Татьяна Зинина

Мираж для Белого Сокола

…Её гнали ветра неистово,

Её тела касалась плеть.

Она сердца искала чистого…

Свою душу стремясь согреть.

Она видела мало хорошего —

Ей бы память свою стереть.

Всеми близкими была брошена…

Но смогла найти силы взлететь!

Под крылом у Белого Сокола,

Под покровом ночной темноты,

Она правду искала. Только вот,

Вдруг нашла претворенье мечты…[1]

Пролог

Она бежала…

Так быстро, как только могла. Так стремительно насколько были способны нести ноги. Она мчалась по мрачному коридору, освещённому единственным магическим светильником, и желала сейчас только одного — успеть. Но за спиной всё громче слышался топот ног стражников, которые вот-вот должны были показаться из-за угла. Девушка как раз вбежала какую-то тёмную комнату и вдруг увидела Сита.

— Ориен! — выкрикнул он, стоя в проёме распахнутого окна. — Прыгай за мной, иначе поймают!

И не дожидаясь её ответа, мигом сиганул в чёрный провал. Девушка резко остановилась и уже хотела последовать за ним, но тут с громким хлопком распахнулась боковая дверь, и в комнату вбежали сразу несколько мужчин в чёрной форме со светящимися серебристыми нашивками на груди.

Благо в этой темноте они не успели её заметить и, оказавшись внутри, сразу же рванули к окну. Но именно это позволило напуганной девушке отступить назад и скрыться за одним из стоящих здесь кресел.

— Двое — вниз, — скомандовал холодный голос того, кто, судя по всему, руководил сегодняшней облавой. — Остальные — прочесать дом. Я чую, что уйти успели далеко не все.

— Будет исполнено, — тут же отозвался один из стражников, после чего весь их небольшой отряд отправился на поиски.

В темной гостиной остался только один мужчина, к тому же одетый не по форме, но Ориен даже теперь ни за что не рискнула бы высунуться из своего укрытия. Сейчас ей было так страшно, как никогда в жизни.

Всё же, соглашаясь помочь Ситару в этом пустяковом, по его словам, деле, она даже не подозревала, что они могут вот так попасться. Да и не сказали ей, что своим вмешательством они нарушают закон. Сит… гад этакий, прекрасно знал, что она не согласилась бы пойти на преступление, поэтому и соврал, будто им заплатили за розыгрыш. А Ори поверила, хотя чувствовала в его словах фальшь.

Он ведь прекрасно знал, что Ориен может видеть магическую энергию, что с её помощью можно не бояться нарваться на ловушки магов, да и обойти защиту при желании не проблема, вот и уговорил её отправиться с ним. И она, дура, поверила. Провела его самого, да и всех дружков-подельников мимо защитных плетений окружающих дом. И вот он итог. Теперь никто не поверит, что она оказалась здесь случайно, что не преступница… что не собиралась ничего красть.

В комнату вернулся один из стражей и, остановившись перед человеком в сером костюме, вытянулся по струнке.

— Разрешите доложить, — начал он, но его тираду остановили одним лёгким жестом руки.

— Скольких удалось задержать? — спокойно поинтересовался тот.

— Троих, Ваше Высочество, — поспешил отчитаться подчинённый, и тут же добавил: — Один ушёл через окно.

— Их было пятеро, — задумчиво протянул мужчина в штатском и подошёл к распахнутому настежь окну, за которым тёмнота ночи разбавлялась тусклым светом луны.

Ори напряжённо следила за его перемещениями и теперь даже дышать старалась через раз, боясь, что он может её услышать. Почему-то она не сомневалась, что во всём отряде стражников именно этот человек является наиболее опасным. Она чувствовала в нём мага, причём очень сильного, оттого дрожала ещё больше.

В лунном свете его силуэт показался ей странно притягательным, будто он был каким-то сказочным героем. Его светлые волосы оказались стянуты на затылке в аккуратный хвост, а светлая ткань пиджака прекрасно подчёркивала аристократический разворот плеч и идеальную осанку.

— Пятеро… — повторил этот мужчина, и вдруг повернул голову в том направлении, где в тени пряталась до жути напуганная девушка.

В то же мгновение она поняла, что попалась. Вот так глупо.

Он медленно и будто нехотя пересёк комнату и остановился перед сжавшейся в комок Ори. Она же смотрела в его лицо и никак не могла унять жуткую дрожь в руках. Сейчас ей казалось, что собственное тело ей больше не подчиняется. Что её нервы натянулись настолько, что ещё немного и сдадут окончательно. Что ещё мгновение, и она просто не выдержит.

— А вот и наш пятый, — проговорил он, переплетая руки перед грудью, и выглядел при этом таким расслабленным, будто не сомневался, что она ему навредить не сможет.

Ориен же, поражённая его самоуверенностью, вдруг поняла: ждать чуда глупо. Нужно срочно бежать к окну, пока это ещё возможно. Времени на раздумья у неё уже не осталось. Ведь будто сама Судьба давала ей этот единственный последний шанс спастись.

И тогда, резко поднявшись, девушка метнулась в сторону, а затем, обогнув всё такого же расслабленного мужчину, ринулась к тёмному провалу за распахнутыми стеклянными створками. Но уже на третьем шаге вдруг почувствовала, как нечто горячее оплетается вокруг её ноги… и тут же упала, едва успев выставить перед собой руки.

— Нет, дорогуша, — послышалось за её спиной. — От меня так просто не сбежишь.

Теперь в его голосе отчётливо проскальзывали холодные угрожающие нотки. Наверно именно поэтому она и не рискнула больше двигаться. Просто обречённо выдохнула и опустила голову на деревянный пол.

А в следующее мгновение её дёрнули за куртку и поставили на ноги, как какого-то неразумного котёнка.

— Девушка, — сказал этот светловолосый тип, подходя к ней и останавливаясь прямо напротив. — Совсем молодая. Глупая, зачем же ты во всё это влезла?

— Я не знала… — прошептала Ори, отчаянно мотая головой. — Меня обманули…

— Не самая удачная отговорка, — всё так же спокойно сказал этот высокий надменный аристократ. Затем щёлкнул пальцами и над потолком одновременно зажглись несколько магических светильников.

Вот теперь Ори смогла рассмотреть его во всех подробностях, да только сама была этому не рада. Но и он тоже смотрел на неё с настоящим удивлением.

— Впервые вижу зрачки такой формы, — сказал он, не отрывая взгляда от её глаз.

Но вот она сама… говорить, увы, не могла. Потому что только теперь узнала того, кто именно находился перед ней. Даже не имея отношения к преступному миру Эргона, Ориен очень много слышала об этом человеке. И всегда… только плохое.

— Вижу, дорогуша, ты начинаешь понимать всю масштабность своих неприятностей.

Он жутковато усмехнулся и, коснувшись пальцами подбородка задержанной, приподнял её испуганное лицо.

— Я не виновата… — снова прошептала она, с огромным трудом выдерживая его тяжёлый взгляд. Ей казалось, что он смотрит в самую душу и даже дальше. Что видит её насквозь.

— Это будут решать суд и дознаватели, — спокойно ответил он ей.

Со стороны двери послышались шаги, а уже спустя несколько секунд в комнату вошёл плотный широкоплечий стражник.

— Ваше Высочество, — обратился он к светловолосому. — Последнему удалось уйти. Но мы прекрасно её рассмотрели, так что в ближайшие дни он будет пойман.

— Что ж, — ответил тот, снова поворачиваясь к девушке.

И хотел что-то добавить, но тут за спиной стражника появился ещё один молодой мужчина. По виду — тоже аристократ. Он бесцеремонно обошёл застывшего на месте служителя правопорядка и направился прямо к тому, кого называли «Ваше Высочество».

— Литар, — обратился он к нему. — Они утащили все деньги, что были в доме! Это катастрофа!

— Генри… — устало протянул светловолосый и как-то добродушно ему улыбнулся.

И эта улыбка… она показалась Ори по-настоящему совершенной. Только теперь девушка обратила внимание, насколько этот человек привлекателен внешне. Вот только в его зеленовато-синих глазах, похожих на штормовое море, не было совершенно никаких чувств.

— В порядке твои сбережения, — насмешливо ответил Литар. И отступив от девушки, положил руку на его плечо. — Пойдём в кабинет, и я всё тебе подробно расскажу.

Они направились к двери, но перед тем как выйти, этот самый Генри, который, судя по всему, и был хозяином сего огромного особняка, остановился и с сочувствием посмотрел на застывшую напуганную Ориен.

— А что с ней будет? — спросил, обращаясь к светловолосому.

И тогда тот тоже обернулся, поймал напряжённый взгляд Ори и как-то странно ухмыльнулся.

— Каторга, — спокойно сказал он. — Вероятнее всего. Хотя… я уверен, что таким, как она именно там самое место.

После чего вышел, больше не глядя в её сторону. И с того момента с Ориен больше никто не церемонился.

Книга 1

Крылатая воровка

Глава 1

Не беги от жизни в тёмный мрак.

На пути твоём, под этим небом,

Каждый, даже самый глупый шаг,

Приведёт туда… где раньше не был.

…Два года спустя…

— Вот, полюбуйся! Прекрасная работа, не правда ли?

Литар тяжело и как-то обречённо вздохнул и нехотя перевёл взгляд на первую полосу газеты, которую только что притащил его чрезвычайно довольный брат. Вот только в отличие от Дамьена, он не видел в напечатанной там новости ничего хорошего, и уж тем более радостного.

— Ты всерьёз думаешь, что я до сих пор не в курсе? — мрачным тоном уточнил он.

— Отчего же? — бросил младший, с самодовольной улыбкой. — Но дело не в том. Просто, Лит, тебя снова обули. Обвели вокруг пальца! Да так, что вся столица восхищена!

— Ты-то чего такой довольный? — настороженно поинтересовался Литар. — Давай-ка поумерь свой пыл, а то я могу подумать, что ты имеешь ко всему этому отношение.

— Я?! — удивлённо бросил Дамьен. — С чего это мне красть у кого-то драгоценности? Я что, сумасшедший?

— Тогда какого демона ты притащился ко мне в кабинет с утра пораньше и тычешь мне в нос своей газетёнкой?! — рявкнул на него Лит. — Или думаешь, я недостаточно усилий прилагаю, чтобы эти ограбления прекратились? А может, хочешь помочь в расследовании? Так давай, иди, переодевайся в форму и отправляйся на место преступления с остальной следственной группой.

Судя по всему, такой расклад Дамьена совершенно не устраивал. Одно дело подпортить настроение вечно занятому Литару, и совсем другое — отправляться в город, на солнцепёк, и весь день выполнять чьи-то поручения. Нет уж, на такие жертвы младший принц Карильского Королевства точно пойти был не готов.

Именно поэтому он быстро развернулся и, не прощаясь, скрылся за дверью. Но даже после его ухода Лит всё равно не смог снова вернуть себе былое хладнокровие. Взгляд сам собой упал на размашистый заголовок на первой странице самого известного издания Эргона, на котором значилась всего одна фраза: «Новое фееричное ограбление. Украдены фамильные украшения графского рода Гривор».

Лит глубоко вздохнул и, быстро смяв столь раздражающую его газету, сунул её в корзину с мусором. Он и без всяких там статей прекрасно знал, что это уже седьмая кража ювелирных изделий за последние два месяца. Ещё бы ему не знать? Ведь уже почти три года именно он возглавлял департамент правопорядка Карилии. И каждая такая статейка была для него сродни личному вызову. На самом деле, он бы с огромным удовольствием запретил журналистам писать об этих преступлениях, но… прекрасно понимал, что тем самым только подтвердит своё бессилие.

— Семь ограблений, — проговорил он, прикрывая глаза и пытаясь составить в мыслях полную картину из имеющихся у него данных. — Семь дворянских семей. Только драгоценности. Ни одного артефакта. Никаких следов магии. Просто мистика какая-то…

От раздумий его отвлёк вежливый стук в дверь.

— Ваше Высочество, — проговорил появившийся в проёме молодой рыжеволосый мужчина, с капитанскими нашивками на форме. — Мы отправляемся на место ограбления. Вы поедете?

— Конечно, — отозвался Литар и решительно поднялся из-за своего рабочего стола.

Лето всего несколько дней назад вступило в свои права, а солнце уже палило так, будто желало основательно выжечь всю эту землю. Жара стояла поистине невыносимая и, если верить погодникам, то подобное пекло обещало продержаться ещё несколько недель. В такое жаркое время только самые обеспеченные люди могли похвастаться артефактами, создающими прохладу в помещении. Вот только действия подобных побрякушек хватало всего на несколько небольших комнат, да и заряд в них довольно быстро заканчивался. Поэтому по ночам, когда на город опускалась долгожданная прохлада, многие с радостью распахивали окна, впуская в дом потоки свежего воздуха. Вероятно, именно желание спать в прохладе и стало одной из причин, по которым некоторые представители дворянских родов лишились своих фамильных драгоценностей.

— Вы уверены, что он проникнул в дом через окно? — спросил Литар одного из своих аналитиков, осматривая просторную спальню, из которой и были украдены драгоценности.

— Да, Ваше Высочество, — отозвался пожилой мужчина в форме. — Иного способа не было. На дверях помимо магической защиты, сложные механические замки, и вскрыть их без следов невозможно. К тому же наш вор предпочитает брать только то, что хозяева забывают спрятать в сейфы, исходя из чего могу предположить, что он попросту не имеет нужных навыков по их вскрытию.

Лит задумчиво поджал губы и молча направился к тому самому большому окну, створки которого и сейчас были распахнуты настежь.

— Третий этаж, — проговорил он, выглядывая наружу. — Стена отвесная, зацепиться не за что. Следов нет. Как вы можете это объяснить?

Но в этот раз вместо аналитика ответил приехавший с Литаром капитан Мартин, давно по праву заслуживший звание его первого заместителя.

— Остаётся три варианта, хотя третий больше похож на фантастику, — заметил он.

— И какие же? — поинтересовался принц.

— Либо он спустился с крыши, либо поднялся, воспользовавшись верёвкой, — предположил капитан.

— Нет, — отмахнулся глава ведомства правопорядка. — Оба не подходят. Крыша слишком крутая, на ней тоже следов не найдено. Да и от верёвки обязательно осталась бы хоть какая-нибудь ниточка. Хотя бы ворсинка. А у нас — ничего.

— В таком случае получается, что наш вор попадает сразу в окно. Возможно, запрыгивает, а может и залетает.

— Залетает? — озадаченно повторил Литар, которому вдруг показалось, что в этом странном предположении, на самом деле, есть смысл. — Залетает… — повторил он, медленно прохаживаясь по спальне, где и произошло ограбление.

Он снова окинул помещение сосредоточенным взглядом, но вдруг решил на несколько мгновений отбросить логику и включить интуицию.

В своё время именно из-за этого своего странного чутья он и оказался участником одного интересного расследования, которое многим казалось совершенно безнадёжным. Тогда шестнадцатилетний принц умудрился раскрыть дело с махинациями, которые проворачивал казначей прямо под носом у королевы. Именно после того Лит и стал чаще наведываться в ведомство, которое теперь возглавлял.

Вот и сейчас, прикрыв глаза, он коснулся рукой деревянной рамы и… застыл, мысленно сливаясь с окружающим пространством. На какое-то мгновение ему даже показалось, что он чувствует рядом с собой чьё-то лёгкое дыхание, видит внутренним зрением смутную тень. Но вдруг реальность будто бы пропала… обретая совершенно другие очертания.

Всё же аналитики оказались правы, и теперь Лит был склонен с ними огласиться. Их преступник — не маг, но и на человека не похож. Люди всё равно оставили бы хоть какие-то следы. А этот… будто на самом деле являлся тенью. Или Миражом, как его называли в прессе.

Литар снова заставил себя сосредоточиться и представить образ этого вора. Но вдруг в его голове мелькнула странная мысль о какой-то записке. И в то же мгновение он словно наяву увидел, как чьи-то руки в перчатках кладут свёрнутый вчетверо листок под подушку, облачённую в наволочку из чёрного шёлка, и вдруг…

— Твою пиратскую флотилию! — нервно выругался он. И сказал бы ещё много крепких выражений, но вовремя вспомнил, что такую вольность себе позволить не может.

— Что-то не так, Ваше Высочество? — тут же поинтересовался Мартин.

— Нет… и да, — раздражённо отозвался Лит. Затем отошёл от подоконника и уверенно направился к выходу. — Пойдём. Здесь нам больше делать нечего.

Он многозначительно вздохнул и дал капитану указание двигаться за ним. Сейчас принцу на самом деле не терпелось как можно скорее оказаться во дворце и проверить собственную догадку, которая ему совершенно не нравилась. Ведь в этом мимолётном видении присутствовала именно его спальня… И его подушка.

Это выглядело даже не вызовом, а самым настоящим изощрённым издевательством. И Литару было безумно, просто до зубного скрежета интересно, кто тот смертник, решивший, что может так нагло водить его за нос. Да только Лит чувствовал, что скоро Мираж проколется и вот тогда этого неуловимого вора ожидают долгие часы в компании дознавателей. Да и самого принца.

* * *

— Ну и где тебя опять носило до самого утра?

Ори лениво приоткрыла один глаз и, обнаружив перед собой недовольную Милену, тут же поспешила его закрыть.

— Нет, я тебя спрашиваю или стену? Ориен, ответь. Почему ты снова так задержалась? — не желала сдаваться её подруга.

Услышав такое обращение, Ори поморщилась и всё-таки разлепила оба глаза.

— Я же просила не называть меня этим именем, — тихо проговорила она, глядя на Мили с укором. — Ты же знаешь, что его никто не должен слышать.

— Знаю, — отмахнулась та, поправляя длинную юбку своего серого платья и плюхаясь на кровать рядом со своей соседкой. — Прости… — виновато добавила она. — Впредь постараюсь этого не делать.

— Мили, я уже полтора года стараюсь объяснить тебе, насколько это серьёзно, но ты почему-то всё равно не желаешь понимать, — в который раз попыталась вразумить её сонная Ори. Затем обречённо вздохнула и, уже смирившись с тем, что поспать ей не дадут, присела на кровати.

— Так и где тебя носило так долго? — снова вернулась к своему вопросу Милена. Она одарила подругу настороженным взглядом и, отметив её усталый вид, покачала головой. — Ори… прошу тебя, хватит. Твоя затея изначально была обречена на провал.

— Нет, — уверенно оборвала её та. — Я знаю, что должна довести это дело до конца. Ведь предсказание…

— Пойми же, та женщина… она была обычной шарлатанкой. А они всегда говорят только то, что их клиент хочет услышать.

Этот разговор Милена заводила почти каждый день и, наверное, Ориен давно пора было привыкнуть, но она всё равно до сих пор очень остро воспринимала слова подруги. Правда и от своих убеждений отказываться не собиралась.

— Мили, я знаю, что она не обманывала меня. Ведь не взяла ничего за своё предсказание. И вообще, она сама меня нашла.

— И всё-таки я не думаю, что стоит так слепо верить её словам, — покачала головой соседка, кладя руку на плечо Ориен. — Мы ведь с тобой вместе в приюте выросли. Я понимаю, что ты хочешь найти родных, как и то, что надеешься, будто всё случится как в сказке.

— Мили, — отозвалась Ори, поворачиваясь к своей соседке, — пойми же… Это единственный шанс.

— Твой шанс — нереален, — категорично заявила та. — Твой шанс имеет высокую вероятность обернуться новым приговором. Или ты снова сбежишь? Думаешь, не станут искать? Не найдут способа удержать?

— Перестань, — тихо попросила её девушка. — Думаешь, я не знаю об этом? Думаешь, не хочу нормальной спокойной жизни? Хочу, Мили. Но… не могу так жить. Эти стены, работа у мисс Дартир, необходимость скрывать своё имя и некоторые особенности… Всё это убивает меня. Я знаю, что занимаюсь не своим делом, живу не своей жизнью.

— А что тогда твоя жизнь? Ночные вылазки? — воскликнула Милена. — Ох, Ори, поймают же… и мало не покажется.

— Не поймают, — отмахнулась её подруга.

Затем всё же поднялась на ноги и, подойдя к зеркалу, внимательно посмотрела на собственное отражение. Да после своего побега она изменила имя, и старалась изменить внешность, но, увы… ничего у неё не вышло. Наверно, будь она полноценным настоящим человеком или даже магом, то проблем бы с этим не возникло. Вот только она оказалась другой. И даже если пыталась перекрасить свои странные волосы цвета тёмного красного вина, то после первой же «ночной прогулки», как называла её отлучки Мили, они снова становились прежними.

Но, даже являясь обладательницей столь нестандартной внешности, Ори не сомневалась, что представители властей её не узнают. Ведь тогда, два года назад они отправили в поселение каторжников напуганную рыжеволосую девчушку… Ориен Терроно. И, возможно, даже до сих пор не ищут её, посчитав, что она погибла в одной из многочисленных катакомб, где работали каторжники. Там вообще заключённых даже не пересчитывали, полагая, что магическая защита не позволит никому сбежать. Хотя… та и не позволяла. Никому, кроме Ориен. Да ей вряд ли бы это удалось, если бы не тот кошмар… после которого она стала другой.

Теперь же с тех событий минуло уже больше полутора лет…

Теперь её звали Орианна Базит…

Теперь она работала в салоне моды мисс Дартир, снимала комнату вместе с Миленой, и делала вид, что довольна такой жизнью. И, возможно, если бы не злополучная встреча со старой гадалкой, Ори никогда бы не стала задумываться о том, почему она такая. Но теперь уже ничего не изменить.

Мили обречённо вздохнула и всё же решила перевести разговор на более мирную тему.

— Газеты видела? Опять кого-то из аристократов ограбили, — сказала девушка, растягивая на губах улыбку. — Так им и надо, толстосумам изнеженным. Газетчики называют этого вора — Эргонский Мираж. Красиво звучит. Да?

— Миленько, — отмахнулась Ори, продолжая разглядывать тёмные круги под своими глазами.

— Седьмая кража за два месяца, представляешь? Да этот Мираж теперь, наверное, самый богатый человек в Карилии.

— Не думаю, что эти драгоценности так дорого стоят, — заметила Ориен, проводя расчёской по своим красно-каштановым волосам, которые почти доставали до лопаток. — А что пишут про наших доблестных следователей и стражников? Неужели они не в силах поймать обыкновенного вора?

— Говорят, что тот никаких следов не оставляет. Поэтому-то его Миражом и назвали.

Ори снова уставилась в глаза своему отражению и задумчиво поджала губы:

— Ми-и-ира-а-аж… — проговорила она, растягивая гласные. — Интересно.

— Ты так говоришь, будто вы знакомы, — бросила Мили, тоже подходя к зеркалу и останавливаясь позади Ориен.

Она поправила выбившийся из причёски светлый локон, разгладила оборки на воротнике своего строгого платья и снова посмотрела на подругу.

— Не знакомы, — ответила ей Ори. — Я хоть и часто гуляю по ночам, но предпочитаю места, где людей не бывает. А этот… Мираж, наоборот обитает в городе. Мы просто не можем с ним пересекаться.

Милена согласно покивала и, вдруг встав перед Ориен посмотрела прямо в её необычные серебристо-серые глаза. При этом выглядела такой воодушевлённой, что Ори сразу же догадалась о том, какая фраза последует дальше:

— Возьми меня в следующий раз с собой, — взмолилась Мили. — Пожалуйста. Обещаю, буду вести себя тихо-тихо…

— Нет, — тут же решительно отрезала Ориен. — И даже не проси.

— Ну, пожалуйста. Что тебе стоит? В прошлый раз же ничего не случилось, — продолжала выпрашивать Мили.

— Нет, и не уговаривай. В прошлый раз нам просто повезло, что мы никого не встретили. А представь, если бы нарвались на разбойников или просто пьяных дебоширов?

— Ну, Ори, — не сдавалась эта поистине упрямая блондинка. — Прошу тебя. Это ведь так красиво! Клянусь, я не стану тебе мешать.

— Нет.

— Прошу тебя…

— Нет!

— Да что тебе стоит?!

— Хватит, Мили, — оборвала поток её слов Ориен. — Для меня это не развлечение, а необходимость. И в случае опасности я, в отличие от тебя смогу скрыться. Да и вообще, ты же сама ещё пять минут назад выговаривала мне за эти ночные вылазки.

На этом Милена всё же оставила свои уговоры и снова решительно перевела тему. Она вообще была мастером уходить от разговоров, которые ей не нравились. Ори иногда казалось, что у её подруги в запасе масса тем, на которые всегда можно перескочить, причём так, чтобы собеседник даже не заметил.

— Мистер Ритто опять дал задание полить все цветы в саду. Поможешь? — спросила Мили, тепло улыбнувшись подруге.

— Конечно, — кивнула Ори, хоть и мечтала сейчас только о том, чтобы лечь и уснуть.

Мили работала в лавке цветочника, и одной из её обязанностей был уход за цветами, растущими в его огромном саду. Ориен всегда нравилось находиться среди этого царства зелени и приятных ароматов, поэтому она часто ходила туда вместе с подругой.

Как-то заметив, что ей доставляет удовольствие эта возня с растениями, мистер Ритто даже предложил Ори работать у него, но девушка отказалась. Её вполне устраивало то, какие обязанности она выполняла в салоне мисс Дартир. К тому же, там давно привыкли, что она приходит на работу ближе к обеду, но всегда очень чисто и аккуратно выполняет свои обязанности. Хозяйка ценила Ори за её явный талант, поэтому и позволяла ей некоторые поблажки.

Ориен быстро привела себя в порядок, бросила в сумку несколько листов бумаги и чёрный карандаш и вышла вслед за ожидающей её подругой. Всё же хорошо, что сегодня мисс Дартир дала ей выходной. Правда, Ори было совсем не до отдыха. Мысли её до сих пор вертелись вокруг событий прошлой ночи, никак не желая отпускать. А ещё, ей предстояло написать одно очень важное письмо, над текстом которого она думала уже не первый день. От этого послания во многом зависела её судьба, и сейчас она очень надеялась, что среди цветов всё-таки сможет подобрать те самые правильные слова.

* * *

Литар сидел в кресле в кабинете верховного мага и нетерпеливо постукивал пальцами по деревянному подлокотнику. Он внимательно следил за действиями своего собеседника, который уже несколько долгих минут всматривался в текст, написанный на оборванном клочке бумаги.

Да, собственная интуиция и в этот раз не подвела Лита и, вернувшись во дворец, он действительно обнаружил под своей подушкой записку. И сейчас она была вообще единственной возможной ниточкой, которая могла хотя бы навести на след этого наглого вора, именуемого Миражом.

— Кери, ну что там? — спросил принц, желая услышать мага, хоть что-то. — Только не говори мне, что опять нет никаких следов.

Темноволосый мужчина, на вид не старше сорока, задумчиво цокнул языком и поднял взгляд на хмурого Литара.

— Следов, как таковых, нет, — ответил он, продолжая вертеть в руках записку. — Но именно это и странно. Если бы её положил под твою подушку человек, то какой-нибудь остаточный шлейф бы остался. А здесь… нет ничего. Даже крупиц энергии.

— И что ты хочешь этим сказать? — поинтересовался Лит. — Что это, действительно, призрак?

— Нет, — отмахнулся Кертон, снова переводя взгляд на текст послания. — Но что-то с этим твоим Миражом явно не так. Знаешь, мне кажется, отсутствие следов — это уже само по себе зацепка. Можешь смело исключить из списка подозреваемых магов, да и большинство людей.

— Ну и кого мне, в таком случае, искать?

Кери снова поджал губы и пробежался глазами по тексту послания.

— «Ваше Высочество, — зачитал он вслух, — не ищите призрак. Он сам вас найдёт».

— Очень содержательно, — иронично заметил Литар.

— Твоя ирония неуместна, — ответил ему Кери. — Знаешь, мне всё больше кажется, что его цель не в том, чтобы выставить тебя дураком, как ты думаешь. Я склонен полагать, что ему от тебя что-то нужно. Вопрос только в том — что именно?

— Он пробрался в мои покои, пока я спал, — сказал принц, в сотый раз прогоняя в голове известные ему факты. — Ничего не взял, меня не тронул, а магическая защита пропустила его, как родного.

— Что только подтверждает мои выводы, — добавил Кертон. — Подумай, Лит. Семь ограблений… но ни одной попытки сбыть награбленное. Это тоже о чём-то говорит.

— Просто он понимает, как глупо стараться продать столь приметные вещи на территории Карилии. Думаю, наш вор просто вывезет их за границу.

— Возможно, — задумчиво ответил верховный маг, снова разглядывая буквы в послании. Но вдруг удивлённо улыбнулся и добавил. — Лит… а мне кажется, что этот твой Мираж — девушка.

От такого заявления Литар даже на несколько мгновений опешил, но тут же по привычке попытался прокрутить в мыслях все известные факты, представляя в качестве преступника женщину. И что странно, эта версия казалась ему наиболее вероятной.

— Это бы многое объяснило, но… почему ты так думаешь? — спросил принц, внимательно глядя на верховного мага. — Буквы корявые, грубые, нажим сильный. Не похоже, чтобы писала девушка.

— Уж слишком это всё бросается в глаза. Да и кое-какие линии и закорючки выполнены очень по-женски. Но она явно старалась изменить свой почерк.

— Значит… девушка? — уточнил Литар. — Да ещё и не человек. Не маг. И где же мне её искать?

На что Кери загадочно улыбнулся и ответил, снова цитируя послание:

— «Не ищите призрак. Он сам вас найдёт»

* * *

— Что ты там пишешь? Весь вечер только и делаешь, что бумагу мараешь, — насмешливо щебетала Мили, усаживаясь на лавочку рядом с подругой. — Решила стихи сочинять? Или это любовное послание? Дай почитать.

— Нет, — ответила Ориен, перечёркивая какие-то строчки и снова перечитывая текст. — Не дам.

— Скажи тогда хотя бы, кому пишешь? — обижено протянула Милена.

— Одному старому знакомому, — ответила её подруга. — Встретиться с ним хочу. Как-то общались… ещё до ареста.

— Оу, — выпалила Мили. — Неужели любовнику?

— Нет, — снова осадила её Ори. — Просто… он может помочь мне кое в каком деле. Оно касается моих родителей.

Милена раздражённо закатила глаза и тяжело вздохнула.

— Опять это предсказание… — устало протянула она. — Когда же ты поймёшь, что оно не имеет никакого значения. Это просто выдумка больной старухи.

— Может ты и права, — ответила ей Ориен, снова подправляя слова в своём послании. — Но я всё равно попробую. Да и… мне уже поздно отступать.

— Хочешь сказать, что ты поняла, о ком шла речь в предсказании? — удивлённо выпалила подруга, вмиг становясь серьёзной.

— Мне кажется, что да, — тихо ответила Ори.

— И кто же это? Ты его встретила? Как вы познакомились? Чем он может помочь?

Да Мили всегда говорила, что не верит в то предсказание, считает его абсурдным, но сейчас её глаза горели искренним интересом. Наверно именно поэтому Ориен и ответила.

— Та женщина сказала, что сама я правду не открою. Она сообщила, что мне сможет помочь только человек с большими полномочиями, и почему-то назвала его «белый сокол». Но чтобы получить его помощь мне понадобятся крылья.

— Так ты нашла его? — снова спросила подруга.

— Не уверена, — честно призналась Ори. — И боюсь, что ошибка может стоить мне жизни.

Вот после этих слов Мили снова будто ощетинилась и уставилась на подругу, как на умалишённую.

— Тогда я запрещаю тебе в это ввязываться! — заявила она, поднимаясь на ноги. — Ори, прошу тебя… Не рискуй понапрасну. Мифическое предсказание того не стоит.

— Мили, пойми, — Ориен тоже поднялась и, подойдя к Милене, взяла её за руку. — Я чувствую, что всё делаю правильно. И… не зря мне тогда встретилась гадалка.

Но Мили сдаваться не желала.

— Ори, ты ведь умная девушка. Гораздо сообразительнее многих. Почему ты веришь всяким бредням? Ладно про крылья эта твоя гадалка может и угадала. Но всё остальное — полный бред. Давай признавайся, кто этот твой человек с большими полномочиями, способный найти неизвестно кого, непонятно где, без единой зацепки.

В ответ на это заявление Ориен лишь многозначительно улыбнулась и, вернувшись обратно на лавочку, нарисовала на чистой стороне листка с письмом маленькую корону.

Проследив за её действиями, Мили нахмурилась и вдруг взволновано охнула и тут же прикрыла рот ладонью.

— Это что… кто-то из королевской семьи? — спросила она, понижая голос до шёпота. — Его Высочество Эмбрис? Или младший принц Дамьен? Ты в своём уме?!

— Я думаю… — начала Ори, но тут же поспешила себя поправить: — Я почти уверена, что это Литар. Он — руководит ведомством правопорядка нашей страны, и полномочия его поистине огромны.

— Но причём здесь «белый сокол»? — спросила Мили, глядя на подругу с непониманием.

— А белый сокол — это прозвище. Так Его Высочество называют среди тех, кого ловит его ведомство.

Милена посмотрела на подругу, как на умалишённую, но даже и не думала смеяться над её выводами. Она была знакома с Ориен почти всю жизнь, и прекрасно знала, что та очень редко ошибается в своих выводах и суждениях.

— Ори, пожалуйста, не надо, — взмолилась Мили, хватая её за руку. — Не связывайся с ним! Это плохо для тебя кончится. Ты ведь беглая. Он тебя в тюрьму посадит…

— Поздно, Мили, — отозвалась Ориен, беря в руки чистый лист. — Для меня пути назад уже нет.

Глава 2

С огнём не играй. Ты ему проиграешь.

В тех играх он мастер, а ты — дилетант.

Себе уступить ты его не заставишь.

Поймать тебя будет он искренне рад…

Лит расслабленно лежал на своей застеленной кровати и всеми силами старался не уснуть. Тщательно проанализировав данные обо всех этих ограбления, совершённых таинственным Миражом, он выявил, что все они происходили с периодичностью от трёх до семи дней. Будто этому вору требовалось время, что тщательно подготовиться. И вот сегодняшняя ночь как раз была четвёртой с момента последней кражи, а значит именно сегодня Мираж мог снова совершить очередное преступление, и только Светлым Богам известно, кто из аристократов лишится своих сокровищ на этот раз.

Теперь Литар не сомневался, что грабитель (или грабительница, если верить выводам Кери) попадает в дома именно через окно. А ещё, почему-то у него была стойкая уверенность, что после очередного преступления под его подушкой появится новая записка. Поэтому он и ждал. Не хотел пропустить момент появления этого неуловимого грабителя.

Вот только ближе к трём утра всё-таки уснул. Причём, совсем ненадолго. Всего на каких-то десять минут. Но когда открыл глаза, очень явно почувствовал, что в комнате кроме него есть кто-то ещё.

Резко сев, Лит схватил лежащий рядом кинжал и окинул тёмную спальню сосредоточенным взглядом. Он выискивал того, кто сумел так нагло к нему подобраться, был готов встретиться с этим человеком лицом к лицу… но всё равно вздрогнул, когда увидел в углу движение тени.

— Опустите оружие, — сказал женский голос из темноты.

— И не подумаю, — отозвался Литар, быстро поднимаясь с кровати и делая решительный шаг в сторону той, которую столичные газетчики назвали «Мираж».

Но вдруг замер, попросту не в силах пошевелиться. И это не было стихийной магией, — её Лит совершенно не чувствовал. Но и сдвинуться с места не мог. Как бы ни старался.

И тогда, убедившись, что принц остаётся на месте, девушка осторожно вышла из угла, но близко подходить всё равно не стала.

— У меня корона Её Величества, — сказала Мираж, не отрывая напряжённого взгляда от его лица.

— Да ты вконец обнаглела! — выпалил Литар.

— Я верну, — поспешила заверить его она, и голос её оставался всё таким же тихим и натянутым. — Но только при одном условии.

Литар окинул её надменным взглядом и всё же заставил себя промолчать. И пусть его несказанно бесило, что какая-то… «не пойми кто», смеет ставить ему условия, но при этом он понимал, что выслушать её всё же стоит.

В комнате было темно. Не горел ни один магический фонарик, и при всём желании разглядеть свою ночную гостью принц не мог. А вот она смотрела на него очень пристально, будто на самом деле умела видеть в темноте.

Так как Сокол молчал, изображая готовность сотрудничать, девушка немного осмелела и подошла чуть ближе.

— Мне нужна ваша помощь, — сказала она, глядя в его холодные глаза. — За неё я готова заплатить всеми теми драгоценностями, что украла.

Литар хмыкнул, вглядываясь в силуэт девушки, и стараясь запомнить черты её лица, которые почему-то теперь стали казаться ему знакомыми.

— И чего же ты хочешь? — иронично спросил он, хотя уже знал, что помогать такой наглой воровке не станет.

— Чтобы вы провели расследование и помогли мне найти двух людей. Кроме вас это не под силу никому.

И тут из-за тучи показалась необычайно яркая луна. Подобно большому магическому фонарику, она засияла над сонным миром, заливая своим голубоватым светом весь многотысячный Эргон. Она смотрела в распахнутые окна спальни принца, прогоняя ночную тьму. И благодаря этой странной шутке природы, Литар смог прекрасно разглядеть замотанную в чёрное фигуру своей ночной визави. Он отметил, что её волосы спрятаны под таким же тёмным платком, прекрасно рассмотрел черты её лица, которые показались ему хоть и резкими, но довольно гармоничными. И тут вдруг увидел её глаза, а точнее их вертикально вытянутый зрачок…

— Я тебя знаю, — решительно заявил он, в одно мгновение вспомнив, при каких обстоятельствах им приходилось встречаться в прошлый раз.

Но от этого его заявления девушка заметно напряглась и тут же попятилась назад.

— Это ничего не меняет, — ответила она, качая головой. — Думайте, Ваше Высочество. Ваш ответ я хочу получить через три дня.

С этими словами Мираж резко развернулась и поспешила к распахнутым дверям балкона. А как только она оказалась за пределами комнаты, Литар вдруг почувствовал, что снова может двигаться. Не тратя время на раздумья, он тут же сорвался с места и выбежал вслед за ней на балкон…

Вот только девушки там уже не было.

* * *

Едва коснувшись ногами земли, Ориен испуганно огляделась по сторонам и прижалась спиной к стволу большого дерева. Её до сих пор трясло. Сердце в груди стучало так, что становилось больно, а мысли в голове метались будто ужаленные. К счастью в столь поздний час в этом небольшом парке никого не было: ни людей, ни даже бродячих собак. Но Ори всё равно долго вслушивалась в окружающую тишину, ловила малейшие изменения колебаний природного магического поля, и только окончательно убедившись, что находится здесь одна, вздохнула с облегчением.

Присев прямо на землю у того же дерева, Ориен обхватила голову руками и крепко зажмурилась. Ну, зачем? Ради чего она решила его разбудить? Почему не ушла сразу, как в прошлый раз? Для чего ей вообще понадобилось с ним разговаривать?

Это ж надо… два месяца оставаться поистине неуловимой, и в один момент так глупо проколоться.

— Он узнал меня, — прошептала Ори, поднимая глаза к тёмному небу.

Предательница-луна снова скрылась за плотными тучами, но теперь это было уже не важно. Своё самое подлое дело она уже сделала.

Заставив себя успокоиться и не поддаваться панике, девушка медленно вздохнула и попыталась привычно посмотреть на ситуацию со стороны. И спустя несколько минут пришла к выводу, что всё не так уж и страшно. Да, теперь Литару не составит труда узнать её имя, но что это ему даст? Ничего. Даже если он её вычислит, даже если поймает, то у него всё равно нет никаких доказательств её вины. И пусть он глава службы правопорядка, пусть принц… но это дело стало слишком громким, чтобы он мог позволить себе отступить от правил. Да и… ему важно сохранить свою репутацию, престиж своей страны, а значит, Ори всё продумала верно.

В любом случае, сейчас было уже слишком поздно сокрушаться о своей глупости и минутной слабости. Сделанного не воротишь, и свой ход она уже совершила. Теперь очередь Литара.

Но после сегодняшней встречи Ориен ни капли не сомневалась в том, что Его Высочество положит все силы королевства, чтобы вычислить её. Вопрос лишь в том, хватит ли у него этих самых сил.

К тому же, если найти тень хотя бы возможно, то поймать, увы, нет.

Но как бы она ни желала прямо сейчас отправиться домой и спокойно уснуть — позволить себе этого не могла. Поэтому, снова тяжело вздохнув, поднялась на ноги и огляделась. Сквер по-прежнему был тих и пуст, и тогда девушка подняла лицо к небу и… снова позволила крыльям развернуться и окрепнуть.

Да, у Ориен были крылья… и именно это стало той первой и главной причиной, по которой она решила, во что бы то ни стало, отыскать своих родителей. Хотя до недавнего времени она даже не подозревала, что так сильно отличается от других людей.

Раньше, ещё в детстве, когда она чего-то сильно боялась или злилась, её зрачки иногда вытягивались и меняли форму. И пусть при этом несколько перестраивалось и её зрение, становилось чётче, ярче, но Ори не придавала этому особенного значения. Её немногочисленные знакомые тоже быстро привыкли к таким метаморфозам девочки, считая это простой особенностью. И пусть некоторые в приюте и дразнили её «демоновым отродием», но Ориен просто старалась не обращать на это внимание.

Она быстро поняла, что зрачки меняются под воздействием сильных эмоций, поэтому на людях всегда старалась оставаться спокойной. И у неё даже получалось. За пределами приюта о такой изменчивости её глаз знали только несколько человек. И Ори даже иногда стала забывать, что немного отличается от нормальных людей. Она научилась контролировать своё психическое состояние настолько, что удивлялась сама себе. И в итоге пришла к выводу, что сможет жить как все нормальные люди.

Но потом… через полгода после ареста… всё изменилось. Возможно, виной тому стало глубокое потрясение, а может что-то иное, но после того, что случилось с ней в один злополучный вечер… она стала другой. И у неё появились крылья.

Девушка долго пыталась понять, как они действуют… откуда возникают, куда пропадают. Почти три месяца после своего побега Ори старалась свыкнуться с новыми способностями, научиться пользоваться ими, контролировать их. А главное, прятать от других. Ведь прекрасно знала, как люди относятся к тем, кто не похож на них. Это ей доходчиво объяснили ещё в первые годы в приюте.

Оттолкнувшись от земли, Ориен постаралась взлететь повыше, чтобы её было сложнее рассмотреть снизу. Но сейчас она не могла думать ни о воздухе, ни о полёте. Все мысли занимал сегодняшний вечер и её самый большой прокол.

А ведь всё складывалось так хорошо, без накладок и проблем. Когда Ори оказалась на одном из балконов в покоев королевы, то ей хватило всего нескольких мгновений, чтобы определить, что в комнатах кроме Её Величества и лорда Мадели никого нет. Девушка без труда проникла внутрь, и магическая защита привычно пропустила её, будто и не заметив. Оказавшись в спальне королевы, Ориен легко коснулась сознания спящих людей, делая их сон ещё более крепким, и теперь уже не таясь, направилась к гардеробной. Она не собиралась забирать именно корону, вообще ей было достаточно любой драгоценности, принадлежащей Великой Королеве. Просто корона первой попалась ей на глаза, поэтому Ори и решила взять именно её.

Уйти ей тоже никто не помешал. Всё прошло точно так же, как обычно. И перед тем как покинуть дворец, ей всего-то нужно было попасть в комнату Его Высочества принца Литара и оставить записку. Она даже, как и планировала, положила её под подушку, но просто так уйти не смогла.

Ориен ещё с прошлой их встречи прекрасно помнила, как выглядит тот, кого в теневом мире столицы называли Белым Соколом. Иногда… в страшных снах она до сих пор видела его холодные сине-зелёные глаза, смотрящие на неё с укором и жутким презрением. Точно так же как в злополучный вечер её ареста. И вот сейчас он тихо спал в своей широкой кровати. Его светлые волосы разметались по подушке, обтянутой чёрным шёлком. И несмотря на сон, лицо Литара показалось девушке очень уставшим.

На принце не было рубашки… и Ори с каким-то странным напряжением наблюдала за тем, как медленно и размеренно поднимается и опускается его грудная клетка. Потом опустила взгляд ниже и только добравшись до пояса надетых на нём лёгких тренировочных штанов, заставила себя отвернуться.

Литар был красив, но красота его казалась Ориен устрашающей и какой-то хищной. Агрессивной. Да только несмотря на это, Ори всё равно вынуждена была признаться хотя бы самой себе, что он ей нравится. Наверно именно поэтому она и решила поговорить с ним прямо сейчас, хотя изначально никакие разговоры в её планы не входили.

Это было порывом. Глупым и необдуманным. Увы, именно он и стал её роковой ошибкой.

Вынырнув из своих воспоминаний, девушка заметила, что почти добралась до нужного места. Теперь оставалось совсем немного — всего один последний штрих, чтобы обеспечить себя прекрасным алиби. И в этом ей уже привычно помогал старый знакомый. Именно тот, из-за которого когда-то она и попала на каторгу.

Ситар ждал её в мансарде трёхэтажного дома. Фактически он снял эту комнату именно из-за Ориен, потому что ей было просто необходимо летать хотя бы раз в неделю. Она сама не понимала, почему всё это происходит, но если долго сдерживала свою истинную сущность, то та начинала прорываться сама. А Сит на самом деле чувствовал себя виноватым перед Ори, поэтому теперь старался всячески её поддержать. Именно он помог ей сделать новые документы, устроиться на работу к мисс Дартир, да и квартиру им с Мили тоже он нашёл. И сам вызвался прикрывать Ориен, когда она отправлялась на свои «ночные прогулки». И пусть она никогда не рассказывала чем именно занимается, улетая в ночь с его подоконника, но Сит каждый раз провожал её таким настороженным взглядом, видя который Ори даже не сомневалась, что он прекрасно всё знает.

Едва она ступила ногами на узкий парапет и сложила крылья, друг протянул ей руку и помог забраться внутрь через широко распахнутое окно.

— Спасибо, — поблагодарила его Ориен, проходя к центру небольшой комнаты.

Она набрала в лёгкие воздуха, подняла руки вверх и медленно опустила их, разводя в стороны. Это было своеобразным ритуалом, который позволял ей усмирить бушующую в теле энергию и снова стать похожей на человека… Хотя бы отдалённо. Она стояла неподвижно, стараясь выровнять дыхание и прийти в себя. Вот только сегодня у неё совершенно ничего не выходило, что не укрылось от задумчивого Сита.

Парень всё так же стоял у окна и задумчиво рассматривал сложенные чёрные крылья своей подруги, которые сегодня почему-то не спешили исчезать. Наверно это вообще был первый случай, когда Ориен позволила ему так долго разглядывать столь странную часть своего тела. Раньше она всегда прятала их, едва оказавшись в комнате. Ори вообще не любила лишнего внимания к своим крыльям, а Ситар уже сломал голову, стараясь понять, куда же они деваются. И пусть он знал, что каждое их появление сопровождается тёмным густым туманом, но для него всё равно было категорически непонятно, как ТАКОЕ может появляться неоткуда и исчезать в никуда.

— Ори, что-то не так? — спросил он осторожно.

— Нет, — поспешно отозвалась девушка, но тут же обернулась и, взглянув на друга, вдруг добавила: — И да.

Отчаявшись вернуть себе нормальный облик, Ориен присела на край стоящей в углу кровати и перевела взгляд на висящее напротив зеркало. А там отражалась хоть и она, но… не совсем. Её серые глаза сейчас даже немного светились, а вертикальный зрачок казался слишком широким. Под непривычной тяжестью крыльев спина начинала побаливать, да и сидеть с ними было совсем неудобно.

— Красивые они… — проговорил немного смущённый Ситар, подходя ближе к поникшей девушке. — Такие непроницаемо чёрные, как сама тьма. Ты, если честно, сейчас на какого-то мифического демона похожа.

Ори одарила его ироничным взглядом и, прикрыв глаза, снова попыталась заставить крылья исчезнуть. И оказалась несказанно рада, что в этот раз у неё всё же получилось.

— К твоему сведению, — протянула она, так и не открывая глаз, — они тяжёлые. Когда летишь, этого не чувствуется… только мышцы спины сильно напрягаются. Но вот стоять с ними или сидеть слишком неудобно. Ты же видел их размер.

— Да уж, — отозвался парень, присаживаясь на стоящий напротив стул. — Там в размахе не меньше трёх метров. Но знаешь, что я заметил — когда ты в небе, тебя почти невозможно разглядеть. Будто сама ночь скрывает тебя от любопытных глаз.

— Если это так, то я ей за это очень благодарна, — ответила Ориен, замечая, что её друг сегодня какой-то слишком дёрганный. — Сит, у тебя снова неприятности? — спросила она, глядя в его глаза.

— Нет, — улыбнулся он, взъерошив рукой свои тёмно-медные волосы. Затем стянул с себя тонкую куртку из грубой кожи и повесил её на спинку стоящего рядом стула.

— Врёшь, — не повышая голоса, проговорила девушка. — Вокруг тебя так и витает ожидание чего-то нехорошего. Это заметно. Тем более мне.

Тогда он издал какой-то обречённый стон и покачал головой. Ситу было прекрасно известно, насколько его подруга бывает проницательной. Ему даже иногда казалось, что она видит его насквозь. Хотя сама девушка на все его вопросы о своих способностях лишь отмахивалась и говорила, что это всего лишь интуиция и какое-то непонятное чутьё.

— Ори, — начал Ситар, ловя её обеспокоенный взгляд. — Из-за этих ограблений… из-за этого демонового Миража теперь повсюду проходят облавы и чистки. Наши говорят, что Сокол в ярости, потому и срывается на нас. Сегодня арестовали Груна с соседней улицы. В его лавке при обыске нашли какие-то перстни, которые считались украденными. Правда, не Миражом, но это стражников не волновало. Мои ребята все залегли на дно и носу оттуда не кажут. Боюсь, если так пойдёт и дальше, то всё может закончиться для меня плохо.

Ориен тут же вспомнила горящие гневом глаза принца и тяжело вздохнула.

— Не переживай, — попыталась ободрить она друга. — У тебя чистые документы, да и дневная работа хорошая. Просто не лезь пока никуда…

— Не могу, Ори, — отозвался парень, поднимаясь и нервно прохаживаясь по комнате. — Не могу… Дело предложили. Беспроигрышный вариант. Клиент платит огромные деньги за плёвую работу.

— И что же надо сделать? — поинтересовалась Ориен, которой было прекрасно известно, каким образом Сит иногда зарабатывает себе на жизнь. Не сказать, что она относилась к этому с осуждением, но и не поощряла его теневые делишки.

— Артефакт один выкрасть, — ответил он, тепло ей улыбнувшись. — Не переживай. Не попадусь.

— Сит… — протянула она, отводя взгляд. — Ты и мне тогда говорил, что дело плёвое, что не попадёмся. Розыгрышем всё называл. А в итоге…

— Тогда мы все попали в ловушку, расставленную Соколом, — тут же поспешил оправдаться парень. — Он ждал нас. Сам, Ори. Я ведь после того дела до сих пор в розыске. Мне жаль, что ты тогда попалась. Правда, сестрёнка. И я очень рад видеть тебя здесь… а не среди каторжников.

Она промолчала, снова вспоминая тот злополучный вечер, когда её арестовали. Хотя с огромной радостью забыла бы и его… и все последующие полгода. Да, тогда она оказалась поймана исключительно из-за Ситара, и из-за его лжи. Но сейчас он очень ей помогал, стараясь загладить вину. Да и не было у Ориен никого кроме него и Мили.

— Кое-что случилось, — проговорила девушка, так и не взглянув на друга. — Я почти не сомневаюсь, что вскоре меня начнут активно искать. То есть, не именно меня, а сбежавшую с каторги Ориен Терроно. Так что будь осторожен.

Эти слова заставили Сита напрячься ещё сильнее. Он нервно сжал кулаки и непроизвольно сглотнул.

— Кто? — только и спросил парень, не сомневаясь что Ори его прекрасно поняла.

— Сокол, — ответила она тихо. — Он видел меня. Сегодня ночью.

— Ори! — выкрикнул Ситар, хватая себя за волосы. — Да как ты вообще умудрилась на него нарваться?! Он же теперь не успокоится. Найдёт же…

— Нет, — перебила его девушка, и в её голосе слышалась такая непоколебимая уверенность, что Сит просто не смог ей не поверить. — Я не дам ему такой возможности. Но, ища меня, он может найти тебя. Ведь твоё лицо в его ведомстве тоже знакомо. Поэтому, прошу тебя, будь осторожен.

Сит встретил её взгляд, в котором явно отражалось беспокойство, и покорно кивнул.

— Хорошо, Ори, — смиренно сказал он. — Если всё так, то я даже в деле участвовать не буду.

— Спасибо, — искренне прошептала она, зная, что отказывается он только из-за неё. — Поверь, сейчас любой риск неоправдан. Я не хочу, чтобы ты попал на каторгу, поэтому и прошу тебя некоторое время побыть в тени.

Он несколько раз понуро кивнул и, взглянув на часы, снова потянулся за своей курткой.

— Пойдём, Ори. Провожу тебя домой. А то рассвет скоро…

Девушка лишь хмуро усмехнулась и, поднявшись с кровати, направилась за широкую ширму, переодеваться. Да, Сит был её прикрытием, пусть и крайне своеобразным. Она приходила к нему раз в несколько дней по вечерам, а уходила ближе к рассвету. Понятное дело, что все соседи парня считали её его любовницей и распутной девкой. Но саму Ориен подобные слухи совсем не волновали. На самом деле она была рада, что люди сами придумали оправдание её ночным приходам. И никто из них даже в самых смелых фантазиях не предполагал, что она использует квартиру друга только для того чтобы переодеться и, выбравшись через окно, отправиться летать по окрестностям ночного Эргона.

* * *

Это утро для всего ведомства правопорядка началось затемно. Но особенно досталось сотрудникам архива, которые спешно разыскивали для своего грозного начальника материалы одного ограбления двухгодичной давности. А когда нашли и доставили документы Его Высочеству, всё стало ещё хуже. Ведь в деле имелась бумага о том, что единственная пойманная тогда девушка… Ориен Терроно, полтора года назад умерла. Заблудилась в катакомбах рудников.

Вот эта новость заставила Литара разозлиться по-настоящему. Он тут же вызвал к себе старшего смотрителя того самого каторжного поселения и долго выяснял подробности смерти девушки. И даже не удивился, узнав, что никто её тела даже не искал.

— Так там по ночам много всяких голодных тварей гуляет, — пытался оправдаться высокий плотный мужчина, который под взглядом главы отдела правопорядка Карилии будто бы становился меньше. — Тел никогда не находят. Только… э… фрагменты.

— И что… Были эти фрагменты?

Ледяной голос Литара звучал так, что стражнику, двадцать лет работающему с каторжниками, становилось по-настоящему страшно.

— Были, — честно ответил он. — Обрывки одежды… кровь…

— И вы посчитали, что этого достаточно, чтобы объявить человека мёртвым. А вдруг она просто сбежала?

— Исключено, — самоуверенно заявил стражник. — Оттуда невозможно сбежать. Магический купол не пропустит…

— Пропустил, — спокойно сказал принц, но от звучания этого голоса внутри у его собеседника всё похолодело.

Повисла пауза, но почему-то главный смотритель каторжного поселения не сомневался, что она — всего лишь затишье перед неминуемой бурей.

— Ладно, — бросил Литар, о чём-то напряжённо раздумывая. — Даю вам сутки, чтобы выяснить все подробности того, что предшествовало побегу этой девушки. Жду с отчётом утром. Свободны.

Из его кабинета стражник просто вылетел, и тут же понёсся к ближайшей портальной комнате, через которую попал во дворец меньше получаса назад. Сейчас он прекрасно понимал, что предстоит сделать невозможное, но был настроен очень решительно. Ведь на кону стояла не только его должность но и, возможно, свобода.

А сам Литар после его ухода снова открыл материалы дела о попытке ограбления дома барона Генрилира Семри, и достал листки с личным делом интересующей его особы.

— Ориен Терроно, — проговорил он, глядя на её портрет и отпечаток ауры, сделанный магом.

Девушка на изображении казалась совсем юной. У неё были длинные рыжие волосы, серые глаза, но, что странно, зрачок выглядел совершенно обычным. Почему-то именно это и показалось Литару странным. Тогда-то он и решил вызвать к себе верховного мага.

Благо Кери давно привык к таким вот причудам Лита и даже перестал попрекать принца его непробиваемой эгоистичностью. Ведь знал, что если Его Высочество использовал официальный вызов, значит дело серьёзное.

Сколько верховный маг себя помнил, все дети королевы называли его исключительно на «ты» и искренне считали любимым дядюшкой, несмотря на то, что никакого кровного родства между ними не имелось. Сейчас Кертону Амадеу было далеко за пятьдесят, но из-за высокого уровня магической силы и постоянной практики обращения с энергиями, выглядел маг максимум на сорок. Литара же он по праву мог назвать своим лучшим и любимым учеником. А тот хоть и считался самым упрямым из отпрысков Её Величества Эриол, но к советам Кери прислушивался почти всегда.

— Ты был прав, — выпалил Лит, едва Кертон пересёк порог его кабинета.

— И в чём же я оказался прав на этот раз? — поинтересовался верховный маг, присаживаясь в кресло и материализуя на столе чашку со своим недопитым травяным чаем.

Литар проследил за его действием и лишь ухмыльнулся.

— Опять эксперименты с пространственными перемещениями проводишь? — спросил он, глядя на то, как его бывший наставник с наслаждением попивает ароматный напиток.

— Угу, — ответил ему маг. — Заметь, довольно успешные. Но мы можем поговорить об этом и позже. Лучше скажи, зачем меня позвал?

— Вот, — ответил Лит, разворачивая к нему портрет девушки. — Полюбуйся. Леди Мираж.

Кери удивлённо приподнял брови и с интересом уставился на магический рисунок. А оттуда на него смотрели чрезвычайно напуганные серые глаза. Черты лица незнакомки показались магу странно заострёнными, будто она постоянно голодала, а в рыжих волосах мелькали редкие едва заметные прядки тёмно-красного цвета.

— Она же совсем девочка, — проговорил он, продолжая разглядывать изображение. — Сколько ей?

— На рисунке — двадцать. Сейчас — двадцать два, — сообщил Лит. — Так что она вполне взрослая. Да и размах у её краж далеко не детский.

Кери задумчиво покивал, перевёл взгляд на отпечаток её ауры и вдруг напрягся. Принцу было прекрасно известно, что означает такой вот взгляд наставника, поэтому он предпочёл пока помолчать, чтобы не отвлекать мага от раздумий. Оставив Кери, он вышел из кабинета, и направился к своему первому заместителю.

— Мартин, мне нужна вся информация вот об этой леди, — сходу озадачил его принц, забыв даже поздороваться. — Портрет заберёшь у меня позже, но работать нужно начать уже сейчас, — пояснил, кладя на стол листы с данными Ориен Терроно.

— Могу я узнать, кто это и для чего вам понадобились сведения? — осторожно поинтересовался несколько озадаченный капитан.

— Нет, — ответил Литар именно тем тоном, который не подразумевал даже малейшего намёка на возражения. — Узнать необходимо всё. О родственниках, подругах, любовниках. И чем быстрее — тем лучше. Главное определить, где она может находиться сейчас… у кого могла спрятаться. Только всё нужно сделать осторожно.

— Будет исполнено, Ваше Высочество, — тут же кивнул Мартин, придвигая к себе принесённые принцем листы.

— Все остальные дела пока отложи, — добавил Литар. — Как только что-то узнаешь, докладывай мне лично. В любое время.

И ушёл, оставив озадаченного капитана одного.

Ниточки, приближающие развязку серии громких ограблений и поимку леди Мираж, всё больше натягивались, что вызывало на лице Литара довольную улыбку. Сейчас он уже не сомневался, что найдёт эту воровку и обязательно заставит ответить за свои деяния.

Он поражался её невероятной наглости. Мало того, что она украла у его матери церемониальную корону, без которой не обходилось ни одно важное мероприятие, так эта девочка ещё и вздумала ему угрожать. Опустилась до шантажа! Явилась к нему в спальню среди ночи и снова оставила под подушкой записку. Хотя нет… теперь это оказалось самое настоящее письмо, в котором были чётко прописаны её условия.

— Ну что скажешь? — спросил у Кери принц, вернувшись в свой кабинет.

Он обошёл стол и легко упал в своё кресло. Вот только стоило ему поднять глаза на мага, как улыбка мигом сползла с его лица.

— Лит, — протянул Кери, качая головой. — У неё странная аура. На первый взгляд — обычная, человеческая. Без намёка на стихийный дар. Но если приглядеться, то можно увидеть энергетические узлы, которые почему-то скрыты. Подобное… мне приходилось видеть у детей магов, которые ещё не призвали стихию. Но она всё равно другая.

— То есть ты хочешь сказать, что она имеет какие-то магические способности? Так я могу это подтвердить, — заявил принц, откидывая голову назад. — Она ночью приходила. Мы… мило побеседовали.

Кери удивлённо усмехнулся и посмотрел на Литара, с любопытством ожидая рассказа.

— Если она приходила… значит ли это что произошло новое ограбление? — поинтересовался он.

— Да, — хмуро кивнул принц.

— Но я ничего не слышал, — отозвался Кертон. — Во дворце спокойно, в газетах — тоже ничего. Да и твоё ведомство работает в привычном режиме.

— Всё только потому, что я не хочу афишировать случившееся. Это — позор. Всего королевства. Но в первую очередь — мой.

— Так что же она украла? — осторожно уточнил Кери, чуть подавшись вперёд.

И тогда Литар нервно усмехнулся и посмотрел в глаза своему наставнику.

— Мамину церемониальную корону, — признался принц с тяжёлым вздохом. — И это даже не вызов. Представляешь, она желает, чтобы я помог ей найти кого-то. Я! Словно в нашем королевстве нельзя нанять ни одного частного сыщика. Но нет, ей вздумалось унизить меня, вынудив бросить здесь всё и отправиться по её делам!

Лит явно был на пределе. И пусть внешне он продолжал казаться невозмутимой каменной глыбой, но стоило ему вспомнить ночные события, едва мог сдержать себя в руках. Наверно, если бы ему сейчас попалась эта гадкая девка, возомнившая себя великим вором, то он бы просто придушил её, причём сделал это со счастливой улыбкой.

— Кери, она выдвинула мне условия. Почти ультиматум! Мне! Это даже не наглость, а истинный абсурд! — продолжал сокрушаться принц.

Затем резко поднялся на ноги и, вытянув из внутреннего кармана пиджака свёрнутый вчетверо листок, бросил его на стол перед верховным магом.

— Вот, полюбуйся! — прошипел Сокол, раздражённо сжимая кулаки. — Опять под подушкой оставила.

И тут его нервы всё-таки сдали, и он грозно двинул кулаком по раме распахнутого окна. Та жалостливо скрипнула и со стуком захлопнулась. И даже самый лучший плотник не смог бы с уверенностью сказать, что она ещё когда-нибудь сможет открыться.

— Ходит по дворцу, будто она здесь хозяйка! А корону она забрала из маминых покоев! Даже представить страшно… ведь эта ненормальная была там, когда они с отцом спали. Что если… — вдруг он осёкся и поднял на Кертона поистине ошарашенный взгляд. — Что если она бы убила их?

— Перестань, — осадил его бывший наставник. — Ничего этого не произошло. Ни Эриол, ни Каю ничего не угрожало, иначе бы сработали защитные амулеты. Они ведь у всех представителей вашей семьи есть… и от физического воздействия, направленного во вред, защищают не хуже чем от враждебной магии. Так что причин для паники нет. А эта девушка… — он посмотрел на лежащий на столе портрет и снова нахмурился. — Она… очень странная.

— Конечно странная, — снова бросил Лит. — Кстати в реальности у неё вертикальные зрачки. На этом изображении ошибка.

— Не может быть, — уверенно возразил Кери. — Подобные оттиски внешности и ауры делаются при помощи магии. Значит в момент, когда создавался этот портрет, она выглядела именно так.

Литар остановился посреди кабинета и сосредоточенно провёл рукой по своей шее, у самого затылка. Этот его жест был известен каждому, хоть немного знающему принца и означал он состояние крайней задумчивости. Видимо он всё же услышал от Кери что-то такое, что в корне изменило выстроенную им версию.

— Так, — протянул Лит, поворачиваясь к магу. — Скажи мне дядюшка… как такое может быть? Ведь если верить твоим словам и моим воспоминаниям, то получается, что её зрачки меняют форму. То есть… если принять за истину, что такое возможно, то есть вероятность, что форму меняют не только зрачки. А учитывая, что она вчера испарилась прямо с моего балкона…

Он замолчал и посмотрел на Кери с таким видом, будто выиграл очень интересный приз. И маг уже знал, что этот взгляд не сулит ничего хорошего.

— Литар, не спеши с выводами. Согласен, девочка со странностями, но мы не можем вот так просто вынести ей приговор. К тому же, она ведь сама к тебе пришла.

Кертон снова посмотрел на развёрнутую записку, что уже несколько минут держал в руках и только теперь решился прочитать.

«Ваше Высочество, — гласи строчки. — Я бы никогда не решилась на преступление, если бы только у меня был другой способ получить Вашу помощь. Увы, кроме Вас мне помочь не сможет никто.

Но не думайте, я понимаю, что Вы — птица высокого полёта, и до таких, как я, Вам дела нет. Поэтому и предлагаю Вам сделку. Я обязуюсь вернуть все украденные драгоценности, до последнего камушка, но только при выполнении вами двух условий. Первое: с меня снимут все обвинения (и прошлые и настоящие). Второе: вы поможете мне найти двоих важных для меня людей. Я о них не знаю ничего. Ни имён, ни внешних примет.

Я приду через три дня. Появлюсь на Вашем балконе ровно в полночь. И хочу предупредить сразу: если меня там будут ждать ваши стражники… если после встречи я не вернусь, то все драгоценности, включая собственность Вашей матушки, будут уничтожены».

— Искренне Ваша, Леди Мираж, — зачитал вслух Кертон последнюю строчку и снова посмотрел на Литара. — Знаешь…

— Что? — тут же уточнил принц, уже видя на лице Кери выражение глубокой задумчивости.

— А ведь всё сходится. Получается, что девочке что-то очень от тебя нужно. Сам посуди, она брала наиболее ценные вещи. Восемь краж… И всё лишь для того, чтобы получить твою помощь. Только представь, сколько денег она могла заработать, продав хотя бы что-то из украденного.

Маг снова посмотрел на буквы на листке и, чуть прищурившись, добавил:

— Знаешь… а ведь это письмо писала именно она. Даже не пытаясь скрываться. Чернила сохранили лёгкий фон её ауры. Это даже не отпечаток, а так… отголоски. По ним нельзя точно ничего сказать. Но вот что интересно…

Он положил лист перед собой и накрыл его раскрытой ладонью. Потом снова взял в руки и поднёс прямо к носу, втягивая запах.

— Кери, хватит говорить загадками, — устало бросил Лит.

Верховный маг одарил его недовольным взглядом и вдруг ухмыльнулся.

— Она писала его среди цветов. Причём такого их разнообразия, которое в одной комнате никто бы держать не стал. Значит, это происходило либо в цветочном магазине, либо в саду. Тут даже пыльца осталась…

— Может она работает садовником? — предположил Литар, пожимая плечами.

— Может, — подтвердил Кертон. — Но что интересно… Перед тем как написать это послание, она совершенно точно держала в руках лунные лилии. Эти цветы крайне привередливы, и в обычных садах их почти не высаживают. А вот для продажи… их растят в специальных тёмных парниках.

— Та-а-а-к, — протянул принц, переплетая руки перед грудью. — Значит…

На этом он сам себя оборвал, тут же развернулся и вышел за дверь. Но Кери прекрасно знал Литара, как и то, что тот никогда не теряет времени на лишние сомнения. И вероятнее всего, Леди Мираж уже сегодня ждёт неприятный сюрприз.

* * *

Проснулась Ориен ближе к обеду, но всё равно чувствовала себя крайне паршиво. Прошлая ночь вымотала её окончательно, и теперь всё о чём она могла мечтать, это проспать как минимум сутки. Но, увы, это было невозможно.

Пришлось девушке нехотя вставать, одеваться и плестись в салон мисс Дартир. А там её как всегда ждали выкройки, ткани, нитки, булавки и крайне привередливые клиентки.

В последние несколько месяцев Ори доверяли работать с самыми знатными леди. Она умудрялась даже на их необоснованные капризы и обвинения отвечать предельно вежливо и очень учтиво, легко сглаживая любые конфликты. Да и руки у девушки были, поистине, золотые.

Но сегодняшний день оказался для Ориен особенно неприятным. Работы скопилось — море, а сил её выполнять не имелось совершенно. Да и леди Магнолия — давняя постоянная клиентка, сегодня вела себя небывало капризно. Несколько раз заставила Ори переделать рукава почти готового платья, потом придралась к воротнику, а в итоге вообще заявила, что желает сделать глубокое декольте и оголить плечи. Ориен же на всё это только покорно кивала и тут же принималась исполнять желания высокородной дамы, которая, судя по всему, собиралась с помощью этого наряда охмурить очередного кавалера.

Вообще Ори мало волновали заботы её клиенток. Для неё было важно просто выполнить работу максимально качественно и в срок. Но все эти дамы оказались настолько разговорчивыми, что выбалтывали девушке всё, как любимой подружке.

От них-то она и узнала, что после балов или званых ужинов мало кто из аристократок стремится спрятать свои драгоценности в сейф. Чаще всего свои колье, серьги, браслеты, кольца они бросают там же где и раздеваются. То есть либо в спальне, либо в гардеробной. Так что для того чтобы украсть эти самые драгоценности Ориен оставалось только узнать кто, куда и когда приглашён. Ну а об этом тоже наперебой щебетали её клиентки. И ей нужно было лишь слушать, кивать и запоминать.

Домой в этот день она возвращалась, когда на город начали опускаться сумерки. Шла своим привычным маршрутом, пролегающим мимо цветочного магазина мистера Ритто, где работала Милена. Обычно Ориен всегда заходила сюда, чтобы поздороваться с цветочником, да и с подругой переговорить. И сегодня не собиралась изменять своим привычкам, вот только… когда до ступенек, ведущих внутрь магазинчика, оставалось каких-то двадцать шагов, вдруг заметила двоих мужчин в чёрной форме ведомства правопорядка. Они как раз выходили из лавки…

При их появлении Ори встала, как вкопанная, но тут же сообразила, что нужно срочно спрятаться. Она не сомневалась, что они пришли туда из-за неё, хоть и удивлялась тому, как Литар настолько быстро нашёл нужные ниточки.

Когда же из двери вышла Мили, которую крепко держал за локоть третий стражник, у Ориен перехватило дыхание. Ей пришлось закрыть рот рукой, чтобы не закричать. Ведь она прекрасно понимала, что подругу арестовали по её вине. Других провинностей за Миленой попросту не могло быть.

Тяжело дыша, Ори прислонилась спиной к стене ближайшего дома и обхватила дрожащие плечи руками. Она не могла допустить, чтобы из-за неё… из-за её прокола пострадала невинная. Но если всё так пойдёт и дальше, то эти ищейки могут выйти и на Ситара, а значит нужно что-то срочно решать.

Силуэты мужчин и идущей с ними Мили скрылись внутри большого картела с эмблемами королевской стражи, а спустя несколько мгновений сама эта махина приподнялась над землёй и направилась прочь. Но даже теперь, когда открытой опасности для Ориен не было, она никак не могла заставить себя сдвинуться с места. Да и куда ей теперь идти? Домой — нельзя. Там её точно ждут. К Ситу? Опасно. Возвращаться к мисс Дартир — бессмысленно. К тому же нужно как можно скорее вытащить Мили из этой глупой передряги, к которой она не имеет ни малейшего отношения. Хотя, с Литара станется осудить и её… за компанию, так сказать. К примеру, за то же укрывательство опасной преступницы. И ему будет совершенно плевать, что бедняжка Мили и знать не знала о том, чем иногда по ночам занимается её соседка.

Фактически, выбора у Ориен не имелось. Ей нужно было поговорить с Соколом, и как можно скорее. Но почему-то она не сомневалась, что он будет с нетерпением её ждать. Вероятнее всего не один, а значит нужно отбросить подальше все лишние эмоции и тщательно всё обдумать. Всё же попадаться в ловушку Ори очень не хотелось. А пока всё вело именно к такому финалу.

Глава 3

На крючке. На привязи. В неволе.

Заперта. Сидишь в своём вольере.

Убежать, увы, он не позволит,

Ведь тебе ни капельки не верит.

В западне. В капкане. В заточенье.

Перекрыты выходы и входы.

Жаль, не помогло тебе везенье…

Нет теперь ни целей, ни свободы

.

На притихшую столицу давно опустилась тёмная ночь, но ни Литар, ни его поздний гость уж точно спать не собирались. Они сидели в удобных креслах в темноте спальни принца и просто ждали. Их одинаково задумчивые взгляды были обращены на распахнутые стеклянные двери, за которыми располагалась широкая балконная площадка, огороженная высокими каменными перилами.

— Полночь, — прошептал Кери, услышав доносящийся от центральной площади гулкий звон большого колокола. Уже почти триста лет он исправно оповещал жителей Эргона об окончании одних суток и начале других.

— Она придёт, — ответил на его невысказанный вопрос Литар. — Я в этом уверен.

Кертон вздохнул и уже хотел снова начать свою речь о неправильности поступка принца, но тот одним жестом указал, что больше не намерен его слушать.

— Так нужно, — холодным тоном проговорил Лит. — Поверь моему опыту, подобным личностям нельзя показывать, что они выиграли. Это станет началом конца. К тому же, я ни за что не позволю какой-то девке ставить мне условия.

— Прошу, будь мудр. Не позволяй ущемлённой гордости затмить твой разум, — снова попытался повлиять на решение принца верховный маг. — В конце концов, нужно хотя бы узнать, чего именно она хотела.

— Я узнаю, не сомневайся. Но играть мы с ней будем по моим правилам.

Их отвлёк странный шорох, доносящийся со стороны распахнутых дверей, а когда они вдвоём снова посмотрели туда, то едва сумели сдержать удивлённые возгласы. Ведь ни Литу, ни даже Кери никогда раньше не приходилось видеть человека с крыльями. И это выглядело… завораживающе.

Девушка стояла на самом краю балкона, прямо у перил. Как и в прошлый раз, она была одета в чёрный костюм, а её волосы оказались прикрыты таким же тёмным платком. Два огромных крыла легко сложились за её спиной, и тут же пропали… будто их и не было, а сама леди Мираж переплела руки перед грудью и посмотрела прямо на принца. Она прекрасно видела обоих мужчин, несмотря на то, что они сидели в полной темноте.

— Доброй ночи, — поприветствовала их гостья и даже попыталась изобразить насмешливый поклон, чем только сильнее взбесила и без того нервного Литара. — Простите, что задержалась. Драгоценности ваши в тайник относила. А то… мало ли. Вдруг вам взбредёт в голову задержать меня. Спешу уверить вас, что в таком случае ничего из тех побрякушек вы не получите.

Девушка нервничала, это было заметно и по её позе, да и по немного дрожащему голосу. А в лунном свете она казалась совсем юной. Глядя на эту крылатую особу Кери совершенно не чувствовал ни её злости, ни ненависти. Она действительно хотела поговорить с Литаром. Хотела попросить его помощи, ведь почему-то была уверена, что он единственный, кто может помочь. Жаль, что она слишком плохо знала принца.

— Ориен, — иронично протянул хозяин этих покоев и даже поднялся к ней навстречу, но она тут же отступила назад. — Ориен Терроно, — повторил Лит, выходя на балкон и останавливаясь на противоположной его стороне.

— Да, Ваше Высочество, — ответила девушка, ни капли не удивившись его осведомлённости. — Но прошу, давайте не будем говорить о лишнем. Мне нужен ваш ответ. Вы согласны на моё предложение?

— Нет, — совершенно спокойно бросил Литар. А заметив выражение растерянности на лице девушки, даже улыбнулся. — Никто в этой стране не вправе ставить мне ультиматумы. Даже моя собственная мать. И ради тебя, моя дорогая воровка, изменять своим принципам я не стану.

Ори тяжело вздохнула и сжала кулаки. Она понимала, что он может отказаться но… возможно в чём-то просчиталась. Теперь же ей оставалось только одно — уйти. Она даже развернулась, чтобы спрыгнуть вниз, когда её руку обожгло прикосновение сжавшихся вокруг запястья горячих пальцев.

— Нет, — уверенно заявил Лит, резко разворачивая её к себе.

Но девушка не собиралась так просто сдаваться. Поймав взгляд принца, она постаралась заставить его ослабить захват. Ориен сама не знала, как это работает и почему получается. Но после появления крыльев полтора года назад, отданные ею мысленные приказы почти всегда оказывались выполнены. Вот только сейчас Литар явно чувствовал её странную магию, и всеми силами старался ей сопротивляться.

И неизвестно, чем бы всё это закончилось, если бы не вмешательство Кери. Он быстро пересёк балкон и, положив руку на плечо девушки, привлёк её внимание. Как только их взгляды встретились, перед глазами Ориен всё мгновенно потемнело, и она обязательно упала бы, если бы не Литар.

— Гадина, — прошипел он, удерживая бессознательное тело воровки, которое почему-то сейчас показалось ему невероятно хрупким и лёгким.

Принц озадаченно всматривался в расслабленное лицо девушки, и даже через ткань её одежды ощущал, насколько она замёрзла. Почему-то это очень не понравилась Литу. Он крепче прижал её к себе, подсознательно желая согреть.

— Что с ней? — спросил принц, глядя на напряжённого и странно задумчивого менталиста.

— Сон. Правда, очень крепкий, — ответил тот, разведя руками. Но заметив недовольство на лице Литара, всё же соизволил пояснить: — Она старалась защититься от моего воздействия. Отталкивала его, будто могла почувствовать… Поэтому я немного перестарался. Да и организм у неё ослаблен. Так что до утра эта леди точно не проснётся. Будить бессмысленно.

Литар недовольно поджал губы и, обречённо вздохнув, направился обратно в спальню.

Он держал свою пленницу очень бережно, чем искренне удивил идущего следом Кертона, для которого подобные контрасты в поведении принца стали настоящим сюрпризом. Всё же он знал Литара далеко не первый день и раньше тот никогда не проявлял к преступникам столь явной заботы.

— Что дальше? — спросил маг, закрывая за ними балконные двери и зажигая магические светильники.

Лит остановился со своей ношей прямо посреди комнаты, раздумывая, куда бы её пристроить. Потом перевёл взгляд на пол у камина и решительно направился туда. Он осторожно опустил тело Ориен на мягкую шкуру и тут же нехотя отошёл. Но, не пройдя и двух шагов, снова обернулся и посмотрел на спящую девушку.

— Что-то в ней не так… — проговорил принц, сам себя не понимая.

Сейчас его раздирали странные противоречивые чувства. С одной стороны эта особа дико его раздражала и даже вызывала что-то похожее на ненависть, ведь она почти два месяца выставляла его круглым дураком перед всей столицей. Но вместе с тем, он сам ловил себя на том, что ему нравится на неё смотреть и почему-то безумно хочется к ней прикоснуться.

Всё же заставив себя отвести от неё взгляд, Лит прошёл через комнату, взял с тумбочки антимагический шнурок, верёвку и вернулся обратно.

— Она не человек, — сказал вдруг Кертон. Он сидел в кресле, недалеко от камина и внимательно рассматривал девушку. А точнее её внутреннюю энергетическую сущность, ауру. — Точнее… не совсем человек. И менталист с огромным потенциалом. Только совершенно необученный. Дар — высокий, но почти не развитый. Всё что она делает, это скорее инстинкты.

Литар затянул шнурок на её запястьях, заблокировав любую магию, и принялся связывать её ноги.

— И кто же она, если не человек? — поинтересовался принц, затягивая другой конец верёвки на одной из металлических каминных стоек. — Я вообще не слышал про крылатых людей.

Ориен вздрогнула во сне и, повернувшись на бок, притянула колени к груди. Она явно замёрзла и пыталась таким образом согреться. А Литар, видя, что ей холодно, вдруг щёлкнул пальцами, активируя магическое плетение. В то же мгновение в недрах камина вспыхнул тёплый мягкий огонёк, рядом с которым вынужденная гостья этой комнаты должна была быстро отогреться.

Принц уже хотел встать и отойти, но почему-то присел на корточки рядом с лицом девушки и стянул с неё платок. А увидев необычный цвет её волос, который в свете горящего камина казался ещё ярче, даже немного опешил.

— Ишау… — выдохнул верховный маг за его спиной.

— Что? — не понял Лит. — Ишау? Это ты о тех дикарях, что живут за океаном? У них что… крылья есть?

— Не знаю, — честно признался Кери, раздражённо отмахиваясь от вопроса. — Но вот вертикальные зрачки и волосы всех оттенков красного всегда были их главными отличительными чертами. Так что сомнения нет. Девочка имеет отношение к ишау. Остальное нужно будет выяснить.

Кертон медленно поднялся и озадаченно поплёлся к выходу, но вдруг остановился, будто о чём-то вспомнив.

— Лит, — позвал он, оборачиваясь к принцу, который всё ещё продолжал сидеть на корточках рядом со своей пленницей. — Ты на самом деле собираешься оставить её здесь? В своей спальне?

— Да, — ответил тот, но заметив странный взгляд мага, решил пояснить: — Пока её нельзя никому показывать. Она — мой личный позор. И с этим так просто не справиться.

Кери кивнул, но, сделав ещё один шаг к двери, снова обернулся.

— А огонь зачем зажёг? Жарко же и так, — снова спросил слишком подозрительный верховный маг. Почему-то нынешнее поведение Литара казалось ему совершенно нетипичным и даже странным.

— Ей холодно, — ответил принц. — Она замёрзла. А мне не жалко немного поделиться своей стихией.

— Даже так? — протянул Кери и посмотрел на Лита таким взглядом, что тот мигом пришёл в себя, поднялся на ноги и поспешил отойти подальше от этой странной девушки.

— Без комментариев, — рыкнул он в спину удаляющемуся наставнику. Тот же лишь хмыкнул и всё-таки скрылся в темноте коридора.

* * *

В дверь стучали. И если поначалу этот стук был тихим и вежливым, то теперь по несчастной створке колотили так, что та рисковала попросту вывалиться. Ориен проснулась ещё от самого первого вежливого стука, но быстро пришла к выводу, что лучше пока продолжать претворяться спящей.

В комнате она была не одна, но судя по внутренним ощущениям, её сосед спокойно спал, и просыпаться точно не собирался. И его ни капли не волновало, что дверь в скором времени рискует попросту не выдержать.

И тут со стороны коридора послышался громкий раздражённый голос:

— Литар! — крикнул кто-то. Да так, что Ори непроизвольно вздрогнула и сжалась сильнее.

Она чувствовала, что её запястья перетянуты тонким прочным шнурком, который впился в кожу так сильно, что точно выступила кровь. А ещё… кто-то связал ей ноги. Но при этом девушка ощущала себя отдохнувшей и полной сил. Ей было очень тепло и как-то уютно. А учитывая тот факт, что она пленница, это казалось совершенно странным.

— Что ещё случилось? — сонно протянул кто-то из глубины комнаты.

И Ориен ни капли не сомневалась в личности этого человека. Ей иногда казалось, что его голос она сможет узнать из тысячи похожих. Он снился ей каждую ночь всё то время, что она жила в поселении каторжников. И Ори отдала бы всё, что имела, лишь бы никогда не сталкиваться ни с принцем Литаром, ни с его ведомством.

— Открой немедленно! — снова рявкнули из-за двери.

Ориен чуть повернула голову и немного приоткрыла глаза. Как она и думала, Литар сидел на своей кровати и пытался сбросить с себя остатки сна. Его светлые волосы оказались распущены и едва доставали до плеч. Они слегка закручивались, что делало принца похожим на мифического ангела. Сейчас, глядя на этого красивого молодого мужчину, очень сложно было поверить, что он абсолютно спокойно отправлял на смерть любого, кого считал виновным. Его не волновало, кто перед ним: старец или ребёнок, головорез или молодая девушка. Если у Сокола имелись доказательства их вины, то на остальное ему было плевать.

Нехотя посмотрев на дверь, Лит вздохнул и привычно щёлкнул пальцами. Этого странного жеста оказалось достаточно для того, чтобы отключить действие охранного плетения. Не удивительно, что несчастная дверь тут же отворилась, громко стукнувшись о стену.

— Литар! — прорычал посетитель, уверенно пересекая большую комнату и останавливаясь у кровати.

— Доброе утро, отец, — отозвался принц, с недоумением глядя на гостя. — Что-то случилось?

— Утро? — с холодной насмешкой уточнил нервный гость. — К твоему сведению сейчас два часа дня! А ты обещал прийти к матери с докладом ещё перед обедом. И возможно ты удивишься, но она волнуется за тебя.

— Два часа? — спросил Лит с искренним недоумением. Потом перевёл взгляд за окно, где светило яркое солнце, и удивлённо потёр лоб.

— Да, два часа, — подтвердил его родитель и снова посмотрел на сына, явно ожидая его объяснений.

Сам Литар выглядел удивлённым, но стоило ему взглянуть в сторону камина, где на мягкой шкуре лежала связанная девушка, и он мигом всё вспомнил.

Да уж… а ведь Лит был уверен, что ни за что не уснёт в одной комнате с ней.

Почти до самого рассвета он изучал собранное на неё досье. Его подчинённые поработали на славу, и ещё накануне вечером предоставили ему всю информацию по Ориен Терроно. И пусть известно о ней было немного, но теперь, по крайней мере, Литар имел представление о её прошлом.

Девушка вполне ожидаемо оказалась сиротой. С четырёх лет воспитывалась в приюте при Обители Серых Степей. В восемнадцать, как водится, покинула это место. Её воспитательница утверждала, что Ори отправилась в Эргон вместе с некоей Миленой Каргар и Ситаром Гартом. И больше в обители о них ничего не слышали. К материалам прилагалась сухая характеристика от наставницы, которую Лит читать не стал, сразу перейдя к отчётам тех, кто разыскивал Ориен в столице.

По его приказу были опрошены все работницы цветочных лавок города, в одной из которых нашлась мисс Каргар. И пусть она утверждала, что давным-давно не видела Ориен, но хозяин магазина узнал показанный стражниками портрет. После чего Милену задержали за лжесвидетельство и укрывание беглянки.

Перед тем как уснуть, Литар как раз просматривал подробный отчёт по её допросу. На самом деле он сам не заметил, как погрузился в сон. Помнил только, что за окном уже показались первые лучи солнца… а потом — ничего.

Лит снова с сомнением посмотрел на ту, которую газетчики прозвали Эргонским Миражом, искренне поражаясь тому факту, что не чувствует в ней ни малейшей опасности. Он всегда беспрекословно верил своей интуиции, и она ни разу его не подводила. А эта Ориен… попросту сбивала его с толку. Несмотря на все её преступления, она казалась Литу удивительно чистой… невинной. Просто несчастной маленькой девочкой, которая отчаянно нуждается в защите. И ему приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы раз за разом внушать себе, что она — воровка, негодяйка, гадина, выставившая его дураком перед всей столицей. А все его странные мысли — просто порождение её непонятной магии. В конце концов, он вообще ничего не знал об ишау!

— И как это понимать? — оторвал его от раздумий напряжённый голос отца.

Лит даже не сразу понял, о чём тот говорит. Но стоило принцу проследить за взглядом родителя и ему всё стало понятно.

— Литар, — угрожающе спокойно начал лорд Мадели, разглядывая лежащую на полу связанную девушку. — Объясни мне сейчас же, кто эта леди, и что вообще происходит. Что ты с ней сделал?

— Папа, не думай обо мне хуже, чем я есть, — бросил Лит, вставая с кровати и накидывая на плечи рубашку. — Между прочим, это именно та особа, которая стащила корону Её Величества. А здесь она только потому, что вчера мы не закончили разговор. Кери немного перестарался с воздействием, и пришлось отложить нашу беседу до утра.

— Значит, Кертон в курсе происходящего здесь? — уже спокойнее спросил Кай. А после ответного кивка сына заметно расслабился.

Лит даже представлять не желал, что мог подумать его родитель, увидев подобную картину. Но если судить по выражению его лица, это было нечто особенно аморальное и гадкое.

— Ладно, — бросил лорд Мадели, скользнув по спящей Ориен равнодушным взглядом. — Но от объяснений ты не отвертишься. Так что одевайся и выходи в гостиную. Я подожду тебя там. Заодно и Кери вызову.

Сказав это, он развернулся и быстро покинул комнату. Лит проводил родителя полным раздражения взглядом и, фыркнув, направился к камину.

— Я знаю, что ты не спишь. Так что можешь не притворяться, — сказал он, глядя на Ориен сверху.

Фактически она сейчас лежала у его ног, отчего ей было особенно противно. Девушка даже глаза открывать не хотела, уже зная, какую картину увидит. Она чувствовала на себе пристальный взгляд Сокола, от которого её сердце начинало биться как бешеное.

— Сядь, — холодным тоном приказал принц.

И в этот раз ослушаться Ориен не решилась. Почему-то ей очень не хотелось злить того, в чьей власти она сейчас находилась. Распахнув дрожащие ресницы, Ори поймала его ледяной взгляд и тут же поспешила приподняться.

Лит смотрел ей в глаза и выглядел искренне удивлённым. Потом и вовсе присел на корточки, и придвинулся ближе, рассматривая её обыкновенные круглые зрачки, которые ещё несколько часов назад имели совсем другую форму.

— Кто ты такая? — тихо спросил он. — Что ты вообще за существо?

Принц замолчал, по-видимому, ожидая ответа. Но Ориен было нечего ему сказать. Она лишь покачала головой и тихо сказала:

— Я не знаю.

— То есть, как ты не знаешь? — недоверчиво уточнил Лит.

— Я… мне… не у кого было спросить, — сдавленно промямлила она в ответ.

— Пусть так, — немного подумав, согласился Сокол. — Об этом можно поговорить и позже. Лучше скажи, где украденные драгоценности и тогда, может быть, мы продолжим разговор о твоих… особенностях.

Неожиданно даже для самой себя Ориен гордо вскинула голову и, уверенно поймав его взгляд, ответила.

— Я не скажу.

— Скажешь, — ухмыльнулся Литар, двумя пальцами касаясь ей подбородка. — У меня много способов вытягивать из людей информацию. И можешь не сомневаться, что ни один из них тебе не понравится.

Он поднялся и направился к неприметной двери, за которой располагалась ванная комната. А Ори едва сдержалась, чтобы не бросить ему вдогонку тираду из гадких оскорблений. Сейчас она ненавидела Сокола ещё сильнее, чем после первого ареста. Да как она вообще могла подумать, что он согласится ей помочь?! Что пойдёт на сделку ради сохранения собственной репутации? На самом же деле, её даже выслушать не пожелали.

— Ненавижу… — прошептала Ори, пряча лицо на придвинутых к груди коленях. — Боги, как я его ненавижу.

Но, как бы глупо это ни звучало, сейчас Ориен было не столько страшно, сколько стыдно. Ведь она находилась здесь уже очень долго, а её организм всё сильнее требовал посещения уборной. И девушка даже примерно не представляла, как выкручиваться из такой простой и глупой ситуации. Хотя… выбора у неё не было. Точнее был, но совсем не радостный.

Поэтому, едва принц появился в комнате, Ори поймала его взгляд и, отчаянно краснея, всё-таки заговорила.

— Ваше Высочество… — начала она, собираясь с мыслями. — Мне… нужно…

— Снова вздумала ставить мне условия? — усмехнулся Литар, глядя на неё, как на низшее существо.

И если бы у Ориен был выбор, она бы никогда не стала продолжать. Но опозориться ещё сильнее совсем не хотелось.

— Мне нужно в уборную.

Несколько секунд Литар смотрел на неё с откровенным удивлением. А потом вдруг… улыбнулся. Будто обычный человек.

Ориен же расценила его реакцию по-своему. Она решила, что он просто издевается над ней, что его жестокости хватит, чтобы заставить её терпеть до последнего или… хуже того. Но Лит лишь покачал головой и направился прямо к ней.

Девушка молчала, наблюдая за ним исподлобья. А когда он снова опустился рядом с ней на корточки, даже вздрогнула и попыталась отползти.

— Глупая, — бросил он равнодушным тоном.

Литар поймал её связанные ноги, провёл ладонью по узлу и тот мгновенно развязался сам. И Ори уже почти поверила, что он не такой уж и гад, когда верёвка снова оказалась затянута, но теперь только на правой лодыжке.

— Этой длины хватит, чтобы дойти до нужного тебе места, — сказал принц, указывая на удлинившийся поводок. — Иди, — добавил оборачиваясь. — И не задерживайся.

И Ориен тут же поднялась и отправилась к ванной. Верёвка тянулась за ней… но девушка старалась не обращать на это внимание. Куда сильнее её волновало то, как она расстегнёт застёжки на брюках связанными руками. Ведь помимо крючков, расположенных сбоку, имелся ещё и пояс, который был завязан сзади. И туда Ориен, увы, никак не дотянуться.

Но она всё же попробовала. Несколько минут тщетно старалась изловчиться и вывернуть руки, да только все эти попытки оказались тщетны. Поэтому когда за дверью послышались приближающиеся шаги, она растерялась окончательно.

— Почему так долго? — спросил Литар, но входить внутрь всё равно не стал.

— Потому что невозможно развязать пояс, узел на котором сзади, когда руки связаны спереди! — нервно ответила Ори, в отчаянье закрывая глаза. — Просто невозможно…

Дверь открылась. Но девушка была слишком взволнована, чтобы видеть эту гадкую ухмылку Сокола. Она стояла, уперевшись лбом в стену и отчаянно старалась успокоиться. Но когда он молча подошёл к ней и остановился за спиной, Ориен даже дышать перестала.

— Шнурок с твоих рук я не сниму. Не надейся, — холодно проговорил принц, ища взглядом её проблемный узел. — Так что говори, что там нужно развязать, и закончим с этим.

Ори сглотнула но всё же постаралась успокоиться. Ведь, несмотря ни на что, прекрасно понимала: если откажется о его помощи, то сделает хуже только себе.

— На брюках, — тихо сообщила девушка, крепко сжимая кулаки. Она не двигалась, боясь, что любое её движение может быть расценено как попытка напасть, освободиться, поэтому просто продолжала стоять у стены.

Лит внимательно осмотрел одежду своей пленницы и подошёл ещё ближе. А когда его руки приподняли край её удлинённого жилета, оголяя часть спины, Ориен вздрогнула.

— Не трясись. Как женщина ты меня не интересуешь, — бросил он, развязывая её пояс и непроизвольно касаясь пальцами гладкой прохладной кожи. А когда с узелком было покончено, легко расстегнул боковые крючки и отступил назад. — Штаны сама снимешь или тоже помочь? — спросил, наклоняясь к её уху.

— Сама, — хрипло ответила Ориен, мечтая только о том, чтобы он скорее вышел.

И только когда Литар отступил, а спустя несколько мгновений прикрыл за собой дверь, она, наконец, смогла снова начать нормально дышать.

Из уборной девушка вышла всего через пару минут, и старалась не смотреть в сторону ожидающего её Сокола. В ванной ей даже удалось умыться. Правда до раковины верёвка уже не доставала. Пришлось вытянуть ногу и обе руки, но до заветного вентиля Ори всё-таки добралась. Увы, но даже ледяная вода не смогла стереть краску смущения с её лица.

И благо принц тоже сделал вид, что ничего не произошло. Он уже оделся в строгий серый костюм, завязал волосы в привычный низкий хвост и со скучающим видом рассматривал открывающийся за окном вид.

— Возвращайся к камину, — скомандовал он, не поворачиваясь к Ориен. — Меня вызвал отец. Но когда я вернусь, мы продолжим наш вчерашний разговор. Но учти сразу, я не собираюсь идти у тебя на поводу. И помогать тебе ни в чём не стану. Так что, мисс Терроно, для вас же будет лучше, к моему возвращению умерить свои амбиции и быть готовой к тому, чтобы честно и добровольно рассказать о каждом преступлении. Ну и конечно, вернуть украденные драгоценности.

Он отвернулся от созерцания красот дворцового парка, и уже хотел направиться к выходу из комнаты, когда услышал её тихий, но уверенный ответ:

— Нет, — только и сказала девушка. Но на шкуру у камина всё-таки присела. И этот жест будто говорил, что она признаёт его хозяином этих покоев, где она — гостья, но не хозяином положения.

Лит остановился, встретился с ней взглядами и многозначительно кивнул. И в этот самый момент Ори поняла, что на снисхождение с его стороны рассчитывать не стоит. Вот только она не имела права сдаться и, после всего, что совершила, так просто взять и пойти на попятную.

— Что ж, свой выбор ты сделала, — бросил принц, поправляя манжет рубашки. — Дальше разговаривать мы будем по-другому. Жди.

И ушёл. А как только за ним закрылась дверь, верёвка, за которую Ори была привязана к камину, снова стала короткой.

* * *

Кертон быстро пересекал коридоры дворца, не обращая никакого внимания ни на стражников, ни на придворных. Сейчас он был слишком напряжён, чтобы отвлекаться ещё и на других людей. С прошлой ночи… с самого того момента, когда он увидел загадочную леди Мираж, когда обнаружил её невероятный по масштабам дар к ментальной магии, его не отпускало странное чувство близкой катастрофы. Он даже домой не отправился — так и остался ночевать во дворце. Всё пытался найти хоть какую-то информацию по представителям расы ишау. А так ничего и не найдя, решил что нужно как можно больше узнать о самой Ориен.

С раннего утра он отправился в камеру к её подруге, мисс Милене Каргар. И что самое странное, она охотно пошла с ним на диалог. Едва верховный маг вошёл в кабинет допросов, девушка посмотрела на него так, будто он был её самым любимым близким родственником. Ему и спрашивать ни о чём не пришлось — Мили сама выложила всё что знала и даже то, о чём просто догадывалась.

Кери слушал её внимательно, иногда задавая уточняющие вопросы. И чем больше он узнавал об Ориен, тем сильнее уверялся в мысли, что девочку нужно спасать.

— Помогите ей, господин, — попросила Милена, закончив свой рассказ. — Ори — не преступница. Просто… глупышка, поверившая словам обезумевшей предсказательницы. Прошу вас. Умоляю… не дайте им её обидеть. Она и так… натерпелась.

Кертон же на эти слова только молча кивнул и выглядел при этом необычайно задумчивым. Он постоянно прокручивал в голове всё то, что узнал от Милены, снова и снова возвращался к словам того самого предсказания и никак не мог понять, что именно в этой истории кажется ему самым странным. Он даже решил поделиться своими мыслями с королевой, надеясь, что она, с её талантом видеть события с разных сторон, сможет что-то подсказать. И Эриол, действительно, подсказала. Вот только совсем не то, на что рассчитывал Кери.

И теперь он очень спешил в покои Литара, в мыслях молясь всем Светлым Богам, чтобы несчастная девушка всё ещё была там… а не в подземельях дворца… в пыточной камере.

В комнату принца он вошёл без стука, попросту не подумав о том, что его могут там не ждать. А увидев сидящую у камина Ори, вдруг остановился, опёрся рукой о стену и вздохнул с невероятным облегчением.

— Ориен, — начал маг, подходя ближе и устало усаживаясь в ближайшее к ней кресло. Выглядел он при этом таким вымотанным, будто лично оббежал всю столицу, причём, несколько раз. — Ты даже не представляешь, как я рад, что ты до сих пор здесь.

Она смотрела на него со странной смесью испуга и непонимания. По правде говоря, Ори не имела ни малейшего понятия, кто перед ней. Она внимательно разглядывала этого темноволосого мужчину в простом сером костюме с эмблемой ордена королевских магов, и старалась прикинуть, кем он может быть. Выглядел он совершенно обычно — встреть такого на улице, пройдёшь мимо. Но вот в его тёмно-синих глазах плескалась невероятная глубина. Глядя в них, начинало казаться, что смотришь в бескрайнюю бездну.

— Моё имя Кертон Амадеу, — представился он, видя, что она теряется в собственных догадках. — Я верховный маг Карильского Королевства. Мы с тобой встречались вчера… на балконе.

Увы, в той ситуации Ориен было не до разглядывания деталей. Она старалась держать в поле зрения Литара, так как считала его наиболее опасным противником. И так глупо ошиблась…

— Зачем вы пришли? — спросила девушка, уже понимая, что он явно спешил, причём именно к ней.

— Хочу не дать тебе наделать глупостей, — честно ответил он. — Поэтому выслушай меня предельно внимательно. То, что я скажу, может в корне изменить всю ситуацию, которая пока складывается для тебя крайне плачевно. Твоя подруга Милена сидит в камере. Её обвиняют в пособничестве и укрывательстве беглой преступницы. За это ей грозит год каторги.

Ориен мгновенно напряглась и уже хотела что-то возразить, но Кертон остановил её одним строгим взглядом.

— Я говорил с ней, и она рассказала мне очень многое, — продолжил он, периодически поглядывая на дверь, откуда в любую секунду мог появиться Литар. — И главное, Ори, она поведала мне о том самом предсказании, которое заставило тебя пойти на преступление. Но мисс Каргар могла что-то напутать, а меня интересует наиболее точная формулировка. Не могла бы ты повторить всё то, что сказала тебе гадалка. Поверь, сейчас это очень важно.

Ориен вздохнула, почему-то снова посмотрела на огонь, который горел в камине сам по себе, совсем без дров, и всё же решила, что ответив, ничего не потеряет.

— Та женщина сама меня нашла, — негромко проговорила она. — Я никогда прежде не сталкивалась ни с прорицательницами, ни с гадалками. В ту ночь мне посчастливилось наткнуться на небольшую деревню, где был праздник по случаю чьей-то свадьбы. Еду раздавали всем… а я два дня не ела.

Ори отвела опустила голову, будто наяву возвращаясь в события той ночи.

— Она схватила меня за руку в толпе. Напугала ужасно, — продолжила пленница, сама не понимая, почему решила рассказать обо всём, что случилось в тот вечер, причём тому человеку, которого видит впервые в жизни. — А потом отвела в сторону и без предисловий стала говорить. Она сказала… что я сирота при живых родителях. Что они любят меня. Что моя жизнь будет идти под откос и свалится в бездну, если я их не отыщу. А когда я спросила, как же это сделать, она ответила совершенно странной фразой, — Ориен сглотнула и посмотрела в глаза верховному магу. — Сказала, что найти моих родителей будет нелегко, и это сможет сделать только один человек, наделённый властью и большими полномочиями. Она назвала его белым соколом и сказала, что добраться до него мне помогут крылья.

— Ориен, — обратился к ней Кертон, — ты уверена, что она больше ничего тебе не сообщила? Вспомни? Важна любая мелочь.

Девушка пожала плечами, прогоняя в голове обрывки картинок того вечера.

— Говорила про дар, но я поняла, что она считает даром именно крылья. Ещё про ценность наследия что-то было… Я решила, что она имеет в виду драгоценности. А перед тем как уйти, сказала, что свет чистой души не должен погаснуть.

Кери хмыкнул и, подперев голову рукой, посмотрел на Ориен с каким-то особенным интересом.

— Когда-то моя бабушка, мудрейшая из женщин, часто повторяла мне одну фразу, которая, как я узнал позже, была древней заповедью какого-то ордена магов, — проговорил он, как-то по-доброму ей улыбаясь. — Она говорила: «Свет чистой души никогда не должен погаснуть. Ибо каждая душа — огонёк, бредущий сквозь тьму мира. И тот, в чьих силах помочь ей найти свой путь, обязан это сделать».

Теперь Ориен окончательно перестала понимать происходящее. Она не чувствовала в этом человеке ни презрения, ни агрессии. Совсем наоборот. Сейчас он казался ей этаким добрым дядюшкой, который ни за что не даст её в обиду.

Видя её замешательство, маг снова улыбнулся и уже даже открыл рот, чтобы объяснить ей свои мотивы, но именно в это мгновение с грохотом распахнулась дверь, и в комнату вошёл Литар. Злой, как стая голодных волков.

Он мазнул по Ориен раздражённым взглядом и остановился напротив кресла Кертона.

— И что ты здесь забыл? — холодно бросил принц, глядя на него с явным недовольством.

— Пришёл, чтобы не дать тебе наделать глупостей, — ответил Кери, спокойно встречая его тяжёлый взгляд.

— Очень интересно, каких же глупостей я, по-твоему, могу наделать?

— Огромных и имеющих большие последствия. Поэтому, Литар, на правах твоего наставника…

— Бывшего, — заметил принц, продолжая всем своим видом излучать едва сдерживаемый гнев.

— Пусть и бывшего, — не стал спорить верховный маг. — Это сути не меняет. Я просто прошу выслушать меня и… эту девушку. Поверь, ей есть, что тебе сказать.

Тот снова повернулся к притихшей Ориен, которая сейчас смотрела на него с плохо скрываемым испугом, и упрямо переплёл руки перед грудью.

— Мы уже поговорили, — заметил принц. — И мисс Терроно в категоричной форме дала мне понять, что не желает возвращать драгоценности. А я уж точно не собираюсь соглашаться на её глупые условия.

Кери вздохнул, и медленно опустил обе ладони на подлокотники. Он как никто другой знал, насколько упрямым может быть Литар, как и то, что переубедить его почти невозможно. Но и сдаваться просто так не собирался.

— Лит, давай начнём немного с другой стороны. Не с драгоценностей. Они, насколько я понимаю, всего лишь предлог…

— То есть ты всерьёз веришь, что эта милая юная леди украла побрякушек на баснословную сумму, только для того чтобы встретиться со мной? — Литар изогнул губы в ироничной усмешке и повернулся к Ориен. — Скажи, что тебе мешало просто так приземлиться на моём балконе и попросить помощи без всех этих краж?

Ори подняла голову и прямо посмотрела ему в глаза.

— А вы разве стали бы меня слушать? — спокойно спросила она. Но тут же грустно усмехнулась и сама же ответила: — Нет, Ваше Высочество. Не стали бы… И ни за что бы не снизошли до помощи такой, как я. Беглой преступнице.

— Но и сейчас ты ничего не выиграла. Кроме, разве что, огромных неприятностей, — отозвался Литар.

Ори понуро кивнула и отвернулась к огню.

— Но я хотя бы попробовала, — проговорила она тихо, будто обращаясь к самой себе.

И в этой последней фразе прозвучала такая обречённость, что сердце Литара на какое-то мгновение странно сжалось. Но он тут же поспешил сбросить с себя это неприятное оцепенения и тоже посмотрел на огонь.

— Ориен человек только наполовину, — нарушил повисшую тишину голос верховного мага.

Он замолчал, ожидая, когда же последует реакция. А стоило его таким разным собеседникам обратить на него одинаково внимательные взгляды, он чуть расслабился и продолжил, обращаясь к девушке.

— Скажи, милая, какие в тебе есть отличия от людей? Помимо крыльев.

Ори метнула в сторону Литара недоверчивый взгляд, будто не желала говорить об этом при нём и снова посмотрела на мага.

— Поверь, сейчас в твоих интересах рассказать нам всё. Абсолютно. Ничего не скрывая, — попытался убедить её Кери. — Можно сказать, что от этого зависит твоё дальнейшее будущее.

Девушка опустила глаза на свои перетянутые шнурком запястья и сжала кулачки. Почему-то ей очень хотелось верить этому странному Кертону. Он казался ей искренним и будто на самом деле хотел помочь. Наверно именно поэтому она и ответила.

— Я вижу энергию. Плетения, потоки силы, ауры. И мне для этого почти не нужно перестраивать зрение. Когда я… нахожусь в спокойном состоянии, все это будто уходит на второй план, как какой-то фон. Но если испугана или сильно нервничаю, то эти краски становятся особенно яркими.

— И твои зрачки меняют форму, — добавил Литар, для которого сия информация оказалась очень интересной.

— Да, — подтвердила Ориен. — Это происходило всегда. Сколько я себя помню.

— А что с крыльями? — спросил Кери, чуть склоняя голову набок. Ему до сих пор было непонятно, откуда они берутся и куда деваются. Ведь вчера он своими глазами видел за спиной у этой девушки два чёрных крыла, а сегодня их совершенно точно там не было.

Ори снова вздохнула и придвинула колени к груди. Говорить об этом ей совсем не хотелось. Но она не сомневалась, что если откажется отвечать, то ответ из неё всё равно вытянут. Теми же пыточными клещами.

— Крылья появились полтора года назад, — призналась она. — Тогда же на меня перестала действовать магия, а волосы приобрели этот… необычный цвет.

Она коснулась пальцами тёмно-красной прядки у лица и попыталась откинуть её назад. Правда, со связанными руками это простое действие удалось ей далеко не сразу. И всё это время оба мужчины с задумчивым видом наблюдали за её потугами.

— Что спровоцировало появление крыльев? — спросил вдруг Литар.

Он уже понял, что они появились не просто так. А значит, должно было случиться нечто необычное. Может какая-то ведьма нужный ритуал провела, а может ещё что-то. По подсчётам Литара это произошло как раз перед её побегом с каторги.

Но на Ориен его вопрос произвёл странное действие. В одно мгновение она вся будто сжалась и теперь выглядела настолько разбитой, что наблюдающего за ней Кери передёрнуло.

— Это не важно, и к делу отношения не имеет, — тихо ответила девушка. — Они просто появились. И я ушла. И пока добиралась до столицы, встретила гадалку, которая и сказала, что мне нужно обязательно найти родителей и что поможет мне в этом только белый сокол. Именно поэтому и я решилась на преступление, — она подняла голову и встретилась взглядом с холодными глазами Литара. — Только для того, чтобы хотя бы попытаться уговорить вас помочь.

— Я уже сказал, что помогать тебе не стану, — холодным тоном бросил принц, которого несказанно раздражало прозвище, которое ему дали в кругах криминального мира Эргона. — И тебе же лучше самой вернуть все украденные драгоценности.

— Нет, — тихо, но решительно сказала Ори, несмотря на то, что понимала, как этим ещё больше злит Литара.

— Она вернёт, — вдруг заявил Кери, причём его голос звучал так уверенно, будто эти самые драгоценности хранились в его личном сейфе.

Ориен посмотрела на мага с полнейшим нцепониманием, и хотела уже возразить, нло… не смогла даже рта раскрыть. Её бпудто сковало оцепенение, а в голове вдруг пирозвучал чужой голос. Он в категоричной форме велел ей молчать и даже не пытаться сопротивляться. И почему-то Ори решила с ним согласиться. Она уже поняла, что человеком, так бесцеремонно влезшим в её мысли, может быть только сидящий напротив лорд Амадеу.

— Вернёт всё что украла, — повторил Кери, обращаясь к Литару. — Но и ты взамен сделаешь две вещи.

— С чего это вдруг? — насмешливо спросил принц и, судя по скепсису, отразившемуся на его лице, ни на какие условия соглашаться он не собирался.

— Потому что я об этом прошу, — спокойно добавил маг. — Поверь, Лит, для тебя это сущие мелочи.

— И что же ты хочешь? — в голосе Сокола явно слышалось недоверие.

— Чтобы ты снял все обвинения с мисс Терроно и её подруги, мисс Каргар.

— Я не согласна, — тут же поспешила заявить Ори.

Она оказалась настолько возмущена его словами, что легко уничтожила сковывающие её ментальные путы. Но ей хватило всего одного строгого взгляда мага, чтобы мигом проглотить все свои возмущения.

— Ты — согласна. Потому что для тебя у меня тоже есть условия, — строго ответил ей Кери. — Ориен, ты менталист с огромным потенциалом. И я хочу, чтобы ты стала моей ученицей.

— Что?! — рявкнул Лит, да с таким видом, будто в жизни не слышал большего абсурда. — Она?! ученицей? Да ты никогда не брал себе учеников. Говорил, что тебе нас больше чем достаточно.

— А теперь, Литар, пришло время что-то изменить. У Ориен поразительный потенциал, и я просто обязан помочь ей освоить общую для нас сферу магии. К тому же, ты тоже от этого только выиграешь.

— Что же? Новые проблемы и неприятности? — спросил он с откровенной иронией.

— Нет, — ровным тоном ответил маг. — Получишь лучшего ментального мага во всём королевстве.

Литар снова отвернулся к огню, который, кажется, даже не грел, — просто игриво мерцал в камине, будто на самом деле был живым существом.

— Ориен. Ты согласна? — спросил Кери, заглядывая в глаза девушке.

И он бы рад был повлиять на её решение, да только она почти не воспринимала его вмешательство. Вчера ему и усыпить-то её удалось, лишь активировав почти весь свой внутренний магический резерв. Такого воздействия могло хватить на толпу в несколько тысяч человек, а Ориен поддалась ему только потому, что оказалась уставшей.

Ори уже хотела ответить ему категорическим отказом, но вдруг осеклась. На какое-то мгновение она попыталась представить, что будет дальше, если она сейчас откажется. Ведь в этом случае Кери просто уйдёт, а Литар… всё-таки отправит её к дознавателям. Возможно даже в пыточную. А потом… её снова сошлют на каторгу или посадят в подземелье. И Мили тогда уж точно не выпустят.

— Согласна, — тихо отозвалась девушка, понуро опуская голову на придвинутые к груди колени.

Кери кивнул и выжидающе посмотрел на принца.

— Литар, ты согласен? — спросил он, встречая недовольный взгляд принца. — Учти, королева это решение одобрила. Она даже попросила меня познакомить её с Ориен. Эриол всегда умела ценить выдающихся людей.

Лит раздражённо поджал губы, обдумывая какие последствия могут быть у такого решения и какие выгоды ему может принести эта девушка. И пусть ему совсем не хотелось это признавать, но по всему получалось, что Кертон прав.

— Хорошо, Кери. Пусть будет по-твоему, — всё же ответил он, и лишь ухмыльнулся, наблюдая, как после этих слов расслабилась его пленница. — Но для начала я хочу получить обратно все украденные драгоценности. И ещё… коль она станет ученицей верховного мага, я настаиваю на приведении официальной присяги.

— Что это значит? — непонимающе спросила Ориен, поворачиваясь к Кери.

— Ничего страшного, — отозвался тот. — Это клятва, которую дают все, кто находится на королевской службе. В твоём случае, она обяжет тебя подчиняться приказам наставника, то есть — моим.

Ори кивнула, в душе продолжая сомневаться в правильности своего решения. Но при этом она чувствовала, что поступает правильно… Что этот день обязательно станет в её жизни поворотным.

Глава 4

И в самой чёрной ночи,

И в свете белого дня…

Лишь в страхе сердце кричит:

«Он не отпустит тебя».

Ведь ты теперь «под крылом»,

В ловушке, как ни крути.

И фраза в мыслях, как гром:

«От Сокола не уйти…»

— Милая, ты не устала? Целый день сидишь здесь безвылазно. Даже кушать не выходишь.

Этот мягкий женский голос, в котором явно слышались тёплые заботливые нотки, казался Ориен прекрасной музыкой. Она иногда даже задумывалась: а говорил ли с ней ещё хоть кто-то в подобном тоне? Но ни разу так и не смогла вспомнить.

— Нет, не устала, — отозвалась Ори, открыто улыбаясь вошедшей в библиотеку красивой светловолосой женщине, которую умудрилась полюбить с самой их первой встречи.

Но даже сейчас, спустя почти три месяца, Ориен прекрасно помнила каждую мелкую деталь того вечера, когда появилась в этом доме.

…Литар всё-таки заставил её произнесли слова клятвы верности стране и её монарху, а ещё зачем-то потребовал несколько капель её крови, для подтверждения присяги. Ори не хотела соглашаться, но Кертон куда-то вышел, а спорить с решительно настроенным Соколом она побоялась.

После того, как необходимый ритуал был проведён, а на город опустилась ночь, принц отпустил Ориен за украденными драгоценностями. Он дал ей на это всего один час, сообщив, что если она не вернётся вовремя, то он вернёт её сам и отправит прямиком в пыточную камеру, где её давно уже с нетерпением ждут.

Понятно, что после таких «добрых» напутственных слов, она очень спешила. Когда Литар, наконец, получил обратно свои побрякушки, он довольно улыбнулся и сразу отправил их специалистам для проверки и пересчёта. И только после этого верховный маг, наконец, соизволил объяснить растерянной девушке, что ждёт её дальше.

Оказалось, что несмотря на такие выдающиеся способности к ментальной магии, в академию Ори всё равно бы не приняли, из-за отсутствия стихийного дара. Поэтому маг сообщил, что будет обучать её сам. А когда вернувшийся, чрезвычайно довольный принц отпустил их на все четыре стороны, Кертон подтолкнул свою новую ученицу к двери и повёл к порталу.

Девушка благоразумно старалась не задавать лишних вопросов. Она просто шла за ним, благодаря Богов уже за то, что ведут её не в подземелья. Но когда они прошли через мерцающую арку перехода и оказались в уютной гостиной какого-то дома, Ориен даже немного растерялась.

Их встречала приветливая улыбчивая женщина, на вид не старше тридцати пяти. Она тут же подошла к магу, крепко его обняла и легко поцеловала в губы. И только после этого обратила внимание на его спутницу. В тот момент в её красивых голубых глазах промелькнуло нечто такое… тёплое, отчего Ори вдруг почувствовала себя дома.

— Ориен, это моя супруга, леди Беллиса Амадеу, — представил её маг.

— Можешь называть меня Белли, — сказала та, улыбаясь девушке. Потом взяла её за руку и повела за собой. — Пойдём, я покажу тебе твою комнату…

С того дня жизнь Ори изменилась до неузнаваемости. И если поначалу она ещё держалась отрешённо и очень скромно, то вскоре сама не заметила, как начала считать это место настоящим домом.

С Белли они ладили прекрасно. Та относилась к Ориен как к любимой племяннице или даже дочери. А когда Ори как-то сказала, что Беллиса слишком молода чтобы быть её матерью, та расхохоталась и призналась, что на самом деле куда больше годится ей в бабушки. Это сообщение настолько шокировало Ориен, что она даже не сразу поверила. И в очередной раз направилась за объяснениями к Кери. Как оказалось, Белли не имела никакого дара к магии и по всем правилам давно должна была начать стариться, но Кертон создал для неё особенное зелье, сильно замедляющее увядание организма. Именно поэтому даже теперь его жена выглядела такой… молодой.

Так как большую часть времени Кери проводил во дворце или в ордене магов, заниматься со своей ученицей он мог только по вечерам, а всё остальное время Ориен приходилось черпать знания из книг. Но стоило ей впервые увидеть собранную им библиотеку, и девушка поняла, что по-настоящему счастлива. Теперь она проводила в этой чудесной комнате всё своё свободное время, уходя только на ночь, а Белли только укоризненно качала головой, и заботливо приносила девушке чай и бутерброды.

Вот и сейчас Беллиса вошла в библиотеку с большим подносом, на котором, судя по запаху, прятались свежеиспечённые булочки.

— Оставь ты в покое свои книги, — сказала хозяйка дома, ставя перед Ориен чашку с ароматным травяным чаем и усаживаясь в кресло напротив. — Кери сказал, что сегодня вечером у нас гости, а значит, заниматься с тобой он не будет.

— Жаль, — честно призналась Ори, которой с каждым днём всё больше нравились уроки с наставником. Ей иногда казалось, что она может слушать его объяснения сутками напролёт. Всё же Кертона она считала прекрасным учителем и очень хорошим человеком.

Хотя и сам верховный маг был чрезвычайно доволен своей ученицей. Её талант оказался поистине огромным, а жажда знаний — неутолимой. Она легко осваивала азы менталистики, и всё больше увлекалась этой наукой. А ещё Кери крайне заинтересовался устройством её крыльев и полнейшей невосприимчивостью к стихийной магии. Он старался найти хоть какую-то информацию о расе ишау, к которой, по его мнению, наполовину относилась и Ори, но пока так ничего и не нашёл.

— Гости? Но это значит, я смогу сегодня подольше почитать, — сказала девушка, принимая из рук Беллисы мягкую булочку с повидлом.

— Боюсь, что нет, — улыбка Белли стала чуть лукавой, и она поспешила добавить: — Кери просил передать, что настаивает на твоём присутствии за ужином. Он считает, что тебе пора заканчивать прятаться в своей комнате, и я с ним согласна. Ты ведь теперь официально ученица верховного мага королевства, а это очень высокий статус.

Ори обречённо вздохнула, но вынуждена была согласиться с Беллисой. К сожалению, всю вышину этого самого статуса она осознала далеко не сразу. Почему-то раньше она думала, что в звании чьего-то ученика нет ничего особенного. Боги, как же она ошибалась.

На самом же деле оказалось, что Кери считается чуть ли не членом королевской семьи, а его ученик, точнее ученица, автоматически получает просто огромное количество привилегий. И если раньше Ориен удавалось отговариваться от участия в светской жизни своим совершенным незнанием этикета, то теперь, благодаря Беллисе, эти самые правила она выучила назубок.

— Я попросила горничную подготовить тебе платье, — добавила хозяйка дома, с улыбкой наблюдая за откровенным смущением девушки.

Всё же Ориен до сих пор так и не смогла привыкнуть ни к новому статусу, ни к соответствующему ему гардеробу. И была очень благодарна Кери, что тот позволял ей одеваться, как она привыкла, в простые шаровары и тунику. Но при этом ещё в первую неделю её жизни в его доме, Белли озаботилась приобретением новых нарядов для ученицы своего супруга. Так что теперь у Ори не возникало вопроса, в чём выйти к гостям учителя. Вот только… она совершенно не желала никуда выходить.

— Что сегодня интересного изучила? — спросила Беллиса, легко уходя от неприятной для девушки темы. Уж она-то прекрасно знала, что Ориен, как и Кери о менталистике может говорить часами.

Расчёт супруги мага оказался верен. И едва прозвучал её вопрос, глаза Ори мгновенно загорелись и она с невероятным воодушевлением принялась рассказывать о тех удивительных вещах, о которых прочитала в очередной книге.

— А ещё нашла интересную статью про особенности подсознания, — воскликнула девушка, когда поток её красноречия начал иссякать.

Белли конечно делала вид, что ей всё это очень интересно. Но разве можно подобным образом обмануть менталиста?

— И чем же она так тебя поразила? — спросила она с улыбкой. — Или ты хочешь снова использовать меня, в качестве подопытного кролика?

— Ну… — замялась Ори. — Только если ты разрешишь. Я аккуратно. Только чуть-чуть покопаюсь… В глубины лезть не буду.

Беллиса посмотрела на девушку, на чьих светлых щеках проступил румянец смущения, с искренней теплотой. Она сама не понимала, почему так быстро привязалась к чужой, по сути, девочке. Да только с первой их встречи Белли прониклась к ней самыми тёплыми чувствами, будто они на самом деле были близкими родственниками.

— Ну, хорошо, — отозвалась она с добродушной улыбкой. — Только не долго. Мне через полчаса нужно будет проверить, всё ли на кухне подготовлено для ужина.

С этими словами Беллиса оставила в сторону чашку, удобнее уселась в мягком кресле и посмотрела на Ориен. А той не нужно было другого разрешения. Она тут же придвинулась чуть ближе и заглянула в глаза своей собеседнице.

Вообще для большинства менталистов, это было единственным способом добраться до сознания другого человека, но для Ориен, с её уровнем дара, это оказалось совсем не обязательно. Кери утверждал, что ей по силам влиять на жителей целых городов. Правда только на поверхностные чувства и мысли. К примеру, она могла бы легко погрузить в состояние сна весь многотысячный Эргон. А вот более тонкая работа… с памятью, глубинным сознанием и даже подсознанием всегда проходила при контакте «глаза в глаза».

Благодаря Кертону и его несомненному таланту к преподаванию, Ориен быстро освоила все основные постулаты и азы ментальной магии. Но чем больше она узнавала, тем большее хотела попробовать. А так как Белли прекрасно понимала, что теория без практики почти бесполезна, то иногда позволяла Ори, говоря простым языком, копаться в своей голове. Кери к этому относился крайне настороженно. Всё же Ориен была пока всего лишь ученицей, хоть и, несомненно, талантливой. Да только любой, даже самый опытный менталист мог по ошибке натворить в сознании человека такого, что последствия могли бы стать крайне пугающими. Что уж говорить о дилетанте?

Но Ори никогда ничего не трогала в сознании Белли, не исправляла, не изменяла. Она просто смотрела… изучала, пыталась разобраться. И вообще, боялась возможных последствий своего вмешательства едва не сильнее самой Беллисы. Ведь понимала — если что-то случится, то, несмотря на все таланты, в живых её не оставят. Уж Сокол постарается.

Сегодня Ориен бродила по лабиринтам подсознания Белли с особенным любопытством. Она давно поняла, что тема детей для этой маленькой семьи самая больная. Кертон и Беллиса были вместе уже тридцать пять лет, но… ни наследника, ни наследницы не имели. Более того, за всё это время, Белли даже ни разу не удалось забеременеть, хотя все лекари в один голос утверждали, что оба потенциальных родителя здоровы.

А сегодня, изучая очередное исследование о метаморфозах человеческого подсознания, Ори вдруг подумала: а ни в нём ли главная проблема? За время этих сеансов практической менталистики, Ориен столько раз бродила по глубинам воспоминаний жены своего наставника, что могла без труда озвучить всю её биографию. Теперь она знала многое из того, о чём вообще никогда не должна была узнать, в том числе и некоторые моменты прошлого королевы, с которой Беллису связывала давняя дружба и… общее рабское прошлое. Узнав о таком грязном пятне в жизни Её Величества Ори ещё несколько часов пыталась уложить всё это в своей голове. А потом всё же не выдержала и пошла с повинной к Кери.

Верховный Маг тогда выслушал её молча. А по окончании монолога своей ученицы сделал два главных вывода: во-первых, Ориен никогда никому не расскажет о том, что узнала — ей просто не позволит совесть. А во-вторых, установленные им ментальные щиты против этой девушки абсолютно бессильны.

И вот сейчас, найдя нужный участок замысловатого лабиринта подсознания Беллисы, Ори вполне ожидаемо обнаружила огромное тёмное пятно в области, связанной с материнством. Видимо когда-то Белли так сильно боялась забеременеть, что её подсознание восприняло это как настоящий полный запрет. И теперь сам её организм всеми силами стремился не дать случиться тому, чего так не желала его хозяйка.

Ориен тяжело вздохнула и мягко прервала контакт. Только после этого на мгновение прикрыла веки, чтобы возвращение в реальный мир не было таким болезненным.

— Скажи… — протянула она, всё ещё не открывая глаз. — Почему ты не хочешь детей?

— Ориен, что ты такое говоришь?! — воскликнула Беллиса. — Да я мечтаю… всем сердцем желаю стать матерью. Ты даже не представляешь, как мы с Кери грезим о ребёнке. С чего ты взяла, что я не хочу?

Но Ориен сейчас было совсем не до выяснения причин. Она и из подсознания Белли вынырнула, только для того, чтобы спросить…

— Беллиса, — начала девушка, стараясь подобрать правильные слова. — Я могу сделать так, что ты сможешь забеременеть. Причём в ближайшее время. Но это вмешательство, а Кери…

— Я разрешаю! — уверенно высказала женщина.

Её голос дрожал, хотя в глазах стояла такая решительность, что у Ори просто не осталось сомнений. Белли действительно хотела стать матерью, если дала позволение на вмешательство той, которая никогда прежде ничего подобного не делала. Хотя сейчас Ориен почему-то ни капли не сомневалась, что всё у неё получится.

Новый контакт удалось установить куда быстрее. Да и нужный путь в постоянно изменяющемся лабиринте подсознания Беллисы она преодолела гораздо легче. А когда добралась до нужного участка, на несколько секунд просто замерла, готовясь к погружению в ту самую черноту.

Теперь, после огромного количества изученного материала, Ориен больше не сомневалась, что возможности человеческого мозга поистине безграничны. Люди на самом деле были способны почти на всё, но очень немногие использовали собственный потенциал хотя бы на треть. Правда в критических ситуациях, находясь на грани полного и безоговорочного отчаянья, люди иногда были способно выдавать такое, чего сами от себя никогда не ожидали. Вот и с Беллисой получилось так же.

Тот период своей жизни Белли с радостью бы вычеркнула и забыла навсегда. Даже сейчас, спустя многие годы, её память сохранила отпечаток всего того ужаса, что ей пришлось пережить будучи рабыней. Её насиловали. Каждый день, в течение нескольких долгих месяцев. И она не могла… не имела воли хоть как-то этого избежать. И в те жуткие моменты больше всего на свете она боялась забеременеть. Нет, Беллиса очень любила и хотела детей, но не так… не от того чудовища, что было её хозяином.

Почувствовав, что вот-вот сорвётся, Ориен заставила себя сосредоточиться и отбросить все эмоции, которые сейчас зашкаливали за все мыслимые и немыслимые пределы. Увы, она не имела права стирать из памяти Беллисы какие-либо воспоминания, но вот ослабить их влияние была вполне способна. Планомерно, каплю за каплей, она убирала тёмно-кровавую разрушительную энергию с её воспоминаний, а когда с этим оказалось покончено, сформировала и отправила в нужный участок сознания Белли установку на скорую беременность. А как только эта мысль вжилась и укоренилась, Ори с молчаливым удовлетворением отметила, что вся внутренняя суть супруги её учителя тут же начала перестраиваться, подготавливаясь к грядущим нагрузкам, связанным с интересным положением хозяйки.

В этот раз контакт Ори разрывала особенно осторожно, а потом ещё несколько долгих минут сидела с закрытыми глазами и старалась восстановить дыхание. Ей казалось, что она устала настолько, что даже подняться не сможет. Всё же это первое в её жизни сознательное воздействие вытянуло из Ориен столько сил, сколько не забирали и самые продолжительные полёты. Но даже теперь она ни капли не сомневалась, что всё сделала правильно.

— Милая, ты в порядке? — обеспокоенно спросила её Беллиса, которая перенесла это вмешательство не в пример легче самой девушки. — Что-то не так? Давай я вызову Кери.

— Нет, — отозвалась Ори, стараясь изобразить хоть какое-то подобие улыбки. — Я справлюсь сама. Не переживай. Просто это всё оказалось слишком… Слишком сильно. Мне нужно отдохнуть.

Белли согласно покивала и протянула Ориен руку, помогая подняться. Но тут её взгляд упал на большие настенные часы, показывающие половину восьмого, и хозяйка дома просто не смогла сдержать удивлённый вздох.

— Боги, мы так засиделись! — взволнованно прощебетала она. — Казалось, что минули минуты, а на самом деле прошло два часа. Гости придут совсем скоро, а мы с тобой даже ещё не одеты.

Добравшись до гостиной, она передала заботы об Ориен одной из горничных, а сама резво направилась на кухню, проверять, всё ли готово к предстоящему ужину. Но Ори уже достаточно пришла в себя, чтобы передвигаться самостоятельно, да и не привыкла она к помощницам в таком деле как купание или одевание. Правда сегодня к её возражениям никто присушиваться не желал, а сама девушка оказалась попросту не в силах сопротивляться.

Но когда спустя час взглянула на своё отражение в огромном напольном зеркале… то едва смогла сдержать собственное удивление. Ведь там отражалась совсем не она… пусть та леди и имела те же серебристые глаза, схожие черты лица, да и цвет её волос был столь же странным — бордово-красным. Но в остальном красивая девушка, взирающая на неё из отражения, очень мало походила на ту Ориен, которая вошла в этот дом в самом начале лета.

Ори только сейчас заметила, как же сильно изменилась за прошедшие три месяца. И вроде бы всё осталось прежним, но её осанка после тренировок Белли стала абсолютно прямой, лицо приобрело гораздо более здоровый оттенок, а в глазах появилась тихая глубина, присущая всем менталистам. Ну а красивое тёмно-синее платье и аккуратная причёска только добавляли её образу совершенной нереальности, делая её похожей на сказочную фею.

Да, Ориен нравилось то, какой стала её жизнь. Но дело было даже не во внешности… Она-то, как раз таки, девушку почти не волновала. Вещи, деньги, драгоценности, комфортная мебель — всё это конечно хорошо и очень приятно. Но гораздо больше Ори радовало совсем другое, те доброта и тепло, с которыми её принимали в этом доме, и те знания, которые она каждый день получала… и которые у неё, при всём желании, невозможно было отнять.

Она училась каждую секунду, каждый миг. Впитывала в себя информацию подобно тому, как иссушенная засухой земля напитывается живительной влагой во время дождя. Она спешила узнать как можно больше, так же как голодающий старается наесться впрок. Ведь, несмотря на заверения Беллисы и самого Кертона, всё равно не верила, что это тихое счастье продлится долго. Всё равно боялась, что вскоре станет им не нужна. Что наступит момент, и эти прекрасные люди решат избавиться от неё точно так же, как когда-то избавились родители.

* * *

Ещё подходя к дверям парадной столовой, которой в этом доме пользовались только для приёма гостей, Ориен поймала себя на том, что жутко нервничает. Это было совершенно неудивительно, ведь она вообще впервые собиралась присутствовать на столь официальном мероприятии. И пусть Белли сказала, что гостей будет только двое, но Ори всё равно было не по себе. Ведь учитывая обширный круг общения её учителя, к нему мог заявиться кто угодно: от торговца тканями с рынка Эргона, до самой королевы.

Опустив пальцы на золочёную ручку двери, девушка старалась прислушаться к голосам в столовой, но так ничего и не услышала. Эту комнату, как и многие другие в особняке верховного мага, опутывала сложнейшая магическая сеть, одной из функций которой было сохранение так называемого «полога безмолвия». И пусть на Ориен не действовала стихийная магия, но слышать сквозь такую звуковую защиту она всё равно не могла.

Так… в очередной раз вздохнув, и постаравшись убедить себя в том, что этот ужин уж точно не страшнее жизни в поселении каторжников, Ори всё же нажала на ручку и переступила порог.

В столовой её явно ждали. А стоило девушке рассмотреть, кто именно, и у неё возникло просто непреодолимое желание развернуться и уйти. Она так и замерла у самого входа, переводя испуганный взгляд с одного гостя на другого. А вот оба молодых мужчины, стоявшие у окна в компании Кертона, смотрели на неё с искренним интересом.

— Ори, — улыбнулся верховный маг, обернувшись к своей ученице. — Прекрасно выглядишь. Тебе очень идёт этот цвет.

Он отлично видел, насколько ей не по себе, поэтому поспешил подойти и ободряюще взял её за руку. Она же… попросту растерялась, не зная, как себя вести с такими высокими гостями. Стоит ли присаживаться перед ними в реверансе? Как обращаться? Имеет ли она вообще право с ними говорить?

Это раньше, будучи вне закона, она легко позволяла себе любую форму общения. Говорила с Литаром вполне спокойно, хоть и использовала официальное обращение. Но вот сейчас не могла найти в себе сил даже для того, что просто посмотреть ему в глаза. Ори чувствовала, что сам принц рассматривает её с каким-то холодным интересом и искренним удивлением. Даже на расстоянии она ощущала его недоверие и лёгкое раздражение. А вот его спутник показался ей более приятным. Тот даже не пытался скрыть, что заинтересован её персоной.

— Да, Кери… ты хоть и говорил, что у тебя очень талантливая ученица, но ни разу даже не заикнулся, что она ещё и невероятно красива, — протянул стоящий рядом с Литаром черноволосый парень.

Он оказался чуть ниже принца, пусть и немного шире в плечах, но эти двое всё равно были отдалённо похожи. И если Лит ассоциировался у Ориен с гордым самоуверенным и очень опасным хищником, то его спутник скорее напоминал этакого хитрого лиса. Его притягательные голубые глаза загадочно блестели, а на губах была такая очаровательная улыбка, что девушка едва сдержалась, чтобы не улыбнуться в ответ.

За её спиной снова распахнулась дверь и в комнату вошла сияющая хозяйка дома. Сегодня она показалась Ориен ещё моложе, чем обычно, а её платье цвета весенней листвы только подчёркивало цветущий вид этой женщины. Следом за ней в столовой появились и слуги, несущие подносы с разнообразными блюдами.

Беллиса остановилась рядом с супругом, привычно поцеловала его в щёку и, улыбнувшись гостям, повернулась к Ориен.

— Прекрасно, милая, — сказала она, осматривая наряд девушки. — Вот теперь ты на самом деле стала похожа на леди. А то всё в штанах, да в штанах, — она задумчиво качнула головой и снова обратилась к Кери. — Ты уже представил Ори мальчикам?

Тот состроил виноватый вид, что в его исполнении выглядело довольно комично, но тут же поспешил оправдаться:

— С Литаром они знакомы…

— Знаю я обстоятельства их знакомства, — фыркнула Беллиса и тут же повернулась к Ори и взяла её под руку. — Сама представлю, — бросила она, подводя опешившую девушку к гостям.

На самом деле, Ори с радостью бы избежала нового общения с Соколом. Всё же у неё ещё с прошлых их встреч остались очень сильные и далеко неприятные впечатления. И она с радостью бы ушла, но не могла позволить себе обидеть Беллису.

— Мальчики, — начала хозяйка дома, останавливаясь рядом с ними, — это Ориен Терроно. Ученица Кери. Прошу любить, относиться уважительно и ни в коем случае не обижать.

— Конечно тётя Белли, — поспешил заверить её темноволосый. — Будем беречь это сокровище, как зеницу ока.

— Не паясничай, — поспешила осадить его Беллиса и снова повернулась к Ори. — А это, Ориен, Литар и Дамьен. Мальчики, которых я считаю родными и горячо любимыми племянниками.

Она сделала паузу, привлекая внимание всех присутствующих, но посмотрела почему-то именно на Лита. И этот взгляд показался Ориен очень строгим и даже угрожающим.

— Хочу сказать сразу… и надеюсь мои слова будут услышаны, — проговорила хозяйка дома, обращаясь к старшему из принцев. — Мне всё равно, какие обстоятельства способствовали вашему прошлому знакомству. Здесь и сейчас Ориен — ученица моего мужа и моя подруга. Считай — родственница. И я не потерплю, если кто-то из вас вздумает обращаться к ней в непозволительной форме. Это ясно?

— Конечно, тётя Белли, — поспешил ответить ей до странного добродушный Литар. И пусть внешне в этот момент он и казался самым покладистым и учтивым человеком в мире, но Ориен слишком хорошо чувствовала, как после слов Беллисы усилилось его раздражение.

Ужин прошёл в тёплой атмосфере. К удивлению Ориен в этот вечер за столом никто даже не заикался ни о магии, ни о каких-либо других серьёзных вещах. Разговоры велись на отвлечённые темы… хотя всё равно с завидной периодичностью возвращались к одной, самой важной. Ведь через неделю в Эргон должна была прибыть делегация из горного княжества Гаус, граничащего с Карилией на востоке. Официальной целью их визита был спор о принадлежности недавно обнаруженного месторождения красной платины — драгоценного металла, который долгие годы вообще считался чем-то вроде мифа. Территориально этот рудник находился почти на самой границе между этими странами, правда, большая его часть всё равно принадлежала Карилии. Но несмотря на это князь Гауса настаивал даже не на совместной добыче, а на полной передаче месторождения его княжеству, с чем королева Эриол соглашаться не желала. И вот этот их визит должен был поставить точку в споре двух государств.

По случаю приезда дорогих гостей, во дворце планировалось устроить бал, и его организацией как всегда заведовала единственная фрейлина Её Величества, коей уже очень много лет являлась Беллиса. И пусть она теперь бывала при дворе не так часто, как раньше, но всё равно умудрялась контролировать подготовку всех важнейших развлекательных мероприятий.

Ориен слушала рассказы Белли с искренним интересом. Она-то и дворец видела только мельком, а уж о балах никогда даже не мечтала. Для неё всё это было сказкой… волшебной и несбыточной. И она даже не представляла, как такое происходит в реальности.

На обоих принцев Ори старалась не смотреть, да и они не стремились обращаться к ней напрямую. Вероятно, не хотели ставить её в неловкое положение. А может об этом их тоже попросила Беллиса. На протяжении всего ужина Ориен скромно молчала, наслаждаясь очень вкусной едой. И к концу трапезы окончательно расслабилась, полагая, что этот вечер закончится для неё на такой вот позитивной ноте. Но всё-таки ошиблась.

После ужина и хозяева и гости переместились в боковую гостиную, куда им подали лёгкое вино и закуски. И, наверное, всё и дальше шло бы так же тихо и мирно, если бы Беллиса не покинула их компанию, сославшись на внезапную усталость. Ори тоже хотела уйти, но ей хватило одного многозначительного взгляда Кери, чтобы отказаться от этого порыва.

— Зато теперь можно говорить о чём угодно, — улыбнулся Дамьен, когда хозяйка дома скрылась за дверью. — Не подумайте… я очень люблю тётю Белли, но эти её запреты разговоров на определённые темы иногда просто жутко бесят.

— Что ж, такова её политика, — развёл руками Кертон. — Она считает, что беседы о работе и глобальных проблемах страны не должны вестись за трапезой. И в какой-то мере я с ней согласен.

Дамьен кивнул, не видя смысла спорить, и тут же перевёл взгляд на сидящую рядом с Кери девушку.

— Ориен, почему вы всё время молчите? — совершенно бестактно спросил младший принц. — Мне казалось, что такая красивая юная леди по определению не может быть столь скромной. Или вам неприятно наше общество?

— Нет, Ваше Высочество, — поспешила ответить она, крепче сжимая тонкие стенки своего бокала. — Я… просто… не знаю, что говорить.

Её голос звучал напряжённо и сбивчиво. Тут и дурак бы понял, что она чувствует себя среди них совсем неуютно, но Дамьен не собирался давать ей поблажек.

— Так давайте поговорим о чём-то близком вам, — тут же предложил он. — Знаю, что вы ментальный маг, как и наш Кери, но боюсь, в вопросах менталистики я не сведущ. Значит, мы с вами можем поговорить о… чём-нибудь другом. Как я понял, вы знакомы с моим братом. Может, расскажете, где же вы умудрились познакомиться?

— Я не думаю, что это именно то, о чём Ориен рада была бы вспомнить, — спокойно заметил Литар.

— И всё-таки, — не сдавался Дамьен. — Мне интересно.

— Для тебя, как и для всех остальных, мы с мисс Терроно познакомились сегодня, на этом самом ужине. А остальное, дорогой брат, тебя не касается, — категорично ответил Лит, а потом перевёл взгляд на смотрящую на него девушку и, поднявшись из своего кресла, протянул ей руку. — Ориен, мне нужно обсудить с вами один вопрос. Прошу вас составить мне компанию на прогулке по саду.

Она очень хотела ему отказать. Отчаянно старалась придумать хотя бы одну причину для того, чтобы не оставаться наедине с этим непредсказуемым и опасным человеком. Но в голову, как назло, лезли совсем не те мысли.

— Иди, Ори, — сказал Кертон, видя её сомнения. — Литар пообещал мне, что будет вести себя с тобой исключительно уважительно.

— Хорошо, — нехотя согласилась девушка, всё-таки вкладывая свои холодные пальцы в тёплую ладонь принца.

Он легко их сжал и снова поймал её взгляд. Даже не будучи ни менталистом, ни даже эмпатом, Лит прекрасно понимал, что она его боится. Чувствовал её страх, как какой-то хищник. И почему-то ему очень не нравилось, что он вызывает у неё именно эти эмоции.

Весь путь до сада они проделали молча. И если Ори отчаянно старалась собраться с мыслями и заставить себя перестать внутренне сжиматься от страха, то Литар, наоборот никак не мог решить с чего начать разговор, чтобы не напугать её ещё сильнее.

— Ладно, Ориен, — сказал он, когда они оказались на одной из дальних аллей, а огни особняка остались позади. — Предлагаю строить наше общение, как и раньше.

— Что вы имеете в виду? — спросила девушка, не понимая сути его предложения.

— На так называемой договорной основе, — равнодушным тоном пояснил он. — Я ведь прекрасно понимаю, что несмотря на все изменения произошедшие в твоей жизни в последнее время, ты всё ещё не получила того, ради чего затеяла те ограбления. Скажи, ты действительно считаешь, что я смогу найти твоих родителей?

Услышав этот вопрос, Ори остановилась и посмотрела на принца с воодушевлением. Она чувствовала, что он готов согласиться… пусть и на каких-то особых условиях.

— Да, Ваше Высочество. Я склонна верить предсказанию, — поспешила ответить девушка.

— В таком случае, я хочу предложить тебе сделку, — проговорил он, кладя её руку к себе на локоть и продолжая медленно шагать по аллее. — Мне нужно, чтобы ты приняла участие в одном очень важном для Карилии деле. От тебя потребуется проникнуть в покои через окно, забрать оттуда кое-какую вещь и отдать её мне. Ну и при этом, конечно же, не попасться никому на глаза. Если справишься, то я начну поиски твоих родителей. Причём заниматься этим буду лично.

Ори отвела взгляд в сторону и задумчиво закусила губу. Она прекрасно понимала, что если бы всё было так просто, как говорит Литар, то он бы к ней не обратился. А значит, другого выхода у принца попросту нет.

— Насколько это опасно? — спросила Ориен, продолжая смотреть перед собой. Сейчас она очень хорошо чувствовала Литара, и если бы ему пришло в голову соврать, то определила бы это в два счёта.

— Если поймают — могут убить на месте, — честно ответил он.

Ори судорожно сглотнула и непроизвольно вздрогнула.

— Кери запретил мне обращаться к тебе за этим, — добавил принц. — Но дело важное. От его успеха может зависеть не только будущее страны, но и жизни тысяч людей. Если ты откажешься, я буду вынужден отправить туда другого человека, который скорее всего даже магическую защиту комнаты пройти не сможет. Или стараясь её преодолеть, спровоцирует срабатывание плетения и… умрёт.

— Вы ведь специально мне это говорите, — выпалила девушка, глядя на Лита с укором.

— Конечно, — ответил он. — Мне нужно чтобы ты согласилась. И я этого добьюсь… так или иначе. Поверь, Ориен, мне есть, что тебе предложить.

Она снова перевела взгляд на мощёную дорожку под ногами, ни капли не сомневаясь, что этот человек обязательно добьётся её положительного ответа. Так или иначе. Ори давно поняла, что Белый Сокол просто не умеет сдаваться и принимать поражение.

— Я согласна, — сказала она, уже понимая, что никакого выбора у неё и нет. Конечно, можно было бы обратиться к Кери, но… это бы только сильнее испортило её и без того непростые отношения с Литаром. А он совсем не тот человек, с которым стоило ссориться.

— Прекрасно, — ровным тоном бросил принц, будто ни капли не сомневался в её ответе. — О подробностях я расскажу позже. А пока… думаю, тебе стоит отдохнуть. Вечер был сложный. Пойдём, провожу тебя обратно к наставнику.

Она ничего не стала на это говорить. Сейчас её мысли всецело занимали его слова и то, чем для неё может обернуться это опасное сотрудничество.

На самом деле эта предстоящая вылазка пугала Ори до дрожи. Всё же раньше она с гораздо большей лёгкостью шла на риск. Наверно, всё дело в том, что ей было почти нечего терять кроме, разве что, собственной жизни. А теперь у неё появился дом… Кери, Беллиса, книги, ей очень нравилось учиться, открывать новые стороны своего дара. И она совсем не хотела лишиться всего этого. Причём, так скоро.

Но и отказать Соколу не могла. И даже не потому что опасалась последствий. Всё же он повёл себя как прекрасный стратег. Предложил ей то, от чего она просто не смогла бы отказаться. Тем самым он дал ей отличный стимул не просто справиться с его заданием, а сделать это в лучшем виде. Вот только, несмотря на все доводы разума, в душе у неё всё равно было очень неспокойно.

— Ориен, — отвлёк её от раздумий Лит, когда они уже подходили к боковой двери дома.

Принц вдруг замедлил ход, а потом и вовсе остановился, вынуждая остановиться и её. Но поймав его спокойный серьёзный взгляд, она снова сжалась, убрала руку с его предплечья и сделала осторожный шаг назад.

— Ты теперь не преступница, — сказал Литар, делая вид, что не замечает её странного поведения. — Твоего преступного прошлого просто больше не существует. Мы с Кери стёрли всё, включая воспоминания некоторых людей. Сейчас ты официально под покровительством короны, и под моим личным. А это почти полная неприкосновенность. Я не могу заставить тебя мне помогать, потому что это спровоцирует конфликт с Кери. Но мы с тобой можем быть друг другу полезны. Ты делаешь что-то для меня, а я для тебя. Услуга за услугу. Всё честно. Думаю, ты понимаешь, что нам с тобой лучше сотрудничать, а не враждовать.

— Понимаю, — ответила она, мысленно благодаря его за откровенность. Ведь всегда приятней иметь дело с честным врагом.

— Вот и замечательно. И ещё, Ориен… — он вдруг улыбнулся и посмотрел на неё с какой-то покровительственной теплотой, от которой девушка растерялась окончательно. — Не тушуйся перед моим братом. Ты ведь далеко не так тиха и скромна, как хочешь казаться. Поверь, даже если ты скажешь ему что-то не то… да даже если бросишь ему в лицо все известные тебе оскорбления, он тебя не тронет. Дамьен вообще очень добрый парень.

— Спасибо, Ваше Высочество, — отозвалась Ори, не зная как реагировать на его слова. До сего момента она даже не подозревала, что вечно хмурый Сокол может быть таким… мягким. На какой-то момент ей даже показалось, что перед ней совсем другой человек.

Но… мгновения наваждения прошли, и всё снова встало на свои места.

— Идём, — бросил Литар, возвращая своему лицу спокойный сосредоточенный вид и разворачиваясь ко входу в дом. — Кери наверняка уже нас заждался. Думаю, ему не терпится узнать, чего же такого ужасного я тебе наговорил.

Той ночью Ориен очень долго лежала в кровати, осмысливая всё произошедшее за этот странный длинный день, а особенно последствия разговора с Соколом. И ей на самом деле было о чём подумать.

Ори прекрасно понимала, что однажды получив её согласие на участие в его делах, он больше от неё не отстанет. Ведь она почти идеальный шпион, тем более ещё и менталист, а это значит, что Литар будет искать новые и новые способы заставить её выполнять его поручения. Девушка понимала, что нужно как-то отгородиться от всего этого, возможно обратиться за советом к Кери. На крайний случай поставить какие-то временные рамки. Вот только несмотря ни на что она всё равно боялась принца, и даже глядя ему в глаза, никогда не позволяла себе погрузиться в его сознание. Почему-то она не сомневалась, что если он это заметит, то попросту открутит ей голову.

Глава 5

Что изменилось? Да ничего!

Воровкой была — и воровкой осталась.

И пусть же теперь ты крадёшь для него…

Над бездной идёшь, злой судьбе улыбаясь.

Ему наплевать, для него ты — Мираж.

Сорвёшься, умрёшь — он тебя и не вспомнит.

А взгляды его — лишь притворство и блажь.

Льдов в сердце его уж ничто не растопит.

Как только стало понятно, что любые ментальные щиты Ориен преодолевает, почти не напрягаясь, Кертон поставил перед собой цель: создать блок, который был бы способен защитить сознание даже от такого сильного менталиста, как она. Правда за почти три месяца исследований так ничего и не придумал. Сама же Ори пока старалась держать свой дар при себе и практиковалась только иногда с Беллисой. В остальное же время она больше прислушивалась к привычным инстинктам, которые, по словам Кери, являлись частью сущности ишау — той таинственной расы к которой в какой-то степени относилась и сама Ориен.

Кстати, Кертон оказался искренне удивлён и озадачен, когда не нашёл данных о них ни в одной из библиотек Эргона. Он даже не поленился исследовать архивы, но и там не было ни единой книги по представителям этой расы. Кое-где конечно встречались косвенные упоминания, но на них маг даже внимания не обращал, считая это пустой тратой времени.

И если поначалу такое положение вещей ещё казалось Кери простой странностью, то теперь стало по-настоящему настораживать. Ведь получалось, что кто-то специально уничтожил всю информацию о представителях некогда дружественного народа. И сейчас многие в Карилии даже не подозревали, что за океаном живут такие интересные создания, у которых ко всему прочему ещё и крылья есть.

Ориен тоже очень хотела узнать хоть что-то о своих предполагаемых сородичах. Она снова и снова пролистывала справочники, изучала принесённые Кертоном редкие издания, в которых вообще упоминались представители расы ишау. А однажды предположила, что просто так ничего не случается, а значит, книги были целенаправленно изъяты. Вопрос только — кем и по какой причине?

Кери тогда спокойно выслушал её доводы, но ничего не ответил. И она уже подумала, что он не придал её словам значения, но, как оказалось, сильно недооценила своего учителя и его возможности.

Этим утром, когда Ори, как и обычно сидела в своём любимом кресле в библиотеке и изучала очередной учебник по основам менталистики, привычную тишину дома нарушил громкий звук шагов. Девушка испуганно обернулась к двери и удивлённо уставилась на входящих в библиотеку мужчин. Все они были одеты в знакомую ей чёрную форму с серебристыми нашивками, которая до сих пор ассоциировалась у неё с арестом и последующим заключением. И возможно она бы всё-таки начала паниковать, да только эти незваные гости были настроены совсем не воинственно. Они вежливо поздоровались и неуверенно прошли вглубь комнаты. И только теперь она рассмотрела, что в руках они тащат перевязанные верёвками стопки из больших книг, причём явно очень тяжёлых. И глядя на эту картину, Ориен опешила настолько, что не смогла произнести ни звука. Всё-таки сотрудников службы правопорядка она ожидала увидеть здесь в самую последнюю очередь.

Но все её вопросы развеялись сами собой, когда вслед за своими подчиненными в комнату вошёл как всегда спокойный и уверенный Сокол.

— Добрый день, Ориен, — поприветствовал он девушку.

Литар указал мужчинам, куда сложить книги, и велел им возвращаться во дворец без него. Сам же Лит уходить явно не собирался. Более того, он расслабленно присел в кресло напротив Ори и, спокойно вызвав горничную, приказал принести им чаю.

— Это летописи, — пояснил, небрежно указывая на книги, которые его подчинённые сложили на дальнем столе двумя аккуратными стопочками. — В них подробная история Карильского Королевства за последние восемьсот лет. Кери откопал их в дворцовом архиве и велел вручить тебе. Он сообщил мне, что вы с ним ищите информацию об ишау.

— Это так, Ваше Высочество, — поспешила подтвердить Ори, к которой наконец вернулся утерянный было дар речи.

Но теперь, оставшись один на один с Соколом, её вдруг очень смутил тот факт, что она сидит перед ним босиком и домашней одежде. Всё же в любимых шароварах и просторной тунике она очень мало походила на леди, а волосы и вовсе предпочла собрать в небрежный хвост. На самом деле Ориен ещё толком и не проснулась. Даже не ела, решив немного почитать перед завтраком. Откуда ж она могла знать, что Литару может прийти в голову явиться к ней с визитом?

— В этих книгах, определённо, должно быть хоть что-то, — ровным тоном добавил принц, разглядывая немного покрасневшую девушку. — Наш учитель истории когда-то рассказывал об ишау. Он говорил, что они живут за океаном, и что раньше мы вели с их страной активную торговлю. Их материк имеет большие залежи так называемого алисита. Это металл, наглухо блокирующий у людей любые способности к стихийной магии. При соприкосновении с кровью мага он способен привести к его быстрой гибели, попросту выкачав всю энергию. Алисит встречается и у нас, правда в гораздо меньших количествах. Из него сейчас делают небезызвестный сплав Сирилиса, а уже тот используют при создании антимагических наручников и шнурков. На нашем материке его немного, и все немногочисленные месторождения располагаются на территории Вертинии. А вот Ишерия — материк народа ишау, весь буквально испещрён залежами этого проклятого металла. Он невероятно искажает магический фон и любому магу даже находиться там очень тяжело. По той же причине туда нельзя построить портал, а добраться до Ишерии можно только по морю на самом обычном корабле.

Литар вздохнул и картинно развёл руками.

— Вот, всё что мне известно об ишау, хотя, можешь не сомневаться, моё образование можно назвать поистине блестящим, — добавил он, отмечая про себя, что Ориен немного расслабилась и слушает его с огромным интересом.

— Мне тоже удалось найти совсем немного, — ответила она, наблюдая за появившейся в библиотеке горничной, на чьём подносе был не только чай принца, но и завтрак самой Ориен. — Я нашла всего два упоминания, об ишерских профессорах, в разные годы читавших в нашей стране лекции по менталистике, и одну сказку, главным героем которой был «крылатый демон из-за моря». Вот и всё…

— Странно это, — ответил принц, поднося к губам свою чашку. — Я чувствую, что информация была скрыта специально. Будто кто-то целенаправленно желал, чтобы об этой расе все забыли. Даже моя мать почти ничего о них не знает. Кери обратился к магам соседних государств, но пока они ничего не ответили. И всё это, Ориен, мне совсем не нравится. И ещё больше мне не нравится то, что мы заметили такой пробел только сейчас.

Он замолчал и отвернулся к окну, за которым мягко светило тёплое осеннее солнце. Его взгляд был сосредоточен и будто направлен куда-то внутрь своего сознания. И сейчас, глядя на второго принца Карилии, спокойно пьющего рядом с ней чай, Ориен вдруг поняла: он появился здесь далеко не просто так, и книги были только предлогом. А это его добродушное поведение казалось девушке особенно подозрительным.

— Ваше Высочество, скажите, зачем вы пришли? — всё же спросила она, набравшись смелости. Ори знала, что он не станет ей врать, поэтому и спросила прямо. Хотя на самом деле даже не надеялась услышать ответ.

Но, вопреки её ожиданиям, Литар сдержанно ухмыльнулся и, вернув чашку на стоящий между ними низкий столик, посмотрел ей в глаза.

— У меня было две цели, — признался он. — Во-первых, проследить за доставкой летописей, которые сами по себе являются очень важными документами. А во-вторых, поговорить с тобой о грядущем бале и твоём обещании добыть для меня кое-какую вещь.

Вот теперь она снова узнавала этого человека. Без маски деланного добродушия и участия он казался ей более привычным. Хотя… сама Ориен не могла с уверенностью сказать, какой он на самом деле. Она попросту боялась заглядывать за ментальный щит, надёжно закрывающий его сознание ото всех… кроме неё.

Литар с сомнением посмотрел на плотно запертую дверь, кинул быстрый взгляд на окно и, на несколько мгновений прикрыл глаза. А спустя пару секунд весь периметр комнаты полыхнул красным, а по полупрозрачному куполу под самым потолком пробежали мелкие язычки пламени.

— Что это? — удивлённо спросила девушка, разглядывая эту безумно красивую игру света, которая почему-то жутко её пугала. Она на самом деле никогда раньше не видела ничего подобного, поэтому и смотрела сие творение магии широко распахнутыми глазами.

— Полог безмолвия, — ответил Лит, не обращая внимания на её эмоциональный возглас. — Огненный, — зачем-то пояснил он.

— Вы не доверяете слугам в доме Кери? — настороженно уточнила она. И почему-то решила пояснить: — Он утверждает, что все они верны ему и короне.

— Возможно. — Не стал спорить принц. — Но у меня нет никакого желания доводить до их ушей государственные тайны. А так я могу быть уверен, что никто нашего разговора не услышит.

Наверное, только сейчас Ориен окончательно осознала всю серьёзность ситуации и безнадёжность своего положения. Всё-таки фраза: «государственная тайна» оказалась для неё совершенно неожиданной. Ведь одно дело — воровать ночью драгоценности из спален аристократов, и совсем другое — красть неизвестно что, непонятно у кого, ради целей королевства. Если в первом случае ей могла угрожать только каторга, пусть и пожизненная, то попавшись сейчас, заплатить Ори придётся, ни много ни мало, собственной жизнью.

— Итак, Ориен, — привлёк её внимание Лит. Он расслабленно сидел в кресле и лениво постукивал пальцами по деревянному подлокотнику. Но от вида этого его простого, на первый взгляд, жеста она напряглась ещё сильнее. — Украсть тебе предстоит книгу, — продолжил принц, снова встречаясь с ней взглядами. — Я не знаю, как она выглядит и какой имеет размер. Мне известно только то, что охраняют её сильнее любого сокровища. По моим сведениям, она очень старая, но сохранилась прекрасно. Лидеры подпольных оппозиционных движений нашей страны готовы заплатить за неё невероятные суммы. И в Карилию её привезут именно для того, чтобы продать им. Как ты понимаешь, даже не зная содержания этого фолианта, я должен сделать всё, чтобы в неправильные руки он не попал.

— Но… чем книга, даже такая странная, может быть опасна для целой страны? — не понимала девушка.

— Сама книга — ничем, — равнодушно отозвался Литар. — А вот хранящиеся в ней сведения…

Фразу Сокол не закончил, но Ори и так прекрасно поняла, что именно он имел в виду. На самом деле, теперь ей тоже стало безумно любопытно, что же в том фолианте такого страшного.

— Книгу везёт первый советник князя Гауса. Попасть в его покои получится, только когда он будет на балу. По моим сведениям, на следующий же день назначена сама передача книги покупателям, так что второго шанса у нас не будет. К тому же этот человек — настоящий параноик. Он всегда лично проверяет, закрыты ли окна и двери, и устанавливает магическую защиту. А плетения обычно использует такие, что даже Кери не знает, как их снимать.

— То есть, — протянула Ори, всё больше напрягаясь. — Вам и вашему ведомству к нему не подступиться?

— Именно. Но у меня же есть ты, — он самодовольно улыбнулся, но тут же поспешил вернуть своему лицу серьёзное выражение. — А это всё сильно упрощает.

— Для вас, но не для меня, — отозвалась девушка, теперь глядя на него с сомнением. — Вы ведь ничем не рискуете…

— Как же? — усмехнулся он. — Ведь если с тобой, дорогая Ориен, что-то случится, Кери лично открутит мне голову. И что хуже всего, моя мать ему это позволит.

Почему-то его слова Ори ни капли не обрадовали. Совсем наоборот. Но Литар предпочёл сделать вид, что не замечает ни её недоверия, ни нарастающего напряжения. Сейчас его интересовал только успех предстоящего мероприятия.

— Действовать будем во время бала, — проговорил Сокол, снова глядя на девушку с холодной строгостью главы ведомства правопорядка Карилии. — Во избежание подозрений, на вечере я буду твоим кавалером. В нужный момент советника Клирамо отвлекут, и в это время мы с тобой покинем зал и выйдем в сад. Там, напротив окон нужной нам комнаты есть укромный уголок, где ты переоденешься. Отмычку для окна я тебе дам. Всё. Остальное за тобой.

Ориен совсем не нравился этот план — простой до зубного скрежета и при этом невероятно сложный. Это Соколу легко рассуждать, ведь не ему же придётся лезть в чужую спальню. Девушка вообще сомневалась, что в случае провала, он хоть пальцем пошевелит, чтобы ей помочь. И с её стороны куда правильней было бы сначала уточнить детали, а потом уже соглашаться, а не наоборот. Правда, теперь уже слишком поздно сокрушаться о своей глупости. Она дала слово… Они заключили сделку. А значит, пути назад уже нет.

— Не понимаю, зачем мне вообще идти на этот бал? — всё-таки выпалила Ори, пытаясь понять смысл задумки Скола. — Это ведь всё только усложнит.

— Так нужно, Ориен. По многим причинам, — спокойно ответил Литар. — Ты ведь уже три месяца считаешься ученицей верховного мага, но при дворе ни разу не была. А это, к твоему сведению, порождает ненужные нам домыслы, будто Кери прячет тебя из-за каких-то особенных способностей. Согласись, эти сплетники близки к истине. Именно поэтому в вечер, когда произойдёт ограбления гаусского советника, ты должна быть на виду, причём именно со мной. И это не обсуждается.

* * *

Спустя два часа после ухода Литара, когда Ори как раз хотела приступить к изучению летописей… в дом Кертона совершенно неожиданно прибыла целая делегация из портнихи, парикмахера, учителя этикета, преподавателя танцев и свиты их многочисленных помощников. К сожалению, и Кери, и его супруга в поместье отсутствовали, и помешать этому произволу и безобразию было попросту некому. Сама же Ориен хоть и попыталась выпроводить всех этих людей, но те всё равно даже и не думали уходить, ссылаясь на прямой приказ Его Высочества. Оказалось, что именно Сокол велел им подготовить Ори к предстоящему балу, и ослушаться его приказа они никак не могли.

Не желая снова нарваться на гнев принца, Ориен всё-таки заставила себя умерить раздражение и отдала себя в руки этим признанным мастерам. Она искренне старалась терпеть все эти «необходимые для дела» поучения и тщательно выполняла все указания своих учителей. Вот только по их словам у неё не получалось абсолютно ничего. Танцевала она как «беременная лошадь», постоянно забывала держать спину, путала многочисленные столовые приборы, никак не могла идеально выполнить книксен. Да что говорить, как оказалось, по утверждению учителя танцев, она даже ходить правильно не умела. Неудивительно, что всё это довольно быстро довело Ориен до точки кипения. Её выдержки хватило всего несколько часов, а потом… она всё-таки не выдержала и выгнала всех этих «уважаемых людей» из дома своего наставника.

После этого на несколько часов в её мире воцарились покой и благодать, но сама девушка не сомневалась, что всё это ненадолго. И оказалась права.

Литар снова пришёл сам. Выглядел он при этом таким суровым, что Ори при его появлении непроизвольно сглотнула, но взгляд холодных глаз всё равно встретила гордо.

— Что ты себе позволяешь? — без предисловий начал принц, врываясь в её библиотеку.

— А что они себе позволяют?! — нервно выпалила девушка. — Они тыркают меня, как какую-то недоразвитую дурочку. Простите, Ваше Высочество, но я пообещала вам только выкрасть книгу. Об остальном речи не шло.

Видя её решительный настрой и явное нежелание идти на уступки, Литар недовольно переплёл руки перед грудью и, чуть склонив голову вправо, посмотрел на неё с таким холодным раздражением, что Ори передёрнуло.

— Мне плевать на твоё недовольство, Ориен, — сказал он именно тем тоном, от которого сердце в её груди невольно сжималось от страха.

Сейчас перед ней был не просто мужчина, и даже не принц королевства, а именно глава департамента правопорядка. В этот момент даже самое мрачное кладбище ночью и то казалось девушке милее и приветливее, чем этот человек. Хотелось сжаться, спрятаться, убежать. Да сделать что угодно, только бы оказаться подальше от этого злого тяжёлого взгляда.

— Сейчас те, кого ты выставила, вернутся, — продолжил он, не меняя тона. — И ты будешь терпеливо следовать всем их указаниям.

Ори напряжённо дёрнула плечом и отвернулась в сторону. Ей хотелось возразить, встать и, глядя ему в лицо, выкрикнуть, что не станет подчиняться. И он видел всю эту её внутреннюю борьбу, чувствовал по накалившейся атмосфере. Поэтому и решил, что лишний стимул его крылатому Миражу совсем не помешает.

— Два дня назад моими ребятами был арестован один твой знакомый, Ситар Гартом, — проговорил принц, нарушая повисшую между ними гнетущую тишину. Он спокойно прошёл по комнате и присел в то самое кресло, в котором сидел во время их недавнего разговора. — Интересно, в чём его обвиняют?

При звучании имени друга Ори резко и как-то надрывно вдохнула и в отчаянье накрыла голову руками. Она прекрасно знала, в чём могут обвинить Сита, ведь тот вёл далеко не праведный образ жизни. И, несмотря на то, что днём трудился на одной из мебельных фабрик, иногда под покровом ночи всё же проникал в дома к богатым горожанам, лишая их некоторых особенно ценных вещей.

Так как девушка напряжённо молчала, принц решил продолжить.

— Так вот, господина Гартома, с его послужным списком, уже почти приговорили к каторге. Но отправится он не туда, где жила ты, а гораздо севернее.

Ориен снова сжалась. Она хорошо знала, о чём говорит Сокол. Упомянутые им поселения располагались в горах среди снегов. Из-за высокого давления, работать там было особенно тяжело. Выживали лишь единицы. Поэтому туда отправляли только особенно опасных преступников. Тех… кого не желали видеть живыми.

— Зачем вы мне это всё рассказываете? — хриплым от эмоций голосом, протянула девушка. Она смотрела на Литара, как на настоящего кровного врага, и сейчас мечтала сделать хоть что-то, лишь бы стереть с его лица эту гадкую самодовольную ухмылку.

Он знал, что девушка вот-вот сорвётся. Чувствовал это. Её руки дрожали, а в серых глазах, чей зрачок уже предательски вытянулся в линию, стояли слёзы.

— Он мне как брат! — вдруг выкрикнула Ори, сжимая кулаки и снова глядя в лицо принцу.

— Тебя ведь именно из-за него в прошлый раз поймали, — спокойно напомнил ей Сокол.

— Да, — ответила Ориен. — Но это всё равно ничего не меняет. Сит… Мы выросли с ним вместе. Он умный, сообразительный, добрый и очень находчивый! Он хороший, Ваше Высочество. Несмотря на все свои промахи и преступления… Он ведь никого никогда не обижал, и уж тем более не убивал. Воровал только потому, что это у него лучше всего получалось. А ведь в детстве он мечтал стать военным. Разведчиком… шпионом.

Ори уже почти плакала. Ей было безумно больно осознавать, что жизнь близкого человека скоро оборвётся, а она ничем не может ему помочь.

И тут её осенило.

Она резко выпрямилась, смахнула с глаз непрошеные слёзы и посмотрела на Литара с откровенным вызовом.

— Вы ведь не просто так мне это сказали. Я права? — выдала она сдавленным тоном.

— Конечно, — ухмыльнулся Сокол. — Твой друг на самом деле довольно интересный экземпляр. Согласись, нехорошо будет, если его приговорят к каторге в северных горах.

— Ваше Высочество, — обратилась к нему девушка. — Говорите прямо, чего вы хотите? Это ведь очередной шантаж? Вам мало контролировать меня нашим договором?

Литар кривовато улыбнулся и расслабленно откинулся на спинку кресла.

— Это не контроль… всего лишь дополнительный стимул, — проговорил он сухим серьёзным тоном. И тут же добавил: — Так вот, Ориен… На балу ты будешь вести себя как идеально воспитанная высокородная леди, чтобы никому даже в голову не пришло, откуда ты появилась на самом деле. По официальной версии ты — дочь погибшего друга Кертона, и он взял тебя в ученицы исключительно по доброте душевной. Естественно об истинной мощи своего дара ты абсолютно никому говорить не должна. Но это тебе известно и без меня. Но, вернёмся к разговору о твоём так называемом брате, — на последнем слове он нехорошо усмехнулся и посмотрел на девушку с деланным снисхождением. — Выполни мои условия, Ориен, и я сделаю твоему Ситару такое предложение, от которого он точно не откажется. Если только у него на самом деле есть хоть капля здравого смысла.

— И какое же? — недоверчиво поинтересовалась Ори.

Но Лит лишь отрицательно покачал головой, говоря тем самым, что ничего ей не скажет. По крайней мере, пока.

И она… в очередной раз согласилась. Несмотря даже на то, что теперь ей предстояло выдержать новый натиск своих жутких учителей и терпеть их поучения и тычки до самого дня бала. Но на кону стояла жизнь Ситара, а ради него Ориен была готова вытерпеть многое, сыграть какую угодно роль. И уж если Сокол желает видеть её настоящей леди, она станет ею. Чего бы ей это ни стоило.

* * *

За окном давно стемнело…

Где-то вдалеке за лесом горели яркими огнями окна тысяч домов столицы и сиял огромный белый королевский дворец. Наверно многие молодые девушки хотели бы попасть туда, мечтали бы потанцевать с принцем. Ведь это казалось им сказкой… настоящим волшебным приключением.

Вот только Ориен отдала бы многое, чтобы весь этот вечер просто просидеть в библиотеке в имении Кери и не идти ни на какой бал. После всех этих непрерывных уроков дворцового этикета, постоянных тычков со стороны учителя танцев, после нескольких часов неподвижного сидения на одном месте, пока приглашённый парикмахер творил на её голове «чудесную причёску»… Ори была готова по-настоящему взвыть. Наверно, если бы не угроза жизни Ситара, она бы никогда не согласилась терпеть подобное, да только до противного расчётливый Сокол слишком хорошо всё предусмотрел.

И вот теперь Ори, одетая в красивое изысканное платье, нервно мерила шагами в пустую гостиную дома своего наставника и покорно ждала, когда же за ней явится её ненаглядный кавалер. На самом деле он должен был прибыть только через полчаса, но Ори просто не могла сейчас сидеть на одном месте. Вместо этого она решила ещё немного походить, чтобы ноги привыкли к туфлям.

Мерный стук каблучков по паркету отвлекал девушку от мыслей о предстоящем трудном вечере. Но стоило ей в очередной раз взглянуть в огромное зеркало, занимающее, по меньшей мере, половину стены большой гостиной, как все мысли в её голове снова начинали путаться.

Сегодня Ориен почти не узнавала своё отражение. Никогда прежде ей не приходилось надевать настолько красивого платья из столь дорогой, будто струящейся ткани. Её волосы впервые в жизни были так изящно заплетены в сложную косу вокруг головы. Но что казалось Ори самым неправильным, так это шикарное колье из белого золота в котором сияли пятнадцать далеко не маленьких бриллиантов. Ещё два этих драгоценных камня виднелись на её серьгах. А на браслете, обвивающем тонкое запястье, их вообще имелась целая россыпь.

— Этот холодный синий очень идёт к вашим глазам, леди Ориен.

Голос Литара, прозвучавший в абсолютной тишине комнаты, заставил Ори вздрогнуть. Но стоило ей обернуться на звук, и она в буквальном смысле замерла на месте, разглядывая его со странной смесью благоговения, страха и удовольствия.

Сегодня он был в белом парадном мундире и казался девушке каким-то совершенно нереальным. Наверно только сейчас она в полной мере осознала, что Литар — на самом деле, принц. В нём течёт кровь древнего рода карильских королей. Он — один из первых людей королевства. Второй наследник престола. И с этим человеком ей сегодня предстоит провести весь вечер?

— Поразительно, — хмыкнул он, рассматривая её с не меньшим удивлением. — Даже не подозревал, что в одной женщине могут уживаться такие контрасты. И глядя на тебя сейчас, очень сложно поверить, что такая невероятная красавица без зазрения совести совершила восемь блестящих краж.

Лит медленно прошёл по комнате, остановился всего в паре шагов от своей сегодняшней пары и учтиво протянул ей руку. Он хоть и подозревал, что его леди Мираж довольно симпатична, пусть и выглядит несколько экстравагантно со своими красными волосами, но её сегодняшнее волшебное преображение его по-настоящему поразило.

Принц сдержанно улыбнулся, уложил её ладошку на сгиб своего локтя и уверенно повёл девушку к мерцающей арке портала. Но перед тем как переступить черту перехода, вдруг остановился и, повернувшись к Ориен, посмотрел ей в глаза.

— Запоминай. Повторять не буду, — начал он строгим холодным тоном. — От меня — ни на шаг. Если будут приглашать на танец, отказывайся. Сегодня официально ты моя дама, а я своим делиться не привык. Ни с кем. На любые вопросы о наших отношениях загадочно улыбайся. Отвечать я буду сам. И главное, контролируй эмоции, чтобы твои зрачки не изменили форму. Если же почувствуешь, что это неизбежно… шепнёшь, что устала и прикроешь глаза. Ясно?

— Да, Ваше Высочество, — ответила Ори, покорно опуская взгляд.

Эта тирада с наставлениями окончательно развеяла для неё тот образ прекрасного принца, которого этот гад изображал ещё мгновение назад. Не то чтобы Ориен верила в чудеса — совсем нет. Но если раньше, до знакомства с Соколом, ей глупо казалось, что в любом представителе королевской семьи обязательно должны быть доброта и благородство, то теперь её мнение по этому поводу почему-то в корне изменилось.

На самом деле Ори считала Литара абсолютно бесчувственной, бессердечной сволочью. И с каждой их новой встречей всё сильнее уверялась в правильности своих суждений. Сокол никогда ничего не делал просто так. Каждое его слово, каждый взгляд или жест имели смысл. Он умело играл на чувствах нужных ему людей, манипулировал ими, будто пешками в шахматной партии. Для него был важен только результат, а остальное его не волновало ни капельки.

Ориен и раньше боялась этого человека, но всё равно наивно полагала, что в нём есть хоть капелька благородства и человечности. И лишь теперь, узнав его лучше, поняла, что обратившись к нему за помощью, сделала самую огромную глупость в своей жизни, расплата за которую может оказаться для неё поистине непосильной.

Стоило им миновать арку портала, и Ори едва не оступилась, поражённая окружающей красотой представшего перед ними огромного освещённого дворца. Он сиял, будто целиком был создан из лунного света, и это зрелище произвело на девушку поистине невероятное впечатление.

Они остановились перед распахнутыми воротами, за которыми начиналась широкая дорожка, ведущая к парадной лестнице. По обеим сторонам от неё прямо в воздухе висело множество разноцветных магических огоньков, а у самого входа гостей встречали лакеи в белых одеждах, застывшие подобно древним статуям. Всё это настолько впечатлило Ориен, что она едва могла передвигать ногами, шагая рядом со своим спутником.

Казалось бы… бал — какое простое слово. Ну чего особенного может скрываться в обычном танцевальном вечере? Но Ориен оказалась шокирована настолько, что пройдя через холл и миновав распахнутые резные двери, на несколько секунд просто застыла с широко распахнутыми глазами. Она с поистине ошарашенным видом рассматривала огромный зал, украшенный в цвета тёплой осени, наблюдала, как под звуки оркестра под самым потолком кружат хороводы разноцветные листья… Как причудливо меняется освещение, как в центре на идеально круглой площадке танцуют десятки пар.

На секунду ей показалось, что она попала в волшебный мир из сказки… Но Литар быстро вернул её в суровую реальность, напомнив, что сказок не бывает.

— Милая, закрой ротик, а то некоторые могут заподозрить тебя в слабоумии, — проговорил он, легко подталкивая её вперёд.

Она мигом выполнила его просьбу. Причём сделала это так резко, что едва не прикусила губу. Но тут же взяла себя в руки, выпрямила спину и одарила принца таким злобным взглядом, что он не смог сдержать улыбки.

— Фурия, — шепнул ей Лит, проводя свою леди мимо группки притихших разодетых девушек.

— К вашему сведению, злая и очень опасная, — пробурчала Ориен, демонстративно отворачиваясь.

— Не сомневаюсь в этом, — бросил Литар, неожиданно ласково накрывая её руку своей, отчего Ори едва не подавилась вдохом.

Они медленно прогуливались по залу, и пока Ориен осматривала убранство стен и тихо восхищалась парящими под потолком объёмными иллюзиями, Лит с важным видом отвечал на приветствия придворных, полностью игнорируя повышенное внимание гостей к их паре.

А вот Ори все эти взгляды, которые просто нельзя было не заметить, откровенно смущали. Да, на них с Соколом смотрели… причём почти все собравшиеся в этом огромном зале. Несколько раз до её слуха даже долетали шепотки шушукающихся в сторонке матрон, в которых явно мелькало имя принца. Но сам Литар при этом выглядел поразительно спокойным, будто вообще находился тут один.

На протяжении всего вечера к ним то и дело подходили какие-то люди, которым Его Высочество представлял свою спутницу, как новую ученицу Кертона — леди Ориен Терроно. Представители высшей аристократии королевства открыто восхищались её экзотической красотой, одаривали изысканными комплиментами, просили подарить хотя бы один танец, но девушка неизменно всем отвечала вежливым отказом. Лит же за всё время их нахождения в зале так и не выпустил её руки, что тоже было подмечено любопытными придворными.

Но если Литар внешне выглядел абсолютно спокойным и собранным, как впрочем, и всегда, то Ориен, наоборот, с каждой минутой всё больше напрягалась. Она уже догадалась, какого именно результата добивается Сокол, вот только никак не могла взять в толк, зачем ему мог понадобиться подобный спектакль. Но когда ближе к середине вечера к ним подошёл Дамьен, её догадки начали превращаться в уверенность.

— Леди, вы сегодня сказочно прекрасны, — проговорил младший принц королевства, изобразив учтивый поклон. — Наверное, я никогда не устану восхищаться вашей красотой.

Но Ори совсем не считала себя красавицей, поэтому все эти комплименты воспринимала исключительно как дань вежливости. Да, сегодня её нарядили, сделали шикарную причёску, нацепили на неё драгоценности, но… разве это могло изменить суть? Она отлично знала все особенности и недостатки своей внешности и, по её мнению, недостатков было не в пример больше. Поэтому и на слова Дамьена отреагировала предельно сухо.

— Благодарю, Ваше Высочество, — ответила она, изобразив книксен.

Она видела в глазах брата Сокола откровенный интерес и даже нечто похожее на восхищение, но прекрасно понимала, что это всего лишь мимолётные эмоции.

— Леди Ориен, прошу вас оказать мне честь, подарив следующий танец, — предсказуемо попросил он, когда музыканты закончили играть одну мелодию и, шурша нотными листами, готовились начать другую.

Дамьен даже протянул ей руку, ни капли не сомневаясь, что она согласится. Но в этот момент, стоявший за её спиной Литар, совершенно бесцеремонно обнял опешившую Ори за талию и прижал к своей груди. Этот его жест выглядел настолько вульгарным и казался таким собственническим, что опешил даже привыкший ко всякому Дамьен.

— Леди обещала, что сегодня будет танцевать только со мной, — сказал Сокол, не обращая никакого внимание на сотни удивлённых осуждающих взглядов, направленных в их сторону.

— Ты рехнулся?! — прошипел Дамьен, убирая протянутую в приглашающем жесте ладонь и глядя на Литара, как на полоумного. — Ты понимаешь, что сейчас сделал?

— Конечно, — спокойно улыбнулся тот. — Но обсуждать это с тобой не стану. Как и ни с кем другим. Так что прости, братец, но тебе придётся поискать другую красавицу для этого танца, потому что леди Ориен будет танцевать только со мной. Я ведь прав, милая? — спросил, поворачиваясь к окончательно сбитой с толку девушке, для которой было попросту дико ощущать на своём животе его руку и чувствовать спиной тепло его тела. Всё-таки, несмотря на все свои догадки, к подобному повороту событий она оказалась совершенно не готова.

— Да, Ваше Высочество, — кивнула Ори, больше всего желая высвободиться из этого до странного ласкового захвата. И будто услышав её мысли, он убрал руку и позволил ей отстраниться.

— В таком случае… — Лит встал перед ней и, изобразив учтивый поклон, протянул раскрытую ладонь. — Прошу, леди. Музыка уже играет.

Сокол вывел её в самый центр танцевального круглого подиума, будто таким образом желал всем продемонстрировать свою сегодняшнюю спутницу. Хотя, по мнению Ориен, на их пару в этот вечер и так не смотрел только слепой. Но Литару было мало просто продемонстрировать свою леди всему королевскому двору, он явно желал закрепить свои особые права на неё. Поэтому вместо того, чтобы в танце легко положить руку на её талию, как того требовали приличия, он притянул Ори гораздо ближе. И теперь их тела неприлично соприкасались, что, впрочем, совсем не мешало самому танцу.

Принц уверенно вёл, не оставляя своей партнёрше не единого шанса на ошибку, и Ори уже решила, что на этом сюрпризы закончатся, но снова ошиблась. Ближе к середине мелодии, Литар вдруг на мгновение отпустил её напряжённую ручку и тут же вернул обратно, переплетая её пальцы со своими. И вот после этого промолчать она просто не смогла.

— Зачем вы это делаете? — спросила Ориен, ловя его непривычно тёплый взгляд. — Чего добиваетесь?

— Скажем так, — отозвался он, наклоняясь к её уху и на мгновение касаясь своей щекой её щеки. — У меня есть свои цели.

Этот его жест со стороны казался даже слишком интимным, да только Ори не чувствовала в Литаре ни капли желания. Да уж… как женщина она его сейчас действительно не интересовала. Принц просто играл одному ему известный спектакль, в котором он сам был и сценаристом, и режиссером.

— И какие же? — снова поинтересовалась девушка, не желая и дальше оставаться в неведении.

— Очень интересно выслушать твои версии, — бросил он, изобразив хитрую улыбку. — Кери утверждает, что у тебя цепкий ум. Вот и продемонстрируй мне свою хвалённую сообразительность.

Она хмуро поджала губы и снова скользнула взглядом по заполненному людьми залу. Высокородные лорды и леди перешёптывались, глядя на их пару с нескрываемым неодобрением. И, наверное, если бы не пресловутый этикет, уже бы начали показывать на них с принцем пальцами.

— После всего этого… меня будут считать вашей… возлюбленной? — предположила девушка.

— Нет, Ориен. Любовницей. Называй вещи своими именами, — поправил её Литар и тут же спросил: — Это все твои мысли?

Она стиснула зубы, чтобы случайно не сорваться и не высказать ему, что думает по этому поводу. Но поймав его откровенно насмешливый взгляд, заставила себя успокоиться и постараться посмотреть на ситуацию со стороны. И, как ни странно, так ей многое стало куда понятней.

— Ведь с любовницей можно выйти в парк во время праздника, и никто ничего не заподозрит, — сказала она. А когда Сокол едва заметно кивнул и одобрительно улыбнулся, это ей даже немного польстило.

— Ещё, — мягко потребовал он, заставляя её думать дальше.

— После… я обязательно вернусь немного помятой, и это тоже объяснится нашей с вами… прогулкой, — с досадой добавила Ори.

— Хорошо, но это тоже далеко не всё, — отозвался он, легко кружа её в танце. — Мысли глобальнее. Какие выгоды при этом ты видишь именно для себя.

На мгновение она задумалась и вдруг совершенно искренне ему улыбнулась, впервые с самого момента их знакомства.

— Вот она ваша неприкосновенность. Да? — спросила девушка. — Да в этом королевстве даже самый последний идиот никогда не осмелится навредить женщине Белого Сокола.

— Умница Ориен, — похвалил её Литар, пропуская мимо ушей свою ненавистное прозвище. — Но ты ведь ещё не всё сказала. Я прав?

Ори посмотрела на него с сомнением, но всё же озвучила свой вопрос.

— Ваше Высочество, но зачем это лично вам? Почему вы не представили меня как девушку того же своего заместителя? Эффект был бы почти таким же…

Лит поймал её вопросительный взгляд и снова наклонившись к самому её уху, ответил:

— Расскажу, если прогуляешься со мной по саду.

После этих слов Ори заметно напряглась и сама не зная почему, крепче сжала пальцы Литара. Она ведь прекрасно знала, что на самом деле означает это приглашение. А принц хоть и был сволочью, но с сейчас его присутствие действовало на неё успокаивающе.

— Конечно, Ваше Высочество, — всё-таки согласилась она, не имея никакой возможности отказаться.

Едва мелодия закончилась, они спокойно покинули зал, выйдя через большие стеклянные двери на открытую террасу. Ни Лит, ни Ориен так и не обернулись, хотя оба чувствовали, что их провожают сотни взглядов.

В саду оказалось довольно людно. По широким аллеям прогуливались парочки, на многочисленных лавочках сидели уставшие от суеты престарелые лорды и леди, а на каждой развилке несли свою службу молчаливые гвардейцы королевского полка.

Сам дворцовый сад поразил Ори едва ли не сильнее бального зала. Здесь располагался настоящий лабиринт из причудливых кустарников, деревьев и цветочных клумб. А каждая дорожка, выложенная диким камнем, напоминала извилистую ленту. Они расходились лучами от большого главного фонтана и причудливо петляли вокруг всего огромного белого дворца.

— Красиво, — сказала Ори, когда они отошли довольно далеко от других людей.

— Согласен, — ответил Литар, делая вид, что любуется окружающими видами. — Это, кстати, заслуга Дамьена. Он у нас в семье главный по части творчества. Несколько лет назад здесь всё полностью переделали по его эскизу, превратив бывший сад в шикарный парк.

— Ваше Высочество, и всё-таки… Ответьте на мой вопрос, — чуть помолчав, напомнила ему Ориен.

И он прекрасно понял, что именно она имеет в виду.

— На самом деле, всё просто, — ответил принц, сворачивая с аллеи на небольшую едва заметную тропинку.

А там, между высокими раскидистыми деревьями остановился и, щёлкнув пальцами, активировал тускло мерцающую арку перехода. Он уверенно шагнул в неё, не выпуская руки своей спутницы, и спустя мгновение они оказались на небольшом пяточке, полностью окружённом плотными высокими кустами.

Портал перенёс их совсем недалеко, — всего лишь на другую сторону от дворца. Сюда почти не долетали звуки музыки из бального зала, да и освещение оказалось гораздо тусклее, что, несомненно, было на руку Ориен. Оглядевшись по сторонам, она заметила лежащий на траве свёрток с одеждой и ещё какие-то непонятные вещи, назначение которых пока оставалось для неё загадкой.

— Времени у нас на всё про всё — полчаса, — тем же спокойным тоном, сообщил ей Литар. — Повернись, помогу тебе снять платье. И давай без ужимок и стеснения. Впереди важное дело, а в этом прекрасном наряде в окна влезать неудобно.

И несмотря на своё смущение, Ори была вынуждена согласиться с его словами. Поэтому, скрепя сердце, встала к нему спиной и искренне старалась не вздрагивать, когда его тёплые пальцы касались кожи под тканью, расстёгивая многочисленные крючки.

А Лит ощущал её дрожь, и прекрасно знал, в чём именно причина такой странной реакции на казалось бы незначительные прикосновения. Обычно ему было глубоко всё равно, что чувствуют его подчинённые. Но сейчас, видя как Ори вздрагивает от каждого его касания, вдруг понял, что эти её страхи почему-то его искренне беспокоят.

Он давно получил отчёт старшего стражника того самого поселения каторжников, где жила Ори, и теперь точно знал по какой причине произошла её инициация. В том документе, что ему предоставили, было указано, что за день до своего исчезновения заключённая Терроно была изнасилована. Кем, и при каких обстоятельствах — выяснить не получилось. В таких поселениях вообще подобное не являлось таким уж и тяжким преступлением, поэтому никто расследование этого дела не проводил. А когда пострадавшая девушка исчезла, её даже искать не стали, решив, что она попросту решила свести счёты с жизнью. Обрывки её одежды нашли в катакомбах… и после этого официально объявили мёртвой.

Ознакомившись с этими сведениями, дико раздражённый Литар отдал приказ, найти тех насильников, но пока никаких результатов расследования так и не получил. Он сам не понимал, почему всё это так сильно его задело. Но сейчас, чувствуя страх Ори, искренне желал собственными руками уничтожить тех, кто когда-то сделал ей больно.

— Ты спрашивала, зачем весь этот спектакль лично мне, — напомнил он тем же спокойным тоном, в котором не отразилась ни одна из его истинных эмоций.

А она, услышав его голос, заметно расслабилась, ведь не сомневалась, что, несмотря на свой отвратительный характер, он её ни за что не тронет.

— Ориен, я ведь принц, — продолжил объяснять Лит, отвлекая её от собственных страхов. — А значит, завидный жених. Отличная партия для любой леди нашей прекрасной страны. Для меня же они все, со своим кокетством и ужимками, как кость в горле. Только отвлекают.

Он закончил с платьем, и пока Ори снимала его через голову, достал из свёртка чёрные брюки и протянул девушке.

— Ты же будешь замечательным прикрытием, — продолжил Сокол, наблюдая, как Ориен быстро натягивает брюки, набрасывает на плечи рубашку и куртку (всё непроницаемо чёрное) и повязывает на волосы платок.

— Бывшая каторжница — любовница принца? Странно звучит, — хмыкнула она, принимая из его рук лёгкие туфли.

— Ты — ученица верховного мага, — напомнил Литар. — К тому же… нам с тобой предстоит куча совместных дел, и лучше, чтобы никто не заподозрил, что ты далеко не простая девушка.

— Какая «куча дел»? — искренне опешила она, поднимая на него растерянный взгляд.

— Такая, — улыбнулся Лит, видя её молчаливое возмущение. Потом подошёл ближе, вложил в её карман странного вида амулет и посмотрел в глаза. — Послезавтра, Ориен, мы с тобой отправляемся в тот приют, где ты выросла. Пора начинать поиски твоих родителей.

Девушка удивлённо приоткрыла рот, но Литар тут же коснулся её подбородка, возвращая его обратно. Задумчиво провёл пальцем по её щеке… и вдруг, будто опомнившись, снова принял привычный серьёзный вид.

— Твой костюм из ассиомского шёлка. Прочный, как настоящие доспехи, — сказал он, отходя в сторону. — Амулет, который я дал, открывает замки. Нужно просто приложить его к нужному месту на раме. Окна комнаты советника — на третьем этаже. Вторые справа. Всё. Больше ничем помочь не могу. Остальное сама. После… вернёшься сюда. Не задерживайся.

Она кивнула, отошла от него на несколько шагов и, прикрыв глаза, подняла руки вверх и призвала крылья. А Литар, затаив дыхание наблюдал, как сквозь ткань на спине девушки прорываются два острых отростка, похожих на когти какого-то жуткого животного…

С лёгким щелчком они вдруг раскрылись, подобно бутону цветка, и из их сердцевины появился чёрный дым. Он за мгновение окутал фигуру девушки, а когда рассеялся, за её спиной раскрылись два больших тёмных крыла.

Ориен обернулась к Литару, поймала его шокированный взгляд и, оттолкнувшись ногами от земли, скрылась в темноте ночного неба. А принц, как ни всматривался, так и не смог увидеть даже её призрачного силуэта.

Глава 6

Она спит в твоей кровати,

Замерзает одиноко…

Ну а ты, наверно, спятил?

Или тронулся немного?

В твоих мыслях — жара трели

Искры обернут пожаром…

А она — в твоей постели

Спит, обнявшись с одеялом.

С этой стороны дворца было удивительно тихо и спокойно. Где-то внизу вяло проводили обход территории доблестные стражники, издали долетали обрывки чьего-то звонкого смеха и звуки музыки из бального зала. Но всё это ни капли не беспокоило сидящую на краю крыши девушку.

Сейчас она могла думать только о предстоящем задании, которое во что бы то ни стало предстояло выполнить. А Литар… (сволочь он этакая) всё же был прекрасным манипулятором. Знал же, как настроить её на победу, какие слова сказать, чтобы она сделала всё возможное и невозможное, но всё равно принесла ему эту демонову книгу. Ведь Сокол не просто намекнул, что начнёт поиски её родителей, а сообщил точную дату, озвучил свои намерения и даже сказал, что возьмёт её с собой. И теперь Ори просто сгорала от желания поскорее проникнуть в комнату гаусского первого советника.

Дождавшись, когда охранник под окнами отойдёт подальше, Ориен легко соскользнула вниз и мягко опустилась на край парапета у нужного она. Не создавая лишнего шума, достала из кармана выданный Литаром амулет и приложила к месту, где располагалась хитро сделанная щеколда. Прошло всего несколько секунд, когда послышался характерный щелчок, а деревянная створка послушно открылась, позволяя девушке проникнуть внутрь.

Саму комнату Ори просмотрела ещё с крыши. Благодаря своей способности чётко видеть потоки магии, ауры людей, да и любых живых существ, она могла рассмотреть даже через несколько стен. И теперь, оказавшись внутри нужной спальни, смело шагнула вперёд, не опасаясь быть обнаруженной.

Но едва она закрыла за собой окно, как услышала за спиной шорох. И этот звук лучше любого чутья подтверждал, что в темноте есть кто-то ещё. Всё же права была Мили, твердя, что излишняя самоуверенность когда-нибудь станет для Ори губительной.

Девушка вздрогнула, но тут же упрямо сжала кулаки и снова попыталась прощупать помещение через свои ощущения. И лишь теперь, находясь так близко, смогла заметить человека, который старательно прятал свою ауру под действием какого-то амулета. Сейчас, даже не поворачиваясь, Ори знала, что он сидит в кресле и внимательно на неё смотрит. В его руках было нечто… похожее на оружие. И девушка не сомневалась, что стоит ей обернуться или хотя бы как-то проявить агрессию, и её тут же попытаются убить.

Соображать нужно было очень быстро. И сейчас, находясь в поистине критической ситуации, она всё-таки заставила взять себя в руки, отбросить страхи и включить голову. На её мысленный приказ «спать» этот человек реагировать не пожелал, в схватке Ори его никак не победить, а значит остаётся только один вариант…

Медленно, стараясь не делать резких движений, она обернулась и всё-таки встретилась взглядами с сидящим в кресле мужчиной.

— Кто ты? — спросил он, абсолютно пустым тоном. — Я видел крылья.

— Меня зовут Мираж, — уверенно ответила девушка, не пытаясь приблизиться. Сейчас ей оказалось достаточно просто посмотреть в глаза своего противника, чтобы проникнуть в глубины его сознания. И уж теперь никакие чары и амулеты были не в силах его спасти.

Он сам не понял, что с ним случилось. Просто в какое-то мгновение, его веки опустились, а дыхание стало размеренным и спокойным. И только убедившись, что этот человек крепко уснул, Ори смогла начать нормально дышать.

Её спящий визави оказался крупным, бритоголовым бугаём в годах. На его куртке были нашиты какие-то знаки, состоящие из сочетания нескольких треугольников. Он явно занимал в своей стране какой-то высокий военный пост, но и его тоже подвела самоуверенность. Он банально недооценил врага. Решил удовлетворить любопытство — конечно, ведь не каждый день видишь девушку с крыльями. Вот за это и поплатился.

Но Ори не хотела, чтобы он помнил о ней, поэтому едва тот уснул, подошла ближе и коснулась руками в чёрных перчатках его висков. Именно таким был второй способ проникновения в человеческое сознание, но использовался он гораздо реже, потому что отнимал куда больше сил. Да только сейчас девушке оказалось совсем не до экономии ресурсов своего тела. Поэтому она очень аккуратно стёрла все его последние воспоминания, взамен подарив ему красочные сны.

И теперь, когда полдела было сделано, наконец, приступила к поиску книги. А ту никто и не думал изощрённо прятать. Она лежала в верхнем ящике письменного стола и выглядела несколько больше, чем Ори рассчитывала. На скромный взгляд девушки, сей фолиант имел в себе не меньше пятисот плотных страниц, и занимал почти всё пространство в широком ящике. Утащить такой незаметно было невозможно в принципе. Но Ориен лишь ухмыльнулась предстоящим трудностям и потянулась к книге…

— Ау… — прошипела она, тут же одёргивая руку. Перчатки не пострадали, а вот на пальцах Ориен очень явно чувствовала сильный ожог, будто дотронулась она не до обложки, а до раскалённого железа.

Ори снова присмотрелась к книге, видя многочисленные энергетические плетения, которые окутывали переплёт и каждую страницу. Девушка коснулась пальцами каждого, но ничего не почувствовала. Но стоило ей дотронуться до самого фолианта, и кожу снова обожгло болью.

— Так… — прошептала Ориен, уже догадавшись, что в руки ей это чудо не дастся. А значит, нужно было взять её чем-то другим.

Она решительно стянула с себя куртку из ассиомского шёлка, и потянулась к книге через её ткань. И (о чудо!) та хоть и жглась, но уже не так сильно. Тогда Ори решительно набросила на книгу куртку, замотала края и, зажав её под мышкой, метнулась к окну.

Книга жглась, да так, что становилось страшно, но Ориен чувствовала приближение трёх человек, один из которых явно был хозяином комнаты. И тогда, приказав себе не думать о боли, она метнулась к окну, вылезла наружу и, захлопнув за собой створку, снова коснулась её артефактом. Щеколда послушно встала на место, и только после этого Ори оттолкнулась ногами от парапета и взмыла в небо.

Книгу она держала в вытянутых руках, хотя те уже болели просто невыносимо. Летела так быстро, как позволяли крылья, но даже той минуты, что она пробыла в воздухе, хватило, чтобы почти перестать чувствовать кисти до самых запястий.

Когда Ориен тяжело приземлилась, и тут же отбросила в сторону завёрнутую в куртку добычу, Литар резко поднялся на ноги и направился к ней.

— Что случилось? — голос его звучал как всегда уверенно, но сейчас в нём явно слышались нотки беспокойства. Он осматривал тяжело дышащую Ориен, и не знал, что думать. — Да отвечай же ты! — выкрикнул он, легко хватая её за плечи.

— Книга там, — отозвалась девушка, у которой от боли почти не получалось говорить.

Ей казалось, что под перчатками её руки попросту обуглены до самой кости, но она боялась их снимать. Благо Лит быстро сообразил, что дело именно в руках, которыми девушка старалась даже не шевелить. Он усадил Ори прямо на землю, опустился рядом и осторожно стянул одну из перчаток…

— Твою мать! — рявкнул принц, в ужасе рассматривая обгоревшую ладонь. Потом тяжело вздохнул, стараясь вернуть себе невозмутимость, и тут же поднялся.

Ориен тоже попыталась встать, но он не дал ей этого сделать, положив руку на плечо.

— Не двигайся. Судя по всему, эта зараза тянет из тебя энергию, — он на секунду замолчал, явно что-то обдумывая, потом решительно нагнулся, бережно поднял Ори на руки и прижал к себе. — Закрой глаза. Расслабься, насколько можешь. Не сопротивляйся ей, — проговорил Лит, глядя в затуманенные болью глаза девушки.

Она попыталась кивнуть, но он всё равно чувствовал её напряжение. На самом деле сейчас ей было так больно, что даже думать почти не получалось.

— Ориен, отпусти сознание. Спи. Ты ведь можешь себе приказать. Так будет легче, поверь. — Он уговаривал, и его голос звучал так мягко, что ей на самом деле захотелось подчиниться. Не потому что он так хотел, а из-за того, что он был прав. И будто почувствовав её сомнения, Лит поймал её взгляд и добавил: — Клянусь, сделаю всё возможное, чтобы ты как можно скорее поправилась.

И она поверила ему. Вот так просто взяла и приняла его клятву. А потом… уснула. Как он и просил.

А Литар, видя, что его слова подействовали, быстро перестроил направление портала и шагнул в мерцающую арку вместе со своей ношей. Сейчас он как никогда злился от того, что на территории самого дворца все подобные перемещения были невозможны. Максимум, что смог сделать принц, это построить портал прямо к конюшням, где за кустами начинался тайный вход в здание. Дальше же двигаться пришлось пешком, причём по потайным коридорам. А едва добравшись до своих покоев, он осторожно уложил Ориен на кровать и сам отправился на поиски Кери.

* * *

Ориен проснулась резко, как по щелчку. Просто в одно мгновение оборвала связь со сном и открыла глаза. И первым, что увидела оказалось лицо незнакомого мужчины, который заматывал белым бинтом её правую ладонь.

— Моё имя — Парис Лонкаль, леди, — представился он, заметив её хоть и сонный, но напряжённый взгляд. — Я — дворцовый лекарь. Обрабатываю ваши руки.

— Спасибо, — ответила она, хриплым со сна голосом, правда при этом продолжала смотреть на него с недоверием и растерянностью.

Ори отчаянно думала, что же ещё следует сказать этому человеку, нужно ли представляться в ответ, поддерживать беседу? Но сейчас она никак не могла вспомнить, что же пресловутые правила этикета говорили по поводу общения с целителями. Да и был ли вообще там такой пункт?

— У вас сильные ожоги, — сказал лекарь, заметив её нервное состояние. — Магией не лечатся. У меня даже обезболить не получилось, но ваш наставник сказал, что для вас это нормально. Поэтому лечить придётся травами и мазями, но, думаю, через неделю всё пройдёт и даже шрамов не останется.

Она хотела ответить… в очередной раз поблагодарить за заботу, но в этот самый момент дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вошёл явно разозлённый Литар. Только теперь Ори сообразила, что находится в его покоях, причём, лежит она именно в его кровати. И мгновенно сжалась, не сомневаясь, что и зол принц тоже из-за неё.

— Лит! — рявкнули от распахнутой двери, и Ориен с большим трудом узнала в этом злобном рыке голос своего учителя. — Я требую, чтобы ты дал слово!

— Нет! — сухо бросил принц, едва сдерживая собственные эмоции. — И не лезь не в своё дело!

— Это моё дело! Она моя ученица! Я несу за неё ответственность! — пытался вразумить его верховный маг.

Литар остановился у кровати, бросил на руки Ориен виноватый взгляд и повернулся к лекарю.

— Господин Лонкаль, вы закончили? — спросил он, да таким тоном, от которого у Ори внутри всё похолодело. Правда, сам целитель отреагировал на вопрос принца совершенно спокойным кивком.

— Да, Ваше Высочество, до завтрашнего утра действие поражающего вещества должно нейтрализоваться, и тогда можно будет начинать полноценное лечение, — ответил он, поднимаясь. — Пока же я обработал раны необходимыми для этого мазями и наложил обезболивающие повязки.

— Благодарю, — холодно бросил Литар. — Можете быть свободны. О случившемся — ни слова.

— Как и всегда, Ваше Высочество, — ответил лекарь. Затем снова мягко улыбнулся Ориен, кивнул Кертону и вышел… Да только не через дверь, а прошёл сквозь открывшийся проход в углу комнаты.

Ори проводила его удивлённым взглядом, а когда стена неслышно снова встала не место, всё же решилась посмотреть на Сокола.

— Ваше Высочество, книга… — попыталась начать она, но принц остановил её лёгким жестом руки.

— С ней всё в порядке. Лежит в надёжном месте… дожидается своей участи, — отмахнулся он. — Меня больше интересуют твои руки, а точнее причины появления на них ожогов.

— Может… магия? — осторожно предположила девушка.

— На тебя она не действует. Никакая. Даже лекарь почти ничего сделать не смог, — холодно отрапортовал принц. — А на книге стоят пусть и мощные защитные плетения, но ни одно из них не могло оказать такие повреждения. Значит дело в чём-то другом. Но об этом мы поговорим потом. А сейчас, милая, расскажи, что произошло в покоях советника.

Она согласно кивнула и чётко, без лишних эмоциональных подробностей, поведала ему о своей вылазке. Литар слушал её внимательно, всё больше уверяясь, что Ориен для его ведомства — поистине драгоценная находка. Конечно, её ещё многому нужно научить, да и раскрывать среди сотрудников, определённо, не стоило. А значит, его решение сделать её скрытым личным агентом было самым правильным. И тут в его размышления снова ворвался голос Кери.

— Вот видишь, Лит… вы были на грани прокола! — выпалил маг. — Ори не в состоянии за себя постоять. Только представь, что произошло бы, если бы этот тип не поддался ментальному воздействию?

Лит раздражённо сжал зубы и повернулся к Кертону, который сегодня казался ему невероятно назойливым.

— Это только наше с Ориен дело, — холодно сказал принц. — У нас договор. Она помогает мне, а я — ей.

— Я запрещаю! — с нажимом произнёс Кери, сверля гневным взглядом сына королевы. — Ори — моя ученица, и не смеет меня ослушаться.

Литар покачал головой, пересёк комнату и плеснул в широкий стакан коньяка.

— Выпей, успокойся, — сказал он, протягивая напиток своему бывшему учителю. — Пей… Кери, а я пока расскажу тебе, почему не могу удовлетворить твои требования.

— Можешь! — невозмутимо заявил маг, но стакан всё же принял и тут же сделал несколько глотков.

— Нет, — спокойно сказал принц, усаживаясь в кресло, рядом с кроватью, где лежала девушка. — Дело в том… что чем больше я узнаю о пресловутой красной платине, ставшей камнем преткновения между нами и Княжеством Гаус, тем меньше мне всё это нравится.

— И почему же? — иронично поинтересовался верховный маг, садясь напротив.

— Потому что все шахты, где раньше добывали этот металл, были разрушены. Причём, по приказу правителей тех стран, на чьей территории находились. Произошло это около трёхсот лет назад, и с тех пор красную платину на нашем континенте не добывали. — Лит устало, совершенно не по-королевски развалился в кресле и снова посмотрел на несколько озадаченного Кери. — Боюсь, что открытие рудника по её добыче ещё обернётся нам большими неприятностями. Доказательств пока нет, кроме разве что книги, да и ожогов на руках Ориен, но уже этого достаточно, чтобы забить тревогу. Поэтому, дорогой дядюшка, я в сотый раз говорю тебе, что от твоей подопечной не отстану. Её способности нужны стране.

— Лит, она же всего лишь хрупкая девушка, — продолжал гнуть свою линию маг, правда, напора в его голосе ощутимо поубавилось. — Куда ты хочешь её втянуть?

— Здесь всё честно, — равнодушно ответил принц. — Мы просто поможем друг другу. Я уже пообещал начать поиски её родителей.

— Начать, Лит, не значит закончить, — недовольно заметил верховный маг.

— Об этом мы будем говорить с Ориен, — он перевёл взгляд на внимательно слушающую его девушку и добавил, обращаясь к Кери: — Без свидетелей. И кстати, сегодня она переночует здесь.

— Что?! — возмутился маг. Он только начал успокаиваться после их предыдущего спора. Решил, что нужно всё обдумать, взвесить, и всё-таки найти способ избавить Ориен от участия в рискованных мероприятиях Литара. И тут такое заявление.

— Не переживай. Обещаю, на целомудрие твоей подопечной не посягну. Так нужно для легенды.

— Лит… — протянул маг, хватаясь за голову. — Боги. Ты же погубишь её репутацию. Она ведь совсем молода… Ей замуж надо, детей… А не летать по ночному городу, выполняя твои задания.

— Она получит полную неприкосновенность, — всё так же невозмутимо ответил принц. — И вообще, этот разговор неуместен. После сегодняшнего бала при дворе леди Ориен и так будут считать моей фавориткой.

Маг уже понял, что договориться с Литаром у него не получится. Тот упёрся и просто не желает ничего слышать. В этом своём упрямстве он был невероятно похож на мать. Но если Эриол ещё можно было что-то доказать, пусть и изрядно постаравшись, то с Литом подобное не проходило.

— Ори, — сказал Кертон, поворачиваясь к лежащей на кровати девушке. — Если сейчас ты скажешь, я заберу тебя отсюда. И, поверь, никто не сможет мне в этом помешать.

Он многозначительно посмотрел на принца, будто говоря тем самым, что при необходимости готов пробиваться отсюда с боем. Но Ориен лишь отрицательно мотнула головой и опустила глаза.

— Нет, Кери. Если Его Высочество так считает, значит, мне на самом деле лучше остаться. И не стоит за меня волноваться, — мягко добавила она.

— Что ж, — протянул верховный маг, одним махом допивая свой коньяк и поднимаясь на ноги. — В таком случае, я ухожу. Но с Беллисой ты завтра будешь объясняться сама.

И развернувшись, направился к стене, в которой прятался потайной ход. А спустя несколько мгновений покинул покои.

Стоило ему уйти, и Лит сразу заметно расслабился. Всё же, как бы ни казалось со стороны, но пикировки с Кертоном изрядно выводили его из себя. Верховный маг и его бывший ученик были слишком разными… с различными жизненными позициями. И если Кери всегда в первую очередь думал о людях, о каждом из них, то Лит на первое место выносил вопросы благополучия государства в целом. Именно поэтому иногда им оказывалось очень трудно договориться, что жутко бесило обоих.

— Ваше Высочество, — позвала его Ориен, присаживаясь на кровати и опуская ноги на пол. — Могу я воспользоваться вашей ванной комнатой. Мне бы…

Он вздохнул, и демонстративно перевёл взгляд на её забинтованные кисти, которые сейчас выглядели так, будто на них надеты плотные варежки. Ему было очень интересно посмотреть, как же она собирается умываться. С его точки зрения это могло получиться, только если полностью опустить лицо в воду. А ведь, плюс ко всему, на её брюках имелись крючки, расстегнуть которые она сама теперь точно не сможет.

— Ориен, — проговорил он, ловя её напряжённый взгляд. — Прости, но мне придётся тебя раздеть. Сама ты вряд ли справишься, а спать в одежде я тебе позволить не могу.

Она отвела взгляд в сторону и нервно закусила губу. Он, конечно, был прав, но легче от этого всё равно не становилось. И ладно бы проблема состояла только в вопросах сна, — с этим бы она как-нибудь смирилась. Спала же в прошлый свой визит в одежде и ничего. Но… организм тонко намекал, что до утра ему обязательно потребуется посетить уборную, а сама она штаны снять не сможет. И в этом свете предложение принца уже не казалось таким уж ужасным.

— Хорошо, — кивнула она, ещё больше смущаясь.

Литар усмехнулся и, поднявшись, подошёл к ней и принялся расстёгивать пуговицы на её рубашке. Ори очень старалась сохранить дыхание ровным, хоть его близость и действовала на неё очень волнительно. Но когда тёплые пальцы принца случайно коснулись её прохладной кожи, всё же не выдержала и непроизвольно сглотнула.

Лит поднял взгляд от последней расстёгнутой пуговицы и посмотрел в её глаза.

— Ориен, — сказал он, и его голос прозвучал очень серьёзно. — Меня тебе не нужно бояться. Прими это как данность. Ты слишком нужна и мне, и Карилии, чтобы я мог позволить каким-то сиюминутным желаниям взять верх над разумом.

Она кивнула, но побороть свои эмоции всё равно не смогла. Когда же он попросил её подняться, а сам потянулся к крючкам на её брюках, она едва удержалась, чтобы не отшатнуться.

А Литар чувствовал её напряжение. Оно отдавалась в его мыслях настоящим ураганом. Видят Боги, сейчас он был готов пойти на многое, чтобы она перестала так от него шарахаться.

Начиная её раздевать, Лит справедливо считал, что самым серьёзным испытанием для неё окажутся брюки, но стоило ему стянуть их с напряжённой девушки, и он едва не застонал от дикой смеси собственных эмоций. Ну конечно, ведь под ними обнаружились ещё и чулки… на подвязках!

— Ори, — проговорил принц, снова ловя её взгляд. Это был первый раз, когда он обратился к ней сокращённым именем, да ещё говорил таким мягким тоном, отчего девушка опешила ещё сильнее. — Позволишь их снять?

— А может не стоит? — срывающимся голосом протянула она. — Ведь их завтра всё равно надевать придётся. А, как я понимаю, лучше чтобы никто из прислуги меня с такими руками не видел. Это может вызвать подозрения… Ведь именно поэтому вы помогаете мне сами?

— Правильно мыслишь, — согласился Лит. — Всё, что касается тебя, я вообще никому доверять не собираюсь. Слишком тонкая намечается игра… слишком высоки ставки.

— Я понимаю, — отозвалась девушка, которая почему-то рядом с таким вот спокойным Литаром сама начала успокаиваться. — А чулки мягкие и почти не мешают. Пусть останутся.

Лит кивнул, и как-то даже расслабился, но вот Ори, наоборот, отчего-то смутилась. Именно это и насторожило принца, и только теперь он понял, что всё самое сложное ещё впереди. Он снова посмотрел ей в глаза и увидел там молчаливую просьбу и огромное нереальное смущение.

— Это тоже необходимость, — сказал он, стараясь изобразить ободряющую улыбку. — Даже если тебе удастся как-то стянуть бельё самой, то надеть обратно всё равно не получится. А я обещаю дать тебе свою самую длинную рубашку. Ничего не будет видно.

Ори оставалось только кивнуть и окончательно залиться краской смущения. А Лит, с самым равнодушным лицом, потянулся к её коротким кружевным шортам, зацепил пальцами ленточку на боку и потянул их вниз. Он очень старался не делать лишних движений и не смотреть, куда не надо, но пальцы сами касались мягкой, чуть прохладной кожи, а взгляд скользил по молодому женскому телу. На какое-то мгновение, он всё же позволил себе вольность… положил ладонь на её ногу и провёл вверх, до самой ягодицы.

— Литар… — испуганно выдохнула она, желая отступить, отойти. Но за её спиной была только кровать. Она сама не заметила, что обратилась к нему не так как нужно. Но сейчас этикет был последним, о чём она могла думать.

Принц тут же убрал руку и шумно выдохнул. Он и сам не подозревал, что так остро отреагирует на обнажённую девушку. К его чести, он моментально вернул себе былое хладнокровие, отчего Ори немного успокоилась. Платье, в котором она была на балу, не предполагало ни бюстье, ни корсета, поэтому верхней части белья на девушке не оказалось. Литу осталось стянуть с Ориен её расстёгнутую рубашку, и надеть одну из своих, мягкую и чистую. После он проводил её до ванной комнаты, даже предлагал помочь умыться, но та отказалась. Впрочем, сама она там не задержалась, и уже спустя несколько минут, вернулась в спальню и уверенно направилась к шкуре у камина.

— Нет, Ориен, — услышала она голос принца за своей спиной. — Ложись в постель.

И это его заявление, да ещё озвученное в такой категоричной форме шокировало бедную девушку сильнее всех событий сегодняшнего длинного дня. Она смотрела на Литара и не верила собственным ушам. Ведь принц просто не мог сказать подобное.

— Иди, иди, — повторил он, откидывая край одеяла. — Укладывайся и спи. Я немного посижу здесь, потом уйду в кабинет. Так что моя спальня в твоём полном распоряжении.

Она всё ещё продолжала стоять на месте и смотреть на него со страхом и непониманием. Двигаться к ложу девушка явно не собиралась и тогда Лит сам подошёл к смотрящей на него Ори, подхватил её на руки и уложил в свою кровать.

— Спокойной ночи, Ориен, — проговорил он, накрывая её тонким одеялом. Потом медленно отошёл в сторону, потушил все магические огоньки, кроме одного и, усмехнувшись каким-то своим мыслям, добавил: — Кстати, ты первая девушка, которая спит в моей постели… без меня. Цени.

Как только он скрылся за дверью ванной комнаты, Ори сильнее стиснула край одеяла и подняла взгляд к потолку. Она старалась заставить себя расслабиться и хотя бы попытаться снова уснуть. Не по ментальному приказу, а по-настоящему, со сновидениями и полноценным отдыхом. Да только сердце до сих пор бешено стучало, дыхание никак не желало восстанавливаться, а кожа ещё хранила тепло пальцев принца.

«Ненавистного принца», — поправила она себя мысленно.

Но врать самой себе было бессмысленно — Сокол волновал её. И пусть она его боялась, и как мужчину в первую очередь, но вместе со страхом она ощущала странный трепет. Но что важнее всего, он не был ей противен. Его прикосновения не вызывали того дикого отвращения и ужаса… которые она до сих пор слишком хорошо помнила.

А сам Литар в это время стоял под струями горячего душа, заставляя себя думать об украденной книге, гаусской делегации, красной платине… да о чём угодно, лишь бы только выбросить из головы мысли об одной единственной девушке, которая сейчас спала в его кровати. Но как бы он ни старался, перед глазами всё равно вставал образ Ориен… в чулках и его рубашке.

Это было настоящее помутнение разума.

Это было глупо и непрофессионально.

Он вёл себя, как сопливый подросток, впервые увидевший обнажённую женщину. Клял себя за то, что не сдержался и дотронулся до неё… Боги, как же ему сейчас хотелось закрыть эту обжигающе горячую воду и отправиться к Ориен. Он уже видел, как ласкает её тело, как берёт её… как она снова называет его имя, но теперь уже без страха или предостережения, а со стоном… от переизбытка эмоций и удовольствия.

И, возможно, при других обстоятельствах, он бы отмахнулся от запрета Кери, наплевал на свой принцип не заводить интрижек с теми, с кем работает. Да даже на её пораненные руки не посмотрел бы, но… Ори его не хотела. Больше того — он её пугал. И это было совершенно неудивительно, после того, что ей пришлось пережить в катакомбах поселения каторжников.

Вообще, странно, что его так заботили её страхи. И с этим, определённо необходимо что-то делать. Да, Ориен не была обычной девушкой, но теперь Литару уже самому не терпелось разгадать её секреты и найти, наконец, её родителей.

Но на самом деле больше всего остального ему хотелось увидеть в её глазах желание, а не страх. Хотя сам Лит прекрасно понимал, что это лишь глупый каприз, который ни в коем случае не должен помешать делу и его обязательствам перед страной.

* * *

С самого раннего утра всё ведомство правопорядка оказалось поднято по тревоге. Вопреки предположениям Литара, первый советник гаусского князя закатил настоящий скандал. Господин Клирамо кричал, обвинял всех карильцев, вплоть до королевы в том, что они не смогли обеспечить безопасность его имущества. Вопил так, что усмирить его вопли смог только лично князь. Да и то ненадолго.

Её Величество Эриол была зла. Это происшествие бросало огромную тень на репутацию её страны. Едва узнав о случившемся, она вызвала к себе Литара и долго распекала его, не как сына, а как главу проштрафившегося ведомства. Он же лишь каялся и обещал сделать всё возможное, чтобы урегулировать конфликт. А когда к их беседе присоединились представители гаусского посольства, только лишний раз убедился, что украденная книга имела для советника огромную ценность.

— Скажите, — обратился он к господину Клирамо. — Что именно у вас пропало? Возможно, вы сами переложили эту вещь куда-то и просто не помните об этом. На дворце очень мощные охранные плетения, да и стража никогда бы не пропустила чужого к вашим покоям.

Лит явно намекал на то, что украденный предмет мог взять только кто-то из тех, кто был вхож в апартаменты посла. Ведь тот даже слуг своих привёз, чтобы не допускать к себе карильских лакеев и горничных.

— Украли книгу, — честно сказал советник. — Очень ценную, древнюю. Ей несколько веков. Она — родовой оберег моей семьи.

Лит перевёл взгляд на стоящего в стороне Кери, и маг лёгким кивком подтвердил, что Клирамо не врёт.

— Но если она настолько ценная, то для чего вы привезли её сюда? — задал вопрос Сокол.

Глаза советника на мгновение блеснули сомнением, но он быстро сориентировался и ответил:

— Я всегда вожу её с собой, — проговорил он и тут же уточнил. — Для защиты.

А вот теперь Кери чуть качнул головой в сторону, сообщая, что эти слова — ложь.

— И от чего же она вас защищает? — уточнил Литар и посмотрел на взъерошенного Клирамо с таким подозрением, что тот вдруг опешил.

— Ваше Высочество, — проговорил тот, правда голос его теперь звучал небывало уважительно и учтиво. — Эта книга очень важна для меня, как и для моей семьи. Я никоим образом не хочу обвинить вас в её пропаже. Всего лишь прошу оказать содействие в поиске. Я слышал о вас, как о прекрасном сыщике, от которого не уходил ни один преступник, — сменил тактику советник, — и надеюсь на ваше участие.

— Конечно, лорд Клирамо, мы со своей стороны сделаем всё возможное, чтобы вернуть вам вашу пропажу, — ответил ему Литар. — Но пока я советую вам начать поиски вора в своей свите. Всё же у ваших людей было гораздо больше шансов совершить кражу, чем у кого-то из карильцев.

Присутствующий в кабинете правитель Гауса согласно кивнул и посмотрел на своего советника с явным недовольством. Вероятно, он и знать не знал, что у столь приближённого к нему человека есть такая ценная книга, которая, вдобавок ко всему, ещё и семейный оберег.

— А пока, господин советник, я прошу вас дать моему следователю полное и очень подробное описание украденной у вас вещи, и рассказать ему всё, что он пожелает знать, — сказал ему Литар, поднимаясь со своего места и приглашая Клирамо последовать за ним в соседнюю комнату. — Прошу вас ничего не утаивать. Ведь чем лучше мы будем знать, что именно ищем, тем быстрее найдём.

Тот кивнул, но в его взгляде всё равно проскользнуло недовольство и что-то похожее на опасение. Правда спустя мгновение все эти эмоции исчезли, и любой другой человек мог бы посчитать, что ему показалось… но только не Литар. Он всегда верил своей интуиции, а сейчас она буквально вопила, что этот мужчина скрывает очень важную информацию, и что вчерашней кражей Лит спутал советнику гаусского князя все карты в его продуманной и сложной игре.

На самом допросе Лит не присутствовал, хоть и очень хотелось. К сожалению, ему нельзя было показывать личную заинтересованность, пусть и дело и бросало тень на его страну. Вместо этого он заглянул в рабочий кабинет, взял какие-то бумаги, раздал распоряжения и отправился обратно в свои покои.

Когда он вошёл, Ориен ещё спала. Она опять свернулась калачиком, сжалась, укутанная тонким одеялом, и явно старалась согреться. Лит смотрел на неё с сомнением и откровенной задумчивостью. Ему было совершенно непонятно, как вообще можно замёрзнуть, когда в комнате, да и за окном очень даже тепло. Но камин всё же разжёг. А потом и вовсе достал тёплое одеяло и укрыл им спящую девушку.

Спустя несколько минут Ори заметно расслабилась, перевернулась на бок, обнимая край своего одеяла. А Лит, к собственной досаде, поймал себя на мысли, что не отказался бы сейчас поменяться с ним местами. Да уж… в его объятиях Ори точно бы не замёрзла.

Он с силой сжал пальцы в кулак и заставил себя отвернуться от спящей девушки. Ему сейчас нужно было думать совсем о другом. О тех же гаусцах, например, но почему-то совсем не думалось. И всё же Лит открыл папку с данными о красной платине и принялся планомерно изучать представленный материал.

Металл этот в их стране был настолько редким, что информацию о нём приходилось собирать по крупицам. Он обладал очень ценным свойством многократно усиливать любые магические плетения. Амулеты, сделанные из его сплавов, почти не требовали подпитки, оттого и ценились дороже других. Но… чутьё подсказывало Литу, что это далеко не все его свойства. И если красная платина настолько замечательный металл, то почему были уничтожены все места его добычи?

Информации катастрофически не хватало. Он понимал, что необходимо обратиться за помощью к коллегам из других стран. К тем же сайлирцам, которым уж точно было известно больше. И как бы Литу не хотелось привлекать к этому делу посторонних, но гордость сейчас была совершенно лишней.

Он перевёл взгляд на спящую девушку и снова вспомнил об украденной книге. На ней оказалось столько охранных плетений, что Кери, которого справедливо считали сильнейшим магом королевства, провозился с ней всю ночь, но пока распутал только те, что могли указать на её местонахождение. С остальными он обещал разобраться в ближайшее время, и тогда они смогут хотя бы открыть этот старинный фолиант.

Кстати, при ближайшем рассмотрении оказалось, что обложка сделана целиком из той самой красной платины. Она была обтянута синим бархатом, но на одном из уголков ткань немного надорвалась, и стал виден краешек розовато-серебристого металла. И что-то упорно подсказывало Литару, что ожоги на руках Ориен как-то связаны именно с ним.

Девушка проснулась ближе к обеду. Едва распахнув глаза, она испуганно вздохнула и села на кровати, а заметив Литара, и вовсе замерла. Несмотря на сонное состояние, она прекрасно помнила все события вчерашнего вечера и ночи. Да и боль в перемотанных руках никак не способствовала забыванию. Но несмотря на всю насыщенность произошедших накануне событий, самые сильные эмоции у неё вызывал один, по сути незначительный инцидент, от которого у неё до сих пор перехватывало дыхание.

Ориен до мельчайших деталей помнила, как смотрела на Литара, осторожно стягивающего с неё бельё, как пыталась выровнять дыхание и стараться воспринимать происходящее спокойно. И у неё даже начало получаться… но когда его пальцы скользнули вверх по её бедру… когда на коже отпечатался откровенный жар его властной ладони, Ори не выдержала.

Никогда, ни при каких обстоятельствах она бы не рискнула так фамильярно к нему обратиться…просто позвать по имени. Но в тот момент её куда больше пугали действия принца, чем его возможный гнев. Правда он сделал вид, будто ничего не произошло, и Ориен была ему за это очень благодарна.

— Доброе утро, — бросил принц, продолжая сосредоточенно изучать какие-то бумаги. — Вставай. Я помогу тебе одеться и провожу к портальной комнате.

Всё это было сказано предельно сухим тоном, и именно это придало девушке решимости откинуть одеяло и подняться на ноги. Несмотря на общее напряжение, она всё равно отметила, что укрыта двумя одеялами, хотя второго вчера точно не было. И что же получается… Литар о ней позаботился? Не дал замёрзнуть?

Уже находясь в ванной комнате и пытаясь умыть лицо, Ори вдруг подумала, что в Соколе ещё больше загадок, чем в ней самой. Да он был суровым, и даже жестоким человеком, но ведь укрыл. И на руках её вчера нёс. И раздевал сам…

Тогда-то девушка и вспомнила, что вот сейчас ему предстоит ещё и одеть её. А это будет не меньшим испытанием для неё, чем вчерашнее раздевание.

Но к удивлению Ориен в этот раз всё прошло куда проще. Литар был совершенно бесстрастен и смотрел на неё так равнодушно, что девушке даже стало не по себе. Она даже подумала, что во вчерашнем полумраке выглядела для принца более привлекательно, чем сейчас, при свете солнца. Что на самом деле ни капли не интересна ему, как женщина. И ей бы радоваться, да только почему-то не получалось.

А вообще, у Его Высочества неплохо получалось выполнять обязанности личной горничной. Он в два счёта разобрался с тем, как правильно надеть на Ори вчерашнее платье (благо оно было довольно простого кроя), застегнул на нём все крючочки, завязал все нужные ленточки. И всё это он проделывал с таким выражением лица, будто решает задачу государственной важности.

— Лекарь зайдёт к тебе вечером, — сказал Сокол, накидывая на плечи девушки тонкий чёрный плащ с капюшоном.

Теперь её перемотанные руки были скрыты за его широкими рукавами, но вот лицо с чуть помятой причёской и край юбки платья были прекрасно видны. А учитывая, что вчерашний вечер новоявленная ученица верховного мага провела с Литаром, и именно в его компании должна была пройти по дворцу, ни у кого бы не осталось сомнений в том, где именно Ориен Терроно провела эту ночь.

— Присядь, я тебя обую, — сказал Лит, доставая из бумажного свёртка две маленькие туфельки, сшитые из плотной ткани, в тон её наряду.

Девушка повиновалась, а принц осторожно коснулся её щиколотки и, надев на её ножку туфлю, принялся завязывать прикреплённые к ней ленты. И наблюдая за Его Высочеством Литаром Карильским-Мадели, вторым принцем Карильского Королевства, сидящим сейчас у её ног… Ори не смогла сдержать улыбку.

Увы, сам Лит её веселья совершенно не разделял.

— Если тебе так весело, то вторую туфлю будешь надевать сама, — сообщил он, не поднимая головы. Но Ори и так прекрасно поняла, что ведёт себя непозволительно вольно, и что в случае с Соколом даже простая неуместная улыбка может быть расценена, как личное оскорбление. А подобного Литар никому не спускал.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, — тихо проговорила девушка, которой мгновенно расхотелось улыбаться. — Это больше не повторится.

И было в её голосе что-то такое, отчего Лит вдруг странно тяжело вздохнул и поднял на неё взгляд. Ориен же, наоборот, поспешила опустить лицо. Странно, но сейчас она боялась его гораздо сильнее, чем даже в их первую встречу два года назад. Ведь теперь она знала, на что он способен… Знала, что для него нет понятия «совесть» или «жалость». А вот за оскорбления он мог прихлопнуть её, как какую-то мошку… даже не заметив.

— Простите, ещё раз, — пролепетала она, так и не поднимая глаз.

А Литар вдруг улыбнулся, так просто и открыто, что Ори почувствовала его улыбку, даже не видя. А потом коснулся её лица и немного приподнял, чтобы видеть её глаза.

— Ладно, Ори, не трясись. Ничего я тебе не сделаю. Тем более… — он усмехнулся каким-то своим мыслям и покачал головой. — Забавно видеть принца у своих ног, да? Я бы точно рассмеялся, если бы наблюдал со стороны. Но сейчас я хочу поговорить не об этом.

Он снова стал серьёзным, и только теперь Ориен снова начала дышать. Всё же такой Литар был как-то привычнее. Несмотря на то, что улыбающимся он нравился ей в тысячу раз больше.

— В ближайшее время нам с тобой предстоит много времени провести вместе, — продолжил принц деловым тоном. — Я буду помогать тебе в поиске родителей, а ты мне — в раскрытии одного довольно сложного дела. Мне кажется, это равноценная сделка.

— Отказаться я не могу? — спросила девушка, уже зная ответ.

— Нет, — сухо резюмировал принц и принялся надевать на неё вторую туфлю.

— Но вы хотя бы скажите, что я должна буду делать? — пролепетала девушка. Перспектива повторения вчерашнего ночного приключения с книгой её ни капли не радовала.

— Помогать по мере своих возможностей.

— Но… вдруг я кому-то проболтаюсь? Это же государственные секреты?

Литар завязал ленту на её щиколотке и, поднявшись на ноги, посмотрел на неё, как на глупое дитя.

— Ориен, та клятва, которую ты произносила, принимая присягу, была несколько нестандартной. Тебя не смутило, что в ритуале использовалась твоя кровь? — ровным тоном спросил принц.

— Что вы хотите этим сказать? — Её голос прозвучал звонко, а в нём начали проскальзывать истерические нотки.

Вот только Лит на это не отреагировал никак.

— Это было моим условием. Иначе тебя, воровку, никогда бы не приняли на государственную службу, и уж тем более не позволили бы стать ученицей верховного мага. А ты, милая, поклялась на собственной крови, что никогда не станешь действовать во вред Карильскому Королевству и семье её правителя. — Он лениво прошёл по комнате, оторвал от грозди винограда в вазе одну крупную ягодку и спокойно отправил её в рот. — Ну и конечно, ты не сможешь никому ничего рассказать. На это у тебя, Ориен, стоит такой блок, который вскрыть невозможно. Потому что завязан он на твоём сердце.

Девушка вздрогнула и, шокировано уставилась в одну точку. И пусть она и до этого дня успела убедиться, что Сокол — тот ещё гад, но даже не представляла до какой степени.

— Вы чудовище… Ваше Высочество, — прошептала она, опустив голову. — Значит… если я вдруг нечаянно совершу действие, которое может навредить кому-то из вашей семьи… — Ори сглотнула, всё же повернулась к Литару и посмотрела на него с такой ненавистью, что он на мгновение опешил. — Если… всё-таки наберусь смелости и ударю вас по лицу… то мгновенно умру? Я ведь правильно поняла?

Они смотрели друг на друга. Напряжение в комнате ощутимо нарастало, но никто из них не желал отворачиваться. И пусть Ориен внутри трясло от страха, от непредсказуемости последствий, но она просто не могла промолчать.

— Хочешь меня ударить? — усмехнулся Литар, медленно подходя ближе и останавливаясь в шаге от стоящей у кровати девушки. — Бей, — добавил он, не отпуская её взгляд. — Заодно проверим и насколько ты смелая, и как на это отреагирует твой собственный организм.

Ори дрожала и ничего не могла поделать ни с этой дрожью, ни со своими нервами. Сокол стоял напротив… возвышался над ней почти на целую голову, хотя и сама Ори была довольно высокой. Он не поднимал рук: то ли не собирался её останавливать, то ли не верил, что она решится осуществить свою угрозу.

И в этот момент Ориен отчётливо поняла, что если не сделает этого, то просто перестанет себя уважать. Сейчас её не волновало, что её руки перемотаны, что нормально вмазать, как учил Сит, всё равно не получится. Но и отступать она не желала.

А Литар с бесстрастным выражением лица наблюдал, как она сбрасывает с себя плащ, соскользнувший прямо на пол, с какой-то обречённостью смотрит на бинты на своих пальцах и ладонях, и вдруг… размахивается, делает шаг, перенося вес тела на правую сторону, и бьёт… как и обещала, по лицу.

Попала по скуле… хотя целилась в глаз. Хотела, чтобы Его Высочество хотя бы недолго походил с фингалом, но тот немного отпрянул. Не специально — тело среагировало раньше разума. Хотя полностью от удара он уходить не стал.

На несколько долгих секунд в комнате повисло гнетущее тяжёлое молчание. Ори трясясь от собственных эмоций, ждала, что сейчас её либо убьёт её же клятва, либо… сам Литар. Но к её невероятному облегчению не произошло ни того, ни другого. А принц вообще провёл рукой по пострадавшему месту на своём лице и вдруг… расхохотался.

Ориен смотрела на него с искренним удивлением. Сейчас, она совершенно не понимала этого человека. Да и как тут понять? Его бьют, а он… смеётся.

— Отчаянная, смелая, — проговорил принц, когда приступ его непонятного веселья закончился. — Гордая, Ориен. Я жду не дождусь того момента, когда ты окончательно перестанешь меня бояться. Вот тогда, полагаю, наше общение станет о-о-очень интересным.

Лит подошёл к ней вплотную, поднял с пола плащ и снова надел его на стоящую неподвижно девушку. Даже тесёмки завязал. А потом… снова взял её за подбородок и наклонился к её лицу так близко, что она ощутила на своих губах тепло его дыхания.

— А за удар ты мне всё равно ответишь, — проговорил он, смотря ей в глаза. — В своё время… Уж поверь, таких долгов я не прощаю.

Затем отстранился и, как ни в чём не бывало, направился к выходу из комнаты.

— Пойдём, Ори, — позвал почти ласково. — Твой учитель наверняка уже места себе не находит от ожидания. Не будем испытывать его терпение.

И она всё же заставила себя сделать шаг и пойти за ним, несмотря на то, что внутри у неё бушевали настоящие бури, а сердце билось так, будто готово было пробить своими ударами грудную клетку.

Сегодня Ориен в который раз убедилась, что решив связаться с Белым Соколом, совершила самую большую ошибку в своей жизни.

Глава 7

Воспитан, обходителен, красив.

Ласкает взгляд открытая улыбка…

Чертовски обаятелен, учтив,

А голос его бархатный и гибкий.

Ну, просто ангел, прибывший с небес.

Но смотришь на него, глазам не веря.

Ведь знаешь, что под маской этой бес,

Сравнимый лишь с голодным диким зверем.

Несмотря на то, что ожоги всё ещё болели да и выглядели, честно говоря, отвратительно, сегодня лекарь разрешил Ориен, наконец, снять повязки. Когда девушка услышала его слова, то едва не закричала от радости, ведь теперь она снова могла самостоятельно одеваться, есть и проводить гигиенические процедуры. Одним Светлым Богам известно, как тяжело дались ей те четыре дня, что была вынуждена провести с бинтами на руках.

Но больше всего Ори бесило, что из-за проблем с руками она почти не могла самостоятельно перелистывать страницы. Приходилось либо просить кого-то помочь, либо включать фантазию и выкручиваться самой. Под конец второго дня она даже вполне неплохо научилась переворачивать листы зубами. И, наверное, даже смирилась бы с таким способом чтения, если бы не неожиданное появление в её любимой библиотеке Литара.

Это был второй раз в её жизни, когда она слышала смех грозного Белого Сокола. Причём смеялся этот гад именно над тем, как она, расправив руки, нагибалась над столом и старалась зацепить страницу зубами. И случилось это именно тогда, когда в книге попались слипшиеся листы, которые никак не желали разлепляться.

Если честно, заметив его в дверном проходе, Ори поначалу даже растерялась, а когда он начал хохотать, едва сдержалась, чтобы не подойти и не треснуть по его холёной физиономии.

— Не смешно, Ваше Высочество! — рявкнула она, выпрямляясь и глядя на него с открытым укором. В тот момент она была настолько зла, что напрочь забыла о своём страхе перед этим человеком. — Стыдно смеяться над немощными.

— Прости… — выдал Лит, стараясь подавить свои смешки. — Но это на самом деле умилительное зрелище. Никогда подобного не видел.

Но на Ориен его извинение никакого впечатления не произвело. Более того, она уже была готова высказать ему всё, что думает по поводу его поступка и личности в целом, но вдруг осеклась. Их взгляды встретились, и то что Ори увидела в его глазах, попросту заставило её прикусить язык.

Видят Боги, она не собиралась лезть в его сознание — это получилось само собой. А там… оказалось просто невероятно мрачно. Она видела, чувствовала, что на самом деле сейчас принцу совсем невесело. Ори не знала, что явилось причиной такой дикой темноты в его душе, да и не хотела знать. Ей было достаточно и той жути, что ощущалась на поверхности.

Сокол был невероятно напряжён, почти до состояния срыва. Сейчас его состояние напоминало сжатую до предела пружину, которая могла в любой момент разжаться, разрушив при этом все его внутренние бастионы. А этот смех… в котором на самом деле не было ни капельки искреннего веселья, стал всего лишь попыткой хоть как-то избавиться от непосильного груза негативных эмоций.

Не в силах больше ощущать давящую на него тьму, Ори вздохнула и решительно направилась к Литару. Она сама не понимала, зачем это делает… не отдавала отчёта своим действиям, но всё равно подошла и, снова заглянув ему в глаза, одним точным ментальным импульсом развеяла путы его эмоционального мрака.

На несколько мгновений в комнате повисла тишина, в которой и Ориен, и странно растерянный Литар отчаянно пытались понять, что же сейчас произошло. И в этой ситуации он явно соображал быстрее.

Лит никому никогда не позволял копаться в своём сознании, он попросту не переносил подобных вмешательств. И до этого момента был уверен, что его ментальный блок пробить невозможно, вот только Ориен сделала это, даже не заметив.

В его глазах тёмными пятнами отражалась всё больше нарастающая злость. Он тяжело дышал и, окажись на месте Ори мужчина, взбешённый Лит уже бы размазывал его физиономию по ближайшей стене. Но вот девушек он не трогал принципиально, хотя сейчас впервые был готов нарушить свой принцип.

— Ещё хоть раз решишь влезть в мою голову и отправишься обратно на каторгу! — прорычал он, наклоняясь к её лицу. Это её самовольное действие взбесило его настолько, что он едва сдерживал себя, чтобы её не покалечить.

Ори испуганно вздрогнула и хотела отойти, но он опустил тяжёлую ладонь на её плечо, не позволяя даже сдвинуться с места.

— И уж поверь, я смогу позаботиться о том, чтобы ты оттуда больше не сбежала! — злобно добавил принц, всё ещё не в силах подчинить свою ярость. — Убить тебя мне, конечно, не позволят, — бросил со злобным смешком, — но вот обеспечить тебе острых ощущений от целой толпы озабоченных мужланов, я вполне могу. Тебе, видимо, понравилось, что они сделали с тобой в прошлый раз. Ещё хочешь?

Да, он не мог её ударить… нанести физический вред, но вот словами бил мастерски. Чётко, прицельно и по самым больным местам. А Ори держалась, как могла. Принимала выплёскивающуюся из него негативную энергию, сносила его раздражение, но всё равно не выдержала. Он ведь не просто напомнил ей о том, что так хотелось забыть… Он пообещал сделать так, чтобы стало ещё хуже.

На глазах начали наворачиваться слёзы, которые девушка оказалась не в состоянии удержать. Всё что она могла сейчас сделать, это покрепче закрыть глаза и до крови прикусить изнутри щёку. Но даже этого оказалось слишком мало.

— Простите, Ваше Высочество, такого больше не повторится, — пролепетала она, низко опуская голову и отходя назад. А после развернулась и быстро покинула библиотеку, стараясь не бежать.

Литар же смотрел на неё… видел, как из-под ресниц появляются маленькие прозрачные слезинки… как они скатываются по бледным щекам Ориен, и чувствовал себя последней сволочью. Увы, но сейчас исправлять что-то было уже слишком поздно.

Следующие два дня Ори сидела в своей комнате почти безвылазно. Выходила только несколько раз, чтобы взять в библиотеке очередную книгу. И вот теперь, когда лекарь, наконец, сообщил, что можно ходить без повязок, очень обрадовалась. И плевать, что её руки всё ещё выглядели отвратительно, зато почти не болели, да и пальцами шевелить получалось.

Ориен была так рада, наконец, покинуть своё добровольное заточение, что сразу же отправилась в родную библиотеку, где её ждали сотни важных книг и собственные записи. Тем более что она очень хотела показаться учителю, сказать, что почти здорова и может продолжать своё обучение, а он по заверению одной из горничных сейчас находился именно там.

Ори так разогналась, стараясь скорее добраться до любимого места в этом доме, что едва не споткнулась, увидев, что Кери в библиотеке не один.

— Простите, — пробормотала она, живо разворачиваясь и ретируясь из комнаты.

При всём её уважении к учителю, сейчас она была не готова общаться с его гостем, коим оказался один отъявленный гад королевской крови. Это было выше её сил.

Раньше… до их недавней встречи в библиотеке, Ори думала, что ненавидит Литара, но теперь, после всех его действий, после всех сказанных им слов, она поняла, что те эмоции были так… глупостью. Настоящую же ненависть она начала испытывать к нему только сейчас. Теперь Ориен даже была готова отказаться от идеи отыскать родителей, лишь бы только не иметь ничего общего с таким отвратительным человеком как Сокол и просто не представляла, как они смогут работать вместе.

Ори быстро шла по широкому коридору, спеша уйти подальше от библиотеки, и едва не упала, услышав за спиной торопливые шаги. Даже не оборачиваясь, она уже знала, кому именно взбрело в голову пойти за ней.

Она тут же свернула к лестнице и быстро, настолько, насколько могла, поднялась на второй этаж. Да только шаги её преследователя не стихли, а наоборот, стали громче. И тогда девушка отбросила все сомнения и бегом ринулась к своей комнате, а едва оказавшись за заветной дверью, спешно повернула ключ в замке.

Стук раздался всего через несколько секунд, но вопреки ожиданиям Ори, был тихим и предельно вежливым. Но она и не думала открывать. Просто стояла посреди комнаты и нервно сжимала обожженные пальцы.

— Ориен, — послышался коридора спокойный холодный голос Литара, от одного звучания которого ей хотелось сделать что-нибудь плохое. — Открой, пожалуйста.

Он был предельно собран и вежлив, как и подобает принцу крови, и по всем правилам она должна была немедленно распахнуть перед ним дверь и уточнить, по какому же поводу дражайший Сокол решил нанести ей визит. Но Ори мало того, что не сделала этого, она вообще не желала ничего ему отвечать.

— Ориен, нам нужно поговорить, — сказал Лит, так и не дождавшись от неё ответа. — И я бы предпочёл делать это не через стенку.

Сейчас она очень хотела послать его куда подальше, причём используя все те гадкие слова, которые в высшем обществе считались верхом аморальности и грязи. А ещё она с удовольствием бы ударила его ещё раз… да так, чтобы искры из глаз полетели. Вот только, кто ж ей позволит?

— Так, ладно. Поступим иначе, — донеслось из-за двери. — Видят Боги, я хотел поговорить нормально, но ты сама решила проявить глупость и это странное ребячество. Так вот, Ори, вчера я был в приюте, где ты выросла и разведал кое-что интересное. Если захочешь узнать, что именно, приходи в библиотеку. Но учти, через час я уйду, а когда вернусь — неизвестно.

Она рванула к двери даже раньше, чем он успел сделать шаг. Открыла замок, распахнула створку и увидела перед собой Литара. Он выглядел, как всегда безупречно, а на его лице было всё то же выражение вечной спокойной сосредоточенности. Казалось, в этом мире нет ничего, способного пробить его невероятную броню.

— Так бы сразу, — бросил он с ухмылкой, затем решительно шагнул в комнату и, закрыв за собой дверь, прошёл к небольшой софе, стоящей у окна.

Ори молчала, стараясь не смотреть на принца, а он вместо того, чтобы сразу перейти к делу, спокойно осмотрелся и явно не спешил начинать.

— Миленько у тебя, — сказал, снова глядя на Ориен.

— Конечно, Ваше Высочество, особенно если сравнивать с комнатой, в которой я жила в поселении каторжников, — язвительно ответила она, не в силах промолчать.

— Верю, Ори, — согласился принц, не обращая внимания на её тон. — Но там живут осуждённые преступники. Не вижу смысла создавать для них комфортные условия.

Чтобы не сказать ничего лишнего, она крепче сжала зубы и отвернулась. Лит же прекрасно видел, как неприятно ей его общество, и хорошо понимал, что сам в этом виноват, но извиняться всё равно не собирался.

— Ориен, предлагаю очередную сделку, — сказал он, рассматривая напряжённую и немного взъерошенную девушку. И что странно, сейчас в своих широких шароварах, просторной тёмной тунике и пучком на голове вместо изысканной причёски она нравилась ему куда больше. Будто теперь перед ним была именно настоящая Ори, а не кукла, которую нарядили и заставили подчиняться правилам.

— Я сыта по горло вашими сделками, — выпалила девушка, глядя куда-то в сторону. — Всё о чём я мечтаю, Ваше Высочество, это чтобы вы оставили меня в покое.

— Увы, милая, у нас с тобой договор. Ты помогаешь мне, а я — тебе. Так что пока о покое можешь забыть, — он чуть склонил голову вправо и задумчиво постучал пальцами по обивке софы. — Ори, так или иначе, но нам придётся сотрудничать. Я же хочу, чтобы, несмотря на все прошлые инциденты, наше общение было спокойным и, желательно, приятным. Поэтому давай договоримся так. Ты — не лезешь ко мне в голову, а я — не вспоминаю о твоём прошлом.

И тут нервы Ориен всё-таки сдали, а этот его спокойный деловой тон, только подлил масла в огонь.

— Литар, вы настоящее чудовище! — выпалила она, только теперь решившись посмотреть в лицо принцу. — Вам ведь плевать на всех. Вас волнуют только ваши цели! Вы уж простите, что в прошлый раз случайно избавила ваше сознание от такого жуткого гнёта. Это получилось непроизвольно. Я ничего лишнего не видела, нигде не копалась. Вам было плохо, я это почувствовала и не смогла не помочь.

Её трясло, хоть она и старалась сдерживать эмоции. Но тогда она на самом деле получила ни за что, и от этого было втройне обиднее.

— Вам ведь прекрасно известно, что произошло со мной там… в катакомбах рудников… — она всхлипнула, но давать волю слезам точно не собиралась. — Поверьте, Ваше Высочество, ваши слова попали в цель. И знаете что… лучше б вы меня просто ударили. Это было бы не так больно… как ваши угрозы.

Она замолчала, нервным жестом смахивая с ресниц ненужную сейчас влагу. Несмотря на эти предательские слёзы, что всё-таки прорвались сквозь заслоны её воли, она смотрела на Лита с уверенной ничем не прикрытой ненавистью. И была горда хотя бы оттого, что смогла сказать ему всё это в лицо.

Наверно именно поэтому для неё стало полнейшей неожиданностью, когда он спокойно поднялся с софы, подошёл к ней вплотную и крепко обнял. Она же продолжала стоять неподвижно, хотя больше всего сейчас хотела оттолкнуть его и убежать… скрыться, чтобы никогда больше не видеть этого человека.

Но Литар не собирался её отпускать. Ори даже попыталась дёрнуться, вырваться… но никто ей этого не позволил. И вместо того, чтобы просто отпустить её, Лит прижал напряжённую девушку к себе ещё крепче, а потом и вовсе поднял на руки и потащил к софе. Там он усадил её к себе на колени и осторожно уложил её голову на своё плечо.

— Не плачь, Ори… — прошептал принц, легко поглаживая девушку по спине. — Не стоит плакать… Тем более из-за такого нехорошего человека, как я.

Она всхлипнула и уткнулась носом в ворот его пиджака. От него приятно пахло огнём, мятой и ещё чем-то совершенно умопомрачительным. Он был тёплым и таким безумно притягательным, и Ори с ужасом поймала себя на мысли, что не хочет, чтобы он её отпускал. Что готова сидеть так с ним часами, даже несмотря на то, что именно он и довёл её до слёз.

— Ну всё, хватит, — проговорил Лит, продолжая легко водить ладонью по её спине. Он уже понял, что девушка начала успокаиваться, но всё равно не смог заставить себя пересадить её на софу. — Ори, не плачь, пожалуйста. Ты хоть представляешь, что сотворит со мной твой наставник, если узнает, что ты тут рыдала по моей вине.

— Да что он может вам сделать? — проговорила она хриплым от слёз голосом.

— О, ты плохо знаешь Кери, — заявил принц, а на его лице появилась лёгкая улыбка. — Однажды я сильно перед ним проштрафился, и… наш бессменный верховный маг… талантливейший менталист… в отместку заставил меня думать, что я дерево. Представляешь? Я почти шесть часов стоял у него в кабинете и изображал берёзу. А что хуже всего, тогда у него как раз был день посещений, и мой позор имели возможность лицезреть, по меньшей мере, половина магов столицы.

Ори хихикнула и удобней уложила голову на таком удобном и уютном плече Сокола.

— Так что, милая, не зли его без веской причины. И мне бы не хотелось посвящать его в наши с тобой разногласия и конфликты, — добавил хоть и мягким, но чуть более серьёзным тоном. — Мы ведь с тобой в состоянии сами обо всём договориться. И давай уже… заканчивай меня панически бояться.

Эта фраза вдруг напомнила ей их прошлую встречу в библиотеке, когда дико злой Литар угрожал ей возвращением на каторгу. Разве после всего того, что он тогда сказал, и что в его силах осуществить, можно так просто забыть о своём страхе?

Ори снова попыталась освободиться, но добилась только того, что он обнял её обеими руками и прижал к себе ещё крепче.

— Отпустите, пожалуйста, Ваше Высочество, — проговорила она напряжённым тоном.

— Не отпущу, Ори, — ответил Лит. — По крайней мере, пока ты не успокоишься. В прошлый раз мы оба поступили неразумно, и я не хочу, чтобы тот инцидент как-то повлиял на наше общение. Предлагаю просто забыть о нём. Представить, будто его и не было.

— Это сложно, — ответила девушка.

Она снова была напряжена. А одно страшное воспоминание, вдруг потянуло за собой другое. Ори будто наяву вернулась в ту жуткую ночь, когда её обманом выманили из барака… когда оказалась в темноте катакомб, где её ждали… двое пьяных стражников.

Ориен сжала зубы и зажмурилась, стараясь прогнать такое ужасное воспоминание. А Литар, заметив её состояние, поспешил убрать руки, но отстраняться пока не стал. Ему казалось, что он чувствует её боль, её страх… её отчаянье. И сейчас ему очень хотелось сделать хоть что-то, чтобы она перестала думать о том, что её так пугает.

— Ориен, посмотри на меня, — тихо позвал он и его голос прозвучал так неожиданно нежно, что она не смогла проигнорировать эту просьбу. А стоило ей поднять лицо и встретиться с ним взглядами, он склонился ниже, провёл большим пальцем по линии её скулы и сказал: — Если не перестанешь думать о всяких гадостях, которые тебя расстраивают, то, клянусь, Ори, я тебя поцелую.

Это заявление стало для неё поистине шокирующим. Она широко распахнула глаза и уставилась на принца так, будто он только что предложил ей стать королевой его страны. А сам Лит, заметив её удивление, улыбнулся и стал медленно склоняться к её губам.

Ори опешила. Она чувствовала, что Сокол с ней играет, что в настоящий момент он не испытывает ни страсти, ни вожделения. Но сейчас сама перспектива поцелуя с ним почему-то пугала её даже сильнее возвращения на каторгу.

А он приближался к ней с какой-то тягучей медлительностью, будто специально давая ей время опомниться. И когда между ними оставалось всего пара сантиметром, она вдруг упёрла обе ладошки ему в грудь и покачала головой.

— Не надо, — сказала предостерегающим тоном. — Я уже и забыла, о чём думала.

— А вдруг не забыла? — ухмыльнулся принц, не отстраняясь, но и не приближаясь больше. — Я ведь поклялся, а клятвы нельзя нарушать. Может… всё же… на всякий случай?

Он чуть прикусил нижнюю губу, от чего у Ори внутри всё в одно мгновение перевернулось. Почему-то стало очень жарко, а её ладони, с его груди осторожно переместились на плечи. Она поймала себя на том, что с огромным нетерпением ждёт, когда Литар сократит это ничтожное расстояние, что сейчас оставалось между ними, и уже исполнит свою угрозу.

И едва не застонала от досады, когда он довольно улыбнулся и отодвинулся дальше.

— Вот теперь верю, что ты забыла, о чём думала, — сказал он, с самодовольным видом рассматривая её лицо, на котором сейчас очень красноречиво застыло выражение разочарования. И что самое странное, в этот самый момент Лит мысленно пообещал себе, что когда-нибудь обязательно её поцелует. Хотя бы ради эксперимента.

Ори отвернулась от него и, обнаружив, что никто её больше не удерживает, поспешила подняться с таких удобных коленей принца. Только теперь она в полной мере осознала, что довольно много времени фактически провела в его объятиях. И более того, едва не мечтала о том, чтобы он её поцеловал.

Заметив как покраснела небывало смущённая Ориен, Лит вздохнул, присел поудобнее и всё же озвучил то, зачем, собственно, пришёл.

— Вчера я был в том приюте, где ты выросла. Разговаривал с одной из сестёр-воспитателей. И узнал имя женщины, которая туда тебя привела.

Ориен мгновенно выпрямилась, собралась с мыслями и выжидающе уставилась на Литара.

— Её зовут Кариэлла Терроно, — добавил принц, а его улыбка стала поистине издевательской.

— Ваше Высочество, не томите! — требовательно заявила девушка. И тогда он сжалился и продолжил, уже без подобных пауз.

— Мои люди собрали на неё полное досье, — сообщил принц. — Ничего примечательного в ней нет. Живёт одна в небольшом особняке на окраине Артари. Семьи нет. Когда-то работала портнихой, а сейчас является хозяйкой маленькой лавки готового платья. Но, Ориен, — он замолчал… Девушка была настолько взволнована, что ему не составило труда понять, о чём именно она думает. — Ори, она не твоя мать, и не может ею быть. Сейчас ей 87, - развеял её иллюзии Лит, а заметив на лице девушки явную досаду, поспешил добавить: — Но к ней мы всё равно наведаемся. Причём, прямо сегодня. Она будет дома после двух часов дня. То есть, — он посмотрел на красивые золотые часы, закреплённые в виде браслета на его запястье, и удивлённо хмыкнул. — Да, долго мы тут с тобой беседовали.

— Так когда мы к ней отправимся? — нетерпеливо выпалила Ори.

— Как только ты станешь похожа на леди, — отозвался Литар, направляясь к выходу из комнаты. — Поспеши. Я буду ждать тебя в библиотеке.

* * *

Неудивительно, что собралась Ориен за рекордно короткие сроки. Она даже сама позвала горничную и попросила помочь с причёской, хотя обычно в категоричной форме заявляла, что в состоянии справиться сама. Без пререканий надела поданное дорожное платье тёмно синего цвета, влезла в новые плотные туфли и даже перчатки натянула, почти не морщась от боли в обожженных руках.

Но когда спустя полчаса после ухода Литара она спустилась в библиотеку, то застала там довольно странную картину. Кери вместе с принцем стояли над той самой большой книгой, которая оставила на руках Ори памятные ожоги, и изображали растопыренными пальцами непонятные фигуры. И только присмотревшись, девушка поняла, что таким образом они пытаются распутать какое-то энергетическое плетение, окутывающее этот страшный фолиант.

Подойдя ближе, Ориен остановилась за плечом своего учителя. Она с большим интересом наблюдала за действиями двух опытных магов, правда сейчас в доступном ей энергетическом спектре они больше напоминали детей, окончательно запутавшихся в нитях из маминого вязания. С её видением магических потоков, ей было бы куда проще разобраться с таким сложным узором, чем обоим этим мужчинам, которые явно делали что-то не то.

— Кери, можно я помогу? — тихо спросила девушка, стараясь не отвлекать его от столь сложного занятия.

— Попробуй, — спокойно кивнул он, не меняя позы и даже не глядя на свою ученицу.

И тогда Ори стянула печатки, подошла ближе и коснулась незаметного узла, на котором видела концы плетения.

— Держите так. Не двигайтесь, — попросила она, легко потянув за краешек, будто развязывала бантик.

Тот поддался, открывая обзор на остальные переплетения. И Ори, спокойно и не спеша принялась распутывать связи, которые к её радости легко поддавались воздействию.

— А это, оказывается, не так уж и сложно, — сказал девушка, когда большая часть полупрозрачных розоватых нитей оказалась распутана. — Будто шёлковый шнурок развязываешь…

С верхними слоями плетения она справилась за десять минут, но как только хотела приступить к нижним, касающимся обложки и страниц, и почувствовала на пальцах жжение. Руку она отдёргивала медленно, чтобы не повредить рисунок и расположение нитей, а потом и вовсе отошла чуть назад и виновато посмотрела на учителя.

— Жжётся, — сказала девушка, глядя на новый красный ожог на своём пальце. — Дальше без меня.

Кери задумчиво посмотрел на остатки узора, перевёл взгляд на саму книгу и одобрительно присвистнул.

— Справлюсь, — сказал он, развеивая ту часть плетения, что распутала Ори. — Тут теперь не так уж много осталось. А ты молодец. Не знал, что тебя так слушается энергия. А ведь это означает, что ты сама можешь создавать плетения. Правда, из чистой энергии, или взятой у какого-либо источника. Стихии тебе, увы, неподвластны.

Верховный маг сбросил с пальцев полупрозрачные нити, которые до сих пор удерживал, и с задумчивым видом прошёл по библиотеке. Его явно удивила и озадачила только что обнаруженная способность ученицы, а вот Литар воспринял это как должное.

— Кери тоже считает, что раны на твоих руках появились именно из-за красной платины. Кстати, так она влияет только на тебя. Я, к примеру, спокойно держу книгу в руках. Правда, пока открыть не могу. Но благодаря твоему вмешательству, это скоро станет возможно.

— Вы что-нибудь узнали об этом металле? — спросила Ори, вспоминая их разговор в его комнате.

— Очень мало, — ответил Лит. — Сущие крупицы. Но, знаешь, что настораживает меня больше всего? — он прошёл по библиотеке и остановился у стопки с летописями, до которых Ори, к собственному стыду, пока так и не добралась. — Во всех документах, где упоминается об уничтожении шахт и рудников по добыче красной платины, сказано, что закрываются они согласно Карсталлскому договору. Из названия понятно, что заключён он был в нашем крупном портовом городе Карсталле. Но больше никакой информации нет. Нужно пересматривать летописи… Но я бы не хотел привлекать к этому кого-то из сотрудников моего ведомства. Тем более что все эти книги уже у тебя. А ещё, Ори, моё чутьё подсказывает, что красная платина и твои сородичи-ишау точно между собой связаны. А твоя неправильная реакция на этот металл только подтверждает мою гипотезу.

— Я просмотрю всё в ближайшие дни, — уверенно пообещала девушка. — И сообщу вам, если что-то обнаружу.

Сейчас она была так благодарна Литару, за то, что дело с поиском её родителей начало сдвигаться с мёртвой точки, что даже хотела помочь ему с изучением летописей. Тем более что ей и самой нужно поискать там информацию.

— Вот и замечательно, — сухо бросил Лит. Затем вздохнул, поправил пиджак и направился к выходу. — Пойдём, Ориен. Мы и так уже сильно задержались.

Она кивнула и уже хотела двинуться следом, но её остановил голос Кертона.

— Ори, — позвал он, подходя к ученице. — Не задерживайтесь там. Белли будет ждать вас с Литом к ужину. И пожалуйста, не принимай ничего близко к сердцу. Подозреваю, что тебе вряд ли понравится то, что ты можешь сегодня узнать.

— Спасибо, Кери, — ответила она с искренней благодарностью.

— И не злись на Литара, — добавил маг, кладя руку на её плечо и заглядывая в глаза. — Он сложный человек…

— Я понимаю, — отозвалась девушка, но вдруг вспомнила их сегодняшний странный разговор и его угрозу её поцеловать и вдруг улыбнулась: — И не злюсь, — добавила чуть тише.

— Мне будет очень приятно, если вы поладите, — сказал её учитель, провожая Ори к выходу из библиотеки. — Для меня все дети Эриол, как родные племянники. Но уж если ты сможешь найти общий язык с Литом, то с остальными и подавно.

Отчего-то перспектива общения со всеми королевскими отпрысками Ори совсем не радовала. По правде говоря, ей и одного Сокола было больше чем достаточно, а присутствия в своей жизни ещё хоть кого-то подобного ему, она могла просто не выдержать.

Видя её реакцию на свои слова, маг благоразумно решил умолчать, что ближайшая встреча с одним из упомянутых личностей произойдёт уже сегодня. Он хорошо помнил, как Ориен шарахалась от Дамьена, потому и промолчал. Ведь отлично понимал, что узнав о таком госте, Ори может просто отказаться от ужина.

* * *

Из мерцающей арки портала Ори не вышла — выпала. И если бы не реакция Литара, то она бы совершенно точно распласталась прямо на траве. Наверное, ей должно было быть стыдно оттого, что она, ученица верховного мага королевства, иногда очень странно переносила перемещения через порталы. Причём, при переходах на короткие расстояния, всё было почти терпимо — немного кружилась голова, да перед глазами появлялись разноцветные круги. Но этот прыжок стал для неё настоящим испытанием.

— Как ты? — спросил принц, поддерживая бледную Ориен за локоть.

— Голова кружится, — прошептала она, отчаянно борясь с тошнотой. Меньше всего ей хотелось, чтобы её вывернуло прямо на принца. Вряд ли бы Его Высочество отреагировал на это спокойно.

Он нахмурился и недовольно поджал губы. Ори выглядела очень болезненно, а Лит просто не имел понятия, чем ей помочь. Он выпрямился и осмотрелся вокруг. Так как переход ему пришлось строить по координатам, портал вывел их не к самому дому, а на поляну за его забором, откуда до калитки оказалось рукой подать.

Почему-то Литар считал, что престарелая хозяйка швейной лавки должна жить в небольшом уютном домике с одной маленькой комнаткой. Поэтому и оказался искренне удивлён масштабами представшего перед ним строения. Здание было выстроено из белого камня с дорогой облицовкой. Имело оно два этажа и мансарду, а его двор грозно опоясывал высокий забор с острыми пиками.

Ори же, стараясь не думать о своей тошноте, тоже подняла взгляд к дому и на мгновение застыла. Она помнила это место, пусть и довольно смутно. Но… могла с уверенностью сказать, что калитка раньше была зелёной, а не синей, как сейчас. А на огромном дубе, который даже теперь казался ей очень большим, в прошлом висели верёвочные качели.

— Ориен, может мне стоит поискать лекаря? — спросил Лит, глядя на неё с откровенным беспокойством. Ему казалось, что она побледнела ещё сильнее.

Но услышав его вопрос, девушка отрицательно мотнула головой и сморгнула с ресниц неуместную влагу.

— Я бывала здесь раньше, — сказала она, медленно выпрямляясь. — Там внутри на первом этаже есть большой светлый зал для танцев. Я часто рисовала там.

Литар слушал молча. Он видел, что её переполняют эмоции, и прекрасно понимал, как ей должно быть сейчас тяжело. Но у них просто не было времени на лишние сантименты.

— Пойдём, — сказал он, решительно беря её за руку и направляясь к калитке.

И этот его жест поразил Ори настолько, что она мигом позабыла и о старых качелях, и о своих сомнениях. Всё это мгновенно стало совсем неважно… Теперь куда больше её волновала тёплая ладонь принца и его пальцы, которые держали так уверенно и вместе с тем нежно.

Наверно, все её странные мысли отразились на лице, потому что Лит только кривовато ухмыльнулся и посмотрел на Ори с какой-то покровительственной теплотой. А она только теперь поняла, что он снова сыграл на её эмоциях, заставляя переключиться.

Всё же, что ни говори, а уже второй раз за этот день он мастерски менял ход её мыслей и градус эмоций, причём делал это удивительно легко. Вот уж действительно — великий манипулятор. Но даже сейчас, шагая рядом с ним по пожелтевшей траве, наслаждаясь теплом его руки, Ориен могла с уверенностью заявить, что с этим страшным человеком лучше вообще никогда не пересекаться. Сокола не зря боялись даже главы столичных группировок и банд. Они все были у него в кулаке, поэтому и держали своих подопечных под строгим присмотром. Ведь прекрасно знали — случись что-то серьёзное, и от гнева Его Высочества пострадают все.

Калитка оказалась открыта, но стоило гостям войти во двор, и на крыльце появилась молодая девушка в простом сером платье.

— Добрый день, господа. Чем могу помочь? — спросила она, быстро оценив по внешнему виду, что эти двое далеко не простые люди.

— Добрый день, — учтиво поздоровался Литар. — Мы бы хотели побеседовать с мисс Терроно. Её должны были предупредить, что мы сегодня прибудем.

— Да, конечно, проходите, — проговорила горничная, распахивая дверь и пропуская гостей в дом.

Она проводила их в изыскано обставленную гостиную, предложила чай и отправилась сообщать госпоже о визитёрах.

Ори снова напряглась, вспоминая и эту комнату, и дом вообще, но Литар опять нашёл отличный способ отвлечь её от грустных мыслей. И вроде бы, не сделал ничего особенного… просто, не выпуская её руки, погладил запястье большим пальцем. Но от этого простого касания Ориен вздрогнула и на мгновение перестала дышать. Ей показалось, что по её телу в момент ударило несколько молний, а в душе пронёсся смерч. А сам Лит при этом сидел с совершенно спокойным лицом, и казалось, даже не подозревал, какую дикую реакцию вызвало у Ори его простое ласковое прикосновение.

Когда в комнату вошла хозяйка дома — маленькая пожилая леди в скромном коричневом платье, её гости учтиво поднялись. Мисс Кариэлла, внимательно осмотрела их обоих и молча присела в кресло стоящее у небольшого низкого столика.

— Аристократы, — прошуршала она, поправляя свою длинную юбку. — Не люблю аристократов. Что вам могло понадобиться от такой старой женщины, как я?

— Мисс Терроно, — обратился к ней Сокол, да говорил так спокойно и вежливо, что Ори на мгновение опешила. Всё же милого доброго парня он изображал мастерски. — Простите, что отвлекаем вас. Мы ненадолго. Меня зовут Литар Мадели, а это мисс Ориен.

— Ориен? — переспросила женщина, правда ударение поставила на первую букву, отчего Ори стало не по себе. Обычно, произнося её имя, не самое обычное для этой страны, все переносили ударение на последний слог. И она давно к этому привыкла, поэтому сейчас даже поморщилась.

— Именно, — ответил Литар, глядя на женщину, с такой искренней надеждой, что его спутница чуть не поперхнулась. Всё же таким Литара она себе даже не представляла. — Вы ведь знаете это имя? — И не дожидаясь ответа, добавил: — Мы разыскиваем родителей Ориен. В приюте, где она выросла, нам сообщили, что когда-то именно вы привели её туда. Поэтому мы здесь.

Старушка нахмурилась, крепче сжала деревянный подлокотник кресла, в котором сидела и посмотрела на девушку с откровенным сочувствием. Сама же Ори в это время пребывала в некоторой прострации от слов и поведения Литара. Она ведь тоже неоднократно обращалась к главной смотрительнице приюта с просьбой о помощи в поисках. Но та всегда лишь отмахивалась от девушки, как от назойливой мухи, и говорила, что слишком занята для подобных глупостей. А когда, уже забирая оттуда сопроводительные документы и собираясь покинуть приют, она в очередной раз пришла к смотрительнице с просьбой, та сжалилась и сообщила, что никаких записей о родителях или родственниках девушки не сохранилось. И что её когда-то просто оставили под воротами обители.

А теперь вдруг оказалось, что всё было совсем не так?

— Да, — сказала престарелая хозяйка дома, продолжа разглядывать красноволосую гостью. — Ориен… — повторила она задумчиво. — Такая взрослая стала. Красивая. Совсем на мать не похожа. Хотя…

Она замолчала и перевела взгляд на дверь, откуда появилась горничная с подносом.

— Расскажите, пожалуйста, всё что знаете, — попросил Литар, да с таким надрывом, будто он своих собственных родителей искал и очень переживал по этому поводу. Странно, но эта его игра очень отвлекала Ори от грустных мыслей и переживаний.

— Что ж теперь, — вздохнула старушка. — Расскажу. Тем более что рассказывать почти нечего.

Она взяла со столика чашку чая и, обняв её обеими ладонями, снова посмотрела на Ориен.

— Той зимой мне написала одна старая подруга, которая жила на побережье, — начала женщина. — Она попросила приютить одну юную леди, попавшую в неприятную ситуацию. Естественно, не бесплатно.

Мисс Кариэлла немного отхлебнула чаю, который чем-то явно ей не понравился, и недовольно вернула чашку на место.

— Не скажу, что когда-то испытывала проблемы с деньгами, всё же муж оставил мне приличное наследство, но и отказывать подруге я не стала, — сказала она, нервно звоня в колокольчик для вызова прислуги. Но, несмотря на своё явное раздражение, рассказ прерывать не стала. — А через неделю в моём доме поселилась молодая леди, ожидающая скорого пополнения.

Вошла горничная, и ей хватило всего одного строгого взгляда хозяйки, чтобы понять суть недовольства. Вероятно, подобное происходило в этом доме постоянно, потому что, не дожидаясь приказа, девушка ловко собрала чашки и вышла из комнаты.

— Неумёха. Даже чай нормально заварить не может, — пробурчала старушка, косясь на дверь, за которой скрылась служанка. Но тут же будто опомнившись, повернулась к гостям и поспешила вернуться к рассказу: — Так о чём я? Да, точно… Она представилась Лилией. Хотя на это имя откликалась неохотно и не всегда. Фамилии не назвала, и всегда носила на шее непонятный амулет. Я у неё ничего не спрашивала, и так понятно, что ко мне она не просто так приехала. Пряталась. Это точно. А амулет тот оказался для смены внешности. Она его каждый месяц к нашему городскому магу заряжать ходила. Он-то мне и сказал, что это за штуковина.

— Значит, эта леди Лилия от кого-то скрывалась? — чуть ли ни с ужасом выпалил Литар, продолжая разыгрывать наивного впечатлительного парня. — Но от кого же?

— Понятное дело от кого, — отозвалась женщина, глядя на него с теплотой. Этот милый наивный мальчик явно ей нравился. — От семейки своей, пришибленной. Она как-то пару раз заикнулась, что её мать повёрнута на правилах, и если узнает о ребёнке, то попросту сживёт со свету и дочь, и внучку.

Вернулась горничная, снова расставила на столике чашки с чаем, и ушла только после того, как хозяйка попробовала напиток и одобрительно кивнула.

— Так-то лучше, — бросила мисс Кариэлла. — Но что я говорила? Ах да. О Лилии. Я признаться, успела к ней привыкнуть. Да и малышка у неё родилась удивительно спокойная. Чудо, а не ребёнок. Кстати, — она перевела взгляд на Ори и вдруг мягко ей улыбнулась. — Лилия назвала вас так в честь матери вашего отца. Её тоже звали Ориен. Но про самого отца она говорила мало. Точнее, она вообще мало говорила. Я знаю лишь то, что по её словам вы, Ориен, и цветом глаз и цветом волос пошли в него. Правда имени она никогда не называла.

— Очень жаль, — ответила девушка, и это были первые её слова, после того, как они вошли в дом.

— Жаль, — согласилась женщина.

— А что случилось с Лилией? Почему вы отдали Ори в приют? — спросил Лит, с очень заинтересованным видом.

Хозяйка дома как-то особенно тяжело вздохнула и посмотрела на Ориен с сочувствием.

— Той осенью было особенно холодно. Лили заболела. Наши лекари пытались её лечить, но безуспешно. Бедняжке с каждым днём становилось всё хуже и хуже. Мне не нравилась её болезнь. Было в ней что-то… неправильное. Лилия противилась, но я всё же вызвала городского мага. А он подтвердил, что это и не болезнь вовсе, а какое-то особенно изощрённое проклятие, которое может снять только тот, кто его наложил.

Теперь даже Литара проняло. В его глазах на мгновение блеснул такой нехороший огонь, что он едва не напугал старушку. Пришлось ему спешно брать себя в руки и крайне эмоционально изображать ужас.

— Кошмар! — выпалил он, поглядывая на застывшую Ори. — И что же случилось дальше?

Мисс Кариэлла снова тяжело вздохнула и всё же продолжила рассказ:

— Лили, когда узнала о проклятии, несколько часов лежала, глядя в потолок. Мы уж испугались, думали всё… умирать собралась. А она вдруг попросила бумагу и карандаш. Написала письмо и попросила меня отправить магической почтой. Я и отправила. А вечером того же дня на пороге появились трое мужчин и женщина. Она представилась мисс Симс и попросила проводить её к Лилии.

Хозяйка дома нахмурилась и сжала пальцы правой руки в кулак. Она замолчала, но и Ори и Литар прекрасно знали, что обязательно расскажет всё до конца.

— Эти люди забрали Лилию. Погрузили на носилки и унесли. На вас… точнее на маленькую Ориен они даже не смотрели, хотя девочка плакала, бежала за мамой. Тогда я просила, что будет с ребёнком, а эта мерзкая Симс ответила, что ей всё равно.

— И тогда вы отправили меня в приют? — спросила девушка.

— Нет, — отозвалась хозяйка. — Ещё неделю ты жила здесь. Я всё надеялась, что Лили выздоровеет и вернётся за тобой. Но… вместо неё пришли трое головорезов. Не знаю, как поняла, что они явились с недобрыми намерениями, наверно по их бандитским мордам, — по-простецки выразилась женщина. — Но когда они спросили, где девочка, я сказала им, что малышка заболела лихорадкой и умерла. То ли они мне так просто поверили, то ли эта версия их вполне устроила, но проверять не стали. Ушли так… но выглядели крайне удовлетворёнными. Я испугалась…

— Понятное дело, — хмыкнула Ори, которой совсем не нравилось всё то, что она узнала.

— А на следующее утро я отвела тебя в приют. И не зря, — добавила мисс Кариэлла. — Ещё через несколько дней те трое вернулись… весь дом перевернули.

— Меня искали? — тихо спросила Ориен, которую едва не трясло от зашкаливающих эмоций.

— Да. И намерения их были совсем недобрыми.

— Скажите, мисс Терроно, — спросила Ори, прямо глядя в глаза этой женщине. — Почему у меня ваша фамилия?

— Лили попросила в документах записать тебя именно так, — спокойно отозвалась та. — Свои настоящие имя и фамилию она мне так и не назвала.

— Ясно, — расстроено произнесла девушка. И выглядела при этом искренне расстроенной, ведь из всего этого получалось, что даже теперь она ни на шаг не сдвинулась в своих поисках.

— Скажите, а может у вас остались какие-нибудь личные вещи Лилии. Хоть что-то способное помочь нам в поисках? — спросил Литар, вдруг принимая свой привычный серьёзный вид.

Видимо ему, наконец, надоело разыгрывать из себя милашку и теперь, выслушав рассказ хозяйки дома, он решил перейти от вежливых расспросов, к полноценному допросу.

— Ничего. Они всё забрали, — ответила женщина, глядя на него с каким-то явным опасением. Понятное дело, что в роли мальчика-одуванчика он нравился ей куда больше. Да она просто не ожидала от этого милого парня таких вот метаморфозов.

— Подумайте лучше? — пока по-хорошему попросил Сокол. — Может медальон, платок, или что-то подобное… Личное. Если всё имущество леди Лилии увезли, то может быть осталось что-нибудь, что хранилось у маленькой Ориен. Матери любят отдавать детям всякие знаковые вещи.

Мисс Кариэлла снова посмотрела на него с опаской, видимо раздумывала, как бы помягче выпроводить этих людей из своего дома. Но видимо что-то разглядела в глазах Литара, отчего вдруг напряжённо выпрямилась в своём кресле и нервно сжала руки в замок.

— Перстень, — сказала она, обращаясь при этот только к Ори. Видимо она уже поняла, что на её спутника даже смотреть далеко небезопасно. — На первый взгляд — сущая безделушка. Он был сделан не из драгоценного металла, но Лили хранила его пуще любых ценностей. Когда тебе, милая, исполнилось три, твоя мать продела в него цепочку и повесила на твою шею. Она тогда сказала, что это тебе подарок от отца.

На лице Сокола растянулась хищная улыбка, от вида которой даже у Ориен возникло желание спрятаться. Он подался чуть вперёд и, глядя в глаза отчего-то побледневшей старушке, спокойно спросил:

— И куда же делся этот перстень?

Несмотря на то, что голос его звучал до ласкового спокойно, женщина поспешила ответить всё, что знала.

— Я отдала его смотрительнице приюта, куда отвела Ориен, — взволнованно выдала она. — Та клятвенно обещала вручить его девочке, когда та будет покидать обитель.

Услышав это, Ори возмущённо втянула воздух и сжала свои обожженные ладони в кулачки. Благо Литар, задумавшись, выпустил её руку из своего захвата, и теперь никто её больше не сдерживал.

— Ничего она мне не отдавала! — выпалила девушка, в которой всё больше росла волна негодования и злости. — Вот гадкая…

— Тише, Ори, — остановил её Сокол. — Перстень вернём, не переживай. Сегодня же направимся в обитель, и заставим смотрительницу всё отдать. Но пока мы всё же продолжим беседу с мисс Терроно. Вы ведь не возражаете? — спросил он у хозяйки.

Та очень даже возражала. Она буквально мечтала, чтобы эти двое покинули её дом и больше никогда не возвращались, правда сказать это вслух всё же побоялась, а на вопрос Литара ответила лишь вежливым кивком.

Все следующие полчаса Ориен с широко распахнутыми глазами наблюдала, как мастерски Литар умеет добывать информацию. И пусть он говорил максимально вежливо и учтиво, но у бедной старушки просто не было шанса что-то скрыть или о чём-то умолчать.

Она рассказала всё что знала, и даже больше. Так Ори узнала, что её мать, судя по всему, была аристократкой, причём из древнего рода, где очень чтили вековые традиции. За жильё она платила деньгами, полученными от продажи своих драгоценностей, коих у неё было даже очень много. Об имени отца, Лилия ни разу не заикалась, почти ничего о себе не рассказывала. В город выходила редко, только для того, чтобы зарядить амулеты, которых у неё оказалось два. Второй, как предположил Литар, не позволял найти её по ауре. Лилия много читала. Книги ей приносила горничная из городской библиотеки. Иногда она занималась с соседскими детьми чтением и письмом, а по вечерам играла на скрипке найденной на чердаке.

Когда же Лит с Ори всё же покинули дом мисс Кариэллы — к великому облегчению последней, принц снова взял девушку за руку и неспешно повёл по уходящей под гору дороге. Они шли в тишине, и если Ориен просто смотрела по сторонам и прокручивала в памяти фрагменты из забытого детства, то Литар привычно анализировал полученную информацию, продумывая дальнейшее построение расследования.

— Гадкая получается история, — сказал он, спустя несколько долгих минут молчания. — Неспроста твоя мать пряталась. И мне всё больше кажется, что дело не в скандале или злых родственниках. От тебя явно хотели избавиться… как от живого доказательства. Но чего? Чем им не угодила четырёхлетняя девочка? У меня есть только одна догадка… Причина — в расе твоего отца. Ведь совсем не случайно на нашем континенте так мало информации об ишау.

— Я завтра же начну изучение летописей, — ответила девушка, даже не думая спорить с его выводами. — Кери обещал мне навестить библиотеку сайлирского императорского дворца. Может там что-нибудь найдётся.

Лит кивнул, на несколько секунд снова погрузился в раздумья, а потом вдруг сказал:

— Утром я пришлю тебе помощника. Он мой заместитель и очень толковый парень со светлой головой. Вдвоём вы справитесь гораздо быстрее. А в Сайлирию сам отправлюсь.

Принц остановился наиболее чистого от травы участка дороги, поднял с земли палочку и принялся вычерчивать прямо на засохшей грязи схему переноса. Наблюдая за его действиями, Ори обречённо вздохнула и перевела взгляд на начавшие желтеть листья на растущих рядом деревьях.

От одной мысли о предстоящем переходе ей стало дурно. Видят Боги, сейчас она бы предпочла неделю добираться до столицы пешком, чем снова шагнуть в эту демонову арку. Смешно подумать, что раньше она мечтала перемещаться этим недоступным для простых людей способом. Теперь же могла с уверенностью сказать, что искренне и всем сердцем ненавидит любые порталы.

— Не хмурься, — бросил Сокол, снова протягивая ей руку.

За его спиной уже переливалась красноватым светом пресловутая арка, в которую им обоим предстояло сейчас шагнуть. Ориен же начинало мутить уже только от одного её вида.

— Не понимаю. Раньше ведь такого с тобой не случалось. Мы ведь перемещалась с тобой во дворец. А от имения Кери до столицы тоже далековато.

— Я сама не понимаю, — отмахнулась девушка. — Может тут место какое-нибудь особенное. Я всё время, что мы здесь находимся, ощущаю странное напряжение. Даже энергия леса и та… какая-то неправильная. Слишком агрессивная.

Но её откровенно бредовые слова явно умудрились натолкнуть Литара на какую-то мысль, которая его немало озадачила. И Ориен уже почти набралась смелости, чтобы спросить… но в этот момент он заговорил сам.

— Ори, если я правильно помню карту, то недавно открытое месторождение красной платины находится прямо за этим городом. А зная твоё отношение с этим металлом, могу предположить, что твоё самочувствие портится именно из-за него.

Она активно закивала и вдруг выпалила, сама не зная зачем:

— Он явно искажает магический фон.

И эти слова подействовали на принца посильнее любого удара по голове. Картинка из обрывков информации в его голове вдруг вспыхнула и сложилась в странную схему.

— Именно, Ориен… искажает фон… действует на ишау… — протянул Лит, не обращая внимания на начавшую тускнеть арку за своей спиной. Казалось, он и вовсе забыл, что собирался куда-то перемещаться. И вдруг поднял лицо и, посмотрев в глаза своей спутнице, строго добавил: — Ори, завтра с раннего утра, ищи информацию. Выписывай всё… все упоминания о красной платине и этой загадочной расе. Чует моё сердце, обе эти загадки тесно между собой связаны. А мы теперь просто обязаны их разгадать.

Глава 8

Пусть он холоден часто и жутко строг,

Только… с ним ты как будто в крепости.

Пусть с тобой он бывает порой жесток,

Бьёт словами в ответ на дерзости.

Пусть пугает тебя он взглядом одним,

Но тебе ведь другое важно.

Ты боишься его самого, но с ним

Тебе ничего не страшно.

В кабинете главной смотрительницы приюта при обители Серых Степей в этот неприёмный час посетителей явно не ждали. День уже клонился к вечеру, и время посещения давно закончилось, наверно именно поэтому его хозяйка, мисс Ринала Абриолир, и решила, что может позволить себе… немного расслабиться.

Она заняла этот пост шесть лет назад, когда старая смотрительница ушла на покой. И оказавшись на столь высокой, по местным меркам, должности быстро оценила все свои теперешние возможности и привилегии и пользовалась ими без малейших зазрений совести.

Вот и сейчас пышная раскрасневшаяся Ринала, которой внешне можно было дать не больше пятидесяти лет, занималась совсем не тем, что входило в круг её обязанностей и полномочий, и явно получала от этого процесса удовольствие. Она лежала на своём же рабочем столе… из одежды на ней оставалась лишь задранная до талии форменная юбка… А между её разведённых ног, активно двигал бёдрами пусть и крепкий, но совсем ещё молодой парнишка из будущих выпускников. Нет, конечно, для своих семнадцати он выглядел довольно рослым, но в сравнении со своей партнёршей всё равно казался настоящим мальчиком.

И в этот момент, наверное, впервые в жизни Литар пожалел, что явился без приглашения или предварительной договорённости. Признаться, он никак не ожидал увидеть в кабинете смотрительницы детского приюта подобную сцену. Поэтому и остановился, едва переступив порог. А вот Ориен хоть и покраснела до самых кончиков ушей, но удивлённой при этом совсем не выглядела. Отсюда Лит и догадался, что подобный инцидент здесь далеко не первый.

— Что вам нужно?! — истерично выкрикнула заметившая их полуобнаженная женщина. Она тут же поспешила отпихнуть от себя паренька, стараясь при этом хоть как-то прикрыться. — Убирайтесь!

Но так как незваные гости никуда уходить не торопились, пришлось ей всё же слезть со стола и хотя бы попытаться привести себя в порядок. Поправив изрядно помявшуюся юбку, она принялась нервно оглядываться по сторонам в поисках своей одежды, которую до этого явно очень спешила снять.

А вот её молоденький партнёр, наоборот, выглядел довольным и явно удовлетворённым, несмотря на то, что его так внезапно прервали. Он прекрасно рассмотрел грозное выражение лица вошедшего в кабинет светловолосого мужчины, и уже догадался, что сегодня мисс Абриолир обязательно ответит за всё. А когда заметил за его спиной свою старую знакомую, и вовсе широко улыбнулся.

— Терроно, какими судьбами? — спросил он, застёгивая поношенный ремень на своих потёртых штанах.

— Привет Эрвин, — отозвалась Ори, всё же выходя из-за плеча принца. — Вот… вернулась забрать кое-что из личных вещей.

— Это о каких же вещах ты говоришь? — раздражённо бросила смотрительница, узнавшая в этой элегантно и дорого одетой особе свою бывшую воспитанницу. Она-то уже испугалась, думала проверяющие прибыли из столицы, но теперь заметно расслабилась и снова почувствовала себя хозяйкой положения. — Ничего твоего здесь нет и быть не может! — добавила хозяйка кабинета, застёгивая на груди подобранную с пола блузку от форменного костюма.

— Врёте, мисс Абриолир, — с ухмылкой ответила Ориен, явно почувствовавшая в её словах ложь. — И лучше отдайте мне моё имущество по-хорошему.

— Повторяю, выскочка: здесь ничего твоего нет, — с нажимом произнесла та. — И лучше убирайся, пока я не вызвала сюда стражников. Уж они-то быстро тебя отсюда выставят.

— Не посмеют! — уверенно заявила Ори, глядя на Риналу с открытым вызовом. — У вас остался перстень, который принадлежит мне. Ваша предшественница — мисс Поллис, всегда ответственно хранила вещи воспитанников, и я не сомневаюсь, что перед уходом она передала вам их все. Поэтому повторяю, верните мне мой перстень.

— Ничего она мне не передавала! — заявила нынешняя смотрительница.

— Врёте, — снова сухо произнесла Ори, переплетая руки перед грудью.

В этот момент она сама того не подозревая бессознательно копировала некоторые привычки Литара. Стояла в той же позе — чуть расслабленной, но вместе с тем подчёркивающей готовность к решительным действиям. Смотрела на свою противницу тем же взглядом — холодным и уверенным. А сам принц, наблюдая за всем этим со стороны, лишь самодовольно ухмылялся, ощущая в груди странное приятное тепло.

Но отвечать правду смотрительница явно не желала. И Ориен уже собралась самовольно покопаться в её памяти, как вдруг услышала голос старого знакомого по приюту.

— Ори, она все ценные вещи держит в железном шкафу. Он в соседней комнате, справа от входа, — сказал Эрвин, глядя на ненавистную мисс Абриолир с открытым триумфом. И пусть не сомневался, что ему обязательно придётся ответить перед ней за свои слова, но хотя бы сейчас чувствовал себя победителем.

— Что ты несёшь, щенок?! — рявкнула женщина, резко оборачиваясь к воспитаннику. — Вон отсюда! — выкрикнула указывая ему на дверь. — А за клевету получишь двадцать ударов палкой!

Эрвин напряжённо дёрнулся, а его улыбка из самодовольной стала какой-то горькой. И он уже развернулся и покорно направился к выходу, когда его поймал за руку Литар.

— Стой, — сказал Сокол, глядя в лицо пареньку. — Ты знаешь, где этот её тайник? Сможешь вскрыть?

Мальчишка с опаской посмотрел ему в глаза и вдруг согласно кивнул. Он видел, что этот человек явно не из простых. Было в нём нечто такое, благородное и будто бы давящее. Наверно поэтому парень и решил, что уж лучше подчиниться ему, чем мегере Абриолир.

— Тогда принеси сюда всё, что там лежит, — добавил Лит, отпуская его руку. Затем перевёл свой тяжёлый взгляд на возмущённую смотрительницу и добавил: — И мы разберёмся, кому на самом деле принадлежат все эти ценности.

Понимая, что одна она в этой ситуации ничего сделать не сможет, Ринала резко подскочила с места и метнулась к выходу.

— Позовите стражу! — завопила она, едва оказавшись в коридоре. — Произвол! Грабят средь бела дня! Стража!

Но Литара, казалось, ни капли не волновали её вопли. Он проводил убегающую женщину снисходительным взглядом, спокойно прошёл по кабинету и расслабленно опустился в одно из стоящих здесь кресел. Эрвин вышел, отправившись выполнять его поручение, теперь в комнате они с Ориен остались вдвоём.

— Как я понимаю, то, что мы с тобой тут застали, происходит не первый раз? — уточнил Сокол, глядя на девушку. В отличие от его самого она была слишком напряжена, чтобы спокойно сидеть на месте, и продолжала нервно вышагивать по комнате.

— Да, Ваше Высочество, — честно ответила Ори, мельком бросив взгляд на стол, на котором не так давно лежала обнажённая мисс Абриолир. — Когда-то она так же принуждала Сита, — добавила, поморщившись от отвращения. — Если он её… радовал, то она освобождала его от работ, и иногда поощряла сладостями. А если отказывался… назначала наказания. И, поверьте, удары палками — это не самое страшное из них.

— Ясно, — хмуро бросил Лит, как-то по-новому глядя на Ориен.

И вдруг пришёл к выводу, что чем больше времени он проводит с этой девушкой, тем интереснее она ему кажется. Он даже поймал себя на том, что хочет просто поговорить с ней… обо всяких глупостях. Узнать, любит ли она цветы, как другие леди? Нравится ли ей дождь? О чём она думает, глядя на звёздное небо?

— Ваше Высочество, — позвала Ори, отрывая его от столь странных мыслей. Её голос чуть дрогнул, но в глазах стояла такая решительность, проигнорировать которую оказалось невозможно. — Скажите… могу ли я забрать отсюда Эрвина? Не подумайте, я не потащу его к Кери. У меня есть немного сэкономленных денег. Я сниму ему комнату…

И эта её тирада умудрилась впечатлить его сильнее всего произошедшего за этот длинный день. Нет, он знал, что от Ориен можно ожидать чего угодно, но подобная благотворительность всё равно его удивила.

— И что же будет делать в столице столь интересный юноша? Сидеть взаперти? Или примкнёт к какой-нибудь банде, как твой Сит? — спросил Сокол, вопросительно глядя на Ориен.

И она почти набралась смелости, чтобы возразить, уверить его, что сможет позаботиться о парнишке. Но вдруг взгляд Литара странно потеплел, а на его губах появилась лёгкая покровительственная улыбка, что попросту сбило её с толку.

— Ладно, Ори. Не переживай. Мы заберём мальца, — спокойным тоном сообщил Лит. — Но устройством его дальнейшей судьбы я займусь сам.

Она удивлённо моргнула и тут же поспешила уточнить:

— И куда же вы его определите? — спросила, глядя на принца со странной смесью надежды и недоверия.

— Ответ: «в военную академию» тебя устроит? — усмехнулся принц. — Хотя… его ещё на наличие способностей к магии нужно проверить.

— Конечно, устроит, Ваше Высочество! — взволнованно прошептала Ориен. — Но… туда ведь просто так не поступить. Там ведь экзамены… а здесь дают совсем не то образование… Да и книг почти нет… Как же он…

— Ори, — улыбка Литара стала по-настоящему тёплой. — Я сделаю так, чтобы его приняли. И не смотри на меня, как на сказочного волшебника. Это не просто жест доброй воли. В этом твоём Эрвине есть стержень, да и соображает он быстро. А мне нужны такие кадры в моём ведомстве. Вот отучится и придёт в департамент правопорядка, возвращать долги.

И пусть Сокол даже помогая приютскому мальчишке рассчитывал получить свою выгоду, Ориен всё равно посчитала этот его поступок очень благородным. Она ведь прекрасно знала, что без помощи Литара Эрвину придётся так же тяжело, как приходилось когда-то и ей самой. А так у мальчишки появится настоящий шанс пробиться в жизни, да ещё и получить протекцию второго принца.

— Спасибо, — проговорила Ори, хриплым от волнения голосом. — Вы даже не представляете, как я вам за это благодарна.

Лит снова посмотрел в сияющие глаза Ориен, и от этого её внутреннего света в его груди стало как-то особенно тепло. А ещё ему вдруг отчаянно захотелось её обнять… укрыть от враждебности мира. В этот момент она показалась ему такой хрупкой и по-настоящему беззащитной. Она храбрилась, старалась казаться сильной, смелой, но по сути была просто девушкой, которой в жизни не повезло. Причём самым большим её невезением являлся именно он — Литар.

— Господин, — отвлёк его от раздумий голос Эрвина. — Я всё сделал.

Лит поднял голову и посмотрел на смуглого черноволосого парнишку, показавшегося в дверном проёме. Он держал в руках большой антикварный сундучок, нагруженный настолько, что его крышка попросту не закрывалась.

— Отлично, — кивнул Сокол. — Давай сюда. Будем смотреть, что тут есть. И ты, Ори, тоже подходи ближе. Мне кажется, ты должна узнать ту вещицу, что мы ищем.

— Но я его не помню, — взволнованно отозвалась девушка. — Ваше Высочество, мне ведь всего четыре года было, когда я видела тот перстень.

— Давай хотя бы попробуем, — не стал спорить Литар. — Мы с твоим другом будем доставать ценности, а ты смотри. Может что-то и заметишь.

Видимо Эрвин на самом деле был очень сообразительным парнем, потому что всего лишь услышав обращение Ори к этому светловолосому мужчине, моментально определил, что перед ним именно принц Литар, который так же является главой департамента правопорядка. Поэтому, не дожидаясь приказа, сам поставил сундучок перед Его Высочеством и принялся вытаскивать оттуда разного рода предметы и раскладывать на столе.

Ориен не стала спорить, хоть и не надеялась на успех этой затеи. Потому, увидев среди извлечённых из шкатулки ценностей вытащенный Эрвином чёрно-белый перстень, едва не поперхнулась воздухом.

— Вот он, — проговорила она, дрожащим от эмоций голосом.

Её рука сама собой потянулась к кольцу из какого-то экзотического сплава. И едва она сжала его в руке, как тут же почувствовала, что тот начал нагреваться, даря такое приятное, будто бы родное тепло.

Ори подняла на Литара взволнованный взгляд и едва удержалась, чтобы позорно не расплакаться. Ведь сейчас она фактически держала в руках частичку собственного прошлого, кусочек той счастливой жизни, когда её любили… Когда у неё была мама.

— Вот видишь, узнала, — проговорил принц непривычно мягким голосом, потом неожиданно сам для себя поднялся из кресла и, подойдя к Ориен, положил ладонь на её плечо. — Спрячь кольцо. Я сейчас вызову сюда городскую стражу и местного дознавателя. Они будут разбираться, кому на самом деле принадлежат все эти ценности. Но твой перстень показывать им не нужно. Если спросят, говори, что ничего не нашла.

Ориен покорно покивала и, сама от себя не ожидая, накрыла руку Литара своей. Его пальцы были тёплыми… и сейчас рядом с Соколом Ори вдруг почувствовала себя по-настоящему защищённой. По-настоящему в безопасности.

А он, ощутив её такую странную ласку, на секунду прикрыл глаза и едва заметно улыбнулся. Ведь этим простым жестом она показала ему, что принимает его защиту. Не по договорённости или от безысходности, а потому что считает это правильным.

Лит осторожно погладил руку Ори большим пальцем и вдруг поймал её необычайно глубокий взгляд. И, наверно, окажись на её месте обычная девушка, всё так бы и закончилось, но Ориен была менталистом, причём, плохо контролирующим свой дар. А его глаза… они так и манили заглянуть туда, куда нельзя… будто уговаривали её погрузиться в сознание. И она не смогла удержаться от этого соблазна.

Ори не лезла в его воспоминания, даже не пыталась соваться в подсознание, а всего лишь коснулась общего эмоционального состояния, и уже этого оказалось достаточно, чтобы впечатлённая девушка мгновенно разорвала контакт. А стоило ей вернуться в реальность, она сразу же почувствовала, как болезненно сжались на её плече пальцы Литара, а сам он теперь выглядел жутко раздражённым.

— Простите… — пролепетала Ориен, опуская испуганный взгляд и даже не думая вырываться.

Она чувствовала себя очень виноватой перед ним. Он сделал для неё сегодня столько всего, был к ней по-настоящему добр, а она… вот так просто взяла и нарушила своё обещание. Ведь говорила же ему, что больше не станет лезть в его голову…

— Простите, пожалуйста, — взволнованно повторила она, понижая голос почти до шёпота. — Я не специально. Это само собой получилось. Я только эмоции уловила… некоторые. Простите…

И к её удивлению, его взгляд вдруг стал чуть мягче, а хватка на плече заметно ослабла.

— Хорошо, но только в этот раз, — холодным тоном бросил принц. — И ты, Ориен, в самое ближайшее время научишься ставить на сознание других ментальные блоки. Причём такие, которые сама не сможешь пробить. Ты уж прости, но я не желаю, чтобы кто-то копался у меня в голове.

— Я сделаю… обещаю, — тут же согласилась девушка, понимая, что в этот раз отделалась малой кровью.

Он отпустил её, снова повернулся к столу, который к этому моменту оказался весь буквально засыпан украшениями и безделушками самого разного вида и ценности.

— Готово, господин, — отчитался Эрвин, который так увлечённо разбирал богатства мисс Абриолир, что даже не заметил странного диалога между принцем и своей старой знакомой.

— Отлично, — кивнул Литар, с хмурым видом осматривая лежащие перед ним вещи.

И тут до его слуха долетел громкий топот ног, а через несколько мгновений дверь кабинета резко отворилась, и внутрь ввалились трое вооружённых шпагами стражников. Но едва переступив порог комнаты, вдруг замерли на месте.

А как всегда спокойный и собранный Сокол лишь присел на край стола и демонстративно переплёл руки перед грудью, а на его лице появилась фирменная холодная ухмылка. Да, ему было что сказать этим бравым парням, и он только собрался начать свою обличительную речь, когда один из служителей порядка, на чьей форме красовались лейтенантские нашивки, вдруг покорно опустил оружие и, выпрямившись, резко выдал зычным басом:

— Служу Карилии и королеве! — и только после этого легко поклонился.

Двое его подчинённых быстро сообразили, что просто так бы их старший подобную тираду не выдал, и поспешили в точности повторить его приветствие. Литар ответил им сдержанной улыбкой и одобрительным кивком и перевёл взгляд на вошедшую за ними смотрительницу. И судя по выражению явного шока на её лице, она явно не ожидала такого поворота событий.

— Очень приятно, лейтенант, что даже в таких отдалённых от столицы районах как ваш, подчинённые узнают меня лицо, — с лёгкой иронией произнёс принц. — Но сейчас речь о другом. Ведь, как оказалось, в этом приюте, который судя по всему относится к зоне вашей ответственности, происходят занимательные вещи. Я здесь не больше получаса, и толком ни с кем не разговаривал, но уже могу предъявить мисс Абриолир обвинение по нескольким не самым простым статьям. Таким как… «превышение служебных полномочий», «растление малолетних» и «незаконное присвоение чужого имущества». Хотя чутьё подсказывает мне, что это далеко не полный список. Но… — он сделал паузу, с расслабленным видом взглянул на разложенные на столе ценности и снова повернулся к старшему из стражников. — Ваше имя и должность? — строго спросил Литар.

— Лейтенант Вейслин Арбис, первый заместитель главы управления правопорядка города Артари, — отчеканил он, снова вытянувшись по стойке смирно.

— Так вот, лейтенант Арбис, — проговорил Лит, — Я поручаю вам провести расследование и выявить все факты нарушений имеющих место в этом приюте. Отчёт направите лично мне. Мисс Абриолир — взять под арест. Если откажется отвечать на вопросы, разрешаю применить ментальное воздействие.

— Будет исполнено, — тут же поспешил ответить его подчинённый.

И тут заверещала очнувшаяся от шока смотрительница.

— Я ни в чём не виновата! Это произвол! — завопила она, когда её схватил за руку один из стражников. — Они ворвались в мой кабинет! Это всё клевета!

Литар же не обращал на её вопли никакого внимания. Он спокойно взял Ориен за руку и направился к выходу. И только поравнявшись с лейтенантом, остановился и снова обратился к нему, правда, тон его стал почти похожим на дружеский.

— Вейслин, и личная просьба… — Литар сделал пузу, будто давая лейтенанту время понять, что к этой просьбе следует отнестись едва ли не серьёзней, чем к приказу. Затем указал взглядом на притихшего в углу Эрвина и добавил. — После того как допросите этого парня, отправьте его порталом в столицу вместе со всеми документами. Пусть его доставят либо ко мне в кабинет, либо к моему заместителю, капитану Мартину. И имейте в виду, что с этого момента, он под моим покровительством, так что, помягче.

— Сделаем в лучшем виде, Ваше Высочество, — отозвался лейтенант, глядя на принца с открытым восхищением. Он много слышал о Белом Соколе, но даже не мечтал, что когда-то удастся встретиться лично. И пусть по возрасту руководитель департамента правопорядка королевства был заметно младше своего подчинённого, но вокруг Его Высочества витала такая аура силы, что против него не рискнул бы пойти даже самый опытный боец.

Литар кивнул и вышел из кабинета, уводя за собой Ориен. За их спинами слышались тихие фразы стражников, доносились вопли верещащей смотрительницы, но ни принц, ни его спутница больше не обращали на это внимание. И если Литар напряжённо размышлял, как бы без лишних проблем устроить неожиданного подопечного в военную академию да ещё и после начала занятий, то Ори сейчас могла думать только о странном чёрно-белом кольце, которое крепко сжимала в ладони. Ведь пока оно было единственной ниточкой способной привести её к правде о собственных родителях.

* * *

Как и в прошлый раз, ужин прошёл спокойно. Да только сегодня, после всех событий этого долгого трудного дня, Ориен уже было не до смущений ни перед принцем Дамьеном, ни уж тем более перед Соколом. По правде говоря, она была так вымотана и физически и морально, что даже не обратила внимания, в какое платье её облачили суетливые горничные. И только уже сидя за столом, с немалым удивлением обнаружила, что её одеяние имеет насыщенно красный цвет, и выглядит, по её меркам, даже несколько экстравагантно.

И снова, покончив с трапезой, и хозяева, и гости переместились в гостиную, да только в этот раз Ориен даже и думала молчать. Она очень эмоционально рассказывала Кери и Беллисе о доме, где когда-то жила, о своих смутных, но очень тёплых воспоминаниях, о престарелой Кариэлле Терроно и о том, что та поведала о некоей Лилии. Но, говоря про посещение приюта, Ори благоразумно решила в подробности не вдаваться. Сообщила лишь то, что они забрали то самое кольцо. А поймав одобрительный взгляд Литара, поняла, что поступила правильно. Всё же не для этого тёплого семейного вечера такой неприятный рассказ.

— Никогда не видел ничего подобного, — восхищённо проговорил Дамьен, рассматривая перстень, который показала ему Ори. — Да что говорить, я даже не скажу, из чего он сделан. Но на нём совершенно точно есть силовые плетения… причём, почти незаметные.

Сама Ориен уже, казалось, изучила это единственное наследие отца вдоль и поперёк. Выглядел перстень литым, но при этом состоял из двух разных по структуре веществ. Чёрные неровные полоски перемежались в нём с совершенно белыми, образуя причудливый рисунок. На плоской вершине был очерчен ровный круг, в центре которого виднелись два незнакомых символа. Литар предположил, что это буквы, возможно даже инициалы или обозначение знака рода, но уверен ни в чём не был. Всё же пока они имели слишком мало информации о таинственной расе ишау, и совсем ничего не знали ни об их письменности, ни о культуре.

Но что удивительней всего, на внутренней стороне кольца имелась гравировка, которую, судя по всему, наносили уже в Карилии. И написано там было совершенно понятное: «Навсегда твой». Впервые прочитав эту надпись, Ори едва сумела сдержать навернувшиеся на глазах слёзы, и если бы не присутствие рядом Лита, то обязательно бы позорно расплакалась.

— И да, брат, ты прав, это буквы, — добавил Дамьен, продолжая осматривать перстень. — Я встречал такие в некоторых старых книгах. Ими ещё принято обозначать наиболее сложные и редкие плетения в магии. Только я думал, что это наш древний алфавит, а теперь вот начинаю сомневаться.

— И что же означает сия надпись? — поинтересовался Литар, глядя на задумчивого Дамьена с привычным скепсисом.

— Если переводить на наши… — задумчиво протянул тот. — Суя по всему, это аббревиатура. «О» и «Г». А круг в символистике всегда означал некое объединение. В данном случае, я бы предположил, что это семья. А значит перстень этот — родовой.

— Так, — озадаченно проговорил его старший брат, — что ещё можешь сказать?

— Больше ничего, — покачал головой Дамьен. — Но у меня есть один знакомый ювелир, который точно должен знать, что это за сплав. И если Ориен позволит, — он повернулся к девушке и без обычных ужимок добавил, — я бы мог показать кольцо ему. Может мы бы и смогли узнать что-то ещё.

И Ори, сама не зная почему, вдруг оглянулась на Литара, будто ей на самом деле было важно его одобрение. А он, поймав её вопросительный взгляд, чуть улыбнулся самыми уголками губ и кивнул. Только теперь, неожиданно для самой себя Ориен вдруг поняла, что на самом деле стала доверять Соколу, причём даже больше чем самой себе. И почему-то это её искренне напугало.

В итоге она всё же отдала Дамьену кольцо, а сама довольно скоро покинула гостиную, сославшись на усталость. Вот только кружащие в голове мысли и обрывки воспоминаний так и не позволили ей уснуть. И бессмысленно провалявшись в кровати несколько часов, она всё же встала и решительно двинулась к шкафу, где висел её чёрный костюм, — единственная вещь, которую она взяла с собой из прошлой жизни.

Одним несомненным плюсом проживания в особняке Кери было то, что он фактически располагался среди леса, довольно далеко от людских поселений. Поэтому здесь Ориен могла не опасаться, что её увидят. Как и раньше ей нужно было летать хотя бы раз в три-четыре дня, но теперь пропала необходимость прятаться. Посторонних в доме по ночам не бывало, а слуги если что-то и видели, то всё равно никому бы ничего не разболтали. Приходя на службу к верховному магу, они давали магическую клятву о неразглашении, нарушить которую просто бы не смогли.

Поэтому летала Ориен без страха и даже малейшего опасения. Просто выпрыгивала из окна своей комнаты на третьем этаже и парила над окружающим лесом. Иногда приземлялась в саду и долго бродила по извилистым дорожкам. Иногда долетала до границы светящегося тысячами огней Эргона, смотрела на огромный белый дворец и возвращалась обратно. Но сегодня ей не хотелось отдаляться от имения, поэтому, немного покружив над домом, просто слетала до ближайшей спящей деревни и вернулась обратно.

Она уже собиралась опуститься на широкий парапет перед своим окном и примерялась, чтобы удобнее к нему подлететь, когда увидела на одной из лавочек сада знакомую тень. И пусть разглядеть кого-то с такого расстояния было почти невозможно, но Ори почему-то ни капли не сомневалась в личности этого человека.

Она сама не поняла, почему решила развернуться и полететь к нему. И только мягко опустившись на землю в нескольких метрах от его лавочки, вдруг подумала, что возможно он не желает никого видеть.

Но Литар встретил её спокойной улыбкой, и уже этого хватило, чтобы все опасения девушки мгновенно развеялись, оставляя вместо себя лишь странное очарование тихой тёплой ночи.

— Я думала, вы уже ушли, — проговорила Ори, складывая крылья и заставляя их исчезнуть. Всё же даже стоять с такой тяжестью за спиной было совсем непростой задачей.

— Я видел, как ты улетела, — ответил принц, глядя на девушку. В темноте её кожа казалась удивительно светлой, а вытянутый зрачок будто издавал едва заметное свечение. — Часто летаешь?

— Да, — отозвалась она. — Иначе нельзя. Но здесь с этим хотя бы нет проблем. Вылезла в окно — и всё, свобода. А раньше мне приходилось придумывать целые комбинации, чтобы получить возможность полетать.

Он понимающе ухмыльнулся и похлопал по лавочке рядом с собой, приглашая девушку присесть рядом. И Ори приняла это приглашение, ни капли не сомневаясь в правильности своего поступка.

Сейчас Лит почти её не пугал, хотя, может, всё дело было именно в странной приятной обстановке, а может и в самом принце, который в этот момент казался ей почти родным. Удивительно, ведь ещё утром этого длинного невероятно насыщенного событиями дня она искренне его ненавидела, была готова пойти на многое, чтобы сделать ему больно. И что же теперь?

Хотя всё то, что произошло сегодня, можно было считать настоящим подвигом с его стороны. Ведь если бы не Литар, Ори бы вообще никогда не узнала о существовании Кариэллы Терроно, не услышала бы историю своей матери, и совершенно точно не получила бы обратно перстень отца. И уже за это она была готова простить Соколу все его прошлые прегрешения.

— Значит… к своему почти брату — Ситару ты приходила чтобы полетать? — спокойно спросил принц, и к собственному удивлению Ори почувствовала в его словах нечто похожее на недовольство.

— Да, Ваше Высочество, — ответила она, легко пожав плечами. — Сит чувствовал себя виноватым передо мной, потому и помогал.

— Из-за ареста? — уточнил Лит, поднимая лицо к небу, где на тёмном куполе виднелась целая россыпь удивительно ярких далёких звёзд. — Он ведь тогда сбежал. Бросил тебя.

Ориен не любила вспоминать тот вечер, но сейчас, сидя рядом с Литаром, ей почему-то оказалось намного легче окунуться в те жуткие воспоминания. Наверное, всё дело в том, что теперь, когда кошмарный Белый Сокол фактически стал частью её жизни, когда она видела его чаще, чем всех старых друзей, прошлое начало казаться каким-то чужим и будто бы ненастоящим. Словно… всё это когда-то произошло не с ней.

— На самом деле, Ваше Высочество, я ведь до того дня ничего ни у кого не воровала, — сказала она, тоже глядя на спокойные тихие звёзды. — И даже не мыслила о подобном. Но Сит знал, что я могу видеть энергию и находить плеши в магических охранных плетениях. Он тогда сказал, что их с ребятами наняли, чтобы инсценировать ограбление. Будто друзья решили пошутить над одним своим приятелем-аристократом: выкрасть у него из дома все деньги и драгоценности, а потом торжественно вернуть. А я… глупая, чувствовала, что он врёт или не договаривает, но всё равно согласилась.

— Почему? — спросил Литар, не поворачиваясь.

Ори бросила на него быстрый взгляд и, горько усмехнувшись, покачала головой.

— Жить не на что было, а он обещал хорошие деньги за пустяковую работу, — сказала она, вздыхая. — Мы с Мили на тот момент почти месяц сидели без работы. Увы, молодых сирот без образования и опыта мало где хотели брать. Вот я и пошла с Ситом… и нашла слабое место у охранного плетения, окружающего дом, и внутрь забралась, чтобы проверить комнаты на наличие магических сюрпризов. Ну а дальше вы знаете, — бросила она с иронией. — Ведь сами меня ловили… огненным арканом.

И всё равно, несмотря даже на то, что прошло уже два года, некоторые моменты были очень живы в памяти. К примеру, она прекрасно помнила глаза Литара, его осуждающий презрительный взгляд и его слова…

— Вы тогда сказали, что таким, как я самое место на каторге, — проговорила она, закрывая глаза, чтобы не выдать истинных эмоций. Хотя они всё равно просочились наружу в напряжении рук, в чуть дрогнувшем голосе.

А Лит видел всё это, но продолжал молчать. Ведь понимал, что она должна сказать… должна выговориться. Это необходимо им обоим. Та история являлась старой гнойной раной, которую нужно было вскрыть, чтобы позволить ей начать, наконец, затягиваться.

Ориен сглотнула, опустила лицо вниз и посмотрела на свои сжатые руки.

— Хотя, Ваше Высочество, на самом деле, за тот мой проступок мне полагалось гораздо менее суровое наказание. Ограничение свободы, штраф, общественные работы… но, — она открыла глаза и всё-таки сказала то, что так давно её мучило… то, за что она так долго ненавидела Белого Сокола: — Но ваши доблестные подчинённые расценили брошенную вами фразу, как приказ. Поэтому меня отправили на каторгу… на пять лет.

Она замолчала, продолжая смотреть на свои чуть подрагивающие пальцы. Из-за эмоционального скачка её зрачки снова непроизвольно приняли вертикальную форму, но девушку это совсем не волновало. Пусть она сказала то, что хотела… Но разве кому-то стало от этого лучше? Если да, то уж точно не ей. Но чего она ожидала? Что Сокола замучает совесть, и он кинется просить прощения за её загубленную жизнь или хотя бы признает, что был не прав?

Наивная глупая девочка. Она ведь так до сих пор и не поняла, что такие как Литар попросту не умеют признавать своих ошибок, а уж просить прощения и подавно. Да и зачем ему это? В конце концов, кто он и кто она?

На небе всё так же подмигивая мерцали холодные звёзды… где-то вдалеке в лесу ухала одинокая сова… лёгкий ветерок шевелил листья на высокой раскидистой иве, а сидящие на лавочке молодой светловолосый мужчина и укутанная в чёрное девушка напряжённо молчали. Ори больше было нечего ему сказать, а Литар чуть ли не впервые в жизни не находил подходящих слов.

И тогда, решив, что больше ей здесь делать нечего, Ориен поднялась и хотела уже призвать крылья и улететь отсюда подальше, когда вдруг почувствовала, что её как-то очень осторожно поймали за руку.

Но к удивлению девушки даже теперь Лит ничего не сказал. Просто стоял за её спиной и не давал уйти, совсем легко удерживая её пальцы.

— А ведь ты так и не спросила, что стало с твоим Ситаром, — проговорил принц, довольный тем, что нашёл-таки слова, способные удержать её здесь, рядом с ним. Способные не дать ей упорхнуть в неизвестность во взвинченном обиженном состоянии.

Ориен вполне предсказуемо обернулась и в этот момент во взгляде её серебристых глаз Лит увидел нечто, лежащее между надеждой и презрением. Она ждала ответа, и он не стал мучить её неизвестностью.

— Как и обещал, я предложил ему то, от чего он не смог отказаться, — сказал принц, и голос его прозвучал до странного мягко и спокойно.

— И что же? — уточнила Ори, стараясь сохранить равнодушный вид.

— Лучших учителей страны, звание… и должность… в службе разведки.

Ориен не поверила своим ушам. Вора с впечатляющим списком преступлений вместо каторги назначить разведчиком? Да ещё и обучить тонкостям ремесла?

— Ваше Высочество, простите, но вы точно не шутите? — уточнила она, глядя на него с недоверием. И что радовало Лита больше всего — она даже не пыталась вырваться. Просто стояла рядом с ним, будто и не существовало между ними той огромной пропасти из общего прошлого. Будто они на самом деле были близкими людьми.

И тогда, сам себя не понимая, принц, потянул Ориен обратно на лавочку, но даже после того как она покорно села рядом, не отпустил её руки. И более того, зажал её маленькую холодную ладошку между своими и, поднеся к губам, попытался согреть дыханием.

— Этот Сит — очень прыткий и до неприличия изворотливый парень, хотя вор он, на самом деле, никудышный. Выбирал неправильные дома, брал только то, что лежало с краю. Зато как прятался! Мои ребята его два года найти не могли, хотя имели и портрет и отпечаток ауры, а он, оказывается, всё это время спокойно жил у нас всех под самым носом. Поэтому, Ори, я и предложил ему начать новую жизнь. И он согласился даже не думая.

— И всё же, Ваше Высочество, вы ведь что-то потребовали от него взамен, — утвердительно произнесла девушка. — Уж простите, но на альтруиста вы никак не тянете.

Он снова подул на пальцы Ори тёплым воздухом и, поймав её недоверчивый взгляд, попытался состроить виноватый вид. Правда, в его исполнении это выглядело поистине комично. При всём желании Литар выглядел каким угодно, но только не раскаявшимся.

— Он уехал из столицы, и ближайшие два года должен будет провести в южных горах, в школе разведчиков. После же ему придётся отработать на благо страны не меньше десяти лет, — ответил принц. — Ну и клятву он мне дал такую же, как ты.

И всё равно Ори чувствовала, что Сокол явно чего-то недоговаривает и твёрдо была намерена выяснить правду.

— Ведь это не всё, — сказала она, смотря ему в глаза, правда даже не пыталась проникнуть в сознание. Знала же, что в третий раз подобного произвола он ей уже точно не простит.

— Не всё, — неожиданно согласился принц. А потом вдруг признался, хотя так и не понял, зачем это делает. Просто ему вдруг захотелось сказать ей правду: — Он пообещал, что больше не станет искать с тобой встреч.

— Что? — не поверила своим ушам девушка. — Зачем? Почему? — спрашивала она в полнейшем непонимании.

— Потому что, Ориен, — бросил принц с едва ощутимым раздражением. — Теперь ты официально принадлежишь мне. Для всего королевского двора, для всей страны, ты — моя женщина, Ори. И мне не нужно чтобы у тебя были интрижки на стороне.

— Несмотря на то, что у нас с вами нет никаких отношений? — выпалила она и даже попыталась вырвать руку, но он не отпустил. — И к вашему сведению между нами с Ситом никогда ничего не было!

— Мне всё равно, Ориен, — отмахнулся Литар. — Теперь уже и не будет. И вообще, в конце концов, я дал этому твоему Ситу будущее. Избавил его от каторги, а ты ещё и не довольна?

— Довольна, — бросила она, хотя голос был далеко не радостный.

— Вот и прекрасно, — ответил он, поднимаясь с лавочки и вынуждая девушку подняться вместе с ним. Потом удобнее перехватил её руку и повёл в сторону дома.

— И куда мы? — поинтересовалась она почти равнодушно, ведь уже в какой-то степени даже стала привыкать к подобным самоуверенным выходкам Сокола.

— Провожу тебя до гостиной, — ответил он. — Поздно уже. Мне пора возвращаться во дворец.

— Я бы прекрасно залетела в своё окно, — отозвалась Ориен, правда продолжала при этом покорно идти рядом с принцем и даже не думала сопротивляться.

— Мне спокойнее, когда ты передвигаешься, как нормальны люди, — сказал он, покосившись на свою хмурую спутницу.

В небольшой гостиной, выполняющей в имении Кери роль портальной комнаты, Лит остановился и нехотя отпустил пальцы напряжённо молчавшей девушки. Здесь, при свете нескольких магических огоньков оказалось хорошо видно, что далеко не все раны от ожогов на её руках успели затянуться. И пусть повязок уже не было, а целебные мази сделали своё дело, но кое-где ещё виднелись незажившие участки. Лит знал об этом, потому в саду и держал её только за пальцы, и то, очень осторожно. Хотя сама Ори в тот момент совсем забыла, что у неё на руках есть раны.

— Спокойной ночи, Ориен, — сказал Литар, учтиво кивая на прощанье. И не дожидаясь её ответа, скрылся в туманном мареве перехода.

Он исчез так быстро, что она даже растерялась. Вроде и желала поскорее избавиться от его общества, но оставшись одна почему-то не испытала никакой радости. Даже наоборот, без ненавистного Сокола ей стало как-то особенно одиноко. И снова захотелось взмыть в небо и покружить над ночным лесом. Может долететь до Эргона… или даже до королевского дворца?

Когда в её голове промелькнула мысль о том, чтобы приземлиться на просторный балкон одного знакомого принца, она вдруг с силой зажмурилась и раздражённо сжала зубы.

В её голове не укладывалось, как можно одновременно кого-то ненавидеть, бояться и, вместе с тем, испытывать такую странную симпатию. Но при этом, Ориен прекрасно понимала, что Литару плевать на все её чувства и эмоции. Для него она — внештатный сотрудник, способный проходить через любые магические преграды и заслоны, да ещё и умеющий летать. И Ори не сомневалась, что он далеко не просто так занялся поисками её родителей. Видимо у него в этом деле были какие-то свои цели и выгоды. Но, несмотря на все эти мысли, она всё равно была искренне благодарна Соколу, ведь всего за один сегодняшний день смогла узнать о своих родных больше, чем за всю предыдущую жизнь.

Глава 9

А паук плетёт свою сеть…

Выплетает за нитью нить.

И ведёт его злая месть

И простое желанье жить…

…В паутину тебя влекут,

Каждой ниточкой и витком.

И ты влипнешь, не видя пут,

В сеть сплетённую пауком.

— Вот возвращаю. В целости и сохранности.

На рабочий стол Литара с гулким ударом лёг знакомый полосатый перстень, а принесший его Дамьен вальяжно развалился в одном из кресел напротив. И было в его взгляде и мимике нечто такое, что заставило старшего из принцев настороженно напрячься. Ведь он с самого детства знал, что подобное самодовольное выражение на лице брата не сулит ничего кроме неприятностей.

И оно не удивительно, ведь ещё будучи маленьким мальчиком, Дамичка обычно именно с таким видом сообщал, что успешно расстрелял из рогатки всех антикварных статуэток на полках в отцовском кабинете или дополнил портреты в семейной галерее новыми красивыми штрихами, вроде дорисованных усов или фингалов. И пусть сейчас Дамьену было уже двадцать пять, и подобной ерундой он давно не занимался, но до сих пор периодически преподносил старшему брату неприятные сюрпризы.

Младший принц считал себя творческой натурой. Он хорошо рисовал, играл на разных музыкальных инструментах, иногда, когда ему становилось особенно скучно, занимался проектированием особняков, фонтанов, мостов и непонятных никому скульптур. И очень много времени проводил со своими многочисленными друзьями и подругами.

Наверно из всех детей королевы Дамьен был единственным, кто без зазрения совести пользовался своим положением. Никаких особенных обязанностей при дворе у него не имелось, потому принц и проводил время в своё удовольствие, лишь изредка выполняя какие-то незначительные поручения матери или отца.

Литар был старше брата всего на два года, но иногда ему казалось, что их разделяет не меньше пары десятилетий. И на фоне откровенной безалаберности и ребячества Дамьена, Лит выглядел настоящим великовозрастным букой.

— И ты даже не спросишь, что я смог выяснить? — поинтересовался младший принц, глядя на Литара с наигранной обидой.

— Не сомневаюсь, что ты и так всё мне сейчас расскажешь, — с деланным спокойствием отозвался Сокол. — Давай уже, выкладывай, что выяснил.

Дамьен хитро ухмыльнулся и, чуть подавшись вперёд, снова посмотрел на кольцо.

— В общем, мой знакомый ювелир сказал, что этот металл на нашем континенте не встречается, но изделия из него он уже однажды видел. Правда, в прошлый раз ему в руки попал кулон, найденный одним студентом во время экспедиции к Южным горам. В общем, тогда он с большим трудом выяснил, что подобные изделия когда-то создавались исключительно в Ишерии, и их позволялось носить только высокородным ишау.

— Даже так? — хмыкнул Литар. Теперь он смотрел на брата с искренним любопытством. На самом деле, отдавая Дамьену перстень, он почти не рассчитывал на успех его затеи. Думал, что тот просто желает порисоваться перед Ориен, а оказалось — ошибся.

— Подожди, ещё не всё, — с победным видом выдал младший. — Один мой друг, который в своё время очень увлекался антикварными побрякушками, рассмотрел на внутренней стороне перстня занимательный значок. Это своеобразная подпись того мастера, кто делал гравировку. И зовут того ювелира — Мирдо Рапини. Где он находится сейчас, мой друг, увы, не знает. Но лет десять назад у господина Рапини была лавка в Карсталле.

Вот теперь Лит оказался действительно впечатлён, ведь работа Дамьеном была проделана немалая. И теперь, благодаря ему, у них действительно появился шанс найти разгадку.

— Знаешь, братец… — сказал Литар, глядя на него с удивлением, — если тебе когда-то надоест заниматься своими чертежами, рисунками и проектами, буду рад видеть тебя в моём ведомстве. Уверен, здесь бы ты преуспел.

Дамьен в ответ на это лишь улыбнулся и отрицательно покачал головой.

— Прости, но нет. Ведь в таком случае мне придётся подчиняться твоим приказам, а я к такому как-то не готов. Да не идёт мне форма, — он пожал плечами и поднялся из кресла. — Но ты всё равно обращайся, если понадобится моя помощь. Коль смогу — помогу обязательно.

Лит проводил брата довольным взглядом и снова посмотрел на перстень. Взял его в руки, покрутил, поворачивая к свету, и зачем-то надел на безымянный палец. И что самое странное, в то же мгновение это непонятное украшение чуть нагрелось, немного сжалось, крепче соприкасаясь с кожей, и вдруг полыхнуло синеватым пламенем. Не будь Литар огненным магом, он бы получил ощутимый ожог. А так, можно сказать, что он отделался совсем легко. Его собственная стихия просто не могла причинить ему вред, но кольцо он всё же предпочёл снять.

Потом вызвал к себе второго заместителя, (так как первый уже несколько дней обитал у Кери, разбирая вместе с Ориен летописи) и отдал приказ разыскать всю информацию по ювелиру Мирдо Рапини. Причём сделать всё в самые кратчайшие сроки.

* * *

За прошедшие три дня, в течение которых Ориен занималась подробным изучением летописей, она узнала о Карильском Королевстве столько, что могла бы спокойно наниматься преподавателем истории. Она просиживала над старыми рукописными книгами с раннего утра до позднего вечера, и так погружалась в изучение информации, что забывала и про сон и про еду. Белисса же, глядя на неё, лишь укоризненно качала головой, правда с нравоучениями не лезла.

Но Ори всё равно приходилось отвлекаться, правда совсем не для отдыха. Ведь она пообещала Литару, что научится ставить ментальные блоки, и теперь третировала Кертона, чтобы тот объяснил ей, как это делать. К удивлению верховного мага, девушка очень быстро освоила основную суть построения этого защитного плетения. Но в её исполнении оно даже выглядело как-то иначе. Ярче, мощнее… И да, Кери на самом деле не знал ни одного мага, способного пробить такой мощный заслон.

Сокол, как и обещал, прислал к ней в качестве помощника своего заместителя — капитана Айрона Мартина. И если поначалу Ори приняла этого рыжеволосого подтянутого парня настороженно, как и любого служителя правопорядка, то уже к вечеру первого дня совсем забыла о своих опасениях.

Он подошёл к вопросу поиска информации в летописях с не меньшим энтузиазмом, чем она сама. Они начали с наиболее ранних записей и почти сразу обнаружили один важный факт. Оказывается в те далёкие времена, семь-восемь веков назад, карильцы, как и другие жители их континента, очень тесно взаимодействовали с народом ишау. Между их странами велась активная торговля, а на одном из крупных островов, находящихся между берегами Карилии и Ишерии даже был организован большой торговый порт, где заключалось большинство контрактов и сделок.

Одним словом, отношения между ишау и людьми были поистине добрососедскими, что подтверждалось из века в век. Да, маги на Ишерию даже не совались, но это являлось особенностью ишерской земли. А простые люди жили там вполне комфортно и никакого негативного влияния на здоровье совсем не ощущали. Про саму заокеанскую страну в этих хрониках было написано очень мало. Чаще встречались записи о визитах, о проводимых переговорах, о подписанных соглашениях, и это помимо подробного описания событий, происходивших при королевском дворе и внутри страны.

И всё в этих летописях было гладко, нудно и однообразно. Никаких рассказов или пояснений — лишь одна сухая информация, как для протокола. Поэтому к концу второго дня и Ориен и её помощник заметно утомились, а их энтузиазм начал медленно таять. Больше всего их расстраивало, что даже проделав такую огромную работу, изучив исторические хроники королевства больше чем за четыреста лет, они так и не нашли в них ничего на самом деле важного.

И только ближе к закату третьего дня, Ориен посчастливилось наткнуться на любопытную запись одного из летописцев:

«7615 год, восьмой день месяца таяния снегов, — значилось в книге. — На территории Каргорского графства открыто второе месторождение красной платины. Теперь Карилия стала крупнейшим поставщиком этого драгоценного металла во всём мире».

И только после этого они с капитаном Мартином поняли, что, наконец, добрались до нужного материала и уткнулись в фолиант с горящим в глазах триумфом. Правда, чем больше они узнавали о последовавших далее событиях, тем бледнее становились их лица. Ведь то, что описывалось в летописях, было по-настоящему страшно.

Оказалось, что после открытия второй шахты по добыче платины на территории Карильского Королевства в мире начало происходить нечто непонятное. Отношение между странами на материке всё больше обострялись. Пресловутая красная платина зачем-то понадобилась одновременно всем, и никого из соседей не устраивало, что Карилия является в этом вопросе монополистом. Правда после того, как были открыты ещё два месторождения, теперь уже в Сайлирии и Гаусе, напряжение немного поутихло. И всё снова стало почти хорошо.

Но продлилось это затишье всего несколько лет и закончилось настоящей катастрофой. Несколько магов-фанатиков, которым чем-то не угодили ишау (вероятно тем, что на них совершенно не действовала стихийная магия), создали общество под название «Красный след». Они поставили перед собой цель избавить континент от «крылатых демонов», как называли между собой ишау. Увы, к тому времени уже было известно, что красная платина для них поистине губительна.

Всё началось с мелких стычек, которым никто не придал значение. Но когда одна из них закончилась настоящей трагедией, с большим количеством погибших и пострадавших, дальше оставаться в стороне правители дружественных государств уже не могли.

Тем временем движение «Красный след» набирало обороты. По всем странам континента в городах и деревнях шла активная агитация жителей. Им внушали, что крылатые демоны опасны. Что они хотят захватить их земли, а всех людей сделать своими рабами. Но самым ужасным оказалось то, что этим россказням верили.

Ещё через полгода очень не вовремя скончался тогдашний император Сайлирии и трон занял его сын, который разделял политику проводимую обществом агрессивно настроенных магов. Именно он первым объявил войну Ишерии, именно с его указа началась официальная травля ишерцев на территории его страны.

Когда в библиотеку дома Кертона вошёл Литар, было уже далеко за полночь. Но ни Ори, ни капитан Мартин, казалось, совсем не замечали течения времени. Они вглядывались в текст большой книги с летописями и выглядели при этом одинаково ошарашенными.

— И что же вы увидели такого жуткого? — спросил принц, подходя ближе и тоже заглядывая в текст.

А там как раз была приведена таблица с цифрами:

«Битва при Кармарри.

Потери со стороны Объединённой армии — 2530 человек,

Потери со стороны армии Ишерии — 1205 человек,

Город уничтожен. Объединённая армия продолжает отступление к Себейтиру».

— Что это? — выпалил Литар, не понимая, о чём вообще идёт речь. — Какая армия, какая ещё битва?

Ориен подняла на него растерянный взгляд и, сглотнув, отошла от книги с летописями. Отвечать на вопрос пришлось капитану, который несмотря на то, что по роду своей работы сталкивался со всяким, но тоже оказался поражён масштабами того сумасшествия, что царило на их континенте почти триста лет назад.

— Оказывается, Ваше Высочество, была большая война. Но о ней не написано ни в одном учебнике, да и вообще, мало что известно. Здесь сухие фразы, цифры, но даже они ужасают, — сказал Айрон.

Но Литар отреагировал на его слова с привычной холодностью. Он присел в одно из пустых кресел и, глядя прямо на своего заместителя, приказал:

— Рассказывай.

И капитан предельно коротко и сухо поведал ему о тех фактах, что удалось узнать. О магах-фанатиках, о молодом императоре Сайлирии, поддавшемся их влиянию, о первых стычках и о массовых убийствах. Лит выслушал его молча, даже вопросов не задавал, но когда Айрон закончил говорить, принц повернулся к Ориен и, поймав её взгляд, спросил:

— Это факты. Какие есть мысли об истинных причинах этой ненависти к ишау? Как это может быть связано с красной платиной? — его голос хоть и звучал строго, но сейчас не казался Ори пугающим или несущим агрессию. Сокол просто интересовался её мнением, наверно именно поэтому она и решила поделиться с ним своими соображениями.

— Я полагаю, — начала она осторожно, — что именно в этом проклятом металле вся соль. Вы ведь сами заметили, что вблизи месторождений очень искажается магический фон. А тогда этих месторождений по континенту было открыто как минимум пятнадцать. Возможно, именно это повлияло на общее психологическое напряжение жителей. Магов, в особенности. Красная платина ведь усиливает действие любых плетений, а сила — это всегда опасно. Для самого человека в первую очередь.

Лит задумчиво поджал губы и легко постучал пальцами по деревянному подлокотнику своего кресла. Версия Ори хоть и была странной, но даже при этом почему-то казалась ему наиболее близкой к истине.

— Значит, ты считаешь, что красная платина в большой концентрации способна вызывать вспышки агрессии у людей? — спросил он, обращаясь к Ори.

— Скорее у магов, — отозвалась она, качая головой. — А уже они создавали вокруг себя маленькие армии. Да и врагов нашли подходящих. Именно тех, кто мог противостоять их возросшей силе. Тех, на кого эта сила почти не действовала… зато действовало друге.

Литар несколько секунд задумчиво прокручивал в мыслях услышанное, и всё больше убеждался, что на настоящий момент версия Ориен является пусть и самой странной, но при этом и наиболее правдоподобной.

— Ладно. Это понятно, — сказал он спокойно. Потом поднял взгляд на девушку и вдруг нахмурился.

Она выглядела больной, осунувшейся и даже заметно похудевшей. Её светлая кожа сейчас казалась почти белой, под глазами проступили тёмные круги, но зато во взгляде отражался блеск искренней заинтересованности. Теперь, когда они, наконец, нашли источник информации, она была готова сидеть над этими летописями сутками напролёт, и её ни капли не заботило состояние собственного здоровья.

— На сегодня достаточно, — сказал вдруг Сокол и тут же повернулся к своему заместителю. — Айрон, завтра в управлении ты остаёшься за главного, меня не будет день, а может и два.

Тот кивнул, принимая приказ, хоть в его глазах и появилось сожаление от того, что придётся отложить изучение летописей. Ориен тоже почувствовала разочарование, всё же они прекрасно сработались с этим молодым капитаном, который оказался отличным умным парнем. Но что ж делать, придётся продолжить копаться в этих фолиантах самой.

— Ори, а мы с тобой с раннего утра отправляемся в Карсталл, — разбил её спокойные планы голос Лита.

— Зачем? — уточнила она, не понимая, что им вдруг понадобилось в этом приморском городе. Хотя в голове всплыла догадка о том, что у Скола снова есть для неё очередная жуткая работёнка.

Но принц вдруг вытащил из кармана тот самый перстень, который они несколько дней назад добыли в приюте, и протянул девушке. Она приняла его молча и не долго думая надела большой палец левой руки. И Литар уже хотел остановить её, крикнуть, чтобы она немедленно сняла эту опасную вещь. Но к его удивлению ничего не случилось. Перстень остался неподвижен, и даже формы своей не изменил.

Это заставило принца задуматься над природой ювелирных изделий ишау, которые явно обладали своей особенной магией, ему совершенно непонятной. Но этим можно будет озадачить любознательного Кери, а пока… есть и другие дела.

— Дамьен нашёл ювелира, который делал внутреннюю гравировку на этом кольце, — пояснил Лит, поймав несколько напряжённый взгляд Ори. — Думаю, с ним будет полезно пообщаться.

— Невероятно! — воскликнула девушка. Она и не ожидала, что отцовский перстень может дать им хоть какую-то зацепку в деле поиска родителей. И теперь попросту не верила в такой неожиданный успех. — Как Его Высочеству это удалось?

— Понятия не имею, — отмахнулся Лит, которого почему-то покоробило то, как восторженно Ориен говорит о его брате. — Но всё не так просто, — поспешил охладить её радость принц. — Этот ювелир уехал из города и теперь живёт где-то в окрестных лесах. Магических координат нужного места нет, поэтому придётся поискать так. А это может занять довольно много времени.

— Найдём, Ваше Высочество! Не сомневайтесь! — воодушевлённо заявила Ориен. — Но как же поиск информации по ишау? Мы же так и не выяснили, чем закончилась война. А главное, почему и как были уничтожены месторождения красной платины.

— Успеем, — отмахнулся принц. — Да и вообще, дело принимает совсем не шуточный оборот, а значит, всё равно придётся обнародовать информацию. Поэтому дальше изучением данных займутся другие. Мартин, — он обернулся к ожидающему распоряжений капитану и добавил: — Прикажешь завтра доставить летописи в управление. Проконтролируешь всё сам. Назначишь двух самых дотошных и сообразительных досконально изучить информацию о платине и о войне. Через два дня отчёт должен быть у меня.

— Будет исполнено, Ваше Высочество, — уверенным тоном отозвался Айрон.

— О моём местонахождении никому не сообщать, — добавил принц, которого почему-то терзало странное предчувствие какой-то очевидной подставы.

Он даже на секунду подумал, что возможно, правильнее было бы направить на поиски ювелира кого-то из подчинённых, но быстро отказался от этой идеи. Ведь сам заявил Ори, что будет лично заниматься поиском её родителей. А у неё так загорелись глаза, когда он сообщил о целях их завтрашней поездки, что расстраивать её совсем не хотелось. Да и, в конце концов, сколько уже было этих подстав? Сколько раз его пытались загнать в ловушку, угрожать, шантажировать? И где теперь все эти люди? Уж точно не на свободе.

Когда спустя несколько минут капитан Мартин отбыл из имения верховного мага, открыв себе переход, Литар тоже собрался покинуть библиотеку и последовать его примеру, но поймав настороженный взгляд Ори, вдруг развернулся и направился к ней.

— Что тебя беспокоит? — спросил принц, присаживаясь в кресло напротив девушки.

— Да ничего особенного, — постаралась отговориться она, но быстро сообразив, что такой ответ Сокола не устроит, всё же решила ответить правду. — Это всё слишком странно, — сказала она, снова покосившись на лежащую на столике раскрытую книгу. — Такая агрессия людей… Они ведь ненавидели ишерцев. Причём, люто. Но я так и не нашла причин. Не понимаю… что могло случиться, чтобы началась такая травля. Это ведь настоящий геноцид. Убивали всех ишау… и детей, и женщин, и стариков.

Литар посмотрел на неё с откровенным сочувствием и вдруг подался чуть вперёд, заглядывая в её глаза:

— Ты боишься, что это может повториться? — спросил он. И вдруг заметил, что при его приближении мгновенно вытянулись зрачки девушки, становясь похожими на кошачьи. Судя по всему, его самого она сейчас боялась ничуть не меньше.

— Если всему виной на самом деле красная платина, то это вполне возможно, — ответила Ори, стараясь никак не показать своего страха.

Почему-то каждый раз, оставаясь наедине с Соколом, она неизменно испытывала это непонятное напряжение. И пусть он уже неоднократно доказывал, что ничего плохого ей не сделает, но она всё равно слишком его опасалась. И что хуже всего — Лит прекрасно об этом знал.

— Именно поэтому, Ориен, мы и пытаемся понять, что же тогда случилось. Чтобы не допустить повторения, — сказал Литар, снова отодвигаясь назад и опираясь локтем на один из подлокотников. — А сейчас, иди-ка ты спать. В девять утра, будь готова. И прихвати с собой несколько нарядов попроще и свой чёрный костюм. Есть вероятность, что нам придётся задержаться на побережье на какое-то время.

* * *

Когда утром следующего дня в Карсталл прибыли двое молодых людей, ни у кого из работников стационарного пункта переноса или жителей города не возникло и мысли, что на самом деле перед ними второй наследник карильского престола в компании ученицы верховного мага королевства.

Нет, внешность они не меняли, Литар вообще не был сторонником магических личин, но вот выглядел он сегодня как самый простой среднестатистический житель своей страны. Одежда его была чистой и опрятной, но явно дешёвой, на манжете рубашки виднелась маленькая заплатка, а туфли казались уже основательно потёртыми. Да и вёл принц себя куда проще, чем обычно.

Ориен же в дорожном платье хоть и выглядела чуть богаче, но её немного растерянный взгляд и простецкое поведение, прекрасно дополняли нужный образ. Свои красные волосы, уже достающие до лопаток, она заплела в обычную косу, и теперь выглядела как самая обычная жена простого работяги.

Перед тем как провести Ори сквозь мерцающую арку портала, Сокол коротко и без лишних эмоций сообщил ей, что в Карсталле им придётся изображать молодую супружескую пару. Больше он ничего не объяснил, но его спутница и так догадалась, что ему попросту опасно представляться там собственным именем. Всё же у главы департамента правопорядка было столько врагов, что окажись на его месте сама Ориен, она бы вообще из дома выходить побоялась или закрылась бы в каком-нибудь подвале и сидела там безвылазно.

Подходящую гостиницу они нашли довольно быстро и вскоре уже договаривались с хозяином о номере. Лит назвался — Марко Делли, а Ори представил, как свою супругу Ориеллу. Он уверенно торговался, пытаясь сбить цену за номер, и играл так, что даже Ориен поверила. В итоге пожилой хозяин гостиницы по имени Лемо всё-таки сделал для них скидку и даже предложил им отобедать в его компании. Всё же, чего у Литара не отнять — нужное впечатление на людей он производить умел.

Оказалось, что этот самый Лемо когда-то был знаком с тем ювелиром, которого они разыскивали. Но с тех пор, как пожилой Рапини решил продать свою лавку и перебрался жить куда-то за город, они ни разу не виделись.

— А зачем он вам понадобился? — поинтересовался хозяин гостиницы, выпивая уже вторую кружку тёплого свежесваренного пива. — Мирдо-то и из города уехал, потому что работать больше не может. Глаза не те… да и рука давно не так крепка.

Но на данный вопрос Литар ответил совершенно спокойно, и ни один даже самый лучший специалист не сказал бы сейчас, что он врёт.

— Просто господин Рапини — дальний родственник моей супруги, — отозвался гость. — Ориелла давно осиротела. Вот и хочет найти хоть кого-то из своей родни. А я не могу отказать любимой жене.

И взглянул на девушку с такой щемящей нежностью, что она от неожиданности чуть не подавилась куском мяса, который в этот момент пережёвывала. Зато хозяин гостиницы смотрел на них с умилением, и ни капли не сомневался, что между сидящими перед ним супругами Делли настоящие чувства.

— Эх, — выдохнул он завистливо, — хорошая вы пара. Тепло с вами. А моя вон, — он рассеянно махнул рукой в сторону распахнутой двери на кухню, откуда доносился чей-то возмущенный голос. Судя по всему, супруга хозяина в очередной раз распекала повара за какой-то прокол. — Только Светлым Богам известно, сколько раз я пожалел, что женился на ней. А теперь уже что… терпим друг друга. А вы ребятки, молодые ещё, да влюблённые. Вон… и родственников разыскиваете. Вы кстати, спросите про Рапини у его бывшей соседки. Я как-то слышал, что она ездила к нему, новый дом смотреть. Может у неё остался адрес.

Литар кивнул, после поблагодарил радушного хозяина за вкусный обед и приятную компанию и повёл свою «любимую супругу» наверх.

По понятным причинам, отведённая им спальня оказалась далеко не шикарной, да и крупными размерами не отличалась. Всю её мебель составляла небольшая кровать, столик у окна, пара кресел и скромный шкафчик. Зато ванная комната имелась своя, хоть номер с такими удобствами и стоил почти в два раза дороже.

Остановившись у застеленной кровати, Ориен с любопытством наблюдала, как принц обходит номер, проверяет замок на двери, плотность рам, исправность щеколды на окне. Он явно к чему-то прислушивался и выглядел очень настороженным.

— Ваше Высочест… — проговорила она, но вдруг осеклась, наткнувшись на до дикого напряжённый и невероятно злой взгляд Литара.

— Ну, что за шутки, Ори, — вдруг сказал он, обрывая её фразу. — Чего это к мужу так странно обращаешься? Или поиграть хочешь, шалунья моя любимая?

Говорил-то он шутливым тоном, но вот глаза оставались предельно серьёзными, и в них сейчас девушка читала настоящую угрозу. Вероятно, их разговор могли подслушивать, а она чуть не раскрыла их истинные личности. Так просто… всего двумя словами, почти подставила их под удар.

Вот только Ориен никогда не была актрисой, и исполнение любых ролей всегда давалось ей с трудом. Даже сейчас, она хоть и понимала, что нужно что-то ответить, причём в той же шутливо-кокетливой форме, но глядя на Литара, у неё просто не поворачивался язык сказать подобное.

И тогда он бросил короткий взгляд в сторону выхода, потом снова посмотрел на опешившую Ори и решительно направился к девушке. И пока она пыталась сообразить, что вообще происходит, Лит подошёл к ней вплотную, одной рукой перехватил оба её запястья, чтобы не вздумала отбиваться, а второй обвил её талию.

В дверь тихо, почти неслышно, поскреблись и, не дожидаясь ответа, нажали на ручку. И в этот самый момент, ошарашенная Ориен почувствовала на своих губах губы Литара.

Она попыталась дёрнуться, оттолкнуть его от себя, но он крепко её держал. Ори оказалась так напугана его действиями, что была готова укусить, ударить, или сделать ещё какую-нибудь глупость. А этого допускать было никак нельзя. И тогда он пошёл ва-банк. Чуть отстранился, будто давая ей возможность вздохнуть, и как только её ротик немного приоткрылся для того чтобы высказать своё возмущение, Лит переместил руку с талии девушки на её затылок и снова подался вперёд, теперь уже целуя по-настоящему. Он ласкал её губы, нежно касался языка, и чувствовал, как напряжение Ори постепенно уходит, сменяясь чем-то похожим на желание. Она даже начала отвечать ему… пусть и неумело, но зато с настоящим энтузиазмом.

Она не понимала, что с ней творится. Но… Сокол был тёплым, его губы дарили странные будоражащие кровь чувства, от которых у неё почему-то подкашивались ноги и кружилась голова. Видят Боги, так её ещё никто никогда не целовал, и от этих ощущений по телу разбегались волны непонятного сладкого томления. Его губы были очень мягкими и такими властными, что она оказалась не в силах им сопротивляться. Поначалу в её голове ещё мелькала мысль, что можно продолжить вырываться, но почему-то быстро была отброшена. С каждой новой секундой проведённой в объятиях Литара, Ориен всё больше теряла связь с миром, погружаясь в сладкий транс их обоюдного сумасшествия.

— Простите… Продолжайте. Больше не потревожу, — раздался женский голос от входа, и только теперь Ори неожиданно для самой себя вернулась в реальность.

Она замерла в немом оцепенении, резко оторвалась от губ Литара и крепко зажмурилась. Совершенно неожиданно пришло понимание произошедшего, отчего ей стало невероятно стыдно. Но не из-за поцелуя, а из-за собственной глупости. Ведь их разговор точно слышали… эта самая женщина, что так бесцеремонно вошла в их комнату, и Литар просто нашёл наиболее достоверный способ исправить ситуацию. Всё просто игра. Хотя нет, правильнее сказать даже не игра, а исправление чужих ошибок.

— Я чуть всё не испортила, — прошептала Ори, сжавшись и низко опустив лицо.

— Будешь впредь знать, как дразнить мужа, — отозвался Лит, успокаивающе поглаживая её по спине. — Эх, жаль Ори, что нам помешали, — мечтательно добавил он, говоря довольно громко, — а то я бы тебе прямо сейчас показал как могут любить своих жён те, кого называют «Ваше Высочество».

Она всё же нашла в себе силы поднять голову и посмотреть ему в глаза. Но то, что она в них увидела, заставило её застыть на месте. Потому что, говоря последнюю фразу, Лит явно не играл и не шутил. И обязательно исполнил бы свою угрозу, причём с огромным удовольствием. А Ори сильно сомневалась, что стала бы его останавливать.

— Милая, если ты не перестанешь так на меня смотреть, то мы с тобой сегодня вообще не выйдем из этого номера, — промурлыкал он, склоняясь к её уху. И всё же, не сдержавшись, провёл губами по её шее.

Эта его неожиданная ласка подействовала на девушку отрезвляюще. Она дёрнулась и заставила себя выпутаться из таких тёплых приятных объятий мужчины, к которому вообще не стоило близко подходить. И уж тем более — ей. А он отпустил, пусть и смотрел на неё с откровенным сожалением. И ни для него, ни для неё не было секретом, чего он сейчас на самом деле хочет. Ори чувствовала это даже сквозь ментальный блок, который сама же установила на сознание Литара сегодняшним утром. И эти его желания были таким сильными, что скрыть их принц просто не сумел.

— Мы ведь собирались навестить соседку… господина Рапини, — проговорила девушка, стараясь выровнять дыхание. Она медленно отошла к окну и вцепилась дрожащими руками в несчастный подоконник.

И только теперь, когда расстояние между ними превысило несколько метров, Лит, наконец, сумел взять себя в руки. Он зажмурился и прижал напряжённые ладони к своим вискам. А потом бросил на Ори полный укора взгляд и скрылся за дверью ванной.

Но даже оставшись в комнате одна Ориен никак не могла успокоиться. Стоило ей чуть отпустить своё сознание, и оно снова возвращалось к мыслям о губах Литара, о его руках, и о тех эмоциях, что он неожиданно в ней вызвал. И это всё было для Ориен по-настоящему дико и непонятно. Ведь никогда прежде она ничего подобного не испытывала.

А сам Лит, оказавшись в ванной, почти сразу влез под спасительные струи воды, которые хоть немного тушили те пожары, что бушевали в его мыслях. Родная стихия внутри бесновалась и требовала выхода. Этот огонь просто сжигал его изнутри. Огненные маги вообще были крайне темпераментными личностями, и иной раз, чтобы сдержать маску холодного безразличия Литу приходись подключать все резервы своей воли.

Но сегодня даже они не смогли его спасти. И теперь Литар жутко злился и на Ориен, которая вынудила его прибегнуть к крайним мерам для исправления ситуации, и на себя, потому что позволил себе увлечься… потерять голову. Да что говорить, стоило ему коснуться губ Ори и он мигом забыл и про их игру, и про женщину, которая подслушивала их разговор под дверью, и про возможные последствия прокола. И если бы их не прервали, он бы сам точно не остановился. Но даже не это было самым неприятным… а то, что Ориен видела в его глазах все те истинные эмоции, что он испытывал рядом с ней. А там было лишь чистое ничем не прикрытое желание. Без всяких масок и спектаклей.

В отличие от того же Эргона, где осень уже вступила в свои права, в Карсталле всё ещё стояла летняя погода, которая, в общем-то, и царила здесь круглый год. Поэтому Ориен и решила сменить наряд на более подходящий по погоде. Она переоделась в лёгкий брючный костюм, и теперь сидела в кресле, ожидая своего «супруга», как и подобает терпеливой жене.

За время его отсутствия ей почти удалось привести мысли в порядок, и теперь она выглядела уверенной и готовой принять любой вызов, отразить любую атаку. Правда, стоило в комнате появиться хмурому Литару, и внешне смелая сильная девушка вдруг снова стушевалась.

— Готова, любимая? — спросил он весёлым голосом, но его улыбка при этом была такой фальшивой, а взгляд таким холодным, что Ори передёрнуло.

И, тем не менее, она нашла в себе силы подняться и сделать шаг к нему навстречу.

— Готова, любимый, — ответила Ориен, но в её глазах стоял молчаливый вопрос. Она просто не знала, как теперь называть Литара, чтобы не нарушить легенду. Понятно, что точно не Ваше Высочество и не на «вы».

Он стоял перед ней в одних брюках, надетых на мокрое тело, а по его волосам и шее всё ещё стекали капельки воды. Ори невольно зацепилась взглядом за одну из них, упавшую с потемневшего от влаги локона у виска. Светящейся бусинкой, эта шальная капля пробежала по его щеке, скатилась на ключицу… Прочертила дорожку по мерно вздымающейся груди, по подтянутому животу… и разбилась о застёгнутый ремень. И в этот фееричный момент, Ори подняла голову и встретилась с потемневшим взглядом Литара.

— Пора идти, любимая, — сказал он внезапно севшим голосом. — И, пожалуйста, не смотри на меня так, пока мы не вернёмся домой. Иначе…

Что будет «иначе» он не договорил, но Ори и так его прекрасно поняла, потому и поспешила снова вернуться в кресло. И как бы её ни распирало от желания обернуться и дальше наблюдать за Соколом, но она всё же заставила себя сосредоточиться на улице за окном, по которой неспешно прогуливались горожане.

К счастью больше они с «супругом» не разговаривали. Он быстро собрался, зачем-то взял с собой небольшую кожаную сумку с длинной лямкой и, надев её через плечо, потянул Ори на выход. Гостиницу они тоже покинули молча, и только оказавшись на улице, среди других людей, напряжённая девушка смогла хоть немного расслабиться. Хотя, шагая рядом с Литаром, всё равно чувствовала себя странно.

— Итак, Ориен, — начал Лит, чуть склонившись к ней. И со стороны это выглядело так, будто они просто ведут обычную беседу или обмениваются впечатлениями о городе. — Пока мы здесь, ты, в первую очередь, моя подчинённая. Любые мои приказы должны выполняться беспрекословно. Я несу за тебя ответственность и должен быть уверен, что в случае чего, ты всё сделаешь так, как нужно. Это понятно?

— Да, — тихо, почти шёпотом ответила она и хотела уже по привычке добавить: «Ваше Высочество», но благоразумно промолчала.

— Мы с тобой изображаем супругов, а значит, ты называешь меня Марко и на «ты», — продолжил свои наставления Литар. И пусть внешне он выглядел очень приветливым и добродушным, но голос его звучал очень строго. — Никакой самодеятельности, никаких протестов. Если я говорю делать, то ты делаешь, ясно?

— Ясно, — кивнула она, соглашаясь с его доводами. Но мучающий её вопрос всё равно задала, хоть и опасалась его реакции: — Мне только непонятно, для чего вся эта конспирация. Не проще ли было просто приехать, задать людям вопросы и найти ювелира?

— Не проще, — ответил Лит, останавливаясь перед перекрёстком и разглядывая указатели улиц. — Нам бы просто ничего не сказали.

— Почему? — не могла понять Ори. — Мы же не спрашиваем о чём-то тайном.

— В том-то и дело, Ориен, что наш ювелир потому и уехал из города, что у него начались проблемы с законом. Говоря простым языком, он спрятался от правосудия, — пояснил Литар. — Если верить информации, собранной местным следователем, нужный нам господин Рапини, помимо своей основной работы, занимался скупкой краденого и изготовлением поддельных документов. А около трёх лет назад, после очередного крупного дела, вынужден был залечь на дно. Сейчас он тесно сотрудничает с одной организацией, недружественно настроенной к королевской семье. Насколько мне известно, он изготавливает для их целей дротики из сплава Сирилиса. Это уже само по себе преступление.

— Они опасны? — спросила Ори, которая об этом сплаве Сирилиса знала лишь то, что из него делают антимагические шнурки.

— Если таким попасть в мага, то это заблокирует его связь со стихией, — отозвался Лит, затем повернулся к Ори и поймав её взгляд добавил: — А если эту штуку не извлечь, то через несколько часов… максимум через сутки, маг погибнет. Потому изделия из сплава Сирилиса изготавливаются только на королевском предприятии, и их производство строго регламентировано. Да и… сплав этот жутко дорогой. Но наш Рапини не просто умудряется где-то его доставать, но и совершенствовать так, что его свойства в несколько раз усиливаются.

— Вы рассказывали, что его делают из алисита, которого в избытке в Ишерии. Может… — начала девушка, но Лит её оборвал.

— Очень может быть, — согласился он, глядя на неё с предостережением, и Ори поняла, что сейчас об этом говорить не стоит.

Она в очередной раз задумалась о том, что пока слишком многое сходилось к ишау. Даже загадка с красной платиной и та привела к ним. Но чем больше удавалось узнать, тем сложнее казалась получающаяся схема. Стараясь разгадать истину, они будто тянули за отдельные ниточки огромной плотной паутины, но пока никак не могли рассмотреть её рисунка. Но больше всего Ори настораживало понимание того, что сама по себе эта сеть бы не образовалась, и что скорее всего в центре сидит огромный страшный паук и с нетерпением ждёт жертв, посмевших покуситься на его работу.

И Литар тоже понимал, что это дело слишком странное и запутанное, чтобы вести его открыто, поэтому и старался действовать осторожно и пока не слишком афишировать свои действия даже в собственном ведомстве.

Бывшая соседка господина Рапини оказалась престарелой леди с невероятно сварливым скверным характером. На вопросы гостей отвечать отказалась и уже собиралась послать незваных гостей, используя нецензурную лексику, когда её гневную тираду прервал вовремя появившийся внук.

— Простите бабушку, она не со зла, — проговорил молодой парнишка, выводя неудачливых посетителей за порог. — Да и про старого ювелира тут слишком часто спрашивают. По большей части, стражники… но иногда и всякие тёмные личности. Потому она так остро и отреагировала.

— Ясно, — хмуро бросил Лит, раздосадованный таким приёмом. Но глядя на этого улыбчивого парня, вдруг понял, что не всё ещё потеряно.

Профессиональном взглядом опытного следователя Сокол отметил наличие за его поясом явно недешёвого кинжала, обратил внимание на простую, но добротную одежду, оберег на шее, сделанный из белого золота… И пришёл к выводу, что стоявший перед ним человек далеко не так прост, как хочет казаться.

— А зачем он вам понадобился? — спросил внук сварливой старушки, но обратиться почему-то решил именно к Ори. — Рапини давно уже ювелирными украшениями не занимается. Говорит, что слишком тонкая работа для его старых глаз.

— Мне поговорить с ним нужно, — честно призналась Ориен, не видя смысла скрывать правду. — Я приютская. Теперь вот родных разыскиваю, но пока нашла только кольцо отца. А на нём гравировка, которую, судя по характерной закорючке, делал именно господин Рапини. — Она пожала плечами и добавила: — Так мне сказали.

Парнишка явно проникся к словам девушки сочувствием и уж было хотел что-то ответить, но тут наткнулся на слишком внимательный взгляд её супруга. Несколько мгновений он молча смотрел на Лита, пытаясь выискать в его внешности подвох, но тот выглядел как обычный простак, коих на побережье было много. Поэтому, в конце концов, бывший сосед ювелира сжалился и сказал обращаясь к Ори.

— Я отвезу вас к нему, — и тут же добавил: — Не бесплатно, конечно.

— Спасибо! — с искренним воодушевлением воскликнула девушка. — Мы будем вам очень благодарны!

— Пять золотых, — добавил парень, поднимая вверх указательный палец. — И тогда доберёмся на картеле всего за два часа.

— Видимо, далеко он забрался, — иронично заметил Литар. — Но мы согласны. Только давай так… Я плачу пятнадцать золотых, но ты доставляешь нас туда, ждёшь, пока мы поговорим, и отвозишь обратно. Идёт?

— Идёт, — довольно ухмыльнулся парень. — Меня кстати Серни зовут. И давайте деньги вперёд.

— Нет, друг, — протянул Лит, изображая дотошного скрягу. — Треть — сейчас, а остальное — когда вернёмся. Я ведь прекрасно понимаю, что сумма большая. Это, между прочим, половина моего заработка за месяц. И напрасно рисковать ею я совсем не хочу. Вдруг ты нас там бросишь?

Серни едва слышно скрипнул зубами, но всё же кивнул. И спустя каких-то полчаса забрал их от гостиницы на стареньком потрёпанном картеле, который явно был раза в три старше самого парня. Тем не менее, стоило им занять места, этот аппарат довольно бодро приподнялся над землёй на пару десятков сантиметров и бодро рванул к городским воротам.

Какое-то время их путь лежал вдоль береговой линии, потом картел свернул к лесу, обогнул кукую-то гору, и ещё довольно долго петлял по узким просёлочным дорожкам, по которым явно не часто ходили люди. Литар почти сразу понял, что этот Серни сознательно старается их запутать, чтобы в случае чего сами дорогу не нашли. Правда, категорически не понимал, как это может спасти от мага, которому не составит труда попасть в нужную точку, просто построив портал по магическим координатам.

Примерно через час дорога стала уходить чуть вверх, а впереди показался пригорок, за которым начинался глухой лес. Но чем ближе они подбирались к этому холму, тем больше напрягалась и хмурилась Ориен. А едва их картел пересёк странную невидимую границу и начал подниматься вверх, она очень остро почувствовала, как изменился магический фон. Но в отличие от того, что она ощущала вблизи месторождения красной платины, здесь было наоборот, слишком уж спокойно. А энергии стихий хоть и присутствовали, но ощущались как-то по-особенному. Будто бы приглушённо.

Она посмотрела на Литара, который тоже почувствовал перемену, пусть внешне этого никак не показал. Сокол с любопытством осматривал незнакомое место, и со стороны могло показаться, что он просто любуется красотами окружающей природы. На самом же деле Лит высматривал возможные пути отхода. На тот случай, если его чутьё не врёт и их на самом деле ожидают глобальные неприятности.

— Приехали, — констатировал Серни, отключая подачу энергии к картелу и оборачиваясь на своих пассажиров.

Правда они и без его замечаний поняли, что уже на месте, хотя и Лит, и Ори явно не ожидали увидеть в такой глуши, на столь большом расстоянии от цивилизации настоящий каменный особняк.

— А хорошо живёт бывший ювелир, — бросил Литар, выходя из картела и осматривая большой двухэтажный дом, выкрашенный в белый цвет.

Здание окружал высокий забор с коваными воротами. Во дворе был разбит небольшой огород, где в настоящее время работали две женщины в серых форменных одеяниях. Дорожки оказались выложены диким камнем и расходились в стороны, как лучи. Перед входом в дом стояли ещё два картела, правда, выглядевшие куда новее, чем тот который принадлежал Серни. А вокруг было удивительно тихо и спокойно.

— Кто такие? Что надо? — совсем невежливо выпалила одна из женщин, работавших на грядке.

— Это гости к твоему хозяину, — ответил бывший сосед Рапини. — Он дома?

— Дома, — бросила та, поправляя съехавший с волос платок. — Куда ж он отсюда денется? Заходите сами. По коридору вторая дверь направо.

Всё было настолько просто, что Литар не смог сдержать усмешки. Никакого тебе этикета, протоколов, правил. Пришли в гости — заходите сами. Да что говорить, с ними даже поздороваться никто не удосужился. И эта простота некоторых людей всегда казалась воспитанному во дворце Литу настоящей невежественностью. Он не понимал, как можно жить, не соблюдая даже минимальных правил приличия. А вот для Ориен такое положение вещей было вполне привычным.

Серни в дом заходить отказался, сообщив, что подождёт их снаружи. Поэтому к изогнутой парадной лестнице гости пошли вдвоём.

— Здесь что-то нечисто, — тихо проговорила Ори, цепляясь за локоть Литара и наклоняясь к нему ближе. — Фон магический очень странный. Потоки чистых стихий какие-то разорванные. Будто свободные.

— Они не вяжутся в плетения, — подтвердил Лит, глядя на стены дома, как на опасного зверя. — Я почти не чувствую связи со своей стихией. И отсюда нельзя перенестись. Жуткое место, — добавил он, чуть замедляя шаг.

Они уже почти подошли к дверям, когда он вдруг остановился и, обернувшись к Ориен, посмотрел ей в глаза.

— Если ситуация выйдет из-под контроля, приказываю — улетай, — сказал хоть и тихо, но очень строго. — Я всё больше склоняюсь к мысли, что это — ловушка, и расставлена она именно для меня. Поэтому, Ори, если почувствуешь, что капкан захлопывается, не жди, пока тебя убьют. Поняла?

Она молча вздохнула, но взгляда всё равно не отвела. Ей хотелось поспорить, сказать, что она его не бросит, но рассмотрев в лице Лита что-то похожее на вину, вдруг осеклась. Он ведь на самом деле очень сожалел, что притащил её сюда, — в место, где их обоих вполне могла ожидать смерть. Поэтому и говорил ей сейчас всё это.

— Да, поняла, — отозвалась девушка, вот только в её глазах не было ни капли покорности.

— Ори… — начал было Литар, желая убедить её в глупости любого геройства, но его отвлёк звук открывающейся входной двери.

— Кто такие? — невежливо поинтересовался появившийся на пороге крупный бритоголовый мужчина, на вид лет тридцати.

— Мы к господину Рапини, — сообщил Литар, поворачиваясь к нему.

Но заметив как при виде гостя напрягся этот детина, Ори сразу поняла… узнал. Всё же в высших кругах криминального мира Эргона, да и всей Карилии было дурным тоном не знать, как выглядит руководитель департамента правопорядка. И пусть портреты второго принца почти не печатались в газетах, но его всё равно узнавали. Ведь каждому преступившему закон было известно, что встреча с Белым Соколом всегда неизменно приводит к аресту.

— Проходите, — пробурчал этот субъект бандитской наружности и даже соизволил учтиво открыть перед ними дверь.

Но если Лит заходил внутрь с гордым видом, то Ори, наоборот, едва удавалось удерживать предательскую дрожь в руках. Она уже поняла, что это не просто дом бывшего ювелира, пожелавшего жить подальше от городской суеты, а самое настоящее «гнездо», где скрывались те, у кого были проблемы с законом.

Когда-то, сразу после побега, Сит предлагал Ориен поселиться в одном из таких, но девушка отказалась. Да, не думала она, что вообще когда-то удастся очутиться в подобном месте, и от этого ей ещё больше становилось не по себе.

С каждым шагом… с каждым новым вдохом, Лит всё чётче ощущал приближение неминуемой беды. И пусть пока ещё оставалась вероятность того, что им дадут уйти, но сам Литар в это почти не верил. Слишком уж чётко всё было сработано… Слишком правильно разыграно. И по всему получалось, что его сюда попросту заманили.

Едва они с Ори вошли в просторную гостиную, их тут же грубо оторвали друг от друга, растаскивая по разным углам. Ориен даже не пыталась сопротивляться, прекрасно понимая, что с высоким плотным верзилой, удерживающим её, сама никак не справится. А вот Сокол так просто сдаваться не желал. Ему этого не позволяло чувство собственного достоинства. И пусть соотношение сил было явно не в его пользу, но он всё равно боролся. Даже без магии Литар являлся сильным противником, но припрятанный кинжал достать не успел, а биться безоружным с двумя вооружёнными людьми — дело гиблое. В итоге, ценой невероятных усилий ему всё же удалось создать огненную плеть и отшвырнуть от себя противников. Но стоило Литу замахнуться второй раз, и правое плечо пронзило леденящей болью.

Ори вскрикнула и попыталась дёрнуться к принцу, но её удержали, не позволяя сделать и шагу. А Лит, покосился на свою рану и едва не зарычал от досады, видя торчащий оттуда конец витого дротика. Его связь со стихией оборвалась окончательно, а это могло означать лишь то, что сделано поразившее его оружие было из того самого сплава Сирилиса.

Глава 10

Почему?! Ну, скажи, почему ты с ним?

Жизнь готова отдать для чего?

Выбирая между собой и им,

Ты опять выбираешь его.

Для чего, объясни, я прошу… Зачем

Ты решила остаться там?

Ведь он сам — виновник своих проблем,

И платить за всё должен сам!

Плечо жутко жгло, будто его проткнули раскалённым на огне металлом, который никак не желал остывать. Из-за этой боли Лит почти не чувствовал правую руку, но сдаваться всё равно не собирался. Он выхватил из закреплённых на поясе ножен кинжал, и быстро осмотрелся вокруг.

— Не стоит, Ваше Высочество, — посоветовал спокойный чуть насмешливый голос.

Литар тут же нашёл взглядом говорившего и напряжённо нахмурился. А обратившийся к нему мужчина лениво поднялся на ноги, одобрительно оценил оружие принца, но всё равно продолжил смотреть на своего такого долгожданного гостя с откровенным снисхождением.

— Вы ведь здравомыслящий человек, и понимаете, что с десятью вооружёнными мужчинами не справитесь. Тем более без магии, — добавил тот, останавливаясь в нескольких шагах от Литара.

Принц же взирал на него хоть и напряжённо, но уж точно без страха. На его лице почти не было эмоций, хотя все здесь прекрасно понимали, что это просто маска.

Лит смотрел на того, кто стоял перед ним, а в его мыслях со скоростью молнии складывались недостающие кусочки головоломки. Он знал этого человека, причём знакомы они были лично. Звали его Арман Савари, и раньше этот высокий чуть полноватый мужчина с чёрными, как уголь волосами и извечной тонкой бородкой имел титул графа, причём являлся главой своего рода и представлял его на Королевском Совете. Правда, всё это было до того, как два года назад его обвинили в государственной измене за попытку организации переворота. Естественно, дело было под контролем у королевы, и вёл его лично Литар. А копнув поглубже в делишки лорда Савари, раскопал такое, что его можно было смело отправлять на плаху. Но, увы, до суда преступник не дожил… отравился неизвестным ядом и умер в камере.

Правда теперь, глядя на живого и здорового Армана, Лит клял себя последними словами. И плевать, что за всем самому уследить невозможно! Он должен был предвидеть такой поворот. Должен был…

— Опустите оружие, Ваше Высочество. И мы поговорим, — сказал остановившийся напротив него Савари.

— Сожалею, господин граф, но у меня нет лишнего времени на разговоры с вами, — самоуверенным тоном ответил Литар. — Советую вам дать мне и моей спутнице уйти. Не стоит ещё больше усугублять своё и без того шаткое положение.

Но ответом ему был лёгкий смешок. Арман посмотрел на принца со снисходительной улыбкой и дал какой-то знак стоящим у стены головорезам. В ту же секунду, нож был выбит из руки Литара, а к его горлу оказалось приставлено остриё клинка.

— Боюсь, я уже давно не граф, причём, вашими же силами, — спокойно и как-то даже лениво ответил Савари, подходя ближе. — И, к сожалению, не могу последовать вашему совету. Увы, я слишком давно ждал этого прекрасного момента, и теперь, когда вы — мой гость, не могу отпустить вас так скоро.

Пока он говорил, двое мужчин, что удерживали Литара, связали его руки за спиной антимагическим шнурком и поспешили снова отступить к стене, чтобы не мешать своему главарю вести разговор. Стоило им отойти, и Лит снова напряжённо выпрямился, стараясь оценить обстановку и прощупать слабые места противников.

Комната была хоть и просторной, но для такого количества людей всё равно оказалась тесновата. Помимо самого Савари и подмеченных Соколом шести вооружённых головорезов, выполняющих здесь роли охранников, в гостиной присутствовали ещё трое личностей, пока ему не знакомых. Последние были одеты дорого и выглядели как аристократы. Причём двое из них оказались смутно похожи между собой, оба светловолосые, худые и с веснушками на лице, оттого Лит посчитал их братьями или близкими родственниками. А вот третий явно был не из Карилии. И если судить по внешнему виду, являлся коренным жителем горного княжества Гаус. Только их мужчины, принимая военный чин, сбривали с головы волосы и наносили на затылке символ своего рода. Да и одет этот человек был иначе, чем другие.

Теперь, собрав воедино все обрывки информации, Лит сообразил, что не зря его так смущало это месторождение красной платины. Ох, не зря… И в этом металле явно есть нечто такое, делающее его крайне ценным для тех, кто желает захватить власть в стране. И уж если они пошли на то, чтобы заманить в свою ловушку именно его, значит им точно что-то от него нужно. И сейчас он уже не сомневался, что именно.

— Итак, Ваше Высочество, — проговорил Савари, растягивая буквы. Он будто специально подчёркивал, что никуда не спешит, в то время как дротик из сплава Сирилиса достаточно быстро и планомерно вытягивал остатки энергии из тела принца. — Меня интересует всего одна вещица. Сущая мелочь, которая, по моим сведениям, находится у вас. Догадываетесь о чём я?

— Нет. Не имею ни малейшего понятия, — с честным видом бросил Лит, хотя они оба прекрасно знали, что врёт. Ведь речь шла о той самой книге, которую не так давно выкрала Ориен.

— Очень жаль… — ответил Арман, в чьём спокойном голосе начало проскальзывать раздражение. — Очень жаль, что вы не хотите договариваться по-хорошему.

Он обернулся к одному из охранников и, протянув руку, вытащил из кармана на его груди острый серебристый дротик, из которого торчали несколько дополнительных игл. Такой было просто вогнать в тело жертвы, но вот вытащить — очень сложно.

Покрутив в пальцах это странное оружие, Арман как-то тепло посмотрел на принца и подошёл к нему почти вплотную.

— Итак, Ваше Высочество. Я вижу одной дряни в теле вам мало. Значит, придётся добавить, — сказал с кровожадной улыбочкой.

В то же мгновение, дротик из сплава Сирилиса пробил ткань на рукаве Лита и вошёл в тело, обжигая болью. Савари воткнул его симметрично первому — в левое плечо принца. И теперь с откровенным триумфом наблюдал за тем, как всеми силами сдерживает крик боли гордый Белый Сокол.

— Ты, Литар забрал то, что тебе не принадлежит, — сказал бывший граф, глядя в лицо своему пленнику. Но теперь из его тона исчезло показное дружелюбие, зато появилась жуткая холодность. — И я хочу, чтобы ты это мне вернул. И если уж тебе так нравится изображать из себя недогадливого глупца, я поясню. Мне нужна книга. Та самая, которую твои люди стащили из покоев первого советника гаусского князя — лорда Клирамо.

Едва услышав его последние слова, Ориен ещё больше побледнела, а на её лице застыло выражение настоящего испуга. И пусть она постаралась сразу же взять себя в руки и ничем не выдать своих эмоции, но было уже поздно.

— Она знает про книгу, — заявил бритоголовый гость из Гауса, указывая пальцем на девушку.

Савари обернулся к нему, потом перевёл взгляд на спутницу Сокола, и в его глазах разгорелся блеск близкой победы.

— Неужели? — наигранно удивился он и, довольно улыбнувшись, направляясь к ней. — Так, так… кто это у нас здесь? Прекрасная юная леди, ученица Кери Амадеу и… фаворитка нашего дорогого принца.

Он пересёк комнату и, остановившись перед Ори, окинул её оценивающим взглядом.

Теперь она очень жалела, что предпочла закрытому платью, брючный костюм, который, к несчастью, очень хорошо подчёркивал все достоинства её фигуры. И сейчас, видя, как на неё смотрит этот страшный человек, ей отчаянно захотелось прикрыться.

— Мммм, какой чудный цветок. Просто алая роза. Свежая, чистая… — он наклонился к её шее и втянул носом воздух. — А как пахнет…

Савари с улыбкой обернулся ко всё больше бледнеющему принцу, в чьих глазах сейчас отражалась дикая леденящая душу ненависть.

— У тебя, Лит, прекрасный вкус. Девочка очень аппетитная. Молодая, красивая… Согласись, жалко будет сломать такой чудный цветочек.

Ори судорожно сглотнула и попыталась отпрянуть, но за её спиной всё ещё стоял один из охранников. Её руки тоже связали антимагическим шнурком, и от этого она чувствовала себя ещё более беззащитной.

Литар молчал, стараясь не позволить эмоциям затуманить разум. Он очень давно усвоил ту истину, что пока ты жив, из любой ситуации можно найти выход. Главное не поддаваться панике и не позволять себе сдаться. И сейчас лихорадочно думал, выискивая хотя бы один возможный способ выбраться.

Но Савари уже понял, что эта красноволосая девушка важна для его врага, и не собирался упускать такой прекрасный шанс решить свои проблемы.

— Красавица, — протянул он, погладив её по щеке. Потом повернул голову к стоящим у окон охранникам и спросил: — Ребят, вам нравится? Хотите насладиться этим нежным созданием?

Те странно переглянулись, не понимая, шутит их хозяин или говорит всерьёз.

— Ну что же вы, парни? Вы ведь здесь со мной уже несколько месяцев безвылазно сидите. А тут такая яркая леди. Тем более Его Высочество всё равно не желает сотрудничать. Давайте же, — елейным голосом продолжил уговаривать он. — Девочка — просто конфетка. Да ещё и глазки какие… ух, кошачьи.

От испуга её зрачки предательски вытянулись, и она не смогла сдержать их изменение. Ори на самом деле, было очень страшно. Она слишком хорошо помнила, что такое изнасилование, и прекрасно понимала, что сейчас ей грозит именно это. И да, она могла сказать этим людям, где так интересующая их книга, но продолжала молчать. Почему-то сейчас она уже не сомневалась, что отдавать её в их руки нельзя ни в коем случае.

— Милая, видишь, мальчики очень хотят твоего общества, — добавил тот, кого Литар называл графом.

Он снова погладил её по щеке и попытался коснуться пальцами губ, но она отвернулась.

Тогда этот мужчина, грубо поймал её за подбородок и заставил смотреть себе в глаза.

— Где книга, крошка? — спросил он, без тени былой учтивости. — Ты ведь знаешь где она.

— Нет, — уверенно заявила Ори.

— Знаешь, — почему-то ухмыльнулся её странный собеседник. — И скажешь.

Он убрал руку от лица девушки и, опустив её ниже, принялся медленно расстегивать пуговицы сначала на её пиджаке, затем и на рубашке.

Ориен похолодела от ужаса и оцепенения, и только чудом смогла сдержать нервную дрожь. Но стоило ей взглянуть на едва стоящего на ногах Литара, и в её душе будто что-то оборвалось. Она даже не представляла, что он может быть таким… ослабленным… поверженным. Ей и в голову не приходило, что всесильного Белого Сокола могут вот так поймать в сети. Что ему может грозить смертельная опасность. И почему-то в этот страшный момент Ори вдруг осознала, что за него боится гораздо больше чем за себя.

Когда рука хозяина дома легла на грудь девушки, Лит опустил голову и отвернулся. Он не мог на это смотреть. Силы кончались и сдерживать эмоции становилось всё сложнее. Да он бы сказал им, где книга… но не имел права так подставить Кери. И пусть на особняке верховного мага была установлена очень мощная защита, но Лит всё равно не желал ставить его и Белли под удар. К тому же он ни капли не сомневался, что их с Ориен уже приговорили.

Тем временем Савари с каким-то откровенным наслаждением, стянул с девушки пиджак и рубашку, и они повисли сзади на связанных запястьях. Когда же он умело расстегнул крючки на её бюстье, Ори вдруг почувствовала что почти не контролирует свою панику. Она уже несколько раз попыталась воздействовать на собравшихся здесь людей, пробовала усыпить их, но пресловутый шнурок из гадкого сплава блокировал большую часть её способностей. Да, она чувствовала, что может призвать крылья, но какой от них сейчас толк? А ещё знала, была уверена, что при прямом взгляде в глаза сможет воздействовать на сознание любого, но пока этого нельзя было делать. Ведь если сейчас стоящий перед ней человек вдруг упадёт или, ни с того ни с сего, начнёт совершать странные поступки, остальные быстро догадаются, кто в этом виноват.

Ориен снова посмотрела на Литара, который уже едва стоял, и вдруг осознала, что ему сейчас в тысячи раз хуже, чем ей. И пусть она стояла голой грудью перед толпой мужчин, но ведь ей пока даже не пытались сделать больно, только угрожали. А вот на его теле были две страшные раны, из которых торчали серебристые хвосты дротиков, и силы он терял явно не только из-за кровотечения.

Когда Арман медленно расстегнул крючки на брюках девушки, развязал пояс и начал стягивать их вниз вместе с бельём, Лит нашёл в себе силы посмотреть ей в глаза и… просто не смог больше молчать.

— Не трогай девочку, — сказал он угрожающим тоном. — Тронешь, с того света достану! Клянусь!

От этих слов на лице Савари появилась довольная улыбка истинного триумфатора. Он всё же оставил брюки Ори в покое и снова подошёл к Литару.

— Вижу, ты созрел для разговора, — сказал он, окидывая принца насмешливым взглядом. — Так и где книга?

— Скажу, — кивнул Лит, но тут же добавил, — если дашь слово, что Ориен вернётся в столицу живая и невредимая.

— О-ри-ен, — повторил Арман, причмокивая. — Такое вкусное имя, как и она сама. — Он с какой-то грустью посмотрел на её полную красивую грудь с ярко выраженными сосками и снова повернулся к Литару. — Нет. Могу лишь пообещать, что она останется жива.

— Не тронь! — прорычал принц, чьё самообладание испарилось в неизвестном направлении. — Иначе не получишь книгу.

— Я её в любом случае получу, — самодовольно заметил Арман. — Просто чуть позже. А девочку, пожалуй, оставлю себе. Я уже даже представляю как это будет, — он бросил на Ори плотоядный взгляд и пояснил, наклоняясь чуть ближе к Литару. — Она ведь дикая кошечка. Придётся привязать её к кровати… чтобы не брыкалась и не царапалась. А посмотри на эти очаровательные губки… Поверь, Сокол, я обязательно приручу этого котёнка. Она будет ублажать меня по первому требованию.

И всё-таки Лит сорвался. Пусть это было глупо и бессмысленно, пусть со связанными руками, без магии он был почти бессилен… пусть энергии в организме осталось совсем немного, но он просто не мог и дальше мириться с обстоятельствами.

Савари он ударил лбом по носу и, судя по характерному хрусту, бывший граф получил хороший перелом. Правда… на этом всё закончилось. Первого подбежавшего к нему охранника Сокол ещё успел двинуть ногой по колену, но тут же получил кулаком по лицу от второго и рухнул на пол.

— Тварь! — прорычал Арман, зажимая пострадавший нос рукой. На его светлый костюм продолжала капать кровь, но это не помешало ему несколько раз с силой ударить ногой по телу поверженного принца.

Ориен смотрела на это действие с леденящим душу ужасом. Лит лежал на полу и почти не двигался, а она никак не могла понять, что с ним. В сознании он или нет. Его аура стремительно теряла свою яркость, но пока он точно был жив. Правда, Ори не могла с уверенностью сказать, надолго ли.

— В подвал этого гадёныша! Если его там не съедят крысы, ему же хуже, — прорычал раздражённый хозяин дома. Потом взглянул на Ори и изобразил какую-то предвкушающую жуткую ухмылку. — Девку ко мне в спальню. И проследите, чтобы она никуда оттуда не делась.

Но Ориен на его слова не отреагировала никак. Сейчас она была так потрясена всем происходящим, что когда её дёрнули за локоть и куда-то повели, даже и не подумала вырываться.

После выпада Литара, после его слов и угроз, которые он всегда воплощал в жизнь, её страх попросту исчез. Он разлетелся, как осколки от разбитого стакана. Хотя возможно причиной этого оказался обычный шок, да только сейчас её голова вдруг стала такой ясной, как никогда в жизни.

Она неожиданно со всей серьёзностью поняла, что сейчас от неё и её действий зависит очень многое. Ведь если она каким-то образом не вмешается… то Сокола просто убьют.

* * *

Наверно любой нормальный человек, оказавшись в подобной ловушке, попросту впал бы в панику, ведь не было совершенно никакой надежды на счастливый финал. Да только Литар никогда не считал себя нормальным. Он давно понял, что в любой ситуации, какой бы безнадёжной она не казалась, никогда нельзя сдаваться. И даже сейчас, лёжа на сыром холодном полу в абсолютной темноте, продолжал лихорадочно размышлять, где он прокололся и есть ли шанс отсюда выбраться.

Он тяжело вздохнул и, терпя жуткую боль от воткнутых в тело дротиков, попытался пошевелить руками, с которых, к счастью, хотя бы шнурок сняли. Увы, попытка успехом не увенчалось. Даже пальцем двинуть не получилось, а это уже было очень плохо. Ноги пока ещё его слушались, хотя для того чтобы просто чуть сдвинуть с места стопу у него уходило гораздо больше времени, чем обычно, и просто невероятное количество сил.

Литар лежал на спине и слушал собственное тяжёлое дыхание. Где-то совсем близко послышался цокот маленьких крысиных лапок по каменному полу, но пока ни одна из этих тварей так и не решилась подойти ближе. Гадкие падальщики, видимо решили дождаться пока он сдохнет, чтобы потом спокойно насладиться трапезой.

От этой мысли Литу стало совсем дурно, а к горлу подступил ком. Видят Боги, не так он видел свою смерть. Не в подвале, и не от руки предателя. Хотя, наверное, это было достойным наказанием за то, что он так легко попался. Да ещё и Ориен подставил под удар.

Сейчас он очень надеялся, что она сможет правильно распорядиться представленной возможностью и улетит отсюда. Он ведь специально подставился и на Армана напал не столько из-за его слов, сколько ради Ори. Он должен был сделать для неё хоть что-то. Дать эту отсрочку, подарить шанс на спасение.

От одного воспоминания о том, как она выглядела в том зале… связанная, обнажённая по пояс… как на неё пялились все эти мужланы, в Литаре разгоралась ярость. И может, в другой ситуации эта дикая смесь эмоций и была бы способна стать для него толчком к действиям, дать импульс бушующей энергии… да только сейчас этой самой энергии в нём почти не осталось.

Стараясь успокоиться Лит принялся снова мысленно раскладывать по полочкам информацию, надеясь понять, когда именно его расследование завело их с Ори в сеть. Ведь их здесь явно ждали, причём с огромным нетерпением, значит, Савари кто-то сообщил о намерениях принца посетить старого ювелира.

А может, всё было ещё проще? Его специально натолкнули на мысль приехать в Карсталл. А если вспомнить, что сюда он отправился после того, как Дамьен сообщил ему о ювелире…

Голова Лита начал гудеть, дышать становилось всё сложнее, но он всё равно напряжённо думал, не позволяя своему сознанию отключиться. Ведь прекрасно знал, стоит ему уснуть и маленькие хвостатые твари тут же сделают из него ужин.

Дамьен… Дамьен… Ведь теперь всё указывало именно на него. Хотя вероятнее всего брат просто стал жертвой чьей-то умелой игры. Он ведь знал что Лит помогает Ори разыскивать родителей, и скорее всего проболтался об этом тому, кому показывал кольцо. А дальше всё оказалось проще простого. Младший всего лишь подкинул Литару информацию, тот проверил, она оказалась похожей на правду, и вот финал: в плечах дротики из проклятого металла, рёбра ноют, тело отказывается подчиняться, а из каждого тёмного угла голодными глазами смотрят мерзкие твари.

Но вероятно кому-то из Светлых Богов там наверху показалось, что он ещё недостаточно получил за один сегодняшний день, потому что очень скоро уединение Лита было снова нарушено, но на этот раз не крысами. Хотя… по натуре эти люди мало чем отличались от своих хвостатых собратьев.

В подвальной комнате было довольно тесно, поэтому внутрь вошли только двое. Литар не стал тратить силы и поднимать голову. Он смотрел на гостей снизу вверх, но даже теперь не чувствовал себя униженным. О личностях гостей не трудно было догадаться. Конечно же, к нему явился сам Савари, пусть уже с вправленным носом, но всё в том же окровавленном светлом костюме. Его сопровождал бритоголовый выходец из горного Гауса, чьего имени Лит, к сожалению, до сих пор не узнал.

С их появлением небольшое тёмное помещение оказалось залито светом от магических светильников, который почему-то больно ударил по глазам Сокола.

— Ну что ж, Ваше Высочество, — бросил Арман, с насмешкой глядя на лежащего у его ног принца. — Предлагаю продолжить наш разговор.

Он прошёл к дальней стене и присел на небольшую деревянную лавочку. А вот его спутник так и остался стоять рядом с пленником, стараясь поймать его взгляд.

«Менталист» — пронеслось в голове Литара. И от этой мысли он даже улыбнулся. Были б силы, рассмеялся бы ему в лицо. Ведь теперь, стараниями послушной девочки Ориен, на сознании Сокола стоял такой мощный блок, который даже сама Ори пробить не могла. Что уж говорить об обычном маге?

Видя, что потуги его помощника так и остаются безуспешными, Арман нахмурился и снова посмотрел на Литара.

— Так, давай, что ли поторгуемся. Ты ведь любишь торговаться, — начал он, складывая пальцы в замок. — Предлагаю следующее. Ты говоришь мне, где книга, а я… так уж и быть, через пару дней отпущу твою девочку.

— Нет, — выдохнул Сокол, не тратя силы на объяснения.

— Ладно, — неожиданно быстро согласился Савари. — Рассмотрим другой вариант. Ты говоришь мне, где книга, а я… убиваю тебя быстро. Одним точным ударом в сердце.

— Нет, — иронично отозвался принц.

Арман снова посмотрел на менталиста, который всё продолжал отчаянно пробивать защиту, установленную на сознании пленника, и заметно напрягся.

— Никогда подобного не встречал, — заявил бритоголовый, растягивая буквы на гаусский манер. — Очень мощный заслон. Не взломать.

Савари раздосадовано вздохнул и снова посмотрел на поверженного пленника.

— Ну… хорошо. Тогда зайдём с другой стороны, — сказал он. — Девочка знает про книгу, это факт. Но вопрос в другом — может ли ей быть известно, где та находится? Я бы, к примеру, не стал сообщать такую информацию своей любовнице. А ты, Сокол, никогда дураком не был. Значит, она просто что-то о ней слышала, — продолжал рассуждать вслух Арман. — Но что ты не равнодушен к этой красноволосой куколке — неоспоримый факт. А значит… сейчас нам придётся немножко её помучить. Может… отрезать пальчик. А может…

— Хватит… — оборвал его неожиданно громкий голос Литара. — Я уже говорил… тебе… Тронешь… Ориен — и можешь… смело прощаться… с жизнью. Даже… если я умру в этом подвале… моя месть… тебя… всё равно достанет…

Эта простая фраза забрала у него последние силы. Под конец он говорил уже очень тихо, делая большие паузы между словами, а глаза снова начали закрываться.

— Ты уж прости, но я не верю в призраков, — с ухмылкой ответил Арман. — И не сомневайся, именно в этом подвале ты и умрёшь. И ждать осталось не так уж и долго. Думаю, час или два. Но, поверь, они станут для тебя поистине незабываемыми. И пока ты будешь корчиться в муках, я буду иметь твою драгоценную Ориен. Вот… — он похлопал рукой по деревянной перекладине, на которой сидел и тут же добавил, — на этой самой лавочке.

— Отпусти её… — выдавил из себя Лит, который даже не сомневался, что Савари с огромным удовольствием выполнит все свои угрозы. — Отпусти… и я… скажу… где… книга.

— Договорились, — довольно отозвался хозяин дома. — Говори.

— Сначала… дай слово… что…

— Да, как скажешь, — оборвал его, Арман. — Даю слово, твоя Ориен вернётся в столицу живой.

— Ты… не тронешь… её, — прохрипел Литар, чьё сознание уже находилось на грани.

— Не могу этого обещать, — бросил его собеседник. — Говори, где книга, и девочка останется жива и даже вернётся домой.

— Во… дворце. Она… лежит… в сейфе… в моём кабинете… — на последней фразе голос принца было почти уже не слышно.

— Вот и отлично, — с кровожадной улыбкой выпалил Савари. — Вот и молодец, Соколёнок. Всё-таки мал ты ещё для такой должности и для подобных игр. Сколько тебе там? Двадцать семь? Тебе не по зубам такие, как я.

Он поднялся, подошёл к двери и, приоткрыв створку, крикнул одному из охранников:

— Ришик, приведи девку сюда. Да пошустрее.

А Лит лишь крепче сжал зубы и зажмурился. С каждой секундой боль становилась всё более жуткой, но его сознание ещё балансировало на грани. Он знал, что случится дальше… И сейчас был готов начать молиться всем известным святым, чтобы Ориен всё-таки успела улететь.

* * *

Её заперли в просторной комнате на втором этаже. Окна здесь были широкими, без намёка на решётки, и при желании Ориен могла бы легко упорхнуть отсюда, и никто бы её не догнал. Даже связанные за спиной руки не смогли бы ей помещать. А всего-то нужно было открыть щеколду, толкнуть створку и вот она… долгожданная свобода. Причём не только от этих страшных людей, но и от ненавистного Сокола.

Сокола… который сейчас медленно умирал в холодном подвале.

Почему-то от одной мысли об этом Ори становилось плохо, и хотелось закричать от сковывающей душу ледяной пустоты. Её сердце сжималось от боли, стоило подумать, что вот сейчас, как раз в эту минуту он может издавать последний вздох. И казалось, ей бы радоваться, но почему-то… не получалось.

Да, Литар был гадом и сволочью. Да, он пугал её своей холодной самоуверенностью и полной непредсказуемостью поступков. Да, она была бы рада освободиться от его влияния… Но уж точно не такой ценой!

Ориен до этого момента сама не понимала, что успела настолько к нему привыкнуть… привязаться. Она-то и боялась его скорее по привычке. Он виделся ей хищником, который лениво наблюдает за жертвой, зная, что в любой момент может её поймать и уничтожить. А ещё, она вынуждена была признаться, что ей очень нравятся его прикосновения… дарящие тепло и спокойствие.

Иногда, в те редкие моменты, когда с Лита слетала маска спокойного уверенного безразличия, он становился совсем другим. Живым… ярким… по-настоящему огненным. И Ори сама того не понимая бессознательно тянулась к теплу его огня.

Он был сложной личностью, очень жёстким и иногда даже жестоким человеком, но сейчас, стоя у подоконника и смотря через стекло на начавшее темнеть небо над лесом, Ориен ясно осознала одну истину — без него отсюда не уйдёт.

В конце концов, что она скажет Кери, если вернётся одна? Хотя сама Ори прекрасно понимала, что сама себя не простит, если бросит его здесь умирать. Скорее сама смиренно положит голову на плаху.

Затолкав поглубже все лишние сейчас эмоции, Ориен оперлась бедром на край подоконника и задумчиво прикусила губу. Нужно было придумать хотя бы примерный план побега, найти хоть какой-нибудь выход!

Оружием она почти не владела — это факт. Без оружия и вовсе была совершенно беззащитна. И таким образом получалось, что вытащить отсюда Литара она сможет, только используя свои способности к ментальной магии. Но для этого нужно было как-то избавиться от блокирующего шнурка. Ведь пока он на ней, её силы крайне ограничены, а далеко не все противники будут добровольно заглядывать ей в глаза.

За окном стремительно темнело. По скромным прикидкам девушки с того момента, как её привели в эту комнату прошло уже больше двух часов. И за это время никто к ней так и не пришёл. Но если поначалу она радовалась такой отсрочке, то теперь, наоборот, стала ждать чьего-нибудь появления с настоящим нетерпением. А понимание того, что каждая минута её промедления может стоить Литару жизни, убивало в ней всякий страх и заставляло действовать.

Дверь комнаты оказалось заперта, и девушка прислонилась к ней ухом, чтобы попытаться расслышать происходящее в коридоре. Вот только там было как-то слишком тихо, будто все люди в один момент покинули это гиблое место. Но Ори ждала… и дождалась.

Сначала звук шагов казался таким далёким и глухим, что она приняла его за шорох веток за окном. Но вскоре он стал гораздо громче, вот только оборвался где-то неподалёку. Кем бы ни был этот человек, он точно направлялся не к ней. И тогда Ориен что есть силы забарабанила коленкой по двери.

— Кто-нибудь! Пожалуйста! — закричала она, продолжая стучать. — Пожар! Горим! Откройте дверь!

И то ли она так сильно хотела выйти, то ли на самом деле оказалась неплохой актрисой, но спустя несколько мгновений в замке с шорохом провернулся ключ, а на пороге, прямо перед ней появился один из веснушчатых аристократов, присутствующих сегодня в гостиной. Он замер, оглядывая комнату в поисках огня или хотя бы дыма, но так ничего и не обнаружив, недовольно уставился на девушку.

Это-то и стало для него роковой ошибкой. Едва их взгляды встретились, Ориен поспешила проникнуть в его сознание, и… с этого момента он больше себе не принадлежал.

— Моё слово для тебя закон, — заявила она, отдавая ментальный приказ.

Он кивнул, но его взгляд теперь казался остекленевшим и будто бы неживым. Внешне этот взрослый мужчина теперь больше походил на куклу, лишённую души и собственной воли. Простую марионетку, выполняющую чужие приказы.

— Сними с меня ограничивающий шнурок, — приказала Ори, глядя ему в глаза.

Тот кивнул, тут же достал из прикреплённых к голени ножен кинжал и, обойдя девушку со спины, принялся перепиливать её путы. Ори знала, что такие штуковины легко развеиваются внешним магическим импульсом, но увы, её вынужденный помощник не был магом. Поэтому, избавляя её от оков, ему пришлось помучаться. При этом пострадали и её запястья, на которых теперь виднелись несколько глубоких порезов. Но сейчас собственные раны её почти не волновали.

Оказавшись свободной от гадкого шнурка, она поспешила поправить на себе одежду, которую никто так и не соизволил вернуть на место. Затем забрала у своего вынужденного прислужника нож, отрезала им длинную полоску от скатерти, укрывающей низкий столик, и замотала ею свои кровоточащие порезы. Потом что-то прикинув, снова посмотрела ему в глаза и приказала:

— Отведи меня к принцу, только так, чтобы никто не видел.

Тот в очередной раз покорно кивнул и, выйдя из комнаты, направился к ведущей вниз лестнице. Ори же шла за ним, крепко сжимая рукоять взятого у него же кинжала. И пусть она сильно сомневалась, что сможет правильно им воспользоваться, но в данной ситуации могло пригодиться любое оружие.

Сейчас, когда её запястья перестал сковывать шнурок-ограничитель, она снова могла не только видеть энергии людей, но и ощущать их, а значит и воздействовать. Кери утверждал, что ей по силам заставить спать целые города, но сейчас она слишком плохо контролировала силу, чтобы просто погрузить в сон всех обитателей этого большого дома. Ведь в таком случае уж точно не обошлось бы без случайных жертв, а Ори не могла с уверенностью сказать, что после такого воздействия все смогут проснуться прежними. К тому же… если действовать так топорно, то можно легко перестараться, а ослабленный организм Лита, который тоже попадёт под воздействие, несмотря на щит, может такого просто не выдержать.

По мере приближения к подвалу, Ори всё сильнее склонялась к выводу, что тихо уйти не удастся. У входа на лестницу, ведущую на подземный этаж, дежурили двое охранников. Но что странно, они отнеслись к появлению Ориен совершенно спокойно, хотя, скорее всего дело было в её сопровождающем. Такое положение вещей оказалось очень кстати и, поравнявшись с ними, девушка на мгновение остановилась и коснулась сознания сначала одного, а потом другого.

И пусть со стороны могло показаться, что ничего не изменилось, да только теперь ни один из этих мужчин больше не представлял для неё опасности. Сейчас оба этих головореза были твёрдо уверены, что они — каменные статуи. А статуи, как известно, двигаться не могут.

Где-то внизу со скрипом приоткрылась дверь, и голос хозяина дома приказал какому-то Ришику привести девку. Почему-то Ори даже не сомневалась, что речь идёт именно о ней. И когда из подвала показался ещё один охранник, она не раздумывая сделала живой статуей и его тоже.

К двери в подвальную комнату её провожал всё тот же веснушчатый аристократ. Он вежливо постучал, а когда ему ответили, приоткрыл створку и пропустил её внутрь. Сам же заходить не стал, оставшись ждать указаний снаружи.

Едва переступив порог, Ориен сразу наткнулась взглядом на лежащее на полу тело принца. Она видела, что он почти уже мёртв. Его аура истончилась настолько, что разглядеть её призрачное сияние получалось с огромным трудом. Нить жизни натянулась, готовая в любое мгновение оборваться… лопнуть… и тогда его уже ничего не сможет спасти.

— Почему из него уходит энергия? — взволновано прохрипела Ори, обращаясь к человеку со сломанным носом. Причём говорила она не как пленница, а как хозяйка положения.

Савари от такого обращения даже опешил, и уже хотел подняться и показать этой обнаглевшей особе, где её место, но вдруг неожиданно для самого себя не смог даже пошевелиться.

— Отвечайте! — выкрикнула она, стараясь держать в поле зрения второго мужчину, с татуировкой на лысом затылке. Тот смотрел на неё с явным страхом. Вероятно, уже понял, насколько опасным противником является эта хрупкая девушка.

— Гарс, сделай что-нибудь! — потребовал Арман, стараясь скрыть свой страх. — Я не чувствую тела!

— Гарс! — сказала Ори, поворачиваясь к бритоголовому. — Ответьте вы! Почему из Литара уходит жизнь? Или я сломаю ваш ментальный блок, вместе с сознанием.

Тот почему-то сразу ей поверил. Он видел, что она сделала с Арманом, даже не заглядывая в его глаза, и теперь догадался, кто именно ставил защиту на сознание принца. Спорить с таким сильным менталистом было себе дороже.

— Дротики, — отозвался он, указывая пальцем на торчащие из плеч Литара металлические «хвосты». — Они из сплава Сирилиса, с большой концентрацией алисита. Они смертельны.

И в это мгновение ей всё стало предельно ясно. Ведь Лит сам рассказывал ей про это запрещённое оружие. Но тогда она просто приняла его слова к сведению, и лишь теперь столкнувшись с этим гадким сплавом в действии, осознала всю степень его опасности.

Подняв взгляд на бритоголового, который благоразумно с места не сдвигался, Ори на всякий случай обездвижила и его, и только убедившись, что никто со спины не нападёт, упала на колени перед лежащим на полу принцем.

Он пока дышал. И даже больше — был в сознании. А увидев перед собой испуганное лицо Ори, вдруг даже попытался изобразить на посеревшем лице улыбку. Правда, несмотря на его старания, эта гримаса получилось невероятно горькой.

— Пришла… добить? — прошептал он почти неслышно.

А Ори даже не сразу поняла смысл его слов. Он что, всерьёз считал, что она на такое способна?

— Дурак! — всхлипнула она, едва сдерживая слёзы.

И дабы не дать себе окончательно пасть духом, решительно уложила его ровнее, и резко потянула за один из торчащих дротиков. Увы, тот даже и не думал поддаваться.

— Они со внутренними иглами, — с довольной насмешкой бросил сидящий на лавочке неподвижный Савари. — Не вытащишь, куколка.

Ориен подняла голову и посмотрела на него, как на своего самого ненавистного врага. До этого момента, она была совершенно уверена, что не сможет убить человека. Но сейчас, видя в его глазах настоящий триумф, была готова собственноручно перерезать ему горло.

— Иглы? — проговорила она, снова осматривая торчащие из плеч Литара металлические концы, щедро украшенные тонкими острыми ответвлениями. Они оказались гибкими, и стоило потянуть дротик назад, распушались подобно шерсти ощетинившейся кошки. Да вытащить обратно такие было почти нереально. Но зато можно попробовать протолкнуть их вперёд.

С невероятным рвением, Ориен принялась обламывать кинжалом все лишние части от торчащего металлического «оперения». Она действовала так резко и орудовала оружием с такой силой, которой никак от себя не ожидала. После всех тех ментальных воздействий, что вытянули из неё почти всю энергию, она уже почти не соображала. Действовала скорее на инстинктах, которые сейчас оказались гораздо сильнее, чем когда-либо.

Когда же от «хвоста» дротика остался один лишь стержень, Ори снова поймала затуманенный болью взгляд Литара, и с силой нажала на один из концов, проталкивая его внутрь. Тот легко поддался, но даже когда полностью весь дротик оказался в теле принца, вытащить его всё равно не получилось. Кончик показался всего на несколько миллиметров, и зацепиться за него никак не выходило.

Кровь бежала ручьями. Красная… терпкая… Она выливалась из раны и стекала на каменный пол, собираясь там в маленькие лужицы. Аура Литара продолжала тускнеть, а глаз он уже не открывал.

И тогда, окончательно отчаявшись, Ори заставила себя собраться с силами, и надавила большим пальцем на едва торчащий конец дротика. Она толкала его всё дальше, ощущая кожей внутреннюю кровоточащую плоть. Но наконечник всё же вылез, и едва получилось схватиться, Ори резко дёрнула за него, освобождая плечо Литара от убивающего его оружия.

Со вторым дротиком справиться получилось гораздо быстрее. Да только от них остались слишком большие раны. Кровь даже и не думала останавливаться, стягивать края порезов было просто нечем, и всё что смогла сделать Ориен, это разорвать рубашку самого Лита и перевязать его получившимися бинтами.

И лишь теперь, когда демоновы дротики оказались извлечены из тела принца, Ори со всей ясностью осознала, что сама едва стоит на ногах. А ведь ей ещё нужно было как-то вытащить Сокола из этого дома и отвезти туда, где бы ему смогли оказать настоящую помощь. Но что хуже всего, у неё практически не было сил даже для одного лёгкого ментального воздействия. Резерв оказался исчерпан почти до дна.

Медленно поднявшись на ноги, Ориен выглянула в коридор, где всё так же продолжал стоять тот самый веснушчатый аристократ, и приказала ему отнести принца наверх. Тот попытался воспротивиться. Даже спросил, для чего это нужно, но видимо эффект её влияния на его разум ещё не успел полностью рассеяться, потому что он всё же поднял бессознательное тело Литара на руки и потащил вверх по лестнице.

В доме по-прежнему было довольно тихо, хотя из комнаты в дальнем крыле изредка доносились отголоски чьего-то весёлого смеха. Вероятно, некоторые обитатели этого места решили отпраздновать поимку знаменитого Белого Сокола, потому и веселились. Охранники у входа всё ещё стояли неподвижно и больше напоминали скульптуры, чем живых людей. Но Ори не была уверена, что этот эффект продлится долго.

Во дворе оказалось темно. Уличного освещения здесь не имелось, а луна на небе пока пряталась за облаком. У входа обнаружился большой картел, в который девушка и приказала уложить принца. Сама села на место впереди и, обречённо вздохнув, повернулась к своему провожатому.

— Принеси ключ, и чтобы тебя никто не видел. Быстро, — скомандовала она, глядя прямо в глаза мужчине.

И может она уже окончательно ослабла, или его воля оказалась достаточно сильна, но он попытался отказаться. Смотрел на неё с испугом и отчаянно мотал головой. Но Ориен не имела права проиграть сейчас, когда позади было почти невозможное. Поэтому она вскочила с места и, приблизившись к этому мужчине вплотную, нажала пальцами на его виски.

— Быстро… — прошептала она, не отпуская его взгляд. — Даю минуту.

И он убежал. Просто сорвался с места и метнулся в дом. Вернулся же даже раньше, чем Ориен ожидала. А ключ ей протягивал с таким видом, будто она его самый страшный кошмар.

Не теряя больше ни мгновения, Ориен включила на картеле подачу энергии и, дождавшись, когда он приподнимется над землёй, наклонила вперёд рычаг управления.

Несмотря на то, что за последние десять лет цена на картелы существенно снизилась, они до сих пор были по карману далеко не каждому. Их производили в Сайлирии, но даже там такой транспорт до сих пор являлся показателем достатка. Работали картелы на энергии земли, колёс не имели, и двигались благодаря своеобразной энергетической подушке. Ориен всего однажды доводилось управлять таким видом транспорта, и сейчас она благодарила Богов за то, что хотя бы имеет представление о том, как привести эту штуку в движение.

Увы, в такой кромешной тьме разобрать дорогу было почти нереально. Ори хоть и спешила убраться подальше от этого жуткого дома, но при этом очень боялась влететь в какое-нибудь дерево. Сквозь плотные кроны лунный свет почти не пробивался, потому ехать приходилось очень медленно. Возможно, картел и был оборудован какими-нибудь магическими светильниками, но Ориен понятия не имела, как их активировать.

К искренней радости девушки, вскоре впереди появился заметный просвет, за которым начиналась открытая местность. Вот здесь-то она и разогнала свой транспорт почти до максимума. Ори понимала, что Литару нужна срочная помощь целителя, а значит им необходимо как можно скорее добраться до города. И уже даже поверила, что всё в итоге закончится хорошо, когда впереди показался перекрёсток.

— Да что же это за гадство?! — нервно выкрикнула девушка, останавливая картел. — Боги… куда ехать-то?

Она не помнила такого участка дороги, и могла поклясться, что они здесь не проезжали. Где находится ближайшее поселение, ей тем более было неизвестно, а если свернуть не туда, то можно окончательно заблудиться.

И возможно, она бы всё-таки положилась на удачу. Проехала бы прямо и в итоге куда-нибудь бы добралась… но тут с заднего сидения послышался хриплый едва слышный голос Литара.

— Ори… дай воды… хотя бы каплю… — Он даже не говорил, скорее шептал. И если бы они продолжали двигаться, то девушка ни за что бы не расслышала этих слов.

— Сейчас… — отозвалась она, судорожно осматриваясь.

В картеле даже нашлась фляга, но к досаде девушки она оказалась не с водой, а с каким-то крепким алкоголем.

— Пить… дай… — продолжал шептать принц. И только теперь Ориен вдруг с ужасом осознала, что он не в сознании, а в бреду. Его всего трясло, будто он жутко замёрз, а когда Ори коснулась его лба, то с испугом одёрнула руку, потому что тот был очень холодным… почти ледяным.

Невероятными усилиями подавив в себе панику, Ориен попыталась успокоиться и осмотреться вокруг. И едва не вскрикнула, ощутив неподалёку скопление энергии воды, которая в реальности могла быть каким-нибудь водоёмом.

Она направила картел по уходящей вправо дороге и вскоре выехала к небольшому ручью. Здесь же обнаружилась маленькая полянка, укрытая от дороги плотными зарослями, где девушка и решила остановиться… по крайней мере, до рассвета.

Глава 11

Тихо-тихо вокруг. И лишь листья шуршат,

И луна равнодушно светится…

Только рвётся на клочья твоя душа,

И ревёт разъяренной медведицей.

А он рядом лежит… и не дышит почти,

Он на грани завис, над пропастью.

И ты шепчешь, рыдая: «Прости… Прости»

И нет страха теперь, ни робости.

Ты губами коснёшься его виска

И согреешь своими крыльями.

И накроет безумьем любовь-тоска,

Отравляя своим бессилием…

Ориен сидела на траве и, обняв колени, прислушивалась к жизни ночного леса. В нескольких метрах от неё куда-то вдаль нёс свои воды небольшой горный ручей, над головой шелестели листьями высокие деревья, а вдалеке слышалось спокойное шуршание — будто маленький ёжик пробирался куда-то сквозь заросли кустарников. На чёрном небе сияла луна, окружённая россыпью звёзд. Они складывались в незнакомые девушке созвездия, и впору бы любоваться окружающей красотой, но… Ори могла думать только о принце, который, возможно, больше никогда не откроет глаз.

Литар лежал в картеле, и с каждой минутой его дыхание становилось всё более резким и тяжёлым. Он больше не говорил… После того, как Ори дала ему воды вообще не издал ни единого звука.

Он умирал… И Ориен это чувствовала. И хуже всего было то, что она не знала, как ему помочь. Повязки на его ранах пропитались кровью. Даже Ори чувствовала её терпкий кислых запах, а уж что говорить о лесных хищниках?

Нужно было встать и развести огонь, но она была настолько обессилена, что даже дышала с трудом. И всё же, спустя несколько минут, заставила себя подняться и принялась собирать сухие ветки. И благо здесь их было даже больше чем нужно, потому что отправиться на поиски дров она бы уже не смогла.

В картеле нашлось несколько зажигательных палочек, и девушка едва не расплакалась, наткнувшись на них в одном из ящичков. Такой способ извлечения огня изобрёл один из алхимиков несколько лет назад. Внутри деревянной пластины помещалась специальная горючая смесь, и зажигалась она от маленькой искры, которая появлялась при разламывании палочки.

И Ори была готова благодарить Богов за такое везение, потому что она сильно сомневалась, что смогла бы сейчас высечь искру с помощью обычного огнива. Костёр она разожгла достаточно быстро, да ещё и постаралась сделать его побольше, чтобы уж точно никто из хищников к ним не подобрался. И пусть по огню их могли бы легко обнаружить те, от кого они сбежали, но сейчас Ориен было уже не до них.

С огромным трудом она вытащила бессознательное тело Сокола из картела и положила поближе к теплу костра. Сама же присела рядом, решая, стоит ли обработать его раны тем алкоголем, что нашёлся во фляге или этим она сделает только хуже. И вдруг произошло то, что повергло и без того напуганную девушку в состояние шокового оцепенения. Лит пошевелил пальцами… потом очень медленно двинул рукой. Он всё ещё находился в беспамятстве, но его тело будто жило своей жизнью.

И тут Ориен сообразила, что он пытается дотянуться до пламени. Ведь он же огненный маг. Огонь — его стихия, его энергия, которая ему сейчас так необходима.

— Боги… — прошептала она, подвигая тело Литара ближе к костру. Но опустить его ладонь в пламя так и не смогла.

Правда этого и не понадобилось. Спустя несколько минут он ещё немного передвинул кисть и она оказалась объята красноватыми обжигающими языками. Вот только… ничего не вышло. Его организм оказался слишком слаб, чтобы удерживать стихию, а огонь был очень своенравной силой, и покоряться просто так не желал.

Когда Ори вытянула из костра руку принца, та была жутко обожжена. Но что странно, дыхание Лита стало чуть ровнее, правда, совсем немного. Раны всё ещё кровоточили, а сил для борьбы за свою жизнь у него уже почти не осталось. И тогда Ориен вдруг неожиданно для самой себя сообразила, что нужно делать. Она поняла, что если живой огонь Литу не покоряется, то нужно направить в него потоки чистой энергии огня. И это было для него последним и единственным шансом выжить.

Она потянулась к пульсирующему пламени, вытягивая из него тонкую энергетическую нить. Та жглась и пыталась сопротивляться, но Ориен не могла сдаться. Не сейчас, когда на кону стояла жизнь Литара.

Нить силы девушка направила на одну из ран на его плечах, рассчитывая на то, что если этот огонь и не приживётся, то хоть обожжёт в нужных местах. Но своенравная энергия, добравшись до тела принца, неожиданно начала впитываться, словно вода, вылитая на иссушенную землю.

И в этот жуткий момент, тишину ночного леса разбил неожиданный громкий душераздирающий крик Литара. Он так и не пришёл в сознание… но кричал настолько громко и с таким надрывом, что этого нервы Ори всё-таки не выдержали.

Она больше не могла терпеть… быть сильной, бороться. Её затрясло крупной дрожью… горло сдавило спазмом. Слёзы полились сами собой, а с губ сорвался даже не всхлип — вой. Она рыдала так, что едва сама не лишилась сознания.

Сейчас, глядя на распростёртое на траве тело Лита, она вдруг поняла, что просто не вынесет его смерти. Не сможет пережить, не примет этого. Только теперь, понимая, что он на грани, что от последней черты его отделяет всего один маленький шаг, она с болью в сердце осознала, что он ей нужен. Нужен! Живой! Какой бы сволочью при этом ни был!

Энергия огня продолжала литься в его тело, пробегая через пальцы Ориен. Она больше не жглась, да только стоило девушке попытаться усилить поток, и на руках тут же появлялись новые следы от ожогов. Той тонкой струйки, что получалось пропускать через её тело, Литу явно было мало. Его кожа всё ещё оставалась ледяной, несмотря на то, что совсем близко горел большой костёр. И тогда, смахнув с лица горькие слёзы, Ори поднялась на ноги и призвала крылья. Нет, она не собиралась никуда лететь, да и не смогла бы, даже если бы захотела. Вместо этого она присела рядом с Литом и, опершись спиной на ствол дерева, потянула его тело на себя. Она прижала спину принца к своей груди, уложила его голову на своё плечо, крепко обняла и укрыла чёрными мягкими крыльями.

— Ты будешь жить… — с надрывом сказала она, ощущая, как под её пальцами начинает согреваться его кожа. — Слышишь меня, Литар?! — выпалила громче. — Я не отпущу тебя! Ты будешь жить! Ты должен… Мне должен! Должен твоей демоновой стране! Ты ведь ещё не всех гадов переловил… Не всех… сослал на каторгу! А ещё… — она вдруг снова всхлипнула и уткнулась лицом в его макушку. — Ты должен мне настоящий поцелуй… Слышишь?! Должен…

Ори ещё долго что-то говорила, гладила его, дотрагивалась губами до холодной щеки, виска, рук… Шептала всякие глупости, даже не понимая смысла собственных слов. Иногда снова срывалась в слёзы, начинала кричать, требовала, чтобы он немедленно очнулся. Обзывала его самыми грубыми словами, которые смогла вспомнить, при этом продолжая отчаянно согревать его руками, крыльями… Невесомо целовала его бледное лицо, на котором в свете костра чётко виднелись следы полученных ударов.

Она была вымотана как эмоционально, так и физически, наверно потому и не заметила, как провалилась в сон, больше похожий на обморок. Ориен не собиралась засыпать. Понимала, что не имеет права оставить Лита без защиты, когда он в таком состоянии. Хотя и она сама сейчас чувствовала себя совершенно обессиленной. Ей казалось, что за один сегодняшний день она исчерпала весь запас смелости и хладнокровия, что был дан ей на всю жизнь. Она сделала всё, что могла… и даже больше. Дальше оставалось надеяться только на самого Литара и на его силы.

* * *

Сейчас Лит отдал бы, наверное, всё что имел — все деньги, связи, да и титул в придачу, только бы хоть несколько минут ничего не чувствовать. Сил в теле не было даже на то, чтобы открыть глаза, но о блаженном забытье он мог только мечтать. Сознание балансировало на грани, то погружаясь в какой-то тягучий вязкий мрак, то возвращаясь в реальность, которая пахла лесом, сыростью и почему-то костром.

И в обоих этих состояниях он чувствовал дикую непередаваемую боль. Ему казалось, что он весь объят диким пламенем, что каждая клеточка его тела обожжена… почти обуглена. Что стихия, раньше казавшаяся родной, теперь убивает его, причём медленно и очень жестоко. Она проникала под кожу, влезала в голову, сжигала всё, до чего могла дотянуться, и с каждым мгновением её становилось всё больше. Но, несмотря на невероятный жар, бурлящий внутри, снаружи Литар ощущал жуткий холод. Ему казалось, что его кожа уже покрылась ледяной корочкой и онемела. Он не чувствовал ни рук, ни ног, и даже дышал как-то слишком неправильно.

А потом вдруг стало немножко легче. Он даже смог почувствовать, что его куда-то потянули и, кажется, обняли, а пылающие внутри пожары, постепенно начали утихать. Вскоре вернулся слух… да только Лит поначалу подумал, что это просто бред, новая стадия его агонии. Ведь то, что он слышал, чувствовал, никак не могло случиться на самом деле. И Ориен ни за что бы не стала его обнимать, гладить, греть… не угрожала бы, что прикончит его сама, если он вдруг решит сейчас умереть. Она вообще много чего говорила. Шептала ласковые слова, умоляла его вернуться, не бросать её… просила открыть глаза. Перебирала его волосы, касалась мягкими губами щеки… И в эти мгновения Литу становилось настолько хорошо, что он даже ненароком засомневался, а жив ли вообще?

Иногда Ори начинала плакать. Прижималась к нему сильно-сильно, утыкалась лбом в его висок и рыдала. Её слёзы капали на его лицо, стекали по щеке. Несколько даже попало на его губы, и Лит с удивлением почувствовал их чуть солоноватый вкус.

И вдруг… всё стихло. Девушка перестала всхлипывать, и теперь до его слуха доносилось лишь её мерное дыхание. Но даже во сне она продолжала согревать его своим телом и ещё чем-то… похожим на плотное мягкое одеяло. И, пригревшись в её объятиях, он тоже уснул. Правда, спал какими-то урывками, просыпаясь от раздирающей боли во всём теле. Но зато теперь у него даже получалось открывать глаза, правда, сквозь окружающую тьму он всё равно почти ничего не видел.

Пламя внутри никак не желало отпускать. Оно будто испытывало Лита на прочность. Проверяло, достоин ли он быть сыном такой своенравной стихии? И в какой-то момент, ему уже начало казаться, что от него осталась одна лишь оболочка, а внутри теперь просто выжженная пустота.

Ближе к рассвету, к небывалому облегчению принца, ярость внутренних костров начала спадать. А когда из-за деревьев показалось яркое тёплое солнце, он вдруг понял, что больше не горит, и его пламя, наконец, успокоилось. Теперь он чувствовал обжигающий огонь только в плечах, будто весь этот вулканический жар, что одолевал его тело, переместился именно туда. Но по сравнению с той жутью, что творилась с ним ночью, эта боль показалась Соколу сущей ерундой.

Он снова посмотрел на солнце, которое, признаться и не надеялся больше увидеть и, опустив взгляд на свои руки, ошарашено уставился на урывающее его «одеяло». Точнее, это было совсем не одеяло, и даже не одежда. Оказывается, всю ночь его согревали два чёрных крыла Ориен. Сама она размеренно дышала ему в затылок, а её руки покоились на его груди и животе. Девушка спала и просыпаться явно не собиралась.

Он осторожно попытался пошевелить рукой, а когда та повиновалась, вздохнул с невероятным облегчением. Да, Лит до сих пор был обессилен, но теперь хотя бы не настолько немощен. Попробовал двинуть ногами — получилось. Но когда чуть приподнял голову, вдруг почувствовал, что девушка, на которой он практически лежал, вздрогнула и… очнулась.

Открыв глаза, Ори не сразу поняла, где находится. Вокруг, определённо, был лес, её спина упиралась во что-то твёрдое и шершавое, вероятно в дерево… на грудь давило нечто тяжёлое, а всё тело дико ломило. И только увидев свои собственные крылья, укрывающие тело раненого Сокола, она мгновенно всё вспомнила.

Сейчас он был тёплым, да и дышал куда уверенней, чем ночью. Но девушка всё равно боялась, что это лишь иллюзия. Что на самом деле, пока она спала, он распрощался с жизнью… что теперь она держит лишь его безжизненное тело…

— Лит? — позвала Ори, хриплым со сна голосом. — Литар?

Он чуть дёрнул головой, видимо желая повернуться, и Ориен замерла, не в силах поверить, что он на самом деле в сознании.

— Боги… ты жив? Ты меня слышишь? — она убрала крылья в стороны и повернула затекшую шею, пытаясь рассмотреть его лицо. А когда увидела ясный взгляд смотрящих на неё сине-зелёных глаз, всё же не смогла удержать слёз. — Жив… — шептала она, даже не замечая стекающей по щекам влаги.

Он же, видя её состояние, хотел дотянуться до неё рукой, вытереть мокрые дорожки с её лица, но оказался слишком слаб для таких манипуляций.

— Не плачь… — сказал он, едва различимым шёпотом.

И, наверно, только теперь, Ориен окончательно поверила, что он выжил.

— Литар… — протянула она, всхлипывая. А в её дрогнувшем голосе слышалось просто невероятное облегчение.

Он смог. Справился. Вернулся… Победил демонов смерти.

И вроде, самое время радоваться, но… в этот момент Ори вдруг почувствовала, что радость и растерянность в ней стремительно сменяются злостью. Её эмоции, резко изменившие градус, просто зашкаливали за все мыслимые и немыслимые пределы, и им срочно требовался выход.

Сейчас она была готова сорваться в настоящую истерику. Ведь оковы, заставляющие её держаться, быть сильной, наконец, пали. Лит очнулся. Он в сознании. Он не умрёт.

«Конечно, — пронеслась в её голове словно чужая отравленная ядом мысль, — ведь с такими самоуверенными наглыми тварями просто не может быть иначе!»

— Боги, как я тебя ненавижу… — медленно и с каким-то смакованием проговорила Ориен, глядя в глаза ничего не понимающему принцу. — Гад… Сволочь… Я сама чуть не умерла рядом с тобой!

А он, видя её состояние вдруг улыбнулся… и в этот момент Ори поняла, что сейчас просто взорвётся от переизбытка собственных эмоций. Поэтому, осторожно переложив его на землю, поднялась на ноги и тут же поспешила спрятать крылья. Увы, из-за царящего в её душе полнейшего разброда получилось у неё далеко не с первого раза. К тому же, спину ломило так, будто она всю ночь разгружала корабельные трюмы, руки и ноги были перепачканы в крови и грязи, а на одежде виднелись прорехи.

— Демонов всесильный Сокол! — выкрикнула она, снова опуская на него взгляд, в котором сейчас отражалось столько самых разных чувств, что и не передать. — Ты умирал! Слышишь меня, Литар?! Ты был на грани! Понимаешь!? На грани! И ради чего? Я никогда не поверю, что ты не мог предусмотреть, что там ловушка.

— Ори… — проговорил он, пытаясь сесть, но она не была готова его слушать.

— Подставился, как юнец! Дурак! С одним дротиком ты бы мог справиться. Зачем нарвался на второй? Зачем полез драться? — продолжала причитать она, теперь уже нервно вышагивая по поляне.

— Хотел дать тебе шанс уйти, — тихо ответил наблюдающий за её метаниями Литар.

Ему всё-таки удалось немного приподняться и даже сесть, опершись спиной на дерево. И он уже думал, что после сказанных им слов Ори успокоится, поймёт, да только они подействовали на девушку совсем не так, как он рассчитывал.

— Уйти?! — выкрикнула она, глядя на него с настоящей обидой. — И бросить тебя там?! Да ни за что! Слышишь меня?

Лит смотрел на неё со странной смесью горечи и недоверия. Он не понимал её… совсем. Но всё-таки нашёл в себе силы спросить.

— Ты ведь ненавидишь меня Ориен… Так ради чего осталась?

И в этот момент она всё-таки разглядела в его глазах искреннее непонимание. Именно оно и заставило Ори хотя бы постараться успокоиться. Ведь это для неё за прошедшую ночь пронеслась целая жизнь. Это она прижимала к себе его умирающее тело… Это в её мыслях вспышкой мелькало прозрение об истинном отношении к ненавистному принцу. Для него же это всё осталось за занавесью тьмы и беспамятства.

Поэтому, как только эмоции чуть поутихли, она снова вернулась к Литару и присела рядом с ним на колени.

— Дурак… — сказала Ориен, глядя ему в лицо. Её рука сама потянулась к его растрёпанным волосам, осторожно убирая их со лба и заправляя ему за уши. — Ты такой дурак, Литар. И я знаю, что ты заставишь меня пожалеть о каждом слове, о каждом оскорблении… Знаю, что ты жестокая бессердечная сволочь, но… я бы скорее умерла рядом с тобой, чем оставила тебя там.

Он смотрел на неё прямо и, наверное, должен был что-то ответить, но… промолчал. А когда она снова всхлипнула, кое-как приподнял казавшуюся очень тяжёлой руку и попытался обнять сидящую рядом девушку. Но она даже и не думала сопротивляться. Совсем напротив, вдруг придвинулась ближе и уткнулась лицом в его грудь.

— Боги… ты даже не представляешь, как я испугалась, — прошептала она, не поднимая головы. И вдруг добавила: — Не за себя…

— Всё будет хорошо, Ори, — проговорил Лит, устало прикрыв глаза. — Не бойся. Теперь уж точно выкрутимся.

Какое-то время они так и сидели: он — прислонившись спиной к стволу дерева, а она — рядом, прижавшись к нему. Оба понимали, что нужно что-то делать, как-то выбираться из всей этой ситуации, но пока ни у кого из них просто не было для этого сил. Литар привычно просчитывал варианты дальнейших действий, выискивая тот самый, единственно верный. А Ориен просто смотрела куда-то в сторону, ни о чём особо не думая. Сейчас после своего срыва… после всего пережитого… ей было достаточно уже того, что Лит жив, в сознании, что он рядом и к нему начало возвращаться тепло.

И вдруг она резко отпрянула и уставилась испуганным взглядом на окровавленные тряпицы, обмотанные вокруг его плеч. Почему-то только сейчас она вспомнила, что у него там жуткие порезы, в которые наверняка попала какая-нибудь зараза. И от одной этой мысли Ори стала бледнее самого белого полотна.

— Что такое? — тут же спросил Лит, не понимая, в чём причина столь внезапного испуга.

— Раны от дротиков, — проговорила она, судорожно сглатывая. — Их нужно перевязать и обработать. В картеле есть алкоголь…

Она уже хотела подняться на ноги, чтобы отправиться за фляжкой, но её остановил строгий голос Сокола.

— Картел? Откуда? — нахмурившись спросил он.

А Ори лишь раздражённо закатила глаза. Ну конечно, вместо того чтобы подумать о собственном здоровье, этот повёрнутый на законах человек, интересуется, где же она взяла картел.

— Угнала я его! — выпалила она, спеша подняться на ноги. — Уж простите, Ваше Высочество, но другого способа убраться оттуда не было. На себе я вас, при всём желании, потащить бы не смогла. Да я после простого ментального воздействия обычно с ног валюсь от усталости, а вчера пришлось шестерым влезть в сознание. Поверьте, я сама была на грани обморока.

Лит отвёл взгляд в сторону, но ничего не ответил. Для полноценных выводов у него было слишком мало информации, а Ориен пребывала не в том эмоциональном состоянии, чтобы спокойно всё рассказать. Но если судить по тому, как её кидает от истерики к умиротворению, как легко она срывается, можно догадаться, что прошлая ночь, действительно, оказалась для неё очень сложной.

Высказавшись, девушка всё же пошла к стоящему на берегу картелу и вытащила из него найденную вчера флягу. Она уже хотела отправиться обратно, но помедлила, останавливаясь у самой у воды. Ей вдруг подумалось, что раны нужно чем-то перевязать, ведь прошлые повязки уже нельзя использовать. Рубашка Литара была изорвана на бинты ещё в подвале, а больше ничего подходящего не имелось. И тогда, смирившись с неизбежным, Ори принялась раздеваться сама.

Когда она вернулась к сидящему у дерева Литу, из одежды на ней оставались только подкатанные до колен брюки и пиджак, надетый прямо поверх бюстье. А вот некогда красивая блузка из дорогой мягкой ткани теперь превратилась в продольные кривые ленты.

— Вы позволите? — спросила Ориен, присаживаясь рядом. Теперь в её голосе звучала язвительность, которой она отчаянно старалась прикрыть непонятную обиду.

Увы, сам Литар пока никак не мог понять, что вообще с ней происходит. Но противиться её действиям не стал. И только поморщился, когда она отрывала от раны присохшую к ней окровавленную ткань.

Избавившись от старых повязок, Ори обмыла кожу вокруг пореза водой, а затем попыталась обработать прозрачной жидкостью из фляги. Та пахла так, что у девушки заслезились глаза, а Литар вообще сходу определил, что это обыкновенный деревенский самогон.

— Хорошо, что кровь уже почти не идёт, и явных следов заражения нет, — заметила девушка, сосредоточенно перематывая правое плечо принца. — Вчера всё было намного хуже.

— Ори, а расскажи мне, как мы вообще с тобой здесь оказались, — попросил необычно тихий и спокойный Сокол. — Я ведь после того, как в подвал попал, почти ничего не помню. Один бред, да обрывки фраз.

Ориен поймала его мягкий выжидающий взгляд и всё же поведала ему обо всём, что случилось прошлой ночью. При этом она закончила с перевязкой правого плеча и перешла ко второму. Говорила только о фактах, не касаясь эмоций, поэтому рассказ получился сухим, пусть и достаточно информативным.

А когда рассказывала, как вливала в него энергию огня из костра, он вообще смотрел на неё с таким искренним удивлением, что Ори покраснела от неуместного смущения. Лит никак не комментировал ни её слова, ни её действия, просто слушал. Но к концу повествования, уже знал, как именно они будут отсюда выбираться. Именно это волновало его сейчас куда больше всего остального. Ведь вероятнее всего, их ищут, и уж точно не для того, чтобы принести извинения.

— Нужно послать вызов Кери, — сказал он, когда уставшая Ори присела рядом с ним. Она уже успела успокоиться и теперь снова смотрела на него без злобы.

— Как? — спросила девушка с горькой иронией. Ведь прекрасно понимала, что сам Литар пока даже простой искры сотворить не сможет.

— Не уверен, что получится, но мы попробуем, — ответил он, смотря ей в глаза. — Я начерчу на земле схему вызова. А ты разведи костёр. Попробуем направить энергию огня на рисунок.

— И что, может сработать? — уточнила Ори, глядя на него с недоверием. — Вы уверены?

Отчего-то Литара покоробило, что она снова начала обращаться к нему на «вы». По правде говоря, после того её утреннего монолога с оскорблениями и бурей эмоций, он уже надеялся, что она так и будет называть его на «ты». Но, как оказалось, рано радовался.

— Нужно попробовать, — ответил ей принц и, потянувшись за небольшой палочкой, принялся чертить на земле какой-то непонятный рисунок.

Ориен же быстро развела огонь, а как только тот достаточно разгорелся, снова вытянула из него тонкую нить энергии. Пуская её по схеме Литара, она старалась в точности повторить все линии и закругления. На самом деле сейчас она очень боялась ошибиться и сделать что-то не так. Наверно именно поэтому первые несколько попыток успехом не увенчались. Сначала нить оказалась слишком тонкой, потом вдруг дрогнула рука, сбивая весь рисунок. И только на третий раз ей удалось сделать всё, как нужно.

— Что теперь? — спросила она Сокола, пристально глядя на замкнутую схему, которая была нестабильной и могла в любой момент снова разорваться. Всё-таки Ори не была стихийным магом и эти её манипуляции с нитями силы вообще никак не вписывались в обычные понятия о магии.

— Представь лицо Кери, — ответил ей Лит. И голос его при этом звучал очень уверенно и невероятно спокойно. — Представь, — повторил он, — и пошли по схеме импульс, пусть даже ментальный. Теоретически, твоя энергия должна усилиться энергией огня, и тогда всё может получиться.

— Представить лицо, — повторила Ори, у которой от волнения начали путаться мысли. Но вместо того, чтобы просто нарисовать в сознании образ учителя, и сделать так, как говорит Литар, она посмотрела на схему и, направляя импульс, громко произнесла: — Кери, помоги!

Та вспыхнула так, что нити стало видно даже обычным зрением, а на лице Литара появилась до жути довольная улыбочка.

— Ты чудо, Ориен, — сказал он, поворачиваясь к девушке, которая, казалось, сама не поняла, что же только что произошло.

— Получилось? — спросила она, глядя на него с надеждой. А когда тот кивнул, даже не поверила своим глазам. — Литар, правда? Я смогла? Он придёт за нами?

— Придёт, — проговорил Сокол, снова опираясь спиной на дерево. — Иди сюда. Давай пока просто посидим.

Почему-то теперь, когда он опять стал похож на самого себя, а в его голосе появились такие знакомые приказные нотки, она снова начала его побаиваться. И подобно пробуждению от странного сна, пришло понимание всей глубины грозящих ей неприятностей. Она же сегодня наговорила ему столько всего… столько раз назвала его дураком и сволочью, что становилось страшно. Ведь Литар никому и никогда не прощал оскорблений.

— Ориен, — позвал он, уже заметив её странное смятение, уж больно напоминающее испуг. — Ори, иди сюда, — сказал с нажимом. — Посиди со мной.

— Я… пойду… наберу воды. Да и дров для костра принести надо… — пролепетала она, ища любой предлог, только бы скрыться от его глаз.

Но Литар уже понял истинную причину её метаний и, видя, что она попросту сбегает, горько усмехнулся и устало прикрыл глаза. Он бы пошёл за ней… если бы мог идти. И обязательно доказал бы этой пугливой глупышке, что его бояться не стоит. И уж тем более, ей — той, что спасла его жизнь. Но, увы, сейчас он был слишком слаб, даже чтобы просто подняться на ноги.

Правда, если Ориен считала, что теперь всё останется так же, как раньше, то сильно ошибалась. Но в одном она на самом деле была права — Литар никому и ничего не забывал. Никогда.

* * *

Кери появился довольно скоро, но пришёл не один. Вместе с верховным магом из мерцающей арки перехода на поляну вышел тот самый беловолосый мужчина, которого Ори как-то видела в покоях Сокола — лорд Кай Мадели, супруг королевы. А следом появились ещё семеро вооружённых мужчин в форме королевской стражи. Бойцы тут же профессионально рассредоточились по поляне, внимательно осматривая местность на предмет возможной опасности или засады, а вот отец Литара сразу направился к сыну.

— Папа, всё хорошо, — сходу поспешил заверить его принц. — Я жив. Просто слишком ослаблен.

Но Кая его слова ни капли не успокоили. Он присел рядом с бледным Литом, и с каким-то явным шоком уставился на окровавленные тряпицы, перетягивающие его плечи. Да и вообще, внешне Литар сейчас больше походил на оживший труп, чем на человека. И только живой тяжёлый взгляд говорил о том, что всё не так плохо.

Ему тут же помогли подняться и хотели уже переместить во дворец, но Сокол не был бы собой, если бы смог так просто уйти. Он заставил Ори подробно объяснить стражникам, в какой стороне стоит искать убежище его врагов, и как туда добраться. И только отправив своих бравых бойцов «вершить справедливость», позволил затащить себя в мерцающую арку созданного отцом портала.

А вот Кери лишних вопросов не задавал. Он вообще выглядел каким-то дёрганым. Но когда они с Ориен оказались в гостиной его дома, девушка всё-таки спросила, что с ним случилось. Да только ответ ей совсем не понравился. Ведь как оказалось, она немного перестаралась, отправляя ему вызов. И вместо лёгкого шёпота, получился настоящий ментальный крик, едва не взорвавший его сознание. И теперь верховный маг был твёрдо намерен научить её рационально расходовать свою силу, дабы избежать повторения подобных фокусов.

Дальнейшие события она запомнила смутно. Приходил лекарь, осматривал её, говорил об усталости и энергетическом истощении. Дал какую-то сладковатую микстуру. Он что-то объяснял про постельный режим и обильное питание, но к этому моменту девушка уже почти не соображала. Видимо его лекарство всё же имело снотворный эффект, потому что не успел он уйти, а Ориен уже заснула.

Но этот сон был каким-то совершенно неправильным. Будто бы искусственным. Да и продлился недолго. Когда она открыла глаза, день только начинал клониться к вечеру, а у её кровати обнаружилась не на шутку взволнованная супруга Кертона.

Беллиса тут же присела ближе, поинтересовалась самочувствием, пощупала её лоб и только после этого отдала служанкам распоряжение принести еду. Она предлагала Ори ужинать прямо в постели, но девушка заверила её, что вполне способна добраться до стола.

Почти всё время трапезы Белли молчала, давая ей поесть без лишних эмоций. И заговорила только после того, как Ори снова прилегла.

— Я думала, что у меня сердце остановится, — поделилась переживаниями женщина, сидя в кресле, придвинутом к кровати Ориен. Оказывается, она находилась во дворце, когда туда доставили Литара, и своими глазами видела, в каком тот был состоянии. — Бедный наш мальчик. Он был таким бледным. Сам идти не мог. Едва дышал… — она покачала головой и нервно сжала руки в замок. — Когда Эриол сообщили о произошедшем, она даже заседание Королевского Совета отменила, а ведь там должен был решаться какой-то срочный вопрос повышенной секретности. И даже уверения лекарей, что с Литом всё будет хорошо, не заставили её передумать.

— Наверно, так бы поступила любая мать, — предположила Ори, которую после еды снова начало клонить в сон.

— Да, но… Эриол — королева. Она всегда в первую очередь думает о Карилии, и только потом обо всём остальном, — пояснила Беллиса. — Но произошедшее с Литаром произвело на неё слишком сильное впечатление. Он ведь похож на неё куда больше других её детей. Несмотря на то, что внешностью пошёл в деда, отца Кая, характер он точно взял от Эриол. Ты с ней пока не знакома, но поверь, это поистине непробиваемая, безумно упрямая и очень сильная женщина. Она почти всю свою жизнь правит Карилией… с семнадцати лет.

Да уж, теперь, после тесного знакомства с Соколом, Ори уже начала понимать причины, по которым его мать уважают и побаиваются в этой стране почти все. И почему-то ей совсем не хотелось знакомиться с Её Величеством. Для её психики и одного Лита было слишком много.

Белли просидела с ней ещё немного, развлекая разговорами о всякой ерунде. И вскоре ушла, сообщив, что зайдёт утром. После её ухода Ори почти сразу уснула. Да только в этот раз без снов уже не обошлось.

А снился ей тёмный сырой подвал, освещённый лишь тусклым магическим фонариком, и… сидящий у стены измождённый мужчина, в котором она с ужасом узнала Литара. Он был обессилен и выглядел невероятно худым. Его лицо осунулось, руки стали жутко тонкими, а под посеревшей кожей отчётливо вырисовывались рёбра. Его дыхание было таким тяжёлым, что казалось, следующий вдох может стать последним.

И вдруг он открыл заплывшие странной плёнкой глаза и посмотрел прямо на Ориен:

— Помоги мне, Ори… — прошептал он, потрескавшимися пересохшими губами. — Не оставляй меня…

Но она стояла на месте, не в силах пошевелиться. Хотела сделать шаг, протянуть руку, но не могла сдвинуться с места. А он ждал… смотрел на неё с небывалой надеждой. А потом… последний раз набрал в лёгкие воздух… медленно выдохнул… и закрыл глаза, чтобы больше никогда их не открыть.

Ориен проснулась в холодном поту. Сейчас, после этого жуткого видения она просто не могла оставаться на месте. Ей нужно было увидеть Литара, убедиться, что он дышит… что он жив. И не тратя времени на раздумья, она стянула с вешалки свой чёрный костюм, быстро переоделась и выпрыгнула в открытое окно. И в этот момент ей было плевать, что на улице собирается гроза, что совсем скоро может начаться ливень… что резкие порывы ветра сильно мешают полёту, снося её, как какую-то мелкую мошку. Она летела к городу…к дворцу. Мчалась так быстро, как только могла. А сама природа, будто подгоняла её, посылая ей в спину гулкие раскаты грома.

Когда Ориен опустилась на широкий балкон, примыкающий к покоям Сокола, сверху уже начали накрапывать первые холодные капли. И только теперь, глядя на затянутое плотными тучами небо, она поняла, что улететь обратно у неё сегодня вряд ли получится.

В спальне принца царил приятный полумрак. Горели всего два тусклых магических светильника, которые почти не давали света. Зато в камине пылал такой яркий огонь, от одного взгляда на который становилось очень тепло и уютно.

Лит лежал в постели. Глаза его были прикрыты, и внешне могло показаться, что он спит. Вот только Ори чувствовала, что это не так. Осторожно прикрыв за собой ведущую на балкон дверь, она прошла по комнате и остановилась у кровати, прислушиваясь к его дыханию. Судя по всему, он уже чувствовал себя гораздо лучше, но она всё равно желала в этом удостовериться. Всё же тот страшный сон произвёл на неё невероятное впечатление. И потому ей было мало просто смотреть. Она хотела почувствовать, что он на самом деле жив.

Медленно ступая по ковру, Ориен подошла ближе и осторожно присела на край кровати. А потом и вовсе коснулась рукой его щеки.

— Я знал, что ты придёшь, — тихо проговорил Литар, не открывая глаз.

И Ори уже хотела отдёрнуть руку, но… почему-то не стала этого делать. Сейчас, находясь рядом с Соколом, ощущая тепло его кожи, она вдруг почувствовала, что все её страхи начинают отступать. Он жив… он рядом… и большего для неё оказалось попросту не нужно.

— Я не могла не прийти, — ответила она, продолжая осторожно гладить его лицо. — Мне кошмар приснился.

— Так ты испугалась и решила прилететь ко мне? — спросил он, а на его губах появилась мягкая улыбка.

— Я за тебя испугалась, — прошептала Ориен, легко проводя рукой по его волосам.

И лишь теперь он всё-таки разомкнул веки и посмотрел на свою ночную гостью.

Она выглядела уставшей, а в её глазах на самом деле было беспокойство. Да только теперь она боялась совсем не его.

— Тебе нужно поспать, — сказал Сокол, ловя её руку и накрывая своей. Потом чуть сжал её пальцы и поднёс к своим губам.

— Дождь на улице, — ответила девушка, оглядываясь на окно. — Если ты позволишь, я подожду здесь, пока он закончится. Иначе мне не долететь.

— Ложись, — вдруг заявил Литар, откидывая край своего тёплого одеяла и отодвигаясь в сторону.

И это его непонятное предложение попросту ввергло её в состояние ступора.

— Сюда? К вам? — выпалила она в непонимании.

А Литар лишь как-то устало вздохнул, и посмотрел на неё, как на непонятливого ребёнка.

— Ори, — протянул он почти ласково, — может, ты уже определишься, как ко мне обращаться? Но если тебя интересует моё мнение, то я бы предпочёл, чтобы ты называла меня на «ты». И да, я имел в виду, чтобы ты скидывала свою куртку, туфли и забиралась в кровать. Но если желаешь переодеться, можешь взять в гардеробной любую понравившуюся рубашку.

— Да что вы такое говорите? — бросила она, пытаясь понять, шутит он или всерьёз зовёт спать с ним.

— То, что считаю правильным, — спокойно и уверенно ответил Лит. — Ты устала, я — тоже. Нам обоим нужен сон. А по опыту прошлой ночи могу сказать, что спать вместе нам вполне комфортно.

Но Ори не могла так просто взять и влезть в его постель… несмотря на всё то, что им обоим пришлось пережить. А он смотрел ей в глаза, продолжал сжимать её холодные пальцы, но больше ничего не говорил. Зачем? Всё и так было сказано.

— Я не могу, — прошептала девушка, спустя несколько долгих секунд молчания.

— И что тебе мешает? — чуть иронично поинтересовался Сокол. — Ты замёрзла, а у меня тут тепло. И если уж боишься, что я нагло начну к тебе приставать, то очень зря. Ори, пока я даже хожу с трудом.

— Вы действительно хотите, чтобы я осталась с вами? — Она должна была это спросить, ведь это оставалось последним препятствием, пока удерживающим её от шага в пропасть.

— Очень, — честно ответил принц.

И она сдалась.

Сначала Ори хотела остаться в своей рубашке и брюках, но глядя на чёрный шёлк, коим была застелена постель Лита, посчитала кощунством спать на таких простынях в одежде. Поэтому всё же взяла в гардеробной белоснежную сорочку принца, и отправилась в ванную переодеваться.

Вернулась она всего через каких-то несколько минут, и выглядела при этом невероятно смущённой. Литар всё так же лежал на спине и наблюдал за игрой теней на потолке, а увидев тихо подошедшую Ориен, снова откинул край одеяла, приглашая её прилечь. Когда же девушка несмело села на кровать, а потом так же осторожно опустила голову на край подушки, он всё же улыбнулся и настойчиво потянул её к себе.

— А теперь спи, — спокойно сказал Сокол, крепко прижимая её спину к своей груди. Он вёл себя так, будто подобное было для него обычным делом, будто они каждую ночь вот так вместе засыпали.

Но Ориен и думать забыла про сон. Она ощущала руки Лита на своём животе, пусть и поверх ткани рубашки, чувствовала тепло его кожи… и всё сильнее напрягалась. Его дыхание щекотало её шею, и от этого по всему телу девушки разливалось какое-то сладкое оцепенение.

Вскоре он уснул, и Ориен уже хотела отодвинуться, но почему-то передумала. Стоило ли врать себе? Ведь ей было очень хорошо в его объятиях. Тепло и уютно. Он на самом деле не позволил себе ничего лишнего, просто обнимал её, причём совершенно целомудренно. А Ори вдруг всерьёз задумалась: а пошла бы она к нему в постель, если бы он не был болен? Согласилась ли провести с ним ночь, как с мужчиной? Увы, пока у неё не было ответа на этот вопрос.

Глава 12

Спрячь свои мысли подальше… поглубже…

Чтоб не нашли и не сделали больно,

Чтоб не раскрыть свою душу невольно,

Чтобы не быть вновь разбитой… ненужной…

Спрячь свои мысли в глубины… за дверцы…

Глупую нежность запри посильнее.

Знай, если сдашься, себя пожалея, —

В муках от боли сгорит твоё сердце.

Это утро для Литара началось вполне привычно — с первыми лучами солнца. Вот только сегодня он явно не спешил подниматься, хоть и чувствовал себя вполне сносно.

Да и… как можно было уйти, когда рядом спала такая мягкая и тёплая Ориен? Её голова лежала на его плече, и благо накануне целители полностью залечили обе раны, и теперь они хоть и побаливали, но как-то приглушённо. Правда, из-за несвоевременной магической помощи на их месте всё же остались довольно крупные шрамы, но Лита их вид совершенно не волновал.

Всё его тело неприятно покалывало и, казалось бы, самое время встать и размяться, но… ему совсем не хотелось оставлять Ори. К тому же, сейчас она так трогательно улыбалась во сне… так обнимала его, будто хотела удержать.

Несколько раз он просыпался среди ночи от её напряжённых всхлипов, даже пытался разбудить девушку, которой явно снилось что-то плохое, но она не желала возвращаться в реальность. И тогда он просто обнимал её, шептал, что он рядом, что с ним ей нечего бояться. И она успокаивалась, прижималась к нему плотнее.

А ближе к утру, после очередного кошмара, снова услышав его ободряющие слова, Ориен вдруг открыла глаза и уставилась на него сонным совершенно невменяемым взглядом.

— Литар? Ты здесь? — спросила испуганно.

— Здесь, Ори, — отозвался он, не понимая, проснулась она или всё ещё спит.

— Здесь… — с явным облегчением повторила девушка и даже дышать стала ровнее. Потом улеглась на его плечо и тихо попросила: — Не оставляй меня пожалуйста. Мне страшно…

И уснула. А он так и не понял, что это вообще было. Говорила она с ним осмысленно или для неё это являлось лишь продолжением сна? Но всё же после этого пробуждения засыпал Литар со странной улыбкой на лице. Ведь по всему получалось, что он ей на самом деле очень не безразличен. И эта мысль странно грела его холодную душу, заставляя ту едва ли не мурчать от удовольствия.

Солнце медленно поднималось над просыпающейся столицей, а Лит всё лежал, наслаждаясь близостью спящей Ори. Её тёмно-красные волосы разметались по закутанной в чёрный шёлк подушке, а на светлых щеках появился приятный румянец.

И вдруг, её ресницы чуть дрогнули, встрепенулись… а спустя несколько мгновений она открыла глаза. Вот только судя по её растерянному взгляду, далеко не сразу сообразила, где находится. Литар предусмотрительно замер, дабы не спугнуть её раньше времени, дать возможность осмыслить, понять, вспомнить. Но она и не собиралась пугаться. Видимо, после всего произошедшего с ними, её отношение к нему всё-таки изменилось.

— Странно получается, — сказала Ориен, продолжая лежать на его плече. Правда глаза снова закрыла, будто так ей было легче говорить. — Второе утро подряд я просыпаюсь в непривычной обстановке… с тобой.

— Согласись, это утро значительно приятней предыдущего, — ответил ей принц, улыбнувшись. — Хотя бы потому что мы лежим в постели, под крышей, и в полной безопасности.

— Это весомый аргумент, — отозвалась Ори и потёрлась щекой о кожу на его плече.

Вот только… на фоне общей гладкости на этом месте его тела очень отчётливо ощущался странный бугорок, будто грубый шрам. И тут она вспомнила, что у него же на обоих плечах жуткие раны и поспешила понять голову.

— Прости, — выпалила, поворачиваясь к Литару. — Я такая глупая…

Он же смотрел на неё с непониманием. А она отвела взгляд от его лица и взглянула туда… где красовались страшные шрамы, похожие на круглые жерла вулканов. Вот только Ори никак не могла поверить, что те самые раны, которые она перевязывала накануне, теперь превратились в обыкновенные рубцы, пусть и немного красноватые.

— Дворцовые целители постарались, — пояснил Литар, видя её удивление. — И ты не глупая, Ори. Ложись обратно.

И она легла. Осторожно опустила голову на его плечо, но глаз больше не закрывала. Сейчас Ориен было слишком хорошо, слишком спокойно, чтобы тратить эти драгоценные моменты на ненужные мысли и переживания. Но она понимала, что подобное вряд ли когда-то повторится. Да и Сокол… вряд ли ещё позволит ей такие вольности. Вчера он чувствовал себя истощённым, обессиленным… ему нужно было её тепло, присутствие. Впрочем, как и ей. Они просто помогли друг другу. А дальше всё снова будет по-старому. За одним лишь исключением…

— Ты вчера сказал, что я могу называть тебя на «ты», — проговорила девушка, чуть приподнимая голову и глядя в его внимательные глаза.

— Я помню, — ответил Литар, расслабленно водя пальцами по её руке и, то и дело, забираясь под широкий рукав. — Согласись, так ведь проще. Да и ты меня вроде больше не боишься.

— После того, как ты умирал у меня на руках… — она сглотнула и дёрнулась, будто стараясь таким образом сбросить с себя эти страшные воспоминания. — Я больше не могу тебя бояться.

Он же обнял девушку крепче и коснулся губами её виска.

— Ты спасла мне жизнь, — сказал он, радуясь тому, что она позволяет ему быть так близко, прикасаться к ней, и полностью осознаёт всё происходящее. — Можно сказать, вернула меня с того света.

В ней не было кокетства, жеманности, смущения. Она просто наслаждалась этим моментом, точно так же как и он. Оттого и казалась Литару совершенно особенной.

— А сейчас я сплю в твоей постели… снова. Правда, в этот раз уже с тобой, — сказала она, явно не желая обсуждать тему его неудавшейся гибели.

— И я очень рад, что ты вчера прилетела, Ори, — проговорил он серьёзным голосом. И пусть она не хотела сейчас говорить о спасении его жизни, но Лит уж точно не собирался ничего забывать.

— Это было порывом, — ответила она, но зачем-то решила пояснить: — Мне приснилось, что ты снова при смерти. И, Литар… это было невыносимо.

— Тебе ночью тоже снились кошмары? Ты… — он не закончил, не зная, как помягче объяснить ей то, что происходило.

— Плакала? — смущённо уточнила она. — Надеюсь, хоть не кричала? Мне Мили рассказывала, что такое со мной бывает. Мы ведь с ней в одной комнате жили.

Он отрицательно мотнул головой и снова поцеловал лежащую на его плече девушку в висок. А потом и вовсе обнял ещё и второй рукой, будто пытаясь показать, что защитит её от всего.

— И часто тебе снятся кошмары? — спросил Лит.

— Часто, — отозвалась она, а потом вдруг пояснила, отводя взгляд от его лица. — Почти каждую ночь с того дня, как я… сбежала с каторги.

И после этих слов, сказанных неожиданно дрогнувшим голосом, Литар прекрасно понял, что это были за кошмары. А главное, после каких событий они начались.

А девушка вдруг напряжённо дёрнулась, показывая, что желает, чтобы он её отпустил, но Лит только крепче прижал её к себе и вдруг попросил:

— Расскажи мне… Всё, что тогда случилось.

— Зачем? — усталым тоном спросила она, и в её голосе явно послышалась боль. — Ведь вам, Ваше Высочество, и так всё известно. Или желаете подробностей? — Она всё-таки поднялась и, сев на кровати, посмотрела на него с презрением. — Что вам рассказать? Как меня обманом заставили выйти ночью из барака? Или как тащили в тёмные катакомбы? А может, вам важны другие подробности? — Она напряжённо сжала кулачки. — О том, как громко я кричала? Или о том, сколько на мне осталось одежды?

— Ори… — Лит попытался остановить её словесную истерику, но девушка уже сорвалась со всех мыслимых ограничителей, и теперь говорила, почти не думая о последствиях.

Хотя, заводя эту тему, прося её рассказать ему о случившемся с ней кошмаре, Литар прекрасно понимал, на что идёт, и чем это может закончиться. Но… эта рана в душе Ориен была очень болезненной, гнойной, отравляющей ей жизнь. А Лит давно понял, что от подобных гадостей всегда нужно избавляться. Что как бы ни было больно, как бы ни мучил страх, но их нужно вскрывать, позволяя наболевшему выплеснуться наружу. Чтобы рана, наконец, смогла закрыться и со временем превратиться в простой старый шрам.

— Литар… — выдохнула девушка, втягивая носом воздух и искренне стараясь взять себя в руки. Вот только успокоиться у неё никак не получалось. А с языка срывались всё новые и новые гадости. — Тебе ведь наверняка предоставили отчёт. Полагаю, что там обо всём написано подробно. Ведь иначе быть просто не может! Каждый из твоих проклятых стражников мечтает выслужиться перед Великим Белым Соколом. А значит тебе всё и так известно. Кто… как… когда… в какой позе… Сколько раз…

— Ори! Перестань! — повысил голос Литар и протянул к ней руку, но она лишь отшатнулась и поспешила слезть с кровати.

— Что? Гадко?! — с горькой усмешкой спросила она, останавливаясь посреди комнаты. И сейчас её ни капли не волновало, что из одежды на ней только тонкое бельё, да рубашка Лита. — Небось противно. Ведь, подумать только, ты — принц крови, две последние ночи провёл в компании осквернённой… можно сказать, падшей женщины.

Он уже понял, что эта рана в душе Ориен оказалась гораздо глубже и опаснее, чем ему казалось раньше. Но ей нужен был этот надрыв. Необходим. И пусть лучше она срывается сейчас, с ним, чем позже, при самых непредвиденных обстоятельствах.

Видя горящий в её глазах огонь обиды и непонятной пустоты, он медленно поднялся с кровати и, подойдя к ней, крепко прижал к своей груди. А Ори не нашла в себе сил оттолкнуть его, отпрянуть. Он обнимал её как-то особенно осторожно, легко поглаживал по напряжённой спине, и она начала пусть и медленно, но успокаиваться.

— Мне не удалось узнать, кто были эти люди, — спокойно проговорил Сокол.

Его объятия вдруг стали чуть крепче. Будто он боялся, что после этих слов Ориен попытается уйти. Но она продолжала стоять на месте. Ори чувствовала его внутреннюю силу, ощущала его уверенность и странную жажду мести. Эти эмоции были в нём так сильны, что пробивались даже сквозь ментальный щит.

— Ориен, скажи мне, кто это сделал, — с нажимом попросил Лит.

А она вдруг подняла к нему напряжённое лицо и медленно покачала головой.

— Ори, скажи, — повторил он, глядя ей в глаза. — Это нужно в первую очередь тебе.

— Месть — зло… — прошептала она, не отводя взгляда.

— Подумай, ведь ты вряд ли оказалась единственной, кто пострадал от их деяний. Были и другие… А ты в силах сделать так, чтобы подобного больше не случилось. Ты можешь сейчас многое изменить. Помочь тем, кто сам себе помочь не может.

Она смотрела на него, даже не моргая. И всё больше верила его словам. Понимала, что он прав, что если не ей, то ему уж точно по силам навести порядок в том поселении каторжников. Да и во всех других заодно.

— Скажи мне их имена, — снова озвучил свою просьбу Сокол, правда, его голос теперь звучал куда мягче. Наверно именно поэтому она и сдалась.

— Я не знаю их… они не работали с женщинами. Только мужчин охраняли. Мы ведь в отдельных бараках жили, — сказала она неуверенно.

— Охраняли?! — и вот теперь в тоне Литара прорезались такие жуткие нотки, от которых Ори передёрнуло.

Заметив это, он тут же поспешил вернуть себе внешнее спокойствие, хотя пламя внутри едва удерживалось, чтобы не сорваться ввысь огромным огненным столбом, убивающим всё живое. Почему-то он не сомневался, что виновными в случившемся с Ориен были заключённые, которым каким-то непонятным образом удалось выйти ночью из своего барака. А оказалось, что всё совсем не так… а гораздо хуже. Теперь ему стало понятно всё. И почему дело почти не расследовали, и причины внезапной утери некоторых документов, и отсутствие показаний свидетелей.

— Убью, — прорычал Лит, крепко прижимая к себе напуганную Ориен. — Своими собственными руками.

— Не смей! — выкрикнула вдруг девушка, которая хоть и испугалась его внезапно вспыхнувшей злости, но всё равно нашла в себе силы снова посмотреть ему в глаза. — Не пачкайся в крови недостойных этого. Литар… не нужно.

Он заметил в её глазах странную мольбу. Нет, она не просила оставлять тех подонков в живых и переживала сейчас совсем не о них.

— Знаешь, Ориен, карать врагов тоже нужно уметь. Тем более, таким как я. Поэтому, не сомневайся, что они за всё заплатят.

По тому, как угрожающе блеснули в этот момент его глаза, она поняла, что теперь тем страшным людям можно только посочувствовать. Почему-то Ори ни капли не сомневалась, что Сокол найдёт виновных. Нет, он не убьёт их, но сделает так, что они каждую минуту своего существования будут молить о смерти.

Несколько минут они простояли в полной тишине. Оба были на взводе, но сейчас, рядом друг с другом удивительно быстро успокаивались. Ориен опустила голову и прислонилась щекой к его груди. И вдруг, сама себя не понимая, обняла его сама, — обвила руки вокруг его тела и сцепила за спиной. Он же только крепче обхватил её плечи и потёрся носом об её макушку.

Наверно, стоило что-то сказать, найти какое-то простое объяснение их непонятному поведению, но сейчас любые слова казались лишними. Да, им нравилось находиться рядом друг с другом, но этого всё равно было недостаточно. На самом деле они оба понимали, что, несмотря на их странную симпатию, между ними лежит огромная пропасть из прошлого, разного социального и материального положения, воспитания, различий в жизненных позициях. Их разделяло слишком многое… но сейчас никто из них не желал об этом думать. Они просто стояли посреди залитой солнечным светом комнаты и грелись в приятных объятиях. Хотя каждый из них понимал, насколько это неправильно.

Их тихую уютную идиллию разрушил едва слышный стук в дверь, на который Литар почему-то реагировать не стал. Наверно он надеялся, что незваный посетитель просто уйдёт. Увы, но тот явно тактичностью не отличался. Поэтому, не дождавшись ответа, попросту толкнул створку и спокойно шагнул внутрь. И та картина, что предстала перед его глазами, почему-то заставила гостя широко усмехнуться.

Лит стоял лицом ко входу и прекрасно видел вошедшего, но говорить всё равно не спешил. Знал ведь, что бесполезно. Этот уж точно просто так теперь не уйдёт.

— Значит, мы всей семьёй там переживаем, волнуемся, проснулся ли наш «бедняжечка», а он в это время обнимается с прекрасной леди? — насмешливо выдал утренний визитёр.

При звучании его голоса Ори вздрогнула от неожиданности и поспешила отпрянуть от Литара. Тот же посмотрел на неё с сожалением, но всё же отпустил. И только после этого всё-таки ответил остановившемуся у закрытой двери брату.

— И тебе доброго утра, — сказал он, делая вид, что не слышал его предыдущую тираду.

Ориен же смотрела на беловолосого мужчину в сером костюме с настоящей растерянностью. Ведь в отличие от изображений того же Литара, портреты этого человека в прессе появлялись постоянно, а его синие, будто светящиеся глаза, мог узнать в этой стране каждый.

Сомнений не было, сейчас перед Ори собственной персоной стоял Эмбрис — кронпринц Карильского Королевства, а по совместительству старший брат Сокола.

— Доброго, — отозвался гость, не глядя на Литара. Он с откровенным интересом рассматривал стоящую перед ним растерянную полуобнажённую девушку, и отрываться от этого занятия явно не собирался.

И Ориен видела его взгляд, совсем не такой холодный, как у Лита, и никак не могла решить, как себя вести. Конечно, согласно правилам этикета, ей следовало присесть перед Его Высочеством в почтительном глубоком реверансе. Но, как это сделать, когда на тебе одна лишь мужская рубашка?

Так и не найдя решения, Ори понадеялась, что он всё же вспомнит о тактичности и уйдёт. Но у гостя по этому поводу явно были другие мысли.

— Лит, представь мне, что ли, свою милашку, — бросил Эмбрис, проходя по комнате и присаживаясь в одно из кресел у окна. — Не видишь, девочка смущена.

Судя по выражению лица Литара, у того явно чесался язык послать брата куда подальше, но при посторонних он себе такого позволить никак не мог. А заметив, как тот пялится на обнажённые ноги Ориен, прикрытые его рубашкой лишь до середины бёдер, вдруг сдёрнул с кровати одеяло и укутал им девушку, замотав так, что свободной осталась только голова.

— Ори, это Эмбрис, — сказал Сокол, уверенно глядя ей в глаза. И от этого его взгляда, от такой явной заботы, ей вдруг стало гораздо легче, а страх и стеснение начали медленно уходить. — Но я разрешаю тебе называть его просто Брис, — добавил Литар. — Как ты уже догадалась, он мой старший брат.

Тот о ком шла речь, состроил озадаченную улыбку и теперь смотрел на девушку с искренним удивлением. Ведь мало того что младший явно провёл с ней ночь, хотя по словам лекаря был совершенно немощен, так ещё и нарушил все правила, представив сначала его. Да ещё, как представил!

Литар тем временем повернулся к Брису, и добавил:

— А это, мой неугомонный родственник, леди Ориен Терроно.

Услышав её имя, кронпринц вдруг удивлённо округлил глаза и довольно улыбнулся.

— Ученица Кери? — уточнил он, хотя сам прекрасно знал ответ. — Очень приятно, наконец, познакомиться. Он ведь нам всем как родной дядюшка. И да, Ориен, в таком случае для тебя я просто Брис. Без «высочеств».

Она снова посмотрела на него с недоверием. Всё же это его простецкое развесёлое поведение никак не вязалось у неё с образом холодного высокомерного принца, коим его изображали в газетах. До этого момента она была уверена, что Эмбрис Карильский-Мадели — ещё большая ледышка, чем Литар. А оказалось всё совсем не так?

— Мне тоже очень приятно с вами познакомиться, — пролепетала Ориен, у которой никак не получалось побороть смущение. И пусть наследник престола сейчас изображал из себя само дружелюбие, но она всё равно ему не верила. Уж очень внимательными были его синие глаза.

— Брис, может, ты уже скажешь, зачем приходил, и дашь нам хотя бы одеться? — не скрывая собственного раздражения, выдал Литар.

Тот перевёл на него свой насмешливый взгляд, отметил, что из одежды на непривычно растрепанном брате только нижнее бельё, и снова усмехнулся.

— Ладно, Лит, — бросил он, с деланным безразличием. — Я пришёл справиться о твоём здоровье и сообщить, что через час в малом зале собраний состоится внеплановый Совет. Твоё присутствие там очень желательно.

Услышав его слова, Литар отчего-то заметно напрягся.

— Что-то случилось? — спросил он.

— Случилось, — утвердительно кивнул Брис, правда улыбаться не перестал, хотя теперь его улыбка стала больше похожа на усмешку. Затем всё-таки поднялся и ленивой походкой направился к выходу. Но уже приоткрыв створку, вдруг обернулся и добавил, обращаясь к наблюдающей за ним девушке: — Ориен… До встречи.

И только после того, как за ним закрылась дверь, Ори снова начала нормально дышать. Хотя в душе поселилось странное ощущении, будто она только что пережила ураган.

Литар же проводил Бриса задумчивым взглядом, затем посмотрел на всё ещё бледную Ори и едва заметно нахмурился. Ему почему-то очень не понравилась такая её реакция на появление брата. Да и вообще, с некоторых пор видеть в её глазах испуг стало для него почти физически больно. После того, как он побывал на грани, после всех тех слов, что услышал от неё той страшной ночью в лесу, после того, как она фактически отыграла его у смерти… он стал относиться к ней совсем иначе. В его душе поселилось чувство странной ответственности за неё, к которому добавилась непонятная нежность и желание оберегать, защищать. А ещё, он очень хотел, чтобы она перестала бояться, чтобы научилась бороться со своими страхами. И сейчас ему неожиданно пришло в голову, что общение с таким человеком как Эмбрис сможет стать для неё очень полезным. Несмотря на его высокий титул.

— Знаешь, Ори, — задумчиво проговорил Лит, — думаю, тебе, на самом деле будет полезно познакомиться с ним поближе.

— Шутишь?! — выпалила она, глядя на него с откровенным непониманием.

— Нет, — спокойно ответил Лит. И всё же решил пояснить: — Понимаешь, Ори, он ведь совсем не такой, как думают многие. На самом деле, во всём, что не касается государственных дел, мой брат — настоящий разгильдяй. И Эрлисса такая же.

— Ваша сестра? — удивлённо уточнила девушка, которая никак не ожидала, что Литар вдруг решит рассказать ей о своей семье.

— Угу, — кивнул он, а на его губах расцвела лёгкая улыбка. — Мама надеялась, что с возрастом это у них пройдёт. Но, к сожалению, не прошло.

Он вдруг улыбнулся шире и обнял Ориен прямо поверх одеяла.

— Знаешь, как мы все называем Лиссу? — спросил Лит, и тут же сам ответил: — «Мелкая». Даже Дамьен зовёт её так, хотя она старше его на десять лет. И если Брис ещё хотя бы на людях делает вид, что он серьёзный человек, то Лисса считает это совсем не важным.

Ори смотрела на него широко распахнутыми глазами. Почему-то после знакомства с Литаром ей казалось, что все венценосные особы холодные и сдержанные. И теперь его слова попросту сминали все созданные ею стереотипы.

И так как девушка всё ещё была немного скована, Литар решил, что просто обязан вернуть на её лицо улыбку.

— А хочешь, открою страшную тайну? — спросил он, наклоняясь к ней ближе.

— Надеюсь, не государственную? — опасливо уточнила Ориен, ловя себя на том, что наслаждается такой его близостью.

— Нет, скорее, личную, — отозвался принц. И тут же уточнил: — Так хочешь?

В его глазах блеснуло настоящее весёлое коварство, и в этот момент он показался ей таким простым и близким, что она невольно подхватила его игру и ответила чуть кокетливо:

— Хочу.

И тогда Литар, стянул с неё одеяло, которым сам до этого укрывал, отбросил его обратно на кровать и взял её за руки. Он сам не понял, зачем это сделал. Просто ему вдруг отчаянно захотелось снова ощутить тепло её кожи, а преграда в виде одеяла сильно этому мешала.

— Прозвище… Белый Сокол, оно ведь не просто так появилось. И в этом тоже виноваты мои старшие брат и сестра, — с видом мученика пожаловался он. — Не зря их в своё время в народе прозвали «Карильским проклятием». Вот уж точно. Лучше не скажешь.

— А мне кажется «Белый Сокол» очень красиво звучит. И тебе подходит… по правде говоря, — ответила Ориен.

— Смотри, Ори, — сказал он, поворачиваясь к ней спиной и приподнимая спускающиеся почти до плеч волосы.

А там, на спине у самой шеи, был изображён тот самый совершенно белоснежный гордый сокол. Рисунок выглядел очень натурально, и птица на нём казалась живой. Она явно собиралась напасть на кого-то. Её крылья были расправлены, когти на лапках угрожающе выставлены вперёд, а клюв раскрыт, будто в воинственном крике. И хоть это оказалось всего лишь татуировкой, но впечатление изображение производило пугающее. Нет, сама птица выглядела завораживающе красивой в своей опасной грации, но попасть у такого хищника на пути мог желать только сумасшедший.

Ориен всё же не сдержалась и коснулась нарисованного крыла. От её неожиданного прикосновения Лит чуть вздрогнул, но ничего не сказал. Тогда девушка ещё больше осмелела и обвела всю птицу по контуру.

— Это Брис с Лиссой сделали, — пояснил Литар, наслаждаясь лёгкими касаниями мягких пальцев. — Им, видите ли, показалось, что я, как наследник титула рода Мадели, должен иметь на себе родовой знак. Я не знаю, что они с ним намудрили, но убрать эту татуировку невозможно.

— Давно это было? — спросила девушка, которой вдруг показалось, что нарисованный сокол угрожающе сверкнул на неё глазами.

— Двенадцать лет назад, — ответил Литар. — Эти двое… неугомонных, тогда очень скучали во дворце, ожидая, когда же закончатся каникулы, и они смогут вернуться в академию. Им оставалось всего один год доучиться. Мне же только пятнадцать исполнилось. И тогда я был ещё слишком юн, чтобы понять, что к таким, как мои старшие родственники лучше вообще с нравоучениями не лезть. Я имел неосторожность назвать их поведение на одном из вечеров недостойным отпрысков королевской семьи. И той же ночью стал обладателем вот этой птички.

— Но ведь её не видно под одеждой, да и за волосами, — проговорила девушка, продолжая поглаживать белые крылья. — Почему это прозвище так к тебе прилипло?

Он обернулся, и Ори всё же пришлось убрать руки от так понравившейся ей птицы с белоснежным оперением.

— Когда я изъявил желание работать в департаменте правопорядка, отец отправил меня проходить обучение наравне со всеми, — сказал Литар, нехотя отходя от Ориен и направляясь к гардеробной. — Четыре года я провёл в военной магической академии, а там приходилось и волосы коротко стричь, и на плацу частенько без рубашки заниматься. Так что Ори, сокола видели многие. Оттуда всё и пошло. Правда, до сих пор в лицо меня так осмеливаются назвать только единицы. И почему-то ты в их числе.

Она хмыкнула и, подхватив свою одежду, сложенную аккуратной стопочкой, направилась в ванную. Ведь несмотря ни на что, ей было необходимо в самое ближайшее время вернуться в дом Кери, а для этого нужно хотя бы одеться, да и причесаться не мешает.

Когда она закончила приводить себя в порядок и снова вошла в спальню, Лит уже ожидал её у накрытого к завтраку небольшого столика. Он тоже успел одеться и теперь выглядел именно таким, каким она привыкла его видеть. Разве что казался гораздо бледнее, чем обычно.

— Присаживайся, Ори. Времени мало, — бросил Лит, увидев её. — Как ты слышала, меня ждут на Совете, который вообще неизвестно зачем собирается. Вероятно, пока мы с тобой… гуляли по лесам, в королевстве что-то случилось.

— Надеюсь, ничего серьёзного, — проговорила девушка, усаживаясь в кресло напротив принца.

— Боюсь, на это надеяться не стоит, — спокойно ответит ей Сокол.

Он ел с аппетитом, в то время, как Ориен почему-то кусок в горло не лез. Она молча потягивала сладкий чай, украдкой наблюдая за Литаром. И сейчас, без своей вечной пугающей холодности и высокомерия он казался ей невероятно родным… близким. И от этих мыслей Ори почему-то стало очень горько. Она чувствовала, что начинает прикипать к нему душой, чего уж точно никак нельзя было допускать.

Вскоре в комнату без стука вошёл мужчина в тёмно-зелёной ливрее и молча поклонился принцу. Лит же поднял взгляд на Ори и спокойно сообщил:

— Это Карм, мой камердинер. Он проводит тебя до портальной комнаты. Скажешь дежурному магу, чтобы открыл для тебя переход в особняк Кертона.

И всё это было произнесено таким сухим тоном, от которого по коже девушки пробежал холодок. Она даже не нашла, что на это ответить. В душе появилось противное гадкое чувство обиды. Ведь сейчас Лит снова вёл себя точно так же как прежде. Будто и не было этой ночи и утра… будто это не он недавно умирал у неё на руках…

Хотя, чему удивляться? Всё честно. Она спасла ему жизнь, а он подарил ей немного заботы и тепла. Создал для неё маленькую сказку… иллюзию. Дал возможность бедной сиротке почувствовать себя нужной.

Ори поднялась из кресла, молча кивнула и направилась к выходу. Глаз она не поднимала, не желая, чтобы Литар заметил отразившуюся там глупую неуместную боль. Она вообще старалась держаться спокойно и делать вид, что всё происходящее для неё в порядке вещёй. Но когда строгий, как скала Карм открыл перед ней дверь, Ори всё-таки обернулась и посмотрела на принца.

— Прощайте, Ваше Высочество, — сказала она, поймав на себе его ничего не выражающий взгляд.

Но он в ответ неожиданно усмехнулся каким-то своим мыслям, быстро поднялся и, подойдя к ней, легко, почти невесомо поцеловал опешившую девушку в губы.

— До встречи, Ориен, — прошептал, отстраняясь.

А она, будто чего-то испугавшись, поспешила покинуть его комнату.

* * *

Несмотря на свои слова, брошенные таким многообещающим тоном, в этот день Литар так и не появился. Ори уговаривала себя не ждать, пыталась заставить свои мысли думать о чём-нибудь другом, о той же менталистике, книгам по которой посвятила весь сегодняшний день, но всё равно снова и снова возвращалась к образу Лита.

Она сама не понимала, как теперь к нему относится. Раньше всё было намного проще: он терпел её, потому что она была ему нужна для дела; она ненавидела его, но была вынуждена просить о помощи в поиске родителей. И что теперь? Как всё неожиданно изменилось…

Отчаявшись отмахнуться от этих навязчивых дум, Ори решила честно признаться хотя бы самой себе, какие эмоции теперь вызывает у неё Литар. Правда после нескольких минут таких размышлений пришла к совсем неутешительным выводам и с новой силой ударилась в изучение талмудов по менталистике.

Когда ближе к полуночи со стороны гостиной, примыкающей к её библиотеке, послышались шаги, Ори вдруг воспряла духом и с глупой надеждой уставилась на дверь. И пусть мысленно продолжала ругать себя за те странные чувства, что вызывал у неё Сокол, но ничего не могла с собой поделать. Несмотря на то, что распрощались они только этим утром, ей всё равно очень хотелось его увидеть.

Увы, сегодня её желаниям не было суждено сбыться, и вместо так ожидаемого ею принца в дверном проёме появился Кертон. Он выглядел вымотанным и невероятно уставшим. И пусть маг старательно пытался изобразить на лице приветливую улыбку, но в его глазах всё равно проскальзывала напряжённая обеспокоенность.

— Что-то случилось? — взволнованно спросила девушка, поднимаясь к нему навстречу. Но наставник тут же махнул ей рукой, чтобы садилась обратно, а сам рухнул на стоящий рядом диван.

Несколько минут он лежал неподвижно. Его глаза были прикрыты, а поза выражала сильнейшую усталость. Одна рука соскользнула вниз и обессилено упала, ударившись о пол, но Кери, казалось, этого даже не заметил.

Ори наблюдала за ним со всё больше нарастающим волнением, но настаивать на ответе не спешила. За время их знакомства она успела изучить некоторые особенности характера своего учителя и уже догадалась, что если он пришёл к ней, да ещё и в таком состоянии, значит ему, определённо, есть что сказать.

— Да, Ориен, — хриплым от усталости голосом проговорил Кертон, спустя несколько минут тишины. — Объявились ишау. С претензиями.

Она замерла и от внезапного волнения с силой прижала к себе книгу, которую держала в руках. А перед глазами как по волшебству появились жуткие сцены боевых действий. Ведь между их народами уже когда-то была война. Страшная, невероятно кровопролитная, унесшая тысячи жизней. И теперь Ори очень боялась, что подобное может повториться.

— Их правитель прислал королеве письмо, в котором обвинил Эриол и всю Карилию в нарушении какого-то непонятного «Карсталлского договора», — продолжил маг, не открывая глаз. — А до сегодняшнего дня во дворце никто не имел понятия ни о том, что этот договор вообще существовал, ни о его содержании. У нас даже про ишау толком никто ничего не знает.

— И что теперь будет? — осторожно спросила девушка, хотя сама очень боялась услышать ответ.

Кери вздохнул и, разлепив веки, повернул к ней голову.

— Знаешь, Ори, вы очень вовремя откопали в летописях информацию о той старой войне, — проговорил он. — Эриол, кстати, просила передать тебе её личную благодарность. Без этого мы бы оказались в очень неприятной ситуации.

— Так и в чём была суть договора, который сейчас нарушила Карилия? — нетерпеливо спросила она, не отводя взгляда от своего наставника.

Тот же снова прикрыл глаза и, казалось, уже уснул, прямо здесь на узком неудобном диване. Но вдруг усмехнулся и ответил:

— Это был мирный договор. Ту войну мы проиграли, и главным требованием ишау было уничтожение всех месторождений красной платины на континенте, а так же всех изделий из этого металла. Взамен они обещали уплыть к себе на Ишерию и никогда не возвращаться.

— Вот как… — протянула Ори. — И что теперь?

— А что… ничего, — буркнул маг. — Война с ними нам точно не нужна, а вот без платины мы как-нибудь проживём. Потому Эриол днём приняла решение срочно уничтожить открытую шахту.

— И как же это сделать?

— Всё просто, Ориен, — сонным голосом отозвался Кертон. — Красная платина плохо совместима с водой. При длительном взаимодействии она начинает окисляться и терять свои свойства. Поэтому уже сейчас на месте, где ещё вчера велась добыча, разлилось большое озеро. Её Величество вместе с Эмбрисом постарались.

Снова повисла пауза.

После рассказа мага на душе у Ориен стало заметно легче. Ведь теперь нарушения договора нет, а значит, войны не будет, что просто не могло не радовать. Но что-то подсказывало ей — всё далеко не так просто.

— Кери, — позвала она вдруг и, заметив, как он дёрнулся, поняла, что умудрилась его разбудить. — Кери, скажи, а что с ишау? Королева отправила им ответное письмо?

— Нет, — ответил он. Потом кое-как приподнялся, опираясь на локоть, и устало потёр глаза. — Эриол отправила к ним дипломатическую делегацию. Она считает, что мы должны наладить с ними отношения и, желательно, сделать это раньше других государств континента. Я же сегодня весь день занимался построением огромных порталов, чтобы перебросить людей, запасы, и даже, представь себе, корабль на ближайший к Ишерии остров. Думал, прямо там умру. Мы этот портал вдесятером держали…

Ори посмотрела на него с искренним сочувствием, хотя с трудом понимала, что значит «держать портал». Но тот факт, что они переместили в пространстве огромный корабль, её всё же впечатлил.

— Остров тот называется Максина. Он небольшой, но свой порт там имеется, — добавил сонный Кери. — От него до Ишерии семь дней пути. Воды там неспокойные, а на борту нет ни одного мага… по понятным причинам. Так что, Ори, я не знаю, чем эта затея закончится. Но в лучшем для нас случае, через несколько недель мы получим ответ.

— Значит, есть надежда, что скоро путь в Ишерию будет открыт? — неуверенно уточнила девушка, а на её лице вдруг появилась лучезарная улыбка.

— Да… Думаю, в итоге так и случится, — согласился с ней Кертон. — Но пока нам всем остаётся только ждать.

* * *

А время вновь побежало вперёд. За ночью неизменно расцветало утро, ему на смену приходил вечер… затем снова наступала ночь. И так далее… по бесконечному кругу бытия. Дни пролетали за днями. Мягкая карильская осень благополучно перевалила за свою середину. Закончился месяц свежего бриза, а его место во главе календаря занял месяц жёлтых лесов, хотя за окном всё ещё было довольно тепло.

Всё медленно вернулось к прежнему укладу. Вечно занятой Кери метался между дворцом, башней ордена магов и домом, и старался всё держать под своим контролем. Беллиса всё больше времени проводила с королевой, выполняя свои обязанности первой (и единственной) фрейлины Её Величества. А Ориен целыми днями просиживала за книгами, не имея ни возможности, ни желания покидать ставшую родной библиотеку.

По вечерам их небольшая странная семья собиралась в малой столовой, и в тёплой атмосфере уюта они делились друг с другом тем, как прошёл день. Фактически Белли и Кертон были для Ориен единственным окном во внешний мир, и даже находясь вдалеке от столицы и дворца, она оставалась в курсе всех последних новостей. Тем более что этих самых новостей оказалось не так много.

За прошедшие три недели с момента уничтожения последнего месторождения красной платины не произошло почти ничего важного. Ответ от ишау до сих пор не пришёл, хотя было известно, что корабль с карильской делегацией благополучно добрался до берегов Ишерии. Но если на этом фронте пока наблюдалось затишье, то в отношениях с княжеством Гаус, наоборот, наметилось явное обострение конфликта. Они ведь считали открытое месторождение и своим тоже, и теперь никак не могли простить Эриол того, что она самовольно уничтожила их общую ценность.

К чести королевы на конфликт с ними она не пошла, хоть они и провоцировали её всеми силами. Вместо этого Её Величество отправила к ним для объяснений Литара. Но даже у него ушла почти неделя, чтобы доказать тамошнему правителю, его советникам и министрам, что действия правительницы Карилии были продиктованы необходимостью, и что если бы она этого не сделала, их страны могла бы в скором времени ожидать война. Причём бороться пришлось бы с такими противниками, о которых до сих пор очень мало информации.

В остальном же всё на политической арене страны пока было относительно гладко. Но вот в самой королевской семье наблюдался явный разлад. Хотя, как оказалось, проблемы там начались гораздо раньше, а теперь просто перешли в стадию обострения.

Этим вечером, уставшая и явно расстроенная Беллиса пришла к Ори в библиотеку с бутылкой вина и попросила составить ей компанию. Кери в тот день снова решал какие-то вопросы первостепенной важности, и присутствовать дома не мог.

Ориен к алкоголю всегда относилась нейтрально. Но глядя на Белли, вдруг осознала, что и сама жутко устала… от этих бесконечных потоков информации, от тишины библиотеки, от однообразия, в котором проходили все её дни и… от глупых мыслей о Соколе, который за столько дней так ни разу и не появился. Ей тоже было необходимо расслабиться, отдохнуть, наверно потому она и согласилась немного разбавить своё существование таким благородным напитком.

— Ох, Ори, — проговорила Беллиса, откупоривай пробку у бутылки и разливая золотистого цвета вино по красивым прозрачным бокалам. — Они ведь все мне, как родные. Сердце болит за каждого.

Она устало откинула со лба мешающую прядь светлых волос, и снова посмотрела на свою собеседницу. И в этом взгляде отразилась такая печаль, что Ори сама почувствовала её отголоски.

— Кто на этот раз тебя расстроил? — спросила девушка, уже догадавшись, что речь идёт о ком-то из детей королевы.

Ори пригубила ароматный чуть кисловатый напиток и с удивлением отметила его приятный изысканный вкус. Это вино было совсем не таким, какое они когда-то пили с Ситом. Да по сравнению с этим творением карильских виноделов, то теперь казалось простой гадостной бражкой.

Супруга верховного мага снова вздохнула и, отведя взгляд в сторону, покачала головой.

— Брис… точнее даже не он, а его Терриана, — спокойно ответила она. Но вдруг как-то особенно обречённо вздохнула и выпалила, даже не пытаясь сдерживать эмоции: — Боги, когда он зубами вырвал у Эриол разрешение на этот брак, мы все думали, что мальчик наш влюбился. Надеялись, что он остепенится… станет серьёзным семейным человеком. Да он так на свою молодую невесту смотрел, что тепло на душе становилось. И что же сейчас?!

Ориен взглянула на Белли с искренним любопытством и даже придвинулась чуть ближе к разделяющему их столу.

— А что сейчас? — нетерпеливо спросила она. — Я слышала, что принцесса предпочитает жить в каком-то загородном поместье, так как их детям полезнее расти там, чем в стенах душного дворца.

— Отчасти это правда, — отозвалась Белли, кивнув. — На самом деле, Терриана уже как два года живёт в «Сорве-Мирано» — небольшом имении на Юге. Она уехала туда перед третьими родами, забрав с собой детей. Брис уговаривал её остаться, но она отказалась наотрез. И если поначалу он ещё прыгал к ней порталами, то вскоре ему это надоело.

— Так они в ссоре? — удивлённо уточнила Ориен.

Почему-то в этот момент ей очень кстати вспомнился тот заинтересованный взгляд, коим Его Высочество кронпринц Эмбрис разглядывал её обнажённые ноги. Да уж… такой мужчина, оставшийся без супруги во дворце полном прекрасных дам, вряд ли хранил верность жене.

Наверно эти мысли как-то отразились на её лице, потому что Беллиса поняла их без слов.

— Вот именно, Ори… — покивала она, медленно потягивая вино. — Я знаю, что после одного очередного скандала, он притащил любовницу в свои покои. Естественно об этом очень быстро стало известно Терриане. И с тех пор она его к себе вообще не подпускает. Живёт себе отдельно, вдалеке от дворцовой суеты. А каждая их встреча с Эмбрисом заканчивается поистине грандиозными скандалами. Но сейчас обстоятельства сложились так, что… — на мгновение Белли замялась, решая, стоит ли говорить Ори об истинном положении вещей, но в итоге всё же решила рассказать всё до конца. — Из-за готовящегося начала сотрудничества с ишау снова начали набирать обороты оппозиционные движения, выступающие за свержение монаршей власти. Это далеко не первый случай, и Эриол давно знает, как легко и быстро ставить их на место, но… оставлять первую принцессу и троих наследников вдали от дворца сейчас попросту небезопасно. Поэтому Терриане было приказано вернуться в столицу.

— Она уже прибыла? — спросила Ориен, которой почему-то стало жаль несчастную супругу кронпринца.

— Пока нет, но должна появиться в ближайшее время. Хотя Брис уже ходит нервный, готовый в любую минуту сорваться. От этого бесится Эриол, напрягается Кай, да и все придворные в их присутствии стараются даже дышать потише. Литар из своего департамента вообще не вылезает, и только Дамьен ведёт себя так, будто всё в порядке.

— А… может их как-то помирить? Или, наоборот, развести? — спросила Ори, прекрасно понимая, что такая нездоровая обстановка в семье будущего короля вряд ли благотворно скажется на стране.

— Развести нельзя. Брак магический, причём, — Белли подняла вверх указательный палец, подчёркивая важность следующих слов, — Светлыми Богами он был признан как союз равных. Ведь эти двое любили и до сих пор любят друг друга, но почему-то за всеми своими обидами и непониманием совсем об этом позабыли и… не хотят вспоминать.

В эту ночь после рассказа Белли и нескольких бокалов вина, Ори совершенно не спалось. Она всё думала… об Эмбрисе, о его жене, об их отношениях, отравляющих жизнь всей семье. О маленьких детях… будущих наследниках карильского престола. И почему-то снова вспомнила о Соколе. О его сильных руках, мягких властных губах… о его дыхании в её волосах. И вдруг поняла, что безумно соскучилась.

В тот же момент, отбросив одеяло в сторону, она поднялась и подошла к плотно закрытому окну. К сожалению, на улице сегодня было хоть и сухо, но очень ветрено. Летать в такую погоду сложно и даже опасно. Но несмотря на это ей очень хотелось сейчас распахнуть створки, выпрыгнуть наружу и понестись к столице, ко дворцу… к балкону на третьем этаже королевского крыла. Просто, чтобы несколько минут простоять в его тёмной комнате… просто, чтобы убедиться, что с ним всё хорошо.

— Литар… — проговорила она, прислоняясь лбом к холодному стеклу, за которым своевольный ветер нещадно трепал пожелтевшую листву на садовых деревьях. — Боги, как я могла позволить тебе отравить собой мою душу?

Но ни ветер, ни призрачный образ принца, померещившийся ей за окном, ответа на этот вопрос так и не дали. Девушка же ещё долго стояла, глядя во тьму ночи, и желая избавиться от той пустоты, что царила в её душе все последние три недели, прошедшие с того дня, как однажды утром она покинула покои Сокола.

А где-то… в спящем королевском дворце, в собственной кровати, на чёрных шёлковых простынях, лежал молодой мужчина. Его руки были раскинуты в стороны, будто крылья той самой белой птицы, чьё изображение красовалось на его спине. Он тоже не мог уснуть… и его тоже одолевали разные не самые приятные мысли. Хотя большинство из них оказались никак не связаны с красноволосой девушкой по имени Ориен.

На самом деле сейчас он был слишком занят, чтобы думать о своих желаниях. Литар чувствовал, что страна находится в шаге от бездонной пропасти, и что в скором времени может произойти нечто жуткое. И эти предчувствия не давали ему покоя. Он уже устал просчитывать варианты, пытаясь понять, с какой стороны может прийти угроза. И если раньше у него почти не было никакой информации, то сейчас её, наоборот, оказалось даже слишком много, но в общую картину она всё равно никак складываться не желала.

Он устало вздохнул и перевёл взгляд за окно, где погода разбушевалась не на шутку. И на какое-то мгновение ему почудилось, что на балконе стоит девушка с крыльями… чёрными, как сама тьма. Но оказалось, что это всего лишь игра света и уставшего сознания. И в этот момент он неожиданно для самого себя подумал, как хорошо бы было сейчас прижать Ориен к себе, уткнуться в её шею и уснуть… Увы, но засыпать ему пришлось одному. Правда с тёплой улыбкой на лице и образом чуть растрёпанной Ори в его объятиях.

Книга 2

Фаворитка

Глава 1

Прими удар! Прими, будь стойкой!

Хоть бьют в лицо, хоть по душе,

Хоть травят жизнь настойкой горькой…

Прими. А злость свою зашей,

Запри, закрой, хоть сердце режет.

Пусть враг почует вкус побед.

И будет он легко повержен,

Когда ударишь ты в ответ.

На первый взгляд сегодняшний день, абсолютно ничем не отличался от всех предыдущих. Ори точно так же, как и всегда, проснулась с рассветом, ещё до завтрака успела дочитать три последние главы в книге по блокировкам памяти, и уже собиралась приступить к трапезе, когда в столовую вдруг вошёл странно озадаченный дворецкий. И он выглядел таким непривычно напряжённым, что Ориен сразу поняла, что произошло нечто из ряда вон выходящее.

Она уже поднялась с места и хотела спросить старого Горито, в чём причина его ступора, когда он, наконец, заговорил:

— Леди Ориен, к вам посетительница, — сказал, глядя на девушку со странным смущением.

— Посетительница? — удивлённо уточнила она.

И здесь на самом деле было чему удивляться, ведь за те четыре месяца, что Ори провела в этом доме к ней ещё ни разу никто не приходил. Да и кто мог прийти? Мили? С ней Ориен не виделась с того дня, как ту увели на допрос стражники. И пусть они исправно обменивались письмами, но подруге вряд ли бы пришло в голову приехать в гости. Сит же, по словам Сокола, давно отбыл на юг, где в горах располагалось одно секретное учебное заведение. Конечно, у Ориен были ещё знакомые, но вряд ли кто-то из них стал бы искать с ней встречи в доме верховного мага королевства.

— Да, — подтвердил дворецкий. — Посетительница. Её имя — Шарлотта Крилит. И… она утверждает, что приходится вам матерью.

Вот после этих слов, Ориен просто остолбенела. Её руки друг задрожали, а на глазах стали наворачиваться неуместные слёзы. Почему-то сейчас, в этот волнительный момент, оказавшись так близко к разгадке той тайны, что мучила её всю жизнь, ей стало страшно.

В голову тут же начали закрадываться самые гадкие мысли, опасения, предположения… Она очень боялась, что не понравится маме, что окажется не такой дочерью, о которой та мечтала. Ведь мисс Кариэлла Терроно утверждала, что мать Ори была аристократкой до мозга костей, а ведь самой Ориен даже до простой леди было очень далеко. Да, её обучили этикету и правилам поведения в обществе, но она всё равно оставалась простой девчонкой, выросшей в приюте. Ей было страшно посмотреть в глаза маме… и вместе с тем, она мечтала поскорее её увидеть. Обнять… и наконец-то разрыдаться на родном плече.

Не желая более оттягивать этот прекрасный момент, Ориен вдруг сорвалась с места и побежала к зелёной гостиной, где в этом доме было принято принимать посетителей. Она пролетала по коридорам, подобно порыву ураганного ветра. Она спешила увидеть ту, которую считала роднее всех в этом мире. Но распахнув настежь высокие двухстворчатые двери и взглянув, наконец, на посетительницу… вдруг резко остановилась.

Гостья сидела на обитой зелёным бархатом софе и с любопытством осматривала комнату. Она была абсолютно спокойна, и производила впечатление приветливой доброжелательной женщины. На вид ей можно было дать около пятидесяти, может чуть меньше. Её белые кудри оказались тщательно собраны в пучок на затылке, а простой наряд говорил о том, что она явно относится к низшей аристократии, или даже к простолюдинам.

— Мисс Крилит, — абсолютно спокойным учтивым тоном обратилась к ней Ориен, у которой в один момент будто отключились все эмоции. Она смотрела на эту женщину и чувствовала в душе только дикую звенящую пустоту. — Рада приветствовать вас в доме моего наставника. Разрешите угостить вас чаем?

— Ори… малышка… — взволнованно протянула гостья, поднимаясь и подходя ближе.

Она остановилась в паре шагов от девушки и принялась рассматривать ту с какой-то явно чрезмерной жадностью. А потом и вовсе отбросила все правила этикета и заключила её в крепкие объятия.

— Девочка моя… маленькая… — шептала эта женщина, даже не пытаясь сдержать всхлипы, переходящие в рыдания. — Сколько же лет я тебя не видела…

— И правда, сколько? — спросила Ориен ровным пустым тоном.

— Много, очень много… — протянула та, сквозь плачь.

Её слёзы капали на рукав светлой туники Ориен, но девушка продолжала стоять совершенно неподвижно. Только смотрела на мокрые пятнышки, остающиеся на ткани и отчаянно старалась понять, что с ней происходит.

— Ты так выросла… стала такой красавицей… — срывающимся тоном говорила Шарлотта. — Прости меня… я думала, что ты погибла… Я не знала, что ты в приюте…

Она висела на шее у стоящей как столб Ори, и продолжала отчаянно рыдать. Но сама Ориен почему-то не чувствовала к этой странной женщине ничего кроме презрения. Она даже пахла как-то совершенно отталкивающе… уж точно не мамой. И только теперь девушка поняла причину своего странного ступора.

— Мисс Крилит, — сказала она, отпихивая ту от себя, потому что сама Шарлотта просто так отцепляться не желала. — Ответьте мне на два вопроса… пожалуйста.

— Конечно, родная. Спрашивай, — проговорила гостья, стирая слёзы со своих щёк рукавом платья.

— Как звали моего отца? — равнодушным тоном поинтересовалась Ориен, пристально глядя ей в глаза. Она хотела подловить эту женщину на лжи, которую бы обязательно почувствовала.

И Шарлота с самым уверенным видом ответила:

— Яро… он был из народа ишау.

И эти слова оказался чистой правдой. По крайне мере, сама мисс Крилит ни капли не сомневалась в том, что говорила. И, возможно, если бы Ори не пребывала в каком-то эмоциональном ступоре, она бы сама разрыдалась. Но сейчас все её чувства будто находились за толстой стеной. Они прятались где-то в глубинах её души и выплывать наружу не собирались.

— Яро? А как он выглядел? — спокойным тоном спросила девушка.

— Ты на него немного похожа, — с восхищением в голосе ответила эта явно переигрывающая мисс. — У него были красные волосы, правда, он их сбривал почти под корень, чтобы не выделяться на фоне других людей.

— А фамилия? У него ведь была фамилия? — дрогнувшим голосом спросила Ори, и это стало первым проявлением эмоций за всё время их странного разговора.

— Его называли Яро Красный. Он почти ничего о себе не рассказывал. Да и… мы провели вместе всего одну ночь.

А вот теперь она точно врала. И это почему-то дико взбесило Ори. Она была уверена, что эта женщина — ей не мать. Да и, по словам мисс Кариэллы Терроно, её мама была утончённой аристократкой, а такие манеры даже с годами никуда бы не делись. Эта же — вела себя слишком просто.

— И второй вопрос, мисс Крилит, — произнесла Ориен, глядя ей прямо в глаза. — Зачем вы мне лжёте?

— Я? Лгу? Доченька, да что ты такое говоришь?! — воскликнула та, всплеснув руками. — Понятное дело, что так сходу ты не проникнешься ко мне чувствами и доверием, но… со временем…

— Вы не моя мать! — выкрикнула девушка, у которой внутри что-то будто взорвалось. — Я помню мать… Нет, не лицо, а чувства, которые у мня возникали рядом с ней. И вы — не она! Поэтому, скажите лучше по-хорошему, зачем вы мне врёте, и откуда знаете моего отца?

— Я не вру! — продолжала стоять на своём женщина, всё больше раздражаясь. — Не вру!

И тогда, уже придя к выводу, что та ни в чём так просто не сознается, Ори снова посмотрела ей в глаза и отдала мысленный приказ: «Спать». В то же мгновение женщина рухнула на пол, а у Ориен, при взгляде на её бессознательное тело, не возникло ни одной эмоции, кроме гадкого отвращения.

— Господин Горито, — позвала Ориен, выходя из гостиной. А когда перед ней появился старый дворецкий, грустно вздохнула, и попросила. — Пожалуйста, вызовите Кери. Я знаю, у вас есть такая возможность. И если сможете, передайте Его Высочеству принцу Литару, что мне очень срочно нужно с ним поговорить. Дело касается нашего с ним договора и его ведомства.

Тот кивнул и уже хотел отправиться выполнять поручение, когда его снова окликнул голос Ориен.

— И не обращайте внимания на ту мисс, что лежит на полу в гостиной. Она просто спит… и проспит так, пока я не позволю ей проснуться.

И ушла, проигнорировав ошарашенный взгляд дворецкого.

* * *

Когда Литу, у которого и без того с самого утра голова кругом шла от огромного количества важных первостепенных задач, сообщили, что его очень просила зайти леди Терроно, он на несколько секунд даже опешил от удивления. Но тут же понял, что просто так она бы его ни за что не позвала, тем более, утром. Именно поэтому, отдав основные распоряжения и загрузив своих сотрудников работой, он покинул кабинет и отправился прямиком в портальную комнату дворца.

Проснувшаяся интуиция говорила Литу, что этот визит обещает быть очень интересным, хотя он даже примерно не представлял, что могло заставить Ори вызвать его к себе.

Выйдя из мерцающей арки портала в доме Кертона, он приветственно кивнул, отчего-то напряжённому дворецкому и попросил проводить его к леди Ориен. Но вопреки его ожиданиям, она нашлась не в своей библиотеке, где обычно просиживала дни напролёт, а в зелёной гостиной. Девушка расположилась в кресле, привычно поджав под себя ноги, и что-то записывала на прижатом к книге листе бумаги.

Ори оказалась так увлечена своим занятием, что даже не отреагировала на звук шагов. Но стоило двери с щелчком закрыться, вдруг вздрогнула, подняла лицо и увидела Литара.

Он стоял у самого входа и с напряжённым видом смотрел на бессознательное тело женщины, лежащее посреди комнаты на ковре. И только когда заметил, что на её лице присутствует лёгкий румянец, а грудная клетка мерно вздымается и опускается, всё же выдохнул с огромным облегчением.

— Думал, убила, — выдал он, поворачиваясь наблюдающей за ним девушке. — Умеешь ты удивлять… Ориен. Представь… я — глава департамента правопорядка только что поймал себя на том, что думаю, где бы поудачней спрятать труп.

Ори же в ответ как-то грустно ему улыбнулась и отвела взгляд в сторону. Казалось бы, прошло всего каких-то три недели, а она уже успела так безумно по нему соскучиться. И сейчас… в этот странный момент, ей хотелось просто подойти… просто обнять… просто ощутить его тепло, чтобы хотя бы попытаться снова начать что-то чувствовать.

— Так что с этой несчастной? — спросил принц, подходя к женщине и присаживаясь рядом с ней на корточки.

— Спит, — отозвалась Ори.

— Твоими силами? — усмехнувшись, уточнил он.

Но девушке оказалось совсем не до веселья или шуток. Для неё всё это было очень серьёзно, поэтому она лишь нервно дёрнула плечом и посмотрела на Лита со всей возможной серьёзностью.

— Эта женщина утверждает, что является моей матерью, — сказала Ори абсолютно равнодушным тоном. В её голосе не проскальзывало совершенно никаких эмоций, а во взгляде отражалась пустота. — Но это не так. Она врёт… но знает моего отца. Она сказала, что его зовут Яро Красный. И ещё ей известно, что он — ишау. Говорит, что провела с ним одну-единственную ночь.

С каждым словом Литар становился всё мрачнее, а под конец короткого рассказа, и вовсе принял свой обычный серьёзный вид, и от его весёлости не осталось и следа.

— В память не заглядывала? — поинтересовался он, отходя от спящей женщины. — Подозреваю, что там много интересного.

— Решила дождаться тебя, — ответила Ори, снова встречаясь с ним взглядами. — Всё-таки это несанкционированный ментальный взлом, а за такое в нашей стране можно оказаться на каторге.

— Тоже верно, — согласился Лит, прохаживаясь по комнате и усаживаясь на кресло, стоящее рядом с тем, где сидела Ориен. — И ты лучше пока не трогай её сознание, — добавил он, ловя холодную руку девушки и легко сжимая её между своими ладонями. — Позже… когда успокоишься, я дам тебе разрешение покопаться у неё в голове. А пока ты взвинчена, последствия могут быть непредсказуемыми.

От его прикосновения, пусть и такого простого, ненавязчивого, ей сразу стало немножечко легче. Казалось, всего лишь одного присутствия рядом Сокола достаточно, чтобы панцирь её отчуждённости и обиды начал покрываться мелкими трещинами, и на его поверхности стали появляться отголоски настоящих эмоции.

Она согласно кивнула и посмотрела на него с благодарностью и какой-то затаённой нежностью, от которой в его душе сразу стало очень тепло. Он легко погладил ладошку Ори, пальцами, а потом и вовсе поднёс её к губам и поцеловал. А когда снова посмотрел ей в глаза, в них уже почти не было той ледяной грусти.

И такая маленькая перемена в её состоянии, отчего-то вызвала на лице принца довольную улыбку.

Он вообще любил манипулировать людьми. В какой-то степени это помогало успешно управлять таким сложным механизмом, как департамент правопорядка. Да и в политике оказывалось нелишним. Но вот от игры на эмоциях Ориен Литар получал особенное удовольствие. Она казалась ему идеально настроенной гитарой, при умелой игре на которой, получалась прекрасная мелодия. Ори была так отзывчива, так открыто реагировала, что он просто млел. А стоило ему представить, что той же отзывчивостью обладает и её юное тело… и его тут же бросало в жар, а перед мысленным взором появлялись совсем нецеломудренные образы.

— Ну что ж, милая, буди свою матушку, — усмехнулся Лит, для которого это дело стало своеобразным глотком свежего воздуха после неуёмной суеты последних недель. Да и сидя рядом с Ори работать было втройне приятней.

Ориен снова вздохнула и, переведя взгляд на лежащую на полу гостью, отдала ей мысленный приказ проснуться.

В тот же момент, женщина резко открыла глаза и сразу же попыталась встать. Она выглядела немного помято и даже растерянно, но увидев Ориен, да ещё и в компании принца, мгновенно подобралась и присела в неумелом реверансе.

— Ваше Высочество, — учтиво протянула эта мисс. — Прошу простить мне это странное падение… Сама не знаю, что на меня нашло.

Литар кивнул в ответ и тут же указал на стоящий напротив диван.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — предложил он, правда, сделал это с таким видом, будто в случае отказа сам бы не поленился заставить её сесть. — С Ориен вы уже познакомились, моё имя вам тоже известно. А вот мне ваше — нет.

— Простите, — поспешила извиниться она, заливаясь краской смущения. — Меня зовут Шарлотта Крилит. Я — мама Ориен.

Ори снова недовольно дёрнулась, а Лит, видя её реакцию, вдруг улыбнулся, причём совершенно по-мальчишески. Правда, стоило ему снова повернуться к гостье, и ту в буквальном смысле прошиб холодный пот. Ведь, несмотря на открытую улыбку, в глазах принца она читала самую настоящую угрозу.

— А давайте сделаем вот что, — предложил он, продолжая изображать весёлого парня. — Я буду задавать вам вопросы, и в случае если вы дадите правдивый развёрнутый ответ, то получите от меня, скажем… двадцать золотых. Но если решите солгать… — он снова изобразил задумчивость и с тем же хитрым видом добавил: — Год каторги. И так за каждый вопрос. Согласны?

Женщина согласна не была, но глядя в глаза Литару, просто не смогла найти в себе смелости ответить отказом. Она смотрела на него с неприкрытым испугом, ведь отлично знала, что этот человек шутить не привык.

— Я просто хочу поговорить с дочерью… — попыталась объяснить мисс Крилит, но Сокол остановил её, несомненно, прекрасно отрепетированную речь одним лишь знаком руки.

— Мисс Шарлотта, мы ведь оба знаем, что она вам не дочь, а вы только что уже заработали себе год каторги, — сказал он до приторного добродушным тоном. — И да, кстати, если вы откажитесь сотрудничать, то мы просто вскроем вашу память. А это очень болезненный процесс… Хотя, что-то мне подсказывает, что на вашем сознании довольно искусный блок. Я прав, Ори?

— Прав, — тут же ответила девушка, с тем же равнодушным видом. — Я недавно как раз читала о ментальных щитах и особенностях их построении магами разных стран. Так вот, судя по всему, блок на сознании мисс Крилит… — она кивнула в сторону сидящей на диване женщины, — …был установлен магом из Гауса.

Взгляд принца на мгновение вспыхнул холодной яростью и откровенным предвкушением, — вероятно, ему просто не терпелось встретить того самого мага. А Ориен, заметив в глазах Литара этот хищный огонь азарта, мысленно поблагодарила всех Светлых Богов, что сейчас они с ним находились по одну сторону баррикад. Всё же дружить с Соколом было куда приятнее, чем быть его врагом. Уж Ори и то и другое успела ощутить на собственной шкуре.

— Что-то подсказывает мне… — загадочным тоном начал Лит, — что я знаком с этим менталистом. И вы даже не представляете, как жажду вновь с ним повидаться.

И его слова были чистой правдой. Сокол на самом деле теперь жил мечтами поймать всех тех, кто едва не отправил его к праотцам. Ведь эти гады до сих пор гуляли на свободе. Увы, в тот день, когда в небезызвестный дом, служащий «гнездом» для скрывающихся преступников, явились стражники, тот уже был пуст. И теперь Литар прикладывал невероятные усилия, мобилизовал всех своих лучших агентов, чтобы поймать Армана Савари, его подельников, и понять всю суть его замысла. Ведь тому далеко не просто так была нужна украденная книга.

К сожалению, на снятие с неё всех охранных плетений ушло очень много времени. И если поначалу Кери ещё надеялся на то, что справится сам, то вскоре всё же был вынужден обратиться за помощью к другим магам из ордена. Увы, никто из них не мог так мастерски ловить нити силы, как это делала Ориен. Но зная, как сильно она реагирует на красную платину, привлекать её к этому делу не стали.

Несчастные маги промучились почти месяц, но книга всё-таки открылась… Хотя легче от этого всё равно никому не стало. Ведь оказалось, что её текст написан именно на том наречии, которое уже несколько веков никто не использовал. И вот уже не первую неделю над этим фолиантом работали лучшие специалисты по древним языкам, стараясь расшифровать непонятные надписи и описания неизвестных ритуалов. Но одно Литар знал уже сейчас — особенное, можно сказать ключевое место в этой книге отводилось всё той же пресловутой красной платине. А точнее тому, как с её помощью усилить действие энергетических плетений.

— Ори, сможешь сломать блок? — обратился к девушке Лит.

— Да, — спокойно отозвалась она. — Но только сознание сломается вместе с ним. Восстановить не удастся.

— Значит, — с наигранным расстройством уточнил принц, — мы ничего не узнаем?

— Почему же, узнаем, — ответила Ориен, которой вдруг странным образом передалось это коварно-насмешливое настроение Сокола. — Только мисс Шарлотта после этого вряд ли будет в состоянии вести прежнюю жизнь. Боюсь, она даже кушать самостоятельно не сможет.

После этих слов Литар посмотрел на Ориен с такой открытой гордостью, что она даже немного смутилась. Ему явно нравились её попытки подыграть, и этот его взгляд стал для девушки лучшей похвалой.

А вот сидящая напротив них женщина всё больше бледнела. Вероятно, она никак не ожидала, что вместе тихой спокойной девушки, выросшей в приюте, её встретят два жутких хищника. И пусть Ориен было ещё очень далеко до мастерства Литара, но сейчас даже она казалась мисс Шарлотте безумно опасной.

— Итак, — протянул Сокол, глядя на притихшую гостью. — Расскажите всё сами или будем действовать через боль?

И она неожиданно даже для самой себя стушевалась, опустила голову и вдруг сказала:

— Расскажу.

Весь следующий час Ори слушала её почти не шевелясь. Она сама не заметила, как вцепилась в руку Литара и не отпускала до самого конца этого странного повествования.

Оказалось, что мисс Шарлотта когда-то работала официанткой в одной прибрежной забегаловке Карсталла, куда часто захаживали моряки. Там-то она и познакомилась с матросом по имени Яро Красный. Он заходил нечасто, пил мало, в основном просто заказывал еду и беседовал со своим извечным спутником Дирелли. Тот работал боцманом на корабле «Северная жемчужина», потому Шарлотта решила, что и Яро тоже из его команды.

Он выглядел очень молодо. На вид ему можно было дать не больше двадцати, но в его серебристо-серых глазах будто бы жила вечность и отражалась странная глубокая тоска. А потом он перестал приходить в их заведение, а Дир, как коротко называли Дирелли, шутливо сообщил, что мальчик влюбился.

Но как-то утром, когда их трактир только открывался, в зал снова пришёл Яро. Он выглядел взволнованным и попросил Шарлотту подсказать ему хорошего ювелира. И даже сообщил, что хочет сделать гравировку на кольце. А когда официантка поинтересовалась, для чего ему понадобилось кольцо, тот с улыбкой счастливого человека ответил, что хочет жениться.

Именно она отправила его к ювелиру Мирдо Рапини. А после того больше ничего о нём не слышала. До недавнего времени…

— Так, — задумчиво протянул Лит, — значит всё снова упирается в этого ювелира.

Он замолчал и выжидающе посмотрел на бывшую официантку, которая очень старалась изображать леди, и в этот момент она со всей ясностью осознала, что умолчать о чём-то у неё просто не получится.

— Ко мне сам Мирдо обратился… недавно, — продолжила она. — Сказал, что дело есть плёвое. Сыграть роль матери одной особы, которая отчаянно мечтает найти родителей. Он рассказал, что это дочь того самого Яро, и мне стало любопытно посмотреть, какой ребёнок получился у такого видного парня.

— И что же вы должны были сделать, если бы я поверила? — подала голос молчавшая до этого Ориен.

— Уговорить тебя поехать со мной, — ответила та. — В мою задачу входило вывести тебя из этого дома. А дальше…

— А дальше вы бы просто передали Ори своим подельникам, — закончил за неё принц, а от улыбки на его лице не осталось и следа. — Говорите адрес места, куда вы должны были её доставить.

— К себе в номер в гостинице «Сиреневый тюльпан», — без промедления ответила она.

А Лит тут же взял из рук Ори исписанный листок, оторвал от него чистый кусочек и быстро нацарапал там несколько слов. Затем сложил его в несколько раз, зажал в ладони и сосредоточенно прикрыл глаза. В следующее мгновение его руку обуяло белое пламя, а обрывок исчез, будто его и не было.

— А теперь леди… — сказал он, пристально глядя на мисс Шарлотту, — у меня к вам будет просьба. Заметьте, не приказ, — добавил с ледяной ухмылкой. — Постарайтесь вспомнить лицо Яро и представьте его перед глазами во всех подробностях. Дайте Ори возможность его увидеть.

Фальшивая мать в очередной раз сжалась под его тяжёлым взглядом, но всё же кивнула. А Ориен, уже сообразив, что задумал Сокол, подошла к ней, положила руки на её плечи и заглянула в глаза.

— Я только посмотрю, ничего ломать не буду, поэтому, пожалуйста, покажите его, — попросила девушка, а в следующее мгновение уже нырнула в её сознание, попросту пройдя сквозь ментальный блок. Ведь ей оказалось незачем что-то ломать, — он и так не был для неё преградой.

Мисс Шарлотта подошла к этой просьбе принца со всей ответственностью, и теперь Ори не просто смотрела на лицо отца, а видела его сидящим за деревянным столом, с кружкой чего-то напоминающего пиво, и с улыбкой смотрящего на своего собеседника. Он выглядел едва ли не младше её самой. Его кожа была смуглой, черты лица — довольно резкими, а на левом виске виднелась небольшая царапина. Волосы на его голове оказались коротко острижены, но даже так было понятно, что они имеют насыщенный тёмно-красный цвет. А вот глаза Яро оказались точно такими же, как у Ориен… совпадало всё, и разрез, и оттенок радужки, даже взгляд.

Ори смотрела на этого парня, и никак не могла поверить, что он — её отец. И пусть они на самом деле оказались очень похожи, да и сама она чувствовала, что это правда, но пока не могла её принять. Ведь в этом воспоминании мисс Крилит он был таким молодым… Как ему вообще пришло в голову жениться так рано? Да и на ком? Была ли его невеста матерью Ориен или он собирался связать свою жизнь с другой? Всё это пока оставалось загадками, но теперь девушка почти не сомневалась, что обязательно отыщет на них ответы. Правда, уверенность ей вселяло даже не то, что она теперь знала, как выглядел её отец, а то, что сделанное ей предсказание на самом деле сбывалось.

Когда до её слуха долетел звук чьих-то торопливых шагов, Ори поняла, что пора заканчивать. Она осторожно прервала контакт и обернулась к Литару, рядом с которым неожиданно обнаружились двое мужчин в форме. Они стояли в дальнем углу и вполголоса о чём-то переговаривались, но заметив внимание девушки, вдруг замолчали.

Ориен решительно подошла ближе, вежливо поздоровалась с прибывшими сотрудниками департамента правопорядка и снова посмотрела на Сокола.

— Что дальше? — спросила она, всё ещё пребывая в каком-то эмоциональном ступоре.

Оно и понятно, ведь это утро стало для неё поистине странным, лишающим и сил, и эмоций. Увы, даже то, что она столько узнала о своём отце, увидела его, пусть и в чужой памяти, не смогло вернуть её в нормальное состояние.

Видя, что Ориен до сих пор сама на себя не похожа, Литар вдруг решительно взял её за руку и обернулся к одному из стражников.

— Подождите меня здесь, — приказал он, глядя на подчинённого. — Запишите пока показания мисс Клирит. И расспросите её как можно подробнее… Хотя, не мне вас учить, лейтенант Бринни. Я вернусь максимум через час.

Тот даже и не думал спорить с высоким начальством и на приказ Его Высочества ответил резким чётким кивком. А сам Литар снова посмотрел на притихшую Ори и решительно повёл её к выходу.

Но теперь, даже несмотря на его близость и непонятное поведение, Ориен продолжала оставаться спокойной и странно равнодушной. И если до рассказа мисс Шарлотты она ещё хоть как-то реагировала на его касания, то теперь полностью перестала обращать на них внимание.

Но Лит уже догадался, что это такой своеобразный вид молчаливой истерики. Ведь эта глупая женщина, представившаяся её матерью, ударила по самому больному. Она гадко и бессовестно сыграла на чувствах девочки, чьей главной мечтой в жизни было увидеть родную маму.

Ори плелась за Литом, почти не обращая внимание на то, куда именно её ведут. Она покорно поднялась с ним по лестнице на второй этаж, прошла по коридору, и только когда он со щелчком повернул ключ в двери её комнаты, отрезая все пути к отступлению, потихоньку начала осознавать происходящее.

— Ты спрашивала, что дальше, — напомнил принц, разворачивая её к себе лицом и медленно проводя ладонями по её плечам. Его пальцы сдвинули в сторону широкий ворот её туники, обнажая светлую кожу. Сам же Лит продолжал смотреть ей в глаза, отмечая отразившееся в них опасение. Но даже теперь Ори не стала никак комментировать его действия. Просто стояла совершенно неподвижно, словно большая кукла.

— И что же? — равнодушным тоном уточнила девушка.

Тёплые пальцы Литара пробежали по её шее, до самого затылка и медленно опустились обратно на обнажённое плечо. И когда она уже думала, что он ничего за этим не последует, он медленно наклонился и коснулся губами её кожи, почти у самого уха.

— А дальше, Ори, ты отправишься во дворец, — сказал он тихо, но она прекрасно расслышала каждое слово, хотя её разум в это мгновение оказался слишком ошарашен непонятными действиями Сокола.

— Литар… — выдохнула Ориен, вздрагивая от незнакомых, но безумно приятных ощущений.

Но тот не собирался давать ей время опомниться и только улыбнулся, придя к выводу, что от её апатии теперь не осталось и следа.

— Завтра ко двору прибудет Терриана — жена Бриса. Ты займёшь место в её свите, — продолжил он, проводя рукой по её напряжённой спине.

— Лит… — попыталась возразить Ори, цепляясь за его плечи… Но с её губ сорвался лишь какой-то непонятный полустон.

— Это не обсуждается, Ориен… — прошептал он ей на ухо, легко цепляя губами мочку, и медленно спускаясь к ключице. — Ты нужна мне там. К тому же здесь ты не останешься. Сейчас это слишком большой риск, а рисковать тобой я больше не намерен.

Уже почти не отдавая себе отчёт в собственных действиях, Ори потянулась к его губам. Сейчас ей было плевать на всё… и на его слова, больше похожие на приказы, и на какую-то непонятную опасность, о которой ей ничего не было известно. Она хотела только одного — снова почувствовать вкус его поцелуя. А всё остальное казалось совсем не важным.

Но Лит не спешил удовлетворять её желание. Вместо этого он лишь невесомо коснулся её губ и посмотрел прямо в затуманенные глаза.

— Ты согласна? — спросил он, желая получить её подтверждение тому, что только что озвучил.

— На что? — не понимая, уточнила она.

— Перебраться во дворец, — прошептал этот искуситель, продолжая ласкать её шею, мягкими пальцами.

— Нет, — отозвалась Ори, которая даже в таком состоянии понимала, что попросту пропадёт там. — Не могу… не нужно…

Но Литар не собирался так легко сдаваться.

Он всё-таки поцеловал её, и едва не сорвал свою же игру, неожиданно увлекшись этим невероятно ярким поцелуем. Ведь сейчас Ори сама стремилась к нему. Она целовала его со всей той страстью, что сейчас бушевала в душе. А её эмоции, что всё это утро так тщательно подавлялись, теперь, наконец, получили выход.

И всё-таки Лит нашёл в себе силы остановиться, хотя это стало для него настоящим подвигом. Но он понимал, что должен получить её согласие и поражение признавать категорически не желал.

— Я прошу тебя, Ори, — проговорил Литар ей в губы. — Ты мне нужна там. Рядом с Террианой. — Он снова спустился к шее девушки, с наслаждением вдыхая ни с чем несравнимый аромат её волос, от которого снова едва не потерял голову. И тем не менее, всё-таки продолжил говорить, правда его голос звучал теперь невероятно чувственно: — Терри и дети — самое слабое звено нашей семьи. И если будут нападать, то в первую очередь на них. А ты… улавливаешь малейшие колебания потоков.

Когда его губы снова коснулись её кожи, Ори застонала в голос и прижалась к нему всем телом, желая оказаться как можно ближе.

— Ориен… — хрипло проговорил Литар. — Прошу, соглашайся… Потому что если ты сейчас этого не сделаешь, то я продолжу уговоры, и мы с тобой окажемся в постели.

— Просишь… уговариваешь… — она уже дрожала, её голос почти не слушался, а губы горели, отчаянно желая нового поцелуя.

— Соглашайся… — снова протянул он, чуть прикусывая её оголённое плечо. — Немедленно.

И она ответила, уже понимая, что выбора у неё всё равно нет.

— Только если ты пообещаешь не оставлять меня там, — неожиданно твёрдо заявила девушка, — объявляться хотя бы раз в день…

— Любой каприз… Ори, — ответил он с заметным облегчением. — Могу пообещать, что буду навещать тебя при каждой возможности. А моя постель вообще всегда в твоём распоряжении… — добавил шёпотом. И это прозвучало настолько двусмысленно, что по телу девушки пробежала волна жара.

— Тогда я согласна, — ответила Ориен, ловя его взгляд, в котором отражалось совсем не наигранное желание.

— Умница, — выдохнул Лит, и снова потянулся к её губам.

И теперь он почти себя не сдерживал, целуя её именно так, как ему хотелось. Жарко, властно, требовательно… с полной отдачей. А она отвечала, окончательно потерявшись в своих эмоциях. И мечтала только об одном, чтобы этот сладкий безумный поцелуй никогда не заканчивался.

Но, увы… вскоре Лит всё-таки оторвался от её губ и, прикрыв глаза, коснулся лбом её лба.

— Мне нужно идти, — сказал он сбивчивым шёпотом.

Ориен обречённо вздохнула… и вдруг снова почувствовала, будто в душе прорастает колючий сорняк, царапающий только начавшее открываться сердце. Сейчас, находясь в объятиях Сокола, наслаждаясь его близостью она опрометчиво позволила себе думать, что нужна ему… На самом деле нужна. А ведь он просто в очередной раз сыграл на её эмоциях, заставив ответить согласием на то, на что она никогда бы не согласилась, находясь в здравом уме.

Наверно её мысли в полной мере отразились на лице, потому что когда девушка попыталась отстраниться, Литар лишь отрицательно покачал головой и обвил её талию обеими руками.

— Ори… — начал он, заглядывая ей в глаза. — Милая, ласковая Ори… Сейчас у меня очень много важных дел, в том числе и имеющих отношение к поиску твоих родителей. Поэтому, я уйду… а ты пока распорядишься, чтобы горничные упаковали твои вещи. Думаю, Белли будет рада помочь тебе перебраться во дворец. Я же зайду к тебе вечером и расскажу обо всём, что удастся узнать. Хорошо?

Он говорил с ней как с маленьким неразумным ребёнком. Медленно, уверенно, и очень мягко. А она смотрела на него и со странной растерянностью осознавала, что сделает всё так, как он просит. Послушается… повинуется… выполнит все условия. Только бы пришёл… только бы точно так же обнял и был рядом.

— Я буду тебя ждать, — ответила она, не отводя взгляда.

А Литар вдруг улыбнулся, и от этой улыбки на душе Ориен стало невероятно тепло. А когда он, глядя в глаза, ласково погладил её по щеке, она поняла, что пропала окончательно.

— Знаешь, Ори, — проговорил Лит, улыбнувшись. — Для любого мужчины, очень важно знать, что есть та, которая ждёт. Тогда любая, даже самая сложная и муторная работа воспринимается, как пустяк. А все проблемы кажутся мелочью. И если ты будешь меня ждать…я точно приду. Возможно, это случится поздно, но, обещаю, появлюсь обязательно.

После этих слов она заметно успокоилась, а с её лица почти исчезло выражение обеспокоенности.

— Тогда… до вечера, — проговорила девушка, накрывая его руку своей, и тут же добавила: — …пусть даже очень позднего.

— До вечера, — повторил Литар.

Затем нехотя выпустил её из объятий и, не оборачиваясь, покинул комнату.

* * *

Этот день стал для Ори поистине сумасшедшим. Таким насыщенным событиями и впечатлениями, что под вечер она просто валилась с ног от усталости. И, казалось бы, что может быть сложного в простом переезде? Причём, учитывая тот факт, что ей самой почти ничего делать не приходилось. Одежду собирали служанки, переносили — лакеи, а снова раскладывали по полкам уже дворцовые горничные. Вот только… Ориен при этом чувствовала себя очень неуютно и как-то совершенно неправильно.

И, возможно, она бы смогла перенести это без каких-либо лишних эмоций, сумела бы объяснить самой себе, что согласилась на это только для помощи в охране принцессы. Смирилась бы с тем, что теперь является её фрейлиной, но… Ори поселили в королевском крыле, куда простым смертным вообще вход был категорически заказан. И мало того, её комната располагалась в аккурат между покоями Литара и Дамьена, хотя обычно фрейлин селили или в гостевых покоях, или рядом с комнатами их госпожи.

Даже сама Ориен, бесконечно далёкая от особенностей жизни придворных, понимала, насколько всё это неправильно. И пусть ни для кого не было секретом, что она является официальной фавориткой принца Литара, но раньше это считалось лишь простыми слухами. А теперь же у них появилось очень весомое подтверждение.

— Не переживай, — успокаивала её Беллиса, наблюдая за тем, как горничные развешивают в просторной гардеробной привезённую одежду. — Я ведь всё прекрасно понимаю. Но тебя хотя бы предупредили, что теперь придётся пожить здесь, а я когда-то просто очнулась в одной из спален покоев Эриол. Думала, что… умерла и попала на небеса. А оказалось, всё очень даже реально.

— Ну, зачем я на это согласилась? — обречённым тоном протянула девушка, глядя на многочисленные платья, грудой сложенные на широкой кровати.

— Даже не представляю, как Лит тебя уговорил, — отозвалась Беллиса, хотя на её лице играла до неприличия довольная улыбка. — Кери сам давно хотел, чтобы ты перебралась во дворец, но был уверен, что откажешься. Тебе, на самом деле, будет гораздо полезней жить здесь, чем безвылазно просиживать в имении. Пора привыкать к новому статусу. И мой тебе совет, не закрывайся от людей. Постарайся обзавестись знакомыми. Так тебе будет гораздо легче здесь прижиться.

Ори одарила её ещё одним растерянным взглядом и возвела очи к потолку. Глупая, ну как можно было так легко поддаться уговорам?! Как можно было настолько просто согласиться перевернуть с ног на голову собственную жизнь?!

Белли не пробыла с ней долго. Они даже толком поговорить не успели, когда за первой помощницей королевы прибыл один из лакеев, сообщая, что ту срочно желает видеть Её Величество. Естественно, Беллиса ушла, вслед за ней удалились и горничные, закончившие с вещами госпожи, а Ориен снова осталась одна.

И только теперь в полной мере осознала, во что на этот раз вляпалась.

Подумать только… ей предстоит жить во дворце. Во ДВОРЦЕ! И больше того, в королевском крыле. Среди членов семьи Её Величества. Служить фрейлиной принцессы, которой вскоре предстоит стать королевой. Выполнять обязанности, о которых она толком ничего не знает. И что хуже всего — каждый день надевать платье, делать причёску и вести себя как подобает высокородной леди. Леди… которой она никогда не была и вряд ли станет.

Упав на свою новую кровать, застеленную приятно пахнущими мягкими простынями, Ори раскинула руки в стороны и посмотрела на потолок. Да… в этой комнате было очень просторно. Стены здесь оказались оклеены однотонными тканевыми обоями, мягкого зеленоватого цвета. Вся мебель была сделана из редкого белого дерева и выглядела поистине роскошно. В спальне помимо кровати имелось несколько тумбочек, огромное зеркало, и низенький чайный столик с двумя удобными креслами. Пол устилал мягкий светлый ковёр, с высоким ворсом, а окно украшали сложные шторы, светло-кремового цвета.

Вообще, эту спальню можно было назвать воплощённой мечтой… особенно для той, кому большую часть жизни приходилось спать в общей комнате вместе ещё с четырьмя другими девочками. Да… тогда Ори сама едва помещалась на собственной неудобной кровати, а теперь рядом с ней могли бы спокойно разместиться ещё несколько человек, и всем было бы очень удобно.

К счастью в этот день её больше никто не беспокоил. Ужин ей подали в комнату, не заставляя отправляться в столовую, и девушка мысленно поблагодарила Беллису за такую заботу. Видят Боги, сейчас она была совсем не готова к тому, чтобы появиться среди других придворных. Ведь одно дело — танцевать на балу с Литаром, который всё время оставался рядом, и совсем другое — отправиться ко всем этим лощёным стервятникам одной.

Белли объяснила, что у фрейлин нет каких-то особенных обязанностей. Они просто составляют компанию принцессе, по большей части развлекают её, а иногда выполняют мелкие поручения из тех, что не принято доверять прислуге. И так как сейчас Терриана считалась единственной принцессой в королевстве, в её свите состояли только самые знатные дамы страны. Было их всего семнадцать, и Ориен предстояло стать восемнадцатой.

Фактически от неё требовалось просто находиться рядом с Её Высочеством, чтобы контролировать магический фон. Хотя сама Ори уже начала догадываться, что это далеко не главная причина её появления в свите принцессы. Она чувствовала, что Литар сказал ей далеко не всё, и была намерена обязательно расспросить его об остальных причинах. Если, конечно… он придёт.

Спать она легла поздно. Долго читала одну из привезённых с собой книг по особенностям памяти. В последнее время девушку очень увлекла именно эта часть сознания, и она с жадностью и огромным интересом изучала работы великих учёных, описывающих тонкости извлечения из глубин сознания нужных воспоминаний.

Так она просидела почти до полуночи. Потом не спеша приняла ванну, которая здесь больше напоминала небольшой бассейн, высушила волосы… И в который раз за этот вечер с тоской посмотрела на дверь, в которую так никто и не постучался. Она ждала Лита… как обещала. Но он… не пришёл.

Когда часы показали половину второго, Ори всё же уговорила себя улечься в постель. Спать хотелось просто до одури. Глаза сами закрывались от усталости, и бороться со сном уже почти не получалось. Так она и уснула… с тяжёлым камнем в душе и с пониманием того, что в очередной раз поверила в собственные иллюзии.

Глава 2

Он сильнее тебя. Он сильнее проблем.

Он сильнее любых ненастий.

Он решает всё сам. Для него нет дилемм.

Разбивает щелчком напасти.

Он — погибель для всех, кто законы не чтит.

Он для них, как кинжал у сердца.

Но спокойно тебе, когда рядом он спит,

С ним лишь можешь душой согреться.

В этот поздний час в коридорах королевского крыла было очень тихо и спокойно. Под потолком приглушённо мерцали магические огоньки, на постах дремали стражники, а вокруг царила атмосфера глубокого сна. Лит возвращался после очередного допроса и был просто невероятно вымотан. Он даже ловил себя на том, что готов уснуть, просто прислонившись к какой-нибудь стене. И только осознание собственного статуса не позволяло ему поступить именно так.

Добравшись до своих покоев, он прошёл мимо оставленного на столе давно остывшего ужина и сразу же направился в ванную комнату. Литар никогда не ложился спать, не приняв перед этим душ. И это было даже не привычкой или особенностью воспитания, а простой необходимостью. Ведь вода, помимо всего прочего, обладала поистине уникальными свойствами и была способна смывать грязь не только с тела, но и с души. А Соколу по долгу службы каждый день приходилось сталкиваться с таким количеством этой самой «грязи», что в пору бы завыть. Она оседала на ауре тёмными пятнами и только струи проточной воды были способны её уничтожить.

А сегодня у Лита оказался поистине гадкий день. Ведь, как выяснилось, замысел тех людей, которые хотели похитить Ориен, был только верхушкой айсберга — частью огромной сети, одним из пунктов невероятного плана, вся суть которого оставалась неизвестна до сих пор.

Да, сотрудникам службы правопорядка удалось поймать тех, кто должен был забрать Ори из гостиничного номера её фальшивой матери. Кери, как менталист, любезно помог их разговорить, но то, что они сказали, только сильнее запутало Литара. Он и без того погряз в сотнях собственных догадок и предположений, а их показания и вовсе сбивали его с толку.

Единственное, что Лит теперь знал наверняка — на его семью открыта настоящая охота, а в стране совершенно точно планируется очередной переворот. Вот только на этот раз он должен стать поистине кровопролитным.

Двое головорезов, прибывших забрать Ори, после довольно болезненного допроса всё же сообщили очень злому и настойчивому Соколу, для чего им понадобилась девушка. Хотя… после их ответа сам Литар едва не придушил обоих собственными руками. Оказывается, им было приказано доставить Ориен для разговора с господином Рапини… тем самым демоновым ювелиром. Неизвестно, о чём этот гад собирался с ней говорить, да только один из допрашиваемых сказал, что оставлять девку в живых никто не собирался.

О местонахождении Савари и его подельников они ничего не знали, но ювелира сдали, правда, не без вмешательства Кертона. А вот за этим субъектом Литар отправился вместе с группой захвата. Ему очень хотелось лично поймать эту сволочь и проследить, чтобы он попал в изолятор живым. Чутьё настойчиво подсказывало Соколу, что Рапини известно много интересного. Ведь, судя по всему, он занимал в группировке бывшего графа не самое последнее место.

Само задержание прошло без сучка и задоринки. Всё оказалось сработано очень чётко, как по нотам. И если поначалу Рапини ещё пытался строить из себя честного человека, которого арестовали исключительно из-за какого-то чудовищного недоразумения, то стоило ему увидеть Литара… и он замолчал, уже сообразив, что теперь уже влип окончательно.

Правда радоваться было слишком рано, потому как дежурный менталист, присутствующий на первом допросе с виноватым видом сообщил Его Высочеству, что на сознании задержанного стоит очень хитрый щит, обойти который почти невозможно. Он так же рискнул высказать предположение, что даже верховному магу такой блок окажется не по зубам.

А Рапини, слыша эти слова, только самодовольно скалился, чем ещё сильнее бесил и без того злого Литара. Естественно, добровольно рассказывать что-то ювелир отказался, заявив, что он — честный человек, ставший жертвой чужого произвола.

Конечно, можно было бы отправить его в пыточную, для приватной беседы с палачом, после встречи с которым многие становились очень разговорчивыми, но Лит решил поступить иначе.

Допрос было решено отложить до утра, а сам Сокол, наконец, получил возможность отправиться к себе. И теперь стоя под струями привычно обжигающе горячего душа он вдруг вспомнил, что собирался зайти к Ори. А ведь малышка действительно обещала его ждать…

При воспоминании о том, как сегодня днём он уговаривал её согласиться перебраться во дворец, на мокром лице Литара появилась лёгкая улыбка. А стоило представить её чуть затуманенный взгляд… мягкие податливые губы… и на его душе сразу стало гораздо теплее.

Сейчас он мог с полной уверенностью признаться самому себе, что ему на самом деле очень нравится Ориен. Пусть он и раньше знал, что за её пугливостью и внешним спокойствием кроется очень сильный характер, но после того как она фактически вытащила его с того света, а затем в грубой форме высказала всё, что о нём думает, только убедился в своих догадках. Сейчас Лит уже не сомневался, что при правильном подходе и достаточной мотивации из неё мог бы получиться очень хороший агент. Поистине незаменимый. Но почему-то теперь от одной мысли о том, что её жизни может угрожать опасность, его сердце сжималось от волнения и страха.

Даже сейчас, стоило ему снова вспомнить похотливый взгляд Савари, говорившего о том, что именно он сделает с Ори, и кровь в жилах Лита мгновенно превращалась в расплавленную вулканическую лаву, а стихия внутри начинала по-настоящему бушевать. И в этот момент ему просто до безумия захотелось увидеть Ориен, почувствовать под пальцами мягкость её кожи, и убедиться, что с ней всё хорошо.

Выбравшись из душа, Литар привычно надел свободные штаны из тонкой мягкой ткани, и уже собирался лечь в постель, но… вдруг остановился. Он с тоской посмотрел на свою большую кровать заправленную чёрным шёлком, и со странной болезненной ухмылкой подумал, что не желает спать здесь один. Уж точно не сегодня. И накинув длинный чёрный халат, решительно покинул собственную спальню.

Когда же один из стражников, дежуривших в коридоре, сообщил ему, что леди Терроно поселили прямо здесь, в королевском крыле, вечно невозмутимый Сокол просто не смог сдержать довольной улыбки. Всё же, когда он передавал Беллисе просьбу подобрать для Ори хорошую удобную комнату, он даже не подумал, что фрейлина матери распорядится выделить ей спальню так близко к его покоям. Но теперь такое положение вещей показалось ему очень удобным, а это решение Белли — самым правильным.

К Ориен он вошёл без стука, будто знал, что она специально не заперлась. А едва оказавшись внутри, тихо прикрыл за собой дверь и повернул ключ в замке. В спальне девушки царил приятный полумрак. Видимо, засыпая, она всё же решила оставить один из светильников включенным, чтобы ночью не растеряться в незнакомой комнате. И в этом свете, спящая Ори выглядела невероятно трогательно. Её тёмно-красные волосы разметались по подушке, а светлое личико казалось удивительно умиротворённым. Она снова спала на боку, притянув колени к груди, и старательно кутаясь в одеяло.

«Опять замёрзла», — пронеслось в мыслях Литара, а на его губах расцвела мягкая улыбка.

Тихо приблизившись к кровати, он скинул с себя халат и совершенно бесцеремонно улёгся рядом с девушкой. И сначала на самом деле собирался целомудренно обнять её поверх того кокона, в который она оказалась замотана, но Ори вдруг сама потянулась к нему, будто глупый мотылёк к пламени костра. Ей нужно было его тепло, нужен был он сам… и тогда Сокол отбросил край разделяющего их одеяла и прижался к девушке всем телом.

— Лит… — прошептала Ориен, ёрзая по кровати и стараясь придвинуться к нему ещё ближе. — Пришёл…

— Пришёл, Ори, — отозвался он, кладя руку на её живот.

Литар честно пытался уснуть…

Но, Боги, о каком сне может идти речь, когда рядом лежит настолько притягательная особа? Как можно оставаться спокойным, ощущая близость такого приятного женского тела? А она была расслаблена и спокойна… и даже не подозревала, какие коварные мысли витают сейчас в голове обнимающего её мужчины.

Осторожно переложив руку на её бедро и легко перебирая пальцами, Литар всё выше поднимал край тонкой ночной сорочки девушки. Но Ори, казалось, совсем не замечала этого его самоуправства. Она наслаждалась его теплом и тем чувством умиротворения, которое дарила ей близость Литара. Её дыхание было глубоким и ровным и, Литу даже показалось, что она снова погрузилась в сон.

И даже когда горячая мужская ладонь оказалась под тканью её одежды… погладила изгиб талии и скользнула на обнажённый живот… поднялась выше… к груди, Ори никак на это не отреагировала. Будто всё происходящее было вполне обычно, а может она на самом деле успела уже крепко уснуть? Но стоило наглым пальцам принца спуститься ниже и попытаться забраться под ленты её белья, Ориен резко дёрнулась и испуганно попыталась отползти. Её глаза открылись, а с сознания мгновенно слетели остатки сна.

— Не надо… — выговорила девушка, хриплым голосом, в котором читалась настоящая паника. — Пожалуйста…

Она села в кровати и сжав трясущимися руками край одеяла, посмотрела на Лита с настоящим ужасом. Сейчас её сонный мозг ещё не успел разобраться с эмоциями, а предательский страх упрямо твердил, что нужно бежать.

А Литар, видя её реакцию, клял себя самыми последними словами. Глупец! Олух! Идиот! Зачем вообще полез со своими приставаниями? Знал ведь, как она может такое воспринять. И это было совсем неудивительно, после того, что ей пришлось однажды пережить.

— Ори, тише… — проговорил он, даже не пытаясь приблизиться. — Прости. Глупо вышло… Не бойся меня. Клянусь, не сделаю тебе больно.

Но девушка не верила его словам. Она смотрела на сидящего в её кровати полуобнажённого Сокола и нервно мотала головой. Сейчас он был для неё не другом, не принцем и даже не главой департамента правопорядка. Сейчас рядом с ней находился мужчина, у которого при желании хватит сил подавить любые сопротивления с её стороны. Она понимала, что он может просто повалить её на кровать, прижать своим телом, ударить…

И вдруг в её голове будто что-то прояснилось. Почему-то она была абсолютно уверена, что этот блондин, чьи распущенные чуть вьющиеся волосы едва доставали до плеч, никогда не поднимет руку на женщину. Это ведь Сокол… Литар. Он не сделает больно… Больше не сделает.

Видимо принц заметил в её глазах эту перемену, потому осторожно протянул ей раскрытую ладонь, при этом не отпуская её взгляда.

— Обещаю, буду обнимать тебя очень целомудренно, — сказал он, а его тон показался девушке непривычно мягким и странно нежным. — Пойдём спать. Просто… спать.

И она вдруг доверчиво вложила свои пальцы в его руку и медленно вернулась на подушку. А потом и вовсе придвинулась ближе и уложила голову ему на плечо.

— Спи… — добавил Лит, поглаживая пальцами её чуть спутавшиеся волосы.

На самом деле он сам испугался. Всё же эта её вспышка панического страха стала для него совершенно неожиданной. Да если бы он знал, что всё так обернётся, то пальцем бы к ней не притронулся.

А Ори, будто окончательно придя в себя, вдруг уткнулась носом ему в шею и крепко вцепилась в его руку.

— Ты меня напугал, — проговорила она тихим шёпотом.

— Мы поговорим об этом утром, — отозвался он. — А сейчас нужно спать. Уже очень поздно.

— Ты останешься? — неожиданно спросила девушка, и её голос показался Литару искренне взволнованным. А когда она сильнее стиснула его предплечье, а потом, для верности ещё и ногу на его бедро закинула, всё-таки понял, что она очень не хочет, чтобы он ушёл.

— Останусь. До самого утра, Ори, — сказал с лёгкой улыбкой, а потом заботливо укрыл её одеялом и обнял обеими руками. — Буду охранять твой сон. Так что можешь спать спокойно. Я с тобой.

Какое-то время она лежала с открытыми глазами, ощущая щекой гладкую тёплую кожу такого мягкого Сокола. Несмотря на приступ паники и тот страх, который до сих пор так до конца и не исчез, она наслаждалась этим безумно ценным моментом. А в её голове кружила странная мысль о том, что она в постели с мужчиной… с принцем… и что ей рядом с ним очень хорошо.

Сам же Литар после этого её испуга вообще сомневался, что сможет заснуть. Ори была такой мягкой, такой притягательной, что он боялся, вдруг во сне может сделать что-то такое, способное снова её напугать. И даже когда лежащая в его объятьях девушка погрузилась в сон, всё равно не позволял себе закрыть глаза и расслабиться. Он снова думал… и о заговорщиках, и о ювелире. Об ишау, которые, наконец, прислали свой ответ; о матери, считающей, что с ними обязательно нужно установить тесные дипломатические отношения. Даже о старшем брате, чья вернувшаяся супруга сегодня устроила настоящий скандал, свидетелями которого стали все её фрейлины и кое-кто из придворных.

Но мысли об Ориен всё равно снова затмили собой все остальные. И сейчас, лёжа рядом с ней, ощущая её дыхание на своей шее, он вдруг решил, что нужно избавить её от этого страха. Даже придумал, как это можно сделать. И именно в этот момент его всё-таки сморил сон.

* * *

Следуя своей извечной привычке, Ори проснулась с рассветом. Солнечные лучи пробивались сквозь задёрнутые шторы, заливая комнату мягким сиянием и придавая ей какое-то сказочное очарование. Наверно только теперь сама мысль о том, что она живёт в Белом Дворце — древнем обиталище династии карильских королей, заставила её улыбнуться.

Подумать только, она — сирота без роду и племени, воровка, каторжница, лежит в собственных покоях в королевском крыле. И что приятнее всего, совсем рядом, крепко обнимая её обеими руками, спит Литар. Тёплый, мягкий, и такой милый, каким Ориен раньше его даже не представляла.

Его светлые локоны спутались, делая его каким-то простым и понятным. И сейчас, смотря на него, Ори испытывала такую безумную нежность, от которой у неё начало щемить сердце. Её душа тянулась к нему, готовая вручить всю себя без остатка. Её память постоянно прокручивала в голове моменты их объятий, поцелуев… И только здравый смысл тонко намекал, что он — принц, сын королевы. Для чего ему безродная сиротка с сомнительным прошлым? Зачем ему её чувства?

Об этих самых чувствах Ори старалась не думать. Ведь само осознание того, что она испытывает к Соколу далеко не простую симпатию, пугала её до ужаса. Он был ей нужен… очень нужен. И за те три недели, что они не виделись, она успела так по нему соскучиться, что едва с ума не сошла. Наверно именно поэтому и лежала сейчас, боясь шелохнуться и разбудить его. Хотела как можно дольше продлить эти моменты собственного маленького счастья.

— Боги… Ори, как же приятно с тобой просыпаться, — чуть хрипловато проговорил Литар и потёрся носом о её щёку. Глаз при этом он всё ещё не открыл, зато улыбался так довольно, будто ему удалось одним махом переловить всех преступников королевства.

Она же в ответ чуть повернула голову и легко коснулась поцелуем его губ. Но едва он собрался притянуть её к себе, тут же поспешила отодвинуться. И пусть ей очень хотелось его ласки, но… она слишком боялась того, к чему всё это вело. Увы, но даже испытывая к Литу очень тёплые чувства, к физической близости с ним она была не готова.

Сокол, наконец, открыл глаза и, поймав её немного смущённый взгляд, ласково погладил пальцем её подбородок.

— Доброе утро, Ори, — сказал, всё же привлекая её к себе, и сжимая хрупкое тело девушки в крепких объятиях.

— Доброе утро, Лит, — ответила она, улыбаясь. — И да… мне тоже очень с тобой хорошо.

— В таком случае… — его улыбка стала загадочной, а потом и вовсе приобрела какой-то хитрый оттенок, — мы можем проводить вместе каждую ночь.

И в этой фразе звучал такой очевидный подтекст, что девушка смутилась. Ведь ясно же, что он — молодой здоровый мужчина, вряд ли сможет долго сдерживать собственные желания. Понятное дело, что ему будет слишком мало просто с ней спать. Вот только именно это и смущало её больше всего.

— Я не знаю, насколько это правильно, — уклончиво ответила девушка. — Пусть для всего дворца я и так твоя любовница…

— Фаворитка, — поправил принц. — Согласись, это звучит не так вульгарно.

— Пусть будет фаворитка, — кивнула Ориен, — но…

— Ори, — снова оборвал её голос Литара. — Давай не будем об этом говорить. В конце концов, я ведь не замуж тебя зову. Давай просто делать то, что нам обоим нравится. Поверь, мне плевать, насколько это правильно или нет. Я хочу просыпаться с тобой.

Он специально не сказал «спать», потому что это слово могло быть воспринято совсем в другом значении. И пусть оно тоже было верным, но сейчас — совсем неуместным. Ориен — не та крепость, которую можно взять долгими уговорами и убеждениями. Но и сила здесь всё только усложнит. Тут необходимо действовать с хитростью. Что и собирался делать Литар.

— И мы ведь уже договорились, что ты меня не боишься, — добавил он с улыбкой.

— Не боюсь, — подтвердила она, чуть приподнимая голову и заглядывая в его глаза.

— Вот и прекрасно, — проговорил Лит. — Кстати, у меня для тебя сюрприз.

— Какой? — тут же спросила Ори, почему-то не сомневаясь, что ничего хорошего её не ожидает. У Лита вообще все сюрпризы были крайне своеобразными.

Перед тем как ответить, он немного помедлил, будто специально желал подольше помучить её любопытство. И когда она была готова обиженно отвернуться, всё-таки сказал.

— Вчера взяли ювелира. Хочешь с ним побеседовать?

Спустя полчаса они вдвоём уже уверенно направлялись к дворцовым подземельям, где и располагались камеры для особо важных преступников. Так как утро было ещё очень ранним, на их пути почти никто не встретился, кроме, разве что, сонных стражников. Но Литар всё равно попросил Ори накинуть на голову глубокий капюшон, ему очень не хотелось, чтобы в девушке, которую он собирался представить как сильнейшего менталиста, кто-то лишний узнал его фаворитку. И пусть о её способностях скоро всё равно станет известно всем, но Лит очень хотел максимально оттянуть этот момент.

В саму камеру они, естественно не пошли, приказав привести заключённого в комнату допросов. И вскоре уже наблюдали за тем, как двое стражников усаживают на стул закованного в металлические наручники мужчину. Вопреки представлениями Ори, он не был таким уж стариком. Внешне он выглядел не старше шестидесяти лет, хотя даже это было скорее последствиями ночи проведённой в подземельях, чем обычным его состоянием. И пусть волосы на его голове давно поседели, но взгляд тёмно-карих глаз оставался очень ясным и каким-то до неприличия цепким.

— Ваше Высочество, — начал арестованный, изобразив насмешливый поклон. — Чем обязан столь высокой чести, да ещё и в такой ранний час?

— Ну что вы господин Рапини, это для меня честь беседовать с тем самым человеком, который сделал оружие, оставившее в моих плечах два не самых приятных шрама, — отозвался принц с наигранной учтивостью.

Он сидел рядом с Ориен за столом напротив обвиняемого и расслабленно попивал бодрящий утренний отвар. Со стороны могло показаться, что это и не допрос вовсе, а так… светская беседа за завтраком. Но Ори уже давно поняла, что Литар любит устраивать разного рода представления. Можно сказать, эти игры являлись его личным развлечением. Наверно именно поэтому среди обитателей преступного мира Карилии было самым страшным проклятием, попасться в лапы Белого Сокола.

— Кстати, не соблаговолите ли вы, достопочтенный господин Рапини, рассказать мне, откуда же вы брали столько алисита для своих изделий? — как бы между прочим поинтересовался Лит.

— Ох, простите, Ваше Высочество, — отозвался тот. — Представляете… я не помню.

Последняя фраза прозвучала очень наигранно и с откровенно язвительными интонациями, но в ответ на это Литар лишь ухмыльнулся и отставил свою чашку в сторону.

— Очень жаль, — с искренним сожалением протянул принц. — Да, очень жаль, господин Рапини, что вас так не вовремя начала подводить память. Но, к вашему счастью, у меня есть прекрасный специалист. — Он повернулся к Ори и вдруг с самым любопытным видом поинтересовался: — Милая, вчера я заметил у тебя на тумбочке книгу по особенностям памяти. Да и Кери говорил, что ты увлеклась данной темой. Поэтому, дорогая, я и решил предоставить тебе прекрасную возможность попрактиковаться. Думаю, наш друг… — при этих словах он многозначительно посмотрел на ювелира, — …не будет против, если ты немного покопаешься в его воспоминаниях.

Ори знала, что это игра. Этот Рапини был слишком ценным источником информации, чтобы Лит так легко отдал его в руки недоученному менталисту. Ведь ему тоже было известно, что стоит ей совершить малейшую ошибку, и ценнейшие сведения окажутся потеряны навсегда.

И, тем не менее, девушка ответила совсем другое:

— Я с радостью сделаю это, Ваше Высочество. Благодарю за такую прекрасную возможность, но… — она на мгновение встретилась взглядами с ювелиром и тут же поймала его сознание в свой ментальный капкан.

Да, установленная на нём защита имела интересные сложные плетения. Ори даже на мгновение залюбовалась столь точной и искусной работой. И снова чувствовался след представителя гаусского княжества, что почему-то совсем её не удивило. Как и в случае с мисс Крилит, пытавшейся изобразить её мать, блок на сознании ювелира не стал для Ориен препятствием. Она миновала его, даже не заметив, и тут же отдала Рапини ментальный приказ отвечать правду на все вопросы.

Стоило ей разорвать контакт, который почти не отнял у неё сил, и она поспешила отвернуться от ювелира, который, казалось, даже ничего не понял.

— Но? — уточнил Литар, видя, что она снова готова вернуться к диалогу.

И тогда Ори одарила его самодовольной улыбкой и скромно сложила руки на краю стола.

— Но, думаю, нам всем будет интереснее, если господин Рапини сам всё расскажет, — закончила свою мысль девушка.

— А он расскажет? — недоверчиво уточнил Литар. Нет, он не сомневался в её талантах, вот только о ментальной магии знал крайне мало.

Но вместо ответа, Ориен повернулась к ювелиру и спросила с самым невинным видом:

— Вы знали человека по имени Яро Красный?

И тот уже собрался сделать вид, что впервые о таком слышит, но вдруг неожиданно для самого себя сказал совсем другое.

— Знал. Только он не был человеком. Он — ишау. Красноволосый демон с белыми крыльями.

Видя с каким ошарашенным видом сидит допрашиваемый, Литар привычно переплёл руки перед грудью и дал Ори знак продолжать. Отказываться она не стала.

— Как вы с ним познакомились? — спросила девушка.

— Он пришёл ко мне, как клиент, — сказал ювелир, не понимая самого себя. Для него всё происходящее выглядело поистине дико. Он ведь не собирался отвечать… но, тем не менее, отвечал. — Хотел сделать гравировку на кольце. Но я уже встречал ранее такие украшения. Тогда-то и понял, что он — презренный ишау.

— Но вы выполнили заказ, — заметила Ори. — Знаете, куда потом пропал Яро?

— Он не должен был находиться на территории Карилии и стран Объединённого Союза. Я посчитал своим долгом сообщить о нём в орден.

— Какой орден? — напряжённо уточнила Ориен.

— «Красный след». Его представители уже несколько веков следят за тем, чтобы ишау не появлялись на наших берегах.

Этот ответ настолько поразил Литара, что он просто не смог дальше молчать.

— Он существует до сих пор? — настороженно спросил принц.

— Да, — кивнул Рапини, которого уже просто трясло от непонимания собственных действий.

— Имя предводителя? Адрес расположения штаб-квартиры?

— Не знаю.

— С кем вы связывались?

— С Нарисом, моим братом. Он и наш отец были в их рядах.

— И что случилось с Яро дальше? — влезла в ход допроса Ори, которой просто жизненно необходимо было узнать о судьбе отца.

— В тот день, когда он пришёл ко мне забирать кольцо, я опоил его отваром сонной травы. Вечером того же дня передал презренного крылатого людям брата. А через несколько дней Нарис сказал, что этот демон сбежал. Улетел. И крылья у него оказались белыми. Брат был удивлён… потому что во всех книгах писалось, что у ишау — чёрные крылья.

Ориен задумчиво отвернулась к стене, стараясь переварить информацию, и тогда снова в разговор вступил Литар.

— Откуда вам доставляли алисит для сплава Сирилиса? — строгим тоном, без тени былой игры, спросил принц.

— Из Ишерии, — ответил ювелир, мотая головой и едва не плача от собственной беспомощности.

— Презренные ишау? — с иронией бросил Лит.

— Нет. Человек.

— Имя, — потребовал Сокол.

— Его зовут Ларко Дрилли, но в порту его знают под именем Север.

— Расскажите всё, что о нём знаете.

Дальнейший допрос Ори уже почти не интересовал. Она узнала главное, именно то, что хотела. И теперь просто наблюдала за Литаром, который очень умело вытягивал из отчаявшегося ювелира всю нужную ему информацию.

Оказалось, что этот самый Север являлся сайлирским моряком. У него были знакомые в Ишерии, которые раз в три месяца подготавливали для него новую партию алисита. Тот провозил этот металл в страну контрабандой и продавал небезызвестному Арману Савари. Ну а тот уже распоряжался им по-своему.

Сам ювелир уже больше десяти лет работал на бывшего графа, и очень много времени посвятил изучению свойств столь интересного металла, как алисит. Он экспериментировал с различными вариациями сплавов из него, искал возможности использования. И даже открыл, что он является прямой противоположностью красной платины. Эти два металла были полярными. И если один уничтожал магию, то второй, наоборот, усиливал.

Когда же Лит спросил о том, почему вокруг особняка, где его едва не убили, был такой странный магический фон, ювелир всё же не смог сдержать нервной дрожи. Вероятно, это являлось именно той информацией, которую никак нельзя было сообщать Соколу. Но, увы, против ментального приказа Ориен Рапини оказался бессилен.

Покрывшись красными пятнами от напряжения, он всё же рассказал, что сам создал вокруг того дома эту «глушилку». Оказалось, что изделия из чистого алисита обладают сильным фоном. А при правильном расположении, могут воздействовать друг на друга, усиливая. На холме, где располагался дом Савари, его верный помощник зарыл в землю несколько десятков шаров из алисита. Причём действовал по строгой схеме, копируя картинку пчелиных сот. И так как расстояние между шарами было довольно большим, они глушили не всю магию, а только ослабляли стихийные связи. Но при желании и наличии ресурсов, можно было бы сделать так, чтобы нахождение на том участке для магов стало попросту невозможным.

Так как ювелир просто не мог сопротивляться, допрос закончился довольно скоро. Ори по большей части, слушала его вполуха, размышляя о своём отце и о том, что же случилось с ним после побега. Но когда в своих расспросах Лит плавно добрался до темы её подставной матери, снова поспешила прислушаться к этой беседе.

— Кто такая мисс Шарлотта Крилит, — спросил Сокол, поглядывая на стражника, который старательно записывал на листах весь их диалог. — Почему именно она была выбрана для того чтобы сыграть роль матери Ориен?

Рапини схватился за волосы, отчаянно стараясь заставить себя молчать, но ничего у него не вышло.

— Она… работала в той гостинице, в которой вы останавливались на побережье, — сказал ювелир. — Когда после вашего побега мы спешно покидали Карсталл, она вызвалась поехать с нами. Сказал, что готова на всё, чтобы её забрали в столицу. Шарли когда-то была знакома с тем ишау и, увидев в гостинице вашу Ориен предположила, что она его дочь. Выяснить остальное было не проблемой. Тем более что принц Дамьен сам рассказал нашему человеку, что ученица верховного мага ищет своих родителей. Согласитесь, Ваше Высочество, глупо было не попытаться этим воспользоваться.

Лит согласно кивнул и, подперев голову рукой, посмотрел на пленника с интересом.

— А что вы собирались сделать с ней, если бы вам удалось это похищение? — спросил принц.

— Арман приказал доставить её к нему, — выкручивая собственные пальцы, сообщил ювелир. Он до сих пор пытался бороться с этим жутким наваждением, а на Ори смотрел, с невероятной ненавистью.

— Где сейчас Савари? — спросил Сокол, благоразумно не став уточнять, зачем тому могла понадобиться девушка. Тот ещё при прошлой их встрече очень красочно описал, что и как собирается с ней сделать. Вряд ли после того, как она упорхнула из его лап, да ещё и прихватив полумёртвого принца, Арман проникся к ней тёплыми чувствами.

— Не… — прокряхтел мужчина, закрывая свой рот скованными руками. Вероятно, сейчас он был готов вырвать себе язык, лишь бы только не отвечать на этот вопрос. Но, против ментального приказа все его потуги оказались бессильны, и он всё же сказал: — В имении «Чёрная лоза».

— Где оно? — жёстким тоном выпалил Сокол, поднимаясь на ноги и упираясь ладонями в край стола.

— В часе езды на северо-восток от Сепира.

На этом участие Литара в допросе было закончено, потому как теперь его куда больше интересовала поимка Савари, чем беседа с ювелиром. Его место за столом занял второй стражник, а сам принц подхватил Ориен под руку и спешно направился наверх. Ему оказалось необходимо срочно отдать распоряжения по поводу организации группы захвата. Которая, судя по масштабам грядущей облавы, должна была выглядеть как маленький полк.

У небывало воодушевлённого Сокола так горели глаза, что Ори даже на мгновение показалось, будто в них плещут искрами маленькие огоньки. Он, казалось, даже сам не заметил, что притащил её в свой кабинет. Просто усадил в кресло, и тут же отправился отдавать распоряжения по выяснению магических координат нужного места, организации срочных порталов, составлению списка групп. Он так увлёкся, что совсем забыл обо всём на свете. Поэтому когда Ори спросила, нужна ли она ему ещё, отпустил, даже не взглянув в её сторону.

Правда девушка и не думала обижаться. Всё же ей было очень интересно увидеть Литара таким… увлечённым. Её искренне поражала его способность в один момент думать о таком количестве разных вещей и решать множество важных задач. Так, стоило ему узнать точное местонахождение нужного имения, и туда сразу же были направлены четверо агентов, — этакая разведка. Их переместили в разные точки, в небольшом удалении от места предполагаемого захвата, с целью разузнать обстановку.

Литар не стал бросать свою маленькую армию в неизвестность. Ему нужна была информация, и очень быстро. Именно её сбором в срочном порядке и занимались его верные люди.

Возможно, Ори бы и осталась здесь, продолжила бы наблюдать за работой Сокола, но сейчас ей казалось, что её присутствие ему только мешает. Поэтому она и покинула его кабинет, который на время подготовки операции превратился в настоящий проходной двор.

Когда Ориен проходила по коридорам департамента правопорядка, там царила такая суета, что на неё просто никто не обратил внимания. Но сейчас девушка была этому даже рада. Она спокойно спустилась на первый этаж и направилась к королевскому крылу.

Фактически вотчина Литара располагалась в отдельном корпусе, соединённом с основным зданием дворца несколькими галереями и коридорами. На самом деле резиденция карильских королей при взгляде на неё сверху больше походила не на дворец, а на какую-то каракатицу. От основного самого крупного и древнего строения, в разные стороны отходили парящие прямо в воздухе переходы, соединяющие его с другими постройками комплекса. Королевское же крыло тоже располагалось отдельно от остальных, имело четыре этажа, и отличалась огромными полукруглыми балконами, напоминающими лепестки цветка.

Когда Ориен облетала всю эту белую громадину, совершая свои набеги на спальню принца, дворец казался ей не таким уж и сложным. Девушка даже была уверена, что прекрасно его изучила, но стоило ей оказаться внутри, шагнуть в один из этих многочисленных переходов, и она попросту растерялась. И если бы не лакей, так удачно встреченный ею на пути, то Ори, наверное, ни за что бы не нашла путь до собственной комнаты. А если бы и нашла, то точно не в ближайшую неделю. Поэтому она была искренне ему благодарна. Тот же за всю дорогу так не проронил и слова, но то и дело кидал в её сторону напряжённые взгляды.

Но стоило Ори добраться до двери в свою комнату и она и думать забыла о каком-то там лакее. Ведь в коридоре её ждала девушка, представившаяся как (подумать только!) личная горничная. Она сообщила, что её зовут Алисиния, и любезно разрешила своей госпоже называть её Алис. К Ориен она обращалась исключительно используя перед именем слово «леди» и никак не желала называть госпожу на «ты».

Алис выглядела на пару лет старше самой Ори, обладала довольно приятной внешностью и просто поразительным оптимизмом. Её волосы имели светло-рыжий оттенок и вились мелкими кудряшками. Девушка отчаянно пыталась собирать их в причёску, но своевольные локоны всё равно жили своей жизнью. Её улыбчивое лицо было плотно покрыто мелкими веснушками, а в светлых, каких-то бледно-голубых глазах светилась искреннее добродушие.

Новая горничная показалась Ориен настоящим вихрем. Она хоть и называла Ори хозяйкой, но вела себя с ней совершенно свободно, будто они были давними хорошими подружками. Но другого отношения новоявленная жительница дворцового крыла, наверное, попросту не приняла бы. Для неё здесь всё было слишком… а эта Алисиния своей простотой очень разбавляла общую атмосферу возвышенности и роскоши.

Едва они познакомились, Алис тут же усадила Ориен перед зеркалом и занялась её причёской. Сама же Ори только и могла поражаться, как умело эта говорливая весёлая девушка умудряется справляться с её волосами. Она, подобно какой-то сказочной фее, в мгновение ока соорудила на голове Ориен настоящий шедевр из волос. Затем извлекла из шкафа светло-серое платье, довольно простого кроя, и помогла своей госпоже его надеть. Правда при этом посетовала, что у леди совсем нет подходящих украшений. Но потом сама же себя поправила, сказав, что Ориен и так очень яркая, и в её случае любые побрякушки совершенно необязательны.

А как только все сборы оказались завершены, деятельная горничная, привычно сделала книксен и попросила леди следовать за ней. Но когда вместо того, чтобы подняться на четвёртый этаж, где располагались покои кронпринца и его супруги, они неожиданно отправились вниз, Ори остановилась и посмотрела на Алисинию с откровенным недоверием. В её голове ещё были очень живы воспоминания о вчерашнем неудавшемся похищении. Да и после допроса ювелира и плотного общения с Литаром она сама стала ко всему относиться с подозрением.

— Алис… — начала Ориен, желая получить объяснения. Но горничная лишь сильнее напряглась и, подхватив её под локоть, потащила за собой.

— У нас мало времени, — пояснила она. — Минута… не больше…

Но Ори не желала так просто сдаваться. Она снова упрямо застыла на месте и, вырвав из захвата проворной девушки свою руку, посмотрела на неё с ледяной решительностью.

— Покои принцессы на четвёртом этаже, — уверенно возразила она, глядя в глаза этой Алис.

В ответ на это заявление девушка лишь обречённо вздохнула и снова потянула свою госпожу вниз.

— А покои королевы — на втором, — сказала она с нажимом. — А вас, между прочим, пригласили на завтрак.

— Кто? — выпалила Ориен, пребывая в полнейшем непонимании.

— Её Величество, — с самым серьёзным видом пояснила Алисиния.

И в этот самый момент она вдруг остановилась перед высокими двустворчатыми дверьми из тёмного дерева, возле которых дежурили двое стражников, и решительно дёрнула за ручку. Ори даже испугаться толком не успела, когда оказалось в большой светлой гостиной, где её уже, несомненно, ждали… Её Королевское Величество Эриол Карильская-Мадели собственной персоной.

По правде говоря, увидев королеву, она попросту растерялась. Нет, Ори прекрасно знала, что по правилам этикета, должна хотя бы присесть в почтительном книксене, но сейчас просто впала в состояние ступора. Она смотрела в ярко-синие глаза правительницы своей страны и никак не могла поверить в реальность происходящего.

Королева же, видя состояние гостьи, дала горничной знак, и спустя мгновение Алисиния уже испарилась из комнаты. И тихий звук закрывшейся за спиной двери, вдруг вернул Ориен в реальность.

— Простите, Ваше Величество, — тут же проговорила девушка, опускаясь в глубоком реверансе и склоняя голову. — Меня не предупредили…

— Ориен, — оборвала её оправдательную речь королева, вставая из своего кресла и подходя к девушке, которая явно была искренне напугана. — Поднимитесь. Это я попросила вашу горничную привести вас сюда, не говоря вам ничего. Не хотелось пугать вас раньше времени.

Так как даже несмотря на слова монархини Ори выпрямляться не спешила, той пришлось подойти ближе и взять ту за руку. Только после этого девушка всё же нашла в себе силы поднять голову и снова взглянуть на Эриол.

Несмотря на свой почтенный возраст, Её Величество выглядела довольно молодо. Встреть Ори эту женщину на улице, дала бы не больше сорока. Её волосы до сих пор оставались насыщенно чёрными, а кожа гладкой. Хотя у глаз всё же виднелась россыпь мелких морщинок. Королева была одета в простой брючный костюм, подогнанный строго по её худощавой фигуре. Ни украшений, ни уж тем более короны, она не надела, и оттого казалась какой-то более приземлённой.

Её Величество разительно отличалась от всех тех женщин, которых Ори доводилось видеть при дворе. И дело было даже не во внешности. Просто, Эриол не играла никаких ролей. Не старалась казаться другой, не стремилась под кого-то подстроиться. Она просто была собой — Великой Королевой.

Но стоило Ори заглянуть ей в глаза… на мгновение непроизвольно коснуться её сознания и… она вдруг как-то смущённо улыбнулась и тихо проговорила:

— Литар, на самом деле очень на вас похож… — и в этой простой фразе прозвучала такая откровенная нежность, которая не укрылись от слуха Её Величества.

А Ориен снова поспешила опустить голову, кляня себя всеми самыми гадкими словами за такую вольность. Ну что её дёрнуло это сказать? Зачем?

Но вместо того, чтобы указать девушке на бестактное поведение, Эриол растянула губы в совершенно искренней улыбке и потянула гостью к дивану.

— Знаете, Ориен, мне многие это говорили, но почему-то ваши слова прозвучали так, что мне очень захотелось в них поверить, — сказала королева. — Присаживайтесь. Сейчас подадут завтрак. Вы ведь ещё не ели? А Лита надо отчитать за то, что даже не удосужился позаботиться о чашке чая для своей фаворитки, перед тем как тащить в подземелья.

Да… вероятно всё происходящее в стенах этого дворца мгновенно становилось известно королеве. Но как только Ори поняла, что Её Величество в курсе того, где сегодня ночевал её сын, тут же залилась краской смущения.

— Думаю, вам не сообщили, но это именно я распорядилась, чтобы вас поселили в королевском крыле, — добавила Эриол, возвращаясь в своё излюбленное кресло.

Вот после этих слов Ори опешила окончательно. Увы, как она ни старалась, но всё равно никак не могла понять, зачем это могло понадобиться Её Величеству. В мыслях не мелькало не единого даже странного варианта. Но что интересно, она не чувствовала в исходящих от Эриол эмоциях ни капли высокомерия, лишь нечто похожее, на уважение.

— Почему? — всё же нашла в себе силы спросить девушка.

— По многим причинам, Ориен, — отозвалась её царственная собеседница. — Но давайте по порядку.

Бесшумно открылась дверь, впуская двоих лакеев с подносами. Они резво расставили на столике перед Её Величеством приборы, разлили по чашкам ароматный чай, пахнущий весенними травами, и поместили посередине несколько блюд с фруктовым пирогом, и какими-то пирожными.

И едва лакеи скрылись за дверью, королева заговорила снова.

— Ори, сначала я хочу сказать вам спасибо, за то, что спасли моего сына, — сказала она, и в её голосе прозвучала искренняя благодарность. — Литар… рисковый мальчик. Иногда даже безрассудный. Но он рдеет всем сердцем за дело, которым занимается. Я очень рада, что он нашёл своё призвание, что, несмотря на наши с Каем протесты, пошёл по своему пути. Но, поверьте, Ори, каждый раз, когда он снова уносится на задержание какого-нибудь опасного преступника, или сам вызывается проводить какое-то страшное расследование, у меня сердце болит от беспокойства.

И сейчас Ориен как никогда понимала истинный смысл её слов. Она видела в глазах королевы, откровенную тревогу, прикрытую привычной маской полного спокойствия. Но и сама сейчас испытывала похожие чувства. Как ни странно, но у этих таких разных женщин были общие мысли. Они одинаково переживали за одного светловолосого самоуверенного принца.

— Он очень сильный человек, Ваше Величество, — сказала вдруг Ори. — Тогда… попался по глупости. Но, такие люди как Лит… ой, простите, как Его Высочество принц Литар, — тут же поспешила поправиться она, — никогда не совершают одни и те же ошибки дважды. Я верю в него.

— Мне очень приятно это слышать, — отозвалась Эриол. — И ещё больше меня радует, что несмотря на всё, что вам пришлось перенести по его вине, вы всё равно относитесь к нему хорошо.

— К сожалению, так было не всегда, — честно ответила девушка, которая с каждой минутой, проведённой рядом с королевой, ощущала себя легче и комфортнее. — У нас… были сложные отношения.

— Я знаю, — сообщила правительница этой страны. — Почти всё. Не считая некоторых моментов. Всё же, несмотря на наши родственные связи, Лит отчитывается передо мной по всей форме, как и любой другой человек, находящийся на королевской службе. Кстати, спасибо, что вернули корону. Она была мне… дорога, — добавила королева с шальной улыбкой. А Ори снова залилась краской.

Сейчас ей было жутко стыдно перед Её Величеством за то, что вообще осмелилась войти в её покои ночью и забрать такой ценный трофей. Да и вообще, Ори чувствовала себя так, будто её очень мягко, но всё же отчитывали.

— Простите… — пролепетала она, опуская глаза.

— Прощаю, — ответила Эриол. — И предлагаю забыть о тех не самых приятных инцидентах. К тому же, Ориен, спасение жизни Литара — не единственное, за что я хотела вас поблагодарить.

Теперь Ори посмотрела на неё с искренним удивлением, стараясь вспомнить где же ещё успела отличиться настолько, что заслужила личную благодарность от Её Величества. Но Эриол не стала мучить её любопытство.

— Беллиса беременна, — сказала королева, а в её невероятно ярких глазах появилось очень мягкое тепло.

Но Ори настолько опешила от её слов, что просто не нашла, что ответить.

— Они с Кери вместе тридцать пять лет, — добавила Эриол. — И всё это время они мечтали о ребёнке. Но Боги не давали им детей. И вот теперь Белли, наконец, смогла забеременеть. И да, Ори, она сказала мне, что это чудо произошло после вашего вмешательства в её сознание.

Ориен слушала молча, но при этом на её лице расцвела совершенно счастливая улыбка, а на глазах навернулись слёзы. Она тоже знала, как Белли мечтает стать матерью и была несказанно рада, что теперь мечта этой доброй хорошей женщины сбудется.

— Беллиса очень мне дорога, — продолжила Её Величество. — Пока про её беременность знаем только мы с вами и главный королевский лекарь. Она даже Кери ничего не сказала. Срок ещё очень маленький, всего несколько недель, и Белли очень переживает. Но главное, что у них, наконец, получилось. И за это Ориен, примите мою искреннюю благодарность.

— Не стоит, Ваше Величество, — проговорила девушка, с чьего лица так и не сошла улыбка. — Я сделала это потому что очень люблю и Белли и Кертона. Они — моя единственная семья. И, поверьте, сделали для меня не в пример больше. И, знаете… — она на мгновение замялась, но всё же решила поделиться с королевой внезапно всплывшей в голове мыслью. — Настраивая сознание Беллисы на беременность, я очень хотела ей помочь и… возможно у них будет двойня.

Глаза Эриол на мгновение округлились, и вдруг… она рассмеялась. Так искренне и просто, что Ориен даже растерялась. Для неё было очень странно видеть эту поистине каменную леди смеющейся. Когда же спустя несколько мгновений та снова взяла себя в руки, Ори была готова к любым словам, но точно не к тем, что прозвучали:

— Ори, вы чудо! Настоящее чудо! — заявила Эриол. — Знаете, если Белли родит здоровых детей, я пожалую вам титул. Как вы относитесь к баронству на побережье?

— Ваше Величество, — ответила девушка, у которой с лица мгновенно исчезла улыбка, вместе со всеми красками. — Благодарю, но…

— Мои решения в этом дворце не обсуждаются, — неожиданно жёстко сказала королева. — И слов своих я обратно не беру. Так что, у вас просто нет возможности отказаться. — Она перевела взгляд на лежащий на блюде пирог и добавила: — Давайте приступим, наконец, к завтраку. Поверьте, мои повара по праву считаются лучшими в Карилии.

И девушке оставалось только согласно кивнуть и попытаться сделать вид, что она ест с аппетитом. Правда, кладя в рот первый кусочек, Ори сильно сомневалась, что сможет вообще его прожевать и не подавиться, — всё таки её ещё порядком трясло от самого осознания того, что напротив сидит Эриол Карильская. Но стоило ароматному тесту попасть на язык, и девушка оказалась настолько впечатлена, что забыла обо всём на свете. Она даже не удержалась и сказала королеве, что её повара — настоящие волшебники и призналась, что впервые пробует такую вкуснятину. А дальше их разговор превратился в простую светскую беседу о кулинарных изысках и талантливых людях. И только когда последний кусочек был съеден, а на лице Ориен появилось поистине блаженное выражение, Эриол снова вернулась к обсуждению важных вещей.

— Ориен, вы сделали чудо для Кери и Беллисы и, зная о ваших талантах, я не могу не попросить вас об услуге, — задумчиво протянула королева, старательно подбирая правильные слова.

Ори удивлённо застыла, крепче сжав в руках чашку с тёплым чаем. Уже сам факт того, что Её Величество не приказывала, а просила, заставил её насторожиться. Почему-то девушка решила, что речь пойдёт о Литаре. Ведь его матери никак не могло нравится, что он проводит ночи с бывшей воровкой… каторжницей… И Ориен уже была готова услышать вежливую просьбу не приближаться к принцу, но королева заговорила совсем о другом.

— Возможно, вы слышали, что в семье моего старшего сына в последнее время настоящий разлад, — начала Эриол. А когда Ори осторожно кивнула, странно улыбнулась. — Страдают от этого все. И Брис, и Терри, и дети, да и весь двор. Пока Терриана жила вдали от столицы, всё было более или менее спокойно, но вчера она вернулась… и случился грандиозный скандал.

— Простите, Ваше Величество, но чем в данном случае могу помочь я? — спросила Ори, глядя на королеву с сочувствием.

— Двенадцать лет назад в день их свадьбы Светлые Боги признали их брак, так называемым союзом равных. Это означает, что заключён он был по взаимной любви. Поэтому мне очень больно видеть то, что происходит между ними сейчас, — добавила королева.

— Возможно, они просто друг друга разлюбили? — предположила девушка.

— Увы, Ори, маги влюбляются только раз и чувство это остаётся с ними на всю жизнь. Таков закон нашего мира, — она развела руками и, чуть помолчав, продолжила: — Терри постоянно обвиняет Бриса в изменах. Забеременев в третий раз, она стала невероятно ревнивой, каждый день устраивала ему истерики. Рожать уехали на юг в «Сорве-Мирано», и впервые вернулась оттуда только вчера вечером. Это притом, что малышке Миркрит уже исполнилось два года. И возможно, если бы не вчерашний скандал, я бы не стала обращаться к вам, но в этот раз Терри по-настоящему перегнула палку. Она выгнала Бриса из их покоев, обзывала его всеми словами, которые только могли прийти ей в голову. Мне очень неприятно об этом говорить, Ори, но ситуация выходит из-под контроля. Если так пойдёт и дальше, мне придётся сослать невестку в Обитель Тишины.

При последних словах Ориен передёрнуло. Обителью Тишины назывался закрытый монастырь в горах, куда отправляли магов-преступников или не контролирующих свой дар. Фактически, это было настоящей тюрьмой, только с более мягкими условиями. Но сам факт того, что королева готова пойти на такой шаг по отношению к супруге своего сына, вверг девушку в шок.

— Ори, я хочу, чтобы вы, как менталист выяснили истинную причину такого поведения Террианы. Но делать это нужно очень аккуратно. Если она узнает об этой моей просьбе, то вчерашний скандал покажется нам всем лёгкой ссорой, — королева сделала паузу и снова поймала взгляд Ориен. — Я могу рассчитывать на вас? — спросила она, внимательно глядя в глаза девушке.

— Конечно, Ваше Величество, — отозвалась та. — Я сделаю всё, что в моих силах.

— Благодарю, Ори, — сказала Эриол, поднимаясь из своего кресла, показывая этим самым, что завтрак, как и разговор, закончены.

Ориен тоже поспешила встать, правда никак не могла вспомнить, что по этикету следует делать дальше.

— Если вам удастся что-то выяснить, сообщите об этом лично мне, — добавила королева. — И да, я разрешаю вам рассказать Литару о нашем разговоре. Но только ему. Тем более что он всё равно узнает.

Её Величество посмотрела на часы, и снова перевела взгляд на явно растерявшуюся гостью.

— Была рада с вами познакомиться, — сказала Эриол, направляясь в сторону одной из боковых дверей. — К сожалению, мне нужно работать, да и вас давно ждут среди фрейлин принцессы.

— Благодарю, Ваше Величество, — пролепетала Ори, присаживаясь в реверансе. И как только королева удалилась, тут же поспешила покинуть королевскую гостиную.

Глава 3

Страх. Печаль. Больная ревность…

Боль. Обида. Мрак в душе…

Где теперь любовь и верность?!

Где же «счастье в шалаше»?!

Всё. Надежда бесполезна.

В сердце — только темнота.

Впереди лишь злая бездна.

Шаг, прыжок… и пустота…

В покои принцессы, где чаще всего и обитала её многочисленная свита, новую фрейлину вызвалась проводить Белли, за что Ориен была ей несказанно благодарна.

— Сегодня у Террианы настоящий аншлаг, — сообщила Беллиса, когда они поднимались по лестнице на четвёртый этаж королевского крыла. — Всё же её больше двух лет не было, а несчастные фрейлины всё это время оставались не у дел. Многие даже были вынуждены покинуть дворец, поэтому теперь особенно рады, что появился повод вернуться.

— А разве они не должны были сопровождать Её Высочество? — уточнила шагающая рядом Ори.

— Уезжая, Терри взяла с собой только Юниллу Митоли. Это её первая фрейлина и одна из самых близких подруг, — отозвалась женщина, но тут же добавила, наклоняясь ближе к девушке и понижая голос до шёпота. — Та ещё змея. Она постоянно вертится рядом с Террианой. Попросту не отпускает её от себя. И… чисто по-человечески, она мне ни капли не нравится.

Ори в ответ на это только кивнула, принимая к сведению слова Беллисы, а про себя подумала, что нужно бы присмотреться поближе к этой самой леди Юнилле. Дальнейшего разговора не получилось, так как они, наконец, добрались до двери нужных покоев, за которыми оказалось даже очень многолюдно.

В большом зале, оформленном как гостиная, находились как молодые девушки, едва достигшие совершеннолетия, так и женщины постарше, глядящие на них с откровенной снисходительностью. Их было так много, что Ори растерялась. Вероятно, по случаю приезда Её Высочества сюда заявились все её семнадцать официальных фрейлин, которые, судя по всему, прихватили с собой матерей и сестёр.

— Пойдём, — скомандовала Белли, с чинным видом выступая вперёд и направляясь куда-то вглубь этой огромной комнаты.

Ориен послушно шла за ней, ловя на себе самые разные взгляды. Кто-то смотрел на неё с удивлением, кто-то с интересом, но большинство взирало на красноволосую девушку, как на какое-то недоразумение. Для них было невдомёк, что могло понадобиться этой выскочке… простолюдинке… в покоях супруги будущего короля.

Ори чувствовала на себе их злые взгляды, кожей ощущала, как они прожигают её спину, но продолжала идти, делая вид, что ей всё равно. Она уже поняла, что Белли направляется прямиком к принцессе, но эта встреча всё равно стала для неё неожиданностью.

— Добрый день, Терри, — поздоровалась Беллиса, останавливаясь перед сидящей на диване темноволосой женщиной.

Ори же застыла за её спиной, растерянно глядя на ту, чьей фрейлиной теперь официально являлась. Почему-то она совсем не так представляла себе супругу Эмбриса. Ей казалось, что женой такого яркого мужчины должна быть очень красивая леди, гордая, уверенная в себе, и в то же время простая. Как Её Величество Эриол. Но Терриана оказалась совсем другой.

Да, аристократка в ней угадывалась с первого взгляда. Её осанка, поза, причёска, изысканное платье, драгоценности — всё говорило о принадлежности этой леди к королевской семье. Но вот её кожа… выглядела бледной почти до серости. И если на лице это ещё можно было скрыть под слоем косметики, то руки и шея всё равно предательски выдавали её болезненный вид. При всём своём дорогом наряде, принцесса казалась очень худой, а чёрные круги под её глазами не могла скрыть никакая пудра.

Терриана нехотя подняла усталый взгляд и посмотрела на очередную гостью. По всему было понятно, что она несказанно устала от этой своры фрейлин и с радостью бы послала их куда-нибудь… с поручениями. Видимо после двух лет, проведённых с детьми в тихом имении у моря, эта суета казалась ей слишком утомительной. Но стоило ей узнать Беллису, и в потухших светло-зелёных глазах вдруг на мгновение вспыхнуло нечто, похожее на радость. Увы… продержалась эта эмоция там не больше секунды, и вскоре взгляд принцессы снова стал пугающе пустым.

— Белли, — равнодушно сказала принцесса, изображая улыбку. — Очень рада тебя видеть.

И лишь сейчас, заглянув за грань её показного царственного равнодушия, осторожно коснувшись её сознания, Ори поняла насколько Терриана на самом деле несчастна и измотана собственными переживаниями. Тьма душевной боли закрывала её ауру почти полностью, образуя нечто похожее на плотный панцирь. Он не пропускал внутрь почти никаких светлых эмоций, отталкивая их, как нечто чуждое и ненужное. Но самым страшным было даже не это, а то, что под этим коконом скапливалась исключительно негативная энергия, которая рано или поздно обязательно потребует выхода. А когда это всё-таки случится — произойдёт настоящий срыв и от психики Её Высочества попросту не останется ничего.

Но, что удивительно, этот тёмный заслон имел естественное происхождение, — ментальным воздействием тут и не пахло. Но убрать его незаметно было поистине невозможно. К тому же, он так сросся с ментальным щитом принцессы, что уничтожить одно без другого никак бы не получилось. И самым правильным в этой ситуации было бы добиться согласия самой Террианы, убедить её сотрудничать, и уже после этого совместными усилиями убирать этот искажённый тьмой щит. Вот только что-то подсказывало Ориен, что принцесса ни за что на подобное не согласится.

— Признаться, Белли, не думала, что ты придёшь… после вчерашнего, — добавила Её Высочество.

— Я бы не хотела говорить об этом, — неожиданно холодным тоном отозвалась первая фрейлина королевы. — Ты знаешь, насколько я люблю Бриса, и мне тяжело видеть, как вы медленно убиваете друг друга. Но сейчас я пришла к тебе по другому поводу.

После этих слов тонкие брови супруги кронпринца чуть приподнялись, а на её красивом точёном лице отразилось удивление.

— Очень интересно, и по какому же? — спросила она, добавив в тон нотки откровенного высокомерия.

Но Белли, казалось, и не заметила этой перемены. Она повернулась к Ори, до сих пор стоявшей за её спиной и дала знак подойти ближе.

— Разреши представить тебе ученицу Кертона, леди Ориен Терроно, — сказала женщина.

— Леди? — с холодной насмешкой уточнила принцесса. — А с каких это пор безродных особ стали называть «леди»? Или ты считаешь, что если с ней… — Терри окинула явно растерявшуюся девушку надменным взглядом и снова повернулась к Беллисе, — если с ней спит Литар, значит, она сразу же стала леди?

— Терриана, я бы попросила тебя не оскорблять Ори, — строго ответила ей супруга верховного мага. И тут же поспешила добавить: — Думаю, ты знаешь, что союзников при дворе у тебя почти не осталось. Не стоит портить отношения ещё и со мной. И да, по приказу Её Величества, Ориен теперь — одна из твоих фрейлин.

По всему было видно, что принцессе есть, что на это ответить, но всё же она нашла в себе силы сдержаться и промолчать. Правда, на Ори смотрела даже не с ненавистью, а с каким-то ледяным презрением. И сейчас, от одной мысли о том, чтобы остаться в этой комнате без поддержки Белли, Ори начало бросать в дрожь.

— Приказы королевы — закон, — равнодушным тоном ответила принцесса, отворачиваясь к окну. — Кто я такая, чтобы им противиться?

Почему-то, несмотря на эти слова, Ориен не сомневалась, что ей ещё обязательно достанется от этой несчастной принцессы, которая в своей озлобленности и обиде на весь мир была способна на всё.

На этом их разговор закончился. Белли провела Ори по залу, не спеша представила её остальным фрейлинам, после чего удалилась, сославшись на дела. Но как только она скрылась за массивной дверью, Ориен с невероятной растерянностью осознала, что осталась здесь совсем одна.

Она вдруг почувствовала себя маленькой мышкой, попавшей в комнату, полную голодных кошек. Возникло дикое желание просто развернуться и сбежать, но разве она могла себе такое позволить?

— Мисс Терроно, — позвал её приятный женский голос.

И, обернувшись, Ори увидела перед собой смуглую черноволосую девушку в светлом платье. Да они сегодня совершенно точно знакомились, но Ориен всё равно никак не могла припомнить её имени.

— Присоединитесь к нам? — с улыбкой спросила та. — Мы с девочками как раз собирались сыграть партию в «Чёрного короля».

В отличие от многих других, эта молодая леди смотрела на неё без насмешки и осуждения, лишь с лёгкой толикой любопытства. Наверно поэтому Ори и приняла её приглашение, несмотря на то, что вообще не умела играть в карты.

В компании за небольшим круглым столом её приняли на удивление тепло. Здесь собрались четыре самые младшие фрейлины принцессы, и для них Ориен была скорее любопытной загадкой, чем объектом для насмешек. Они с каким-то воодушевлением учили новую знакомую играть в «Чёрного короля», даже поддавались ей поначалу, чтобы она могла почувствовать вкус победы и прониклась этой игрой.

Пригласившую её брюнетку звали Нирида Эвани, и эта молодая леди считалась в их маленькой компании самой старшей. Она призналась, что сама при дворе недавно, поэтому прекрасно понимает, каково сейчас Ориен. Вообще эта Нири оказалась удивительно жизнерадостной особой, и сразу взяла Ори под свою опеку. Её подруги тоже отнеслись к новой фрейлине благосклонно. Они рассказывали ей об особенностях дворцовой жизни, о королевских скачках, проходивших в столице прошедшим летом, о недавнем бале, на котором Ориен, кстати, была в центре внимания. Девушки вели себя с ней как с равной, темы для разговора выбирали исключительно нейтральные, и вообще держались очень почтительно.

И вроде, всё было даже хорошо. Обед, который для всех гостий накрыли в соседней столовой тоже прошёл удивительно мирно. Вот только сама принцесса за столом не присутствовала, заявив, что не голодна. Сложно было не заметить, что в её отсутствии общий эмоциональный фон стал намного более приятным. Леди начали больше улыбаться шутить, и несколько раз кто-то из них даже позволил себе рассмеяться.

За столом Ори познакомилась ещё с двумя фрейлинами — близняшками Ригитой и Лолитой. Они пообещали ей провести экскурсию по дворцу и даже подарить карту собственного авторства. Оказывается, эти две улыбчивые блондинки тоже раньше никак не могли разобраться во всех этих коридорах, галереях и переходах, тогда-то и решили нарисовать для себя схему. Правда, пока занимались её составлением, умудрились изучить каждый закоулок этого огромного здания, и сама карта им оказалась уже без надобности.

В их компании Ориен почувствовала себя ещё более уютно, её страхи и опасения окончательно развеялись, и она даже решила, что рада тому, что согласилась стать фрейлиной принцессы. Но, как оказалось, радовалась она слишком рано.

Когда после обеда они вернулись в большую гостиную, принцесса Терриана, всё так же продолжала сидеть у окна и с обречённым видом смотреть на проплывающие по небу тёмные тучи. Но теперь рядом с ней находились две незнакомые Ори женщины. И если одна, светловолосая, ещё показалась Ориен спокойной, то вторая — высокая, крепкая, с ярко рыжими волосами и поистине орлиным взглядом почему-то сразу вызвала у девушки желание куда-нибудь спрятаться.

Ори чувствовала, что эта особа смотрит на неё даже не с презрением, а с настоящей жгучей злостью. Но никак не могла понять причины такого отношения. А едва Ориен успела снова присесть за игральный стол, к ней подошла одна из горничных и сообщила, что её желает видеть некая леди Юнилла. Почему-то теперь Ори не сомневалась, что речь идёт именно о рыжеволосой «орлице».

Отказывать она не стала, да и разве была у неё такая возможность? Поэтому и поднялась… и последовала вслед за служанкой, и ни капли не удивилась, когда та привела её к дивану принцессы.

— Мисс Терроно, — кивнула ей первая фрейлина Её Высочества и окинула девушку таким ледяным взглядом, что Ори поёжилась. — Увы, нас не представили. Моё имя Юнилла Митоли, баронесса Сарская, а это, — она указала рукой на светловолосую женщину, по виду чуть старше самой принцессы, — Лиара Гради, герцогиня Градицкая.

Ори ответила вежливым кивком, мельком посмотрела на представленную леди, но та, казалось, не обратила на неё вообще никакого внимания.

— Мне очень приятно с вами познакомиться, — вежливо ответила Ориен, снова поворачиваясь к леди Юнилле.

Вот только с той уже спала маска наигранной доброжелательности. И, окинув новоиспечённую фрейлину насмешливым взглядом, она вдруг схватила её за руку и больно сжала запястье.

— Скажи, милочка, правда ли, что ты спишь с Его Высочеством Эмбрисом? — прошипела эта «орлица» дёргая девушку за руку и заставляя сесть в кресло. И так как оно было развёрнуто к залу спинкой, теперь никто из присутствующих в гостиной просто не мог видеть, что на самом деле происходит с Ори. — Ну что ты молчишь? — насмешливо уточнила Юнилла. — Расскажи нам, поделись, каково развлекать двух принцев одновременно?

— Что вы несёте?! — выпалила девушка и тут же попыталась встать, но Юнилла грубо надавила на её плечо, заставляя сесть обратно. Что ни говори, а физически она была намного сильнее хрупкой Ориен, и той не оставалось ничего другого, как подчиниться.

— Только то, что говорят во дворце, — злобно прорычала в ответ эта женщина. — Тебя ведь даже поселили в королевском крыле… вероятно, чтобы всех ублажала. Но так вот слушай меня, деточка. Мала ты ещё для высоких игр. Где тебя нашёл Литар? В борделе? Так обслужила, что он не смог с тобой расстаться?

Ори резко дёрнула плечом, сбрасывая с него тяжёлую руку, и тут же напряжённо уставилась на свою обвинительницу.

— К вашему сведению, я ученица верховного мага. И с Его Высочеством, принцем Литаром меня познакомил именно Кери, — уверенно ответила она. Почему-то всего одного упоминания имени Сокола оказалось достаточно для того, чтобы она собралась с силами и перестала покорно принимать удары.

— А у меня есть сведения, что всё было наоборот, — заявила Юнилла. — Это Литар заставил лорда Амадеу взять тебя в ученицы. Для прикрытия… так сказать. Ты ведь даже не маг! В тебе нет стихийного дара! Это мне тоже доподлинно известно.

— Это правда? — напряжённым тоном поинтересовалась молчавшая до этого принцесса, поднимая на Ориен свой пустой взгляд.

И так как девушка никак не могла решить, что же на это сказать, Терриана нетерпеливо сжала пальцы в кулак и медленно опустила его на раскрытую ладонь второй руки. И вроде со стороны этот жест мог показаться вполне обычным, но Ори чувствовала, что на самом деле Её Высочество находится на грани настоящего срыва.

— Отвечайте, Ориен! — вдруг резко выкрикнула принцесса, поднимаясь на ноги. — Говорите! В вас ведь нет магии. Я не чувствую её… совсем. А значит… все эти слухи… правда?

— Ваше Высочество, я… — попыталась оправдаться девушка, но Терри уже понесло, и останавливаться она не собиралась.

— Что вы?! — выкрикнула она. — Метите на моё место?! Вас ведь за этим ко мне подослали?! Я ведь так мешаю Её Величеству. И Брису мешаю! Всем мешаю!

Всё это прозвучало так громко и с такими истерическими нотками, что не услышать эту тираду было просто невозможно! И заметив, что на неё смотрят сейчас все собравшиеся в гостиной леди, принцесса резко выпрямилась и леденящим душу тоном выкрикнула:

— Пошли вон отсюда! Все! Убирайтесь!

От этих неожиданных криков молоденькие фрейлины испуганно сжались и замерли на месте. А вот их старшие подруги быстро сообразили, что гораздо безопаснее выполнить столь «вежливую» просьбу Её Высочества. Они-то и утащили за собой опешивших девиц. И спустя всего несколько минут в пустой комнате остались только сама принцесса, две её верные подруги и… Ориен, которую никто так и не отпустил.

Тем временем Терриана перевела взгляд на несчастную Ори и заговорила снова, но теперь её голос стал хоть и не таким истерическим, но куда более ядовитым.

— А факты говорят следующее. Тебя прислала королева. Ты связана с Литаром. Ты не маг, хотя считаешься ученицей мага. У тебя крайне странная внешность, уж больно напоминающая ишау, — вслух рассуждала она, стоя напротив девушки и возвышаясь над ней подобно отвесной скале, готовой в любой момент обрушиться и похоронить под своими обломками всё живое. — А зная как Эриол нужен союз с ними, она вполне вероятно могла решить, что ты лучше подойдёшь на роль супруги её наследника.

На этом моменте Ори всё-таки сорвалась. Всё же в прошлом её слишком часто обвиняли совершенно беспочвенно, поэтому она и решила, что сейчас просто обязана ответить.

— Простите, Ваше Высочество, но вы несёте полнейшую чушь! — заявила Ориен, вскакивая на ноги и глядя прямо в лицо принцессе. — Вы правы, я не стихийный маг. И с Литаром мы знакомы дольше, чем с Кери. Но, клянусь, ни одно моё действие не направлено против вас. Если вам интересны причины моего здесь присутствия, спросите Лита. Пусть он сам вам всё объясняет.

— Да как ты смеешь говорить со мной в таком тоне?! — выкрикнула принцесса, которую уже попросту трясло от переполняющих её негативных эмоций.

— Терри, пожалуйста, возьми себя в руки, — попыталась осадить её светловолосая герцогиня. — Девочка не в чём перед тобой не виновата.

— Она… — Терриана ткнула пальцем в сторону стоящей напротив Ориен, — …марионетка Литара! Может даже наёмная убийца. Я не желаю видеть её в своей свите, но не могу ослушаться приказа королевы. А Эмбрису… всегда нравились девушки с экзотической внешностью! Да и этот союз с ишау…

Принцесса уже заметно дрожала от напряжения. Ори чувствовала, что у той почти не осталось сил держаться. Вероятно, ещё до появления новой фрейлины Терриану постарались довести до отчаянья, убедить её поверить в тот абсурд, что она сейчас говорила. А явление самой Ориен просто сыграло роль пресловутой последней капли.

Казалось, ещё мгновение, и случится непоправимое. Психика принцессы оказалась настолько расшатана, что сдерживать себя она уже почти не могла. Но если герцогиня ещё пыталась как-то её успокоить. Держала за руку, бережно гладила по спине, старалась достучаться до её здравого смысла, то леди Юнилла, наоборот, выглядела до неприличия спокойной и какой-то… удовлетворённой.

Именно это и заставило Ориен всерьёз насторожиться. Больше не таясь и не сдерживая своих способностей, она резко развернулась лицом к рыжеволосой, прямо посмотрела ей в глаза и грубо проникла в её сознание, минуя все щиты и заслоны. И не ошиблась, снова поверив своей интуиции, потому что теперь ей хватило всего нескольких мгновений, чтобы понять слишком многое и срочно начать действовать.

Когда первая фрейлина неожиданно потеряла сознание и упала прямо на пол, Терри вдруг замолчала и уставилась на Ори каким-то совершенно невменяемым взглядом. Срыв принцессы был не просто близок… можно сказать, что он уже начался. А итог его мог стать фатальным для её психики. И у Ориен просто не осталось другого выхода… Ментальный приказ «спать» она произносила почти не думая.

Падающую Терриану очень вовремя подхватила герцогиня. Поймав бессознательное тело принцессы, женщина посмотрела на Ориен с такой искренней растерянностью, что та даже поморщилась.

— Они просто спят, — попыталась объяснить она, медленно качая головой и судорожно обдумывая свои дальнейшие действия. — Простите… другого выхода не было. Её Высочество почти сорвалась…

— Я понимаю, — неожиданно спокойно отозвалась леди Лиара. Почему-то, несмотря на всё происходящее, она не выглядела испуганной. А может, просто слишком хорошо контролировала свои эмоции.

— Нужно позвать Лита… Или лучше сразу Эмбриса, — выдохнула Ори, падая в кресло и нервно хватаясь за голову. — И Кери… он должен справиться лучше…

— Вы менталист? — неожиданно спросила герцогиня.

Она уже уложила принцессу на диван и теперь присела рядом с ней, щупая пульс на руке. По непонятным причинам эта женщина, в которой несомненно присутствовала некоторая доля аристократического высокомерия, совсем не раздражала Ори. Напротив, леди Лиара почему-то вызывала у неё нечто похожее на симпатию, хотя причин для этого почти не было.

— Да, — ответила девушка, не видя смысла врать. — И я чувствую, что вы не желаете ей зла. В отличие от… — она указала взглядом на лежащую на полу Юниллу и тяжело вздохнула.

Герцогиня ничего на это не ответила. Она лишь едва заметно повела плечом, и решительно направилась к одной из дверей. Но не вышла, — лишь передала распоряжения горничным через слегка приоткрытую створку. А после и вовсе закрыла комнату изнутри на ключ.

— Не нужно чтобы кто-то посторонний сюда входил, — пояснила она, тоже опускаясь в кресло, напротив Ориен. — Сегодня здесь и так произошло слишком много неправильного. Лишние слухи всё только усложнят.

Ори в ответ только кивнула, соглашаясь со своей неожиданной союзницей, но вслух ничего не ответила. Она напряжённо думала, просчитывала возможные варианты, стараясь взвесить все за и против. Хотя, по сути, решение было уже принято. Да и не имелось у него альтернатив. Ведь если сейчас просто разбудить Её Высочество, то её истерика разгорится с новой силой и в этот раз уж точно приведёт к нервному срыву… в лучшем случае.

Время шло. Секундная стрелка на часах мерно отсчитывала мгновения… но никто к ним на подмогу почему-то не спешил. И ладно Литар — возможно его вообще не было во дворце, да и Кери мог отсутствовать, но вот Эмбрис совершенно точно находился здесь. И Ори очень беспокоило то, что никто из них до сих пор не появился?

— Ориен, — неожиданно обратилась к ней герцогиня, — скажите, вас на самом деле прислала сюда королева?

Она говорила спокойно, уверенно, с присущим ей достоинством, но смотрела на девушку с таким интересом и так пристально, будто хотела заглянуть в душу.

— Нет, — честно сказала Ори, не желая вдаваться в подробности. Несмотря ни на что у неё не было оснований доверять этой женщине. И пусть сейчас леди Лиара ей помогала, но у неё наверняка имелись для этого свои причины.

Столь короткий и категоричный ответ не произвёл на герцогиню никакого впечатления. Она явно была намерена вывести Ориен на разговор и отказываться от своих планов не собиралась.

— Вы уже закончили академию? — снова обратилась она к девушке.

— Я не училась в академии, — покачала головой Ори, уже почувствовав, что все эти вопросы неспроста. И при других обстоятельствах не поленилась бы заглянуть в сознание и этой леди, но… благоразумно решила пока поберечь силы.

— Но вы ведь совсем недавно стали ученицей Кертона. Значит, должны были до этого где-то обучаться, — не желала оставлять её в покое герцогиня. — Возможно… на дому? Или в школе магов?

— Ваша Светлость, — раздражённо бросила девушка. — Прошу меня простить, но я бы не хотела говорить об этом, тем более с вами. Как у менталиста, у меня не так много опыта, именно поэтому я и попросила позвать Кери. Так что, не переживайте, без его разрешения в сознание принцессы я не полезу.

— Ориен, простите мне моё любопытство, — чуть смутившись, сказала женщина. — И я никоим образом не хотела вас обидеть.

— Я не обижена, — нервно отмахнулась девушка. — Поверьте, меня не так уж легко обидеть. Просто сейчас не самое подходящее время для беседы. Мне нужно сосредоточиться.

В этот момент дверь резко дёрнулась, будто кто-то пытался сходу её распахнуть, но наткнулся на замок. И вдруг раздался громкий резкий стук.

Герцогиня спокойно поднялась и отправилась отпирать. И совсем не удивилась, увидев на пороге небывало напряжённого Эмбриса.

— Что случилось? — выпалил он, глядя на леди Лиару. — Где Терри?!

За его спиной появился такой же нервный Кертон, но тот, в отличие от принца лишних вопросов не задавал. Он тут же направился к дальнему дивану, где уже заметил свою ученицу.

— Ориен, что произошло? — Спросил маг, останавливаясь рядом с бессознательным телом принцессы, и переводя взгляд на лежащую на полу Юниллу.

— Сон, — ответила девушка, поднимаясь к нему навстречу.

— Какой к демону сон?! — воскликнул не на шутку перепуганный кронпринц. Он опустился на колени у самого дивана и попытался разбудить свою супругу. Увы, безуспешно.

Ори видела, что он не в себе и сейчас просто не сможет понять смысл её слов, поэтому решила обратиться к Кери.

— Её Высочество на грани. Срыв неизбежен. Психика расшатана. Тьмы на ауре столько, что даже для меня очень сложно пробиться, — она говорила резко, чётко, прекрасно понимая, что лишние подробности сейчас просто ни к чему. Это потом, когда всё уладится, можно будет обсудить произошедшее. Но уж точно не сейчас.

Кери присел в кресло, где не так давно сидела сама Ориен, и с задумчивым видом уставился на спящую Терриану. А вот супруг принцессы никак успокаиваться не желал. Он вообще выглядел не на шутку взволнованным.

— Ориен, это ведь ты её усыпила? — вдруг проговорил он, глядя на девушку, как на самого страшного врага. — Разбуди! Немедленно!

— Нет, — покачала головой Ори.

— Я приказываю тебе! Верни её в сознание! — с грозным нажимом заявил он. — Сейчас же!

— Нет, — снова повторила она.

Брис явно пытался воздействовать на неё магически, хотя такую магию Ориен ещё не встречала. Увы, ничего у него не вышло, и упрямая ученица Кертона так и не подчинилась.

— Ваше Высочество, её нельзя будить. Это станет крахом для её психики, — попыталась объяснить она.

Но Брис тоже сейчас пребывал не в самом адекватном состоянии.

— Последний раз повторяю, верни Терри в сознание, или я сам тебе шею откручу! — прорычал он, а его синие глаза в одно мгновение затопила самая настоящая тьма.

Ори вздрогнула и испуганно отшатнулась в сторону. Но в этот самый момент ей на талию легла такая родная рука, и девушка оказалась крепко прижата к тёплому боку Литара.

— Успокойся, — строгим тоном заявил Сокол, глядя на брата. — Немедленно возьми себя в руки. Если я правильно понимаю происходящее, то Ори вообще единственный человек в этом мире, способный помочь твоей жене, не убив её при этом. Поэтому, Брис… уймись и постарайся заглушить свои эмоции. Сейчас Терри как никогда нужен адекватный супруг, а не…

Он благоразумно промолчал, не став договаривать свою фразу до конца. Но его слова странным образом сумели подействовать на Эмбриса. Тот сел прямо на пол у дивана, где лежала Терриана, и закрыл лицо руками.

— Кери, — обратился Литар к магу. — Скажи уже что-нибудь.

— Тут особо нечего говорить, — отозвался тот, поднимая на него задумчивый взгляд. — Я не пробьюсь сквозь ментальный щит, который сам же установил, к тому же он сейчас слишком деформирован. Его можно снести… но психика не выдержит. Поэтому вся надежда только на Ориен.

Он посмотрел на свою ученицу, а та в ответ лишь напряжённо кивнула, прекрасно понимая, что выбора у неё нет.

— Я не сниму установленный блок, но тьму постараюсь убрать. Вот только… — она тяжело вдохнула и добавила, — работа очень тонкая, кропотливая. На это может уйти несколько часов и просто уйма сил. И мне нужна полная тишина. Никаких посторонних звуков. Если отвлекусь… всё может закончиться печально… для нас обеих.

Брис с шумом втянул воздух и крепко зажмурился. Он уже привёл эмоции к какому-то подобию порядка и теперь смотрел на Ори без злобы. Затем вдруг поднялся и, подхватив тонкое тело спящей Террианы на руки, решительно направился к одной из боковых дверей.

— Ориен, иди за мной, — скомандовал он, не оглядываясь. И теперь она даже и не думала противиться этому приказу.

Когда они миновали коридор и оказались в спальне, кронпринц осторожно уложил жену на кровать и только после этого соизволил снова посмотреть на ученицу Кертона. И сейчас на его лице отражалось столько самых разных эмоций, что Ори всё поняла без слов.

— Я сделаю всё что смогу, — сказала она, не отводя взгляда от его глаз, которые всё ещё оставались пугающе чёрными. — Всё, на что только хватит моих талантов и сил. Но, Ваше Высочество… то, что с ней случилось, не было результатом ментального воздействия. Говоря простым языком, ей просто планомерно в течение долгого срока «капали на мозги». И я знаю, что это было сделано со злым умыслом, и делала это её первая фрейлина. У неё тоже стоит на сознании щит, но меня он остановить не смог. Поэтому, прошу, передайте её Литару. Думаю, одного допроса будет достаточно, чтобы она сама во всём созналась.

Брис смотрел на неё с искренним удивлением. Всё же со стороны Ориен производила впечатление этакой тихони. И пусть девочка была довольно симпатичной, но он всё равно никак не мог понять, чем она могла привлечь такого, как Лит. И лишь сейчас, слушая её слова, видя в её глазах несгибаемую уверенность, он вдруг осознал… что простоты-то в ней как раз и нет. Она — одна сплошная сложность.

— Я хочу остаться здесь, — заявил кронпринц, снова поворачиваясь к спящей супруге.

— Это лишнее, — ответила Ори, отрицательно качая головой. — Но когда я закончу, ваше присутствие обязательно понадобится.

Благо на сей раз Брис не стал спорить. Он постоял у кровати ещё пару минут, потом присел рядом со спящей Терри и, погладив её по волосам, осторожно поцеловал в губы. Ориен видела, что он хочет что-то сказать… несмотря на то, что любимая всё равно его не услышит. Но в итоге всё же промолчал. И, решительно развернувшись, покинул комнату.

После его ухода, Ори заперла дверь на ключ, прислонилась к створке спиной и закрыла глаза. Ей нужно было отрешиться от всего, выбросить из головы абсолютно все лишние мысли, потому что работа предстояла поистине сложная. А приступать к подобному можно только находясь в полной гармонии со своим внутренним миром. И лишь спустя несколько минут она, наконец, спокойно выдохнула и направилась к кровати.

Кое-как усадив спящую принцессу и обложив её подушками, девушка присела напротив, глубоко вздохнула и… положила пальцы на её виски. В этот момент веки Террианы распахнулись, но взгляд так и остался неподвижным… пойманным в ментальную ловушку Ориен.

* * *

За окнами стремительно темнело. Яркий диск солнца давно спрятался за горизонтом, а его сестра — луна, только начинала своё восхождение на престол небосвода.

В столовой, соседствующей с гостиной покоев кронпринца, разговорчивые служанки неспешно накрывали ужин. Они весело щебетали, обсуждая сегодняшний скандал, устроенный принцессой Террианой, и ни капли не стеснялись высказывать свои мнения. Оно и понятно, ведь эти девушки даже не догадывались, что за стенкой, в погружённой во мрак сумерек комнате в полном молчании уже не первый час сидят оба старших принца Карильского Королевства в компании верховного мага.

— Знаете, — эмоционально выговорила одна из девушек, позвякивая бокалами, — а я понимаю Её Высочество. Она ведь любит своего мужа, а он ей изменяет. Нет, Его Высочество, несомненно, привлекательный мужчина, и его тоже можно понять, но разве он не видит, что его поведение убивает принцессу? А она… девочки, вы видели, как она изменилась за два года. Я даже не сразу её узнала.

— Согласна, Витти, — отозвалась вторая, которая, судя по тону, была намного старше. — А я ведь помню леди Терриану ещё в те времена, когда она только появилась во дворце. Такая была девушка… красивая, яркая, уверенная в себе. И что сейчас? Просто бледная тень, обозлённая на весь мир. Я кстати слышала, что даже дети побаиваются к ней подходить. Стараются вообще матери лишний раз на глаза не попадаться.

— Девочки, а вы заметили, как вырос малыш Эркрит? — прощебетал третий голос, в котором явно слышалось восхищение. — Такой красавец стал. Весь в отца, только глаза от матери достались. Вот увидите, пройдёт всего каких-то десять лет и у него отбоя не будет от женщин.

— Матиша, уймись. Мальчику всего одиннадцать, — снова заговорила вторая.

— Ну и что. Красивый ведь? С этим не поспоришь. Но у него такой печальный взгляд… Оно и понятно. Чему радоваться, когда в семье творится такое?

На этом моменте сидящий в кресле Брис напряжённо сжал обе ладони в кулаки и отвернулся к окну. Да, он злился, но не на горничных, которым вдруг пришло в голову обсудить его отношения с женой. Он сердился на самого себя. На то, что за всеми государственными делами, за своей занятостью упустил главное… свою семью. Сейчас он уже даже не мог вспомнить, когда их отношения с Терри начали катиться в пропасть. Кажется, до третьей беременности всё было хорошо. А потом с ней стали происходить непонятные срывы, объяснения которым он никак не мог найти. А ещё она начала обвинять его в изменах, ревновать абсолютно ко всем придворным дамам, постоянно старалась подловить его на лжи.

Когда по дворцу начали расползаться непонятные слухи о его связях с женщинами, он привычно не придал этому значение. А вот для Терри они стали настоящим ударом. Она устраивала ему скандал за скандалом, а потом и вовсе заявила, что хочет уехать к морю. Брис только поддержал её желание, и даже понадеялся, что там, вдали от дворцовой суеты, она успокоится. Но снова ошибся. Можно сказать, что этот её отъезд и стал началом настоящего краха их отношений.

Нет, поначалу Эмбрис старался почти каждый вечер проводить с Террианой и детьми, но государственные дела иногда забирали всё его время. И так в один прекрасный вечер, она просто не пустила его в свою постель, заявив, что «не имеет никакого желания терпеть его грязные ласки» и что если ему нужна женщина, то он спокойно может продолжить удовлетворять свои потребности с любовницами.

Тогда, они впервые поругались по-крупному… Тогда он первый раз за всё время их брака переспал с другой.

Боги… сейчас, сидя в тёмной комнате, и вспоминая всё, что произошло за последние два года, он был готов пойти на что угодно, лишь бы найти способ всё исправить. Он ведь на самом деле любил свою Терриану. До сих пор так же сильно, как и перед их свадьбой. Она была ему очень нужна… такая, какой он её помнил. Милая, рассудительная, понимающая. Ему не хватало её поцелуев по утрам, ласковых слов. Не хватало её руки на плече, во время особенно сложных заседаний Совета.

Да и детям нужна нормальная семья. Ведь та служанка права… Эрки действительно стал побаиваться свою мать. Он неоднократно просил отца забрать его в столицу, но Брис каждый раз уговаривал его остаться с Терри. Потерпеть. Обещал, что скоро всё обязательно наладится, и они снова будут жить все вместе, но… всё становилось только хуже.

И вот сегодня, после слов Ориен о том, что именно леди Юнилла настраивала Терриану против него, у Бриса почти сорвало все возможные планки. Он был готов собственными руками придушить эту рыжую гадину. Его переполнял такой гнев, что он почти не держал себя в руках. И поэтому несчастную фрейлину даже вести на допрос не понадобилось.

Когда, переместив Терриану в спальню, он вернулся в гостиную, то выглядел поистине устрашающе. В его глазах плескалась тьма, готовая в любой момент вырваться наружу, а руки едва заметно потряхивало от дикого напряжения. Он даже разбудил Юниллу сам, не прибегая к помощи Кери, а может просто после ухода Ориен её воздействие сошло на нет. Не важно. Но стоило первой фрейлине его супруги очнуться, и она тут же оказалась грубо усажена на стул. Бедная женщина даже толком прийти в себя не успела, когда разглядела нависающего над ней злющего Эмбриса. И да, в этот раз он вёл себя не как представитель древней фамилии, не как кронпринц королевства, и даже не как дознаватель. Сейчас ему было плевать на то, что о нём могут подумать — он хотел знать правду.

И… Юнилла оказалась настолько напугана, что даже не думала отвечать ложью на его вопросы. Конечно, поначалу она ещё пыталась всё отрицать, но когда Кери на пару с Литаром договорились сломать её ментальный щит, вдруг резко решила сознаться. И всё, действительно, оказалось именно так, как сказала Ориен.

Спустя полчаса, когда женщина закончила свой рассказ, Брис стал ещё мрачнее, а Литар спешно вызвал стражников и приказал отвести теперь уже бывшую фрейлину в камеру. И наверно, за все содеянное, её нужно было бы отправить на каторгу, но Лит уже знал, что эта леди отделается высылкой из страны. Ведь фактически она не совершала никаких преступных действий. Да, ей заплатили просто огромную сумму за то, чтобы она втёрлась в доверие к принцессе… чтобы внесла разлад в её семью. А когда у неё начало получаться, когда Терри закрылась ото всех, спряталась под панцирем своих обид, когда её отношения с мужем и со всей его семьёй натянулись до предела, Юнилла получила приказ сделать так, чтобы принцесса окончательно сорвалась. Чтобы после очередного нервного срыва, просто наложила на себя руки…

Когда Брис услышал эти слова, то все его внутренние цепи, сдерживающие гнев, попросту растаяли. И, наверное, если бы не вовремя вмешавшийся Лит, бывшая фрейлина Террианы умерла бы прямо здесь в страшных муках. Хотя на самом деле Эмбрис остановился только потому, что так и не выяснил имя человека, заплатившего за такую жестокую диверсию. Но леди Юнилла теперь даже и не думала скрывать что-то. В её глазах стаял такой ужас, что со стороны даже казалось, будто она от страха тронулась умом.

Когда же, дрожащим голосом женщина назвала фамилию Савари… сам Эмбрис лишь нахмурился, припоминая, что где-то уже её слышал. А вот Литар выругался так цветасто, что позавидовали бы и конюхи.

После того, как бывшую первую фрейлину принцессы отправили в камеру, герцогиню тоже попросили пройти в здание департамента правопорядка. Она хотела отказаться, утверждая, что не может уйти пока не убедится что Её Высочество в полном порядке, но Литар настоял. И пусть лично леди Лиару ни в чём не обвиняли, но её показания были необходимы. Ведь как свидетельница и близкая подруга Террианы она могла многое рассказать.

Таким образом, вскоре в гостиной остались только два принца и Кери, и с тех пор никто из придворных так и не решился их побеспокоить. Даже служанки, сервирующие стол в соседней комнате, подсознательно опасались подходить к запертой гостиной, хотя знать не знали, что там кто-то есть. Вероятно, за годы работы во дворце у них уже выработалось некое подобие интуиции, подсказывающее, куда соваться не стоит.

Когда с тихим шорохом открылась боковая дверь, все трое мужчин синхронно повернули головы на звук. А стоило им разглядеть тонкий силуэт Ориен, и они в буквальном смысле замерли в оцепенении, боясь услышать окончательный вердикт. Что ни говори, а её вмешательство в сознание Терри само по себе было огромным риском. И теперь, когда всё оказалось закончено… получить ответ стало особенно страшно.

Девушка перешагнула порог и, пошатываясь, вошла в тёмную гостиную. Она двигалась очень медленно, будто боялась упасть. И тогда Лит поспешил поднять с места и, быстро преодолев разделяющее их расстояние, попросту подхватил её на руки.

— Спасибо, — прошептала она, цепляясь ослабевшими руками за его шею и кладя голову ему на плечо.

Но Лит ничего на это не сказал. Он снова вернулся в своё кресло, а девушку усадил к себе на колени, совершенно не заботясь о том, насколько вульгарно это выглядит со стороны. Несколько минут Ори молчала, стараясь хоть немного восстановить силы. Была б её воля, она бы вообще уснула прямо здесь, в тёплых объятиях Сокола. Но рядом находились люди, которые с огромным нетерпением ожидали её слов. И она просто не могла оставить их в неведении.

— Получилось? — спросил Кертон, глядя на неё с искренней надеждой.

— Кажется, да, — тихо ответила ему Ориен.

Она повернулась к магу, который уже зажёг над ними несколько магических светильников, но головы от плеча Литара всё равно не подняла.

— Всю темноту убрать мне не удалось, — пояснила девушка. — Она проникла в глубины подсознания, отпечаталась там. Избавиться от неё можно только закрыв новыми положительными эмоциями.

— А что блок? — тут же уточнил Кертон.

— Целый, — сказала девушка. — Я была очень аккуратна.

Лит задумчиво молчал. Одной рукой он продолжал прижимать девушку к себе, а второй легко поглаживал её спину вдоль позвоночника. А вот Брис явно хотел что-то спросить, но… почему-то не решался. Вообще, странно было видеть этого сильного опасного мужчину, кронпринца королевства таким… растерянным и разбитым. Но Ориен прекрасно понимала каково ему сейчас.

— Ваше Высочество, — обратилась она к нему, чуть приподнимая голову. Несмотря на довольно странные обстоятельства их беседы, она всё равно хотела выглядеть почтительной. — Простите заранее, если я скажу что-то лишнее. Но после всего того, с чем я столкнулась в сознании вашей жены, промолчать уже не могу.

— Говори, Ориен, — ответил ей Эмбрис, и его тон показался девушке искренне виноватым. — Поверь, сейчас от тебя я готов выслушать что угодно.

И тогда она вздохнула и попыталась встать с колен Литара, но он не пустил, лишь отрицательно покачав головой. Пришлось Ориен смириться с таким его самоуправством, но она всё же повернулась к Брису и заглянула ему в глаза.

— Вижу, что вы сами всё понимаете, — сказала она, спустя несколько мгновений. — Знайте, вы нужны своей жене. Без вас она медленно умирает. Я не волшебник… и не могу щелчком пальцев сотворить для неё счастье. Мне кажется это даже Светлым Богам не под силу. Но вы — тот, кого она любит, и вряд ли в этом мире кто-то кроме вас сможет сделать её счастливой.

Ори снова устало уложила голову на плечо Сокола и прикрыла глаза.

— Сейчас она особенно уязвима, — добавила девушка. — Да, тьмы в сознании почти нет, но ваша супруга уже привыкла жить в этом мраке, с такой тяжёлой болезненной ношей. Поэтому, ей нужны новые эмоции, впечатления, радости. Ей нужна ваша забота… ваше тепло. И было бы очень хорошо, если бы вы хотя бы неделю провели рядом с ней. Не оставляя ни на минуту.

— Так и сделаю, — решительно отозвался Эмбрис. И уже поднялся, желая покинуть комнату, но вдруг неожиданно остановился, будто чего-то испугавшись. — Ориен, а… не станет ли хуже, если я сейчас пойду к ней?

— Идите, — ответила девушка, легко улыбнувшись. — Сейчас Её Высочество, скорее всего, даже не заметит вашего присутствия. Она тоже вымотана и спит совершенно естественным сном. Но я бы всё равно рекомендовала вам обнять её покрепче.

Будто повинуясь этим словам, Лит обхватил саму Ориен чуть сильнее и прижал к себе вплотную. А когда вдруг коснулся губами её виска, она окончательно расслабилась и позволила себе на несколько мгновений отключиться от реальности. Всё равно она уже сказала и сделала всё что могла, а остальное теперь зависит уже не от неё.

Наверно, Ори всё-таки провалилась в сон, потому что дальнейшие события почти не отпечатались в её памяти. Она запомнила лишь ощущение тепла и уюта, укутывающее её, как мягкое одеяло. И запах… обжигающего огня… тёплой корицы… свежей мяты… и ещё почему-то морского бриза. Её совершенно точно кто-то держал на руках, куда-то нёс, но всё это казалось девушке совершенно неважным.

А проснулась она от ощущения того, что с неё стягивают платье. Но, что интересно, никакого страха при этом не испытала, ведь рядом был не чужой человек, да и руки Сокола она уже узнавала по малейшему прикосновению.

— Спи, Ори, — прошептал он, заметив, что она смотрит на него сонным взглядом. — Я только платье и обувь с тебя снял, остальное не трогаю.

А она вдруг улыбнулась, представив, как сейчас выглядит, — в белье, чулках и тонком нижнем платье, едва доходящим до колен. Но Лит её и не в таком виде лицезрел, да и не стеснялась она его. По крайней мере, сейчас.

Он уже поднялся с кровати и хотел уйти, когда его догнал тихий голос девушки.

— Мне обязательно нужно сегодня полетать, — проговорила она, снова закрывая глаза. — А в моей комнате очень неудобное окно и нет парапета.

Он же на это лишь улыбнулся и, снова подойдя к Ориен, присел рядом и погладил её по щеке.

— Сейчас только семь вечера, — заметил Литар. — Вот выспишься и полетаешь. Мой балкон в полном твоём распоряжении.

После чего встал и ушёл, теперь уже не оборачиваясь. А Ориен снова приоткрыла глаза, и только сейчас поняла, что находится в его спальне.

Глава 4

Теперь она совсем твоя, —

Она с тобой душой и телом.

И нежность больше не тая,

Тебе себя вручает смело.

Ты научил её сиять

От ласк твоих, пусть в чём-то грубых,

Ты научил её мечтать

О сладких поцелуях в губы.

Ты научил её гореть,

В руках твоих огнём лучиться.

Ты научил её любить…

Но… сам любить не научился.

Спала Ори без сновидений. Хотя, это совсем не удивительно, ведь после таких напряжённых манипуляций с чужим сознанием мозг слишком устал, чтобы развлекать свою хозяйку яркими картинками. Ей было хорошо и очень спокойно и, наверное, она могла бы проспать так до самого утра… если бы не ощущение гадкого неприятного зуда на спине.

Это чувство оказалось таким противным, что терпеть его было слишком сложно. Именно для того, чтобы избежать таких вот неприятных сюрпризов Ориен и стремилась летать исправно каждые три-четыре дня. Ведь в противном случае кожа вокруг точек «выхода» крыльев начинала жутко чесаться, а после и гореть, будто кто-то держал рядом пламя зажжённой свечи. Чесать её было абсолютно бессмысленно, потому что от каждого касания зуд лишь усиливался, и от этого существовало только одно лекарство — дать крыльям волю.

И как бы ни хотелось уставшей девушке поваляться в кроватке ещё хотя бы несколько часов, всё равно пришлось разлеплять ресницы и вставать.

— Ты как раз вовремя, — ворвался в её сонные мысли голос Литара.

И, обернувшись на звук, она с непониманием уставилась на сидящего в кресле принца. Хотя сейчас он выглядел совсем не так, как она привыкла. Его светлые волосы были распущены и казались влажными, будто он только что покинул ванную. Вместо обычного строгого костюма на нём красовались уже знакомые ей тонкие тренировочные штаны, напоминающие шаровары, и чёрный халат, который она видела утром, когда он уходил из её комнаты.

— Как относишься к позднему ужину? — улыбнувшись, спросил Лит, и тут же решил добавить: — Кери сказал, что после таких перегрузок менталисты обычно просыпаются очень голодными, в общем, как и другие маги. И для восстановления сил лучше всего подходит что-нибудь сладкое. Так что, специально для вас, леди Ориен, здесь помимо всего прочего имеется фруктовый пирог, пирожные с ванильным кремом и орешки в сахарной глазури.

Ори же смотрела на него со странной смесью умиления и недоверия. Сейчас он вёл себя с ней так просто, будто они на самом деле были близкими людьми… будто ему действительно хотелось сделать ей приятное.

А кушать, и правда, хотелось просто безумно. Сейчас Ори казалось, будто она не ела, как минимум, неделю, поэтому на предложение Литара отреагировала почти с восторгом. Она даже с постели умудрилась не встать, а соскочить. И только теперь поняла, что платья-то на ней нет…

Но Лит быстро разгадал причину отразившегося в её глазах замешательства и молча указал рукой на халат, перекинутый через угол резной спинки кровати. Естественно, этот предмет одежды принадлежал ему, и на его гостье сидел, подобно балахону. Но девушка всё равно быстро запахнула его на себе и крепко перевязала поясом.

Увы, сейчас Ориен не была готова вести себя, как леди. Во-первых, чесалась спина, во-вторых, кушать хотелось почти до безумия, ну а в-третьих… такого вот домашнего Литара она просто не могла воспринимать, ни как принца, ни как главу департамента правопорядка. С этими милыми светлыми кудряшками и мягкой улыбкой на добродушном красивом лице он казался ей настоящим ангелом… спустившимся с небес, чтобы разделить с ней скромную трапезу. И пусть, ужин был далеко не скромным, да и Сокол по своей натуре никак до ангела не дотягивал, но после такого сложного эмоционального дня, ей как никогда хотелось теплоты и сказки, в которую она с радостью поверила.

На еду Ориен почти набросилась. Кушала с диким аппетитом, а каждый раз пробуя что-то вкусное, так закатывала от удовольствия глаза, что Лит просто не мог не улыбаться. Сам же он почти ничего не ел, лишь задумчиво наблюдал за Ори и медленно попивал красное вино из изящного стеклянного бокала. Девушка ловила на себе его взгляды, но отчётливо ощущала, будто мысленно он находится не здесь, а в совершенно других местах.

И когда её дикий голод оказался удовлетворён, она расслабленно откинулась на спинку своего кресла и всё-таки спросила:

— О чём ты всё время думаешь? — В её голосе прозвучало такое открытое любопытство, которое вдруг вызвало на лице Лита какую-то покровительственную улыбку.

— О разном, Ори, — ответил он, продолжая медленно потягивать вино. — Но если тебе интересно, то конкретно перед тем, как ты задала свой вопрос, я размышлял об ишерской делегации, которая будет здесь через три дня.

— Ты серьёзно? — выпалила девушка, сжимая деревянные подлокотники. — Так скоро…

— Фактически они уже находятся на нашей территории, — охотно поведал ей принц. — Передали послание сегодня, когда причаливали на Максине для пополнения запасов. Мы бы могли построить для них портал прямо оттуда, но… они отказались от услуг наших магов. Сообщили, что доберутся до Карсталла, а оттуда уже прибудут в столицу через стационарный пункт переноса. В итоге было решено, что мы встретим их в столице семнадцатого утром.

— Они не доверяют магам, — проговорила девушка. — Но, согласись, их можно понять. А… много их к нам едет?

— Четверо послов и двадцать стражников, — сообщил Лит. — Причём, как я понял, среди них будет младший сын тамошнего князя, поэтому меры безопасности с нашей стороны должны быть очень серьёзными. Если вдруг он пострадает, о мире с ишау можно будет смело забыть.

Ори молчала, напряжённо обдумывая слова Лита, но вдруг в её голове всплыла картина утреннего допроса ювелира, и того, как поспешно Сокол организовывал захват…

— Ты поймал Савари? — спросила она, поднимая на него взгляд.

Но после этого вопроса всё благодушное настроение Литара попросту кануло в небытие. Он заметно напрягся, губы сжались в линию, а на лице появилось выражение настоящей злости.

— Нет, Ориен, — раздражённо бросил он. — Хотя взяли целую шайку его подельников. Сам же господин граф прошлой ночью отбыл в неизвестном направлении, и никто из арестованных не знает, где его искать.

— Может, врут? — с надеждой предположила девушка.

Лит снова посмотрел ей в глаза и отрицательно покачал головой.

— Мои менталисты проверили всех, — пояснил он. — Они говорят правду. Савари ведь маг… ему не составило труда построить портал прямо из своей спальни и прыгнуть в любую точку страны. — На несколько секунд Сокол замолчал, но потом странно усмехнулся и добавил: — Подозреваю, что ему стало известно, об аресте ювелира. А может, он просто решил перестраховаться… Не знаю. Но этот гад будто предчувствовал, что я за ним приду. Хотя даже в таком положении вещей есть один приятный момент.

— И какой же? — с искренним интересом спросила Ори.

— А такой, — бросил он, снова встречаясь с ней взглядами, — что теперь в дворцовых подземельях своего часа дожидается некто по имени Ларит Гарс — наш общий знакомый гаусский менталист.

Ориен прекрасно поняла, о ком говорит Лит. Она хорошо запомнила того человека с татуировкой на бритом затылке. Но, несмотря на не самые приятные обстоятельства их знакомства, всё равно воспринимала его как человека здравомыслящего. Ведь если бы тогда он промолчал, не объяснил бы ей, что именно дротики вытягивают из поверженного принца энергию, то всё закончилось бы гораздо хуже. И пусть Ори не испытывала к нему ни малейшей симпатии, но и смерти ему не желала.

— Не уверена, что у меня получится так уж легко влезть в его голову, — проговорила она, глядя на задумчивого Литара. — С менталистами это всегда сложнее…Через щит-то я пробьюсь, но он совершенно точно будет закрывать от меня те участки своего сознания, на которые я могла бы воздействовать.

— Но ты ведь сильнее, — заметил Сокол.

— А у него намного больше опыта, — добавила девушка. — Конечно, я попробую…

— Пока не нужно, Ори, — ответил Литар, затем снова поймал её непонимающий взгляд и легко улыбнулся. — Этот Гарс оказался неглупым человеком. И едва я заикнулся, что допрос откладывается до завтра, по причине твоего отсутствия, и он сразу же согласился на добровольное сотрудничество. Мне даже показалось, что он готов лично привести ко мне Армана, лишь бы только не встречаться с тобой.

Но сама Ори весёлости принца не разделяла. Да и гаусскому магу не верила. Всё же он был приближенным Савари, а значит, знал очень многое. Возможно, он согласился на сотрудничество только для того, чтобы иметь возможность скрыть часть известной ему информации. Именно это и напрягало Ори больше всего.

— Я всё же хочу с ним побеседовать, — сказала она, глядя прямо в глаза Литару.

Но тот не стал возражать или противиться такому её желанию. Напротив, лишь улыбнулся с какой-то непонятной гордостью и сделал приглашающий жест рукой.

— Пожалуйста, милая, — чуть насмешливо протянул Сокол. — Но только после того, как полностью восстановишься. Правда, по словам Кери, на это может уйти несколько дней. А до того момента, я тебя к нашему пленнику не подпущу. Для твоего же блага.

Ори насупилась, но промолчала. Конечно, она понимала, что Лит прав, но разве сложно было сказать об этом не таким строгим тоном?

— Мне нужно немного полетать, — проговорила девушка, вставая из-за стола.

— Я помню, — кивнул Лит. — Твой чёрный костюм висит в гардеробной справа. — А заметив, что Ори смотрит на него с удивлением и явной подозрительностью, лишь невинно пожал плечами и добавил: — И не нужно ни в чём меня подозревать. Я по твоим вещам не лазил. Это твоя горничная всё подготовила и доставила сюда.

— Ах, ну если горничная… — усмехнувшись, бросила девушка. На самом деле она и не думала, что Литару могло бы прийти в голову самому копаться в её одежде. Не по статусу ему подобные поступки. А поразил её уже тот факт, что он догадался приказать доставить её костюм сюда… Будто ему, на самом деле, было больше нечем заняться.

Когда через пятнадцать минут, в течение которых девушка спешно принимала душ, сбивая с себя остатки усталости, она снова появилась в комнате, большие настенные часы показывали ровно полночь. Литар продолжал сидеть в своём кресле, и теперь снова выглядел чрезвычайно сосредоточенным и погружённым в собственные мысли. Но увидев Ори, вдруг поднялся и направился к ней.

— Не летай долго, — сказал, беря её за руку.

А потом и вовсе притянул девушку к себе и поцеловал в губы. Да так нежно… так тягуче сладко, что Ориен едва смогла удержаться на ногах. Хотя не упала она исключительно потому, что он крепко прижимал её к себе, обнимая обеими руками.

— Я буду тебя ждать, — добавил Лит, нехотя выпуская её из объятий.

И эти его слова стали для неё настоящей неожиданностью. Ведь одно дело — предоставить свой балкон для того, чтобы она могла спокойно покинуть дворец, и совсем другое — покорно ожидать её возвращения. Правда отвечать на это Ори не стала. Лишь кивнула и направилась к запертым стеклянным дверям. Вот только мысли её в этот момент были уже совсем не о полётах, а о светловолосом принце и его губах…

Несмотря на то, что дни до сих пор оставались довольно тёплыми, ночью на улице уже ощущался настоящий холод. И пусть костюм Ориен и был сшит из ассиомского шёлка, и прекрасно согревал и не продувался никакими ветрами, но вот её лицо и руки при этом всё равно сильно мёрзли.

Сделав несколько кругов над дворцом, Ориен полетела дальше, к западным границам столицы, за которыми начинался лес. Приземлилась только раз, среди деревьев, да и то лишь для того, чтобы немного размять ноги. Затем снова поднялась в небо, правда, не слишком высоко, и отправилась обратно в сторону города.

Повинуясь непонятному порыву, она даже решила пролететь над старым домом, где раньше находилась квартира Ситара. У неё вдруг возникло почти непреодолимое желание как и раньше, опуститься на парапет, заглянуть в окно… И лишь понимание того, что друг давно уехал, удержало девушку от этого поступка.

Потом Ориен направилась к тому зданию, где когда-то жила вместе с Мили — но здесь свет во всех окнах оказался погашен. И как бы ни хотелось ей увидеть подругу, но Ориен не стала спускаться. Влезть к ней в окно незамеченной было невозможно, потому что выходило оно на одну из центральных улиц, по которой постоянно кто-то гулял, несмотря на поздний час. Да и подоконник там был неудобным, и рама открывалась только на несколько сантиметров. Отчасти когда-то всё это и стало теми причинами, по которым Ориен оказалась вынуждена постоянно наведываться в гости к Ситу.

Бросив последний взгляд на свой бывший дом, девушка поднялась выше и направилась обратно к сияющей громаде дворца. В этот момент она вдруг подумала, что теперь просто обязана днём зайти к Милене. В конце концов, они уже четыре месяца не виделись…

Ещё только подлетая к знакомому широкому полукруглому балкону, Ори заметила на нём тёмную фигуру Литара. Он стоял, опершись ладонями на мраморные перила, и всматривался в темноту ночи.

Ждал её… как и обещал.

Повинуясь странному порыву, девушка поднялась чуть выше, а потом приземлилась как раз за спиной у принца. Она хотела подшутить… застать его врасплох. Но в итоге оказалась мгновенно поймана и прижата к его груди.

— Что же это вы, леди Ориен? Неужто, решили на меня напасть? — проговорил он, одной рукой крепко удерживая оба её запястья, а второй обнимая за талию.

Но Ори не чувствовала в нём ни капли агрессии, лишь какое-то непонятное озорство. Её чёрные крылья растаяли, превратившись в густой туман, который сразу же развело порывом ветра. А сама девушка лишь теснее прижалась к тёплому Литу, только сейчас понимая, насколько продрогла.

— Ледышка, — прошептал он ей на ухо и повёл в сторону дверей. А оказавшись в комнате, сразу усадил её на мягкую шкуру у камина, где уже был разведён огонь.

Ори потянулась к пламени, пытаясь отогреть закоченевшие ладони, но пока его жар казался слишком обжигающим. Литар же, скинув с себя надоевший халат, присел рядом с ней и бесцеремонно принялся расстёгивать пуговицы на её куртке.

— Я сам буду тебя греть, — заявил он, поймав её настороженный взгляд. И это было сказано таким тоном, что спорить моментально расхотелось. В конце концов, Ори была только рада, снова оказаться в тёплых объятиях Сокола.

Отбросив в сторону лишний предмет одежды, он потянул замёршую девушку за руку, заставляя развернуться к нему спиной, а после прижал к своей горячей груди так крепко, что у Ори просто не осталось возможности для манёвра.

Несколько минут они сидели в тишине и просто наблюдали за игрой языков пламени в большом камине. Литар задумчиво поглаживал Ориен по животу, прямо поверх рубашки, а она тихо млела от его близости и тепла. В какой-то момент в её голове промелькнула странная мысль, что она ещё никогда в жизни не была так спокойна… и счастлива. Но самым странным оказалось то, что эти эмоции она испытывала рядом с тем, кого должна была ненавидеть.

— Ори… — прошептал Лит и нежно коснулся губами её шеи. — Ты останешься сегодня со мной? — спросил он, продолжая легко целовать её кожу… поднимаясь до самого уха и спускаясь к плечу.

Она же оказалась так поражена теми ощущениями, что испытывала от его ласк, что ответила далеко не сразу.

— Мы будем спать? — спросила она, чуть дрогнувшим голосом. Какая-то часть её сознания уже догадалась, что за предложением принца кроется нечто иное, чем обычный сон, но Ориен всё равно озвучила свой вопрос.

И тогда Лит поднялся и, сев перед ней, коснулся пальцами её лица.

— Нет, Ори… — сказал, наклоняясь к её губам, которые уже дрожали от предвкушения. И никакие слова не смогли заставить Ориен отказаться от его поцелуя. Но стоило Литу отстраниться и снова посмотреть ей в глаза, и она тут же вспомнила суть его вопроса.

— Останешься? — снова поинтересовался он.

— Я не могу… — с надрывом в голосе ответила девушка. — Прости… не могу…

— Почему? — тихо спросил Литар, не отпуская её взгляда. Он провёл рукой по её плечу и подсел чуть ближе. — Объясни мне, Ори. Потому что я на самом деле хочу понять.

Она же снова помотала головой, но отстраниться даже не пыталась. Вместо этого сама придвинулась к сидящему напротив мужчине и взяла его лицо в ладони.

— Я не хочу… не хочу боли, — сказала, ловя его взгляд. И в этот момент в её глазах отражался настоящий испуг, который и придал Литу уверенности. Он не хотел, чтобы она боялась, и твёрдо решил избавить её от этого страха.

— А если я пообещаю тебе, что больно не будет? — просил он, целуя её ладошку. — Ты ведь веришь мне, Ориен?

— Верю, но… — она отчаянно замотала головой и даже попыталась встать, но он удержал.

— Не бойся. Нет, так нет, — резко пошёл на попятную Литар. И тут же спросил: — Но поцеловать-то тебя можно?

— Можно, — отозвалась она, снова возвращаясь в его тёплые объятия. Что ни говори, а его поцелуи ей нравились до безумия. Да и… не хотелось сейчас уходить. Ведь здесь, с ним ей было по-настоящему хорошо.

И он поцеловал, но совсем не так, как раньше. Теперь его ласки стали какими-то упоительно-дразнящими. Нежными, и в то же время дерзкими. А Ори просто сходила с ума от того пожара, что разжигали в ней его губы. Она отвечала ему со всей той страстью, что он так умело в ней разжигал, и вскоре сама поймала себя на том, что ей слишком мало просто целовать Литара, — теперь ей хотелось чего-то большего… касаться его плеч… руками, губами. Прикусить его шею… совсем чуть-чуть, просто потому что возникло такое странное желание…

Но стоило ей попытаться воплотить этот свой порыв в жизнь, — пройтись лёгкими поцелуями от его шеи до плеча… и инициатива снова была перехвачена коварным принцем. Он снова поцеловал её в губы, только в этот раз действовал особенно неторопливо. А его шустрые пальцы в это время успели расстегнуть все пуговички на её рубашке и стянуть ту с разомлевшей девушки.

С этого момента Ори окончательно потерялась в своих эмоциях и ощущениях. Стоило Литу коснуться губами её груди, она вздрогнула, но совсем не от страха… а с её губ сорвался первый едва слышный стон. Эти неторопливые чувственные ласки всё больше распаляли ничего не понимающую девушку. Она вздрагивала, когда Лит щекотал языком горошинки её сосков, задыхалась от удовольствия, когда он спустился ниже… к её животу, и просто потерялась в собственных ощущениях, когда, стягивая с неё брюки, он гладил мягкими ладонями её бёдра, целовал колени и даже тонкие щиколотки. Уже не сдерживала стонов, когда он поднимался обратно, будто рисуя линию из поцелуев по внутренней стороне её бедра… когда чувствовала его дыхание чуть ниже пупка, где начинались кружевные шортики… когда ощущала, как их ткань легко скользит вниз, повинуясь ласковым пальцам.

А потом он снова её поцеловал, очень ярко, с едва сдерживаемой страстью… и вдруг поднял на руки и куда-то понёс. Если бы хотя бы на мгновение он прервал этот свой невероятный поцелуй, она бы, наверное, опомнилась, но… Лит слишком хорошо знал, какой может быть её реакция, и не собирался допускать ни единого промаха.

Опустив девушку на кровать, и не переставая при этом ласкать её губы и маленький острый язычок, он осторожно развёл её ноги в стороны, чуть согнув их в коленях, стянул с себя ставшие лишними штаны и аккуратно лёг сверху. И только в момент проникновения… когда пути назад уже не было, Ори сообразила, что происходит.

В одно мгновение она вся будто заледенела и даже попыталась отпихнуть от себя Литара, но тот никуда уходить не собирался. Вместо этого он двинулся чуть вперёд, погружаясь в неё до максимума, и только теперь остановился.

— Ориен… — позвал он. Пытаясь поймать её испуганный взгляд. — Ори, — повторил чуть громче. — Посмотри на меня. Пожалуйста, милая, сладкая, красивая… Ориен…

— Ты меня обманул, — прошептала она, отворачивая голову и стараясь сдержать навернувшиеся на глазах слёзы. — Обманул…

— Нет, милая, — опершись на один локоть, он провёл ладошкой по её лицу и мягко повернул его к себе. — Я ведь не сделал тебе больно. И сейчас, Ори, тебе не больно…

— Нет… — ответила она, глядя ему в глаза. — Но и не приятно.

— Дай мне возможность доказать тебе, что бояться нечего… Обещаю, я буду очень осторожен.

Он ласково погладил её по щеке, глядя в её глаза с невероятной нежностью, а потом наклонился ближе и осторожно поцеловал. Поначалу Ори не отвечала, попросту игнорируя его настойчивые губы. Но Литар не собирался сдаваться, и вскоре она всё же поддалась этому нежному мягкому натиску, а её напряжение начало потихоньку растворяться.

Она чувствовала, что он до сих пор находится внутри её тела, ощущала его обжигающее тепло. И в какой-то момент даже захотела, чтобы он уже продолжил то, ради чего всё это затеял. Она сама легко качнула бёдрами и с каким-то диким трепетом ощутила движение внутри. Тогда Лит оставил в покое её губы и чуть отстранился, снова ловя её взгляд. И так, глядя ей в глаза, стараясь не упустить не единой её эмоции, начал двигаться. Сначала действовал осторожно, боясь на самом деле причинить ей боль, но вскоре почувствовал, что она не просто откликается, а даже старается проявлять инициативу. Вот тогда-то он и понял, что этот раунд обязательно выиграет.

Ориен снова терялась в своих ощущениях. Но теперь ей казалось, что она несознательно стремится куда-то… в какую-то странную неизвестность. Каждая клеточка её тела находилась в предвкушении. Дыхание сбилось, пальцы дрожали, а губы умирали, без ощущения на них губ Литара. А потом… она почувствовала, что ещё мгновение и она просто не выдержит. Взорвётся от переизбытка незнакомых ощущений. И даже хотела остановиться, но… её принц, наоборот вдруг стал двигаться гораздо резче, сильнее. Она ощущала его каждой клеточкой своего тела, каждой напряжённой до предела мышцей…

И вдруг почувствовала, будто нырнула в волну… На мгновение пропали все звуки, мысли, ощущения, а тело наполнилось тягучей обжигающей негой. Ори казалось, что она больше не принадлежит этому миру, что она взлетела без крыльев… растворилась в пространстве… И лишь ощущения губ Литара на её шее, лице, говорили о том, что всё происходящее с ней реально.

С трудом распахнув не желающие открываться глаза, Ориен посмотрела на светлый потолок, на котором сейчас мелькали причудливые тени от игры языков пламени в камине… и снова их закрыла.

— Ори, — позвал Литар, легко водя пальцами по её руке. — Милая, взгляни на меня, пожалуйста.

Несмотря на своё странное состояние, она прекрасно расслышала в его голосе откровенное беспокойство. И лишь сейчас в её мыслях начало понемногу проясняться. Хотя, сама Ориен была бы рада и вовсе не думать о произошедшем между ними. Слишком неправильным всё это казалось…

— Ори, — снова проговорил Лит. — Открой глазки… я же вижу, что ты не спишь.

— А что делать, если я не хочу тебя видеть? — тихо произнесла она, но всё же выполнила его просьбу и разлепила ресницы. Вот только смотрела она не на принца, а всё на тот же потолок.

— Хочешь, — как всегда самоуверенно отозвался Лит. — Тебе ведь было хорошо со мной.

— Было, — не стала отрицать девушка. И тут же грустно усмехнулась и добавила: — Но я не хотела этого. Глупо верила, что ты не станешь делать что-то против моей воли.

Лит перевернулся набок и, подперев голову рукой, посмотрел на девушку.

— Нет, ты хотела, сладкая моя, — сказал он спокойным уверенным тоном. — Очень хотела. Твоё тело просто жаждало моего вмешательства. Да и, милая, свою долю удовольствия ты тоже получила. И вообще, Ориен, — он коснулся её щеки, и медленно наклонился ниже, — хватит строить из себя обиженную девочку. Всё. Перестань. По сути, не случилось ничего ужасного. Каждый из нас получил то, что хотел.

Он коснулся её губ своими, но она даже и не думала ему отвечать. И тогда Лит, вдруг опустил голову ниже и… укусил её за шею. Просто, грубо и совсем не нежно.

— Если сейчас же не перестанешь дуться, я тебя покусаю, — заявил он с самым серьёзным видом. — Честно, Ориен. Или… того хуже…

В доказательство своих слов он, спустился ниже и чуть прикусил кожу на её плече. Правда, сразу же провёл мягкими губами по пострадавшему месту, будто этой лаской хотел компенсировать причинённую боль.

А потом вдруг обхватил её руками и перекатился на спину. Девушка же при этом оказалась распластанной на его теле и совсем не была рада такому раскладу.

— Отпусти, Лит, — потребовала она, упираясь ладошками в его грудь и пытаясь подняться.

— Ори, — ласково позвал он. — Маленькая, хорошая, красавица моя… — продолжал говорить его нежный голос. — Огненная девочка. Ну… прости, — выдавил он из себя. — Прости, — повторил увереннее. — Знаю, что должен был сначала поговорить с тобой, но… это было бы бессмысленно. И вообще, я тут возможно, впервые в жизни искренне извиняюсь, а ты даже на меня не смотришь.

Наверно именно эта фраза и стала для Ориен переломной. Он ведь на самом деле почти никогда не признавал своих ошибок, а извинялся на её памяти всего пару раз, да и то, скорее для галочки. Но сейчас он на самом деле сожалел о том, что проигнорировал её отказ. Она видела это в его глазах.

Заметив, что Ори всё-таки соизволила на него посмотреть, Литар поймал её взгляд и сделал то, что заставило её ошарашено замереть, — он сам приподнял завесу своего ментального щита… фактически приглашая её заглянуть в его сознание. Он открылся для неё… дал возможность увидеть все те истинные эмоции, что испытывал сейчас. И это стало для девушки настоящим признанием.

Из всей той гаммы чувств, что она ощутила, попав в сознание Лита, больше всего её поразили невероятная нежность и трепетное тепло, которые он испытывал по отношению к ней. А ещё Ори поняла, что он действительно искренне обеспокоен её обидой, и очень не хочет, чтобы она на него обижалась. Более того, для него оказалось важно, чтобы ей было с ним хорошо. Он хотел доказать ей, как приятна бывает близость между мужчиной и женщиной. И очень надеялся, что она его поймёт и не станет злиться.

— Мне очень с тобой хорошо, — проговорил Литар, не отводя глаз и не разрывая ментального контакта. — Не только физически, Ори. Моей душе тепло рядом с тобой. И я не хочу, чтобы ты боялась. После всего того, что было между нами в прошлом… мне больно видеть страх в твоих глазах. Но я совру, если скажу, что сделал это только ради того, чтобы избавить тебя от боязни. Нет, милая. Я хотел тебя. И в какой-то степени это было эгоистичным решением. Но если бы ты попыталась меня остановить, клянусь, я бы не стал ничего продолжать, но… Ори, ты ведь тоже этого хотела, невзирая на свой страх.

Она смотрела на него и просто не знала, что ответить. После всех этих слов, она уже не могла злиться. Да и был ли смысл врать себе… ведь ей на самом деле хорошо с ним. И даже сейчас, понимая, что они оба обнажены, и что она фактически лежит на нём, ей было абсолютно комфортно. Он прав, — им слишком хорошо вместе.

А вспомнив о тех умопомрачительных поцелуях, что он дарил ей совсем недавно, Ори сама себя не понимая, перевела взгляд на его губы. Сейчас на них не было ни фирменной усмешки, ни улыбки… И даже когда она наклонилась и коснулась их своими, они остались так же неподвижны. Правда, когда девушка несмело тронула их кончиком языка, Лит всё же ответил, решая, что все разговоры можно отложить. Да и разве этот её жест не означал, что она его простила?

В этот раз инициатива всецело исходила от Ориен, а Лит милостиво позволил ей делать то, что она хочет. Его безумно радовало уже то, что она не стала закрываться или стесняться, а совсем наоборот, старалась понять истинную суть этого притяжения тел. Ей было интересно, так же ли приятно Литу, когда она целует его шею, плечи, грудь? Так же он может потерять голову под её ласками? Но даже не это было главным, ведь ей просто нравилось его целовать… проводить по тёплой коже ладонями, ощущать под пальцами кубики пресса. Правда, когда со своей исследовательской инициативой она добралась до живота и явно намеревалась спуститься ниже, он поймал её и потянул наверх.

— Тебе не нравится? — спросила девушка, не понимая, почему он её остановил. — Я не знаю… как нужно… как правильно… У меня ведь…

— Тс… — прошептал он, прикусывая мочку её уха. — Запомни, милая моя, я — стал у тебя первым. Никаких других не было. И… мне всё очень нравится. Безумно… — добавил шёпотом, а после мягко перевернул её на спину и поцеловал в губы.

Всё, что происходило дальше, иначе как сладким сумасшествием Ори назвать не могла. Её переполняли такие яркие эмоции, от которых разум очень быстро отключился, уступив место лишь ощущениям и инстинктам. Лит больше не старался щадить её восприятие, теперь он не боялся её напугать, и поэтому всё получилось гораздо ярче. Он не сдерживал свой огненный темперамент, позволил стихии внутри бушевать на полную катушку. А то как ярко Ори реагировала на его ласки, попросту сводило его с ума.

Больше не было тягучей нежности, неторопливости движений… теперь на их место пришла обжигающая страсть… Яркая, горячая, дикая и безумная. Такая сильная, что бороться с ней было просто невозможно. И если поначалу Ориен ещё пыталась сдерживаться, то поймав горящий огнём взгляд Литара, поняла, что это бессмысленно. Именно сейчас, именно в этот момент их общего безумия, он был с ней настоящим. Истинным огненным. Он раскрылся для неё, впустил в свою душу, показал свою истинную суть и… она ответила ему тем же.

Позже, когда они уж спокойно лежали на сбившихся простынях, а Лит как-то лениво поглаживал Ори по обнажённому бедру, ей вдруг подумалось, что ничего лучше этого момента в мире быть не может. Она чувствовала себя не просто счастливой, а по-настоящему растворившейся в этом нежном счастье. Потерянной на просторах бесконечной вселенной… разбитой и склеенной заново волшебными руками самого лучшего и любимого мужчины.

Любимого? Да, теперь Ориен уже не сомневалась, что любит его. Любит… вопреки всему. Несмотря на то, что именно он отправил её на каторгу… Он заставил её принести клятву на крови и шантажом вынудил её выполнять его задания. Сейчас ей было плевать на прошлое. На все их разногласия и споры, на обиды и ненависть. Он был нужен ей. Очень нужен…

— Ори, — тихо позвал Лит, накрывая её мягким одеялом. — Милая, устала? Что-то болит?

— Нет, — отозвалась она, поворачиваясь к нему. — Всё хорошо.

Но было в её голосе что-то такое, какая-то едва заметная горечь, которая и заставила его напрячься.

— Что тебя беспокоит? — спросил Литар, легко гладя её по щеке и растрёпанным волосам. — Говори. Привыкай говорить мне обо всём. Поверь, так нам обоим будет гораздо легче понять друг друга. И сейчас, красавица моя, я ведь вижу, что ты думаешь о чём-то нехорошем.

— О прошлом, — честно ответила она, но тут же добавила: — О нашем с тобой прошлом.

— М… да, не самые приятные мысли, — отозвался он серьёзным тоном, но тут же улыбнулся и добавил. — Давай лучше подумаем о ближайшем будущем. А именно о том, что совсем скоро нам предстоит встретить делегацию ишау. И ты, моя хорошая, на всех официальных и неофициальных мероприятиях обязательно будешь рядом со мной.

— Как фаворитка? — удивлённо спросила девушка, для которой такая роль казалась поистине гадкой.

— Нет, как ученица верховного мага, — ответил Лит. — Но это официально. На самом деле причин для этого много. Но главная в том, что мне так хочется. — И улыбнулся так довольно, что Ори не сдержалась и легонько толкнула его в плечо.

Сейчас рядом с Соколом ей было настолько легко, хорошо и просто, что невольно возникало ощущение, будто она знает его всю свою жизнь. А сама мысль о том, что совсем недавно она его жутко боялась, теперь стала казаться ей настоящей глупостью. Ведь…как можно бояться настолько родного человека? А теперь сама Ори не могла сказать, что в этом мире есть для неё хоть кто-то роднее его.

— Хорошая моя, ты мне очень нравишься любой, а такой… — он обвёл её обнажённую фигуру ласкающим взглядом, — особенно. Но… во время встречи ишау тебе придётся выглядеть соответственно своему статусу.

— У меня есть много красивых платьев, — ответила Ори, вспоминая собственную гардеробную, в которой теперь было столько одежды, что казалось, можно в течение года каждый день надевать что-то новое.

— Это прекрасно, но, к сожалению, не достаточно, — отозвался Лит, ловя её руку и переплетая их пальцы. — Тебе нужно ещё как минимум два строгих наряда, для официальной встречи, платье для бала и… драгоценности.

На этом моменте девушка напряглась и посмотрела на него с каким-то затаённым опасением.

— Какие ещё драгоценности? — спросила она.

— Такие, Ори, — он снова улыбнулся и игриво поцеловал её в кончик носа. — Украшения… серьги, колье, можно пару браслетов. Причём подобрать к каждому платью, в котором ты будешь появляться.

— Но… — от растерянности Ориен поспешила сесть и с непониманием уставилась на Литара. — Где же мне их взять?

— Купить, — ответил он и, потянув её за руку, заставил снова улечься рядом. — Или ты думаешь, такие приобретения мне не по карману? — его улыбка после этих слов стала поистине запредельной.

— Но с чего ты должен мне их оплачивать? — выпалила Ори.

— С того, ласковая моя, что ты — моя женщина, — ответил Сокол, глядя ей в глаза. — И завтра… как только выспишься, я бы хотел чтобы ты отправилась в город, прошлась по ювелирным лавкам, подобрала бы себе что-нибудь… — он поцеловал её запястье и снова посмотрел в глаза. — Не переживай, с тобой будет охранник. Он же решит все вопросы с оплатой. А ты лучше вообще не обращай внимания на цены. Просто бери то, что тебе понравится. Хорошо?

Но Ори была далеко не в восторге от этого его предложения. Да она даже примерно не подозревала, какие украшения нужно выбирать. Всё это казалось ей таким странным, таким диким и неправильным, что девушка только сильнее расстроилась.

— Милая моя, ну что такое? — ласково проговорил Лит, чуть приподнимаясь и опираясь на локоть.

Потом вдруг сел сам и усадил её напротив.

— Слушай, — начал он, немного нахмурившись. — Я понимаю, что тебе сложно, но… придётся привыкнуть. Ты — ученица верховного мага, официально, ты — моя фаворитка, Ори. Жизнь во дворце — не сахар. Но у неё есть свои негласные правила. И если твой наряд окажется недостаточно дорогим, или твои драгоценности будут выглядеть недостаточно изысканными, это бросит тень, в первую очередь, на меня. Но… сейчас важно совсем другое, — он вздохнул и, поймав её взгляд, сжал в ладонях обе её ручки. — Я хочу, чтобы ты говорила мне обо всём, что тебя тревожит, обо всём, вообще. Чтобы доверяла мне…

— А ты? — она смотрела в его глаза и чувствовала, как её напряжение начинает стремительно таять. — Лит… ты вообще способен хоть кому-то доверять?

Он улыбнулся, но в этой улыбке было столько горечи, что Ори вдруг придвинулась ближе и положила голову ему на плечо.

— Я готова попробовать… — сказала она тихо. — Но это слишком сложно.

— Тогда и я… постараюсь, — ответил он и потёрся щекой о её щёку. — Вот, Ори, мы с тобой уже договорились. А значит, небезнадёжны. И вообще, давай спать. Скоро утро.

Лит уложил её обратно на подушки, прижал спиной к своей груди и крепко обнял. Но Ориен было совсем не до сна. Её продолжали одолевать мысли о пресловутых драгоценностях, которые она понятия не имела, как подбирать. Конечно, можно было бы обратиться за помощью к Беллисе, но девушка не сомневалась, что в преддверии встречи послов из Ишерии, та будет просто невероятно занята. А больше обратиться ей оказалось не к кому.

— Лит, — позвала девушка, не оборачиваясь. — Я сама с драгоценностями не разберусь…

Он легко поцеловал её в плечо и, помолчав несколько секунд, ответил.

— Я решу этот вопрос. Не переживай.

И она поверила. И успокоилась. И снова почувствовала себя самой счастливой в этом мире. А всё потому что теперь рядом с ней был мужчина… сильный, уверенный в себе, умный, пусть и жёсткий, но с ней всё равно мягкий. Тот, рядом с которым можно было позволить себе быть слабой. Тот, с кем ничего не страшно.

Глава 5

Когда всё что было — уплыло в забвение

И злыми словами отравлена кровь…

Когда друг бросает в лицо оскорбления,

А сердце сжимает удавка-любовь,

Не прячься от слов, тех, что грязью покрытые

Летят, словно камни, не помня стыда.

Пусть узы падут, горькой болью разбитые,

И мёртвая дружба… уйдёт без следа.

Утром Литар ушёл тихо, стараясь не разбудить Ориен. После выматывающего ментального воздействия, после полётов, да и после всего, что произошло позже, ей было необходимо хорошо отдохнуть. А вот у самого Лита оказалось слишком много важных дел. Он по привычке уже составил для себя мысленный план на весь этот день, но едва выйдя из спальни, наткнулся на ожидающего его камердинера, который сообщил, что час назад к Его Высочеству приходил кронпринц Эмбрис.

В этот момент Лит с усмешкой подумал, что после появления Ори брат стал гораздо более тактичным. Раньше он всегда бесцеремонно входил в спальню к Литару, и его ни капли не волновало — спит тот, или нет. А теперь вот лишь вежливо передал просьбу, зайти к нему при первой возможности.

Вообще Литар и так собирался наведаться к Брису, узнать как там его супруга, правда, рассчитывал нанести им визит во второй половине дня. Но раз уж брат просит… придётся идти сейчас.

Едва оказавшись в гостиной покоев кронпринца, он сразу отметил, что здесь будто стало… теплее, уютнее. Хотя ещё вчера это место своей гнетущей атмосферой куда больше напоминало склеп.

— Дядя Литар, доброе утро, — поздоровался с ним старший племянник.

Мальчик сидел за одним из столов для игры в карты и старательно что-то рисовал на большом листе бумаги. Кроме него в этой комнате сейчас находилась только его няня и, как ни странно, леди Лиара Гради герцогиня Градицкая. Последняя сидела прямо напротив Эркрита и старалась не двигаться.

— Доброе утро, Эрки, леди, — Лит поочерёдно кивнул обеим дамам, только после этого снова посмотрел на мальчика. — Ты снова рисуешь? — спросил Сокол, останавливаясь рядом с ним и заглядывая через его плечо.

— Да, дядя, — отозвался беловолосый парнишка, поднимая на него свои глаза цвета весенней листвы. — А леди Лиара милостиво согласилась стать моей натурщицей.

Лит перевёл взгляд на улыбающуюся герцогиню и сам не смог сдержать улыбки. О страсти Эрки к рисованию при дворе знали все. Первую свою картину он нарисовал в три года, причём дворец на ней был на самом деле похож на оригинал. Тогда-то всем и стало понятно, что у мальчика явный талант.

— Тебе надоело рисовать Мику и ты решил разнообразить обилие её портретов изображением леди Лиары? — с доброй насмешкой уточнил Литар. Как и все в семье, он прекрасно знал, что больше всего остального Эрки любит рисовать девочек. В частности свою младшую сестрёнку.

— Всё дело в том, Ваше Высочество, что Микаэлья пока ещё спит, — ответила вместо маленького принца герцогиня. — Поэтому наш юный художник решил пока попрактиковаться на мне.

— Неправда, леди Лиара, — строгим тоном отозвался Эркрит. — Мне на самом деле давно хотелось вас нарисовать. Вы ведь очень красивая женщина.

Лит с герцогиней многозначительно переглянулись, но промолчали. Ведь оба сделали один и тот же вывод, что в вопросах общения с противоположным полом этот юный покоритель женских сердец явно пошёл в Эмбриса.

— Дядя, — мальчик снова перевёл взгляд на Литара и вдруг поднялся с места, — отец просил позвать его, когда ты придёшь. Так что, с вашего позволения, я отлучусь ненадолго, — добавил, обращаясь уже к своей натурщице.

— Конечно, — отозвалась она с улыбкой. А едва он скрылся за дверью, ведущей в коридор, расслабленно откинулась на спинку своего кресла.

— Давно вы здесь позируете? — поинтересовался Лит, присаживаясь на стоящей рядом диванчик.

— Уже больше часа, — ответила женщина. — Я пришла справиться о состоянии Террианы, но горничная сказала, что Её Высочество до сих пор спит. Тогда-то меня и поймал Эрки. А как вы знаете, отказать ему в чём-то крайне сложно, впрочем, как и любому принцу.

Эта её фраза почему-то натолкнула Сокола на мысль об Ориен и о необходимости её подготовки к предстоящим мероприятиям по встрече ишау. Конечно, в идеале следовало бы обратиться за помощью в решении этого вопроса к Белли, но… той самой сейчас помощь бы не помешала. А вот сидящая напротив герцогиня была занята куда меньше, и являлась одной из тех немногих придворных дам, кого Лит искренне уважал.

— Леди Лиара, — начал он, поймав её взгляд. — Означает ли это, что если я обращусь к вам с просьбой, вы и мне не откажете?

Но и женщина хорошо знала, с кем сейчас разговаривает. С Литара бы сталось втянуть её в какое-нибудь расследование, при этом ни слова не объяснив. И, тем не менее, отвечать отказом не стала.

— Всё зависит от самой просьбы, — сказала она уклончиво. — Ведь вы можете попросить о том, что я выполнить не в силах.

Несколько секунд он просто смотрел на сидящую напротив женщину, взвешивая все за и против, и только после этого всё же заговорил.

— Леди Ориен Терроно, с которой вы имели честь вчера познакомиться, будет в числе официальных представителей нашей страны в переговорах с ишау, — сказал он сухим серьёзным тоном. — И, как вы понимаете, выглядеть она должна соответственно своему высокому статусу. Но если с платьями ещё можно что-то решить, то с драгоценностями — нет. Девочке нужны несколько комплектов… а лучше, больше чем несколько. Правда, сама она слишком боится сделать что-то не так.

— Как я понимаю, Ваше Высочество, ей нужна помощь, и вы хотите попросить об этом меня? — с мягкой улыбкой уточнила герцогиня, а когда он кивнул, ответила: — Я выполню эту просьбу с большой радостью. Ориен… очень хорошая девушка. А если учесть то, что она сделала для Террианы, можно сказать, что мы все перед ней в неоплатном долгу.

— Благодарю, леди Лиара, — искренне ответил ей Лит. — Очень надеюсь, что вы найдёте с ней общий язык.

— Не сомневайтесь, — заверила его женщина, — я приложу для этого все усилия.

Послышался топот ног, и в гостиную снова вбежал небывало довольный Эрки, а когда вслед за ним в комнату вошли оба его родителя, Литу сразу стали понятны причины такого прекрасного настроения племянника.

Если Брис выглядел обычно, не считая того, что его синие глаза светились истинным счастьем, то Терри показалась Литу совсем другой. Вместо привычной высокой причёски её волосы были заплетены в обыкновенную косу, платье выглядело хоть и элегантным, но казалось слишком уж простым для дворца, а на лице не отражалось ни капли надменности. Сейчас перед ним стояла красивая молодая женщина, в чьём взгляде больше не было печали и пустоты. Теперь им на смену пришла какая-то тихая теплота и лёгкая растерянность.

На самом деле, Литар уже почти не помнил её такой. Думал, что той Террианы, которую они с Дамьеном обожали, и к которой когда-то в юности приходили за поддержкой, больше нет. А ведь они на самом деле раньше очень дружили. По правде говоря, Терри была для него большей сестрой, чем та же Лисса. Она всегда относилась к нему с пониманием и присущей ей добротой. И сейчас, видя в её глазах то, что считал потерянным… Лит попросту не нашёл что сказать.

— Доброе утро, — поприветствовал их Брис, присаживаясь на диван и совершенно бесцеремонно усаживая супругу к себе на колени.

Та и не думала сопротивляться и даже не пыталась осадить мужа. Совсем напротив, она крепко обняла его за шею и покорно уложила голову ему на плечо. И видя такую невероятную идиллию, Литар просто не смог и дальше держать язык за зубами.

— Боги, неужели случилось чудо? — выпалил он, переводя взгляд с брата на Терриану. — Скажите уже что-нибудь.

— Лит… — протянула Терри, ловя его взгляд.

Она улыбалась… Именно так как раньше. А ведь у неё была поистине чарующая улыбка. Мягкая, ласковая, такая, в которой отражалась невероятная забота и поразительное тепло. Наверно именно за эту улыбку когда-то давно он и полюбил эту девушку… жену брата. Правда довольно быстро понял, что видит в ней скорее сестру, чем женщину, но с тех пор она стала очень дорога Соколу. Боги… как же давно она уже так не улыбалась.

— Терри… — чуть хрипло протянул Литар. — Скажи мне срочно что-нибудь, чтобы я поверил, что всё это правда.

— Лит, — повторила принцесса, а её глаза вдруг заблестели от навернувшихся на них слёз. Но, что удивительно, она всё равно продолжала улыбаться. Потом перевела взгляд в сторону такой же ошарашенной герцогини и вдруг всхлипнула: — Лиа… Лит… Простите. Прошу… я столько всего сделала… столько сказала…

— Тише, милая, — прошептал Брис, успокаивающе гладя её по спине.

Но она вдруг покачала головой и решительно поднялась на ноги. Он не стал её удерживать, прекрасно понимая, что ей нужно выговориться, нужно признать всё, каждую свою ошибку, нужно смыть остатки тьмы из души. Ведь сейчас именно слёзы были для неё истинным очищением…

…Проснувшись среди ночи от её тихих всхлипов, он искренне испугался. Решил, что Ориен всё-таки в чём-то ошиблась и Терри окончательно тронулась умом. Но когда попытался развернуть её к себе и посмотреть в глаза… она вдруг крепко обняла его за шею и спрятала лицо у него на груди.

Он же… чувствовал, как по коже медленно стекают её холодные слезинки, как она вздрагивает от рыданий. Но что важнее всего, он ощущал, насколько крепко и доверчиво она прижимается к нему, и от этого растерялся окончательно. Он молчал, не имея ни малейшего понятия, что говорить. Просто держал её в своих объятиях, грел в кольце своих рук. Касался губами волос, висков, щёк. На самом деле он сам не понял, как добрался до её губ… и лишь когда она ответила, когда поцеловала его сама, понял, что теперь уже точно всё будет хорошо.

Подумать только… он больше двух лет не прикасался к ней, не имел возможности ласкать тело свой законной супруги. Не мог быть с той единственной, которую любил. И этой ночью, он упивался их близостью, сгорал от ярчайших эмоций, которые мог испытывать только с ней. А она… отдавалась ему с таким трепетом, с такой безумной нежностью, что у него начинало щемить сердце.

Что ни говори, а в произошедшем между ними разладе они были виноваты вдвоём. Но… видят Светлые Боги, он никогда бы не переспал с другой, если бы Терри тогда так его не разозлила.

Да… потом этих «других» было много. Но они дарили удовольствие телу, совершенно не трогая душу. И лишь сегодня, лишь этой ночью он понял, насколько был глуп. Только теперь осознал, что едва не потерял ту единственную, которая была для него дороже всего мира.

Позже… тихо сжимая её в своих объятиях, он слушал её сбивчивое дыхание, ощущал её тепло и… чувствовал себя поистине счастливым человеком.

— Брис… мой… — шептала Терри, лёжа у него на груди. А потом вдруг приподнялась и, глядя ему в глаза, с какой-то мольбой проговорила: — Я не хочу… не могу делить тебя с другими. Прошу… не убивай меня этим. Я люблю тебя. Но… Боги, как же больно ощущать собственную никчёмность… ненужность…

— Тише, Терри, — прошептал он, садясь в кровати и привлекая её к себе. — Всё плохое — в прошлом. Теперь всё будет просто замечательно. Я любил и люблю только тебя. И больше не позволю кому-то или чему-то испортить наши отношения.

И… она поверила ему. Вот так просто кивнула и доверчиво потёрлась носом о его шею.

Потом они долго разговаривали. Вместе встретили рассвет, и в тот момент для них обоих он показался добрым знаком. Символом начала нового этапа… символом возрождения их отношений.

Утром, увидев сына, Терри снова разрыдалась, но мальчик всё равно умудрился понять, что мама плачет не от горя. Он сам обнял её… впервые за долгое время, и в этот момент выглядел самым счастливым.

И вот теперь, Терри абсолютно искренне просила прощения у своей подруги Лиары, которая всё это время старалась поддерживать её несмотря ни на что, и у Лита, с которым она умудрилась разругаться в пух и прах. Но если герцогиня, отбросив условности, сама обняла давнюю любимую подругу, то Литар так и остался сидеть в своём кресле, хоть и выглядел поистине шокированным.

Увы, но он, как и их мать, попросту не умел прощать. А те люди, в которых он однажды разочаровался, навсегда становились для него теми, кто не достоин внимания. И сейчас, глядя на брата, Брис даже не представлял, что случиться дальше. С Лита бы сталось просто встать и уйти. На самом деле Эмбрис почти не сомневался, что младший именно так и поступит. Он отлично помнил, как тот когда-то целых полгода его игнорировал за простую шалость… ну, подумаешь, татуировка сокола на спине. Разве это повод не разговаривать со старшим братом? Мелочь же. И тем не менее, с Эрлиссой Лит после того случая отношения так и не наладил. Они до сих пор общались крайне натянуто, хотя прошло двенадцать лет.

Сам же Литар смотрел на преобразившуюся Терриану, видел счастливую улыбку Эрки, горящие спокойным теплом глаза Бриса… и чуть ли не впервые в жизни задумался о том, что тоже хочет свою семью. Любимую жену… ребёнка. Не важно, мальчика или девочку. Хочет свою частичку уютного тепла. И… он даже не думал злиться на Терриану. Ведь сам проводил допрос леди Юниллы. Как оказалось, та не просто ежедневно давила на психику принцессы, но и не гнушалась поить её отварами, повышающими нервозность. Ей платили за это… и она честно отрабатывала свои деньги.

Видя, что Терриана смотрит на него с грустью, Лит вдруг усмехнулся и сам поднялся к ней навстречу. А потом подошёл ближе и взял её за руку, осторожно сжав хрупкие пальчики. И этот жест был максимумом того, что он мог себе позволить в отношении супруги брата. Да и в отношении любой другой леди. По сути, Ориен была единственной, кого он обнимал, даже не задумываясь о собственных порывах.

— Забудем, Терри, — сказал он, глядя ей в глаза. — Ты даже не представляешь, как приятно видеть тебя прежней. И прошу, не меняйся больше. Мы все очень рады, что ты опять стала уравновешенным человеком.

Она улыбнулась, сквозь слёзы, которые до сих пор катились из её глаз, и только хотела что-то ответить, но Брис заговорил раньше.

— Литар, мы уезжаем, — сказал он тоном человека, который всё для себя решил и на компромиссы не пойдёт. — Вместе с детьми. К Лиссе на остров. И ишау встречать придётся тебе.

Лит же лишь усмехнулся и покорно кивнул. Он ещё накануне вечером понял, что в ближайшее время от Эмбриса толка не будет. Ведь с делами страны вместо него было кому справиться, а вот в семье его никто заменить не сможет.

— Договор, если таковой будет заключён, всё равно должен будешь подписывать ты, а не я, — ответил Сокол. Он учтиво коснулся губами пальцев Терри и подвёл её к дивану, где сидел Брис. — Но пока об этом говорить рано. Встречу ишау мы, так уж и быть, организуем без тебя. Но я всё равно прошу вас не задерживаться. Если будет возможность, появитесь пару раз, хотя бы для того чтобы познакомиться с потенциальными союзниками.

— Появимся, — отмахнулся Брис, забирая руку супруги у брата и притягивая Терри к себе. Потом снова поднял взгляд на Литара и добавил: — Я теперь в неоплатном долгу перед твоей девочкой. И обязательно поблагодарю её лично, но ты всё же передай ей, что мы этого никогда не забудем. Береги её.

Сокол кивнул и уже собрался покинуть комнату, когда до него снова донёсся голос брата.

— Лит, — бросил Эмбрис, глядя на него с лукавой улыбкой. — Дело, конечно, твоё, но я бы не отказался от красноволосых племянничков. Подумай над этим.

— Обязательно, — раздражённо бросил Литар, а в его голосе отчётливо прозвучала ирония. — Сразу же после того, как в Карилии закончатся преступники.

И ушёл, сам не понимая, почему эта простая шутка брата настолько его разозлила.

* * *

Ори проснулась, когда солнце стояло высоко в зените. В теле чувствовалась приятная нега, а в мыслях царил мир и покой. На самом деле она очень давно не просыпалась в таком прекрасном настроении, и ещё никогда у неё не было так легко и спокойно на душе… никогда она не чувствовала себя настолько счастливой.

И у этого была всего одна причина — Белый Сокол. Её Лит… Её принц.

С лёгким шорохом открылась дверь, и в комнату тихо вошёл Литар, а за ним показались камердинер и две служанки с подносами, заставленными различными блюдами. При виде такого количества посторонних, Ори поспешила прикрыть лицо краем одеяла и сделать вид, что спит. И пусть во дворце все и так считали её любовницей Лита, но раньше ведь это было всего лишь сплетнями, а вот теперь стало правдой.

До её слуха доносился едва уловимый звук шагов, чуть слышимый звон приборов, шуршание салфеток. Но вскоре дверь закрылась, и в комнате снова стало тихо, да только Ориен всё равно не желала открывать глаза. Наверно, только сейчас она в полной мере осознала, что всё случившееся ночью — не сон, и она на самом деле переспала с Соколом. И пусть в первый раз всё произошло исключительно по его инициативе, пусть он попросту проигнорировал её отказ, но ведь после… она сама ему отдалась, сама решилась.

Даже теперь, когда пришло понимание, что её ночная сказка оказалась явью, Ори не собиралась ни о чём жалеть. Да и какой теперь в этом был смысл? Всё уже случилось, исправить ничего не получится. Но… стоило признаться хотя бы самой себе, что ей было очень хорошо с Литом. На самом деле она даже не подозревала, что всё это…может быть так прекрасно.

Кровать рядом с ней чуть прогнулась, и девушка вдруг почувствовала, что кто-то нагло стягивает с неё одеяло. И если поначалу она ещё пыталась перетянуть столь важную вещь обратно, то вскоре поняла насколько это бессмысленно.

— Ты такая красивая, Ори, — ласково проговорил Литар прямо у неё над ухом.

И что удивительно, девушка больше не ощущала рядом с ним ни капли смущения. После этой ночи она уже не сомневалась, что действительно нравится ему. И что, говоря ей красивые слова, он не льстит, а просто озвучивает свои мысли.

Лит провёл рукой по её лицу, убирая от глаз мешающие пряди, а потом наклонился ниже и легко коснулся губами её губ.

— Пора вставать, моя хорошая, — проговорил он, чуть отстраняясь. — Обед на столе. И мне бы очень хотелось провести его в твоей компании. Увы, времени у нас не так много. Причём дела ждут и тебя и меня.

Он снова погладил её по щеке, и Ори покорно потянулась за этой его лаской, подобно прирученному зверьку.

— Спасибо тебе за эту ночь, — проговорила она, открывая глаза и встречаясь с его мягким взглядом.

— И ты даже на меня не злишься? — с лёгкой иронией поинтересовался он. — Я ведь… снова сделал всё по-своему.

— Теперь не злюсь, — отозвалась она, накрывая его ладонь своей. И добавила, смущённо подбирая слова: — Мне было хорошо с тобой… Я… не знала, что так бывает.

— Может быть ещё лучше, — ответил он. — Но мы с тобой обязательно это узнаем. Правда, не сейчас. И да, Ори, если ты сию минуту не встанешь, то я сам отнесу тебя… под холодный душ. Потому что времени остаётся всё меньше, а нам ещё нужно кое-что обсудить.

Она разочарованно вздохнула и всё-таки поднялась на ноги и направилась в сторону двери в ванную. И провожая взглядом её обнажённую фигуру, Лит с огромным трудом сумел подавить в себе желание пойти за ней следом. Ведь его леди Мираж в своём естественном виде была поистине очаровательна. Ему нравилось в ней всё… каждый изгиб тела, каждая линия и каждый жест. Её светлая кожа казалась ему самым гладким шёлком, а тёмно-красные волосы напоминали дикий непокорённый огонь.

Но не только внешность привлекала в ней Литара, хотя девушка была очень даже симпатичной. Куда сильнее ему нравилось то, что скрывалось внутри. Её воля, характер, упрямство, рассудительность и даже жёсткость, которые странным образом сочетались с поразительной мягкостью и добротой. Раньше, в самом начале их знакомства, Ори казалась ему слишком наивной, но он быстро понял, что как раз наивности в ней давно не осталось. Ведь Ориен, как никому другому была известна изнаночная сторона этой жизни, она на собственном примере знала, какими гадами и негодяями могут быть приличные с виду люди. Да, ей много пришлось пережить, но несмотря на это она всё равно осталась чистой… не запятнала свою душу тёмной ненавистью. Да что говорить о других, если она даже его смогла принять — человека, который фактически сломал ей жизнь.

Когда Ори вернулась в комнату, на ней был надет только его халат, тот самый, который Лит сам вручил ей накануне. Но сейчас, глядя на улыбающуюся девушку, и зная, что под чёрным шёлком больше нет никакой одежды… Лит едва не сорвался. Ориен на самом деле будоражила его душу, заставляла забывать обо всём остальном, хотя сама даже и не подозревала, какую власть над ним имеет.

Она присела за стол напротив принца и, подарив ему счастливую улыбку, принялась за еду.

— Ты хотел что-то обсудить? — напомнила Ори, прекрасно видя в его глазах совершенно неуместные сейчас желания. И пусть они ей искренне льстили и приятно грели душу, но она знала, что сейчас он не может позволить себе расслабиться, поэтому-то и постаралась его отвлечь.

— Да… — отозвался Лит, будто сбрасывая с себя непонятное наваждение. — Ишау прибудут в Эргон послезавтра.

— Ясно, — ответила она, накалывая на вилку кусочек индейки.

— А завтра утром ты будешь сопровождать меня в одной поездке. Передай горничной, чтобы подготовила брючный костюм и тёплый плащ. Там, куда мы отправимся, значительно холоднее, чем в столице.

— Хорошо, — снова согласилась Ори, прекрасно зная, что если он решил взять её с собой, значит так, действительно, нужно.

— И ещё, — на этом моменте он чуть заметно улыбнулся и, поймав её спокойный взгляд, добавил: — Через час ты приглашена на прогулку по городу… точнее по ювелирным лавкам.

— Кем приглашена? — настороженно уточнила Ориен.

— Леди Лиарой Гради.

— Герцогиней? — удивилась девушка. — Ты серьёзно?

— Да. Она пообещала мне, что поможет тебе подобрать украшения, — ответил он. — И даже сказала, что сделает это с огромным удовольствием.

— Но… — попыталась возразить Ориен.

По правде говоря, у неё не было никакого желания находиться в компании этой женщины и нескольких минут, не говоря уже о часах, которые им предстояло провести вместе. Разговаривать с ней… всё время изображать леди, боясь даже случайно нарушить какое-нибудь правило пресловутого этикета.

— Ори, ты мне веришь? — вдруг спросил Лит, откладывая в сторону вилку. — Верю, — даже не задумываясь, ответила она.

— Присмотрись к Лиаре, — сказал он, но тут же поспешил уточнить: — В сознание лучше не лезь, это может быть расценено, как ментальный взлом, что повлечёт за собой ненужные нам проблемы. Просто… пообщайся с ней, расскажи что-то о себе, расспроси её. Только ненавязчиво.

— Но… зачем? Я верю тебе, но, пожалуйста, объясни… — не желала сдаваться девушка.

А он вдруг покачал головой и совершенно честно ответил:

— Я не знаю. Это интуиция… странное ощущение. Можно сказать — уверенность, что вам с ней обязательно нужно подружиться. — Лит снова поймал её непонимающий взгляд и добавил: — Я знаком с герцогиней много лет. Она — давняя подруга Террианы и, на самом деле, хорошая женщина. Как представитель древнего рода Гради, леди Лиара имеет высокий авторитет среди придворных. И такая покровительница, как она, будет тебе очень полезна. Да и… ты ей понравилась.

— Она вчера пыталась меня расспрашивать… — вдруг вспомнила Ори. — Где я училась? Закончила ли я академию?

— Говорю же, ты умудрилась чем-то её привлечь. Но я не заставляю тебя заводить с ней дружбу. Пока она просто поможет тебе подготовиться к встрече ишау. А дальше будет видно.

Несмотря на свой внутренний протест, Ори прекрасно понимала, что отказываться от помощи леди Лиары было бы с её стороны очень глупо. И пусть сама она не испытывала к этой женщине ни каких тёплых чувств, но всё равно согласилась отправиться вместе с ней в город.

* * *

Сегодня Её Светлость герцогиня Градицкая выглядела куда проще, чем прошлым вечером. Её светлые волосы были собраны в простой элегантный пучок на затылке, а изысканное платье заменили тёмные брюки и расшитый серебряными нитями камзол. На тонкой изящной фигуре этой леди сей наряд смотрелся невероятно гармонично, хотя даже в мужском костюме она умудрялась оставаться очень женственной.

Сама Ори предпочла надеть платье — не самое шикарное, но и не совсем простое, прекрасно подходящее для прогулки по ювелирным лавкам. Но даже в нём рядом с герцогиней она самой себе казалась просто сопровождающей её служанкой.

Леди Лиара тепло поздоровалась с девушкой, взяла её под локоть и повела вниз, где во внутреннем дворе их дожидался шикарный белоснежный картел.

— Располагайтесь, Ориен, — сказала она, присаживаясь на сидении напротив своей спутницы. — Нужные нам лавки и находятся не очень далеко, но я всё равно предпочитаю добираться до места с комфортом.

Закрыв дверцу за своей госпожой, водитель занял место впереди и почти сразу привёл их транспорт в движение. А Ори не могла не обратить внимание на то, что за ними тут же двинулись ещё два небольших чёрных картела с королевскими гербами на дверцах.

— Литар очень за вас переживает, — заметила герцогиня, проследив за взглядом девушки. — Даже члены королевской семьи выходят в город с меньшей охраной.

— У этого беспокойства есть причины, — спокойно отозвалась Ори. Но в подробности вдаваться не стала.

Она снова отвернулась к окну, за которым медленно проплывали незнакомые улицы самых богатых кварталов столицы. Поближе к дворцу всегда предпочитали селиться наиболее знатные представители аристократии, и совсем не удивительно, что их дома сами были похожи на жилища королей.

— Не бывали здесь раньше? — спросила леди Лиара, заметив восхищение в глазах девушки. — С точки зрения архитектуры это очень интересный район.

— Я жила в других… частях столицы, — ровным тоном ответила Ориен. Всё же ей было очень сложно говорить с герцогиней. Сказывалась разница в воспитании, да и в социальном положении.

— Наверно ваши родители рады, что их дочь стала ученицей верховного мага, — улыбнувшись предположила женщина, но теперь её улыбка показалась Ори слишком фальшивой. — Это ведь большая честь.

— К сожалению, Ваша Светлость, я не знаю своих родителей, — резко бросила Ори, борясь с собственным странным раздражением. Она вообще не любила говорить о себе и своём прошлом, тем более с малознакомыми людьми. А уж тема родителей всегда была для неё самой больной.

— Простите, — виновато проговорила леди Лиара и хотела уже отвернуться к окну и оставить девушку в покое, но… лишь вздохнула и снова обратилась к Ориен. Вот только тон её голоса теперь стал совсем другим: более простым, мягким. И в нём не осталось ни капли высокомерия. — Глупо. Простите, Ори. Я ведь… знаю, что вы сирота. Сама не понимаю, зачем спросила про родителей. Просто…

Она говорила сбивчиво, что совершенно не соответствовало её образу утончённой аристократки. Именно это и заставило Ориен оторваться от созерцания улицы за окном картела и снова посмотреть на герцогиню.

— Ваша Светлость, не стоит извиняться, — спокойным тоном проговорила девушка. — Я понимаю, что вы просто хотели завести беседу. Я сама виновата, что не смогла поддержать разговор на другие темы. К сожалению, я не самая приятная собеседница. Честно признаться, даже не представляю, о чём мы с вами можем говорить.

— Ори, — протянула женщина, медленно качая головой. В глаза Ориен она упорно старалась не смотреть, будто на самом деле чувствовала себя виноватой. — Вы ведь мне ни капельки не доверяете, поэтому и не желаете идти на контакт. Но я прекрасно вас понимаю. После того, какой приём оказала вам Юнилла, вы имеете на это полное право. Но… вчера вы спасли мою единственную подругу. Поверьте, людей ближе принцессы Террианы у меня в этом мире нет. Поэтому, я считаю себя вашей должницей. Да, Литар попросил меня вам помочь, но я сама очень рада это сделать. И не только оказать вам помощь в покупке подходящих драгоценностей…

Ориен смотрела на неё со странной смесью смятения и зарождающейся симпатии. Что ни говори, а вот такой, без прикрытия маски высокомерия, герцогиня нравилась ей куда больше. Было в ней что-то, вызывающее в сердце тёплый отклик. Наверно именно поэтому Ори и решила хотя бы попытаться наладить их общение.

— Скажите, — спросила она, — а вы давно знакомы с Литаром?

Этот вопрос оказался для её собеседницы немного неожиданным, но она сразу поняла, что это и есть повод начать беседу.

— Да, Ори… я помню его ещё совсем маленьким, — с мягкой улыбкой проговорила леди Лиара. — Когда я появилась при дворе, ему было всего десять. В то время близнецам — Лиссе и Эмбрису исполнилось по восемнадцать, и королева отослала их куда-то из дворца. А роль первого наследника на всех светских мероприятиях досталась Литару. Но он справлялся со своими обязанностями прекрасно. Он даже тогда казался очень сдержанным, воспитанным, серьёзным. Это гораздо позже я узнала, что за этой маской царственного холода скрывается живой ум, яркая импульсивность и невероятная любознательность.

Ори улыбнулась, представив Лита маленьким, и эта её улыбка странным образом отразилась на лице герцогини. Казалось, у неё даже глаза заблестели от такого успеха, и тогда она решила закрепить достигнутый результат.

— Ори, а вы ещё не знакомы с Эркритом? — спросила женщина.

— С сыном кронпринца Эмбриса? — уточнила Ориен. — К сожалению, нет. Да и слышала о нём крайне мало.

— Вам обязательно нужно с ним познакомиться, — воодушевлённо заявила герцогиня. — Представляете, он очень талантливый художник. Ему всего одиннадцать, а он рисует лучше многих признанных мастеров. Да и вообще, Эрки — прекрасный мальчик. Он хоть и похож на Бриса, но по характеру куда больше напоминает Литара. Хотя, наверно, всё дело в том, что они оба — огненные маги.

Дальше их разговор складывался куда проще. С каждой минутой, проведённой рядом с этой женщиной, Ори всё больше проникалась к ней симпатией. И когда леди Лиара предложили им перейти на «ты», девушка согласилась с радостью. Ориен настолько расслабилась, что даже рассказала ей о своей бывшей работе в салоне мисс Дартир, мимо которого они как раз проезжали. А Лиара заметила, что это очень хорошее место, и сама предложила заказать там пару платьев.

Девушка не стала возражать. На самом деле она была очень рада увидеть свою старую работодательницу, с которой когда-то даже попрощаться не успела. Правда сама мисс Дартир, при виде Ориен едва не упала в обморок. Пришлось даже поить её успокоительными каплями, потому что женщина так разволновалась, что долго не могла успокоиться.

Пока хозяйка приходила в чувства, одна из её помощниц предложила клиенткам чай и принесла каталоги. Ори с улыбкой рассматривала уже знакомые ей работы, над некоторыми из которых сама трудилась. Она даже показала Лиаре то платье, которое всегда считала здесь самым красивым, а герцогиня решила, что они теперь просто обязаны его заказать. Присоединившаяся к ним хозяйка сразу заверила, что выполнит работу в самые кротчайшие сроки, и даже пообещала сделать Ориен скидку, но герцогиня заверила её, что это лишнее.

Когда леди Лиара изъявила желание посмотреть готовые наряды и удалилась в соседнюю комнату, где они и были выставлены, мисс Дартир осторожно присела на диванчик рядом с Ориен и всё-таки обняла свою бывшую работницу.

— Ори, деточка, мы так все переживали, когда ты пропала, — причитала она, качая головой. — Тут такие слухи про тебя ходили. Будто всё… убили тебя гады-стражники. Или отправили куда-нибудь… в ссылку на каторгу. Потом Милена твоя рассказала, что всё с тобой хорошо. Что живёшь ты у нашего верховного мага и теперь считаешься его ученицей. У меня тогда даже от сердца отлегло.

— Зря вы волновались, — отозвалась девушка, по-доброму глядя на пожилую хозяйку. — Я на самом деле несколько месяцев жила у Кертона Амадеу. А недавно пришлось переселиться во дворец.

— А я и не знала, что ты маг, — заявила мисс Дартир. — Не замечала никогда за тобой каких-то способностей.

— Да я и сама не думала, что они есть, а вот лорд Амадеу рассмотрел и взял к себе ученицей, — пояснила Ори. И тут же поспешила добавить, чтобы женщина не подумала ничего плохого: — Поверьте, Кертон — очень хороший человек. А его супруга — Беллиса, настоящий ангел. Они были очень добры ко мне.

Тут хлопнула входная дверь, затем послышался какой-то громкий звук, будто что-то упало, а в следующее мгновение в узкой арке между комнатами показалась светловолосая немного взъерошенная девушка в платье, с пятнами от земли на подоле.

— Мили! — воскликнула Ориен, счастливо улыбаясь и поднимаясь навстречу подруге.

Ори на самом деле была искренне рада встретить её здесь. Ей нужно было столько рассказать, стольким поделиться. Хотелось узнать, как дела у самой Милены… И пусть они переписывались, но в последнее время письма стали приходить очень редко. Да и разве может переписка заменить личное общение?

— Ну что ты стоишь столбом? — выпалила Ори, крепко сжимая её руку и широко улыбаясь. — Мы так долго не виделись! Я в городе только третий день, и очень хотела тебя увидеть. Увы, было слишком много дел…

Она говорила, буквально лучась радостью от этой неожиданной, но такой приятной встречи и, казалось, совсем не замечала, что сама Милена продолжает стоять неподвижно и смотрит на неё со странной обидой и даже презрением.

— У входа стражники, — выговорила Мили, глядя в окно, за которым вдоль улицы неспешно прогуливались двое мужчин в чёрной форме с серыми нашивками.

Ориен проследила за её взглядом, но не придала увиденному никакого значения. В последнее время ей приходилось настолько часто видеть сотрудников департамента правопорядка, что она начала воспринимать их как обычных людей. А вот у Мили, судя по всему, после ареста было к ним особое отношение.

— Это охрана, — отмахнулась Ори. — Лит приставил. Но они ребята смышлёные, свою работу знают. Не обращай внимание. Расскажи лучше, как ты живёшь?

Но Милена после этих пояснений только сильнее напряглась. Она даже отошла от Ориен и теперь смотрела на неё, как на настоящего предателя… врага.

— Значит это правда… — протянула она, разглядывая дорого одетую подругу. — Все эти слухи о том, что ты стала фавориткой Его Высочества?

— Правда, — отозвалась Ори, только теперь замечая, что с подругой явно творится что-то не ладное. — Но Мили, разве это имеет какое-то значение? Мы ведь с тобой всю жизнь дружим.

— Имеет! — резко бросила Милена. Она явно была на взводе и даже не пыталась подавить в себе эту непонятную агрессию. — Боги, Ориен, ты ведь из-за него столько пережила! Столько натерпелась. Даже я по его милости провела сутки в камере! А Сит… — она сглотнула и судорожно сжала кулаки. — Сит вообще пропал. Говорят, что его сослали на каторгу. И тоже по приказу твоего принца. Да и вообще, Ори… я не могу поверить, что ты спишь с этим выродком!

— Замолчи! — выкрикнула Ориен, видя в глазах Мили настоящую ненависть. — Ты понятия не имеешь, о чём говоришь. Ты с ним не знакома! И я никому не позволю при мне оскорблять Литара!

— Дура! — заявила Милена, глядя ей в глаза. — Не думала я, Ориен, что ты так легко продашься. Чем он тебя купил? Роскошью? Дорогими тряпками? Обещаниями? Или ты отдалась ему просто так? Ну что ты молчишь?! Скажи, каково это, быть подстилкой принца?

Этого Ориен уже терпеть не стала. Преодолев разделяющее их расстояние, она замахнулась и ощутимо ударила подругу ладошкой по лицу.

— Мили… — дрожащим голосом проговорила она. — Я не узнаю тебя. Ты сама-то себя слышишь? Откуда в тебе столько желчи? Грязи? Ты ведь никогда такой не была… Когда ты успела так измениться?

— Это не я изменилась, а ты, — злобно выплюнула блондинка. — Прошло-то всего четыре месяца, а ты вон теперь… леди. Вылитая аристократка. Ученица мага… шлюха принца…

Второй раз Ориен её бить не стала, как и говорить что-либо. Увы, это не имело никакого смысла. Сейчас Милена была просто не способна ни услышать её, ни тем более понять. Поэтому ещё раз заглянув в горящие презрением глаза подруги, Ори тяжело вздохнула и направилась к диванчику, где лежал её плащ.

Но стоило ей обернуться, и она столкнулась с напряжённым взглядом герцогини, которая совершенно точно являлась свидетелем всего произошедшего в комнате. И в этот момент Ори стало жутко стыдно перед этой женщиной. За себя, за Мили, за свою беспомощность… Она хотела что-то сказать, как-то объяснить происходящее, но… не нашла слов.

Легко разгадав её состояние, леди Лиара решительно подхватила их вещи, вежливо сообщила мисс Дартир, чтобы заказанные платья доставили во дворец к субботе и, вновь взяв Ори под локоть, сама подтолкнула её к выходу.

Ориен прошла мимо подруги, даже не взглянув в её сторону. А вот сама герцогиня промолчать не смогла. Она остановилась рядом с Миленой, поймала её взгляд и ледяным тоном сказала:

— Молитесь, чтобы об этом разговоре не узнал Его Высочество Литар. Потому что в противном случае, беседовать вам придётся с ним лично. И никто, даже Ориен… даже сами Светлые Боги не смогут вам помочь.

И ушла, не позволив Ори задержаться здесь ни на минуту. А Милена осталась… лишь теперь понимая, что натворила…

Естественно, после такого морального потрясения Ори уже стало совсем не до драгоценностей. Сейчас ей хотелось вернуться во дворец, упасть лицом в подушку или, лучше, уткнуться в грудь Литара и просто поплакать. Всё же она никак не ожидала, что Мили, та девушка, которую она считала сестрой, та, с кем они прошли бок о бок через столько всего, вдруг начнёт бросать ей в лицо такие гадости. И если сначала Ори думала, что Милена говорит всё это только потому что за неё волнуется, но быстро поняла, насколько это мнение ошибочно.

На самом деле Мили просто душила зависть. Она не радовалась за подругу — совсем нет. Её грызло злобное жуткое чувство неправильности, несправедливости. Она не могла принять того, что не она, а какая-то красноволосая выскочка Ори теперь живёт во дворце. В то время как сама Милена вынуждена продолжать зарабатывать себе на жизнь возясь в земле в саду мистера Ритто и торгуя в его лавке.

Ориен и раньше иногда чувствовала в подруге нечто подобное, но тогда они были равны во всём, хотя Мили всегда считала себя куда более красивой девушкой. Но теперь, когда Ори приняла свой дар к ментальной магии, когда всё больше училась его использовать, для неё больше не было секретом истинное отношение к ней Милены. Но… от этого становилось только тяжелее.

Герцогиня молча вывела Ориен на улицу, сама усадила её в картел и строгим тоном отдала распоряжение водителю ехать домой. Правда, как выяснилось позже, под словом «дом» она подразумевала далеко не дворец, а огромный особняк из золотистого камня, стоящий в одном из богатых кварталов столицы. Наверно, будь Ори в другом состоянии, она бы совершенно точно воспротивилась такому самоуправству и настояла на том, чтобы её отвезли во дворец, но сейчас на неё напала такая апатия, что стало попросту всё равно.

— Пойдём, Ориен, — проговорила Лиара, подавая ей руку. — Это мой дом. Не герцогский, а именно мой. И я очень хочу, чтобы ты стала моей гостьей.

Она говорила искренне, ей на самом деле было не всё равно. Наверно именно поэтому Ори и согласилась пойти с ней, несмотря на все опасения.

Герцогиня привела её в небольшую уютную гостиную на третьем этаже. Окна в этой комнате оказались поистине огромными, и из них открывался прекрасный вид на королевский дворец. Лиара сама помогла Ори снять плащ, дала горничной несколько поручений и предложила гостье присесть в кресло.

— Красиво здесь… и как-то хорошо, — проговорила девушка, только теперь начиная приходить в себя.

— Это моя любимая гостиная, — ответила Лиара, с мягкой улыбкой оглядывая комнату и останавливая взгляд на стоящем в углу белом рояле. — Когда мне печально, я прихожу сюда и играю… Становится легче. Музыка вообще обладает поистине волшебной исцеляющей силой.

— К сожалению, я не умею играть, — отозвалась Ори, с грустью глядя на большой рояль.

На самом деле она раньше видела такие только на картинках. И тогда этот инструмент казался ей чем-то невероятным, дорогим, изысканным. Но здесь, в этой комнате, среди всей этой роскоши он смотрелся очень гармонично. Наверно подобные вещи и создавались именно для таких людей, как герцогиня. Для тех, кто привык жить среди богатства и роскоши. А вот Ориен здесь явно было не место.

— Я ведь далеко не аристократка, — бесцветным тоном проговорила девушка, поднимая на Лиару взгляд. — Это не мой мир. Я здесь… словно чёрная клякса на белом фоне.

— Нет, — спокойно, но решительно заявила женщина. — Ты не права, Ориен. Теперь это твой мир. Ты не просто так живёшь во дворце. Ты сильный менталист, каких по словам твоего же учителя, больше нет. Ты… девушка принца. И поверь мне, интерес к тебе Литара далеко не мимолётный.

— Я его любовница! — выпалила Ори, с горькой усмешкой. — Леди Лиара, называйте вещи своими именами. У нас с ним нет будущего. Он принц… а я… сирота… брошенная родителями по неизвестной причине. А хотите правду?! — нервно заявила Ориен, медленно вставая с кресла. Она уже поняла, что банально скатывается в истерику, но остановиться оказалось не в силах. Сейчас ей было необходимо дать волю своим эмоциям, которые разрывали её душу на части. — Рассказать вам, где мы с ним познакомились? Вам ведь интересно… я же вижу по вашим глазам. Так вот… я воровка, Ваша Светлость. Он поймал меня и отправил на каторгу. На пять лет… — проговорила девушка, а ошарашенная герцогиня после её слов мгновенно побледнела и непроизвольно коснулась своей шеи, которую будто сдавили верёвкой.

— Как… почему… — только и смогла выговорить женщина.

— Мне нужно было на что-то жить, что-то есть, а на работу никто брать не хотел, — ответила Ори, отходя к окну. — Друг… попросил помочь ему с прохождением защиты одного богатого дома. Я согласилась. Там-то меня и поймал Сокол. А потом, — она сжала руки в кулаки и, резко обернувшись, посмотрела в лицо ошарашенной женщине, — полгода я провела в поселении каторжников. Потом сбежала. И вот… — она горько улыбнулась и развела руки в стороны, — теперь живу во дворце. Видите, как странно повернулась судьба?

Герцогиня сидела неподвижно и смотрела на девушку с полнейшим непониманием. Вероятно, в её голове никак не укладывалось, как она могла так ошибиться в этой девочке. И Ори видела в её глазах презрение, но что странно, оно было обращено совсем не на молодую гостью…

— Вот так, Ваша Светлость… — попыталась подвести итог Ориен, но герцогиня неожиданно резко её оборвала.

— Не называй меня так! — сдавленно выкрикнула она и сразу же добавила чуть мягче. — Пожалуйста, Ори… мы ведь договорились перейти на «ты».

Её слова повергли девушку в состояние ступора. Она-то ожидала, что леди Лиара после этого рассказа попросту выкинет её из своего дома, но та повела себя совсем иначе. И пока Ориен не успела прийти в себя, герцогиня неожиданно поднялась с места и, подойдя к ней, осторожно взяла её за руку.

— Бедная девочка, — проговорила она тихо, а на её глазах вдруг показались самые настоящие слёзы, которые леди Лиара поспешила сморгнуть. — Как же ты всё это вынесла? Как смогла остаться такой… хорошей, доброй?

— Не знаю, — отозвалась Ори, которой это прикосновение Лиары показалось каким-то до странного знакомым. Но от её руки исходило тепло и, ощущая его, девушка постепенно начала успокаиваться.

— Не переживай из-за подруги, — уверенно сказала герцогиня, уже справившись с собственными эмоциями. — У вас с ней теперь слишком разные жизни. Я понимаю, что она была для тебя близким человеком, но… случается, что даже близкие люди нас разочаровывают. Знаешь… — она отвела взгляд к окну и чуть крепче сжала руку Ориен. — Мне тоже пришлось испытать подобное. Только, поверь, Ори, мне было в тысячу раз больнее. Потому что разочароваться пришлось в собственной родной матери. И вот уже восемнадцать лет мы с ней не общаемся.

Ори удивлённо округлила глаза и уставилась на герцогиню, как на ненормальную. Для неё, — для той, кто жил мечтами о маме, было дико, что кто-то может так просто отказаться от самого родного в мире человека.

— Но почему? — не сдержала вопроса девушка.

— На то есть веские причины, — отозвалась Лиара. Но разглядев глазах Ориен откровенное непонимание, всё же попыталась пояснить: — Ори, она сделала то, за что я никогда не смогу её простить.

Деликатно постучав, вошла горничная с подносом. Она оставила его на чайном столике и тут же поспешила выйти. Но это её мимолётное появление напомнило обеим женщинам, кто они, где и зачем находятся.

— Мой повар готовит удивительно вкусные эклеры, — проговорила Лиара, снова принимая на себя роль радушной хозяйки. — Давай не будем его обижать и попробуем этот маленький шедевр кулинарии. К тому же, сладкое прекрасно поднимает настроение.

Ори согласно кивнула и поспешила вернуться в кресло. Странно, но после этого ответного откровения Лиары ей будто стало легче. Хотя в голове всё равно не укладывалось, как можно отказаться от собственной матери. Даже пробуя хвалёные эклеры и запивая их, несомненно, вкуснейшим чаем, Ориен всё равно продолжала думать о сидящей напротив женщине и проблемах в её семье. Она пыталась представить хотя бы одну возможную причину, для такого серьёзного конфликта, но всё равно не смогла. Все они казались ей недостаточно вескими…

— Ты снова вспомнила о своей подруге? — спросила хозяйка дома, заметив, что её гостья явно о чём-то напряжённо размышляет.

— Нет, — честно ответила Ориен, поднимая на неё взгляд. — Знаете, у меня не было матери. Точнее, была, конечно, правда, я почти её не помню. Но… сейчас, я отдала бы многое, чтобы иметь возможность просто поговорить с ней. А ваша мама… жива, вы знаете, где она, но не общаетесь. Мне сложно это понять.

Герцогиня молчала, рассматривая игру чаинок на дне своей чашки, и тогда Ори решила продолжить.

— Восемнадцать лет… — протянула она, рассматривая ухоженное лицо Лиары. Внешне она выглядела на тридцать пять, не старше. Зеленоглазая, светловолосая, с мягкой улыбкой, эта женщина на самом деле была очень красива… истинная леди, настоящая аристократка. — И что, даже ни разу не разговаривали?

— Нет, — покачала головой хозяйка дома. — Я честно говоря, даже замуж за герцога вышла, только ради того чтобы больше от неё ни в чём не зависеть. А ведь он был старше меня на двадцать восемь лет.

Ори посмотрела на Лиару с сочувствием. Для неё такая разница в возрасте казалась поистине дикой. Невероятно огромной. Наверно все эти эмоции снова отразились на лице девушки, потому как герцогиня легко разгадала ход её мыслей.

— Мы прожили вместе совсем немного, — добавила она, изображая улыбку. — Герцог очень любил женщин и выпивку. Они-то его и сгубили. Так что, Ориен, для меня всё сложилось вполне сносно. Сейчас я вдовствующая герцогиня, наследство от супруга мне досталось вполне приличное, а сама я могу жить так, как хочу.

Слушая её рассказ Ори видела, что Лиара говорит ей далеко не всё, что на самом деле этот брак дался ей совсем не так просто, но с расспросами лезть не стала. А ещё… она всё-таки не удержалась и осторожно влезла в её сознание. Совсем чуть-чуть, с самого края, затронула даже не мысли, а отголоски истинных эмоций, и очень удивилась, поняв, что даже сейчас, улыбаясь и мирно попивая чай, Лиара на самом деле едва сдерживается, чтобы не разрыдаться. И Ориен отчего-то не сомневалась, что именно она является причиной такого её состояния. Хотя объяснения этому так и не нашла.

Больше в разговорах щекотливых и неприятных тем они не касались. Говорили о предстоящем визите заморских соседей, о подготовке к их встрече. Ори рассказала Лиаре всё, что вообще знала об ишау, а та слушала с таким интересом, будто они для неё были, как минимум, волшебными существами. Герцогиня, в свою очередь, поведала ей о том, как обычно проходят встречи иностранных посольств, рассказала, как правильно следует вести себя на таких мероприятиях. И Ори была искренне благодарна ей за такую ценную информацию.

Расстались они только спустя несколько часов, когда день неумолимо начал клониться к вечеру. Да и то лишь потому, что один из сопровождающих Ориен охранников намекнул, что им давно пора возвращаться.

— Жаль, что сегодня мы с тобой так и не купили драгоценности, — проговорила женщина, изображая виноватую улыбку. — Предлагаю завтра всё же посетить лавки ювелиров.

— В первой половине дня я буду занята, — отозвалась Ори, неожиданно вспомнив о том, что Литар говорил о какой-то поездке. — К сожалению, не знаю, во сколько освобожусь.

— В таком случае, я буду ждать тебя здесь, — сообщила хозяйка дома, провожая свою гостью до ожидающего её картела.

— Тогда я очень постараюсь приехать, — заверила её Ориен и уже собралась забраться внутрь, но вдруг снова обернулась к герцогине. — Лиара, мы сегодня много друг другу сказали, но мне очень хотелось бы, чтобы это осталось между нами.

— Об этом, Ори, можно было и не напоминать, — ответила та и снова поймала её руку.

И этот жест… опять показался девушке странно знакомым. Она чувствовала, что есть что-то непонятное в отношении к ней этой женщины. И это наталкивало её на определённые мысли, которыми она решила обязательно поделиться с Литаром.

Глава 6

Рукой ледяной твою душу он трогает

И помнит всё то, что желаешь забыть.

За ниточки нервов жестоко он дёргает.

Ни жить не даёт, ни мечтать, ни любить…

Тебя задавить он жестоко старается,

И сердце твоё зло сжимает в руках.

В сознанье твоём чёрной тенью он мается,

И имя его отвратительно — «страх».

Его две сестры — опасенье и фобия,

Они тебя свяжут, заставят дрожать.

И будешь ты просто пугливым подобием,

Того человека, которым мог стать…

Сегодня Лит снова возвращался в собственные покои очень поздно. Этот день вымотал его жутко, ведь помимо дел своего департамента ему пришлось взять на себя ещё и контроль за подготовкой к встрече ишау, и часть обязанностей Бриса, который покинул дворец ещё днём. И сейчас больше всего Литару хотелось просто упасть в свою кровать, обнять Ори и уснуть. Вот только добравшись до спальни, он с явным раздражением отметил, что его постель… пуста.

В тот же момент Его Высочество решительно развернулся и направился прямиком в комнату Ориен. И пусть девушка давно спала, но сейчас он был настроен слишком решительно, чтобы думать о таких мелочах. Поэтому, подняв спящую Ори на руки, он спокойно отправился обратно к себе. И лишь уложив её в свою постель, с лёгким сердцем отправился в ванную.

Девушка же этих его манипуляций даже не заметила. Сегодня, после столь нервного дня она спала на удивление крепко. И даже когда Литар осторожно влез к ней под одеяло и уже привычно прижал её к себе, никак на это не отреагировала.

Лит честно собирался спать… Но стоило ему ощутить такое приятное тепло её тела, почувствовать под пальцами мягкость кожи, и он мигом забыл, что совсем недавно валился с ног от усталости. Ведь с самого утра мечтал об этой девушке, заставлял себя отвлекаться на другие мысли, не думать о ней, но всё равно думал. И вот сейчас, когда она лежала рядом, он решил, что сдерживаться больше не станет.

Литар будил её нежно. Покрывал поцелуями шею, плечи, спину, ласково гладил её грудь, живот… бёдра. А девушка лишь сбивчиво дышала, борясь со сном, и сама старалась прижаться ближе к своему принцу. Наверно она так до конца и не проснулась, продолжая думать, что это просто до невероятного реалистичное сновидение и потому вела себя с ним абсолютно раскрепощённо. Она очень охотно откликалась на его ласки, сама двигалась к нему навстречу и… принимала его с такой отдачей и страстью, что Лит сам едва не сошёл с ума от тех ощущений и эмоций, что дарила ему сегодня его красноволосая девочка.

Когда позже, она сонная и разомлевшая лежала на его плече, бесцеремонно закинув на него ногу, он вдруг поймал себя на том, что таким удовлетворённым не ощущал себя ещё ни разу. И дело было даже не в физическом удовольствии, совсем нет. Просто рядом с Ори он чувствовал себя совсем не так… даже сам мир начинал казаться ему иным, более правильным, гармоничным. Ему было хорошо с ней, настолько, что в её объятиях он забывал обо всём на свете. О своём департаменте, о проблемах страны, о неприятностях, которые обязательно принесёт визит ишау.

А ещё, он вдруг понял, что Ориен последние две ночи спала без кошмаров. Она больше не просыпалась в слезах, не кричала, не старалась вырваться, борясь с неизвестным призрачным противником. А это могло означать лишь одно, — рядом с ним, с Литаром, она ощущала себя в полной безопасности.

Но даже понимая это Лит всё равно не собирался отказываться от своей затеи, которую собирался претворить в жизнь завтрашним утром. Он хотел, чтобы Ори окончательно отпустила своё прошлое, распрощалась со своими страхами… Но, к сожалению, ей вряд ли понравится то, что он для неё приготовил.

Утро они встретили уже привычно в объятиях друг друга. Проснулись почти одновременно и долго лежали, просто наслаждаясь этим приятным моментом.

— Кажется, вчера я ложилась спать в другой комнате, — проговорила Ори, медленно перебирая пальцами мягкие светлые локоны своего сонного Сокола.

— Давай считать, что тебе показалось, — отозвался Лит, ловя её улыбающийся взгляд. — А вообще, Ори… предлагаю тебе, во избежание подобных ситуаций, сразу ложиться спасть в правильной спальне.

— То есть? — уточнила девушка, приподнимаясь на локте и выжидающе глядя на Литара.

— То есть, Ориен, я хочу, чтобы ты спала здесь. Со мной. Каждую ночь, — уверенным тоном заявил он. — Пусть твоя комната останется закрепленной за тобой, но я хочу, чтобы ты жила здесь. В конце концов, моей гардеробной достаточно места, твои вещи там прекрасно поместятся. И вообще…

— Лит, — девушка чуть заметно нахмурилась и, сев в кровати, отвела взгляд в сторону. — Это ведь… неправильно. Живут с жёнами… а я просто любовница. С такими как я проводят ночи…

Он же в ответ на это её заявление лишь многозначительно усмехнулся и потянул её за руку, заставляя снова лечь рядом.

— Тебе хорошо со мной? — спросил он с самым серьёзным видом.

— Очень, — призналась Ори, не видя никакого смысла врать. — Но…

— Милая моя, в таком случае не стоит обращать внимание на чужое глупое мнение. Для меня важно только то, что думает по этому поводу моя семья, а их такое положение вещей вполне устраивает. Что же касается твоей Милены и её вчерашней пламенной речи…

— Лит… — испуганно выдохнула Ориен. Ведь ей было прекрасно известно, каким жёстким и даже жестоким человеком он мог быть. А Мили вчера наговорила очень много всего, и свидетелей у этого оказалось предостаточно.

— Не волнуйся, жива твоя подруга, — отозвался Сокол. — Хотя, после вчерашнего, я бы не стал её так называть.

— Но… ты же… — попыталась спросить Ори.

— Да, я говорил с ней. Лично, Ориен. И поверь, этот разговор она запомнит надолго, — добавил он холодным тоном. — Но зная, как ты к ней относишься, я позволил ей остаться в столице. Правда, лишь до первого промаха. Так что, если она позволит себе ещё хотя бы одно нелестное высказывание о тебе или обо мне… разговор пойдёт по-другому.

Вот в этом Ори не сомневалась. Хотя, уже сам тот факт, что Сокол (подумать только!) ограничился для Мили предупреждением, казалось Ориен чудом. Милена при всех назвала его выродком, а он… смирился? Простил? Слишком это было не похоже на Литара. Он был слишком мстительным и злопамятным человеком, чтобы просто так спустить это дело на тормозах.

— Скажи мне, — начала девушка, пристально глядя ему в глаза, — чем ей пришлось заплатить за такую доброту с твоей стороны?

Литар же, услышав эти слова, и заметив, как напряжена его красноволосая девочка, лишь иронично улыбнулся и нежно провёл большим пальцем по её губам.

— Ответь, пожалуйста, — проговорила Ори, не обращая внимания на его ласку. — Прости, Лит, но мне очень хорошо известно, на что ты способен.

— Не нужно делать из меня монстра, — спокойным тоном проговорил Сокол. — Твоя Милена жива, здорова, и вообще… Ей плевать на твоё беспокойство.

— И всё, же, Литар. Скажи, — продолжала настаивать Ори.

И тогда он поднялся, набросил на плечи халат и, обойдя кровать, остановился напротив девушки, которая продолжала пристально наблюдать за его передвижениями.

— Ладно, Ори. Я не хотел говорить тебе об этом, но если уж ты так настаиваешь, то слушай, — выпалил Литар, уже понимая, что отмалчиваться бессмысленно. — Она рассказала мне всё… Абсолютно всё, что знала о тебе, Ориен. О каждом твоём страхе, промахе, каждой детской симпатии к приютским мальчикам, обо всём, что смогла вспомнить. Она выдала мне все твои тайны, милая. Каждую… тщательно хранимую. Рассказала о том, что именно случилось в поселении каторжников, как ты, голодая, без денег добиралась до столицы, как возвращалась к жизни после всего случившегося…

Он говорил, хотя понимал, что стоило бы промолчать. Но сейчас ему тоже хотелось выговориться. Ведь до вчерашнего дня он даже не подозревал о том, насколько тяжело пришлось Ори… и по его вине в том числе. Но когда об этом всём ему рассказывала её обозлённая подруга, он едва сдерживался, чтобы не показать, насколько на самом деле ему больно всё это слышать.

А Милена, всё же заметив промелькнувшие в его взгляде истинные эмоции, даже и не думала как-то смягчать свой рассказ. Она очень подробно поведала ему об изнасиловании Ориен — рассказала всё, что знала сама, упомянула каждую гадкую подробность. А видя как остро на это реагирует всесильный бездушный Сокол, решила добавить ещё и про те кошмары, которые мучили Ори каждую ночь.

Лит беседовал с ней больше двух часов, и за это время пережил столько, что едва не сорвался прямо там. Одни Светлые Боги знают, чего ему стоило сдержаться, но он всё равно был благодарен Милене за этот разговор.

— Зачем..? — только и смогла выговорить шокированная Ори. Она смотрела глаза Литару и чувствовала себя поистине гадко. И ладно Сокол, от него чего-то подобного стоило ожидать. Но как могла Милена так просто предать их многолетнюю дружбу. Почему сделала это? За что?

Видя, что Ориен начинает мелко дрожать от растерянности и напряжения, Лит выругался про себя и снова поспешил вернуться к ней.

— Зачем, Литар? — Повторила она, поднимая на него глаза, в которых холодным блеском отражались застывшие слёзы. — Для чего?

— Я должен знать о тебе всё, — ответил он, наклоняясь к её лицу и ловя губами бегущую по щеке слезинку. — Ты бы сама не рассказала. А так… я узнал почти всё, что хотел.

— И что тебе это дало? — выпалила она с вызовом.

— Многое, — отозвался он, крепко её обнимая и целуя в висок. — Прошу, не смотри на меня, как на врага. Ты… очень нужна мне, Ори…

Это признание стало для неё поистине шокирующим. Ведь он говорил честно, на самом деле признавая, что она необходима ему самому, а не его драгоценной стране. Конечно, это не было словами любви, но Ориен всё равно приняла их с невероятным трепетом.

— Ты тоже нужен мне, Лит, — прошептала девушка, касаясь пальцами его щеки.

Он накрыл руку Ориен своей и, поднеся к губам, поцеловал её ладонь. Потом мельком взглянул на большие настенные часы, чуть нахмурился и, подхватив девушку на руки, направился в ванную. К сожалению, нужно было поторопиться, потому что всего через час им обоим предстояло ещё одно важное дело, которое откладывать Литар не собирался.

Вопреки заведённой традиции, в этот раз завтрак им накрыли в небольшой гостиной, тоже считающейся частью покоев Сокола. Вызванная горничная без лишних вопросов принесла Ориен нужный наряд и помогла одеться, сделала хоть и простую, но элегантную причёску и теперь Ори снова превратилась в леди… по крайне мере, внешне.

Литар же сегодня выглядел не совсем обычно. Вопреки своим привычкам, он почему-то надел не серый, а чёрный костюм, уж больно напоминающий форму сотрудников его отдела, разве что без нашивок. Да и рубашку выбрал не белую, а тёмно-серую, какие носили стражники. Почему-то это натолкнуло Ори на мысль, что Лит явно что-то задумал, и она уже собралась спросить, но почему-то… не стала этого делать. Ведь если бы он хотел объяснить, давно бы это сделал, а значит лучше ей пока оставаться в блаженном неведении.

Тем более что именно сейчас она вдруг вспомнила, что хотела поговорить с ним о другом.

— Лит, у меня будет к тебе просьба, — сказала она, медленно размешивая сахар в своей чашке.

— Просьба? — удивился он. — Непривычно слышать от тебя подобное. Если честно, мне даже страшно представить, о чём ты можешь попросить.

Ори прекрасно понимала его удивление, ведь на самом деле крайне редко обращалась к нему за чем-то. Но сейчас была именно та ситуация, когда без него она не справится никак.

— Мне нужно самое полное и подробное досье на леди Лиару Гради, — сказала девушка, поднимая на него уверенный взгляд.

Сокол же оказался настолько поражён, что даже отодвинул в сторону свою тарелку и, сложив руки на столе, внимательно посмотрел на Ори.

— Это несложно, Ориен, — отозвался он, наконец. — Но я всё-таки хочу знать, для чего тебе понадобилась такая информация. Поверь, этой женщине можно доверять.

— Лит… — проговорила Ори, снова опуская голову. — Мы вчера с ней много разговаривали. Я даже рассказала ей, что побывала на каторге, а она… чуть не расплакалась, когда об этом узнала, но даже не подумала меня выгнать. И… мне совершенно точно знакомы её прикосновения… голос.

Вот теперь Литар смотрел на неё с откровенным изумлением. У него не было причин сомневаться в суждениях Ори, но то что она говорила, точнее, на что намекала, казалось ему поистине невероятным.

И, тем не менее, он не стал никак комментировать её слова, да и свои сомнения оставил при себе. Всё это нужно было обдумать, рассмотреть с разных сторон, но сейчас его голова была забита совсем другими вопросами.

— Сегодня не успею, а вот завтра к вечеру у тебя будет вся необходимая информация. Всё, что удастся раскопать, избегая открытой демонстрации интереса, — сказал он, наконец. — Но пока не стоит делать преждевременных выводов.

— Конечно, — согласилась девушка, возвращаясь к своему завтраку. — Кстати сегодня мы с ней снова встречаемся. Она сказала, что будет ждать меня у себя дома.

— Хорошо, Ори, — с улыбкой отозвался Сокол. — Когда закончим с делами, я доставлю тебя прямиком к леди Лиаре. Заодно и сам посмотрю… как она себя с тобой ведёт. Признаться, ты меня заинтриговала.

* * *

Первым, что Ори почувствовала, перешагнув границу портала, стал холод. Там где они оказались, было намного прохладнее, чем в столице, из чего девушка сделала выводы, что они находятся где-то ближе к северным горам. Их с Литаром сопровождали ещё десять вооружённых стражников, среди которых она заметила двух боевых магов. Внешне от других их можно было отличить только по золотистым нашивкам на форме, в остальном же они не выделялись ничем.

Портал, из которого Ори снова вышла с лёгким головокружением, вывел их к высоким металлическим воротам. А спустя мгновение из-за них появился дежурный охранник и, поклонившись Соколу, выдал традиционное: «Служу Карилии и королеве» и только потом распахнул перед ними массивную калитку.

Ориен с любопытством осматривалась по сторонам, стараясь понять, куда же их занесло на этот раз. Отчего-то это место казалось ей смутно знакомым, но девушка всё равно никак не могла понять — почему. Кутаясь в плащ, она шла вслед за Литаром по выложенной камнем дорожке и уже заметно дрожала от пронизывающего холода. Здесь дул поистине леденящий ветер, и девушка была вынуждена сильнее натянуть на лицо капюшон, отчего смотреть по сторонам стало почти невозможно.

— Отвратительная тут погодка, — заметил Лит, подхватывая её под локоть. — Говорят, почти круглый год так.

— Мы надолго? — спросила Ори, поднимая на него взгляд. — Холодно.

— Увы, милая придётся немного потерпеть, — отозвался он, обнимая её за талию, и прижимая к себе. Так на самом деле стало хоть немного теплее. — Сейчас зайдём к старшему, выпьем чаю, пока они всё подготовят. Потом, к сожалению, нам снова придётся немного помёрзнуть. И я бы согрел тебя огненным коконом, но тут… сложно использовать магию. Защита периметра очень сильная, она может принять такой всплеск энергии, как попытку прорыва, и тогда поднимется тревога.

Ори кивнула, хотя толком не поняла, о чём вообще идёт речь. Они уже подошли к двухэтажному каменному зданию, вокруг которого были высажены низенькие ели и, подняв глаза на небольшое крыльцо к которому вели массивные ступеньки, Ориен вдруг с ужасом поняла, почему всё здесь кажется ей таким знакомым…

Накрывшее её чувство можно было назвать только шоком… не иначе. Дыхание сбилось, руки задрожали, а в ногах начала ощущаться предательская слабость. Видят Светлые Боги, это было именно то место из её прошлого, куда она меньше всего хотела когда-либо вернуться. Место, которое она с радостью вычеркнула бы из своей памяти.

— Спокойно, милая, — прошептал Сокол, наклоняясь к ней ближе. — Не паникуй. Мы здесь по делу. Скоро уйдём. Тебя никто не тронет.

Но Ори будто его не слышала. Она смотрела на деревянные двери, выкрашенные в зелёный цвет, и никак не могла отделаться от всё больше накрывающих её воспоминаний. Перед глазами сами собой всплывали картинки гадкого прошлого…

…вот её со связанными руками проводят через ворота… грубо затаскивают в эту самую дверь… и дальше, в какой-то мрачный кабинет…

…вот снова, в который раз, зачитывают приговор… заставляют расписаться в каком-то документе… выдают форму…

«…что сделала эта девочка? — будто наяву слышит она слова поварихи, неизвестно зачем зашедшей к лейтенанту, оформляющему её документы. — Такая молодая, с виду — безобидная, а на такой большой срок…»

«Наши тоже удивлялись, — ответил один из стражников, доставивших её сюда из столицы. — Но говорят, это личное распоряжение Его Высочества. А значит она, действительно, опасная преступница. Будьте с ней построже».

— Ори! — донёсся до неё голос Сокола, но девушка никак на него не отреагировала.

В её мыслях снова начали всплывать обрывки прошлых воспоминаний. Барак, продуваемый всеми ветрами… Форменная одежда, от которой чесалось всё тело… Работа с утра до позднего вечера… разодранные в кровь руки… Наглая морда надсмотрщика, которому плевать, устала она или нет…

— Ориен! — выкрикнул Лит и, кажется, подхватил её на руки.

Она же инстинктивно обхватила его за шею, будто желая спрятаться, защититься. Увы, от её собственных воспоминаний не мог защитить даже он.

Она снова вспомнила тот гадкий вечер, когда одна из соседок по бараку шёпотом сообщила, что для Ори есть письмо, и что человек, у которого оно хранится, сейчас ждёт её у входа в катакомбы. Тогда это показалось девушке настоящим чудом, потому что каторжникам была запрещена любая переписка. Поэтому Ориен и обрадовалась, решив, что это Сит нашёл способ как-то с ней связаться. Дура наивная… Сама ведь пошла. И с лихвой получила за свою наивность.

— Выйти всем! — прорычал Сокол у неё над ухом. Да так грозно, что она вздрогнула и резко вынырнула из своего полуобморочного оцепенения, с невероятным облегчением осознав, что это всего лишь воспоминания.

Послышался быстрый топот ног, захлопнулась дверь и вдруг… всё стихло.

Литар напряжённо прорычал что-то себе под нос и, решительно двинувшись к небольшому узенькому дивану, попытался уложить девушку на него, но… Ориен категорически не желала отпускать своего принца. И вместо того, чтобы покорно прилечь, лишь крепче вцепилась в ткань его плаща.

— Ори… Ты как? — выдохнул он, заметив, что та снова смотрит на него вполне осмысленным, хоть и испуганным взглядом.

На самом деле, он и сам жутко испугался, когда, остановившись перед зданием администрации, она побледнела и начала оседать на пол. А увидев, как в ужасе остекленели её глаза, Лит впервые на своей памяти грубо выругался при подчинённых. Но в тот момент, куда сильнее собственного авторитета его волновало состояние Ориен.

Да, он догадывался, что она будет не рада снова оказаться в том поселении каторжников, где ей пришлось провести полгода, но даже представить себе не мог, что реакция окажется такой жуткой. Даже теперь, когда она начала приходить в себя, её тело продолжало мелко дрожать, а лицо оставалось совершенно белым.

Так как девушка наотрез отказалась его отпускать, Лит сам присел на диван, а её усадил к себе на колени. Она же доверчиво уткнулась лицом в его шею, поймала его ладонь и крепко сжала, только теперь окончательно осознав, что бояться нечего. По крайней мере, пока рядом её Сокол.

Несколько долгих минут они сидели в тишине. Он легко поглаживал её напряжённую спину и размышлял о превратностях судьбы, а она чувствовала его родное тепло, слушала его дыхание и потихоньку успокаивалась. На самом деле Ори сама поразилась своей реакции, и той неконтролируемой панике, что накрыла её, не позволяя сдержать собственные эмоции. Наверно, если бы её предупредили о том, куда именно они направляются, этого бы не случилось. Да… не случилось, потому что она бы ни за что не согласилась сюда прийти.

— Литар… — прошептала девушка. — Объясни…Зачем..?

— Объясню, милая, — ответил он, радуясь тому, что она, наконец, заговорила. — Но только позже, когда ты придёшь в норму.

— Я в норме, — сказала Ори, чуть приподнимая голову и глядя ему в глаза.

Да, сейчас она уже не казалась настолько невменяемой, но и на себя обычную совсем не походила. Её взгляд будто потух. В нём больше не было ни искр, ни теплоты. Теперь в её глазах отражались лишь растерянность и… опасение. И Лит понимал её чувства, но всё равно не собирался отказываться от задуманного.

— В норме? — спросил он, приподнимая уголки губ в лёгкой усмешке. Но она уверенно кивнула, подтверждая свои слова. — В таком случае слезай с моих колен и готовься вести себя как леди. Сможешь? Так нужно.

— Для чего, Лит? — спросила Ори, нехотя отпуская его и усаживаясь рядом с ним на край дивана.

— Для тебя, в первую очередь, — проговорил Литар. А потом, наклонился к её лицу и нежно поцеловал в губы. И после этого поцелуя ей на самом деле стало легче, а темнота жутких воспоминаний будто отступила, напуганная светом её огненного принца.

Он отстранился, ласково погладил её по щеке и, поднявшись с места, скрылся за дверью. А спустя несколько мгновений после его ухода в кабинет вошли двое стражников: старший смотритель этого каторжного поселения и его заместитель. Их обоих Ори прекрасно помнила в лицо, но вот имен не знала. Тогда, в прошлом, ей приходилось встречаться с ними всего пару раз, наверно поэтому и сейчас их появление не вызвало у неё абсолютно никаких эмоций.

Вслед за ними в комнате появилась та самая знакомая Ориен черноволосая повариха. Женщина поставила на стол поднос с чашками и принялась наполнять их ароматным чаем из небольшого чайничка. Она была напряжена и заметно нервничала. Оно и понятно, ведь далеко не каждый день их отдалённое от столицы поселение посещает глава департамента правопорядка.

Лит всё ещё не вернулся, но оба находящихся в кабинете мужчины, вели себя удивительно тихо и даже смотреть в сторону Ориен не решались, не то чтобы заговорить с ней. Для них спутница Его Высочества была тёмной лошадкой, и они пока могли лишь гадать, для чего он вообще притащил её с собой. А вот повариха, наоборот, посчитала своим долгом позаботиться о бедной гостье, которой внезапно стало плохо. Она взяла в руки чашку и уже развернулась, чтобы подать её девушке, и вдруг в буквальном смысле остолбенела.

В прошлом эта женщина была одной из немногих, кто относился к Ори хорошо. Когда-то она не считала зазорным улыбнуться ей при встрече, или положить в её порцию чуть больше кусочков мяса, или незаметно передать маленькое сладкое яблоко. Ориен знала, что её зовут мисс Карми, и что она жена кого-то из офицеров, но лично они даже ни разу не разговаривали.

И вот теперь, увидев, что у несчастной поварихи при взгляде на неё отчего-то дрожат руки, а в глазах отражается настоящее неверие, граничащее с затаённой радостью, Ори вдруг поняла, что даже во время её пребывания в этом месте, далеко не всё было так плохо. И всего от одной этой мысли ей стало гораздо спокойнее и легче. Будто тот жуткий груз из воспоминаний и страхов, что тащился за ней последние два года, в одно мгновение попросту растаял… как утренний туман в тёплых лучах солнца.

— Благодарю, мисс Карми, — проговорила девушка, принимая из рук поварихи чашку. — Я на самом деле жутко замёрзла на этом холоде, и чай сейчас будет очень кстати.

Голос Ориен звучал ровно, спокойно, как и подобает настоящей леди, коей она теперь на самом деле считалась. Но её слова подействовали на женщину странно. Она вдруг сделала шаг назад и уже хотела сделать второй, но именно в этот момент в кабинет вернулся Литар.

Он закрыл за собой дверь и с недоумением посмотрел на застывшую посреди комнаты женщину в переднике.

— Ваше Высочество, это мисс Элена Карми, наш повар, — поспешил пояснить глава поселения. — В прошлом она была неплохим лекарем, поэтому и вызвалась оказать помощь вашей спутнице.

— Благодарю, со мной уже всё в порядке, — великосветским тоном ответила Ори. — Но за чай огромное спасибо.

Лит же, заметив, что Ориен на самом деле чувствует себя гораздо лучше и даже уверенней, чуть расслабился и присел рядом с ней.

Подав ему чашку, повариха поспешила покинуть кабинет, и как только она вышла, Литар, перевёл ледяной взгляд на двоих своих подчинённых и холодным тоном поинтересовался:

— Господа, вам знакомо лицо моей спутницы? — Голос его звучал хоть и спокойно, но в нём проскальзывали такие жуткие нотки, что становилось не по себе.

— Нет, Ваше Высочество, — отозвался заместитель главы. Его начальник тут же в точности повторил эту фразу и для верности отрицательно покачал головой.

И с одной стороны такой их ответ порадовал Сокола, ведь он совсем не хотел, чтобы в Ори кто-то здесь узнал беглую каторжницу. Но с другой — жутко разозлил. Ведь получалось, что оба этих человека и не пытались заниматься выяснением обстоятельств её мнимой гибели, более того, даже не открывали материалы дела, где имелся её большой портрет.

— Господа, сейчас по моему приказу на площади перед зданием собирают всех заключённых и личный состав, — проговорил Лит, строго глядя на своих подчинённых. — А пока… мне хотелось бы послушать ваши отчёты по тому расследованию, которое я поручал вам провести.

После его слов бледность на лицах мужчин стала просто невероятной, и если заместитель главы ещё старался сохранять внешнее спокойствие, то сам старший стражник поселения от волнения даже не устоял на ногах и был вынужден опуститься в своё кресло.

— Ва. Ваше Высочество, — промямлил он, не в силах скрыть дрожь в голосе. — К сожалению, из-за давности произошедшего у нас не получилось выяснить ничего нового. Но мы не нашли причин сомневаться, что она была растерзана дикими зверями…

— Господа, — протянул Литар с ледяной усмешкой, — боюсь, ваши суждения неверны. И та девушка… на самом деле сбежала. После того, как была изнасилована вашими же людьми. А вы, капитан Шиммеро, даже не потрудились провести расследование, — добавил Сокол, глядя на напряжённого главу поселения. — И исходя из всего, что мне стало известно, я считаю, что и вы, и ваш заместитель, больше не можете занимать свои посты. В связи с чем вы должны до завтрашнего утра передать дела по управлению поселением назначенному мной человеку и покинуть это место.

Он перевёл взгляд на второго мужчину, на чьей форме красовались лейтенантские нашивки, и холодным тоном добавил.

— Вы же, лейтенант Грит, будете разжалованы до рядового.

Но тот на слова главы департамента отреагировал странно. Он нервно сжал кулаки и посмотрел на Сокола с неожиданной прямотой.

— И всё из-за какой-то заключённой? — выпалил он со злостью. — Из-за швали, осуждённой сгнить в этих бараках? Да она должна быть благодарна, что на неё вообще обратили внимание наши солдаты.

Ори непроизвольно дёрнулась и поспешила отвести взгляд в сторону. А вот Литар вдруг поднялся и, медленно пройдя по кабинету, остановился в шаге от Грита.

— Знаете, а я передумал, — протянул он обманчиво спокойным голосом. — И с этого момента вы уволены со службы, без права занимать любую должность в государственных учреждениях. Это официально, — добавил Лит и вдруг… замахнулся и резко ударил его кулаком в лицо.

От неожиданности и резкой боли лейтенант отшатнулся и упал на пол. Он пытался зажать повреждённый нос рукой, но кровь всё равно лилась оттуда ручьём, скатывалась по пальцам и капала на деревянный пол. Сам же Литар смотрел на него с высоты своего роста и выглядел при этом всё таким же невозмутимым, будто не имел к происходящему никакого отношения. И только огненные вспышки в его глазах говорили о том, что на самом деле принц в бешенстве.

— Это вам лично от меня, — добавил он всё тем же ровным тоном. — И запомните, Грит, любая женщина, независимо преступница она или леди, всё равно в первую очередь человек, который к тому же, слабее мужчины. А теперь идите вон отсюда, и очень вам рекомендую мне на глаза не попадаться.

Последняя фраза прозвучала как самая настоящая угроза. В ней проскользнули такие жуткие нотки, что передёрнуло даже Ориен. А лейтенант всё же поспешил подняться и, зажимая рукой свой явно сломанный нос, быстро скрылся в коридоре.

Едва Литар успел присесть на диван и сделать всего пару глотков уже успевшего остыть чая, как в дверь постучали. Появившийся перед ним высокий черноволосый мужчина лет тридцати на вид, на чьём мундире красовались золотистые нашивки, сообщил Его Высочеству, что всё готово. Лит же в ответ на это лишь кивнул и с досадой вернул чашку обратно на стол.

— Ори, это капитан Трамли. Он проводил здесь расследование по моему поручению, — представил принц своего подчинённого. Затем повернулся к ожидающему его мужчине и добавил: — А вы, капитан, и без меня прекрасно знаете, кто эта леди.

— Да, Ваше Высочество, — согласился тот, учтиво кивая девушке. И она чувствовала, что он на самом деле знает, какое отношение она имеет к этому поселению, но при этом смотрит на неё с огромным уважением и даже почтением.

— Что ж, — протянул Лит, поднимаясь и подавая руку Ориен. — Если всё готово, тогда идём.

— Куда? — всё же спросила Ори, вкладывая пальцы в его ладонь. По правде говоря, ей совсем не хотелось выходить отсюда. В этом кабинете было тепло, спокойно и… почти не страшно. А вот за его стенами шла совсем другая жизнь. Жизнь… каторги.

— Я буду рядом, — сказал Сокол, так и не ответив на её вопрос. И уже это натолкнуло девушку на самые неприятные предположения. Ведь если он так говорит, значит, ей предстоит очередное потрясение. И это притом, что она ещё от прошлого не совсем отошла.

Когда они вместе покидали кабинет, Литар крепко держал её за руку. Более того, внизу, перед выходом из здания, сам помог ей надеть подбитый мехом плащ, натянул на её голову капюшон. А потом вдруг коснулся её лица, наклонился ближе и совершенно бесцеремонно поцеловал в губы… на глазах у всех своих сопровождающих.

— Ори, ты сильная девочка, — проговорил он так, чтобы могла слышать только она. — И я верю, что сможешь пройти через это. Но мне нужна будет твоя помощь. Ты ведь не подведёшь меня?

— Нет, — едва слышно ответила она, глядя в его серьёзные глаза.

Он видел, что ей страшно, что сейчас она готова согласиться на что угодно, лишь бы только не выходить из этого здания, где её, несомненно, ожидала очередная встреча с прошлым. Но Лит не мог позволить ей сдаться. Не сейчас…

— Ориен, там будут люди, которых обвиняют в серьёзных преступлениях, — пояснил Литар, поправляя на ней капюшон. — У нас есть доказательства их причастности к двум инцидентам. Но я знаю, что подобных случаев было гораздо больше. И мне очень нужно, чтобы на вопросы они отвечали только правду. Чтобы сами признались во всех своих деяниях.

— Я сделаю всё, что от меня зависит, — тихо, но уверенно проговорила Ори, глубоко вздохнув.

Теперь, когда появилась хоть какая-то ясность, ей стало намного легче. Мысли в голове перестали метаться, подобно бешеным пчёлам, и снова почти пришли в норму. И увидев, что она не спешит впадать в панику, Литар снова взял её за руку и решительно направился к двери.

Они вышли на ступеньки широкого крыльца и оказались перед заполненной людьми небольшой площадью. Казалось, здесь собрались все, кто проживал и работал на территории этого каторжного поселения. Все стражники, включая тех, у кого были выходные; все заключённые, даже те, кто в это время должен был находиться на работах. Они стояли большим полукругом в центре которого оставалась свободная зона, и молча смотрели на представшего перед ними Белого Сокола.

— Господа, обойдёмся без пафосных речей и громких приветствий, — начал Литар, обращаясь к толпе. Вот только руку стоящей рядом с ним Ориен так и не отпустил. Его голос звучал спокойно, но благодаря манипуляциям одного из воздушных магов, был прекрасно слышен на всей территории площади. — Вы знаете, кто я. Я же прекрасно знаю кто вы. Мне понятно, что вас беспокоит то, зачем вас собрали, поэтому не будем терять время на лишние слова.

Здесь оказалось очень холодно. Ориен даже заметила, что с неба срываются мелкие снежинки. Вообще она была готова смотреть куда угодно, только не на всех этих людей, собравшихся внизу. Ведь прекрасно понимала — сложись всё иначе, и она бы сейчас стояла среди них… и Лит бы уж точно не держал её за руку.

— Не так давно совершенно случайно мне стало известно, что здесь творится настоящий произвол, — продолжил Сокол, обводя толпу пристальным взглядом. — Я поручил капитану Шиммеро провести расследование, но он, увы, проигнорировал мой приказ, за что сегодня был снят с должности.

После этой фразы по толпе пронёсся гул откровенного удивления, в котором явно ощущалось общее смятение. Но вскоре всё стихло, и взгляды всех присутствующих снова обратились на Литара. Ведь всем им было предельно ясно, что собрал он их здесь, для чего-то более серьёзного.

Но Лит больше ничего говорить не стал. Вместо этого он дал знак одному из стоящих рядом мужчин, — тому самому капитану Трамли, с которым они покидали кабинет главы поселения. Тот же лишь кивнул сделал шаг вперёд.

— Рядовой Вирли, сержант Шиммеро, — скомандовал он, глядя куда-то в сторону. — Выйдите в центр.

А спустя несколько мгновений от толпы отделились двое довольно молодых мужчин в форме стражников и направились прямиком к ступенькам. Они шли спокойно, хотя на их лицах и отражалась некоторая нервозность. Ори же смотрела на них с любопытством, пока не понимая, в чём провинились перед Литом эти приличные с виду парни. Но стоило им подойти ближе, и она дёрнулась так, что едва не упала.

Пальцы Лита крепче сжали её руку, вот только сейчас Ориен почти не почувствовала его тепла. Ведь на сей раз воспоминания нахлынули таким потоком, что сдерживать их оказалось уже почти невозможно. Она будто опять попала в холодные коридоры катакомб, где её ждали эти самые люди. Словно наяву услышала свой собственный крик, вспомнила гадкие усмешки на их лицах… их слова… их удары. Вспомнила, как один из них держал её, пока второй избавлял от одежды… Вспомнила боль…

— Ори, соберись, — тихо, но строго сказал Литар, наклонившись к ней. — Я рядом. А их нужно наказать.

— Да, Лит, — отозвалась она, попросту отгораживаясь от собственных воспоминаний, насильно заталкивая их в самые дальние уголки сознания. Ведь Литар прав — сейчас не время впадать в панику. Ведь она обещала помочь ему, а значит, обязана сделать всё, как надо.

Тем временем оба стражника остановились недалеко от ступенек и выжидающе уставились на вызвавшего их Трамли.

— Вам предъявляется обвинение в превышении своих должностных полномочий, — ровным тоном начал капитан, — в нарушении устава, в жестоком обращении с заключёнными и… в изнасилованиях. Вы признаёте свою вину?

— Нет, — в один голос ответили оба обвиняемых, а вокруг повисла просто удушающая тишина.

— И, тем не менее, у нас есть доказательства и свидетельские показания, подтверждающие вашу виновность, — с уверенным видом добавил их обвинитель.

Они стояли перед ним с невозмутимыми лицами и, судя по всему, были уверены, что ничего серьёзного им не грозит. Именно это и вернуло в сознание Ориен леденящую ясность. Лишь одной мысли о том, что им всё сойдёт с рук, оказалось достаточно, чтобы она окончательно отмахнулась от образов прошлого и решилась на действия. Она осторожно высвободила свою ладонь из руки Литара, и уверенно направилась вниз. Он же, видя её порыв, лишь едва заметно кивнул, но сам остался на месте.

Спустившись со ступенек, девушка сделала ещё несколько шагов и остановилась напротив своих обидчиков. Они же смотрели на неё с откровенным непониманием и даже не думали прятать взгляды. Это-то и стало для них роковой ошибкой.

Когда же особа в чёрном плаще и глубоком капюшоне так же молча развернулась и направилась обратно, все присутствующие на площади оказались искренне озадачены. Но стоило прозвучать первому вопросу капитана, обращённому к обвиняемым, и всё сразу стало понятно.

— Отвечайте, скольких женщин вы принудили к насильственной близости? — спросил он, глядя на них со своего места на ступеньках.

— Восьмерых, — сам от себя не ожидая, ответил рядовой Вирли, и тут же испуганно распахнул глаза и постарался закрыть свой рот руками. — Нет… я не это хотел сказать! — попытался оправдаться он. Но было уже слишком поздно.

— Одиннадцать, — заявил стоящий рядом с ним сержант, чья фамилия удивительным образом совпадала с фамилией теперь уже бывшего главы поселения. Он ошарашено смотрел на друга, и никак не мог понять, как вообще решился сказать подобное?

— Вот и ответ, — с холодной усмешкой бросил Литар. — Подробности вы расскажете дознавателям. Позже. Но ваш приговор я могу озвучить уже сейчас. Если бы вы были обычными подданными королевства, вас бы судил Королевский Суд. Но вы — солдаты, служащие в моём ведомстве, а значит и наказание вам будет назначено именно мной. И я приговариваю вас к десяти годам каторги… именно в этом поселении. Естественно на службу вы больше не вернётесь.

После этих слов к опешившим мужчинам подошли двое стражников из тех, кто прибыл сюда сегодня вместе с принцем, и застегнули на их руках металлические наручники.

К чести обоих арестантов, они приняли свою участь молча. Может, надеялись, что позже удастся как-то уладить это недоразумение, а может просто не желали злить и без того мрачного Сокола. Они даже не пытались оправдываться или сопротивляться, но и в глаза Его Высочеству не смотрели.

— Можете отпускать людей, — сказал Литар, обращаясь к Трамли.

Он снова поймал холодную руку Ориен и зажал её между своими ладонями, стараясь согреть. При этом лицо его оставалось всё таким же хмурым и невозмутимым, а взгляд — поистине ледяным. Лит смотрел в спину арестованным стражникам, и всеми силами старался унять в себе желание уничтожить их на месте. Но в тоже время он прекрасно понимал, что не может позволить себе ничего подобного, хотя не сомневался, что долго эти люди всё равно теперь не проживут.

— Пока не закончится расследование останетесь здесь за старшего, — добавил Литар, поворачиваясь к капитану. — И я хочу знать обо всех нарушениях, которые имели место в этом поселении.

— Будет исполнено, Ваше Высочество, — чётко, по-военному, отозвался тот.

— И ещё, Трамли, — добавил Сокол, глядя ему в глаза. — Выясните имена всех женщин, пострадавших от их деяний, и сократите каждой срок минимум на полгода. Если будут достойные, можете написать прошение на досрочное освобождение и предоставить их мне вместе с отчётами. Думаю, это будет справедливо.

Тот снова кивнул и перевёл взгляд на застывшую рядом с принцем девушку.

— Леди Терроно, — проговорил капитан, галантно поклонившись, — примите мою высочайшую благодарность. Если бы не вы, нам бы пришлось очень долго выбивать из этих подонков признание. А теперь они уже никак не отвертятся.

Ори промолчала лишь едва заметно улыбнувшись уголками губ. А вместо неё снова ответил Лит:

— Капитан, для леди Терроно будет лучшей благодарностью, если её имени не окажется в материалах расследуемого вами дела. Считайте, что она не имеет к нему никакого отношения, — голос Литара звучал хоть и вполне дружелюбно, но в нём всё равно слышались довольно грубые нотки.

— Как вам будет угодно, — отозвался Трамли. Затем снова повернулся к Ори и добавил. — Леди, для меня большая честь познакомиться с вами лично.

— Взаимно, капитан, — отозвалась она, сильнее кутаясь в свой плащ.

На этом их общение закончилось. Лит просто потянул её за собой вниз по ступенькам и уверенно повёл к воротам поселения. Правда, теперь за ними последовали всего двое сопровождающих, а вот остальные, судя по всему, пока остались здесь.

— Вот и всё, милая, — сказал Литар, едва за ними закрылись ворота. — Вот теперь точно всё…

Ори молча наблюдала, как один из стражников активирует арку портала, как она разгорается привычным голубоватым свечением, и почему-то в этот момент подумала, что переходы, созданные Литаром, обычно выглядят немного иначе. В них будто промелькивают мелкие язычки пламени, а этот был слишком чистым, прозрачным и… будто бы неправильным.

— Лит, — позвала она, поворачиваясь к принцу. — Ты обещал, что доставишь меня к леди Лиаре.

— Я помню, — ответил он, — но если ты не возражаешь, мне бы хотелось сначала переместиться во дворец. Да и тебе бы не помешало сменить наряд на более подходящий.

Он уже сделал шаг к мерцающей арке, но Ори осталась стоять на месте, всё ещё не решаясь двинуться за ним.

— Литар, послушай, — она снова перевела взгляд на портал, энергия в котором теперь пульсировала совсем уж странно, и всё-таки решила озвучить свои мысли: — Мне не нравится этот переход. Он меня пугает.

Принц внимательно посмотрел ей в глаза, недовольно поджал губы и всё-таки обернулся к переливающейся арке. И на первый взгляд она действительно выглядела вполне обычно, но…

— Ори, поясни мне, что тебя настораживает? — чуть раздражённо попросил он, снова обращаясь к девушке. — С технической точки зрения всё построено верно.

Но Ориен не стала вдаваться в объяснения. Да и что она могла сказать? Что ей почему-то страшно туда входить? Ведь она на самом деле ничего не понимала в построении порталов. Но тем не менее, следуя странному порыву, вдруг подняла с земли небольшую палку и, замахнувшись, швырнула её в самый центр перехода.

То, что произошло дальше заставило побледнеть даже вечно невозмутимого Литара. Ведь вместо того, чтобы переместиться в пространстве, этот кусок дерева попросту пролетел сквозь сияние и упал с другой стороны. А спустя несколько секунд вдруг полыхнул голубоватым светом и… рассыпался в прах.

— Гаси! — выкрикнул Сокол, указывая на портал, и один из стражников тут же ринулся вперёд, перекрывая потоки энергии, которые никак не желали ему поддаваться.

И только когда арка, наконец, потухла, а на её месте осталась только полоса выжженной земли, Лит повернулся к Ори, медленно выдохнул… и крепко зажмурил глаза. Лишь теперь ему стало окончательно понятно, что если бы не эта девушка, если бы не её видение энергии и вовремя проснувшаяся интуиция, их бы всех уже не было в живых.

— Ваше Высочество! — обратился к нему один из подчинённых. Он сидел на корточках у самой линии бывшего перехода и держал в руках странного вида металлическую пластину. — Эта штука лежала в центре схемы. Не понимаю, как мог её не заметить. Активируя переход, я не видел её… Клянусь.

Но Ори уже чувствовала, что это за изделие. Потоки силы притягивались к нему, как к магниту. А в этом мире существовал только один металл, способный так скапливать и искажать энергию стихий.

— Красная платина… — прошептала девушка, сильнее вцепившись в руку Литара.

— Она самая, Ори, — мрачным тоном отозвался Лит.

Он окинул схему портала напряжённым взглядом, потом поднял лицо к одному из сопровождающих стражников.

— Сообщите о произошедшем капитану Трамли, — приказал он. — Пластину верните на место. Пока не будет произведён тщательный осмотр места, к схеме никого не подпускать. О результатах расследования докладывать мне лично.

Тот лишь покорно кивнул, хотя Ори видела по его глазам, что ему очень хочется высказаться. Но стражник всё же промолчал, и тут же отправился выполнять приказ Сокола. А сам Литар развернулся, притянул к себе Ори и… в одно мгновение перенёс их воротам дома герцогини.

Всё произошло настолько быстро, что Ориен даже растерялась. Нет, она слышала, что некоторые маги могут совершать прыжки в пространстве без начертания схем переходов. Но сама столкнулась с подобным впервые. Да и Литар при ней до этого момента всегда использовал традиционные способы переноса. Она и не подозревала, что он на такое способен.

Наверно все эти эмоции и мысли очень красноречиво отразились на её лице, потому что Литу хватило всего одного взгляда, чтобы понять причину её шока.

— Честно, Ори, впервые получилось, — отозвался он, а на его лице появилась какая-то виноватая улыбка. — Стресс… мать его… — совсем не по-королевски выругался принц. Но тут же поспешил снова взять себя в руки и добавил уже более спокойным тоном: — Всё же осознание того, что едва не умер, странно действует на психику… да и на собственный резерв сил…

— Лит, — Ори легко коснулась его щеки своей холодной ладонью и посмотрела в глаза. — Это ведь было покушением… продуманным.

— Именно, — отозвался он, накрывая её руку своей. — И мы с тобой прекрасно знаем, кто именно может быть причастен к его организации. Схема портала была закреплена и защищена, но кто-то обошёл эту защиту и внёс в неё изменения. Да и металл этот гадкий положили, чтобы мы все уж точно сгорели, — Лит тряхнул головой, будто стараясь отогнать от себя эти жуткие мысли. — Страшная смерть, Ори… А ты снова меня спасла. Нас всех…

— Не думай о плохом, — прошептала она.

И сама потянулась к его губам… и поцеловала. Совсем не целомудренно. А он ответил, и прижал её к себе крепко-крепко, будто боялся потерять. В этот момент никого из них ни капли не беспокоило, что по улице могут прогуливаться знакомые, что кто-то может осудить их за такой откровенный поцелуй при свидетелях.

— Мне нужно во дворец, Ори, — проговорил Лит, чуть отстранившись. — Да и тебя здесь ждут. Я пришлю охрану… Не выходите из дома без них.

Она лишь молча кивнула, прекрасно понимая, что он просто заботится о её безопасности. Но сейчас ей очень не хотелось его отпускать.

— Прошу тебя, будь осторожен, — прошептала она, касаясь губами его щеки.

— Буду, Ори, — отозвался он тихо. — Пойдём, провожу тебя.

Они довёл её до крыльца, сам постучал в дверь, а когда на пороге появился дворецкий и пригласил их войти, Лит подтолкнул Ориен вперёд, а сам наоборот отступил в сторону.

— До скорого, Ори, — сказал он, ловя её полный опасения взгляд. Затем закрыл глаза и… исчез, будто его и не было.

Глава 7

За закатом приходит рассвет,

И день новый опять начинается.

Так и в жизни, — за стенами бед

Двери к счастью всегда открываются.

Как бы ни было сложно — иди.

Как бы ни было больно — старайся.

И пока сердце бьётся в груди,

На своём ты пути оставайся.

Только внутренний свет не туши…

В темноту не ныряй понапрасну.

Мягкий свет своей чистой души

Сохрани… Он не должен погаснуть!

Прямой и какой-то чрезмерно напряжённый дворецкий учтиво принял у Ори плащ и проводил наверх, всё в ту же гостиную, где её принимали в прошлый раз. Он заметно нервничал, — его явно что-то беспокоило, причём настолько, что скрыть это никак не получалось. Но когда они добрались до третьего этажа, девушке стала понятна причина его состояния. На лестнице и у входа в личные покои герцогини дежурили двое стражников, причём, судя по характерным эмблемам на форме — принадлежали эти бравые ребята к рядам королевского полка.

Они окинули Ориен внимательными взглядами, но препятствовать её проходу внутрь всё же не стали. А заметивший это несчастный дворецкий даже вздохнул с облегчением. Вероятно, он очень боялся, что гостью его хозяйки не пропустят внутрь и та устроит скандал. И потому был несказанно рад, что всё обошлось.

— Леди Ориен Терроно, — громко объявил он, распахивая высокие двустворчатые двери и пропуская её внутрь.

— Ори, — с улыбкой поприветствовала её герцогиня и тут же поднялась ей навстречу. — Проходи, пожалуйста. Желаешь чаю?

— Да, благодарю, — отозвалась девушка. Она уже привычно развернулась к тому креслу, где сидела накануне, и только теперь увидела, что оно уже занято.

— Леди Терроно, — проговорил гость герцогини, поднимаясь на ноги и учтиво кивая головой. — Добрый день.

А Ори смотрела на стоящего перед ней мальчика и никак не могла понять, почему он кажется ей настолько знакомым. Она не сомневалась, что видит его впервые, — всё же, несмотря на юный возраст, он обладал очень выразительными чертами, и его внешность просто нельзя было бы не запомнить. Его волосы выглядели совершенно белыми, будто безжизненными. Они чуть завивались и лежали непокорными вихрами, едва прикрывая уши. Длинная непослушная чёлка постоянно норовила упасть на лицо, и он смахивал её, даже не замечая собственных действий. Его глаза имели очень красивый светло-зелёный оттенок, и придавали всему его холодному образу яркой живости. Но что поразило Ори больше всего… это его чуть ироничная лёгкая ухмылка, точно такая же, как у Литара… и королевы.

— Ориен, разреши представить тебе моего друга, Его Высочество принца Эркрита Карильского-Мадели, — с торжественным видом проговорила герцогиня, разглядев её смятение.

А сам мальчик неожиданно поднялся, подошёл ближе и, взяв Ори за руку, совершенно открыто ей улыбнулся.

— Зовите меня Эрки, — сказал он, с любопытством рассматривая красноволосую девушку.

— Тогда и вы зовите меня просто Ори, — отозвалась она, улыбаясь ему в ответ. — И можно на «ты». У нас с вами, Ваше Высочество, не такая уж и большая разница в возрасте.

— Да? А сколько тебе лет? — тут же спросил мальчик.

— Эрки, неприлично задавать подобные вопросы леди, — попыталась осадить его герцогиня, но Ориен только порадовалась такой его бестактности. Всё же этот маленький принц пока был просто ребёнком… Милым, симпатичным и очень любознательным, пусть и имеющим высокий титул.

— Двадцать два, — призналась ему девушка с заговорщическим видом. — А тебе?

— Одиннадцать, — с гордостью заявил он, и тут же заметил: — Ты в два раза меня старше.

— Да, — подтвердила Ори. Несмотря на то, что она видела его впервые, ей очень нравился этот парнишка. В его глазах горел такой яркий огонь чистой и ничем не запятнанной души, что рядом с ним было очень приятно находиться.

— Родители Эрки вчера отбыли из дворца, а он изъявил желание остаться, — пояснила Лиара, глядя на него со странной смесью мягкости и укора.

Сам Эркрит на этот её взгляд ответил поистине обезоруживающей улыбкой, способной растопить и вечные льды северных гор, и снова обратил свой взор на девушку.

— Ори, отец говорил, что ты тоже будешь встречать ишау. А мне, представь, не разрешили, — он состроил на лице выражение обиды и, отпустив руку Ориен, направился обратно к своему креслу. — А так интересно на них посмотреть. Говорят, что у этих людей есть крылья…

Игнорируя правила этикета, он с невозмутимым видом сбросил туфли, подтянул к груди одну ногу и развалился на подушках, подобно ленивому коту.

— Эрки! — снова попыталась повлиять на него герцогиня.

— Ну, леди Лиара, — протянул он, изображая жуткую усталость. — Мы же не во дворце… и вообще, вернитесь на место, я ещё не закончил ваш портрет.

Пришлось хозяйке дома повиноваться, правда при этом она одарила его таким красноречивым взглядом, что Ори не смогла сдержать смешок. Судя по всему, этот мальчишка на самом деле был поистине невыносимым, но вместе с этим до невероятного обаятельным. Да и привилегиями своего титула пользовался без малейших зазрений совести. Вот уж точно настоящий маленький правитель!

Вскоре подали чай, и на некоторое время в гостиной воцарилась уютная мягкая тишина. Эрки сосредоточенно выводил карандашом линии в своём альбоме, герцогиня старалась сидеть неподвижно, а Ориен искренне наслаждалась такой тёплой атмосферой и ощущала, что та тяжесть, которая образовалась в её душе после жутких событий сегодняшнего утра, начинает стремительно таять.

— Эркрит… — проговорила она, с любопытством разглядывая немного взъерошенного и чрезвычайно сосредоточенного мальчика. — Никогда не слышала такого имени.

— В переводе с древнеаргальского, то есть с языка первопредков нашего народа, оно означает «огненный вихрь», — пояснил он, не отвлекаясь от своего занятия. — Правда, изначально меня собирались назвать Эдуардом, в честь прадеда, предыдущего короля Карилии. Но потом маме приснилось, будто меня следует назвать Эркритом. Так я получил имя. А узнал его значение совсем недавно. Кстати, — мальчик отвёл взгляд от рисунка и с интересом посмотрел на Ори. — Твоё имя тоже необычное. Но я встречал его в той книге, где нашёл значение своего. И даже помню, что оно означает.

— Да? — искренне удивилась девушка. — И что же?

— Чистая душа, — с возвышенным видом пояснил мальчик и даже сделал непонятный жест рукой, будто пытался изобразить эту самую чистую душу. — Красиво, да?

Но услышав эту фразу, Ориен вдруг застыла. По её спине пробежал неприятный холодок, а в мыслях тут же всплыло лицо старой предсказательницы, чьи слова так круто изменили её жизнь. Эрки же заметил, что она больше не улыбается, и почему-то тоже нахмурился.

— Тебе не нравится значение твоего имени? — спросил он, виновато глядя на девушку.

— Нравится, — проговорила она, стараясь улыбнуться. — Просто… Не обращай внимание.

— Нет, — упрямо возразил этот до неприличия внимательный и деятельный парнишка. — Расскажи, что тебя расстроило. Может, я смогу помочь? — и самодовольно добавил: — В конце концов, я ведь принц.

Она снова заглянула в его красивые зелёные глаза, перевела взгляд на чем-то обеспокоенную Лиару и вдруг неожиданно даже для самой себя решила ответить правду… пусть и не всю.

— Когда-то, Эрки, на улице ко мне подошла старая женщина, предсказательница, — загадочным тоном начала Ори, желая выдать эту историю, как небылицу или сказку. — Она поймала меня за руку и сказала, что я должна обязательно найти своих родителей. И тогда же добавила, что свет чистой души никогда не должен погаснуть. А теперь, оказывается «чистая душа» — это моё имя. Забавно… — добавила она, хотя даже улыбнуться не смогла, как ни старалась.

— У тебя нет родителей? — удивлённо поинтересовался маленький принц. — Совсем?

— Ну… если верить той женщине, то они у меня есть… — уклончиво отозвалась Ори, — вот только я не знаю, где они.

— Как это возможно? — возмущённо спросил мальчик.

— Такое иногда случается, — мрачным, лишённым любых красок голосом пояснила герцогиня. — Бывает, что родители не могут сами растить своих детей.

— Но почему? — не унимался Эрки. — Объясните мне, леди Лиара.

— По разным причинам.

— Я не понимаю, — возразил мальчик. — Если родители живы, то почему они сами не воспитывают своего ребёнка? Ори, — он снова повернулся к девушке. — Может, они тебя потеряли? Ты не знаешь, где твой дом?

— Нет, Эрки, — сказал Ориен, всё же улыбнувшись, пусть и немного грустно. — Просто… так получилось. Но ведь речь сейчас совсем не об этом, — она перевела взгляд на странно побледневшую хозяйку дома и спросила, желая перевести тему: — Лиара, а что означает твоё имя.

— Летний дождь, — машинально отозвалась та, даже не поднимая глаз.

— Тоже красиво, — заметил мальчик, о чём-то задумавшись. — А «Эрки», кстати, переводится как «огонёк». Мика иногда зовёт меня именно так.

— Мика — это твоя сестра? — спросила девушка, радуясь, что они всё же оставили столь тяжёлую для неё тему.

— Да, Микаэлья. Ей сейчас только шесть, — ответил принц и тут же с откровенной гордостью добавил: — Но она у меня красавица. Говорят, что на нашу бабушку похожа. И у меня уже столько её портретов, что можно завешать стены во всех коридорах дворца.

— Ты так любишь рисовать? — поинтересовалась Ори, всё больше ощущая, как атмосфера в комнате снова становится тёплой и беззаботной.

— Очень, — с честным видом сказал мальчик. — А можно я тебя нарисую? Когда закончу портрет леди Лиары.

— Конечно, — улыбнулась девушка.

— Но… мне совершенно точно понадобятся мои краски… а они остались дома, — размышлял он вслух. — Я прикажу охранникам принести.

Даже не подумав, что исполнение подобных поручений не входит в их обязанности, он встал и направился к выходу, причём обуться при этом не удосужился.

— Судя по всему, попасть в ювелирные лавки нам сегодня снова не удастся, — заметила герцогиня, провожая его обречённым взглядом. Потом повернулась к Ори и с лёгкой улыбкой пояснила: — Эрки стало скучно во дворце, вот он и решил нанести мне визит. Сказал, что хочет закончить портрет. А теперь уже нам вряд ли удастся выйти отсюда до вечера.

— Ну что ж… Значит обойдусь без драгоценностей, — пожав плечами, проговорила Ори.

— Нет уж, — решительно заявила Лиара. — Коль уж мы не можем пойти в ювелирные лавки, тогда пусть они придут к нам. Сейчас всё организуем.

И она на самом деле организовала.

Всего через полчаса перед Ориен уже лежали несколько каталогов самых известных ювелирных домов Эргона, а они с герцогиней с интересом рассматривали представленные в них работы. Это занятие настолько их увлекло, что они даже на обед отвлекаться не стали. Всё что-то обсуждали, рассматривали, и даже пару раз поспорили, обсуждая драгоценные металлы и надёжность оправ для крупных камней. В итоге были выбраны четыре комплекта для вечерних выходов, а так же серьги с чёрными ониксами, и браслет из красного золота, выполненный в виде водного дракона. Он так понравился и Ориен, и Эрки, что герцогиня сжалилась и дала добро на приобретение и его тоже. Хотя всё равно сказала, что не представляет, куда можно такое надеть.

В конце концов, Эркриту, закончившему карандашный портрет леди Лиары, просто надоело ждать, когда женщины закончат рассматривать каталоги, и он решил, что пользуясь моментом нарисует их обеих. Так что теперь пришлось дамам мучиться вдвоём. Правда, герцогиня и здесь нашла прекрасный выход из положения. Она распорядилась доставить им каталоги самых именитых модных лавок столицы, и следующие несколько часов обе леди с интересом изучали представленные там работы, попутно делая заказы. Здесь же имелись и образцы нижнего белья, рассматривая которые Ори постоянно краснела, а Лиара, видя её смущение, только покровительственно улыбалась.

Уже ближе к вечеру, когда картина Эрки была почти закончена, доставили заказанные украшения, и обе женщины с одинаковым воодушевлением принялись открывать футляр за футляром. И глядя на всё это великолепие, Ориен только взволнованно вздыхала. Ведь она прекрасно понимала, что все эти вещи стоят столько, сколько ей в жизни не заработать. Это раньше, когда она брала в руки драгоценности, ей было почти всё равно. Она относилась к ним, как к чужим вещам, дорогим безделушкам, не более. И лишь теперь, понимая, что всё это предстоит надевать именно ей, стала понимать истинную красоту и изысканность подобных изделий.

— Тебе очень идёт, — проговорила герцогиня, застёгивая на шее Ориен колье из белого золота, украшенное россыпью мелких рубинов.

Ори благодарно улыбнулась и, поймав взгляд Лиары, несмело коснулась камней на своей шее. И в этот момент вдруг почувствовала странную непонятую теплоту, вот только её причиной были совсем не драгоценности. Куда сильнее Ориен поразила то, что она увидела в глазах сидящей рядом женщины. Ведь сейчас старшая подруга смотрела на неё с такой гордостью и мягкой нежностью… Так, как, наверно, должна была бы смотреть мать.

В этот момент Ори очень хотела проникнуть в её сознание, и сделала бы это, наплевав на прямой запрет Лита, но… на самом деле ей просто было страшно узнать правду. Наверно, она просто слишком сильно хотела, чтобы её догадки оказались верными, и очень боялась снова разочароваться.

Ориен действительно нравилась эта женщина, — она чувствовала в ней что-то родное, близкое. Ей было приятно проводить время рядом с герцогиней. Да и сама Лиара относилась к ней с искренней теплотой.

— Ори, тебе правда идёт, — оборвал её размышления голос Эрки. — И я обязательно нарисую тебя в этом колье. Только нужно подходящее платье… даже не знаю, может, чёрное?

— Нет, — решительно возразила герцогиня. — Белое. Только белый шёлк… он прекрасно подчеркнёт цвет волос, да и рубины засияют.

— Да! — воскликнул Эркрит, глядя на девушку и широко улыбаясь. — Это станет истинным шедевром!

В этот момент он выглядел настолько воодушевлённым, что не заметить это было поистине невозможно. В его зелёных глазах ярко вспыхивали огненные искорки, что делало его взгляд поистине завораживающим.

Наверное, если бы не появление неожиданного гостя, то этот деятельный мальчик уже отправил бы лакеев герцогини на поиски отреза белого шёлка и тут же приступил к реализации своей фантазии. Он уже даже начал присматривать подходящий фон для новой работы, когда дверь в гостиную распахнулась, и громкий торжественный голос дворецкого объявил:

— Его Высочество принц Литар Карильский-Мадели!

Он проговорил это с таким видом, будто ему выпала честь сообщить о появлении самой королевы или даже кого-то из Светлых Богов. Судя по всему, Сокол виделся ему кем-то вроде недоступного небожителя, и поэтому дворецкий даже не посчитал нужным поинтересоваться у своей хозяйки, готова ли она принять гостя, а просто проводил его до нужной комнаты.

— Леди Лиара, добрый вечер, — с присущей ему строгой учтивостью поздоровался Литар. — Прошу прощения, что явился без приглашения и даже без предупреждения. Каюсь, мне просто хотелось самому забрать от вас Ориен и своего неугомонного племянника.

— Дядя, к твоему сведению, я не неугомонный, а умный, красивый и невероятно талантливый, — с самым серьёзным и даже высокомерным видом возразил ему Эрки. Но потом всё же растянул на губах шальную улыбку, махнул Литару рукой и пригласил подойти ближе. — Смотри лучше, каких очаровательных леди я сегодня целый день рисовал.

Что ни говори, а для своих одиннадцати лет Эркрит был просто до неприличия самоуверенным и самолюбивым. Оно и не удивительно, ведь маленького принца, похожего на прекрасного ангелочка, с самого раннего детства окружали только любовь и восхищение. Он был просто чудным ребёнком, почти всё свободное от учёбы время занимался рисованием, или изучением внутреннего строения картелов под чутким руководством королевских магов-механиков. Стараясь утолить своё неуёмное любопытство, очень много читал, причём совсем не те книги, которые подходили детям его возраста. Но что интересно, самым любимым увлечением Эрки было именно рисование с натуры… прекрасных леди любых возрастов.

С обречённым видом взглянув на воодушевленного племянника, Литар тяжело вздохнул и покорно прошагал к мольберту, стоящему рядом с креслом маленького принца. Но стоило ему взглянуть на картину, которая на самом деле была почти готова, и он попросту опешил, в очередной раз удивляясь поразительному таланту мальчика. Всё же, как художник, Эркрит умудрялся подмечать и отражать в своих работах даже те мелочи, на которые любой другой попросту не обратил бы внимание. И сейчас, глядя на написанное им полотно, Лит не смог сдержать удивлённой усмешки.

— Прекрасно, Эрки, — сказал он, с интересом разглядывая картину. — Как, впрочем, и всегда.

Мальчик лишь кивнул, ни капли не сомневаясь в собственной уникальности и таланте, и перевёл взгляд на сидящую на диване Ори.

— Кстати, Ориен будет позировать мне в этом колье, — хвастливым тоном заявил Эркрит. — Оцени, дядя, ей невероятно идут рубины.

О да, в этом Литар был абсолютно согласен с племянником. Эти камни на самом деле смотрелись на шее его девочки поистине восхитительно и настолько гармонично, что в мыслях вечно невозмутимого Сокола сами собой начали появляться совсем неприличные картинки. И на них Ориен стояла перед ним в этом самом ожерелье… но только совсем без одежды. Такая яркая, но в то же время нежная, немного пугливая… Его Ориен.

— Хм, Эрки, — с сомнением протянул Лит, — а ты спросил у леди Ориен, согласна ли она стать твоей натурщицей?

— Конечно, согласна, — заявил тот, глядя на девушку и лучезарно ей улыбаясь. — Да и как мне можно отказать?

Литар же при этих словах заметно скривился и покачал головой. В такие моменты племянник до жути напоминал ему Эмбриса, — тот тоже иногда в своей самоуверенности мог доходить до абсурда. Но, что удивительно, брату почти всегда всё сходило с рук. А вот Эрки частенько доставалось, причём не от окружающих его людей, а от самой жизни. То с лошади свалится, решив перескочить через высокий забор, то картел разобьёт вдребезги, возомнив себя великим гонщиком. А однажды, решив, что он и так прекрасный маг и учиться ему не обязательно, Эркрит чуть не сгорел заживо в собственной комнате, попросту не сумев укротить свою стихию. Подобных инцидентов происходило великое множество, но судя по всему, самоуверенность маленького принца была явлением поистине неизлечимым.

Лит поймал лучащийся спокойным весельем взгляд Ориен, перевёл взгляд на сидящую рядом с ней леди Лиару и снова мысленно удивился тому, чего раньше не замечал. Хотя, когда бы ему заметить, если двух этих женщин рядом друг с другом он увидел только сегодня. А ведь в них на самом деле имелось очень много схожего. Рост, одинаково стройные фигуры, улыбки… И пусть Ори не хватало грации, гордой осанки, да и уверенности в себе, присущей леди Лиаре, но вот в остальном… Общих черт у них было достаточно, и малыш Эркрит очень ярко отразил это в своей картине.

— Дядя, ты за мной пришёл? — спросил маленький принц, отвлекая его от размышлений.

— За вами с Ориен, — ответил Литар, продолжая задумчиво рассматривать работу племянника. Но в какой-то момент вдруг решительно поднял голову, посмотрел на спокойную герцогиню и спросил: — Леди Лиара, я слышал, у вашего почившего супруга была прекрасная коллекция холодного оружия. Скажите, она до сих пор хранится в этом доме?

— Да, Ваше Высочество, — спокойно подтвердила женщина. — Его Светлость собирал её всю свою жизнь, а после смерти завещал мне. Если вы желаете её увидеть, я с радостью всё вам покажу. Тем более что оружейный зал находится на этом же этаже.

— Я был бы вам очень признателен, — отозвался Литар с вежливой улыбкой. А подойдя ближе и подав ей руку, добавил с лёгкой иронией в голосе: — Жаль только, что мой племянник и Ориен не смогут составить нам компанию…

Услышав его слова, Эркрит уже собрался решительно возразить, но встретив холодный взгляд дяди, быстро понял, что в сейчас правильней всего согласиться. Ори же вообще даже и не думала противиться такому решению Лита. Она уже догадалась, что он просто желает поговорить с герцогиней наедине, а коллекция — всего лишь предлог. Поэтому и промолчала, делая вид, что очень увлечена рассматриванием драгоценностей.

— Я пока сделаю набросок портрета Ори, — нашёлся маленький принц и тут же поднялся с места и направился к девушке, желая усадить её в правильную позу…

* * *

Литару всегда нравилось оружие. Когда-то давно один из преподавателей фехтования рассказывал им с Дамьеном притчу о том, что у каждого клинка есть душа, и что лишь почувствовав её, позволив ей слиться со своей сутью, можно стать настоящим мастером. Сам Лит отдавал предпочтение кинжалам и метательным ножам, но и с клинком обращался виртуозно. У него самого имелась приличная коллекция подобных изделий, среди которых встречались настоящие шедевры. Но герцогская оружейная всё равно произвела на него впечатление.

Сама комната оказалась оформлена в серебристо-синих тонах, и по виду куда больше напоминала гостиную, пусть и крайне своеобразную. На стенах висели резные деревянные стеллажи, на которых располагались самые разные виды холодного оружия: от маленьких метательных звёзд до массивных гаусовскийх сабель. И здесь действительно было на что посмотреть и чему удивиться, но… Лит не позволил себе отвлечься и забыть об истинной причине, по которой пришёл сюда вместе с хозяйкой дома.

Наверно, если бы он не был настолько занят во дворце, если бы у него было больше времени, этот разговор стал бы совсем другим, — более изящным, с завуалированной сутью. В лучших традициях карильских придворных интриганов. Но… уже завтра утром в Эргон должна прибыть делегация ишау, и в связи с этим у Лита имелось просто бесчисленное количество важных дел. Он-то и за Ориен пришёл лишь для того, чтобы хотя бы ненадолго отвлечься от своих забот и проветрить голову.

— Леди Лиара, — начал Литар, снимая с крепления длинную изогнутую саблю и внимательно осматривая тонкую вязь символов на рукояти, — я очень признателен вам за то, что согласились помочь Ориен.

— Я уже говорила, Ваше Высочество, что мне самой приятно ей помогать, — отозвалась женщина, медленно прогуливаясь по залу. — Ори — очень интересная девушка и, мне кажется, мы сможем стать с ней подругами.

Лит кивнул, повесил обратно на место саблю и пошёл дальше к стенду со шпагами.

— Мне известно, что она рассказала вам о том, что полгода провела на каторге, — равнодушным тоном проговорил он, осматривая клинки. — Но вряд ли она сообщила, что едва не оказалась там повторно… причём, не так давно. И снова за кражи, правда, теперь куда более масштабные.

— Нет, она не говорила об этом.

В голосе герцогини появилось едва заметное напряжение, но Лит уже понял, что движется в правильном направлении.

— Возможно, вы слышали о той истории. В конце весны газеты нашего города пестрили заметками о некоем воре… Они называли его «Миражом», — будто рассуждая, продолжил говорить Литар. — Так вот Ориен — и есть тот самый Мираж.

Леди Лиара едва заметно вздрогнула и остановилась, отчаянно стараясь скрыть собственную растерянность. А затем и вовсе поспешила отвернуться, делая вид, что проверяет, насколько качественно горничные вытерли пыль с полок.

— Но важно совсем не это, — продолжил Сокол, прекрасно видя её реакцию. Он потянулся за очередной шпагой и, обхватив пальцами её рукоять, снова повернулся к хозяйке дома. — Ведь Ори не продала ничего из того что украла. Как оказалось, она делала это не ради денег.

— А ради чего? — Чуть дрогнувшим голосом уточнила хозяйка дома.

А Литар изобразил на лице лёгкую усмешку и снова отвернулся к оружию.

— Девочка просто поверила глупому предсказанию, — сказал он равнодушно, будто ему было абсолютно всё равно. — А ведь Ори просто сказали, что ей необходимо найти родителей… иначе жизнь её скатится в бездну, и уверили, что помочь в этом смогу именно я. И, представляете, — он снова посмотрел на побледневшую герцогиню и добавил, растянув на губах надменную улыбку. — Однажды ночью она наглым образом забралась в мои покои и заявила, что вернёт драгоценности, только если я пообещаю найти её отца и мать.

Вот теперь и без того пошатнувшаяся внешняя невозмутимость Лиары лопнула, как мыльный пузырь. Её глаза напряжённо заблестели, дыхание сбилось, а обращённый на Литара взгляд стал поистине пугающим.

— И… что было дальше? — всё же нашла в себе силы спросить она.

— Вам честно? — поинтересовался он.

Но видя, как напряжена стоящая перед ним женщина, понял, что больше нет смысла что-то разыгрывать, ведь и так ясно, насколько сильно всё это её беспокоит.

— Если бы не Кери, её бы уже не было в живых, — серьёзным тоном добавил Сокол. — Всё же со стороны Ориен оказалось непозволительной наглостью ставить мне ультиматумы. Но именно наш верховный маг спас её от моего гнева. Именно он рассмотрел в ней дар к ментальной магии. Именно он увидел в ней ишау.

На несколько секунд в комнате повисло тяжёлое молчание. И если Литар просто снова отвернулся к стенду со шпагами, поочерёдно снимая и рассматривая одну за другой, то леди Лиара застыла на месте, глядя в одну точку и безуспешно стараясь взять себя в руки.

— А сегодня утром Ори обратилась ко мне с просьбой, — продолжил свой монолог принц, так и не дождавшись от герцогини никакого ответа. — Она вообще очень редко меня о чём-то просит. Но в этот раз сказала, что желает получить ваше полное досье.

— Зачем? — хриплым от эмоций голосом спросила герцогиня, глядя на Литара со смесью страха и надежды.

— Она сказала, что вы кажетесь ей знакомой… не внешне, а по ощущениям, — ответил Лит, поворачиваясь к своей собеседнице. — Досье уже готово. Я его ещё не просматривал, но теперь не вижу в этом большого смысла. Мне ответ на её вопрос уже и так известен, и сейчас я говорю всё это исключительно из уважения к вам. Но… завтра вечером, досье будет у Ориен, и, думаю, она найдёт там много интересного.

— Ваше Высочество, — начала герцогиня обречённо вздыхая, — я… не знаю, что вам сказать.

— Ори ведь очень сильный менталист, — добавил он. — Удивлён, что она до сих пор не влезла в ваше сознание. Думаю, девочка просто боится разочароваться.

Лиара снова замолчала, опустив голову, а Лит мельком взглянул на часы, вернул обратно очередной клинок и развернулся к выходу.

— Коллекция оружия вашего покойного супруга, поистине, вызывает восхищение, — добавил он, изображая на лице благодарную улыбку. — К сожалению, меня ждут дела, да и Эрки пора возвращаться.

Он учтиво подставил локоть, за который леди Лиара зацепилась скорее машинально, чем осмысленно. Сейчас она выглядела слишком растерянной, оттого казалась моложе своего истинного возраста и… слишком напоминала Ори.

— У вас есть сутки, — тихо добавил Литар, когда, пройдя по коридору, они остановились перед дверью той самой гостиной, где их дожидались Эрки и Ориен. — Завтра, в это время, я отдам ей досье. И уж поверьте, мои люди умеют собирать информацию, а Ори — сообразительная девушка, и легко сможет сопоставить факты.

Он не стал дожидаться её ответа, — просто толкнул створку и вошёл внутрь. Герцогиня прошла следом, да только даже теперь выглядела слишком бледной и будто бы потерянной.

— Лиара, тебе нехорошо? — взволнованно выпалил Ори, тут же подходя к женщине и беря её за руку.

— Нет, милая, всё в порядке. Просто немного устала, голова закружилась. Со мной такое иногда случается. — Герцогиня попыталась улыбнуться, но в глаза девушке всё равно смотреть побоялась.

А Ориен видела, что та слишком взволнована, ощущала её напряжение и что-то похожее на страх, и ни капли не сомневалась в том, кто виноват в таком состоянии этой леди. Ори нахмурилась и повернулась к остановившемуся у двери Соколу, на чьём спокойном лице играла лёгкая холодная усмешка.

— Лит, — позвала девушка. — Это ведь ты так расстроил леди Лиару.

— Нет, Ориен, — покачал он головой. — Я может и сказал Её Светлости нечто, не очень для неё приятное, но не более того. К самой причине расстройства леди Лиары я не имею никакого отношения.

И Ори знала, что он говорит правду. Литар вообще никогда ей не врал, ведь прекрасно знал, что это попросту бессмысленно.

— Нам пора, — добавил он, подходя к Эрки. — Завтра прибывают ишау, и во дворце уже сейчас творится настоящий хаос из-за подготовки к этому, несомненно, важному событию.

Затем протянул руку Ориен и повернулся к хозяйке дома.

— Леди Лиара, благодарю, что помогли подобрать драгоценности. Согласен с Эркритом, рубины поистине прекрасны, и очень подходят моей очаровательной Ори. Надеюсь, вы будете присутствовать на завтрашнем торжественном ужине в честь наших гостей?

— Безусловно, Ваше Высочество, — ответила женщина бесцветным тоном, потом повернула голову к стоящей рядом с ним девушке и повторила уверенней: — Безусловно.

* * *

Это утро выдалось для осеннего Эргона невероятно тёплым. На ясном голубом небе не было ни единого облачка, а яркое солнце пригревало почти по-летнему. Все, кому сегодня выпала честь встречать ишерскую делегацию, давно поснимали с себя ненужные сейчас плащи и даже подумывали перейти в тенёк, спасаясь от нарастающей жары.

— Мне вот интересно, они все такие же красноволосые, как ты? — тихо проговорил Дамьен, наклоняясь к стоящей рядом с ним Ори.

— Если верить летописям, то да, — отозвалась девушка, поглядывая на Лита, который вместе с Кери и ещё тремя мужчинами что-то обсуждал чуть в стороне. — Думаю, варьируются только оттенки.

— А зрачки? А крылья? — не унимался младший сын королевы, которого просто распирало от любопытства.

Кстати говоря, он сам настоял, чтобы этим утром отправиться встречать гостей вместе с Литаром, просто потому что ему не терпелось посмотреть на ишау. Но сейчас Ориен была искренне благодарна ему за компанию.

Вообще, после знакомства с Эмбрисом и Эркритом, ей стало очень легко общаться с Дамьеном. Он действительно оказался самым простым из всех членов королевской семьи. Политикой интересовался мало, жизнью придворных — ещё меньше. Искренне увлекался архитектурой, и уже успел поведать Ори, что королева одобрила его план нового моста через протекающую через Эргон реку Элиату. Да и он сам воспринимал Ориен, как равную. И что поразило девушку больше всего, в нём совсем не было высокомерия. Будто он не имел к правящей династии никакого отношения, а являлся самым обычным выходцем из среднего класса.

— Один мой приятель работает в министерстве иностранных дел, — проговорил Дамьен, и выглядел при этом так, будто собирается поведать ей настоящую тайну. — Так вот, он рассказывал мне, что политическое устройство в Ишерии несколько отличается от нашего. Государством управляет князь. Он же — глава своего клана, в который входят все его родственники. Кланов у них великое множество. К аристократии относятся высшие кланы, их десять крупных, и больше сотни мелких. За ними на иерархической лестнице стоят так называемые «вторые». Как я понял, это кто-то вроде наших богатых семей, не имеющих титула. Ну а все остальные относятся к тэру — это низшие кланы. Есть ещё армаис — отступники. Это те, кто решил жить сам и ушёл из семьи. Ну, или кого оттуда изгнали.

Ори слушала его очень внимательно. Ей на самом деле было интересно узнать больше об укладе народа, к которому она тоже, судя по всему, имела отношение.

— Значит, я — армаис? — спросила она с лёгкой улыбкой. — Ведь не принадлежу ни к одному клану.

— Получается, что так, — задумавшись, покивал Дамьен. — Но лучше не говори им об этом. Ещё неизвестно, как они относятся к таким девушкам. Фактически ты подданная Карильского Королевства, и просто имеешь черты, схожие с ишау. Может, они и не заметят, что ты одна из них.

— Думаю, всё же заметят, — проговорил подошедший к ним Кертон. — Пойдёмте. Мне прислали весточку, что ишерская делегация в полном составе готовится войти в портал. Они будут здесь с минуты на минуту.

Ориен нервно вздохнула, как перед прыжком в воду, снова положила руку на локоть Дамьена, и они вместе направились к центру небольшой площадки перед зданием Эргонского стационарного пункта переноса. К счастью сегодня он оказался закрыт для обычных перемещений, и поэтому кроме встречающих и стражников здесь не было больше никого.

Помимо верховного мага, двух принцев и Ориен, честь встретить ишерских гостей выпала так же министру иностранных дел Карилии и двум его помощникам. Но охраны для этого события Лит выделил столько, что собравшаяся здесь толпа казалась поистине внушительной.

Когда же из распахнутых дверей здания начали по двое выходить вооружённые красноволосые мужчины, вся многочисленная стража встречающей стороны вмиг взяла площадь в плотное кольцо. И пусть оружие никто из них доставать не спешил, но всем и так было понятно, что при малейшей опасности любой из этих мужчин среагирует моментально.

Ори с любопытством и затаённой надеждой всматривалась в лица ишерских солдат, но к её досаде, ни один из них даже отдалённо не был похож на того, кого она так мечтала увидеть. Ни один не имел даже малейшего сходства с Яро.

Их волосы были коротко острижены, а на шеях виднелись тёмные непонятные рисунки, похожие на татуировки. Их форма оказалась тёмно-синей, и состояла из прямых брюк и застёгнутых по самую шею кителей. Их воинские знаки отличия выглядели как золотистые изогнутые линии. Они изображались на груди и чем-то напоминали маленьких змеек. Мужчины выстроились по обе стороны от выхода, и у тех, кто стоял во главе этих шеренг Ори разглядела по две такие линии, изображённые рядом. Остальные же имели только по одной.

— Мощные ребята, — не смог промолчать Дамьен, шёпотом комментируя увиденное. — Внешне от нас только цветом волос отличаются. Это, как я понимаю, и есть двадцать охранников. А теперь должны появиться сами послы.

И будто исполняя озвученное им желание, на порог вышли ещё четверо мужчин. При их появлении Лит сделал шаг вперёд и, изобразив лёгкий учтивый поклон, обратился к гостям.

— Я — Литар Карильский-Мадели, второй принц Карильского Королевства, рад приветствовать вас в столице моей страны, — проговорил он торжественным тоном.

Самый старший из прибывших послов, которому на вид можно было дать около шестидесяти, спустился со ступенек и остановился в нескольких шагах от Лита.

— Я Хемиэрте Орте Гриан, министр иностранных дел Ишерского Княжества, благодарен вам за приглашение посетить вашу страну.

В его голосе слышалась лёгкая хрипотца, но в остальном он звучал очень уверенно и чётко. Его длинные волосы, в которых заметно виднелась лёгкая седина, были заплетены в какую-то сложную косу, спускающуюся почти до самой талии. Этот мужчина, как и остальные ишерские послы, был одет во всё чёрное. Их костюмы почти не отличались от тех, что было принято носить в Карилии, да и на всём континенте, за тем лишь исключением, что камзолы опускались чуть ниже колен и были щедро расшиты серебряными нитями.

— Разрешите представить вам моего младшего брата принца Дамьена, — продолжил Сокол, указывая на стоящего рядом родственника. В ответ тот чуть поклонился, ничего при этом не ответив. Но, как поняла Ори, на подобных мероприятиях разговор всегда вёлся только между главами делегаций. Остальные же права слова не имели и были вынуждены на протяжении всей процедуры приветствия хранить молчание.

Далее Лит представил всех, кому выпала честь встречать гостей, не считая, конечно, стражников. Но, что интересно, имя Ориен он назвал последним, и от его внимательного взгляда не укрылось, как при этом удивлённо полыхнули глаза старшего ишерца. Тот явно хотел что-то спросить, но всё же промолчал. Возможно, посчитал свой вопрос неуместным, а может просто решил задать его немного позже.

Вместо этого лорд Орте Гриан, поймал внимательный взгляд девушки и, чуть улыбнувшись, кивнул ей. Ори же, даже не касаясь его сознания, почувствовала, что умудрилась чем-то заинтересовать этого представителя ишерской делегации. Хотя и он сам показался ей очень интересным, рассудительным и даже мудрым. Вокруг него будто витала аура спокойной уверенности. Он прекрасно знал, как нужно себя вести. Каждое его слово, каждый жест, взгляд, были продуманы, лаконичны и имели своё определённое значение.

— Ваше Высочество, разрешите представить вам Ренделли Орте Горини, младшего княжича Ишерского Княжества, — проговорил лорд Хемиэрте, указывая на стоящего рядом с ним молодого мужчину. Тот кивнул Литару, Дамьену и, как ни странно, Ориен. Причём, глядя на неё он так загадочно улыбнулся, что Ори просто не смогла не улыбнуться в ответ.

Ренделли оказался довольно высоким, хотя все прибывшие ишерцы были примерно одного роста. Его наряд ничем не отличался от костюмов остальных послов, а длинные огненно-красные волосы были так же заплетены в сложную косу. Внешне он выглядел не намного старше самой Ори. Черты его лица показались ей очень даже привлекательными, пусть и не лишёнными резкости, свойственной всем представителям его народа. Но помимо всего прочего, было в нём нечто такое, притягательное, отчего девушка никак не могла заставить себя отвести от него взгляд. А ещё, она прекрасно видела по его глазам, что это вынужденное молчание даётся ему очень непросто. В княжиче бурлила жизнь, а эти скучные представления уже успели его порядком утомить. Его одолевала жажда действий, а внутренняя энергия настоятельно требовала выхода.

— А это мои помощники, — продолжил лорд Хемиэрте. — Гарсилли Орте Мирд…

Он указал на стоящего за его спиной хмурого мужчину, чьи волосы имели бледно красный цвет и были острижены до плеч. Он выглядел как настоящий войн, а три изогнутые линии на его камзоле, вероятнее всего указывали на какой-то военный чин. Да и глаза этого ишерца показались Ориен слишком внимательными, будто он в любой момент был готов броситься в бой.

— …и Ридьяро Орте Гриан, — закончил представитель посольства Ишерии, указывая на последнего представителя своей делегации.

Ори повернула голову в сторону указанного ишерца и тут же встретилась с холодным взглядом его внимательных серых глаз. Тёмно-красные волосы этого мужчины оказались заплетены в косу, которая доставала до середины спины. Верхние пуговицы его рубашки были расстёгнуты и именно поэтому на шее оказались видны края чёрно-белой татуировки.

Из всех представителей ишерской делегации именно этот человек пугал Ори больше всего. Она чувствовала в нём нечто… какую-то темноту, горечь и даже ненависть. Он с одинаковым равнодушием смотрел на всех представителей Карилии, но единственная девушка среди мужчин встречающей стороны всё же привлекла и его внимание. Да только заглянув в его глаза, Ориен ощутила лишь ледяное презрение. Этот мужчина явно был осведомлён о том, какой статус она имеет при карильском дворе и в постели одного из принцев. И пусть внешне он выглядел спокойно и даже приветливо, но от него веяло таким холодом, что её передёрнуло.

Лит снова заверил гостей, что очень рад видеть их в Эргоне, и пригласил в королевский дворец. После чего ишерцев проводили до больших картелов, стоящих неподалёку. И на этом, к общей радости всех присутствующих церемония торжественной встречи, была закончена.

— А они занимательные, — проговорил Дамьен, помогая Ори забраться в ожидающий их картел, украшенный королевскими гербами. — Особенно княжич. Мне кажется, проще всего будет договориться именно с ним.

— Не думаю, что его слово будет иметь большой вес, — заверил брата Литар. Он присел рядом с Ориен и, только обвив рукой её талию, смог, наконец, вздохнуть спокойно. — Этот Ренделли скорее похож на мальчика, который изъявил желание посмотреть на нашу страну, чем на серьёзного политика. Орте Мирд — тоже явно далёк от дипломатии. Остаются оба Орте Гриан… — продолжил рассуждать Сокол. — Эти — явно близкие родственники, возможно отец и сын. Но если старший старательно делает вид, что готов играть по правилам, то у младшего на лице написано, что он будет вести игру только в своих интересах, наплевав на противников.

— А что может сказать об ишерских гостях наш прекрасный менталист? — поинтересовался Дамьен, переводя взгляд на Ориен.

Девушка спокойно сидела, прижавшись к Литару, и со стороны казалась погружённой в свои мысли.

— Не стоит недооценивать княжича, — проговорила она, глядя куда-то перед собой, будто видела там всех тех, о ком шла речь. — Он старательно играет роль беззаботного повесы, но его взгляд… слишком цепкий. — А вот глава делегации, судя по всему, здесь именно, как опытный дипломат. Второй Орте Гриан… меня пугает. Он смотрит на всех нас с откровенной неприязнью. Думаю, больше всего проблем будет связанно именно с ним. А Отре Мирд… явно военный. Подозреваю, он здесь исключительно для обеспечения безопасности послов.

— Ладно, — подвёл итог Литар. Затем повернулся к девушке и добавил: — После обеда назначены первые переговоры. Ори, ты со мной. Читать никого не нужно, неизвестно как на твоё вмешательство могут отреагировать наши гости. Поэтому, пока будешь просто наблюдать и следить за изменениями магического фона. Увы, появление во дворце ишау вполне возможно заставит активизироваться наших недоброжелателей. Поэтому, нужно быть готовыми ко всему.

Глава 8

Хоть плачь теперь ты, хоть кричи…

Ответам суждено открыться.

Хотела правду — получи,

Но ведь придётся с ней смириться.

Тебе придётся с этим жить,

Знать — кем могла стать, но не стала.

Но прошлого не изменить…

Всё суждено начать сначала.

Вопреки опасениям Литара переговоры проходили довольно продуктивно. Всё началось даже красиво — с торжественного подписания нового мирного договора, который был призван заменить предыдущий… трёхсотлетней давности. Карилия подтверждала согласие на добровольное уничтожение всех месторождений красной платины и любых изделий из неё, но при этом радушно открывала свои границы для ишерских гостей. Они же со своей стороны соглашались на мир между их странами и обещали во время нахождения на территории Карильского Королевства, неукоснительно соблюдать все местные законы.

Договор подписывали Её Величество Эриол и Ренделли Орте Горини, как представитель княжеской семьи Ишерии. И наблюдая за этим действом, Ори наивно подумала, что и дальше всё будет проходить так же гладко, но… глупо ошиблась.

После сей торжественной части королева удалилась, а роль её представителя снова досталась Литару, хотя по всем правилам это место должен был занимать кронпринц, который, к сожалению, до сих пор не объявился.

И началось…

Следующие два часа оказались посвящены ярому обсуждению основных условий торгового договора. Но теперь переговоры проходили гораздо напряжённее. С карильской стороны в обсуждении участвовали Лит и их бессменный министр иностранных дел — барон Камиль Виттар. А вот со стороны ишерцев им упорно противостояли оба лорда Орте Гриан, причём, как предполагал Сокол, именно младший из мужчин оказался наиболее принципиальным и непримиримым. В итоге, так толком и не договорившись, они решили отложить решение по этому пункту на другой день и перешли к вопросу организации посольств.

У Ори от всех этих разговоров и споров попросту разболелась голова. Поначалу она ещё пыталась вникать в суть происходящего, но вскоре предпочла отвернуться к окну, за которым открывался вид на королевский парк, и погрузиться в свои мысли. А как только объявили перерыв, девушка просто не смогла и дальше сидеть на месте. Поэтому, едва открылись двери, она молча поднялась со своего места на одном из диванов расставленных по периметру комнаты и выскользнула на улицу.

Стоило Ори выйти на воздух, и она сразу почувствовала себя намного лучше. Всё же большая политика оказалась для неё поистине утомительной, а по сравнению с душным помещением, парк виделся самым чудесным местом в мире.

Несмотря на тёплую погоду, сегодня здесь было удивительно безлюдно. Вероятно, в связи с приездом ишау, придворных попросту не пропускали на ту сторону дворца, куда выходили двери и окна зала переговоров. Ведь иначе любопытные леди и лорды могли бы ненароком помешать обсуждению важных вопросов, попросту отвлекая своим назойливым мельтешением.

Ори не спеша прошла по одной из извилистых дорожек и присела на лавочку у красивого фонтана, в центре которого располагалась статуя маленькой танцующей девочки. Тонкая струйка воды спокойно лилась из небольшого кувшина, который мраморная танцовщица держала над головой. Голубоватая прозрачная жидкость стекала в большую чашу, выложенную из треугольников чёрно-красного мрамора, создавая свою неповторимую мелодию. Вокруг тихо шуршали ещё не опавшие листья, и было удивительно тихо. Будто это место находилось не на территории королевского дворца, а где-то в глухой глубинке.

— Вижу, не только меня утомили все эти бессмысленные разговоры.

Ориен повернула голову на звук и почему-то даже не удивилась, разглядев в подходящем к фонтану молодом мужчине младшего ишерского княжича.

— Надеюсь, я не нарушу никаких законов этой прекрасной страны, если заговорю с вами? — с лёгкой иронией уточнил он, останавливаясь у высокого борта выложенной мрамором чаши и разглядывая водруженную в его центре скульптуру.

— Нет, Ваше Высочество, — ответила девушка, внимательно следя за его передвижениями. — Хотя правила нашего этикета запрещают молодым незамужним леди оставаться наедине с мужчиной, не являющимся её родственником или опекуном. Но сейчас это не столь важно.

— Хотите сказать, что вам не дорога собственная репутация? — усмехнулся он, оборачиваясь к девушке. — Или вы просто относитесь к подобным правилам с некоторым пренебрежением.

Ори покачала головой и, поймав его любопытный взгляд, совершенно искренне улыбнулась.

— На самом деле всё гораздо проще, — проговорила она. — Я знаю, что вы не позволите себе лишнего в моём отношении, так как это может негативно сказаться на результате переговоров.

— Тоже верно, — хмыкнул княжич, внимательно рассматривая сидящую на лавочке девушку. — Леди Терроно, а ответьте мне на один вопрос. Почему вы присутствуете на заседаниях? Вы ведь не политик и в обсуждениях не участвуете. Не маг… я не чувствую в вас стихийной магии. Мне известно, что вы считаетесь фавориткой принца Литара, но он не похож на человека, который стал бы брать с собой на подобные мероприятия… свою даму.

Он сделал осторожный шаг вперёд и снова встретился с ней взглядами. И, глядя в его ярко-зелёные глаза, Ори непроизвольно… всего на мгновение, попала в его сознание. И обычный человек даже и не заметил бы такого секундного проникновения, но только не он.

— Менталист, — выговорил княжич, растягивая губы в победной улыбке.

В этот момент он выглядел таким довольным, будто разгадал одну из величайших загадок мира. Но что удивило Ориен больше всего, так это его потеплевший взгляд.

— Менталист, — подтвердила она, отворачиваясь к фонтану. — Но на заседаниях присутствую не поэтому. Мне запрещено читать кого-то из вас.

— А у вас и не получится, — самодовольно бросил он. — Наше сознание защищено гораздо лучше человеческого, и поэтому ваши менталисты для нас совершенно неопасны.

— Значит, вы уверены, что я не смогу пробиться в вашу голову? — с интересом спросила она. — Это звучит, как вызов.

— Разрешаю вам попробовать. — Он изобразил шутовской поклон и, подойдя ещё чуть ближе, остановился напротив девушки.

— Хорошо, — легко согласилась она, правда лукавую улыбку сдержать всё равно не смогла. — Но чтобы это не выглядело ментальным взломом, пожалуйста, представьте в мыслях любую картинку. А я вам её опишу. Думаю, этого будет достаточно для эксперимента.

Ориен сама не ожидала, что в ней может проснуться такой странный азарт. Хотя, ещё утром, во время встречи ишерской делегации, едва увидев молодого княжича, она сразу поняла, что в нём есть нечто яркое, будоражащее, заставляющее тянуться к нему. И сейчас Ори на самом деле было приятно его общество. Ей нравилось с ним разговаривать, шутить… Она не чувствовала в нём ни грамма высокомерия. Да, он играл с ней и даже не пытался этого скрывать, но девушка отлично понимала его игру и с интересом принимала в ней участие.

— Согласен, — ответил Ренделли, а в зелени его глаз вдруг появились серебристые искорки, похожие на капли росы блестящие в лучах утреннего солнца.

На мгновение он изобразил задумчивость и вдруг кивнул, подтверждая, что готов начать. А Ори снова поймала его взгляд и, уже не страшась быть обнаруженной, погрузилась в его сознание.

Почему-то она не сомневалась, что он представит нечто подобное… но всё равно не ожидала увидеть столь откровенную фантазию. А в мыслях княжича они с ним стояли на этом самом месте и страстно целовались. Причём Ренделли в своём видении даже и не думал сдерживаться. Одной рукой властно прижимал её к себе, не позволяя отстраниться, в то время как вторая его ладонь наглым образом поднимала её юбку…

— Да, Ваше Высочество, — проговорила она, разрывая контакт. — Видимо я ошиблась, посчитав, что в вашей компании могу не опасаться за свою честь. Но теперь…

На мгновение в его глазах отразилось недоверие и нечто похожее на сомнение. Судя по всему, он сильно сомневался, что его собеседнице удалось что-то рассмотреть.

— С нетерпением жду вашего описания, — проговорил он, переплетая руки перед грудью.

— Что ж, — отозвалась Ори, легко улыбнувшись. — В своих мыслях вы позволили в моём отношении нечто из того, о чём леди с малознакомыми мужчинами говорить не должна. Но коль у нас с вами получился спор…

— И что же я себе такого позволил? — иронично поинтересовался княжич.

— Поцелуй… причём далеко не целомудренный. На этом самом месте. Только вокруг стояла ночь… — добавила она задумчиво. — И на мне было надето красное шёлковое платье… которое вы, судя по всему, собирались с меня снять.

После этих слов его лицо перекосило настолько, что Ори не смогла сдержать смешок. Она видела его удивление, ощущала смущение, и всё же не сумела промолчать. Он был ей слишком симпатичен, чтобы она могла наслаждаться тем, как его мучает совесть.

— Бросьте, Ваше Высочество, — сказала девушка, открыто улыбнувшись. — Смущение — не ваш конёк. У вас плохо получается его изображать. Хотя… поздравляю, вы мастерски вычислили во мне сильного менталиста.

Но он и не думал улыбаться в ответ. Вместо этого смотрел на сидящую на лавочке девушку с откровенным неверием, а потом вдруг сделал ещё шаг вперёд и протянул ей раскрытую ладонь.

— Леди Терроно, прошу вас, дать мне вашу руку, — он проговорил это таким серьёзным и даже напряжённым тоном, что Ори стушевалась. Но, тем не менее, отказывать ему не стала. Она чувствовала, что он желает что-то проверить и почему-то была уверена, что для неё это не опасно.

— А не хотите объяснить, для чего? — уточнила Ориен, правда, руку ему всё-таки подала.

Но стоило ишерцу обхватить холодными пальцами её ладонь, и Ори вздрогнула. То, что она почувствовала едва их руки соприкоснулись, иначе как тёплым вихрем не назовешь. Он был похож на дуновение ветра, только ощущался внутри… будто под кожей. Её собственная энергия вдруг в одно мгновение пришла в активное состояние, какое бывало, когда она призывала крылья. И Ори чувствовала, что они готовы вырваться… раскрыться, даже против её воли, но что-то их останавливало. Будто этого импульса оказалось недостаточно, хотя не хватило ему самой малости.

Ориен напряжённо вглядывалась в глаза стоящего рядом мужчины, с удивлением замечая, как вытянулись его зрачки. Хотя, по изменившемуся зрительному восприятию, она поняла, что и сама теперь мало похожа на обычного человека.

— Вы меня удивили, леди Терроно, — проговорил княжич, всё же отпуская её и отходя назад. — По правде говоря, я никак не ожидал встретить в Карилии, да ещё и в королевском дворце нашу девушку. Вы ведь ишау… как и я.

Ори кивнула и снова присела на лавочку.

— Мой отец был ишерцем, — сказала она, не видя никакого смысла скрывать.

— Был? — уточнил он. — Надеюсь, он жив?

— Я тоже на это надеюсь, — с горькой усмешкой проговорила девушка. — На самом деле, Ваше Высочество, я выросла в приюте. Ни матери, ни отца никогда не видела. Так что и о себе почти ничего не знаю, — она покачала головой и вдруг добавила. — По правде говоря, вы — первый представитель расы ишау, с которым я говорю.

Он же смотрел на неё с откровенной растерянностью. Снова вглядывался в черты её лица, разглядывал цвет волос, оттенок радужки… Будто пытался понять, на кого она может быть похожа.

— У нас так не принято, — сказал он, чуть качая головой. — Даже если оба родителя ребёнка погибают, его забирает кто-то из клана. В Ишерии нет приютов… поэтому для меня дико слышать это от вас.

— Я не знаю никого из родственников, Ваше Высочество, — ответила ему Ори. — Всё, что мне осталось от родителей — это кольцо из какого-то чёрно-белого сплава.

Вот теперь глаза Ренделли округлились ещё сильнее. Вероятно, ничего подобного он услышать просто не ожидал.

— Такое? — спросил, протягивая к ней левую руку, на безымянном пальце которой был надет точно такой же перстень.

Ори оказалась настолько удивлена увиденным, что сама взяла его за запястье, ошарашено рассматривая изображённые на перстне знаки.

— Да, — проговорила, охрипшим от волнения голосом. — Очень похоже.

— А вот это, леди Терроно, в корне меняет ситуацию. Ведь такие перстни являются родовыми, причём носят их исключительно мужчины высших кланов, — заметил он, продолжая разглядывать девушку. — Но я не могу ничего сказать, пока не увижу его своими глазами. Покажете?

— Покажу, — кивнула Ори. — Он ведь правда, очень похож на ваш… Даже рисунок такой же. Только на этом изображено два круга, а на том — один. А буквы те же.

Он ошарашено моргнул и хотел уже что-то сказать, но в этот момент на прилегающей аллее показался стражник. Заметив Ори и ишерского княжича, он уверенно чеканя шаг подошёл ближе, изобразил поклон и сообщил, что их обоих очень ждут на заседании, которое начнётся с минуты на минуту.

Ишерец ответил ему сдержанным кивком, учтиво подставил Ориен локоть, на который она благодарно положила руку, и повёл девушку обратно.

— Леди Терроно, а могу я пригласить вас на прогулку после ужина? — галантным тоном поинтересовался Ренделли, неспешно шагая по аллее парка. — Вы бы показали мне перстень, и мы могли бы закончить наш разговор.

— Благодарю за приглашение, Ваше Высочество, но, к сожалению, я не могу ничего вам обещать, — с виноватым видом ответила девушка. Она не хотела давать ему ответ, не поговорив с Литом.

— Понимаю, — сказал её спутник, изображая на лице лёгкую усмешку. — Но всё же буду надеяться, что мы сможем с вами продолжить беседу. Если того требуют правила, возьмите с собой компаньонку.

Они как раз подошли к распахнутым дверям зала, и ишерский княжич учтиво пропустил её вперёд. Вот только первым, что Ори увидела, войдя внутрь был раздражённый взгляд непривычно холодных глаз Литара. Ориен чувствовала, что он злится, причём именно на неё, и рада была бы подойти ближе, обнять, объяснить, где была, но Лит отвернулся и направился к своему месту за большим овальным столом…И за всё время, сколько длились эти переговоры, больше ни разу не посмотрел в её сторону.

* * *

Этот день на самом деле стал для Литара очень сложным. Он хоть и являлся принцем, сыном королевы, но большая политика никогда его не увлекала. Вот Брис на самом деле был прирождённым правителем и дипломатом. Возможно, если бы он присутствовал сегодня на переговорах, то договориться с ишерцами оказалось бы гораздо проще. Но, увы, Эмбрис не появился, а сам Литар всё же был вынужден признать, что без помощи не справится. Именно поэтому во время первого перерыва отправил отцу записку. И пусть лорд Мадели все последние годы занимался исключительно делами внешней разведки, уступив обязанности первого королевского советника Брису, но на просьбу Лита всё равно откликнулся. И с появлением за столом переговоров Кая дело пошло гораздо быстрее и продуктивнее.

Литар же только удивлялся поразительной изворотливости своего родителя. Вот уж кому на самом деле стоило встречать делегацию заморских гостей. Всего за час лорд Мадели умудрился непонятным никому образом завоевать симпатию старшего лорда Орте Гриан, вовлечь в обсуждение княжича, который до этого предпочитал просто слушать, а с Ридьяро вообще наладил почти дружеское общение. Четвёртый представитель их посольства на заседании не присутствовал, но Литар не сомневался, что отец легко смог бы договориться даже с таким хмурым воякой, как тот.

За час до торжественного ужина, деятельный лорд Мадели предложил завершить обсуждение, а все неоговоренные вопросы перенести на следующий день. Но никто даже не подумал ему возражать, да и не имелось в этом смысла, ведь всем было понятно, что за один день ничего решить всё равно не удастся, и переговоры, так или иначе, затянутся минимум на неделю.

Литар, услышав, что это жуткое мучение подошло к концу, едва ли не первым поднялся из-за стола и направился к выходу, но не успел даже переступить порог, когда его окликнул кто-то из ишерцев.

— Ваше Высочество, прошу вас уделить мне несколько минут вашего драгоценного времени, — проговорил подходящий к нему княжич. И как бы Литу ни хотелось сейчас уйти, но ответить отказом столь высокому гостю он никак не мог.

— Конечно, — спокойно отозвался он, и тут же предложил: — Давайте я провожу вас до гостевого крыла через парк. И мы сможем спокойно побеседовать.

— Это было бы замечательно, — согласился Ренделли, изображая на лице благодарную улыбку.

Уже выходя их зала, ишерец на мгновение обернулся, нашёл взглядом явно чем-то расстроенную Ори и вдруг подмигнул ей. И почему-то именно этот его странный жест заставил девушку напрячься настолько, что она едва не сорвалась вслед за ними, хоть и понимала, что этого нельзя делать ни в коем случае. Лишь невероятным усилием воли Ориен всё же заставила себя остаться на месте, а потом покинуть зал вместе со всеми. И пусть внешне она старалась сохранять спокойствие, но в её душе творился настоящий ураган из противоречивых эмоций. Ведь она не знала, чего можно ожидать от княжича, хоть и не сомневалась, что Лита он вызвал на разговор именно из-за неё. Но кто может ответить — зачем он касался её руки? О чём узнал? Что он вообще мог наговорить о ней Литару? И Ори, на самом деле, сейчас было страшно… и больше всего другого она боялась потерять своего Сокола. Боялась, что он может от неё отказаться.

А в это самое время Литар вместе с его ишерским визави покинули здание дворца и направились по одной из аллей, ведущей к гостевому крылу.

— Дабы не ходить вокруг до около, скажу прямо, — начал красноволосый, внимательно наблюдая за реакцией Лита на свои слова. — Мне интересна леди Терроно. Я знаю, что она ваша фаворитка, как и то, что без вашего позволения она даже разговаривать больше со мной не станет. На самом деле, мы встретились с ней случайно и перекинулись всего несколькими фразами.

Лит слушал его молча, уже догадавшись, что этот Ренделли далеко не просто так завёл этот странный разговор.

— Я был очень удивлён, узнав, что она тоже ишау, — продолжил княжич, с интересом разглядывая парк. — Но ещё более меня поразил тот факт, что она росла в приюте. Подобное для нашей культуры поистине непостижимо. Я… могу помочь разыскать её отца, но для этого мне нужно узнать больше о самой леди Терроно. Именно поэтому, Ваше Высочество, прошу у вас позволения встретиться с ней сегодня вечером. Если хотите, можете присутствовать при нашем разговоре.

— Почему вы хотите ей помочь? — спросил Литар, замедляя ход и тем самым вынуждая своего собеседника остановиться. — Вы ведь видите её впервые.

— Всё просто, — развёл руками княжич. — Кем бы ни был её отец, он точно принадлежал к одному из высших кланов. Мне же очень любопытно, к какому именно… У неё сильная кровь, а значит и линия рода близка к княжеской. Но мы с ней если и родственники, то, определённо, дальние.

Лит слушал его с искренним интересом. Он внимательно ловил каждый жест, каждую эмоцию ишерца, но пока тот ничем не показал, что хочет навредить. Совсем наоборот, весь его вид выражал искреннее участие и желание помочь.

— Ренделли, мы с вами равны по статусу, поэтому предлагаю обойтись без официальных обращений, — ответил, наконец, Сокол. Правда, выражение его лица при этом всё равно оставалось таким же серьёзным и совершенно бесстрастным. — Скажу вам честно, Ориен мне очень дорога. Но на её судьбу выпало немало плохого, поэтому я позволю вам общаться только при одном условии — если вы дадите слово, что не сделаете ничего, что могло бы её огорчить.

Княжич удивлённо хмыкнул, но вдруг улыбнулся и спросил:

— Мне почему-то казалось, что вы попросите гарантий того, что я не позволю себе в её отношении ничего лишнего. Она, всё-таки, ваша женщина.

— Но не жена, — хмуро бросил Литар.

— То есть, вы хотите сказать, что если я вдруг начну оказывать леди Терроно знаки внимания, вы спокойно это примите? — поинтересовался Ренделли и, судя по его виду, сам не верил в то, что говорил.

— Нет, — честно ответил Лит, медленно качая головой. — И если подобное произойдёт, я буду говорить с вами по-другому. Не как политик, а как мужчина. Да, я не могу приказать Ориен быть со мной, но и отпускать её не намерен. Поэтому, если вы не желаете испортить отношения между нашими странами…

— Пожалуйста, не продолжайте, — с усмешкой произнёс его ишерский собеседник. — Могу вас уверить, что в отношении леди Терроно буду вести себя очень учтиво и целомудренно. Слово княжича.

— В таком случае я не стану препятствовать вашему общению, — ответил Литар, сдержанно ему улыбнувшись. — И, конечно, буду благодарен за любую помощь в поиске её отца.

* * *

Время шло… а Литар всё не появлялся.

С каждой минутой ожидания Ориен нервничала всё сильнее, хоть и пыталась внушить себе, что всё будет хорошо. Она ведь не сделала ничего предосудительного. Подумаешь, перекинулась парой фраз с ишерским княжичем, это ведь не преступление. Правда, если судить по тому взгляду, которым встретил её Сокол после их возвращения, у него по этому поводу было совсем другое мнение. Да и неизвестно, что мог наговорить ему Ренделли…

Если поначалу Ори просто нервно мерила шагами спальню, то вскоре всё же поняла, насколько это глупо и бессмысленно. Хотя, наверно, если бы не её горничная, то за всеми этими метаниями Ориен бы просто не успела подготовиться к предстоящему ужину.

К счастью деятельная Алисиния сразу заметила, что её госпожа не в себе, потому и не стала с ней особенно церемониться. Она почти силой затащила Ори в ванную комнату, шустро помогла ей раздеться, влезть в воду и только потом отправилась подбирать нужный наряд. Благо, по распоряжению Литара все вещи Ориен ещё накануне перенесли в его гардеробную, и теперь несчастной горничной больше не нужно было постоянно бегать в спальню Ориен.

После Алис помогла Ори одеться, соорудила на её голове изысканную причёску, и уже потянулась за футляром с драгоценностями, но девушка остановила её, заверив, что дальше справится сама. С этим горничная спорить не стала. Поклонившись хозяйке, она собрала расчёски и оставшиеся заколки, и вышла из комнаты.

Как только за ней закрылась дверь, Ори достала с самого дна шкатулки чёрно-белый перстень, протянула сквозь него золотую цепочку и надела ту на свою шею. Тонкая золотая змейка оказалась достаточно длинной, чтобы позволить этой довольно странной подвеске скрыться под тканью платья, в то время как сама смотрелась на девушке довольно гармонично.

Остановившись перед большим зеркалом, Ориен окинула печальным взглядом своё отражение, оценила красоту и изысканность надетого на ней синего платья… и отвернулась к окну, с болью понимая, что ей ничего этого не нужно… если рядом не будет Литара.

И будто почувствовав эту грусть, объект её мыслей распахнул дверь и уверенно вошёл в спальню.

— Лит… — ту же выдохнула Ориен, поворачиваясь к нему. Она хотела многое ему сказать, многое объяснить. Попросить, чтобы он не злился… уверить, что её встреча с княжичем была случайной… но он не дал ей сказать ни слова.

Увидев стоящую перед зеркалом девушку, он бросил на кровать свой пиджак, который держал в руках, и решительно двинулся к ней. А подойдя ближе, вдруг обнял и прижал к своей груди так крепко, что Ори даже стало немного больно.

— Прости, — проговорил он, тут же ослабляя объятия.

Но она и не думала на него обижаться, ведь сейчас, стоя в кольце его рук, чувствовала себя почти счастливой.

— Ори, сам себе удивляюсь… — добавил он тише.

— Тебе не за что извиняться, — отозвалась она, проводя рукой по его щеке, на которой уже начала появляться лёгкая светлая щетина.

— Глупо, Ори, — протянул он, касаясь губами её пальцев. Потом чуть приподнял голову, посмотрел ей в глаза и с горькой усмешкой добавил: — Никогда не думал, что способен на ревность. А сегодня понял, что это такое… Гадкое чувство.

— Ревность? — тихо переспросила девушка.

Сама она даже не предполагала, что та злость Лита могла быть вызвана чем-то подобным. Она-то думала, что он просто недоволен тем, что она повела себя неправильно. Что вообще позволила себе заговорить с княжичем без его разрешения. На самом деле Ориен раньше никогда не сталкивалась с подобным чувством. Слышала о нём, но сама ни разу не испытывала.

— Да, Ори, ревность, — повторил Лит, с какой-то грустной улыбкой. — Низменное чувство, глупое. Оно отравляет душу… Въедается в мысли. Давит… — он вдруг осёкся и легко коснувшись губами её губ, снова посмотрел в глаза. — Скажи мне, Ори… почему ты со мной?

Она смотрела на него, не зная, что ответить. Соврать? Придумать отговорку? Но ведь Лит обязательно почувствует её неискренность. Но что тогда? Сказать правду? А нужна ли ему эта правда?

— Ориен, — протянул он, произнося это имя так, будто оно было для него заклинанием. Будто само по себе умудрялось согревать его сердце. — Ты говорила, что я нужен тебе. Но ведь ты свободна… Я не имею никакого права держать тебя при себе, — он как-то особенно тяжело вздохнул и добавил: — Кстати, Ренделли Орте Горини испросил моего позволения общаться с тобой. Поразительный человек — пробыл во дворце всего пару часов и уже имеет информацию о том, что ты моя фаворитка и, как мне показалось, знает о наших отношениях едва ли не больше чем я сам.

— Лит, он ведь на самом деле может помочь, — с надеждой проговорила Ори, обнимая своего принца. — Я обязана показать ему перстень отца.

— Да, милая, — отозвался Лит, легко поглаживая пальцами её шею от затылка до плеча. — Поэтому и дал ему своё разрешение. Но знаешь, что хуже всего? — он снова посмотрел ей в глаза и чуть качнул головой. — Умом я понимаю, что поступил правильно, но это гадкое чувство… оно будто ядовитая змея, обвивает душу и всё время норовит ужалить.

Ей было странно слышать от него эти слова. Всё же всесильный Белый Сокол, признающий собственную слабость, её даже немного пугал. И пусть он говорил всё это совершенно искренне, да только своё сознание открывать уж точно не собирался. Но вот в его взгляде, в ласковых прикосновениях, в словах так и сквозила горечь и что-то похожее на страх… И именно он сильнее всего сбивал Ориен с толку.

Так и не дождавшись ответа на свой вопрос, Лит всё же нехотя отпустил Ори и направился прямиком в гардеробную, а девушка так и осталась стоять на месте, растеряно глядя ему вслед.

Ревность… Что она вообще знала об этом? Да почти ничего. Слышала когда-то, что это чувство испытывают те, кто боится потерять другого человека… боится, что ему предпочтут другого. Мили говорила, что ненавидит всех девушек Сита… но она любила его, пусть он и не принимал её чувств. А Милена знала это, но всё равно продолжала ревновать.

Но… как это может быть связано с Литаром?

Ори прошла по комнате, размышляя о том, что именно вызвало у него такие странные эмоции. Но по всему получалось, что он разозлился, узнав, что она была в парке с княжичем… То есть, наедине с другим мужчиной. Значит… он на самом деле боится её потерять? Допускает мысль, что она может от него уйти?

Ориен грустно усмехнулась своим мыслям и медленно подошла к стеклянной балконной двери. А за ней… на столицу стремительно опускались сумерки. Солнце уже спряталось за горизонтом, и вскоре вся округа должна была погрузиться во мрак ночи…

— Думаешь о кольце? — раздался над её ухом спокойный и немного грустный голос Литара.

Он легко приобнял Ориен за талию, прижимая к своей груди, и провёл губами по гладкой коже её шеи.

— Обо всём понемногу, — отозвалась девушка, наслаждаясь его родным теплом и лаской. — Пора идти на ужин?

— Увы, Ори, но на сие мероприятие ты отправишься без меня, — сказал он, кладя подбородок на её плечо. — Пришло сообщение от наших агентов, что в связи с приездом ишерцев резко активизировались люди, состоящие в так называемом ордене «Красный след». Сейчас они активно собирают сторонников, готовят агитаторов. По каким-то причинам им очень не нравится тот факт, что мы хотим наладить отношения с ишау. И если, милая моя Ори, сейчас мы не задушим их движение, пока его ещё можно задушить, то очень скоро они придут к нам сами… с толпой сподвижников. И о том что случиться тогда, лучше даже не думать.

Она всё же обернулась и с откровенным испугом посмотрела ему в глаза.

— Ты тоже пойдёшь к ним? — спросила она, искренне не желая, чтобы он принимал участие в этом опасном деле. — Лит…

— Нет, не пойду, — ответил он, ловя её полный беспокойства взгляд. — Но мне нужно координировать действия сотрудников. Да и отец обещал присоединиться ко мне. Ему тоже не даёт покоя эта их организация. А ещё, как оказалось, младший из лордов Орте Гриан является заместителем главы внешней разведки Ишерии, и у него тоже есть важная информация по нашим фанатикам, с которой мне ну очень интересно ознакомиться.

— Тогда, может, я поужинаю здесь? — с надеждой предложила девушка, которой после его объяснения на душе стало заметно спокойнее.

— Увы, но нет, Ори, — покачал головой Сокол. — Ты должна присутствовать. К тому же там у тебя будет прекрасная возможность пообщаться с Его Высочеством Ренделли.

И как бы ни старался Литар скрыть от неё свои истинные эмоции, Ориен всё равно почувствовала, как он напрягся от одного лишь упоминания имени княжича. И в этот самый момент она вдруг осознала, что готова на что угодно, лишь бы не видеть этого опасения и затаённой боли в его глазах.

— Но будет спокойнее, если с тобой пойдёт Лиара, — добавил Сокол беря её за руку и направляя к выходу из спальни. — Пусть она тоже присутствует при вашем разговоре.

Ори покорно кивнула, даже и не думая возражать. Она и сама хотела попросить герцогиню побыть её компаньонкой, и теперь только уверилась в правильности такого решения. Ведь, несмотря на то, что знакомы они были совсем недавно, Лиара казалась Ориен достаточно надёжным человеком, который ни за что не станет рассказывать кому-то её тайны, да и в присутствии этой леди княжич уж точно не позволит себе ничего лишнего. Всё же на Ори произвела немалое впечатление его фантазия, в которой он так жарко её целовал.

У дверей, ведущих в парадную столовую гостевого крыла, Лит остановился и, пожелав Ори хорошего вечера, уже хотел уйти, но она неожиданно даже для самой себя, поймала его за руку.

— Ты спрашивал — почему я с тобой? — сказала она, переплетая свои пальцы с его и вглядываясь в чуть грустные глаза своего принца. — Я скажу… но ты уверен, что хочешь знать мой ответ?

Он уже чувствовал, что она собирается сообщить ему что-то важное. Нечто, способное многое изменить… перевернуть его мир. Но, невзирая на свои опасения, всё равно согласно кивнул. Сейчас он был уверен в одном — что бы ни сказала ему Ориен, это будет истинной правдой.

— Мне не нужен никто другой, — проговорила она тихо. Потом вздохнула, приподнялась на носочки и добавила, легко коснувшись губами его губ. — Никто… кроме тебя. И у этого есть, по крайней мере, одна важная и неисправимая причина… — Ори чуть улыбнулась и добавила, глядя ему в глаза: — Я люблю тебя, Литар. Ты — в моём сердце.

И пока он пытался осмыслить услышанные только что слова, она развернулась и скрылась за дверью столовой. А Лит так и остался на месте, с невероятной нежностью и безумным трепетом ощущая, как разгорается диким первозданным пламенем огонь его души. Корка льда, с самого рождения сковывающая его сердце, в одно мгновение покрылась мелкими трещинами и… рассыпалась, а энергия стихии внутри стала поистине огромной. Её жар был таким сильным, что на какое-то мгновение Литару даже показалось, что сейчас он попросту воспламенится, сам станет чистым огнём. Что ещё мгновение, и его разорвёт на части от переполняющих душу эмоций.

«Любит» — пронеслось в его голове, а на лице сама собой медленно расплылась до глупого счастливая улыбка. «Любит…» — повторил он мысленно, всё ещё не в силах поверить, что это на самом деле так.

— Любит… — беззвучно прошептал одними губами. — Боги… любит…

Несмотря на то, что именно из-за него она попала на каторгу, из-за него была вынуждена пережить столько жутких событий… Да что говорить? Ведь ещё месяц назад их общение даже на дружеское не было похоже. Он использовал её, она же его попросту боялась. И вот… любит.

Но Лит верил её словам, даже не допуская мысли, что она может врать. Их общение… их отношения с самого начала строились на правде, какой бы неприятной и даже грубой эта правда ни была. Но, даже учитывая всё это, он всё равно не мог понять, как она смогла полюбить его после всего, что он сделал. Ведь её подруга — Милена была права: именно он, Литар, сломал Ориен жизнь. Всего одной фразой, брошенной не подумав, обрёк бедную девочку на муки каторги.

И сейчас он был готов сам себя ударить за тот глупый поступок. Но, увы, это уже всё равно ничего бы не исправило. И всё что он мог, это постараться искупить свою вину перед Ори, и сделать всё возможное, чтобы найти её родителей.

Послышался звук шагов, в конце коридора показалась целая колонна слуг, несущих на подносах самые разнообразные блюда, и именно их появление вернуло Лита в реальность. Он решительно развернулся и направился в сторону департамента правопорядка. И как бы ему ни хотелось сейчас догнать Ори, обнять её, поцеловать… но впереди его ожидал ужин с отцом и двумя ишерцами, а так же планирование операции по уничтожению общества расистов-фанатиков, возомнивших себя вершителями высшего правосудия.

* * *

Торжественный ужин по случаю приезда делегации ишау проходил на удивление спокойно. За большим столом собралось не так и много людей, а благодаря завязавшейся беседе между ишерским княжичем и принцем Дамьеном, в которую оказались вовлечены почти все гости, атмосфера этого вечера стала по-настоящему тёплой. Даже королева в коем-то веке отказалась от маски холодно невозмутимости и позволила себе расслабиться.

Дамьен увлечённо рассказывал Ренделли и сидящему рядом с ним Хемиэрте о карильском королевском театре, с восхищением описывал недавно приобретённые его отцом новые модели картелов и их воздушных аналогов — велиров. Обещал показать легендарный Эргонский водопад. Спрашивал, на самом ли деле у ишау есть крылья. А княжич слушал его с большим интересом, принимал все приглашения, а в ответ рассказывал принцу, королеве и другим присутствующим здесь придворным об Ишерии, о своём отце — князе. О знаменитых солёных озёрах, об огромном каньоне, разделяющем их небольшой материк на две части. О чудесных лесах, где растут удивительно красивые серебристые деревья и живут редкие и невероятно прекрасные чёрные единороги.

Услышав об этих существах, сидящие за столом дамы слаженно ахнули, а Ренделли улыбнулся и тут же поспешил добавить, что по легендам эти животные считаются самыми древними жителями всего их мира, а за убийство единорога в его стране предусмотрена только казнь.

— Видят Боги, я впервые жалею, что родился магом, ведь из-за этого путь в вашу страну для меня закрыт, — заявил Дамьен, совершенно позабыв про ужин. — Единороги… мне всегда казалось, что это сказочные персонажи. Ваше Высочество, — он с грустью посмотрел на улыбающегося княжича, — вы своим рассказом просто перевернули моё понимание мира.

— Магам сложно находиться в Ишерии, — подтвердил Ренделли. — Но залежи алисита, в большинстве своём, располагаются у берегов, а вот в центре страны его гораздо меньше. У нас даже есть города, где живут люди со стихийным даром. Правда, выезжать оттуда они не могут. Думаю, если вы будете готовы на несколько дней отказаться от использования магии, мы могли бы показать вам единорогов.

— Это было бы прекрасно! — с восхищением заявил младший карильский принц. — Решено, как только будут улажены все формальности, я обязательно приеду к вам с ответным визитом.

— Буду очень рад видеть вас в своей стране, — довольно отозвался ишерец.

— Дядя Дамьен, — влез в их разговор маленький Эркрит, у которого от встречи с ишерцами и так горели глаза, а уж после упоминания единорогов, он вообще засиял, подобно рассветному солнышку. — Я тоже поеду с тобой, — заявил он. — Мне совершенно необходимо нарисовать единорогов!

Глядя на внука, который уж точно отказываться от этой затеи не станет, Эриол совсем не по-королевски закатила глаза и покачала головой. Всем, кто хоть немного знал Эрки, было ясно, что этот теперь уж точно не отступится. И если ему не позволят поехать с Дамьеном, рано или поздно отправится к ишау сам, и вот тогда всё обязательно закончится плохо… для него в первую очередь.

— Мы поговорим об этом позже, — дипломатично протянула королева, одарив Эркрита строгим взглядом. И тут же повернулась к ишерским гостям и поинтересовалась у Хемиэрте, добывают ли в их стране драгоценные металлы и камни.

Ори слушала их беседу вполуха, изредка поглядывая в сторону княжича. Он же тоже то и дело смотрел на неё, а когда их взгляды всё-таки встретились, девушка легко ему кивнула. Ренделли в ответ на этот её жест лишь улыбнулся и снова вернулся к беседе с королевой и младшим принцем. И в этот момент он выглядел как человек, добившийся своего, в то время как сама Ориен всё больше нервничала.

— Ты совсем ничего не ешь, — наклонившись к её уху, заметила сидящая рядом с ней Лиара. — Тебя что-то беспокоит?

— Нет, — поспешила заверить её девушка и тут же наколола вилкой кусочек запеченной рыбы.

— Но ведь я вижу, что да, — не желала сдаваться герцогиня. — Это из-за ишерцев?

— В какой-то степени, — отозвалась Ориен. А потом всё же повернулась к женщине, смущённо посмотрела ей в глаза и без переходов и предисловий сообщила: — Лиара, мне необходимо поговорить с Его Высочеством Ренделли. Но я бы хотела, чтобы ты присутствовала при этом разговоре.

Несколько секунд герцогиня смотрела на неё с сомнением. А потом всё же спросила:

— Это… просьба Литара?

— Да, но мне самой так будет легче, — отозвалась Ори, отводя взгляд. — Так ты согласна?

— Да, — подтвердила та, слегка пожав плечами. — Предлагаю после ужина прогуляться по парку. Там вы сможете спокойно поговорить. Я же просто буду держаться рядом.

— Спасибо тебе, — искренне поблагодарила её девушка. — Для меня на самом деле важен этот разговор. Княжич сказал, что может помочь мне найти отца.

После этих слов Лиара как-то нервно вздохнула и снова повернула голову к той части стола, где сидели ишерцы в компании королевы и младшего принца. И не будь Ори так занята своими переживаниями, она обязательно заметила бы, насколько сильно подействовали на герцогиню её слова. Но сейчас, когда стало ясно, что одной ей идти на встречу с княжичем не придётся, ей стало намного легче. Настолько, что она даже нашла в себе силы хотя бы попытаться нормально поесть.

Когда после ужина все переместились в соседнюю большую гостиную, где играли музыканты и гостям были предложены различные развлечения, от карточных игр до танцев, герцогиня взяла Ориен под локоть и тихо увлекла за собой в сторону распахнутых стеклянных дверей, ведущих прямиком на одну из аллей дворцового парка.

— Пойдём, — проговорила она тихо. — Если я хоть немного разбираюсь в людях, то тот, с кем ты желаешь встретиться, объявится очень скоро.

И оказалась права. Всего спустя несколько минут на той самой дорожке, по которой они с Ори неспешно прогуливались, показался силуэт мужчины. И пусть в полумраке парка его было трудно узнать, но девушка не сомневалась, что это именно Ренделли.

— Леди Терроно, — поприветствовал он, учтиво кивая, и тут же перевёл взгляд на её спутницу, ожидая, когда Ори его представит.

— Лиара, перед вами, как вы и сами знаете, Его Высочество Ренделли Орте Горини, — объявила Ориен, которой лишние расшаркивания сейчас казались совершенно неуместными. Да только её собеседники явно придерживались другого мнения, и всё это было для них в порядке вещей. — А это леди Лиара Гради герцогиня Градицкая.

— Несказанно рад познакомиться с вами, леди Гради, — проговорил княжич, с улыбкой глядя на женщину.

— Для меня большая честь быть представленной вам, — со свойственной ей изящностью отозвалась Лиара.

— Леди Терроно, — княжич снова повернулся к Ори и спросил: — Вы принесли то, о чём мы с вами говорили?

— Конечно, — хмыкнула она и тут же потянулась к замочку на шее и расстегнула цепочку. После чего вытащила из корсажа тот самый перстень и протянула княжичу. — Вот он.

Ренделли кивнул и, взяв его в руки, подошёл ближе к одному из высоких столбов, на котором был размещён довольно яркий магический фонарик.

— Я был прав, — бросил он, с какой-то странной улыбкой. — Это знак первого круга… то есть ваш отец принадлежал к какому-то из кланов, наиболее приближенных к княжескому. Но буквы… «О» и «Г»… они слишком распространены. Только в нашем клане есть как минимум десяток семей с подобными аббревиатурами. Даже моя фамилия подходит… Орте Горини. Но, — он снова поднял на неё взгляд и добавил, — совершенно точно могу сказать, что мы с вами в близком родстве не состоим.

— И как же вы это определили? — с горькой усмешкой поинтересовалась девушка.

— Просто, — ответил ей княжич. — Если бы я был вашим близким родственником, то взяв вас за руку, смог бы своей силой спровоцировать ваши крылья. Но, как вы помните, ничего у меня не вышло.

И тут она вспомнила то, что могло существенно облегчить им поиски.

— Ваше Высочество, ответьте, пожалуйста, у многих ишау белые крылья? — спросила она, забирая из его рук кольцо и привычно надевая его на большой палец правой руки.

— Белые? — удивлённо переспросил княжич. — Это очень большая редкость. Насколько я знаю, в моей стране крыльями подобного цвета обладают всего несколько мужчин и одна единственная женщина. Но… вы хотите сказать, что ваши крылья — белые?

Он выглядел таким искренне озадаченным, что Ори не смогла сдержать улыбки. Странно, но несмотря на то, что они познакомились только сегодня, ей было удивительно легко общаться с этим ишерцем.

— Нет, Ваше Высочество, чёрные, — поспешила ответить она. — Но мне совершенно точно известно, что у моего отца крылья были белоснежными. И он называл себя Яро Красный.

— Яро? — в непонимании уточнил Ренделли. — Я-р-о… — снова произнёс он, растягивая буквы. И вдруг… издал какой-то совершенно неуместный смешок, а потом и вовсе расхохотался, чем окончательно смутил и без того нервничающую девушку.

Ориен непонимающе оглянулась на стоящую рядом герцогиню, которой, судя по выражению её лица, было совсем не до веселья. Лиара смотрела на смеющегося княжича и, казалось, готова была ударить его, только бы он перестал так откровенно потешаться над тем, что почему-то её расстраивало.

— Боги! — выпалил ишерец и, бесцеремонно схватив Ори за запястье, потянул ближе к свету фонаря. — Да как я сразу не понял?! — говорил он, вмиг растеряв всю свою царственную сдержанность. — Глаза ведь те же… один в один. Ориен, — он поймал её непонимающий взгляд и улыбнулся шире. — Я хорошо знаю вашего отца. Более того… он мой троюродный брат. Представляете?

Она продолжала молчать, пытаясь осмыслить всё, что сейчас услышала. Но Ренделли оказался настолько поражён собственными выводами, что никак не мог успокоиться.

— Поразительно… — добавил он. — Теперь понятно, почему ваше имя мне кажется знакомым. Ведь именно так зовут мою двоюродную тётку. Вашу бабушку. Да и способности к ментальной магии вам могли достаться только от белокрылых. Но я всё равно никак не могу поверить… Подозреваю, что ваш отец просто не знает о вашем существовании.

— Он… жив? — тихо спросила девушка, у которой внутри творился настоящий бардак из самых разных мыслей и эмоций.

— Конечно, жив. И здоров. Да и вообще, — он снова поражённо уставился на Ори и задумчиво поджал губы. — Вы удивительно на него похожи. Но характер вам точно достался не от папочки.

На какое-то мгновение огни, освещающие аллеи парка, полыхнули чуть ярче, и вокруг стало немного светлее. Но не успела Ори удивиться, как со стороны дворца показались две фигуры, в одной из которых она легко узнала Литара, а вот его спутником оказался один из ишерских гостей — младший из лордов Орте Гриан.

Но в этот момент Ориен была так шокирована словами княжича, что напрочь позабыла о любых правилах этикета. Сейчас подобные мелочи вообще волновали её меньше всего.

— Лит, — выпалила она, делая несколько шагов навстречу своему принцу. Она хотела сказать так много, но оказалась не в силах произнести больше ни слова.

Видя, что она явно не в себе, и не сомневаясь, кто именно повинен в таком её состоянии, Сокол бросил в сторону Ренделли недовольный взгляд, в котором читалось обещание серьёзного разговора. Затем снова посмотрел в глаза девушке, где сейчас отражалась невероятная растерянность, смешанная с откровенной радостью, и взял её за руку. А едва их пальцы соприкоснулись, сразу почувствовал, что её напряжение потихоньку начинает спадать.

— Рид, с Ориен вы знакомы, — проговорил Литар, обращая к своему спутнику. Затем остановился рядом с тем самым фонарём, где стояли герцогиня и княжич, и указал на странно побледневшую женщину. — Разрешите представить вам леди Лиару Гради герцогиню Градицкую.

Она же в ответ даже не кивнула. Просто молча смотрела в глаза замершему напротив неё ишерцу и почти не дышала. А в её остекленевших глазах плескалось столько эмоций, столько невысказанных слов, что она просто оказалась не в силах проговорить хоть что-то.

Лит же принял такую её странную реакцию за смущение, и уже обернулся к Ридьяро, чтобы как-то уладить сие недоразумение, но тот выглядел не менее шокированным. Из его взгляда в одно мгновение исчезла вся холодность, а на лице отразилось самое настоящее неверие.

— Лиа… — только и смог произнести он, вглядываясь в черты лица бледной герцогини.

Услышав его голос, Лиара вздрогнула и будто бы очнулась от странного оцепенения. И вдруг перевела испуганный взгляд в сторону явно озадаченной Ориен, и в одно мгновение вернула на лицо привычную маску спокойного высокомерия.

— Моё имя Лиара, — проговорила она, обращаясь к ишерцу и пытаясь изобразить вежливую улыбку. — А вот ваше мне до сих пор незнакомо.

На этой фразе в её голосе проскользнуло нечто, похожее на упрёк, но никто из присутствующих не стал заострять на этом внимание. А вот Ридьяро иронично и как-то горько усмехнулся и, повернувшись к княжичу, сказал:

— Рен, представь меня, пожалуйста, Её Светлости, — и чуть помолчав, уточнил: — По всем правилам.

Тот же лишь кивнул и, сделав шаг вперёд, обратился к герцогине.

— Леди Лиара, разрешите представить вам лорда Ридьяро — старшего наследника первой ветви рода Гриан, правящего клана Орте, — иронично-торжественным тоном проговорил Ренделли, а потом, повернулся к Ориен и добавил, будто поясняя специально для неё: — Моего троюродного брата.

Девушка на мгновение застыла и вцепилась в руку Литара с такой силой, что он поморщился. Медленно, будто страшась чего-то, перевела ошарашенный взгляд с княжича на того, о ком он говорил и судорожно сглотнула. Сейчас, когда Ридьяро больше не изображал из себя каменную глыбу она, наконец, увидела то, чего не замечала до этого. И пусть стоящий перед ней мужчина сильно изменился, но в нём всё равно угадывались черты того самого молодого улыбчивого парня, которого она видела в воспоминаниях фальшивой матери.

Яро…

Ридьяро… Орте Гриан.

Глава 9

На острове жизни моей…

В хмельной пустоте ожидания…

Я стала… я стала твоей —

Твоей пред лицом мироздания.

На жизни алтарь я ложу

Все чувства свои и желания…

И всё… всё, о чём я прошу —

Частичка тепла и внимания.

Твоя я, тебе отдана…

Богами ль, Судьбой… мне не ведомо.

Я в душу твою влюблена…

И ей лишь покорна и предана.

Всё сошлось так легко и просто что Ориен не смогла сдержать какой-то грустной улыбки. Ведь вот он… её финал. То, к чему она так долго стремилась. Перед ней стоит её отец… и, судя по тому, каким взглядом он смотрит на герцогиню, догадки Ори были верны, и именно эта женщина является её матерью. И, казалось бы, нужно радоваться, ведь мечта сбылась, вот только… почему-то в этот момент ей стало так горько, что искренне захотелось разрыдаться.

Но вместо этого она поступила иначе. Стянула с пальца ишерский перстень, на мгновение чуть крепче сжала его в ладони, будто стараясь на прощание впитать в себя частичку хранящегося в нём тепла. А потом отпустила руку Лита и подошла к Ридьяро.

— Лорд Орте Гриан, — безжизненным тоном начала она, протягивая ему кольцо. — Судя по всему, это ваше. Возьмите, пожалуйста. Наверное, оно важно для вас. Я… просто хотела его вернуть.

Он удивлённо посмотрел в глаза фаворитке принца Литара, только потом опустил взгляд и непонимающе уставился на знакомый до боли перстень, который не видел столько лет.

— Откуда… — выпалил он и тут же осёкся, снова глядя на стоящую перед ним красноволосую девушку.

Она же смотрела вниз, не желая встречаться взглядами ни с ним, ни с герцогиней, и больше всего сейчас мечтала просто уйти. Развернуться и убежать… Спрятаться в покоях Литара и тихо поплакать в одиночестве.

— Ориен, — дрогнувшим голосом позвал Ридьяро. — Посмотрите на меня.

И она всё же нашла в себе силы поднять голову и взглянуть ему в лицо. И то, что она там увидела, поразило её до глубины души. В глазах этого мужчины… ишерского лорда… отражалась такая дикая тоска, такая переполняющая душу боль, что Ори всё-таки не сдержалась… Она чувствовала, что по её щекам катятся мокрые капли, что на глазах продолжают наворачиваться глупые слёзы слабости, но оказалась не в силах держать себя в руках.

— Заберите кольцо, — сказала она, нервно растирая влажные дорожки тыльной стороной ладони. — Оно ваше. Делайте с ним, что хотите. А я просто хочу уйти.

— Нет, Ориен. Оно давно не моё, — отозвался ишерец, разглядывая её блестящие от слёз лицо, в котором всё больше узнавал такие знакомые черты. — Этот перстень я отдал девушке по имени Лиара… вместе со своим сердцем. Но она так его и не приняла. Не надела. И вот, прошло двадцать три года, и я вижу тебя… — Он с шумом выдохнул и всё-таки осторожно обхватил пальцами руку Ори, ту самую, на которой лежал его перстень.

И в следующее мгновение она почувствовала дикий безумный порыв силы, и что самое странное, эта сила была внутри неё. Будто все энергетические резервы её организма в одно мгновение собрались воедино, готовые в любой момент вырваться на свободу. А потом… тело Ори резко дёрнулось и выгнулось дугой, а за спиной против воли раскрылись большие чёрные крылья.

Ридьяро же вдруг отпустил её руку и крепко прижал девушку к своей груди, а Ориен даже не пыталась сопротивляться. Она чувствовала, как его сила гасит в ней остатки непокорной разбуженной энергии, подавляет её, заставляя снова вернуться в состояние покоя, и чувствовала… как постепенно успокаивается.

Почему-то вспомнилось, что когда-то она уже переживала нечто подобное, правда тогда поток бушующей в ней силы был в разы сильнее и гасить её, увы, оказалось некому. Это произошло после изнасилования, когда она разбитая, растоптанная лежала на каменном грязном полу одного из тёмных тоннелей катакомб. В тот момент Ори не понимала, что с ней творится. С организмом происходили странные вещи, тело будто выворачивало наизнанку, а внутри ощущалась такая обжигающая боль от проснувшейся энергии, что даже кричать не получалось.

Тогда этот кошмар продолжался до самого утра. И Ориен уже была уверена, что не выживет… думала, что это конец. Агония. Что больше никогда не согреется в лучах тёплого солнца, не сможет увидеть чистое голубое небо. В ту ночь она действительно почти умерла. Но с рассветом, будто возродилась… совсем другим человеком. Да только о том, что именно это и было её инициацией, догадалась гораздо позже.

Тогда она чуть не сгорела в потоках бесконтрольной энергии. Ведь рядом не оказалось никого способного помочь, никого, кто мог бы удержать этот невероятный шквал неконтролируемой силы. Но сейчас, стоя рядом с тем, кто совершенно точно не желал ей зла, кто был сильнее её, кто полностью контролировал ситуацию… Ори вдруг стало небывало спокойно.

— Ты моя девочка, — прошептал Ридьяро, проводя рукой по её спине, где ещё мгновение назад были крылья, а теперь остались только две дыры на платье в месте их выхода. — Ориен Орте Гриан, — добавил он громче. — Здесь при свидетелях, я официально признаю тебя своей дочерью.

Она подняла на него растерянный взгляд, и хотела что-то сказать, но вдруг позорно всхлипнула и разрыдалась, уткнувшись лицом в его грудь. После этого странного контакта, после всплеска силы, в которой совершенно точно участвовала не только её, но и его энергия, она уже не сомневалась, что он — её родитель. Отец…

— Лиара, — ледяным тоном позвал он, поворачиваясь к белой, как полотно герцогине. — Говори… почему она не знала, что ты её мать? Почему, наша дочь росла одна?

Ори снова всхлипнула и, заглянув ему в глаза хотела спросить, откуда он это знает, когда услышала рядом спокойный, но какой-то надломленный голос Лита.

— Я рассказал, — бросил он, глядя на заплаканное лицо девушки. — Думал, что лорд Орте Гриан сможет оказать содействие в поиске твоего отца. А он и оказал…

Ори грустно усмехнулась сквозь слёзы и попыталась мягко отстраниться. Ридьяро не стал её удерживать, позволяя девушке отойти. Но она остановилась в шаге от ишерца и снова протянула раскрытую ладонь с лежащим на ней кольцом.

— Оно принадлежит твоей матери, — пояснил он, чуть нахмурившись и с грустью глядя на свой собственный перстень. — По нашим обычаям, Ориен, брак считается свершённым, если женщина принимает родовое кольцо своего жениха, и оно признаёт её хозяйкой. В тот день, когда я решил отдать его Лиаре, оно перестало быть моим.

Тогда Ори молча кивнула, решительно повернулась к герцогине и, не глядя в её глаза, протянула ей чёрно-белую драгоценность.

— Забери… — проговорила она, севшим от нервов голосом.

Но её мать не сдвинулась с места и даже не дернулась. Она смотрела на Ориен и просто не знала, что делать дальше? Как быть?

— Забери! — выкрикнула Ори, а потом сама взяла её за руку и вложила пресловутый перстень в её ладонь. — Оно твоё. Не моё… Мне оно никогда не принадлежало.

— Ориен, — сдавленно прошептала женщина, но Ори не стала её слушать.

В этот момент она пребывала не в том состоянии, чтобы покорно принимать чьи-то оправдания. Резерв её терпения окончательно исчерпался, и сейчас она едва сдерживала себя, чтобы не закричать от той боли, что, будто змея, кольцами сдавила грудь. Поэтому, не говоря больше ни слова, развернулась и направилась к дворцу.

Литар же хотел пойти за ней и даже почти сделал шаг, но вдруг неожиданно даже для самого себя передумал. Он понимал, что сейчас Ори нужно осмыслить произошедшее. Осознать, обдумать. Что-то принять, с чем-то смириться… и хотя бы попытаться навести порядок в собственных мыслях. А это, как известно, лучше всего делать в одиночестве.

Он проводил девушку напряжённым задумчивым взглядом, и только когда её силуэт скрылся за дверью, ведущей в одну из гостиных дворца, глубоко вздохнул и повернулся к Ридьяро.

— Она очень сильная девушка, — сказал Литар, глядя ему в глаза. — В её жизни случались и более страшные потрясения. Сейчас ей просто нужно немного побыть одной. А после… когда она немного успокоится, вы обязательно объяснитесь. Но…. - он перевёл взгляд на герцогиню, которая явно сама была на грани нервного срыва, и добавил: — Думаю, перед тем, как говорить с Ориен вам бы самим не мешало побеседовать. И не здесь…

— Не могу с вами не согласиться, — холодным тоном бросил Ридьяро.

С этими словами он подошёл к Лиаре и, сжав пальцы на её запястье, повёл за собой вглубь парка. Она не сопротивлялась… На самом деле сейчас эта женщина больше была похожа на какую-то заводную куклу, чем на живого человека. За тем лишь исключением, что куклы не умели плакать… а по щекам Её Светлости беззвучно катились холодные слёзы.

— Да… дела, — протянул княжич, глядя вслед уходящему в темноту родственнику. — Я знал, что Рид отдал перстень женщине, которая по каким-то непонятным причинам его не приняла, но даже не подозревал, что она — человек. А теперь получается… — он на секунду задумался и вдруг усмехнулся. — Ориен — моя троюродная племянница… Надо же.

Ренделли перевёл взгляд на стоящего рядом Лита, и его улыбка стала по-настоящему хулиганской.

— А вам, Литар, я теперь не завидую, — сказал он, даже не пытаясь спрятать собственную иронию.

— Это ещё почему? — уточнил Сокол, поворачиваясь к своему собеседнику.

— Ридьяро не станет мириться с тем, что вы спите с его дочерью, — пояснил Ренделли, разводя руками. — У нас с этим всё обстоит довольно строго.

— Я заметил, — бросил Лит, кивая в ту сторону, куда ушли родители его фаворитки. — А ребёнок у них просто так получился… зачался неким волшебным образом? — иронично бросил он. — Так что не переживайте о моей личной жизни. Лорд Орте Гриан, конечно, имеет право высказать Ори свою позицию по этому вопросу, но решение принимать всё равно будет она.

* * *

Ориен сидела в самом центре небольшого квадратного бассейна и с отсутствующим видом наблюдала за тем, как из изогнутой позолоченной трубы вытекает горячая вода. От медленно наполняющейся ванны поднимались светлые клубы пара, наполняя теплом прохладное помещение. Вокруг было тихо и очень спокойно, и только монотонный звук падающей воды делал эту тишину какой-то живой.

Девушка больше не плакала. То ли успокоилась, то ли попросту закончились слёзы. Но теперь, вдали от эпицентра собственной печали, ей стало гораздо легче. Сейчас вся эта ситуация уже не казалась ей такой уж невероятной. Ведь она же, на самом деле, догадывалась, что Лиара — её мать, и даже хотела, чтобы это оказалось правдой. А Ридьяро… о нём Ори пока знала слишком мало. Но уже сейчас могла сказать, что её отец — человек жёсткий, сильный, волевой и категоричный. Ренделли прав, она сама характером пошла не в него, но и от матери в её натуре тоже было очень мало.

Родители… Подумать только? Мама и папа. Те, кто должен был стать её семьёй… Те, кто должен был растить её… любить. Интересно, как бы сложилась её жизнь, если бы они жили все вместе. Вероятнее всего, она бы выросла настоящей леди, получила бы прекрасное образование, а о каторге вообще имела довольно смутное представление. Ей бы никогда не пришлось под покровом ночи пробираться в чужие спальни, воровать драгоценности. Её внимания бы добивались знатные лорды… и она бы уж точно никогда не узнала, что такое насилие.

В комнату тихо вошёл Литар, но Ори всё равно продолжала сидеть неподвижно. Она знала, что он сейчас не станет ничего говорить. Всё, же, как бы ни складывались их отношения раньше, сейчас он понимал её, как никто другой. Поэтому и не пошёл за ней сразу. Отпустил… дал время прийти в себя. Подумать… поплакать…

Он спокойно разделся и, не говоря ни слова, опустился в воду за её спиной. А потом приобнял за талию и, подвинув ближе, крепко прижал к себе.

Несколько минут они сидели, слушая лишь звук воды, которая всё продолжала стекать в выложенный мраморной мозаикой бассейн. Постепенно расслабляясь в его руках, Ориен доверчиво откинула голову на его плечо и прикрыла глаза. И сейчас, наслаждаясь объятиями своего Сокола, в очередной раз подумала, что рядом с ним ей очень хорошо и спокойно. Настолько, что любые потрясения начинают казаться лишь досадными недоразумениями.

— Спасибо тебе, что ты есть, — проговорила она, открывая глаза. — Спасибо… что пришёл.

Он же вместо ответа, поймал её руку и, поднеся к своим губам, поцеловал запястье.

— Всегда к вашим услугам, — прошептал он, но вдруг улыбнулся и добавил: — Леди Орте Гриан.

Ори хмыкнула, но возражать против такого обращения не стала. Да… теперь она уж точно леди. По праву рождения. Но, Боги, какая же злая ирония судьбы! Её мать — герцогиня, отец — родственник ишерского князя, а она… приютская девочка, воровка и беглая каторжница.

— Где они? — тихо спросила Ори, и принц прекрасно понял, кого именно она имеет в виду.

— Остались в парке, — сказал Литар. — Им нужно поговорить. Ведь, исходя из того, что нам известно, расставались они при странных обстоятельствах. А ведь Ридьяро на самом деле собирался жениться на Лиаре. Честно говоря, мне самому интересно, как они вообще умудрились познакомиться.

Ори вздохнула и перевела взгляд на руки Литара, спокойно лежащие на её животе.

— Он был шокирован не меньше меня, — сказала она, наконец. — Но признал… сразу. И принял тот факт, что у него, оказывается, есть взрослая дочь. А ещё… он явно разозлился на Лиару. Мне кажется, он считает её виноватой в том, что я росла одна.

— Это не удивительно, — ответил Сокол. — С его стороны эта история выглядит даже гадко. Ведь Лиара не приняла его кольцо, а после, оставив маленькую дочь, выскочила замуж за герцога. Таковы факты, Ориен. На самом же деле, здесь слишком много непонятного. Но, я очень надеюсь, что ты согласишься выслушать своих родителей, и тогда нам обоим многое станет ясно.

Она кивнула, ведь и сама понимала, что им всем нужно будет поговорить. Но вдруг приподнялась и, развернувшись, села к Литару лицом.

— Что-то не так? — настороженно поинтересовался он, заметив в её лице смущение. — Говори, Ори.

— Я хочу… попросить тебя, — начала она и вдруг остановилась и опустила голову. — Но, наверное, это будет слишком.

— Проси. Обещаю, я сделаю всё, что в моих силах, — мягким тоном заверил её Литар.

— Мне тяжело… — попыталась начать она, да только снова сбилась и замолчала. Но, набравшись смелости, всё же посмотрела ему в глаза и сказала: — Я хочу, чтобы присутствовал при разговоре с ними. Мне легче, когда ты рядом.

— Конечно, милая, — отозвался он, касаясь её лица. — Я и сам собирался попросить тебя об этом.

— Правда? — её голос прозвучал так, будто она сама боялась поверить в то, что слышит.

— Правда, Ори, — отозвался Лит. Потом наклонился ближе и, коснувшись губами её губ, проговорил: — Ты очень мне дорога. И я чувствую, что тебе нелегко всё это принять, но… так нужно. Потом будет проще. Но теперь ты — Орте Гриан. Официально.

На её губах растянулась горькая улыбка, а в глазах отразилась грусть.

— Странно получается, — протянула Ори, гладя своего принца по распущенным завивающимся волосам. — Когда-то я пришла к тебе, желая найти родителей. А теперь, когда, наконец, отыскала их, понимаю, что мне нужно совсем не это.

— А что? — спросил он, ловя её взгляд.

— Ты… — сказала она шёпотом и, придвинувшись ближе и коснувшись поцелуем его губ, отстранилась и добавила. — Мне нужен ты, Литар. Я ведь на самом деле тебя люблю.

Она не ждала от него никаких слов, ведь не сомневалась, что ответных признаний не услышит. Ей просто хотелось, чтобы сейчас он был рядом… как можно ближе. Она сама поцеловала его, и в этом поцелуе отразились все её истинные чувства. А он отвечал ей с не меньшим трепетом, со всей той теплотой и нежностью, что вызывала у него эта девушка. Обнимал её так осторожно и ласково, будто она была его единственным, самым важным и величайшим сокровищем.

Позже, когда она спокойно уснула, доверчиво прижавшись к его боку, он ещё долго лежал, рассматривая лицо своей красноволосой девочки, умилялся тому, какой светлой кажется её кожа на фоне чёрных простыней, слушал её мерное дыхание, и именно в этот момент вдруг понял, что просто не может никому позволить забрать её у него. Ни Ридьяро, который точно будет против этих их отношений. Ни Ренделли, который явно имеет виды на его Ориен. Никому… даже самой смерти.

Но в то же время он прекрасно понимал, что если сама Ори решит отказаться от их отношений, то он ничего не сможет с этим сделать. Она заслуживала большего, чем считаться простой фавориткой. А он был не готов к тому, чтобы жениться на ней.

Несмотря на то, кем оказались её родители, несмотря на то, что она вполне гармонично вписалась в дворцовую жизнь, роль принцессы была не для неё. Это ведь тоже работа, обязанности, обязательства. Ведь ей пришлось бы наравне с Террианой постоянно находиться на виду, стать публичной личностью… жертвой сплетен и пересудов. Он просто не представлял мягкую чистую Ори в центре всей этой дворцовой грязи.

Да и… не мог он на ней жениться. Даже если бы и захотел.

И пусть она любит его… такая жизнь не для неё. Но, кто бы мог ответить, почему от одной мысли о том, что рано или поздно они расстанутся, ему хотелось кричать? Почему жизнь без неё теперь представлялась для него сплошной полосой мрака? Когда он успел настолько к ней привязаться… привыкнуть… полюбить…

«Полюбить?» — он мысленно произнёс это слово. Потом ещё и ещё раз… снова посмотрел на спящую Ориен и, обняв её крепче, уткнулся носом в её волосы. Она пахла его мятным мылом, лесными травами и свежим ветром, а ещё уютом, теплом и чем-то невероятно родным. Она была мягкой, нежной и очень хрупкой, но вместе с тем имела несгибаемую волю. Её душа на самом деле была чистой. Несмотря на все выпавшие на её долю беды, она так и не научилась ненавидеть, врать, хитрить. Она не держала зла на людей… даже на тех, кто был с ней груб. И… простила ему всё. Полюбила его. А он сам не заметил, что полюбил её.

Полюбил… хоть и был уверен, что не способен на подобные чувства.

— Спи моя девочка, — прошептал он, натягивая на неё одеяло. — Спи…

Услышав его голос, она нежно улыбнулась во сне и прижалась к нему теснее.

— …любимая, — прошептал Лит, целуя её голое плечо. — Моя.

* * *

Когда утром следующего дня Литару доложили, что с ним желает встретиться лорд Орте Гриан, принц совсем не удивился. На самом деле он даже ждал этого разговора, вот только не думал, что ишерский гость заявится к нему в департамент с самого раннего утра, ещё до завтрака. Всё же беседа им предстояла совсем не простая. Да и к оговоренным накануне совместным проектам и расследованиям отношения явно не имела.

Вчера за ужином, да и позже, во время обсуждения путей решения проблемы с фанатиками из ордена «Красный след», Лит имел возможность взглянуть на Ридьяро совсем с другой стороны… не как на противника, а как на союзника. Этот ишерец, действительно, оказался неплохо осведомлён о положении дел в Карилии, и об обсуждаемой организации знал даже больше, чем сам Сокол. Ему оказались известны имена многих представителей высшей аристократии королевства, поддерживающих сие движение, и он не собирался держать эту информацию в тайне или использовать её как козырь. На самом деле Орте Гриан был не меньше самого Литара заинтересован в том, чтобы это движение просто перестало существовать.

И казалось бы, что в этом сложного? Ведь можно просто арестовать всех участников, а главарей и вовсе публично казнить. Наверно это могло бы стать выходом, если бы этих людей не было так много. По словам Ридьяро на данный момент в рядах сей организации числилось больше тысячи человек. И с каждым днём их становилось всё больше.

Нужно было срочно принимать какие-то меры. Но главная проблема всей этой ситуации заключалась в том, что пока представители «Красного следа» вели себя достаточно осторожно. Да, их руководители активно взращивали в сознании своих сподвижников мысль о том, что ишау нужно непременно изгнать с континента, но пока это оставалось только разговорами. Пустой болтовнёй, за которую даже на каторгу не отправишь. Но и дожидаться того момента, когда их армии наберут мощь, тоже было бы слишком глупо.

Кай предлагал официально объявить их орден экстремистским, рассчитывая, что в таком случае люди попросту побоятся в него вступать. Но Лит не считал это достаточным. Здесь нужны были другие меры. Он полагал, что во избежание возникновения конфликтов, жители их страны, да и всего континента должны осознать, что ишау для них не опасны. Но вместе с тем, прекрасно понимал, что на это могут уйти годы. Всё же завоевать доверие людей куда сложнее, чем развить в них агрессию.

В итоге было принято общее решение продолжить наблюдать за «Красным следом» и в случае возникновения опасности, действовать жёстко. А ещё Ридьяро с Литаром договорились об обмене информацией и плотном сотрудничестве в этом вопросе. Тогда-то Сокол и подумал, что Рид мог бы помочь ему ещё в одном деле… касающемся Ориен. Почему-то, несмотря на свою невероятную интуицию, он даже не допустил мысли, что младший Орте Гриан может оказаться её отцом. Лит сам рассказал ему пор девочку. И про приют, и про её крылья… про дар к ментальной магии. И в парк они вышли тоже только за тем, чтобы попросить Ори показать Ридьяро кольцо.

Кто ж знал, что всё так обернётся?

И вот сейчас, сидя в кресле в своём рабочем кабинете, Лит почему-то ни капли не сомневался, что разговор снова пойдёт об Ориен. Вот только теперь они уж точно будут говорить не как коллеги… и даже не как политики.

— Литар, доброе утро, — ровным тоном поздоровался с ним вошедший ишерец.

Он закрыл за собой дверь и, спокойно пройдя через кабинет, присел в одно из стоящих у стола кресел.

— Доброе утро, — вежливо ответил ему Лит, но больше ничего добавлять не стал, ожидая, пока гость сам озвучит цель своего визита.

— Думаю, вы догадываетесь, о чём пойдёт разговор, — протянул ишерец, внешне сохраняя полное спокойствие, будто данная тема ни капли его не трогала.

— О моей Ориен, — спокойно отозвался Сокол, всего одной короткой фразой отражая свою позицию по волнующему их обоих вопросу.

Лит ведь прекрасно понимал, что Ридьяро, как отец, будет настаивать на прекращении их с Ори отношений. Ведь с его точки зрения роль чьей-то любовницы, пусть даже фаворитки принца, выглядела позорной для дочери человека, находящегося в родстве с князем. Тем более, что лорд Орте Гриан сразу заявил, что признаёт Ори, а значит готов заявить на неё свои права… как родитель.

— Литар, — начал Рид. Тон его голоса оставался хоть и холодным, но явной агрессии в себе не нёс. — Вы спите с моей дочерью… и я просто не могу принимать такое положение вещей нормально. Но… при этом прекрасно понимаю, что с вами она давно. Вы ей небезразличны, и если сейчас перед Ори поставить выбор между вами и мной, она без малейшего сомнения выберет вас. Поэтому, пока… — он подчеркнул это слово, желая показать, что сия мера носит исключительно временный характер, — …пока я буду принимать всё. Закрою глаза на вашу связь. В любом случае, если бы не вы… и не ваша роль во всей этой истории, то мы бы с ней вообще могли не встретиться.

— Так и что же, в таком случае, вы хотите мне сказать? — с искренним интересом спросил Лит. — Признаться, я ожидал услышать что-то вроде жёсткого ультиматума.

— Я, конечно же, могу поставить вам и вашей королеве ультиматум… — усмехнулся Рид, но тут же покачал головой и добавил: — И потерять только что обретённую дочь. Нет, Литар, это было бы слишком глупо с моей стороны. Мы ведь с вами политики и понимаем, что в подобных скользких ситуациях никогда не стоит действовать сгоряча. А результата можно добиться только тонкой игрой.

Да, Литар понимал, хоть и не был особенно силён в политических интригах. Но сейчас, когда вопрос стоял так, что он может потерять Ори, ему пришлось мобилизовать все свои таланты, чтобы понять суть этой самой игры, которую собрался вести Рид.

— А к вам я пришёл с просьбой, — добавил ишерец.

— Очень интересно, с какой?

Лит наклонился чуть вперёд и, уперев локти в поверхность своего стола, сложил ладони домиком, неосознанно копируя привычку матери.

— Нам с Лиарой нужно поговорить с Ориен, — ответил Ридьяро. — Но я не уверен, что девочка согласится.

— Согласится, в этом можете не сомневаться, — заверил его принц. — И я даже организую вашу встречу… более того, предоставлю для этой беседы собственную гостиную. Но хочу вас предупредить сразу, я тоже буду присутствовать.

— У вас в этом есть какой-то интерес, или вам просто любопытно? — холодным тоном поинтересовался лорд Орте Гриан. По всему было понятно, что он не в восторге от перспективы открывать своё прошлое перед этим человеком.

— Это нужно не мне, а ей. — С невозмутимым видом ответил Сокол. Но тут же холодно усмехнулся и всё же решил высказаться до конца: — Вы хоть представляете, что всё это значит для Ори? Как она смотрит на людей… аристократов, богатых и ни в чём не нуждающихся, когда сама выросла в сиротском приюте? Что вы знаете о ней, Ридьяро? Как она росла, с кем общалась? Что она ела, в конце концов? Знаете, как пошла на первое ограбление? Как попала на каторгу? Скажите мне?

— Знаю, — тихо, но слишком нервно отозвался ишерец. — Пусть и не всё. Мне Лиара рассказала.

— Герцогине известны крупицы из биографии Ориен, — продолжал распаляться Сокол, которого вдруг несказанно взбесило, что этот человек, промаявшись где-то двадцать два года, теперь вдруг решил заявить права на его женщину. И пусть она хоть трижды его дочь, что это меняет?

— Я надеюсь узнать об остальном от неё, — отчеканил его собеседник.

— Да она никогда не расскажет вам и половины! — выпалил Литар. — Мне пришлось приложить очень большие усилия, чтобы узнать о ней хоть что-то. Но… иногда мне кажется, что лучше бы я этого не знал.

Видя, насколько всё это важно для Лита, ишерец вдруг устало выдохнул и отвёл взгляд в сторону, вмиг теряя всю свою напускную холодность.

— Вам, скорее всего, неизвестно, как происходит инициация у ишау, — проговорил он, делая вид, что рассматривает висящую на стене картину. — Это сложный процесс высвобождения силы, и его проводит всегда отец или старший в роду. Нечто похожее вы видели вчера… когда я коснулся её руки. Но сейчас речь не о том, ведь у чернокрылых есть, по крайней мере, ещё один способ инициации — до невозможности глубокое моральное потрясение. Когда тело и дух находятся на грани, когда впереди уже разворачиваются очертания тёмной бездны. Вот тогда, энергия ишау может вырваться сама… дабы спасти и не дать пересечь черту. А Ори инициирована… и я даже не представляю, что ей пришлось пережить, чтобы проснулась её кровь.

На самом деле Лит и раньше догадывался, с чем именно было связано появление у его Миража крыльев. И слова её отца только подтвердили эти догадки. Мгновение он сомневался, — стоит ли посвящать в это дело Рида, но в итоге всё же решил сказать:

— Её изнасиловали… — ледяным тоном выдал Сокол. — В катакомбах каторжного поселения. Двое стражников.

В то же мгновение глаза ишерца полыхнули серебром, а его зрачок вытянулся в тонкую линию. Весь его вид говорил о том, что сейчас он готов убить… разделаться с обидчиками дочери собственными руками.

— Они уже мертвы, — добавил Литар, не меняя тона. — Были осуждены на десять лет пребывания в том самом поселении. Их приговор озвучили перед всеми заключёнными. На следующий день их тела нашли в катакомбах. Забиты до смерти, — пояснил он с ледяной усмешкой. — И виновных я наказывать не буду. Потому что участников у того деяния было больше двух десятков. Можно сказать, что своими руками они исполнили мою волю.

Теперь во взгляде ишерца, обращённом на принца, появилось нечто похожее на благодарность и… уважение. И казалось бы, разве можно уважать человека за организацию жестокого убийства, но со стороны отца Ори поступок Литара выглядел истинным благом.

— Если бы сейчас они были живы, — суровым тоном проговорил Ридьяро, — то им бы пришлось иметь дело со мной. И вряд ли бы их жизни продлились долго.

Лит внимательно посмотрел в его глаза, в которых больше не было ни холода, ни недоверия, молча кивнул и перевёл взгляд на лежащий на столе блокнот с расписанием дел на сегодняшний день.

— Я могу устроить вашу встречу с дочерью через час, — спокойно предложил Лит, с таким видом, будто они и не упоминали ни каторгу, ни фактическую казнь двух подонков, а просто вели обычный светский разговор. — Согласны?

— Согласен, — ответил Рид и уже поднялся, чтобы уйти, но снова посмотрел на Лита и вдруг добавил, совсем другим тоном: — Вы нравитесь мне, Литар. И я был бы искренне рад, если бы избранником моей дочери стал такой человек. Вот только… я хочу, чтобы у неё была семья… но, при всём моём уважении, не верю, что вы готовы на ней жениться.

И ушёл, тихо прикрыв за собой дверь. А Лит проводил его хмурым взглядом, напряжённо вздохнул и, закинув голову назад, закрыл глаза. Теперь он уже не сомневался, что скоро потеряет свою Ори. Фактически, это было лишь делом времени.

И пусть умом он понимал, что так будет для всех правильней. Но, Боги…как объяснить это ноющему сердцу и скрученной в бараний рог душе, которые принимать такое положение вещей никак не желали. Как заставить себя поступать как надо, когда вся внутренняя суть активно выступает против?!

В этот момент ему стало настолько паршиво, настолько гадко, что он просто не смог и дальше оставаться на месте. И передав своему заместителю основные распоряжения, покинул здание департамента и направился в сторону королевского крыла.

Когда Литар вошёл в собственную спальню, Ориен уж проснулась. Она лежала на боку, подложив руку под голову, и выглядела при этом очень задумчивой. Но увидев Лита, который в такое время обычно не появлялся, улыбнулась и поспешила сесть.

— Привет… — проговорила она, но заметив в его глазах какую-то до невозможного горькую печаль, вдруг насторожилась. — Что-то случилось?

— Нет, — бросил он, хотя девушка прекрасно почувствовала — врёт. И за всё время их знакомства это вообще был первый раз, когда он сказал ей неправду.

— Литар, — Ори приподнялась и хотела уже повторить свой вопрос, но он не дал ей этого сделать.

Быстро преодолев разделяющее их расстояние, он остановился прямо перед сидящей на краю кровати девушкой. И пока она тщетно пыталась поймать его взгляд, Лит мягко надавил ей на плечи и уложил обратно на чёрные простыни.

— Что с тобой? — снова спросила Ориен, когда он навис сверху, явно собираясь её поцеловать. — Лит, я чувствую, что тебе плохо. Скажи мне… я ведь могу помочь.

— Не можешь, Ори, — прошептал он, касаясь губами её шеи. Потом снова посмотрел ей в лицо и попросил… причём с такой болью в голосе, которой она никогда раньше не слышала: — Поцелуй меня… Будь со мной. Ты очень мне нужна.

И это было чистейшей правдой. Она чувствовала, что причина такого состояния Литара именно в ней. Но поцеловала, как он и просил… вкладывая в этот поцелуй всю свою любовь, всю нежность, что испытывала, находясь рядом с ним, а потом чуть отстранилась и глядя ему в глаза, произнесла:

— Я люблю тебя, Литар. Очень люблю… Мне больно видеть грусть в твоих глазах и понимать, что являюсь её причиной. Пожалуйста… не думай о плохом. Будь со мной… — и снова потянулась к его губам, даже не пытаясь сдерживать собственных эмоций.

…В этой их близости всё было иначе. Она сама целовала его тело, снимала с него одежду, а он покорно принимал её ласки. И с каждым новым касанием мягких любимых губ всё больше успокаивался. Ведь на самом деле… ещё ничего не решено. Сейчас его девочка с ним, и даже не думает никуда уходить… уезжать. Она ведь любит его, а значит, не оставит.

В тот момент, когда Лит всё же перехватил у неё инициативу, Ори была уже настолько распалена, что дрожала от каждого его поцелуя, от каждой, даже невесомой ласки. А когда их тела всё же слились, так крепко обхватила его ногами, что Лит не смог сдержать улыбки.

— Моя воительница, — прошептал он ей на ухо. — Горячая, ласковая девочка. Как тебя можно не любить?

Это не было признанием, но у Ориен всё равно потеплело в душе от его слов. А все страхи и сомнения в один момент исчезли, — утонули в волнах её маленького, но такого огромного счастья. И даже физическое удовольствие вдруг перестало иметь хоть какое-то значение… ведь уже само то, что они были вместе… рядом, прижимались кожа к коже… грели друг друга своим теплом, оказалось достаточно, чтобы ощутить самое настоящее блаженство.

— Мой Литар… мой Сокол, — шептала она, цепляясь пальцами за его плечи и погружаясь в какое-то особенно яркое наслаждение.

Её тело содрогалось в его руках… А он смотрел в её затуманенные удовольствием глаза, понимал, что такая она только с ним, только для него, и улыбался. Как может улыбаться только человек, нашедший своё истинное счастье.

* * *

Когда Ориен с Литаром вошли в гостиную его покоев, и Лиара, и Ридьяро уже были там. Они сидели рядом на небольшом диванчике и тихо о чём-то переговаривались. Но первым на что Ориен обратила внимание, оказались их крепко сцепленные руки с переплетёнными пальцами. И этот жест стал для неё поистине знаковым. Ведь получалось, что эти двое — её мать и её отец, несмотря на прошедшие с их последней встречи двадцать три года всё равно… тянутся друг к другу.

— Добрый день, — поздоровалась девушка, останавливаясь у чайного столика. — Рада видеть вас вместе.

Она сама не поняла, почему это сказала. Просто… захотелось. Но Лиара в ответ почему-то стушевалась и опустила взгляд, а вот лорд Орте Гриан, наоборот, улыбнулся и смело посмотрел в глаза дочери.

— Добрый день, Ориен, — сказал он, и сегодня его голос звучал удивительно мягко. — Спасибо, что согласилась на эту встречу.

— А как же иначе? — пожала плечами девушка и направилась ко второму дивану, стоящему напротив того, на котором расположились родители. Правда руку Литара она так и не отпустила, и ему пришлось сесть рядом с ней. Хотя он и не был против. Совсем наоборот.

— Несмотря ни на что, мы виноваты перед тобой, — с серьёзным видом заявил Ридьяро. — Обеспечение благополучия детей — это главная обязанность родителей. А мы… не смогли тебе этого дать. И никакие оправдания не в силах снять с нас эту вину.

— Увы, лорд Орте Гриан, прошлого не изменить, — ответила ему девушка, глядя в такие же, как у неё самой серебристо-серые глаза.

— Но наше будущее — в наших руках, — добавил мужчина.

Внешне он выглядел очень спокойным и уверенным, но Ори чувствовала, что на самом деле он тоже нервничает. Лиара же вообще до сих пор так ни разу и не посмотрела ей в глаза, и была такой напряжённой, что просто не смогла этого скрыть. Заметив состояние женщины, Рид ободряюще сжал её руку и снова обратился к дочери:

— Я считаю, что ты, Ориен, имеешь право знать, почему всё случилось так… как случилось. Именно поэтому мы здесь.

— Я готова вас выслушать, — отозвалась девушка, но при этом крепче стиснула пальцы своего принца, который до сих пор предпочитал хранить молчание. — На самом деле кое-что мне известно и так. Нам с Литаром удалось выяснить, что вы были моряком и работали на корабле «Северная жемчужина». Так же ювелир, который делал гравировку на вашем кольце, сообщил нам, что сдал вас своему брату, который состоял в обществе «Красный след», что они держали вас у себя, и что вам удалось от них сбежать. Всё. О моей матери почти ничего выяснить не получилось. Мисс Кариэлла Терроно, у которой мы с ней жили до моих четырёх лет, рассказала, что та прятала внешность за амулетом, и назвалась чужим именем. Лилия. — На этом моменте Лиара, всё же подняла взгляд и заглянула в глаза дочери. Но Ори продолжала смотреть на отца… будто рассказывала всё это только ему. — А потом она заболела. Врачи не знали что это за болезнь, зато городской маг легко определил в этом какое-то проклятие.

— Это и было проклятие, — сдавленным голосом сказала герцогиня. — Чёрное, кровное, которое на меня наслали по приказу моей же матери. Она решила, что я выберу жизнь и свяжусь с ней. И да… я не могла позволить себе гордо умереть, потому что у меня была маленькая дочь.

Ори поймала её взгляд и на секунду замерла. Она чувствовала, что сейчас Лиара едва сдерживается, чтобы не разрыдаться, и в который раз поразилась невероятной выдержке этой хрупкой с виду женщины. Сейчас Ориен очень жалела, что почти ничего не помнит из поры своего счастливого детства. Почему-то ей казалось, что тогда в её жизни было много хорошего… светлого.

— Леди Лиара, я примерно представляю, что произошло дальше. Но всё же хотелось бы услышать это от вас, — вступил в разговор Литар, и сейчас Ори была очень благодарна ему за участие. Потому что самой ей говорить об этом оказалось очень сложно.

Герцогиня посмотрела на принца, затем повернулась к Ридьяро, и только когда тот кивнул, будто давая ей своё разрешение, заговорила снова.

— Здесь правильней начать с начала всей этой истории, — сказала она глядя на Ори. — Мне было всего семнадцать, когда моя мать, графиня Моника Дезри, сообщила, что некий герцог Градицкий пожелал взять меня в жёны. О нём ходили довольно странные слухи, будто он законченный повеса, мот и бабник. Я знала, что у него есть незаконнорожденный сын и что ему нужны официальные наследники. И всё бы ничего, но… Его Светлости было сорок пять, и в то время он казался мне стариком. И тем не менее, мама от моего имени дала ему согласие на этот брак. У меня не было выбора, и в какой-то момент я решила смириться… но в тот же вечер стала свидетельницей того, как именно предпочитает развлекаться с женщинами мой жених.

Она отвернулась к окну, будто от вида чистого голубого неба ей было легче говорить. А Рид переложил руку на её талию, прижимая к себе ближе. И этот его жест совершенно точно придал ей сил для продолжения рассказа.

— В то время мы с мамой и сёстрами отдыхали на побережье… в Карсталле, — сказала она, снова глядя в глаза дочери. — Там-то я и встретила Яро. После очередной ссоры с матерью сбежала на набережную и… упала, споткнувшись о камень. А он мне помог. Мы познакомились… как-то незаметно подружились. А накануне нашего с мамой отъезда, я призналась Ридьяро, что не хочу уезжать. Что предстоящий брак для меня равносилен плену.

— Я не мог тебя отпустить, — проговорил ишерец, поворачиваясь к Лиаре. — Уже тогда не мог.

Она вздохнула, легко ему улыбнулась и снова посмотрела на дочь.

— Яро предложил мне остаться. Пожить пока у него, а там… будет видно. И я… согласилась. Вернулась домой, собрала необходимые вещи, прихватила все драгоценности, и свои, и сестёр, а потом сбежала. У меня был амулет, меняющий ауру (подарок одного знакомого мага), поэтому я не сомневалась, что найти меня никто не сможет.

— Мы сняли домик на отшибе, — добавил лорд Орте Гриан, дополняя рассказ Лиары. — Жили там вдвоём. Сначала в разных комнатах… как друзья. А потом в одной. Я на самом деле хотел жениться… и должен был просто отдать кольцо, объяснить, что это такое и как это работает, но мне захотелось романтики. В общем… это нас и сгубило. Меня поймали ваши фанатики. Держали в каком-то подвале, собирались судить, но мне всё-таки удалось сбежать. Вот только оставаться в Карилии было небезопасно. Я ведь на самом деле не имел права находиться в этой стране. Поэтому и решил, что должен вернуться домой.

— Прошу прощения, Ридьяро, а как вы вообще оказались в Карсталле, да ещё и как простой моряк? — снова подал голос Лит. Всё-таки опыт ведения допросов и здесь оказался для него не лишним.

Лорд Орте Гриан посмотрел на принца и вдруг улыбнулся. И эта улыбка так преобразила его лицо, что Ори в который раз подивилась тому, как могла не узнать его сразу.

— Я уже рассказывал вам, Литар, как проходит инициация у чернокрылых ишау. Так вот, когда мне исполнилось двенадцать и пришло время вызвать мои крылья, отец не смог этого сделать. Он тогда сказал, что не чувствует моей энергии… Решил перенести сие действие на год. Но и тогда ничего не вышло. У меня не было крыльев, а это огромный позор для мужчины, принадлежащего к одному из высших кланов, состоящему в родстве с князем. Это клеймо на всю жизнь… А я ещё и старший сын, первый наследник, и оказался таким вот… порченным. И вот когда мне исполнилось восемнадцать, я решил, что лучше уж принять смерть, чем быть позором семьи. Ушёл из дома. Подался на флот, вот только никто из ишерцев меня брать в команду не желал. Уж не знаю почему. Тогда-то я и попал к людям, контрабандистам. С ними добрался до ближайшего человеческого острова. А там меня легко приняли матросом на «Северную жемчужину». Мы курсировали между сайлирскими и карильскими портами, перевозя грузы, а в зимние месяцы, когда море часто штормило, жили в Карсталле. Там я и встретил Лиару.

— Лорд Орте Гриан, но у вас ведь есть крылья, — возразила Ори, пытаясь понять, что в этой истории не так.

— Дело в том, Ориен, что чёрные крылья — порождение тьмы, а белые — созданы из света. Их энергии разные в корне. Но чёрная, разрушительная, не может пробудить белую, в то время как белая, созидательная, действует на всё. Именно поэтому мой отец, как носитель тёмной энергии, не смог помочь мне пробудить свою силу. Для этого нужен был другой старший родственник из белокрылых. А таковых у нас в роду не было уже три поколения. Белокрылые вырождаются, и то, что я оказался одним из них, стало сюрпризом для всех.

— Но тогда как? — не понимала девушка.

— Я влюбился, Ори, — с мягкой улыбкой ответил ишерец. — А когда получил свою любимую, когда узнал, что она тоже меня любит, испытал настоящее счастье. Тогда-то и пробудилась моя кровь. Тогда и появились крылья. Оказалось, что инициацию может спровоцировать всплеск эмоций. У белокрылых — светлых, а у чернокрылых — тёмных.

— Значит, вы на самом деле хотели жениться на Лиаре? — спросила девушка, желая уйти от темы инициации.

— Чтобы не подвергать её опасности, я должен был убраться из вашей страны. Тогда, сбежав от фанатиков, я отправился к Лие, попытался всё ей объяснить, отдал кольцо, сказал, что вернусь за ней.

— Почему вы не взяли её с собой? — спокойно поинтересовалась Ори. — Оставили её одну…

— Мне нужно было как можно скорее добраться до Ишерии, а корабли туда не ходили, тем более, зимой. Пришлось лететь, а нести её я бы не смог. Крылья тогда ещё не окрепли. Поэтому и сказал, что вернусь за ней.

— И не вернулись. — Ориен хотела сказать эту фразу ровным тоном, но она всё равно прозвучала, как упрёк.

— Вернулся, — заявил Орте Гриан. — Всего через месяц прибыл на своём корабле. Но не смог её найти, как ни искал. А всё потому, что твоя мать, Ори, не приняла моё кольцо. Она не надела его, не активировала нашу связь, и я вас потерял. Искал долго… очень долго, и перестал искать, лишь когда узнал, что моя Лиа вышла замуж за герцога. Того самого, от которого хотела убежать.

Ори тут же повернулась к женщине, очень желая выслушать её объяснения, но герцогиня снова перевела взгляд куда-то в сторону и выглядела крайне обеспокоенной.

— Лиара, — позвала её Ориен. — Скажи, почему ты не приняла кольцо?

И тогда та вздохнула и всё-таки нашла в себе силы посмотреть в глаза дочери.

— Потому что не поверила ему, — призналась она, сильнее прижавшись к Яро. — Потому что знала историю про крылья и сомневалась, что теперь буду ему нужна. Он вернулся к своим, а я осталась… ко мне приходили люди из этого гадкого ордена, но я их выгнала. Потом ещё и про беременность узнала. Да и… перед тем как Яро ушёл я сказал ему, что приму его перстень, только когда он вернётся. Я знала, что он сможет меня найти по этому кольцу, но не имела понятия, что оно непременно должно быть на моей руке. Глупо ждала… год, два, три… А ты, Ори была так на него похожа…

Герцогиня улыбнулась, а на её глазах всё-таки показалась плёнка из слёз. Но женщина тут же взяла себя в руки и, выпрямив спину, снова посмотрела на Ориен.

— А потом моя мать наслала это демоново проклятие. Я не маг и не разбираюсь в тонкостях. Знаю лишь то, что оно было как-то связано с кровью. Когда же меня привезли в наш родовой особняк, я была почти на грани, неделю не приходила в себя, а очнувшись, сразу же потребовала привезти мою дочь. Графиня отказала, заявив, что в её семье незаконнорожденных детей не будет. Тогда я рассказала ей про Яро, про то, что он ишерец, что обязательно вернётся за нами, и мы уйдём из её драгоценной семьи. И тогда я в ужасе узнала, что мама тоже является членом ордена «Красный след». Она так рассвирепела, что мне стало страшно. Устроила жуткий скандал, а потом ушла, хлопнув дверью. Зашла ко мне только на следующий день… — на этом моменте голос Лиары дрогнул и осип до шёпота. — Она, сказала, что ишерского отродья больше нет. И похвасталась, что девочка умерла от лихорадки, и ей не пришлось убивать её самой. С того дня я с графиней не разговаривала. А когда смогла встать, собрала свои вещи и ушла. Попросилась на временное жильё к сестре моего почившего отца. Наняла детектива, чтобы он узнал о судьбе моей дочери… Сама ехать была не в силах. Вскоре он подтвердил, что девочка действительно умерла от лихорадки. Даже сказал, что видел её могилу…

Вот теперь выдержка Лиары лопнула. Она всё же не сдержала эмоций и, полностью потеряв над ними контроль, на несколько мгновений уткнулась в плечо Ридьяро. А он обнял её так нежно, что у Ориен не осталось сомнений, что, несмотря на прошедшие годы, любовь этих людей никуда не исчезла.

— Ори… — хрипло выговорила Лиара, снова поднимая лицо и смахивая с ресниц позорную влагу. — Когда до меня дошли слухи, что фаворитку принца Литара зовут Ориен Терроно, я думала, что это совпадение. Всё же в нашей стране немало людей носят такую фамилию. Но имя… имя ведь на самом деле редкое… ишерское. Тогда-то я и вернулась в столицу, хотя собиралась отправиться на побережье. Мне нужно было проверить… убедиться.

На мгновение она замолчала, переводя дух. По всему было понятно, что этот разговор даётся герцогине очень нелегко. Но никто не стал её торопить, давая возможность собраться с мыслями.

— Я никак не могла найти подходящий предлог, чтобы заявиться в гости к верховному магу, а сама ты сидела в его особняке безвылазно, — продолжила женщина. — Но потом, ты сама появилась в гостиной Террианы, а я оказалась настолько шокирована, что просто не могла связать двух слов.

— Почему ты не призналась мне сама? — спросила Ори, глядя в блестящие от слёз глаза матери. — Я ведь говорила, что мечтаю найти родителей.

— Боялась, Ори, — отозвалась та, виновато качая головой. — Мне было страшно снова тебя потерять. Я бы обязательно тебе сказала, позже. И признала бы официально.

— В любом случае, Ориен, теперь ты Орте Гриан, — уверенно добавил Ридьяро. — А у тебя, между прочим, большая семья. Помимо нас с Лиарой, которую я теперь уж точно не отпущу, у тебя есть дед, бабушка, два дяди, тётя и четверо двоюродных братьев. Это если касаться близкой родни.

— Но ведь они все в Ишерии, — с грустью заметила девушка. — А мой дом здесь.

— О том, где твой дом мы поговорим в другой раз, — спокойно отрезал её отец. — А что касается родственников, то твой дед в Эргоне. И, кстати, очень хочет познакомиться с тобой поближе.

— Хемиэрте? — с надеждой уточнила Ориен, хотя уже сама знала ответ на свой вопрос. — Я чувствую родство с ним. С первой встречи…

— Это не удивительно, — ответил ишерец. — Он ведь старший родственник, к тому же чернокрылый. Для твоей внутренней энергии он гораздо роднее, чем я. Хотя и меня она приняла.

— Лорд Орте Гриан… — хотела что-то сказать девушка, но он её остановил.

— Ори, я не прошу тебя называть меня папой или отцом. Понятное дело, что для тебя это сложно. Но, прошу, обращайся ко мне по имени. Хочешь, зови Яро, хотя так меня не называют уже очень давно. Лучше Рид или Ридьяро. И, прошу, на «ты». Так нам с тобой будет легче общаться и находить общий язык.

— Я постараюсь, — кивнула она и перевела взгляд на герцогиню, в глазах которой сейчас плескалась неприкрытая ничем горькая тоска.

Ори чувствовала, что ей невероятно тяжело. Это для Яро всё было проще, ведь ему самому стало известно о существовании дочери меньше суток назад. А вот Лиара знала, что такое быть матерью… каково потерять своего ребёнка, а потом, спустя восемнадцать лет, найти. Ориен чувствовала, насколько той тяжело, но вместе с тем ощущала, что нужна ей…

— Мам… — это слово сорвалось с губ Ори само собой. Но, услышав его, Лиара застыла, а в её глазах отразилось настоящее неверие, помешанное с чем-то так похожим на счастье.

— Ори… — прошептала женщина, затем поднялась, обошла стол и, позабыв про любые правила этикета, обняла свою девочку. — Доченька… моя любимая… родная. Ориен…

Вот теперь Литу показалось, что он присутствует при чём-то очень личном. У него возникло ощущение, что он подглядывает в замочную скважину. Всё же, к этой маленькой семье он не имел совершенно никакого отношения. Поэтому, поднявшись, молча кивнул Ридьяро и вышел за дверь.

Вот и всё…

Теперь можно сказать, что свою часть их с Ори сделки он выполнил, — сделал всё от него зависящее, чтобы она нашла своих родителей. Но теперь Ориен в порядке, ей больше не требуется его поддержка. Как и помощь…и защита. Дальше она справится и без него, а он… пока займётся другими вопросами.

Может хотя бы работа заставит его перестать думать о ней? Может в департаменте найдётся дело, способное увлечь настолько, чтобы хоть ненадолго изгнать из его головы гадкую мысль о том, что Ори для него теперь почти потеряна…

Глава 10

Прошу, не убей ты любовь настоящую…

Своим равнодушьем не крой, будто пологом.

Спаси мою душу, над бездной стоящую.

Не дай уничтожить всё то, что так дорого…

Не жги те мосты, что две жизни связали нам,

Не режь по больному ты сердце влюблённое,

Молчаньем своим ты не рви его пополам.

Оно не взлетит без тебя… окрылённое.

С появлением в жизни Ориен родителей для неё изменилось слишком многое, если не сказать — всё. И, казалось бы, разве можно настолько быстро и легко проникнуться сильными чувствами к тем людям, которых так долго не было рядом, сблизиться с ними… причём всего за каких-то две недели? Будь они хоть трижды близкие родственники? Но Ориен на самом деле полюбила их. И маму… и отца.

Теперь она почти всё время проводила с ними. В первой половине дня, когда Ридьяро принимал участие в переговорах с карильцами, они с Лиарой гуляли по городу или по обширному дворцовому парку, или развлекали скучающего Эркрита, который не уставал восхищаться её крыльями, или занимались чем-то ещё, но обязательно вместе. А вот после обеда, когда время заседания подходило к концу, к ним присоединялся Рид, и они, вместе с остальными ишерцами отправлялись смотреть очередную достопримечательность страны. И пусть герцогиня с Ридьяро почти не отходили друг от друга, стараясь даже руки расцеплять как можно реже, но Ори совсем не чувствовала себя рядом с ними лишней.

А ведь из них троих, действительно, получилась прекрасная семья…

…Ещё тем же вечером, после столь важного и знакового для них всех разговора, на торжественном ужине Рид официально поблагодарил Её Величество за приглашение посетить Эргон, и сообщил, что нашёл здесь свою женщину и их общего ребёнка. После чего представил всем Ориен, как свою дочь. С того самого вечера во дворце к ней обращались исключительно как к леди Орте Гриан.

Ещё через два дня Лиара призналась Ори, что приняла кольцо Рида, и что он согласен провести свадебный обряд по карильским традициям. Говоря всё это, она просто светилась счастьем и казалась на десяток лет моложе. Хотя, герцогиня и раньше не выглядела на свои сорок, и куда больше походила на старшую сестру Ориен, чем на мать.

И Ори была очень рада за родителей. Она знала, что они до сих пор любят друг друга. Чувствовала это, видела по их глазам. А ещё она ни капли не сомневалась, что они любят и её, даже несмотря на то, что почти ничего о ней не знают. Для них оказалось совсем не важно, воровка она или нет, каторжница или законопослушная девушка. Она была их дочерью… плодом их любви, которая столько лет этой самой любви не видела. Они хотели дать ей всё, что только могли. Старались как можно чаще находиться рядом, делали всё, чтобы узнать свою дочку поближе. Понять её… показать, насколько она для них важна. Но что самое удивительное, за всё время их общения никто, ни Лиа, ни Рид, ни разу даже не заикнулись ни об её отношениях с Литаром, ни о статусе его любовницы.

С Хемиэрте у Ориен сложилось тёплое дружеское общение. Может всё дело было в том, что она чувствовала в нём близкого родственника, а может — в особенностях характера самого мужчины, но Ори очень нравилось проводить с ним время. А когда после свадебного обряда между Ридьяро и Лиарой, старший лорд Орте Гриан воспользовался приглашением новоявленной невестки и перебрался в её особняк, они с Ори стали видеться каждый день.

У девушки в доме теперь уже бывшей герцогини тоже появилась своя комната. Просторная, светлая, с огромной кроватью, мягкими коврами и даже камином. Едва впервые войдя в неё, Ориен полюбила это место. Всё здесь было именно таким, как ей нравилось, и даже небольшой балкон имелся. Причём с него было прекрасно видно дворец и… королевское крыло.

И во всём многообразии положительных и счастливых моментов был, по меньшей мере, один существенный повод для расстройства. Ведь за всеми этими заботами: знакомстве с семьёй, общением с матерью, Ори почти не виделась с Литаром. Днём он, как и Рид, присутствовал на переговорах, от которых Ори, к счастью, освободили. А потом до поздней ночи пропадал в родном департаменте. В своих покоях появлялся почти под утро — просто падал на кровать и засыпал, иногда даже не раздеваясь. Ориен видела, что с ним творится нечто непонятное, чувствовала, что он не в себе, но понятия не имела, как ему помочь.

Когда Лиара пару дней назад предложила Ори переночевать в её доме, та с радостью согласилась. Но не предупредить Литара просто не могла, и сама направилась в его рабочий кабинет в здании департамента правопорядка. Правда Лит снова был занят планированием очередной срочной операции по поимке кого-то важного и смог уделить ей всего минуту. А Ори, видя его занятость, не стала вдаваться в объяснения, и просто сказала, что сегодня останется на ночь у матери. Литар же на это лишь спокойно кивнул, но она всё равно заметила, как в его глазах будто что-то потухло.

На следующий день Ориен тоже осталась у Лиары, попросту засидевшись допоздна. Они так увлеклись обсуждением предстоящего королевского бала, что совершенно не заметили, как на дворе наступила ночь. А учитывая, что этот праздник устраивался именно в честь заключения договора с ишерцами, к которым обе женщины теперь тоже официально относились, для них было особенно важно хорошо к нему подготовиться.

И вот сегодня, в день сего знакового мероприятия, Ори тоже во дворец не вернулась, решив собраться в доме матери. Тем более, что и её платье, и драгоценности и даже горничная Алисиния, находились здесь…

Казалось бы, жизнь наладилась. Всё хорошо. Нужно радоваться, улыбаться и благодарить судьбу за то, что дала шанс обрести семью. И Ори на самом деле была несказанно ей за это благодарна. Вот только во всей этой бочке мёда была одна ложка дёгтя, которая напрочь перебивала его сладкий вкус. Дилемма… вот уже который день не дающая девушке покоя…

— Милая, — позвала её Лиара, наблюдая, как горничная закалывает отдельные пряди красных волос Ориен маленькими шпильками.

Ори вынырнула из своих странных размышлений о переменчивости жизни и превратностях судьбы и вопросительно посмотрела на мать.

— Ты что-нибудь решила? — мягким тоном спросила новоявленная леди Орте Гриан. — Прости, что спрашиваю, я ни в коей мере не хочу на тебя давить, но… отъезд назначен на завтра. И Рид, и Хемиэрте очень хотят, чтобы ты поехала с нами. Даже Ренделли просил меня как-то на тебя повлиять, — говоря это, она чуть улыбнулась и добавила, глядя на Ориен с гордостью: — Мне кажется, ты ему симпатична. И… он как-то даже сказал, что мечтал бы взять в жёны такую девушку как ты…

— Мам, — оборвала её Ори. — Рен ведь мой родственник.

— Дальний, милая, — отозвалась женщина. — Бывали времена, когда ради сохранения чистоты крови, браки устраивались даже между двоюродными братом и сестрой. Правда, в итоге люди всё же поняли, что это ведёт к вырождению, но… Ориен, ты и княжич состоите в очень дальнем родстве.

— Не стоит забывать, что я фаворитка Литара, — чуть грубее, чем следовало бы проговорила девушка. — Мам, он, на самом деле, дорог мне. Очень.

Бывшая герцогиня лишь покачала головой и, подойдя ближе, присела на край небольшой софы.

— Ори, я понимаю твои чувства, — сказала она, мягко глядя на дочь. — И была бы очень рада, если бы ты смогла быть с тем, кто живёт в твоём сердце. Но… Его Высочество пока ничем не показал, что желает жениться на тебе, а статус фаворитки — явление временное. Я не хочу что-то тебе внушать или заставлять тебя принимать удобное для меня решение, но, Ори, что будет, если он отвернётся от тебя… а нас не окажется рядом?

Девушка же в ответ на это лишь опустила глаза и промолчала. Несмотря на свои чувства к Литу она тоже понимала, что их отношения вряд ли продлятся долго. Но о том, что случится с ней, когда они закончатся, старалась не думать. Да только решение нужно было принимать сейчас… сегодня.

— Даже если ты решишь остаться, этот дом и все мои капиталы будут целиком в твоём распоряжении, — вклинилась в её размышления Лиара. — Но, Ори, как бы неприятно мне ни было это говорить… — она тяжело вздохнула и всё же добавила, — милая, для всех в Карилии ты — любовница Литара. В какой-то степени это высокая честь, но… и настоящий позор. Ни один уважающий себя лорд не возьмёт в жёны ту, что так открыто принадлежала другому. Для девушки… для леди это несмываемое пятно на репутации. А в Ишерии ты смогла бы начать всё сначала. Если не с Ренделли, то с другим юношей.

— Думаешь, для них не будет важно, что я делила постель с другим мужчиной? — чуть нервно выпалила Ори.

Но Лиара сделала вид, что не заметила её повышенного тона.

— Никто не заставляет тебя признаваться в этом каждому новому знакомому. Думаю, мы сможем сделать так, чтобы сей факт твоей биографии благополучно забылся, — спокойно заверила её мать. — К тому же ты принадлежишь к правящему клану, да и кровь твоя сильна. А благодаря дару к ментальной магии ты вообще станешь завидной невестой.

Горничная закончила с причёской Ори и отступила в сторону. Тогда Лиара подошла к дочери и жестом попросила подняться. Девушка нехотя встала, поправила юбку на своём длинном платье жемчужного цвета и снова посмотрела на мать.

— Красавица, — протянула та, рассматривая свою девочку с гордостью и умилением. — Только грустная…

— Мам, я… не знаю, что делать… что решить, — призналась Ориен, поднимая на неё растерянный взгляд.

— В любом случае, милая, решение придётся принимать тебе, — ответила женщина, доставая из шкатулки то самое рубиновое колье, которое когда-то они с Ори выбрали, и застёгивая его на шее девушки. — Но, хочешь совет? Поговори с самим Литаром. Он ведь рассудительный человек, да и ты ему дорога. Думаю, он сможет понять ситуацию. И…

— Ты же сама сказала, что он на мне не женится, — с плохо скрытой обидой, бросила Ориен, снова поворачиваясь к зеркалу и с иронией взирая на отразившуюся там прекрасную леди.

— А ты-то сама хотела бы за него замуж? — строго спросила Лиара. Но не успела Ори даже открыть рот, как мать сама же остановила её, показав, что ещё не договорила. — Только не забывай о том, что ты бы стала не просто его женой, а принцессой. А у принцесс, как тебе известно, очень много обязанностей. Они вынуждены всегда и во всём следовать правилам, действовать строго по протоколу. Они всегда на виду. Ты готова к этому? Вспомни Терриану… ты же видела, какой она стала. А ведь когда она только прибыла во дворец, то была совсем другой. Чистой, милой, доброй девушкой…

Несколько долгих минут Ори молчала, всё так же разглядывая своё отражение и осмысливая всё то, что сказала ей мать. На самом деле, если бы Лит предложил ей выйти за него, если бы… любил её, она была бы готова снести всё что угодно. Пережить любые трудности, только бы иметь возможность быть рядом с ним. Она бы смирилась и этикетом, и с бесконечными правилами. А может, попросилась бы работать в его департамент… менталистом. Чтобы видеть его ещё чаще. Но, увы… это всё только мечты.

— Я поговорю с ним, — сдавленным голосом ответила девушка. И решительно добавила: — Прямо сейчас.

— Думаю, это правильное решение, — согласилась с ней бывшая герцогиня. Потом ещё раз окинула красавицу-дочь умилённым взглядом и направилась к выходу: — Возьми плащ, а я пока распоряжусь, чтобы тебе открыли портал во дворец.

* * *

Над обжигающе горячей водой медленно поднимались белые клубы пара. Они долетали до самого потолка и рассеивались, расползались по всей комнате, а потом оседали на мраморный пол мелкими, едва заметными капельками. Все зеркала и стёкла на небольших окошках давно запотели, создавая иллюзию полной изоляции от внешнего мира… Мира, в котором, несмотря на холодную погоду и наступление вечера, всё так же кипела жизнь.

Литар расслабленно лежал в своей огромной ванне, больше похожей на бассейн, и старался выбросить из головы все лишние мысли. После двух недель работы на пределе своих сил, после всех этих нудных переговоров, после трёх спланированных операций, ни одна из которых не увенчалась успехом… ему просто хотелось немного тишины и покоя.

Откинув голову на один из покатых бортов, Лит медленно вздохнул и прикрыл глаза. Видят Боги, он бы с радостью остался сегодня в своих покоях и просто посидел бы в одиночестве. Но, увы, его, как и всех остальных придворных, впереди ожидал довольно насыщенный вечер. Бал… Праздник, на который должна была съехаться чуть ли не вся аристократия королевства. Да и сайлирцы ещё утром пожаловали, и вертийский император изволил присутствовать.

«Родственники…» — с усмешкой подумал Литар, ни капли не кривя душой.

Всё же в чём-то они не далеко ушли от традиций ишерцев. У тех все высшие должности принадлежали исключительно представителям княжеского клана — Орте. И очень многое было завязано на семейных узах и особой родовой магии, которая и являлась основной связующей силой клана.

Почти так же и правящие семьи стран материка были связаны разной степенью кровного родства. К примеру, вертийский император Арлит приходился Терриане (жене Эмбриса), старшим братом. А супругой сайлирского кронпринца Дамира являлась Эрлисса — их с Литаром родная сестра. Вот только, в отличие от ишау, семейные узы людей были гораздо слабее, и даже династический брак не мог являться полной гарантией дружеских отношений между правящими семьями.

Вообще из всех соседних стран, у Литара не было родственников только в Гаусе, да и то только потому, что традиции их народов слишком уж разнились. Хотя, отец как-то намекал, что неплохо было бы укрепить отношения с ними посредством брачного союза. К тому же, у тамошнего князя есть дочь. И насколько известно Литу, малышке недавно как раз исполнилось двадцать, а именно этот возраст у гаусских женщин считался совершеннолетием.

В его голове тут же промелькнула мысль, что вероятнее всего, вскоре Кай предложит им с Дамьеном присмотреться к ней. Нет, заставлять жениться точно не станет — не в его правилах действовать грубой силой. Всё же лорд Мадели всегда предпочитал более тонкие игры, и крайне редко выходил из них проигравшим.

На какое-то мгновение Лит даже попытался представить в своей постели черноволосую княжескую дочь… но как ни старался, перед мысленным взором всё равно неизменно появлялся образ его Ориен.

А его ли? Имеет ли он теперь право называть эту девушку своей?

От раздумий расслабленного принца отвлёк негромкий шорох… будто кто-то осторожно нажал на ручку двери. Затем до его слуха долетел тихий звук чьих-то лёгких шагов. Но даже не открывая глаз Лит мог с уверенностью назвать имя той особы, которая почтила его своим присутствием. Ведь никто другой в этом дворце не осмелился бы так легко войти в его ванную. Да и активированная магическая защита бы не пропустила.

— Привет, — проговорил он, не меняя позы.

— Привет… — мягко ответила Ориен, останавливаясь в двух шагах от ступеней бассейна.

Она смотрела на разомлевшего мокрого Литара, и её сердце сжималось от нежности, помешанной с непонятной болью. Она ведь, действительно, до безумия любила его, но при этом понимала, что он не попросит её остаться с ним. А ведь она бы осталась… даже в роли простой любовницы, даже без надежды, что когда-нибудь он станет ей настоящим мужем. Осталась… если бы он любил её. Но, увы, даже будучи прекрасным менталистом, одним из сильнейших в мире, она не верила, что такой как Сокол вообще способен кого-то полюбить.

Литар открыл глаза и обвёл фигуру стоящей перед ним Ориен внимательным взглядом, в котором явно читалось нечто похожее на искренне восхищение.

— Ты сегодня особенно красива, — проговорил он, с удовольствием рассматривая девушку. — Сказочная красноволосая фея…

— Боюсь, что ты ошибаешься, — отозвалась она, улыбнувшись. — У этих мифических существ по приданию были прозрачные крылышки. И если судить по ним, то я куда больше похожа на демонессу.

— Для демонессы, ты слишком добрая, — возразил Лит, тоже улыбаясь. — И слишком красивая. Ори…

Он на мгновение замолчал, рассмотрев на её шее то самое колье с рубинами, которым так восхищался Эркрит, а в его голове сами собой пронеслись картинки совсем не целомудренных фантазий. И сейчас, в этот момент… он просто не видел смысла оставлять их при себе.

— И всё же я хочу считать тебя феей, — протянул он с хитрой улыбочкой. — И как фея ты просто обязана исполнить хотя бы одно моё желание.

И Ори с радостью подхватила его игру, только сейчас осознавая, насколько соскучилась по вот такому Литару. По его мягкому взгляду, по его тёплым глазам, в которых то и дело мелькали огненные искры. Но вместе с тем, она с какой-то затаённой горечью понимала, что вероятнее всего это их последняя встреча наедине.

— В таком случае… — она изобразила книксен и, чуть склонив голову, добавила: — К вашим услугам, мой господин.

При этих словах на лице Литара растянулась поистине коварная улыбка, а глаза блеснули откровенным желанием.

— Ориен… я хочу видеть на тебе это колье… и больше ничего, — заявил он с самодовольным видом и тут же добавил: — Разденься.

— Сейчас? — чуть смутившись, уточнила девушка.

— Сию минуту, — уверенно подтвердил он.

Несколько секунд Ори колебалась. Всё же, даже несмотря на то, что она не раз, и не два находилась рядом с ним обнажённой, но вот так раздеться перед его глазами почему-то оказалось для неё не так-то просто. Ведь одно дело, когда одежду с неё снимает он, и совсем другое — делать это самой, причём вот так… будто на сцене.

— Лит… а как же бал? — чуть замявшись, спросила Ори. Она ведь прекрасно помнила, что только на создание её причёски у Алисинии ушёл почти час, а ведь если сейчас она поддастся и сделает так, как хочет Литар, то от этого шедевра не останется ничего. Да и вообще…

— А что «бал»? — пожал он плечами. — Начало через полчаса, а мы можем позволить себе немного опоздать.

— Я… — не знала, что сказать девушка. — Потом придётся снова долго возиться с волосами, и мы точно никуда не успеем.

— Обещаю, с твоей драгоценной причёской всё будет в полном порядке, — клятвенно заверил её он. И тут же добавил, снова меняя тон на более расслабленный: — Ну что же ты, фея? Так и оставишь моё заветное желание не исполненным?

И состроил такой печальный вид, что Ориен не смогла сдержать улыбки. В этот момент он дико напоминал ей Эрки. Ведь маленький принц вёл себя точно так же, когда пытался добиться её согласия на что-либо. И сейчас, глядя на вот такого Литара, очень сложно было представить, что в действительности он является жёстким и непримиримым главой департамента правопорядка целого королевства, и его откровенно опасаются даже самые матёрые головорезы.

Ори опустила взгляд, смущённо улыбнулась и… коснулась широкого пояса на своей талии. А развязав его, осторожно повесила на деревянную вешалку у стены. Затем потянулась к крючкам, которые на её наряде были расположены сбоку и, расстегнув их, снова взглянула на Сокола.

Он смотрел на свою Ори, не отрываясь ни на мгновение. Ему нравилось её лёгкое стеснение, её непорочность, лёгкий румянец на щеках. Лит ловил каждое её движение, каждый жест, старался не пропустить ни единой эмоции. И когда она чуть замешкалась, ободряюще улыбнулся ей и дал знак продолжать.

Благо это платье снималось очень просто, и не подразумевало под собой никаких лишних деталей вроде нижних юбок. Ведь в противном случае действие по избавлению от этого предмета одежды выглядело бы совсем не привлекательно. А так, когда груда жемчужного шёлка легко скользнула к её ногам, на Ори осталось лишь бельё и тонкие белые чулки.

Увы, она никак не могла оставить столь изысканный наряд сиротливо лежать на полу ванной, поэтому тут же поспешила подхватить его и как можно аккуратнее повесить рядом с поясом. А когда снова обернулась к Литу, тот смотрел на неё уже совсем иначе… без мягкости и трепета… скорее, как охотник на дичь.

— Дальше, — немного хрипло произнёс он, продолжая при этом оставаться на месте. — Ты прекрасна, Ори, — добавил, лаская предвкушающим взглядом её длинные стройные ноги.

Она скинула туфли и, развязав ленты на чулках, бережно спустила те вниз. Расстегнула застёжки на поясе, и тоже поспешила убрать всё это к платью. И лишь теперь, оставшись в одном белье, и поймав горящий огнём взгляд Литара, поняла, что уже сама мечтает избавиться от оставшейся на ней одежды. Вот только, в мыслях Ори в этом ей обязательно должен был помогать её принц, в то время как он даже и не думал двигаться с места.

Когда же она распустила шнуровку бюстье и расстегнула расположенные на нём крючки, Лит заметно напрягся и вдруг поднялся на ноги и покинул свою ванну. Да только к Ори всё равно приближаться не спешил. А она смотрела на своего Сокола, по чьей чуть смугловатой коже сбегали капельки воды, разглядывала его рельефное немного похудевшее тело, и понимала, что просто не может от него уехать. Несмотря ни на что.

— Дальше, Ори, — мягко потребовал Лит, неспешно вытирая волосы большим чёрным полотенцем. — Продолжай, милая. Не лишай меня удовольствия видеть твою истинную красоту.

И она послушалась. Убрала в сторону бюстье, развязала ленту на кружевных коротких шортах и, избавившись от них, осталась обнажённой… И только красные рубины в оправе из белого золота составляли весь её наряд.

Лит смотрел на неё с искренним восхищением. В его фантазиях, в мысленных представлениях Ори выглядела совсем не так… Да что говорить, ведь он сам много раз видел её без одежды, но всё равно оказался невероятно впечатлён открывшейся картиной. Её кожа в тусклом освещении ванной казалась ещё более светлой, изгибы тела — заставляли кровь в его венах кипеть, а колье только подчёркивало изящность тонкой шеи. Ориен была поистине восхитительна, и сейчас Лит мог легко признаться себе в том, что готов любоваться ею бесконечно.

— Вот такой тебя нужно рисовать, — проговорил он, подходя ближе. — Но я, увы, не художник, а никого другого к тебе допустить не могу. Ведь такая ты… — он ещё раз обвёл её тело ласкающим взглядом и прерывисто вздохнул, — … даже для меня — слишком. Слишком прекрасна. Слишком нереальна.

Лит остановился рядом с ней и замер, будто не решаясь дотронуться. И только поймав её взгляд, в котором в равной степени уживались и сильнейшее смущение, и дикое желание, сдался окончательно.

Он целовал её хоть и нежно, но довольно напористо. Ори чувствовала, что он сдерживает себя, но его выдержка вот-вот лопнет. Она знала, каким горячим и резким он может быть, когда выпускает из-под жёсткого контроля своё истинное огненное «я». И сейчас ей совсем не хотелось ласковой неторопливости. Ей нужен был он… такой, каким и был на самом деле.

А Лит, будто почувствовав её настроение, на мгновение отстранился и посмотрел ей в глаза. И увидев в них отражение своих желаний, лишь предвкушающе улыбнулся…

…Да, причёска не помялась, так как до кровати они так и не добрались. Да и зачем вообще нужна эта кровать, когда в ванной комнате обнаружилась такая удобная тумба? Причём, просто идеальной высоты…

— Литар… — прошептала Ори, стараясь восстановить дыхание, которое никак выравниваться не желало. — Значит… я всё-таки тебе нужна…

Она была обессилена, и если бы он не стоял рядом, то попросту бы упала вниз со своего насеста. Лит же чувствовал, как сильно стучит её сердце, как подрагивают её руки, и улыбался. Он знал, что она его любит, как и то, что готова ради него на многое, но… прошедшие две недели всё равно умудрились поколебать его уверенность в ней и в их отношениях. Оно и не удивительно, ведь раньше она принадлежала только ему. Он был для неё единственным во всём, а теперь… Теперь многое изменилось. У неё появилась семья… Мать и отец, которые будут отстаивать её интересы. Дед, которому совсем не нравилось, что она считается чьей-то фавориткой. Да ещё и этот гадкий княжич, который теперь проводил с Ори гораздо больше времени, чем сам Литар.

Но сегодня она сама пришла сюда, сама согласилась исполнить его желание. И теперь, когда его Ориен постепенно успокаивалась в его руках, после пережитого ими маленького безумия, он с трепетом осознал, насколько ему её не хватало.

— Нужна, Ори, — проговорил, касаясь губами её обнажённого плеча. — Я жутко соскучился по тебе, моя фея. Этот балаган с ишерцами просто выбил меня из колеи. Но, уже завтра они уедут, и всё опять будет как прежде.

— Лит, — Ори приподняла голову и, посмотрев ему в глаза, всё же решилась сказать то, зачем пришла: — Мама уезжает с отцом. Они зовут меня поехать с ними.

Но это не стало для него новостью. Совсем наоборот. За последние три дня по поводу отъезда Ориен с ним говорили и Ридьяро, и Хемиэрте и даже Кай. Но если первые двое настоятельно убеждали его отпустить девушку, ведь знали, что если он попросит — она с радостью останется с ним, то лорд Мадели оказался более дальновиден. Он намекнул сыну, что эта его интрижка, которая рано или поздно всё равно завершится, может обойтись Карилии очень дорого. Ведь теперь Ори не просто какая-то леди, а родственница ишерского князя. И тому совершенно точно не понравится, что девушка из его клана позволяет себе быть чьей-то официальной любовницей.

По всему правильней было бы отпустить её… расстаться если не друзьями, то добрыми приятелями. Но, сейчас, прижимая к себе свою Ориен, Лит просто не мог сказать ей об этом. Поэтому, вместо того, чтобы как-то отреагировать на её сообщение, он снова склонился к её приоткрытым губам и поцеловал, так нежно и трепетно, как только мог. И пусть никогда раньше Белый Сокол не убегал от проблем и важных решений, но сейчас делал именно это.

Он скажет ей… обязательно скажет. После бала. И она поймёт… ведь всегда его понимала. Понимала… как никто другой.

— Пора одеваться, милая моя, — проговорил он, прерывая поцелуй. — Бал уже в самом разгаре.

И ей ничего не оставалось, как кивнуть и попытаться привести себя в порядок. Им на самом деле нужно было спешить. И пусть они так и не поговорили, но… Ори и сама желала оттянуть этот разговор, ведь уже знала, что ничем хорошим он не закончится.

* * *

На торжественный ужин они безнадёжно опоздали и когда, наконец, спустились в бальный зал, вечер был уже в самом разгаре.

Под созданным магами куполом, изображающим звёздное небо, под звуки какого-то волшебного неторопливого вальса кружили пары. И сегодня Ори чувствовала в себе такое невероятное воодушевление, что ей самой казалось, будто сможет протанцевать всю ночь напролёт. И пусть она до сих пор танцевала неважно, но с Литаром у неё любые движения получались просто замечательно.

Проникнувшись общей торжественной атмосферой этого вечера, они выпили по бокалу игристого вина, угостились фруктами, а затем присоединились к танцующим. И пусть Лит не был большим любителем танцев, но видя, как горят глаза его прекрасной спутницы, просто не мог её не пригласить.

— Я ведь всего второй раз на балу, — проговорила девушка, замерев в ожидании первых аккордов очередной музыкальной композиции. — И снова с тобой. Но…

Она сама оборвала себя и странно замялась, а её улыбка отчего-то стала откровенно натянутой.

— Что «но», Ори? — спросил Сокол, прислушиваясь к звукам разливающейся по залу мелодии.

И Ориен была бы рада промолчать, но всё равно решила высказать свою не самую радужную мысль до конца.

— Тогда… во время прошлого бала, я тебя боялась, а теперь… всё очень изменилось, — ответила она, отводя взгляд в сторону. А чуть помедлив, добавила: — Для нас обоих.

— Тогда, Ориен, мы с тобой были чужими людьми, — спокойно проговорил Лит, ловя её погрустневший взгляд. — Тогда наши отношения основывались на простом договоре: ты должна была выполнять мои поручения, а я — заниматься поиском твоих родителей. И вот чем это всё закончилось. — Он усмехнулся и чуть покачал головой. — Но, если так посудить, мы вдвоём остались в выигрыше. Ты — всё же обрела родных, а я — получил нужную мне книгу, выяснил, что граф Арман Савари до сих пор жив, и вместе со своими сподвижниками очень желает свергнуть мою семью с трона. А ещё, я едва не умер, и выжил только благодаря одной красноволосой особе, от которой никак не ожидал помощи.

— Я бы всё равно ни за что не оставила бы тебя там… — бросила она, легко пожав плечом, что во время танца было делать крайне неудобно. — Но, мне кажется, даже тогда, в ту жуткую ночь, когда ты был на грани, я уже тебя любила. Хоть ты и относился ко мне как к преступнице.

— Давай не будем об этом, — попросил он, чуть крепче сжав её ручку. — В любом случае бал — не самое подходящее место для подобных разговоров.

Она лишь молча кивнула, соглашаясь с правильностью этого довода и ничего больше говорить не стала. Да и сам Лит теперь совсем не стремился завязать беседу. Увы, но сейчас они оба прекрасно понимали, что в данной ситуации любые разговоры всё равно так или иначе приведут их к одной теме… которую обсуждать им совсем не хотелось.

После нескольких танцев, за время которых Ори успела выдохнуться и сама попросила передышку, они направились к так называемой королевской зоне зала, где сегодня помимо семьи Её Величества, находились так же представители правящих семей соседних стран и, конечно, ишерские послы.

Но среди всех этих людей, внимание Ориен почему-то привлекла одна незнакомая ей леди в ярко-синем платье, стоящая под руку с темноволосым мужчиной. И на первый взгляд, на фоне остальных гостей сия особа почти не выделялась, если не считать того, что её волосы имели тот же белоснежный безжизненный оттенок, что и у Эмбриса, и у Эркрита. Наверно именно поэтому Ориен и смогла определить в ней Эрлиссу, единственную сестру трёх карильских принцев.

Заметив интерес Ори, Лит пусть и нехотя, но всё же подвёл её к родственнице, рядом с которой, к счастью, так же обнаружились и Брис с Террианой. И это было поистине замечательно, потому как сам Литар с сестрой общий язык категорически не находил.

Но едва он представил Ориен Лиссе, и беловолосую принцессу будто подменили. В её глазах, в которых до этого отражалось лишь холодное равнодушие, в одно мгновение загорелся огонёк искреннего интереса, переходящего в настоящее любопытство, а руки сами собой потянулись к спутнице Сокола.

— Я столько о тебе слышала! — заявила Лисса, отводя девушку к одному из стоящих в отдалении диванов. — Ориен, прости за мою простоту, но до зубного скрежета достали эти титулы и расшаркивания с этикетом. А ты, насколько я знаю, девушка простая. С тобой и поговорить можно…

Если до этого момента Ори считала Эмбриса истинным вихрем, то теперь поняла, что по сравнению с Эрлиссой он так… лёгкий сквозняк. И ещё ей на самом деле стало ясно, почему Лит старается по возможности как можно меньше контактировать с сестрой. Просто они с ним были абсолютно разными. Настоящими диаметральными противоположностями.

— Расскажи мне, объясни… — эмоционально просила Лисса, которая сейчас меньше всего была похожа на леди, не то чтобы на принцессу, причём именно ту, которой в будущем предстояло стать сайлирской императрицей. — Как ты его терпишь?! Он ведь ледышка! Настоящая каменная глыба! Никогда не любила подобных людей. Нет, я понимаю, многим приходится держать себя в рамках на публике, но он же всегда такой! Лит — единственный человек, которого почти невозможно вывести из себя. Поверь, я пробовала не один раз.

— Думаю, в этом вы не правы, — попыталась вставить хоть слово Ори. Но заметив, как удивлённо расширились голубые глаза Эрлиссы, пожалела, что вообще открыла рот.

— Я не права? — выпалила принцесса. — Нет. Поверь, я знаю этот кусок мрамора всю жизнь.

— Но ведь, насколько мне известно, вы больше двенадцати лет не живёте во дворце, — осторожно заметила Ори.

— Ну и что? — фыркнула та. — Мы всё равно видимся достаточно часто. Но суть не в этом. А в том, что у моего правильного братца вдруг появилась фаворитка. Да ещё и с такой интересной историей.

Ори будто невзначай посмотрела по сторонам, ища возможные пути отступления. Видят Боги, она совершенно не хотела говорить с кем-то об их с Литаром отношениях, и уж точно не собиралась этого делать. Но и просто так отмахнуться от столь напористой девушки, как Эрлисса, не могла.

К счастью в этот самый момент закончилась очередная мелодия, и к их диванчику подошёл супруг Лиссы. Извинившись перед Ори, он утянул свою ненаглядную неугомонную жену танцевать.

Но не успела Ориен вздохнуть с облегчением и насладиться минутой спокойствия, как перед её глазами неожиданно нарисовался улыбающийся Ренделли.

— Леди Ориен, — начал он, галантно ей поклонившись и протянув раскрытую ладонь. — Разрешите пригласить вас на танец? — И тут же добавил: — Возражения, естественно, не принимаются.

И, несмотря на то, что его голос звучал очень официально и даже строго, на лице Рена всё равно сияла мягкая, чуть хитрая улыбка, к которой Ориен за время их знакомства уже успела привыкнуть.

— И вообще, я здесь почётный гость, которому нельзя отказывать. Поэтому, пойдём, — усмехнувшись, добавил ишерец.

В этом он был, несомненно, прав. Даже несмотря на их близкое общение, сейчас её отказ мог стать причиной целой череды никому не нужных сплетен и пересудов.

По сути, никакого выбора у неё всё равно не было, но перед тем как вложить свою руку в его протянутую ладонь, она всё же огляделась по сторонам и попыталась найти взглядом Литара. Но его, к сожалению, по близости не оказалось. И пусть Ори прекрасно знала, что он вряд ли обрадуется, увидев её рядом с Ренделли, но всё равно приняла приглашение княжича.

Он привел её в круг танцующих и, изобразив поклон, остановился напротив. А когда Ориен присела в лёгком книксене и покорно вложила пальцы в его руку, чуть потянул девушку на себя, пробежался пальцами по её спине и только потом опустил ладонь на её талию.

— Думаю, стоит предупредить, что мне ещё не приходилось танцевать ни с кем, кроме Литара, — проговорила Ориен, старясь скрыть собственное смущение.

И пусть за прошедшие две недели их общение с Ренделли стало довольно близким и даже дружеским, но его прикосновения всё равно казались ей чужими, неправильными и будто бы преступными. А в душе возникало странное ощущение, будто позволяя ему касаться своего тела, пусть и поверх платья, она предаёт саму себя.

— Подозреваю, что не только танцевать, — хмыкнул княжич, начиная движения под музыку.

Ори ничего ему на это не ответила, хоть и прекрасно понимала суть его намёка. Да и что она могла сказать? Правда в данном случае была слишком гадкой, а лгать она никогда не любила.

Княжич же принял её молчание за согласие и всё-таки решил развить свою мысль.

— Ориен, ты ведь в этой жизни ничего толком не видела. Да и твой ледяной принц далеко не единственный мужчина в мире, — спокойно проговорил Ренделли. И тут же добавил: — Я слышал, что ты до сих пор не определилась, поедешь ли с нами в Ишерию. Но… мне кажется, что для тебя в любом случае было бы лучше уехать.

— Почему ты так думаешь? — тихо спросила Ориен.

По непонятным даже для самой себя причинам ей совсем не хотелось сейчас смотреть ему в глаза. Хотя, наверное, дело в том, что она прекрасно знала, какие именно желания в них увидит. Всё же Рен даже не пытался скрывать, что она привлекает его, как женщина.

— Да здесь масса причин, — бросил он с лёгкой усмешкой. — Вот скажи, что тебя вообще тут держит? Ну кроме Его Высочества? Да, понимаю, ты ученица верховного мага, но лорд Амадеу сам неоднократно говорил, что у вас с ним разный уровень силы и что тебе нужны совсем другие учителя. А в моей стране есть прекрасные менталисты.

— Это, бесспорно, очень интересно, но… — попыталась отмахнуться Ори и вдруг осеклась. Её взгляд сам собой наткнулся на стоящего неподалёку Литара, который смотрел в их стороны с плохо скрываемым раздражением. Почему-то у девушки не было ни малейших сомнений, что причина такого состояния Сокола именно в её партнёре по танцу.

— Скажи, тебе разве самой не противно быть простой фавориткой? — влез в её мысли голос княжича. — Ты молодая, красивая, талантливая, просто невероятная девушка… разве тебе не хотелось бы большего? Выйти замуж, родить детей?

— Наверное, хотелось бы, — протянула она, снова ища взглядом Лита, который снова куда-то пропал.

— Тогда тебе тем более нужно ехать с нами, — уверенно заявил Рен, с раздражением заметив, что она кого-то упорно высматривает. — Да и я, как твой родственник, пусть и дальний, никак не могу оставить тебя здесь. В конце концов, Ори, что тебя тут ждёт? Жениться Литар на тебе не станет, это понятно всем. Долго фавориткой ты не пробудешь… Но даже если случится чудо и твой ледяной принц растает, это всё равно ничем хорошим не кончится. Ведь без детей семья — не семья. А их вам вряд ли позволят завести.

— Детей? А причём здесь дети? — не поняла его Ориен. Почему-то это его заявление зацепило её сильнее всех его предыдущих слов.

— А ты разве не знаешь? — удивился он, но заметив, что она и не думает шутить, лишь посмотрел на неё с сочувствием и пояснил: — Всё дело в том, Ори, что маги и ишау — очень разные. Я сейчас не имею в виду людей, они в принципе другие. Они слабее нас, как вид, поэтому легко совместимы и с нами, и со стихийниками. Поэтому и ты, Ори, совсем не похожа на человека, даже несмотря на то, что твоя мать не имеет к нашей расе никакого отношения. Но вот в случае с тобой и Литаром всё было бы куда сложнее.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила девушка, всё больше напрягаясь.

— Я знаю немного, — отозвался он, виновато качнув головой. — По сути, мне известно только то, что в те времена, когда мои соотечественники ещё свободно жили на этом материке, браки между ними и магами были строго запрещены.

— Почему? — не могла понять Ори.

Мелодия, под которую они танцевали, благополучно завершилась, ей на смену пришла другая, но ни княжич, ни Ориен не спешили возвращаться к диванам и продолжали двигаться под музыку.

— Мой учитель истории рассказывал, что когда-то давно, в те времена, когда подобного запрета ещё не существовало, было много смешанных семей. В таких союзах тоже рождались дети, но они были… другими.

— Как это понять?! — чуть громче чем стоило выпалила Ори, но звуки музыки скрыли её выкрик… столь неуместный на королевском балу.

— Наши называли их «недомагами», а люди — «полукровками». У них были вертикальные зрачки. Не такие изменчивые, как у нас с тобой, а скорее похожие на кошачьи. Они видели энергию всегда, она была частью их восприятия. Но эти создания рождались слабыми. Их внутренней силы не хватало ни чтобы вызвать крылья, ни чтобы приручить стихию. Они не могли создавать плетения из нитей силы. Мой учитель говорил, что их магия была другой, странной… и какой-то примитивной.

— Стоп, подожди, — остановила его девушка. — Но как маги, они не могли жить в Ишерии. На нашем континенте о таких даже не слышали. Куда же они делись? Ведь не могли же они исчезнуть бесследно…

— Это было очень давно, — отозвался Ренделли. — Больше тысячи лет назад. Тогда, если верить нашим книгам, здесь располагалось даже несколько городов, в которых жили эти недомаги. Кстати Эргон — тоже был их городом. И… если я правильно помню ту историю, случилось так, что молодой карильский король женился на ишерке. Их сын, как ты понимаешь, родился «недомагом». И когда пришло время принцу надеть корону, поднялся бунт. Люди и маги не желали видеть своим правителем полукровку. Начались кровавые расправы… но, как ты понимаешь, стихийники в любом случае были сильнее. И тогда, двоюродный брат новоявленного короля предложил ему отказаться от трона и убраться туда, откуда он не вернётся. Взамен пообещал сохранить жизнь всем полукровкам…. Которые согласятся уйти с ним.

— И куда они ушли? — не могла понять девушка. — У нас о таких слыхом не слыхивали. Даже в летописях ничего подобного не значится…

— Их нет в нашем мире, — ответил Ренделли, и голос его при этом звучал совершенно равнодушно. — В тот день был построен межмировой портал и их отправили прочь с Аргаллы. Тогда же был подписан указ о запрете браков между магами и ишау… чтобы не порождать новых полукровок.

— Боги… почему? Это ведь расизм, — ошарашено выговорила Ори. — В чём они были виноваты? В том, что отличались от других?!

Рен ничего ей не ответил. Видя, как близко к сердцу его рассказ приняла девушка, он уже успел пожалеть, что вообще завёл эту тему. Сам-то он отлично знал, что в той истории была замешана исключительна политика, но по понятным причинам не стал пояснять это для Ориен.

Мелодия закончилась, а Ори всё никак не могла осмыслить и уложить в голове такую странную информацию. В её мыслях творился настоящий бардак. Ведь по всему получалось, что у неё просто нет выбора… что у них с Литаром не может быть совместного будущего… никак.

— Я, пожалуй, выйду на воздух, — сообщила она, глядя на Ренделли. — Не провожай. Мне необходимо уложить в голове всё, что ты сказал. Это… ужасно.

— Иди, — ответил он, отпуская её руку. — Не думал, что мои слова произведут на тебя такое впечатление. Прости, я ни в коем случае не хотел тебя расстроить.

— Ты не виноват, Рен, — ответила девушка, качая головой. — Ты просто рассказал мне то, что я и так рано или поздно узнала бы.

Он молча кивнул, но в его глазах всё равно отразилось искреннее сожаление.

Ори же развернулась и направилась прямиком к высоким стеклянным дверям, ведущим в парк. Сейчас ей нужно было хотя бы несколько минут провести наедине со своими мыслями. А прогулка по извилистым аллеям казалась ей для этого очень подходящей.

С началом месяца голых лесов в городе стремительно похолодало. Всего за несколько дней с деревьев облетели все листья, а от цветов, что совсем недавно украшали многочисленные клумбы, остались лишь пожухлые стебли. Бродить по дорожкам парка лишь в тонком платье было откровенно холодно, но здесь, под порывами промозглого ветра Ориен удалось очень быстро привести мысли в порядок, хотя её эмоции всё равно так и норовили вырваться из-под контроля.

Увы, но даже теперь, зная, что для них с Литом общего будущего быть просто не может… она всё равно продолжала надеяться на лучшее. Её сердце рыдало и разрывалось на части от одной мысли о том, что она больше его не увидит. Не поцелует. Не почувствует тепло его рук…

В этот момент на её плечи легла мягкая ткань подбитого мехом плаща, а ладони коснулись такие родные тёплые пальцы.

— Замёрзнешь, Ори, — проговорил Лит, сильнее запахивая на ней полы тёплой накидки. Но заметив, как она дрожит, плюнул на приличия и крепко притянул девушку к себе. — Ледяная. Заболеешь же.

Он внимательно посмотрел в её глаза, где всё ещё отражалась какая-то дикая растерянность, смешанная с глубокой печалью, и едва сдержался, чтобы не выругаться.

— Что этот олух тебе опять наговорил? — недовольно выпалил Литар. — И пусть невежливо так говорить о дорогих гостях, но я жду не дождусь, когда он покинет мою страну.

Но Ориен предпочла пропустить его слова мимо ушей. Сейчас она просто не смогла промолчать о другом.

— Скажи, Лит, ты что-нибудь знаешь о «недомагах» или «полукровках»? — спросила она, поднимая на него взгляд.

— Нет, — совершенно честно ответил он. — Кто это такие?

— Так когда-то называли детей, рождённых от союзов магов и ишау.

— Странно, — удивился принц. — Никогда не слышал. Но учитывая то, что мы и об ишау до недавнего времени почти ничего не знали, это вполне объяснимо. Подозреваю, что о полукровках тебе тоже рассказал этот ишерский герой.

Последнее слово он произнёс так, словно оно являлось жутким и очень обидным ругательством, отчего Ори даже поморщилась.

— Лит, он хороший. Очень мне помогает, многое объясняет. Мы с ним подружились… — мягким тоном отозвалась девушка.

— Так уж и подружились, — иронично бросил Сокол. — И ладно, я промолчу о том, какими взглядами он тебя провожает. Это и без меня видит весь двор. Но ведь этот выскочка прямым текстом заявил мне, что не собирается отступать. Здесь у него связаны руки, но стоит вам оказаться в Ишерии, и он…

— Литар! — оборвала его тираду Ориен. — Перестань. Я знаю, что тебе не нравится Рен, но сейчас не о нём речь. Хотя… — она тяжело вздохнула и опустила голову. — Ты ведь не станешь меня здесь удерживать, да? Сам сказал… Ты уже всё решил.

— Ориен, — строго проговорил он, легко касаясь пальцами её подбородка и приподнимая лицо, — Что ты хочешь от меня услышать? Ты дорога мне, и знаешь об этом…

— Но не настолько, чтобы пожертвовать ради меня своими странными убеждениями, — выпалила она, уже зная, что терять ей нечего. — Хотя… о чём я говорю? Ты, наверное, только рад, что всё вот так закончится.

— Ори, — он обхватил её лицо ладонями и внимательно посмотрел в глаза. — Что с тобой? Что ты говоришь? Да будь моя воля, я бы никуда тебя не отпустил! И хочешь правду? Я бы женился на тебе. С радостью… но не могу. При всём моём уважении, Ориен, роль принцессы — не для тебя. Да и рядом со мной никогда не будет спокойно. Тебе нужна семья…

— Это всё уже не важно, — прошептала она, даже не думая отстраняться от него. Сейчас Ори несознательно старалась растянуть последние мгновения рядом… — Видят Светлые Боги, Лит, я на самом деле тебя люблю. Я бы отдала многое, пожертвовала бы чем угодно, только бы никогда с тобой не расставаться. Да что там… — она вздохнула, стараясь подавить предательский всхлип, но и недоговорить уже не могла: — Литар, я бы очень хотела от тебя ребёнка. Но… это запрещено. Мы слишком разные. Принадлежим к разным расам… и наш малыш не был бы ни полноценным магом, ни ишау.

— Это ты с чего взяла? Твой Ренделли сказал? — нервно выдал Литар. Почему-то слова Ори о детях зацепили его гораздо сильнее, чем он сам мог предположить.

— Да, именно он, — не видела смысла отрицать девушка.

— А ты не допускаешь мысли, что он мог наговорить тебе всё это только для того, чтобы ты точно согласилась уехать с ними? — раздражённо бросил принц. — Вот так легко поверила его словам?

— Да какая разница, поверила я им или нет? — чуть громче выпалила она. — Лит… разве это может что-то изменить? Я тебе не нужна. И речь о детях сейчас вообще не идёт.

Она попыталась от него отодвинуться, но он и не думал её отпускать.

— Ты нужна мне, Ориен! Нужна! — почти кричал он. — Но, Боги… я не могу обрекать тебя на жизнь в этой королевской клетке…

— Это отговорки, Литар, — заявила она, прямо глядя ему в глаза. — И пусть я не в силах влезть в твою голову, но точно чувствую, что это не главная причина. Если бы ты хотел, чтобы я осталась с тобой, ты бы никому и никогда меня не отдал. Но… сейчас уже нет смысла сокрушаться. Завтра я покину Эргон вместе с родителями. И наша с тобой история… закончится.

Она говорила всё это, не отводя взгляда от его горящих настоящих огнём глаз. Чувствовала, что он на грани срыва. Что почти не контролирует собственных эмоций. Но теперь она даже и не думала его бояться. Что бы он сейчас ни сделал, больнее ей уже точно не будет.

— Всё, Литар. Отпусти меня, — добавила она ровным тоном, который всё равно не скрывал, как дрожит её голос. — Прощай… и… спасибо тебе за всё, что ты для меня сделал.

Она уже не сдерживала катящихся из глаз слёз. Но при этом всё равно продолжала смотреть на своего принца.

Но когда снова попыталась вырваться, он крепко сжал её руку и молча повёл за собой. Так же, не говоря ни слова, Лит вывел её за ворота дворца, а потом неожиданно обхватил за плечи и… в одно мгновение перенёс прямо к дверям дома герцогини.

— Не плачь… прошу тебя, — проговорил он, касаясь лбом её лба. — Ори, ты мне невероятно дорога. Моё сердце разрывает изнутри от вида твоих слёз… Я понимаю, что ты ждала от меня другого… и я сам бы многое отдал, чтобы остаться с тобой, но… — на мгновение Лит запнулся, а потом вдруг крепко прижал девушку к своей груди. — Боги, Ори… сейчас я готов послать куда подальше все сковывающие меня условности. Но… не могу. Не могу…

— Уходи, Литар, — выговорила Ориен, стараясь отпихнуть его от себя. — Ты всё сказал. Но знаешь что… я слышала, что маги любят только раз в жизни. И я очень надеюсь, что это не касается ментальных магов… и что… я смогу когда-нибудь прогнать твой образ из своего сердца…

Он всё же заставил себя убрать от неё руки, и даже сделал маленький шаг назад, когда Ори вдруг горько усмехнулась и, подняв глаза к ночному небу, крепко сжала кулаки.

— Я глупая наивная дура, Литар, — заявила она, всхлипывая. — Ведь даже зная какой ты… зная, что ты в принципе не способен на сильные чувства, всё равно позволила себе тебя полюбить. Но… я всё равно ни о чём не жалею.

Она продолжала смотреть на тёмное небо, на котором мерцали яркие звёзды, и уже хотела уйти, когда почувствовала на себе такие родные руки Сокола. А когда он коснулся губами её губ, просто не смогла найти в себе сил для сопротивления. Но, несмотря на всю нежность и чувственность этого поцелуя, он был пропитан невероятной тоской и дикой горечью. И при этом Ори с болью ощущала, что эмоции Лита едва ли не сильнее её собственных. Он на самом деле не хотел её отпускать, но… не мог просить остаться.

— Прости меня, милая, — прошептал он ей в губы. — Прости и прощай… Но, знай одно, Ориен Орте Гриан… Ты лучшее, что когда-либо происходило в моей жизни.

И, решительно отстранившись, бросил на неё последний, полный тоски взгляд и ушёл… ни разу не обернувшись. А она молча смотрела, как в темноте тает его силуэт, и едва находила в себе силы, чтобы продолжать дышать. Ведь понимала, что видит его в последний раз.

Глава 11

Он рос средь света, как солнца лучик…

Горел, не зная, как мир жесток.

От царства грёз он берёг свой ключик, —

Прекрасный маленький «огонёк».

Но в дом средь ночи ворвались люди,

Родною кровью залив рассвет.

И холод чистую душу студит,

От пониманья свершённых бед…

Бил неумело, — пусть грубо слишком,

Спасая жизни людей родных

А он ведь юный совсем, мальчишка…

Попавший в сети чужих интриг.

Музыка бала давно стихла… Гости разъехались по домам, слуги убрали посуду, потушили освещение… маги развеяли украшающие зал иллюзии и дворец карильских королей погрузился в сон.

После столь насыщенного во всех отношениях дня крепко уснули все… даже те, кто мучился постоянно бессонницей. Стражники на постах, — и те всё больше клевали носом. А некоторые из них и вовсе спали, прислонившись спиной к стене.

А вот Литар уснуть не мог, как ни старался. От одной мысли о том, что в его жизни теперь не будет Ориен, ему становилось дурно. Сердце в груди ныло так, будто собиралось разорваться изнутри, а в мыслях творился настоящий бардак. И как бы Лит не убеждал себя, что поступил правильно, что так будет лучше для всех, легче ему не становилось.

В итоге, к трём часам ночи он настолько устал от этих мыслей, что просто не смог больше лежать в кровати. Его хвалёная интуиция, которой он всегда беспрекословно доверял, просто кричала, что он совершает ошибку. Что, несмотря на все его многочисленные аргументы, отпустив свою красноволосую девочку, он разрушит жизни их обоих. Сделает несчастными и её, и себя.

Странно, но раньше, до того момента, как Ориен появилась в его жизни, Литу было в принципе всё равно женится он когда-то или нет. Этот вопрос вообще казался ему неважным и второстепенным. Если бы тогда королева сказала ему, что для укрепления связей с тем же Гаусом он должен взять в жёны дочь тамошнего князя, Литар бы послушался. Да ему бы и в голову не пришло возражать. Но вот теперь он просто не мог представить рядом с собой ни одну другую женщину… Только Ориен.

Вот кого он видел своей женой. Матерью своих детей. И в этот момент его ни капли не волновало, что слова княжича о недомагах могли оказаться правдой. Более того, стоило ему об этом подумать, как перед мысленным взором сам собой появился маленький светловолосый мальчик с кудряшками, такими же как у самого Лита. Глазки малыша были такими же серебристо-серыми, как у Ори, а зрачок даже в спокойном состоянии оставался вертикально вытянутым. Мальчишка улыбался… тянул к нему ручки… щелчком пальцев создавал огненные шарики…

На этом моменте Литар не выдержал.

— Мать твою! — прорычал он в темноту собственной комнаты. — Боги… Да пошло оно всё!

И вдруг решительно откинул одеяло и, поднявшись на ноги, пустил лёгкий огненный импульс к потухшему камину. Вот только тот почему-то не зажёгся. Тогда принц списал эту странную осечку на своё нервное состояние. Он даже подошёл ближе, заставил себя успокоиться и создать огненный сгусток, но… ничего так и не вышло.

И только теперь он, наконец, сообразил, что интуиция вопила не только из-за Ори. Она кричала об опасности. Ведь сейчас он вообще не чувствовал связи со своей стихией. А такое могло быть только в двух случаях: либо какое-то изделие из алисита соприкасается с его кровью, чего точно сейчас не было, либо… кто-то создал сеть из этого металла вокруг комнаты. Или даже… вокруг всего дворца.

Последняя мысль очень не понравилась Литу. Ведь сие могло означать лишь то, что и магической защиты больше нет, а значит, проникнуть в королевское крыло может любой. А охраняют их сейчас только немногочисленные сонные стражники.

И будто в подтверждение его мыслей, ручка на двери чуть слышно скрипнула, и в тёмную комнату осторожно вошли несколько человек. Все они были вооружены и свои шпаги держали наготове.

В этот момент Лит мысленно поблагодарил свою бессонницу и навязчивые раздумья об Ориен, так и не давшие ему уснуть. Ведь если бы он сейчас спал, то у него просто не было бы шансов. А так… ещё оставалась хоть и мизерная, но всё-таки возможность выбраться из всего этого живым.

К счастью даже оружие оказалось под рукой, — над камином обнаружились две коллекционных сабли. И пусть ими вообще никто никогда не дрался… пусть по своему весу и балансировке они совершенно не подходили Соколу, привыкшему к более лёгким клинкам, но выбора не было. Сейчас его радовало только одно: обе сабли оказались невероятно острыми. Он сам не так давно их натачивал, надеясь тем самым отвлечься от неприятных мыслей. Правда, тогда Лит даже представить себе не мог, что вскоре ему придётся использовать одну из них по назначению.

В это время ночные гости тихо рассредоточились по комнате. Один остался у выхода, другой остановился у закрытой двери в ванную, а вот последний, направился прямиком к кровати, на которой грудой лежало смятое одеяло.

И благо вокруг было очень темно, а камин, у которого стоял Литар, вообще располагался в дальнем углу… Ведь только благодаря этим обстоятельствам принц мог пока оставаться незамеченным. Он даже каким-то непостижимым образом умудрился снять со стены одну из сабель, не издав при этом ни единого звука. И когда она всё же оказалась в его руках, крепко сжал пальцами рукоять и попытался слиться со своим оружием, почувствовать его душу. Именно так, как когда-то его учил наставник.

И может ему показалось, но он будто на самом деле ощутил живое тепло, исходящее от его тяжёлого изогнутого клинка. Именно в этот момент Лит понял, что у него всё же есть шанс выиграть предстоящую битву за свою жизнь. Несмотря даже на то, что ему одному придётся выступить против троих бойцов.

Крепче ухватив своё оружие, Литар медленно вздохнул и постарался выбросить из головы все лишние мысли. Сейчас ему нельзя было отвлекаться даже на долю секунды. Нельзя было допускать ни единого лишнего движения, вздоха… звука. В этот момент Лит как никогда понимал, что сейчас ему придётся убивать. Холодно, жестоко, без капли сожаления. Будто перед ним ожившие куклы, а не люди. Убивать… потому что иначе они убьют его. Ведь именно за этим пришли ночью к нему в спальню.

В это самое мгновение один из его палачей дошёл до кровати и, не став лишний раз рисковать, воткнул свою шпагу прямо в одеяло. Вероятно, он всё-таки опасался, что если Его Высочество проснётся, то так легко им выполнить задание не удастся. Вот только… под одеялом никого не оказалось, и этот факт заставил несостоявшегося убийцу напрячься.

Но не успел он обернуться, чтобы подать сигнал своим подельникам, как услышал доносящийся сбоку едва различимый шорох. А в следующее мгновение его шея оказалась перебита точным ударом острия тяжёлой сабли. И пусть Литар фактически напал со спины, но сейчас ему было плевать на законы чести. На кону стояла жизнь, а в крови уже вскипал адреналин предстоящего боя.

Не успело тело его противника упасть на пол, как рядом уже появился второй мужчина. Лит едва успел увернуться от его удара, как тут же оказался в сантиметре от острия клинка третьего из своих ночных гостей. Сейчас Сокол отчётливо понимал, что время играет против него, и либо этот бой закончится сейчас, либо он его проиграет. Один, с тяжёлой неповоротливой саблей, против двоих фехтовальщиков, которые были гораздо маневреннее его, он уж точно не продержится долго.

Да… сабля по весу сильно отличалась от того оружия, к которому он привык, но именно в этом состояло её главное преимущество. Её сталь была поистине прочной, её лезвие могло разрезать всё что угодно. И зная об этих особенностях своего оружия, Лит понимал, что с одним из своих противников уж точно справится. Но вся загвоздка заключалась в том, что от нападения второго он просто не успеет увернуться. А тот обязательно воспользуется моментом, чтобы воткнуть остриё своего клинка так, чтобы принц наверняка не выжил.

Увы, у Лита просто не оставалось иного выхода. Он и так попытался отступить под прикрытие небольшой ниши, а потом всё-таки замахнулся и ударил по тому из нападавших, что стоял к нему ближе. И вполне предсказуемо сломал тонкую шпагу и воткнул лезвие сабли у основания его шеи. Но в то же мгновение почувствовал укол…

Наверное, ему должно было быть больно, но сейчас он не мог… не имел права отвлекаться.

Плевать на боль! Ведь пока он ещё жив, а значит должен бороться за свою жизнь.

Всегда… До самого конца.

Последнего противника он отпихнул от себя ногой. Да только тот даже не упал, — лишь отшатнулся немного, но тут же выпрямился и снова кинулся в атаку. Правда, теперь, впечатлённый оружием принца, он уже не лез напрямую, а старался достать его так, чтобы тот его не зацепил. Литар же многое сейчас отдал бы за то, чтобы поменять свою саблю на обычный клинок, на любой из собственной коллекции. Но, увы, сделать это было просто невозможно.

Противник принца ещё несколько раз оцарапал его остриём своей шпаги, даже немного зацепил лицо, но контрударов пока не применял. Он явно выжидал, когда раненый Сокол ослабнет и начнёт делать ошибки. Но и Лит прекрасно понимал его тактику и потому внимательно следил за его движениями. Пытался подгадать наиболее подходящий момент и парировал удары, стараясь напрягаться как можно меньше. Он тоже ждал… и дождался.

Когда шпага последнего из ночных гостей в очередной раз просвистела в считанных сантиметрах от шеи Сокола, тот резко махнул саблей снизу вверх, рассекая её остриём бок так неосторожно раскрывшегося мужчины. Тот хрипло вскрикнул и упал на колени, отчаянно стараясь зажать огромную рану дрожащими ладонями.

Шпага выпала из его рук и с глухим звуком ударилась о пол. Сам же раненый мужчина с шипением втянул в себя воздух, поднял лицо к застывшему перед ним Литару и с гордостью истинного воина посмотрел ему в глаза. Он не сомневался, что сейчас умрёт… и теперь просто ждал, когда руки принца окончательно оборвут линию его судьбы.

— Скажи, кто вас послал, и останешься жить, — леденящим душу голосом бросил Лит. — Думай… смерть или каторга? Выбор за тобой.

— Убивай! — голос поверженного звучал хоть и хрипло, но в нём слышался настоящий вызов. Он всем своим видом демонстрировал, что лучше примет смерть, чем покроет своё имя позором предательства. Что бы там ни было, но сам себя этот человек уже точно приговорил.

Вот только вместо ожидаемого удара саблей, этот отчаянный получил коленом по челюсти и тут же рухнул на пол. И пусть он до сих пор был жив, но Лит не сомневался, что в ближайшие несколько часов этот человек точно очнётся. И если не умрёт здесь от потери крови, значит, сможет рассказать дознавателям много интересного.

Сокол обвёл тёмную комнату пристальным взглядом, медленно выдохнул… и лишь теперь позволил себе мгновение слабости. На самом деле рана под рёбрами болела просто невыносимо. Кровь из неё лилась маленьким липким ручейком, оставляя красные следы на коже. И пусть шпага вошла не очень глубоко, но порез получился совсем не приятный. Его нужно было срочно чем-то перетянуть, чтобы хотя бы попытаться замедлить это кровотечение. А остальное уже будут делать целители. Если, конечно, он до них вообще доберётся.

Крепче обхватив свою саблю, которая совершенно невероятным образом умудрилась спасти ему жизнь, Литар схватил в гардеробной первую попавшуюся сорочку и перевязал ею собственный торс. Увы, но разрастающееся тёмное пятно на белом фоне было заметно даже в тусклом свете тонкого серпа луны. И по-хорошему, Литу нужно было бы прямо сейчас отправиться к лекарям, но, увы, в настоящий момент собственное здоровье волновало его чуть ли ни в последнюю очередь. Ведь он почти не сомневался, что убийцы были направлены не только к нему. А от одной мысли о том, что головорезы могли сделать с его спящими родителями, Литу стало дурно. Перед глазами всё поплыло, а тяжёлое оружие едва не выпало из рук. И лишь невероятным усилием воли он заставил себя выпрямиться, вернул зрение в нормальное состояние и с самым уверенным видом направился к выходу.

В его мыслях с невероятной скоростью пролетали возможные варианты развития событий. И сейчас, просчитывая действия этих диверсантов, он радовался лишь двум вещам, — что Эмбрис с семьёй после бала снова отправились на остров к Эрлиссе, и что Дамьен уже которую ночь остаётся у какой-то молодой леди. Причём влезает в окно её спальни… в доме её родителей. А ведь рано или поздно родственники его пассии обязательно узнают о его шашнях, и тогда несчастный принц может и не отвертеться от свадьбы…

Коридоры оказались невероятно тёмными. Здесь совсем не было окон, и в обычное время они освещались магическими светильниками. Но сейчас, когда стихийная магия во дворце каким-то образом оказалась заблокирована, ни один из них не горел.

Передвигаться приходилось, держась рукой за одну из стен. Но даже несмотря на это Лит дважды чуть не полетел на пол, споткнувшись о непонятные предметы. Что ими, вероятнее всего, были тела стражников, он старался не думать. Просто шёл по направлению к лестнице, надеясь как можно скорее добраться до матери.

Уже начав спускаться, он услышал непонятный шорох сверху, где располагались покои Эмбриса, но посчитал, что туда иди не стоит. Скорее всего, напавшие на дворец не в курсе, что кронпринца там нет, поэтому и обшаривают его комнаты. На самом деле, сейчас это было далеко не самым важным моментом… Куда сильнее Литара беспокоили родители.

Оказавшись на втором этаже, где и находились королевские покои, Литар с замиранием сердца услышал звуки боя и, как ни удивительно, почувствовал огонь. Да только радоваться здесь было совсем нечему, ведь сейчас родная стихия ему совершенно не подчинялась — не стоило и пробовать.

Идя в полной темноте на тепло пламени, он уже перестал обращать внимание на то, что всё чаще наступает на чьи-то лежащие на полу тела. Сейчас у него была цель, добраться до королевы, убедиться, что с ней всё хорошо и, по возможности, помочь. Но стоило ему открыть дверь королевской гостиной, и по слуху тут же резанул громкий лязг оружия, а в глаза ударил яркий свет огня.

Здесь в сравнительно небольшой комнате творилось нечто страшное. Шторы и мебель пылали жутким пламенем, едкий дым всё больше заполнял помещение, и при этом доблестные стражники всё равно продолжали отбивать атаки противников. Напавшие на дворец перекрыли выходы и теперь старались удержать позиции, не позволяя никому выбраться, в то время как бойцы королевского полка явно делали всё, чтобы проложить путь королеве.

Пока численный перевес оставался на стороне диверсантов, — они всемером наступали на пятерых стражников. Но защитники Её Величества явно сдаваться не собирались. И пусть из-за дыма было очень тяжело дышать, а глаза и вовсе почти не видели, но они всё равно продолжали сражаться.

Видя всё это Лит не стал тратить время на раздумья и проработку подходящей тактики. Сейчас нужно было сделать хоть что-то, оказать хоть какую-то помощь. И воспользовавшись тем, что его появления пока никто не заметил, он замахнулся и ударил остриём своей сабли по шее того из захватчиков, что стоял ближе всего.

Мужчина рухнул вниз, будто подкошенный, а его подельники на мгновение опешили. Вероятно, они никак не ожидали, что кто-то может вот так напасть на них со спины, ведь считали, что сделать подобное попросту некому.

С этого момента расклад сражения изменился, как и общее настроение защитников. Теперь у них появилась странная уверенность, что они ещё смогут победить. Двое стражников встали по бокам от принца, прикрывая его, в то время как он наносил по противникам пусть и редкие, но очень точные удары своей саблей. Остальные солдаты, продолжили наступление, стараясь освободить проход для королевы.

Огонь всё ещё продолжал разгораться, захватывая новые и новые предметы мебели. Дышать становилось всё тяжелее, глаза резало от едкого дыма, и в какой-то момент стало казаться, что все они полягут в этой горящей гостиной.

И вдруг дверь снова открылась и случилось то, что Лит мог бы назвать истинным чудом…

* * *

В эту ночь не только Сокола мучила бессонница. Ориен тоже не спалось. Вот только в отличие от принца она даже не пыталась уснуть, прекрасно понимая, что не сможет.

После разговора с Литом… после их прощания она ещё старалась держаться, заставляла себя думать о другом. О предстоящем отъезде, о путешествии в Ишерию. О новом доме, о родственниках, с которыми ей только предстояло познакомиться. А ещё она отчаянно пыталась убедить себя, что Литар — её прошлое. Что он уже сыграл в её судьбе свою роль, что теперь их пути окончательно разошлись. Она старалась внушить себе, что её любовь — всего лишь иллюзия, которая скоро развеется. Что всё происходит только к лучшему и, возможно, в Ишерии её ждёт встреча с тем, кто сможет её полюбить… С тем, кто изгонит из её сердца все воспоминания о Белом Соколе.

Ориен старательно делала вид, будто у неё всё в полном порядке. Пусть и натянуто, но всё же улыбалась слугам, даже рассказала своей горничной о том, как очаровательно был украшен бальный зал. А когда та спросила, почему госпожа вернулась так рано, ответила, что просто почувствовала себя неважно.

В какой-то момент Ори даже подумала, что сможет перенести это расставание стойко, гордо, как и подобает настоящей леди. Не позволит отравить свою душу тому человеку, которому оказалась не нужна. Но когда дворецкий сообщил, что из дворца доставили её вещи… Ориен всё-таки не выдержала. Сорвалась. Она с ошарашенным видом смотрела на собственные платья, которые вносили в спальню лакеи и, наверное, только в этот момент в полной мере осознала, что в их с Литаром истории теперь стоит жирная точка.

Сил держать себя в руках просто не осталось… и она банально и позорно разрыдалась. Как маленькая девочка, не обращая никакого внимания на присутствующих рядом людей. А потом и вовсе выгнала всех из своей комнаты, упала на колени… уткнулась лбом в ворсистую поверхность ковра и, наконец, отдалась своему горю.

Слёзы лились ручьями и даже не думали заканчиваться, руки дрожали, а губы всё равно отчаянно шептали только одно имя… И сейчас, оказавшись наедине с собой и своим разбитым сердцем, Ориен окончательно поняла, что просто не сможет жить без своего Литара. Завянет… как цветок без воды. Высохнет… превратится в жалкое подобие себя прежней. Ей нужен был именно он… и никто другой. Только её принц… Её Сокол.

С пола она поднялась лишь через несколько часов, когда услышала, что вернулись родители. К сожалению, сейчас она просто не могла видеть никого из них, поэтому и поспешила закрыть дверь на ключ, а сама снова уселась на ковёр.

Приходила мама. Просила её впустить… говорила, что понимает Ори, что сама когда-то переживала нечто подобное. Убеждала, что всё обязательно наладится, но девушка всё равно осталась глуха к её словам.

В итоге Лиара всё-таки смирилась и решила оставить дочь в покое. А сама Ориен после её ухода упала на кровать и долго лежала в темноте, просто разглядывая потолок. И пусть слёзы уже не бежали, но в мыслях всё равно было невероятно мрачно и пусто. Не хотелось совсем ничего: ни плакать, ни двигаться, ни дышать… да и жить теперь тоже не было никакого желания. И дабы хоть как-то избавиться от этой убийственной пустоты, Ори начала прокручивать в памяти моменты прошлого.

Вспомнила их первую встречу, когда Лит не дал ей сбежать с места преступления, поймав за ноги огненным арканом. Первый странный поцелуй… который был просто прикрытием, ширмой, вынужденной мерой… и который чуть не свёл её с ума. Вспомнила ту жуткую ночь, когда он умирал у неё на руках, как звала его, как грела крыльями. Вспомнила каждое их совместное утро… его слова о том, что ему нравится просыпаться с ней. Вспомнила его кровать, заправленную чёрным шёлком, которую уже привыкла считать своей. Его руки… губы… Его голос. Тепло его кожи… И едва не закричала, осознав, что ничего этого больше не будет. Всё… Уже завтра она окажется так далеко от него, что и на крыльях не долететь.

С этими мыслями Ори решительно поднялась с кровати и подошла к окну, из которого даже тёмной ночью был прекрасно виден сияющий белый дворец карильских королей. Странно, но даже это место она успела полюбить, несмотря на все его порядки и правила. А к некоторым его обитателям и вовсе привязалась. Прикипела душой.

Да, сейчас Ориен не сомневалась, что будет очень скучать по Кери, Беллисе, Дамьену, да даже по Её Величеству. Но больше всего, конечно, по Эркриту. Этот маленький неугомонный художник за столь недолгое время их общения на самом деле умудрился покорить её сердце. А ещё он ведь искренне считал её своей подругой… а она… даже не сказала ему, что покидает Карилию. Но если с остальными Ориен сможет попрощаться завтра на официальной церемонии, то малыша туда никто не пустит, и они просто не успеют увидеться.

В этот самый момент она и решила, что не имеет права просто так уехать и, резко развернувшись, направилась к своей гардеробной, где сиротливо висел её чёрный костюм. И плевать, что на улице холодно, что от промозглого ветра не спасёт даже куртка из ассиомского шёлка. Она должна увидеть Эрки… и может быть… на минутку… заглянуть к Литару.

Но когда спустя полчаса она одетая и почти причёсанная выходила на собственный балкон, её внимание снова привлекло здание дворца. И вроде на первый взгляд всё было так же, как и всегда. Вот только его сияние стало гораздо тусклее. Причём касалось это именно той части, которую занимало королевское крыло.

В этот момент в душе Ориен будто что-то рухнуло… обвалилось. Она сама ещё не понимала, что именно произошло, но была уверена, что обязана поспешить. С перил спрыгнула, даже не подумав закрыть за собой балконную дверь. Летела так быстро, как могла, несмотря на порывы ледяного ветра, которые постоянно норовили сбить её с пути. И только подлетая к знакомому до боли балкону Литара, поняла, что именно так её смутило. Ведь вокруг этой части дворца больше не было магической защиты. Никакой.

В окнах второго этажа показались отблески огня, а до слуха донеслись звуки сражения… и Ори уже хотела метнуться туда, но вдруг снова посмотрела на тёмные окна покоев Лита. Исходя из тусклого свечения чьей-то ауры, она могла сделать вывод, что там находится один человек, но это был точно не её Сокол. А значит идти туда не имело смысла…

И тогда она решила подняться выше, проверить покои кронпринца. Но то, что она там увидела, заставило её внутренне похолодеть от страха. Ведь если судить по яркому золотистому свечению ауры, Эрки определённо был там. Но рядом с ним находились совсем не родители, и даже не стражники, а какие-то непонятные люди, которые добра ему явно не желали. Не маги, скорее наёмники. А мальчик, судя по всему, никак не желал сдаваться. Он медленно отступал, держа в ладони сгусток из какой-то непонятной энергии, которая к стихийной не имела никакого отношения.

Больше не теряя ни секунды, Ори приземлилась на балкон и, мгновенно спрятав крылья, распахнула стеклянную дверь. Мужчины при её появлении напряглись, а вот стоящий к ней спиной мальчик даже не подумал обернуться. Знал ведь, что стоит ему отвлечься, и эти люди сразу его поймают.

— Эрки, это я, Ориен, — проговорила девушка останавливаясь рядом с ним, и отчаянно пытаясь понять, что происходит и кто эти люди.

Мальчик же лишь едва заметно кивнул, но ничего не ответил, продолжая внимательно следить за действиями своих противников. Хотя… что мог сделать одиннадцатилетний парнишка против троих взрослых вооружённых мужчин? И тем не менее, они явно его опасались. И Ори быстро сделала вывод, что всё дело именно в этой странной энергии, сгусток из которой он удерживал в руках.

Когда же, один из наёмников, вдруг замахнулся, собираясь бросить в Ориен метательный нож… Эркрит не думая разделил своё пульсирующее тёмное оружие на две части, одну из которых резко направил в мужчину. И то, что произошло дальше потрясло Ори больше всего того, что она видела в этой жизни. Ведь тот, кто ещё мгновение назад стоял перед ними и представлял явную опасность, в одно мгновение почернел… и вдруг рассыпался, словно состоял из песка. Опал чёрным прахом…

— Уходите! — хрипло прокричал мальчик, которого начинало заметно трясти. — Иначе я убью и вас!

Но эти люди явно не собирались его слушать. Вероятно, у них был приказ доставить Эркрита живым, и именно поэтому они до сих пор на него не напали. Но теперь… увидев, как на их глазах человек за мгновение превратился в пепел, они больше не могли медлить.

— Спать! — вдруг разнеслось по комнате и в то же мгновение оба наёмника рухнули на пол, подобно двум тряпичным куклам.

Сама же Ори застыла на месте, кляня себя последними словами за то, что так долго соображала. Ведь могла же сразу нейтрализовать всех троих… если бы не была так шокирована происходящим. Тем более что стояли они очень удобно и даже не думали закрываться от неё. Но теперь было уже слишком поздно.

Как только девушка убедилась, что эти люди для них больше не опасны, схватила замершего Эркрита за плечи и развернула к себе лицом.

— Эрки! — позвала она, прямо глядя в его глаза. — Ты меня слышишь?

Он же смотрел на неё странно, будто испугано… потом вдруг сглотнул и только теперь начал нормально дышать.

— Они убили мою няню… — проговорил он совершенно бесцветным голосом. — Закололи во сне. Я… хотел убежать…

— Эрки, где твои родители? — продолжала расспрашивать Ориен, пытаясь вытянуть его из того состояния в котором он сейчас пребывал.

— Сразу после бала вернулись на остров. Я отказался с ними ехать, — проговорил мальчик, чей голос теперь почти перестал дрожать, но всё равно казался совершенно бесцветным, словно чужим. — Мне сказали, что ты завтра уезжаешь… Я не мог не попрощаться, поэтому и остался.

Видя, что в его почерневших глазах почти не осталось той странной ледяной корочки, что была там ещё минуту назад, Ори вздохнула с огромным облегчением и вдруг крепко прижала мальчика к себе.

— Ори… я человека убил… — прошептал он, крепко и даже как-то отчаянно обнимая её за шею.

— Зато ты спас меня, — с невозмутимым видом ответила ему девушка. — И себя. Но, прошу, Эрки, не убивай больше. Никого. Не мы даём жизнь, и не нам её отнимать. Если есть возможность обойтись без убийства, мы всегда должны её использовать. Хорошо?

— Да, Ори… я понимаю, — отозвался Эркрит. Потом растерянно посмотрел на свои руки, где уже не было никаких сгустков энергии, и снова взглянул на девушку, которая внимательно следила за его движениями. — Это тёмная магия… — пояснил он и даже попытался ободряюще улыбнуться. Вот только улыбка получилась слишком печальной. — Она мне от отца досталась. Я никогда раньше не использовал её против людей… но сейчас стихийной совсем не чувствую. А эта вот… повиновалась. Она разрушительная… может уничтожить всё что угодно. Но я пока плохо её контролирую, поэтому стараюсь вообще не использовать…

Ориен вздохнула, отстранилась от мальчика и снова осмотрелась вокруг.

— Где стражники? — спросила она, вглядываясь в темноту знакомой ей гостиной.

— Не знаю, — покачал головой Эркрит. — Проснулся, когда услышал странный звук. Вышел… увидел, как один из этих… стоит со шпагой у кровати няни… Попытался убежать…

В его глазах снова начал появляться тот жуткий лёд, который можно было назвать просто шоковым оцепенением, и Ори пришлось дёрнуть его за руку, чтобы снова вернуть в нормальное состояние.

— Эрки, ты ведь мужчина. Пусть и ещё очень молодой, — проговорила она, крепко сжимая его ладонь. — И как настоящий мужчина, ты защищал свой дом. А эти люди, — она указала рукой на лежащих на полу наёмников, — пришли сюда с недобрыми намерениями, за что и получили. Но сейчас, нам с тобой нужно выбраться из дворца. На втором этаже пожар…

— Но там же бабушка! — вдруг выкрикнул мальчик и, больше ни мгновения не раздумывая, сорвался с места и потащил Ори к выходу из покоев.

— Эрки, стой… что мы можем против огня? — пыталась вразумить его Ори. — Давай, я спущу тебя вниз?

— Там бабушка! — резко выпалил он именно тем холодным уверенным тоном, который не терпел никаких возражений. — Я должен ей помочь!

— Как?! — пыталась достучаться до его здравого смысла Ориен, но при этом всё равно продолжала следовать за ним. — Ты ведь не чувствуешь стихию.

— Зато я могу уничтожить огонь, — уверенно заявил тот, в ком сейчас совершенно точно проснулся будущий правитель этой страны.

В его необычно серьёзном холодном голосе больше не было ни капли сомнения. Будто за какие-то мгновения он повзрослел на десятки лет. Будто всего несколько минут… убили в нём ребёнка.

Даже оказавшись в полной темноте коридора, Эркрит продолжал упрямо тащить за собой Ори. Одной рукой он крепко сжимал её запястье, а второй держался за стену. Увы, иначе сквозь этот жуткий мрак было не пробраться.

— Ты сама сказала, что я мужчина. И я буду защищать свой дом! — добавил Эрки, бесстрашно шагая вперёд.

И глядя на то, как он уверенно пробивается к своей цели, Ори окончательно осознала, что уж он-то ни за что не отступится и не при каких обстоятельствах не повернёт назад. Да, она могла бы воздействовать на него ментально. Могла бы заставить передумать или, на крайний случай усыпить, но… не стала этого делать. Ведь несмотря на свой юный возраст, Эркрит на самом деле мог помочь тем людям, что находились в огне. А этот аргумент был для девушки поистине значимым.

В отличие от маленького принца, Ориен довольно сносно видела даже в кромешной темноте. И когда на их пути показалось первое лежащее на полу бесчувственное тело стражника, она решительно обогнала мальчика и повела его так, чтобы тот не только не споткнулся, но и не понял, что за препятствие они обходят. Иногда она просила его переступить, объясняя, что там лежат какие-то обломки, и он верил ей… или просто делал вид.

По лестнице они спустились очень быстро. По коридору второго этажа шли ещё быстрее. А когда Эрки разглядел блики огня, мелькающие под закрытой дверью королевской гостиной, он с такой силой рванул створку на себя, что та едва не сорвалась с петель.

Деятельный мальчик, который, судя по всему, возомнил себя величайшим из героев… великим спасителем мира, явно желал сразу оказаться в самом пекле боя, но Ориен вовремя дёрнула его за руку, оттаскивая от прохода. Несмотря ни на что, она не могла отпустить его туда. По крайней мере, вот так сразу.

— Эрки, уничтожай огонь отсюда. Внутрь не лезь! — строго выкрикнула она, глядя ему в глаза.

Тот же хоть и не был доволен тем, что ему указывают, но всё равно согласно кивнул. Затем молча обернулся к проходу, сосредоточился… И в следующее мгновение огненные языки начали таять, оборачиваясь чем-то тёмным… а горящие предметы мебели вдруг стали рассыпаться, превращаясь в прах.

Произошедшее настолько шокировало и дезориентировало сражающихся мужчин, что на несколько секунд бой и вовсе прекратился. Этим и воспользовалась Ориен, чтобы постараться вывести из строя противников. Увы, для ментального воздействия приходилось направлять импульсы, глядя на конкретного человека. Но даже невзирая на это, после их с Эрки появления сражение закончилось очень быстро.

Но радоваться всё равно оказалось слишком рано, как и расслабляться. Неизвестно, что оказалось тому виной… случай, а может сама Судьба, да только Ориен никак не ожидала, что среди диверсантов окажется тот, на кого её сила почему-то не действовала. Возможно, на нём был защитный амулет, а может он просто оказался невосприимчив к ментальной магии… Но именно это и стало причиной того, что произошло дальше.

Видя, что его подельники, все как один лежат неподвижно, последний оставшийся на ногах диверсант быстро понял, кто виноват в таком исходе битвы. И тогда, отбив очередную атаку стражника, и оттолкнув его от себя, он вдруг вытянул из-за пояса явно непростой нож, и резко метнул, желая прикончить ту, что всё им испортила.

А Ори… видела, что тот замахнулся… что в его руках мелькнул какой-то предмет. Как в бреду следила за тем, как оружие серебристой молнией стремительно несётся прямо в неё… и понимала, что не успеет уйти с траектории его полёта. И вдруг почувствовала резкий толчок и стремительно полетела на пол.

Её приземление и так нельзя было назвать мягким, а тут ещё поверх упал кто-то тяжёлый, остро пахнущий дымом и кровью, и грубо придавил её своим телом. Девушка больно ударилась спиной обо что-то твёрдое и имеющее острые края, да ещё и затылком о стену стукнулась. Наверно именно поэтому она не сразу узнала в лежащем на ней мужчине — Литара.

А он… почему-то улыбался. Вот только эта улыбка была поистине жуткой. Его глаза показались Ориен будто бы потухшими, а дыхание — каким-то слишком резким.

— Ори… — прошептал он, а в уголке его рта показалась тонкая тёмная струйка. А потом… его веки медленно опустились, а с губ сорвалось тихое слово… похожее на хрип: — Живи…

— Литар! — выкрикнула она, чувствуя, что он уже почти потерял сознание. Но принц никак не отреагировал на её вопль. — Литар… — позвала она тише, с ужасом видя, как стремительно тает его внутренняя энергия… как быстро из его организма уходят остатки сил.

А потом её кто-то дёрнул за руку, вытягивая из-под бессознательного тела Лита и оттаскивая в сторону, а к нему в то же мгновение бросился один из стражников и… черноволосая женщина, в которой Ори не сразу узнала королеву. В полном оцепенении девушка смотрела на то, как Её Величество падает на колени рядом с сыном и трясущимися руками тянется к рукояти кинжала… торчащего из его спины.

— Боги… — выдохнула Эриол, убирая руку. К счастью, даже в таком состоянии она понимала, что лучше ничего не трогать. — Лекаря! Срочно! Всех кого найдёте! — выкрикнула она, и в её голосе ярко проскальзывали отголоски едва сдерживаемой истерики.

Мимо Ориен пронеслись двое стражников, но даже это не смогло вывести её из того странного состояния, в котором она находилась. Всё застыло, мир замер, и только время неумолимо отсчитывало секунды… каждая из которых могла стать для её Сокола последней.

— Ориен, придите в себя! — донёсся до неё строгий голос того человека, который продолжал крепко удерживать её за предплечье.

Она медленно обернулась к нему и с удивлением узнала в стоящем рядом мужчине перепачканного в крови лорда Кая Мадели. А тот, заметив, что девушка начинает возвращаться в реальность, напряжённо вздохнул, явно пытаясь взять себя в руки. По всему было понятно, что ему очень сложно оставаться собранным и хладнокровным, но он всё равно старался держаться.

— Ориен, лекари спешат, но им тоже понадобится сила стихий, которая сейчас заблокирована, — чётко выговорил он, глядя в её глаза. — Я знаю, что вы лучше многих чувствуете энергии. Нужно найти источник этой блокировки и устранить его. Сможете?

— Смогу… — прошептала она, снова обращая взгляд на Литара.

Он так и лежал лицом вниз, и с каждой секундой становился всё слабее. Нить, связывающая его дух с телом всё больше истончалась, и в любое мгновение могла оборваться окончательно.

Наверно Ори всё-таки была в шоке, потому что почти не ощущала собственных эмоций. Все они словно отгородились от неё толстой стеной, оставляя лишь глухую пустоту. Она хотела подойти к Литу… но при этом слишком хорошо понимала, что лорд Мадели прав… и если она хочет помочь своему Соколу, то должна сделать всё, чтобы уничтожить блокировку. Ведь даже если лекари успеют… без связи со своей стихией ослабленный принц долго не протянет.

— Я пойду с тобой! — решительно заявил появившийся перед ней Эрки. И пока она не успела отказаться от его компании, добавил. — Ты найдёшь источник, а я его уничтожу.

С этим аргументом оказалось трудно поспорить. Да и сейчас было не самое подходящее время для разговоров. Поэтому, бросив на бессознательное тело Литара ещё один полный боли взгляд, Ори схватила Эркрита за руку и потянула того к окну. Затем резко распахнула створки и, приказав ему ждать на подоконнике, спрыгнула вниз. И пусть сама она сейчас почти не соображала, пусть в её сознании творилось демон знает что, но она всё же заставила себя действовать.

Крылья за её спиной развернулись за долю секунды и, сделав небольшой круг, она сразу поспешила вернуться за мальчиком. А стоило им приземлиться у стен дворца, тут же принялась сосредоточенно осматриваться.

— Я чувствую огонь… с другой стороны дворцового комплекса, — бесцветным тоном протянул маленький принц. — Что-то горит… и очень сильно.

Но девушка его не слышала, она уже определила, то место, рядом с которым образовывался своеобразный энергетический вакуум, и быстрым шагом направилась к нему. А там, в одном из кустов лежал тяжёлый металлический шарик, размером с большое яблоко. И в том, что состоял он из чистого алисита, Ори ни капли не сомневалась.

— Вот. Действуй, — сказала она, кладя это странное изделие перед Эркритом. А сама направилась за следующим, который находился всего в метре от первого.

Больше они не говорили. Ориен просто доставала очередной шар, а Эрки молча обращал его в прах. И только когда они совместными усилиями уничтожили десятый, девушка с каким-то явным облегчением заметила, как в окнах королевских покоев загорелись магические огоньки.

— Ори, с другой стороны дворца пожар. Нужно идти туда. Я ведь… могу помочь, — дрогнувшим голосом выпалил Эрки.

А она тяжело и как-то обречённо вздохнула, ещё раз с грустью посмотрела на окна комнаты, где лежал её умирающий принц, и лишь невероятным усилием воли смогла заставить себя не возвращаться туда. Ведь Эрки прав… им нужно отправиться к пожару. Там они могут быть полезны, в то время как здесь ни он, ни она помочь были, увы, не в силах.

— Там ещё шары, — сказала она, уже снова вызвав крылья, которые распахнулись за её спиной большими чёрными тенями.

— Ими мы займёмся позже, — тоном истинного правителя ответил ей мальчик. — Ограничитель больше не действует. — Давай же… летим к огню!

И она, повинуясь, обхватила его руками со спины и взмыла вверх. Что ни говори, а передвигаться таким способом было гораздо быстрее, чем бежать. Поэтому Эрки и настоял на том, чтобы они летели. Но когда они с Ори увидели, что горит гостевое крыло, им обоим стало совсем не до размышлений о полёте.

— Эрки… там же ишерцы! — в истерике выкрикнула девушка, едва её ноги коснулись выложенной камнем дорожки. — И я чувствую красную платину… Здесь контур из неё. Такой же как там был из алисита.

Но мальчик её уже не слушал. Он, как завороженный смотрел на охваченное огнём здание и лихорадочно размышлял, как именно стоит поступить. А когда он резко сорвался с места и двинулся прямо к дверям, Ориен даже дёрнуться не успела.

— Эрки! Остановись! — кричала она ему вслед.

Но тот и не думал слушать. Бежал прямо на огонь, не обращая внимания на препятствия. Но, что удивительно… едва он оказался внутри, и пламя начало стремительно затухать. А потом и вовсе будто отодвинулось от границ здания, переместилось на деревья в парке.

Ори же смотрела на всё это и просто не верила своим глазам. Нет, она и раньше знала, что сильные огненные маги могут играючи управляться со своей стихией, но даже представить себе не могла, что огромный пожар может вот так в один момент превратиться в покорного зверька.

— Ориен! — выкрикнул кто-то за спиной голосом её отца.

Девушка тут же обернулась и увидела опустившегося рядом с ней белокрылого родителя. Вероятно, он тоже заметил пожар и примчался на подмогу. Вот только… всё равно толку здесь от него было слишком мало. Увы, контур из красной платины, губительной для ишау, ни он, ни Ори преодолеть не могли.

— Опять этот проклятый металл! — выругался Ридьяро, не решаясь подходить ближе к зданию, вокруг которого мерцал едва заметный красноватый энергетический полог. — Там ведь совершенно точно есть раненые. А я даже зайти не в силах… а ведь мог бы помочь.

Ори замерла, уставившись на родителя так, будто он был, как минимум, небожителем.

— Папа, ты можешь лечить? — Этот вопрос она просто выкрикнула, а в её глазах полыхнуло настоящее нетерпение. — Скажи мне? Ты ведь белокрылый, то есть твоя энергия созидательная…

— Да, Ори, — отозвался Рид, пока не понимая, что хочет от него дочь.

— Папа… — она схватила его за руку и посмотрела в глаза с настоящей мольбой. — Литар ранен. Он… умирает. Прошу… помоги ему. Клянусь… Я век буду твоей должницей.

И он видел, насколько сильно благополучие этого принца волнует его дочь, а её слова про должницу и вовсе ввергли его в шок настолько, что он даже не сразу нашёл слова для ответа.

— Папа, прошу… Он в покоях королевы. На втором этаже королевского крыла в гостиной нараспашку открыто окно. Лети… — срывающимся голосом умоляла она и добавила, уже не сдерживая навернувшихся на глазах слёз: — Пожалуйста…

И он просто не мог отказать ей. Не сейчас, не в этой просьбе. И несмотря на то, что в здании гостевого крыла находились его раненные соотечественники… несмотря на то что им совершенно точно нужна была его помощь, он всё же взмыл в небо, направляясь туда, куда просила Ориен.

А сама Ори проводила его фигуру полным надежды взглядом, подняла лицо к тёмному небу и в отчаянье прошептала:

— Светлые Боги… покровители этого мира… прошу… Никогда ничего не просила, а теперь вот прошу… умоляю… пусть он выживет. Пусть он будет здоров…

Но, увы, небо никак не отреагировало на её молитву. Оно осталось таким же равнодушным и беспристрастным. Да и какое вообще Богам дело до какой-то ишерской девушки, умоляющей спасти жизнь любимого человека, который, между прочим, сам подставился.

Уже второй раз он находится на грани… и второй раз — из-за неё.

Глава 12

Это чувство острее кинжала

И безумнее ста ураганов.

Его пламя сильнее пожара,

И страшнее глубин океанов.

Его силу давно разгадали,

Признавая проклятьем и даром.

Его в мире любовью прозвали —

Обжигающим душу дурманом…

Двери обгоревшего здания распахнулись, и на крыльце появился растрёпанный измазанный в саже Эрки, причём ещё и в обгорелой одежде. Но увидев напряжённую и какую-то дёрганную Ори, он вдруг приветливо махнул ей рукой и быстро сбежал по ступенькам.

— Все живы! — выкрикнул он, улыбаясь во весь рот. — Есть пострадавшие, у некоторых даже очень сильные ожоги, но никто не при смерти. Вылечим! Давай искать платину, а то они выйти не могут.

Наверно именно эта его невероятная жажда деятельности, вкупе с неизлечимой самоуверенностью и вернули её в реальность. Да, конечно, Эркрита необходимо было отчитать за глупую неразумную самодеятельность, за бессмысленный риск, которому он себя подверг, вбегая в горящее здание. Но сейчас Ориен даже заикаться не стала о том, что думает по поводу геройства этого маленького принца, решив высказать всё позже… Когда эта история с нападением на дворец закончится.

Увы, с шарами из красной платины им пришлось повозиться гораздо дольше. Вся проблема заключалась в том, что Ориен не могла к ним приблизиться, а Эрки сей металл не чувствовал совершенно. Ему приходилось рыскать по кустам в поисках каждого шарика, и это при том, что некоторые из них вообще оказались ещё и основательно присыпаны землёй.

Почти сразу после того, как отступил огонь, в здание направились стражники и лекари. Они помогали раненым, разбирали завалы из того, что сгорело, но вывести никого из ишау пока не могли — контур из энергии платины был ещё слишком силён и смертельно опасен для ишау. И только когда Ори с Эркритом расправились с половиной пресловутых шаров, его действие ослабло, а пострадавшие ишерцы смогли покинуть здание.

Уже на рассвете, когда из-за гор показались первые лучи холодного осеннего солнца, а всех пострадавших гостей из Ишерии переместили в лазарет, Ориен заметила на одной из дорожек парка необычно хмурого княжича. Он явно кого-то искал, высматривая по сторонам, а заметив девушку, тут же прибавил шагу, направляясь прямиком к ней.

— Ори! — пзвал подошедший Ренделли. — Ты как?

— Не пострадала, — честно ответила она, пожав плечами. — На самом деле, я вообще здесь случайно оказалась.

Заметно уставший и вымотанный Рен выглядел сейчас совсем не так, как она привыкла. Его длинные красные волосы были распущены и откровенно растрёпаны. Их концы оказались подпалены, как и ресницы, и брови. Его одежда выглядела ещё более плачевно, чем у Эрки, а на руках виднелись сильные ожоги.

— Это было диверсией, — выпалил Эркрит, откопавший очередной шарик и тут же превративший его в пыль. Затем поднял взгляд своих почерневших глаз на княжича и добавил: — Они сказали, что живым им нужен только я. Даже думать не хочу, почему.

Ренделли с каким-то мрачным удивлением посмотрел на маленького принца и вдруг спросил, обращаясь к нему, как к взрослому… как к равному:

— Кто пострадал?

Его голос хоть и прозвучал ровно, но в нём всё равно слышалось откровенное сочувствие. Вероятно, ему уже доложили, что нападение было совершено ещё и на королевское крыло. И если с ишерцами диверсанты боролись, используя замкнутый контур из красной платины и огонь, то с королевской семьёй решили разобраться наверняка.

— Убиты моя няня… — отозвался мальчик. Потом вздохнул и добавил, едва сдерживая рвущиеся наружу позорные для мужчины слёзы: — …и дядя Литар.

Ори же вдруг дёрнулась от его слов, будто от удара, и тут же обернулась к Эркриту.

— Нет же, Эрки. Лит жив! — воскликнула она, причём голос её звучал невероятно уверенно, словно она пыталась убедить саму себя. — Да, состояние тяжёлое, но ведь к нему вовремя прибыли целители. Они помогут. Вот увидишь.

Но мальчик лишь медленно покачал головой, бросил немного растерянный взгляд на княжича и снова посмотрел на девушку.

— Ори… ему нож попал в сердце… — проговорил Эркрит, опуская голову. — Его уже тогда нельзя было спасти. Пойми… после таких ранений не выживают. Я ведь несколько книг по анатомии прочитал… да и мой наставник по фехтованию тоже о таком рассказывал. — Он медленно выдохнул и добавил шёпотом: — Прости… Ориен. Но дядя Литар уже не с нами. Но он погиб… как герой. Защищая свой дом, свою королеву… и тебя.

— Нет же, Эрки! — снова выпалила она, даже не замечая того, что по её щекам стекают мокрые ручейки. — Я не верю! Этого не может быть. Такие, как Сокол так просто не погибают…

Мальчик растерянно сглотнул и, подойдя ближе, ободряюще взял её за руку.

— Ориен, ты ведь большая девочка, — проговорил маленький принц, стараясь её успокоить. — Давай думать, что он теперь в лучшем мире…

— Нет… — прошептала она, отчаянно мотая головой. — Эрки, ты не прав. Нет. — И вдруг вырвала свою руку из его пальцев и выкрикнула с настоящим отчаяньем: — Я не верю в это!

Она была не в себе… и совершенно не контролировала собственные эмоции. Но несмотря на своё жуткое состояние, просто не могла заставить себя поверить, что всё кончено.

— Я должна быть с ним! — решительно сказала Ори, медленно пятясь назад. Потом повернулась к княжичу и попросила, продолжая отходить дальше. — Рен, помоги Эрки найти оставшиеся шары из платины. Прошу тебя… Я должна увидеть Литара. Должна убедиться, что с ним всё хорошо.

И не дожидаясь его ответа, развернулась и мгновенно взмыла вверх.

Громадину дворца, который в лучах рассветного солнца засиял каким-то поистине мистическим светом, Ори перелетела за считанные мгновения и уже хотела вернуться в королевскую гостиную тем же путём, каким её покидала, но окно оказалось плотно закрыто. Потому пришлось ей добираться до нужных покоев через обычный вход.

А во дворце всё выглядело почти привычно. Повсюду горели магические огоньки, в коридорах больше не было тел раненых и погибших, а на постах снова стояли стражники. И лишь их бледные лица и пятна крови на мундирах, стенах и полу напоминали о том, что минувшая ночь прошла далеко неспокойно.

Наверно можно было спросить у кого-то из них, где принц Литар, но… Ориен слишком боялась услышать ответ, поэтому просто шла к королевским покоям, ни капли не беспокоясь, что её могут попросту туда не впустить. Хотя… вряд ли кто-то в здравом уме решил бы сейчас встать на её пути.

Вот только обгоревшая гостиная оказалась пустой. Сейчас эта некогда красивая комната выглядела ужасающе. Стены и потолок почернели, часть мебели полностью сгорела, окна закрывали обугленные шторы. Но стоило взгляду Ори упасть на то место, где в последний раз она видела Литара, а ныне виднелась лишь большая лужа крови… и мир её снова пошатнулся, а сама девушка едва смогла устоять на ногах.

— Нет… он жив, — упрямо шептала она сама себе. — Не мог умереть… Боги… не мог!

Из комнаты она в буквальном смысле выбежала. Сразу же набросилась на одного из стоящих у дверей стражников в надежде выяснить, куда унесли раненного Лита. А тот так опешил от её напора, что далеко не сразу сообразил, что именно эта странная леди от него хочет.

В итоге ей удалось узнать только то, что всех раненых переместили в лазарет, расположенный в лекарском крыле. Вот только Ориен сильно сомневалась, что принца разместили там же, где и простых солдат. Но всё равно направилась туда, ведь других вариантов у неё просто не было.

А лазарет оказался поистине переполнен. Здесь в этот утренний час творилось что-то жуткое. Всем пострадавшим попросту не хватило места в палатах, и помощь некоторым из них оказывали прямо в коридоре. Лекари метались от пациента к пациенту, стараясь сделать хоть что-то. Существенно осложняло ситуацию то, что на ишерцев человеческая магия не действовала, и целительная в том числе. Поэтому обрабатывать их раны приходилось обычными способами.

В этом плане пострадавшим стражникам повезло чуть больше, хотя их ранения были в разы страшнее. Оно и понятно, ведь многим из охранников дворца пришлось сражаться с противниками в полной темноте, в которой оказалось очень сложно определить, где свои, где чужие…

— Ориен, — обратился к ней усталый мужской голос.

Девушка обернулась и с какой-то откровенной растерянностью уставилась на побледневшего, будто высохшего отца. Он стоял в дверном проёме и выглядел так, будто только что облетел всю Карилию на собственных крыльях.

— Не думаю, что тебе стоит здесь находиться, — добавил Ридьяро, протягивая ей руку. — Пойдём. Я провожу тебя до портальной комнаты. Маги откроют тебе переход к дому.

— Нет! — решительно заявила она, резко качая головой. — Папа, ответь, что с Литаром? Я должна его видеть.

— Ори… — попытался что-то сказать мужчина, но по тому, как напрягся его голос, девушка уже поняла, что ничего хорошего он ей не сообщит.

— Папа, где он?! — воскликнула Ориен, цепляясь руками за его ладонь. — Скажи… прошу… я должна его увидеть! — Она начала дрожать всем телом и даже не пыталась сдержать рвущиеся наружу слёзы. — Умоляю, папа… Я должна…

Лорд Орте Гриан отвёл взгляд в сторону, будто стараясь найти правильные слова, но вдруг обречённо вздохнул и, развернувшись, потянул Ориен за собой. В той же напряжённой тишине они покинули лекарское крыло, прошли через несколько переходов, миновали крутую лестницу и оказались перед невзрачной серой дверью.

И только теперь, когда пути назад уже не было, Рид снова обернулся к дочери и хотел что-то сказать… предупредить… но так и не смог найти слов. Но Ори не стала дожидаться его разрешения. Она сама толкнула створку и решительно переступила порог.

Но войдя внутрь просторной комнаты, залитой холодным утренним светом, сразу остановилась. Первой кого она увидела, оказалась необычно бледная королева, чьи синие глаза сейчас будто остекленели, и в них очень ярко отражалась бескрайняя холодная пустота. Эриол сидела в кресле у кровати, а рядом с ней стоял мрачный лорд Мадели. Он держал женщину за руку и явно о чём-то напряжённо раздумывал. Но заметив появившуюся в дверях Ори, оставил королеву и направился прямиком к ней.

— Лорд Мадели… — попыталась начать она, но он вдруг выставил перед собой ладонь, призывая её молчать.

— Ориен… он отдал за вас жизнь, — холодно, но без упрёка проговорил Кай, глядя ей прямо в глаза.

От этих слов сердце девушки на мгновение замерло… и будто бы покрылось корочкой льда. Всё же она до последнего не верила, что её Сокол, её любимый упрямый Литар может вот так умереть. Увы, вынести это она была не в силах.

Уже не обращая внимания на какие-то там правила, которые теперь стали совершенно не важны, Ори обогнула мужчину и в отчаянии упала на колени рядом у кроватью, на которой лежал её принц. Его кожа была белой… и почти сливалась с простынями, его глаза оказались закрыты. Его обескровленные губы потрескались, на лице виднелось несколько царапин, но… он совершенно точно дышал.

Не веря своим глазам, Ори схватила его ладонь и крепко сжала обеими руками. И пусть та оказалась далеко не такой тёплой, как обычно, и даже прохладной, но… он был жив.

— Жив… — прошептала девушка, уткнувшись лицом в его предплечье. — Боги… жив…

— Ори, — севшим до шёпота голосом обратилась к ней стоящая рядом королева. — Он до сих пор на грани… Почти перешагнул за неё. Раны залечили, но это уже… не могло помочь. По словам лекарей… — Она запнулась, словно ей на самом деле было невероятно сложно говорить всё это. Но всё же нашла в себе силы закончить, хотя Ори прекрасно видела, каких невероятных усилий ей это стоит: — Они говорят, что он уже не выкарабкается.

— Нет, — выпалила девушка, отчаянно замотав головой. — С ним всё будет хорошо. Он обязательно поправится. Я знаю… чувствую. Ваше Величество, он поразительно сильный человек. Он справится со всем. Всегда справлялся!

Она приложила холодную руку Сокола к своей щеке и накрыла ладонью. И в этот момент вдруг почувствовала, как его внутренняя энергия медленно… будто нехотя… но всё же начинает откликаться. Как тот огонь, что и являлся его истинной сутью, словно просыпается… возрождается… и медленно растекается по организму.

— Я ощущаю его пламя, — проговорила Ори, оборачиваясь к Ридьяро и глядя на него с дикой надеждой. — Оно ведь… не позволит ему умереть?

Тот же посмотрел на дочь с искренним сомнением и, подойдя ближе, коснулся ладонью бледного лба принца. На несколько мгновений Рид прикрыл глаза, анализируя состояние своего пациента, а когда снова их распахнул, просто не смог сдержать мягкой улыбки.

— Выживет. Теперь уже точно, — сообщил он, глядя на напряжённую королеву, у которой после его слов на глазах показались слёзы.

Её Величество вдруг едва слышно всхлипнула и тут же поспешила закрыть лицо руками. Кай же вздохнул просто с невероятным облегчением, а потом подошёл к Эриол, присел прямо на пол рядом с её ногами и крепко сжал руку своей супруги.

Ориен снова погладила ладонь Литара, с безумной радостью ощущая, как та начинает теплеть. И в этот момент почувствовала себя по-настоящему счастливой… ведь её любимый, самый важный для неё человек, был жив.

— Поразительно, — добавил Ридьяро, прикладывая пальцы к вискам своего пациента. — На мой зов его огонь откликаться не желал, как бы я ни старался. Но стоило прийти тебе, Ори, и эта своенравная энергия повиновалась, как дрессированная, притом, что ты даже не пыталась её звать.

— Лорд Орте Гриан, — обратилась к нему немного пришедшая в себя королева. — Благодарю вас за всё. Вы спасли жизнь моему сыну.

— Учитывая тот факт, что самую опасную рану он получил, спасая мою дочь, я не мог поступить иначе, — ответил ей Рид, убирая руки. И тут же поспешил добавить: — Стихия снова разбужена, восстановление организма идёт полным ходом, но… ближайшие сутки, а то и двое, он точно проспит. И лучше, чтобы при этом рядом с ним кто-то находился.

— Конечно, — тут же отозвался лорд Мадели, поднимаясь на ноги и подавая руку своей королеве. — Сейчас же распоряжусь, чтобы прислали кого-нибудь из лазарета.

— Не нужно, — решительно заявила Ори, поднимая взгляд на отца своего любимого Сокола. — Я сама с ним останусь. Если что-то произойдёт, сразу же позову лекаря. Сейчас, в любом случае, каждый из них куда нужнее другим раненым.

— Ори, ты сама устала, — попытался переубедить её Ридьяро. — Бледная, и вот-вот свалишься от бессилия.

— Ничего, пап, — поспешила заверить его девушка, — переживу. Сейчас для меня куда важнее состояние Лита, чем моё. Не беспокойся.

Риду явно было, что на это ответить, но видя, как на самом деле это важно для его девочки, он всё-таки заставил себя промолчать. Вскоре и он, и родители пострадавшего принца покинули комнату, а Ориен придвинула кресло вплотную к кровати и, присев в него, снова крепко сжала руку Литара.

Он всё ещё оставался совершенно белым, но теперь дышал куда увереннее. Его грудная клетка оказалась перетянута белыми бинтами. На теле ещё виднелись остатки поспешно смытых кровопотёков, а ссадин и мелких порезов виднелось столько, что Ори внутренне похолодела. Но, несмотря на все эти многочисленные повреждения, Лит был жив и шёл на поправку. И уже этого оказалось достаточно, чтобы Ориен почувствовала себя счастливой.

Она сидела рядом с ним, совсем не замечая течения времени. И так как категорически отказалась куда-то выходить, и завтрак и обед ей принесли в комнату, вот только Ори так и не нашла в себе силы притронуться к еде. Несколько раз заглядывал Эрки, который на самом деле оказался искренне рад и даже счастлив от того, что его любимый дядюшка всё-таки выжил. Ещё приходил Дамьен… и выглядел очень виноватым, ведь в такой важный момент, когда его семья в нём нуждалась, его попросту не оказалось рядом. Заходил и Эмбрис, и вид у него при этом был настолько суровым, что Ори заранее посочувствовала всем, кто сегодня попадётся под его горячую руку.

А ближе к вечеру, когда солнце уже почти село за гору, завершив свой дневной путь, неожиданно пришёл капитан Мартин — тот самый, который считался первым заместителем Литара в его драгоценном и горячо любимом департаменте. Вот только явился он совсем не для того, чтобы проведать своего начальника. Как оказалось, у него было дело именно к Ориен.

— Леди Орте Гриан, — начал он, осторожно прикрыв за собой дверь. Но когда заметил её непонимающий взгляд, тут же поспешил поправиться и опустить официальное обращение: — Ори, я пришёл к тебе.

— Зачем? — удивлённо уточнила девушка. И пусть с Мартином их связывали довольно тёплые приятельские отношения, но она всё равно никак не могла представить, что могло ему от неё понадобиться, причём именно сейчас.

— Один из нападавших раскололся, — поспешил пояснить капитан. — Покушение и диверсия были акцией спланированной и проведённой графом Арманом Савари. Полчаса назад его вместе с сообщниками доставили во дворец. Нужно провести допрос, но наши менталисты сквозь его щит пробиться не могут. Поэтому нам необходима твоя помощь.

Ориен понимающе вздохнула и перевела виноватый взгляд на Литара. Тот уже выглядел не настолько бледным, да и дыхание его стало гораздо ровнее. Теперь уже при взгляде на него можно было подумать, что он просто сильно устал и поэтому так крепко спит.

С одной стороны девушке не хотелось отходить от него ни на минуту, несмотря даже на то, что его жизни уже ничего не угрожало. Но с другой, — он ведь так мечтал поймать Савари, а она могла очень сильно помочь с допросом этого негодяя. Именно поэтому, пусть и скрепя сердце, Ори всё же поднялась и, бросив прощальный взгляд на Лита, направилась к выходу вслед за Мартином. А стоило ей покинуть комнату, как её место у кровати принца тут же занял дежуривший в коридоре младший лекарь.

По правде говоря, сейчас Ориен была слишком взвинчена, чтобы действовать аккуратно. А когда увидела наглую самоуверенную физиономию Савари, и вовсе едва удержала себя от того, чтобы не снести ему сознание сильнейшей силовой вольной. И лишь понимание того факта, что в этом случае он просто не сможет ничего им поведать, пока удерживало её от воплощения этого желания в жизнь.

Вот только кое-что она всё-таки сделала… просто не смогла удержаться. Заглянув ему в глаза, легко прошла сквозь ментальный щит, но не стала его ломать, а просто немного подкорректировала. Теперь в нём образовалась ощутимая брешь, дающая возможность влезть в голову этого человека любому менталисту. Правда, для самого Армана каждое такое проникновение теперь будет отдаваться жуткой безумной болью, способной попросту свести с ума. Ну и конечно, Ориен сделала так, чтобы он отвечал чистую правду на любой заданный вопрос, существенно облегчив работу дознавателей. И лишь после этого посчитала свой долг выполненным.

Вот только гордо уйти из подземелий у неё не получилось. После всех переживаний, после бессонной ночи, после того, что она испытала, решив, что потеряла Литара, это ментальное воздействие попросту сыграло для неё роль последней капли. Наверно, не окажись рядом капитана Мартина, она бы точно рухнула на пол. Но бравый служитель департамента правопорядка очень вовремя поймал её под локоть, а потом и вовсе поднял на руки и понёс наверх. И как бы она ни сопротивлялась, как бы ни отмахивалась, как ни уговаривала, но её всё равно доставили домой, где девушку уже ждала искренне волнующаяся мать.

Лиара сама напоила Ориен каким-то странным чаем и настояла на том, чтобы та поспала хотя бы пару часов. И Ори согласилась прилечь ненадолго, но стоило голове коснуться подушки и веки сами собой закрылись, а её сознание провалилось в такой необходимый и спасительный сон.

* * *

Сознание к Литару возвращалось урывками…

Первый раз открыв глаза глубокой ночью, он несколько долгих секунд смотрел на совершенно незнакомый потолок, но как ни пытался повернуть голову, ничего у него не выходило. На какое-то мгновение он даже подумал, что его собственное тело больше ему не подчиняется… и на этой мысли снова провалился в забытье.

В следующий раз он очнулся уже днём. Вокруг было светло, а рядом с кроватью, к его искреннему удивлению, сидела Эрлисса. Увидев, что брат пришёл в себя она вся всполошилась, но вместо того чтобы позвать кого-то, вдруг улыбнулась и придвинулась к нему ближе.

Видимо его недоумение как-то отразилось на лице, потому что Лисса лишь расслабленно вздохнула и привычно усмехнулась.

— Да, братик, это я. И не нужно так удивляться. Между прочим, мы все за тебя очень переживаем, — проговорила она неожиданно мягким тоном. Но когда Лит никак на её слова не отреагировал вдруг напряглась и спросила: — Ты вообще меня слышишь?

Он уже хотел ответить, что конечно слышит, и даже попытался кивнуть, но… в этот момент перед его глазами всё снова поплыло, а сознание накрыла темнота.

Потом он дважды просыпался ночью, и даже смог повернуть голову из стороны в сторону. Правда, после этого снова мгновенно засыпал. Но только теперь спокойная темнота его снов отступила, а ей на смену пришли странные видения. И в них он снова и снова дрался с кем-то в горящей комнате. С ужасом наблюдал, как брошенный кем-то нож летит прямо в его Ориен… врезается в её тело. Как она падает и, умирая… говорит ему, что любит. Что всё равно не смогла бы жить без него…

Эти сны повторялись постоянно, не оставляя его ни на мгновение. И в итоге он уже сам старался просыпаться чаще и делал всё, чтобы не засыпать как можно дольше. Правда, получалось пока плохо, и время его бодрствования ограничивалось лишь несколькими минутами.

А однажды… кошмары отступили, сражённые ярким светом. Ушли, изгнанные чистым сиянием. Таким тёплым и приятным, что в нём хотелось греться бесконечно. И в какой-то момент Литару даже показалось, что с ним говорит его Ори. Будто это она светится… Сидит рядом, гладит его по голове и… прощается.

Он очень хотел открыть глаза. Посмотреть на неё. Сказать, чтобы она даже и не думала никуда от него уезжать. Сейчас он был готов просить… умолять её остаться с ним. Стать его женщиной перед Светлыми Богами. Его женой… Но, увы, так и не смог сбросить с себя оковы сна.

Ему казалось, что он чувствует её слёзы на тыльной стороне своей ладони, которую девушка прижимала к своему лицу. Ощущает прикосновения её губ к своим губам. Слышит её голос…

А потом… она ушла… чтобы больше никогда к нему не вернуться. И в тот же момент исчезло и сияние, а в его душе поселилась жуткая холодная пустота.

Литар сам не понял, каким образом это ему удалось, но он всё-таки заставил себя проснуться. Вот только когда это у него, наконец, получилось, в комнате уже никого не было. И пусть то странное видение могло оказаться всего лишь очередным сном, но Лит почему-то не сомневался, что Ори на самом деле приходила к нему.

Вдруг его внимание привлёк звук открывающейся двери, и принц тут же повернул голову и уставился на неё с таким воодушевлением, которого даже сам от себя не ожидал. Но, вопреки его ожиданиям, на пороге оказалась совсем не Ориен, а её красноволосый папочка.

Увидев, что Лит не просто в сознании, а даже выглядит вполне сносно, Ридьяро удовлетворённо улыбнулся и направился прямиком к его постели.

— С возвращением, Ваше Высочество, — проговорил он, подходя ближе. — Разрешите, я проверю ваше состояние.

Когда Орте Гриан положил ладонь на его лоб, как обычно делали лекари, Литар поначалу даже немного смутился. Он-то понятия не имел, что у Рида есть способности к целительству. Да и не ожидал от него помощи. Всё же, несмотря на взаимное уважение, друзьями они по понятным причинам так и не стали.

— Связь со стихией восстановилась полностью, — заметил ишерец, прикрывая глаза, чтобы лучше чувствовать внутренние энергии своего пациента. — Но организм очень слаб. Теперь необходимо обильное питание и отдых. Думаю, через три-четыре дня вы сможете встать. Но на полное восстановление уйдёт не меньше нескольких недель.

— Что… со мной… случилось? — прохрипел Литар, и даже эти слова отдались в его груди ноющей болью.

— Много чего, — ответил ему Ридьяро, присаживаясь в придвинутое к кровати кресло. — Вы защищали свой дворец и свою мать. А потом геройски приняли на себя метательный нож. Хотели отпихнуть Ори, а подставились сами. Было пробито лёгкое. Сердце только чудом оказалось не задето, ведь иначе даже я не смог бы помочь.

— Вы? — не понял Сокол.

— Да, Литар. Меня к вам Ориен направила. Очень за вас испугалась. И, честно говоря, появился я вовремя, — спокойно пояснил ишерец. — Ваша стихия уже не откликалась, а лекари толком не могли ничего сделать. Они, конечно, талантливые ребята, но в той ситуации явно были не в себе.

— Когда это… случилось? — С каждой фразой голос Лита звучал гораздо уверенней, но ему всё равно пока удавалось говорить с огромным трудом.

— Четыре дня назад, — ответил Рид. — И сейчас я зашёл проверить ваше самочувствие перед отъездом.

— Вы… уезжаете? В Ишерию? — чуть напряжённо протянул Литар. — Но…

— Мы и так задержались, — мягким тоном пояснил лорд Орте Гриан. — Наш корабль в Карсталле уже давно готов к отплытию.

— А Ори? — взволнованно спросил Сокол, а в его тоне заметно промелькнуло нечто похожее на испуг. — Она… тоже?

— Да, — кивнул его собеседник. — И, насколько мне известно, вы с ней всё выяснили…

— Нет! — решительно заявил принц, отчаянно пытаясь подняться. Увы, ничего у него не получалось. Руки почти не слушались, и всё тело казалось каким-то чужим, но он всё равно старался изо всех сил. — Не всё! — выпалил, даже не пытаясь скрыть нервного напряжения. — Мне нужно с ней поговорить.

Ридьяро некоторое время молча наблюдал за его бессмысленными попытками подняться, а потом покачал головой и всё же помог своему упрямому пациенту сесть, опираясь спиной на подушки.

— Встать на ноги всё равно не сможете, — заметил Рид, глядя на него с сочувствием. — Сейчас это вам не по силам.

И тогда Сокол повернулся к ишерцу и с явной решимостью посмотрел ему в глаза.

— Лорд Орте Гриан, — официальным тоном проговорил он. — Я бы хотел увидеть Ориен.

— Для чего? — спокойно уточнил отец девушки.

— Потому что не могу допустить, чтобы она уехала, — взволнованно выпалил принц. — Она нужна мне.

Но Ридьяро на такое заявление отреагировал почти равнодушно.

— Сожалею, Ваше Высочество. Ориен уже покинула дворец. Она заходила к вам… надеялась попрощаться лично, но, увы, не получилось.

Но Литара такой его ответ совершенно точно не устраивал. Никак. Он понимал, что не может допустить того, чтобы его Ори покинула страну. Не мог вот так её потерять…

— Ридьяро, ваш корабль ждал несколько дней, — сказал Сокол, даже не замечая, как странно дрожит его голос. — Может подождать ещё немного. Пожалуйста, позовите сюда Ориен. Я должен сказать ей…

— И что же?

— Что люблю её, — раздражённо воскликнул Литар, уже понимая, что Ридьяро ему помогать не станет. — Да, люблю. И она меня любит.

Но, несмотря на собственное удивление, ишерец внешне продолжал оставаться совершенно спокойным. Будто слова принца о любви к его дочери, не имели для этого человека абсолютно никакого значения. Вместо ответа он лишь едва заметно усмехнулся и отрицательно покачал головой.

Весь его вид говорил о том, что он не станет менять свои планы из-за чьих-то неожиданно проснувшихся чувств. И понимая, что так точно ничего не добьётся, Лит вдруг набрал в лёгкие побольше воздуха и выкрикнул так громко, насколько хватило сил:

— Стража!

На его вопль мгновенно явились сразу несколько дежурных служителей порядка, а с ними — сбитый с толку лорд Мадели. По всей видимости, он как раз шёл навестить сына, когда до его слуха донёсся этот крик. Но не успел он даже и рта раскрыть, чтобы поинтересоваться причинами столь странного вопля, как Лит снова повернулся к Ридьяро и официальным тоном заявил:

— Лорд Орте Гриан, сейчас, здесь, при свидетелях, среди которых присутствует и мой отец, я официально прошу руки вашей дочери, Ориен.

На несколько мгновений в комнате повисло напряжённое молчание. По опешившему виду Ридьяро было понятно, что он никак не ожидал от Литара подобных заявлений и теперь отчаянно старался придумать, как быть дальше. Ведь, как ни выкручивайся, а отказать принцу на территории его страны, да ещё и при посторонних, он просто не мог, но и давать согласие почему-то не желал. А вот Кай — человек, который всегда прекрасно держал все свои эмоции под контролем, вдруг посмотрел на ишерца с видом истинного победителя и улыбнулся так открыто, что просто оказался не в силах подавить в себе эту улыбку.

— Но вы ведь не можете жениться на ней, — попытался возразить ишерец, и тут же поспешил пояснить свою мысль: — Я интересовался, изучал ваше законодательство, традиции. Собственными глазами видел копию того древнего закона, в котором сказано, что король или королева, в том числе наследники престола, не могут быть женаты на представителе другой расы. И это же не просто документ… Насколько мне известно, традиции престолонаследия в Карилии незыблемы. Пойти против них, значит пойти против воли Светлых Богов. А вы, Литар, как ни крути, один из наследников.

— В данном случае я вижу два возможных варианта, — заявил Лит, прямо глядя ему в глаза. — Либо этот закон будет отменён… Либо я напишу официальный отказ от притязаний на трон. В любом случае, кронпринцем является Эмбрис, а у него уже есть свои наследники. Так что Карилия от такого моего решения никоим образом не пострадает.

— Значит… вы действительно готовы жениться на моей дочери? — напряжённым тоном уточнил лорд Орте Гриан.

— Готов, — уверенно подтвердил Лит, хотя при всём его болезненном виде такое громкое утверждение казалось, как минимум, странным.

В этот раз ишерец молчал дольше. Он даже задумчиво отошёл к окну и несколько минут просто стоял, глядя на внутренний двор дворцового комплекса, где несмотря на холодную погоду, по парку прогуливались люди.

А вот Кай наблюдал за его метаниями с поразительно самодовольным видом. Сейчас он как никто другой понимал Ридьяро, ведь сам когда-то был на его месте. Лорд Мадели до сих пор прекрасно помнил, как оказался шокирован, услышав заявление сайлирского кронпринца о том, что тот желает жениться на Эрлиссе. Тогда он чувствовал себя таким же растерянным и загнанным в угол, как сейчас Рид. Вот только ситуации всё же сильно отличались. И в данном случае он почти не видел препятствий для этого брака. Тем более если сын сам всё решил.

Признаться, раньше Кай не воспринимал увлечение Литара ишерской девочкой всерьёз. Перед его глазами до сих пор стояла та картина, что он увидел, войдя как-то утром в спальню Лита. Помнится, тогда Ориен спала на шкуре у камина, причём её руки связывал антимагический шнурок, а ноги были привязаны верёвкой к каминной стойке. Честно говоря, в тот момент он и подумать не мог, что наступит день, и его сын изъявит желание жениться на этой девушке.

Наверно лишь увидев, как Лит отталкивает её с траектории полёта метательного ножа, как фактически подставляется, ради того, чтобы её спасти… Кай понял, что в их отношениях всё гораздо серьёзнее, чем ему казалось. А после того, как Ориен одним своим прикосновением умудрилась разбудить в Литаре его застывшую стихию, лорд Мадели окончательно убедился, что чувства этих двоих не только взаимны, но и очень сильны.

— Я ведь не могу вам отказать, — прозвучал в напряжённой тишине комнаты голос ишерца.

Ридьяро снова подошёл ближе к кровати Лита и, остановившись у придвинутого к ней кресла, посмотрел на принца.

— Вот только… сейчас вы ещё не в себе, — продолжил Рид, глядя ему в глаза. — Вы четыре дня провели без сознания, едва не шагнули за грань. Может случиться так, что уже через неделю ваше решение… этот непонятный порыв, покажется вам глупостью. Возможно, вскоре вы пожалеете о том, что попросили у меня руки Ори.

— Не пожалею! — уверенно заявил Лит. И тут же добавил: — Я люблю вашу дочь, лорд Орте Гриан. Я хочу быть с ней.

— И всё-таки, — не желал сдаваться мужчина. — Как человек, спасший вашу жизнь, я прошу вас об одном…

После этих слов Литар заметно напрягся, а с лица Кая пропал даже намёк на улыбку. Ведь они прекрасно понимали, что долг жизни в любом случае обяжет Лита выполнить всё, что скажет Ридьяро. А тот вполне мог потребовать отказаться от Ори… поэтому продолжение его фразы и принц, и его отец ждали с замиранием сердца.

— Ваше Высочество, я прошу вас не препятствовать отъезду Ориен, — продолжил Рид. Но видя, как искренне взволнован его пациент, которому вообще сейчас были противопоказаны отрицательные эмоции, поспешил пояснить причины своей просьбы: — Пусть она уедет, посмотрит на Ишерию, познакомится с родственниками. А вы за это время обдумаете своё решение. Всё ещё раз взвесите. А через два месяца… если Ори даст вам своё согласие, я обещаю, что приму ваш брак.

— Два… месяца? — бесцветным тоном протянул растерянный Сокол.

— Да, Литар. Нас официально пригласили на новогодний бал в сайлирскую столицу. Там-то вы и сможете поговорить с Ориен. А пока… пусть всё останется, как есть.

Видя, что сын явно от такого предложения не в восторге, Кай всё же решил вмешаться. А то мало ли… на самом деле таким нервным и разбитым он Литара видел впервые. Кто знает, что тот мог выкинуть, находясь в столь напряжённом состоянии.

— Ридьяро, — обратился к ишерцу лорд Мадели. — Мне понятны ваши опасения, и я даже в чём-то согласен с принятой вами позицией. В конце концов, два месяца — это не такой уж и большой срок. А Ориен, на самом деле, стоит посмотреть свою страну. Развеяться… отвлечься. Так для неё будет лучше.

— Отец! — попытался возразить Лит и посмотрел на него, как на настоящего предателя. Он явно собирался прямо сейчас высказать Каю всё, что думает по этому поводу, но тот остановил его простым жестом руки.

— Я понимаю, что ты хочешь сам с ней объясниться, — проговорил лорд Мадели, встречая напряжённый взгляд сына. — Но не рекомендовал бы этого делать. Не сомневаюсь, Лит, что если она хотя бы раз до отъезда войдёт в эту комнату, то попросту откажется уезжать.

— Но я ведь… ничего ей не объяснял! — попытался донести до него Сокол, которого почти уже трясло от собственного бессилия и всё больше возрастающего отчаяния. — Она думает, что я от неё отказался! Думает, что не нужна мне.

И лорд Мадели прекрасно видел, как взволнован его сын, как всё это для него важно. Наверно именно поэтому и решил, что просто обязан сделать всё возможное, чтобы по истечении этих двух месяцев молодая леди Орте Гриан вернулась к Литару.

— Вот что… я сам с ней поговорю, — заверил его Кай. — Прямо сейчас и отправлюсь на её поиски. Но не надейся, что услышав мои слова, она придёт к тебе. Лорд Орте Гриан просил о двух месяцах… и мы должны выполнить его просьбу.

Литу было, что на это ответить, и он уже собрался озвучить своё решительное возражение, но снова встретил взгляд отца, в котором так и светилась фраза: «Поверь, я знаю, что делаю». Наверно именно поэтому он всё-таки нашёл в себе силы промолчать.

Видя, что сын всё же смог усмирить свои бушующие эмоции, Кай кивнул на прощание Ридьяро и решительно направился к выходу. Он ведь пообещал поговорить с Ориен прямо сейчас и теперь обязан был своё обещание выполнить.

Вслед за лордом Мадели комнату покинули и стражники, которым явно было не по себе от всего происходящего. А после их ухода ещё более бледный и тяжело дышащий принц снова остался наедине с Ридьяро, который, судя по всему, уходить пока не собирался.

И всё же Литару пришлось признать, что он переоценил собственные силы. Куда там встать? На самом деле он даже сидеть нормально пока не мог. На то, чтобы просто не дать голове завалиться на бок уходило столько энергии, что и не передать. Сейчас, когда его эмоции немного поутихли, он почувствовал себя дико уставшим, а перед глазами уже снова начали появляться тёмные пятна.

— Рид, вы ведь сами… говорили мне, что хотели бы, чтобы… рядом с вашей дочерью был такой человек… как я, — тихим голосом сказал Литар, которому теперь каждое слово удавалось с большим трудом. — Почему же теперь… возражаете?

Видя состояние принца, Ридьяро снова подошёл ближе и положил ладонь на его лоб.

— Вам нужен отдых, — назидательным тоном заявил ишерец. — Сон, много полезной пищи. Ваш организм необходимо восстанавливать. Ему нужны силы, чтобы удерживать стихию.

— Я понимаю, — прошептал принц, потому что собственный голос ему уже почти не повиновался. — Лорд Орте Гриан… Ориен…

— Лучше молчите, — оборвал его красноволосый, одарив строгим взглядом. — В любом случае, у вас есть ещё два месяца, чтобы всё решить. Да и, в конце концов, моя дочь ещё не дала вам своего согласия.

Принц хмуро кивнул, на мгновение прикрыл глаза, но тут же снова распахнул ресницы и внимательно посмотрел на своего собеседника.

— Рид, прошу… — проговорил он едва слышным шёпотом, — передайте ей, что… я очень хочу сына… — и добавил, в буквальном смысле, тратя на это последние силы: — …с вертикальными зрачками… Она… поймёт…

Литар тяжело вздохнул, снова устало смежил веки и… больше уже не смог их открыть. Но по тому, какая блаженная улыбка застыла на его губах, Ридьяро и так догадался, насколько искренне была сказана последняя фраза. Вероятно этот человек, Белый Сокол, на самом деле любит Ориен. И осознавая это, её отец просто не видел смысла препятствовать их браку. Но…увы, за два месяца могло измениться слишком многое. И, возможно, сама Ори просто не захочет возвращаться к этому человеку… пусть и в качестве законной супруги.

А в это самое время лорд Мадели, уже перенёсся к зданию столичного стационарного портала и, остановившись на его высоких ступеньках, попытался отыскать среди собравшихся здесь людей и ишау нужную ему девушку. Но, так её и не увидев, всё же благоразумно решил обратиться за помощью к стражникам. Вот один из них и поведал ему о том, что около получаса назад леди Орте Гриан покинула столицу, не став дожидаться официальной церемонии. Причин она никому объяснять не стала, но выглядела при этом очень бледной и расстроенной.

Кай с хмурым видом выслушал осведомлённого служителя порядка и, коротко поблагодарив его за информацию, решительно направился к порталу. И пусть время играло против него, пусть он понятия не имел, где в Карсталле искать ишерский корабль, но отступать уж точно не собирался.

Побережье встретило лорда Мадели знойной жарой. После Эргона, где давно царила поздняя осень, эта разница ощущалась особенно сильно. Пришлось ему поспешно сбрасывать с себя и плащ, и пиджак, потому что в местном климате они были совершенно неуместны. А закатав рукава и расстегнув несколько верхних пуговиц рубашки, с разлохмаченными столичным ветром волосами он внешне стал куда больше похож на обычного моряка, чем на благородного лорда. Зато почти не привлекал к себе лишнее внимание местных жителей.

К молчаливой радости Кая, нужное ему судно удалось отыскать почти сразу. А всё потому, что возле ишерского парусника, который во всей своей иноземной красе гордо покачивался на волнах у главного причала, столпилось столько зевак, что пройти мимо оказалось просто невозможно. Здесь собралась такая толпа, что лорду Мадели пришлось сильно постараться, чтобы пробиться к трапу. Конечно, можно было бы подвинуть людей потоками воздуха, или просто приказать им разойтись, но ему почему-то совсем не хотелось поднимать шум.

К счастью, у сходней дежурили солдаты из дворцовой гвардии, которые прекрасно знали супруга королевы в лицо, потому с проникновением на корабль проблем у Кая не возникло. А уж найти на нём нужную ему особу и вовсе не составило никакого труда.

Ори сидела в плетёном кресле на кормовой палубе и с горькой тоской смотрела на спокойное море. И было во всём её облике нечто такое… до боли грустное, какая-то настоящая давящая пустота, отчего складывалось ощущение, что эта девушка очень несчастна. Она совершенно точно не хотела уезжать, но и остаться не могла…

— Леди Ориен, — обратился к ней Кай, подходя чуть ближе и останавливаясь в нескольких шагах от её кресла. — Добрый день.

— Лорд Мадели? — выпалила Ори, поднимая на него удивлённый взгляд. Она явно никак не могла понять, что здесь делает отец Лита, в то время как в столице как раз должна начаться церемония торжественного прощания с ишерской делегацией. — Что-то случилось? — тут же взволнованно предположила девушка.

— Нет, Ори. Всё хорошо, — поспешил заверить её неожиданный гость. — Я просто хотел поговорить с вами перед вашим отплытием.

— О чём? — с сомнением уточнила девушка.

— О Литаре, — честно признался он. Да только заметив, как при звучании этого имени загорелись её глаза, тут же поспешил добавить: — Но перед тем как я начну, вы должны пообещать мне одну вещь. Независимо от того, что я скажу, сегодня вы отбудете вместе со своей семьёй в Ишерию и не появитесь на континенте раньше конца этого года.

Она ответила ему напряжённым недоверчивым взглядом, да только Кай слишком хорошо знал менталистов и потому старался вообще не смотреть ей в глаза. Тем более что способности этой девушки позволяли ей легко обходить любые ментальные щиты.

— Пообещайте, Ори, — настаивал лорд Мадели. — Иначе я ничего не скажу.

Учитывая тот факт, что она вообще больше не собиралась возвращаться в Карилию, ей было совсем несложно дать ему это обещание. По сути, оно не могло ни на что повлиять. Всё уже было решено, и Ори сильно сомневалась, что слова этого человека могут изменить её решение.

— Обещаю, — сказала она, пристально глядя на супруга королевы.

Кай в ответ лишь кивнул, показывая тем самым, что принимает её обещание, затем прошёлся по палубе и остановился, опершись спиной на резные поручни.

— Литар пришёл в себя, — довольным тоном проговорил он.

Услышав его слова, Ори замерла и на несколько мгновений даже перестала дышать. А потом медленно втянула в лёгкие солоноватый морской воздух и с удивлением ощутила, что лишь теперь снова начинает чувствовать этот мир. Странно, но она сама не осознавала, что с тех пор, как Лит оказался на грани жизни и смерти, вся окружающая действительность для неё будто померкла. И лишь теперь, когда он пришёл в себя, она снова смогла продолжать жить.

— Как он? — спросила тихим голосом, в котором так явно слышались нотки искреннего волнения. И не в силах и дальше сидеть на месте, поднялась и подойдя к лорду Мадели, остановилась рядом с ним у поручней.

— Пока очень слаб, но характер уже показывает, — ответил тот, задумчиво глядя вдаль. — Иногда Лит слишком сильно напоминает мне Эриол. Он так же упрям, так же непробиваем. И точно так же, как его мать, готов положить свою жизнь на благо государства.

На мгновение Кай замолчал, следя за полётом кружащей над морем чайки, но вдруг усмехнулся каким-то своим мыслям и добавил:

— Знаете, Ори, даже будучи влюблённой, Её Величество девять лет держала меня на расстоянии. Она была уверена, что для монархини любовь — это слабость, которую нельзя себе позволять. И только по воле Светлых Богов нам с ней удалось стать семьёй. На самом деле, я до сих пор считаю это настоящим чудом. И сейчас, видя то, какие отношения связывают вас с Литом, как вы к нему относитесь… просто не могу оставаться в стороне.

— Он ведь поправится? — спросила Ориен, глядя лорда Мадели с настоящей надеждой. — Восстановится?

— Конечно, — с улыбкой отозвался Кай. — И зная Литара, могу с уверенностью заявить, что это произойдёт очень скоро. Но, Ори, я пришёл сюда не для того, чтобы говорить о его здоровье.

— А для чего тогда? — осторожно поинтересовалась девушка. Ей до сих пор было совершенно непонятно странное поведение собеседника, а в мыслях вертелось только одно возможное предположение. Именно его она и решила озвучить: — Хотите завербовать меня, чтобы я шпионила для вашей страны на территории Ишерии?

— Боги, нет, — удивлённо улыбнулся тот. — Конечно, это было бы просто замечательно, но ваша кандидатура, увы, нашей разведке не подходит.

— Странно, — бросила девушка, старательно пряча иронию.

И тогда Кай всё же смилостивился над ней и сказал то, зачем пришёл.

— Ори, Литар попросил у Ридьяро вашей руки.

Наверно, если бы сейчас небо упало на её голову, Ориен не была бы шокирована сильнее. И скажи ей нечто подобное кто-то другой, она бы и вовсе не поверила, приняв за шутку. Но лорд Мадели совершенно точно не шутил.

— Что… — проговорила девушка, подумав, что, возможно, ей просто показалось… послышалось.

А Кай, видя, что она явно шокирована, лишь покровительственно положил руку на её плечо и посмотрел прямо в глаза.

— Он сказал, что любит вас, — добавил лорд Мадели. — И что хочет жениться. Но Ридьяро настоял на том, что даст согласие на брак только через два месяца… и не раньше. Он хочет, чтобы вы побывали в Ишерии, познакомились с родственниками. И, мне кажется, он надеется, что вы просто решите не возвращаться.

Ори стояла неподвижно и продолжала смотреть на этого беловолосого мужчину с настоящим неверием. И пусть она была совершенно уверена, что он сейчас не сказал ни капли лжи, но его слова всё равно казались ей нереальными.

— Литар хотел поговорить с вами лично, но Рид попросил его этого не делать. Точнее даже не попросил… — На самом деле Каю совсем не хотелось сейчас вдаваться в подробности ультиматума, который поставил им Ридьяро, поэтому пришлось срочно уводить разговор в другом направлении. — В общем, Ориен, я пришёл сюда, чтобы сказать вам, что Лит будет ждать вашего возвращения. Два месяца. И я… очень надеюсь, что вы всё-таки вернётесь.

— Лорд Мадели… вы уверены, что он действительно этого хочет? Может… он был в бреду? — Ори просто никак не могла поверить, что Сокол её действительно любит… Что на самом деле хочет, чтобы она стала его женой.

— Уверен, — ни капли не кривя душой отозвался Кай. — Более того, Ориен, от себя могу добавить, что я бы хотел, чтобы вы дали ему своё согласие. Да и Эриол вряд ли будет против. Тем более, если учесть то, на что Лит готов пойти ради этого.

Ориен смотрела на него с нескрываемым сомнением. Она-то была уверена, что просто не нужна Литару… и теперь никак не могла понять, что именно имеет в виду лорд Мадели. А тот видел всё по её растерянному взгляду, и в очередной раз мысленно костерил некоторые законы престолонаследия — древние, как и сама Карилия.

Правда раньше пункт о том, что наследник или наследница не имеют права связать жизнь с представителем другой расы, казался Каю даже немного забавным. Правда тогда он был уверен, что в их мире кроме людей и магов никого нет. И лишь теперь осознал, насколько гадкие последствия может вызвать смешной, на первый взгляд запрет.

Но Литар всё же решился… нашёл выход. Осознал, что для него наиболее ценно. И пусть он явно воспринимал то, что собирался сделать, как предательство по отношению к своей стране, но всё равно выбрал Ори.

И в этот самый момент, глядя в блестящие от слёз глаза стоящей напротив девушки, помня тот полный опасения взгляд, которым его провожал Литар, Кай вдруг совершенно точно понял, что именно нужно делать дальше. И сейчас ни капли не сомневался в правильности этого неожиданного решения.

Послышалось громкое приветствие стражников, и на корабль один за другим начали подниматься ишерцы. Их появление и напомнило и Ори, и лорду Мадели о том, что до отплытия остались считанные минуты.

— Возвращайтесь, Ориен, — проговорил супруг королевы, убирая руку. — Надеюсь, в скором времени вы всё-таки станете частью нашей семьи. А мне уже пора. Удачного путешествия.

Она же лишь кивнула, не в силах подобрать слова для ответа. Сейчас ей хотелось сказать так много, что в итоге не получилось произнести ни звука.

И когда он уже развернулся и сделал несколько шагов по направлению к трапу, Ори вдруг поняла, что просто не имеет права вот так промолчать.

— Лорд Мадели, — крикнула она ему вслед. А когда тот обернулся, поймала его взгляд и добавила: — Скажите ему… что я вернусь.

Кай же улыбнулся ей, как-то совершенно по-отечески, и ответил:

— Непременно передам. Уверен, он будет счастлив это услышать.

Глава 13

Всё меняется в мире подлунном,

Всё проходит: и радость, и боль.

Жизнь летит в этом ритме безумном,

В ней у каждого — главная роль.

В ней рождается кто-то богатым,

А кому то дом — рабский барак,

Кто-то в армии служит солдатом,

Кто-то вор в ней, а кто-то простак.

Кто-то носит златую корону,

Ну а кто-то — обычный слуга,

Чей-то путь ведёт к царству и трону,

Ну, а чей-то — к другим берегам.

Кто-то жизнью пожертвовать может,

Ради счастья того, кем любим,

А есть те, кто всё в мире положит,

Чтобы жизнь не растратить самим.

Кто-то любит безумно и дерзко,

Отдавая любимым себя,

Ну а кто-то бросает всё резко,

Лишь себя откровенно любя.

Мир непрост, но безумно прекрасен,

Каждый миг в нём — и дар, и совет.

Но случайностям он не подвластен.

Ничего в нём случайного нет!

Тёмная зимняя ночь мягко опустилась на засыпанный снегом Эргон, погружая его в мягкую сказочную тишину. Улицы опустели… в домах зажглись огоньки, а в многочисленных тавернах только начали разливать традиционное молодое вино. Все готовились к встрече одного из любимых праздников, который знаменовал окончание одного круга и начало другого.

По приданию именно в эту ночь главенство над миром Аргаллы переходило от одного из двенадцати светлых богов к другому. Поэтому, чтобы задобрить будущего покровителя, люди старались встречать его со всеми почестями. Накрывали столы, готовили самые вкусные кушанья, надевали новые наряды… загадывали желания.

Когда-то в детстве Литар очень любил этот праздник, а потом, повзрослев, просто перестал обращать на него внимание. Но последнюю ночь этого года он ждал так, как ни одну в своей жизни. Ведь именно завтра в императорском дворце Себейтира должен был состояться большой новогодний бал… Именно завтра должны были истечь те два месяца, в течении которых Лит обещал не искать встреч с Ори.

Казалось бы, что такое два месяца? Сущая мелочь, в масштабах целой жизни. Но именно они дались Литару невероятно сложно. Правда, трудности начались даже не с его немощного состояния — с этим Лит смог довольно быстро справиться. Вопреки ожиданиям лекарей на полное восстановление у него ушло всего чуть больше недели. Но стоило ему подняться на ноги, как его закрутило в настоящий водоворот событий.

Вернувшись к делам своего департамента, Лит сразу же потребовал материалы по расследованию нападения на дворец, и даже не удивился тому факту, что организатором сего мероприятия оказался его старый знакомый Арман Савари.

Конечно, у графа были единомышленники из высшей аристократии, но те скорее являлись его помощниками, чем полноценными союзниками. Этакими простыми пешками в его хитрой игре. И, тем не менее, Брис своей лёгкой рукой без зазрения совести отправил всех этих высоких лордов на пожизненную каторгу, а всё их немалое имущество оказалось конфисковано в пользу короны. И ладно, здесь Эмбрис действовал согласно законам их страны. Но то, что он сделал с самим Арманом, даже Литу показалось слишком жестоким.

На самом деле в документах этого дела значилось, что Савари находится под стражей, но по непонятным причинам не было указано, где именно того держат. Не знал этого ни капитан Мартин, и никто из стражников. Этот загадочный пленник будто просто испарился, что само по себе казалось Литару странным. И тогда он отправился за разъяснениями к Эмбрису.

Но кронпринц не собирался ничего скрывать от брата и даже изъявил желание сам проводить Сокола в камеру арестанта, которая, как оказалось, располагалась на самом нижнем ярусе дворцового подземелья. Так глубоко, что там даже дышать было сложно.

Увы, но поговорить с преступником Литару не удалось, потому что тот уже благополучно простился с жизнью. А увидев тело пленника, возле которого смело суетились крысы, Эмбрис равнодушно пожал плечами и спокойно сказал, что… вероятно, просто забыл отдать приказ, чтобы этому бедолаге приносили воду и еду.

И пусть Брис не говорил прямо, но Лит прекрасно понимал, что именно это и оказалось той казнью, которую он назначил Савари. Всё же талант изощрённо мстить наследник престола совершенно точно унаследовал от своей царственной матери.

Дело с заговорщиками, наконец, было закрыто. Но не успел Сокол перевести дух, как снова грянули сюрпризы. И следующий пришёл оттуда, откуда его совсем не ждали.

Тихим спокойным вечером двадцатого дня месяца голых лесов… Её Величество Эриол Карильская-Мадели… подписала официальное отречение от престола.

Эта новость стала для Литара поистине шокирующей. Он, честно говоря, полагал, что его мать до последнего дня своей жизни будет править их королевством. На самом деле Лит даже мысли не допускал, что она может вот так просто взять и отказаться от трона.

В тот день, собрав всю свою семью и близких друзей, Эриол сообщила, что просто устала… всё же она правила этим королевством больше сорока пяти лет и теперь решила, что её наследник сможет справиться и сам. Теперь, после официального отказа от титула, она стала просто графиней Эриол Карильской-Мадели… супругой графа Мардарского. Кай же даже не пытался скрыть, как рад такому решению жены и официально объявил детям, что на ближайший месяц увозит их мать подальше от дворца. Отдыхать.

Брис же шокированным не выглядел. Литару вообще показалось, что тот был прекрасно осведомлён о планах матери. Возможно, именно поэтому не так давно она позволила им с Терри покинуть столицу на целых две недели. Всё же впереди их ожидали далеко нелёгкие времена, к которым было необходимо подготовиться морально.

Эмбриса короновали в первый день месяца белого снега. Церемония оказалась пышной, шикарной и очень яркой. На ней собралось столько гостей, сколько не видел и сам древний белый дворец карильских королей. Вопреки традициям, Эриол сама надела корону на голову сына… и первая склонилась перед ним, как перед новым полноправным правителем Карильского Королевства. Тем самым она признавала его достойным перед сотнями свидетелей и давала ему своё материнское благословение.

А позже в тишине королевского кабинета, в тесном кругу семьи, Литар с позволения нового короля подписал бумагу, в которой было сказано, что он официально отказывается от притязаний на трон и от собственного титула принца. Теперь, когда власть в стране официально принадлежала брату, у которого имелись прямые наследники, Лит и Дамьен автоматически отходили на второй план в очереди наследования. То есть, если бы сейчас с Брисом что-то случилось, корону бы принял Эркрит. Но, тем не менее, оба младших сына Эриол всё равно номинально оставались наследниками, а значит, должны были следовать определённым, сложившимся веками законам. Именно поэтому Литар и просил у Эмбриса позволения отказаться от сего бремени.

Но даже после всего этого Лит почти ничего не потерял. Ведь дети королевы с рождения получали ещё и множество различных титулов, земель и прочих привилегий. Поэтому, даже перестав быть принцем, он остался герцогом. В его владение перешло крупное герцогство Дриар, расположенное на границе с Гаусом, у подножья северных гор. Ну и, естественно, при нём осталась должность в департаменте правопорядка.

Конечно, с восшествием на трон Эмбриса в политике королевства произошли изменения. Нет, существенно менять выстроенную матерью структуру новый король не стал. Но вот в некоторых министерствах провёл тотальные чистки. Правда, в вотчину Литара благоразумно решил не лезть, поручив тому самому заняться наведением порядка в рядах стражников, несущих службу в отдалённых от столицы поселениях.

На самом деле Сокол и сам давно собирался этим заняться, но всё руки не доходили. И вот теперь пришлось подключать самых доверенных сотрудников и начинать проведение проверок. Времени на всё это уходило просто уйма, и, казалось бы, это прекрасная возможность отвлечься, но… Лит всё равно постоянно думал об Ориен и том, согласится она быть с ним… или нет.

А ещё, помимо всего прочего, из его головы не выходил вопрос о полукровках. И пусть он сам не особо верил княжичу, вот только его хвалёная интуиция упорно твердила, что тогда Ренделли сказал Ориен чистую правду. Увы, у самого Литара просто не было времени рыться в книгах и копаться в библиотеках, и тогда ему на выручку пришёл любимый любопытный племянник.

Эрки так заинтересовал вопрос о полукровках, что он взялся за это дело просто с невероятным энтузиазмом. Перерыл все исторические документы королевского архива и Эргонской библиотеки. Даже прыгал в Сайлирию, причём, не ставя в известность никого из родственников. Но даже там в их огромном императорском хранилище, так ничего и не обнаружил.

И вроде бы… всё говорило о том, что никаких недомагов на их континенте никогда не существовало. Казалось, самое время поверить в это, но та же интуиция всё равно твердила Соколу обратное. Она буквально кричала, что рано или поздно они что-нибудь обязательно откопают.

И однажды, всего за неделю до наступления Нового Года в кабинет Литара неожиданно ворвался до неприличия довольный Эркрит. Мальчика ни капли не волновало, что дядя вроде как был занят делом, изучал отчёт по проверке одного из дальних поселений… Всё это казалось маленькому принцу не важным, ведь у него наконец появилась информация.

— Вот! — выпалил он, кладя поверх документов Сокола какой-то портрет. — Смотри, дядя. Я нашёл это в подвале.

Литар уже хотел по привычке закатить глаза и отчитать мальчишку за то, что снова лезет туда, куда входить запрещено, а иногда даже опасно, когда его взгляд сам собой упал на рисунок. И вроде бы, на первый взгляд в изображённом на нём молодом мужчине не было ничего необычного. У него оказались светлые прямые волосы, собранные в низкий хвост, немного угловатые резкие черты лица, тонкие губы и, судя по водружённой на его голове небольшой короне, когда-то сей субъект носил титул принца. Но что поразило Лита больше всего, так это его глаза… с тонкими вертикальными зрачками.

Видя, что дядя в замешательстве, Эрки важно присел в кресло и всё же решил пояснить:

— Перед тобой наш дальний предок — Яромир Карильский, — проговорил мальчик. — Я нашёл этот портрет в коробке, которая была запечатана каким-то хитрым плетением. Но, у меня есть проверенный способ открывать подобные вещи.

Лит снова хотел возмутиться, ведь знал же, что племянник всё больше стал баловаться тёмной магией, которая с каждым разом повиновалась ему всё легче и покорнее. Конечно, с какой-то стороны не было ничего плохого в том, что мальчик постепенно начинает к ней привыкать, но с другой… он ведь использовал её чтобы вскрывать замки, засовы, разрушать плетения… Одним словом — по мелкому пакостил.

— Дядя, в той коробке вместе с портретом лежал дневник королевы — матери этого принца, — с важным видом добавил Эрки. — Так вот, первая запись в нём сделана в 6709 году. Сейчас заканчивается 7923… а значит этому дневнику больше тысячи двухсот лет.

На самом деле Лит был искренне впечатлён приведёнными цифрами, но всё же промолчал, решив дослушать неугомонного паренька до конца. Ведь тому явно было что сказать.

— Дядя, она была ишеркой, — пояснил мальчик. — Её звали Леония, что в переводе с древнего ишерского наречия означает «ясный день». Её муж, карильский король Янтарий, был магом. А вот их сын, которого ты видишь на портрете — совершенно точно один из тех, о ком мы искали информацию.

Лит протянул к нему раскрытую ладонь, и Эркрит сразу вложил в неё тот самый дневник, о котором говорил. И что удивительно, эта книжечка в кожаном переплёте до сих пор выглядела как новая.

— Получается, что и нашими с тобой предками были ишау… — задумчиво протянул Лит.

— Нет, — тут же мотнул головой маленький принц. — Как я понял, через несколько месяцев после официальной коронации Яромира заставили отречься от престола и уйти. Там написано, что он, вместе с двумя тысячами полукровок покинул Аргаллу. Его мать написала, что если бы он не взял с неё клятву, что она вернётся в Ишерию, то она бы обязательно пошла с ним. Не бросила бы ни за что.

— И когда ты только успел всё это прочитать? — с усмешкой уточнил Лит.

— Вот такой я способный, — самодовольно бросил мальчик и снова посмотрел на портрет. — Кстати, от ишау у него были только глаза. Здесь написано, что он являлся воздушным магом, хотя стихия полностью его не признавала. Я, честно говоря, не понял, как это возможно. В народе его любили. Он занимался просвещением. Мечтал построить в каждом поселении по школе, развивать сельское хозяйство. За это среди бедноты молодого короля прозвали Солнечным. А вот среди аристократии его принимать отказалась…

Лит снова посмотрел на портрет, теперь машинально отмечая некоторые черты, присущие мужчинам его семьи. Прямой нос, немного острый подбородок, ярко выраженные скулы… Да и взгляд ярко-зелёных глаз этого полукровки был поистине королевским.

— А ещё… дядя, — добавил Эрки, отвлекая его от раздумий. — Он очень медленно старел. Если верить подписям, то на этом портрете ему почти сорок.

Вот теперь Лит действительно удивился. Ведь мужчине на этом рисунке едва ли можно было дать двадцать пять. Да и то, с большой натяжкой. А это было поводом серьёзно обо всём задуматься.

Дневник древней королевы Литар изучил вдоль и поперёк. И пусть написанное там во многом стало для него сюрпризом, но и на многое открыло глаза. Теперь он уже не сомневался, что полукровки на самом деле существовали. А ещё в нём поселилась странная уверенность, что с Аргаллы ушли далеко не все. Вероятнее всего даже теперь где-то есть их поселения. А значит, их непременно нужно найти.

Правда сделать это можно позже. После того, как он, наконец, разберётся со своей запутанной и странной личной жизнью… Когда его Ориен снова будет с ним.

Да, эти два месяца оказались насыщенными и очень напряжёнными. И сейчас, глядя в темноту ночи и наблюдая за тем, как с неба медленно спускаются маленькие снежинки, он вдруг искренне улыбнулся. Ведь уже завтра… в это самое время, он будет держать за руку свою ишерскую девочку… свою самую большую любовь и свой личный Мираж. И пусть у него всё равно оставались сомнения, пусть он до сих пор боялся, что она ему откажет, но… отступать не собирался. Для себя он давно признал, что она — его жизнь. Теперь осталось просто доказать это самой Ори.

* * *

— Красавица… — разбил тишину комнаты приятный мужской голос.

Ориен подняла взгляд на зеркало, перед которым сидела, и ни капли не удивилась, увидев за своей спиной улыбающегося Ренделли.

— Тебе очень идут рубины, — проговорил княжич, подходя ближе и будто невзначай касаясь открытого участка кожи на гладком плече девушки. Затем поймал в отражении её взгляд и добавил, растягивая на губах обольстительную улыбку: — Но ни один из этих прекрасных камней не может поспорить с тобой в красоте. Ты, Ориен — настоящее совершенство…

На самом деле, ей уже до тошноты надоели его комплименты, о чём она сама неоднократно ему говорила. Но Рен всё равно продолжал при каждой встрече осыпать её разного рода красивыми словами. И Ори злилась… Правда, ровно до того момента, пока не поняла, что ему просто нравится так её дразнить.

— О, прекрасный цветок моего сердца… — продолжал свои восклицания этот негодник. — Даже солнце не в силах сравниться с твоим сиянием…

— Рен, — бросила Ори, глядя на него с настоящей мольбой, но тот предпочёл не обратить внимание на её молчаливую просьбу.

— Ну что же ты, прекраснейшая из прекрасных, я ведь всё это говорю от чистого сердца… — продолжал разливаться соловьём княжич.

— Рен, ну хватит. Вот знаешь, не до тебя сейчас, — чуть грубее, чем следовало бы, ответила девушка. — И без твоих восхвалений тошно.

— Это всё от нервов, — с видом знатока заявил Ренделли, присаживаясь на небольшую софу у её туалетного столика. — Или думаешь, я не вижу, как ты переживаешь перед этим балом. И даже знаю, по какой причине.

Она ничего не стала на это отвечать и снова отвернулась к зеркалу, но Рен не был бы собой, если бы позволил этому разговору вот так закончиться.

— Ты ведь уже слышала, что у Карилии новый король? — как бы между прочим спросил он.

— Да, — отозвалась девушка, вдевая в уши серьги с рубинами. — Мне папа сказал.

— А он случайно не сообщил тебе, что и у причины твоих нервов теперь тоже новый титул? — с наигранным безразличием уточнил красноволосый интриган.

Об этом Ориен, увы, не знала. И поэтому слова княжича на самом деле умудрились её удивить.

— Какой же? — с нескрываемым недоумением спросила она, опять поворачиваясь к княжичу.

— Он теперь герцог Дриарский, — с преувеличенной важностью ответил тот. — Я, если честно, сначала не поверил, когда мне сообщили, что он написал отказ от титула. Мне почему-то казалось, что такой, как твой Сокол в принципе на подобное не способен. Признаться, он меня удивил.

— Но… зачем это ему? — проговорила девушка, попросту растерявшись от такой новости.

По правде говоря, ей оказался категорически непонятен сей поступок Литара. Он был странным и будто бы противоречащим самой сущности Сокола. Да и для чего ему вообще могло понадобиться подписывать отказ?

Вероятно, её вопрос очень ярко отразился на лице, потому что внимательный Ренделли легко распознал его суть.

— Наши разведчики тоже не понимают, что им двигало. И только твой родитель ходит с таким видом, будто всё знает, но ничего не скажет, — заявил княжич. И тут же добавил: — Всё же зря ты приехала Ори. Лучше оставалась бы в Ишерии. Не думаю, что тебе стоит встречаться с Его Светлостью.

— Ты так уверен, что он будет на этом балу? — Поинтересовалась Ори, стараясь скрыть собственное раздражение. На самом деле, её и без Рена до сих пор терзали сомнения, но… она просто не могла не приехать. Ведь обещала же…

— Я встретил его, когда шёл к тебе, — с усмешкой произнёс Ренделли.

И как только смысл его слов в полной мере раскрылся в сознании девушки, она резко втянула воздух и уставилась на княжича, как на настоящего врага.

— Так ты что специально явился ко мне, чтобы его позлить? — воскликнула она, ловя его смеющийся взгляд. — Рен, но ведь это… подло!

— Ни капельки, моя красавица, — с самодовольным видом заявил он. — Я ведь зашёл к тебе, как родственник. Хотел благородно предложить свою кандидатуру в качестве твоего кавалера на балу. Волновался… Заботливо решил предупредить тебя, что некий герцог уже прибыл в сей прекрасный дворец. И не нужно приписывать мне те качества, которыми я не обладаю.

— Ренделли, — с угрозой в голосе протянула девушка. — Ну зачем ты это сделал? Ведь Литар точно понял, что ты идёшь ко мне. Подозреваю даже, что ты сам ему об этом сообщил.

— Ну и что, — с наигранным равнодушием отозвался тот. — Да, я сказал Его Светлости, что направляюсь к самой замечательной девушке в мире. Чего в этом такого?

— И что же он тебе на это ответил? — настороженно спросила Ори.

— А… глупость, — попытался отмахнуться княжич. Но заметив, что Ориен продолжает сверлить его взглядом, всё же смилостивился и пояснил: — Этот ледяной герцог сначала гордо промолчал, а когда я уже почти дошёл до лестницы, бросил мне вслед, что если я тебя обижу… он поступит со мной так, как я, по его мнению, давно заслуживаю. А когда я уточнил, как именно? Он лишь пожал плечами. Странный холодный тип… и взгляд у него такой, будто замораживающий, — продолжал причитать Рен. — Не понимаю, что ты нашла в этом куске льда?

— Тепло, — честно призналась ему девушка и улыбнулась так мягко, что княжич даже немного опешил.

В этот момент их разговор прервал стук в дверь. Ориен взволнованно напряглась, думая, что пришёл Литар, но как оказалось, за порогом её ожидал необычайно довольный Хемиэрте. Именно он и должен был стать её кавалером на новогоднем балу, который, кстати говоря, уже начинался.

В большой зал приёмов они входили втроём. И пусть Ори держалась за локоть деда, но Ренделли тоже шёл рядом. Причём шагал так близко, что со стороны могло показаться, будто сопровождает девушку именно он, а не лорд Орте Гриан. Правда Ориен почти не придавала значения этим его непонятным играм. Сейчас поведение княжича вообще волновало её меньше всего.

На самом деле она была настолько взвинчена и напряжена, что даже не обратила никакого внимания ни на убранство бального зала, ни на прекрасные иллюзии, появляющиеся то тут, то там. Её не интересовали ни взгляды гостей, ни изысканность угощений. Сейчас Ори могла думать только о Литаре… и ни о чём больше.

Одним Светлым Богам известно, как безумно она по нему скучала. И даже тот факт, что Ишерия оказалась очень красивой, поистине удивительной страной, не смог хоть на каплю уменьшить её тоску. Каждый день она медленно умирала вдали от своего любимого принца. Хотя, уже и не принца, — герцога. Каждый день Ориен мечтала, чтобы эти два месяца быстрее закончились. И пусть она всё же сомневалась, что Лит, действительно, предложит ей выйти за него замуж, что отдавал отчёт своим словам, говоря про сына с вертикальными зрачками… но всё равно до безумия хотела его увидеть.

Приближение своего Сокола она почувствовала ещё до того, как её взгляд выловил из толпы его фигуру. Лит как всегда шёл очень уверенно и… направлялся именно к ней, в этом Ори ни капли не сомневалась. Он приближался, осторожно огибая группки гостей сего прекрасного бала и учтиво кивая знакомым. Сегодня он не надел церемониальных лент, да и его костюм оказался совсем не белым — традиционным для принцев, а скорее светло-серым. Его вьющиеся волосы всё так же были собраны в аккуратный хвост, который показался Ориен гораздо короче, чем раньше.

Она смотрела на Литара, не в силах отвести взгляд. И лишь теперь поняла, что на самом деле счастлива, уже оттого, что имеет возможность просто его видеть. Ори даже не представляла, что можно так дико истосковаться по кому-то. Но сейчас, глядя на своего любимого Сокола, попросту растерялась, не в силах связать и двух слов.

— Лорд Орте Гриан, леди Ориен, очень рад встрече, — проговорил Лит, изображая лёгкий поклон.

— Мы тоже очень рады, Ваше Высочество, — приветливо отозвался ишерец.

— Боюсь теперь данное обращение ко мне не применимо, — спокойно ответил ему Литар.

— Наслышан, — хмыкнул Хемиэрте, но дальше тему развивать не стал.

А вот Ори, так и не сумела выдавить из себя ни звука. Сейчас, глядя на стоящего рядом Лита, она никак не могла унять непонятную дрожь в руках. От волнения её сердце билось так сильно, что отдавало болью в груди. А от самого понимания того, что вот он, рядом… хотелось кричать от радости.

— Леди Ориен, — обратился к ней Сокол и в приглашающем жесте протянул свою раскрытую ладонь. Причём её имя он произнёс невероятно мягко, будто ласкающе. — Прошу вас подарить мне этот танец. И вместе с ним несколько следующих. Если, конечно, ваш кавалер не возражает.

— Не возражаю, — согласно бросил лорд Орте Гриан. — Идите, танцуйте.

И, возможно, Ори показалось, но когда они уже отходили, Хемиэрте посмотрел на Литара с молчаливым одобрением. А сам новоявленный герцог ответил ему лёгким благодарным кивком.

Вопреки правилам этикета, Литар вёл Ориен по залу, держа за руку. Она же просто млела, ощущая прикосновение его тёплых пальцев к своим. А когда он остановился и, легко развернув девушку к себе лицом, положил ладонь на её талию, Ори и вовсе едва не задохнулась от переполняющих её эмоций.

Танец они начали в молчании, но при этом ни один из них не ощущал дискомфорта. Им просто было хорошо… даже вот так кружиться по залу под звуки приятной мелодии. Сейчас для них обоих главным и самым важным оказалось уже то, что они находились рядом друг с другом.

— Я дико соскучился по тебе, Ориен, — едва слышно проговорил Сокол, чуть склонившись к её уху. — Безумно…

От звучания его голоса… от ощущения такой его близости, по её телу мгновенно пронеслась тёплая волна. Наверно только сейчас Ори окончательно убедилась, что он на самом деле с ней… что всё это не сон, а реальность.

— Ты даже не представляешь, как я по тебе скучала, — ответила девушка, поднимая лицо и встречаясь с его невероятно проникновенным взглядом. — Литар…

— Ори, — он чуть крепче сжал её ладошку и словно случайно посмотрел на её губы. — Такая красивая… и ты снова надела рубины. То самое колье.

— Оно ведь нравилось тебе, — отозвалась девушка.

— Мне нравилось и нравится, как оно смотрится на тебе, моя милая девочка…

Он провёл рукой по её спине и снова вернул ту на талию. Да только теперь они почему-то оказались намного ближе друг к другу, чем было разрешено этикетом. До неприличия близко…

— Лит, — попыталась образумить его Ориен. — Здесь столько людей. Что о нас подумают?

И пусть ей самой сейчас хотелось прижаться к нему вплотную… желательно обнажённым телом, но в настоящий момент она просто не могла себе этого позволить.

— Я больше не принц, — сказал он, будто не слыша её слов.

— Я знаю, — спокойно отозвалась она. — Теперь ты герцог.

— Которому очень нужна герцогиня, — заверил её Литар. — Но не какая-нибудь. А обязательно красноволосая, сероглазая и с самой доброй в мире душой.

Ори же от волнения забыла, как говорить. Она растерянно смотрела в его глаза, будто по инерции продолжала выполнять движения танца, но сказать хоть слово оказалась сейчас просто не способна.

— Ты будешь моей герцогиней? — вдруг спросил он, останавливаясь.

И пусть музыка продолжала играть, пусть вокруг них кружили пары, но сейчас всё это его совершенно не волновало. Он хотел услышать ответ… те слова, которые либо станут началом их новой жизни… либо — концом его надежд.

— Ты хочешь… чтобы я стала твоей супругой? — осторожно переспросила девушка. — Лит… ты уверен в этом?

— Уверен, — отозвался он, легко касаясь её лица. — Ответь, пожалуйста. Поверь, Ори… для меня это очень важно.

Она же вздохнула, накрыла его ладошку своей и посмотрела прямо в глаза.

— Я люблю тебя Литар. И…если ты этого хочешь, то, конечно же… я согласна.

Большего ему и не требовалось. Услышав её слова, он совершенно искренне улыбнулся и вздохнул с облегчением. Но не успела она хоть как-то на всё это отреагировать, как Лит взял её за руку и повёл в сторону ближайшего выхода из зала. И как бы ей ни было любопытно, куда они направляются, она всё равно предпочла промолчать. Всё же, несмотря ни на что, она доверяла ему беспрекословно. И сейчас, идя за ним в неизвестность, почти не волновалась. Ведь знала, что пока он рядом — ничего плохого с ней не произойдёт.

Они миновали узкую лестницу, прошли через несколько коридоров, сплошь увешанных картинами с изображениями каких-то людей, и оказались перед дверью, отмеченной несколькими непонятными девушке символами. Лит остановился и, ободряюще улыбнувшись Ори, несколько раз ударил костяшками пальцев по деревянной створке.

Им ответили не сразу. Но когда Ориен уже почти решила, что впускать их никто не собирается, дверь распахнулась, приглашая гостей прошествовать внутрь.

Судя по оформлению и мебели, эта комната использовалась как рабочий кабинет человека, имеющего непосредственное отношение к магии. Его хозяин — седовласый мужчина в длинном белоснежном балахоне, ожидал их, стоя у большого окна. При появлении перед ним гостей, он лишь приветственно кивнул и выжидающе посмотрел на Литара.

— Лорд Старлиз, разрешите представить вам мою невесту — леди Ориен Орте Гриан, — проговорил Сокол, обращаясь к мужчине. Затем повернулся к явно опешившей девушке и добавил: — Ори, перед тобой лорд Франрил Старлиз — верховный маг Сайлирской Империи.

Почему-то после этих слов Ори снова напряглась. Она уже догадалась, что они пришли сюда далеко не просто так, но пока всё равно не могла понять, какие дела могут связывать Литара с главным магом этой страны.

— Ваша Светлость, — обратился к Литу хозяин кабинета. — Вы уверены в правильности своих действий?

— Уверен, — чётко ответил тот.

— Но вы же знаете, что может ничего не выйти. Всё же леди — не совсем маг, да и ваш отказ от наследия предков вряд ли был одобрен Богами, — продолжал объяснять ему лорд Старлиз.

— Знаю, — кивнул Лит. — И, тем не менее, прошу вас приступать.

— Как скажете. Воля ваша, — развёл руками маг, а после и вовсе скрылся за дверью, ведущей в соседнюю комнату.

А Ориен проводила его полным недоумения взглядом и снова повернулась к Литару. И пусть она пока не могла понять, что снова задумал Сокол, но в том, что он собирается провернуть очередную авантюру, не сомневалась ни капли.

Заметив в глазах Ориен нечто похожее на сомнение, Лит легко притянул девушку к себе и коснулся её губ невесомым поцелуем.

— Что происходит? — всё же спросила она, заглядывая ему в глаза.

— Ты согласилась стать моей женой, Ориен, — с улыбкой отозвался Лит. — И я не хочу ждать. Поверь, мне с лихвой хватило этих двух месяцев. Поэтому, моя милая, сейчас мы с тобой пройдём ритуал единения.

Она смотрела на него и не могла поверить тому, что слышала. Ведь мало того, что он собрался жениться на ней прямо сейчас, так ещё и решил провести для этого ритуал, который призван соединять только магов.

— Но я… ведь… не стихийник, — попыталась вразумить его она.

— Но и не человек, — возразил Сокол, легко проводя большим пальцем по её подбородку. — Ори, я понимаю, что может ничего не получиться, но… мы ведь попробуем? — этот вопрос был задан с такой откровенной надеждой, что она просто не смогла бы ответить отказом.

— Попробуем, — выдохнула девушка, на самом деле она до сих пор никак не могла поверить, что всё это происходит в реальности.

Когда в комнату снова вошёл маг, они всё ещё стояли рядом и с нежностью смотрели друг на друга. Лорд Старлиз попросил их разойтись по разные стороны от стола и опустить руки на его поверхность. Затем внимательно посмотрел сначала в глаза Литару, потом девушке, и только после этого церемониальным голосом объявил:

— Ритуал свершится если решение обоюдное и добровольное, — а потом добавил, с сомнением поглядывая на зажатый в руке кинжал: — Надеюсь… вы понимаете, на что идёте.

После чего удобнее обхватил рукоять, украшенную причудливой вязью узоров, и провёл концом светящегося зеленым лезвия по их ладоням.

Ори наблюдала за этим действием с откровенным испугом. Никогда раньше ей не приходилось присутствовать при подобных церемониях. Да что говорить, она-то и на обычной свадьбе была всего однажды. Поэтому происходящее и показалось ей поистине шокирующим.

Будто завороженная она смотрела, как из надреза на её коже появляются капельки крови… как их становится всё больше… как они начинают собираться в ручейки. И в это мгновение её руки накрыли ладони Лита, причём он сделал это максимально осторожно, стараясь соединить их — рана к ране.

Литар с надеждой смотрел на свою невесту и ждал… сам не зная чего. Да, ему было известно, что должно что-то произойти, вот только он понятия не имел — что именно. Ори же, чувствуя, как он начинает нервничать, по привычке чуть крепче сжала его руку, а потом… следуя совершенно непонятному порыву, обошла разделяющий их край стола и встала рядом с Литаром.

В этот странный для них обоих момент в его сине-зелёных глазах отражалась мягкая нежность… смешанная с растерянностью и затаённой болью. И глядя на взволнованную Ори, он мысленно ругал себя последними словами.

Дурак… Хотел обмануть Богов? Хотел пойти против древних законов? Против всех правил? И что в итоге?

Ничего…

Сокол с грустью наблюдал, как кровь из их скреплённых ладоней начинает медленно просачиваться между пальцами и капать на пол, и уже это было главным подтверждением того, что ничего из этой затеи не вышло. Ритуал единения… не свершился.

— Литар, — тихо позвала его Ориен, отвлекая от мрачных мыслей. — Поцелуй меня.

Он снова посмотрел ей в глаза. А там сейчас отражалась такая надежда, такая любовь… что Лит просто не смог сообщить ей о том, что Светлые Боги их союз не приняли.

— Ориен, я так тебя люблю, — проговорил Сокол, крепко сжимая её руку и стараясь сделать так, чтобы девушка не заметила капающую кровь. — И несмотря ни на что… чем бы всё это ни закончилось, знай — у нас будет семья.

И только после этого наклонился к её лицу и поцеловал, так нежно, как только мог. А девушка, у которой от его слов попросту перехватило дыхание, даже не сразу смогла понять, что происходит. Но его мягкие губы, по которым она так дико истосковалась, быстро вытянули её из шокового состояния, погрузив в другое, куда более сладкое, яркое и поистине безумное.

В какой-то момент ей показалось, что мир вокруг попросту исчез. Растворился, развеялся, как обычная иллюзия. Краски потухли, свет померк и осталось лишь странное непонятное «нигде». И только тепло тела Литара, ощущение его присутствия рядом, не позволяли ей окончательно провалиться в эту пустоту. В какой-то момент, пытаясь понять, что происходит, Ори хотела открыть глаза, но… не смогла. Её собственное тело отказывалось ей повиноваться. И наверно, она бы обязательно испугалась и начала паниковать, но… её ладони по-прежнему сжимали руки Литара, а сам он нежно шептали ей в губы: «Моя…»

И в этот самый момент до их слуха донёсся громкий… гулкий, но вместе с тем невероятно тихий, едва слышный голос. Он звучал одновременно со всех сторон, будоража нервы и словно окутывая сознание:

«Люби его, крылатая девочка… И коль выбрала этот путь, верь ему, несмотря ни на что, — проговорил некто, и его слова эхом разлились по окружающей их тёмной пустоте. — Береги её, огненный принц… — добавил голос. — Ты пошёл против воли предков… так будь готов к последствиям. Верь себе… и ты не собьёшься с пути…»

И вдруг… они будто очнулись. Ори открыла глаза и с удивлением уставилась на Литара, который сейчас выглядел не менее растерянным, чем она сама.

— Покажите ладони, — вырвал их из оцепенения голос сайлирского верховного мага.

Тогда они, наконец, расцепили руки и повернули их к лорду Старлизу. Но если Ори смотрела на проявившийся на запястье рисунок с каким-то детским восхищением, то Лит выглядел поистине шокированным.

— Да… — усмехнулся маг, разглядывая одинаковые татуировки на их левых запястьях. — Значит, всё-таки свершился. Но так странно…

— Что странно? — вдруг спросила девушка, пока с трудом понимая происходящее.

Маг же поймал её любопытный взгляд и как-то покровительственно улыбнулся.

— Вас, Ориен, приняли оба духа-покровителя нынешней королевской семьи, — сказал он, указывая на рисунок, на котором были изображены заключённые в золотистый круг чёрная пантера и белый сокол. — А окружность, как я думаю, означает вашу принадлежность к одному из высших ишерских кланов. Хотя, это только предположение. Но, — он пожал плечами и развёл руки в стороны, — в любом случае, поздравляю вас, дорогие мои молодожёны. Теперь вы семья. И фамилия ваша так и останется, по воле Светлых Богов — Карильские-Мадели. И да… брак этот расторгнуть невозможно.

Ори смущённо и как-то растерянно посмотрела на мага, и только потом решилась перевести взгляд на Литара. Но по тому, какая искренняя улыбка сияла в этот момент на лице её мужа, поняла, что он на самом деле счастлив.

Мужа? Подумать только. Ещё час назад она с волнением оглядывала бальный зал, сомневаясь, что вообще увидит его. До последнего не верила, что он всерьёз решил на ней жениться. Сомневалась, переживала, нервничала… И вот — она его жена. Причём не просто на бумаге, а по воле Светлых Богов, принявших их союз. А ещё он сказал, что любит её… и уже от этого Ориен была готова сиять от счастья.

Не желая и дальше злоупотреблять гостеприимством лорда Старлиза, Лит вежливо и очень искренне поблагодарил его за помощь и вывел Ориен из кабинета. Но лишь стоило им оказаться наедине в пустом коридоре… и он мигом развернул её к себе, крепко обнял и, наконец, поцеловал именно так, как и мечтал все эти два месяца. А Ори отвечала ему с тем же пылом, не в силах поверить, что он теперь на самом деле с ней. И главное… больше никуда от неё не денется.

— Люблю тебя, Ори, — прошептал Сокол, мягко останавливая их поистине сумасшедший поцелуй и вглядываясь в серебро её глаз, зрачки которых снова вытянулись, превратившись в расширенную по центру линию.

А она лишь блаженно зажмурилась, наслаждаясь его близостью и впитывая в себя смысл этих прекрасных слов, которые так мечтала от него услышать.

— Теперь ты леди Ориен Карильская-Мадели герцогиня Дриарская, — сказал он, улыбаясь, и тут же добавил, легко погладив её по щеке: — Моя любимая. Моя женщина. Моя жена.

Она же… снова потянулась к его губам, так и не найдя слов, которые смогли бы выразить хотя бы малую часть того, что она сейчас чувствовала. И он прекрасно понимал её состояние, — сам ощущал себя совершенно невероятно.

Но как бы им ни хотелось сейчас побыть вдвоём, пришлось всё равно возвращаться в зал и уже там в торжественной обстановке праздника объявлять всем собравшимся гостям бала, о том, что они теперь супруги.

Конечно, Лит был уверен, что найдутся те, кто заявит, что они пошли против традиций, что он, как маг, относящийся к правящей семье, не имел права жениться на девушке другой расы, но… теперь это его почти не волновало. Их брак приняли Боги, а против Богов не мог пойти не один из смертных. Значит, рано или поздно, но всё обязательно наладится. В этом Литар не сомневался.

Эпилог

…Четыре года спустя…

— Ваша Светлость, разрешите начать доклад? — спокойным чуть расслабленным тоном проговорил стоящий перед столом молодой мужчина с поистине военной выправкой.

— Начинайте, Ситар. Я внимательно вас слушаю.

Глава департамента правопорядка королевства откинулся на спинку своего кресла и посмотрел на одного из своих агентов с искренним любопытством.

Соколу, действительно, было очень интересно, что расскажет этот человек, ведь задание, которое тот выполнял, в большей степени являлось личным поручением Литара, чем вопросом государственной важности. Хотя на самом деле, оно оказалось столь масштабным, что имело отношение не только к Карилии, но и ко всему их миру.

— На настоящий момент нам известно расположение четырёх крупных деревень, — сказал мужчина, чуть тряхнув головой и стараясь убрать с глаз упавшую тёмно-медную прядь. — Но попасть ни в одну из них до сих пор не получилось. По словам нашего мага там очень странная защита. Некая смесь зеркальной иллюзии с непроходимой стеной. Мы предприняли четыре попытки туда добраться, но каждый раз странным образом ходили кругами.

— Ясно, — кивнул Лит, обдумывая слова подчинённого. — Удалось установить контакт?

— Да, — на этом моменте тот довольно улыбнулся и тут же пояснил. — Они носят амулеты, скрывающие форму зрачков. Поэтому даже для сильного мага сложно распознать эту иллюзию. Но мне удалось познакомиться с одной девушкой… с которой этот амулет я снял. Увы, Ваша Светлость, кроме того, что зрачки у неё действительно вертикальные и что она едва не задушила меня какими-то манипуляциями с воздухом, я ничего не выяснил. Но уже это в нашем деле большой прорыв.

— Хм, — протянул Сокол, задумчиво постукивая пальцами по поверхности стола. — Нам нужно как-то заставить их пойти на контакт. Но для этого, как я понимаю, придётся проникнуть в их поселения, иначе никак, — рассуждал он вслух. — Хорошо, лейтенант Гартом. Пока разрешаю вам остаться в столице. Всё равно в ближайшие два дня во дворце, да и в городе всем будет не до дел. Так что я даю вам выходные.

— Простите, Ваша Светлость, а что за праздник? — уточнил Сит. Увы, его прямолинейность не смогли исправить ни обучение в школе разведчиков, ни служба в департаменте правопорядка.

Но Лит уже успел привыкнуть к его особенностям, и даже смирился с ними. Ведь несмотря ни на что этот человек был прирождённым шпионом. Настоящей находкой для его ведомства.

— Пятнадцатилетие принца Эркрита, — спокойно сообщил Сокол. — И церемония принятия им власти.

Да, Эмбрис на самом деле решил начинать потихоньку приучать своего неугомонного сына к государственным делам. Именно поэтому и заявил, что в этот день его рождения объявит Эрки официальным наследником престола. И пусть сам принц был от этого не в восторге, но отказаться никак не мог.

Он кстати до сих пор очень помогал Литу в деле поиска полукровок. Правда, пока только информацией, но давно уже клянчил разрешить ему хоть несколько дней провести с группой агентов, направленных на поиски их поселений. И буквально вчера всё-таки добился у отца разрешения, после чего у Литара просто не осталось выбора. Пришлось пообещать Огоньку, что после праздников он под прикрытием очень сильного охранного амулета, под чужим именем и внешностью всё же отправится на задание.

Лит как раз раздумывал, чем может обернуться эта авантюра для Эрки, когда в дверь тихо постучали. Но не успел он ничего ответить, как створка распахнулась, и в кабинет влетел маленький мальчик, чью голову венчали озорные светлые кудряшки.

— Папа! — выкрикнул он, пробегая мимо явно опешившего Ситара. Затем обогнул массивный стол и наглым образом влез прямо на колени к Соколу.

— Эрикнар, я ведь много раз просил тебя быть внимательным и вести себя спокойней, — попытался пожурить его отец. — Я занят. У меня очень важный разговор вот с этим господином.

Малыш бросил оценивающий взгляд на лейтенанта и, не найдя его для себя интересным, снова повернулся к отцу.

В этот момент в дверном проёме появилась немного хмурая Ориен. Она вежливо улыбнулась Ситу и перевела взгляд на мужа с сыном.

— Эрик, я ведь просила тебя не убегать, — пусть ласковым, но довольно строгим тоном проговорила она. — Папа занят.

— Мамочка, ну я просто тут немножко посижу… — с невинным видом протянул мальчишка. И в этот момент в залитом солнечным светом кабинете его зрачки выглядели невероятно тонкими, лишь немного расширенными к центру.

— Нет, Эрик. Нас с тобой ждут леди Беллиса и близнецы. Ты ведь хочешь поиграть с Семиром и Селеной? Они уже давно на поляне, — попыталась заинтересовать мальчика Ори.

Но тот был непреклонен.

— Мамочка, я посижу здесь… с папочкой, — заявил он и, повернувшись к Ситу, с важным видом добавил: — Продолжайте. Мы вас внимательно слушаем.

А потом положил руку на стол и начал тихо постукивать по нему пальцами, стараясь скопировать привычку отца. И всё это выглядело настолько умилительно, что Сокол просто не смог выпроводить сына, и вместо этого предпочёл отпустить лейтенанта. Тем более что тот уже всё равно закончил устный доклад, а все подробности были изложены в отчёте.

Как только за Ситаром закрылась дверь, Лит немного отодвинул кресло от стола, затем пересадил Эрика на свою левую ногу и, улыбнувшись Ориен, приглашающее похлопал по правой. Та же прекрасно поняла намёк мужа и с улыбкой заняла предложенное место.

Её сразу же обняли за талию и легко поцеловали в щёку. А мальчик, сообразив, что мама временно никуда не спешит, спрыгнул на пол и с важным видом пошёл рассматривать кабинет. Он ведь прекрасно знал, что на полке в дальнем шкафу стоит целый набор металлических солдатиков… купленный специально для него.

— Такой деловой, — заметила Ориен, провожая сына смеющимся взглядом. — Важный. Весь в отца. Даже обидно иногда, что он ни капли на меня не похож. Ни лицом, ни характером.

— Ну что ж поделать, — самодовольно усмехнулся Сокол. — Можем попробовать ещё раз, вдруг второму сыну достанутся твои красные волосы?

— Попробуем, обязательно, — кивнула Ори с видом самой коварной в мире женщины. Но тут вдруг взглянула на лежащий на столе отчёт по делу поиска полукровок и чуть нахмурилась: — Что-нибудь новое выяснили?

— Пока немного, — отозвался её супруг. — Сейчас нам необходимо показать им, что мы хотим просто побеседовать и не собираемся лезть в их жизнь. Я, честно говоря, готов сам отправиться к одной из их деревень, готов сидеть под воротами, пока кто-то не выйдет. Да вот только вряд ли это сработает. Они слишком привыкли прятаться от всех, а от магов в особенности. А нам пока остаётся только ждать, пока кто-то из них ни допустит ошибку. Всё же, как ни крути, а их магия существенно отличается от нашей, но… она уж точно не слабее. Просто другая.

В дальнем углу кабинета что-то с громким стуком свалилось на пол, и тут же очень честный детский голос поспешил сообщить, что он ни при чём и эти папки сами упали. А Лит лишь закатил глаза и с надеждой посмотрел на свою Ори. Но она явно не собиралась идти у него на поводу.

— Нет, любимый. Пусть он там сам справляется. Пора ему уже начинать понимать, что последствия своих шалостей ему придётся устранять самостоятельно. И не надо смотреть на меня, как на тирана. Я, кстати, пытаюсь его воспитывать.

— Как скажешь, любимая, — отозвался Лит, искоса наблюдая, как трёхлетний Эрик пытается вернуть упавшую папку на полку. — А знаешь… я так думаю, что нам просто необходима дочь, — заметил он с мягкой улыбкой. — Должен же кто-то прикрывать шалости Эрикнара, если уж его мать решила, что больше не станет этого делать.

— Ну что ж… — протянула Ори, легко целуя любимого супруга в губы, а потом улыбнулась и добавила: — Дочь, так дочь.

Конец

Примечания

1

Все стихи в эпиграфах к главам — авторские. Каждое их них было написано специально для этого текста.

Content

Татьяна Зинина
Мираж для Белого Сокола

Пролог

Книга 1 Крылатая воровка

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Книга 2 Фаворитка

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Эпилог

Примечания