатывается своё, особое чутьё. И я в этом плане не был исключением. Я видел, какой энергичной стала моя напарница, как она нервничает, как она старается продолжать работать в тихом и аккуратном режиме, но незаметно для самой себя совершает дёрганные, слишком быстрые движения. Торопится. Оглядывает округу, на секунду выпуская из взора свою зону работы… Тем самым заставляя и меня отвлекаться на её сектор и на саму напарницу. Слишком возбуждена и встревожена. А это ошибки в мёртвом городе, а где ошибки, там и смерть.

– Стоп.

Послушно замерла, сосредоточилась, реагируя на команду. Я тоже остановился, прижался к бетонному выступу, вглядываясь в край ближайшей горы из обломков, и проговорил.

– Сойка, ты нервничаешь, слишком возбуждена. Может стимулятор?

– Я справлюсь. Принимала тоник.

Я не стал давить. Но с места не двинулся, нужно было донести до неё мою мысль пока мы не вляпались по самые брови.

– Тоник мы приняли вместе, и раз у меня действие подходит к концу значит и у тебя тоже. Я чувствую, что меня уже отпускает, болит всё и мутит от сотрясения, но я сосредоточен, а ты нет. Я спокоен, а ты нет. Отпусти эмоции, просмотри в интерфейсе запись последних минут. Ты трижды отвлекалась и действовала необдуманно. Слишком близко сместилась к не просматриваемой зоне вон там.

Я ткнул себе за спину, на место мимо которого мы проходили. Когда мы перебегали, Сойка прошла по самому краю обваленного здания. Зачем? Всё в холмах и камнях укрытых снегом, что наверху не видно. Пять метров слишком маленькая дистанция, чтобы я успел среагировать, если какая-то пакость прыгнет на неё сверху. Ошибка.

– И ты часто «отпускаешь» свой сектор. Я это заметил и теперь тоже отвлекаюсь.

– Принято.

На снегу остался валяться антрацитовый тюбик. Я не ожидал, что она согласиться и не пошлёт меня лесом. Оценивал шанс примерно пятьдесят на пятьдесят. Но я её все же недооценил. Вместо того чтобы терять время в спорах она просто приняла мой совет. И её авторитет в моих глазах от одного этого действия – существенно вырос.

К искомому зданию вышли минут через семь. Время утекало сквозь пальцы, я боялся не попасть на глаза беспилотнику и остаться тут на ночь. Ни о каком переходе в ночное время с двумя трёхсотыми не могло быть и речи.

Вывеска и вправду была здесь. Как и все оставшиеся бойцы группы. Их маркеры кучно просматривались где-то в подвале здания, в котором уцелел лишь жиденький остов да помещения ниже уровня земли.

Наличие моего автомата и двухрежимного прицела способного работать на выбор в любом из режимов, хоть контурном, хоть оптическом, позволило нам не сближаться с опасным зданием без нужды. Мы помнили слова Татошки о том, что его вместе с парнями нашла какая-то тварь и вьётся снаружи, по всей видимости, понимая, что рано или поздно людям придётся выйти на поверхность.

– Движения не наблюдаю.

Я занял самую верхнюю точку на подступах к укрытию парней. А если точнее на втором этаже развалин по другую сторону перекрёстка. Проверяли здание тщательно, не исключая предположения, что монстр может оказаться с мозгами и тоже выберет эту позицию для пригляда за своей добычей.

Но внутри точки оказалось чисто. Как и везде вокруг Татошкиного укрытия. Я шарил оптикой по округе и ничего не видел.

– Оно где-то здесь. Не верю что ушло. – Татошка оставался на связи. Сторожил вход в свой подвал.

– Я тоже. Но времени мало, нужно что-то ре…

Я не успел закончить фразу неожиданно перебитый Сойкой.

– Я выманю его.

– Что?!

– Я сказала, я выманю его.

Наживка значит? Храбрая девочка. Хотя с другой стороны под стимулятором эмоции будто укрыты толстым одеялом. Так что скорее рациональность и холодный расчёт двигали старательницей.

– Хорошо. – Почему согласился? Почему словно как тогда в туннеле не вызвался сам? Да потому что тогда не было вариантов. А сейчас мы должны выложиться на максимум. АСС для меня уже обкатанное оружие, дать его ей в руки, а самому выступить в роли наживки? Не логично, она не сможет отработать из АСС так же эффективно как я, дело привычки, у меня есть, у неё – нет. А её оружие на такой дистанции так и вообще проигрывает в точности и настильности стрельбы.

– Держись открытых мест. Если тварь решит тебя схарчить, я должен её увидеть ещё на подходе.

– Принято. Готов?

– Да.

Я отстегнул от пояса сито и швырнул за стенку. Лишним не будет. Я не исключал возможности, что тот с кем мы играем в кошки-мышки, уже срисовал нас. А это значит, атака может последовать вовсе не на Сойку.

Татошка кстати тоже без дела не сидел. У него единственного среди нас был рабочий дрон-муха. Дистанции отрыва синхронизации едва-едва хватило, чтобы вывести муху на поверхность, но всё же хватило. И теперь технарь внимательно следил, чтобы тварь, воспользовавшись одной из мёртвых для наших глаз зон, не подобралась с не просматриваемой стороны к нашей точке.

Моя позиция не сказать, чтоб была удобной. Второй этаж трёхэтажных развалин. Маленькое помещение, чья внешняя стена почти напрочь снесена, лишь в самом низу у пола тянется небольшой огрызок.

За этим огрызком я и скрывался, сняв рюкзак и растянувшись на полу в глубине комнаты. Это ведь только в фильмах да играх стрелок как идиот целится прямо из окна, чуть не вываливаясь наружу. Было бы у меня время подготовиться, я бы и эту комнатёнку забраковал. Ушёл бы в соседнюю, там внешняя стена была целой. Можно было бы проколупать пару узких дыр, наложить тряпок и лежать практически беспалевно.

Сойка была бойцом что надо. Спешно разорвала дистанцию, перебежала во всю прыть дальше, туда, где я мог её вести. От меня до Татошкиного подвала какие-то пару сотен метров, дистанция хрень, просто плёвая, но меня беспокоила характеристика монстра выданная Татошкой. Быстрый… если такой же быстрый как туманные охотники, поставившие себе на службу саму тьму, быть беде.

На Т-образный перекрёсток почти опустились сумерки. Сойка существенно замедлилась, ведь в её задачу не входило добраться до подвала с ребятами. Шла аккуратно, быстрым шагом на напружиненных чуть согнутых ногах, постоянно просеивая местность через едва работающий комплекс видеонаблюдения.

Не останавливаясь и не сбавляя темпа движения, проговорила. – Тут много следов, сильно продавленные, но небольшие, почти человеческие. Бьюсь об заклад наш друг не самых крупных габаритов.

– Принято. – Я не смотрел в прицел. Оптика не захватывает контур, и с ней неудобно наблюдать, охватывая взглядом большое пространство. Приходилось положиться на собственное зрение и сенсоры шлема. Тем более что многого мне и не нужно, просто поймать движение, засечь направление, а там уже и оптика в ход пойдёт.

Но как бы мы не старались, угрозу всё равно прощёлкали. Татошка первым увидел гостя и заорал скороговоркой – Найд, крыша, контакт!!!

Я только и успел, что понять о какой крыше идёт речь, когда откуда-то сверху ко мне в комнатку залетела тень.

Мы просчитались. Сито не поможет. Сойка ничего не сможет сделать. Я не готов… вот и все мысли, что успели проскочить в моей голове за секунду.

Способность к мимикрии давно известная, но редко встречающаяся особенность некоторых изменённых. И речь идёт не о той мимикрии, когда шкура зверя принимает окрас схожий с окружающий средой, а о той, которая на ходу подстраивается под окружение.

Размытый, мутный силуэт проник в комнату со стороны улицы со скоростью молнии. И лишь тот факт, что он не знал, где именно я нахожусь, заставил его немного задержать первый удар. Три вспышки щита, адреналин, хлынувший в кровь под действием способности «бей или беги» и отброшенный в сторону автомат. Для меня эта схватка стала чередой невероятно быстрых слайдов, жутким семисекундным хаосом, растянувшимся в вечность и озаряемым вспышками энергетического щита.

Моя сила оказалась бесполезной. Возьмите самого крутого бойца и увеличьте ему скорость реакции вчетверо от оригинала. Вот кем был мой противник. Несмотря на то, что мы находились в замкнутом пространстве, свои удары он наносил по дуге сразу с трёх сторон, буквально перетекая из одного положения в другое. Да и сами удары были настолько сильны и быстры, что по первости я лишь по вспышкам и искрам щита понимал, с какой стороны пришёлся удар.

Он был гибок и очень ловок, худощав и невысок, точнее не разобрать. Щит позволил мне вскочить на ноги и только. Удар в шлем едва не свернул мне шею и отбросил к стене. Второй разбил вдребезги один из керамических наплечников экзоскелета способный выдержать попадание пули. И лишь третий я сам не знаю как, встретил во всеоружии, взмахнув перед собой клинком с разгорающимся плазменной дугой лезвием.

Он тоже меня недооценил. Взвыл шумно и дико, проявился в воздухе всего на секунду, отскочив от меня к противоположной стене и разбрызгивая странную белую жижу из повреждённой лапы. Но мне и этой секунды хватило. Зарычав, я бросился вперёд, понимая, что я тяжелее своего врага, но медленней. Значит нужно навалиться, отнять пространство для манёвра, повалить. Забить эту суку ножом или на крайняк кулаками!

Бес, вот как стоило обозвать эту тварь. Без своей способности к частичной невидимости изменённый был похож на чёрта. Разве что копыт нет. Чёрная шерсть, антрацитово темные, покрытые какой-то чешуёй лапы с двумя толстыми когтями, хвост с острым шипом на конце и волосатая рожа, почти человеческая, но вытянутая и взирающая на мир тёмно-красными глазами.

Измененный, помутнел и почти растворился в воздухе, буквально исчезнув со своего места. Я врезался со всей дури в стену и охнул. Над головой пробарабанили пули, в рацию кто-то что-то кричал. Оглянулся… нет никого! Бросился к автомату, схватил, хотел заорать, предупредить Сойку. Думал, что тварь ушла на улицу, в сторону девушки, но не успел. На моём этаже хлопнуло сито.

Вот же срань!

***

Измененный не сдох, ушёл своим ходом, несмотря на то, что попал в область поражения осколков сита. Все стены в коридоре после его бегства были испещрены кусками чёрной шерсти и белёсой крови.

Странный и опасный противник. Я бы сказал, что это был Строт, но ИскИн затруднялся с анализом и не выдал даже уровень этого удивительного, почти невидимого существа.

Уходили спешно. Я забросил в здание дымовую шашку, чтобы отбить наш запах. Со следами на снегу мы ничего поделать не могли, лишь рассыпали по дороге спец смесь, чтобы отбить нюх хищникам. В надежде, что большинство из них ориентируется больше на собственный нос, чем на зрение.

Подвал, в котором нас ждал Татошка, оказался отличной позицией для обороны. Лестница, ведущая во тьму, упиралась в завал, но завал обладающий дырой в которую вполне мог пролезть человек. Тут-то нас и ждал технарь.

У Татошки оказалась перебита рука. Он был бледен и слаб, глаза блестели, явные признаки отходняка от стимуляторов и потери крови.

– Привет ребзя, рад вас видеть в добром здравии. – Татошка поднялся навстречу Сойке, вымученно улыбаясь, и они обнялись.

– Я бы с этим утверждением не согласился. – Пропыхтел я, пролезая к ребятам.

У меня уже всё к хренам болело, тоник окончательно попустил так ещё и «бес» бока намял знатно. Не говоря уже о выпившей силы способности «бей или беги»

На мои слова эта парочка не обратила внимания. Сойка хотела видеть Пирата и Черепа, и Татошка повёл её вглубь подвала. Как думаете, кто остался на его позиции всех сторожить? Правильно, я.

Оставалось около двадцати минут до пролёта беспилотника, а я нервничал. Следовало выйти на поверхность хотя бы одному из нас и подняться на любую мусорную кучу руин или крышу, чтобы быть замеченным.

– Найд, ты должен это увидеть… – Голос Сойки стал каким-то печальным. Не уж-то с Пиратом и Черепом всё так плохо?

– У нас есть задача поважнее. Мне нужно на поверхность. Иначе застрянем тут на всю ночь.

Сойка подошла через минуту, устало вздохнула, села на груду кирпичей и с болезненной гримасой стянула с плеч рюкзак. – Погодим чуть, откат вот-вот ударит.

– Нет времени, я пошёл.

Возражений не последовало. Все всё понимали. У Сойки откат, Татошка тяжело ранен, Пират и Череп, судя по всему вообще трёхсотые-тяжёлые.

Я выбрался из подвала, попутно перехватив контроль над мухой. Если кто-то полезет к ребятам, пусть даже такой скоростной выродок какой встретился мне – пока пролезет через дыру, его изрубят очередями на куски. Промазать там невозможно, как и быстро пролезть туда-сюда. Так что дрон мне нужнее.

Ещё поднимаясь по ступеням, я расстегнул специальный кармашек на руке и всадил себе иньекцию стимулятора. Потом будет плохо, когда на общее состояние организма упадёт откат. Но это потом, а сейчас нужно было как-то унять головокружение, подступающую тошноту и боль во всём теле.

Таймер в интерфейсе тем временем отсчитывал минуты до возможного контакта с беспилотником. 18:27…18:26…18:15…

Боль ушла, а я как то отстранённо заметил, что организм едва-едва вывозит и прочитал сообщение ИскИна о том, что на сердце идёт повышенная нагрузка, тахикардия. Хорошо хоть идти было недалеко, руины над подвалом вполне подходили для моих текущих нужд.

Здание, в котором мы недавно схлестнулись с бесом, всё ещё чадило дымом от шашки. Сквозняк выдувал его на перекрёсток и уносил в небо. Никто не пришёл на хлопок мины и выстрелы, приглушённые средствами шумоподавления. Или ещё не пришёл.

Давненько я не сталкивался с таким количеством изменённых за один день. Крабообразная хрень на выходе из низинного города, Криг которого порвали мутопсы, поджидающий свою жертву под снегом «скат» и наконец, невероятно быстрый «бес».

Но подняться наверх у меня не вышло. Просто отпала надобность.

Вынырнув со стороны взорванного склада, над перекрёстком завис прогулочный аэрокатер. Машина почти упала брюхом вниз, но пилот вовремя вывел на максимум парамагнитные компенсаторы и вынудил вытянутую махину остановиться в полутора метрах над землёй. Я едва не выстрелил в аэрокатер. Реагируя на движение, резко развернулся, направляя оружие, да так и застыл.

Брызнула в сторону снежная взвесь, поднятая с земли гравитационными лопастями. Раскрылись люки и на снег посыпались бойцы в таком знакомом комплекте «Витязь-А». Двойками и тройками солдаты Башни разбежались по перекрёстку, аэрокатер сел на снег, оставив лишь один люк открытым из которого высунулся борт стрелок.

– Группа «Чёрный рыцарь»! Группа «Двойка»! Я «Поляна»! Проводиться эвакуация…

Нас нашли! Не знаю как, и кто принял решение нас вытащить, но я был ему благодарен. Медики, входящие в состав эвакуационного отряда вытащили на носилках Пирата и Черепа из руин. Тут-то я и понял, что имела в виду Сойка, когда говорила «ты должен это увидеть».

Пират получил страшную рваную рану распоровшую бедро. Парень был в отключке, и стоило отдать должное Татошке, который с поломанной рукой сумел вытащить друга из боя. А вот Череп…

Череп не мог выжить. Это правда. Он и не выжил, я понял это сразу, как только его тело вынесли из подвала. Внешне он оставался всё тем же искалеченным инвалидом, облачённым в нагромождения оплавленной кибернетики. А вот внутри… отголоски чувств старого врага пришедшего от чёрного шпиля зашептали в моей голове сонмом голосов. Тьма выжила, ухватилась за тело лидера группы и укоренилась в нём, приспособилась. Взрыв не прошёл для неё бесследно, стая была едва жива, но всё же жива.

Никто кроме меня не чувствовал и не слышал того же что и я. Никто не чувствовал опасность и угрозу. Не видел жуткой насмешки судьбы в этом прокопченном и оплавленном железном рыцаре.

Командир эвакуационной группы криками поторапливал нас. Нельзя было здесь задерживаться, а его бойцы тем временем ждали, когда мы займём места в катере.

Первыми погрузили раненых, следом залезли те, кто стоял на ногах из числа выживших, и только в самом конце группа охранения свернулась. В аэрокатере было мало места, тем более что носилки заняли львиную долю пространства. При взлёте тряхнуло и заложило уши. Это пилоты резко нарастили мощь гравитационных импульсов.

– Татошка. – Я потряс старателя за плечо. Технарь сидел рядом, клевал носом, вот-вот отрубиться. – Как ты умудрился вытащить Черепа?

– Никак, ума не приложу, как он выжил. – Старатель пожал плечами. – Мы сами-то едва-едва оттуда убрались. Пират тогда ещё был в сознании на препаратах шёл. Вышли на поверхность, а тут маркер Черепа появился. Так и пришли в этот подвал, но Череп к тому моменту уже в бессознанке был, ну а следом и Пират вырубился. Счастливчики, в таком дерьме выжить… дай бог, до общины не помрут, а там уж костоправы вытянут.

Ага, вытянут. Что-то тёмное, злое, сводящее людей с ума, а теперь ещё и умеющее вселяться в них, они вытянут. Нельзя допускать подобное. Страшно представить, что может сделать живая тьма, окажись она в жилом секторе Башни.

Я поднялся, глянул на дремлющую Сойку, сидящую у тела Черепанова, и вдруг ясно понял, что если она узнает, что я собираюсь сделать, она меня возненавидит.

Чтобы добраться до командира вытащивших нас вояк пришлось ухватиться за поручень и перейти в голову летающей посудины.

– Командир, нужна связь с руководством.

Судя по голосу немолодой уже дядька, за сороковник (его шлем не позволял разглядеть внешность) устало ответил, толком не обратив на меня внимания – Десяток другой минут потерпи. Скоро будем в общине.

– Ты не понял – я наклонился к его лицу – нам нельзя в общину, угроза заражения. Связь. Немедленно.

Похоже, теперь дошло. Стоило мне отстраниться, вояка бросил быстрый взгляд в хвост катера и, пошатнувшись от лёгкой тряски, встал.

– Давай за мной.- Быстрый кивок в сторону кабины пилотов. – Я Скиф.

– Найд.

В кабине было тесно. Где-то у нас под ногами с солидной скоростью уносились назад руины. Их было едва-едва видно из-за тьмы опустившийся на город, ну а мой комплекс визуального наблюдения встроенный в шлем не был рассчитан на такие расстояния.

Скиф хлопнул одного из пилотов по плечу и, склонившись к нему, что-то сказал. На что пилот даже не шелохнулся. Оно ему и не надо, большая часть управления шла через нейроинтерфейс. Зато из баковой панели вывалилась узкая линейка галотранслятора и воспроизвела плоский голографический экран, что говорило о том, что пилот всё понял и сделал, даже не пошевелив пальцем.

Кто бы, не командовал по ту сторону, он держал руку на пульсе событий. Ответили сразу, связь рябила помехами, но мы уже вошли в зону доступа ретрансляторов Башни, развёрнутых в промежутках между импульсами, на поверхности подконтрольной общине.

– Капитан второго ранга Скиф! Выжившими запрошен сеанс экстренной связи!

По ту сторону появился незнакомый мне офицер в мундире погибшей империи с шевронами общины на плечах. Один из гвардейцев Кардинала, седой мужик с едва помещающейся на экране, крупной фигурой.

– Слушаю.

Скиф пропустил меня вперёд.

– Я Найд, на время рейда вхожу в состав группы Чёрный Рыцарь. На борту заражённый объект, проникновение в общину недопустимо. Долго объяснять, но…

– Я вас услышал. Что-то ещё?

– Нет, это всё.

– Ожидайте. Конец связи.

Вот так. И пойди, разбери, что у него на уме. Какие-то действия будут? Черепанова нужно в карантин, причём в карантин развёрнутый в руинах вне секторов общины, иначе риск слишком велик. Я не берусь предсказать, на что ещё способны гости из разлома, но и уже увиденного мной хватает, чтобы забить тревогу. Плюс ко всему прочему я не мог гарантировать на все сто, что Череп мёртв. Вдруг эта хрень поддерживает в его теле жизнь? Может быть поэтому в интерфейсе связь с его биотическим блоком ещё не потеряна?

В любом случае нам нужна помощь, до того как мы окажемся в общине.

Я вернулся на место и снял шлем. Татошка с Сойкой уже спали, вымотанные рейдом до предела. Если бы не стимулятор всё ещё курсирующий по моим венам, я бы, наверное, тоже залип. Но не в одном стимуляторе было дело. С тех самых пор как я оказался с Черепановым на одном борту, способность мутагена, полученная от туманных охотников, давила на разум.

Тяжело было сидеть вот так, рядом с телом Черепа. Как будто под боком лежит огромный раненый хищник, который может в любую секунду очнуться и откусить мою голову.

Бойцы вытащившего нас отряда, украдкой разглядывали меня. Их привлекал необычный янтарный цвет моих глаз, и те истории обо мне тысячу раз приукрашенные и рассказываемые на улицах общины. Они тихонько разговаривали на своей частоте связи, но в хвосте салона было слишком шумно, чтобы я разобрал их слова.

Ожидание закончилось минут через пятнадцать. Ко мне подошёл Скиф и тихонько поманил меня рукой. Пришлось вставать и снова тащиться в кабину пилотов. Уже находясь здесь, я понял, что мы давно наматываем круги в воздухе над зеленой зоной.

– Привет Найд, похоже, наше сотрудничество становиться доброй традицией. – На связь вышел лично глава ОВБ, Шило. Толстяк не улыбался в своёй обычной манере, был осунувшимся и уставшим, тёмные мешки пролегли под его глазами.

– Нужно организовать карантин за пределами жилых секторов Ба…

– Тут мы решаем что нужно. Твоё дело посветить нас в детали и выдать максимум информации. – Его привычка рубить с плеча, перебивать и командовать порядочно меня бесила, но я в очередной раз сдержался и не послал его нахер.

– Существа с которыми мы столкнулись… изменились… да, это наверное наиболее подходящая характеристика. Раньше они использовали туман, затем был инцидент, во время которого они поставили себе на службу холод. А теперь тьма. Они стали очень быстрыми, хочешь верь, хочешь нет, но стая этих выродков стала нематериальной и словно тайфун состоящий из тьмы преодолела длиннющий туннель за несколько секунд. В ближнем бою с ними вообще без шансов, а сокращают дистанцию они невероятно быстро.

Я немного помолчал, собираясь с мыслями, но Шило не хотел ждать.

– Они чем-то заразили вас Найд? Мне сказали, что ты говорил про заражение.

– Нет, не нас, Черепанова. Он остался в ангаре, когда прогремел взрыв, вместе с ними. Так вышло. Но каким-то образом его тело не сгорело дотла, и он выбрался из-под завалов. Возможно, благодаря этой тьме, что вселилась в него.

– Заражён только Череп?

– Да.

– Как ты узнал?

Я поморщился. Сдерживаться стало ещё сложнее. Будто он не знает о переносном гамма ионизаторе на моей руке. Хотя…

Видимо Шило что-то понял по моей реакции и решил сменить тему.

– Как среагирует группа, если мы попытаемся ликвидировать заражённое тело? – Так и сказал «ликвидировать тело».

Тут я уже сдерживаться не мог. Наклонился к экрану и прошипел, едва-едва не заорав в голос. – Ты лядь с ума там сошёл жирный мудак?! Какое тело выродок? Он их друг! Как они, по-твоему, должны реагировать? Есть шанс, что Черепанов ещё жив, нам нужен карантин за пределами общины! Если вы на глазах у Сойки и Татошки попытаетесь его завалить, будет бой! И я впишусь за них! Если ты думаешь, что мы втроём не накрутим вам х** на гланды, ты глубоко заблуж…

Шило отключился, не дав мне закончить. Я же заскрипел зубами, едва не покрошив эмаль. Вот сука! Сделал, как лучше называется! Предупредил угрозу для общины! Тупой я мудак! Конечно, в глубине души я рассматривал ситуацию, в которой Башня может пойти на крайние меры. Но не вот так же лядь! Сходу ликвидировать на глазах у группы! Будет бойня! Сойке и Татошке не объяснишь, что Черепа нужно добить. Я был уверен в этом на все сто. Если бы в этой машине лежал не Череп, а скажем раненный и бессознательный Дед, хер бы я кого послушал!

Чтобы успокоиться растёр руками лицо и только тут почувствовал напряжение в воздухе. Скиф всё слышал, пилоты всё слышали. Я буквально кожей чувствовал, что они не знают как себя вести. Вряд ли хоть кто-то на их памяти так разговаривал с Шилом, да и сама ситуация… они нас вытащили, можно сказать спасли, а я… а что я? Хрен знает.

Стимулятор отпускает, скоро стану размазнёй. Понял это по дороге к своему месту. Снял АСС с предохранителя, под удивлёнными взглядами бойцов Скифа и положил на колени, так чтобы ствол смотрел немного вниз. Туда где за обшивкой корпуса мерно гудела одна из гравитационных лопастей машины. Вряд ли из них кто-то хоть что-то понял.

Следовало успокоиться, пока башка хоть как-то соображала, и проанализировать ситуацию, отбросив эмоции. Правильно ли я сделал, сообщив об угрозе? Правильно! Ни моя, ни жизнь ребят, ни что по сравнению с сотнями жизней находящихся в общине людей. Стану ли я в глазах ребят врагом, если они узнают, кто послужил причиной ликвидации Черепа? С 90% вероятностью – да, запишут во враги не глядя. Как поступит Шило? Почему вот так сразу – ликвидация? Я думал, что хорошо представляю положение дел в общине. Те же яйцеголовые удавятся и мать родную продадут за возможность исследования чего нибудь эдакого. Тогда почему ликвидация? Почему не карантин за пределами общины? Есть какой-то неучтённый фактор, что-то, о чём я не в курсе. Что-то что заставляет Шило рубить с плеча.

Теперь дальше. Мои действия? Разбудить ребят и упереться рогом? Вероятность боя резко возрастёт. Но боя я с кем? С такими же мужиками и парнями, как и я? С семейными людьми которые трудятся на благо общины? Как в них стрелять? Взять даже вот этих вояк, что сидят рядом… я не хочу сражаться с ними! Кто я такой чтобы лишать их жизни? Нет, бой это дичь, глупое и кровавое решение гордеца, но не мужчины. А самое пакостное во всей этой ситуации то, что Череп вполне может быть мёртв, даже не может быть, а скорее всего так и есть. Топить и впрягаться за призрачный шанс на выживание для другого человека и попутно лишать жизни других?

– Чёрт!

Проклятый откат накрывал жаркой волной. Зрение расслаивалось, и голова кружилась. Пот под шлем-маской тёк по лицу градом, раздражая грязную кожу. И именно в этот момент, словно назло, мы пошли на посадку.

Едва удержав содержимое желудка в узде, я перетерпел посадку. Толкнул Татошку, растормошил Сойку. К тому моменту Скиф уже скомандовал высадку, и его бойцы первыми посыпались наружу.

Хотелось снять шлем и вдохнуть морозный ночной воздух. Спёртая кислятина, прущая из фильтра просто осточертела, но снимать шлем, я не стал. Ибо было неизвестно, как события будут развиваться дальше.

На улицу уже упала тьма, свет на катере не включали, тут все были уже стреляными воробьями и достаточно оснащенными, чтобы темнота нисколько не мешала. Место стоянки катера я не узнал. Узкая расчищенная площадка во дворе уцелевшего П-образного здания. Глянул на карту – зелёная зона, до входа в общину ещё топать и топать.

Уже выскочив из катера и поддержав едва переставлявшего ноги Татошку, я огляделся внимательней. Приметил патрульных и две огневые точки. Одну с пулемётом обложенную мешками на южном крае крыши и вторую огнемётную, ниже, на третьем этаже.

Никто не выказывал агрессии и не вёл себя подозрительно. Скиф строил своих людей в шеренгу. Патрульные тихонько косились на нас из дома, но при этом не напрягались. Странно, серых мундиров нет, вояк нет, Шило передумал? Почему мы приземлились тогда так далеко от входа в общину?

Через десяток секунд во двор спешно влетел переделанный под нужды общины бронированный аэромобиль. Я уже было напрягся, но и в нём не таилась группа ликвидации-захвата. Лишь штатный стрелок за гашеткой стационарного игломёта машины, был единственным представителем силовых структур прибывших из Башни. Остальные – медики, выскочили, спросили – где тяжёлые? Убежали в катер. Их старшой, на нас только рукой махнул, дескать, тяжёлых забираем, мы реанимация! Остальные ждите своего транспорта, он идёт следом!

Я настолько задолбался, что от усталости и отката стимулятора едва-едва стоял на ногах. Ребята находились примерно в таком же состоянии мрачного оцепенения. Они вон вообще уселись прямо на снег спиной к спине и продолжают дремать. Я же, расслабиться хотел, но не мог. Терзала голову мысль, что чего-то я не учитываю, чего-то не соображу своей уставшей и кружащейся головушкой.

Казалось, что всё должно быть не так. Я ждал агрессии, подставы. Думал, может Скифу поступил какой-нибудь приказ, насчёт нас и Черепа? Но нет. Офицер, чей отряд вытащил нас из мёртвого города, подошёл, пожал руку, что-то сказал на прощание и был таков. Дескать – транспорт ждать не будем, мы пошли своим ходом.

Всё шло мирно и тихо. Лишь вспышки сканера в катере да охи стоны не приходящего в сознание Пирата, которого ощупывал медик.

Не имея больше сил стоять, я подсел к ребятам. Так же, спиной к спине. Только-только сел, как будто специально подобрав момент, во двор залетела МПэшка, поднимая гравитационными подушками снежную взвесь и бросая её нам на встречу.

– Грузимся! Чего расселись мужики!… пардон. – Мехводом машины оказался кудрявый кавказец, который не сразу разглядел, что среди нас не все мужики. – Дам я тоже попрошу поторопиться. – Заулыбался так приятно и по доброму высунув из люка свою чернявую голову. Предварительно тормознув махину в паре метрах от нас и порядочно испугав.

Я тряханул головой и сдался. Глаза слипались, нога, придавленная в подземье, распухла и не гнулась. Стянул шлем, вдохнул холодный воздух и полез в машину пехоты, краем глаза заметив, что медики в то же время грузят Черепа и Пирата в аэромобиль.

Решили ликвидировать в общине? Или по дороге? Я не знал, но в голову ничего путного не лезло. Кинуться с кулаками на медиков? Поехать с ними? Попытаться пробиться в закрытый сектор общины? Все эти решения были глупыми и мало осуществимыми.

За этими мыслями я и отрубился прямо на жёстком сиденье МПшки. Напоследок подумав, что если Шило всё же убьёт Черепа и об этом узнает Сойка с ребятами – не сносить мне головы…

Глава 10. Кузнец своего счастья

Честно я не ожидал, что проснусь в тёплой и мягкой кровати. А разбудит меня красивая молодая девушка, неосторожно зазвеневшая какой-то металлической дребеденью, которая вывалилась из её рук на пол.

– Где я?!

Сел резко, упёрся руками в кровать и только через секунду раздуплился, что напугал девчонку в медицинской форме.

– Вы в безопасности, вам нужен покой.

В памяти здоровенная такая дырка. О том, как очутился здесь, воспоминаний – ноль. Но ИскИн в моей голове среагировал на ход моих мыслей и выдал информацию. Оказалось, что я вымотался до такой степени, что буквально залипал на ходу – спал. В воспоминаниях осталась лишь какая-то муть, и не разобрать, что снилось, а что было реальностью.

– Покой нам только снился милая. Где сейчас люди, которые были со мной?

– Тот, что с переломом руки в закрытом секторе, травма требовала серьёзного вмешательства. А девушка здесь, в соседней палате.

– Хорошо… – Шумно выдохнул и откинулся назад, едва не вскрикнув от резанувшей пресс боли. Никуда не нужно идти. Никуда не нужно бежать. Счастье. Тело, правда, болит, весь в синяках опять, но то дело привычное, можно сказать образ жизни.

В правой руке капельница. Кинув на иглу взгляд, я спросил. – Чем колете?

– Витамины, питательные вещества. Ушибы и гематомы обработали.

– А выпишите когда?

– Извините я не врач, я не знаю, мне нужно взять у вас кровь на повторный анализ.

– Берите что хотите, только врача позовите. – В конце этой тирады я улыбнулся, почти в рифму получилось.

Медсестра сглотнула и бросила на меня испуганный взгляд. И тут-то до меня, наконец, дошло! Да она же боится! Янтарные нечеловеческие глаза, страшные шрамы, на голом торсе, оставшиеся после первого боя с иномирными охотниками, и прочие «украшения» сплошь покрывали моё тело. Да и рожа моя опухшая да побитая явно не вызывала у людей восхищения.

– Я не страшный. – Ага, успокоил дурак! – Вернее страшный, но только внешне, вам нечего опасаться.

– Я и не боюсь! – Ох уж эта почти детская гордость. Нос моментально задрала, дескать, я не я и попа не моя. Никого не боюсь, и вообще вам всё кажется. И откуда только такая взялась? Дочка, чья нибудь? На вид восемнадцать едва стукнуло.

Но нужно признать кровь взяла она быстро, шлёп пистолетом-сборщиком по руке и мигом за дверь, только её и видели. Едва успел крикнуть в спину – Врач ваш, когда будет?! – Но ответа не получил, мысленно сплюнул и решил, что если приключения сами не находят задницу героя, то пора бы переместить геройскую задницу в пространстве. А там глядишь, и приключения подтянутся.

Что делать в обозримом будущем я не особо представлял. Шило мне не спустит с рук последний наш разговор. Череп ещё…Сойка, Татошка, Пират. Думать обо всём этом кипише не хотелось. Настроение было веселое, несмотря на боль. Хотелось расправить плечи, набрать полную грудь воздуха и как заорать!

– НЕ СБИТЬ НАС С НАШЕГО ПУТИ, НАМ ПОФИГУ КУДА ИДТИ!!! – проорался и рассмеялся. Прижимая руку к животу, потому что грудак и пресс от смеха побаливали дико.

Не знаю, что на меня нашло, может после стресса выверты психики такие, но я чувствовал себя… счастливым? Ну а что ещё человеку нужно для счастья, если он постоянно рискует жизнью изо дня в день? Да просто жить. Знать, что очередная дичь закончилась и можно просто ЖИТЬ!

Так я и вывалился в коридор, путаясь в простыне (ибо на мне были одни трусы, а одежды в палате не оказалось) смеясь и охая от боли. Выглядел я, наверное, великовозрастным дебилом, но мне было глубоко насрать на чужое мнение. Хотя вытянувшиеся от удивления лица медицинских сотрудников в коридоре серьёзно позабавили.

***

В это же время, где-то в административном секторе общины…

ИскИн главы безопасности оповестил его о входящем сообщении. В своём обращении наблюдатель от ОВБ оповещал, что отделавшиеся синяками и шишками старатели проснулись, ведут себя не агрессивно, но импульсивно.

– Проснулись.

Кардинал не ответил своему товарищу. Он был в бешенстве. Стоял напротив стола и раз за разом просматривал запись с камер видеонаблюдения в научном отделе. Вчерашний день стал трагичным для всей общины и виной всему был он – лидер. Это он пошёл на поводу у своей женщины и поддался на её уговоры по проведению опасных экспериментов. Это он слишком сильно уверовал в безошибочность решений своего друга, и отдал ему на откуп слишком много власти позволив выйти его полномочиям за пределы внутренней безопасности общины.

Искусственно выращенный мозг в недрах закрытого сектора и раньше выкидывал фокусы. Повреждения оборудования, мелкие травмы у персонала, сновидения и галлюцинации. Кардинал думал, что Мать достаточно рациональна и обладает острым умом. Думал, что стоит довериться её решениям, что она свернёт эксперимент, если тот будет угрожать её жизни или жизни её подчинённых. И ошибся.

Его женщина попалась в ту же ловушку что и тысячи людей до неё. Жажда знаний не позволила ей вовремя остановиться. А он сам не уберёг, слишком погрузился в производственные дела общины, слишком много времени уделял плану «Экспансия» и своим бойцам.

Как итог – трагедия. Двенадцать погибших, среди которых трое с высокоразвитым интеллектом. Сама руководитель научного центра в коме, травмированная и искалеченная. Ещё около сорока человек получили ранения разной степени тяжести.

Искусственно выращенный мозг с вживлённым биотическим блоком, несмотря на установку Оазиса, повёл себя крайне непредсказуемо. ИскИн не мог его контролировать в полной мере, ибо Оазис не может на все сто процентов подчинить себе носителя, рамки и протоколы сдерживания созданы не просто так. Сначала этот экспериментальный образец был похож на ребёнка или скажем щенка. Если и был от него какой-то вред, то чётко прослеживался не злой умысел, но любопытство и любознательность. Зато пользы было очень много. Исследования сразу по нескольким направлениям получили столь долгожданный для Матери толчок. А потом «щенок» вырос. И его любознательность вылилась в концентрированную вспышку остаточного излучения неведомым образом образовавшуюся прямо в лаборатории. В итоге сразу шестеро сотрудников обернулись низшими изменёнными и успели порядочно натворить бед, прежде чем подскочившая охрана их угомонила, как, в общем-то, и самого «щенка». И это не говоря уже о тех, кто оказался вне эпицентра вспышки, не умер, не обратился в монстров, но получил страшную дозу облучения.

– С этого дня все твои полномочия заканчиваются на границе общины. Ты больше не вправе что-либо приказывать офицерам военных подразделений, исключая случаи экстренной необходимости. Можешь продолжать разработку Найда, если у тебя чуйка, но никакого давления и никаких встреч. Ты меня понял?

– Кардинал я…

– Никакого вмешательства! Только скрытое наблюдение!

Шило кивнул. Сам дурак виноват. Смешал дружбу с работой, решил, что лидер общины итак загружен сверх меры и не посвятил своего друга в детали операции по уничтожению этих странных существ, которых старатели называли туманными охотниками. Но ничего, всё вернётся на круги своя, когда Мать очнётся. А до тех пор Кардинал будет сам не свой.

– Я понял.

– Обоих старателей, не получивших серьезных ранений ко мне. Кстати, кто второй?

– Сойка. Но зачем тебе лично с ними встречаться?

– У тебя, что дел мало? – Кардинал, наконец, уселся за стол, отключив видео. – Иди, работай.

Он был зол на безопасника, очень зол. Если бы офицер-наблюдатель не забил тревогу и не решил под свою ответственность начать эвакуацию, обе группы, ушедшие в город, могли не вернуться. А так хотя бы старателей частично вытянули. Туманные охотники… дар Оазиса, завязанный на предчувствия… Шило можно было понять, он что-то почуял. Что-то что заставило его рискнуть целой толпой народа. Но его дар сделал его уязвимым. Глава ОВБ часто запирался в своём жилище измученный мигренью и отсутствием нормального сна. Если так и дальше пойдёт он не сможет больше занимать свой пост…

***

Суровые гаврики из личного подразделения Кардинала внушали не хилые такие опасения. Ребятки были серьёзные, даже в общине экипированные по самые не балуйся и вооружённые до зубов. Четверо таких здоровяков, прокачанных инъекциями биоклеток, сопровождали нас к лидеру общины.

Сначала я думал, что всему виной моя стычка с Шило. Но теперь начинал сомневаться. Во-первых, нас сопровождали не серые мундиры ОВБ. Во-вторых, охрана Кардинала взяла нас под контроль лишь в закрытом секторе администрации, а не захапала прямо в медицинском. Да и пригласили не одного меня, а вместе с Сойкой. И зачем мы понадобились лидеру общины, я понятия не имел.

Уже оказавшись на месте в незнакомой постройке внутри закрытого сектора, нас подвели к кабинету, где мрачный мужик в технологичном комплекте собирателей плоти объяснил нам правила. Никакой агрессии, никаких лишних движений, в случае ЧП лечь на пол и сложить руки за голову. Ждать в коридоре, с охраной не разговаривать – вас вызовут.

Ждали вызова мы не долго. Переглянулись, когда оказалось что вызывать будут по одному. Первым вызвали меня…

Кардинал ничего не сказал когда я вошёл, лишь кивком указал на место по другую сторону стола. Лицо крепкого имперского офицера было бесстрастным и не отражало, каких либо эмоций.Мне доводилось его видеть раньше, но так близко – никогда. Было в нём нечто такое, что люди привыкли называть харизмой. Я почуял это в первую же секунду, даже не успев сесть за стол, но опасностью тут и не пахло. Только силой и крепкой волей.

– Я хочу, чтобы ты рассказал мне.

Изогнув одну бровь, я продемонстрировал своё удивление и ответил. – Что именно?

– Доверься мне, не опасайся и не обманывай, оставь недоговорки для бесед с иными людьми, здесь тебе ничего не угрожает. Расскажи то, что никому не рассказывал, расскажи то, что считаешь своими секретами, расскажи правду.

И я рассказал. Не знаю, что на меня нашло, но я выложил всё, почему-то нисколько не сомневаясь, что сделать это могу, и мне ничего не угрожает. О том, что спрятал носители информации из X.ROM-17, а также материал ZT. О своём нечеловеческом происхождении и многих других вещах, которые никому и никогда не рассказывал. Даже о том, о чём умолчал перед Шило и о напугавшем меня взгляде неведомой силы проникающей в наш мир из разломов пространства. Взгляде, что породил из тумана первых охотников поставивших себе на службу стихии…

Когда я закончил, в кабинете повисла тишина. Сложив руки в замок и оперев на них подбородок, Кардинал, молча меня разглядывал, будто пытаясь что-то понять или же принять какое-то решение.

Секунды текли, и когда напряжение в комнате уже едва ли не ножом можно было резать, лидер общины неожиданно вздохнул и сказал. – Шило был прав на счёт тебя и не прав одновременно.

– В смысле?

– В прямом Найд, в прямом. Но это сейчас не важно, важно другое. Что ты собираешься делать? Кем видишь себя?

Только после этих его слов, у меня в голове, будто невидимый рубильник щёлкнул. Зачем я ему всё рассказал?! Что происходит?! А Кардинал тем временем, словно прочитав мои мысли продолжил.

– Ты рассказал мне всё, потому что я сжульничал. Неважно как я это сделал, но, тем не менее, сделал. И ты должен понять, что выбора у меня особого не было. Я должен был всё выяснить до того как Шило сочтёт тебя слишком серьёзной угрозой. И признаюсь честно, повод воспринимать тебя как угрозу у него был.

– И что теперь? – я вскинулся – Убьёшь меня?

– Не советую дёргаться Найд, моя охрана не дремлет и я сам не ягнёнок. Желай я твоей смерти, ты был бы уже мёртв.

Его слова заставили меня снова откинуться на спинку кресла. Я чувствовал себя одураченным и беспомощным. И по сути своей таковым и являлся – беспомощным дураком. Как можно противостоять человеку, который одним только своим желанием заставил меня выдать все секреты?

– Я не желаю тебе зла парень. То о чём ты мне рассказал, как и то, как рассказал… наталкивает на определённые мысли. Во многом ты человечнее людей, хоть и появился на свет искусственно.

Кардинал выглядел уставшим, был задумчив и спокоен.

– Знаешь, я бы хотел, чтобы меня окружали только такие люди как ты. Сильные, смелые, способные идти наперекор всему и вся. Не жалеющие ни жизни своей, ни сил для восстановления человечества.

– Я не…

– Враньё! – Кардинал перебил меня не став даже слушать. – Пока ты находился под воздействием, ты не мог лгать. И в своём рассказе ты считал себя человеком. Так и будь им! Я повторю ещё раз свой вопрос. Что ты собираешься делать? Кем видишь себя?

– Я… Чёрт!… – и уже следом я уверенно выпалил – Я старатель!

– Вот и будь им. Шило тебя больше не потревожит, хотя наблюдать всё же будет, он вообще за всеми наблюдает, это его работа. Сегодня отдыхай, завтра начнёшь собирать группу. С этого момента ты офицер подразделения внешней разведки подконтрольный лично мне и никому другому. Название и состав группы на тебе, на мне обеспечение всем необходимым. Срок на создание – неделя. По поводу материала ZT и носителей информации оставишь метку на карте и опишешь, где спрятал, мои люди всё доставят в общину.

– Кто сказал, что я согласен?

– Ты сам. Ты рассказал мне об этом таинственном «Центре» и о Храме культа взбунтовавшихся против своих создателей синтетиков. Ты будешь их искать, будешь искать ответы на вопросы. Верно?

– Верно…

– Вот и ищи, только делай это не один, рискуя загнуться из-за какой-нибудь мелочной ошибки. Я не собираюсь ограничивать твои желания, потому что они совпадают с моими. Я предлагаю тебе обмен. Найди этот «Центр» найди Храм, выйди за пределы города и найди других выживших, а я обеспечу тебя всем, что только душа пожелает. И всё что я прошу взамен, так это не молчать. Информация для общины не менее ценна, чем ресурсы, добываемые сейчас в соседнем районе города. Мы вымираем Найд! Вымираем! Нам нужно оборудование, которое мы сами не в состоянии создать. Нужны лаборатории, нужна земля, не отравленная тысячами гниющих движков аэромобилей! Нужны люди, в конце концов! Мы вынуждены выйти из города и найти место, не отравленное последствиями боев и техногенной катастрофы. И прежде чем мы это сделаем, кто-то должен найти его.

– Мне нужно подумать. – Моя упёртость дала трещину. Кардинал приводил весомые аргументы, и было бы глупо отрицать, что я заинтересован в выживании общины.

– Думай, но зима пришла не навечно. Пока в наших краях лежит снег, у нас развязаны руки. В другие сезоны любые передвижения станут гораздо опасней.

– Я могу идти?

Кардинал поморщился. – Я не держу тебя здесь насильно. Иди и помни, что от наших решений зависит множество людских жизней.

Я вышел от Кардинала и не стал ждать Сойку. На душе было тяжко. Карты вскрылись, он всё знает. Такого развития событий я не ожидал.

Спустя какое-то время я добрался до дома. Он встретил меня тишиной и пылью. Мне нужно было подумать, а нет ничего лучше, чем думать, отвлекаясь каким-нибудь безобидным делом. Я вылизал свою квартиру снизу доверху, перестирал вещи, соскрёб грязь в душе со своего тела, вывалившись оттуда красным как рак.

Я размышлял, искал аргументы против предложения Кардинала и не находил ни одного. Разве что как барану упереться рогом и просто отказать. Я уже так однажды сделал, когда старатели переходили под крыло общины основным составом и повторять свою ошибку не намеревался.

Уже ближе к ночи в дверь постучали. Подхватив лежащий на подлокотнике нож, я отправился открывать, понятия не имея, кто решил меня навестить в такой поздний час. Но никаких злодеев у моего порога не оказалось. Зато там была растрёпанная и заплаканная Сойка, от которой пахло каким-то сладким алкоголем.

Я знал, почему она такая, вернее догадывался, что всему виной моё сообщение о заражении Черепанова и последующая ликвидация. Шанс на благополучный исход был, но мне не верилось, что Череп доехал до общины, и я оказался прав.

Плача и заикаясь, девушка рассказала мне, что Череп умер. Якобы по дороге в общину из него полезла тьма, и его сожгли в зелёной зоне, буквально расплавив и его самого и его экзоскелет в яме полной плазмы. О моём сообщении она не сказала ни слова, и это означало, что меня не выдали, не стали рассказывать, кто сообщил в общину о Черепе.

Когда я обнимал её у себя в коридоре, слушал её полный внутренней боли голос и чувствовал слезы, пропитывающие мою майку… даже не знаю. Хотелось взять что-то по тяжелее и пару раз себе вмазать. На душе скребли кошки, и я чувствовал за собой вину, несмотря на то, что поступил правильно.

Хотя это самое «правильно» не всегда несёт одно лишь благо. И порой жизнь ставит перед такими вопросами, что какой бы ответ ты не выбрал – он всё равно для кого-то обернётся горем.

В эту ночь она осталась у меня. Ей хотелось тепла, сочувствия, и я ей его дал. Сойка была не против большего, но я мягко придержал её, когда горе бросило девушку в мои объятья. Она уснула у меня под рукой, зарывшись носом в мокрое от слёз одеяло. Но хотя бы в этом я с ней остался честен. Не дал совершить ошибку в пылу эмоций и алкоголя. Сам её не тронул и ей не дал совершить глупость.

Глава 11. Группа внешней разведки

– Кардинал сказал, что ты будешь собирать группу.

Мы сидели у меня на кухне. Сойка встала раньше, а я соизволил проснуться лишь тогда, когда в нос ударил запах синтезированной пищи. Она не ушла, приготовила нам завтрак, а я и рад.

– Буду. – Что ещё ей ответить? Я всё же решился пойти на службу к лидеру общины в обмен на обещание свободы действий и обеспечение всем необходимым.

– Меня возьмёшь?

А вот это было удивительно.

– Ты разве уже не на службе?

– Я же не рабыня Найд. Да и не думаю что кто-то будет против, всё таки курирует тебя сам…-девушка указала взглядом на потолок имея ввиду Кардинала.

– А как же Татошка? Пират? Не обидятся?

– С чего им обижаться. Я уже отписала и тому и другому. Пират кстати в сознании.

– И что говорят?

Девушка пожала плечами.

– Татошка не против, Пират ещё слишком слаб и подавлен. Не стоит на него давить, но уже сейчас я могу сказать, что он останется с нами. Мы же, как семья. Кроме друг друга и нет никого.

В конце фразы на её лицо набежала тень, и следом, будто отгоняя от себя мрачные мысли, она застенчиво улыбнулась. – Ты прости меня за вчерашнее, сорвалась.

– Да нет, это я должен тебе многое рассказать и попросить прощения.

Вчера я много думал о всяком разном, пока она сопела рядом, свернувшись в клубочек. И о том чтобы позвать выживших ребят в свою группу тоже думал, но не предполагал, что они сами ко мне потянутся. Но основной перечень моих размышлений всё же касался совсем другой темы.

Как нам доверять друг другу, если между нами есть недоговоренность и ложь? Она ведь права, группа старателей это не просто напарники, это семья. Кого не вспомни, все рано или поздно к этому приходят. Дед и Волк, Черепанов и КО, погибшие Серый и Ласка. Все кого я, так или иначе, знал, были в определённой степени дружны и близки. И мне очень бы не хотелось, чтобы те моменты, которые я скрываю стали в будущем для нас поводом для непонимания и недоверия. К тому же тот секрет что знают двое – уже не секрет. Если в мои тайны посвящён лидер общины… то и людям, рядом с которыми мне умирать, стоит знать правду.

Возможно, я совершал в этот момент серьёзную ошибку, но ничего поделать с собой не мог. Решение принято. Мосты сожжены.

– Я начну свой рассказ с начала. С момента, когда вошёл в клинику X.ROM-17…

Я рассказал ей всё. Вообще всё. И про мутаген, и про Культ и про то, что я сам бионик, проект корпорации лишь чудом получивший в руки бесконтрольное существование.

– О Черепе в общину я сообщил. Пока летели. Чуйка мутагена вопила о том, что в его теле тьма. Я был против ликвидации. Просил развернуть карантин за пределами общины и наверняка они бы так и сделали, если бы не инцидент. Ещё вчера просмотрев новостную ленту, я узнал, что у научников что-то не хило так бахнуло. Есть погибшие… видимо это повлияло на их решение. Так что это я виноват в его смерти, или не виноват… я не знаю, был ли он жив в тот момент… не знаю.

Я ожидал, какой угодно реакции. Криков, истерики, злости, удивления, но она просто встала и вышла. Ушла, ничего не сказав и оставив недопитую кружку с кофе на столе. Я был растерян, не знал, что делать в подобной ситуации. Всё что могло быть сказано, уже сказано. Хотелось её остановить, попытаться подобрать какие-то слова, но я не хотел искать оправдания. Уже не мальчик, а она пусть и молода, должна сама всё это переварить.

Отбросив мрачные мысли прочь, целиком погрузился в дела и заботы. Первым делом залез в сеть и заказал доставку на дом ППК взамен разбитого. Минут через двадцать от двери пришёл сигнал. Подивившись, что курьер управился так быстро я побрёл открывать. И каково же было моё удивление, когда вместо курьера на пороге обнаружилась пара мужиков в военной форме.

– Ээ… чем обязан?

– Приказано доставить.

Разговаривающий со мной вояка посторонился и дал мне рассмотреть платформу для передвижения грузов. На ней лежали какие-то свёртки, детали, и коробки.

– Кто приказал?

– Кардинал.

Вопросы отпали сами собой, но признаться о содержимом «подарка» я не догадывался до того момента, пока не стал всё это дело распаковывать. Детали и содержимое некоторых коробок оказалось заказом Голли. Сканер плюс разобранный промышленный принтер…

Значит, наши шпионские игры с мёдом и корицей были всего лишь детской забавой. За мной, а может и за Голли следили. А я ведь почти поверил, что у нас получалось водить за нос ОВБ.

Принтер был то, что надо.Квадратный метр расстояние между краями рабочей поверхности, вполне достаточная площадь для создания элементов защиты. За его сборкой я провозился до вечера, за это время в дверь ещё дважды стучали. Первый раз доставили мои рейдовые шмотки, избавленные от излучения и заказанный ППК. Во второй передо мной предстали контейнеры с ZT.

Сказать, что я удивился это ни хрена не сказать! А скупое сообщение на переносной комп так вообще добило.

– Взяли несколько грамм на изучение, научный отдел будет рад скупить полностью, но решать тебе.

Я ещё не успел начать работать на Кардинала, а мне уже нравилось. В кои-то веки моё имущество не отжали без спроса, да и солидная сумма кредитов упавшая на личный счёт как бы намекала, что за носители информации из X.ROM-17 со мной расплатились сполна.

Порядочно захламив зал, я только-только приступил к подключению собранного принтера, когда в интерфейсе возникло сообщение ИскИна.

– Инъекция биоклеток полностью усвоена. Доступен расширенный выбор способностей.

Ребята расплатились со мной за рейд против туманных охотников по высшему разряду, причём расплатились ещё перед рейдом. Другое дело ИИ требовалось время, чтобы понять, как и куда встанут эти биоклетки, а так же спрогнозировать возможный выбор способности. Свежая порция биотических клеток легла в интеллект, ибо мне не хватало уже имеющегося, чтобы синхронизироваться с максимальным количеством оборудования. Дрон разведчик «муха», ППК, детекторы, шлем экзоскелета – всё это требовало синхронизации и мне едва-едва её хватало, чтобы покрыть уже имеющееся оборудование. Даже контроль над установленными минами или скажем сигналкой, тоже нуждался в синхронизации. Что толку от сигнальной нити, если она не подключена к интерфейсу? А из-за приобретённого шлема мне не хватало характеристики интеллект для такой обыденной вещи как сигналка… в этом плане с обычными пехотными комплексами визуального контроля, было гораздо легче.

Запросив список характеристик, я бегло пробежался по нему глазами. Заглядывал я сюда редко, но прогресс что называется – был на лицо. Во-первых, серьёзно выросла выносливость, хотя это было ожидаемо. Я не бухаю, не травлюсь, не курю, постоянная беготня с рюкзаком за спиной и кучей экипировки на плечах должна была способствовать чему-то подобному. Ловкость почти не подросла, а вот сила и живучесть выросли, может не так сильно как выносливость, но всё же.

– Ис, чем обусловлен рост силы?

– Периодическое стрессовое состояние организма, приводящее к микротравмам мышц и сухожилий после действия способности «бей или беги» послужило толчком развития для силы и живучести организма носителя.

– Неплохо.

Неплохо – самое подходящее слово в такой ситуации. Я смотрел на макет своего тела в интерфейсе и понимал, сколько воды утекло с моего появления в этом мире, и как я изменился. Если раньше я был крепким и поджарым худышом, то сейчас мои мышцы казались вырубленными из дерева. Ноги в прошлом худощавые палки, теперь походили на ноги легкоатлета. Пузатые икры, раздавшиеся вширь и эстетичные бёдра. Не говоря уже о брюшном прессе, плечах и грудных мышцах, на которых проступали волокна при маломальском напряжении. Если бы не синяки на лице и теле, меня бы, наверное, можно было назвать привлекательным парнем.

Закончив с самолюбованием, попросил ИскИна приступить к разбору способностей и вывести списки с ними взамен характеристик. А способностей на данный момент у меня было всего две. Одна пассивная и одна активная. Хотя их могло бы быть больше, если бы в своё время я не ухайдокал своё тело до такой степени что ИскИну пришлось пустить биоклетки на восстановление облучённых до критического уровня клеток костной структуры.

Активный: «Бей или беги»

Описание: Моментальный выброс гормона норадреналина и адреналина. Отключение подсознательных противотравмирующих механизмов организма на краткий срок. Другими словами, позволяет носителю стать значительно сильнее и быстрее, притупить боль. Но есть и негативная сторона: резкое увеличение силы при снятии блоков может привести к травме. Общее увеличение характеристик длится сроком от семи до двадцати пяти секунд, в зависимости от затраченных усилий. Может варьироваться от двадцати пяти процентов увеличения показателей до пятидесяти. Активируется волевым усилием или же мысленной командой.

Пассивный: «Тромфоболия»

Описание: создает локальный очаг повышенной свёртываемости крови в местах ранений, значительно снижая кровопотерю.

Я выбрал обе эти способности ещё в Агрокомплексе. Действия пассивной почти не замечал, меньше кровушки течёт и меньше, чего тут думать, полезная штука с учётом того как часто я оказываюсь ранен. А вот активная выручала не раз. Но список на этих способностях не заканчивался. Возросший интеллект и биоклетки в теле требовали нового выбора.

Список оказался небольшим, но одна из предложенных способностей шла с особой пометкой, сразу же привлекая к себе внимание фразой в скобочках (уникальная, связка с мутагеном II). А под цифрой II в интерфейсе всегда проходил мутаген, полученный от туманных охотников.

Активный: «Псионизм»

Описание: Расширение промежуточных связей между мозгом носителя (подверженных воздействию мутагена) и биотическим блоком. Позволяет контролировать и направлять уже имеющуюся способность, внедрённую в тело носителя. Другими словами гиперчувствительность к чужим эмоциям, ощущениям и образам становится подконтрольной.

Вот те раз! Это что? Я смогу включать или выключать мутаген по желанию?! ИскИн тут же выдал ответ на прозвучавшие в моей голове мысли.

– Да носитель, вы сможете активировать или дезактивировать способность волевым усилием.

Очень вкусно и очень заманчиво. Мутаген охотников был очень полезен и его единственный минус (бесконтрольные вспышки работы) полностью нивелируется, если я выберу Псионизм.

– Ис как долго я смогу продержать его в активе? К каким последствием приведёт его круглосуточная и активная работа?

– Продолжительность работы зависит от многих факторов, например от общего состояния организма и усталости. Круглосуточная работа невозможна, она критически перегрузит всю нейронную сеть. При выборе «Псионизма» рекомендую активировать способность не чаще одного раза в час, продолжительностью не более одной-двух минут. И полностью воздержаться от применения во время общего утомления.

Минута-две раз в час? Мелочь конечно, но всё же мелочь крутая. Считай свой собственный сканер в башке, способный улавливать отголоски мыслей и эмоций. К тому же никто мне не запрещает иногда включать её на больший промежуток времени. Такое ведь уже бывало, когда она работала больше десятка минут на том же вокзале, где я воевал с бандитами. И ничего, не помер как-то. Более того даже последствий не ощутил. Если провести логическую цепочку, то минута в час – в сутках двадцать четыре часа. Так что единовременное включение может тянуться минут двадцать. А реалиях боя, два десятка минут это вечность.

ИскИн эти мои мысли тоже подтвердил сообщением в интерфейсе. О том, что двадцать минут разбитых на короткие включения или на одно основное не вскипятят мою головушку. Но перебарщивать всё же не стоит. В числе возможных негативных реакций – боль, головокружение, временная слепота, глухота, потеря речи и координации. В-общем, ничего хорошего, мозги нужно беречь.

Несмотря на такое заманчивое первое предложение, я решил рассмотреть все варианты, ибо хвататься за первое попавшееся было бы форменной глупостью.

Вторая способность была тоже неплоха и тоже завязана на нервную систему. По сути её эффект сводился к резкой искусственной стимуляции всех органов чувств, будь то слух или скажем зрение, что на краткий промежуток времени задирало характеристику восприятия на целых три единицы. И называлась она «Трэшрайс»

Третьей и последней способностью была штучка со звучным названием «Банпэйн». Её сильная сторона была в том, что способность блокировала болевые ощущения практически в ноль. А это означало защиту от потери сознания, от болевого шока и сохранение большей работоспособности в критических ситуациях.

Немного подумав, я всё-таки остановил свой выбор на «Псионизме». Ненадолго увеличенное восприятие мне особо не нужно, эта характеристика не входит в число моих сильных сторон и плюс три на некоторое время… ситуацию не выправят. Блокировка боли хороший вариант… но для этого у меня есть стимулятор и тоник. А вот контроль собственной мутации мне ой как нужен, перед ним меркнут остальные предложенные возможности. Хотя тот же «Банпэйн» неплохо бы сработал вместе с «бей или беги» получилась бы этакая связка берсерка. Нечувствительный к боли, сильный и быстрый. Хорошо конечно, но я же не в средневековье сражаюсь, мне не нужно махать железом и пугать врагов оскаленной рожей.

Дав команду ИИ, и озвучив свой выбор, я на скорую руку перекусил и продолжил копаться в промышленном принтере. Сборка была закончена, затем удалось подключить штуковину к электрической сети и заняться работой, которая сводилась к передаче файлов через ППК.

К тому моменту, когда шаблоны защитных элементов экзоскелета были загружены во внутреннюю память принтера, возникла первая проблема. Шлем созданный рыжим технарём был уникален в своём роде, никаких шаблонов в сети общины найти не удалось и пришлось разбирать шлем-маску и сканировать каждую защитную деталь отдельно, чтобы затем всё это залить сначала на ППК, а потом в принтер. Но и это не стало концом муторной подготовки.

Выяснилось, что принтер не в состоянии остудить материал ZT до нужной температуры. А это значило, что я не смогу его расплавить, чтобы затем придать форму. Пришлось срочно связываться с Кнопой и просить рыжего нахала раздобыть мне жидкого азота. Чем тот не преминул воспользоваться, заломив за химию не хилую такую цену. Температура кипения жидкого азота под минус двести, самую малость меньше, в районе минус ста семидесяти – ста восьмидесяти градусов. Этого должно быть достаточно, чтобы невероятно крепкий материал в обычном своём состоянии буквально расплавился внутри контейнера.

Пока ждал курьера, устроил танцы с бубном вокруг принтера, подводя к рабочей поверхности обычный провод шестерку, напитанную от маленькой батареи. Напруга там слёзы, но мне больше и не нужно, не дай бог сгорит всё к чертям.

Несмотря на то, что все эти занятия были вне моего обычного времяпровождения, я кайфовал. Уже очень давно я не ковырялся в электронике и не работал ручками. Буквально соскучился по такой работе.

Курьера я ждал, едва не притоптывая от нетерпения и не зная чем себя занять. Намотал кучу кругов по квартире, ибо всё уже было готово к первым пробам и не хватало только охлаждающего вещества.

Подросток из службы доставки поскребся в дверь уже практически ночью. Доставил жидкий азот в вытянутом контейнере зеркального металлического цвета. Забрав химию, я заставил себя успокоиться и не торопиться.

Достал контейнеры с материалом, вытряхнул вытянутый слиток ZT из одного из них и взвесил в руке. Штучка оказалась тяжёлая, хоть руки качай, используя вместо гантели, и что-то мне подсказывало, что в жидком своём состоянии материал увеличиться в объёме, а значит охлаждать его прямо в контейнере, не стоило.

Для начала я сунул слиток под анализатор промышленного принтера, тот считал поверхностные показатели и приступил к автоматической настройке.

Пришлось перевернуть всю квартиру верх дном, чтобы найти подходящую тару. Но в конечном итоге она нашлась, и я смог опустить слиток в азот. Химия кипела и бурлила, источала пар, цилиндрический слиток ZT поплыл и стал оседать, превращаясь в серую жижу. И когда обрезанная металлическая фляга ставшая похожей на котелок, в котором я собственно и остужал ZT, наполовину заполнилась расплавленным материалом, я вынул её из азота и, поднеся к рабочей поверхности принтера, вылил прямо на устройство.

Малое гравитационное поле подхватило ZT в десятке сантиметров от рабочей поверхности. Сжало расплавленный материал в сферу серого цвета, и, выполняя команду, приступило к формированию детали. Несмотря на то, что я дико мандражировал, первый этап прошёл как по маслу. После того как я достал материал из азота он быстро твердел, но принтеру хватило времени чтобы сжимая его с разных сторон гравитационным полем придать форму.

Я же за эти пару минут сумел отложить котелок и закрыть контейнер с азотом. Подхватил проводок с подведённым напряжением и стал ждать, боясь что-то сделать не так и с восхищением рассматривая металлическо-матовый наплечник экзоскелета висящий в воздухе над рабочей поверхностью.

Ориентировался я в основном по цвету изделия. В своей закреплённой форме металл (или не металл?) становился темнее, и когда этот его «родной» цвет практически накрыл наплечник, я сунул к нему провод.

Маленькая искорка… красный индикатор на панели оповещения принтера… и мерзкий писклявый сигнал об ошибке в интерфейсе. Нельзя было совать провод в рабочую зону, он воспринимался принтером как инородный предмет и работа сразу же остановилась. Но мне оно-то и было надо. ZT закрепил форму, а остановка работы… её так и так останавливать, ибо все, что нужно было сделать, принтер уже сделал.

Стандартные стальные элементы брони для экзы были толстыми и тяжёлыми штуками. Я не мог себе позволить стопроцентное копирование толщины, только формы, ибо в случае полного копирования мне бы просто не хватило материала.

Сначала обрадовался как ребёнок, но стоило вытащить деталь и покрутить в руках – усомнился. Слишком тонкая, не верилось, что три миллиметра этого материала будут достаточно крепкими, чтобы заменить стандартную бронь. Лёгкие это да, бонус, буду порхать в таком комплекте и утащить в рюкзаке массу всего смогу… но вот защита… защита требовала проверки.

За проверкой дело не стало. Снял с экзы нагрудник и элемент брони со спины, поставил у стены. Напротив стул, а на стул только что созданный наплечник. Пулю из моего АСС с такого расстояния он держать не должен, как впрочем, и нагрудник. Но старые элементы брони я поставил к стене не просто так, не хотелось, чтобы пуля прошила стену и убила соседа, хер знает из чего тут эти самые стены, сделаны. За грохот я тоже не переживал, хлопок интегрированного в АСС глушителя вряд ли кто-то услышит, а энергетический боеприпас исключал рикошеты. Сама пулька-то разлетается искрами энергии, если встречает достойное препятствие, которое не в силах преодолеть. Но такие «осколки» дальше метра не живут, истлевают прямо в воздухе, так что получить случайное ранение я никак не мог.

Ушёл в дальний угол комнаты, поднял оружие, прицел – выстрел! И тут же понял, какой я всё же болван! Рассчитал всё умник! Ага-ага. А звук столкновения пули с бронёй? От хлопка заложило уши, настолько он вышел громким.

А ещё была вспышка! Она полыхнула при контакте с наплечником, который хоть и стоял упёртым в подкладку из нагрудника и стула, (в качестве опоры) улетел в сторону под диван.

Вспышка, искры, целый нагрудник, немного поцарапанный осколками – всё говорило о том, что деталь, созданная из ZT, сдержала удар. Но я всё равно не верил в благополучный исход, пока не вытащил защитный модуль из-под дивана.

Вмятина размером с отпечаток моего большого пальца, углубление в половину сантиметра, накипь и нагар вокруг места попадания, небольшое вздутие с другой стороны вот и все последствия. Рассматривая наплечник, я присел на диван и почесал репу. По всему выходило, что в корпорации создали невероятно прочный материал. Обычную сталь выстрел в упор из АСС прошил бы на вылет. Об ZT он сам разбился, уже одного этого было достаточно, чтобы благодарить судьбу за то, что материал попал ко мне в руки и не был изъят Кардиналом.

Дальше закипела работа. Спать я просто не мог, не уснул бы, зная, что работа не сделана до конца. Пока я проверял наплечник на прочность, металл, оставленный в котелке, ожидаемо затвердел. Вот только я совсем упустил из внимания тот факт, что потеряв закреплённую форму, он стремится её воссоздать. Даже как-то дико было видеть в котелке всё тот же цилиндрический слиток, только немного меньше оригинала.

Из всего увиденного у меня неожиданно возник закономерный вопрос – а наплечник тоже восстановиться до закреплённой формы? Вмятина выровняется сама собой? Или в твёрдом состоянии не прокатит? Или прокатит, но времени нужно больше? Вопросов была тьма, а ответов что называет – нема.

Но остановиться и ждать я уже не мог и, отложив побитый наплечник, принялся за работу. Первыми на очереди были самые важные части комплексной защиты экзоскелета, они же самые крупные. Нагрудная пластина плюс задняя прикрывающая грудной отдел позвоночника. На них ушло по слитку и в активе материала осталось всего два целых и один «покусанный» цилиндр ZT.

Уже единожды расплавленный (тот самый покусанный, из доли которого я сделал элемент на плечо) в конечном итоге был потрачен на ещё один наплечник и разборные элементы шлем-маски. К тому моменту, когда я закончил с этим этапом работы, на часах в интерфейсе было уже 3:40 ночи, но сна у меня не было ни в одном глазу.

Следом потянулась муторная и на порядок более сложная работа. Дело в том, что все, что ниже груди, до самого пояса прикрывалось целой кучей маленьких защитных элементов закреплённых в специальных пазах на ткано-силиконовой основе. А сделано так было для того чтобы боец в подобной броне мог без труда нагибаться и сгибаться не испытывая серьёзных трудностей и ограничений в подвижности. Вот эти самые разномастные модули я и делал ещё битый час.

Уже под утро пришлось прерваться. Организм просил кофе, просил жрать, и плевать ему было на всю эту движуху, которую устроил его хозяин. Сделав получасовой перерыв, я вернулся к принтеру и занялся последними элементами. А когда закончил, на поверхности уже занимался рассвет…

***

– Мне нужен мехвод. Да такой, который сможет работать с чем угодно. Аэромобиль, наземная гражданская техника, танк – с чем угодно.

Кардинал покачал головой. – Планируешь выпросить в отряд что-то из нашего парка?

– Конечно – я пожал плечами – ни одна группа не пройдёт нужное расстояние пешком. Во-первых, долго и увеличивается количество ночёвок на опасной территории. Во-вторых, уровень опасности и вероятность полного провала будут выше.

– Допустим, я дам тебе и пилота и технику, что дальше, какие планы?

– Вот список. – Я отправил лидеру общины сообщение на ППК. – Сойка, Пират, Татошка. Сойка знает не меньше твоего, я ей всё рассказал и с этого момента мы не общались. Не знаю, согласятся ли вступить в группу, и хочу, чтобы ты посодействовал. Прибавить к этому составу мехвода, и борт-стрелка на технику. Сразу скажу, наземная меня мало интересует, хочу катер и хочу пару единиц быстрой и малогабаритной техники. Хорошо бы пару сплиттеров, только не колёсных похожих на доимперские мотоциклы. Их можно будет устроить прямо внутри катера, и использовать на месте быстро перемещаясь двойками.

Офицер нахмурился. – Ты зря выложил все свои секреты посторонним людям. Они могут не понять.

– По-другому было нельзя. Они должны были знать кто я и что я. И они должны были знать о том, что именно я сообщил в общину о Черепанове.

– Как знаешь. Дело уже сделано, ты решил тебе и последствия этого решения расхлёбывать. Так что там о планах?

– После того как соберём группу и всё необходимое, я планирую двигаться вот сюда.

Встав, я обошёл стол и ткнул в поблескивающую лазурным светом карту, транслируемую гало-устройтсвом вмонтированным в стол.

– Почему именно туда?

– Вяземский это город малого имперского класса. Никаких военных объектов, никаких особых производств. Просто кусочек земли на трассе между двумя крупными городами. Не думаю, что подобное место стали серьёзно утюжить во время четырёхдневной войны. Может оказаться, что там вообще всё целое. Но, тем не менее, у городка есть один подземный уровень, и там вполне могут быть выжившие. А даже если их и нет, он всё равно отвечает нашим нуждам. Вяземский удалён от крупных жилых центров, а значит активность изменённых в минусе. Чем тебе не относительно безопасное место для общины? К тому же если мы там закрепимся, то окажется что Солнечный, город почти сравнимый с Приморьевым по населению и инфраструктуре до войны, в сутках полёта. Но сам понимаешь, всё это вилами по воде, нужна разведка.

Кардинал вздохнул и потёр переносицу. – А что по корпорации и секте?

– Ты о культе синтетиков? Буду искать знаки, рано или поздно на что-то наткнусь. Касательно корпорации… в Солнечном полно объектов Аргентума. Но рваться туда сразу я не хочу. Слишком далеко от текущего местоположения общины. Туда-обратно четверо суток на аэрокатере и как минимум одна дозаправка химического двигателя. А с чем мы столкнёмся на месте совершенно непонятно. Там никто вирус не распылял. Вполне может оказаться, что там полно изменённых выродков, не меньше чем было до зимы в Приморьеве.

Кардинал прекрасно понял мою фразу «буду искать знаки». Потому что о секте мы не знали практически ничего. Кроме тех самых не поддающихся расшифровке значков-рун, нанесённых на их экипировку и стены туннеля ведущего из брошенной крипты. Все эти руны, были уже внесены в память моего ИскИна. Обрабатывая визуальную информацию, он должен был подать сигнал, если я наткнусь на нечто подобное. Даже в том случае если я раззява сам ничего не замечу.

– Хорошо, я тебя услышал. Посмотрим, что можно сделать по твоему списку. Ничего не обещаю.

– А по ребятам?

– Поговорю лично. Пилота и стрелка тоже дам. А вот технику… с техникой беда, но что-нибудь придумаем. Свяжусь с тобой позже.

– Хорошо, тогда до связи.

Странный всё же Кардинал мужик. Спокойный, совершенно не зазнавшийся и не демонстрирующий всем и каждому что он тут главнюк. Общаться одно удовольствие. Хотя с другой стороны мне стоит поостеречься. Каким бы простым он не казался, реальность как бы намекает, что это совсем не так.

Глава 12. Вылет

Прошло три дня с последней моей встречи с Кардиналом, но дела не отпускали меня ни на миг. Я составил список имущества, которое потребуется отряду в дальних рейдах и старательно его собирал, встречаясь то с одним, то с другим служащим общины.

Особенно тяжко было выбивать у складских разные редкие прибамбасы. Заведовали подобными местами люди способные переспорить самого лидера общины, не то, что меня. И особенно сильный скандал разгорелся, когда я попытался запустить руку в НЗ. Я, так, наверное, в жизни не орал. И если бы не моя упёртость, проклятый зав оружейного склада так и выпроводил меня прочь.

Камнем преткновения стал мой запрос на пять РРБЗ-17. РРБЗ в переводе на человеческий язык означает – «разовый ручной бронебойный заряд». По сути своей пусковое устройство (вытянутая труба) с поражающим элементом внутри. Простое и самое распространённое средство борьбы пехоты против легко бронированной техники противника в Русской империи. Современный танк из такого не выбьешь, разве что можно повредить, попав в какую-нибудь уязвимую часть. А вот МПэшку, роботизированные комплексы поддержки третьего класса и ниже, а так же тяжёлого пеха в экзоскелете – запросто. Сам по себе заряд РРБЗ не был мощным, но с лёгкостью прошивал большинство энергетических щитов. Поражающий элемент, выпущенный из такого оружия, разделялся на подлёте к цели на две части летящий почти впритирку друг к другу. Первая из частей попав в щит вызывала его активацию, вторая попадала в ту же точку спустя доли секунды тем самым не позволяя защитному оборудованию восстановить повреждённую область. Энергетическим щитам просто не хватало времени отклика, чтобы опередить вторую часть заряда и поставить на её пути преграду. Как итог вторая часть заряда и прилетала в противника.

Я долго думал и размышлял, что будет делать группа, если встретит вдали от общины вышку, или, скажем, нарвётся на что-то подобное американскому ДРК встреченному мной и Дедом на набережной у Агрокомплекса. Вооружить всех плазмерами и огнемётами? Чтобы провернуть подобный фокус нужно разодеть всех в экзоскелеты. Да и такая мелочь как техника безопасности при обращении с плазмером может послужить причиной смертельных ошибок. Это ведь не автомат и не винтовка. Одна ошибка и сожжешь дотла собственных товарищей. Экзоскелеты тоже были проблемой, например, в моей экзе плазмер тупо не утащишь. В более совершенных моделях – да, они на то и рассчитаны. Там поддержка кибер мышц ого-го. Но такие экзоскелеты в общине не производили. Те, в которых бродят Пламенные кулаки Кардинала, принадлежали бойцам ещё до катастрофы. Нам их никто не даст.

В конечном итоге я остановил свой выбор на разовых бронебойках. Они легкие, каждому бойцу будет вполне по силам держать под рукой эту короткую немного вытянутую фиговину. А в обращении РРБЗ простой как четверть кредита. Вскинул, прицелился, снял с предохранителя, выстрел – всё. Кого-то крупного одним двумя выстрелами наверняка остановим, всё лучше, чем щекотать вышку из автомата.

Следующей проблемой стали сплиттеры. Аналоговая мотоциклам техника, но более современная, работающая на парамагнитных импульсах и имитаторах гравитации. Я очень хотел парочку таких, к себе на катер. Если они у нас будут, мы можем прилететь, замаскировать катер в отдалении от городка, а к самому городу выдвинуться на этих скоростных штуках группами по два человека. Можно конечно сразу же прилететь к городу, но уж больно это будет палевно. Для изменённых и прочих монстров аэрокатер, что консервная банка с мясом внутри. Заметят – обязательно стянуться к месту посадки. Поэтому сажать его я планировал на максимальном удалении от возможных скоплений всякой нечисти.

Вот только, к сожалению, подобной техники в общине не водилось от слова – совсем. В городе сплиттеры были без надобности, ибо не давали никакой защиты, а нормальную скорость по руинам на них никак не развить. Но дядька заведующий техникой, к которому меня направил Кардинал, в отличие от своих складских коллег был более сговорчивым. Да ещё к тому же воспринимал меня как какую-то шишку. Не лебезил, но по общению казался специалистом в своём деле и проявлял заинтересованность. Заверил, что нужные детали собрать можно и нужно, но никак не раньше следующей смены ребят задействованных в плане «Экспансия». Поинтересовавшись когда у бойцов смена, и получив ответ что через три дня, я обменялся с ним контактами и отвалил.

За эти три дня я ни разу не увиделся и не вышел на контакт с Пиратом, Сойкой или Татошкой. Они меня тоже не беспокоили хотя, по словам Кардинала, разговор с ними уже состоялся. Я решил не торопиться, дождаться решения проблем с техникой, а уже затем собирать личный состав. Если они не пойдут (а я склонялся к мысли что после моего рассказа, они не будут со мной работать) то придётся набирать группу из незнакомых вояк или старателей.

Голова была настолько забита текущими делами и проблемами, что я стал ужасно рассеянным. Не в том плане, что всё валилось из рук, а в том, что беготня и общение с кучей совершенно разных людей порядочно утомляли. Приходилось постоянно напрягать извилины и от того я прибывал в постоянной фазе размышлений, до такой степени в них погрузившись что курсировал по безопасным районам общины погрузившись в себя и ни на что вокруг не обращая внимания.

– Желтоглазый!

Девичий голос вырвал меня из задумчивости у самого дома. Они все были здесь. Осунувшийся Пират, видимо только выписанный из медицинского сектора. Татошка, смотрящий на меня как-то по новому и Сойка.

Я едва не прошёл мимо, и, наверное, даже их не заметил, если бы меня не окликнули.

– Привет.

Пожали руки, значит не всё так плохо. Но спрогнозировать, что будет происходить дальше, я не мог. Агрессии ребята не выказывали, но они тёртые перцы, если захотят удавить меня по-тихому проблемой для них это не станет.

– Ты сейчас как? – Пират в своём репертуаре, бровь задралась вверх так, что ни одной эмоции по мимике не понять. – Не занят? Мы поговорить хотим.

– Не занят, можем ко мне подняться. – Я кивнул на лестницу. – Почему не отписали сообщение?

Мне ответила Сойка, поднимаясь следом по ступеням.

– Только решили, да и рядом были. Сначала к тебе зашли, но тебя на месте не оказалось. Думали назначать встречу, а ты тут как тут.

Голос спокойный, даже уставший какой-то. Совершенно непонятно какие мысли бродят в её голове… и вдруг меня осенило! ИскИн уже давно оповестил меня о том, что новая способность «Псионизм» благополучно изучена. А я так замотался, что даже не протестировал её. Из чего возникал вопрос – почему бы не сделать это прямо сейчас? Ребятам никак не повредит, зато поможет мне понять их намерения или на крайний случай общий эмоциональный фон.

Активировал на подходе к дверям и едва не охнул. Ощущения были иными. Не теми что я уже неоднократно испытывал во время спонтанной работы мутагена. Описать на все сто процентов просто невозможно всё-то море окружающих меня оттенков разнообразных эмоций, которые хлынули с разных сторон. Особо сильные контакты возникали смутными голосами на периферии разума, те, что послабже, отдавали горечью на языке и жаром, катающимся по спине волной мурашек. С обонянием тоже творилось неладное. Я чувствовал боль, мутную и тяжёлую взвесь, щекочущую ноздри. Я не мог объяснить почему я «чую» эту эмоцию именно так, но ребята, ожидающие в нескольких шагах от меня пахли именно ей. Болью, солёными слезами и смятением. А ещё внутри каждого из них созрела спокойная и твёрдая решимость. Вот только для чего?…

– Найд? – Брови Сойки поползли вверх.

– Что?

– Ты дверь то думаешь открывать? А то такое ощущение, что у тебя крышечка потекла. Встал, уставился в одну точку и замер. С тобой всё хорошо?

Я мотнул башкой и открыл дверь. – Простите, просто много всего навалилось.

Дома царил жуткий бардак. По центру зала принтер, который я так и не убрал после первой бессонной ночи. На полу старые покоцанные керамические элементы брони, экза тоже здесь. Даже сесть негде.

– Погодите минуту, быстренько освобожу место.

– Да не вопрос. – Татошка прислонился плечом к косяку.

– Может помочь? – Сойка окинула взглядом бардак.

– Если есть желание помочь можешь сделать всем чай-кофе. Где кухня знаешь.

– Откуда это ты знаешь, где у него кухня? – Пират ехидно улыбнулся. – Тили- тили тесто, жених и неве…

– Заткнись! – Сойка моментально окрысилась, рыкнула на снайпера, да с таким выражением лица, что тот тут же захлопнул рот.

Устроились через пару минут. Ребята на диване, я в кресле. Разговор начал Татошка.

– Кардинал вызывал. Тяжкий разговор был. Но он умеет убеждать, все мы работаем ради одного и того же. Чтобы этот Ад окружающий общину окончательно не добил человечество. Ещё он сказал, что твой отряд будет вольным. Ты будешь решать, что и как делать без оглядки на приказы кого-то сверху.

– Мне он обещал то же самое. – Я отхлебнул из кружки. – Он будет поддерживать отряд в обмен на информацию. Но естественно это загоняет группу в определённые рамки. Нет информации – нет сотрудничества – нет обеспечения всем необходимым. А значит вольно или не вольно мы будем служить интересам Кардинала и Башни.

В ответ на мои слова Пират подал голос.

– Что ты собираешься делать? Кардинал намекал, что задачи будут серьёзные.

– Будто старатели занимались хоть раз чем-то несерьёзным. Я собираюсь рейдить область за пределами Приморьева. Внешняя разведка.

– Нас возьмёшь? – Сойка смотрела на меня зло, и я бы даже сказал с вызовом.

– А они знают о Черепе? – Я кивнул на ребят.

– Знаем. – Татошка кивнул. – Много разговаривали, размышляли, обдумывали ситуацию с разных сторон. Ты поступил правильно… но Череп был нашим братом. Ты мог сказать нам, но всё сделал за нашей спиной. Этого я не пойму никогда.

– Вы едва передвигали ноги, стоило подняться на борт катера, тут же вырубились. Что бы изменилось, скажи я вам, что внутри вашего друга тьма? Вы бы смогли спокойно наблюдать, как люди Кардинала сжигают его тело? Смогли бы мыслить логически? Не полезли бы в драку? Не схватились бы за стволы?

Ответом было молчание. Пират хотел что-то сказать, но передумал и оскалился злой улыбкой. Татошка отвёл взгляд. Сойка наоборот уставилась мне прямо в глаза. И не поймёшь, то ли всё понимает, то ли злится.

– Я был бы рад, если бы вы стали основой группы.

– Тогда мы в деле?… командир. – Пират «споткнулся» в конце фразы.

Я хмыкнул. – В деле.

***

– И где только достали такую красоту?

Я провёл рукой по борту милицейского катера покрытого кустарной маскировочной сетью. Круглобокий, пухленький и угловатый из-за налепленных там и сям бронированных щитков он казался нескладным, но вызывал моё искреннее восхищение.

С памятного разговора у меня дома прошло два дня. Неделя, отведённая для подготовки Кардиналом, стремительно заканчивалось. И на самом исходе отведённого срока мы снова собрались вместе. А инициатором выступил сам глава общины.

– В районе, где работает группировка сил по плану Экспансии вероятность найти подходящую для рейдов спецтехнику, была близка к нулю. А переделывать гражданскую это время и… не будет она на все сто отвечать нужным требованиям даже после переделки. Так что я приказал своим бойцам временно перенести внимание с уже обрабатываемой области – севернее, туда, где до катастрофы базировался «Вепрь».

– Вепрь? – я не совсем понимал, о чём говорит Кардинал.

– Центр подготовки отряда милиции особого назначения, ОМОН. У нас в Приморьеве отряд ОМОН носил название Вепрь.

– А я и не знал…

– Они не сильно маячили на виду в последнее десятилетие. Из-за биотических блоков преступность свелась к минимуму, да и правительство не любило освещать их работу средствами массовой информации империи. У нас же намечалась утопия. – Кардинал поморщился.

Помимо ребят из моей группы и лидера общины в ангаре, куда нас созвал Кардинал, никого не было. Свою охрану он оставил за воротами, а парочку рабочих, которые прилаживали к нашему катеру маскировочную сеть, попросили на выход.

– Загляни внутрь, мне интересны твои соображения. – Кардинал кивнул на распахнутую дверь в трюм катера. – А бойцы твои пока могут осмотреть ангар, теперь он ваш.

– Свой ангар? – Татошка присвистнул. – Давно мечтал устроить где-то мастерскую.

Дальнейшую болтовню отряда я слушать не стал. Взбежал по лесенке и зашёл внутрь машины. Основной отсек был ориентирован на пятнадцать человек. Это было легко понять, взглянув на количество сидячих мест вдоль бортов. С обеих сторон входы-выходы, рядом с каждым выдвижная «лапа» с креплениями под стрелковое оружие. Это и в самом деле лучше, чем переоборудованный гражданский катер. Взять хотя бы эти «лапы» – стрелок укрыт за бронированным бортом, а противник в случае чего видит лишь само устройство и оружие которое управляется стрелком из укрытия. Полезная штука.

В центральном помещении кроме кресел в наличии была маленькая лесенка. Она – для штатного стрелка, ведёт к орудию наверху. А орудие само по себе не простое, на мой дилетантский взгляд вроде как импульсник, наверное, чтобы дыры в стенах делать для проникновения. Но я, конечно же, мог ошибаться.

Прошёл к кабине, по дороге заметил, что внутрь вслед за мной проскользнула Сойка. В кабине пилотов ничего путного не увидел. Нет, тут конечно было полно всякого-разного, но я понятия не имел, как эти все приблуды называются и для чего нужны.

Возвращаясь, наткнулся на Кардинала, увидел хитринку в его глазах и услышал. – По-моему я знаю, кого ты назначишь штатным стрелком. – И кивок в сторону орудия.

А там было на что посмотреть. Стройные ножки, маленькая попка… смутившись, я отвернулся. Сойка поднялась по лесенке и встала на платформу для стрелка. Её-то задница обтянутая штанами и виднелась снизу.

– Нет, мне нужен профи. Как и пилот.

Кардинал перестал улыбаться. – Будут тебе профи. Мне нужно идти, сейчас подойдёт запрошенный тобой пилот и борт-стрелок, познакомитесь. И ещё я взял на себя смелость закрепить за вашей группой своего хозяйственника. Он прибудет позже, думаю, будет рационально, если штаб и склад группы будет здесь же, в ангаре.

– Добро.

Мы пожали друг другу руки и лидер общины ушёл. Ребята наводнили катер, так же как и мне им было любопытно. Под дружеский трёп мы облазили все углы. Кроме моторного отсека обнаружили закрытое помещение в кормовой части. Судя по нескольким креслам со встроенными наручниками, предназначалась эта клетка для перевозки опасных личностей. Я же сразу отвёл эту комнатёнку под БК. Где-то же нам нужно перевозить своё имущество? По крайней мере, лично я больше не собирался бегать с битком набитым рюкзаком.

– Что скажете ребята?

Несколько минут спустя мы собрались снаружи. Кто-то присел на ступеньки лестницы, кто-то остался стоять, а Пират так вообще уселся на пол, скрестив ноги по-турецки.

– Машинка годная. – Татошка окинул взглядом катер. – Слишком многого не скажу, но запас хода у нее, скорее всего не большой. А вот бронирование и начинка что надо.

Сойка вздохнула. – Чего гадать, дождёмся пилота он всё и расскажет. Найд ты сплиттеры уже смотрел?

– А они есть? – Я огляделся и ничего похожего не увидел.

Мне ответил Пират. – Есть, вон там, в огороженном закутке, там и инструментов навалом.

Я хотел было подняться, чтобы сходить вглубь ангара и посмотреть на технику, но тут от ворот к нам шагнул незнакомец.

– Честь императора! – Новоприбывший козырнул воинское приветствие и продолжил. – Мне нужен командир Найд, я прибыл по приказу штаба для прохождения службы.

Парень был молод, на первый взгляд примерно моего возраста. Высокий и подтянутый, крепкий, блондин. Взгляд ясный, вроде не глупый, на голове красные квадратные и круглые отметины идущие полукругом, мелкие, от аппаратуры для полной синхронизации. Лётная форма. Похоже, к нам прибыл пилот.

– Честь и слава!

Пират, глядя на нас, прыснул, но увидев мой взгляд, надул щёки и вытянул руки ладонями вперёд, делая шуточный вид, что сдается. А я решил, что пора прекращать баловаться и стоит загрузить ребят работой, а то больно они расслаблены.

– Пират ждёшь хозяйственника, покупаешь несколько тренажёров и оборудуешь в ангаре место под спот уголок. Татошка на тебе мастерская и оружейка. Сойка вместе с этим оболтусом – я ткнул пальцем в снайпера – дожидаешься людей Кардинала, когда бы они не появились, затем знакомитесь и огораживаете место под тренировку в вирт стимуляторе и бытовую комнату.

Сойка развела руками как бы говоря что сказать ей нечего, Пират пробурчал что-то вроде «так точно капитан Найд» а Татошка молча поднялся, и потопал в огороженное помещение. По моему технарь был единственным, кому задание пришлось по душе.

– Теперь ты. – Я повернулся к пилоту. – Давай за мной, познакомимся по ходу дела. Как звать?

– По-системному Самоха, по-людски Сашей.

– Тёзки значит, я тоже Саша. – Улыбнулся и пожал протянутую руку.

Залезли в катер, где я и попросил рассказать о вверенной нам технике. Пилот был ходячей энциклопедией. Он попытался вылить на меня такой объём информации, что я замахал руками и стал задавать конкретные вопросы.

В результате выяснилось, что наша машинка называется в простонародье Бульдогом. Обладает достаточно крепкой броней, чтобы держать лёгкие осколки и обычную пехотную стрелковку. Ход имеет плавный, управляемость высокая, а вот скорость не очень. Для нужд в городе хватает, да и для наших тоже. С пушкой я оказался кругом прав, импульсник с настраиваемой мощностью выстрела. Для поражения целей за укрытием и пробивания дыр в стенах. Но кроме того под брюхом притаился мощный парализатор. А из спец возможностей в машине была наиприятнейшая штука, дистанционный перехват управления. Якобы для того чтобы бойцы ОМОНа могли перехватить управление над транспортными средствами злоумышленников. На военщину не подействует, там протоколы защиты от подобного взлома, а вот на гражданские модели запросто.

Свой рассказ пилот мог продолжать бесконечно, но нас прервали. Подошёл хозяйственник и борт-стрелок от Кардинала. Первый оказался полноватым дядькой за полтос лет назвавшийся Груздем. Вместе с ним подвалили грузчики, пара рабочих и выбитое у складских имущество. В том числе пеналы РРБЗ, на которые я в своё время потратил кучу нервов. Всю эту толпу я отправил к Татошке, пусть рулит. Он всё же посерьёзней Пирата и Сойки, да и постарше. Тем более что задачи я им уже нарезал, что делать знают. Самоху отправил с ними, пусть вливается в коллектив, а вот борт-стрелка придержал. Хотел первым составить поверхностное впечатление о новом человеке.

– Как звать?

Борт-стрелок был странным парнем. Если от пилота, к примеру, так и прёло военщиной и имперским уставом, то второй новичок выглядел как отъявленный бандюган из старых доимперских фильмов. Спортивные зауженные к низу штаны, удобная обувь на тонкой подошве, куртка и водолазка чистенькие, едва не с иголочки. Этакий дворовой франт, с прилепленной к губам зубочисткой которая так и плясала от одного уголка губ к другому.

– Шиша. – Пожал протянутую ладонь, окинул взглядом катер, сплюнул на пол и сцедил меж зубов фразу. – Это на этом ведре будем летать?

Шиша… позывной под стать, но кто я такой, чтобы не доверять Кардиналу. Просил профи? Получай.

– Не плюй на пол, нам тут можно сказать жить. – Я нахмурился. Никакой он не бандюган, шпана, которая корчит из себя не бог весть что.

– А ты кэп я смотрю любитель подкрутить гайки? – Стрелок улыбнулся. – Со мной не прокатит. Что-то не нравиться, ищи другого, а мне и на старом месте было неплохо.

Крутой…ага. Сейчас глянем.

– Ладно, забыли. – Я улыбнулся как можно естественней. – Никто тут тебя в рабство брать не собирается, пойдём в катер, посмотришь своё рабочее место.

Поднялись по ступенькам, зашли в трюм, пропустил его вперёд и пока он поднялся к импульснику и что-то там бубнил, вешая мне лапшу на уши, я прикрыл обе двери.

Интересно, что это за «подарочек» такой нарисовался. Шутка от лидера общины? Какая-то проверка? Или действительно профи своего дела с завышенным самомнением и кучей понтов в придачу? В любом случае я таким «подаркам» был не рад.

– Шиша!

– А? Погоди, не видишь, разбираюсь с твоей бандурой.

– Потом разберёшься, спускайся.

Он спрыгнул с лесенки и видимо что-то начал понимать по выражению моего лица и взгляду. – Ты че…

Я же ухмыльнулся и, не дав ему закончить, сграбастал за куртку и со всей силы приложил о борт.

ДУУМММ…

Вышло шумно, но уж как получилось. Удар лбом расквасил его переносицу, но на этом мои успехи кончились. Парень оказался ловким и способным на сопротивление. Сумел ответить неожиданным ударом колена и почти вырвался, но я вовремя сориентировался и сам разорвал дистанцию, зацепив его вскользь двойкой и отвесив мощный прямой правой ногой.

Тягучая, противная и перехватывающая дыхание боль поселилась внизу живота. Коленом в пах не самый солидарный прием, но действенный. Шишу повело, но на ногах он устоял. Было видно, что мой удар ногой в корпус выбил ему дыхалку не хуже чем его коленом по моим яйцам.

– Ты чё сука творишь! – «Бандит» выплюнул фразу, хватая ртом воздух. Но к дверям из катера не ломился. Не из пугливых значит. Хорошо.

– Ну, ты глянь на ситуацию со стороны. Приходит неизвестный тип, харкает на пол в моём доме, ведёт себя вызывающе, на сделанное замечание едва на хер не шлёт. Как ты там сказал? Со мной не прокатит? Ну и пусть, мне бесконтрольные не нужны, они мрут быстро.

Дурь конечно редкостная, а я сам – псих. Но лучше так чем просто выпроводить его вон. В худшем случае у меня будет репутация шизика и отморозка что в определённой степени сыграет мне на руку, аккуратней будут вести себя в моём присутствии. В лучшем… а хрен знает что оно там в лучшем.

Шиша не сбежал и не попытался прекратить драку. Ломанулся на встречу. С тем учетом, что комплекции мы были примерно одинаковой, драка проходила на равных. Я пропустил в бровь, едва не полетел на пол от прогиба, но он не докрутил, ибо места было мало, да и я не сплоховал и успел исполнить обвив ноги. В конечном итоге оба рухнули на пол и наградили друг друга десятком не самых сильных тумаков. Такими нас и застали мои бойцы ввалившиеся и растащившие нас по углам.

– Какого хрена Найд?!

– Что делаете придурки?

– Да прекратите вы!!!

Я огляделся, посмотрел на их удивлённые лица и заржал в голос. – Хорош, нормально всё! Делом займитесь.

Шиша вырвался из держащих его рук, покрыл меня матом и потопал к дверям ангара, поправляя потрёпанную одежду. Я же уже от лестницы крикнул ему вслед – Силён бродяга! Ты это…заходи, если что, тут тебе рады! – И снова в смех.

На вопросы ребят только отмахивался и гнал их работать. Они едва пальцами у виска не крутили. А я не хотел распинаться и объяснять всё произошедшее.

С первого шага новичков в ангар на каждого из них я подключал свою способность Псионизм. И если на Самохе всё в принципе было ясно, то Шиша… стрелок был в не ладах с самим собой. Ему хотелось в нашу группу и очень хотелось сбежать от каких-то неизвестных мне проблем. Ещё в тот момент когда я "дал слабину" и после замечания улыбнулся ему и сказал – забыли, он почувствовал раздражение, будто разочаровался во мне и увидел слабость. А все эти напускные понты и прочая внешняя шелуха были не более чем фантиком. И если я прав в том, что почуял и разглядел, он вернётся, обязательно вернётся. Если же нет… да и чёрт с ним. Найдём другого.

***

С неполным обустройством ангара справились за сутки. Было приятно вот так запросто поработать в коллективе не в роли какого-то рейдера бродяги, а в роли обычного строителя. В прямом смысле за это время мы возвели два помещения. Сшили между собой гипсовые листы, а полость между ними залили спец пеной, которая затвердев, сделала наши стены крепкими. Так у нас появилась бытовая комната, где можно было попить чай, поесть и передохнуть, а так же санузел в который ещё предстояло протянуть воду, канализацию и электричество.

Пират вместе с Груздем и рабочими смотался куда-то на склады и на грузовых платформах привёз немного мебели и спортивный инвентарь. Так помимо всего прочего у нас организовался спорт уголок и пара лежанок, на которых можно было в случае нужды покемарить. Чем мы собственно и занимались посменно, пока ударными темпами осваивали выданные нам Кардиналом квадратные метры.

Не смотря на то, что мы были на полном обеспечении общины, сильно наглеть не хотелось. Поэтому по итогу краткого совета было решено создать общак и постепенно его заполнять общими силами. Ну а пока скинулись на покупку инвентаря и кое-каких инструментов.

В перерывах между работой я успел осмотреть оба сплиттера предоставленных Кардиналом. Судя по виду, их нарыли там же, где и наш катер. Оба милицейской модели, не покоцанные ни разу, выглядят как новенькие. Оставив зарубку в памяти перекрасить их в маскировочные сезонные цвета, я остался доволен и вернулся к работе. Вот только и дальше корчить из себя работяг нам не дали. Кардинал прознал, чем мы занимались последние сутки, и прислал своих людей. А мне на ППК упало сообщение, в котором говорилось о потерянном времени и лишних телодвижениях.

Лидер общины, конечно, был прав. Рабочих рук под его крылом хватает, а у нас не та специфика и нам стоило заняться своими прямыми обязанностями. Но недели нам всё равно не хватало. Готовность группы к запланированным действиям – нулевая. Всё это я и написал Кардиналу, попросив его прислать рабочих и нужное оборудование в виде станции вирт погружения на десяток рыл и рабочих операторских мест, которые, по сути, представляли собой специальные кресла для удобного размещения тела человека во время вирт погружения.

Сам же решил разогнать ребят на отдых, назначив общий сбор на следующий день. К тому моменту хозяйственник обещал, что с помощью, присланной от общины банды рабочих, закончит все шумные работы и оборудует нам место для отработки групповых действий в вирте. На этом и разошлись.

Весь остаток текущего дня я потратил на то чтобы привести свою экипировку в божеский вид, почистить оружие, покрасить броню из ZT и сделал кучу мелких, но нужных покупок. Уже к вечеру появилась мыслишка прогуляться до бара Голли, но в глазах поселился песок, сказывались проведённые за работой сутки в ангаре и немного сбитый режим. Махнув рукой на гулянки, я решил завалиться спать…

***

Внизу простёрся город. Торчащие ввысь остовы зданий были похожи на раздробленные кости. Снег, частично укрывающий руины – на рваную кожу. А весь Приморьев в целом, с высоты птичьего полёта – на обглоданный и разлагающийся труп.

Найд оказался прав насчёт новичка, с которым затеял драку. Шиша появился в ангаре на следующий день. Никто не задавал вопросов, не поднимал тему драки, все сделали вид, что ничего особенного не произошло. Командир группы и сам борт-стрелок в том числе. И теперь все они летели в аэрокатере, наблюдая через встроенные в борт экраны проплывающий под ногами город.

Смотрящий во все глаза на экран встроенного в борт дисплея, Найд прищурился. Ему показалось, что что-то мигнуло у самой земли, и в следующий миг, разглядев далёкий дымный след по направлению к кораблю, он заорал как оглашённый – КОНТАКТ!!!

Но пилот уже и без того был в курсе случившегося. Взвыл тревожный сигнал внутри машины, замерцали лампы над потолком. Бульдог не был военной машиной, ему практически нечего было противопоставить ракете земля-воздух, что стремительно неслась от руин. Но и гражданской техникой милицейский катер тоже не являлся. Самоха успел сделать сразу несколько действий, за те две секунды, пока к ним приближалась смерть – бросил машину в сторону и максимально нарастил темп парамагнитных импульсов на лопастях летящего катера. Что впрочем, машину не спасло…

Ракета разорвалась чуть в стороне. Пух! – и нет её, лишь округлое облако дыма. А в следующую секунду на корму и левый борт катера обрушился страшный удар, полностью исчерпав запас энергетического щита судна и легко вспоров листы брони.

Вокруг заорали люди, Найд стиснул зубы и ждал. Ремни вдавливали в кресло, в ушах шумело. Страшный скрежет вспарываемой обшивки судна и свист ветра в пробоинах больно резанул по ушам. Пилот всё ещё пытался что-то сделать, но катер утратил контроль, моторный отсек был выведен из строя полностью.

Вращение салона…

Давление, стремительно приближающиеся руины…

Удар…

– Вот сука!

– Может ну его нахер этот вирт симулятор?

– Меня сейчас стошнит…

Народ вываливался из кресел с видом жутких страдальцев. Меня, правда и самого подташнивало, уж больно закрутило в воздухе перед падением катер, но, слава богу, не критично.

– Давайте перерыв, а то и в самом деле последний раз вышел жестковатым.

Сценарий виртуальных симуляций был разнообразным, и раз за разом мы переживали разные и абсолютно не прогнозируемые события. То летим на катере – херакс ракета. То приземляемся в поле, высадка, а из-под снега куча мелких зубастых тварей лезет и сжирает Сойку. Было и такое что полёт-высадка нормально, а потом я распределил и отправил пары на разведку, а на катер вышел вышка почти в двадцатку уровней… Как итог от катера, пилота и Шишы не осталось ни хрена.

– Сводка уже готова?

– Да, запускаю. – Татошка колдовал в групповом интерфейсе.

Кто-то уже наполнял кружки кипятком и доставал синтезированные из порошка сладости. Мы уселись в бытовке, потихоньку отходя от последней виртуальной симуляции. Через пару минут выяснилось, что Самоха всё сделал правильно, программа оценивала его действия как на 82% правильные и отвечающие стандарту. Хотя можно было лучше, но то уже из разряда фантастики. Ракета земля-воздух, не долетая до цели, взрывается конусом осколков, и эти самые осколки в нашем случае угробили всю заднюю часть катера. Как итог группа погибла, но действия пилота всё равно укладывались в нужные рамки.

– Ну что? Как думаете, какая симуляция будет следующей? – Народ тут же заворчал и замахал на меня руками. Их реакция была скорее шуточной, стоило мне приказать и все бы снова полезли в кресла. Но на сегодня итак было довольно по моему мнению. Мы успели отработать высадку в поле около десятка раз, погоняли несколько часов на сплиттерах. Восемь раз обороняли катер на земле, четырежды Шиша и Самоха эвакуировали костяк группы прилетая за нами на катере… В-общем притирка коллектива шла ударными темпами.

– Ладно, на сегодня отработки в группе хватит. Пора заняться другими делами.

– Это какими? – Пират, сидящий напротив, подал голос.

– Физическая подготовка вверенного мне подразделения, вот какими.

Народ прыснул, Сойка кивнула на меня и сказала. – Как шпарит-то? А? Командир!

– Ну а хрен ли вы думали. – Я тоже улыбнулся. – Сидеть на жопе ровно не будем. За пределы Приморьева никто из Башни не выходил, мы первые. И я хочу, чтобы мы вернулись в полном составе.

На лица ребят набежала тень. Все знали, как оно бывает, и я им об этом напомнил не просто так. Пускай помнят куда идут и чем это может обернуться.

– До рейда офп*, сами выбирайте программу и марш в спорт уголок. Буду рад, если сделаете упор на боевые разделы, самбо, армейский рукопашный, бокс, борьба, кроссфит тоже пойдёт. Всё это отлично тренирует физуху, а она нам понадобиться. Но есть одно условие, до рейда из себя все соки не выжимайте, напирать на физическое развитие будем после рейда, сейчас только поддерживать себя в тонусе, чтобы не превратиться за время виртуальных сеансов в мешки с дерьмом. Доступно?

*офп – общая физическая подготовка.

Ребята ответили положительно, никто не стал спорить или возмущаться. Хотя я точно знал, что тот же Пират агитировал ребят завалится к Голли и хорошенько отметить вступление в группу новичков, алкаш проклятущий.

– Шиша и Самоха вам домашнее задание. Скоро вылет, и я хочу, чтобы вы посветили всё свободное время отработке действий в паре. В рейде я планирую вас часто оставлять вдвоём в катере. Из чего логично предположить, что могут возникнуть ситуации, когда нас рядом не будет и вам придётся сражаться плечом к плечу. Особое внимание уделите не своим основным специальностям, а стрелковой и прочей подготовке.

Ребята кивнули. Шиша куда-то спрятал наглеца и бандюгана и даже как-то приятно смотрелся что ли.

– Теперь Татошка. Твоё домашнее задание это наше рейдовое имущество. Отчёт об экипировке каждого бойца, замечания и прочее. Список мне сообщением на ППК к завтрашнему вечеру. Сойка и Пират на вас планирование. Нельзя исключать ситуацию, при которой мы можем попасть под химарь или неожиданно грянувший импульс раньше срока. Посмотрите карту, прикинете, где и как будем прятаться. Проложите маршрут таким образом, чтобы на всём его протяжении мы пролетали через какие-либо строения. И пофиг что это будет. Какая-то турбаза в лесу, детский лагерь, деревенька, любая такая точка на маршруте может спасти нашу жизнь. Закончить до следующего вечера, потом будет совет. Все посмотрят на работу друг друга и выскажут замечания. Маршрут согласуем с пилотом к примеру и так далее.

Несмотря на то, что я пытался загрузить ребят работой по самое горлышко, сам от них тоже не отставал. Заказал у Груздя (нашего хозяйственника) целый список имущества для пары новичков и отправился в спорт уголок вместе со всеми. Выбрал для себя кроссфит. Краткая, круговая тренировка это то, что нужно чтобы встряхнуться, погонять кровь по венам и держать своё мясо в тонусе. Сильно себя не загонял и ребятам не давал загнаться. Разошлись из ангара через час, уставшие, но довольные. Думаю физуха после отлёживания задницы в вирт симуляторе, станет нашей доброй традицией…

Уйти в рейд до импульса мы никак не успевали. Да и признаться честно я специально немного тянул время. Мало ли грянет, в самом деле, раньше срока импульс, а мы в воздухе у чёрта на куличках, так нам кабздец и настанет. Поэтому вылет я запланировал через неделю после импульса. Меньше риск нарваться на химарь и другую дрянь вроде зон повышенной нестабильности.

За время подготовки мы успели полностью экипировать Шишу и Самоху, каждый в группе настрелял свыше пятисот выстрелов из РРБЗ, провёл не менее сороковника часов за управлением сплиттерами. И это ещё не говоря о медицинской, стрелковой и прочих подготовках, на которые мы выделили далеко не по одному часу. Капля в море, но и то хлеб.

Мне кстати на фоне всех наших дел стало очень интересно, как обучали солдат в доимперские времена. Неужели приходилось тратить такие огромные средства? Ведь виртуальной реальности полностью передающей ощущения тогда ещё не было. Не уж то чтобы научить гранатомётчика палить из подобия РРБЗ, нужно было его реально вывести в поле и тупо сжечь вхолостую столько добра? Да нет бред… но как-то же их обучали? Не мог же солдат за время службы в мирное время не получить ни капли опыта работы с вверенным ему оружием.

Время, проведённое в общине, вдали от тревог и лишений пошло всем нам на пользу. Пережив десятки искусственных боев в виртуальной реальности, новички уже не воспринимались как что-то чужое. В поле я их, конечно, не пущу, но со своими задачами находясь на борту катера, они должны были справиться.

Перед самым вылетом, уже после благополучно пережитого импульса, на меня неожиданно навалилась хандра. Я с тоской размышлял о том, что ещё какой-то месяц и зима начнёт уходить, уступая место оттепели, а затем и адской грязище. А ведь в планах остро стояла разведка Солнечного, а он размерами сравним с Приморьевым. Чтобы там нас не ждало, лёгкой эта работа не будет.

Ребята выглядели сосредоточенными и серьёзными. Я был рад, что меня окружают именно эти люди, в одиночку такие рейды верная смерть. Сейчас я со смехом вспоминал те дни, когда планировал уйти из Приморьева, полагаясь только на себя. Шансов выжить при тех раскладах не было никаких.

Пока мы плыли на катере по туннелям общины, народ провожал нас взглядами и добрыми выкриками. Они не знали, кто мы и чем будем заниматься. Кардинал не особо распространялся о новом подразделении, по крайней мере, я никаких сводок в информационной сети общины не видел. Но оно и правильно, если всё закончиться неудачей не нужно сообщать людям, у них и без того забот хватает. Если же мы вернёмся с триумфом, будет лишний повод воодушевить гражданских, сообщив об очередной победе.

– Борт 311, запрашиваем разрешение на вылет!

Последняя перед поверхностью заслонка плавно поехала в сторону, открывая нам выход. А скрипящий помехами голос Кардинала ответил. – Доброго пути «Чёрный рыцарь» и пусть вам сопутствует удача.

Глава 13. Вяземский

Приморьев так быстро и незаметно остался позади что я упустил этот момент из виду. Всю дорогу занимались кто чем, в основном спали или дремали. Иногда включали какой-нибудь фильм на ППК или же слушали музыку. Не расслаблялись лишь двое в нашей команде – новички. Эти всю дорогу до Вяземского провели на своих местах. Я настоял, чтобы оба приняли тоник. Действие у этого препарата щадящее, отката нет, а выспаться они успеют уже на месте. Так кстати и вышло.

При подлёте к городку меня позвал Самоха. Спросил, что делать дальше, ведь все наши опасения не сбылись, и мы смогли беспрепятственно подобраться к искомой точке. Я принял решение сажать катер в пятнадцати минутах полёта от пригорода. Расстояние конечно ого-го, если пешком, но у нас были сплиттеры и соответственно никакой проблемы добраться дотуда по земле, не возникало.

Подлетали к Вяземскому, кстати, в четыре утра. Спецом рассчитали время так, чтобы на дворе ещё стояла темень, дабы кто-то глазастый из города или округи не припёрся к месту высадки. Для нас же самих темнота не была хоть сколько-нибудь значимым препятствием. Весь отряд был экипирован в должной мере.

Пират сменил Шишу на орудии, этот момент тоже был предусмотрен заранее. Пилоту и стрелку следовало поспать как минимум часов шесть, а то и восемь. Чтобы мы оставили катер не на двух задолбавшихся обмороков, а на нормально себя чествующих пилота и стрелка. Самоху, к сожалению, сменить было не кем. Его обязанности требуют длительной подготовки и практики, так просто пилотировать Бульдога кому попало, не доверишь. Завести и поднять его в воздух мы конечно и сами сможем. Но пилоты из нас как из балерины киллер, никудышные.

Ну а дальше потянулось напряжённое ожидание. Костяк группы чувствовал себя прекрасно, но выдвигаться прямо сейчас мы не могли. Что впрочем, не помешало нам выбраться наружу, заминировать подступы к катеру и отправить в сторону города дрон дальней разведки.

– Найд. Ребята. Вы тоже это видите? – Голос у Татошки, который занимался управлением беспилотника, был взволнованным.

– Видим.

Я ответил за всех. Сюрпризы начались прямо в пригороде. К городу с южной стороны подходила дорога. И на этой дороге, в снегу, ясно было видно отпечатки протекторов от передвижения какого-то транспорта.

– Здесь кто-то выжил? – Сойка кинула на меня быстрый взгляд.

– Мы рассматривали подобную возможность. – Я покачал головой. – Напомните мне, когда последний раз шёл снег?

– Дней пять назад, перед самым импульсом. – Ответил Пират.

– Значит, уже после снегопада кто-то наведывался в город. Подними выше, хочу оценить общее состояние инфраструктуры, присматриваться к деталям будем позже.

Пока Татошка выполнял команду, я полностью погрузился в интерфейс. Но не затем чтобы внимательней осмотреть город – нет, я наоборот значительно уменьшил экран видео трансляции и развернул рядом с ним карту района.

Следы протекторов от шин уходили в сторону от города, терялись в лесополосе. Я искал на карте точку, откуда неизвестные могли приехать в Вяземский. И единственным подходящим местом с той стороны был населённый пункт, расположенный поблизости от трёх озёр. Если мне не изменяет память, до войны там разводили рыбу. Хотя, конечно же, я мог ошибаться.

Город с высоты птичьего полёта выглядел целым. Никаких бомбардировок тут и в помине не было. Дома стоят целёхонькие, по сравнению с Приморьевым – рай на земле. Пустынные улицы, заваленные снегом, сугробы на месте погребённых машин и…

– А ну-ка приблизь, это что там такое?

Десантный бот, округлая здоровенная хреновина напротив здания администрации. Причём бот имперский, наш. Такие сбрасывают с БДК*, внутри обычно до тридцати человек, хорошо защищён, бойцы внутри могут обороняться какое-то время без всякой поддержки. Тот, что мы обнаружили, был брошен, покинут, но следов боя на нём не было. Полностью цел, разве что динамичную защиту кто-то скрутил…

*БДК – большой десантный корабль.

За час наблюдения мы обнаружили ещё девять подобных махин. И возле последнего нас поджидал сюрприз, снег вокруг бота был потревожен, следы шин и отпечатки ног, человеческие следы.

– Как думаете ребята. – Сойка вместе со всеми следила за картинкой с дрона. – Те, кто был здесь ещё живы?

Я обернулся к девушке. – Я тебе больше скажу, они, возможно, всё ещё здесь.

И тут же в гарнитуру рации скомандовал. – Пират и Сойка давайте наружу, занять позицию в стороне от катера, удаление до трёхсот метров. Если мы наблюдаем за городом, то кто даст гарантию что никто не наблюдает за нами? Теперь вы – наши глаза.

Пират забухал берцами по лесенке, ведущей в трюм от орудия, и спросил. – Шишу будить?

– Нет, пускай спят. Я тебя сменю, Татошка возвращай дрон, и бери на себя мухи. Если я кого-то прощелкаю, будешь меня наводить. Пират возьмите сплиттер, лишние следы нам не нужны.

Через десяток секунд я уже сидел в кресле стрелка. Подобный вариант развития событий каждый из нас отработал в вирт симуляции, но тут были свои нюансы. Орудие могло управляться двумя способами, аварийным ручным или через модуль полной синхронизации. Через полную синхронизацию никто в нашем коллективе кроме Шишы им управлять не мог, ибо ИскИн требовал серьёзной надстройки файлов, внедрение которых настолько бы забило память наших ИИ что ни о каком управлении мухами, и сторонних цепочках связи, вроде вывода показателей с детекторов в интерфейс не могло быть и речи. Простыми словами мы не могли взять себе эту специализацию, ибо вместимость и возможности памяти биотического блока не безграничны. Поэтому все, что мне оставалось – уповать на собственные руки. В случае появления угрозы моя реакция будет несоизмеримо медленней, чем у нашего борт стрелка, но и будить его сейчас не вариант. Я планировал дневной выход, а оставить катер на клюющих носом Шишу и Самоху просто не мог. Ребятам нужен был отдых.

Я сидел в кресле, вглядываясь в картинку с мух, и наблюдал как Пират и Сойка, скрылись в лесу на одном из сплиттеров. Мы посадили аэрокатер в ложбине меж двух холмов, редкий лес и природные складки местности по бокам, являлись неплохой маскировкой для нашей техники. Сплиттер позволил ребятам без демаскирующих следов на снегу добраться до соседнего холма, где они и устроили свою лёжку.

Как же всё-таки хорошо, что бойцы Кардинала раздобыли для нас эту технику. В отличие от обычного наземного транспорта, сплиттер передвигался над землёй, а не по ней. И в нашем случае это гарантировало, что снайпера и его напарницу обнаружат с меньшей вероятностью, чем это было бы тянись за ними цепочка следов.

Потянулись долгие часы ожидание, Татошка вышел забрать прилетевший дрон и взял под контроль остаток «мух». Уже после рассвета я попросил его поднять беспилотник в воздух вновь. До побудки ребят оставалось каких-то половина часа времени и мне хотелось взглянуть ещё раз на город перед нашим выходом.

– Есть движение!

Фраза Татошки заставила обратить пристальное внимание на картинку с дрона. А там было на что посмотреть…

Люди, без всяких сомнений это были они. У того самого десантного бота, вокруг которого мы обнаружили следы на снегу. Находясь на катере, мы прозевали прибытие чужого транспорта, и теперь рядом с ботом стоял шестиколёсный транспортник. Наблюдательный пункт, сторожевая точка, вот чем был этот бот. А прямо у нас на глазах происходила смена.

– Живут где-то в другом месте, но за городом всё равно наблюдают. Интересно…

Мы свернули наблюдение на всякий пожарный. Обнаруживать себя раньше времени не хотелось. Неизвестно что это за люди и какова будет их реакция на встречу с нами. И я был бы идиотом, если бы не рассматривал контакт с ними с худшей стороны, со стороны беспощадного и безоговорочного конфликта.

– Задача меняется. Пират и Сойка на катер, Татошка буди пилота и стрелка.

Шишу сразу по побудке отправил на рабочее место, снабдив кружкой кофе из термоса и парой бутербродов. Остальных же собрал в трюме, продемонстрировал запись и произнёс.

– Мы рассматривали возможность встречи с выжившими, но признаться честно я не ожидал, что так и случится. Перед вами группа людей, вооружение из серии АС, экипировка явно кустарная, но подогнанная под общий формат. Чувствуется военная рука. У каждого есть бронежилет, костюм хим защиты, разгрузка и шлем. Детекторов ни у кого на руках на видеозаписи нет, но это не значит что их нет вовсе. Тяжелого вооружения кроме спаренного пулемета, установленного на их транспортнике, не замечено. Но это по сути ничего не значит. Эти люди выжили, а значит, могут постоять за себя. Ваши мысли?

– Попробовать поговорить? – Сойка пожала плечами.

Я на это только покачал головой, но высказаться не успел, меня опередил Татошка.

– Слышали байку о мальчике, который заблудился в джунглях?

Ответом ему было молчание, и Татошка продолжил.

– Жил был в доимперские времена мальчик. Заблудился в лесу, но на счастье уже истощённый вышел к деревне. Сам обрадовался и жителей обрадовал…

– В смысле? – Пилот не догонял, к чему ведёт Татошка.

– Так джунгли же, скушали мальца вот и весь сказ. А будь он поумнее присмотрелся бы к деревне. Глядишь и выжил бы.

– Я согласен с Тато, нам нужно присмотреться к этим людям внимательней. Кроме того мы не уполномочены вести переговоры от лица общины, мы разведка. Наше дело собрать максимум информации и доставить её в общину. Не согласные есть?

Не согласных не было. И общее молчание стало тому подтверждением.

– Тогда задача такая. Нам нужно понять, где они живут. Откуда приходит транспорт, примерную численность, вооружение, техника. Кроме того неплохо было бы подобраться к ним поближе и поиграться с частотами связи. Мы сможем их прослушать Татошка?

– Если окажемся близко, то не защищённые линии связи – гарантированно да, сможем. Нужные навыки и техническое оснащение у меня есть. Закрытые линии тоже можно попробовать ломануть, но тут серьёзный риск спалиться. Я бы не рекомендовал.

– Я тебя услышал. Поступим вот как. Шиша и Самоха на катере. Сойка и Пират берут один сплиттер, мы с Татошкой второй.

Я развернул карту в групповом интерфейсе.

– В город соваться не будем. Там где люди там и различные ловушки. И эти самые ловушки могут быть не только против мутов и изменённых. Наступит жопа если кто-то из нас на сплиттере, влетит в мину. Сразу минус два человека, неоправданный риск. Поэтому заложим крюк к вот этой точке…

Я указал на деревню возле озёр. Она носила звучное название – Дикая. Надеюсь, это название не соотноситься с людьми, которых мы можем там обнаружить.

– А там что? – Пират кивнул на деревню. – Думаешь их логово там?

– Логово… скажешь тоже, будто не о людях, а о зверье каком-то говорим. Может и там. Севернее есть ещё два населённых пункта, но они находятся на значительном удалении. Так что этот будем проверять первым. Кроме того хочу напомнить всем что мы единственные представители Башни за пределами Приморьева. Всем снять знаки различия, шевроны с восходящим солнцем и тот на котором изображён знак нашего отряда. Если выйдет какая-то стычка, я не хочу чтобы местные ассоциировали всю Башню как врага. Кроме того я запрещаю всем открывать огонь первыми.

– Может ещё штаны снять и задницу им подставить, вздумай они нас принять? – Пират был в своём репертуаре, хамло.

– Можешь и задницу подставить, твоя срака меня заботит меньше чем возможный конфликт между двумя группировками людей. Но я бы на твоём месте всё же поберёг тылы, они нам ещё пригодятся.

Народ заулыбался, а Пират не нашёлся что сказать. Правильно, не один он в нашем отряде может быть язвой.

Пока собирались, я с раздражением отметил, что не уделил должного внимания экипировке своего отряда. Целиком, положившись на их опыт, я совершенно забыл о стойком убеждении старателей в том, что защитой можно пожертвовать в угоду гибкости, подвижности и мобильности. Из тройки бойцов лишь у нашего технаря в комплект был включён лёгкий бронежилет со встроенным энергетическим щитом. Пират и Сойка были крайне уязвимы даже для лёгкого стрелкового оружия, не говоря уже о чём-то более серьёзном. Этот просчёт следовало исправить сразу по прибытии в общину, ибо их смерть от пули будет моей виной и моей же ошибкой.

А вот с зарядами РРБЗ решение оказалось стоящим, пусть и выбивал их я из расчёта на встречу с высшими изменёнными. Разовые бронебойные заряды были нашим единственным шансом поразить бронированную технику противника вроде того же транспортника. Одно или несколько попаданий гарантированно доставят множество проблем его экипажу, если между нами вдруг выйдет стычка.

Настояв на том, чтобы каждый из ребят захватил с собой вытянутый пенал заряда, я вместе со всеми покинул катер. На прощание, попросив Шишу и пилота быть бдительными и готовыми к экстренной эвакуации.

Последний инструктаж был уже снаружи. На улице было морозно, снег был плотным, но не до такой степени, чтобы выдерживать вес наших тел. Не успели выбраться – оказались по колено в снегу. Я предупредил ребят, чтобы сильно на сплиттерах не гнали, не хватало ещё влететь в область повышенного заражения или зону нестабильности. Идти решили вдали от накатанной колеи, обнаруженной с дрона Татошки, но в тоже время параллельно ей. Останавливаясь, каждые пять километров и проводя разведку.

В общем-то, разведка легла целиком на плечи моей пары. А Пират и Сойка будут держаться на отдалении и в случае опасности нас прикроют. Двигаться совместно я не видел никакого резона.

– Ну, с богом ребята.

– К чёрту!

Глава 14. Переговоры

Белые элементы брони, белоснежный чехол на практически пустом рюкзаке, белое с небольшими вкраплениями серо-голубого оружие в наших руках. И даже под задницей и то белое – сплиттер тоже в маскировочных цветах.

Мы были не готовы к встрече с людьми. Я был не готов. Только оказавшись здесь и сейчас, в этой ситуации я понял, что не готов. Что толку от всей этой маскировки, если нас могут спокойно разглядеть через обычный армейский теплак? В следующий раз, нам нужно подготовиться лучше.

Мы останавливались дважды, чтобы позволить Татошке поднять в небо дрон и убедиться в том, что накатанная колея уходит в сторону трёх озёр. Во время движения я гнал отряд в чащобу, под защиту обледенелых деревьев, в солидном удалении от дороги местных.

Здесь было тихо, мрачное безмолвие окутывало леса и холмы нашей родины. Но редкие следы на снегу, давали ясное представление о том, что эти леса вовсе не необитаемы. Понятие не имею, где прячется приспособившееся к катастрофе зверьё, может ямы роет? Но факт оставался фактом, живность в этих местах водилась. На крупняк мы не натыкались ни разу, но следы мутопсов (или может волков?) встречались несколько раз.

В последний раз остановились на солидном удалении от населённого пункта. Холмистая местность не позволяла разглядеть посёлок, и я решил, что нам стоит занять какую-нибудь точку на возвышенности и немного оглядеться.

Решение оказалось верным. Мы не увидели поселение целиком, зацепили лишь край, но увиденного в оптику было достаточно, чтобы спрятаться за холмом и задуматься. Посёлок окружали три наблюдательных пункта, укрепления на холмах были возведены треугольником вокруг посёлка. Квадратные четырёхэтажные башни. Достаточно высокие чтобы контролировать округу на солидном удалении. Оттуда нас могли разглядеть с помощью технических средств, а значит спокойно лежать на вершине «нашего» холма и наблюдать у нас не выйдет. Дрон Татошки тоже поднимать нельзя, небо на удивление ясное, хороший солнечный день. Но нам это совсем не на руку, риск, что дрон спалят, крайне высок.

По идее нужно было возвращаться. Мы обнаружили людей, выследили их место обитания, с остальным разберётся руководство Башни. Уже увиденного, было достаточно, чтобы оправдать наш рейд. Посёлок кстати был неплохо защищён. Местные возвели вокруг него бетонную стену, подробней было не разглядеть, следовало подобраться ближе, но я не хотел увеличивать риск потерь среди группы или того хуже нашего захвата.

– Татошка, как близко ты должен находиться, чтобы слушать их переговоры?

Технарь задумчиво покачал головой. – Отсюда могу попробовать, но ничего не обещаю. Максимум до ближайшей дозорной вышки достану.

– Действуй, остальным внимание. Мы в этих лесах не одни, сожмите булки ребята и не расслабляйтесь.

Татошке удалось ломануть незащищённую линию связи, но нам это ничего не дало. Мы просидели среди холмов почти семь часов, и всё это время на чужом канале не было никаких переговоров кроме тех, что являлись перекличкой между одной из дозорных башен и самим посёлком.

– Третий пост без происшествий.

– Принято третий.

Вот и все переговоры. Я не выдержал и скомандовал отходить. Можно было «поплясать» по лесам вокруг поселения, но особого смысла я в этом не видел.

Через несколько часов мы погрузились на катер и отправились в обратный путь. На душе было пусто, не привык я вот так… чтобы совсем без адреналина и страха. Хороший рейд.

***

– Ты всё сделал правильно. – Кардинал свернул видеозапись и вздохнул. – Нам нужны эти люди.

– Я не считаю, что разведка проведена в полном объёме. – Шило выглядел недовольным. – Почему не взяли языка? Почему свернули операцию раньше времени? Окажись у нас в руках один единственный человек из этой общины мы бы обладали таким колоссальным пластом информации что…

– На хер.

В кабинете нас сидело трое. Я, Кардинал и глава службы внутренней безопасности. От моей единственной фразы лица у обоих вытянулись.

– Мы по твоему кто? Ниндзя? – Я не отвёл взгляда и не собирался признавать выпады в адрес группы. – Мои люди это старатели. Те, кто прячется от монстров среди руин. Те, кто копошится в мусоре и протаптывает дорожки для остальных. Мы не обучены проникновению на охраняемые объекты. В том, что могли и дальше наблюдать… согласен, ты прав. Но каждый проведённый там час увеличивал риск не донести до Башни вообще никакой информации. И я сделал выбор в пользу отхода. Кроме того уже находясь на месте, я понял, что мы совершенно не готовы к разведке чужих общин. Совсем. Мы маскировались против изменённых, но нам нечего противопоставить возможному техническому наблюдению. Один единственный боец, посмотрев в нашу сторону через тепловизор, поставил бы крест на всей операции. Любая миссия это либо опыт, либо смерть. Мы получили опыт, и это победа. Используем его, чтобы в следующий раз действовать более эффективно.

Шило не стал развивать тему, признал мою правоту. А Кардинал тем временем взял слово.

– Готовь группу к следующему этапу. Нам нужно туда вернуться, с этого дня Вяземский и посёлок Дикий наше приоритетное направление. Не менее важное, чем план Экспансия. Когда группа сможет повторить рейд? Я хочу услышать твои мысли.

– Я понимаю, что дело срочное, но мне нужно несколько дней, чтобы решить проблемы технического плана. Наши костюмы хорошо защищены от вредного воздействия, но требуют модернизации с учётом новой специфики. Мы должны быть невидимы для сенсоров и приборов обнаружения. Как только община даст нам всё необходимое, так и будем готовы.

– Я тебя услышал, наш технический отдел выйдет на связь с твоим хозяйственником сегодня же. Мы обдумаем дальнейший порядок действий общины и примем решение. А пока можешь быть свободен.

Меня не нужно было просить дважды. Я вышел из кабинета в ту же минуту.

***

Похоже, Кардинал и в самом деле поставил нашей миссии высший приоритет из возможных. Наши костюмы были изъяты, проанализированы и мы получили обновки. Мой экзоскелет остался без изменений, а вот костюм… его техническое оснащение было здорово усилено. Не говоря уже о шмотках моих ребят. Естественно от меня потребовался список и пояснения, каких именно доработок мы ждём, но проблемой это не стало.

Теперь у каждого бойца группы «Чёрный рыцарь» имелась лёгкая каска с комплексом визуального наблюдения. Экипировка в обязательном порядке дополнялась средствами индивидуальной защиты. А если подробней, в роли таких средств выступали так называемые plate carrier горячо любимые теми же амерами. Plate carrier это модульные чехлы для защитных элементов, чья история берёт своё начало с доимперских времён. Из этих модулей каждый боец может соорудить под себя защиту индивидуально. На подобном решении мне пришлось настоять. Не все ребята были готовы носить бронежилеты, но им пришлось смириться с моим решением. Кроме того в экипировку каждого без исключения теперь был включён энергетический щит и прок-генератор.

Прок-генератор это универсальное средство подавления чужих комплексов наблюдения. Компактный, плоский ромб этого устройства крепился на нашей экипировке между лопаток, рядом с модулем энергетического щита. Честно, я даже не подозревал, что подобные штуки есть в руках у общины.

Невидимками мы от новой примочки, конечно же, не становились. Но разглядеть нас в инфракрасном спектре, через тепловизор теперь не удастся. Большинство сканеров второго-третьего уровня, стандартных для всех армий мира тоже будут сбоить и не смогут выхватить наши фигуры на фоне местности.

Если учесть что на всё про всё общине понадобились сутки, я бы сказал, что в нашу поддержку работал целый технический отдел. Но, несмотря на радость от обновок и неплохой суммы упавшей на счета группы в оплату рейда, сами ребята меня немного раздражали. Пират вытрепал все нервы наотрез оказываясь таскать на себе «лишнее» и аргументируя это тем, что снайперу оно не надо. Когда к нему присоединилась Сойка и тоже попыталась отказаться от шлема, говоря, что ей и с обручем на голове неплохо, моё терпение лопнуло. В их словах была доля истины, но вольницу нужно было держать в рамках. Я не хотел нести после рейда их фотографии на аллею памяти только из-за того что кто-то из них схлопотал лёгкий осколок в незащищённую головушку или пулю в грудь. Тем более что из-за наличия катера мы больше не таскали на плечах кучу походного имущества, а значит, общая нагрузка на каждого бойца снизилась. Простая же логика, нет рюкзака за спиной – минус несколько десятков кг нагрузки – надень дурак бронежилет с каской! Это же не грубые поделки доимперских времён. Всё в меру эргономичное, лёгкое. В общем, смириться с их отказом я не смог. Собрал всех вместе и объявил, что тот, кто отказывается носить средства индивидуальной защиты, снижает общую боевую эффективность группы, и раз пошла такая пляска, что некоторые ну ни в какую не соглашаются, двадцать процентов от их оплаты с рейда будет идти в общак.

Возмущению, конечно же, не было предела. Опять же со стороны Пирата. Сойка просто надула губы и смирилась. Но мне было плевать на эти грубые попытки манипуляции.

К исходу второго дня пребывания в общине, меня снова выдернул Кардинал. В этот раз Шило на встрече не присутствовал, и, слава богу, толстяк меня знатно раздражал. Зато в кабинете для совещаний вместе с Кардиналом меня поджидал незнакомый мужик, и нужно сказать довольно колоритный. Левая рука кибернетический протез, левый глаз – имплант, ростом выше среднего, темноволосый с жиденькой проседью, возрастом где-то под полтос, но такой же крепкий и жилистый, как и лидер общины.

– Знакомься Найд, это Константин Васильевич Дочин, по системному Доча. Он будет нашим послом в посёлке Дикий.

Пожимая руку Кардиналу, я спросил. – Послом? – Признаться честно я не думал, что сейчас стоит направлять туда посла. Контакт с людьми нам конечно нужен, но стоило для начала выяснить, что это за люди.

– Мой аналитический отдел поработал с информацией, полученной по результатам вашей вылазки. На десантных ботах в Вяземском метка сто тридцать первой десантной бригады. Логично предположить, что выжившие закрепившиеся в этом районе состоят из местных жителей и бойцов этой самой бригады. Дальше передаю слово послу.

Доча кивнул, благодаря лидера общины и взял слово. – За год до импульса я служил в сто тридцать первой. Потом был переведён в шестнадцатый горнострелковый полк, ну а его Аргентум бросил в Приморьев во время четырёхдневной войны. Так мы познакомились с Кардиналом и вместе с последними выжившими бойцами ушли под его руку. Возможно, в общине посёлка Дикий есть люди мне знакомые, а может даже кто-то из друзей выжил. Поэтому переговоры и сам контакт пройдут значительно легче.

Выслушав его, я задумчиво покачал головой. – Всё так, согласен. Один вопрос – к чему такая спешка? Почему сначала не выяснить чем живут эти люди спустя два года после первого импульса? Я занимался вентиляцией, теперь я старатель. Кто-то был пекарем, а стал, к примеру, каннибалом или бандитом. Лезть туда в открытую, существенный риск.

– Время Найд, время. – Кардинал вздохнул. – В первый год много людей погибло, пытаясь вырваться из Приморьева и уйти в область. Они встретились с собирателями и проиграли. Мы понятия не имеем почему активность воинства Аргентума снизилась, но пока ситуация не изменилась, а мутанты и прочие выродки в большинстве своём залегли в спячку, нам нужно действовать, форсировать события. В любой момент враждебные силы могут попытаться ограничить наши передвижения и контакты. И если это произойдёт, я хочу чтобы за пределами Приморьева у нас были союзники.

– Я вас понял. Теперь хотелось бы услышать подробности…

***

Вылетели ночью. В этот раз в составе рейда было две группы, «Чёрный рыцарь» и посольство. Они на отдельном катере, вылет через восемь часов вслед за нами, по прибытию выходят на связь с поселением и организуют контакт. Ну а мы высаживаемся скрытно, нас там нет. Задача пройти периметр из трёх башен, подобраться к посёлку и внедриться в каналы связи. Нужное оборудование получили, единственный среди нас со специальность связиста – Татошка, на его плечи и ляжет выполнение основной задачи.

Миссия деликатная, вступать в бой с местными категорически запрещено. И дело даже не в том, что мы можем испортить отношения, а ещё и в том, что у них в руках будут наши люди. Одна ошибка, одна случайность, может привести к катастрофическим последствиям.

Во время полёта пришлось заложить крюк. К Вяземскому нам было не надо, поэтому обошли посёлок Дикий по большой дуге и, отыскав подходящее место, приземлились вблизи трёх озёр. Схема была уже отработанной, Шишу и Самоху – спать, Пирата и Сойку оставили на страже катера. Ну а мы с Татошкой вышли на предварительную разведку. Запустили дрон, пошукали по округе. Обнаружили какие-то брошенные строения на берегу одного из озёр и на этом собственно всё. До часа X (прибытия посольства) времени было вагон и маленькая тележка. Успели подготовить местность вокруг катера, установили мины и пару камер на деревья. Через четыре часа разбудили пилота и борт-стрелка и наконец, выступили.

Сойка и Пират, как и в первый раз, выступали прикрытием для нашей двойки. Пользуясь холмистой местностью и двигаясь в мёртвых, неподвластных наблюдению со смотровых вышек областях мы максимально приблизились к общине. Затем технику пришлось бросить, замаскировав в лесу. Прок-генераторы не могли скрыть сплиттеры, только нас, а значит, передвигаться на технике под носом у местных не стоило.

Ночная темнота и снегопад, лениво опускающий к земле тяжёлые снежинки, стали нашим укрытием. Изначально я планировал подобраться к общине по одной из дорог, или в густом подлеске, рассчитывая таким образом скрыть наши следы на снегу. Но вышло всё гораздо легче, непогода играла нам на руку, надёжно стирая наши следы из памяти леса.

К смотровым башням решили не приближаться, мало ли какие сюрпризы таит в себе земля вокруг них. Пошли почти на равном удалении между двумя такими укреплениями и едва не нарвались. Спас сканер Татошки. Технарь шёл впереди и прощупывал местность, чтобы мы ни в коем случае не нарвались на мину или зону нестабильности. Но в итоге наткнулись на то, чего не ждали, и этим неожиданным препятствием стала сигнальная нить.

В эту минуту наше задание было как никогда близко к провалу. Сигнальная нить простое устройство, но преодолеть её не подав сигнал хозяину – та ещё задачка. Я бы даже сказал невозможная, но у меня был козырь в рукаве. Не зря же я осваивал взлом перед походом в клинику X.ROM-17.

Проблема с сигналкой стала новым опытом, отложившимся зарубкой на памяти. Никто из нас не взял с собой нужных для подобной работы инструментов. А значит замкнуть цепь на саму себя, и беспалевно пройти мы не сможем. Отключить сигналку без палева можно было лишь одним способом, внедрить в цепочку ещё одну точку, замкнуть на неё лучи исходящие от столбцов, но замкнуть по-хитрому под углом вверх, чтобы в месте проникновения получилась своеобразная арка. Но мы так поступить не могли. Поэтому, несмотря на то, что группа придерживалась режима радиомолчания, пришлось выйти с Пиратом и Сойкой на связь и дать им команду двигаться к нам по нашим же следам.

Когда все бойцы оказались в сборе я обрисовал им ситуацию и приказал. – ИскИнам команду к отключению, детекторы, сканеры, ППК и всю прочую аппаратуру потушить.

Когда мои требования были выполнены, я срезал кусок шнурка из собственного берца (размещённый там, на случай вывода из строя системы подгонки обуви) и свинтил крышку от пластиковой пачки с таблетками тоника.

– Так как нужных инструментов нет, будем импровизировать. Местные разместили столбцы сигнальной нити на стволах деревьев. Я откручу у одного крышку, и прикрою линзу исходящего луча пластиковой крышкой от таблеток. Это вызовет сбой. Как только проверну это дело, дам вам команду и вы проскочите на другую сторону.

– А разве им не придёт оповещение о нарушении периметра? – Татошка заметно нервничал.

– Оповещение у тех за кем закреплена сигналка будет, но не о прорыве периметра. Для них это будет сбой. Потому что никто выходящий из столбца луч не пересекал, он был заблокирован изнутри устройства. А значит техническая неисправность, поломка. Другое дело что, проскочив за вами, я выдерну оттуда крышку и верну всё как было. Проверить-то периметр они может и проверят. Посмотрят в нашу сторону, может дрон запустят, но тут главное скорость. Быстро перебежать на ту сторону и включить заново прок-генераторы. Причём включить в первую очередь. Всем всё ясно?

Пират кивнул в сторону одной из башен. – А если отряд пустят по периметру чтобы всё проверить?

– Если сразу пустят людей на проверку, быть беде. Снег наши следы так быстро не заметает. Если всё пойдёт через жопу, наша задача остается прежней, установить Татошкино оборудование и замаскировать его. А потом по ситуации, или пытаться уйти, или сдаваться. Воевать в любом случае нельзя. Но я думаю, что людей сюда никто не погонит. Ночь на дворе, мало ли что можно встретить в ночном лесу? Не думаю что стычки с людьми тут частое явление, скорее ожидают монстрилу какую, чем нас. А даже если какая-нибудь тварюшка проникла за периметр в ночное время, проще оповестить всех и наблюдать за сектором, чем гнать людей в бой. Согласен?

Пират кивнул, логика в моих размышлениях присутствовала, а выбора у нас толком не было.

Я попросил ребят прикрыть меня, пока мастерил «инструмент» для преодоления сигнальной нити.Плазменная дуга на клинке разгорелась всего на секунду, чтобы расплавить край пластиковой крышки и позволить мне прикрепить к нему шнурок. Я опасался, что отблеск света от плазмы может привлечь к этому участку ненужное внимание раньше времени, а оно в свою очередь станет началом конца для группы с отключёнными прок-генераторами.

Когда с подготовкой было покончено, я приблизился к одному из столбцов сигнальной нити закреплённому на стволе дерева. Немного повозившись, осторожничая и боясь попасть в область действия исходящих от встроенной линзы невидимых лучей, отколупал крышку столбца поддев крепления остывающим клинком. Обернувшись, подозвал своих бойцов, и когда убедился в том, что они уже достаточно близко, аккуратно опустил оплавленную крышку от таблеток между двумя линзами устройства, внутренней и внешней.

Взмах руки, скрип снега под обувью разведчиков Башни, и тройка белых теней скользнувших в ночной тьме на другую сторону сигнальной нити возвестили меня о том, что дело сделано и нужно поторопиться, чтобы не попасть на глаза защитников посёлка Дикий.

Перебежав вместе со всеми на другую сторону, я выдернул оплавленную крышку из устройства за прикреплённый к ней шнурок и водрузил на место пластиковый чехол снятый ранее. Уже через десяток секунд, отбежав с максимальной скоростью от вновь заработавшей ячейки периметра, мы практически одновременно включили прок-генераторы.

– Ходу! Ходу! Не тупим! – я поторапливал ребят как мог. – Татошка, долго нам ещё?

– Метров триста и можно ставить!

Снегопад усилился, меж деревьев завывал ветер, бросая нам в лицевые маски снежную взвесь. Намечалась пурга, и я молился всем богам сразу, чтобы она была как можно мощней.

На бегу включив способность Псионизм, я почувствовал как сразу с трёх сторон, пока ещё далеко, на самой грани действия моей способности, неуловимо нарастает эхо чужих эмоций. Отключение ячейки охраняемого сектора не прошло мимо внимания охраны.

Когда Татошка бегущий впереди выдохнул – Стоп! – Я едва не врезался в его спину. Отбросив в снег мощный сканер, которым он всё это время проверял наш путь, технарь снял с плеч рюкзак, внутри которого таилась станция декодировки радиочастот, и принялся за работу.

На всё про всё у нашего связиста ушло менее шести минут. А мы в это время охраняли его, повалившись в снег вокруг техника и просеивая через прицелы окружающее пространство. Станция была включена, опущена в небольшую наспех выкопанную снежную яму и засыпана снегом.

Стоило технарю закончить, как появился первый предвестник чужого внимания к нашей дерзкой четвёрке. Зелёный луч сканера заметался частой метёлкой там, где мы прошли сквозь сигнальную нить. Я уже видел подобное в обглоданном лесу, но тогда размах сканируемого пространства был несоизмеримо больше. Да и сравнивать обычный военный дрон с беспилотником собирателей плоти было глупо.

– Готово!

– Уходим!

А зеленоватые вспышки мелькали всё ближе, чётко следуя нашим следам. Мы ушли влево, перешли на бег, но даже так стало понятно, что убежать от сокрытого где-то за вершинами деревьев дрона – не выйдет.

– Разделяемся! Пират и Сойка примите правее шагов тридцать!

Ребята послушно отвалили в сторону, лишь Пират бросил в рацию вопрос – А как же нить?!

– К чёрту сигналку! Так проскочим.

Псионизм снова был включён на краткий миг и то, что я почувствовал, мне очень не понравилось. К нам кто-то приближался с флангов, и приближался быстро. Но ребят я пока что пугать не стал.

Разделив отряд надвое, я хотел увести хотя бы половину людей из-под внимания оператора дрона. Он выбрал дорожку следов оставленную мной и Татошкой, и за несколько секунд до того как он нас догнал я прошипел – Всем стоп! Замерли!

Тихое гудение, плоский широкий луч, влево-вправо, вперёд-назад. Было неизвестно что за аппаратура на беспилотнике и «видит» ли он нас. Но по коже забегали мурашки. Если видит – накроют. Несколько секунд в образе замерших мимов и гудение удалилось. Полетел вторую дорожку следов проверять.

– Старый приказ – отбой. Отключаем аппаратуру, проходим тихо.

Окинув в прицел округу, я не увидел преследователей среди деревьев, но это ещё ничего не значило. Была надежда что мы успеем провернуть старый трюк до того как беспилотник вернётся. И что-то мне подсказывало, что все взгляды сторонних наблюдателей прикованы именно к нему.

Во второй раз всё пришлось проворачивать вдвое быстрей, но я справился. Откинуть ножом крышку, вставить между линзами преграду, дать отмашку и снова ходу, не забыв вернуть всё как было.

Группа снова стала единой, бежали вчетвером. Дрон нас нагнал метрах в двадцати по ту сторону сигнальной нити, видя его приближение по зеленоватым отблескам, мы снова остановились и замерли.

Зелёный сканер луч метался туда-сюда по взрыхлённому нашими ногами снегу, отражался от экипировки, странно преломляясь под действием прок-генераторов, разукрашивал падающий свет в ядовитые оттенки. Не знаю сколько бы мы так простояли если бы ситуация резко не изменилась. На грани слышимости возник рык мотора какой-то техники, и только услышав его, я принял решение моментально.

Вскинуть автомат, поймать в точку цифрового прицела беспилотник, нажать на спуск…

Хлопнуло голубым, посыпались искры, искрящая тень ушла по дуге левее и с хлопком разбилась о соседнее дерево, скудно плеснув пламенем.

– Ходу!

Представляю удивление оператора беспилотника, когда он ведёт машинку по следам и в конце упирается в зону, где сплошные помехи и ни хрена не видно, а потом хоп и в отрубе. Но играть и дальше в кошки мышки было не с руки, к нам приближалась какая-то техника.

На башнях, оставшихся за нашей спиной по левую и правую руку, тоже не олухи сидели. Очень быстро сообразили, что столкнулись с чем-то необычным и отработали по направлению, в котором потеряли дрон.

Я так и не понял, из чего стреляли, но били явно не прицельно, иначе б нам настал кабздец. По ходу движения, метрах в семи раскололся и брызнул щепой ствол дерева. Засыпав меня и Татошку щепой и чем-то похлеще, заставив полыхнуть щиты. Взорвался снег, подброшенный в воздух вместе с комьями земли. Что-то малокалиберное, осколочное летело в нашу сторону. То ли из автоматического гранатомета сандалили, то ли ещё из чего схожего.

Щиты искрили у всех без исключения, не будь у нас защиты, тут бы и легли всем скопом. Обстрел длился не более полутора десятков секунд, но бой такое дело, что в нём время вытворяет жуткие фокусы. В этот раз его рамки для меня раздвинулись, мне казалось, что я никогда не добегу к проклятому подножью холма. Вскрикнул Пират, покатился кубарем, но опережая нашу помощь, сам вскочил и продолжил забег.

Бег по колено в снегу не то же самое что бег по беговой дорожке. Силы выпивает нещадно. Хуже всех пришлось первому – Татошке, именно он пробуривал для нас колею.

– Пират. Как?

– Нормально, перетерплю.

Пират был ранен, ранен куда-то в лопатку, точнее в интерфейсе на бегу не разглядеть. Единственное, что было точно ясно, что снайпера зацепило не критично, иначе бы наши ИскИны уже забили тревогу.

Уйдя от обстрела к подножью холма, мы и не думали останавливаться, неслись по низине, хрипло дыша в гарнитуры рации. В какой-то момент мне показалось, что нас догнали, ветер принёс близкий рёв двигателя, я даже рассмотрел краем глаза силуэт техники. Неизвестная мне модель снегохода прошла параллельным курсом и забрала правее, потерявшись из вида в подлеске.

Когда добежали до места, в котором спрятали сплиттеры, выносливость была втоптана в грязь и похоронена. Упали в снег, расползлись кто куда, прижались к деревьям.

– Раненые есть?!

В горло, будто сухой ком бумаги запихали, влаги ни капельки.

На мой вопрос откликнулись двое. Пират и Сойка. Хотя я мог и не спрашивать, итак всё было видно в интерфейсе. У снайпера задеты мягкие ткани, похоже, осколочное, но неглубокое. У Сойки посекло руку, но тоже не критично, повезло.

– Две минуты поверхностно обработать раны и по коням!

Пока ребята возились, я переключил прицел в оптический режим и всматривался в холмы. Погоня нас потеряла, в оптику было видно горячие пятна трёх машин и фигурки людей отражённые в инфракрасном спектре. Они всё ещё мелькали в той стороне, откуда мы прибежали. Скоро найдут след и продолжат наседать.

– Можем двигаться кэп.

Не сказав и слова в ответ, я поднялся и помог Татошке вытащить сплиттер из снега. Уже через минуту мы мчались по направлению к катеру. Оставив за спиной переполошённых людей чужой общины и замаскированную на их территории станцию.

***

Летящий со стороны Башни катер приземлился у Вяземского с рассветом. Мощная радиостанция, установленная на нём, позволила без труда покрыть расстояние до посёлка Дикий и установить связь.

Доча нервничал, хотя внешне оставался спокойным. Ответ с той стороны был сухим и сжатым. У него попросили обозначить себя, и он рассказал, что он посол от общины, закрепившейся в Приморьеве, и хочет контакта с руководством. Пока что всё шло гладко, но что-то не давало покоя опытному имперскому офицеру.

Транспорт чужой общины показался через половину часа. Он ожидал увидеть встречающих в сопровождении охраны, но вместо этого к катеру выкатился гражданский снегоход. И водитель этого снегохода с головы до ног замотанный в какие-то тряпки, безоружный, молчал как рыба, выдав единственную фразу вместо приветствия. – Один человек.

Тяжело вздохнув, Доча (несмотря на протест охраны) уселся за спиной чужака и тот тут же тронулся с места. Местный гнал как безумный, но до общины не доехал. Остановился, бросил скупое – слазь! – и слез сам.

Доча покорно выполнил требование, не теряя при этом самообладания, и стоило его ногам коснуться земли, как в лицо тут же бросился снег. Заряд из парализатора мощная штука, свалил офицера наповал.

Посол очнулся в темноте. Интерфейс не работает, тепло, кто-то снял с него защиту и большую часть экипировки, оставив лишь одежду. Под задницей жёсткий стул, руки пристёгнуты к металлическим дужкам. Какая-то аппаратура давит на разум, делает кибернетическую руку безвольной и бесконтрольной металлической болванкой. С имплантатом в глазнице та же история, отключён неизвестным воздействием, делая офицера полуслепым.

Яркий луч лампы ударил в лицо неожиданно, ослепил и заставил прикрыть единственный рабочий глаз. В помещении появились звуки. Оценивают, наблюдают, для имперского офицера в происходящем не было ничего удивительного. Наоборот, текущие события способные напугать слабых духом укрепили его волю и успокоили. В отличие от пугающей неизвестности, текущая ситуация не была чем-то из ряда вон.

Текли минуты, с послом никто не говорил, хотя он знал, что вокруг присутствуют люди. Он тоже молчал, не требовал отпустить его, не кричал о том, что он посол и пришёл с миром, не закатывал истерик. Оценив его выдержку, неизвестный, прячущийся за слепящим светом лампы, сдвинулся ближе, скрипнул стул.

– Говори.

Доча едва не рассмеялся, местные перебарщивали с таинственностью и нагнетанием жути. Пожав плечами, он начал свой рассказ, который впрочем, не продлился долго.

Он рассказал им о том, что его послали, чтобы объединить силы выживших или же заключить союз. Рассказал, что в Башне ждут ответное посольство дабы, местные убедились в том, что сказанное послом – правда. О самой общине он тоже обмолвился, но сухо и сжато в общих чертах. Только ту информацию, которую знал каждый бродяга или же местный житель.

Но последующий вопрос неизвестного прячущегося за слепящим светом смог его удивить.

– Вы служите Аргентуму?

– Нет.

– Ложь. – Дознаватель позволил своим словам перестать быть сухими и без эмоциональными. Позволил капельке ненависти просочиться в интонации голоса.

Доча внутренне обрадовался. Человек с той стороны умеет ошибаться, и это хорошо, сам посол пока что держал марку. Ни по его внешнему виду, ни по говору нельзя было рассмотреть ни проблеска эмоций. Другое дело, что всё это общение должно было дать ему поверхностное мнение о чужаках. И вполне могло выйти, так что эта ненависть была наигранной, специально вытащенной на глаза, чтобы косвенно завоевать его симпатию. Кто же любит корпорацию после всего случившегося? Посмотри! Мы такие же, как ты! Ненавидим то же что и ты!

Дальше вопросы посыпались один за другим. Они были прямыми как лом и не оставляли офицеру выбора. Численность, вооружение, расположение, действия в конкретные промежутки времени, обеспечение.

Почти на все он отвечал отказом, попробовал молчать, но заряд тока, пробивший всё тело через металл стула расставил точки над и. Молчать нельзя. Можно отвечать отказом на требования выдать закрытую информацию, но молчать нельзя.

Несмотря на не самое удобное положение Доча видел во всём происходящем лишь одну проблему. Местные подавили сигнал биоблока, а значит сделать слепок памяти о происходящих с ним событиях не выйдет. Остается надеяться на такую ненадёжную и хрупкую человеческую память, которая при всём желании не может дословно зафиксировать многочасовой допрос.

В какой-то момент вопросы пошли по второму кругу. Те же самые что и полтора часа назад. Посол не выказал раздражения или гнева. Ждал, анализировал, думал. И дождался. Переход был плавным, изменения почти незаметными, но Доча вцепился в эти изменения как волк вцепляется в ляжку жертвы. В промежутках между старыми вопросами появились новые.

– Как вы относитесь к Енне.

– Никак. – Сказал правду. Один из высших ИскИнов Арентума подаривший людям программное обеспечение «Оазис» мало интересовал военного человека.

– А к тем, кто затеял войну?

– Как к врагам.

На той стороне взяли паузу, потухла лампа, скрипнула невидимая во тьме дверь, но надолго офицера в одиночестве не оставили. В помещение вошёл кто-то новый. Иначе шуршала его одежда, иной звук шагов.

Лампа загорелась, вновь скрывая вошедшего, а на стол перед послом легло скрин-фото. На нём он сам и офицеры десантной бригады, ещё тех времен, когда он имел честь служить в ней.

– Ночью в нашем периметре было зафиксировано проникновение, это были ваши люди?

Он узнал голос. Грубый, басовитый, голос лейтенанта третьей десантной роты по фамилии Рябцев.

– Возможно наши. Точнее не скажу, внешняя разведка не мне докладывает о каждом своём шаге.

– Если предположить что это были ваши люди, какую цель они преследовали?

Доча пожал плечами. – Я не знаю Лёха, информацию собирали, скорее всего. Никто не ожидал так скоро встретить выживших. Выйти за пределы города после нескольких лет изоляции и тут же натолкнуться на людей тот ещё шок. Ваше обнаружение нас неплохо переполошило.

Лампа потухла, в помещении загорелся свет, нормальный, не слепящий.

– Ты выглядишь как он, говоришь как он, обладаешь его памятью, но можешь им не являться.

– Я не понимаю…

– Ты хочешь перейти к нормальному разговору?

Посол пожал плечами. – А кто не хочет?

– Тогда ты должен пройти через операцию.

Без сомнения перед Дочей сидел Рябцев. Но лейтенант сильно изменился и выглядел как… ультрас. Нарушитель имперских эдиктов. Тот кто, несмотря на общемировой закон, изменил тело сверх обозначенных рамок.

Ещё во времена золотой эры кибернетики был создан свод правил. И этим правилам неукоснительно подчинялись все живущие на планете. А кто не подчинялся – того наказывали. Отлавливали, отправляли на принудительные операции, при сопротивлении безжалостно ликвидировали. Эти же самые правила дополнились и продолжали действовать в эпоху ударного развития биотических технологий.

Дело в том, что нельзя было позволять людям бесконтрольно и индивидуально изменять своё тело. Ибо массовая доступность некоторых технологий порождала вслед за собой целую лавину фриков всех мастей. А так же людей стремящихся или случайно использующих дары человеческого гения не во благо, а во вред окружающим.

Представьте себе человека получившего вместо руки протез. Но не простой протез выполняющий перечень функции конечности, а серьёзно усиленный. Это оружие, а любое оружие должно находиться под контролем. Тем более в эпоху, когда нахватавшийся знаний подпольный кибер-хирург может создать в каком-нибудь подвале машину для убийства. То же самое напрямую касается биотических технологий, были прецеденты. Представим спортсмена, который решил выйти за рамки и улучшать своё тело биотическими клетками, чтобы достигать более высоких результатов, чем его конкуренты. Сверх всякой меры увеличенная физическая масса такого человека потребует изменений скелетной основы, связок, органов, всего организма. Что будет если такой человек выйдет из себя или задумает недоброе? Как остановить сотню или тысячу таких людей, которые во всём превосходят своих противников. И это не говоря уже об изменившимся внешнем виде подобных личностей, ибо ультарсы упирающие на биотические технологии быстро теряли всякое подобие человеческого вида.

Рябцев тоже был ультрасом, бунтарём, преступником. Но посол не видел каких-либо биотических изменений его организма, по крайней мере, внешних. Но вот кибернетика… его лицо пересекали шрамы, уходя под короткую и аккуратную причёску. Они не делали его уродом, тонкие, симметричные. Но они давали ясное представление о том, что кожа, волосы и прочая внешность лишь фикция, синтетика, заменившая родную плоть.

– Какую операцию? – В душе посол ужаснулся. Неужели его хотят сделать подобием человека, и как много того кем он сейчас является, останется после операции. – Ты хочешь, чтобы я стал как ты?

Рябцев же на эти вопросы снисходительно улыбнулся. – Что, решил, что перед тобой монстр? Машина с заменёнными электронной начинкой мозгами? Бездушная, ужасно сильная как выродки Аргентума? Ты ошибаешься. Предложенная тебе операция ликвидирует управляющий чип биоблока. Мы уже проверили тебя, как могли, но ты ведь подчинён «Оазису». Так?

Посол отрицательно покачал головой. – Подчинён – неподходящее слово. Оазис не подчи…

– Не надо. – Лейтенант остановил его жестом. – Мы не верим в благие намерения никого из Аргентума. У нас действует одно правило единое для всех, мы не используем программное обеспечение врагов. И если хочешь доказать нам что твой разум чист, а сам ты не являешься слугой врагов человечества… тебе нужно согласиться.

– А если нет?

– А если нет, тебя выкинут за пределы общины. Но следующий раз разговора не будет. Будет бой.

Доча прикрыл глаза, обдумывая слова своего старого знакомого. Что есть его личный выбор и его нужды по сравнению с благом всей империи? Всех выживших, что пытаются преодолеть вымирание? Ни-че-го.

– Я согласен.

История Ультрас

Ультрас это ультра модифицированный человек. Подобное слово всегда звучало в устах имперцев как ругательство. От них были одни проблемы, несколько восстаний поднятых на окраине Империи не обошлись без жертв, и были жестоко и быстро подавлены. Но новый мир ломал старые законы будто соломинки, зачастую не оставляя людям выбора.

Сто двадцать первый десантный полк оказался в Вяземском по воле Аргентума. Корпорация хотела разобщить силовиков всех стран, перебить сильную часть человечества в боях друг с другом, а выжившие остатки должны были пасть уже после мировой войны, безжалостно зачищенные синтетиками корпорации.

В дело вмешался случай, причём далеко не один. Во-первых, Аурис, первый из высших ИскИнов недооценил своих братьев. Несмотря на мощный аналитический ум, он не был вездесущ и всезнающ. И когда его родичи пошли на открытое противостояние внутри цифрового пространства он оказался к этому не готов. Во-вторых, среди людей нашлась неизвестная сила, каким-то образом, узнавшая о планах корпорации и атаковавшая её крупные объекты по всему миру. Возможно эту самую «силу» вскормили сами ИИ противники Ауриса, возможно они тоже готовились к войне загодя. Кто знает…

Всё вышеперечисленное привело к тому, что сто двадцать первый оказался, предоставлен самому себе. Войска других марионеток просто не явились в Вяземский, никто не бомбил маленький городок и не атаковал с помощью орбитальных систем.

Командир десанта, видя, как на горизонте пылает Приморьев и Солнечный, слыша грохот и ощущая дрожь земли от мощных спутниковых ударов, организовал эвакуацию населения Вяземского в низинный ярус города. Профессиональный военный понимал, что дело нечисто. Система обороны, контролируемая ИИ выдавала противоречивые приказы, глючила и не отвечала на запросы. Потоки беженцев, бегущие из крупных городов области, потянулись по трассе в надежде найти укрытие среди посёлков Приморского края. Среди таких беженцев был и кибер-хирург Отто Шифт, германец, владелец частной клиники в Солнечном. На момент первого импульса он среди прочих оказался в туннелях низинного города под Вяземским. Он ещё сыграет свою роль в становлении общины Ультросов, но о нём позже…

Русские десантники, эвакуировав большую часть населения вниз, и сами не остались на поверхности. Их командир, полковник Седых, понимал, что силы его подразделения без поддержки армии, без связи со штабом – жалкая песчинка, которую может смести одним днём бомбардировка из тяжёлых средств. Он оставил на поверхности лишь несколько отрядов наблюдателей, сам же пытался привести туннели, в максимально обороноспособное состояние, принуждая гражданских строить баррикады, организуя ополчение из сотрудников милиции и местных жителей. Тогда-то и грянул импульс.

Все те люди, что отказались покидать свои дома, мародеры и отряды десанта на поверхности обернулись изменёнными тварями. Но в отличие от того же Приморьева, туннели под Вяземским были целы, легко блокировались аварийными переборками, а уцелевшие стены без трещин и обрушений не позволили слабым, но агрессивным низшим быстро добраться до людей. Да и их число, из-за принятых десантниками мер, было несоизмеримо меньше числа выжившего в Вяземском населения.

Седых, организовал планомерные вылазки на поверхность, призванные зачистить наземную часть города. И это принесло свои плоды, уже через месяц Вяземский опустел, и лишь приходящие из области твари представляли опасность для укрепившихся в городе людей. Кроме того полковник под страхом смерти запретил подконтрольным людям использовать программное обеспечение «Оазис» опасаясь что сторонние файлы передающиеся во время импульса являются не более чем ловушкой, призванной добить человечество. Так был сформирован первый закон общины Ультрас – Нет: вмешательству в разум!

Очень скоро перед выжившими людьми остро встал продовольственный вопрос. Ведь в Вяземском не было своего крупного пищевого производства, основной поток порошка для синтезаторов поступал в область из Приморьева. Седых понимал, что нужно решать вопрос загодя, ибо городские запасы невосполнимы и быстро иссякнут.

Он отправил отряды добровольцев в область в восьми разных направлениях. Часть этих отрядов обнаружила множество опустошённых деревень, один отряд привёл выживших из глубинки, ещё два отправленных в направлении Солнечного и Приморьева, принесли неутешительные вести. Крупные города стали рассадниками нечисти, которая очень быстро эволюционировала. До этого к Вязевским не выходили твари выше четвёртого уровня, и первая же встреча с двенадцатым Стротом обернулась для одного из отрядов потерями. Они не привыкли, что выродки импульса могут двигаться с такой скоростью, и поплатились за отсутствие опыта погибшими и ранеными.

Кроме того интенсивная разведка за пределами Вяземского обнаружила упавший транспортник в холмах. Так Ультрасы узнали о собирателях плоти. Воздушное судно в момент катастрофы было битком набито пакетами, в которых были заключены люди, погружённые в искусственную кому. И судя по расшифрованным записям из блока памяти корабля, принадлежал он Аргентуму. Ещё большим шоком стали данные полученные после осмотра тел экипажа. Синтетики, чьи тела в прямом смысле были оружием. Вот кем был этот экипаж.

Погибших слуг Аргентума доставили к Отто Шифту. Хирург к тому времени с молчаливого одобрения полковника собрал под своей рукой всех выживших докторов и обслуживающий персонал городской больницы. Изучив останки, Отто быстро понял, что с подобным врагом людям не справиться, хотя бы потому, что подчинённые полковника отказались от биотических улучшений и заблокировали собственные биотические блоки. Именно Отто предложил командиру десантников нарушить имперский эдикт о Ультрас. И он же создал линейку первых боевых протезов, пользуясь анализом тел собирателей плоти. В отличие от того же Приморьева где по целому ряду причин кибернетика не вышла на ведущие позиции, (в том числе из-за отсутствия подобных специалистов) община в городе Вазовском приложила все силы чтобы нивелировать отказ от биотического развития. Единственные условия, которым они сами себя ограничили – не терять человеческого обличья, и не допускать имплантаций в головной мозг. Таким образом, появились второй и третий законы общины.

Самой первой массовой аугментацией стала замена пищеварительного тракта. Человеческая плоть слишком медленно изменялась и не могла совершить эволюционный скачёк в рамках свершившейся катастрофы. Поэтому людскому организму нужна была помощь, и Отто решил эту проблему хирургическим вмешательством и установкой подобия пищеварительной системы собирателей плоти. В то время когда общины в Приморьеве зависели от складов на продовольственных заводах, люди Седых уже свободно питались мясом мутантов. Более того не приспособленная для подобных нужд синтетическая система имплантатов собирателей получила модернизацию благодаря выдающемуся гению Отто Шифта. Прибавьте это к тому что Отто испробовал каждую аугментацию сначала на себе… Стоит ли говорить, что его авторитет после совершённого, вырос среди Ультрасов до небывалых высот.

Но способность переваривать пищу с низким уровнем заражения стала не единственным прорывом. Станция переработки мусора, стандартная для любого города Русской Империи обеспечивала хирургический отдел необходимыми материалами для создания имплантатов. И уже очень скоро синтетика, получаемая методом химического синтеза, добываемая на этой самой станции стала одним из потоковых ресурсов в общине.

Не стоит думать, что такая масштабная работа по внедрению в тела людей имплантатов произошла одним днём. Первыми стали бойцы сто двадцать первой десантной бригады, лишь затем простые люди, видя безвыходность ситуации и острую нехватку пищи стали один за другим давать согласие на изменение организма. Найд и его группа внешней разведки ошиблись, Вяземский был обитаем. Центр общины был вовсе не в посёлке Дикий. Всё дело в том, что Ультрасы в буквальном смысле изолировали низинные районы города от поверхности, ликвидировав все выходы в наземную часть города. Поэтому для сторонних наблюдателей город был практически пуст, разведчики Башни видели только дозор, специально выставленный на всеобщее обозрение, но не подозревали, что внизу кипит жизнь.

В самом центре Вяземского был оборудован центр, вотчина Отто Шифта. Роботизированные хирургические цеха под его управлением в краткие сроки могли подвергнуть операциям десятки человек единовременно. Синт-кожа способная сдерживать вредное воздействие окружающей среды, крепкий материал на замену костям из органического пластика, реакционные чипы ускоряющие связь мозга с мышцами и сухожилиями, внутренние органы из синтетики и это далеко не полный список тех модификаций, которые были подвластны Ультрасам спустя почти три года после импульса.

Посёлок Дикий в инфраструктуре общины выступал в роли продовольственной фермы. До четырёхдневной войны он поставлял рыбу, так ценимую в ресторанах по всей области. В век, когда основное население потребляло огромную долю порошковых изделий пропущенных через синтезатор, натуральный продукт ценился очень хорошо и позволял зарабатывать неплохие деньги. После импульса озёра не утратили своих функций, как и рыбная ферма в Диком.

Ежемесячные импульсы и общий уровень заражения воздуха не позволял людям Ультрас взращивать генетически чистые поколения рыб. Но оно им было и не нужно. Тысячи людей общины прошли через операции фанатика Отто, который буквально сошёл сума на почве различных изобретений и улучшений. Но было бы ошибкой думать, что они поголовно стали синтетиками и без конца искусственно улучшали свои организмы, вовсе нет. Единственной массовой модификацией на момент обнаружения Ультрасов разведкой Башни стал всё тот же пищеварительный тракт. В остальном семьдесят процентов населения общины оставались людьми. А оставшиеся тридцать…

Воины сто двадцать первого полка прошли через целый ряд модификаций призванных сделать их непобедимыми защитниками выжившего населения. Причём эти модификации постоянно улучшались и заменялись более современными моделями. Сила, ловкость, скорость, выносливость, бегущая вместо крови – лимфа, нейронные синхронизаторы, делающие владельца одним целым с роботизированными костюмами и техникой. Всё это далеко не полный список того через что прошли десантники Ультрас. Дошло до того, что их лидеру полковнику Седых пришлось издать указ о создании так называемого банка памяти. Где хранился генетический материал многих его воинов, что в постоянных модернизациях утратили способность к продолжению рода. Неизменными оставалось лишь несколько принципов – сохранять человеческий облик и не допускать внедрения в разум. Но и тут были свои исключения.

Так, например сам Отто Шифт, бывший врач кибер-хирург к моменту обнаружения общины Ультрас Башней, мало походил на человека. Да и по сути больше им не являлся. Его положение и работа позволяли ему быть выше закона, а бесконечные пробы новых имплантатов на самом себе не могли обойтись без последствий. Отто стал похож на одного из фриков времён золотого века кибернетики. Единственная биологическая часть его тела, сохранившаяся к третьему году после первого импульса – мозг, хранилась в грудном отделе массивного скафандра заменяющего Ультрасу тело. Четыре механических конечности несли на себе бронированное «тело» скафандра, где в специальной жидкости опутанный проводами и трубками пребывал мозг хирурга. Многочисленные щупы, механические лапы и даже оружие делали его похожим на ужасную машину. И эта «похожесть» была недалека от истины.

Вздумай кто-то вступить с Отто в открытое противостояние его новое «тело» могло с лёгкостью постоять за себя. Разрезая врагов ударами силовых секаторов, испепеляя плоть дуговыми разрядниками и выжигая орды нечисти встроенными плазменными пушками, кибер-хирург однажды стал ключом к победе над Роем изменённых пришедших от Приморьева к Вяземскому.

Но Рой был не единственным испытанием, выпавшим на долю Ультрасов за годы жизни после первого импульса. Бионики и синтетики корпорации, так же как и Башня в своё время, обманулись в общине Ультрас. Со стороны она казалась небольшой и лёгкой мишенью, к тому же не обложенной со всех сторон гнёздами с тысячами дремлющих изменённых. Доподлинно неизвестно зачем воинству корпорации A.R.G.E.N.T.U.M. похищать людей, но сам факт таких акций был неоспорим. В первые годы после импульса, в том же Приморьеве, были нередки встречи с так называемыми отрядами Охотников. А сколько людей без вести пропало из числа старателей и отбросов…

Вот и общину Ультрас охотники не обошли стороной. Только в этом случае их «охота» стала полномасштабной акцией захвата. Немногочисленные, но имеющие подавляющее преимущество в технологиях, собиратели плоти в одну ночь захватили посёлок Дикий, без труда проникнув за охраняемый периметр.

Парализованные бойцы ополчения на дозорных вышках, кучи безвольных тел мирных жителей одурманенных газом, на улицах посёлка. Та ночь едва не стала для Ультрасов последней. Но каково же было удивление воинов Аргентума, когда они обнаружили под посёлком целую сеть разветвлённых туннелей уходящих в Вяземский. Следуя этим туннелям очень скоро они встретились с истинными Ультрас. С теми, кто давно положил свою жизнь на алтарь выживания общины.

Закипевший в туннелях бой был ожесточённым и затяжным. Модифицированные люди уступали собирателям плоти во многом, но всё равно являлись достойными противниками. А замкнутые пространства подземных улиц порой нивелировали всякое превосходство обеих сторон. Трещал и рассыпался пылью камень бетонных стен. Воздух выгорел от раскалённой плазмы. Не желая допускать лишних потерь в своих рядах, собиратели плоти решили отступить, обрушив за собой туннели.

Их план, был обязан окончиться триумфом. Отсекая от себя силы защитников общины, они без труда могли вывезти уже захваченных жителей Дикого. И уже после, обладая информацией об истинном положении дел в людской общине – вернуться, чтобы довести дело до конца. Но и тут их ждала неудача…

На помощь людям пришли те, кто сторонился с ними всяких контактов. Те, кто привык наблюдать из тени, и чьи интересы были далеки от людских тревог и забот. В Дикий пришёл Культ.

Люди не подозревали, что воинство Аргентума давно распалось на две части. На собирателей плоти, что продолжают служить своим исчезнувшим «богам» и Культистов, что ценят превыше всего свободу и жизнь. Обе фракции, состоящие из наследия корпорации, были врагами друг другу. Культ сторонился открытого противостояния, с сожалением наблюдая за своими «братьями» волей судьбы получившими свободу, но продолжающими искать тех, чьи решения низринули сферу миров в пучину отчаянья и смерти.

В этот раз им пришлось вмешаться. Массовые страдания это инструмент смерти и разложения, то, что губит мир Первоисточника. А это в свою очередь то, с чем Культ обязал себя бороться всеми силами.

Ударный отряд культистов проник к собирателям с тыла, атаковал подлетающие транспортники и послал в атаку всех боевых братьев из ближайших крипт замаскированных среди опустевших городов и посёлков области.

Бой вышел скоротечным и страшным. Местные собиратели плоти ещё не сталкивались в прямом бою с Культом, битва за Дикий была одним из первых контактов двух враждующих фракций. Культ одержал в ту ночь победу, и удалился, оставив в общине своего проповедника рассказавшего людям Ультрас о сфере миров и паутине вероятности.

Несмотря на ненависть к корпорации и искусственному интеллекту в частности, Ультрас не могли не оценить спасение своих людей. Проповедника приняли и выслушали, с тех пор он стал жить в общине и предоставлял Ультрас самую разнообразную информацию. Так, например его связь с храмом культа, позволяла с точностью до часа предсказывать следующий удар импульса. И такое «предсказание» к слову выходило гораздо точнее, чем обычный прогноз, собранный с помощью замеров самодельного оборудования.

Ну а сам проповедник, назвавшийся Тизом Добрословом очень много времени проводил в вотчине Отто Шифта. Тиз находил кибер хирурга, столь сильно изменившего своё тело, интересным и необычным. Отто в глазах культиста был ближе всех остальных людей к храму и являл собой яркий пример свободы выбора.

После битвы с собирателями плоти, вотчина Отто пополнилась новыми технологичными трофеями. Но общине не хватало ресурсов, массовое внедрение имплантатов буквально высосало все ресурсы из ближайших деревень и самого города. Станция переработки мусора всё чаще простаивала, а отчёты Отто не оставляли людям Ультрас выбора. Настал момент, когда общине нужно было выйти за пределы уже освоенных территорий, в виду назревающего кризиса.

Глава 15. Доброслов

Тиз покинул общину сразу же, как только узнал последние новости. Седых задавал культисту вопросы, ответов на которые тот просто не знал.

У Ультрас было мало информации об общинах сокрытых в Приморьеве. И теперь Тизу предстояло обратиться с молитвой к храму и своим братьям, чтобы дать полковнику десанта, а ныне лидеру общины Ультрас, устраивающий того ответ.

В отличие от собирателей плоти, практически идентичных внешне внутри каждой отдельной модели, культисты были их полной противоположностью. Так, например Тиз очень сильно отличался от других своих братьев или, к примеру, от Арка Слышащего, встреченного однажды Найдом.

Синтетик, поселившийся среди людей, напоминал дряхлого старика согнутого временем. Вот только не один дряхлый старик в мире не обладал той поразительной мощью, что была во власти проповедника культа. Горб, на его согнутой спине издалека смахивающий на средних размеров рюкзак, на самом деле являлся роботизированным устройством, подключённым напрямую к позвоночнику. При нужде, Тиз мог усилием воли распрямить четыре механические конечности, спрятанные в «рюкзаке» каждая из которых обладала своим набором функций. Малый дуговой разрядник, небольшая фазовая пушка, плазменный бур способный проплавить толстый слой металла одним ударом или одиночным выстрелом и парализатор. Четыре инструмента в череде прочих…

Лицо синтетика напоминало поделённую на сегменты маску. Но думать так было ошибочно, ибо эта «маска» и была его лицом. Вернее внешними защитными сегментами, с крупными рунами на щеках и скулах, а так же целой вязью рунического рисунка по периметру. Вот только разглядеть внешность синтетика было практически невозможно, глубокий капюшон и целая хламида тряпок в виде обесформленного балахона прикрывали его роботизированное тело от посторонних взглядов.

Тиз всё дальше и дальше уходил от общины, опираясь на массивный металлический жезл увитый рунами. Он никогда не обращался с молитвой к братьям среди людей. Это таинство было не для их глаз и ушей. За спиной синтетика тянулся след, дорожка в свежевыпавшем снеге. Он уже знал, что Ультрас обнаружили аппаратуру, спрятанную внутри периметра вышек общинниками Башни. Как знал и то, что трогать её они не стали, оставили, как способ лить в уши подслушивающим дезинформацию.

Эти игры людей Тиза интересовали мало, да и вмешиваться в них напрямую он не мог. У Культа другие цели и задачи. Культисты были подобны паукам, что сплетают заново плоть разрушенной сферы миров. Они искали пути, искали способ уничтожить или изолировать яд, что выплёскивался на миры отражения ежемесячно. Люди в этом смысле могли, как помочь, так и нанести вред. Именно поэтому культ в последнее время стал обращать на них повышенное внимание.Новые войны и стычки лишь умножат горести, а взаимовыручка, братство, самопожертвование и понимание, наоборот, укрепят и внесут свой вклад в победу над энергией смерти.

Удостоверившись в том, что ушёл за пределы внимания наблюдателей посёлка Дикий, Тиз остановился. Из-под балахона культиста показалась четырёхпалая, массивная механическая рука, сжимающая чёрно-матовую сферу. Спустя мгновенье сферу прорезала идеально ровная трещина, разделившая устройство на две половины. Но и на этом трансформа не закончилась, обе половинки сферы разделились ещё на четыре части каждая и больше не удерживаемые рукой культиста, подобно рою насекомых воспарили в воздух и брызнули в стороны.

Эти дроны выступали глазами проповедника, его защитой от неожиданного нападения любой изуродованной импульсом твари. Словно мухи, которые использовали старатели Башни, «глаза морион» сканировали пространство во множестве спектров, но естественно являли собой гораздо более совершенную технологию, чем та, что находилась в руках общинников Приморьева.

Тиз шёл долго, его путь лежал к одной из брошенных и опустошённых деревень поблизости от Дикого. Путь был небезопасен, как и сама деревня. Отряды Ультрас изредка прочёсывали местность и почти всегда находили новых зверей и монстров, поселившихся на территории брошенных людских жилищ. Но контролировать подобные места каждый божий день было просто незачем, ибо там не оставалось ничего ценного.

Ещё на подходе к деревне культист перенаправил энергию, подпитывающую его тело на встроенный модуль маскировки. Поле преломления моментально скрыло его от обычного визуального обнаружения, а имитаторы гравитации позволили передвигаться не оставляя следов на снегу. Такой режим работы беспощадно выедал запас энергии плазменных батарей, но проповедник решил, что может себе позволить подобное расточительство.

Это его решение не смогло скрыть культиста от взгляда существа внимательно наблюдавшего за ним из брошенной деревни…

***

Я проснулся резко, омут кошмара выбросил меня из дрёмы и заставил широко распахнуть глаза. С раздражением отмечая, что моё тело покрылось липким потом, я прислушался к своим ощущениям.

Сон, дико реальный, полный чужих эмоций и образов. Только спустя минуту я понял, что не давало мне перестать думать об увиденном во сне кошмаре. Псионизм! Способность работала во сне на полную катушку и ИскИн это подтверждал. Такого не должно было случиться, но случилось. И теперь стоило разобраться, что происходит.

– Всем подъём! Занять свои места, приготовиться к взлёту!

Мрачная уверенность в том, что этот «сон» не имел ничего общего с обычным сновидением, только окрепла, пока ребята снимали мины и готовили катер к взлёту.

– Что случилось? – показалась Сойка, но я от неё отмахнулся, бросив скупое «всё потом!».

Я просматривал собственный слепок памяти и в нём взирал на мир чужими глазами. Нечеловеческими, полными сенсоров и гораздо более чувствительными, чем даже мои, прошедшие через слияние с мутагеном. И это уже не говоря о том, что вокруг чужака вились неизвестные мне модели дронов разведчиков числом около восьми штук.

Неизвестный спустился с холма к деревне, где его поджидала засада. Несмотря на то, что никаких следов этой засады видно не было, она не стала для культиста (а никем иным этот покрытый рунами синтетик быть не мог) чем-то шокирующим.

Изменённые бросились на него сразу со всех сторон, и проделали это на удивление синхронно, стоило только культисту углубиться в переплетение улочек деревни. Его реакция была предсказуемой, но удивительно быстрой и закипевший бой продлился не больше десятка секунд.

Взвизгнув сервоприводами, распрямились четыре механических щупа берущие своё начало на спине синтетика. Один из них, заканчивающийся насадкой с дуговым разрядником полыхнул голубой вспышкой и ударил по несущимся выродкам плетью электрического разряда. Два Строта семёрки оказались в зоне поражения, первый из них получил заряд такой мощности, что его тело лопнуло в хлопке кровавой пыли, а второй был задет остатками разряда, но и этого хватило. Его дымящаяся туша по инерции вспахала снег и замерла, чадя дымом и обугливаясь на глазах. Остальных, тем не менее, это ни капли не остановило.

Криг шестёрка спустившийся на улицу прямо по стене здания был отброшен назад прямым попаданием заряда плазмы превратившей его тело, в кучу горящей плоти размазанной по стене и утопающей в клубах пара.

Гудение фазовой пушки остановило и заставило биться в конвульсиях, целую группу низших выбежавших из соседнего двора одновременно с остальными. Я впервые видел действие подобной технологии в бою против изменённых и нужно признать был впечатлён, но и на этом схватка не закончилась.

Взорвавшийся чередой невероятно быстрых действий, превратившей его в ураган смерти, синтетик всё же подпустил одну из тварей на расстояние ближнего боя. Хват, девятка, прямоходящий, увитый мускулами и хитиновой бронёй, выломал забор и подобно вагону поезда попытался вломиться в культиста. Но тот и не думал отступать. Массивная туша, легко проломившая забор всем своим весом врезалась во вспыхнувший рубиновым светом энергетический щит.

Наблюдая бой глазами синтетика, я видел, с какой скоростью он обрабатывает входящую информацию и насколько быстра его реакция. Неизвестный кибернетический модуль высветил на теле Хвата уязвимые точки, и к ним тут же метнулась одна из четырёх механических рук закреплённых на спине культиста. Раз! Раз! Раз! – три удара, невероятно точных и быстрых, будто броски атакующей кобры. Одновременно с этим синтетик не останавливаясь, двигался по кругу, многократно превосходя своего противника в скорости.

Хват рухнул в снег спустя несколько секунд, с двумя прожженными плазмой дырами в черепе и одной в районе позвоночника. Мир на мгновенье замер, противники были повержены, а сам синтетик не пострадал. Но как раз в этот миг судьба преподнесла культисту ещё один сюрприз. Невидимая и мощная волна радиоизлучателя накрыла улицу, поразив синтетика в самую его уязвимую точку. Отказали механические щупы, моментально отключился щит. Кто-то использовал атаку измененных, чтобы ослабить культиста, воздействовать на его тело. И стоило этому произойти, немедленно атаковал РЭБ оружием.

РЭБ* (радиоэлектронная борьба) – разновидность вооружённой борьбы, в ходе которой осуществляется воздействие радиоизлучением на радиоэлектронные средства систем управления.

На этом запись обрывалась, «сон» закончился. Вот только я продолжал чувствовать незримую связь с этим неизвестным.

– Кэп! Ты чего залип?

Команда была уже в сборе, все смотрели на меня и в этих взглядах я видел немой вопрос.

– Приоритеты временно изменились. Сейчас продублирую в общий интерфейс слепок памяти. Смотрим, делаем выводы и озвучиваем свои мысли.

Пока перекидывал ребятам запись, поставил задачу ИскИну выдать прогноз. Псионизм не мог покрывать огромные расстояния, а значит всё произошедшие, случилось где-то у нас под боком, совсем близко.

ИИ выдал свою аналитику буквально через несколько секунд, безумно меня обрадовав.

– В слепок памяти попали окружающие синтетика дома, у нас есть название улицы. Я провёл анализ карты, и вычислил поселение. Примерное время полёта восемь минут. Точка отмечена.

После акции в посёлке Диком мы сменили положение катера, опасаясь, погони. Ещё ночью улетели подальше от общины и приземлились в небольшой лесной прогалине. От нашего местоположения на расстоянии в несколько десятков километров находилось два посёлка. Один из них мой ИскИн отметил как тот, в котором произошли события из моего видения.

– Это тебе кто-то прислал? – Татошка ещё не понял, что это Я видел глазами синтетика. Что этот слепок памяти МОЙ, а не присланный мне.

– Не важно, дублирую на карте метку. Мой ИИ уже вычислил посёлок.

Новички в нашем отряде были самыми исполнительными. Им сказали – они делают, без лишних вопросов. Загудели парамагнитные лопасти катера, это Самоха поднимал машину в воздух. А вот от «старичков» посыпались вопросы.

– Хренасе кадр! За секунды развалил целую кучу выродков! Это кто такой? Найд?

– Откуда у тебя эта запись?

– Что ты собираешься делать?

Куча вопросов вызывала раздражение. Никто из них ещё не сталкивался с культом. Не понимал, с чем имеет дело и кто этот покрытый рунами хер на записи. Да и о том, что я сам не совсем человек из всего отряда знала лишь Сойка.

– Группа внимание! Повторять не буду! На записи наш предполагаемый союзник и он попал в беду. Наша задача его вытащить. И да – он не человек. Остальные вопросы отставить. Можете задать их по прибытии в общину самому Кардиналу.

Я не мог бросить культиста. Но и рассказывать о культе всем… не тот сейчас момент, чтобы за десяток минут всё объяснить. Кстати о минутах…

– Сколько времени до подлёта к точке?

– Восемь минут. – Голос у нашего пилота был серьёзен и сосредоточен. Новичок мне определённо нравился. В отличие от балбеса Пирата, который схлопотал осколок в спину, рана не серьезная, но из «обоймы» на время этого рейда он выпал. А всё почему? Потому что упёртый баран надел чехол от бронника и вставил в него картонку вместо пластины, для вида. КАРТОНКУ!! Это он так меня обжулить хотел. Дескать, хрен тебе, а не двадцать процентов штрафа в общак за отказ от ношения средств защиты! Обхитрил, придурок… хорошо хоть с энергетическим щитом ничего не придумал, иначе бы у нас на руках был его труп.

– Что мы собираемся делать Найд? У нас есть план? – Татошка явно нервничал. Да и чего греха таить, я тоже.

– Дайте мне минуту.

Прикрыл глаза, расслабился в своём кресле. Вызвал срабатывание Псионизма и практически сразу ухватился за отголоски чужого разума. Он полыхал в моём восприятие путеводной звездой, ярче и чётче чем ребята моего отряда, сидящие в одной со мной машине.

Если бы я знал досконально, как действует мутаген, внедренный в мой организм, если бы я понимал что он из себя представляет на все сто процентов, наверняка я бы мог выжать из способности больше. Но по факту я напоминал ребенка, которому в руки сунули непонятную штуковину, чтобы отвлечь. Вроде интересно, но ни хрена не понятно.

Возможно, синтетик сам меня почувствовал и выступил инициатором этой связи. Быть может, он обладал схожей способностью. А может… одни предположения. Тем не менее, я его чувствовал, его сосредоточенность, и непокорность врагу дала мне сразу несколько образов. Заключённые в броню собирателей плоти фигуры, трёхэтажный дом с заваленной снегом крышей, пустое помещение, уходящая во тьму лестница…

Вынырнул из видения, задыхаясь. Кружилась голова и тошнило. Но вида не подал, медленно ждал, когда отпустит, а затем проговорил в канал группы.

– Нам будут противостоять собиратели плоти.

Глава 16. Повадки хищника

Сражаться с собирателями было безумием, я понимал это так же ясно, как и то, что рано или поздно это всё равно бы случилось. Все эти байки об синтетиках корпорации, да и личный опыт вопили о том, что они на голову превосходят нас во всём. Но мои бойцы не выглядели ошеломлёнными, сосредоточились, и это радовало. Я же ведомый интуицией буквально чувствовал, что иного пути у меня нет.

– Командир, у нас есть план? – Пилот не совсем понимал, что ему делать. Да и остальные тоже.

– Есть. Высаживаем Пирата на сплиттере. Прикроет издали, как сможет.

– Принято.

Пилот увёл машину вниз и правильно сделал. До посёлка оставалось всего ничего, ещё минута и возможен визуальный контакт. Самоха не стал сажать катер в снег, заставил его зависнуть в метре над землёй, после чего открыл задний люк.

Гудящий сплиттер лихо выскочил из кормы судна, неся на себе нашего снайпера. В кои-то веки Пират ничего не сказал, я видел, как он укололся стимулятором, так что ранение в область лопатки какое-то время не будет доставлять ему неприятностей.

Катер тут же рванул вверх и помчался над кронами деревьев, а я продолжал говорить на частоте группы.

– Кидаю в общий интерфейс скриншот памяти. Самоха и Шиша ваша задача вычислить по скрину дом, набрать максимальный разгон на подходе к посёлку и как можно ближе прижимая судно к земле доставить нас прямо к стене, борт стрелку пробить дыру, пилоту обеспечить высадку с правого борта. Ворвёмся туда нахрапом, иначе нас просто пощёлкают на местности, по правилам тактики с ними сражаться бесполезно. Штурмовая группа заходит в таком порядке: я, следом Татошка, замыкающая Сойка. Всем уколоть стимулятор, не жалеть собственных способностей. В руки взять РРБЗ, первый выстрел из разового заряда и только потом хвататься за основное оружие. Всем всё ясно?

Высадить отряд за пределами деревни и попытаться нагнуть собирателей, используя стандартные тактические приёмы было смерти подобно. Не факт что наши комплексы наблюдения покроют их навороченную маскировку, а вот приблуды синтетиков наверняка зацепят нас даже через прок генераторы. Так что надеяться на техническое оснащение, когда ты точно знаешь что у противника с этим лучше – не стоит.

Я выбрал другой путь, быстрый и нахрапистый штурм. Часть их группы в любом случае с пленником, а это узкие коридоры коттеджа, стеснённые условия в которых не очень-то поскачешь, используя преимущество в реакции и маскировке. А значит, именно там у нас есть шанс. Приму первый удар на себя, полагаясь на броню из ZT и энергетический щит. Разовый бронебойный заряд, чей двойной снаряд выталкивается из оружия парамагнитным импульсом, должен будет достать кого-то из выродков. Не может же их защита быть идеальной, просто не может. Если даже на ZT пули оставляют суровые вмятины (а это самая навороченная технология, не получившая распространения) то в броне собирателей и подавно должен быть свой предел. Взять хотя бы тонкий защитный костюм из X.ROM-17, что лёг в основу моего комплекта. Он крут, спору нет, но вовсе не делает владельца бессмертным и способным выдержать попадание очереди пуль в упор.

– Сорок секунд до высадки!

Скорость набрали такую, что меня вжало в кресло. – Самоха, после того как мы зайдём, валите нахер из зоны возможного поражения и ждите команды к эвакуации.

– Принял!

Сами сдохнем, так хоть может новички, живы останутся.

– Двадцать секунд!

Укола стимулятора я не почувствовал, зато эффект действия накрыл сразу. Встал напротив правого борта, ухватился за поручень. Ребята рядом, все молчат, но наверняка в ахере с того что мы собираемся сделать.

– Десять секунд!

Шумно выдохнула парамагнитная пушка под управлением борт стрелка, и следом ещё раз. Отдалённый грохот достиг ушей сквозь работу моторного отсека. Это Шиша отработал по стене коттеджа, катер же тем временем резко сбросил скорость, нас болтало, едва хватало сил удерживать себя в вертикальном состоянии.

– Высадка!

Время замедлило свой бег до неприличных значений. Бортовая дверь мееедлено откатывалась по пазам, освобождая мне дорогу. Бей или беги активированный в ту же секунду, насытил кровь диким коктейлем, который вступил в реакцию со стимулятором. Но вовсе не химия в моей крови стала причиной этого временного провала…

Старый знакомый, прародитель туманных охотников, тот под чьим взглядом я едва не поседел на вокзале после боя с бандитами, вновь пожаловал в гости. В отличие от прошлой нашей встречи нынешнее появление этой чудовищной силы проявилось резко, и настолько быстро нахлынуло отовсюду, что мой разум моментально был скован когтями ужаса. Ментальное давление на психику сопровождалось спецэффектами и масштабной галлюцинацией. Время остановилось, металлическая обшивка катера потекла в сторону, будто расплавленный пластик. Но не коттедж и посёлок были по ту сторону борта катера, а высоченный чёрный шпиль, сотканный из потёков чего-то напоминающего застывшую смолу.

Их тепло – наше тепло!

Я понял, что допустил ужасную ошибку. Нечто с той стороны всегда было рядом, оценивало, наблюдало. И этот бой… это решение кинуться в гущу схватки… оно не было моим. Чужой инстинкт, чужой образ мыслей, чужая охота. Вот чем было этот желание вступить в бой с собирателями. Когда я думал что инициатором связи с культистом, выступил сам культист или неизвестная грань моей способности – я ошибался. Всё это время тот, что наблюдает, был рядом. Прародитель стихийной охоты, нечто с той стороны пролома, чудовищной силы разум одним своим вниманием заставляющий меня трепетать.

Осознание того что я собственноручно привёл свой отряд на убой отбросило все остальные эмоции прочь. Идиот! Придурок! Не заметил влияния извне ещё там, во сне. Но зачем он проявил себя сейчас? Зачем дал мне почувствовать свой взгляд?

Вскипевшая в душе ярость заставила повернуть лицо к вершине чёрного шпиля. Туда, откуда на меня взирал невидимый и всеобъемлющий ужас. Я чувствовал на себе ошеломляющее давление чужих эмоций, но не находил в них злорадства или ухмылки плута, заманившего жалких смертных в ловушку. Кем бы ни было это существо, оно испытывало гордость, изнывало от мрачного предвкушения скорой охоты. И тогда я понял. Понял, что у нас есть шанс. Понял, кто я для этого неведомого нечто. Охотник! Дитя разлома! Тот, кто выпивает чужое тепло! Последний из детей, проникших в этот мир!

– ВАШЕ ТЕПЛО МОЁ!!!

Кричал кто-то другой, не я. Кто-то, чей голос ревел как у дикого животного, грохотал громом в наушниках, перемежался рыком вставшего на задние лапы медведя! Наваждение ушло, чёрный шпиль остался позади, и лишь взгляд хозяина, первого родича, прародителя – взирал на меня откуда-то сверху, понукая к действию.

Время ускорило свой бег, прыжок бросил моё закованное в железную чешую тело прямо в пыльный пролом, оставшийся на месте внешней стены коттеджа. Я чувствовал своих врагов, как никогда ярко, чувствовал из всех! Их тепло клубилось и порывалось наружу, источая притягательное сияние.

Первый из них был очень близко, за внутренней стеной дома. Он был сосредоточен, ждал, когда я со своей стаей прорвусь к нему, выбив дверь из узкого помещения, в которое меня привёл прыжок.

Уверен в себе! Хищник! Тем слаще будет победа.

Мои лапы, сжимающие странный вытянутый предмет привели его в действие. С глухим хлопком огненный росчерк ударил в стену. Первая его часть выбила солидный кусок стены и пробила преграду насквозь, вторая превратилась в жаркий луч и пронзила врага от плеча до плеча, уйдя куда-то ещё дальше.

Прародитель заурчал от удовольствия, я взвыл вместе с ним, празднуя первую жертву. Моя внешняя кожа полностью исчерпала свой ресурс, защитив меня от осколков стены и вспыхнув на прощанье голубоватым росчерком. Но мне было всё равно, я пришёл за жаром их тел!

Вслед за триумфом, горло сковала холодная ярость. Тепло исчезло! Обман! Ложь! Ловушка! Проломив хлипкую кирпичную стену и оказавшись над телом врага, я растерялся. Столь притягательное и яркое тепло исчезло, растворилось внутри туши поверженного противника.

Слишком многие сверкали ярким теплом поблизости, их тепло не сумеет скрыться, не сбежит! Я должен действовать быстрее!

Новая дичь оказалась гибкой и хитрой. Она сама пришла за моим теплом. Быстрая, невидимая для моих глаз, но выдающая себя ярко сияющим теплом своего тела, она оказалась на расстоянии удара в мгновение ока.

Янтарный коготь, горящий ледяным пламенем, устремился к моей груди вместе с ударом чёрной, тонкой лапы. Из глубин памяти всплыли чужие знания и слова – плазменный клинок! Но я и не думал отступать, за мной наблюдал прародитель. Поэтому вместо бегства я прыгнул вперёд, смазывая вражеский удар, ловя его на половине пути собственной грудью. Встречный толчок был страшен, меня швырнуло обратно и проволокло по полу. Но чешуя выдержала! Боль обжигала рёбра, металлический привкус собственной крови на языке дразнил и приводил меня ещё в большую ярость.

Коготь добычи сломался, его поглотила пламенная вспышка, раскидавшая нас в разные стороны. Моя чешуя оказалась крепче когтей противостоящего мне хищника, но он был упрям и живуч. Понимался с пола вместе со мной. Без страха, паники и ярости. Однорукий и обгоревший, он всё ещё представлял опасность, но в этот момент мне на помощь пришла стая.

Самка высунулась из пролома и голубыми плевками заставила ранившего меня хищника упасть на пол. Его тепло – её добыча! Зарычав от такой несправедливости, я бросился дальше. У меня украли тепло дважды, но внизу, там, куда вела лестница со второго этажа, было ещё два источника, два сияющих сгустка тепла. И их тепло – МОЁ!!!

Я бросился вниз мощным рывком, посчитав спуск по лестнице слишком обременительным и медленным. Они ждали меня, встретили плевками чего-то яркого и острого. Заставили взвыть от боли, когда острое проникло в руку и плечо, минуя чешую. Они тоже были быстрыми и прятались от моего взгляда, как и тот со сверкающим когтем в руках, чьё тепло теперь принадлежит самке.

Их сила раззадорила меня и заставила ускориться. Первые погибли слишком быстро, эти другое дело. Расположившись по разные стороны просторного холла, они были опасной добычей… и от того более интересной.

Стая шла по моим следам, удерживаемые в их руках предметы плевались гудящими росчерками света, что пронеслись через холл и заставили одного из моих противников нырнуть в проём ближайшей комнаты. Пламенный всполох подобный тому, которым я убил первую добычу, ушёл в том же направлении, сняв с меня часть нагрузки.

Дым, пыль, грохот, бесконечная череда плевков что носились, взад-вперёд дырявя стены, всё это заставляло меня выть и рычать от удовольствия. Прародитель радовался вместе со мной и от того меня захлёстывало чувство счастья и эйфории.

Стая наступала на пятки, ещё чуть-чуть и они заберут себе добычу. Нельзя! Моё тепло! Жалкое укрытие за мраморными колоннами холла, куда я ушёл диким прыжком от боли и острых уколов кусачей добычи, подарило мне несколько вздохов времени.

Я рванулся к тому, что был ближе, укрывался в просторном зале, отступая куда-то вглубь помещений. Этот беглец будто почуяв моё приближение, бросился навстречу. Он был крупнее остальных, его чешуя была массивной, а верхние лапы едва ли не толще моих нижних. И, несмотря на это он был быстрей и трусливей добычи, что погибла наверху. Побоялся укусить или ударить когтем, плюнул в меня из-за угла чем-то невообразимым, чем-то, что искривило воздух и, шибанув меня в грудь, бросило на пол.

Лапы перестали слушаться, потолок вращался, но боли не было. Мой враг появился из пыли, и я понял, что охота закончена, моё тепло сейчас заберут… Он плюнул мне прямо в голову чем-то раскаленным, и этот единственный тоненький плевок отключил моё зрение и заставил шибануться затылком о мрамор пола. Удар был страшным, куда-то исчез прародитель и его подстёгивающий взгляд. Я чувствовал, как по лицу бежит кровь и как медленно возвращается чувствительность моих рук и ног.

Вместе со взглядом из-за изнанки мира исчезла и звериная личность. Мои мысли больше не путались и не выливались во что-то инородно страшное. Я снова был человеком, истекающим кровью, лежащим за спиной у закованного в экзоскелет собирателя плоти.

Мой несостоявшийся убийца лупил в сторону лестницы скупыми выстрелами из импульсника и чего-то скорострельного, чей ствол был спарен с технологичным оружием. Группа так и не спустилась вниз, их зажали на парапете перед лестницей, прижали огнём. Как раз вот этот, укрывшийся за колонной собиратель и сковал все их действия.

Пока я раздуплялся лёжа на полу, видел, как ещё один собиратель перебежал из внутренних помещений к лестнице, пользуясь тем, что действия ребят скованны. Его маскировка сбоила, видимо выстрел кого-то из ребят зарядом РРБЗ всё же зацепил бойца корпорации.

Меня спас ZT. Выстрел малокалиберной плазменной пулей сломал бы мне шею, если бы я не лежал на полу и не шваркнулся об него затылком. Раскалённая плазма расплескалась по защитным сегментам маски, вывела из строя сенсоры в левой глазнице черепа, но сама защита не только выдержала, но и стала крепче. Ведь чем выше температура, тем крепче становиться ZT.

Тем не менее, защитные элементы из которых состояла маска, всё же помяло, как и электронику под ними, что-то распороло кожу на моём лбу и теперь кровь, текущая по лицу мешала дышать.

Способность Тромфоболия пока справлялась, не давала мне потерять сознание и сильно истечь кровью, дарила время к осознанным действиям как, кстати, и всё ещё работающий стимулятор.

Я знал, что времени мало, положение у ребят наверху плачевное. Они не могут видеть второго собирателя, который уже сближался на расстояние броска гранаты. Моя ушная гарнитура была выведена из строя, так что предупредить их я тоже не мог. Пришлось решать проблему самостоятельно.

Ошибка синтетика корпорации, который посчитал меня мёртвым, оказалась фатальной. Я поднялся за его спиной и, сняв с магнитных креплений на спине АСС, сблизился до полуметровой дистанции и очередью в полный магазин превратил его шею и голову в месиво. На таком расстоянии не работали энергетические щиты, а от нескольких десятков попаданий бронебойной энергетической пули его броня не спасла. Заняв место за колонной, возле которой содрогалась на полу закованная в экзоскелет туша, я швырнул в холл одну за другой две гранаты. Плазменную, и оборонительную-осколочную.

На некоторое время бой замер. Визжали осколки меж стен, вырывая куски отделки, бушевало пламя. В коттедже вовсю разошёлся пожар, от которого пока что спасал мой костюм. Обратившись к своей памяти, я понял, что покуда в моём разуме властвовал охотник, я чувствовал пятерых собирателей плоти. Трое были здесь, в коттедже, еще двое на улице. С началом штурма один из них проник в здание. А тот, что остался на улице… его тепло потухло, когда я спрыгнул в холл. Значит всё… минус пять… стандартная охотничья группа собирателей плоти, о которых ходило столько баек, в минусе.

Глава 17. На пороге

Из-за «убитой» гарнитуры мне пришлось орать, дабы ребята спускались. Пыльные, грязные, в покрытых копотью шмотках они перепрыгнули с лестницы в холл, минуя участок, где сгорел в разрыве плазменной гранаты один из собирателей.

От меня вышедшего из-за колонны шарахнулись, как чёрт шарахается от ладана. Сойка даже сделала характерное движение, будто хотела наставить на меня оружие, но передумала.

– Собиратели в минусе. – Мой голос хрипел из-под шлема, и приходилось кричать, чтобы меня услышали сквозь гудение занимающегося пожара и треска напольного покрытия под лужей раскалённой плазмы в холле. – Здесь чисто, нужно искать подвал. Раненые есть?

– Мы в норме Найд. У тебя не работает рация? – Татошка попятился, стоило мне сделать шаг в их сторону.

– Не работает, ты прав. – И видя их реакцию, добавил. – Всё в порядке?

– Мы не знаем, ты повёл себя странно. Кричал страшное и выл. Так что этот вопрос скорее к тебе, а не к нам.

– Я всё объясню, но сделаю это, позже… вы доверяете мне?

Ребята переглянулись и Сойка кивнула. – Хорошо.

– Тогда ходу! – Пришлось орать, чтобы они перестали просеивать окружающее пространство через рамки прицелов. Ведь в отличие от меня они не видели что все источающие тепло собиратели уже в минусе. – Татошка первым номером… Да опусти ты ствол! Сказал же чисто! Бери сканер, работай мухами, нужно найти подвал и не напороться на ловушку! Я вторым номером, Сойка замыкающая! Ходу! Ходу!

Я боялся, что пожар сведёт наш штурм в ноль. Ведь нашей задачей было не только победить, но и вытащить культиста из этой передряги.

– Чёрт! Рация совсем не пашет! Сойка, что с ребятами снаружи?!

– Катер попал под обстрел и получил повреждения. Шиша и Самоха живы, Пират вычислил стрелка и накрыл.

Вот значит, куда делось тепло пятого собирателя. Несмотря на то, что Пират был тем ещё балбесом, снайпер он всё же отменный.

– Передай ему, пусть двигается в посёлок и шманает убитого собирателя. Катер на ходу?

– На ходу, повреждения не критичные.

– Тогда пусть дуют к коттеджу, будем уносить ноги.

– Принято.

Пока Сойка передавала сообщения, пробежались по первому этажу коттеджа. Не знаю, кому он раньше принадлежал, но не удивлюсь, если какому-нибудь чиновнику или аристократу. Роскошный и здоровенный домина.

Ловушек не обнаружили, а вот вход в подвал – да. Здесь остановились, Татошка нырнул в проём неразлучный со своим сканером, а мы остались наверху. Здесь-то Сойка и заметила, что у меня по руке скатываются капли крови.

– Ты ранен?! Почему в интерфейсе не видно?!

– А хрен знает, почему не видно, у меня с первой минуты штурма ИИ не пашет. – И это было правдой, как только появился разум прародителя, он вытеснил интерфейс, и биотический блок до сих пор не перезагрузился. Хотя попытки такие были, дважды начинал работать и дважды тух, пока, наконец, не замер в каком-то убогом состоянии частичного функционала.

Сойка подошла ближе, буквально заставила меня дать осмотреть раны. – Охренеть пулевое! Ещё одно! Да ты кровью истечёшь!

– Не истеку, у меня навык пассивный есть.

– Заткнись придурок! – Вытащила тюбик с гелем, начала заливать раны. Зашипела сердитой кошкой. – Повернись! Да не так балбес! Воот… и плечо, и бицепс на вылет. Больно?

– Ни хрена. Стимулятор пока кроет.

Покончив с обработкой ран, она ткнула в сторону тёмных ступеней подвальной лестницы. – Пойдём, Татошка говорит чисто.

Подвал коттеджа был едва ли не больше самого дома, что ещё раз подтвердило мою теорию о состоятельности бывшего владельца. Снова объединившись в тройку, мы вошли в длинный коридор минус первого этажа.

– Нужно торопиться, если не хотим погибнуть в пожаре. Скоро наверху всё будет полыхать.

Ребята не ответили. Всем всё итак было ясно. Несмотря на то, что маска моего шлема сдержала выстрел плазмы, электроника под защитными элементами в большинстве своём пришла в негодность. Сенсоры работали только в одной глазнице, а фильтр перестал фильтровать запахи. Так что дурную вонь, я заметил первым. Пахло экскрементами и тухлятиной, сильно пахло…

– Тут будто зверьё держали. Воняет дерьмом.

А его тут и в самом деле держали. Комнаты для обслуги оказались переоборудованы в камеры забранные решёткой. Ныне пустующие, но продолжающие источать омерзительный запах.

– Что за хрень? Кого они тут держали? – Я не видел лица Сойки, но готов поклясться она сморщила свой красивый нос.

У меня не нашлось ответа. Зато он нашёлся у технаря идущего первым. – Взгляните.

Коридор упирался в местную столовую. Давным-давно из неё вытащили и сняли всё что можно, остались лишь штробы в стенах на месте демонтированных электропроводов и металлические платформы под синтезаторы пищи. И именно в столовой собиратели плоти оборудовали нечто среднее между хирургической операционной и рабочим уголком механика.

На двух столах лежали выпотрошенные изменённые. Мертвые, но плоть свежая, не подверженная разложению. На третьем столе живой низший. Хлопает белёсыми буркалами, уставившись в потолок, на нас ноль реакции. Почти человек, разве что черты лица поплыли и руки длинноваты. На черепе, напротив биотического блока видны следы хирургического вмешательства.

– Вот мерзость, чем они тут занимались? – Сойка вскинула автомат и одиночным выстрелом развалила голову низшего. Я было хотел остановить ее, но не успел.

– Зря, попала выстрелом прямо в биоблок. Могли вскрыть и сохранить картинку в слепке памяти. А наши уже бы разобрались что тут и как.

Девушка на это только пожала плечами. – Не сообразила.

– Найд! Кажется, я нашёл!

Татошка и в самом деле нашёл. Тело культиста выглядело совсем не так как в моём видении. И лишь руны на его кибернетическом теле не дали мне усомниться. Собиратели сняли с него одежду и… кажется разбирали? Ног, или чего-то на них похожего – нет. Из двух верхних конечностей осталась лишь одна, роботизированный комплекс из четырёх опасных щупов валяется в углу вместе с остальными «деталями».

– Он жив? – Сойка с удивлением рассматривала киборга.

– Хрен знает. Даже если и нет, мы всё равно его заберём. Татошка подхватывай детали, мы с Сойкой понесём культиста.

– Культиста? – Сойка повернулась ко мне. – Тебе многое нужно нам рассказать. Это ведь с ними ты встречался в яме? Это они спасли тебя?

– Да.

***

Мы покинули особняк через один из оконных проёмов первого этажа. Тут кстати обнаружили сигналку, по всей видимости, собиратели не афишировали своё пребывание в посёлке. На снегу не было никаких следов кроме наших, и тех, что остались после боя изменённых с культистом. Хотя и они были частично прибраны, видимо тот собиратель, что отработал по катеру, как раз этим и занимался в тот миг, когда мы пошли на штурм.

На Бульдоге с правого борта были сорваны два из трёх защитных экранов. Третий прочертила кривая линия, будто концентрированным лучом энергии прожгли металл. Но сам катер хоть и полностью исчерпал батарею энергетического щита, был всё ещё на ходу. Страшно представить, что бы произошло с нашим стрелком и пилотом сумей собиратель атаковать их повторно.

Пират уже был в катере и при виде нас охнул и кинулся помогать. То, что осталось от культиста, сгрузили в одно из кресел и пристегнули, уже открученные части его тела оставили в оружейке. Мне становилось худо, стимулятор ещё не попускал, но по мышцам бродили спазмы, и чувствовал я себя деревянным паралитиком.

Отдав приказ об отходе в Башню пилоту, пришлось терпеть суету всей группы вокруг себя. Под общие охи вдохи меня разоружили и помогли снять броню. Увидев свой шлем в форме черепа, я хмыкнул. Жесть… плазма застыла безобразной кляксой вокруг вмятины и залила глазницу. Все сегменты в толстом слое копоти. На голове обнаружилась сечка, не хилая такая шишка и ожог, да такой что волосы прикипели к коже. В-общем выглядел я – краше в гроб кладут. Но в кое-то веки я не профукал половину своего имущества и не лишился какой-нибудь части тела вроде глаз или тех же пальцев.

Тем не менее, больше всего пострадал вовсе не шлем. Я насчитал шесть… Шесть! Отпечатков от энергетических пуль в верхней части защитных элементов экзоскелета. А именно в монолитном участке, прикрывающем грудь и выгнутой пластине, что закрывала сердце и лёгкие со спины.

Когда вслед за экзой с меня стянули окровавленный комбез, ребята поменялись в лицах. Хотя ничего особо ужасного там не было, всё как обычно, чёрные гематомы и закрытые переломы которые я ясно видел во вновь заработавшем интерфейсе. Пока работал стимулятор, Сойка успела заштопать пулевые, потом разложили носилки, измазали меня всего мазью, которая должна была притушить болевые ощущения и подморозить травмы, ну а затем ввели два кубика сонника внутривенно, вырубившие меня наповал…

***

Пробуждение было странным. Я думал, продрыхну до самой Башни, но не тут-то было. К тому же у меня ничего не болело. Аккуратно присев на установленных в корме катера носилках я с удивлением осмотрелся.

Моё тело было чистым… в том плане, что совсем чистым. Ни синяка, ни царапки. Интерфейс снова не работал, но это была меньшая из странностей. С моего места было видно трюм с кучей сидячих мест. И он был пуст, ребята куда-то испарились.

– Эй, есть тут кто?!

Ни ответа, ни привета, тишина разбавленная работой моторного отсека. Ещё больший шок меня накрыл тогда, когда поднявшись, я проследовал в трюм и обнаружил что место борт стрелка и пилота тоже пустует.

Мы продолжали лететь, это было бесспорно. Сверкали панели управления в кабине пилота, сквозь стеклянные секции кабины ничего не было видно, за бортом раскинулась ночь. Работал моторный отсек, но внутри катера не было ни единой живой души.

– Здравствуй брат.

Прозвучавшая за спиной фраза покрыла спину волной мурашек. На несколько секунд я замер анализируя ситуацию, и обернулся лишь тогда, когда память узнала в голосе говорившего знакомые нотки. Механические, словно пропущенные через не самую стабильную частоту радиосвязи.

– Здравствуй Арк.

Сказал, плавно развернувшись на месте, и понял что ошибся. Вовсе не Арк Слышащий был моим собеседником. Единственной живой душой помимо меня был тот самый культист чьё наполовину разобранное тело было пристёгнуто к одному из кресел. Он больше не напоминал безвольную фигуру, смотрел на один из мониторов расположенных вдоль борта, живой и вполне себе в сознании.

– Ты не Арк.

– Естественно нет, но он в курсе того что со мной происходит.

Я подошёл ближе, сел в кресло у противоположного борта. Обвёл рукой окружающее пространство и спросил – Симуляция?

– Нет, не симуляция.

– Сон?

– Опять мимо.

На некоторое время воцарилась тишина, но после этой паузы, во время которой я во все глаза пялился на культиста, он вдруг повернул ко мне своё лицо и всё тем же скрипучим голосом спросил. – Вы следили за мной?

– Нет, узнали о боё в посёлке случайно. Как и о том, что тебя пленили собиратели. Затем был штурм, собиратели погибли, а мы выжили. Нашли тебя таким – я кивнул на его однорукое тело – в подвале коттеджа.

– Мы двигаемся в Башню? В ту общину, где ты живешь с людьми?

– Да. – Я кивнул, не видел смысла врать культисту. В Башне он должен стать гостем, а не пленником. Конечно, только в том случае, если лидеры общины не сглупят.

– Значит на то воля паутины вероятности.

– Значит так. – Я снова кивнул, потакая верованиям культиста. Не знаю, насколько он жив в реале, но мне лишние проблемы на борту не нужны. – Ты знаешь, что рядом с тем местом, где тебя поймали собиратели плоти, тоже живут люди?

– Знаю, меня, кстати, зовут Тизом Добрословом.

– Приятно познакомиться. – Я улыбнулся. – Ты узнал обо мне от Арка?

– Не совсем… молитва позволила мне узнать о тебе и общине людей в Приморьеве. Храм всегда отвечает на мольбы своих братьев.

– Храм. – Я покачал головой. – Загадочное место, я бы хотел там побывать.

– Ты уже в храме Найд. Оглянись вокруг.

Я покрутил головой, но никакого озарения на меня не снизошло.

– Честно, не совсем понима…

– Потому что ещё не готов. Тебе нужно совершить паломничество к криптам. Освоить молитвы. Возможно, тогда ты поймешь, что существа вроде нас с тобой всегда находятся под сводами храма. Он всегда рядом, достаточно протянуть руку и пожелать. Совсем не сложно.

– Легко сказать. – Я по-доброму рассмеялся.

– Сделать тоже легко, возможно я помогу, если паутина вероятности будет переплетать наши судьбы и дальше. А теперь… просыпайся лежебока.

«Просыпайся лежебока» было сказано голосом Сойки. От неожиданности я пару раз моргнул и увидел над собой металлическую обшивку потолка катера.

***

– Очухивайся помаленьку Найд. Как ты себя чувствуешь?

Лицо боевой подруги возникло перед взором. Похоже всё увиденное ранее и в самом деле было сном.

– Хреново, болит всё жесть.

Болело и в самом деле жёстко. Как-то раз я уже перегрузил своё тело способностью бей или беги, в этот раз ощущения были схожи. Нечего было и думать о том, чтобы встать. – Где мы?

– Подлетаем к Приморьеву, скоро будем дома.

– Мне нужен канал связи с Башней, как только приблизимся на достаточное расстояние и ещё… как там культист?

– Очухался вроде, Пират его караулит. Молчит, пялиться перед собой, на вопросы не отвечает.

– Хорошо.

Теперь главное чтобы в самой Башне не накосячили. Представитель культа должен стать гостем и союзником людей, а не пленником или того хуже врагом.

– Что произошло во время штурма?

Эх… вот неугомонная женщина. Другого момента найти не могла?

– Давай позже.

– Нет. Ты рассказал мне много странных вещей, и я тебе поверила. Я рассказала про Черепа ребятам, но остальные твои тайны храню.

– Я тебя не просил их хранить. Взваливая на тебя все эти знания, я хотел, чтобы ребята тоже знали.

Сойка передёрнула плечами сидя на коленях у моей лёжки и фыркнула. – Иногда ты такой балбес! Сам понимаешь, что о том, что ты какой-то там клон или как там эта хрень… биотик? Им знать не обязательно.

– Возможно, ты права. Но я не хочу им врать.

– А ты и не ври, просто у каждого человека должно оставаться что-то личное. У Пирата есть секреты, у меня, у тебя, и это нормально. Но если уж вывалил на меня своё нижнее бельё, будь добр и дальше быть откровенным.

Отмазаться и отложить разговор никак не выходило. Сойка вцепилась в меня как клёщ, хрен выкрутишься.

– Всё дело в мутагене. В том мутагене, что получен из тела туманного охотника. Во время штурма во мне словно вторая личность появилась… я не знаю, как объяснить, чтобы ты поняла.

Сойка посмотрела на меня с печальной улыбкой и положила руку на моё плечо, не задетое ранением. – Меня интересует только один момент. Скажи мне честно, то, что там случилось, может стать угрозой для команды или других людей?

– Для отряда точно нет. Я ощущал себя какой-то странной помесью зверя и человека. Но даже находясь в таком состоянии мои мысли об нашей группе… я считал вас своей стаей.

– Стаей.

– Ага.

Разговор пришлось прервать, мне на выручку пришёл Самоха. Голос пилота раздался из динамиков и произнёс. – Подлетаем к зелёной зоне.

– Мне нужен канал связи, ты помнишь?

– Сейчас будет. – Девушка кивнула и ушла в сторону кабины пилота.

Через половину минуты в своей здоровой руке я сжимал беспроводную гарнитуру рации связанную с аппаратурой на катере.

– Чёрный рыцарь вызывает башню, приём!

– Башня на связи. Слышим вас хорошо чёрный рыцарь. Приём.

– Мне на канале нужен Кардинал, передайте ему, что дело срочное. Приём.

– Принято, ожидайте.

Кардинал заставил меня понервничать. Мы уже заходили на посадку, когда он соизволил ответить.

– Башня вызывает Чёрного рыцаря, Найд ты ещё на связи? Приём.

Я сразу узнал его по голосу и затараторил в микрофон. – Слушай внимательно, задание выполнено, станция установлена и замаскирована возле посёлка Дикий. Но самая главная новость не в этом, у меня на борту раненый культист и я хочу, чтобы его встретили как гостя. Приём.

Мне показалось, или на том конце нашего разговора кто-то поперхнулся? Но нужно отдать должное, Кардинал быстро взял себя в руки.

– Я тебя услышал. Что-то ещё?

– Нет, всё коне… хотя стой! Медиков пошевели там, у нас есть раненые.

– Будет сделано Найд, и ещё… вы молодцы. Конец связи.

– Конец связи.

Глава 18. Решение

Прошло несколько недель после нашего возвращения в общину. Грянул импульс, Тизу предоставили в распоряжение здоровенную мастерскую, в которой он собственноручно восстановил своё «тело». Из посёлка Дикий прибыло посольство и стоит ли говорить, что вся Башня, вот уже который день стояла на ушах.

Я вышагивал по центральному туннелю жилого сектора, в чёрной униформе КВР, корпуса внешней разведки. На моём погоне, расположенном напротив сердца, блистали серебром три капитанские звезды. На воротнике орден «За храбрость», старый, отлитый ещё в империи. Где его достали люди Кардинала – ума не приложу. На рукавах знаки отличия. Череп на фоне чёрного щита это дань уважения названию группы, которая стала фундаментом для корпуса внешней разведки. Ну и собственно восходящее солнце на фоне Башни, шеврон обозначающий принадлежность к нашей общине.

Со всей массой своих ранений я несколько отстал от жизни. Например: окончательное формирование корпуса внешней разведки, принятие официальной формы, награждение нашей группы и прибытие в общину посольства я благополучно пропустил. Лишь Сойка, с которой наши отношения неожиданно потеплели, не давала мне пропустить все важные новости. Проводила со мной кучу времени, пока я валялся в медицинском секторе, и надо же, её туда даже пускали. Что говорило о высоком доверии Кардинала к нашей группе.

Двери высокой политики для меня и моей группы были закрыты. О чём Кардинал тележит с гостями из Дикого, нам было неизвестно, но само то, что они у нас задержались, настраивало на позитивный лад.

Я топал прямиком из административного сектора, где Кардинал пристегнул к моему воротнику орден.Погон капитана, назначение на должность и форму, я получил из рук какого-то вояки еще при выписке, как и приказ незамедлительно явиться на награждение. Стоит ли говорить, что информационный отдел общины освещал данное событие, и моя рожа в чёрном берете, красовалась в новостной сводке. Люди пялились на меня и мою форму, а я сгорал со стыда. Переоделся бы в гражданку да ребята настояли, чтобы после награждения я при параде припёрся в бар к Голливуду.

Отдельно стоит упомянуть о статье и роликах, которые гуляли последние дни по сети общины. Нашу победу над собирателями не обсуждал только ленивый, и ладно бы рассказали всё как есть… но, по словам тех, кто жонглировал из закулисья общественным мнением, мы одержали победу едва ли не над втрое превосходящим противником. Причём зрителю после просмотра этих новостей было непонятно, сколько было нас и сколько собственно этих «втрое превосходящих». В-общем, посмотрев эти новости, самое меньшее, что я испытывал – чувство испанского стыда.

После награждения Кардинал огорошил меня очередной новостью. Дескать, подразделение себя хорошо показало, нужно наращивать возможности и делиться опытом. Соответственно, будут сформированы ещё пять групп из наиболее ловких и хорошо себя показавших парней и девчонок, задействованных по плану Экспансии. В-общем всех тех, кто уже успел понюхать пороху и имел какой-никакой послужной список деятельности вне зелёной зоны.

На мой вопрос – а чем будет заниматься подразделение, сформированное из группировки старателей? Кардинал только рукой махнул, сказал, что всё уже решено и мне не стоит занимать голову посторонними вещами. Ага, не стоит. Опять какую-то муть задумали, а мне «не стоит»…

Пришлось узнавать у Сойки и оказалось, что она вполне себе знает что происходит. Если наш корпус занимался внешней разведкой, то бывшие старатели снова прошли реорганизацию и теперь формируют экспедиционное подразделение, вернее силовую его часть. А это значило, что Кардинал планирует захват новых территорий на серьёзном удалении от Приморьева. Амбиции и желания лидера Башни конечно не новость, я итак знал, что он желает вырваться из Приморьева. Но если честно не подозревал, что руководство общины будет продолжать форсировать события. Всё-таки вот-вот потеплеет, а тёплое время – опасное время.

Незаметно за размышлениями прошёл блок посты и оказался в гостевой зоне. Бойцы на контрольно пропускных пунктах, кстати, дело своё знали. Ни моя форма, ни узнаваемая желтоглазая рожа не стали для меня пропуском на другую сторону аварийной заглушки туннеля, что отделяла жилой сектор общины, от гостевого. Проверили, как и всех – досконально и придирчиво, и только затем пропустили.

Гостевой сектор с последнего моего посещения изменился в лучшую сторону. Больше патрулей на улицах, центральные туннели прибраны и не захламлены мусором. Все забегаловки и лавки перекупщиков выдворены из основных туннелей, куда вместе с ними утопала и разная агрессивная, вечно пьяная клиентура.

Бар Голли все эти новшества не затронули, он всё так же стоял на своём месте. Шум массы голосов и тихая музыка, ни каких криков и ругани. Я шагнул в проём входа, по привычке прикрыл глаза, чтобы не ослепнуть от подвешенной тут лампы и моментально оказался окружён запахами пищи.

– Желтоглазый! Давай сюда!

Пират уже наподдал. Глаза блестят, движение расхлябанные. Помахав рукой владельцу бара и поприветствовав его, я отправился к нашему столику.

– Будешь называть меня желтоглазым я в ответ стану звать тебя кривой харей.

Народ засмеялся, здороваясь со мной за руку. Тут были все, Шиша и Самоха, Пират, Сойка и Татошка. Бар кстати тоже претерпел изменения. Стены покрашены, вместо исцарапанных столиков и шин-стульев, теперь хорошая и добротная мебель под дерево.

– А форма тебе идёт. – Сойка улыбнулась и обратилась ко мне, когда стихли первые поздравления, а я уселся за стол.

– Тебе тоже.

Мы поцеловались, лёгкое касание губ, как в рамках приличий на людях целуется любая пара, приветствуя друг друга. Народ загудел, но от шпилек в наш адрес удержался даже Пират.

Ребята выглядели празднично, на всех новенькая форма, похоже один я парюсь из-за такого официально-парадного вида. Не только у меня на воротнике поблескивает орден. У Сойки «за храбрость» и насколько я понял, им наградили всех тех, кто непосредственно шлёпнул собирателя, у Пирата такая же. Остальные – пилот, технарь и борт-стрелок, получили по серебряному имперскому орлу, чьё оперение отливало красным, а сам наградной знак крепился справа к воротнику. Сам по себе такой орёл как знак качества, говорящий всякому, что перед ним специалист своего дела, хорошо освоивший вверенную ему должность. А красная окантовка на крыльях наградного значка говорит знающим людям о том, что награда получена специалистом за действия в боевых условиях.

Остаток дня прогудели в баре. Обошлось без эксцессов, несмотря на всю мою нелюбовь к алкоголю я даже пропустил пару рюмок, сдавшись под давлением общественного мнения. Стол ломился от яств, Голли расщедрился на натуральные продукты, в основном консервированные рыбу и мясо, а так же фрукты, так что я набил брюхо за троих. Владелец бара присоединился к нам ближе к вечеру, припёр с собой кальян и настольную игру. Так что нам было, чем заняться, когда все наелись и расслабились под действием алкоголя. Наш отрядный снайпер оказался очень умел в обращении с гитарой, и голос у Пирата был тоже что надо. Остаток вечера просидели, слушая его песни, разошлись за полночь. Сытые, довольные, и немного уставшие от еды и шума.

Сойка в эту ночь осталась со мной.

***

– Ознакомься.

На стол передо мной хлопнулась папка полная столь редкой по нынешним временам бумаги.

– Что это?

– Это информация собранная Дочей по Вяземскому, плюс твоё новое задание и план операции.

В сектор ОВБ меня вызвали не свет ни заря. Никакой информации на ППК, никаких файлов. Прочитать, запомнить, слепки памяти формировать строжайше запрещено.

– Прежде чем я начну читать, не обрисуешь вкратце ситуацию?

Шило кивнул, толстяк заметно сдал в последнее время. Тёмные круги под глазами, сбросил килограмм пять не меньше. Глаза краснючие.

– Вяземский не пуст. У нас нет информации ни по количеству людей в общине, ни по их техническому оснащению, но косвенные улики как одна указывают на то, что община в Диком для отвода глаз.

– Вы хотите, чтобы я узнал, так ли это?

– Нет. – Шило покачал головой. – Это уже не твоя забота.

– Тогда что?

– Люди Вяземского называют себя Ультрас. Знаешь почему?

От удивления мои брови взлетели вверх. – Индивидуальные модификации без всякой меры?

– Мера есть. – Шило впервые с самого начала разговора улыбнулся. – Они придумали для себя определённые правила, но сейчас не об этом. Главное в чём они нуждаются так это сырьё, очень много сырья для последующей переработки и синтеза.

– И? – Я не очень понимал, причём здесь я, и какое отношение к торговым сделкам может иметь мой корпус.

– Единственные богатые источники ресурсов это города ульи. Куча этажей вниз, куча этажей вверх, сотни тысяч тонн разного хлама на переработку, не говоря уже о полезном имуществе.

– Наше задание как-то связанно с Солнечным?

– В точку. Мы заключили с ними соглашение на поставку ресурсов, но сам понимаешь, если мы не приберём к рукам Солнечный, они рано или поздно сделают это сами.

– Какие ещё соглашения были заключены?

Шило рассмеялся. Я задал, казалось бы, невинный вопрос, но поделиться со мной не хотели. Дескать, не твоего ума дело. Ну и ладно, потом разберусь.

Безопасник, тем не менее, что-то разглядел в моей реакции и ответил, стерев с лица улыбку. – Ничего по твоему заданию Найд. Ни косвенно, не на прямую.

– Ясно. Что-то ещё?

– До тебя доходили слухи о появлении четырёх групп культистов на границе зелёной зоны?

– Нет, не слышал ничего подобного.

– С утра, в тот день, когда вы доставили к нам Тиза, одновременно с четырёх направлений появились группы культистов. По двадцать два бойца в каждой, показались на глаза и исчезли.

– И всё? А как сам Тиз прокомментировал это событие?

– Сказал, что братья обеспокоены.

Я нахмурился. – Демонстрация силы?

– Похоже на то. Нам показали, что если обидим их проповедника, будет ответка. Кстати тебе нужно с ним встретиться, скоро он покинет нашу общину.

– А что так?

– Говорит ему на смену придёт голос культа. – И видя моё непонимание, цокнул языком. – Не спрашивай, я сам не понимаю, что он имеет ввиду.

– Это всё?

– Да, ознакомься с планом, выскажи соображения.

Я открыл папку и взялся читать. Мне предлагалось взять под контроль пятёрку только формируемых групп моего корпуса и отправиться к Солнечному. Две оставить в резерве, моей и ещё трём закрепиться рядом с городом. Первая задача – оценить плотность изменённых и мутантов в городской черте, выяснить есть ли выжившие. В конце разведывательных мероприятий, возможно, придётся накрыть город Составом-71, сиречь вирусом. На всё про всё даётся две недели после следующего импульса. Второй этап подразумевает встречу экспедиционного корпуса, закрепление внутри города и разведку приоритетных точек. Медицинских клиник, складов, производственных зданий, заводов, цехов. Стало быть, содействие экспедиционным силам и формирование общего штаба.

– Не пойдёт, есть замечания. – Многое в этом плане вызывало у меня вопросы, и попросту говоря, не устраивало.

– Я слушаю. – Глава ОВБ был весь внимание.

– Зачем две недели рыскать там, подвергая людей опасности и затягивая дело?

– У тебя есть решение получше?

– Конечно. – Я хмыкнул. – Нужно сделать бадабум.

– Не совсем по…

– А чё тут понимать-то? Хотите оценить плотность изменённых? Ну, давай поднимем шум, они сами вылезут из всех щелей. Зачем тратить две недели, если эти данные можно получить за сутки?

– А если там есть выжившие? Такие же, как и мы. Ты понимаешь, что твой бадабум может стать причиной их вымирания?

– Если сделаем всё по уму, то не станет. Поднимем шум в нескольких районах, если есть гнёзда, они очухаются и полезут наружу. Зафиксируем плотность этих тварей, а затем устроим шум где-то на окраине, пускай стекаются туда. Заодно можно будет состав-71 применить, если увидим, что в этом есть необходимость и никаких выживших в городе нет. Один день Шило, не неделя, ни две, один день перед самым импульсом.

– Как ты узнаешь, что в городе нет людей?

Вопрос был не в бровь, а что называется в глаз, но и на него у меня был заготовлен ответ.

– Никак. Вспомни, что было в Приморьеве, когда гнёзда полезли наружу. Общины сражались, и в Солнечном отреагируют на подобное восстание так же. Ну а если реакции не будет, тут уж ничего не попишешь, либо людей так мало что они не могут вступать в открытое противостояние, либо их вообще нет. Но согласись, маленькую группу и её следы в огромном городе улье мы можем месяцами искать. Если вы готовы растянуть операцию на такой долгий срок… я подчинюсь.

– Ладно. – Шило забрал папку к себе протянув к ней руку и протащив по столу. – Поговорю с Кардиналом сегодня на совещании, твою точку зрения учтём.

Я хмыкнул. – А с чего ты вообще даешь мне задание? Разве не Кардинал лично курирует меня и мой корпус?

– Он занят, много времени проводит с культистом. Да и Мать вышла из комы, после ЧП в лаборатории.

– Ясно, я могу быть свободен?

– Давай. К Тизу зайди. Мои тебя проводят.

– Хорошо.

Я вышел из вотчины ОВБ с одним из серых мундиров, точнее с одной из них. Меня сопровождала женщина, один из офицеров службы внутренней безопасности. Не молодая, уже за сорок, со мной не разговаривала, да и я не стремился наладить диалог. Сказала лишь, что Культист находится в производственном секторе, куда мы собственно и направились.

В мою голову лезли разные мысли, но большую часть из них я откидывал как несвоевременную. Храм, и это видение во сне, загадочные слова Тиза об устройстве Храма и моём непонимании… всё это пробуждало любопытство и желание разобраться в вопросе, но сейчас было не до того.

Дела Башни не отпускали, даже сейчас, когда я был в общине. Сегодня-завтра ко мне начнут стекаться люди направленные Кардиналом в наш корпус, с разным опытом и разными характерами. Их всех нужно как-то организовать и приставить к делу, попутно создав такую ситуацию, в которой всё не полетит к чертям в самый ответственный момент. За жизни всей этой толпы я буду в ответе.

Пройдя в производственный сектор через очередной пункт досмотра, я едва ли не сразу отметил мастерскую Тиза. Она располагалась на втором ярусе низинной улицы, а вычислил я её ещё на подходе, благодаря маячившим там бойцам из охраны лидера общины.

Сначала я подумал, что Кардинал выделил свою охрану для Тиза, но всё оказалось проще, лидер общины лично присутствовал здесь в данный момент. Как к слову и Мать, глава научного отдела лишь недавно вставшая на ноги, после происшествия в одной из своих лабораторий.

– На ловца и зверь бежит. – Когда меня пропустили в мрачное вытянутое помещение мастерской, Кардинал шагнул навстречу и пожал руку. – Заходи. Только от Шила?

– От него.

– План мероприятий смотрел?

– Смотрел, но завернул на доработку по нескольким моментам.

– На совещании гляну.

Пока мы перекидывались фразами с Кардиналом, я встретился глазами с той, что звали Матерью. Она стояла в отдалении, рядом с культистом повёрнутым ко мне спиной. Тиз и в самом деле восстановил своё тело. Сейчас он был похож на самого себя из моего первого видения. Замотанный в тряпки старик с железным посохом в руках и горбатой спиной. Мать кивнула, приветствуя меня, я ей ответил таким же кивком. Кардинал в это же время потянул меня вон из ангара, с формулировкой «на пару слов».

– Поговоришь с Тизом, всё сказанное под запись. Если будут какие-то важные крохи информации немедленно со мной на связь!

– Оно и понятно. – Я улыбнулся. – Заинтересовал тебя культист?

– Очень! – Глаза лидера общины выдавали его с головой. Он был похож на ребенка, который коснулся чего-то донельзя интересного.

– У меня есть вопрос, а Шило молчит и обламывает меня с информацией.

– Какой вопрос? – Кардинал нахмурился.

– Безопасник сказал, что община в Вяземском – Ультрас, и что вы заключили договор на поставку ресурсов.

– Всё верно. А в чём вопрос-то?

– Мы им ресурсы, а они нам что?

Кардинал рассмеялся. – А ты сам как думаешь? Они же Ультрас! У них там кибернизация, по словам посла, чуть ли не на поток поставлена. И кроме того у них есть то, о чём мы даже мечтать не могли. Они могут потреблять заражённую пищу!

– Да ладно…

– Ага, жрут мясо мутантов и в ус не дуют. Там конечно тоже пища определённую обработку перед употреблением проходит, но продвинулись они очень далеко. Так что мы им ресурсы, а они нам технологии. Если всё пойдёт так как надо, мы сможем починить уцелевшее оборудование на продуктовом заводе и на этом не остановимся. Только представь перспективу. Выращивание заражённых, мутировавших культур, последующая обработка и употребление в пищу без последствий. И это ещё не говоря о трансплантации синтетики, взамен удалённых хирургом мутировавших тканей, а процент этих мутаций уже не мал, особенно среди патрульных.

Пока говорили снова зашли в мастерскую. Тиз меня заметил, отвесил краткий поклон и вместе с Матерью двинулся в нашу сторону.

– Думаешь путь Ультрас, это единственный путь для всего человечества?

Прежде чем Кардинал ответил на мой вопрос, по его лицу пробежала мрачная тень.

– Это было бы для нас ужасной участью продиктованной желанием существовать в любой форме несмотря ни на что. Я смею надеяться, что до этого не дойдёт.

Мать улыбнулась мне, поздоровалась и засобиралась на выход. Кардинал естественно вместе с ней. Через какую-то минуту я остался одни на один с Тизом в его мастерской.

Он поманил меня за собой одной из своих механических рук вглубь помещения. Там, окружённый верстаками и различным инструментом высился недоделанный постамент, уже частично покрытый рунами.

– Я уже видел подобное. В вашей крипте на дне ямы. Тут будет то же что и там?

– Крипта… да. – Голос культиста скрежетал механическим лязгом. – Будет что показать Кардиналу. Он должен понять, что такое сфера отражений.

– Мне сказали, что скоро ты уйдёшь.

– Это так, но взамен сюда явится голос культа.

Я подошёл ближе к постаменту и зафиксировал в памяти биотического блока новые руны. Моя рука скользила по стенке сооружения, постоянно натыкаясь на оплавленные края вырезанных здесь знаков.

– Что такое «голос культа»?

– Тот, кого ты знаешь как Арка Слышащего – жрец. Он сталкивался с силой разлома и подчинил себе её часть. В этом вы похожи, его нейросеть тоже полыхает чуждой силой. Он бродит там, где другие не могут, слушает, наблюдает, запоминает. Он уши культа, он позволяет храму слышать.

– Значит, «голос культа» это жрец, кто говорит от лица храма?

– Нет, не от лица храма и не жрец. Храм говорит устами этого брата.

На такой ответ я лишь покачал головой «Храм говорит устами этого брата» ну охренеть не встать, как всё ясно! И как я блин сам не догадался!

– Куда ты пойдёшь?

Тиз в это время решил продолжить работу. Один из щупов на его спине распрямился, раскалённая плазменная дуга затрещала в воздухе, и через секунду заскользила по краю постамента, вырезая новые руны.

– Я много времени провёл среди людей, нужно очистить разум и вспомнить, кто я. Хочу попрощаться с другом в людской общине у трёх озёр, а затем уйти в паломничество.

– Это твоё паломничество… где его конечная точка? Храм?

– Храм? Нет, я хочу снова увидеть место, в котором был дважды рождён и посетить новые крипты культа.

«Дважды рождён» я мало что понимал из того о чём говорит культист, но зато я запомнил что он предлагал мне помощь в том видении на борту катера.

– Я могу отправиться вместе с тобой?

– Если пожелаешь.

Если пожелаю… Так просто и сложно одновременно. Столько дел, капитанские звёзды давят на грудь, ответственность за людей, обязательства, Сойка…

Прищурившись, я глянул на бесстрастное лицо-маску Тиза и принял решение.

Content

Даниил Тихий
Поступь потерянных душ IV: Культ

Глава 1. Сфера миров

Глава 2. Разговор

Глава 3. Корица и мёд

Глава 4. Пересечения событий

Глава 5. Некромеханика

Глава 6. В преддверии мрака

Глава 7. Выверты фарта

Глава 8. Фауна мёртвого города

Глава 9. Благими намерениями вымощена дорога в АД

Глава 10. Кузнец своего счастья

Глава 11. Группа внешней разведки

Глава 12. Вылет

Глава 13. Вяземский

Глава 14. Переговоры

История Ультрас

Глава 15. Доброслов

Глава 16. Повадки хищника

Глава 17. На пороге

Глава 18. Решение