Фрижельи Николя Дигар

Битва при Мереме

Посвящается Себастьяну, моему суперблизнецу!

Н. Д.

А также всем тем, кто, начиная с момента создания моего канала на You Tube, следит за захватывающими приключениями, а также тем, кто, может быть, другими глазами посмотрит на Фрижеля и Флуффи, читая эту книгу.

Приятного чтения!

Фрижель

Nicolas Digard and Frigiel

Published in the French language originally under the title: Frigiel et Fluffy: La Bataille de Meraim – volume 4

© 2018, Slalom, an imprint of Edi8, Paris, France.

«Minecraft» is a Notch Development AB registered trademark This book is a work of fiction and not an official Minecraft product, nor an approved by or associated to Mojang.

The other names, characters, place and plots are either imagined by the author, either used fictitiously.

© Озерская Н.И., перевод на русский язык, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

Действующие лица

Фрижель: 15 лет, внук Эрнальда. Он никогда не знал своих родителей и не знает, что с ними произошло.

Флуффи: собака Фрижеля.

Эрнальд: 65 лет, дедушка Фрижеля. Человек с загадочным прошлым, который часто отлучается из деревни.

Сара: жена Эрнальда и бабушка Фрижеля.

Энора: дочь Эрнальда и Сары, мать Фрижеля.

Иан: отец Фрижеля.

Абель Свейл: 18 лет, сын Дерина Свейла, полковника, самого храброго человека в Эйкане, героя армии короля Люда Лоу.

Дерин Свейл: 46 лет, отец Абеля.

Алиса Пемброк: 16 лет, воровка Гильдии воров Пуабы.

Абигейль Пемброк: 48 лет, мать Алисы.

Джильдас Пемброк: 50 лет, отец Алисы.

Люд Лоу: легендарный воин, ставший королём мира.

Аскар Рог: могущественный колдун и брат-близнец Люда Лоу.

Вальдис: легендарная королева, занимавшая престол до Люда Лоу.

Ориэль: первооткрывательница магии и профессор при дворе королевы Вальдис.

Истар: Энлиль (глава) магов Джакара, города магов.

Эйвиндара, Халла, Ольвир и Саргон: 4 мага-Владыки, образующие Совет Шестерых.

Талес: воительница и глава племени сарматов.

Хима: сарматская воительница.

Нельв: шпионка сарматов.

Стеклянные Големы: тайная организация при дворе короля, состоящая на службе у магов.

Хирон: таинственный и благородный рыцарь, глава Стеклянных Големов.

Стекс: гоблин, совершивший побег из тюрьмы в Суратане.

Молеон: вор Гильдии воров города Улан Варка.

Том Сизай: главарь Гильдии воров города Улан Варка.

Магнус: настоятель монастыря Великих Строителей.

В ПРЕДЫДУЩИХ КНИГАХ О ПРИКЛЮЧЕНИЯХ ФРИЖЕЛЯ И ФЛУФФИ

Находясь в застенках Суратана, Фрижель теряет всякую надежду совершить побег. Но однажды, приступая к совершению магического обряда, он сосредотачивается и помимо своей воли исторгает из себя световой луч, уже в который раз поражающий воображение юного мага внезапностью появления. К счастью, Алисе удалось выкрасть у Хуггина ключи от темниц и освободить друзей. Фрижель встречается со своим дедушкой Эрнальдом, находящимся на грани физического истощения. Оказывается, Эрнальд является главой мятежников и занимается подпольной деятельностью, готовя переворот с целью свержения Люда Лоу. Но кроме него в тюремных застенках томятся сарматки, рыжеволосые воительницы с молочно-белой кожей, которых тоже нужно освободить, а вместе с ними и Стекса, гоблина, чьё разнузданное поведение вызывает раздражение окружающих.

Пленники совершают побег из тюрьмы и находят пристанище в Дельте спрутов, где расположена Айянна, плавучий город сарматов. Эрнальд рассказывает Фрижелю, как в Эндере была убита Сара, его жена, бабушка Фрижеля, и как потом её зомбофицировал Аскар Рог. Из рассказа деда Фрижель узнаёт, что его отец Иан был убит Стражами Света и что вскоре после его рождения Энора, его мать, ушла из родного Ланньеля.

Старик посылает Фрижеля, Абеля и Алису в лес Варога на поиски второго сундука Эндера. Но юная воровка исчезает прямо перед началом экспедиции в Варог.

Алиса тем временем садится на корабль, отправляющийся в Улан Варку, главный город королевства, в надежде найти Хирона, героя, о котором слагают легенды. Он изменил королю, встав на сторону магов. По пути она знакомится с Молеоном, вором из Улан Варки, который предложил Алисе помощь и хочет познакомить её с Томом Сизаем, главой Гильдии воров Улан Варки.

Фрижель с Абелем проникают в Варог, ведомые Стексом, который при этом руководствуется только ему одному понятными соображениями. Варог – магическое измерение. Сундук Эндера охраняет лич, отвратительный и опасный призрак, с которым юношам придётся вступить в бой. И в этот момент обнаруживается, что лич – это Вальдис, старая королева, которая ради бессмертия перенесла свою жизненную энергию в изумрудную подвеску. Но магия лишила Вальдис рассудка, и, чтобы победить королеву, Фрижель воспользовался магией света.

Глава 1

На закате поднялся ветер и с грохотом обрушился на скалы Улан Варки. Его порывы достигали такой силы, что разбушевавшиеся волны добирались до фортификационных сооружений запретного города и покрывали солёной пеной стены королевского дворца и зданий, где жили самые знатные люди государства.

В центре Варки, верхнего города, в просторном квадратном дворе, который обрамлял жилище Люда Лоу, находилась огромная обсидиановая плита, окружённая рвом шириной не менее четырёх блоков и наполненным лавой. Сидя на тёмном камне, овеваемые ледяным ветром вперемешку с водяной пылью, четыре солдата, закутанные в толстые шерстяные шинели, несли караул. Один из них, рыжеволосый юноша, встал и подошёл к соседу, одноглазому солдату с тёмной кожей. Рыжий произнёс фразу, которую ветер тотчас унёс вдаль. Ему пришлось прокричать что есть силы свой вопрос, чтобы напарник расслышал его:

– У тебя есть хоть какие-нибудь мысли по поводу того, что находится за этим люком? – И он указал на железную дверь, расположенную на обсидиановой плите.

– Моё дело – стоять на часах и не задавать ненужных вопросов, – ответил одноглазый, которого, судя по всему, возмутило чрезмерное любопытство собрата по оружию.

– Неужели? А я глаз не могу сомкнуть, так меня это занимает. Этой ночью, как только началась буря, даже наружную охрану сняли. Скорее всего, король хранит здесь нечто очень ценное, если четыре солдата ни днём ни ночью не знают покоя в любую погоду. – И он пристально уставился на дверь. – Может быть, здесь хранится какое-нибудь сокро- вище?

Второй двинул ему локтем под рёбра и обнажил меч.

– Замолчи! Видишь, у нас посетитель!

И действительно, между двумя служебными зданиями показался человек, одетый с ног до головы в белое. В одной руке он держал факел, а второй – защищал от ветра лицо, придерживая капюшон. Широко шагая, он направился прямо к стражникам.

– Стой, кто идёт! – заорал одноглазый, размахивая мечом.

Человек откинул капюшон. У него были светлые глаза и белая борода.

– Я – Магнус, – произнёс он. – Настоятель храма Великих Строителей.

И в то же мгновение солдаты преклонили перед ним колени.

– Господин настоятель, прошу извинить меня за дерзость, – пробормотал стражник, окликнувший Магнуса. – В такую погоду трудно узнать…

– Да благословят вас Великие Строители, – прервал его Магнус, скрестив руки. – Проложите мостки.

Рыжеволосый положил руку на рычаг, который приводил в движение поршни, опускающие короткий мостик над лавой. Но одноглазый остановил его, схватив за руку, и уставился на Магнуса единственным глазом.

– Сожалею, настоятель, но только его величество Люд Лоу имеет право войти в это место, – сказал он. – Формально нам запрещено пропускать сюда кого бы то ни было, кроме него.

Настоятель нахмурился, сжал губы и стиснул челюсти, едва сдерживая желание обругать солдат последними словами. И помахал перед лицами стражников золотым ключом.

– Король отправился во главе армии на войну с магами в долины Мерема и назначил меня заместителем на время своего отсутствия. Проложите мостки!

Одноглазый стыдливо склонил голову и позволил рыжему солдату привести механизм в действие. Чёрные блоки моста развернулись над лавой. Солдаты вскочили как по команде, щёлкнув каблуками, и встали по четырём углам обсидиановой плиты, повернувшись спиной ко входу. Таковы были правила.

Магнус пересёк ров, наполненный лавой. Затем он подошёл к люку и вставил золотой ключ в скважину. Порыв ветра заглушил вздох ржавого замка, когда настоятель открыл его. Приподняв полотнища белого одеяния, он спустился на несколько ступенек вниз и захлопнул за собой дверь.

В помещении, в которое он проник, было темно, хоть глаз коли. На мгновение Магнуса охватило сомнение, и он чуть было не пожалел о том, что пришёл сюда. За исключением короля, ни одна живая душа не бывала здесь, и Магнус не знал, что ждёт его в этой кромешной тьме.

И в эту минуту слева от него послышался шорох одежд и приглушённый шум справа. Он даже не успел поднять факел, как два холодных острия мечей коснулись его шеи.

Магнус вскрикнул от неожиданности. Его факел осветил лица двух стражников, охраняющих темницу пыток. А именно эта темница пряталась за люком. Два бледных лица с глазами, скрытыми чёрными повязками. Ослеплённые при рождении специально для службы в секретной тюрьме, эти парни прошли боевую подготовку у самого Люда Лоу. Это были бесстрашные воины, живущие в абсолютной темноте, не имеющие возможности видеть и различать заключённых по внешнему виду. Король бросал в это страшное подземелье тех, кого потом постоянно изводил допросами.

– Ты не король, – произнёс тот, который был постарше, принюхиваясь, как зверь. – Кто ты?

Священник откашлялся.

– Я – Магнус, – сказал он, – настоятель храма Великих Строителей.

Но в ответ не прозвучало ни звука. Оба слепца стояли, не шевелясь.

– Дайте мне пройти, – заявил Магнус в раздражении.

– Вход воспрещён! Никто не может сюда войти, – ответил тот, что моложе, – за исключением короля. Убирайся отсюда, пока цел!

По телу Магнуса пробежала дрожь, ему было страшно, но он тем не менее протянул им золотой ключ. Люду Лоу ничего не было известно о его визите в секретную тюрьму, и, если бы он узнал об этом, Магнуса ждал бы бесславный конец. И поэтому настоятель должен был любой ценой избежать скандала. От страха у него кровь стыла в жилах, и это вызывало волны гнева. С тех пор как он покинул Менруруну с её болотами, он успел привыкнуть к комфортной жизни в королевском дворце. Всё было спокойно и легко. И он поклялся самому себе, что никогда больше не испытает ни боли, ни страха. Но сейчас он был уверен в том, что оба слепца кожей ощущали охвативший его ужас. И это из-за них Магнус чувствовал себя таким маленьким, слабым, ничтожным. Как они осмелились так непочтительно отнестись к нему, к Магнусу, настоятелю храма Великих Строителей?! Как осмелились они ослушаться его приказов и не подчиниться ему, склонившись?

Дрожь в руке утихла.

– Король отправился в долины Мерема на войну с магами, – сухо произнёс Магнус. – На время своего отсутствия он назначил меня своим преемником. Вот ключ от темницы пыток.

Стражник взял у него ключ, покрутил в руках, понюхал, попробовал на зуб. Утвердительно кивнув головой, он вернул ключ Магнусу.

– Да, это тот самый ключ, – сказал он. – Но кто нам докажет, что вы не украли его?

– С какой стати мне красть ключ? – солгал Магнус и вытащил белый лист бумаги из кармана балахона и помахал им под носом у стражников. – Король оказал мне большое доверие, вручив ключ. Он прислал мне это письмо с просьбой провести допрос заключённого. Не имея информации, в которой он крайне нуждается, Люд Лоу может проиграть войну. Если он её проиграет, то вина за это падёт на ваши головы… И молите бога, чтобы они остались у вас на плечах.

И он опять зашуршал бумагой, плотоядно улыбаясь. Стражники не могли узнать, что это не письмо, а обычная бумага.

– Если хотите, я могу прочесть вам письмо…

Стражник постарше задумался на мгновение.

– Не стоит, – сказал он.

И, вложив меч в ножны, снял с пояса бриллиантовую кирку. Второй стражник последовал его примеру. И они принялись бить кирками прямо в обсидиановую стену. В проделанных ими отверстиях появилась лава, которая опоясала всю подземную структуру и озарила своим светом зал, обнаружив нажимные пластины в противоположных углах комнаты. Оба слепца положили по обсидиановому кубу перед каждой пластиной.

– На счёт три, – произнёс старший стражник. – Раз! Два! Три!

И стражники одновременно нажали каждый своим кубом на пластины. В центре комнаты приподнялась крышка люка, обнаружив ещё одну лестницу.

Магнус бросил вниз полный любопытства взгляд, и довольная ухмылка заиграла на его губах. Он потёр руки и спустился вниз.

Окружённая лавовыми блоками, которые нагревали стены, темница, куда проник настоятель, была такой же душной и влажной, как и болота Кондулы. Мрак был настолько непроницаемым, что свет факела с трудом рассеивал темноту.

От звона цепей Магнус вздрогнул.

– Дайте еды… – произнёс прерывающийся от усталости голос.

Магнус осветил факелом лежащее в темноте обессилевшее тело. Удивление исказило черты лица настоятеля, когда он рассмотрел лицо заключённого.

– Хирон… – пробормотал он, улыбаясь, – вот мы и увиделись.

– Магнус? – в свою очередь удивился Хирон, посмотрев ему в глаза.

– Я пришёл, чтобы помочь, – заявил настоятель.

– Да я скорее умру…

В течение нескольких мгновений смех Магнуса раздавался в темнице.

– У меня есть ключ, – сказал он. – Я могу вызволить тебя отсюда.

Хирон не произнёс ни слова.

– Мне в обмен нужна некоторая информация. Совсем незначительная… И завтра же тебя ждёт свобода.

Предложение настоятеля, который начинал терять терпение, было встречено полным молчанием, и любезная улыбка постепенно растаяла.

– На протяжении долгого времени ты пользовался неограниченным доверием Люда Лоу. И он доверил тебе секреты, которые не открывал больше никому. Говорят, у короля есть какой-то необыкновенный блок, который он вывез из Фарленда и который даёт возможность создавать заколдованные доспехи и оружие. Этот блок называют магическим столом. И говорят также, что он спрятан в королевской сокровищнице. Ты знаешь, где он находится? Не могу передать словами, как мне нужен этот стол.

– Не имею никакого представления, где он может быть, – ответил Хирон. – И даже если бы это было иначе, ты всё равно не смог бы им воспользоваться. Чтобы им воспользоваться, нужно знать в точности, как он работает.

– Это уже станет моей проблемой, – заявил настоятель. – Прошу, укажи местоположение магического стола, и я вытащу тебя отсюда!

– Я ещё раз говорю, что не знаю, где он находится.

Магнус кивнул головой, пройдясь рукой по своей белой бороде, и направился к выходу.

– Очень хорошо, – сказал он. – Даю тебе время до вечера. Подумай о моих словах. – И он снова повернулся к Хирону, добавив безразличным тоном: – В последнее время любая информация дёшево стоит. За несколько кусков тыквенного пирога можно напасть на настоящие сокровища: например, на список всех твоих сообщников при дворе короля. Стеклянные Големы – ведь так, кажется, называется ваша организация? Или на расположение Чёрного грота, где Том Сизай прячет свою Гильдию воров. Кажется, вы нашли с ним общий язык? Самые отвратительные бандиты Улана снюхались с представителями самых благородных и известных семей Варки. У меня помутился рассудок, когда я это узнал!

Любезная улыбка опять засияла на лице настоятеля, когда в темноте он услышал звон цепей. Ему всё-таки удалось задеть Хирона за живое.

– Наглый лжец! – воскликнул узник.

И Магнус повернулся к нему спиной.

– До вечера, – произнёс он. – Если ты ничего мне не расскажешь, твои приспешники дорого за это заплатят. И когда тебе некого будет больше защищать, у тебя, разумеется, быстро развяжется язык.

Поршни тихо вздохнули, люк открылся, чтобы закрыться вновь, оставив узника в темноте наедине с эхом злорадного смеха.

Глава 2

Под управлением кукольника Ронни корабль тихо плыл между поросшими лесом островками Дельты спрутов. Фрижель положил свой мешок на палубу и вздохнул с облегчением. Сундук Эндера никуда не пропал и лежал перед ним. Он так боялся вновь разочаровать Эрнальда, что за время пути почти не расставался с мешком. Фрижелю не терпелось поскорее увидеть деда и показать ему свою другоценную находку. Но что-то не давало ему покоя. С тех пор как они покинули побережье лесов Варога, юноша беспрестанно думал о наводящем ужас вопле, который все они слышали. И поэтому Фрижель не мог не думать о Аскаре Роге. Юноша видел мага вблизи и знал, на какие зверства тот способен. Фрижель расправился с зомби Драконом Эндера, возвращённого к жизни Владыкой мёртвых, и это могло быть делом рук только брата-близнеца короля – Аскара Рога. Кто ещё мог взять на себя риск встать лицом к лицу с таким могущественным монстром, грозный рык которого эхом отдавался во всех уголках королевства? Впрочем, Аскар Рог был единственным, в ком ещё тлела надежда, что он сможет контролировать это чудовище. В этом заключалась сила его магии мёртвых. Но сначала он должен был сразиться с драконом и одержать победу, чтобы впоследствии зомбофицировать и подчинить себе. Фрижель никогда не видел визера, иссушителя. И никто из находящихся на корабле тоже ни разу в жизни не сталкивался с ним. А те свидетельства, которые доходили до них в виде слухов, больше напоминали откровенную ложь. Некоторые рассказывали о ещё более могучем и страшном драконе, чем Дракон Эндера, другие – об отвратительном и крайне опасном призраке, третьи – о десятиголовой гидре. Но до сего времени ни один человек не остался в живых после встречи с визером, и никто, таким образом, не мог ни опровергнуть, ни подтвердить все эти не внушающие доверия выдумки. Поэтому Фрижель надеялся, что Аскар Рог, бросивший вызов визеру, погиб.

Сидящая рядом с Фрижелем Эрмелина вздрогнула.

– А где Айянна? – спросила она. – Я её больше не вижу.

Сердце Фрижеля сжалось в тревожном предчувствии. Он бросил взгляд на нос корабля. Города сарматов больше не было видно.

Айянна исчезла!

– Гав! Гав! – пролаял Флуффи.

Нечто, находящееся по левому борту корабля, привлекло внимание пса. Он беспрестанно махал хвостом, поскуливая.

Абель сбежал с верхней палубы и окинул взглядом морскую гладь.

– Идите, посмотрите! – крикнул он.

С тяжёлым сердцем Фрижель поднялся и вместе с Эрмелиной подошёл к Абелю.

В глубине вод виднелась редстоуновая лампа, которая освещала отдельные фрагменты деревянной лестницы и несколько акациевых блоков, которые когда-то были домом. Знамя с изображением эндермена, виднелось в воде. Всё это говорило о том, что Айянна подверглась нападению.

– Задери тебя блейз, – пробормотала Эрме- лина.

Фрижель сглотнул. Он надеялся, что Эрнальду, оставшемуся в Айянне, всё-таки удалось вовремя спастись бегством, и он сдерживал себя изо всех сил, чтобы не делать поспешных выводов.

Юный маг повернулся к Абелю.

А таранкоец в это время не сводил глаз с остатков лестницы, вырванной из одной из конструкций плавучего города. Его челюсти были судорожно напряжены, а взгляд – напряжённей обыкновенного. Судя по всему, гнев душил его.

– Это всего лишь небольшая часть города, – сказал он. – Если бы его разрушили полностью, обломков было бы гораздо больше.

– Но ведь сарматы переместили город после нападения Дерина Свейла, – вмешался в разговор Ронни.

– Но куда? – спросила Эрмелина.

Кукольник бросил взгляд в сторону обширного устья реки.

– Может быть, дальше, в глубину дельты?

Ронни повернул штурвал и направил судно к устью реки. И чем дальше они удалялись от Лазурной бухты, продвигаясь в излучинах Дельты спрутов, тем больше становился остров вокруг.

Огромные акации стеной росли на кубах земли, нависая над прозрачной водой.

Эрмелина с Абелем встали по левому борту, а Фрижель с Флуффи – по правому. И все они не сводили глаз с окрестных пейзажей в надежде увидеть город. Вдруг Фрижель заметил между ветвями деревьев остроконечную крышу.

– Это там! – воскликнул он, махнув в сторону виднеющегося строения.

Ронни сделал крутой разворот, и корабль вошёл в узкий пролив, изгибающийся между двух небольших островков с крутыми скалами. В глубине виднелась широкая водная гладь. И по мере того как наши странники продвигались вперёд, им показалось, что пышная растительность расступалась, освобождая им проход. Вскоре они вошли в бухту, окружённую поросшими лесом берегами.

Перед ними возвышалась Айянна.

Наполовину разгромленный сарматский город примостился около небольшого пляжа. Можно было подумать, что часть его основания была вырвана Драконом Эндера. Понтон, поддерживающий город, был частично разрушен, и город, как раненый исполин, накренился набок.

Вне себя от негодования, Абель изо всей силы ударил кулаком по фальшборту, бортовому ограждению палубы судна.

– Но почему, – кричал он, дойдя до последней точки кипения, – почему мой отец так упорствует в том, чтобы окончательно испортить мне жизнь? Чем я заслужил всё это?

А корабль между тем медленно приближался к берегу. Воительницы, расположившиеся на пляже, перевязывали раны, в то время как колонна мужчин выходила из леса с мешками, нагруженными деревянными блоками. Архитекторы, наподобие моряков, разворачивающих паруса, трудились с головокружительной скоростью, восстанавливая при помощи кубов лестницы и повреждённые здания.

Кто-то на пляже махнул им рукой. И когда этот некто увидел Фрижеля, его сердце забилось от радости. Это был Эрнальд, который подавал им знаки и звал к себе. Он стоял рядом с Химой, огромной сарматской воительницей, с которой они познакомились в Суратане.

Ронни бросил якорь в нескольких кубах от пляжа и установил мостки над прозрачной водой. Не в силах сдержать возбуждение, Флуффи бросился прямо с борта в воду и поплыл к берегу. Фрижель поспешил за ним, бегом спустился с мостков, устремился к деду и сжал его в объятиях.

– Я так волновался, – сказал он.

– Рад тебя видеть, – ответил Эрнальд, взлохматив шевелюру внука. – Я тоже не находил себе места от беспокойства.

Фрижель отошёл от деда, уступив место Абелю, который пожал ему руку.

– Рад видеть вас в добром здравии, – сказал Абель.

И в это мгновение к ним подошла Хима с грустным выражением лица.

– Добро пожаловать! – произнесла она. – Прошу извинить нас за то, что мы не можем оказать вам должного гостеприимства, как того требуют наши обычаи.

И вдруг сарматка замолчала, застыв на месте в двух кубах от юношей. Понюхав воздух, она отступила от них с гримасой омерзения.

– От вас воняет гоблинами, – сказала она.

– Да, – подтвердил её слова Абель, обернув всё в шутку. – Нам неслыханно повезло: мы побывали в Яме! Райское, доложу я вам, местечко, идеальное для того, чтобы провести там выходные с семьёй.

Воительница смерила его презрительным взглядом. Сарматы славились тем, что у них практически отсутствовало чувство юмора. И оно совсем покидало их, когда речь заходила о гоблинах, их врагах с незапамятных времён. Поняв, насколько его шутка была неуместной, Абель тут же смутился и покрылся краской.

– Прости меня, Хима, – сказал он.

Она подняла руку в знак прощения и вздохнула. Потом она указала на самую простую хижину из блоков акации на границе джунглей.

– Ничего лучшего не могу предложить вам на эту ночь, – произнесла она. – Айянна не слишком… устойчива в данный момент.

– После долгого путешествия нас и этот дом вполне устроит, – сказала Эрмелина.

Эрнальд посмотрел на солнце, медленно клонившееся к горизонту, прятавшееся за верхушками деревьев, и жестом гостеприимного хозяина пригласил всех в хижину.

– Входите! – сказал он. – Пока зомби не напросились к нам в гости.

Когда они вошли в дом, дедушка Фрижеля подал знак находившемуся там сармату.

– Вальд, – попросил он, – приготовь что-нибудь поесть нашим гостям!

Мужчина открыл ящик, достал оттуда кусок кролика и, бросив его Флуффи, засуетился у очага. Эрмелина, закатав рукава, вызвалась помочь. Вскоре восхитительный запах рагу поплыл по комнате, и рот Фрижеля наполнился слюной.

– Как прошло ваше путешествие в Варог? – спросил Эрнальд.

Абель с Фрижелем обменялись гордыми взглядами.

– Стекс заставил нас сделать небольшой крюк, – начал свой рассказ Абель.

– А Бануг устроил засаду, – добавил Фрижель.

Он невольно вздрогнул, вспомнив крики алхимика, когда гоблины набросились на него.

– А лич? – спросил Эрнальд.

На лице Фрижеля-мага появилась грустная улыбка.

– Мы расправились с ним. Но перед этим он раскрыл нам свою личность.

И в то же мгновение изумление появилось на лице Эрнальда.

– Свою личность? – переспросил он.

– Да, – ответил Фрижель, смущённо опустив голову и не осмеливаясь посмотреть Эрнальду в глаза.

– Это была королева Вальдис, – объяснил Абель.

Глава 3

Старик нахмурился.

– Вальдис? – переспросила Хима. – Но это невозможно, она ведь давным-давно умерла!

– Ей удалось возродиться благодаря использованию второй ветви магии.

– А я думал, что она владела только одной ветвью! – воскликнул Эрнальд.

Он встал и опёрся кулаками в стол, и в его глазах застыла боль, от которой Фрижелю стало не по себе.

– Когда я просил Вальдис обучить магии Сару, она мне поклялась, что владеет только одной ветвью.

И в то время как Эрнальд произнёс имя своей жены, его голос заметно дрогнул.

– Она солгала, – объяснил Фрижель. – Она солгала всем, потому что ей было стыдно… её вторая ветвь была магией мёртвых.

Эрнальд, потрясённый этой новостью, тяжело опустился на деревянную скамью. Фрижель хотел продолжить рассказ, но дед поднял руку, прервав его. Он не мог больше ничего слышать. Всё это вызывало в нём слишком много сомнений, вопросов и горечи.

– Сундук с вами? – спросил он, внезапно помрачнев.

С быстро бьющимся сердцем Фрижель развязал мешок и поставил сундук на стол. Сарматы как зачарованные смотрели на него, не сводя глаз. Больше всего на свете Химе и Вальду хотелось подойти к сундуку, поскольку фиолетовые частицы, мерцавшие над ним, притягивали как магнит. Для воительницы, и особенно для инженера дельты, этот сундук представлял собой древнюю реликвию. Он был свидетелем той эпохи, когда племя сарматов колонизировало Эндер. И в те времена сарматы знали секрет изготовления этих сундуков, обладающих необыкновенными свойствами.

Эрнальд внимательно осмотрел сундук со всех сторон.

– Собираетесь его открыть? – спросил Абель, которого разбирало любопытство.

Старик покачал головой.

– Думаю, не стоит этого делать. Вдруг дракон Аскара Рога учует его, как это уже однажды было. Ты помнишь, Фрижель? Тем более что вы тоже, наверное, слышали пронзительный вопль визера. У меня нет никакого желания идти на столь чудовищный риск.

Абель и Фрижель согласно кивнули. А юный маг поймал на себе взгляд деда. Скорее всего, Эрнальд пришёл к тому же выводу, что и он: именно Аскар Рог способствовал появлению этого страшного монстра, чтобы, подчинив себе, воспользоваться его мощью. Задумавшись о Владыке мёртвых, Фрижель погрузился в воспоминания. Перед глазами во всех подробностях встала картина вечернего Ланньеля, когда зомби Дракона Эндера испепелил его родную деревню. Он вспомнил также секретную комнату, люк в которую находился прямо под грядкой. И когда дед открыл сундук Эндера, то попросил Фрижеля дотронуться до сундука одновременно с ним. Сундук издавал фиолетовое свечение. И в этот момент Фрижель, став его единственным «ключом», навеки оказался связанным с киркой правды, находящейся внутри сундука. Теоретически говоря, всё это можно было повторить, и, когда юный маг подумал об этом, сердце его сжалось. Фрижель надеялся, что дедушка больше никогда не попросит его охранять сундук Эндера и что больше никогда в жизни ему не придётся брать на себя столь большую ответственность. Ведь он много раз рисковал жизнью ради того, чтобы найти второй сундук Эндера. В этом артефакте Фрижель видел возможность отомстить, взбунтоваться против судьбы, свой последний шанс расквитаться с врагами за смерть тех, кого он никогда не знал и уже не узнает: за смерть бабушки Сары и мамы Эноры.

– Держи его при себе, – попросил дел, подтолкнув сундук по направлению к Фрижелю.

Взяв сундук, Фрижель удивился гордости, охватившей его. Эрнальд, его дед, глава стана мятежников, с первых мгновений возглавлявший борьбу против несправедливостей и притеснений короля Люда Лоу, верил во Фрижеля. Именно ему дед доверил будущее магов и целого королевства. Но к гордости примешивалась и боязнь ответственности за возложенную на него миссию. Он боялся не оправдать доверия магов и оказаться не на высоте. Прилив гордости, к которой примешивался страх, вызывал в душе непривычные ощущения. Но с этими чувствами он уже не раз сталкивался во время путешествий, и чем больше опыта приобретал, тем более убеждался в том, что жизнь вообще соткана из противоречий. Радость и горе, отвага и страх, верность и измена… Фрижель всё чаще думал в том, что все эти чувства борются и сосуществуют в душе каждого человека. И только в те мгновения, когда его охватывал страх, он чувствовал себя смелым, а возлагая на себя ответственность, он понимал, что на многое способен. И именно из побед над собой рождались гордость и вера в свои силы.

Фрижель осмотрел сундук Эндера. Юноша хорошо понимал, что держит в своих руках символ надежды и могущества, который изменит как его собственную жизнь, так и жизнь магов.

– Так что же произошло в Айянне? – вдруг спросил Абель.

Глава стана мятежников задумчиво мешал ложкой молоко в стакане.

– Твой отец ещё раз напал на нас несколько дней тому назад. Хима была вынуждена переправить город в другое место.

– Наверное, это была Талес, – удивлённо заметил Фрижель. – Ведь это она является вакизой города. Тем более что речь шла о жизни и смерти!

– Да, речь шла о жизни и смерти. Я с трудом убедил Химу повременить с уходом на войну.

Таранкоец нахмурился. Его взгляд терялся в спиралях дыма, поднимавшихся над очагом. Его сомнения передались и Фрижелю.

– Завтра мы с Химой отправляемся в Эйкан, – сказал Эрнальд.

– Мы пойдём с вами, – заявил Абель.

Эрнальд склонил голову, бросив в сторону юношей смущённый взгляд.

– Завтра поговорим об этом, – сказал он.

Таранкоец вдруг резко вскочил.

– Пойду прогуляюсь, – объявил он.

И открыв дверь, исчез в оранжевых отблесках закатного солнца. Фрижель посмотрел на деда.

– Не хочу оставлять его одного, – вздохнув, произнёс Фрижель.

Эрнальд согласился с ним и кивнул, доедая рагу.

Юный маг сразу же увидел друга: он сидел на пляже и смотрел на лагуну. Фрижель подошёл к нему, на лице Абеля тут же появилась улыбка, и он глубоко вдохнул свежий воздух.

– Аромат джунглей, – сказал он Фрижелю. – Ты его чувствуешь? Мне его так не хватало.

Фрижель потянул носом, вобрав в себя ароматный воздух. И действительно, Таранка обладала только ей присущим запахом. Пахло спелыми фруктами и семенем, напоённым солнцем. А позади них в радостном волнении носился Флуффи. Он бегал и, старательно обнюхивая каждый куб воздуха, исчезал в кустарнике, появлялся вновь, прыгая и рыча на воображаемых врагов.

– Судя по всему, мой дед не хочет, чтобы мы сопровождали их в Эйкан, – сказал Фрижель.

И в ответ на его слова Абель пожал плечами и произнёс:

– Там мой отец, мой город. Мы пойдём с ними, хочет Эрнальд этого или нет.

Фрижель не осмелился возразить. В течение нескольких минут они стояли рядом, любуясь наступающими сумерками и отражением облаков в воде.

Глава 4

Алиса споткнулась. И как бы медленно она ни шла, выверяя каждый шаг, она абсолютно ничего не видела. Молеон надел ей на голову тыквенный светильник[1] задом наперёд.

Она попыталась возразить, но это было непременное условие для входа в Чёрный грот. Гильдия воров Улан Варки была не только самой могущественной в королевстве, но также самой уязвимой. На Семи Островах было не так уж много мест, где могла бы найти укрытие подобная группировка. И ещё меньше было мест, откуда можно было бы легко сбежать в случае нападения. Находясь в двух шагах от Люда Лоу, они не имели права на ошибку. Вот почему главарь Гильдии воров Том Сизай предпринял все меры безопасности.

– Внимание, – пробормотал Молеон, идя за Алисой, – мы спускаемся.

У юной воровки вырвался нервный смешок.

– Надо предупреждать заранее, – сказала она, – ни блока не вижу в этой чёртовой тыкве[2], которую ты нацепил мне на голову.

По мере продвижения вперёд Алиса почувствовала, что воздух заметно посвежел. Запах пыли и грибов заполнил её лёгкие.

«Пещера», – подумала она. И в этом не было ничего удивительного. Ведь других вариантов этот остров не мог им предложить. А главная идея заключалась в том, чтобы как можно надёжнее защитить входы в убежище.

Послышался скрежет открываемой двери. Алиса услышала шум шагов, эхом отдававшихся от стен помещения. Скорее всего, Молеон ввёл её в довольно большой зал.

– Садись, – сказал он.

И медленно повернул её. Юная воровка почувствовала, как её ноги дотронулись до холодного каменного блока. Она села.

И Молеон снял тыкву с её головы.

Алиса оказалась посреди арены, выбитой прямо в каменном полу огромного подземного зала. Железная дверь вела на этот ринг, окружённый стенами в три блока высотой. Это и был Чёрный грот. Он не мог похвастаться красотой архитектурной отделки Реверсо. Казалось, его соорудили наспех, как временное пристанище. Алиса прищурилась. Освещённые редстоуновыми лампами чёрные стены этой громадной полости напоминали подводные казематы Суратана. И там, и тут вокруг был бедрок. Те, кто проектировал это помещение, скорее всего, обращались за помощью к магу камня, чтобы придать прочность стенам и сделать их нерушимыми. Иначе королю было бы достаточно перерыть весь остров, чтобы добраться до секретного поселения. По сравнению с Пуабой, жизнь воров Улан Варки была не такой безоблачной и спокойной. Чёрный грот напоминал загон для загнанных животных, от него исходили волны насилия и страха.

Вдруг множество людей с угрюмыми лицами откуда ни возмись появились вокруг арены. Алиса вздрогнула. Она уважала людей Тангора, главы Гильдии воров Пуабы. В каждом она старалась отыскать добрую душу, скрывающуюся за внешней грубостью. Но эти типы действительно наводили ужас. Можно было подумать, что они явились сюда, чтобы полюбоваться на кровавые собачьи бои.

Дверь ещё раз заскрежетала. На арене появился могучий мужчина, одетый в поношенную кожаную тунику. Несмотря на длинную чёрную бороду и левый глаз, скрывающийся за повязкой, у него была величественная осанка и повадки короля. Длинный шрам пересекал его лицо, начинаясь на лбу, проходя по левому глазу, скрытому повязкой, носу и заканчивался в центре правой щеки. На его поясе поблёскивали меч и золотые ножницы. «Наверное, символ его фамилии, – подумала Алиса, – ведь «сизай» – это ножницы».

Вместе с Молеоном он подошёл к юной воровке.

– Это Алиса, – объяснял Молеон. – Я познакомился с ней на корабле, на котором мы прибыли в Таранку.

Главарь Гильдии воров Улан Варки хранил гробовое молчание.

– Она тоже воровка. Из Гильдии Пуабы.

Том Сизай что-то промычал в ответ и склонился над Алисой. Девушка тут же отстранилась от него.

– Эй! – воскликнула она.

Но Тома не впечатлил её протест. Своими громадными руками, пахнущими кожей и жареным мясом, он схватил её за голову. Сердце девушки застучало сильнее. Что он собирается с ней сделать? Ножницы бросились Алисе в глаза, сверкнув золотом. Она глубоко вздохнула, но сделала вид, что они не произвели на неё никакого впечатления.

Том Сизай наклонил её голову и приподнял повязку, удостоверившись, что татуировка Гильдии воров Пуабы была на месте.

Он вновь промычал что-то нечленораздельное и оставил Алису в покое, отправившись на своё место.

– Это всё, что ты хочешь мне сообщить, Молеон? – спросил он дребезжащим голосом.

Юноша кивнул головой.

– Тебе бы не мешало быть поосторожнее.

– Но, Том… – пробормотал молодой человек. – Ведь у неё татуировка.

– Тангор был убит одним из генералов Люда Лоу. И королю известна татуировка Реверсо. А ты притащил её сюда только лишь потому, что она хоро- шенькая.

Молеон покраснел, стыдливо опустив голову. Но желая оправдаться, он попытался отыскать новые аргументы.

– Она хорошо знает Варку! Она в ней выросла. И она ищет Хирона!

Том Сизай схватил Молеона за ворот.

– Все ищут Хирона, дурья башка, – сказал он. – И если Люд Лоу решил подослать к нам шпиона, то кого бы он выбрал, по-твоему? Разумеется, хорошенькую девушку, которая совершенно случайно знает запретный город как свои пять пальцев!

Том Сизай ослабил хватку, отпустил вора и внимательно посмотрел на мужчин и женщин, которые, сидя на возвышении, окружали арену.

– Больше никаких пришлых, – сказал он. – И так будет впредь до нового распоряжения. Среди нас будут только проверенные люди, достойные доверия. Я так сказал.

И он повернулся к Молеону.

– Отправь её туда, откуда она пришла, – сказал он юноше.

И после этих слов Алиса вскочила со своего места.

– Том Сизай! – воскликнула она.

Король воров остановился как вкопанный.

Девушка пристально смотрела на него, и её вызывающе дерзкий вид поразил Тома Сизая.

– Ты глубоко ошибаешься, – заявила она, – если думаешь, что я ищу помощи. Я пришла к вам, чтобы оказать поддержку, и никак не наоборот.

Молеон уставился на неё широко раскрытыми от изумления глазами. Шёпот пробежал среди собравшихся, и вдруг полная тишина повисла над ареной.

И тогда Том расхохотался, заставив всех вздрогнуть.

– Ты довольно самоуверенна, – произнёс он с улыбкой.

– У меня есть для этого все основания.

Лицо главаря Чёрного грота помрачнело.

– Какие же? – спросил он. – Давай, рассказывай, не заставляй меня терять время.

– Подойди, и я тебе скажу.

И он подошёл к ней уверенной походкой воина, которому много довелось повидать в этой жизни.

Когда он оказался в блоке от неё, Алиса протянула ему золотые ножницы. А по толпе пробежал изумлённый возглас. Том взял ножницы, недовольно ворча себе под нос.

– Это чтобы вы все не сомневались в моих талантах воровки, – сказала она.

Нимало не оскорбившись поступком Алисы, главарь Чёрного грота смотрел на неё со всё возрастающим любопытством.

– Что касается Хирона, – добавила она, – скажу только то, что знаю по слухам. И это будет нашим секретом.

На мгновение Тома Сизая охватило колебание.

– Это ловушка! – вдруг раздался крик с балюстрады.

Повинуясь исключительно инстинктам, предводитель воров наклонился к девушке.

– Я – Алиса Пемброк, – прошептала она. – Мой отец, Джильдас Пемброк, был одним из ближайших советников Люда Лоу.

Когда Том Сизай услышал это имя, грусть омрачила его. Но Алиса этого не заметила.

– Три года тому назад я сожгла все мосты, порвав с родителями, и нашла приют у Тангора. Он добрый и хороший человек, но очень гордый. Он требовал, чтобы его все называли «королём воров». Он всегда ходил в сопровождении телохранителей, Сирфа и Бларпа, которых называл «внешними агентами».

Том встал, повернувшись лицом к собравшимся. На мгновение он задумался и потом произнес:

– Воры Чёрного грота, соблаговолите принять Алису в наши ряды!

Его предложение ошеломило воров, они обменивались удивлёнными взглядами, но в конце концов подчинились приказу главаря, прижав сжатую в кулак руку к сердцу.

– Преданность и соблюдение тайны, – хором произнесли они. – Добро пожаловать к нам, Алиса!

Воровка улыбнулась. А Молеон смотрел на неё глазами, в которых сквозила грусть. Он ревновал. Ревновал к Тому Сизаю. Она сказала Тому то, что не доверила ему.

Глава 5

Повинуясь главарю Чёрного грота, Молеон открыл дверь арены. Алиса прошла вслед за мужчинами в коридор из бедрока. Они ввели её в верхнюю часть огромного зала. Девушка заметила, что все вокруг искоса посматривали на неё. Видимо, потому, что ей удалось склонить Тома Сизая на свою сторону, а секреты вызывали подозрение членов воровской шайки. Все они о чём-то шептались, когда она проходила мимо. Скорее всего, они спрашивали друг друга, что такое эта девица из Пуабы могла сказать их главарю, что он тут же согласился принять её в их ряды. Но Алису, добившуюся своего, мало волновало всё остальное, в чём они вскоре смогли убедиться.

Каменный стол, на котором лежала карта Улан Варки, возвышался в одном из углов зала. Том Сизай сел ближе к карте, а Молеон – справа от него. Мужчины и женщины, шедшие за ними, окружили Алису и сидящих за столом.

– Вот что нам известно, – начал свою речь Том. – Хирон – это кодовое имя одного благородного рыцаря при дворе короля. И именно он, являющийся ближайшим соратником Люда Лоу, образовал, как говорят, тайную группировку под названием Стеклянные Големы.

Но Алиса и так уже знала это. Хотя название «Стеклянные Големы» заставило её вздрогнуть.

– Месяц тому назад, когда король отправился в поход в дюны Кинзира, Хирон связался с нами, – продолжал главарь банды. – По тайной системе передачи информации глава Стеклянных Големов сообщил, что хотел бы заключить с нами союз. Якобы он открыл нечто такое, что ставило под угрозу всё дело и его самого. Но у него даже не было времени объяснить нам, о чём идёт речь. Когда король вернулся с поля битвы, контакты прервались. Несмотря на все наши усилия, мы не получаем от него никаких известий. И до сего момента никто не знает, кто такой Хирон и как он выглядит.

Он замолчал на мгновение и пристально посмотрел на Алису.

– А что же такое он мог открыть? – спросила девушка.

– Мы и сами толком ничего не знаем. Но на протяжении нескольких месяцев в пригородах Улана ходят слухи, будто король обладает двумя сверхмощными мечами и что один из них самовоспламеняется, как факел, и дотла сжигает всё, к чему прикоснётся. Но нам хорошо известно, что изготовление подобного оружия в принципе невозможно! Хотя, с другой стороны, дыма без огня не бывает.

Алиса утвердительно кивнула. Она уже не раз видела, как Абель поджигал концы стрел. И она сама уничтожала в Нетере блейзов, мерзких монстров, объятых пламенем. Она видела шлемы, которые давали возможность дышать под водой, сапоги, которые замораживали поверхность воды. Но никогда в жизни она не видела мечей, обладающих такими сверхвозможностями.

– Да, это правда, – сказала она, – видно, мне не повезло, если я никогда не сталкивалась с таким оружием.

– Пару лет тому назад мы обнаружили местонахождение сокровищницы королевы Вальдис. Мы попытались было завладеть её содержимым, но комната была пуста. Мы думаем, что Люд Лоу опередил нас, когда бросил королеву в тюрьму. И мы до сих пор не знаем, где он спрятал всё ценное. Короче говоря, среди них имеется один предмет, который нас особенно интересует. Нам известно, что Энора, ученица Вальдис, однажды принесла ей куб с особенно мистическими свойствами. Ты, наверное, подумала, что мы немного не в себе, но мы уверены в том, что этот блок позволяет наделять любой предмет магическими качествами и что он находится среди сокровищ старой королевы.

Алиса улыбнулась.

– Наоборот, я считаю, что всё это достойно доверия. В «Энциклопедии приблизительных знаний» Моргона-Эрудита говорилось об этом ещё век тому назад! Думаю, я кое-что вспомню… – Она задумалась на несколько мгновений. – Ах да, вспомнила: «Мне говорили о верстаке, который якобы функционировал как наковальня, позволяя тому, кто работал за ним, придавать колдовские свойства изготавливаемым предметам. На этих магических столах получали самовоспламеняющиеся мечи и…». Ну и дальше что-то в этом роде.

Том Сизай недоумённо вскинул брови, удивляясь знаниям юной воровки.

– А не думаете ли вы, что Хирон обнаружил место, где Люд Лоу прячет этот магический куб? – спросила Алиса.

В ответ Молеон кивнул.

– И остальные сокровища старой королевы, – добавила она.

Том Сизай откашлялся, прежде чем продолжить.

– У нас есть все основания полагать, что Магнус тоже всем этим заинтересовался и что он хочет воспользоваться отсутствием короля и подготовить государственный переворот.

– Магнус? – спросила Алиса, у которой это имя вызвало смутные воспоминания.

– Да, наверняка ты его помнишь, – ответил Молеон. – Это настоятель храма Великих Строителей, которого мы видели на улицах Улана.

– Что? Этот шарлатан?

Том Сизай улыбнулся.

– Этот шарлатан, как ты говоришь, настолько опасен, что ты даже не можешь себе представить. О нём мало что известно. Он прибыл в город несколько месяцев тому назад и затесался в доверие к королю так быстро, что ты не успела бы и глазом моргнуть. Ходят слухи, что он является эндерменом в образе человека, но научился говорить. Ещё говорят, что он скрывает свои возможности и что он побывал в Эндере без оружия и вернулся оттуда без единой царапины. Но как бы то ни было, этот человек такой отъявленный негодяй, что сам Люд Лоу ему в подмётки не годится.

Алиса пожала плечами.

– Но король – тоже тот ещё негодяй. Он приказал изъять определённые страницы из всех энциклопедий государства! А сколько лжи он распространил о магах!

Вдруг ропот пробежал по толпе, окружавшей арену. Между ворами завязался спор. Послышалась брань. Обсуждение всего, что касалось магов, всегда заканчивалось перепалкой, если не скандалом, среди жителей Улан Варки, и о каком бы то ни было согласии речи вообще идти не могло.

Том поднял руку и свистнул. Сразу же наступила тишина.

– Люд Лоу – мошенник. Но ещё и воин. Он расставляет ловушки, пытается хитростью завладеть чужими землями, но всегда всё кончается тем, что он в открытую нападает на противников, чтобы разделаться с ними. А Магнус – это подлец чистой воды. Он обладает колоссальной и страшной силой убеждения. Его секта отняла жизни у наших боевых товарищей и членов наших семей.

Единодушным молчанием воры подтвердили его слова.

– Знаешь, Том, я не во всём согласен с тобой, – вмешался в разговор Молеон. – Я не думаю, что Магнус стремится к власти. И я уверен в том, что политика не интересует его. Больше всего на свете он хочет, чтобы ему преклонялись. Он бы без тени сомнения разрушил государство ещё до окончания битвы при Мереме, если это дало бы ему возможность услышать, как толпа в экстазе скандирует его имя.

– А зачем ему в таком случае магический стол? – спросил Том.

– Чтобы вовлекать в свою секту всё больше и больше людей. И чтобы обосновать созданную им легенду и культивировать образ всесильного предводителя. Ты только представь, какое влияние его болтовня окажет на прихожан храма, если ему удастся сделать сапоги, с помощью которых можно телепортироваться не хуже эндер- менов!

Том Сизай нахмурился, его терпение иссякало.

– Но королевство находится в состоянии войны с магами, не говоря уж об Аскаре Роге, который вполне может взять город в осаду, пока его брат отсутствует!

Молодой человек улыбнулся.

– Магнусу наплевать на это, как на его первый тыквенный светильник[3]. У него нет никакой стратегии, он думает только о себе.

Алиса вздохнула. Она была далека от того, чтобы представлять себе самое худшее. Она предпочитала сосредоточиться на главной цели.

– То есть, – сказала она, – вы хотите найти Хирона ещё до того, как он расскажет всё, что знает, Магнусу?

Король воров согласно кивнул.

– Существует два места, куда Люд Лоу мог упрятать Хирона. Во-первых, у него есть секретная тюрьма, но мы не знаем, где она находится.

– Хирона там нет, – уверенно заявила Алиса.

Воры Чёрного грота удивлённо переглянулись.

А Том Сизай нахмурился.

– Откуда ты это знаешь?

– А я сама там сидела, – сообщила юная воровка, покраснев от гордости и приготовившись рассказать о своём подвиге. – Я сбежала оттуда вместе с друзьями, причём мы освободили и всех остальных. Хирона среди них не было.

Молеон смотрел на неё с восхищением.

– Почему ты в этом так уверена? – робко спросил он. – Ведь никто не видел его лица.

Алиса улыбнулась.

– Потому что, насколько мне известно, при дворе короля нет ни сарматов, ни тем более гоблинов.

При этих словах Том Сизай громко расхохотался, и его примеру последовали Молеон и все остальные. Для этих людей, всю жизнь проведших в нищем пригороде, никогда не ступавших в запретный верхний город, образы дикарки с молочно-белой кожей и зелёного карлика, склоняющегося в почтительном поклоне в тронном зале, показались настолько неправдоподобными и комичными, что они не могли сдержать смеха.

Вдоволь насмеявшись, все успокоились, и Том Сизай вновь взял слово.

– Но существует и второй вариант, – сказал он, – темница пыток. Молеон, покажи ей.

Молодой человек расстелил на столе два листа бумаги.

Один из них представлял собой общий план верхнего, запретного для них города, то есть Варки, а второй – план темницы в разрезе.

– Эта тюрьма была задумана таким образом, что сбежать из неё невозможно, – продолжал король воров. – Её построили из обсидиана, а по периметру проходит широкий ров с лавой. Её очень хорошо охраняют, вход находится в центре запретного города. Именно поэтому нам нужен кто-то, кто хорошо знает тайные тропы города.

– Как вы думаете в него войти? – спросила Алиса.

Вдруг послышались крики, прервав их беседу.

Том, на лице которого отразилось волнение, повернулся в сторону большого зала Чёрного грота. Дым, просачиваясь через коридоры, проникал вовнутрь. По одному из коридоров бежали воры с выражением ужаса на лице

– Люди Магнуса! – кричали они. – Они нас обнаружили!

Глава 6

Эрнальд и Ронни уже давно были на ногах, когда Эрмелина разбудила Фрижеля и Абеля. Хима и Вальд в сопровождении Флуффи с утра пораньше отправились на поиски арбузов и мяса.

На завтрак Эрнальд дал друзьям по куску тыквенного пирога и по стакану молока. Юноши вышли из хижины и отправились завтракать в джунгли. Лучи солнца освещали верхушки деревьев, поднимая от влажной земли изящные завитки пара, распространявшие вокруг восхитительный аромат леса. Было ещё очень рано, но жара уже заявила о себе. Фрижель искоса посмотрел на Абеля. Его друг был счастлив. Солнце отбрасывало узорчатую тень от листьев на его лицо. После каждого глотка молока он поднимал голову и любовался верхушками деревьев. Он был у себя дома.

Но вдруг грусть завладела Абелем. Юный маг увидел, как его друг опустил голову, уставившись на блок под ногами. Фрижель подошёл к нему и спросил:

– Думаешь об отце?

Абель отрицательно покачал головой, не осмеливаясь поднять на него глаза.

– Об Алисе, – сказал он.

Положив ему руку на плечо, Фрижель произнес:

– Мы обязательно с ней увидимся.

– Я беспокоюсь о другом. И я не перестаю об этом думать с тех пор, как мы прибыли сюда. Ты видел моего отца. Ведь он ведёт себя так, будто меня и не существовало в его жизни. Когда я прочёл его письмо, которое он написал Нергалю, я почувствовал себя никому не нужным, брошенным. Мне показалось, что мой отец совершенно не знает меня. Теперь ещё и Алиса ушла, не объяснившись.

– Но ты же её знаешь, Абель. Она делает только то, что ей нравится…

Абель внимательно посмотрел на Фрижеля.

– А ведь мы целовались. Я не рассказывал тебе…

Юного мага так поразила эта новость, что он в изумлении уставился на таранкойца.

– Вы… вы… – бормотал он. – Я и представить не мог.

И он не мог сдержать счастливой улыбки. Нельзя было не заметить, что между его друзьями зарождается чувство, и юный маг был счастлив, что его ожидания подтвердились. Но в ту же секунду он напустил на себя серьёзный вид из опасения, что его приподнятое настроение не найдёт отклика у Абеля. Но он был занят своими мыслями и даже не обратил никакого внимания на реакцию Фрижеля.

– Я знаю Алису. И я знаю, что она – немного нелюдимая. Но каждый раз, когда она вот так внезапно исчезает, я мучаюсь неизвестностью. Я чувствую себя брошенным, хотя и понимаю, что это не предательство. Ты понимаешь, что я хочу сказать. Она и я… я люблю её. И ни за что на свете я бы не хотел, чтобы она изменилась и стала другой. Но, с другой стороны, когда она ушла вот так, не сказав ни слова, я чувствую себя преданным. Неужели нельзя было оставить небольшую записку? Пару настоящих, искренних слов. Это отняло бы всего лишь десять минут её драгоценного времени.

Он внезапно замолчал и вздохнул. Потом резко вскочил, обнажив бриллиантовый меч.

– Голем меня задери! – пробормотал он. – Ненавижу это состояние беспомощной злобы и горечи. Как ты думаешь, можно ли так сильно ненавидеть того, кого любишь всем сердцем?

Он отправился в джунгли и, раскрошив мечом несколько блоков сахарного тростника, дал выход раздражению. Вернулся Абель, взмокший от пота. Воткнув меч в землю, таранкоец уселся рядом с другом.

– Прости, что впутываю тебя во все эти дела, – сказал он.

– Ничего страшного, – возразил ему Фрижель. – Если тебе стало легче – отлично!

Грусть охватила Фрижеля. Ему было больно видеть, как Абель мучается. Тем более что тяжёлые и навязчивые мысли иногда полностью завладевали сознанием Абеля. И он не мог от них отделаться до тех пор, пока не докапывался до истины.

Эрнальд подошёл к ним со стаканом горячего молока, бросив взгляд через плечо, чтобы убедиться в том, что сарматы ещё не вернулись. Абель промокнул пот с лица и вытащил меч из земли.

– Пришла Нельв с докладом, – сказал старик.

Фрижель кивнул, вспомнив об этой сарматской шпионке, которая предупредила их о появлении Бануга перед тем, как они отправились в Варог.

– Плохие новости, – вздохнув, произнёс Эрнальд. – Истар требуется наша помощь. Маги, сбежавшие из Нетера, пришли на равнины Мерема. Но их всего четыре-пять тысяч. Они не смогут сдержать наступление армии Люда Лоу, насчитывающей двадцать тысяч человек. Хотя, благодаря слухам об обнаружении города Джакара в Нетере и рассказам о том, как Фрижель победил Дракона Эндера, ряды мятежников пополняются с каждым днём. Даже Гильдия воров Пуабы прислала своих представителей. Но и с учётом всего этого магов очень мало. Я уж не говорю о кубе небытия, которым владеет Люд Лоу. Мощь этого куба слишком велика. Кроме того, Истар утверждает, что ситуация ухудшается с каждой ночью, потому что лагерь подвергается нападениям криперов и зомби.

Фрижель положил свой кусок пирога на деревянную миску: у него совершенно не было аппетита. Он мучился чувством вины, потому что его не было рядом с мятежниками.

– Люд Лоу пока ещё не напал на них? – спросил он.

– Нет, – ответил Эрнальд. – Но время работает на него. Он уверен в том, что победа у него в кармане. Но он ждёт войска из Таранки и подрывников из Знойных степей. Люд Лоу хочет заручиться поддержкой максимального числа солдат и расправиться с магами. Королю хорошо известно, что солдаты после битвы будут рассказывать о победе в своих родных местах. И что всё это сыграет ему на руку: рассказы солдат о победе над магами привлекут на его сторону тех, кто сейчас готов восстать против.

Абель со злостью опять вонзил меч в землю.

– Истар нуждается в помощи сарматских воительниц, да? – спросил Абель. – Ведь даже если Фрижель с киркой правды присоединится к армии магов, нужно ещё добраться до куба небытия. Истребительницы эндерменов являются их единственной надеждой на справедливый бой.

Эрнальд улыбнулся.

– Да какой там справедливый! Не будем преувеличивать.

– Но ведь сарматки не дали своего согласия, – продолжал молодой человек.

Улыбка сползла с лица Эрнальда, и он удивлённо посмотрел на таранкойца.

Абель продолжал:

– Они не имеют права отправляться в Мерем без своей предводительницы. И я думаю, они никогда не оставят Айянну и своих мужчин, пока над ними постоянно висит угроза нападения со стороны Дерина Свейла. Впрочем, именно поэтому мой отец пока ещё не послал свои войска на помощь Люду Лоу. Он надеется, что Хима отправится на войну раньше него, что позволит ему до основания разрушить плавучий город и таким образом развалить и контролировать весь регион.

– Так оно и есть, – подтвердил Эрнальд.

Абель встал напротив главы мятежников.

– Разрешите мне попробовать вступить в переговоры о временном перемирии, – сказал Абель, бросив на Эрнальда взгляд, полный едва сдерживаемого гнева.

Эрнальд вздохнул и покачал головой.

– Я бы предпочёл, чтобы вы сию же минуту отправились в Мерем, – сказал он. – Прибытие Фрижеля с сундуком Эндера поднимет боевой дух войск Истар и даст ей возможность потянуть время.

В это мгновение юный маг приблизился к другу и встал рядом.

– Нет, Абель и я, мы пойдём вместе с тобой. Мы все вместе придём в Эйкан, а после отправимся на фронт.

Гримаса гнева исказила лицо Эрнальда. Он встал и мрачно посмотрел на внука.

– Фрижель, ты будешь делать то, что я тебе сказал. Я знаю свои войска и знаю, в чём они нуждаются больше всего.

Юный маг, не моргнув, выдержал взгляд деда.

– И я знаю войска и тоже знаю, в чём они нуждаются.

Эрнальд недовольно хмыкнул и нетерпеливо пожал плечами.

– Твои войска? – спросил он, усмехаясь. – Если считать Флуффи, то вас трое! А будь с вами Алиса, вас было бы четверо.

– Да, – ответил Фрижель. – И втроём мы расправились с личем, а вчетвером уничтожили Дракона Эндера.

Шорох листвы привлёк их внимание. Из зарослей сахарного тростника возник Флуффи. Увидев хозяина, он радостно залаял, запрыгнул к нему на колени и облизал лицо. Потом, заметив, что он опрокинул миску с пирогом, спрыгнул на землю и с жадностью набросился на угощение. Вскоре на небольшой полянке появились Хима с Вальдом.

Эрнальд жестом поприветствовал воительницу. А Хима положила рядом с ним свою добычу: трёх кроликов и несколько арбузов.

– Вакиза Эрнальд, – произнесла она. – Я бы хотела тоже принять участие в вашем разговоре.

Дед Фрижеля уставился на неё широко раскрытыми глазами. Он и представить себе не мог, что она могла услышать их разговор.

– Сожалею, Хима, но нет, – ответил он.

Знаком воительница дала ему понять, что не держит на него обиды.

– Абель знает лучше всех нас своего отца, – продолжила она. – И что бы ни говорил Дерин Свейл, присутствие сына может сделать его сговорчивее.

Абель наклонил голову. Лично он не был в этом так уверен. Хима посмотрела на него и не отводила глаз до тех пор, пока их взгляды не встретились. Фрижель понял, что доверие, которое оказывала Абелю воительница, тронуло его друга до глубины души.

– Истар была избрана Энлилем, главой магов, в Нетере, но её никто не знает на поверхности, – добавила Хима, повернувшись к Фрижелю. – И даже если некоторые убеждены в том, что Фрижель на побегушках у Аскара Рога, он пользуется репутацией очень хорошего переговорщика. Твой внук на сегодняшний день является лучшим представителем магов.

– Ладно, – сухо сказал Эрнальд. – Будь по-вашему.

Он повернулся, вошёл в хижину и в полном молчании занялся укладкой багажа. Едва дыша от волнения, юноша смотрел на деда. Он никогда не видел его таким удручённым. Его плохое настроение и недовольный вид так поразили Фрижеля, что у юноши ком стоял в горле.

И вот все они наконец-то отправились в джунгли. Абель с Фрижелем время от времени искоса поглядывали друг на друга. Даже Флуффи чувствовал себя не в своей тарелке. А что касается Химы, то она, казалось, не замечала неловкости. Она возглавляла процессию и шла первой. Эрнальд замыкал шествие, молча шагая позади Фрижеля, Флуффи и Абеля.

Глава 7

Алиса сдёрнула повязку с головы и прижала её ко рту. От дыма, проникавшего в пещеру, щипало глаза и обжигало горло. За несколько мгновений он полностью заполнил Чёрный грот. Мрак окутал помещение. Расплывчатые тени носились взад-вперёд, сталкиваясь на бегу с Алисой.

– Они выкуривают нас! – прокричал голос рядом с ней. – Они выкуривают нас!

Повинуясь инстинкту, юная воровка направилась к тому проёму, через который она вошла в зал. Вдруг перед ней выросла тень. Алиса смогла рассмотреть длинную белую тунику, светлые глаза и хищную улыбку. «Магнус!» – подумала она.

Магнус хотел ударить её, но она, ловко увернувшись, избежала удара. Упав в кувырке на землю, она вскочила и выхватила свои бриллиантовые кинжалы. Посмотрев ещё раз на Магнуса, она увидела, что ударом кулака он разрушил каменные блоки. «У него нет оружия!» – удивилась девушка. Тень мелькнула за спиной настоятеля и нанесла ему удар в спину. Он резко повернулся и набросился на нападавшего. Алиса прищурилась. Что-то вызывало её беспокойство, ей показалось, что кулак Магнуса – ка- менный.

Она решила в этом убедиться, но кто-то схватил её за руку и потащил назад. Это был Молеон.

– Я тебя повсюду ищу! – проговорил он с упрёком.

И, не дожидаясь ответа, он повлёк её в глубину зала.

– Пора уносить ноги, – сказал он. – Пойдём со мной.

И они проникли в очень узкий проход. А дым тем временем сгущался и становился всё чернее и чернее. У Алисы возникло ощущение, что она вдыхала мельчайшие частицы пепла.

Дойдя до конца каменного туннеля, Молеон привёл в действие рычаг, и перед ним поднялась крышка люка, а дальше виднелся длинный каменный понтон, оканчивающийся у самого океана. Снизу доносился плеск волн. Затем вор привёл в действие второй рычаг. В то же мгновение поток воды обрушился с потолка, устремившись в туннель.

– Прыгай! – скомандовал Молеон. – Прыгай скорее!

Алиса, затаив дыхание, скользнула по понтону. Поток воды нёс её всё быстрее и быстрее. И сейчас окончание спуска виделось ей не таким близким, как показалось сначала, а жёлоб был настолько узким, что она вынуждена была вытянуться во весь рост, чтобы не коснуться головой потолка. И вдруг её выбросило в пустоту. Пытаясь совладать с паникой, она посмотрела вниз, чтобы убедиться в том, что достигла, наконец, океана. Все вокруг было окрашено в голубой цвет. Алиса закрыла глаза и приготовилась ощутить холод ледяной воды. Но вместо этого она уткнулась во что-то мягкое и приятное. Повинуясь инстинкту, она скатилась на бок. Молеон, скорее всего, сейчас окажется рядом. И, действительно, вор приземлился поблизости.

Алиса внимательно осмотрелась.

– Неужели шерсть? – спросила она.

Молеон улыбнулся.

– Эта идея пришла Тому в голову, – объяснил он, – ещё до того, как он стал вором. Тогда он был пастухом. Люд Лоу конфисковал его стадо из-за глупой истории с налогами, после чего Том примкнул к Гильдии воров.

Алиса смотрела вокруг. Весь пляж был полностью покрыт голубыми блоками шерсти. А что касается воров, то они, объятые чёрным дымом, один за другим выскакивали из запасного выхода, пробитого в скале.

– Сюда! – сказал Молеон.

На берегу беглецов ждали деревянные барки. Воры спустили барки на воду и быстро запрыгнули вовнутрь. Иногда, когда слишком много народу набивалось в лодку, воры сидели в ней, боясь пошевелиться из опасения, что лодка может перевернуться. Сотни судёнышек выходили в открытое море. Алиса внимательно вглядывалась в даль в надежде увидеть убежище, сооружённое людьми Тома Сизая на одном из островов архипелага.

Но вот барки прошли последние скалистые образования и остановились в центре узкого пролива, отделявшего Семь Островов от цветущих равнин Мерема.

Алиса заметила, что лодки мало-помалу сгруппировались вокруг судна Тома. Главарь воров смотрел в сторону Улан Варки с тревогой и озабоченностью. Некоторых из его людей, скорее всего, уже арестовали. Он подождал несколько минут, потом вздохнул, пересчитав оставшихся.

– Воры! – что есть силы прокричал он. – Топите ваши барки!

Алиса повернулась к Молеону. Она была уверена, что плохо расслышала или неправильно поняла слова Тома. Но тут она увидела, как молодой человек, схватив кирку, принялся, по примеру своих товарищей, крушить лодку.

– Что ты делаешь? – воскликнула девушка.

Молеон улыбнулся.

– Пытаюсь утопить лодку!

И сильным ударом он пробил днище.

Ледяная океанская вода тут же намочила ноги Алисы, и буквально за одну секунду она по горло погрузилась в воду, пытаясь дышать как можно глубже, чтобы тело не свело судорогой от холода. Жалкие останки лодок плавали вокруг.

– Голем тебя задери! – вопила она. – У вас что, кубиков в голове не хватает?

Вор, тряхнув головой, указал на дно.

– Нам туда, – сказал он.

И Молеон исчез в морской пучине. Алиса недоумённо приподняла брови.

– В любом случае у меня нет выбора, – пробормотала она.

И она нырнула вслед за ним. Океанское дно было очень далеко. Сердце Алисы сжалось. Всё это напомнило ей Суратан и злорадную улыбку Хуггина, начальника тюрьмы. К тому же ей никогда не нравилось плавать под водой, когда не было видно дна. Нельзя сказать, чтобы она боялась, но море, если оно было столь тёмным, наводило на неё тоску и ужас.

Но, к её большому удивлению, они скоро оказались на крыше огромного куба, сложенного из шерстяных блоков голубого цвета. И, находясь под водой, не увидеть его было невозможно, хотя с поверхности он не просматривался, поскольку сливался с цветом океанской воды. Алиса и Молеон проследовали за ворами, которые проникли в огромный куб через отверстие в одной из боковых граней.

Глава 8

Внутри здание освещалось редстоуновыми лампами, поскольку обычные факелы могли бы воспламенить шерстяные стены. Том Сизай всё правильно предусмотрел, когда решил использовать камень вместо призмарина для укрепления структуры строения. Алису сразу же начинало тошнить при одном упоминании о рыбном запахе, издаваемом этим подводным минералом. Высокие застеклённые окна были вставлены в четырёх вертикально поднимающихся гранях куба. И только крышу пришлось замаскировать. Убежище было огромным, но очень простым. Узкие хижины, построенные из дерева и шерсти, окружали большую центральную площадь, вымощенную камнем. Домишки наседали один на другой вокруг высоких каменных колонн и окон. Вдоль одной из стен амфитеатром были установлены скамьи, и Алиса пришла к заключению, что площадь служила для проведения важных собраний Гильдии и для развлечений. Судя по всему, глава Чёрного грота предусмотрел возможность длительного пребывания на морском дне.

На центральной площади собралась небольшая группа людей. Алиса с Молеоном сочли нужным присоединиться. Том жестом попросил их подойти как можно ближе.

– Пусть те, кто потерял соратника, подойдут ко мне и сообщат об этом, – сказал главарь воров, потрясая в воздухе записной книжкой. – Мы должны точно знать, кто нас покинул. – Том Сизай бросил взгляд в сторону Молеона. – У тебя с собой эссенции моментального восстановления здоровья, которые ты раздобыл в Таранке?

Молеон утвердительно кивнул головой.

– Оставьте их на потом, – вмешалась в разговор Алиса. – Если у вас есть несколько арбузов и немного золота[4], я сама изготовлю эссенции.

Том кивнул и обратился к собравшимся.

– Очень хорошо, – произнёс он. – Пусть каждый выберет хижину. Всем нам требуется отдых. А завтра решим, что будем делать дальше.

На глазах у Алисы толпа медленно разбрелась по домишкам. Сердце у неё сжалось от горечи: каждая минута, проведённая здесь, отдаляла её от Хирона. Она совсем не хотела терять драгоценное время и бросилась вдогонку за главой Чёрного грота.

– Том! – позвала она.

Вор, внушающий уважение одними лишь своими габаритами, повернулся на её зов.

– Да, Алиса, я слушаю тебя, – сказал он.

– Сожалею, но мы не можем терять времени. Магнусу, скорее всего, удалось захватить некоторых из твоих людей в плен. Но сколько они продержатся, не выдав нас?

Вор провёл рукой по повязке, скрывающей левый глаз.

– Они нас никогда не выдадут. Я верю в своих людей.

Как всегда нетерпеливая, Алиса едва сдерживала деятельный пыл и рвалась в бой.

– Как бы то ни было, мы должны действовать быстро, – сказала она. – Магнус одержал над нами первую победу. И он надеется, что вы устроите себе передышку, чтобы зализать раны, а он в это время отправит своих людей на поиски вашего убежища. Если мы хотим воспользоваться всеми преимуществами внезапного нападения, мы должны нанести удар по его людям как можно раньше.

Погрузившись в молчание, Том Сизай в задумчивости гладил бороду. А потом сказал:

– Вы собирались изложить мне ваш план, когда было совершено нападение на Чёрный грот. – Главарь воров взмахом руки приказал следовать за ним. – Молеон, пойдём с нами.

И он зашагал по ступеням лестницы возле одной из стен куба. Поднявшись по ней, они оказались в хижине, расположенной так высоко, что из неё открывался вид на всё подводное поселение. Она была тех же размеров, что и хижины, предоставленные в распоряжение рядовых членов Гильдии воров.

В комнате рядом с низким деревянным кубом, служившим столом, стоял диван из шерстяных блоков. Они сели, и Молеон разложил карты, которые он показывал Алисе перед нападением Магнуса.

– Мы решили организовать диверсионную группу из десяти человек, – объяснял Том Сизай. – У нас не возникнет трудностей с проходом через первый заградительный барьер Варки. Молеон привёз с собой бумагу из Дельты спрутов. С чернилами у нас проблем не будет (спрутов хоть пруд пруди вокруг островов). А цена на бумагу превосходит всё мыслимое и немыслимое. Но у нас её хватит для того, чтобы изготовить десять подложных свидетельств о благородном происхождении и десять таких же подложных сертификатов о непричастности к магии. Но самое неприятное нас ждёт впереди. Практически невозможно проникнуть в «Королевский блок». Ограда надёжно защищает дворец Люда Лоу вместе с темницей пыток. Этот блок очень хорошо охраняется по всему периметру. Единственные ворота укрепительных сооружений защищает гарнизон из сорока солдат. А при входе четыре стражника короля способны идентифицировать каждого из двухсот членов двора. И здесь наша диверсионная группа разделится на две. У каждой группы будет по музыкальному блоку, чтобы иметь возможность предупредить другую о том, что пора уносить ноги в случае опасности.

Молеон указал на плане на величественное прямоугольное здание, расположенное выше дворца на северо-западе Варки.

– Это храм Великих Строителей, – сказал он. – Именно здесь Магнус внушает свои глупости придворным и благородным людям верхнего города. Восемь человек из нашего отряда заложат внутри толуоловые блоки. Они дождутся восхода солнца, чтобы произвести взрыв, который будет отвлекающим манёвром.

В это мгновение в разговор вмешалась Алиса.

– То есть? – спросила она.

– Ведь ты родилась в Варке, – продолжил свои объяснения Том. – И ты должна знать тайный ход, который даст возможность проникнуть в «Королевский блок», минуя главные ворота.

Алиса внимательно посмотрела на карту.

– Да, разумеется, – ответила она уверенно. – Я знаю все подземные ходы города.

Но это было чистой воды ложью. Она, конечно, знала некоторые секретные проходы и лазы, но она не помнила, чтобы хоть раз в жизни ступила ногой в «Королевский блок». Однако Алиса категорически отказывалась в этом признаваться, чтобы вдруг не сорвались её планы.

Том Сизай указал на чёрный прямоугольник, представлявший собой темницу пыток.

– Оказавшись внутри, – говорил он, – вы подойдёте к этому месту и будете ждать восхода солнца. Как только произойдёт взрыв, солдаты, охраняющие вход в тюрьму, бросятся к храму на помощь напарникам. И в это мгновение вы войдёте в тюрьму.

Девушка внимательно рассматривала план в разрезе, объясняющий устройство темницы. Она заметила, что там было что-то вроде прихожей.

– А у этой комнаты есть охрана? – спросила она.

Молеон покачал головой.

– Нет. Мы знакомы с некоторыми солдатами, которые служили здесь и дезертировали из запретного города. И они никогда не видели, чтобы оттуда кто-нибудь выходил. Да и кто согласился бы круглосуточно нести караульную службу в помещении без окон.

Алиса опять в задумчивости сдвинула брови.

– Но для чего в таком случае построено помещение над темницей?

Молеон пожал плечами и посмотрел на Тома.

– Скорее всего, для того, чтобы складировать там съестные припасы, – объяснил он. – У нас вообще очень мало информации о том, что происходит под люком, отделяющим тюрьму от запретного города. И мы, кстати, не имеем никакого представления о том, сколько пленников там содержится. Кроме того, нужно найти способ узнать, как выглядит Хирон. Ведь он всегда вёл весьма скрытную жизнь.

Но Алиса не очень беспокоилась по этому поводу.

– Мы найдём способ! – воскликнула она.

Глава 9

На закате дня Хима, шедшая впереди отряда, вдруг остановилась как вкопанная. Подняв руку, она отдала всей группе приказ остановиться. Отдалённый рык оцелота, нестройные крики попугаев и шорох насекомых в то же мгновение заполнили пространство. Сарматка прислушалась, продолжая стоять с поднятой рукой.

– Всем в укрытие! – внезапно произнесла она.

И группа устремилась в заросли тростника, росшие вокруг тропинки. Фрижель подхватил Флуффи и зажал ему пасть рукой, чтобы тот не лаял. Вдруг послышалось бряцание оружия. Потом – шум шагов. Кто-то приблизился к ним и остановился напротив. Фрижель с Абелем обменялись взволнованными взглядами.

– Ты слышишь? – прошептал маг.

Чьё-то мощное дыхание, напоминающее дыхание собаки, раздалось за стволами. Хима осторожно раздвинула ветки. Фрижель вздрогнул. Огромный чёрный волк стоял в кубе от них. А на нём восседал человек. Через плечо у него висел искусно вырезанный лук, а одет он был в красную тунику, на которой золотилась эмблема разведчиков Таранки в виде морды оцелота.

Фрижель удерживал Флуффи, который пытался вырваться и едва слышно рычал.

От слов этого человека, сказанных кому-то, кто находился, видимо, чуть поодаль, группа вздрогнула.

– Торк что-то почуял, – сказал он, потрепав волка по холке. – Но я ничего не вижу.

– Ну и что дальше? – спросил второй разведчик, остановившийся рядом с первым.

И разведчик обвёл взглядом именно то место, где находились Фрижель, Абель, Эрнальд, Вальд и Флуффи. Они затаили дыхание, а Хима убрала руки с тростника, и ветки медленно сомкнулись, скрыв путников от чужих глаз. В это мгновение юный маг заметил, что один из волков, повернув морду в их сторону, начал принюхиваться. Он закрыл глаза. Ветер был таким слабым, что в густом и насыщенном испарениями воздухе джунглей было невозможно определить, откуда он дул. Если он дул им в спины, то волк сразу же учует запахи и их обнаружат. В течение нескольких минут, показавшихся вечностью, путники стояли как вкопанные и едва дыша. В любой момент волки могли напасть на них, прыгнув через тростник.

– Пойдем отсюда, – сказал, наконец, один из разведчиков.

Хима подняла руку, запретив двигаться. Путники простояли в томительном ожидании ещё несколько долгих минут до тех пор, пока волки с их седоками окончательно не скрылись из глаз.

И в этот момент сарматская воительница выпрямилась во весь рост.

– Ждите меня здесь, – сказала она.

Потом она отцепила жемчужину Эндера от портупеи, бросила её в густые заросли тростника позади и исчезла, оставив за собой шлейф фиолетовых частиц.

Фрижель повернулся к Эрнальду. Поход придал деду сил, и, как показалось юноше, его настроение улучшилось.

– Куда это она? – спросил юный маг.

Старик пожал плечами, подняв руки ладонями к небу.

– Понятия не имею, подождем её возвращения.

Звуки леса менялись по мере того, как сгущались сумерки. Слышался тонкий свист летучих мышей, а с наступлением темноты всё назойливее и резче стали раздаваться писк и шорохи насекомых. Но Фрижель не замечал их. Он вслушивался в тишину, повисшую между ним и дедом. Что он только не делал, чтобы понравиться собственному деду. А теперь он боролся с собой, чтобы не заговорить первым. Отказавшись идти на помощь магам, он принял правильное решение. Он был в этом убеждён и не испытывал никаких сожалений. К тому же он постарался не обидеть деда и не преминул проявить уважение. Он не чувствовал себя обязанным идти на уступки. Но несмотря на это, от неловкости, возникшей между ними, было тяжело на душе. И Фрижель с трудом сдерживал себя, чтобы не попытаться заговорить с Эрнальдом.

Бряцание металла прервало его размышления. Показалась Хима, кивнула в сторону леса и сказала:

– Заночуем здесь.

И, вытащив кинжалы, она стала прорубать проход в зарослях тростника.

Через несколько минут ходьбы в темноте показалось здание прямоугольной формы, возведённое на сужающемся фундаменте. Его стены, покрытые мхом, не имели окон, а пирамидальную крышу украшали колонны, напоминающие каминные трубы.

– Храм джунглей[5], – шепнул Абель.

Фрижель шёл вперёд, не отрывая глаз от монумента. Его архитектура была более чем странной. Здание напоминало крепость, будто возведённую людьми из другого измерения.

– Никто не знает, кто их построил, – продолжал Абель с сияющими глазами. – Они уже стояли здесь, когда мой отец прибыл в Эйкан во главе войска. Ребёнком я провёл в них много времени.

Хима обошла здание в поисках входа. Оказалось, он представлял собой пробитое в восточной стене отверстие. Бросив беглый взгляд в первое помещение, Хима зажгла факел и подала всем знак замол- чать.

– Два эндермена, – сообщила она.

Затем Хима отцепила жемчужину Эндера от пояса, бросила её внутрь и исчезла.

Фрижель с Абелем поспешили к храму. Войдя в него, они увидели, как Хима внезапно появилась в центре комнаты и поставила факел рядом с эндерменом. Стало светло как днём.

Пока Фрижель рассматривал помещение, Хима принялась исполнять танец жемчужин.

Маг стал свидетелем сцены, которая заинтриговала его. Второй эндермен, тот, который находился чуть дальше от сарматки, вцепился в растительность, покрывавшую стену. Зачем? Фрижель не имел никакого понятия.

Все своё внимание он сосредоточил на Химе. Наблюдение за ней в бою было редким наслаждением, и ничего подобного он ни разу не видел в жизни. Воительница так хорошо знала эндерменов, что предупреждала любое их перемещение. Она появлялась у них за спиной через несколько секунд после их материализации и наносила удары кинжалами, выкованными Абелем. Всё это требовало большого умения, так как для мгновенных перемещений она должна была бросать жемчужины Эндера точно в то место, где нужно будет приземлиться. Это действительно был невероятный и чрезвычайно сложный по исполнению танец, доведённое до совершенства сражение с отточенными движениями виртуозной исполнительницы. Маг был так поглощён этим зрелищем, что не обратил внимания на скрежет, раздавшийся у него за спиной.

Абель резко толкнул его в сторону. Второй эндермен только что телепортировался позади них. Таранкоец обнажил меч и отразил нападение монстра. В то же мгновение Хима материализовалась возле них и нанесла устрашающий по своей силе удар кинжалом по монстру. Он покраснел и вновь телепортировался. Воительница бросила жемчужину к ступеням лестницы. Тут же появился чёрный и вытянутый силуэт чудовища. Он едва стоял на ногах, прижав руку к раненому боку. Его фиолетовые глаза вылезли из орбит, а движения становились всё более скован- ными.

– Ты видел? – спросил Фрижель. – Можно подумать, что он до смерти перепуган.

– Да, – подтвердил Абель. – В это невозможно поверить.

Фрижель был удивлён, что эндермен был настолько напуган. Это даже придавало ему нечто человеческое. Хима, ни секунды не колеблясь, прикончила эндермена, а у юного мага невозмутимость воительницы вызвала лёгкую зависть.

В храм вошёл Эрнальд и, поставив на пол факел, начал приготовления ко сну. Он помог Вальду смастерить печь и прислонить её к стене. Абель вытащил свой Белграмм, наковальню и верстак.

– Хима, – предложил он, – хочешь, я наточу твои кинжалы?

– Да, спасибо, – ответила она.

Воительница вытерла голубые лезвия о складки своей туники и вручила кинжалы таранкойцу, который в этот момент повернулся к остальным членам группы.

– Если вам нужны стрелы, починка оружия или ещё что-либо в этом духе, обращайтесь. Нужно быть готовыми ко всяким неожиданностям. От моего отца всего можно ждать, голем его задери.

Фрижель отдал свой меч другу. Видя, как таранкоец трудится над изготовлением стрел, он вспомнил о засаде, которую они вместе устраивали для зомби Дракона Эндера. Абель тогда организовал впечатляющий по своей мощности взрыв всего лишь при помощи горящей стрелы.

– У тебя остался толуол? – спросил Фрижель. – Он нам ещё пригодится.

Абель покачал головой.

– Больше ни грамма. Я потратил всё в битве с Минотавром и, кроме того, оставил почти весь порох гоблинам.

– А где мы могли бы пополнить наши запасы?

– С этим всё гораздо сложнее. Нужно убить нескольких криперов или вернуться в болота Кондулы и попытаться найти ведьм[6]. Иногда у них можно разжиться порохом.

– А в Эйкане?

– Можно купить у какого-нибудь торговца. Но сомневаюсь, что они мне его продадут. Ведь я для них – гнусный предатель.

Фрижель в задумчивости кивнул. Он вдруг подумал о том, что с момента знакомства с Абелем он воспринимал столицу Таранки как место, где родился Абель, но не как город, где одно упоминание имени его друга вызывало приступы ярости.

– Может быть, вы найдёте то, что вам нужно, в сундуках внизу, – подсказала Хима.

– В каких сундуках? – спросил Эрнальд.

– Они всегда есть в храмах джунглей, – объяснила Хима.

И она спустилась по лестнице, ведущей вниз.

– Оставайтесь наверху! – крикнула Хима.

Фрижель услышал, как она по очереди привела в действие три рычага. В результате чего открылся потайной люк, в нём оказалась узкая лестница, ведущая в подземное помещение. Абель смотрел во все глаза, сгорая от нетерпения и любопыт-ства.

– Никогда не видел ничего подобного! – воскликнул он.

И он сбежал по лестнице вниз, и до Фрижеля в то же мгновение донеслись его восторженные крики.

– Здесь три сундука!

Маг отправился вслед за ним. Открыв сундуки, друзья убедились в том, что в них ничего не было. Они были пусты. И эта новость совсем не удивила сарматку.

– Кто-то побывал здесь до нас, – сказала она.

Абель удивлённо посмотрел на неё.

– Но кто это мог быть? – спросил он. – Когда я жил в Эйкане, жители боялись этих храмов как огня. И никто не осмеливался заходить в них. Именно поэтому я здесь часто прятался.

Сарматка пожала плечами и, судя по всему, расстроилась.

– Полезные ископаемые истощились, – сказала она, – и таранкойцам не остаётся ничего другого, кроме как искать даже в этих местах. Впрочем, мои найяти и инженеры тоже могли воспользоваться содержимым этих сундуков. Но мне об это ничего не известно.

Взгляд Фрижеля приковал серебристый отблеск на стене. И он возник именно в том месте, которое расцарапывал эндермен. Фрижель подошёл поближе. Можно было подумать, что на камнях была какая-то гравюра. Он отодрал немного мха и налипших листьев. Это был, вне всякого сомнения, рисунок. Рисунок, который, судя по всему, появился здесь в незапамятные времена.

Глава 10

Не в силах преодолеть любопытства, Фрижель потер ещё несколько камней. Рисунок был и там. Казалось, в нём была воплощена какая-то история.

– Посмотрите, – позвал Фрижель остальных.

Остальные члены группы подошли к нему.

– Что это? – спросил Эрнальд.

Но никто не мог ответить на его вопрос. Движимые любопытством, они принялись вместе очищать камни и спустя некоторое время обнаружили крошечный фрагмент шедевра, который скрывал слой мха. Это был фриз, шедший по периметру зала.

– Уверен, что это дело рук архитекторов, построивших храм, и в этом рисунке они хотели рассказать свою историю, – сказал Эрнальд, отойдя на несколько шагов назад, чтобы в полной мере насладиться рельефно вырезанными фигурами.

– Но каких именно архитекторов? – спросил Абель.

– Сарматских, – ответил Фрижель.

Все в удивлении повернулись к Фрижелю. Особенно эта новость поразила Химу.

В середине фриза юный маг смог различить знакомый силуэт судна. На его парусе была выгравирована голова эндермена с мечом позади. Это был герб воинов дельты.

Хима подошла ближе, дрожа всем телом. Судя по всему, она и понятия не имела, что эти храмы могли быть построены её далёкими предками. Она положила белую руку на гравюру и прошлась по контурам, не говоря ни слова. Она была потрясена.

– Ты ничего не знала? – спросил Эрнальд.

Она покачала головой, не отрывая глаз от фрески.

– Вот это находка так находка! – воскликнул Абель. – А в каком направлении всё это читается?

Фрижель подал другу едва заметный знак, чтобы тот умерил пыл. История Химы и её народа была выгравирована здесь. И может быть, ей не хотелось делиться ею с остальными. И вполне возможно, что Химе не хватало смелости читать эту историю. Воительнице нужно было время, чтобы в полной мере осознать грандиозность этого открытия.

Абель смутился. Вот уже в который раз ему не хватило чувства такта. Но Хима его ни в чём не упрекнула. Она обошла комнату, поймав на себе любопытный взгляд Вальда. Найдя начало фриза, она откашлялась и начала своё повествование. Дрожь пробежала вдоль спины Фрижеля. Вместе с ним сарматка открывала для себя прошлое своего народа. Было очень волнительно слышать, как эти иероглифы обретали звук благодаря представительнице племени из Дельты спрутов.

– В первой части говорится о жизни сарматов в джунглях Таранки, – говорила Хима. – Они жили в шатрах, но это было, наверное, очень давно. Быть того не может… – И она приблизила лицо к стене. – Мужчины носили оружие, как и мои найяти.

Эта новость потрясла всех. Понадобилось какое-то время, чтобы сосредоточиться на продолжении истории.

– А здесь мы видим мужчин, строящих импровизированные жилища, и женщин, собирающих арбузы. А здесь они, скорее всего, сражаются с ходячими мертвецами. И, по всей вероятности, их мечи сделаны из дерева. А вот на них напали чужестранцы, и началась война. – Указав пальцем на изображение, она спросила: – Вакиза Эрнальд, ты узнаёшь этот народ?

Эрнальд подошёл и сказал, что не знает, кем были эти люди.

– Судя по всему, они носили медные доспехи. Но я никогда не видел такого орнамента. И в те времена ещё не было никаких магов, потому что всё это происходило до начала правления Ориэль. Лет триста или четыреста тому назад.

– Но их мечи уже железные, – заметила Хима.

И, прежде чем продолжить рассказ, она глубоко вздохнула, внимательно рассматривая фриз.

– Сарматы… – пробормотала она с видимым усилием. – Сарматы понесли тяжёлые потери в битве с чужестранцами. И были вынуждены покинуть Таранку. Они направились в дюны Кинзира. Многие из них умерли от голода. А ещё им приходилось отражать нападки мумифицированных зомби[7]. А вот несколько найяти впервые видят странное здание. Скорее всего, это… Неужели это Крепость Эндера?![8]

Вальд внимательно осмотрел фриз.

– Ну, конечно, – сказал он. – Очень похоже.

Хима дошла до конца стены. И теперь она расшифровывала изображения с ещё большим самозабвением.

– А здесь мой народ прибывает в Эндер. Но Дракон Эндера обнаруживает их и атакует. Последние из мужчин строят мост к внешним островам. Посмотрите, это мои найяти, которые защищают мужчин, пока они работают, вооружившись деревянными мечами. А эта женщина привлекает внимание монстра и пересекает главный остров, чтобы Дракон следовал за ней. Остальные бегут по мосту к внешним островам и разрушают его. А эта найяти… она пожертвовала собой… – Хима повернулась к Эрнальду. – Наверное, она была первой вакизой, как ты думаешь? Посмотри, мой народ воздвиг в её честь памятник. Они её почитали. А ты заметил, мужчины больше не носят оружия. – И сарматка указала пальцем на следующий рисунок, выбитый в камне. – Всё ясно: мужчины строят город вроде Айянны, а найяти защищают их от эндерменов. А здесь одна из найяти находит жемчужину Эндера. И она первой танцует танец жемчужин. Вот её сажают у подножия большой статуи и предлагают угощение. Она отказывается. Скорее всего, она стала второй вакизой. Сарматы заканчивают возведение первого города и строят корабль, потом второй, уже на другом острове.

Улыбка осветила лицо воительницы. Фрижель никогда не видел её такой. Она светилась от счастья, открывая для себя и окружающих историю своего народа. И юный маг очень хорошо её понимал. Его жизнь тоже изменилась, когда он, наконец, узнал, какими доводами руководствовались его бабушка Сара и мать Энора, пожертвовав своими жизнями.

– Существование в Эндере было невыносимо тяжёлым, – продолжала Хима. – Народ питался такими растениями, как хорус[9], шалкер[10], и эндермитами[11]. А спать сарматам приходилось сидя на земле, так как они были лишены возможности сделать кровати[12]. На них без конца нападали эндермены, а Дракон Эндера постоянно летал над островом, на котором находился единственный портал, через который мои соплеменники могли выйти на поверхность. А тут ещё… – голос Химы дрогнул. – Гоблины!

Фрижель посмотрел на фриз и сразу же узнал маленьких существ с острыми ушами. Тысячи гоблинов верхом на тарантулах!

– Они появились из Крепости Эндера, – продолжала воительница вне себя от бешенства. – Дракон Эндера убивал их сотнями, но они всё прибывали и прибывали. Эти твари всё вокруг себя разрушали! Наши города, корабли. Их было так много, что они с ног до головы облепили Дракона своими безобразными телами. Они разбили кристаллы Эндера, и они…

Хима в изумлении сделала шаг назад. Эрнальд нахмурился и молчал: ему потребовалось несколько секунд, чтобы расшифровать послание, начертанное на стене.

– Неужели гоблины одержали победу над Драконом Эндера?

– Но это невозможно, – пробормотал Абель.

Глава стана мятежников в задумчивости переминался.

– Но я собственными глазами видел, – сказал он, – как Сара, Люд Лоу и Аскар Рог сражались с ним! Значит, было два Дракона Эндера? Это неслыханно!

– Скорее сюда! – воскликнул Фрижель. – Посмотрите.

Хима подошла к нему.

– Сарматы спаслись бегством через портал, – сказала она. – Они бежали из Эндера.

Потом маг указал на ещё одну деталь фриза.

– А теперь смотрите сюда, – пробормотал он, указав на изображение под порталом.

– Яйцо Дракона Эндера! – воскликнул Эрнальд. – То есть монстр, которого я видел, был потомком вот этого, изображённого на фреске?

Дед Фрижеля задумался, строя самые разные предположения. Но все эти вопросы мало интересовали Химу, которая хотела знать, какова была дальнейшая судьба её народа.

– А вот найяти возвращаются из Эндера, – продолжала она. – Но племя, изгнавшее их из джунглей Таранки, всё ещё здесь. Мои сёстры стали гораздо сильнее с тех пор, как овладели танцем жемчужин. Но чужестранцы гораздо многочисленнее и вооружены более современным оружием. А теперь посмотрите сюда: это, скорее всего, маг. Он выбросил огненный снаряд. Сарматы возводят храмы в джунглях, укрываясь в них от врагов. Но вскоре мой народ снова вынудили бежать. Они строят корабли и отправляются в дельту.

Хима умолкла. Она дошла почти до конца фриза.

– И те, кто выгравировал эту длинную историю, скорее всего, тоже вынуждены были бежать. И с тех пор племя сарматов нигде не могло найти длительного пристанища. Отныне сарматы, обречённые на вечные скитания по Дельте спрутов, возводили только плавучие города.

Тем временем Вальд разжёг огонь в центре помещения. Все уселись вокруг и принялись за грибное рагу, не говоря ни слова. Хима, разумеется, обдумывала всё то, что она только что узнала. Эрнальд, казалось, с головой окунулся в воспоминания. А Фрижель спрашивал себя, как теперь, узнав историю своего народа, будет реагировать воительница, столкнувшись с Дерином Свейлом? А Абель? Как переживёт он встречу с отцом?

Ночь уже наступила, и они решили лечь спать. Флуффи дремал, свернувшись в клубок возле огня. Каждый оборудовал себе уголок. И в тот момент, когда Фрижель уже укладывался спать, кто-то схватил его за руку. Это был Эрнальд. Он казался очень смущённым.

– Я сожалею, – прошептал он. – Сожалею, что обиделся на тебя, когда ты отказался незамедлительно примкнуть к войскам Истар. Я… я иногда отказываюсь принимать тот факт, что ты уже вырос и больше не ребёнок. – Мучительная гримаса исказила его лицо, когда он произнёс: – Этого больше никогда не повторится. Обещаю.

Громадное чувство облегчения охватило Фрижеля. Он почувствовал лёгкость во всём теле, ощущал себя пёрышком, как будто огромный, тяжёлый камень упал с души.

– Спасибо, – сказал он.

Он улыбнулся, подошёл к деду и крепко сжал его в объятиях.

Глава 11

На следующее утро Абель и Хима, согласовав маршрут, решили вести всю группу прямиком через лес. Так у них будет меньше вероятности встретить разведчиков верхом на волках. Но идти через лес было трудно. Заросли акаций становились всё гуще, и джунгли с каждым шагом становились всё непроходимее. Через два часа ходьбы Абель остановился и вытер пот со лба.

– Мы почти пришли, – сказал он. – Эйкан будет сразу за теми деревьями.

Эрнальд положил на землю свой мешок, вытащил из него кусок белой ткани и прицепил к потухшему факелу. Теперь он шёл впереди всех, потрясая белым флагом. Но, когда Хима посмотрела на него, что-то вроде отвращения отразилось на её лице. А Эрнальд ответил ей на это улыбкой.

– Мы идём на переговоры, – сказал он сарматке.

Воительница кивнула, даже не пытаясь скрыть неприязнь.

– Я знаю, – ответила.

Хима глубоко вздохнула, набираясь мужества, и группа в тягостном молчании пересекла последние блоки, отделявшие их от города. Они, наконец, вошли в Эйкан.

Несмотря на всю серьёзность ситуации, Фрижель не мог скрыть восхищения перед Эйканом. Идеально вписываясь в окружающий лес, дома, гармонично сочетающие камень и дерево, своей архитектурой повторяли формы стволов. Город вырастал из зелени, не будучи полностью поглощённым ею. Взору открывались то небольшое жилище, приютившееся между корнями огромной акации, то мост, переброшенный между ветвями, то стены дворца, наполовину скрытые лианами.

Небольшая толпа протекала вдоль длинных деревянных понтонов, которые оканчивались лестницами или мостками, в зависимости от рельефа. Удивительные подвесные сады орошались с помощью впечатляющих каскадов, питаемых умно устроенной системой сбора дождевой воды. В каждом строении таранкойского города чувствовался творческий подход. Сразу стало понятно, откуда брал истоки талант Абеля.

Эрнальд вошёл в город с белым флагом в руках. За ним следовали Абель с Химой. Они спустились по маленькой лестнице, которая вела к главному понтону, пересекавшему город. Слева от себя Фрижель заметил что-то вроде алтаря, сложенного из кубов. Где-то он уже видел точно такой же, но он не мог вспомнить, где именно.

Мимо него прошёл человек, грубо толкнув плечом. Фрижель обернулся, поймав на себе его взгляд, пылающий ненавистью. Незнакомец продолжил путь, оставив в душе Фрижеля неприятное ощущение. Когда Эрнальд достиг понтона, прохожие застыли на месте, бросая в сторону наших путешественников враждебные взгляды.

– Дикари! – крикнула какая-то женщина Химе и Вальду. – Уходите отсюда к своим лодкам!

Прохожие окружили странников и последовали за ними. Воздух был наэлектризован злобой. Вот приблизились два разведчика верхом на волках и не предприняли никаких действий, чтобы разогнать толпу. Наоборот, они присоединились к кортежу с хищной улыбкой на губах. Мальчик, едва достигший семилетнего возраста, подбежал к Абелю и плюнул ему под ноги.

– Гнусный предатель! – прокричал он в присутствии матери, в глазах которой сияла гордость за сына.

– Как ты посмел прийти сюда? Неужели тебе не стыдно? – воскликнул мужчина в ожерелье из перьев попугая. – Изменил отцу, своему краю, чтобы примкнуть к этим бандитам-магам!

– Мой сын был одним из Стражей Света! – крикнул другой. – И твои друзья убили его. Убийцы! Аскаровы прихвостни!

Было невыносимо тяжело продвигаться вперёд среди оскорблений, в тесном кольце людей, не скрывающих своей ненависти. Фрижель посмотрел на Абеля, ожидая увидеть своего друга с согбенной спиной, но таранкоец шёл с высоко поднятой головой. Его глаза сияли, в них светилась гордость, к которой примешивался гнев.

Из всех домов выходили горожане, считая своим долгом примкнуть к процессии.

Кто-то бросил дольку арбуза в лицо Фрижелю.

– Монстр! Ты поступаешь против совести! Ты ничем не лучше вонючего крипера!

И его слова стали сигналом для остальных. Дождь из съестных припасов – свёклы, яблок, рыбьих тушек… посыпался на наших путешественников.

Когда они подошли к подножию лестницы дворца Дерина Свейла, Фрижелю показалось, что весь Эйкан высыпал на улицы и ополчился на них. Ненависть окружавших их людей достигла такого накала, что Фрижель удивлялся, что вся эта ситуация ещё не переросла в настоящее избиение. Может быть, белое знамя в руках его деда сдерживало их рвущуюся наружу ненависть?

Абель незаметно подал знак. Группа остановилась возле первой ступени лестницы. Над ними возвышался дворец Дерина Свейла с наглухо закрытой дверью. А сзади напирала толпа, и Фрижеля охватил страх, что сейчас люди, доведённые до исступления, набросятся на них с кулаками.

– Дерин! – скандировала толпа. – Дерин! Дерин!

Но дверь не открывалась. Фрижель почувствовал, как от пота намокла рубашка.

– Чего он ждёт? – прошептал Абель, не спуская глаз с входа во дворец.

Кто-то толкнул Эрнальда в спину, старик рухнул на колени, и Фрижель увидел, как белое знамя упало к ногам деда. И в то же мгновение он получил удар по рёбрам.

– Они дорого нам заплатят! – прокричал кто-то.

Одна из женщин подняла флаг и разодрала его на мелкие куски. А Абель едва устоял на ногах, получив сзади сильный удар по шее. Хима нервно отбивала чечётку. Всё это было немыслимо для неё. С минуты на минуту можно было ожидать самый жёсткий ответ с её стороны. И переговоры, таким образом, закончились бы, даже не начавшись. В это мгновение Фрижель почувствовал, как кто-то толкал его в спину. Он упал под напором озверевшей толпы. Раздались крики радости. Когда Фрижель уже было решил, что всё пропало, раздались звуки музыкального ящика.

Глава 12

Дверь дворца скрипнула, и на пороге появился Дерин Свейл. Над толпой тут же повисло молчание.

– Эй, стража! – прорычал он. – Схватите этих перебежчиков!

Четыре солдата, одетые в мундиры, украшенные изображением с мордой золочёного оцелота, спустились по ступеням и арестовали Фрижеля и его друзей.

– За их преступления предадим их суду, и пусть они получат по заслугам! – произнёс самый храбрый человек в Эйкане.

А позади них бушевала пришедшая в неистовство толпа.

– Дерин! Дерин! Дерин! – доносилось со всех сторон.

Но вдруг один из стражников остановился как вкопанный и опустил голову. Тишина опустилась на площадь.

Восемь эндерменов появились на ступенях. А люди, окружавшие Фрижеля, Абеля, Химу и Эрнальда, уставились глазами в землю. Бормотание пролетело по толпе:

– Склони голову и покорись. И тогда Великий Строитель не обрушит на тебя свой гнев. А если он и покарает тебя, значит, ты это заслужил. И тогда умри и возрадуйся, добавив свой куб к сказочному зданию, которое они построили для тебя!

Фрижель уже слышал эту молитву, и это было в Менруруне, в болотах Кондулы!

Дерин обнажил свой меч.

– Поднимите головы, жалкие трусы! – крикнул он. – Сражайтесь или закончите свои дни в тюрьме!

Проговорив это, он спустился по лестнице и набросился на одного из монстров. И в отличие от этих странных людей, которые не отрывали глаз от земли, Фрижель и его друзья ринулись в бой. Хима танцевала танец жемчужин. Абель размахивал мечом над головой.

Фрижель снял с пояса одну из эссенций. Но рука Эрнальда сомкнулась на его руке.

– Никакой магии, – сказал он, – прошу тебя.

И в это же мгновение Фрижель почувствовал, как гнев овладел им. Дедушка не имел права требовать от него этого. Иначе к чему все эти вчерашние слова?!

Он освободил руку и мрачно взглянул на Эрнальда. Но когда он увидел лицо дедушки, вся злость мгновенно испарилась: у Эрнальда был такой несчастный и взволнованный вид, что у юноши не хватило сил спорить. Он поклялся себе, что это в последний раз, и, помимо своей воли, прицепил эссенцию обратно на пояс и переложил меч из левой руки в правую.

Набросившись на ближайшего к нему эндермена, Фрижель с такой силой рубанул по нему, что оглушённый монстр зашатался и не смог вовремя телепортироваться, получив ещё один удар. Фрижель попал ему по рёбрам. Эндермен издал леденящий душу крик и упал замертво.

Юный маг бегом поднялся по нескольким ступеням, присоединившись к Абелю. И как это уже не раз бывало, они встали спина к спине.

– Незавидное начало, – произнёс Фрижель и увидел, что его друг улыбнулся.

– Наоборот, – возразил тот.

– О чём ты? – спросил Фрижель удивлённо.

И в этот момент маг почувствовал электрический разряд эндермена слева от себя. Несколько месяцев тому назад секундное промедление, вызванное удивлением, чуть не стоило ему жизни. Но дальнейшие приключения отточили скорость его реакции. Он крутанулся вокруг своей оси, защитившись мечом. От удара монстра бриллиантовое лезвие зазвенело, но спасло Фрижеля. Абель проследил за его атакой, не отрывая своей спины от спины друга. А маг в это мгновение спросил себя, будет ли у него время нанести эндермену ещё удар до того, как монстр снова набросится на него. Ведь эти зловредные создания перемещаются с удивительной скоростью! К счастью, Хима материализовалась за спиной монстра и ранила его. Взбешённый эндермен подпрыгнул и телепортировался за спину Дерина, который уже почти прикончил другого монстра.

Подняв длинную чёрную руку к небу, эндермен занес её над Дерином Свейлом, собираясь ударить героя Эйкана.

– Папа! – воскликнул Абель, обнажая меч и вставляя стрелу в гнездо лука.

Его отец застыл на месте от удивления, не замечая опасности у себя за спиной. И тут позади эндермена материализовалась Хима и прикончила его. Крик умирающего монстра вывел Дерина Свейла из оцепенения. Увидев сарматку у себя за спиной, он инстинктивно выхватил меч и нанёс удар. Но воительница предвидела такой ответ старого солдата и успела швырнуть жемчужину Эндера на достаточно удалённое от этого места расстояние. Она телепортировалась, а меч Дерина Свейла всего лишь пропорол воздух. Но вдруг поняв, что произошло на самом деле, Дерин Свейл вложил меч в ножны и приложил руки к пряжке на ремне в знак перемирия. Воительница сделала несколько круговых движений кинжалами и убрала их за портупею. А что касается Абеля, то он вздохнул с облегчением.

А люди, стоявшие у подножия лестницы, всё ещё умирая от страха, с опаской подняли головы. Убедившись в том, что все монстры были уничтожены, они не выказали никакой радости. Наоборот, их лица искажало замешательство, вызванное необходимостью сделать выбор между Дерином Свейлом и Великими Строителями. Постепенно зеваки разошлись, склонив головы и разговаривая вполголоса. Фрижель заметил, что кое-кто из них положил по блоку к алтарю, который наши путешественники заметили по прибытии в город.

Лицо Дерина Свейла сохраняло каменную неподвижность. Его плечи поднимались и опускались, он нервно дышал. Казалось, он размышлял. Дерин Свейл завёл руку за спину и вытащил связку ключей, которую бросил к ногам солдат, стоявших на последних ступеньках. Командир солдат наклонился, поднял ключи и подошёл к Эрнальду с намерением надеть на него наручники. C чувством омерзения Фрижель наблюдал эту сцену.

– Нет, голем вас задери! – вскричал Дерин Свейл.

Солдаты удивлённо переглянулись.

– Своими действиями вы глубоко огорчили меня, – продолжал он. – Неужели после стольких лет службы вы настолько плохо знаете меня?

И в то же мгновение лица стражников побледнели, а по лицу Абеля скользнула тень улыбки.

– Я не испытываю никакого уважения к подлецам и предателям, – произнёс Дерин, спускаясь со ступенек. – Сарматка спасла мне жизнь, в то время как вы тряслись от страха, уставившись на сапоги. Вы не заслуживаете ни звания солдат, ни изумрудов, которые оно вам приносит. Если у вас осталась хоть капля совести, сдавайтесь и с ключами в руках отправляйтесь в тюрьму, выберите себе камеры, заприте себя в них и бросьте ключи сквозь решётку. Я займусь решением вашей судьбы позже.

Стражники на секунду задумались, сомневаясь в серьёзности приказа Дерина Свейла.

– А если я узнаю, что вы дезертировали, я продержу волков несколько дней на голодном пайке, а потом отправлю их по вашим следам.

Солдат, который несколько мгновений назад собирался надеть наручники на Эрнальда, сразу же всё понял. С чувством глубокого стыда он снял с себя обмундирование и бросил его к ногам властителя Таранки. Остальные последовали его примеру. И четверо солдат практически голыми отправились пешком через величественный город, выросший посреди джунглей. Фрижель увидел, как сарматка удовлетворённо кивнула. Судя по всему, она одобряла строгую непреклонность Дерина.

И в эту минуту знаменитый военачальник повернулся к ней.

– Спасибо, Хима, – сказал он. – Добро пожаловать в Эйкан.

Но даже и в эту секунду он не смог сдержать лёгкого презрения по отношению к воительнице с рыжими волосами. Ведь они враждовали на протяжении многих лет. И раны, нанесённые за четыре столетия непримиримой борьбы, не могли затянуться в одно мгновение. Кивком отец Абеля поприветствовал Эрнальда.

– И ты, Эрнальд, будь моим гостем. – А потом он внимательно посмотрел на Фрижеля. – Рад тебя видеть, Фрижель. Я много слышал о тебе.

И, не обращая внимания на сына, он указал на дверь дворца, к которой вела лестница из кварца.

– Мы бок о бок сражались с вами. И в соответствии с нашими традициями я должен устроить угощение в вашу честь. Не могу сказать, чтобы я делал это с лёгким сердцем, но тем не менее я от всей души предлагаю вам разделить со мной трапезу.

Фрижель заметил, как Хима кивнула. Дерин возглавил процессию, воительница последовала за ним, а Абель тем временем едва сдерживал бушевавший в нём гнев. Его взгляд блуждал, и он так сильно стиснул челюсти, что мышцы заиграли под загорелой кожей. Фрижель дружески стукнул его по плечу, чтобы подбодрить друга.

– Вот сейчас всё и выяснится, – шепнул Абель на ухо Фрижелю. – Я верю в тебя.

И таранкоец изобразил на лице натянутую улыбку.

– Он совсем не изменился, – сказал Абель скорее себе, чем Фрижелю. – Он никогда и не изменится.

И Абель потёр мыском белый куб следующей ступеньки, как бы пытаясь обрести душевное равновесие, и кивнул, молча отвечая самому себе на вопросы, мучившие его. Потом он посмотрел на друга и в этот раз улыбнулся по-настоящему.

– Пойдём, – сказал он.

Глава 13

Солнце достигло зенита. Золотистый свет проникал в зал приёмов дворца Дерина Свейла сквозь громадные витражи. Смягчаемый листвой акаций, свет отбрасывал отблески на каменные плиты пола. Иногда красные, жёлтые и синие попугаи, как цветные молнии, пронизывали зелень леса. Балки, поддерживающие стеклянные блоки потолка, были закреплены скульптурными изображениями впечатляющих челюстей Дракона Эндера. Победа над ним была самым блистательным подвигом отца Абеля, и он хотел, чтобы каждый посетитель дворца это знал.

В глубине зала стоял трон героя Эйкана, собранный из чешуи монстра. Несмотря на свои размеры и архитектуру, это громадное помещение больше походило на тренировочный зал, чем на зал приёмов. Ряды доспехов, испещрённые следами сражений, были выставлены вдоль стен. Флуффи, никогда не видевший ничего подобного, обнюхал их все. Чтобы установить большой стол, солдатам Дерина пришлось демонтировать ринг и перенести в другое место деревянных манекенов. Судя по всему, герой Эйкана не часто принимал гостей. Прислуги не было, если не считать вооружённой стражи. И ни одной женщины они не встретили во дворце. Первым это заметил Фрижель. Абель, точно так же, как и он сам, никогда не рассказывал о своей матери. Знал ли он её?

Дерин сел во главе стола.

– Обед сейчас подадут, – произнёс он. – Присаживайтесь.

Эрнальд и Хима сели поблизости от генерала и напротив друг друга. Абель занял место рядом с сарматкой, а Фрижель – рядом с дедом. Флуффи пристроился на полу возле их ног.

Бросив искоса взгляд на Абеля, Фрижель заметил, что его друг крайне напряжён. Открыв рот, он собирался произнести речь. Но Эрнальд опередил таранкойца, и его голос пронёсся по залу.

– Дерин Свейл, мы благодарим тебя за гостеприимство, – сказал он.

В ответ герой Эйкана только кивнул головой.

– Однако я не совсем понял, что именно произошло перед дворцом на моих глазах? – спросил глава мятежников. – Все горожане как по команде уставились себе под ноги…

– Магнус, – ответил Фрижель.

– Разве ты его знаешь? – спросил Дерин, которого эта новость привела в замешательство.

Фрижель откашлялся и встал.

– Да. Нам с Абелем довелось встречаться с ним в болотах Кондулы. В то время он жил в небольшой деревушке под названием Менруруна. И её жители поступали точно таким же образом, когда видели перед собой эндермена.

Дерин Свейл откинулся на спинку кресла. Даже при упоминании о сыне он воздержался от того, чтобы посмотреть на него, и только лишь стукнул кулаком по столу.

– Попадись он мне на пути, этот Магнус! – сказал он. – Я бы ему объяснил, что думаю по этому поводу! А каков он в сражении?

Фрижель не мог сдержать язвительной на- смешки.

– В сражении? Магнус избегает любых столкновений, насколько это возможно. Ведь это трус и подлец, каких свет не видывал.

После этих слов взгляд Дерина Свейла на мгновение остановился на сыне, прежде чем он принялся рассматривать остальных. Абель вздрогнул и уставился на свои руки, в которых он вертел деревянный стакан, едва сдерживая душившее его бешен- ство.

– Я не понимаю, что Люд Лоу нашёл в этом Магнусе? – продолжил Дерин Свейл. – Его секта распространилась быстрее сигнала редстоуна[13]. Это позор для нашего королевства. Тем более что этот шарлатан повсюду рассказывает свои бредни, согласно которым якобы эндермены обустроили этот мир и что наше присутствие в нём нарушает первозданный порядок. Осуществляя им подношения в виде кубов, мы благодарим их за то, что они сделали для нас. Но что они в действительности сделали?! Они только нападают и портят нам жизнь. И, конечно, гораздо приятнее созерцать собственные ноги, вместо того чтобы ввязаться в бой! И, к сожалению, гораздо удобнее предпочесть бегство сражению! И таких слабаков у меня наберётся огромное количество!

Услышав слово, которое ему причинило столько боли, Абель вздрогнул. Но Дерин, казалось, ничего не заметил.

– Это секта безответственных людей, вручивших свою судьбу в руки отъявленных негодяев, – продолжил он. – Магнус ещё хуже, чем все маги, вместе взятые.

И он кивнул в сторону Эрнальда.

– Разумеется, я никого не хочу обидеть. Но вы только посмотрите на них! Мои солдаты стали трусливее женщин! Даже мой сын храбрее!

Фрижель сглотнул. Речь Дерина начала его беспокоить, и не его одного, если судить по взбешённому взгляду Химы, который он заметил.

– Меня раздражают идиоты, которые населяют мои леса. Они восстают, во‑первых, против роста налогов, которые дают возможность содержать город, в котором они живут, и армию, которая их защищает. А во‑вторых они отдают в качестве подношения кубы худшим из монстров, которых когда-либо видывал свет, в надежде, что это решит все их проблемы как по мановению волшебной палочки. И не это ли является ещё более несправедливым и бесполезным налогом?

Герой Эйкана метал громы и молнии. К счастью, он продолжал сидеть во главе стола и даже не встал со своего места, а то бы разошёлся не на шутку и унять его было бы невозможно.

– Мой народ, мои алхимики, архитекторы стали ленивее гоблинов. А разве может быть иначе? Они больше не верят в себя, и когда случаются несчастья, то винят судьбу, обвиняя её во всех своих бедах, и не пытаются противостоять неприятностям. А мои рудокопы? Они теперь проводят изыскания и ведут разработки, трясясь от страха, потому что, видите ли, изымая у земли куб, они считают, что наносят этим величайшее оскорбление Великим Строи- телям!

Солдаты прервали его гневную речь и вошли в зал. Блюда, которые они поставили на стол, выглядели так аппетитно, что настроение Дерина Свейла тут же улучшилось. Подали рагу из кроликов с гигантскими грибами, жареного ягнёнка с гарниром из картофельной запеканки с золотистой морковью и жареную курицу под арбузным соусом. Даже перед Флуффи поставили солдатский котелок с аппетитной косточкой. Фрижель улыбнулся, вспоминая о завтраках, которые им наскоро готовил Абель во время их путешествий. Но Абель оставался по-прежнему невозмутимым и даже не притронулся к еде.

Зазвенели столовые приборы, все молча принялись за угощение. Тишину прервал Эрнальд.

– Дерин, – начал он, – ваша армия до сих пор не присоединилась к войскам Люда Лоу на равнинах Мерема из-за того, что солдаты являются членами секты Магнуса?

Отец Абеля дожевал кусочек крольчатины и вытер чёрную с проседью бороду, прежде чем ответить.

– Нет, – произнёс он. – Мои солдаты всё ещё верны мне, и я по-прежнему внушаю им страх. Они бы без разговоров отправились на равнины Мерема, если бы я им отдал такой приказ. – И он повернулся в сторону Химы. – Но если я отправлюсь на фронт, то сарматы, воспользовавшись моим отсутствием, захватят наши шахты. Ставка в этой игре слишком велика как для Таранки, так и для королевства в целом. Оно может стать ещё беднее. Сейчас моё место здесь.

– Как раз об этом мы и хотели переговорить, – сказал Эрнальд. – Сарматы готовы обсудить условия перемирия. Если вы выдадите им Талес, ту самую воительницу, которую вы захватили в плен, её народ даст обещание не ступать ногой в джунгли до тех пор, пока ваши войска не вернутся из Мерема.

Дерин переводил взгляд с деда Фрижеля на воительницу, как если бы предвидел подвох с их стороны. Он задумался и не произнёс ни слова в течение нескольких долгих минут. Потом он покачал го- ловой.

– Нет, – сказал он. – Я отказываюсь освобождать пленницу. Она является моей единственной гарантией. Вы хотите обсудить перемирие. Согласен. Но только на моих условиях!

Эрнальд посмотрел на Химу, которая уже собиралась встать из-за стола, и взглядом дал ей понять, чтобы она не горячилась.

– И каковы же эти условия? – спросил глава мятежников.

Дерин немного помолчал и ответил:

– Я оставляю пленницу в тюрьме до конца войны. А сарматы должны пообещать мне, что переправят свой город в открытое море и бросят якорь возле дюн Кинзира. Или, если пожелают, они могут отправиться ещё дальше, вдоль побережий Арданского леса.

– До вашего возвращения? – спросил Эрнальд.

– Нет, – ответил он. – Навсегда. Лазурная бухта большая, а их город можно перемещать. Так зачем им оставаться в Дельте спрутов?

Фрижель почувствовал, как его сердце сжалось. Вопиющая несправедливость этого предложения, сделанного народу Химы, который и без того перенёс много страданий, поразила его.

Воительница вскочила из-за стола, опрокинув стул, и бросилась к выходу.

– Я сама освобожу Талес! – сказала она.

– Хима! Подожди!

Сарматка остановилась и скрестила руки. Дед Фрижеля встал, опёршись кулаком на стол, и, встретившись со взглядом Дерина, спокойно выдержал его.

– Это последнее условие нам не подходит.

– Но это главное условие переговоров. Если бы можно было с лёгкостью получить желаемое, переговоры были бы излишни.

– И если Талес остаётся…

Хима прервала Эрнальда.

– Вакиза, это условие нас также не устраивает. Талес – наша предводительница и лучшая найяти из всех.

Эрнальд не знал, что ей ответить. Поставленный в тупик её словами, он смотрел и не знал, что делать дальше.

И в это мгновение прозвучал голос, нарушивший тишину.

– Я предлагаю дуэль.

Эти слова принадлежали Абелю. До этого во время переговоров он молча сидел на своём месте, не сводя глаз со стакана молока.

Глава 14

Взгляды всех собравшихся были прикованы к таранкойцу. Впервые с момента их прибытия Дерин Свейл посмотрел на сына.

– Дуэль? – повторил Фрижель, не веря своим ушам.

Неужели именно такой план вынашивал его друг с тех пор, как они появились в Таранке? Но это же глупо! И почти равноценно самоубийству!

Но Дерин смотрел на сына с довольной улыбкой.

– С кем дуэль? – спросил он.

– С тобой, – заявил Абель.

И его отец разразился звонким хохотом.

– Но ведь её исход известен зара…

– Если я проиграю, – прервал его Абель, – перемирие будет заключено на твоих условиях.

– Абель! – воскликнула Хима. Сжав в бессильной злобе кулаки, она отвернулась.

– В случае твоего проигрыша, – продолжал Абель, продолжая сохранять невозмутимый вид, – ты освободишь Талес и перемирие будет заключено на наших условиях.

Его отец встал.

– Какое оружие предпочитаешь?

– Личное оружие, – ответил Абель. – Единственное условие: никакой смены оружия. То есть никаких луков, никакой магии и никаких эссенций. Дуэль будет происходить на ринге. Первый, кто упадёт или умрёт, считается проигравшим.

Дерин обнажил свой меч и сделал себе насечку на ладони.

– Договорились, – произнёс он.

Абель последовал его примеру, и они пожали друг другу руки.

Затем Дерин указал на дверь в глубине зала.

– Мои люди покажут вам ваши казармы, где вы сможете переночевать.

И вышел с ироничной ухмылкой на губах.

Участники переговоров проследовали за Дерином Свейлом и молча поднялись по лестнице. Они вошли в просторный дортуар (помещение, которое обычно использовалось как общая спальня), построенный на вершине громадной акации. Это был квадратный зал, очень простой в убранстве, где, вытянувшись в ряд, стояли койки.

Из узких, как бойницы, окон открывался великолепный вид на зелёные просторы.

Фрижель вышел на большой балкон, служивший, скорее всего, наблюдательным пунктом, – оттуда открывался замечательный вид. Фрижеля душил гнев. Он злился на себя за то, что позволил другу привести их сюда, злился за то, что наотрез отказался отправиться вместе с ним в долины Мерема. Он злился и на Абеля. Пытаясь разобраться в истории с отцом, он взял в заложники Эрнальда и Химу, а это было недопустимо. Если он проиграет дуэль, последствия будут катастрофическими.

И Абель тоже отдавал себе в этом отчёт, если судить по его поникшему виду. Он сидел на кровати, опустив голову, и не осмеливался произнести ни слова.

Хима нервно вертела в руках жемчужину Эндера, устремив взгляд в пустоту. А Эрнальд вдруг вскочил, быстрыми шагами пересёк комнату и остановился перед Абелем с выражением такой ярости на лице, что молодой человек инстинктивно прикрыл голову руками, боясь, как бы Эрнальд его не ударил. И в это мгновение деда Фрижеля охватила такая безысходная тоска, что он вышел из казармы, громко хлопнув дверью. Юный маг посмотрел на Абеля.

– Мой отец никогда не изменится! – вдруг произнёс тот. – Гордость ослепляет его! Он твердит о чести, а сам отказывается оказать помощь из-за нескольких бриллиантовых жил. А вы ещё говорили о каких-то переговорах с ним! Он всегда найдёт отговорки, потому что ненавидит поражение! Отправиться на фронт – значит подвергнуть себя риску. Остаться – значит ничего не потерять.

С грохотом распахнулась дверь. В комнату вернулся Эрнальд, кипя от гнева.

– И что ты предлагаешь? – взревел он. – Пусть он прячется за этими условиями, если ему так хочется! Но не подобает решать мелкие детские обиды за счёт судьбы королевства! И пока мы тут болтаем, Талес остаётся в заключении, а магам больше не придётся рассчитывать на помощь сарматов.

Вопреки ожиданиям, именно Хима положила конец спорам.

– Хватит, вакиза! – сказала она.

И, подойдя к Абелю и Эрнальду, она знаком попросила Фрижеля приблизиться к ней.

– Это, разумеется, поспешное решение, Абель. Но что сделано, то сделано. И раз уж так всё сложилось, наши раздоры ничего не изменят. Наоборот. Давайте лучше подумаем, как нам найти выход из положения.

Эрнальд глубоко вздохнул, пытаясь справиться с гневом, который не находил выхода. Он, привыкший всё заранее обдумывать, не знал, как поступить в случае возникновения непредвиденных обстоятельств.

– Это невозможно, – сказал он. – Дерин – герой войны, а Абель…

Таранкоец грустно кивнул.

– Спасибо за доверие, Эрнальд, – с тоской произнёс он.

Старик вздохнул. Ему бы хотелось поддержать молодого человека, но ситуация не внушала надежды.

– Я пройдусь, – сказал дед Фрижеля. – Я сейчас не в состоянии предложить хоть какое-то приемлемое решение.

Он круто развернулся и вышел.

Фрижель был ошеломлён и чувствовал себя потерянным. Реакция деда была справедливой, но он считал её чересчур жёсткой. Фрижелю хотелось поддержать Абеля.

– Хочешь, я дам тебе жемчужину Эндера? – спросила Хима.

Абель покачал головой.

– Мы имеем право только на один вид оружия, – ответил он.

В это мгновение Фрижель присел рядом с другом и обнял его за плечи.

– В таком случае есть повод изготовить новое.

В глазах Абеля сверкнула надежда. Вера в себя, хоть и очень небольшая, вернулась к нему.

– Ты имеешь в виду Беллграм…

Фрижель согласно кивнул. Синяя наковальня таранкойца давала возможность создавать уникальное оружие. С помощью Беллграма он создал кинжалы для Алисы и для нескольких сарматок.

– Ведь ты ещё никогда не использовал Беллграм для собственных нужд. И теперь настала пора изобрести меч, который был бы частью тебя.

Абель вытащил наковальню из мешка и вышел на балкон.

Первый удар молота эхом раздался по лесу и вспугнул птиц, устроившихся на ночлег в вершинах деревьев. Их одновременный взлёт, как взрыв радужных красок, восхитил Фрижеля. Со спокойной душой он отправился спать. Флуффи, свернувшись калачиком, пристроился возле него.

– Ты веришь в это? – вдруг спросил он у Химы.

Воительница сидела, прислонившись к стене. Она часто спала сидя. Эта привычка выработалась у её соплеменников ещё в те времена, когда они жили в Эндере.

– Верю во что? – переспросила она юношу.

– В победу Абеля, разумеется.

– Верю я в неё или нет, это ничего не изменит, – ответила она.

В течение нескольких секунд Фрижель пристально вглядывался в пустоту. Его обидел ответ Химы. Ему было важно её мнение. И если бы он знал, что она тоже верит в победу Абеля, это придало бы Фрижелю сил.

– Если накануне сражения нас охватывал страх, – продолжила воительница, – Сахал, наш шаман, разжигал какие-то растения в большом зале Айянны. И когда воцарялась тишина, он принимался с помощью жестов рассказывать нам историю, причём каждый раз одну и ту же.

На мгновение образ старого сармата с лицом, испещрённым фиолетовыми линиями, встал перед Фрижелем.

– В одной очень бедной деревушке в саваннах Солены, – говорила Хима, – жил крестьянин со своим сыном. У него было большое поле, обнесённое оградой, которое они обрабатывали. Однажды утром фермер проснулся, и что же он увидел на поле? Дикую лошадь! Жители деревни пришли к нему и сказали: «Еще вчера у тебя ничего не было, а сегодня к тебе пришла лошадь! Тебе неслыханно повезло!» И фермер ответил: «Может быть».

На следующее утро сын крестьянина решил оседлать лошадь. Он вскочил ей на спину, а лошадь встала на дыбы и сбросила седока. Юноша упал и сломал руку. Новость быстро разлетелась среди соседей, они пришли проведать юношу и сказали крестьянину: «Твой сын был в добром здравии и помогал тебе в работе. Из-за этой лошади он сломал руку. И ничего бы не произошло, если бы это животное не оказалось на твоей земле. Как тебе не повезло!» И фермер ответил: «Может быть».

А ещё через день солдаты Люда Лоу появились в деревне. Король готовился к кампании в Эндер, и солдаты получили приказ вербовать в армию всех молодых людей. Но так как сын фермера сломал руку, его не тронули. Узнав об этом, селяне нанесли крестьянину визит и сказали: «Твой сын – единственный, кого не увели на войну. Если бы не лошадь, твой сын не сломал бы руку, пытаясь оседлать её, и тогда его бы тоже забрали. Как тебе повезло!» И ты, Фрижель, уже, наверное, догадался, что ответил фермер?

– Нет, – признался Фрижель.

– Фермер ответил: «Может быть».

Рассказ настолько удивил Фрижеля, что он не мог сдержать улыбки. Вся эта история ему показалась абсурдной… Да, сарматы – странный народ! Но, снова улыбнувшись, он вдруг понял! Сахал иносказательно хотел сказать, что мы не можем предвидеть последствия тех или иных событий. Не стоить терять время в бесконечных рассуждениях и предположениях.

Хима права. Несмотря на большую вероятность того, что Дерин одержит победу, было невозможно предвидеть исход завтрашнего сражения. И каждая минута, проведённая Фрижелем за пустыми размышлениями, только забирала у него энергию, которую он мог бы потратить с большей пользой. Хима верила в то, что сложившаяся ситуация разрешится сама собой в любом случае. Фрижель с Эрнальдом же любили всё распланировать. Но сейчас нужно было довериться судьбе.

«Не буду терять времени, ломая голову над проблемой, которой ещё не существует», – решил Фрижель.

Глава 15

Толпа, собравшаяся поглазеть на дуэль, была столь огромна, что Фрижель, Хима и Эрнальд услышали её глухой ропот ещё до того, как вышли из дворца. Картина, представшая перед ними, выглядела захватывающе. Ринг, сооружённый Дерином, походил на гигантский гриб. Длинная белая колонна из кварца поддерживала платформу из древесины акации в один блок толщиной и в десять блоков шириной. Любопытной публики было так много, что яблоку было негде упасть.

Казалось, все обитатели Таранки собрались здесь. Некоторым повезло больше остальных, и они могли наблюдать за поединком непосредственно из окон своих домов. А самые ранние пташки, пришедшие сюда на заре, заняли места на дворцовой лестнице. Опоздавшие сидели прямо на земле или на ветвях деревьев. Эрнальд указал на несколько свободных мест, расположенных на самом верху белой, как снег, лестницы. Там они и уселись.

Нервы Фрижеля были напряжены до предела, желудок сводило судорогой, и он с такой силой стиснул челюсти, что мышцы заболели. Эрнальд и Хима молчали, как будто в рот воды набрали, сосредоточившись на главном. И только Флуффи так и не понял важность момента. Фрижель вынужден был держать его за ошейник, чтобы пёс не отправился обнюхивать присутствующих.

Музыкальный блок издал длинную жалобную ноту. Орущая толпа вскочила. Два солдата приблизились к рингу. С обеих его сторон они водрузили земляные блоки и поставили по лестнице возле каждой из временных колонн.

Снова раздались восторженные крики.

– Дерин! Дерин! Дерин! – ликовала толпа.

Подняв руки над головой, появился герой Эйкана. На нём были надеты только штаны. Его голый смуглый торс поблёскивал на солнце, как если бы его смазали маслом. Он взобрался по лестнице, один из солдат следовал за ним. Поднявшись на ринг, Дерин широко развёл руки, толпа, вопя в экстазе, повторила этот жест.

Дерин повернулся к солдату, который протянул ему оружие вместе с маленьким красным пакетом. Воин воткнул меч в деревянный настил ринга и с сухим треском разорвал пакет, достав оттуда тунику, украшенную изображением морды золотистого оцелота, эмблемой знаменитых разведчиков Таранки. Когда Дерин надел тунику, толпа как с цепи сорвалась. Люди орали, подбадривали его криками, поднимали к небу сжатые в кулаки руки.

Но вдруг их энтузиазм сник. Со всех сторон послышались свист и улюлюканье.

Появился Абель.

– Предатель! – крикнул кто-то.

Сердце Фрижеля сжалось. Он, не отрывая глаз от друга, смотрел, как тот поднимался по лестнице. Он тоже был с голым торсом и в руках держал оружие, которого Фрижель у него никогда не видел.

– Предатель! Предатель! Предатель! – неслось по толпе.

Не моргнув глазом, Абель взобрался на край платформы. Солдаты Дерина убрали обе временные колонны вместе с лестницами. Таранкоец и его отец, вознесённые на двадцать блоков над землёй, остались один на один. Послышались аплодисменты, зрителям не терпелось увидеть, когда же начнётся сражение.

И тогда Абель сделал несколько взмахов оружием. Тишина повисла над толпой. Даже Дерин широко раскрыл от удивления глаза. Никто и никогда не видел ничего подобного. А что касается Фрижеля, то он не мог сдержать улыбки.

– Ну разумеется! – пробормотал он сквозь смех.

Принявшись за изготовление своего оружия, Абель решил взять за основу не меч, как для кинжалов Алисы, а бриллиантовую кирку! Ведь как искатель полезных ископаемых он был намного лучше любого солдата, и кирка была его любимым инструментом. Он удвоил длину ручки, что позволяло ему увеличить расстояние между ним и отцом в бою, и сохранил один конец кирки в традиционном варианте, а другому концу он придал форму лезвия топора. Абель сконструировал алебарду!

Положив оружие рядом с собой на деревянный настил, он развернул и показал толпе свою тунику. Яростные крики пролетели по толпе, когда он её надел, потому что на тунике поблёскивала хорошо всем знакомая эмблема: голова эндермена и меч. Это была эмблема сарматов! Хима улыбнулась. Абель тоже улыбнулся, взглянув на неё. Это было извинение, обращённое к воительнице, провокация, направленная против отца, и оскорбление приверженцам секты Магнуса.

Фрижель закатал рукава рубахи.

– Абель! – крикнул он. – Абееель! Мы с тобой!

Зрители бросали на него злобные взгляды. Но юноше было на это наплевать. Оружие Абеля было безупречно и дарило надежду на победу. Фрижель повеселел, и теперь ему хотелось как можно скорее увидеть, как его друг вступит в бой со своим отцом.

Глава 16

Дерин напал первым. Он бросился к сыну и нанёс мощнейший удар мечом. Но Абель успел увернуться, упав на бок. Настил завибрировал под ударом Дерина. Крик ужаса пролетел по толпе. Герой Эйкана ударил с такой силой, что разрушил три блока платформы. И теперь в ринге образовалась дыра. Абель вскочил на ноги и широко взмахнул алебардой, чтобы держать отца на расстоянии. Дерин отскочил назад. Едва лезвие топора коснулось его, как он снова атаковал Абеля. Все произошло так быстро, что таранкоец, влекомый силой своего предыдущего удара, не успел отразить нападение. Старый воин перевернул меч и ударил сына эфесом в живот. У Абеля перехватило дыхание. Но это ещё был не конец: отец нанес Абелю ещё один удар, и в этот раз в лоб. Оглушённый Абель едва не упал и, покачиваясь, отступил назад на несколько блоков. И тогда Дерин схватил его за плечо.

– В следующий раз я воспользуюсь лезвием, – пробормотал он. – Прыгай с ринга, пока цел.

И он швырнул сына через всю платформу. Абель подкатился к самому краю и чуть было не упал.

Все вскочили со своих мест, охваченные возбуждением. И шёпот разочарования пробежал по толпе, когда зрители поняли, что молодой человек встал.

Таранкоец поднял оружие над головой и, размахнувшись, изо всей силы ударил в настил. В то же мгновение исчезли три деревянных блока. А его отец посмеивался, наблюдая эту сцену.

– Если ты так зол, тебе бы следовало ударить не по помосту, а по мне! – сказал он, подбегая к Абелю.

И в этот раз архитектор отразил удар, нанесённый ему отцом. Но, быстрый как молния, Дерин ухватился за ручку алебарды сына и ранил его в бок. Абель взвыл и вновь взмахнул алебардой на уровне настила. Дерин вынужден был отступить на несколько кубов назад. А Абель тем временем встал, стиснув челюсти, поскольку рана причиняла ему боль. Юноша почувствовал, как горячий поток крови заструился вдоль бедра, и сделал несколько шагов в сторону, обогнув отца. Потом он на секунду застыл и снова ударил топором по платформе, вырубив квадратное отверстие размером в четыре блока.

А в это время Хима, сидевшая на трибуне, повернулась к Фрижелю.

– Что он делает? – спросила она. – Зачем он крушит ринг?

– Понятия не имею, – ответил юный маг.

По толпе пробежал крик.

– Прикончи его! Прикончи этого подлеца!

Дерин опять устремился к сыну. Но в этот раз Абель отказался от выжидательной позиции и ринулся в атаку на отца. С лицом, искажённым от боли, он поднял оружие над головой. Но вместо того чтобы нанести удар, он вдруг рухнул на бок и тут же встал. Дерин не смог вовремя остановиться. И тогда Абель нанёс удар, вытянув руку как можно дальше. Благодаря непривычной длине его оружия он мог настигнуть врасплох противника, находящегося от него на расстоянии трёх блоков. Он ударил отца по рёбрам, тот потерял равновесие и упал. С быстротою молнии Абель подтянул алебарду к себе и, бросившись вперёд, острием кирки нанёс отцу удар в правую руку. Крик Дерина разорвал тишину. Гул удивления пронёсся по толпе. Зрители вскакивали со своих мест, обхватив головы ру- ками.

Дерин встал. По предплечью ручьём текла кровь. Он переложил меч в левую руку.

– Правая рука, левая рука – для меня всё едино! Но ты пожалеешь о том, что ранил меня.

Безудержный гнев сверкал в его глазах.

Но Абель ответил лучезарной улыбкой.

И Фрижеля вдруг осенило. Он сидел на возвышении и именно поэтому смог догадаться о стратегии Абеля. И он не мог сдержать восхищения. Хима, на языке которой всё ещё вертелся вопрос, удивлённо посмотрела на юношу.

– Абель и в этот раз сумел удивить меня! – сказал Фрижель.

Как хороший архитектор, Абель подсчитал в уме все блоки акации, держа в голове карту платформы, и он хорошо знал расположение всех трёх отверстий в настиле. Позади него все блоки были целыми. А позади Дерина… было минное поле. Четырех кубов не хватало слева. Длинная дыра размером в три блока протянулась сзади, сразу за спиной. И ещё одна дыра находилась справа. Но Дерин не мог этого видеть, поскольку был занят атакой.

Абель опять нанёс удар. Дерин отпрыгнул в сто- рону.

– Второго раза не будет! – крикнул он.

Но, пытаясь увернуться от удара, он правой ногой встал как раз на краю пролома. Абель присел на корточки и ещё раз провёл вокруг себя алебардой. Как и в прошлый раз, Дерин отпрыгнул назад, чтобы оружие сына не коснулось его.

И в то же мгновение он свалился в зияющую дыру и исчез из поля зрения. Его меч подпрыгнул на платформе и скатился к ногам Абеля.

Крик ужаса прокатился по толпе. Ошеломлённые зрители повскакали с мест в попытке увидеть, что же произошло.

Абель не верил своим глазам. Неужели у него получилось?! Он повернулся к друзьям и, сияющий и гордый собой как никогда, поднял кверху руки.

Эрнальд встал со своего места.

– Здорово сработано, мой мальчик! – воскликнул он.

Но вой разъярённой толпы перекрыл его голос.

Фрижель с Химой тоже встали.

И в это время одна деталь привлекла внимание Фрижеля. Он заметил, что зрители, сидевшие в нижнем ярусе, наклонились и что-то рассматривали под рингом. Из-за общей суматохи и гула невозможно было расслышать слова. Но Фрижель вдруг всё понял. Дерин не упал, он висел в воздухе, зацепившись в последний момент за край ринга.

– Сзади! – что есть сил крикнул Фрижель Абелю.

Но тот не услышал. Он наслаждался своей победой.

Доблестный воин вылез на ринг, подобрал свой меч и встал за спиной своего сына. Восторженный гул прокатился по толпе. Зрители орали и улюлюкали, радуясь его появлению. Поняв, что до победы ещё далеко, молодой архитектор едва успел увернуться. Бриллиантовое лезвие меча Дерина разрубило алебарду пополам, верхняя часть упала на настил и скользнула в пустоту.

Теперь в руках у Абеля была всего лишь палка. Он посмотрел на отца. Но человек, стоявший перед ним, не имел ничего общего с его отцом. Это был зверь, взбесившийся от того, что собственный сын унизил его перед толпой. Он бросился на Абеля в попытке нанести мощный удар мечом, но Абель успел увернуться и с горечью посмотрел на смешной кусок деревянной палки, ставший для него единственной защитой. Чем он мог помочь? Задумавшись, Абель не успел увернуться от следующего удара. Отец ранил его в бедро. Абель рухнул на ринг.

У Фрижеля от страха перехватило дыхание, и он прижал руку ко рту, чтобы сдержать крик ужаса.

Но Абель встал, хромая, и бросил свою палку за ринг. Дерин сделал шаг назад. Он казался сбитым с толку. Но не рана сына потрясла героя Эйкана, а его взгляд. Взгляд, в котором пылала ненависть, которой он никогда не видел у своего сына. Сжав кулаки и хромая, молодой человек подошёл к отцу.

– Ну, давай же, – произнёс он сквозь зубы. – Убей меня. Убей своего сына.

Он почти вплотную приблизился к своему отцу, а Дерин стоял как вкопанный, не в силах шевельнуться.

– Чего ты медлишь, давай! – орал Абель. – Проткни меня и ещё раз назови предателем!

И он схватился рукой за лезвие меча, приставив его к своему животу.

– Так кто из нас предатель и трус? – спросил он, не отрывая своего взгляда от отца. – Кто предатель, я или ты, который предпочёл биться на дуэли с собственным сыном, только чтобы не рисковать жизнью и не присоединяться к войскам короля на поле битвы?

При этих словах герой Эйкана издал ужасающий крик и нанёс кулаком сильный удар Абелю в лицо, оглушив его. Абель едва устоял на ногах. Потом Дерин ударил его плашмя мечом, молодой человек свалился с ринга, и его тело упало на траву. Он лежал, не подавая признаков жизни.

Восторженный гул прокатился по толпе. И только грустный вой Флуффи, поднимавшийся к небу, нарушал всеобщее ликование.

– Абель! – крикнул Фрижель, сбежав по ступенькам.

Хима и Эрнальд последовали за ним.

Стоя на платформе, Дерин отбросил меч, снял красную тунику и посмотрел на сына, распростёртого на земле. Так, в оцепенении, с безвольно висящей вдоль тела окровавленной правой рукой, он простоял несколько мгновений. Толпа молча следила за ним, наблюдая за его реакцией.

И затем герой Эйкана спрыгнул с помоста и, даже не обернувшись, исчез в лесных зарослях.

Глава 17

Фрижель спустился с лестницы и подбежал к платформе. Собравшаяся под ней толпа зевак мешала ему подойти к другу.

– Дайте пройти! – кричал он. – Расступитесь!

Какой-то человек в ответ толкнул его.

– Эй, осторожнее! Здесь очередь!

Неконтролируемое бешенство охватило Фрижеля. Он снял эссенцию с пояса, и сразу же ледяная оконечность продлила его руку. Она была такой холодной, что от неё поднимался пар в удушающей жаре джунглей.

– Разойдитесь, или я сейчас вам всем заткну глотки вот этим копьём!

Толпа с криками разбежалась. Фрижель встал на колени перед другом и приподнял его голову. Эрнальд с Химой тоже подошли к ним.

– Как он? – спросила воительница.

– Без сознания, – ответил маг.

Круг любопытных собрался вокруг. Но Фрижель был так обеспокоен состоянием друга, что ничего не замечал вокруг.

– Абель? – проговорил он, положив руку ему на лоб. – Абель? Ты меня слышишь?

Веки таранкойца по-прежнему оставались сомкнутыми.

– Дайте пройти! – прозвучали голоса позади них. – Дайте пройти!

Толпа расступилась, и появились четыре солдата. Фрижель, Эрнальд и Хима тут же встали перед Абелем наподобие щита, загораживая Абеля своими телами. Маг снял с пояса эссенцию, сарматка вертела в руках жемчужину Эндера, а старик обнажил меч. Они были готовы на всё, чтобы защитить Абеля.

Но, вопреки ожиданиям, один из стражников вынул из сумки зелье восстановления здоровья.

– Мы – алхимики, – произнёс он. – Дерин Свейл прислал нас.

Наши путешественники посторонились, освободив проход, и один из алхимиков склонился над Абелем и капнул несколько капель микстуры ему на губы. Спазмы сотрясли его тело. Глаза Абеля вращались под сомкнутыми веками, и в конце концов он открыл их.

– Не так быстро, не так быстро, – пробормотал алхимик, дав ему выпить оставшуюся во флаконе жидкость.

Кровь тут же высохла на бедре таранкойца, но Фрижель заметил, что он всё ещё морщился от боли. Рана начала затягиваться. Через несколько минут Абель уже смог встать на ноги и сделать несколько шагов. Он, конечно, прихрамывал, но Фрижель тем не менее был поражен мгновенным действием микстур алхимиков Дерина Свейла.

Абель обнял друга за шею.

– Ну и как я выглядел? – спросил он, подми- гивая.

– Более чем впечатляюще, – серьёзно ответил Фрижель.

И в ответ на его слова широкая улыбка осветила лицо Абеля.

– А ты не врёшь? – спросил он.

– Зачем мне врать? Я разгадал твой план. А твоё новое оружие? Ты уже дал ему имя?

Взгляд таранкойца терялся в пустоте.

– Да, – произнёс он. – Я подумал, а не назвать ли мне его Гигантом?

Фрижель улыбнулся. Это название как нельзя лучше подходило этому оружию. Он обнял своего друга за плечи. Как хорошо, что Абель остался в живых. Фрижель так боялся его потерять!

Два солдата бежали к ним. Маг застыл на месте. Его охватил страх, что солдаты пришли за ними и что через мгновение они окажутся в тюрьме. Абель проиграл дуэль, а у Дерина вместо сердца был обсидиановый куб. Но солдаты остановились в двух блоках от них и поклонились.

– Дерин Свейл ожидает вас в большом зале дворца, – сказал один из них.

И они быстро удалились.

Облегчение тут же уступило место безысходности. Фрижелю были хорошо известны последствия проигрыша Абеля: Талес останется в тюрьме, и сарматы должны будут отправиться на поиски нового пристанища. Он повернулся к Эрнальду. Старик окинул его грустным взглядом.

– Пойдём, – сказал он внуку. – Абель хорошо дрался, но теперь пора выяснить, какой сюрприз приготовил нам Дерин.

Чем ближе они подходили к дверям дворца, тем тревожнее становилось у Фрижеля на душе. И напрасно он ещё и ещё раз прокручивал в голове легенду, рассказанную Химой, мрачные мысли метались в мозгу, как чёрные птицы, несущие плохие вести.

– Прости меня, – прошептал Абель. – Эрнальд был прав. А что касается меня, то я был ослеплён горечью обиды, и желание поквитаться взяло верх.

Фрижель не нашёлся что ответить. Он хотел улыбнуться, но на его лице отобразились лишь замешательство и грусть.

Дерин Свейл сидел в большом зале в кресле из панциря Дракона Эндера. Стол убрали, и комната стала похожа на тренировочный зал. Фрижель, Абель, Эрнальд и Хима выстроились в ряд перед героем Эйкана. Фрижель волновался. Он надеялся, что всё произойдёт быстро. Ему не терпелось как можно скорее уйти.

Отец Абеля встал и подошёл к сыну.

– Ведь мы заключили сделку, – сказал он.

Абель опустил голову: ему было стыдно.

– Посмотри на меня, – сказал Дерин, взял его за подбородок и приподнял его голову. – Твоя храбрость… Она меня удивила.

Ошеломлённый, Абель во все глаза смотрел на отца.

– Ты одержал победу над моей армией в Дельте спрутов, задействовав метателей толуоловых шашек. Но ты ведь знаешь, что я не испытываю восторга перед подвигами подобного рода. Но ты меня удивил тогда, удивил и сегодня. А твоя подруга Хима вчера спасла мне жизнь.

Дерин отстранился от сына и сделал несколько шагов в сторону, держа руки за спиной.

– То, что ты сказал мне на ринге, обидело меня. Но, по сути, наверное, ты прав.

Фрижель нахмурился. Он не понимал, о чём идёт речь.

– Я пересмотрел свои условия, – продолжил Дерин Свейл. – Я соглашаюсь на перемирие и согласен освободить Талес. Но, если сарматы отправятся на фронт, мы тоже пойдём на войну.

Абель с грустью склонил голову.

– Так мы опять встретимся лицом к лицу, и в этот раз на поле битвы? – спросил он отца.

– Но ты ведь этого и хотел, разве я не прав? – ответил тот. – Ты проявил себя храбрым человеком, теперь настала моя очередь.

Абель смотрел на него, не веря своим глазам. Он хотел возразить, что у него никогда и в мыслях не было требовать от отца, чтобы тот демонстрировал перед ним свою отвагу и смелость. И если он поставил Дерина перед выбором, то только потому, что ему бы хотелось, чтобы он вёл себя как отец. Но Дерин уже повернулся к нему спиной, решив, судя по всему, как можно скорее закончить этот разговор.

– Мои люди приведут вам пленницу к основанию главной лестницы, – сказал он. – И чтобы через два часа здесь и духу вашего не было. Прощай.

Он хлопнул в ладоши, и два солдата мгновенно исчезли в коридоре. Потом с видом бесконечно уставшего человека он вышел из зала. Абель хотел было остановить отца, но не нашёл в себе сил.

Фрижель подошёл к другу. Он хотел сказать, как восхищается им, что Абель так много сделал для них всех. Он не только добился освобождения Талес и перемирия между сарматами и таранкойцами, но он также осмелился высказать в лицо отцу свои обиды и недовольства. Но Фрижель не находил нужных слов: победы всегда оставляют в душе горький привкус, чем-то напоминая поражения.

Фрижель обнял друга.

– Я горжусь тобой, – произнёс он.

Абель сжал губы, на лице застыла грустная улыбка. Они вместе вышли из дворца, в котором Абель провёл детство.

Глава 18

Как и было обещано, Талес ждала их у основания лестницы. Когда Хима подошла к ней, её вакиза преклонила перед ней колени.

– Спасибо, найяти, – сказала она.

Но огромная воительница повернулась к таранкойцу.

– Не меня надо благодарить, вакиза, а Абеля, – ответила она. – Это он бился как лев за твоё освобождение.

Талес посмотрела на молодого человека огромными зелёным глазами. Потом она подошла к нему и протянула руку. Абель пожал её руку.

– Когда я впервые тебя увидела, твоя смуглая кожа внушала мне недоверие, – сказала она. – Но вот уже второй раз ты спасаешь мой народ от произвола своего отца. Я никогда этого не забуду.

В ответ растроганный до глубины души Абель только лишь склонил голову, не произнеся ни слова. Затем Талес поздоровалась с Эрнальдом и Фрижелем. Фрижель был безмерно счастлив вновь встретиться с сарматской воительницей, но проявил сдержанность: у воительниц Дельты спрутов было не в чести проявлять чувства на людях.

Фрижель чувствовал себя обессилевшим и в целом был рад тому, что наконец покидает Эйкан. Перед ним лёгким шагом шли Эрнальд с Талес, иногда обмениваясь парой фраз. Обрадованные поворотом событий, они, разумеется, обсуждали, что делать дальше. Должны ли сарматки сразу же отправляться в цветущие долины Мерема?

Фрижель обернулся. Абель, которому было приятно вновь оказаться в лесу, шёл за ними, глядя под ноги. Фрижеля беспокоило состояние друга. Таранкоец добился своего, но доволен не был. И мысль, что он, скорее всего, столкнётся с отцом на поле битвы, оставляла горький след в душе. Фрижель замедлил шаг, чтобы подождать друга. Но он даже не пытался заговорить с Абелем. Он просто хотел показать Абелю, что он здесь, рядом.

Будучи уверенными в том, что таранкойские разведчики не идут за ними по следу, наши путешественники пошли вдоль реки и прибыли в дельту поздним вечером.

Айянны не было в маленькой бухте. Сарматы, судя по всему, уже восстановили город и переместили в более надёжное место. Луна висела на небосклоне, её серебристый куб отражался в зеркале воды, и лунные лучи освещали корабль, на котором Эрмелина с Ронни собирались отправиться в Варог. Они ждали Эрнальда с Фрижелем.

– Эрмелина, Ронни! – позвал Фрижель.

В одной из кают зажёгся свет.

– Ронни! – послышался возглас Эрмелины. – Просыпайся!

Вспыхнул второй огонёк.

– Ну что ещё? – прозвучал раздражённый голос Ронни.

– Я слышала голос Фрижеля. Он зовёт нас!

– Опять? Но ведь ты его слышишь каждую ночь!

– Но в этот раз я действительно его слышала!

– Эрмелина, то же самое ты мне говоришь каждую ночь. Оставь меня в покое, я хочу спать!

Фрижель с Эрнальдом разразились громким хохотом. Они смеялись так долго, что даже Абель повеселел.

– Гав! Гав! – лаял Флуффи, взмахивая хвостом.

И тут Эрмелина с Ронни появились на палубе.

– Ну, что, теперь видишь? – спросила Эрмелина. – И никакая я не сумасшедшая.

Ронни пожал плечами и спустил на воду мостки. Эрмелина больше не могла ждать, она сбежала по мосткам и сжала Фрижеля в объятиях.

– Я так рада, мой мальчик! – воскликнула она.

Фрижель стеснялся деда, Талес и Химу и слегка отстранился.

– Я тоже рад тебя видеть! – сдержанно произнёс он.

– И это всё, что я заслужила! Я, которая воспитала тебя, как собственного сына! – воскликнула обиженная Эрмелина.

– Оставь его в покое! – прокричал с палубы Ронни. – Ты что, не видишь, что он больше не ребёнок? Напоминаю тебе, что он расправился с Вальдис!

Эрнальд с Абелем вновь покатились со смеху. А Эрмелина пожала плечами и знаком показала всем, что пора подняться на корабль.

– Все на борт, – приказала она. – Мы сейчас отправимся в Айянну. И я уверена, вы умираете с голода!

Наши путешественники поднялись на борт. Вальд не мог удержаться от того, чтобы не восхититься кораблём. Он ощупывал борт руками, как если бы это было живое существо вроде лошади. Потом он поднял глаза вверх, с одобрением посмотрел на мачту, нежным взглядом обвёл ют и встретился глазами с Абелем. Они без слов поняли друг друга и обменялись взаимными улыбками.

Ронни натянул паруса, в то время как Эрмелина с Вальдом проявили чудеса изобретательности, чтобы приготовить из того, что было под рукой, прекрасный ужин. Они развели огонь и, радуясь тому, что вновь оказались среди своих, молча принялись за еду, убаюканные шумом ветра и тихим плеском волн. Абель хохотал от всего сердца. Флуффи в этот вечер пристроился возле его ног, а не рядом с хозяином. И Фрижель едва сдерживался, чтобы скрыть улыбку и не докучать другу вопросами. Пес, как никто другой, почувствовал настроение таранкойца. Иногда животные бывают более чуткими, чем люди.

Наконец, показалась Айянна, освещённая редстоуновыми лампами. Город перевезли довольно далеко, по направлению к юго-востоку. А за ним виднелись дюны Кинзира.

Абель подошёл к Фрижелю, когда они спустились на понтон.

– Как ты думаешь, Талес не обидится на нас, если мы попросим её предоставить нам для ночлега другую комнату…

– Хорошо, я спрошу, – ответил маг.

И он сразу же понял, в чём дело. Предыдущая комната напоминала бы Абелю об исчезновении Алисы. И он опасался, как бы ночь, проведённая в этой комнате, не воскресила в памяти воспоминания о бегстве близкой подруги. Дуэль с отцом почти доконала таранкойца, и Фрижелю хотелось, чтобы он спокойно отдохнул.

Талес не увидела в этом никаких неудобств. Наоборот, вот уже два раза Абель спас её народ от худшего из врагов, и ей было приятно пойти ему навстречу. Она устроила их в комнате, расположенной выше всех остальных, откуда они могли одновременно любоваться видом на дельту, джунгли и пустыню. Но Флуффи, Фрижелю и Абелю сейчас было не до красот природы. Они так вымотались, а качка была такой успокаивающей, что они тут же провалились в глубокий сон без сновидений.

Фрижель и Абель проснулись от криков, раздававшихся вокруг. Опасаясь, как бы отец не напал на них, Абель тут же выскочил наружу. Фрижель присоединился к нему, всё ещё не чувствуя себя отдохнувшим.

Несмотря на ночь, жизнь в Айянне кипела. Шесть кораблей были пришвартованы вокруг плавучего города. Сарматки и их мужчины трудились на понтоне, нагружая трюмы арбузами, сетками с сёмгой и треской, клетками с живыми кроликами и баранами, чинили оружие, подсчитывали жемчужины Эндера. Сахал, их шаман, раздавал микстуры или лекарственные растения тем, кто в этом нуждался.

Хима, Талес и Эрнальд следили за подготовкой к отправке на фронт.

Абель тяжело вздохнул.

– Это война… – сказал он.

Наступил момент, которого он так боялся.

А в душе у Фрижеля боролись страх и облегчение. Ожидание неминуемого столкновения выматывало ещё со времён их путешествия в Варог, и он с нетерпением ждал, когда же наконец начнётся война, чтобы больше не думать о ней.

Он вернулся в свою комнату, убедился в том, что сундук Эндера на месте и лежит в мешке.

– Я готов, – сказал он.

– А я пока не готов, – ответил Абель. – Мне нужно новое оружие.

И он вытащил Беллграмм и принялся за работу.

Ближе к полудню все подготовительные работы были закончены. Эрмелина с Ронни зашли за Фрижелем и Абелем. Все сарматы собрались на городском понтоне, чтобы отпраздновать отправление на фронт. Сахал разжёг огромный костёр, набросал в огонь ароматно пахнущих растений и молча, помогая себе широкими жестами, принялся творить молитву. Немой, как и все сарматские шаманы до него, он придавал такую торжественность и широту своим жестам, что сразу становилось понятно, что он всех приглашал к танцу. Не говоря ни слова, воительницы не спускали с него глаз и следили за каждым его движением. Потом шаман принёс старую шкатулку и поставил её перед Талес. Вакиза открыла её, и каждая воительница положила в неё по жемчужине Эндера. Наконец, Талес передала её Сахалу.

– Перед вами, наши доблестные мужчины, тысячи путей свободы, – торжественно произнесла она.

В это мгновение мужчины склонили головы и хором ответили:

– Пусть жемчужины укажут вам путь, найяти.

И тогда Сахал закрыл шкатулку, а все музыкальные блоки города одновременно прозвонили сигнал к отправлению. Широким жестом Талес пригласила Эрнальда, Фрижеля, Абеля, Эрмелину и Ронни подняться на борт корабля. Шесть парусов с флагами сарматов захлопали на ветру. И шесть кораблей сарматской армии взяли курс на цветущие долины Мерема.

Глава 19

За час до рассвета Алиса и Молеон в сопровождении шестерых воров, составляющих передовой отряд, в последний раз проверили содержимое вещевых мешков. У Алисы в мешке был музыкальный блок, который ей вручил Том Сизай на случай непредвиденных обстоятельств. Кроме того, в мешке находились пара склянок с микстурой восстановления здоровья, два зелья прыгучести и летучая микстура медлительности.

Вскоре Алиса и Молеон скользнули в ледяную воду шлюза, отделяющего от океана.

Выплыв на поверхность, они огляделись.

– Путь свободен, – произнесла Алиса с облегчением.

Как она и предвидела, Магнус расставил охрану вокруг каждого острова. На протяжении трёх дней ночной патруль вынуждал их отряд возвращаться назад. И всё кончилось тем, что Алиса убедила Тома Сизая перенести время их выхода на более поздний срок. Она предчувствовала, что на заре, как раз перед восходом солнца, уставший караул из людей Магнуса сморит сон и Алиса с Молеоном благополучно минуют патруль. Ей казалось, что с первыми лучами солнца будет проще, чем ночью, проникнуть в Улан Варку. И, как выяснилось, она была права.

Алиса и Молеон проплыли до голого острова, представлявшего собой огромный и безлюдный обсидиановый куб, выросший посреди океана. Молеон прислонил несколько деревянных блоков к скале, они взобрались на этот временный понтон и принялись за строительство трёх лодок, сохраняя при этом полное молчание.

У Алисы от холода стучали зубы. Поднялся восточный ветер, насквозь продувая промокшую одежду.

– Вот, держи, – сказал вор и протянул ей блок шерсти, чтобы она могла согреться.

Но Алиса не слышала его. Ей показалось, что она увидела корабль Люда Лоу на горизонте. Но вглядевшись внимательнее, она поняла, что это была часть суши, скорее всего, побережье Кинзира. И она вздрогнула. Вот уже которую ночь ей снился один и тот же сон: корабль короля возвращается в порт Улан Варки. Она видела, как победоносные войска высаживаются на берег, и чувство безысходной тоски охватывало её. И каждый раз сон обрывался именно в этом месте. Затем она просыпалась, и грусть не покидала её весь день.

Эти три дня тянулись бесконечно медленно, и было невыносимо тяжело ждать, когда же путь будет свободен и они, наконец, отправятся освобождать Хирона. Алиса прилагала неимоверные усилия, чтобы запретить себе думать об Абеле. Но улыбающееся лицо таранкойца постоянно всплывало в памяти. Она почти ненавидела его за то, что он так внезапно вторгается в её жизнь, занял все её мысли, причём не имея на то разрешения с её стороны. Ей удалось убедить себя, что она его поцеловала под влиянием минутного порыва и, может быть, из сострадания. Но на самом деле ей не хватало Абеля, и это заставляло её паниковать. Любовь – это тюрьма. Алиса была в этом уверена. Она, которая всегда так страстно стремилась к свободе, категорически отказывалась испытывать привязанность к кому бы то ни было. Привязанность! Какое ужасное слово…

Зависеть от другого, бояться его потерять, время от времени прибегать к шантажу, играть на его страхе и чувстве вины, лишь бы удержать человека рядом с собой? Никогда юная воровка не позволит подобной катастрофе случиться в её жизни.

– Алиса? – Молеон стоял в лодке и протягивал ей руку.

– Извини, – сказала она. – Я задумалась.

Вор широко улыбнулся.

– Это тебе очень идёт, – ответил он.

Алиса покраснела. Теперь всё встало на свои места: Молеон был влюблён в неё. И даже открыто ухаживал за ней. Она пыталась не отвечать на его ухаживания, но с удивлением заметила, что иной раз с удовольствием включалась в эту игру. Это было приятно, так зачем же лишать себя радости? Ведь она не делала ничего плохого. Хотя иногда огромное чувство вины охватывало её. И как только Алиса осознавала это, то начинала ненавидеть себя. Но ведь она никому не давала клятвы в верности, и почему в таком случае ей подчас бывало так стыдно? И тогда она мрачнела и замыкалась в себе.

Барки скользили по чёрной глади воды. Впереди в ореоле приглушённого света зари возвышалась Улан Варка. Солнечный куб пока не вышел из-за линии горизонта, но в порту уже царило оживление. Как стайки светлячков, рыбацкие лодки, на носах которых покачивались тыквенные светильники, отправлялись в море. На набережной кишела многолюдная толпа. Рабочие загружали и разгружали торговые суда, нищие рылись в отбросах, кучей сваленных возле рыбного рынка. У стражников Магнуса заканчивалось ночное дежурство, и они болтали с напарниками.

Барки воровского отряда незаметно шли в тени больших кораблей и пришвартовались возле причала, наиболее близко расположенного к воротам Улана. Взобравшись по верёвочным лестницам на набережную, воры растворились в толпе.

По сравнению с портом, пригород Улана казался безлюдным. Несколько свиней копались в уличном мусоре. Иногда воры всречали кого-нибудь из местных жителей. Но на этом всё.

И когда они вышли на площадь, на которой возвышался жертвенный алтарь и где Алиса впервые увидела Магнуса, юной воровке показалось, что свет вдруг померк, как если бы опять наступила ночь. Она подняла глаза к небу: огромные чёрные тучи медленно наползали на город.

– Да, ничего хорошего это нам не сулит, – пробормотал Молеон.

Алиса прищурилась. Облака висели так низко, что закрывали собой скалистую вершину, возвышавшуюся над островом. На какое-то мгновение ей показалось, что облака рассеялись и на вершине мелькнул силуэт мужчины.

– Ты видел? – спросила она у Молеона.

– Нет, а что я должен был увидеть? – спросил он и подошёл поближе.

Алиса приложила руку козырьком ко лбу. Все вокруг было покрыто тучами.

– Мне показалось, что я видела кого-то на вершине скалы на острове.

Молеон улыбнулся.

– Это маловероятно, – произнёс он. – Чтобы подняться на скалу, нужно взобраться по восточному склону, который находится за запретным городом. Кроме того, обрывистые склоны спускаются прямо в океан.

Алиса ещё раз посмотрела на вершину. Она никак не могла избавиться от тяжёлого предчувствия, и у неё сжалось сердце.

Когда они приблизились к подножию крепостной стены Варки, чёрные тучи уже накрыли большую часть города.

– Алиса?

А юная воровка тем временем не сводила глаз со скалы. Молеон обнял её за плечи, и когда она посмотрела на него, её взгляд поразил юношу.

– Мне нужно, чтобы ты сосредоточилась, – сказал он.

Девушка кивнула в ответ. Молеон был прав. Они только что подошли к воротам запретного города. По бокам расположились гербы Люда Лоу: золотой меч, перекрещенный с голубым мечом. Огромные железные створки ворот издавали скрежет при открывании. Первые пропуска на сегодня скоро начнут выдавать. Алиса и Молеон встали в очередь и оказались среди местной знати и королевских торговцев, ждавших досмотра, который давал возможность пройти в Варку.

Алиса сосредоточилась. Если она окажется недостаточно внимательной, то вряд ли когда-нибудь увидит Хирона. Два стражника проверяли документы при свете факела. Когда подошла их очередь, Молеон протянул бумаги. Стражники развернули их поддельные сертификаты о непричастности к магии и подложный титул о благородном происхождении. Один из солдат с лицом, покрытым морщинами и закалённым солнцем и туманами, с недоверием уставился на Молеона.

– Граф Красной Скалы? Где это?

– В Жарких долинах.

Солдат поморщился:

– Я родом оттуда, из Жарких долин. Но никогда ни о какой Красной Скале не слышал.

Алиса едва сдерживалась, чтобы не запаниковать. А она ведь так надеялась, что изготовитель подложных документов, нанятый Томом Сизаем, хорошо выполнил свою работу. Но Молеона не сбили с толку слова солдата.

– Это севернее Бурлящего озера, – объяснял он. – Красная Скала находится как раз на границе с Фарлендом. Этим и объясняется, почему вы никогда о ней не слышали.

– Ну да, – ответил солдат, – это над тем местом, где Лавовая река впадает в озеро!

Молеон улыбнулся.

– О нет, – произнёс он. – Лавовая река не впадает в Бурлящее озеро. Вообще никто не знает, куда она впадает, потому что она исчезает в Фарленде.

Стражник вернул ему документы. Молеон прошёл проверку.

– Добро пожаловать в Варку, граф, – сказал солдат.

И Молеон прошёл через ворота, даже не обернувшись. Согласно легенде, они с Алисой не должны были знать друг друга. Стражник посмотрел на девушку и протянул руку, в которую она вложила фальшивые документы.

Глава 20

Сердце Алисы колотилось как бешеное, и она изо всех сил пыталась совладать с мучившим её страхом. Она решила не использовать своё настоящее имя. Уйдя из города три года тому назад, она за это время не написала ни строчки родителям. Кто знает, что они предпринимали, разыскивая её. А вдруг они объявили её мертвой или объявили в розыск. И тогда, предстань она под своим настоящим именем, множество проблем могли бы осложнить ей жизнь.

– Герцогиня д’Эльрон, – прочёл стражник. – Мой напарник обожает это место. На полуострове Арданского леса и на границе с Таранкой, да? На берегу озера Хофсгал, на северо-западе королевства. Очень тихое и спокойное место.

Алиса кивнула, улыбаясь. А её рука в это время нервно теребила в кармане микстуру медлитель- ности.

– Именно так, – подтвердила она.

– Думаю, здесь вам станет лучше! – заявил охранник.

Юная воровка нахмурилась.

– В каком смысле «станет лучше»? – переспросила она.

Алиса перебирала в памяти всё, что ей рассказал изготовитель поддельных документов о «герцогине д’Эльрон», но всё равно не понимала, куда клонит стражник.

– В прямом, – сказал он. – Ваш муж прибыл вчера!

Сердце Алисы чуть не выпрыгнуло из груди.

– Герцог поведал нам, что вы слегли и поэтому остались в Эльроне. Ревматизм. Но я думаю, герцогиня, что это всё возраст, ведь вам скоро исполнится семьдесят. Да, герцогиня, это всё приближение семидесятилетия. Тут уж ничего не поделаешь.

Капли пота выступили на лбу юной воровки. Она запаниковала. О чём он?

Изготовитель фальшивых сертификатов ничего не говорил о семидесятилетней герцогине, жене герцога, служившего при дворе! Ведь его работа именно в том и заключалась, чтобы найти представителей благородного сословия, которые никогда в жизни не были в Улан Варке и которых никто и никогда не приглашал во дворец.

– Вам, наверное, жарко? – спросил солдат, ухмыляясь. – Такое часто бывает в столь преклонном возрасте. Но я, разумеется, и в мыслях не держал обидеть вас.

Алиса лихорадочно вспоминала план города. Молеон ждал её с другой стороны крепостной стены. Три человека из их отряда уже прошли вовнутрь. Музыкальный блок висел над входными воротами. Четыре стражника стояли перед ней, причём двое из них на стене. Стоило только разбить склянку с микстурой медлительности поблизости от ближайших к ней солдат и разрушить музыкальный ящик, бросив в него кинжал. А потом взобраться на стену, где стояли всего лишь два стражника. Но что потом? «Увидим!» – подумала Алиса.

И она изобразила на лице добродушную и располагающую улыбку, потихоньку вынимая склянку из кармана. Но вдруг застыла на месте. Она вспомнила кое-что, связанное с Реверсо… Она вспомнила карту, которую однажды обнаружила в одной из книг Тангора, и убрала флакон с зельем в карман.

– Вы ошиблись, – сказала она, надеясь, что память ей не изменяет. – Герцог, о котором вы говорите, не является моим мужем. Он прибыл из дворца Эльрон, расположенного на севере плато Орман. Просто у этих двух дворцов одинаковое название. Наверное, вы имеете в виду герцога Комбрия, если не ошибаюсь.

Стражник смотрел на неё, не отрывая глаз и не шевелясь. Он чувствовал её сомнения. Он будто ощупывал каждый сантиметр её лица, надеясь, что она не выдержит и выдаст себя. Но Алиса решила рискнуть. Скрестив руки, чтобы унять дрожь, она продолжала одаривать стражника располагающей и, как ей казалось, самой естественной улыбкой.

– А как зовут герцога? – спросил охранник.

Алиса не могла позволить себе выдумать и поэтому решила сыграть по-честному.

– Видите ли, месье, мне всего лишь шестнадцать лет. Всю свою жизнь я прожила на другом конце королевства… И я не знаю имени герцога Комбрия.

Стражник кивнул головой, вздохнул, ещё раз перечитал её свидетельство о благородном происхождении, потом внимательно изучил сертификат о непричастности к магии и в конце концов вручил их Алисе.

– Держите, мадемуазель, – сказал он. – Добро пожаловать в Варку.

Алиса взяла бумаги. Она так боялась, что её разоблачат, что едва устояла на ставших ватными ногах. Она знала, что стражник продолжал наблюдать за ней, и поэтому она из последних сил, с высоко поднятой головой бодро пошла вперёд, одаривая широкой улыбкой стражников, а те в ответ свистели ей вслед, как неотёсанные деревенские парни. Она прошла через ворота и оказалась в запретном верхнем городе, всё ещё опасаясь, как бы стражник не направил солдат по её следу.

Переход через «кордон» дался ей так тяжело, что она чуть не упала в обморок, и, чтобы не рухнуть на землю, девушка прислонилась к стене ближайшего дома. Потом она глубоко вздохнула и собрала волю в кулак.

– Как всё прошло? Надеюсь, хорошо? – спросил Молеон, подойдя к ней.

– Всё нормально. Никаких проблем, – солгала она.

И одёрнула тунику, чтобы придать себе уверенный и более достойный вид.

– А как твои люди? Все прошли?

– Пять из шестерых. Один запаниковал.

– Он смог сбежать?

Молеон утвердительно кивнул головой.

– Да, – сказал он. – Скорее всего, он спрятался в пригороде, в кабаке Борга, чтобы случайно не выдать местоположение убежища Тома.

– А остальные? – спросила Алиса.

Молеон жестом указал в сторону северо-востока запретного города.

– Думаю, они уже заняли позиции возле храма Великих Строителей, – ответил он. – И сейчас они ждут восхода солнца, чтобы произвести взрыв, как и было задумано.

Алиса посмотрела на небо. Оно сплошь было затянуто тучами.

– В такую погоду невозможно понять, встало солнце или нет, – заявила она.

И юная воровка знаком дала понять Молеону, что пора отправляться в путь.

– Пойдём, теперь настала моя очередь познакомить тебя с городом.

И они пошли на запад, мимо порохового склада, хранилища драгоценностей, оранжерей, где выращивались фрукты и овощи к столу Люда Лоу, и королевских конюшен, и оказались в самом престижном квартале города, окружавшем «Королевский блок». Два больших и богато украшенных здания возвышались над небольшой площадью, в центре которой воздвигли статую, изображавшую Люда Лоу, одержавшего победу над Драконом. Алиса подошла к статуе. Когда Алиса была маленькой, эта скульптурная группа вызывала у неё восхищение, но теперь, когда она лично столкнулась с Драконом, чудовище показалось ей до смешного маленьким по сравнению с королём. Было понятно, что скульптор или никогда в жизни не видел монстра, или выполнял волю короля, который возжелал, чтобы его фигуру, фигуру короля, увеличили для солидности.

Четыре факела стояли вокруг композиции. Алиса дотронулась до одного из них и нажала на него. Факел не сдвинулся с места.

– Что происходит? – спросил Молеон.

– Ничего, всё нормально, – ответила девушка.

Но ничего нормального не было. Она стояла напротив дома своих родителей, напротив того места, где она выросла. Раньше факел служил рычагом, открывающим секретный ход, который прорыл её отец. Но рычаг не сработал.

Глава 21

Алиса соображала с лихорадочной скоростью. Если рычаг выведен из строя, значит, потайной ход тоже утерян. Но почему? Но как бы то ни было, туннель должен был остаться в том месте, где его прокопали несколько лет назад.

– У тебя есть кирка? – спросила она у Молеона.

Вор удивился.

– Зачем она тебе?

– Чтобы открыть потайной ход.

Молеон взял Алису за руку, и гримаса гнева исказила его лицо.

– Алиса, ты сошла с ума? Ты мне поклялась, что знаешь все секретные ходы города. И теперь ты предлагаешь прорыть ещё один?

Юная воровка высвободила руку.

– Здесь уже есть тайный ход. Но кто-то убрал рычаг, открывающий люк. Вот и всё.

Порывшись в мешке, Молеон достал кирку и протянул её девушке. Обхватив в тревожном ожидании голову руками, он смотрел, как Алиса долбила каменные блоки. Нервы у него были напряжены до предела.

– Ради Визера, Алиса! Ты выбрала неподходящий момент, – бормотал он.

А она тем временем вытащила два каменных блока.

– Без паники! Проблема решена. Вот он, потайной ход.

И действительно, у основания скульптуры показался чёрный проём. Молеон недовольно повёл плечами и произнёс:

– Да, но зато теперь он никакой не потайной.

Алиса спустилась в узкий коридор, услышав, как за ней проследовал вор, что-то бурча себе под нос. Но не это её беспокоило. С тех пор как они выбрались из убежища, всё шло не так, как было задумано. Сначала тучи, затем сложности при проходе через ворота Варки, теперь потайной ход…

Гнетущее предчувствие охватило и Молеона. А между тем они уже продвинулись вперёд на расстояние не менее двадцати блоков и оказались перед узкой лестницей. С тревожно бьющимся сердцем Алиса взбежала по ней и замерла на мгновение, узнав люк, выходивший на кухню дома её родителей. Она вспомнила тот день, когда она прошла по этому коридору в обратном направлении. Родители ещё спали, когда она решила навсегда покинуть отчий дом.

Как можно тише она открыла люк. Внутри никого не было. Она вошла в комнату, Молеон шел за ней следом.

– Где мы? – спросил он.

Но у неё не было никакого желания отвечать. Алиса дотронулась до цветочного горшка, валяющегося на полу, усыпанном сухими листьями, и огляделась: духовка была открыта, шкафы опустошены, а посуда разбросана по кухне.

– Алиса? – ещё раз обратился к ней Молеон.

Но девушка не слышала его. Покидая Айянну, она была готова ко всему, но подобный поворот событий выбил её из колеи. Что-то искали в доме её родителей. В доме никто не живёт…

Она стремительно взбежала по большой каменной лестнице и оказалась в спальне родителей. И здесь царил беспорядок. Кровать разобрана, на полу валялась одежда, картины сняли со стен, а чемоданы стояли раскрытыми и пустыми.

Юная воровка упала на колени. Где родители? Неужели её подозрения оправдались и Хирон и её отец – один и тот же человек? А ведь он всегда всего боялся. И где, в таком случае, мама?

Молеон подошел к Алисе и положил руку на плечо.

– Где мы, Алиса? – опять спросил он.

Но девушка вскочила на ноги, оттолкнув его.

– Не лезь куда не просят! – воскликнула она.

Молодой человек посмотрел на неё, не столько удивлённый, сколько обиженный. Алиса подошла к большому зеркалу, висевшему над камином. Рисунок, который раньше висел в раме, тоже исчез. Во что бы то ни стало она должна была отыскать рисунок. Алиса села на пол и стала перебирать документы, валяющиеся на полу, она искала рисунок, не теряя надежды.

– Вот он! – вдруг воскликнула она.

И из кучи бумаг Алиса вытащила обычный листок. На нём был нарисован голем. Казалось, он был выполнен из прозрачных, как стекло, блоков, а рядом была нарисована маленькая стрелка и указывала на голема, рядом с ним детским почерком было написано: «Хирон». Это было имя мифического существа, о котором отец в детстве рассказывал Алисе. Существо с головой и торсом человека, а телом лошади.

Алиса сложила рисунок и сунула за пазуху. Выйдя из комнаты, она пошла по длинному коридору, Молеон, не говоря ни слова, следовал за ней. Его раздражало поведение девушки. Он не понимал, в какую игру она играла, и ему даже казалось, что она насмехается не только над ним, но и над Томом Сизаем. Алиса открыла ещё одну дверь и вошла в комнату. Когда-то здесь располагалась её детская. И тут тоже всё было перевёрнуто вверх дном. Она склонилась над одним из чемоданов, роясь в детских игрушках. И один стеклянный блок – голова крипера[14] – привлек её внимание.

Могло бы показаться странным, что подобный предмет лежал среди игрушек маленькой девочки, но он перевернул всю её жизнь. Она вспомнила, с каким нетерпением дожидалась ночи, чтобы стащить его из оружейной отца. Это была её первая кража. И тогда, нарушая правила, внушаемые ей родителями, Алиса почувствовала восторг! И после того случая она каждый вечер ждала, когда же родители лягут спать, чтобы спокойно насладиться видом этого странного блока. И голова крипера являлась для неё доказательством того, что за стенами Варки существует другой мир. Мир, не такой идеальный, как в доме её родителей, гораздо менее скучный; мир, пугающий и возбуждающий неизвест- ностью!

Алиса стерла пыль с головы крипера и положила в свой мешок. На этот раз Молеон не дал ей уйти. Он закрыл дверь и загородил проход.

– Может, объяснишь, что происходит? – спросил он.

Она мрачно посмотрела на юношу.

– Нечего тут объяснять.

Вор вцепился ей в плечо.

– Не советую, Алиса, принимать меня за тупого слайма. Что мы здесь делаем? В чём заключается твой план?

Она вызывающе дерзко посмотрела на юношу, одновременно пытаясь оттолкнуть. Вор отпрыгнул в сторону и плечом толкнул её, но она сумела проскользнуть к двери и, открыв её, со всех ног помчалась к лестнице. Но пробежав расстояние в несколько блоков, она резко остановилась: инстинкт опытной воровки подсказал ей, что её обвели вокруг пальца. Она дотронулась до туники. Рисунок исчез! И тогда она повернулась к Молеону. Вор перехитрил её и ловко украл рисунок в тот момент, когда они соприкоснулись плечами. В полном изумлении Молеон стоял перед ней, держа в руках клочок бумаги.

– Это ты нарисовала?

Алиса выхватила рисунок и опять засунула за пазуху.

– Да.

И она направилась к лестнице. Молеон пошел вслед за ней.

– Значит, это тебе пришла в голову идея «Стеклянных Големов»? А Хирон… А Хирон – твой отец?

Алиса пожала плечами.

– Рисунок нарисовала я, можешь не сомневаться, – сказала она. – Но чтобы мой отец был главой Стеклянных Големов? Мне об этом ничего не известно. Хотя именно он рассказывал мне истории о Хироне. Но он вполне мог рассказывать их и тому, кто сейчас скрывается за этим именем.

Молеон ускорил шаг и догнал Алису. Злость и раздражение исчезли, уступив место любопытству. Ему хотелось как можно больше узнать о ней.

– Но если не твои родители устроили этот бедлам, то что же здесь произошло?

Алиса хотела ответить, но слова застряли в горле, и она смогла лишь произнести нечленораздельный звук. Слёзы, готовые брызнуть из глаз, обжигали. Она глубоко вздохнула, из последних сил сдержала слёзы и улыбнулась Молеону.

– Я не знаю, что здесь произошло. Но когда мы найдём Хирона, надеюсь, он нам всё расскажет.

Молеон, замерев от восхищения, смотрел на девушку. Она скрывала столько тайн и была невыносимо привлекательна!

– И что теперь? – спросил он.

Юная воровка пересекла большой холл и открыла металлическую дверь, за которой скрывалась лестница, ведущая в подвал.

– А теперь мы спустимся в оружейную отца, из неё есть проход в «Королевский блок». Так вот, мы должны найти его.

– Должны? – переспросил вор.

Но, заметив мрачный взгляд Алисы, он поднял кверху руки, как будто хотел сказать: «Поступай как знаешь!»

Спустившись по лестнице, они оказались в коридоре не более двух кубов шириной, который оканчивался тупиком. Коридор был таким узким, что девушка пробиралась по нему боком. Дойдя до конца, она подала знак Молеону.

– Ну, давай же, иди сюда! – сказала она.

После минутного сомнения Молеон спустился в коридор.

– Подойди ближе, – попросила девушка.

И их плечи соприкоснулись. Алиса нажала на сигнальную дощечку, и в стене напротив открылся люк, за которым находились восемь рычагов. Она нажала на каждый из них в определённой последовательности. И, прежде чем ввести в действие последний, восьмой рычаг, она внимательно посмотрела на Молеона и сказала:

– Только без паники!

И она потянула на себя рычаг, и вслед за этим железная решётка упала так близко от молодого человека, что зацепилась за его рубашку. Но это не испугало Молеона, и он улыбнулся одной из самых приятных своих улыбок и проговорил:

– Никакой паники. Даже наобор…

Часть туннеля, в котором они находились, вдруг раскрылась под их ногами, и они рухнули в пустоту. Молеон не мог сдержать крик ужаса. Стены летели мимо него с головокружительной ско- ростью.

– Внимание, – крикнула Алиса, – сейчас будет удар!

И они уткнулись лбами в толстый шерстяной ковёр. Молодые люди застыли на тысячную долю секунды, а потом их подбросило вверх на высоту нескольких блоков. После нескольких таких подъёмов и спусков они наконец остановились. Когда они окончательно пришли в себя, юная воровка толкнула плечом дверь в стене. Молеон шёл за Алисой на трясущихся ногах.

– Это худший кошмар в моей жизни!

Алиса согласно кивнула головой.

– Никогда не могла понять, то ли мой отец был из рук вон плохим архитектором, то ли он хотел раз и навсегда отбить у меня охоту спускаться сюда.

На лице вора отразилось удивление.

– Отбить у тебя охоту спускаться в эту дыру?

И действительно, комната, в которой они оказались, была самой обычной и выглядела достаточно бедной, если судить по обстановке. Вдоль стен стояли этажерки с лежащим на них старьём и невообразимым хламом, покрытым многолетней пылью. Здесь можно было увидеть и ржавое оружие, и полупустые склянки с лекарствами, и книги, изъеденные сыростью, и даже старый котёл…

– Странно, не правда ли? – спросила Алиса с хитрой улыбкой на лице. – Думаю, мой отец приготовил достаточно убедительный аргумент, чтобы защитить эту, как ты говоришь, «дыру» от любых посягательств.

Взявшись за факел, выступающий из стены, она потянула его вниз, и сразу же послышался вздох приведённых в действие поршней. Напрасно Молеон искал какую-нибудь зацепку в стене, чтобы схватиться за неё в том случае, если пол комнаты опять разверзнется под их ногами. Но перед ними зашаталось и раздвинулось левое полотнище стены, обнаружив за собой потайной туннель. Они пошли по нему. На протяжении нескольких блоков туннель вился зигзагами и в конце концов привел к железной двери.

– Вот, – сказала она, – сюда я никогда не заходила.

Молеон удивился.

– Неужели ты никогда даже не пыталась?

Алиса присела на корточки, вставив отмычку в скважину. Её глаза горели от нетерпения.

– В то время я ничего не умела. Я была девочкой из знатной семьи, правда, довольно своенравной. Это Тангор уже в Пуабе всему меня научил.

Створка двери скрипнула. Дверь открылась! Алиса едва сдерживала душившую её радость победы.

– Прекрасно!

За дверью на сотню блоков тянулся коридор, оканчивающийся лестницей. Алиса поднялась по ней, перепрыгивая через две ступени, огляделась и с бьющимся от нетерпения сердцем увидела скрытую в камнях кнопку. Когда Алиса нажала на неё, два куба, за которыми находилась узкая полоска пирса, идущего вдоль внутренних водяных рвов «Королевского блока», раздвинулись. Мост был перекинут как раз в том месте, куда выходил потайной ход, скрывая от стражников Люда Лоу тех, кто появлялся на поверхности, потому что горизонтальная лестница была обустроена под мостом. Таким образом можно было пересекать рвы, наполненные водой.

Молодые люди перебрались на другой берег. Чёрные тучи по-прежнему закрывали небо, над запретным городом царили сумерки. «Это нам на руку», – подумала Алиса. И действительно, во мраке было легче продвигаться вперёд. Она взобралась на стену, шедшую вдоль рвов, и, почти невидимая в неясном свете, скользнула в тень служебного здания, примыкавшего к королевскому дворцу, услышав позади себя мягкие шаги Молеона, не отстававшего ни на шаг.

– Мы на месте! – сказала Алиса.

Перед ними раскинулась огромная площадь, посещать которую выпало счастье только ограниченному числу придворных и служащих. Королевская резиденция выглядела величественно. На её красно-серых стенах покоилась трёхскатная крыша, оконечности которой, выполненные в форме корабельных носов, поднимались к небу. Опорные столбы представляли собой монументальные скульптуры воинов, ведущих боевые действия.

Три похожих, но гораздо меньших размеров здания ограничивали громадный двор. А в его центре Алиса заметила обсидиановую плиту, которую охраняли четыре стражника из элитного отряда. Широкий лавовый поток окружал плиту, окрашивая всё вокруг оттенками оранжевого.

Они, наконец, нашли вход в темницу пыток.

Глава 22

Вот уже битый час Алиса с Молеоном ждали, когда же прогремит взрыв, который должны были устроить люди из второго отряда. Но его всё не было, и охрана по-прежнему оставалась на своих местах. Юная воровка начала серьёзно беспокоиться.

– Как ты думаешь, уж не разоблачили ли их? – спросил Молеон, которого нервировало томительное ожидание.

Девушка взмахнула в нетерпении рукой.

– Не думаю, – ответила она. – Если бы такое произошло, они бы привели в действие музыкальный ящик. Нет, это проклятые чёрные тучи виноваты. Они настолько мрачные и густые, что невозможно определить, встало солнце или нет.

Молеон поднял глаза к небу.

– Странно, – проговорил он. – Я никогда не видел ничего подобного. Если небо заволакивает тучами, значит, скоро начнется буря. Но я не чувствую ни малейшего дуновения ветерка.

Алиса вытащила из мешка зелье медлительности, которое она изготовила накануне.

Молеон схватил её за руку.

– Подожди, что ты собираешься делать?

Юная воровка высвободила руку.

– Начнём без них, – заявила она. – Я уже с ума схожу от нетерпения.

– И каков твой пл…

Он не успел задать свой вопрос, как Алиса уже оказалась в центре площади и бросила на обсидиановую плиту флакон с микстурой медлительности. Стражники вздрогнули от неожиданности, озираясь по сторонам, чтобы понять, откуда исходит опасность. И тут они увидели Алису, приближающуюся к ним с головокружительной скоростью, и Молеона, бегущего вслед за ней.

Стражники встали по углам платформы, но их движения уже замедлились под влиянием зелья. Девушка взяла в руку жемчужину Эндера, которую она захватила с собой перед отъездом из Айянны, и бросила её в спину одному из стражников и на глазах застывшего от изумления Молеона телепортировалась. Солдаты стали настолько заторможенными, что она сразу же вывела из строя двух из них, причём они даже не успели обернуться, чтобы отразить нападение. Остались только молодой рыжий охранник с синими глазами и одноглазый старик. Этот последний бросился на девушку. Воровке не составило труда увернуться от его удара. Она наклонилась, сделала шаг влево, чтобы подобраться к нему с наименее защищённой стороны, и вонзила кинжал в бок. Он со стоном рухнул на землю.

В этот момент к Алисе подбежал Молеон. Оставшийся стражник с ужасом смотрел на них. Он отбросил меч в сторону, решив перепрыгнуть через лавовый поток. Но зелье медлительности помешало ему совершить задуманное, и он свалился в кипящую магму и моментально исчез, оставив после себя пляшущие язычки пламени, которые через несколько секунд тоже исчезли. Алиса вздрогнула от ужаса. Ей пока ещё не доводилось видеть такую страшную смерть. А ведь ещё несколькими секундами ранее этот человек стоял перед ней живой, и всего лишь один неловкий прыжок решил его судьбу. Алиса вздохнула, прогнала мрачные мысли и сосредоточилась на главной цели.

Она внимательно осмотрела обсидиановую платформу и, быстро обнаружив на ней рычаг, потянула за него. Чёрный помост разверзся, и Молеон подошёл к ней.

Алиса присела на корточки, введя отмычку в скважину. Через несколько секунд она уступила место вору.

– Может, ты попробуешь? – спросила она. – У меня не получается.

Молеон пытался вскрыть систему замка, но всё было напрасно.

– Это специальный замок, – сказал он. – Без ключа мы его не откроем.

Мысли в голове юной воровки забурлили с бешеной скоростью. Она отказывалась верить в то, что они не откроют этот люк, особенно после стольких усилий, которые им пришлось приложить, чтобы оказаться в этом месте.

– Толуоловый блок? – предложила она.

Молеон скривился.

– Но это поднимет на ноги всю охрану, – сказал он.

Но девушка не видела альтернативы.

– У тебя есть идея получше? – спросила она.

Молеон на мгновение задумался.

– У меня есть кирка, – ответил он.

– А ты подумал, сколько времени мы с ней провозимся?

– Но зато будет меньше шума.

Алиса кивнула головой.

– Согласна.

Вор вынул из мешка инструмент и приступил к разрушению люка. При каждом ударе Алиса вздрагивала, опасаясь, как бы не подоспело подкрепление. Но когда в конце концов железная дверь была вскрыта, никто, казалось, не заметил их втор- жения.

– Пойдём, – сказал он.

Алиса задержала своего напарника, дотронувшись до его плеча.

– Подожди, – сказала она. – Перед камерой Хирона расположен какой-то зал, и мы не знаем, что там внутри.

И она вытащила факел из мешка.

– Мы в полной безопасности, – произнёс Молеон, – наши источники заверили, что они никогда не видели, чтобы оттуда кто-нибудь выходил.

– Ничего нельзя утверждать наверняка, – сказала девушка, бросив факел во мрак темницы.

Факел упал на пол и осветил подземный зал. Они подождали несколько секунд, потом Алиса хлопнула Молеона по руке, знаком попросив его, чтобы он молчал. Потом она указала в угол комнаты. Из того места, где они находились, было невозможно рассмотреть всё помещение целиком, но Молеон заметил, как лезвие меча блеснуло в свете факела.

Алиса, махнув головой, попросила юношу следовать за ней и прыгнула в проём люка. Она сделала кувырок по направлению к обладателю меча, а Молеон тем временем поспешил за девушкой. Алиса вздрогнула от ужаса, когда увидела человека, стоявшего перед ней. У него была очень бледная кожа, как у людей, редко бывающих на свету, а глаза скрывала чёрная повязка.

– Но ведь он слепой! – воскликнула Алиса.

Реакции стражника были такими точными и быстрыми, что это не могло не вызвать удивления юной воровки. Она ловко увернулась в сторону от удара, но меч солдата тем не менее оцарапал ей бок. Она едва сдержалась, чтобы не закричать от боли, и, взбешённая, стиснула зубы.

– А вот и второй удар, – произнёс Молеон, стоявший позади.

Алиса увернулась и от второго удара охранника и, изловчившись, ударила его ногой в живот. Слепец отступил на пару шагов, но его контратака тем не менее не заставила себя ждать. Он прыгнул к девушке, выставив вперёд меч. Воровка вновь сумела увернуться от удара и чуть было не ранила его в шею.

Но стражник повернулся вокруг своей оси и выбил у неё из рук кинжал. Алису бесконечно удивляло, как слепой мог предугадывать все её движения. Итак, выбив кинжал из рук, он пинком отбросил его как можно дальше, затем сделал шаг по направлению к Алисе, выставив меч вперёд. Прислушиваясь к своей интуиции, Алиса тихо скользнула в сторону, причем так тихо, чтобы свести к минимуму шорох одежды. Она тоже выставила вперёд кинжал в надежде, что стражник попытается им завладеть. Но тот, казалось, на несколько секунд потерял ориентацию, застыв в неподвижности. А потом, предчувствуя обманный манёвр, он повернулся и прошёл так близко от Алисы, что меч разрезал её тунику.

Алиса улыбнулась: «Так я и знала, – подумала она, – он ориентируется по звуку. И это очень хорошо». Она отпрыгнула назад, чтобы избежать нового нападения, наклонилась, сделав одной ногой круг. Охранник, скорее всего, почувствовал это, поскольку он подпрыгнул, чтобы избежать удара. Так, в точности повторяя движения Молеона на корабле, она упала на спину, выбросив вторую ногу вперёд. Удар пришёлся слепому стражнику в живот. Он рухнул на пол и перекатился в центр комнаты. Воспользовавшись этими несколькими секундами передышки, Алиса вскочила на ноги, вытащила из мешка музыкальный ящик, который ей дал Том Сизай, и бросила его на пол, чтобы привести в действие. Зазвучала резкая и печальная мелодия, перекрывшая все остальные звуки.

Глава 23

Стражник был полностью дезориентирован. Потеряв способность к определению местонахождения противников, он беспорядочно наносил удары по воздуху.

Алиса с Молеоном быстро связали всех стражников, оттащили в угол комнаты, соорудив с помощью камней нечто вроде камеры.

Затем они заглушили музыкальный ящик.

– Надеюсь, остальные ничего не слышали, – сказала Алиса.

– А как мы войдём в темницу? – спросил Молеон, потирая руки. – Здесь нет двери.

– Я обнаружила два больших клапана в полу, – сказала Алиса. – Уверена, что один из них откроет проход.

И она нажала на тот из них, который находился справа. Но ничего не произошло.

– А теперь нажми на левый, – попросила она Молеона.

Молеон наступил на клапан, но опять ничего не произошло.

– Может быть, нужно нажать на них одновременно? – высказал предположение вор.

Они одновременно наступили на клапаны. И тогда поршни приподняли обсидиановую плиту в центре комнаты. Но когда Алиса с Молеоном попытались пройти, плита сразу же закрылась перед ними. Девушка на мгновение погрузилась в раздумья.

– А что, если удерживать клапаны, чтобы люк оставался открытым? – спросила она. – Давай попробуем положить камни на эти клапаны.

Они так и сделали, и в этот раз люк остался широко раскрытым. Алиса подошла к проёму в полу и уже собралась спуститься в темницу пыток, но не смогла сделать ни шага и застыла как вкопанная. Дрожь охватила её.

– Всё хорошо? – спросил Молеон.

Она хотела ответить, но слова застревали в сведённом судорогой горле. Покачав головой, она дала Молеону понять, что держится из последних сил. Слёзы катились по щекам, а живот так болел, что ещё чуть-чуть, и её бы вырвало.

– Я… Я боюсь, – пробормотала она.

Молеон протянул ей руку.

– Это пройдёт, – пытался успокоить он девушку. – Пойдём.

Она взяла его за руку, и они медленно, ступенька за ступенькой, спустились по лестнице. Мало-помалу она овладела собой и вновь обрела присутствие духа. Окон в темнице не было, а вокруг разливался поток лавы. Алиса была потрясена теми жуткими условиями, в которых содержались заключённые секретной тюрьмы. Здесь всегда царила тьма и стояла жара на грани допустимого, напитанная влажными испаре- ниями.

Алиса зажгла факел, неся его в вытянутой перед собой руке. Одновременно с этим девушка машинально вытащила из мешка ту самую голову крипера и сунула её под мышку.

Бряцание цепей заставило её вздрогнуть.

– Хирон? – еле слышно произнесла она.

Присмотревшись, в темноте она заметила силуэт распростёртого тела.

– Папа? – спросила Алиса.

Но ей ответил голос женщины.

– Алиса?

Сделав ещё один шаг, воровка увидела перед собой исхудавшее лицо матери. Факел и голова крипера упали на пол. Алиса опустилась на колени и зарыдала в голос. Плач был таким безудержным и безутешным, что сдержать его она была не в состоянии. Она всхлипывала сквозь рыдания, сражённая горем.

Мать Алисы подползла к ней и прижала голову дочери к груди.

– Алиса, девочка моя, – бормотала она, гладя её по волосам, – моя маленькая девочка.

И в это мгновение Алиса указала на голову крипера, валявшуюся лицом вниз на полу.

– Что это ты принесла?

После этого вопроса рыдания девушки только усилились. Потребовалось несколько тягостных минут, чтобы она смогла перевести дух и успокоиться.

– Разве… разве ты не помнишь? – сквозь слёзы спросила она.

– Нет, – призналась её мать.

– Отец искал голову крипера по всему дому. Это я её украла.

И снова слёзы обожгли ей веки.

– Я хотела отдать это ему. – Он вздохнула, вытерла лицо рукавом и пристально посмотрела на мать. – Где он?

Её мать, оказавшаяся Хироном, опустила глаза.

– Он умер, – сказала она. – Через несколько месяцев после твоего ухода.

Гримаса боли исказила лицо Алисы.

– Из-за… из-за меня?

Глава Стеклянных Големов погладила её по щеке.

– Нет, моя красавица, – сказала она. – Разумеется, не из-за тебя. Однажды разразился бунт у ворот запретного города. Несчастные и доведённые до отчаяния жители не требовали ничего другого, кроме как еды для себя и своих детей. Охрана Люда Лоу попыталась их прогнать, но некоторым из них удалось проникнуть в Варку. И здесь твой отец случайно столкнулся лицом к лицу с юной девушкой твоего возраста. Но она была такой худой и слабой, что казалась лет на пять младше тебя. В то время мы жили, как под стеклянным колпаком. Мы были в полной безопасности и не имели никакого представления о том, в каких тяжёлых условиях существовали обитатели пригорода, Улана. Но на самом деле нам и не хотелось знать. Повстречав эту девушку, мы почувствовали глубокое раскаяние и стыд. Ведь они же были нашими соседями! А нам до них не было никакого дела. Хотя на протяжении стольких лет мы жили по соседству. Но пока мы благоденствовали, они умирали от голода!

Хирон хотела убрать прядь волос с лица, но тяжёлые оковы помешали ей это сделать.

– Подожди, – сказала Алиса.

Одним поворотом отмычки она освободила свою мать от цепей, и та, посмотрев на нее с умилением, улыбнулась.

– Спасибо, – сказала она. И заложила прядь седых волос за ухо.

– Твой отец, – продолжала она, – тяжело переживал случившееся. Я никогда не видела его таким. Он пригласил девушку в наш дом, накормил её. Каждый день он разражался бранью в адрес короля, произносил крамольные речи о восстании. Все кончилось тем, что она начала раздавать еду в пригороде. Но ничего более ему не удалось сделать – у него просто не было на это времени. Наши соседи, Дарвелы, ты их, наверное, помнишь, ты ведь часто играла с их сыном Марком… Так вот однажды они увидели эту девушку в нашем доме и донесли на нас. Я никогда не думала, что всё может зайти так далеко. Люд Лоу пришел в бешенство при мысли, что и другие представители благородных семейств последуют примеру твоего отца и откроют двери своих домов этим несчастным людям, подвергнув опасности благополучное существование запретного города. Твоего отца схватили и посадили в тюрьму.

Голос Хирон на мгновение прервался. Она сильно сжала руки дочери.

– Скорее всего, его поместили сюда же, – сказала она. – Я не знала, где он, и меня лишили права навещать его. Твой отец был казнён на глазах всего двора. Меня они тоже заставили присутствовать. – Она глубоко вздохнула. – Злость буквально душила меня. Я ненавидела всё и всех! И в это время, должна тебе признаться, я даже не думала о тебе. Я завидовала тебе, потому что ты нашла силы сбежать от этой лживой жизни при дворе. И тогда, задумавшись о твоей судьбе, я решила действовать. Твой отец ошибался. Раздача еды могла только временно улучшить существование бедняков из Улана, но это не изменит их будущего. Нужно было действовать глобально, чтобы изменить существующее положение вещей. Я знала все правила и привычки окружения Люда Лоу, и я себе сказала, что, раз уж они придают такое большое значение лицемерию, потому что видимость для них – цель жизни, а ложь – способ существования, то мне не остаётся ничего другого, кроме как обратить всё это против них самих. До меня дошёл слух о существовании мятежников под предводительством некоего Эрнальда из Ланньеля. Я связалась ним и…

Хирон прервала свой рассказ, потому что до них донеслись раскаты мощнейшего взрыва.

Алиса с Молеоном переглянулись.

– Думаешь, это храм Великих Строителей?

– Да, – ответил Молеон. – Заставили ли же они нас ждать!

Алиса вскочила на ноги.

– Нельзя терять времени, мы должны воспользоваться моментом! – воскликнула она. – Помоги мне.

Вместе они приподняли Хирон и помогли ей дойти до выхода. Затем они поднялись по ступенькам, прошли через зал охраны и в сером свете дня вышли на королевский двор.

Вопреки ожиданиям, взрыв привлёк народ на площадь. По всей вероятности, в одном из служебных зданий собрался совет, поскольку несколько представителей знати появились на площади и смотрели на огромные клубы чёрного дыма, поднимавшегося от руин храма сразу же за стеной «Королевского блока» и исчезающего в тучах, сплошной пеленой покрывающих небо. Гвардейцы бежали со всех сторон, чтобы оказать помощь напарникам. Алиса, Молеон и Хирон воспользовались неразберихой и пересекли мост.

Но вдруг позади них раздался голос.

– Эй, стража! Арестуйте этих троих!

Бросив взгляд через плечо, Алиса сразу же узнала белое одеяние, расшитое золотом. Это был Магнус!

Глава 24

Алиса оставила мать с Молеоном.

– Отведи её к морю и ждите меня там!

Молодой человек присел на карточки, закинул Хирон на спину и побежал сквозь толпу.

– Арестуйте их, приказываю! – вопил что есть сил Магнус.

Но на площади царила такая неразбериха и стоял такой шум, что солдаты не слышали его. А Алиса тем временем вынула свои кинжалы. Предчувствуя, что сейчас на их глазах произойдёт нечто необычное, несколько придворных подошли поближе.

Магнус был взбешён.

– Сдавайся, – требовал он. – Освободив эту женщину, ты нанесла оскорбление Великим Строителям.

Алиса расхохоталась.

– Так и быть, в качестве искупления вины поднесу им блок, – шутила Алиса. – Как ты думаешь, подойдет снежный блок в данном случае?

– Это святотатство! – орал настоятель.

Алиса улыбнулась.

– Ну, тогда блок песка? – спросила она, придав лицу задумчивое и серьёзное выражение. – Хотя вполне допускаю, что Великие Строители отдают предпочтение только тем блокам, которые котируются на рынке.

Магнус исходил злобой. Он так долго проповедовал свои истины, что сам в них поверил. Вся его жизнь держалась на этой лжи, и издевательские насмешки Алисы глубоко ранили его, потому что он видел в них намёк на то, что, лишённый легенды, он был никем, пустым местом, а этого он допустить не мог. Он раздвинул полы своего одеяния.

Улыбка тут же сползла с лица Алисы.

На настоятеле был пояс – пояс мага, который она хорошо знала. Девушка увидела, как он взял в руку серую эссенцию. И в то же мгновение его кулак превратился в камень. Он решил нанести ей удар в лицо, но юная воровка противопоставила его каменному кулаку скрещенные лезвия кинжалов. Когда Магнус столкнулся с ними, посыпались искры. Придворные, собравшиеся вокруг, вскрикнули от удивления и начали перешёптываться.

Оттолкнув кулак Магнуса, девушка нанесла ему удар ногой. В ответ он стукнул её рукой, и Алиса, взвыв от боли, потеряла равновесие и упала на спину. Воспользовавшись её отчаянным положением, Магнус бросился на неё, чтобы нанести ещё один удар, но Алиса увернулась, скатившись в сторону. Каменный кулак вонзился в плиты королевской площади, расколов их на десять блоков. Опьянев от своего могущества, Магнус хохотал, как помешанный, и не заметил выражения негодования и шока на лицах присутствующих при этой сцене. Он был одержим идеей навсегда заткнуть рот Алисе.

Алиса вскочила на ноги и вновь бросилась в атаку. Но настоятель даже и не пытался уйти от удара. Лезвие её кинжала звякнуло, ударившись о каменный живот магнуса. Он улыбнулся и нанёс удар. Девушка упала, крича от боли. У неё было такое ощущение, что в неё на полном ходу врезалась гружёная вагонетка. Алиса подняла голову и увидела, что Молеон с её матерью скоро пересекут границу города. Она решила, что пора уносить ноги.

Алиса встала, в несколько прыжков ловко увернулась от ударов Магнуса и помчалась догонять своих, держась за рёбра.

Но Магнус снял следующую эссенцию с пояса и воздвиг перед Алисой каменную стену. От неожиданности столкновение со стеной было таким сильным, что Алису отбросило назад и оглушило. Она упала на колени. Настоятель схватил её за ворот туники.

– Я раздавлю тебя, как жалкого сильверфиша, – прошептал он.

Юная воровка увидела перед собой кулак, готовящийся нанести удар в лицо. Она, как могла, сопротивлялась, но Магнус был слишком могущественен. Чувство глубокого отчаяния охватило Алису.

И вдруг запах гниющей плоти наполнил воздух. Он был таким сильным, что кулак Магнуса повис в воздухе, а сам он поднял голову и нахмурился.

– Что бы это могло быть? – удивился он.

А вокруг них раздавались крики.

Вне себя от изумления, настоятель встал и огляделся: ведь это были не просто крики, а вопли ужаса и паники, которые редко кому доводилось слышать. И их перекрывало что-то вроде рычания, от которого кровь стыла в жилах. Мимо них промчался человек.

– Зомби! – воскликнул он. – Идут сюда тысячами!

Магнус ослабил хватку и повернулся вокруг своей оси. Страх и отвращение дрожью пробежали вдоль спины Алисы.

Зомбисвины неслись, все сметая на своём пути. И первая волна уже накрыла стены «Королевского блока» и распространялась по двору. Их количество превосходило всё мыслимое и немыслимое. Они были как туча саранчи.

«Аскар Рог!» – решила Алиса.

Воспользовавшись замешательством Магнуса, Алиса стрелой понеслась к Молеону и матери, которые метались в ужасе возле крепостной стены.

Слева громадной волной наступала следующая партия зомби, неся с собой гибель и ужас.

– Лестница справа! – воскликнула она.

Смотря на все это с высоты крепостной стены, солдаты, остолбенев от страха, просто наблюдали за происходящим и, покинув свои посты, бежали куда глаза глядят. Алиса подошла к пропускному пункту и, спустившись по ступенькам, очутилась около Молеона, который не спускал её мать со спины. Перед ними раскинулся весь город. Слева от них Улан был чёрен от ходячих мертвецов, и эта толпа, составляющая воинство Аскара Рога, продолжала захват города. Алиса подняла голову и посмотрела на скалистый пик, возвышавшийся над городом. И снова она заметила силуэт, касающийся облаков. Но это был не Аскар Рог, а зомби воды, который, как и в Джакаре, создал черные тучи и погрузил всё вокруг во тьму.

– Что нам делать? – спросил Молеон, охваченный паникой.

А зомбосвины тем временем всё шли и шли, неуклонно приближаясь к ним. И сейчас зомби находились в двадцати блоках от них. Справа шумело море, раскинувшееся за второй крепостной стеной запретного города. А позади возвышались скалы и зияла пустота. Алиса вынула два зелёных флакона из мешка.

– Пейте! – приказала она.

Выпив половину своей склянки, она протянула остаток матери.

– Что это? – спросила та.

– Микстура прыгучести, – ответила девушка.

Молеону достался целый флакон. Выпив его, они спрыгнули вниз. Вор вскрикнул, так как приземление далось ему тяжело. Зелье, разумеется, уменьшило боль от столкновения с землей, но снять её полностью не могло. К тому же Хирон по-прежнему была у него на спине.

Хрюканье зомбосвинов лишило Молеона возможности прислушиваться к боли, и он помчался вслед за Алисой. Лестница, которая вела к дороге вокруг второй стены, находилась всего лишь в нескольких блоках от них. А толпа зомби тем временем неуклонно приближалась. Горстка ходячих мертвецов, опередив остальных, перегородила проход.

– Подпрыгиваем вон туда, наверх! – крикнула Алиса.

В спешке и суматохе бегства Молеон забыл, что он выпил зелье прыгучести. Но тем не менее согласно кивнул головой. Опёршись ногами о землю, они подпрыгнули. После впечатляющего прыжка Алиса оказалась на самом верху фортификационных сооружений, в то время как Молеон с ношей на спине смог приземлиться только посреди лестницы, по которой уже неслись зомби. Один из них схватил молодого человека за щиколотку. И в этот миг Алиса взяла флакон с микстурой здоровья и швырнула в противников. Взвыв от боли[15], зомби приостановили наступление, что позволило Молеону присоединиться к напарнице. Он остановился как вкопанный перед пропастью: крепостная стена была возведена на горном хребте самой высокой скалы острова, а внизу морские волны разбивались об утёсы.

– Высоко, – заметил Молеон. – Даже очень высоко!

– У нас нет выбора, – ответила Алиса.

И, толкнув Молеона, она спрыгнула.

Глава 25

Как только корабли сарматов причалили к берегам Мерема, Фрижель почувствовал, что магия капля за каплей покидает его тело. Видимо, Люд Лоу и блок небытия находились поблизости. Юному магу сразу же бросились в глаза лагеря двух армий, стоявшие напротив друг друга на равнинах. Две чёрные массы, над которыми вился серый дым от костров. Два тёмных пятна несоизмеримых размеров, предсказывающие скорую трагедию и контрастирующие с невероятной красоты панорамой. Покрытые цветами, долины Мерема тянулись до самого горизонта. То там, то здесь росли берёзы. Из всех возможных мест, которые бы Фрижель выбрал для проведения сражений, это было бы последним. Пейзаж был таким мирным и фантастически красивым, что трудно было себе представить, что война разразится именно здесь.

Корабли сарматов причалили, и наши путешественники вышли на сушу. Флуффи не стал ждать, когда спустят трап, и, радостно лая, прыгнул в воду. Он вплавь достиг берега и сразу же ринулся в лес, придя в восторг от того, что может, наконец, вдоволь побегать. Фрижель, Эрнальд и Абель сошли с корабля, не произнеся ни слова. Мысль о битве никого не радовала. От предчувствия беды слова застревали в горле. А в довершение ко всему Абель никак не мог избавиться от чувства горечи. Он не мог не думать об Алисе и отце, обвиняя их в том, что они покинули его. Но тяжелее всех было Эрнальду. Подготовка к войне пробудила в его душе столько мрачных воспоминаний, что он с трудом скрывал эмоции.

Эрнальд почти ничего не ел, его взгляд блуждал, а лоб покрылся ещё более глубокими морщинами, как будто он ещё раз переживал свои старые кошмары. Он избегал разговоров с Фрижелем, хотя тот был уверен, что это придало бы ему сил и заглушило бы скорбь по ушедшим. Юный маг тоже находился во власти странных, противоречивых чувств: ему причиняли боль как переживания, так и поведение Эрнальда. Юноша не знал ни свою мать, ни бабушку, и он мучился из-за зияющей пустоты, которая образовалась в его сердце. Лишённый воспоминаний, лишённый собственной истории, он не мог разделить с Эрнальдом его страдания и воспринимал это как величайшую несправедливость.

Жужжание от телепортации раздалось над Фрижелем, пространство исказилось на мгновение, и появилась Нельв, за которой вился шлейф фиолетовых частиц. Сарматская шпионка преклонила колени перед Талес. Эрнальд, Абель и Фрижель подошли к ним, чтобы быть в курсе последних новостей.

– Сражение ещё не началось, но, думаю, ждать осталось недолго. Уже прибыли подрывники из Знойных степей, и, судя по всему, Люд Лоу решил обойтись без разведчиков Дерина Свейла. – Она плюнула на землю, произнеся имя героя Эйкана. – Я заметила передвижение в войсках. Скорее всего, они ударят завтра. А к нам идёт Саргон.

И действительно, показался силуэт мужчины. Фрижель сразу же узнал красную мантию с рукавами, отороченными голубой отделкой. Это был Владыка камня. Фрижелю не терпелось увидеть Истар и Ольвира, но появление Саргона вызвало раздражение. Это ведь именно Саргон с таким жаром отстаивал выдвижение Аскара Рога в Совет шестерых в Джакаре. И Фрижель также вспомнил, что тот показался ему подозрительным и что Вальмар советовал ему не доверять Владыке камня.

Когда Владыка подошел ближе, Фрижеля удивили его осунувшееся лицо и хмурый вид. Казалось, он держался из последних сил.

– Добро пожаловать, – произнёс он с усталой улыбкой.

Пожав руки Эрнальду, Фрижелю, Абелю и Ронни с Эрмелиной, он склонился в почтительном поклоне перед Талес.

– Для меня большая честь, мадам, видеть вас в наших рядах, – сказал он воительнице.

По всему было видно, что Саргон не был знаком с традициями сарматов, и это ещё больше раздражало Фрижеля, который воспринимал его невежество как оскорбление, нанесённое Талес. Ему не нравился Владыка камня. Он пытался образумиться и успокоиться. Ведь они будут сражаться бок о бок!

– Прошу вас, следуйте за мной.

И по его знаку отряд тронулся в путь. Фрижель заметил, что его шея и плечи налились свинцом. Страх парализовал горло. Каждый шаг давался ему с трудом: ведь он приближал юношу к его судьбе.

Да, разумеется, у него был сундук Эндера и кирка правды, а ведь только она одна могла уничтожить блок небытия. Но до него ещё нужно было добраться! Фрижель остро чувствовал степень риска, которому маги подвергали себя, и небольшую вероятность их победы, хотя надежда всё ещё была. Фрижель машинально потряс руками, как будто одного этого жеста было бы достаточно, чтобы вернуть магические способности. Лишенный их, Фрижель чувствовал себя беззащитным. Бросив взгляд на Абеля, он увидел, что тот шёл вперёд с низко склонённой головой. И крепко сжав кулаки. По его телу пробегала дрожь. Этот отрезок пути был очень тяжёл. Все они шли, как приговорённые к смерти, которых вели на эшафот. И тогда Фрижелю на память пришла притча Сахала. «Может быть», – сказал он себе, улыбаясь. Ничего нельзя предугадать, и всё возможно. И Фрижель посмотрел прямо перед собой.

Вскоре они прибыли в лагерь магов. В ряд выстроились деревянные хижины вокруг высокого центрального строения. Тропинки были так утоптаны, что на них не осталось и следа цветов, когда-то росших здесь. Клубы дыма от очагов поднимались к голубому небу, затмевая солнце, а когда по вечерам поднимался ветер, дым стелился по земле между хижинами, и от него слезились глаза. То тут, то там группы людей с грустными глазами сидели прямо на земляных блоках и играли в карты. Другие, собравшись возле костра, рассеянно смотрели на пламя. Самые смелые тренировались, сражаясь на деревянных мечах. Некоторые окидывали безразличным взглядом вновь прибывших, другие перешёптывались между собой, не сводя глаз с сарматских воительниц.

Фрижель узнал нескольких магов Нетера по их поясам, а воров Пуабы – по тёмным одеждам. Среди них находились также несколько воинов, дезертировавших из армии Люда Лоу, и горстка представителей благородного сословия, принадлежавших, скорее всего, к Стеклянным Големам. Многим из них Эрнальд пожал руки, вне зависимости от их социального происхождения и места жительства. «Мятежники», – сказал себе Фрижель. Но дед не обменялся ни словом ни с одним из них. Это было очень грустное, но и очень уважительное приветствие.

– Судя по всему, их настрой оставляет желать лучшего, – сказал Абель, грустно усмехнувшись.

Фрижель в ответ не сказал ни слова, но выражение его лица подтвердило худшие опасения Абеля.

Вдруг по войскам армии короля, расположенной чуть дальше на равнине, прокатились радостные возгласы. И плечи солдат, находившихся рядом с ним, поникли ещё больше.

В это мгновение дверь центрального строения открылась, и на пороге появилась Истар. Фрижель сразу же узнал её. Серьги из ляпис-лазури поблёскивали на солнце. Она улыбалась, и эта улыбка успокоила юношу. К его большому удивлению, Истар направилась сразу же к нему и крепко сжала его руку в дружеском приветствии.

– Спасибо, Фрижель, что пришёл. Я ждала тебя с нетерпением.

Глава 26

Фрижель не знал, что и сказать. И его замешательство рассмешило Истар.

– Пойдём, – предложила она. – Нам есть что обсудить.

Потом она направилась к Талес и преклонила колени перед ней.

– Талес, вакиза прекрасной Айянны, – сказала она, – жемчужины привели тебя к нам, и я благодарю тебя за это. Я, Истар, глава магов подземного города Джакара, клянусь тебе, что мои мужчины оправдают честь, которую ты нам оказала.

Юная сарматка, Талес, ударила кулаком в грудь, отцепила жемчужину Эндера и вложила её в руку Истар.

– Мы, сарматки, опасаемся только одного, – сказала она, – мы опасаемся, как бы нас не лишили возможности исполнять танцы жемчужин. А ваше мужество является примером для всех.

Истар склонила перед ней голову в почтительном поклоне.

– Спасибо, – произнесла она.

Небольшая группа людей окружила их. Радость и тепло от встречи, доверие, которое Истар оказывала вновь прибывшим, казалось, внушили надежду солдатам.

Потом Истар повернулась к Эрнальду и сжала его в объятиях.

– Спасибо, – произнесла она. – Спасибо тебе, Эрнальд, за всё, что ты сделал для нас, несмотря на все твои потери. Ещё хотела бы сказать, что Вальмар со всем вниманием и любовью отнёсся к твоему внуку. Он долго и упорно сопротивлялся, чтобы сдержать обещания, данные тебе. Он пожертвовал собой ради Фрижеля и ради всех нас. Я думаю, что он хотел бы, чтобы ты это знал.

Эрнальд склонил голову. Фрижель видел, как на лбу деда проступили глубокие морщины, как едва заметно задрожал подбородок и как слёзы заблестели в углах глаз. Движением руки он смахнул их и сжал руку Истар.

– Я делаю всё это ради Сары и Эноры, – сказал он.

Истар посмотрела на него с благодарной улыбкой.

А затем она подошла к помосту, который несколько рабочих только что возвели для неё. Она взошла на него и знаком попросила Талес, Эрнальда и Фрижеля подойти к ней.

– Мои дорогие воины, – произнесла она торжественным и мощным голосом, – маги, воры, мятежники и члены Стеклянных Големов! Вы, у которых хватило смелости поддержать нас в трудную минуту, примите в свои ряды наших спасителей!

Последние обитатели лагеря присоединились к группе.

– Если до вас уже доходили слухи о Талес и её сарматских сестрах, то вы, наверное, уже знаете об их мужестве и подвигах. Они довели до совершенства уникальное искусство боя, и безупречное владение боевыми искусствами сделало из них самых опасных воительниц в королевстве.

Одобрительный ропот пробежал по толпе.

– Эрнальд, глава мятежников, привел к нам Фрижеля, своего внука. Юноша побывал в лесах Варога и раздобыл единственное в своем роде оружие. Фрижель, покажи им.

И юный маг вытащил сундук Эндера из мешка и поднял над головой.

– Существует всего два таких сундука. Но Фрижель – единственный, кто может их открыть. В этом сундуке скрыта кирка правды, с помощью которой можно уничтожить блок небытия Люда Лоу!

Радостные возгласы пролетели над лагерем. Фрижель увидел блеск в глазах собравшихся. Маги сотрясали кулаками, как бы напоминая Фрижелю, что он являлся единственной их надеждой и опорой и что ответственность за исход сражения зависит от него.

– Завтра, – продолжила Истар, – я бы хотела, чтобы каждый из вас не спускал глаз с Фрижеля. Будете ли вы его защищать или помогать ему, если он вас попросит, но знайте, что он – наше единственное оружие в борьбе против короля!

Солдаты взревели ещё громче. Фрижель вздрогнул от охвативших его эмоций. С тех пор как он покинул Ланньель, кто-то по достоинству оценил все те подвиги, которые он совершил. Он чувствовал, что счастье и гордость переполняли его.

– А теперь советую вам заняться подготовкой к сражению, – продолжила Истар. – Отдыхайте, тренируйтесь, точите мечи. Завтра мы покажем Люду Лоу, что ему ещё рано праздновать победу!

Возгласы радости и ярости пробежали по толпе. Громкое «ура» прокатилось над равниной и не смолкало в течение нескольких минут. Потом всё стихло, и солдаты армии магов разошлись.

Владыки стихий, с которыми Фрижель пока ещё не поздоровался, подошли к нему. Эйвиндара, Владыка огня, и Халла, Владыка растений.

– А Ольвир? – спросил Фрижель у Истар. – Почему я его не вижу?

Заметно погрустнев, она положила руку на плечо юноши.

– Сожалею, но ещё в Нетере его убил Аскар Рог.

Эта новость потрясла Фрижеля. Как живой, встал перед его глазами Владыка воды с тёмными с проседью волосами. Именно под его руководством Фрижель изготовил свои первые эссенции и научился использовать колдовскую иллюзию.

Истар проводила его внутрь главного здания. Большой стол, за которым сидели Абель, Хима, Эрнальд и Владыки стихий, стоял в центре. Здесь же находился дородный мужчина в богатых одеждах, его тоже пригласили за стол.

– Думаешь, это член Стеклянных Големов? – спросил Абель.

– Наверное, – ответил Фрижель.

Этот тучный человек с трудом сел. Когда он, наконец, устроился, Истар тяжело вздохнула. В течение нескольких долгих минут она хранила молчание, поочерёдно обводя взглядом каждого из присутствующих.

– Выражаю глубокую благодарность всем за то, что присоединились к нам. Спасибо Талес, Эрнальду и Фрижелю. Ваше присутствие возродило надежду у магов и у наших союзников. – Потом она умолкла, внимательно рассматривая карты, разложенные на столе. – Фрижель, ты являешься нашим главным козырем. А наша цель заключается в том, чтобы дать тебе возможность проникнуть к королю и его блоку небытия. Когда ты его разрушишь, мы вновь сможем использовать магию, и равновесие сил будет восстановлено.

– Но как подобраться к королю? – спросил Эрнальд. – Ведь его очень хорошо охраняют.

Абель встал со своего места.

– Я предлагаю создать отряд, который будет сопровождать Фрижеля к блоку небытия.

Каждый из собравшихся молча кивнул.

– Это хорошая идея, – сказала Истар. – Фрижель, кого ты выбираешь?

Юноша на мгновение задумался.

– Я бы хотел, чтобы Абель вошёл в эту группу. А также Истар, Эрнальд, Халла и Эйвиндара. И парочка воров мне бы тоже не помешала.

Двое мужчин из Пуабы сразу же откликнулись на его просьбу.

– Очень хорошо, – сказала Истар. – И наша цель, в таком случае, сделать всё, что в наших силах, чтобы защитить обладателя кирки правды.

После её замечания повисла тишина.

– Но на самом деле наши шансы на победу минимальны. Люд Лоу не будет атаковать первым. Скорее всего, он вышлет вперёд часть своих войск. Итак, многие наши маги на протяжении долгих лет жили только одним колдовством и разучились владеть оружием. Но нам придётся дать достойный отпор в первых столкновениях. Если у вас есть какие-то соображения по этому поводу, не бойтесь, поделитесь ими. Момент настал, и другого такого не будет: сейчас или никогда.

Абель заёрзал, сидя на стуле. Ему нравилась подобная перспектива.

– Вот что мы можем сделать, – сказал он. – Мы можем изготовить каменные мечи, а потом маг камня превратит их в бедрок. Таким образом, у нас будет очень прочное оружие.

Опять в комнате повисла тишина. Все смути- лись.

– Ну да, я забыл, – спохватился таранкоец, – я забыл, что магия сейчас не действует… из-за этого куба небытия.

И тогда Талес взяла слово.

– Но если это невозможно, может быть, ты сможешь сконструировать пулемёт, стреляющий толуоловыми блоками?

Абель покачал головой.

– Нет, не смогу. Я отдал весь порох гоблинам, – ответил он. – Но, может быть, у кого-нибудь здесь есть порох?

Истар написала несколько слов на клочке бумаги.

– Попрошу доставить из лагеря.

Представитель Стеклянных Големов откашлялся.

– У меня есть, – произнёс он. – Не так много, как хотелось бы. Порох практически невозможно достать в Улан Варке. Но на двадцать толуоловых блоков, думаю, хватит.

– А какова дальность стрельбы твоих пулемётов? – спросила Истар у Абеля.

– Бьёт на сотню блоков, – ответил он.

Ропот одобрения пробежал по собравшимся.

Глаза таранкойца вдруг засветились радостным блеском.

– У меня есть идея получше, – сказал он, вне себя от возбуждения. – Это, конечно, не революция в оружейном деле, но все лучше, чем ничего. Нам придется столкнуться с солдатами, уже имеющими боевой опыт. С моим Беллграмом, наковальней, я смогу, внеся некоторые изменения в способ изготовления стрел, выковать длинные и толстые пики, чтобы держать людей Люда Лоу на рассто- янии.

Истар согласно кивнула головой.

– Отличная идея, Абель.

Внезапно скрипнул стул. Саргон взял слово.

– Подождите, – сказал он. – Я хочу вернуться к первой задумке Абеля. – И он провёл рукой по чёрным волосам. – Изготовление оружия из бедрока мне не кажется такой уж невероятной идеей. Всего-то и нужно, чтобы мы с Абелем сели на сарматский корабль и вышли в открытое море. Мы будем продвигаться вперёд до тех пор, пока магия не начнёт действовать. А на заре мы вернёмся.

Каждый из собравшихся задумался над этим предложением.

– Абель, – спросил представитель благородного сословия, – а ты сможешь изготовить пулемёты, пики и оружие из бедрока за одну ночь?

Инженер отрицательно покачал головой.

– Нет, – ответил он. – Я могу изготовить всё это, но у меня только одна наковальня. Так что придётся выбирать: пики, пулемёты, стреляющие толуоловыми блоками, или оружие из бедрока.

– Тем более, – добавила Талес, – что, если у Абеля возникнет хоть малейшая проблема в море, у нас вообще ничего не получится. Но я своими глазами видела пулемёты в действии и могу сказать, что это очень мощные устройства.

Начался обмен мнениями, и каждый спешил сообщить соседу, что он думает по этому поводу. Истар жестом призвала всех к тишине.

– Отсутствие Абеля слишком большой риск для нас, – сказала она. – К тому же мы не знаем, собирается ли король сражаться по правилам или нет. Вполне возможно, что он перейдёт в наступление этой ночью. А если Абель застрянет на сарматском корабле, мы будем всего лишены.

Она встала, опершись руками о стол.

– Приступим к голосованию, – предложила Истар и подняла руку вверх. – Кто за то, чтобы Абель приступил к изготовлению пулемётов, стреляющих толуоловыми блоками, и пик?

Все, кроме Саргона, проголосовали за предложение Истар.

– А кто голосует за оружие из бедрока? – спросила она.

Только Владыка камня поднял руку.

– Меня это нисколько не удивляет, – грустно отметил он. – У меня всё чаще складывается впечатление, что я плыву против течения.

Смущённые улыбки показались на лицах присутствующих. Многие стали переглядываться в ответ на ироничное замечание Владыки. Но Истар, хлопнув в ладоши, рассеяла неловкость.

– Хорошо, – заявила она. – Решение принято. Не будем терять времени. Абель, мы рассчитываем на тебя. Но не забывай также и о том, что тебе нужен отдых.

Потом Истар вышла из комнаты и направилась к своей хижине. Послы каждой армии тоже разошлись, обсуждая подготовку к решающей битве.

Глава 27

Этой ночью Фрижелю с Абелем не понадобилось устанавливать койки в их хижине. Они знали, что, даже если лягут на кровати, сон не придёт. Они поставили Беллграм в центре комнаты, отодвинув две печки, пару чемоданов, наполненных самыми разными блоками, и верстак к стене. Флуффи, который за день набегался по равнинам, растянулся возле печек и, убаюканный теплом, забылся сном.

Абель сделал себе новую алебарду. И ему потребовалось всего лишь три пробные попытки, чтобы изготовить впечатляющих размеров копья. Он выковал также щиты и несколько дополнительных кинжалов для сарматок.

Выбившись из сил, он вытер пот со лба, любуясь бриллиантовым лезвием кинжалов.

– А они действительно хороши, эти равнины, – отметил он. – Хорошо бы здесь построить дом.

Фрижель удивлённо вскинул брови.

– Дом?

Он не понимал, почему у Абеля вдруг возникло такое желание. Кто спорит, пейзажи Мерема были великолепны, но стоит только присмотреться к утопающим в грязи дорожкам лагеря, чтобы представить, во что превратятся эти цветущие равнины после сражения.

– Я помню, – сказал Адель, улыбнувшись. – Ведь именно об этом вы говорили с Алисой в Нетере!

Образ домика сразу же всплыл в памяти Фрижеля, и он покраснел от стыда. Осознание того, что он забыл свою клятву, какой бы незначительной она ни была, привело его в крайнее замешательство. Он всегда делал все от него зависящее, чтобы не нарушать обещаний. Но таранкоец разразился таким заразительным хохотом, что Фрижель сразу же повеселел и расслабился.

– Но не думаю, что это хорошая идея, – сказал он. – После войны придётся всё здесь заново засадить цветами.

В ответ Абель пожал плечами.

– Это ещё полбеды, – произнёс он с грустной улыбкой. – Основная проблема заключается в том, что Алиса не захочет здесь остаться.

Фрижель подумал, что Абель опять вернётся к разговору о бегстве их подруги из Айянны. Но Абель был в хорошем расположении духа.

– Она обязательно захочет рассказать нам о всех своих приключениях, – продолжал он. – А когда мы ей расскажем о том, что обнаружили в деревне у гоблинов магический стол, ручаюсь: она отправится в Фарленд!

Фрижель не мог удержаться от смеха. А ведь всё это действительно очень походило на Алису! Она была неспособна долго оставаться на одном месте, и юноша не знал никого любопытнее, чем она.

– Это не в её духе – хотеть обзавестись домом, детьми, тростниковым полем, собакой, – шутил таранкоец.

И с улыбкой на губах он принялся бить по наковальне. Фрижель добавил в печь несколько бриллиантов, чтобы получить особо прочные камни для изготовления будущих мечей.

– Вам помощь не нужна? – спросил Эрнальд, просунув голову в открытую дверь.

– Вы как раз вовремя, – ответил Абель. – Мы сейчас займёмся установкой пулемётов.

Таранкоец убрал наковальню в мешок, и все вместе они вышли в тёмную ночь. Сначала они дошли до хижины Истар и отдали ей оружие и щиты, потом пересекли лагерь, дошли почти до поля битвы. Далеко впереди мелькали бесчисленные огни и костры армии Люда Лоу. Все казалось тихим и спокойным. Сверчки стрекотали в высокой траве, и по сравнению с шумом ночных джунглей равнины казались безмолвными. Путники на мгновение остановились, чтобы послушать пение ветра в лепестках цветов. Это было прекрасно.

– А вы смотрели на небо? – тихо спросил Эрнальд.

Юноши посмотрели наверх. Мириады звёзд сверкали над головами. Если приглядеться, то можно было увидеть даже Млечный Путь. Зрелище было неземной красоты. Фрижель сел на траву, чтобы немного передохнуть, воспользовавшись редким моментом покоя и тишины. Эрнальд присел рядом. Маг почувствовал, что Абель едва сдерживался, чтобы не напомнить им, что у них мало времени, но он не произнёс ни слова и улёгся поблизости. Падающая звезда скользнула по небу. Взгляд Фрижеля остановился на огнях лагеря Люда Лоу. Они плясали в темноте. Но даже и это было чарующе прекрасным. Фрижеля вдруг охватила грусть.

Взрыв вывел их из задумчивости. Они увидели, как несколько алхимиков помчались по грязным дорожкам лагеря. Фрижель, Эрнальд и Абель последовали за ними. Небольшая группа остановилась возле хижины. Незнакомый им маг из армии Истар стонал, держась за плечо. Два вора из Пуабы усадили его на краю ямы размером три блока на пять. Один из алхимиков протянул ему настойку восстановления здоровья.

– Что это было? – спросил Фрижель.

– Самоподрыв крипера, – ответил ему чей-то голос.

Юный маг смотрел на раненого, на гримасу боли на его лице. Зелье здоровья уже начало действовать, и незнакомец покачал головой. Все это было более чем несправедливо! В момент подготовки к жесточайшей в истории битве быть сражённым каким-то крипером. Какая глупость!

Абель хлопнул Фрижеля по плечу.

– Нам пора, – произнёс он.

И они отправились собирать пулемёты, стреляющие толуоловыми блоками.

Фрижеля разбудили поскуливание и шершавый язык Флуффи. Сон сморил Абеля, Эрнальда и юного мага сразу же после того, как они изготовили третий пулемёт, стреляющий толуоловыми шашками. Фрижель приподнялся, опираясь на локоть. Красная кайма солнца уже вышла из-за горизонта. Его первые лучи окутали лёгкой дымкой равнину, раскрасив радугой сверкающие капли росы на цветах.

Фрижель потёр глаза. Ему показалось, что армия Люда Лоу стала ещё ближе, а войска магов покачиваются, как на волнах.

– Ради визера, – прошептал он.

Но Фрижелю не казалось! Это действительно была армия короля, которая продвигалась вперёд по равнинам. Он разбудил деда и Абеля.

– Люд Лоу занимает позиции! – воскликнул он.

Они вскочили, стряхнув капли росы с одежды. Абель, Фрижель и Эрнальд молча смотрели на войска неприятеля. Они выстраивались в определённом геометрическом порядке.

– Пойду, предупрежу Истар, – сказал Эрнальд.

Абель и Фрижель вернулись в хижину и, ни слова не говоря, надели доспехи. Флуффи, чувствуя, что происходит что-то очень важное, буквально прилип к ногам хозяина и не отходил от него ни на шаг. Маг убрал меч в ножны, таранкоец прицепил к поясу колчан, закинул лук за спину и, взяв в руку свою алебарду, несколько раз взмахнул ею в воздухе.

Потом они присоединились к магам Истар, которые заняли позиции на равнине за несколько блоков до линии, вдоль которой были расставлены пулемёты. Их армия казалась смешной по сравнению с армадами короля. И к тому же хуже организо- ванной.

Воры, маги, мятежники, несколько членов Стеклянных Големов беспорядочно толпились на равнине. Зато в лагере противника всадники с плато Орман сформировали на удивление плотный первый ряд. За ними выстроились королевские пехотинцы вперемешку с профессиональными воинами и нищими, за несколько изумрудов согласившимися отправиться на фронт. Последними шли гвардейцы короля, образовавшие компактный блок вокруг Люда Лоу. Четыре солдата несли куб небытия. А шесть громадного роста воинов из элитных подразделений являлись личной охраной Люда Лоу. Взвалив на плечи громадные мешки, они прикрывались огромными чёрными щитами, которые, как казалось, были сделаны из шести обсидиановых блоков.

Присмотревшись, Фрижель увидел, как по обоим флангам армии Люда Лоу продвигались вперёд подрывники из Знойных степей, толкая перед собой странные вагонетки, над которыми возвышались деревянные сооружения.

– Что это? – спросил он у Абеля.

В течение нескольких минут таранкоец внимательно разглядывал механизмы.

– Скорее всего, это арбалеты, стреляющие толуоловыми блоками.

Фрижель сглотнул. Репутация солдат из Знойных степей была широко известна и внушала страх.

Они жили на вулканической местности, которую часто называли «Маленьким Нетером». Всё детство подрывники проводили рядом с порохом и взрывоопасными материалами…

Итак, было восемь арбалетов для стрельбы толуоловыми блоками, и у Фрижеля не было никакого желания увидеть их в действии.

Истар и Эрнальд подошли к войскам, занимающим передовую позицию. Небольшая группа тех, кто вызвался сопровождать Фрижеля, окружила юношу, чтобы защищать его до тех пор, пока он не доберётся до короля. Почувствовав руку деда на плече, юный маг обернулся, и Эрнальд прижался лбом ко лбу своего внука.

– Береги себя, мой мальчик, – сказал он.

Фрижель не отрывал взгляда от голубых глаз деда.

– Но в этот раз ты не будешь мне запрещать использовать магию, – некстати пошутил он.

Грустная улыбка тронула губы Эрнальда.

– Делай всё, что считаешь нужным. Но когда сражение закончится, я хочу видеть тебя живым и крепко обнять тебя.

Истар, находившаяся поблизости, приказала Абелю:

– Отправляйся на своё место!

Таранкоец повернулся к Фрижелю и сказал ему с виноватым видом:

– Так и быть, я оставляю тебя. Я должен заняться пулемётами. Когда я использую все боеприпасы, я присоединюсь к тебе.

Он повернулся и собрался уже уходить, когда Фрижель задержал его, взяв за руку. Не говоря ни слова, они обнялись.

– Удачи, друг.

Абель улыбнулся ему и исчез среди солдат.

Фрижель с тяжёлым сердцем повернулся к армии Люда Лоу.

Глава 28

Фрижель ещё раз убедился в том, что сундук Эндера на месте.

С другой стороны поля Люд Лоу отдал приказ поднять стяг, на котором трепетал его герб. Многоголосое «ура» пронеслось по рядам его армии. Это был сигнал. Когда Истар поднимет своё знамя, начнётся сражение.

Она посмотрела на магов, покрепче обхватила древко знамени и воскликнула:

– Маги Нетера, за мной!

И она подняла знамя к небу.

Гул одобрения пронесся по рядам армии магов. Фрижель кричал вместе со всеми.

Вскоре показались конники Ормана, несущиеся в стремительном галопе, а за ними мчались пехотинцы. Они бежали, сопровождая бросок вперёд пронзительными криками.

– На колееени! – воскликнула Истар.

Маги исполнили её приказ.

– Копья на изготовку!

Фрижель, как и остальные, положил руку на копьё, которым его снабдил Абель.

– АААБЕЕЕЛЬ! – что есть сил прокричала Истар.

Расположившись позади передовых отрядов, таранкоец знаком привлёк внимание инженеров, помогавших ему.

– Наша главная цель – подрывники! – орал он, перекрывая общий шум. – Мы должны уничтожить как можно больше арбалетов!

Члены Стеклянных Големов предоставили ему достаточное количество толуола для изготовления снарядов. По сигналу Абеля пулемёты осыпали дождём взрывчатки небо. Но красные блоки взрывались, как и в прошлый раз: по воле случая, не попадая в цель. Иногда толуоловые шашки взрывались в воздухе, иногда – в рядах пехотинцев. Результат стрельбы ужаснул противника, хотя её точность оставляла желать лучшего: всего два арбалета были уничтожены. Испуганные взрывами, некоторые лошади Ормана встали на дыбы и сбросили своих всадников, а те, кто удержался в сёдлах, кое-как смогли их обуздать, сбросив часть поклажи.

Реакция подрывников была мгновенной. Они очень быстро поняли, что дальность стрельбы пулемётов был меньше, чем у арбалетов. И они отступили назад, чтобы их вагонетки были вне пределов досягаемости.

«Они отходят!» – отметил про себя таранкоец.

И вскоре он увидел, что подрывники меняют способ стрельбы, направив арбалеты в небо. «БАХ!» И они метнули свои толуоловые блоки в воздух. Пушки солдат из Знойных степей выстреливали за один раз один снаряд, но дальность полёта каждого из них и точность попадания в цель наводили ужас. Абель сразу же сообразил, что времени для ответного залпа не будет.

– Все в укрытие! – крикнул он.

И у него едва хватило времени, чтобы отбежать и упасть на землю. Три механизма таранкойца взлетели на воздух, а снаряды, которые в них находились, взорвались в облаке дыма.

Появились первые раненые. Три алхимика метались из стороны в сторону, оказывая первую помощь. И, судя по всему, они уже выбивались из сил.

– Голем вас задери! – орал взбешённый Абель.

А потом он встал и вынул Гиганта.

А на поле битвы всадники уже почти приблизились к первому ряду армии магов. Фрижель зажёг факел и поднёс его к Флуффи, чья шерсть тут же запылала огнём.

– Что ты делаешь? – воскликнул Эрнальд.

Юный маг окинул взглядом лошадей, приближавшихся к ним на бешеной скорости.

– После Нетера он стал нечувствительным к огню, – объяснил Фрижель деду.

Объятый пламенем пёс бросился как сумасшедший в гущу конницы, и лошадей, как и следовало ожидать, охватила паника. «Момент настал», – сказал себе Фрижель, сердце которого всё сильнее и сильнее стучало в груди. Сражение началось, и теперь никакая сила не могла остановить его.

– Кооопья! – кричала Истар.

Все воины одновременно встали с пиками наперевес, и кавалерия сейчас должна будет столкнуться с ними. Повинуясь инстинкту, Фрижель воткнул противоположный конец копья в землю.

Столкновение было таким сильным, что предусмотрительность Фрижеля спасла ему жизнь. А вокруг представителей армии магов силой инерции отбросило на землю, и ошалевшие от боли лошади затоптали их. В течение нескольких мгновений группа, призванная защищать Фрижеля, перестала существовать. Сутолока была такая, что юный маг быстро понял, что рассчитывать на помощь ему не придётся. И тогда он обнажил свой меч, поскольку копьё уже было сломано. Всадник, чью лошадь он прикончил, бросился на него. Но юноша избежал удара и, обладая более быстрой реакцией, одолел противника. Воры Пуабы, мятежники и несколько членов Стеклянных Големов сражались бок о бок с ним. Фрижель узнал Эйвиндару, Владыку огня, которая прикрыла его собой. Но она забыла, что магия здесь не действовала из-за куба небытия, и рефлекторно поднесла руку к поясу в поисках эссенций. Этот жест стоил ей жизни. Один из конников проткнул её мечом. Юноша взвыл от злости и присоединился к Флуффи, который вцепился в лодыжку пехотинца. Пламя, трепетавшее на спине пса, быстро распространилось на штаны солдата, который обезумел от ужаса и вопил что есть сил. В эту секунду Фрижель почувствовал спину Абеля позади себя.

– Пригнись! – крикнул таранкоец.

Юноша повиновался, а Абель принялся вращать Гигантом над головой. Конник Ормана, лишивший жизни Эйвиндару, вдруг возник из дыма от взрывов, и Абель изо всех сил нанёс удар. Солдат оказался на земле, где Фрижель и одолел его окончательно.

Юноши заняли оборонительную позицию, и Фрижель вдруг увидел, как от красных кубов запестрело небо.

– Толуоловые блоки! – воскликнул он.

Они присели на корточки, заткнув уши. А вокруг рвались снаряды, убивая воинов из обоих лагерей.

– Этот недоумок расстреливает своих собственных солдат, – воскликнул Абель с раздражением в голосе.

А Фрижель тем временем отразил удар пехотинца, который пытался ударить Флуффи.

– Не понимаю, чего ждёт Истар? – возмутился он.

И, как в ответ на его нетерпение, раздался длинный свист. Этот сигнал, казалось, поднял боевой дух магов, которые сражались не на жизнь, а на смерть.

Послышался треск электрических разрядов от телепортации – это сарматки вступили в бой. Они возникали группами в неприятельских частях, наносили удары и исчезали, чтобы появиться в другом месте. Какой-то конник выбрал своей жертвой Фрижеля и набросился на него. Юноша приготовился к тому, чтобы дать ему достойный отпор.

И в это мгновение огненный шар пронёсся под ногами лошади противника Фрижеля. Это был Флуффи. Испуганный конь сделал несколько шагов в сторону, а пёс принялся его преследовать, злобно лая. Всадник снова направил коня на Фрижеля. И за три блока до столкновения с конником жемчужина Эндера ударила конника в бок. Появилась Талес и повисла на боку коня. Схватив конника за руку, она дотянулась до него и сбросила с лошади. А Флуффи тем временем вцепился в ногу лошади, которая остановилась как вкопанная. Сарматка бросила ещё одну жемчужину и исчезла в мгновение ока.

Глава 29

Паника начала мало-помалу охватывать лагерь противника. Несколько солдат в страхе бежали с поля боя. А оставшиеся всадники, всё ещё державшиеся в сёдлах, пребывали в ужасе от воительниц Дельты спрутов, внезапно появлявшихся у них за спиной, и беспорядочно кружились на одном месте.

Очередные толуоловые блоки взлетели в небо. Благодаря Гиганту, Абель вырубил в земле яму четыре блока на четыре.

– Прыгай! – приказал он Фрижелю.

Маг схватил Флуффи и прыгнул в укрытие.

БАБАХ!

Земля дрожала у них под ногами. Фрижель с Абелем заткнули себе уши, раскаты от взрывов были настолько мощными, что оглушали их, а от постоянного свиста летящих снарядов разболелась голова. На мгновение им показалось, что звуки стали стихать, доносясь, как сквозь шерстяной блок. На трясущихся ногах они выглянули из ямы, чтобы увидеть всё своими глазами. Но подрывники выпустили ещё один залп.

– Опять эти толуоловые блоки! – воскликнул Фрижель, присев на корточки в яме.

БАБАХ! БАБАХ!

– Подлец! – возмущался Абель. – Пусть бы Люд Лоу вышел сразиться с нами, а вместо этого он спасает свою шкуру в тылу и в окружении личной охраны!

Взрывы были столь мощными, что у молодых людей кружились головы и тошнота поднялась к горлу. А когда они вылезли из окопа, дыхание у них перехватило от ужаса. Испещрённая кратерами, земля походила на кладбище криперов. Несколько теней бродили в пелене густого чёрного дыма. Паника охватила Фрижеля, он огляделся и узнал силуэты Истар и Саргона. Одна за другой вскоре появились сарматки. Им повезло больше остальных: у них была возможность избегать атак. Но где Эрнальд? Его нигде не было видно.

– Ты видел моего деда? – спросил Фрижель у Абеля.

Таранкоец отрицательно покачал головой.

– Гав! Гав! – звал Флуффи, пламя на котором постепенно угасало.

Пес суетился вокруг ямы, вырытой в земле. Недолго думая, Фрижель бросился к ней. Внутри сидел Эрнальд, прижимая руку к ране в боку. Рана кровоточила.

– Дедушка! – воскликнул Фрижель, прыгнув в яму.

Старик поднял голову.

– Возвращайся на поле брани! – произнёс он громче обычного, поскольку взрывы оглушили и его. – Люд Лоу скоро вышлет подкрепление.

Фрижель был рад видеть, что у деда ещё достаточно сил и энергии. Тем не менее Фрижель не сразу бросился исполнять его приказ. Фрижель присел перед ним на корточки, вынул микстуру здоровья из мешка и протянул её деду. Эрнальд взял флакон и залпом выпил содержимое.

– Спасибо, – сказал он.

Далеко по равнинам разнеслась длинная и громкая нота, изданная музыкальным ящиком. Послышались крик генерала, раздавшийся эхом по полю битвы, и чеканный шаг солдат, марширующих в ритме барабанного боя.

– Иди! – сказал Эрнальд внуку.

С тяжёлым сердцем Фрижель присоединился к Абелю, который нёс охрану на краю ямы и за это время одолел пехотинца, который собирался напасть с тыла на Фрижеля. Солдат рухнул на землю, на его лице застыло ошеломлённое выражение. Преимущество алебарды таранкойца заключалось в её очень длинной рукоятке, намного превосходившей все виды оружия противников. Иногда они подкрадывались слишком близко к Абелю, и его атаки заставали их врасплох.

А Люд Лоу, окружённый самыми свирепыми воинами, все шёл и шёл по равнинам. Обсидиановые щиты его телохранителей были такими огромными, что силуэт короля иногда полностью скрывался за ними. Солдаты, несшие куб небытия, шли за его свитой, чтобы при необходимости воспользоваться защитой шести колоссов. Фрижель заметил, что все подрывники оставались на своих позициях.

Юный маг попытался быстро подсчитать, скольким из армии магов удалось уцелеть. И от этих подсчётов у него холодок пробежал вдоль спины. Все Стеклянные Големы сложили головы на поле брани. Большая часть воров Пуабы, привыкших действовать в сумерках, так и не смогли приспособиться к открытому бою. И не более двухсот человек были в состоянии вести сражение.

Эрнальд был ранен, а мятежники не отличались воинской доблестью. И Фрижель видел, как часть из них дезертировала с поля боя после второй атаки подрывников из Знойных степей. Из магов тоже мало кто остался. Халла, Саргон и Истар проявили себя храбрыми воинами, и по приблизительным подсчетам около шестисот сбежавших из Нетера всё ещё держались на ногах. Меньше всего раненых и пострадавших было среди сарматок. Но их племя было, к сожалению, немногочисленным… В общем и целом армия магов уменьшилась наполовину, и сейчас они могли противопоставить десятитысячной королевской армии не более полутора тысяч человек.

– Перегруппируйтесь! – приказала Истар.

Все боеспособные солдаты сформировали стройные ряды. А войска Люда Лоу между тем подходили всё ближе и ближе.

– Те, у кого остались копья, выставите их вперёд! – взывала Истар. – Приготовьтесь к наступ- лению!

Формирования перестроились.

Фрижель зажёг факел и поднёс его к Флуффи. Вдруг чья-то рука легла на его плечо, и он вздрогнул. Талес с Химой встали рядом с ним.

– А где вакиза стана мятежников? – спросила Талес.

– Получил ранение, – ответил Фрижель.

Талес не сводила глаз с войск, неумолимо приближавшихся к ним. Вдруг она посмотрела на Фрижеля.

– А когда ты намереваешься разрушить блок небытия? – спросила она.

Фрижель вытаращил от удивления глаза, отступив на шаг назад. Её вопрос прозвучал как упрёк.

– Скоро, – ответил он. – Я жду, когда он будет в пределах моей досягаемости. Я не могу броситься в одиночку ему навстречу.

Воительница согласилась, кивнув головой. Потом она указала на свою портупею: у неё осталось всего лишь три жемчужины Эндера.

– Не затягивай с этим, – шепнула она ему.

Сердце Фрижеля сжалось. Он вдруг осознал, что они с Истар возлагали слишком большие надежды на сарматок. Он не хотел верить, что жемчужины Эндера, как и магические эссенции и любые боеприпасы, могли вдруг закончиться. Ведь с вступлением в бой сарматок ситуация в корне изменилась. Воительницы Дельты спрутов были неуловимы. Их появление отличалось внезапностью, что давало им моральное преимущество над бесчисленными солдатами короля. Однако когда они будут лишены возможности исполнять танец жемчужин и будут сражаться на равных, перевес, разумеется, будет не на их стороне.

Знамя взвилось над рядами войск Люда Лоу. Абель легонько двинул локтем Фрижеля в бок и вывел его из задумчивости.

– Голем их задери! – воскликнул Абель. – Надо же было допустить такую ошибку! Всем разойтись! – кричал он что есть сил. – Истар, отдай приказ своим людям разойтись!

БАХ! БАХ!

Сухой треск арбалетов прокатился по равнине.

Глава 30

Толуоловые блоки взвились в воздух. Фрижелю была хорошо известна точность их прицельного огня. А вокруг люди в паническом страхе метались из стороны в сторону, толкая друг друга и предчувствуя скорую смерть.

А королевские солдаты тем временем всё шли и шли. Сейчас от армии Истар их отделяли около тридцати блоков. Выбор был невелик: идя навстречу неприятелю, маги окажутся вне пределов досягаемости толуоловых зарядов, а присутствие короля защитит их от новых бомбардировок. Фрижель поднял меч над головой.

– Впеееред! – воскликнул он.

И бросился навстречу королевским войскам. Флуффи, как горящая комета, летел вслед за ним. Истар бросила в их сторону удивлённый взгляд, но вскоре всё поняла.

– За мной! – крикнула она.

Воры, маги, мятежники и сарматки в едином порыве устремились вперёд, издавая воинственные возгласы.

А за ними взрывались толуоловые блоки. Отставших подгоняло дыхание взрывов, а их грохот и вспышки так оглушили Фрижеля, что он потерял равновесие и чуть было не упал. Ком земли попал ему в плечо, он на мгновение задумался об Эрнальде, но тут же успокоился, вспомнив, что они с Абелем оставили дедушку в яме. Они уже прошли около двадцати блоков, и, принимая во внимание точность стрельбы арбалетчиков, Эрнальд, скорее всего, был жив и здоров. Чтобы придать себе мужества, Фрижель издал боевой клич.

Одна за другой сарматки телепортировались в ряды королевской армии и приступили к выполнению своей страшной миссии. Две армии встретились, бросились врукопашную, и бряцание бриллиантовых мечей грохотало по равнине.

Столкновение было необычайно жестоким. Хорошо обученные солдаты короля за несколько секунд уничтожили двадцать человек. Но и их полегло много благодаря воительницам Талес, нападавшим сзади. Фрижель вспомнил о просьбе Талес, заметив впереди себя Люда Лоу в окружении телохранителей. Но между Фрижелем и королём всё ещё плыл поток солдатских касок. Два вора как подкошенные рухнули рядом с ним на землю.

Абель с Фрижелем, как всегда спина к спине, только успевали поворачиваться. Таранкоец «косил» по ногам королевских солдат, которые имели неосторожность слишком близко подойти к ним. Лезвие неприятельского меча ранило Фрижеля в бок, и он вскрикнул от боли, сумев тем не менее схватить нападавшего за руку и нанести ответный удар. Углом глаза он заметил два белых пятна, мелькавших в общей сутолоке. Это были Талес и Хима. Они сражались, как львицы, защищавшие своих детёнышей, раздавая направо и налево удары кинжалами. С телепортацией было покончено. Скорее всего, они израсходовали все жемчужины. Вражеское кольцо всё сильнее сжималось вокруг. Методично, со знанием дела солдаты Люда Лоу прижимали магов друг к другу, окружая их. Они толкали их, наобум нанося удары противникам.

Фрижеля охватило глубокое отчаяние.

Войска магов столпились настолько плотно, что Абель не мог широко взмахнуть алебардой над головой, чтобы держать королевских солдат на расстоянии, из опасения ранить своих же.

– Задери тебя Голем! Крипер тебе в бок! – вопил от бессилия Абель.

И, как в ответ на его злобные крики, по долине пролетел звук рожка. Видимо, Люд Лоу решил приостановить сражение. Взгляды всех обратились в сторону Лазурной бухты. Новая армия прибыла на поле битвы. Её возглавлял мужчина с тёмной кожей, сидевший верхом на белом волке, в его руках трепетал красный стяг с головой оцелота. Фрижель почувствовал, что ещё чуть-чуть, и его друг лишится чувств.

– Мы пропали, – сказал он голосом, в котором послышались слёзы. – Вот и мой отец, собственной персоной.

А позади Дерина Свейла лучники, оседлавшие чёрных волков, натягивали тетиву. Фрижель поймал на себе взгляд Абеля. Беспросветное отчаяние читалось в его чёрных глазах.

Видя, что снопы стрел сейчас обрушатся на них, королевские солдаты отступили. Облако летучих снарядов поднялось в небо и со свистом накрыло магов.

Окончательно упав духом, Фрижель склонил голову и прикрыл лицо руками. Одна из стрел попала в него, но, к его большому изумлению, не вонзилась в тело. Ему даже показалось, что она отскочила от него, пролив на рубаху тягучую жидкость. И, вопреки ожиданиям, вокруг него раздавались не крики раненых, а как будто звон разбитой посуды. Он приподнял голову. Вторая стрела снова попала в него, и в этот раз он успел заметить розовую склянку, прикреплённую к её концу.

– Абель, – обратился он к своему другу.

Но тот был так поражён, что не мог вымолвить ни слова.

– Абель!

Фрижель тормошил таранкойца, внезапно почувствовав, что его раны начали затягиваться.

– Это микстуры здоровья!

Ошеломлённые солдаты остолбенели. Таранкоец поднял голову. Он не верил своим глазам. Затем он посмотрел на руки, его вдруг охватила дрожь. Судя по всему, зелье здоровья, от которого дрожь пробегала по всему телу, начало действовать. Его глаза заволокло слезами. Абель закрыл лицо руками.

Разведчики Дерина Свейла разделились на две колонны и окружили войска Люда Лоу, выпустив по два залпа зажжённых стрел. Победные крики раздались в армии магов. Разом повеселевшие и оставшиеся в живых солдаты бросились в атаку.

Фрижель сражался с двумя неприятельскими солдатами, как вдруг заметил Люда Лоу в нескольких блоках от себя. Стрелы лучников Таранки отскакивали от щитов его телохранителей. А за королём, покачиваясь, медленно плыл куб небытия. Он был ещё слишком далеко, чтобы Фрижель мог запрыгнуть на него, но…

– Крипер мне в бок! – воскликнул маг, стукнув себя по лбу.

Он переложил меч в левую руку, а правую сунул в мешок. Порывшись в нём, он почувствовал круглый предмет, коснувшийся его ладони, и вытащил жемчужину Эндера, подаренную Талес в благодарность за кинжалы, изготовленные Абелем. И как он мог забыть о жемчужине?

Очередной солдат с дикими воплями бросился на Фрижеля. Маг выставил вперёд меч, столкнулся с солдатом плечом к плечу, обошёл его сзади и нанёс решающий удар. А король тем временем уже отдалился, хотя и был в пределах досягаемости.

Фрижель бросил жемчужину как можно точнее, почувствовав щекотание, пробежавшее вдоль его тела, и во мгновение ока оказался верхом на носилках, рядом с кубом небытия. Под тяжестью его тела они закачались, а носильщики уставились на короля.

– Ваше величество! – взывали они к нему. – Ваше величество!

Люд Лоу находился впереди, на расстоянии в трёх блоках. Повернувшись, он увидел Фрижеля в опасной близости от его абсолютного оружия. Королю потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя. И этих нескольких мгновений хватило юному магу.

С бьющимся сердцем он вытащил из мешка сундук Эндера и открыл его. Блок небытия в ту же секунду завибрировал.

Люд Лоу приказал своим телохранителям посторониться. Но в тот момент, когда они повернулись к Фрижелю, их тяжёлые щиты соприкоснулись и перекрыли путь монарху.

Кирка правды показалась на дне шкатулки. Юноша схватил её и ударил первый раз. Но вместо того чтобы разбиться, блок небытия всего лишь уменьшился в размерах.

Вне себя от бешенства Люд Лоу оттолкнул солдат и бросился к Фрижелю, размахивая голубым лезвием меча над головой.

– Убирайся, пока цел! – вопил он.

Фрижель приготовился нанести второй удар, но тут ему в голову пришла идея. Он схватил куб, сунул его в сундук Эндера и захлопнул крышку. От толчка Фрижель чуть было не упал. Обезумев от неукротимого гнева короля, носильщики бросили свою ношу и разбежались в разные стороны, крича от ужаса. Не теряя ни секунды, Фрижель вытянулся во весь рост, поднял над головой кирку правды и с силой ударил по сундуку Эндера.

Он разлетелся на мелкие осколки, как и кирка правды!

И в это мгновение вернулась магия.

Глава 31

Фрижель поднял вверх руку.

– Маги Нетера! – воскликнул он. – Магия снова с на…

Но он не успел закончить фразу. Король нанёс ему удар такой неслыханной силы, что Фрижель задохнулся и свалился с носилок. Фрижель рухнул на землю и кубарем прокатился несколько кубов. Но тем не менее он успел отразить удар королевского солдата, бросившегося на него. Взяв меч в левую руку, Фрижель отразил удар, одновременно сняв правой рукой эссенцию с пояса. Ледяное остриё возникло вокруг его кулака. С победным криком Фрижель нанёс решающий удар и не смог сдержать улыбки. Блок небытия наконец прекратил распространять своё пагубное воздействие на окружающий мир, и Фрижель почувствовал себя свободным. А вокруг него огненные шары, насылаемые Истар, дюжинами воспламеняли солдат, каменные кулаки Саргона уничтожали противников. Халле больше остальных повезло на этой равнине, она доставала корни из земли, разбрасывала отравленные шипы.

Фрижель смотрел из стороны в сторону, чтобы не терять из поля зрения короля. Шесть телохранителей возвышались над Людом Лоу. Юный маг взял в руку ещё одну эссенцию и выбросил вперёд ледяной снаряд. Иней покрыл двух солдат, и они взорвались, развалившись на части. Фрижель устремился к Люду Лоу.

Но вдруг знамя короля затрепетало в воздухе. Фрижель увидел, как телохранители Люда Лоу выставили вперёд щиты, чтобы сформировать защиту вокруг монарха.

– Толуоловые блоки! – крикнул кто-то.

И действительно, красные заряды раскрасили небо. Юноша свистнул, и Флуффи прошмыгнул между ногами солдат. Два мага огня попытались перехватить блоки при помощи колдовских снарядов, но не попали в цель. Фрижель схватил пса за ошейник, взял в руку эссенцию и быстро соорудил ледяной блок вокруг себя. Зажав уши руками, он молил только об одном: чтобы у Абеля хватило времени спрятаться в укрытие.

Взрывная волна была такой силы, что ледяной блок полностью разрушился. Но тем не менее он взял на себя энергию взрыва, и Фрижель с Флуффи не пострадали. Он отпустил пса. Зато солдат короля оглушило настолько, что юноша решил, что сейчас они не могут представлять для него опасности, и он бросился к Люду Лоу.

Абель едва успел вырыть себе окоп и набросить сверху щит лежавшего поблизости солдата. Ему пришлось уменьшить наполовину ручку алебарды, чтобы было удобнее носить её с собой. Абель вылез из ямы, оценивая возможности своей укороченной алебарды, и бросил разъярённый взгляд на подрывников Знойных степей.

– Эти чудаки из магмы дорого мне за это заплатят, – сказал он.

И в это мгновение чья-то тень закрыла от него солнце. Он обеими руками схватил свой топор, приготовившись дать отпор непрошеному гостю. Но ему в глаза сразу же бросился белый волк его отца. Дерин остановил зверя, улыбнулся сыну и протянул руку, приглашая сесть рядом с собой.

– Присоединяйся ко мне, – сказал Дерин Свейл. – Ты мне нужен.

Растроганный Абель подал руку и присоединился к отцу. И тогда герой Эйкана погнал волка во весь опор по рядам королевских солдат. Животное уничтожало тех, кто не сразу уступал ему дорогу, перепрыгивал направленные на них мечи, в то время как Дерин наносил удары мечом по солдатам, попадавшим ему под руку. В несколько прыжков они покинули поле боя и помчались по равнине с ошеломляющей скоростью.

– Куда мы? – спросил Абель.

Волк доставил их в маленькую ложбину, достаточно глубокую для того, чтобы скрыть от них поле боя. Он пробежал по ней ещё несколько кубов, потом взобрался на холм, откуда они могли видеть сражение во всей его свирепой жестокости. Но не это интересовало Дерина. Он указал на группу солдат, расположенную близко от них и стоявшую к ним спиной. Это были подрывники из Знойных степей! Отец Абеля обогнул их, чтобы атаковать с тыла.

– Ты мне поможешь расправиться с ними? – спросил он.

– С удовольствием, – ответил Абель.

Герой Эйкана медленно и как можно тише слез с волка и взял меч. Абель последовал его примеру.

– У тебя есть идея, как обезвредить их арбалеты?

– Да, – ответил его сын, улыбаясь. – И это не просто хорошая, а отличная идея.

Он снял с плеча лук, вынул стрелу из колчана и поджег её конец. Потом он прицелился и пустил стрелу прямо в склад толуоловых боеприпасов королевских подрывников.

Мощь взрыва была такова, что Фрижель подскочил на месте. Гриб чёрного дыма поднялся в небо. Понимая, что арбалеты подрывников приказали долго жить, маги вскрикнули от радости.

Фрижель вместе с Истар подошли к королю и находились в пределах досягаемости всех шестерых телохранителей. Обсидиановые щиты чуть раздвинулись. Корона Люда Лоу отразила солнечный луч и сверкнула. Никаких сомнений: Люд Лоу всё ещё находился здесь.

– А ты сможешь разбить их щиты? – спросила Истар.

Маг посмотрел на пояс: у него осталось всего лишь восемь эссенций.

– Да, но не все, – ответил он.

А Истар в это время держала в руках склянку с оранжевой эссенцией.

– Давай всё же попробуем.

Фрижель взял магический куб, который тут же испарился в его руке, и Фрижель сосредоточился на ближайшем щите. Фрижель представил, как его снаряд пробивает цель, и направил его в щит. Обсидиановые кубы покрылись инеем. По чёрному камню пробежали трещины, но сам щит остался целым и невредимым.

– Теперь другой! – сказала Истар.

И пока Фрижель сделал всё то же самое и со вторым щитом, Истар отправила огненный шар в первый щит. Объятый пламенем снаряд разбился о щит, покрытый трещинами. И щит развалился на части из-за разницы температур. Истар повернулась ко второму солдату, на его щите тоже появился иней, и она взорвала и этот щит тоже.

И тогда двое этих безоружных стражников выступили вперёд, оставив позади четырёх стражников, сомкнувших ряд и закрывавших щитами короля. Положив свои громадные мешки на землю, двое стражников принялись собирать в кучу отливающие серебром блоки. Фрижель нахмурился.

– Что это они делают? – спросил он вслух самого себя.

Один из стражников собрался водрузить вырезанную тыкву на кубы, выложенные в форме буквы Т.

– Железные големы! – воскликнула Истар.

Она торопилась и со скоростью молнии выпустила огненный шар, который воспламенил одного из солдат ещё до того, как тот успел закончить ритуал создания голема. Фрижель направил во второго стражника ледяной снаряд, но промахнулся и попал в первого. Голем ожил, в то время как его создатель разлетелся на тысячу ледяных осколков.

Истар отошла на несколько шагов в сторону и поставила ногу на тлеющий деревянный куб, загоревшийся во время взрыва одного из толуоловых блоков. Она черпала энергию из пламени, которое после магических обрядов превращалось в бедрок, и направила заряд магмы на монстра. Половина лица и торса голема покраснели и расплавились. Но он всё шёл и шёл к Фрижелю, как будто его вперёд толкало стремление отомстить за гибель своего создателя. Он был огромен, на два куба выше Фрижеля, а его руки были такими длинными, что почти касались земли. Юноша схватил эссенцию, но второпях она выскочила у него из рук, упала на землю и затерялась в траве. Фрижель попытался её поднять, но голем нанёс ему удар такой силы, что Фрижель упал и откатился на несколько кубов назад. Он вскочил на ноги, стиснув зубы и собираясь нанести ответный удар. Но в это мгновение гигантские корни поднялись из земли и в смертельной хватке стиснули голема, который издал последний вздох со скрежетом сминаемого листового железа.

Глава 32

Битва продолжалась. Таранкойские разведчики сражались не на жизнь, а на смерть, алхимики суетились возле них, увеличивая их боеспособность с помощью микстур или оказывая им медицинскую помощь при необходимости. Маги, воры и мятежники старались не удаляться от алхимиков, чтобы прибегнуть к их помощи в случае необходи- мости.

Халла, Владыка растений, подошла к Истар.

– Нам нужно выкурить Люда Лоу из его убежища, – сказала она.

Фрижель заморозил щит третьего стражника. Истар взорвала этот щит огненным шаром. Халла в свою очередь опутала стражника корнями, и он рухнул замертво. Трое оставшихся стражников, выставив вперёд щиты, сформировали вокруг короля треугольник.

– Ещё минус один стражник, и король не сможет больше спрятаться от нас! – воскликнула Истар.

И они повторили нападение на очередного стражника. Но сердце Фрижеля сжалось в тяжёлом предчувствии, когда он взял ещё один магический кубик. Если не считать этого, у него осталось всего две эссенции. Тем не менее он выпустил ледяной снаряд в центральный щит. Энлиль взорвала его, а Владыка растений пронзила тело его обладателя корнями. Но никто из магов даже не мог предположить, что произойдёт дальше.

Два оставшихся стражника ринулись на Истар и Халлу. Но Люда Лоу и след простыл. Вместо него появились три голема, которые тут же набросились на Фрижеля.

Маг схватил предпоследнюю эссенцию и бросил снаряд на землю. Грязь на поле битвы тут же покрылась льдом и стала скользкой. Три монстра рухнули друг на друга. Но Фрижель должен был торопиться, так как големы уже почти встали на колени и приблизились к границе ледяной кромки. «Тем хуже!» – сказал он себе и, взяв последний магический куб, закрыл глаза.

Фрижеля охватило ощущение, будто он тонет. Так всегда происходило, когда он творил мощную магию. Он представил, что плывёт в море, ему хотелось почувствовать, как соль морской воды проникает в его вены, и мало-помалу вода, которая будто поднялась к горлу, изменила вкус, стала солоноватой и вызвала раздражение во рту. И тогда он вообразил, как изливает эту воду наружу. Он описал круг рукой, волна хлынула из ладони, затопив трёх големов. Фрижель переложил меч в правую руку, сделав несколько шагов назад. Но големы даже не шелохнулись, продолжая надвигаться на Фрижеля, как если бы ничего не произошло.

«Глупец! – упрекнул он самого себя. – Сейчас не время для экспериментов!»

Первый из трёх големов завёл руку назад, чтобы нанести Фрижелю один из тех страшных ударов, секрет которых был известен только этим железным людям. Опередив его, Фрижель рухнул на бок. Но когда голем уже собрался довести нападение до конца, раздался отвратительный скрежет. Монстр застыл в изумлении, пятна ржавчины растекались по сочленениям суставов и всему телу, как чернила по бумаге, – морская вода все-таки подействовала на железо! Он попытался шагнуть, но и это у него не получилось. Голем потерял равновесие, закачался и как сноп свалился на бок. А позади него двое других тоже звякнули железом, покрытым ржавчиной из-за морской воды, прежде чем плашмя рухнуть на землю.

Фрижель ликовал и ринулся к тому месту, где, по его предположению, находился король, охраняемый верными стражниками. Подойдя ближе, он увидел свежевырытый туннель в несколько кубов глу- биной.

– Подлец, он сбежал! – воскликнул Фрижель.

А Истар с Халлой тем временем продолжали бой с оставшимися стражниками.

Фрижель встал и поискал глазами короля.

Но вместо этого он заметил Абеля, который на всех парах мчался, размахивая поднятым над головой топором.

– Обернись! Сзади! – что есть сил орал он.

Фрижель обернулся и увидел короля, который вылезал из укрытия, сделанного из земляных блоков. На нем были тяжеленные доспехи, которые придавали его широким плечам неправдоподобно угрожающий вид. В каждой руке он держал по мечу. Первый напоминал меч гоблина Стекса: языки пламени танцевали на лезвии. А второй окружала почти прозрачная голубоватая неустойчивая аура.

В мгновение ока Абель встал рядом с другом. Но Люд Лоу даже не посмотрел в его сторону, буравя взглядом Фрижеля, и оттолкнул голубым мечом таранкойца. Неведомая сила приподняла молодого человека и отбросила его очень далеко.

– Абель! – воскликнул Фрижель.

Король ухмыльнулся.

– После наказания, которое я тебе приготовил, – сказал он, – ты будешь умолять меня, чтобы я отправил тебя в Суратан.

У Фрижеля больше не было ни одной эссенции, и он растерялся. И не зная, что предпринять, отступил назад.

Вдруг белая молния прорезала толпу.

– Гав! Гав! – лаял Флуффи, бросившись на короля.

Маг не мог ни запретить, ни помешать псу атаковать знаменитого воина, который как раз в этот момент нанёс Флуффи удар охваченным пламенем мечом. Со стоном Флуффи покатился по траве. К счастью, его невосприимчивость к огню отчасти спасла его, хотя он был ранен в лапу и не мог встать. Он завалился на бок, испустив бессильный вздох.

– Теперь ты совсем один, – заявил король. – Где Аскар? Где мой брат? Ты жертвуешь своей жизнью ради него, а его и след простыл!

Фрижель сжал кулаки: бешенство душило его.

– Я рискую своей жизнью ради магов, – сказал он, – а не ради вашего брата. Вы с ним стоите друг друга.

Король нахмурился.

– Следи за языком, мальчишка!

Несмотря на преклонный возраст, Люд сохранил удивительную технику боя. Он с такой быстротой сделал шаг назад, что Фрижель не успел его опередить. Пламенеющий меч ранил его в бедро, и юноша вскрикнул от дикой боли, а огненные языки лишь усилили его страдания. И вдобавок ко всему Люд ударил его вторым мечом. Фрижель откатился на десяток метров.

– Аскар – псих, – шипел король, надвигаясь на него с уверенностью победителя. – У него из-за магии прогнили все мозги, она и на ваши уже начала действовать.

Фрижель вдруг осознал, что он лежит на чьем-то теле. Он отодвинулся чуть дальше, дрожа от омерзения. Это был один из магов, убитый во время сражения, на его поясе висели три водяные эссенции. Чувство вины пронзило юношу, когда он их снял, но выбора не было. Он с трудом встал, так как рана на бедре доставляла столько мучений, что он чуть было снова не упал.

– Ваши способности противоестественны, – продолжал Люд Лоу. – Вы лишаете честных людей блоков, с помощью которых они бы могли возводить жилища, вы истощаете природные богатства королевства. И ради чего? Ради того, чтобы тешить ущемлённое самолюбие! Мы не нуждаемся в вас!

Фрижель зажал в руке одну из эссенций. Ненависть короля была столь откровенной и яростной, что он не мог удержаться от улыбки.

– Всё это очень грустно, – ответил Фрижель. – Всем известно, что во время дуэли вы обвели Аскара Рога вокруг пальца. И ваше правление основано на лжи.

Король даже подпрыгнул на месте, так его оскорбили слова мага. Он уже не помнил, когда кто-то позволял себе разговаривать с ним в подобном тоне.

– Я тебя сейчас убью за твой гнилой язык крипера! – взвыл он.

Водяная эссенция растворилась на ладони Фрижеля, и он швырнул в короля настолько мощный ледяной снаряд, какой ему ещё ни разу в жизни не удалось создать. Он был таким массивным, что осветил поле битвы, оставив за собой шлейф инея. Люд Лоу сделал шаг назад и отбил пламенеющим мечом снаряд. Лёд наполовину растаял под действием огня. Довольный собой, король бросился к Фрижелю, который застыл в немом изумлении. Магу показалось, что он даже не в состоянии шевельнуться.

Люд Лоу поднял меч и, сильно размахнувшись, разрубил юношу пополам.

Глава 33

Тело Фрижеля медленно разделилось на две части, которые утратили цвет, присущий человеческой плоти. Части стали прозрачными, иллюзия мага упала на землю и растеклась большой лужей.

А настоящий Фрижель тем временем вспомнил Зота, который когда-то тоже отбил один из его снарядов в пещере Минотавра. Воспользовавшись пронзительно-ярким светом своего чародейства, он создал двойника, а сам в это время стоял за спиной короля. Фрижель вытащил последнюю эссенцию, которая тут же испарилась в его руке. К горлу подкатила вода и сдавила его. Он представил, как кулак превращается в ледяное копьё.

Но в это мгновение король сделал шаг назад и разрубил его двойника голубым мечом. Сила, исходившая от меча, отбросила настоящего Фрижеля на несколько кубов. Бросок был такой силы, что маг лишился своего оружия. Подойдя к Фрижелю, Люд Лоу пинком отбросил его бриллиантовый меч.

– Это был отличный ход, – сказал он. – Видишь эту голубую ауру моего меча? Её ещё называют магией обратного хода[16]. Я нарочно велел его изготовить для таких магов, как ты. Очень удобно, если нужно остановить действие вашего колдовства.

Фрижель запаниковал и поискал глазами воду, – вода помогла бы спастись. Но воды поблизости не было.

Люд Лоу нанёс ему удар по рёбрам. Маг взвыл от боли. И тогда король поставил ногу на горло юноши.

– Гав! Гав! – лаял Флуффи.

Раненый пёс изо всех сил пытался встать, чтобы помочь хозяину. Фрижель схватил Люда Лоу за лодыжку, но так и не смог нанести королю хоть какой-нибудь урон.

Король приставил конец пламенеющего лезвия между нагрудником и бриллиантовыми щитками, защищающими ноги Фрижеля. Пламя обжигало, и юноша вскрикнул от боли. Закрыв глаза, он попытался вызвать в себе источник шестой магии – свет. Но боль, вызванная заколдованным мечом Люда Лоу, постоянно переходила от невыносимой к терпимой, что лишало Фрижеля возможности сосредоточиться.

– Люди твоей проклятой породы должны были бы гнить в Нетере, – сказал король. – Вы все – мерзавцы с мозгами, иссушенными магией.

Задыхаясь под тяжестью ноги короля, практически обездвиженный, Фрижель не слышал Люда Лоу. Инстинкт самосохранения возобладал над разумом, и тело Фрижеля черпало силы в этих нечеловеческих страданиях. Он извивался, лёжа на земле, не осознавая, что тем самым только помогает лезвию королевского меча проникнуть ещё глубже в тело.

Фрижель застонал и так слабо ударил Люда Лоу по колену, что тот благодаря бриллиантовым доспехам даже ничего не почувствовал.

А Флуффи продолжал беспрестанно лаять. Видя, в каком ужасном положении находится его хозяин, он паниковал и полз по земле, помогая себе передними лапами.

– Я больше не повторю ошибки, которую совершил со своим братом, – сказал король. – Ты сейчас умрёшь.

И он поднял меч над головой.

Но в это мгновение две объятые пламенем руки схватили его сзади за горло. Король взвыл и, толкнув мага огня локтем, отшвырнул на двенадцать блоков в сторону, и тот покатился по земле. Но маг сразу же встал на ноги. Пламя покрывало его с ног до головы, придавая силуэту расплывчатость. Поэтому невозможно было понять, кто это. Люд Лоу хотел было нанести ему удар мечом с аурой обратного хода, но незнакомец схватил его за руку. Почувствовав ожог, король выронил меч из руки, закричав от боли. Бешенство охватило его, и он попытался пронзить человека теперь уже пламенеющим мечом, но магия защитила незнакомца от огня. Маг схватил незащищённой рукой пылающее лезвие и обезоружил короля. Вне себя от удивления, Люд Лоу не смог вовремя увернуться. Получив сокрушительный удар, он едва устоял на ногах. Маг схватил его за горло. Языки пламени лизали лицо короля, распространяясь по телу со скоростью молнии. Люд оказывал сопротивление в течение нескольких секунд, потом его крики стихли, и, пожираемый огнём, он упал на землю, сражённый наповал.

Фрижель привстал, опираясь на локоть. Чародейство рассеялось, и юноша не мог сдержать радостного крика.

– Дедушка?! – заикаясь, произнёс он.

Это был Эрнальд. Эрнальд, который в память о Саре и Эноре на протяжении многих лет отказывался пользоваться своим даром.

Хромая, он подошёл к внуку и упал перед ним на колени. Схватив Фрижеля в объятия, он покачивался взад-вперёд и плакал.

– Только не ты! – повторял он сквозь рыдания. – Сначала твоя бабушка, потом мать! Но только не ты! Слышишь, я запрещаю тебе умирать.

Фрижель посмотрел на него и улыбнулся.

Эрнальд приподнял рубаху Фрижеля, чтобы посмотреть, насколько опасна рана.

– Алхимика сюда! – воскликнул он.

И к ним на всех парах уже кто-то бежал. Фрижель сразу же узнал Абеля.

– У меня есть всё, что нужно, – заявил он.

Таранкоец поднёс флакон к губам Фрижеля, и тот выпил зелье здоровья. Куб солнца запрыгал в его глазах, а в ушах раздался звон, похожий на звук гремящих кастрюль. Он стиснул челюсти, чувствуя, что началось заживление раны. Через несколько мгновений силы вернулись к нему, хотя от действия микстуры дыхание всё ещё перехватывало. Оглядевшись, Фрижель увидел, что вокруг собрались соратники. А тем временем в долинах последние выжившие маги, освещаемые тёплыми лучами закатного солнца, продолжали бой с оставшимися солдатами короля. Лишь звон мечей долетал до ушей юноши.

Флуффи подбежал к нему, облизал лицо и лаял от радости. Абель и Флуффи напоил микстурой здоровья. Абель с Эрнальдом помогли Фрижелю встать, подхватив под руки, и таранкоец протянул Фрижелю его меч.

Сражение тем временем продолжалось до темноты.

Люди короля, изнурённые битвой, растерявшие последние остатки боевого духа, сложили, наконец, оружие. Маги издали победный крик. Фрижель обнял Абеля.

– Мы победили короля и разрушили куб небытия! – воскликнул таранкоец.

И поднял руки к небу. А к Эрнальду тем временем подошёл Дерин Свейл, и они, испытывая некоторую неловкость, поздравили друг друга с победой. Потом герой Эйкана приблизился к сыну и, пройдясь рукой по его волосам, со смущённой улыбкой произнёс:

– Я горжусь тобой, сын мой!

Всю свою жизнь Абель ждал этого мгновения, и ему пришлось приложить немало сил, чтобы не разрыдаться перед отцом и сохранить достоинство, но, несмотря на усилия, лицо таранкойца исказила гримаса, когда он сказал:

– Спасибо, что пришёл к нам на помощь!

И его глаза обожгло горячими слезами, которые он не мог больше сдерживать.

Талес тоже посетила Фрижеля. Посмотрев ему в глаза, она ударила себя кулаком в грудь:

– Позволь мне выразить восхищение твоим мужеством. Пусть жемчужины ведут тебя по жизни, вакиза.

Юноша был очень польщён и растроган тем, что ему присвоили титул, которого удостаиваются немногие воительницы (мужчины же удостаивались такой чести очень и очень редко). За Талес последовала Хима, которая в точности повторила её слова. Выстроилась длинная очередь от тех, кто хотел выразить благодарность Фрижелю! Это были Истар, её маги и два Владыки, Халла и Саргон, а также горстка воров Пуабы и мятежники, выжившие в ходе столкновений. Только разведчики Таранки отказались к ним присоединиться. Прожив всю свою жизнь в ненависти к магам и сарматам, они не одобрили решения Дерина Свейла, даже если и исполнили его приказ и пришли на помощь магам. Они собрались отдельной группкой возле огня вместе со своими чёрными спящими волками.

Эрнальд развёл большой костёр. В свете пламени алхимики подбирали раненых и исцеляли их. Уцелевшие воины занялись сооружением саркофага из обсидиана, куда решено было поместить останки короля Люда Лоу. Затем планировалось выставить их на всеобщее обозрение в Улан Варке, дабы доказать всем, что маги действительно победили. Потом солдаты хоронили своих товарищей и врагов. Вся армия собралась возле могил. Некоторые солдаты падали без сил на руки рядом стоящих, слышались горестные крики и причитания. В семьях многих магов также были потери. Истар, Саргон и Халла подошли к могиле Эйвиндары. Истар долго молча сидела рядом, закрыв глаза и воздавая почести усопшей.

Сарматки наотрез отказались, чтобы их найяти похоронили на поле брани. Они отнесли их к Лазурной бухте, где мужчины построили большой алтарь на сваях. Здесь они сожгли их тела, и пепел летел, кружась по воздуху точно так же, как бесстрашные воительницы всю свою жизнь кружились в танце жемчужин.

Вскоре появились сарматские повара, сошедшие с кораблей. Они принесли припасы. Безудержная радость овладела лагерем. Воры, что-то напевая, принялись танцевать вокруг костра. К ним вскоре присоединились маги и мятежники. Фрижель и Эрнальд, Абель и Дерин Свейл, Истар, Саргон и Халла – все бросились в пляс, и на лице каждого из них сияла счастливая улыбка. Флуффи лаял и вилял хвостом, а когда возбуждение переполняло его, он крутился как заводной вокруг своей оси. Их радость была такой заразительной, что даже сарматки и таранкойские разведчики не могли остаться в стороне. Гордые воительницы дельты и их мужчины танцевали рядом с вечными врагами.

У Фрижеля перехватило дыхание, а глаза заволокло слезами. После стольких ссор и непонимания, после страха, после стольких страданий было так приятно видеть, как ещё вчерашние враги объединяются!

В конце концов каждый сел на своё место. Подняли стаканы с молоком и выпили за победу. Потом обсуждали последние события. Фрижель с удовольствием слушал радостный гул голосов, поднимавшийся над костром. Споры то возникали, то затихали, прерываемые взрывами смеха. Маг глубоко вдохнул свежий ночной воздух.

Но вдруг он помрачнел.

Он вспомнил вопрос Люда Лоу: «Где мой брат?» От этой мысли у Фрижеля судорогой свело живот. А ведь действительно они очень давно не видели Аскара Рога. Так где же он?

Что он готовит? И пока эти мрачные мысли мучили Фрижеля, солдаты смеялись, но их радость казалась юноше преждевременной. Он чувствовал себя чужим, пессимистом, нарушающим общую радость, почти стариком среди детей, обязанным думать о завтрашнем дне и в одиночестве несущим на своих плечах бремя ответственности. И в это мгновение он встретился глазами с Эрнальдом. Дедушку, казалось, тоже что-то тревожило. Странно, но это придало Фрижелю сил. Он больше не чувствовал себя одиноким, и не он один теперь будет думать о том, что же будет дальше, переживая за судьбы всех остальных. Фрижель вдруг ощутил, что усталость огромной тяжестью навалилась ему на плечи, а мигрень обручем охватила голову. Всё произошло очень быстро, и, сделав ещё несколько глотков, Фрижель почувствовал, что его веки налились свинцом. Ему приходилось прилагать всё больше и больше усилий, чтобы держать глаза открытыми и принимать участие в разговорах. В конце концов Фрижель уснул.

Глава 34

Эрнальд разбудил Фрижеля ещё до рассвета. Ночь была короткой. Фрижель потянулся и вздрогнул. Небо было ещё тёмным, и холодный ветер продувал долину насквозь. Костёр уже давно погас. А в лагере одни за другими зажигались факелы и тыквенные светильники.

– Мы отправляемся, – сказал Эрнальд.

Собирая мешок, Фрижель вдруг почувствовал, что чего-то не хватает. Он инстинктивно принялся искать глазами сундук Эндера и только потом с облегчением вспомнил, что он разрушил его вместе с кубом небытия и что Люд Лоу мёртв.

Войска выстроились в колонну и пошли на запад вдоль цветущих равнин. Флуффи бегал из стороны в сторону в надежде отыскать кролика и полакомиться.

– Куда мы идём? – спросил Фрижель у деда.

Тот указал на линию горизонта.

– Наша цель – Улан Варка, – сказал он. – Король скончался, и мы должны сообщить об этом придворным, всем знатным лицам королевства и назначить следующего короля.

Абель присоединился к ним.

– А почему мы не сели на сарматские корабли? – спросил он.

Фрижель вопросительно посмотрел на деда.

– Потому что нас слишком много, – ответил Эрнальд.

Фрижель, вне себя от удивления, обвёл взглядом колонну солдат. Их осталось не более двухсот человек от первоначальной численности. Но к этому количеству ещё нужно было прибавить около семисот таранкойских разведчиков, алхимиков Дерина Свейла и нескольких пленных.

В общем и целом их было не более тысячи четырехсот человек (сарматские инженеры остались на кораблях).

– Согласен, – сказал Абель. – Но ведь Семь Островов – это действительно острова, судя по названию. Значит, придётся вплавь пересечь море?

Замечание таранкойца развеселило Эрнальда, и он разразился громким хохотом.

– Что это с ним? – спросил Абель.

Фрижель улыбнулся.

– Не волнуйся, – ответил он.

– Не волнуйся, не волнуйся, – повторил с раздражением Абель. – Предупреждаю вас, что я не собираюсь ради вашего удовольствия морозить свои блоки в океане… У меня и без того хватает гастов, которым следует врезать.

Солнце лениво поднималось из-за линии горизонта, окрашивая золотистой аурой травы. Воздух постепенно нагревался, и вместе с влажностью над полями поплыл аромат цветов. Благоухание наполнило равнины и разбудило птиц. И тогда симфония их разноголосья смешалась с душистыми испарениями роз, сирени и пионов.

Наконец, показалось море.

Пролив, отделявший равнины Мерема от Семи Островов, был относительно узким.

С берега виднелся архипелаг. Гнетущая тишина вдруг повисла над колонной солдат. Многие из них, как и Фрижель с Абелем, никогда не видели королевского города. Но не его красота заставила их замолчать. Пелена угрожающе чёрных облаков плыла над Улан Варкой. Даже стоя на другом берегу, люди хорошо понимали, что это совершенно точно не нормальное метеорологическое явление. И даже те из них, которые и не вспомнили об Аскаре Роге, отвратительном Владыке мёртвых, увидели в этих мрачных тучах плохое предзнаменование.

Фрижель обескураженно вздохнул.

– Все, праздник закончился, – проговорил Абель.

Истар, возглавляющая колонну, подняла руку.

– Стоять! Стоять! Стоять! – передавали солдаты друг другу приказ предводительницы магов, чтобы он достиг хвоста колонны.

Эрнальд, Абель и Фрижель присоединились к Истар. Флуффи крутился возле них и, как всегда, не ощущал опасности, внушающей беспокойство его хозяину. Вокруг было полным-полно травы, цветов и кроликов, значит, и оснований для грусти у пса не было!

Взобравшись на небольшой холм, Истар, Халла и Саргон всматривались в даль. Дерин Свейл, Талес и Хима подошли к ним. Истар улыбнулась, увидев Фрижеля.

– Нам придётся пересечь пролив, – сказала она.

– Может быть, дождёмся ночи? – предложил Дерин Свейл.

Халла отрицательно покачала головой.

– Аскар Рог вызывает ходячих мертвецов, – ответила она. – Ночь даст ему больше преимуществ. Хотя мы даже не предполагали, что он найдёт способ творить свои злодеяния днём.

Фрижель нахмурился: было что-то, что ускользало от его понимания.

– А как он вызвал тучи? – спросил он. – Если я не ошибаюсь, его первой ветвью была магия камня.

– Он не имеет к этому никакого отношения, – ответила Истар с грустным выражением на лице. – Скорее всего, это дело рук зомби Ольвира.

Образ Владыки воды сразу же всплыл в памяти Фрижеля. Ведь у него совсем вылетело из головы, что его учитель погиб во время битвы в Джакаре.

– Зомбофицированные маги Аскара Рога могут заниматься чародейством, – объяснила она. – В этом и заключается сила магии мёртвых.

Фрижель вспомнил о Вальмаре с белыми глазницами и перекошенным ртом, который пробудился от вечного сна на крыше тюрьмы Нетера. От этого воспоминания дрожь пробежала по телу. Сару, его бабушку, постигла та же участь. Юноша сжал кулаки. Чувство несправедливости охватило его и вызвало в душе едва сдерживаемую злость. Убив Люда Лоу, они предоставили его брату возможность распространять своё безумие во всём мире. Разумеется, король использовал куб небытия исключительно в своих корыстных целях, но он был задумали и создан Вальдис именно для того, чтобы избежать подобных ситуаций. И теперь могущественный и потерявший рассудок маг Аскар Рог угрожал безопасности целого королевства.

Дерин Свейл вздрогнул от звука, характерного для телепортации. Нельв приземлилась рядом. В руках она держала большой мешок, который раскрыла перед своими найяти.

– Это жемчужины для вас, – сказала она.

Талес и Хима поблагодарили её и распределили их между воительницами, выжившими во вчерашнем бою.

Фрижель спустился к пляжу и так близко подошёл к кромке моря, что его ноги коснулись воды. Женщина-маг приблизительно лет сорока подошла к нему. Юноша закрыл глаза, чтобы почувствовать силу своей первой ветви магии и ощутить прилив воды. Двенадцать из созданных им эссенций он прикрепил к поясу, а тринадцатую зажал в руке.

– Пойдём, – сказал он.

И при поддержке женщины-мага он проложил ледяную дорогу по поверхности воды.

– А я и забыл, что он способен на такое, – проговорил Абель.

Фрижель создавал каждый новый отрезок моста, черпая энергию непосредственно из ледяных блоков, по которым они перемещались.

Так они подошли к первому из Семи Островов. И чем ближе они подходили к Улан Варке, тем явственнее чувствовались запахи протухшей жареной свинины, серы и засохшей грязи, издаваемые зомбосвинами. Эти «ароматы» были уже известны Абелю, Фрижелю и магам, которым часто доводилось сталкиваться с этими мерзкими существами в Нетере. Но сарматы, воры, мятежники и таранкойские разведчики прикрывали руками лица от омерзения.

Ужас охватил всех, когда они, наконец, вошли в город. Порт обезлюдел и казался застывшим в бледном свете дня, просачивающемся сквозь густые тучи. То тут, то там валялись остовы кораблей, как древние морские животные, выброшенные на берег. Их изрешеченные дырами носы и разорванные паруса несли на себе следы жестокого насилия, слепого и безумного. Ящики с товарами, стоящие на набережной, были взломаны, а их содержимое рассыпано по земле. Даже птицы покинули это место. Город погрузился в мёртвую тишину, нарушаемую только шумом морского прибоя.

– Порт обречён, – сказал Эрнальд.

Фрижель дошёл до городских ворот. Аскар Рог не преминул заблокировать их камнями, превращёнными в бедрок. За стеной послышался легкий хрип, похожий на хрюканье, который, когда Фрижель приблизил ухо к камням, превратился в сиплый рёв. Сердце забилось сильнее, и юноша в страхе отскочил от ворот.

– Там кто-то есть, – произнёс он.

Халла сняла с пояса эссенцию, в которой была заключена магия растений, и совершила головокружительный прыжок, взобравшись на городскую стену. Бледная, как полотно, она вернулась через несколько мгновений.

– Они повсюду! – воскликнула она.

– Как это? – спросил Дерин Свейл. – Кто повсюду?

– Я не видела ни одного жителя, ни одного уцелевшего дома. Нижний город заполонили зомби, и их так много, что они даже не в состоянии шевельнуться и стоят, прижавшись плечом к плечу друг к другу, чего-то выжидая. Это… Это ужасно.

Владыка растений вдруг вскочила, подбежала к краю набережной, и её вырвало. Истар бросилась к ней на помощь и обняла подругу за плечи.

– Оказалось, Люд Лоу был прав, – вдруг заявил Дерин Свейл.

Его замечание привело Абеля в шок.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил он.

И отец ответил ему, пожимая плечами:

– Всем известно, что во время дуэли Люд Лоу обманул своего братца, но ведь Аскар Рог действительно сумасшедший. И теперь я понимаю, почему король не захотел разделить с ним трон и почему он так ополчился на магию и магов.

Абель смотрел на него, не веря своим глазам.

– Люд Лоу прав, развязав эту грязную кампанию против магии? Как ты можешь это говорить? Неужели ты забыл, что до Ориэль все ходили вооруженные до зубов и рубили криперов мечами! И неужели ты думаешь, что Люд Лоу был прав, когда выслал магов в Нетер, где они прожили более пятидесяти лет?! – И он указал пальцем на самого молодого солдата армии Истар. – А некоторые родились в этом аду и никогда не видели солнечного света и не ощущали запаха джунглей, хотя они полностью лишены какой бы то ни было склонности к магии. Ты, наверное, забыл, что всех несогласных король разбросал по тюрьмам и разъединил семьи во время изгнания магов в Нетер.

Гордость за друга охватила Фрижеля. Он так изменился после их первой встречи! Юноша вспомнил, как в болотах Кондулы Абель твердил заученные назубок истины.

– Не бывает войн без раненых и убитых, – возразил ему отец.

Абеля так потрясли доводы отца, что он стукнул себя по лбу.

– Папа, – сказал он как можно мягче, чтобы не обидеть, – не маги выбрали свою судьбу, не они решили, родиться им с этими талантами или нет. И ты не можешь быть…

Таранкоец вдруг застыл на полуслове. А Дерин Свейл, не сводя с него глаз, ждал, когда же он договорит.

– Абель? – окликнул он его.

Фрижель обернулся, чтобы посмотреть, что же привлекло внимание его друга. Вдоль набережной бодро шагали четыре силуэта. Несмотря на расстояние, разделявшее их, Фрижель сразу же узнал одного из них.

– Алиса? – воскликнул он с дрожью в голосе.

И Алиса приветливо помахала им рукой.

Глава 35

Сердце Абеля забилось так сильно, что ему показалось, что этот стук слышали все вокруг. После всего, что он пережил после бегства Алисы, после предательства, в котором он её обвинял, обнаружив пустую комнату Алисы в Айянне, и которое поселило в его душе жгучее чувство обиды, после злости, вызванной в нем её запиской, такой немногословной и холодной, Абель больше всего на свете боялся этой встречи. Ему было очень страшно. Больше всего он боялся, что его опять охватит это странное чувство, от которого перехватывало дыхание и с которым он не может совладать. Но когда таранкоец увидел хрупкий и гибкий силуэт той, ради которой билось его сердце, когда он узнал эти огромные зелёные глаза и самоуверенную улыбку, он чуть было не лишился чувств на набережной Улан Варки. Его дрожащие ноги, сбивчивое дыхание, кожа, покрывшаяся мурашками, – всё его тело говорило о том, что он обманывал себя. Гнев, с такой тяжестью давивший на душу ещё несколько минут назад, испарился, как только появилось это видение, и теперь он испытывал только радость и громадное облегчение. Абель почувствовал, как слеза скатилась по его щеке. Он мгновенно стёр ее, чтобы ни один человек не заметил, что он готов разрыдаться. Как он мог подавлять в себе так много чувств? Сейчас же он ощущал только беспокойство, как только осознал, что Алиса здесь, живая и невредимая, стоит на набережной. Он глубоко вздохнул, чтобы не дать эмоциям выплеснуться наружу. И теперь только одно непреодолимое желание владело им: сжать Алису в объятиях.

Алиса поздоровалась с Фрижелем.

– Привет, Фрижель! – сказала она. – Я так рада тебя видеть!

Маг улыбнулся.

– Я тоже, Алиса! – произнёс он в ответ. – Нам тебя так не хватало!

– Кто бы сомневался! – сказала она, подмигнув.

И юная воровка повернулась к Абелю. Она подошла, боясь поднять на него глаза. Остановившись, девушка робко протянула ему руку.

– Здравствуй, Абель. Какие новости?

Пребывая в состоянии полного ошеломления, таранкоец схватил её руку и долго тряс. Как будто пелена застлала ему глаза, скрывая всё, что происходило вокруг. А потом он осознал, что Алиса уже успела пожать руки Эрнальду, Дерину, Истар и склониться в почтительном поклоне перед Талес, он же так и продолжал неподвижно стоять и держать Алису за руку. Он опять пытался подавить в себе гнев, горячей волной растекшийся по венам. «Но почему?» – мысленно спрашивал он себя, не понимая, почему Алиса была так сдержанна. Неужели она не видела, как эта встреча взволновала его? Может быть, она делала это нарочно? Он терялся в догадках, и это было хуже всего.

Девушка повернулась к даме лет пятидесяти, которая сопровождала её.

– Представляю вам Абигейль Пемброк, – сказала она, – мою мать. – И она с гордой улыбкой посмотрела на Эрнальда. – Хотя вам она более известна под именем Хирон.

Это имя вывело Абеля из очередного витка адских размышлений. Вдруг в голове у него всё прояснилось. Он ощутил, что в течение всех этих долгих минут он стоял, не дыша, и полной грудью вобрал в себя воздух. Всё, хотя и медленно, но сложилось в пазл. Может быть, поспешное бегство Алисы имело под собой такие веские основания, о которых он и понятия не имел? Ему вдруг стало стыдно. Оказалось, что Хирон, от которого столько времени не было никаких вестей, была на самом деле её матерью! Стыд в душе боролся с горечью. Конечно, Алиса права. Хотя и не во всём. Если она находила его гениальным архитектором, как она говорила в Айянне, то, скорее всего, причиной тому был, действительно, его талант. Но откуда она узнала, что Хирон – это её мать? Его сердце вдруг болезненно сжалось. А что бы сделал он, если бы узнал, что его отец находится в опасности? Не впал бы он в панику? Бросился бы на его спасение? «Невозможно дать однозначный ответ», – грустно сказал он самому себе, потому что его отношения с отцом никогда не отличались простотой. Может быть, именно поэтому Алиса удовлетворилась лишь простым пожатием руки? Чтобы не компрометировать себя перед ма- терью?

– Хирон? – услышал он собственный голос, повторяющий в полном ошеломлении это имя.

Мысли с такой скоростью проносились в его голове, что никого не удивила его реакция. Все, застыв в изумлении, продолжали смотреть на Абигейль, не сводя с неё глаз. Талес очнулась первой. Она подошла к матери Алисы и склонилась перед ней в почтительном поклоне.

– Для меня большая честь познакомиться с вами, найяти, – сказала она. – Ваша поддержка спасла мое племя от голода. Пусть жемчужины укажут вам путь.

К удивлению окружающих, Хирон стукнула себя кулаком в грудь.

– Для меня это тоже большая честь, Талес, вакиза Айянны, – ответила она. – Мужество ваших воительниц – пример для всех женщин королев- ства.

Абель не мог сдержать улыбки. Как говорится, из зомби крипера[17] не сделаешь. И, глядя на мать Алисы, он понял, от кого ей достался столь импульсивный характер.

К ним подошёл Эрнальд.

– Не описать словами, как мы боялись, – сказал он после того, как поздоровался с матерью Алисы. – Мы так долго не получали от вас вестей, что опасались, как бы с вами не произошло каких-нибудь неприятностей.

Она расхохоталась.

– О, Эрнальд, не волнуйтесь! Не было бы счастья, да несчастье помогло. Ведь это моя дочь освободила меня.

И, говоря это, она нежно потрепала Алису по щеке, которая, покраснев от стыда, слишком поспешно отстранилась от матери.

– Мама! – воскликнула она, подняв глаза к небу.

Но Хирон и не собиралась перед ней извиняться. Она только усмехнулась, ласково проговорив:

– Ладно тебе! Я тебя три года не видела, и неужели я не могу хоть немного понежничать.

Все рассмеялись, за исключением юной воровки, которая смерила свою мать взглядом, полным упрёка. Абель хорошо понимал, что она чувствовала в это мгновение. Отдалившись от отца, он шёл по жизни своим путём и стал другим человеком. Но, находясь рядом с Дерином Свейлом, он опять примеривал на себя тот образ, который ему навязал герой Эйкана. Абель опять чувствовал себя ребёнком, и это ощущение было невыносимо для него.

– Хочу вам представить Тома Сизая, – сказала в этот момент юная воровка, чтобы сменить тему разговора.

И она указала на огромного мужчину с чёрной бородой и повязкой на левом глазу.

– Глава Гильдии воров Улан Варки.

А потом она повернулась к красивому молодому человеку со светлыми волосами и с мрачной ухмылкой на лице.

– А это Молеон, его ближайший помощник. Именно он помог освободить мою мать из темницы пыток.

Абель похолодел. Как хлыстом прошлась по нему эта новость. Что это за тип? Почему он с такой нежностью смотрит на Алису? И теперь уже яд ревности пробежал по его жилам. А ведь Абель хорошо знал, до какой степени он разочаровывал Алису, когда позволял чувствам взять верх и когда утрачивал контроль над ними. Но то, что он ощущал сейчас, было сильнее. «А что, если именно из-за Молеона она так холодно ответила на рукопожатие. И не с ним ли связан холодный тон записки. Может быть, они знали друг друга раньше? Ещё до Пуабы? Скорее всего, члены разных гильдий воров иногда организуют совместные вечеринки». И теперь, когда все эти мысли завладели его мозгом, Абель не мог от них избавиться. И ему не оставалось ничего другого, кроме как опустить голову, стиснуть зубы и отойти в сторону.

Словосочетание «темница пыток» заинтересовало Фрижеля. Он хотел попросить Алису рассказать подробнее, но Эрнальд опередил его.

– Итак, – сказал глава мятежного стана, – пойдём, сядем где-нибудь, где потеплее, и ты всё подробно нам расскажешь.

И он повернулся и пошёл в сторону лагеря, который разбили солдаты. Набережная была такая узкая, что им пришлось построить огромный деревянный понтон на поверхности моря, где и возвели ба- раки.

Абигейль с Алисой пошли за Эрнальдом. Том Сизай, повернувшись лицом к порту, громко свистнул. И в это же мгновение около шестидесяти воров незаметно выплыли из морских глубин и из остовов кораблей, лежащих вдоль набережной. Фрижель как зачарованный следил за их появлением. А что касается сарматок, то они даже не заметили пополнения войска.

Все собрались в самом большом здании. Оно было построено по тому же плану, что и бараки и хижины на равнинах Мерема. И у Фрижеля возникло дежавю, когда он вошёл вовнутрь.

Собрание длилось добрых пару часов. Каждый из присутствующих по очереди делился впечатлениями. Говорили о смерти Люда Лоу, о разрушении блока небытия, о попытке Магнуса захватить власть, о нашествии зомби Аскара Рога.

– А теперь, – спросил Эрнальд, – кто-нибудь скажет мне, где находится Аскар Рог?

– Его зомбосвины захватили запретный город в тот момент, когда мы там были, – сказала Алиса.

В подтверждение её слов Абигейль кивнула.

– Да, – произнесла она. – Аскар Рог всегда считал, что трон по праву должен принадлежать ему и что он когда-нибудь займёт его. Он наконец взял реванш. Уверена, что мы найдём его в королевском дворце, где он обосновался вместо брата.

– Но в городе полным-полно зомби, – заметил Дерин Свейл. – Как нам добраться до Аскара Рога?

Но их беседа была прервана шумом боя, доносившимся с улицы. Фрижель, запыхавшись, вбежал в комнату.

– Что происходит? – спросила Истар.

Через открытую дверь Фрижель указал на ла- герь.

– С тех пор как мы сюда прибыли, сарматки и таранкойские разведчики не могли удержаться от оскорблений, понося друг друга последними словами, и теперь между ними завязалась драка.

И после этих слов все выбежали наружу.

Глава 36

Скопление народа образовалось у самой кромки понтона. Воры Пуабы и Улан Варки, маги и мятежники улюлюканьем и криками подбадривали таранкойских солдат и сарматок, которые сошлись в рукопашной схватке. И даже если у них хватило ума не применять оружие, эта сцена опечалила Фрижеля. Общая победа сблизила оба народа, но старые обиды всё ещё давали о себе знать. Ожидание, образы вчерашней битвы и кошмарная атмосфера города повлияли на моральный дух войска и разбередили раны прошлого.

Дерин Свейл и Талес с трудом пробивали себе проход сквозь толпу. Они попытались успокоить буйные головы, но крики зрителей перекрывали их приказы. Солдаты были так возбуждены, что, как только отцу Абеля и сарматке удавалось образумить одну часть дерущихся, как драка возобновлялась с новой силой.

И в это мгновение что-то привлекло внимание Фрижеля.

Черное пятно плыло по воздуху, спускаясь к ним. Маг заметил его, потому что птицы разлетелись, покинув Семь Островов. Он прищурился, пытаясь понять, что бы это могло быть, но это нечто не походило ни на что уже виденное им. Силуэт то появлялся, то исчезал. Он толкнул локтем Алису.

– Посмотри, – сказал он, – как ты думаешь, что это?

Летающий объект приблизился, и Фрижель был уверен в том, что различал три головы, две из которых лежали на широких плечах.

– Да, у меня есть некоторые мысли по этому поводу, – пробормотала Алиса, – но, боюсь, они тебе не понравятся.

– Да говори же! – поторопил маг.

Неопознанный летающий объект приближался к ним, становясь всё больше и больше.

– Визер, – произнесла Алиса.

– Ты уверена? – спросил Фрижель, который уже знал ответ.

– Я однажды читала о нём в энциклопедии Моргона-Эрудита. Описание очень похоже на то, что мы сейчас видим. Там было написано что-то вроде этого: «Отвратительный трёхголовый скелет, перемещающийся по воздуху».

Определив, что это действительно был визер, планирующий прямо на них, Фрижель почувствовал, как волна отвращения сотрясла его тело. Алису тоже пробирала дрожь. А разведчики с сарматками ни о чем не догадывались и по-прежнему дрались. Маг попытался крикнуть, чтобы привлечь внимание Эрнальда и Истар, но из-за шума драки его никто не услышал. Тогда он принялся махать руками, но и этот жест не возымел действия.

Но вдруг от дикого воя все застыли на месте. Фрижель узнал этот вопль, который ему доводилось слышать на побережьях Варога. Люди не сводили глаз с неба.

– Бегите! – что есть сил крикнул Фрижель.

Ужас парализовал волю солдат и лишил их возможности спастись бегством. Казалось, монстр взорвался, создав ударную волну такой силы, что она разрушила большую часть платформы. Солдаты вместе с бараками, находившимися на ней, рухнули в океан. Несколько выживших тянули из воды руки, взывая в слабой надежде к помощи. Визер взвыл снова, набрал высоту и осыпал армию почти чёрными снарядами, которые формой напоминали головы визер-скелетов[18]. Они взрывались, отравляя всё и всех, находившихся поблизости. Но что-то привлекло внимание Фрижеля, и ему потребовалось лишь мгновение, чтобы рассмотреть чёрный блок в центре огромного тела монстра, исторгающий шлейф фиолетовых частиц. Но убедиться в своей правоте Фрижель в данный момент не мог. Паника охватила армию, солдаты ринулись к городской стене, ища возле неё защиту. Фрижель подбежал к Истар, Дерину Свейлу, Талес, Хирон и Эрнальду, которые, не сговариваясь, собрались в самом безопасном месте, чтобы обсудить план дальнейших действий.

– Могу бросить своих лучников против него! – предложил Дерин Свейл.

– А я – магов, – сказала Истар.

И каждый из них послал своих людей на борьбу с жутким монстром. Эрнальд, как зверь в клетке, ходил кругами.

– Но этого явно недостаточно, – заявил он. – Нам нужно как можно скорее захватить Аскара Рога. А мои воины истощены, и их боевой дух упал ниже некуда.

В это мгновение к ним подошла Хирон.

– Раз уж я всю жизнь прожила в Варке, я точно знаю потайной ход, который приведет нас прямо в тронный зал.

– Но и до него ещё нужно добраться, – заметил Абель, – с учетом того, сколько зомби толпится за городской стеной.

Фрижель вступил в центр и взял слово, обведя взглядом присутствующих.

– У меня есть идея, – сказал он. – Но вы должны доверять мне. Я хочу прибегнуть к магии света.

Алиса, Истар и Халла удивлённо смотрели на него. И тут в разговор вмешался Эрнальд.

– Магию света? – переспросил он. – У тебя что, в голове кубиков не хва…

Но снаряд, брошенный визером, прервал его на середине слова. Снаряд пролетел над их головами и врезался в фортификационные сооружения Улана. Взрыв разрушил несколько блоков стены, и на глазах застывших от ужаса Фрижеля и его друзей сотни рук, покрытых гниющей плотью, ухватились за края разлома, и волна зомбосвинов покатилась по набережным порта.

– У нас нет выбора! – сказал юный маг, в то время как огненные шары разлетались во все стороны и мечи отбрасывали яркие отблески в сероватом свете дня. – Абель, Алиса, не отходите от меня далеко. Скорее всего, вы мне понадобитесь.

Алиса ответила улыбкой, а Абель молча кивнул головой. Покорный чужой воле, Эрнальд тоже вступил в бой. Поток зомбосвинов казался бесконечным. Они все шли и шли, и люди отступали перед их количеством. Удары мечей и стрелы, казалось, почти не оказывали на них никакого действия, и, кроме того, эти отвратительные создания Нетера демонстрировали редкую невосприимчивость по отношению к снарядам магов огня. Итак, Фрижель восстановил в памяти все детали боя с Вальдис. Чувствуя себя под защитой друзей, Фрижель присел и закрыл глаза. Солнечный свет, просачивающийся сквозь плотные облака, был рассеянным, а из-за туманной дымки его тепло практически не ощущалось. Но несмотря на это Фрижелю удалось почувствовать его прикосновение на коже. Он сосредоточился на ощущении света, который мягко струился в животе. Силой мысли Фрижель увеличивал яркость и силу потока до тех пор, пока не почувствовал, что ослеп. Глаза обожгло, слёзы ручьём потекли по щекам. И именно в тот момент, когда он почувствовал, что свет сейчас взорвется в нём, он попытался сдержать его и придать ему форму светящегося куба.

В это мгновение он открыл глаза. Он не полностью лишился зрения, как в прошлый раз, но все очертания были расплывчатыми и неясными. Но это его не испугало. Ведь Алиса и Абель были рядом с ним, и ему уже были знакомы все эти ощущения.

– Голем тебя задери! – воскликнул Абель. – Но ведь он огромен!

– Что это? – спросила Алиса.

– Светящийся куб, – сказал Фрижель. – Я понял, как всё это работает в лесах Варога.

Алиса восхищённо присвистнула.

Глава 37

Тени вокруг Фрижеля постепенно начали принимать более чёткие очертания. Он разделил свой куб на пятьдесят более мелких световых блоков и попытался опустить их на оружие солдат. Эрнальд, Истар и Дерин Свейл, Том, Молеон, Алиса и Абель, Талес и Хима – все они сразу же отдали себе отчёт в том, что происходило, предоставив магу свободу действий. Но некоторые солдаты в ужасе отпрянули. К сожалению, Фрижель не мог всё контролировать. И он удовлетворился тем, что разместил колдовские заряды на мечах тех, у кого хватило хладнокровия ими воспользоваться.

Как и следовало ожидать, тон задал Дерин Свейл. Он бросился в самую гущу зомби, круша встающих у него на пути монстров светящимся мечом. Зомбосвины, которых он касался лезвием наделённого колдовскими свойствами оружия, тут же замертво падали, разлагаясь на части. Эрнальд, Истар, Талес, Хима, Том, Молеон и Алиса последовали его примеру.

А в другом конце порта лучники Таранки и маги Истар пытались удержать визера на возможно большом расстоянии, хотя всем было ясно, что долго они не продержатся. Некоторые из них уже пали на поле брани, сражённые огромным призраком. Дерин воспользовался этим, чтобы провести свой отряд через Улан. Все воины и сарматки, на мечах которых Фрижелю удалось закрепить огненные заряды, прошли сквозь пролом в стене, и теперь поток атакующих шёл в обратном направлении. Они пробивали себе путь в толпе зомби и бесстрашно шли вперед, как по тростниковой плантации.

Фрижель старался из всех сил, чтобы сохранить концентрацию внимания и удержать заряды на мечах соратников.

– Абель, – обратился он к другу. – Ты не мог бы мне помочь?

Таранкоец взял его под руку.

– Скажи, ты видишь что-нибудь? – спросил он Фрижеля.

– Почти ничего, – признался маг. – Только некоторые очертания.

– И на том спасибо, – пошутил Абель. – Постарайся не перепутать меня с зомби, если, конечно, ты на это способен.

И он помог другу подойти к пролому в городской стене, образовавшемуся после атаки визера. Но когда они устремились в него, сзади них послышался гул голосов.

– Пригнись! – воскликнул Абель.

Фрижель присел на корточки, узнав знакомый свист снарядов визера.

– Кирку тебе в бок! – крикнул таранкоец.

Паника охватила Фрижеля, который всё ещё плохо видел и не понимал, что происходит. Взрыв раздался в двух шагах от них. Не было ни свиста, ни дуновения, но очень горький запах проник им в нос.

– Ох! – воскликнул Абель, кашляя и чихая. – Чёртова рыба!

Маг тоже почувствовал, как яд проникал ему в вены. Он напряг мышцы, чтобы во всеоружии встретить боль, которая не замедлит распространиться по телу. И она действительно скоро проявилась во всей мощи нестерпимых страданий. Фрижель сжал кулаки и стиснул зубы.

И вдруг зрение восстановилось.

– Всё хорошо? – спросил таранкоец, лицо которого тоже исказилось от боли, вызванной действием яда.

Фрижель бросил полный ошеломления взгляд на свой меч. Световой куб всё ещё держался на нём. А далеко впереди мечи солдат, ведомых Дерином, также пока ещё не утратили колдовских чар.

Фрижель застонал. Сила головной боли была ничуть не меньше боли, вызванной отравлением, терзавшим его тело. И, как и уже когда-то в тёмной башне, резкий звон раздался в ухе. Но несмотря на все эти мучения, голова оставалась ясной. «Боль, – думал он. – Она всегда является неотъемлемой частью магии!» Ещё в Джакаре он столкнулся с этим парадоксальным явлением. Чародейство и боль шли всегда рука об руку. И Фрижель сейчас, как никогда, был уверен в том, что именно этим объяснялось безумие, в которое впадали некоторые маги.

Фрижель с Абелем вошли в пригород. Дорога, проложенная Дерином Свейлом, Хирон, Истар, Талес и другими, опять закрылась за ними. Повинуясь стадному инстинкту, зомбосвины[19] толкались, наступая друг на друга в надежде прикончить героя Эйкана, который вызвал их ярость, нанеся мощные удары. Абель выразительно посмотрел на Фрижеля, и они без слов поняли друг друга, бросившись в этот океан зомби. При помощи алебарды таранкоец одним движением сносил их десятками. Меч Фрижеля был гораздо короче, но от этого не менее эффективен. Маг чаще наносил удары, поскольку его оружием было удобнее управлять.

При первых же ударах толпа зомби разделилась на части. Одна из них сосредоточилась на Дерине, другая – на юношах. Что-то вроде неиссякаемого потока образовалось вокруг, и зомбосвины толкались и топтали друг друга, ни на секунду не останавливаясь. Медленно Абель с Фрижелем пробивались к своим друзьям. Благодаря колдовству юного мага, они убивали каждого зомбосвина с первого удара. Но зомби прибывали в таком огромном количестве, что юноши дрогнули и группа зомбосвинов взяла верх.

Фрижель поднял голову. Эрнальд с соратниками продвигались гораздо быстрее. Расстояние между ними ещё больше увеличилось, а стена Варки казалась недосягаемо далёкой. Мага захлестнула волна отчаяния. Воспользовавшись его рассеянностью, один из зомбосвинов приблизился к нему на опасное расстояние, собираясь нанести удар золотым мечом[20].

Взбешённый Фрижель поднял меч и разрубил зомбосвина пополам. Монстр разложился на части в облаке чёрного дыма, издав запах тухлого яйца. Возле Абеля и юного мага вдруг разбились две жемчужины, и в то же мгновение Хима с Талес приземлились рядом и поспешили на помощь. В нимбе световых кубов они взяли в руки бриллиантовые кинжалы, решив больше не использовать жемчужины Эндера, поскольку ходячих мертвецов было слишком много и они наплывали такими тесными рядами, что сарматки могли телепортироваться только им на спины. К тому же эти твари были настолько тупы и самонадеянны, что вряд ли бы на них произвёл впечатление танец жемчужин.

Четыре воина соединились с остальными в тот момент, когда эти последние уже подошли к крепостной стене запретного города. У них не было времени обменяться впечатлениями, так как ходячие мертвецы непрерывно атаковали. Фрижель, Талес, Абель и Хима подошли к опорному пункту сражающихся, который защищала Хирон от нескончаемого потока зомби. Она была единственной, кто не имел никакого боевого опыта.

Увидев их, она махнула рукой.

– За мной! – крикнула она.

И Абигейль повела небольшую группу влево от города. Они прошли вдоль крепостной стены до скал острова и остановились возле небольшого дома, ничем не отличающегося от остальных строений за исключением того, что на его фасаде не было ни окон, ни дверей. Группа обошла здание. А волна зомби тем временем все ширилась вокруг них, издавая омерзительное хрюканье. Зомбосвины демонстрировали столько рвения и упорства, осаждая их, что они сталкивали друг друга со скал в пустоту и сотнями гибли в воде, хотя, казалось, их количество от этого не уменьшалось. Фрижель, которому с трудом удавалось поддерживать концентрацию внимания на должном уровне, чтобы не прекратилось действие колдовских чар, спрашивал себя, как Аскар Рог руководил столь огромной армией. Взяв кирку, Хирон разбила стену. Здание было абсолютно пустым внутри, если не считать травы, покрывавшей землю.

– Как пусто, – заметила Алиса.

– Не совсем так, – объяснила её мать. – Отдавая себе отчёт в том, что Улан погряз в нищете и перенаселении и в нём уже не осталось ни травинки, потому что её либо съели овцы, либо поглотили строения, Люд Лоу решил построить этот дом, чтобы сохранить хотя бы немного травы. И больше травы в нижнем городе вы не найдёте. – Она вытащила мотыгу[21] из мешка. – Сейчас поймёте, зачем мне она.

И она вырвала пучок травы с центрального куба, обнаружив деревянную дощечку. Нажав на неё, Хирон привела в движение боковую сторону скалы, которая дрогнула, и около двадцати поршней, спрятанных в камне, отодвинули блок, лежащий перед ними, и образовали лестницу, протянувшуюся до самого низа крепостной стены, в которой открылась потайная дверь. Члены группы перешёптывались, не в силах скрыть восхищения.

И в то же мгновение визер издал дикий вопль, от которого кровь застыла в жилах. Он, наконец, избавился от магов и разведчиков, которые всячески чинили ему препятствия и лишали возможности продолжить свою разрушительную деятельность.

– Идите! – крикнул Эрнальд. – Я займусь им.

И он устремился к призраку, швырнув в него огненный снаряд. С глухим ворчанием монстр выдержал прямое попадание. Тогда дед Фрижеля снял с пояса ещё одну эссенцию, и на глазах изумлённого Фрижеля тело визера воспламенилось. Зомби в ужасе попятились назад. Вооружённый светящимся мечом, Эрнальд удерживал их на достаточном расстоянии, сдерживая по мере своих сил и возможностей ещё и визера.

Юноша спускался по лестнице вслед за остальными, но тяжёлое предчувствие остановило его, и он решил присоединиться к Эрнальду.

– Дедушка! – крикнул он, возвращаясь назад.

Но Истар, стоя позади Фрижеля, остановила его.

– Ты нам нужен, – сказала она. – Ты единственный, кто владеет магией света. – И она повернулась к Владыке камня, следовавшему за ней. – Саргон, помоги ему!

Но Владыка возмутился.

– Почему я?

Заметив выражение негодования на лице Истар, он тотчас взял себя в руки и добавил:

– Я буду гораздо полезнее в схватке с Аскаром. Ведь я – Владыка камня. Что я могу против летающего монстра?

Истар смерила его презрительным взглядом.

– Защищай Эрнальда, – приказала она.

Владыка камня подошёл к деду Фрижеля. А тот уже стоял на первой ступеньке лестницы, и Саргон возвёл каменную стену между ними и ходячими мертвецами. Эрнальд воспламенил верхнюю часть стены, чтобы отбить у зомби желание взобраться на неё, и послал огненный шар в визера. Продолжая спускаться по лестнице, Саргон одного за другим уничтожал зомбосвинов, которые перелезали через устроенную им преграду, а Эрнальд тем временем продолжал удерживать визера.

– Ну, нечего медлить. Нам пора идти! – сказала Истар.

Фрижель подчинился её приказу и отправился вслед за остальными, без конца оборачиваясь. Истар вместе с юношей вошли в потайной коридор. Хирон с группой были уже далеко впереди. Вдруг Фрижель услышал голос Эрнальда:

– Саргон, замуруй туннель!

И Владыка воздвиг блоки. Но визер все-таки успел изрыгнуть ядовитый снаряд в проход. Он взорвался, разрушив кубы, выставленные Саргоном. Сила взрыва, усиленная узостью коридора, была такова, что всех отбросило назад. Упав на спину, Фрижель утратил концентрацию внимания. Колдовство прекратило своё действие. Кубы света погасли, и всё вокруг погрузилось в кромешную темноту. Пока Саргон возводил новые блоки, Эрнальд зажёг факел. Но яд уже проник в коридор, и мгновенно обессилевший Владыка камня со стоном опустился на колено. Дед Фрижеля бросился к нему.

– Идите! – сказал он Истар и внуку. – Мы вас догоним!

А позади слышалось хрюканье зомби, которые когтями царапали камень с неприятным скрежетом.

– Идите! – повторил Эрнальд.

И с тяжёлым сердцем Фрижель наконец решился проследовать за Истар к королевскому дворцу.

Глава 38

Коридор два раза поворачивал под прямым углом и вывел их к старым погребам, где король хранил оружие и съестные припасы. Хирон, Алиса, Абель и остальные уже ждали их. Но тут ещё были люди. Это были и придворные, и слуги, и рабочие запретного города, которые нашли здесь приют во время нашествия ходячих мертвецов. Они дрожали от страха, прижимаясь друг к другу. Флуффи подошёл к детям, которые, наконец, решились поиграть с собакой, и в погребах послышался детский смех. Социальные различия больше не имели никакого значения. И повар, готовящий еду, и каменщики, готовые в любой момент заделать пролом в стене, защищавшей их от монстров Аскара Рога, вдруг вознеслись на самую вершину иерархической лестницы.

– А где Эрнальд и Саргон? – спросила Хирон.

– Идут за нами, – ответила Истар. – Скоро будут.

Фрижель решил не говорить, что Владыка камня ранен и что Эрнальд приводил его в чувство. Юноша волновался, но, видя ужас, застывший на лицах этих людей, которые не были готовы к разгулу насилия и которые забились в эти погреба без надежды когда-нибудь выйти отсюда, он вдруг понял, что его беспокойство и страх за деда выглядели бы как обычный эгоизм. Маги огня соорудили факелы и подожгли их, чтобы в пламени изготовить эссенции. Беженцы пожертвовали несколько вёдер воды из своих запасов для магов воды. Сарматки сложили свои жемчуга в общий мешок, чтобы потом разделить их поровну. Алиса и алхимики Дерина Свейла трудились не покладая рук, чтобы изготовить как можно больше микстур восстановления здоровья. Юная воровка решила раздать их своим друзьям. Абель, сидевший спиной к стене, взял флакон, грустно кивнув головой.

– Спасибо, – произнёс он с вялой улыбкой.

Не задерживаясь надолго возле Абеля, Алиса подошла к Тому Сизаю и Молеону и вручила им по склянке с микстурой. Когда Фрижель выпил зелье, он тут же почувствовал прилив сил и бодрости. Мало-помалу его кровь очистилась от яда, мигрень исчезла, а звон в ушах прекратился.

Тронный зал находился наверху лестницы, которую беженцы замуровали каменной кладкой. Вне всякого сомнения, Аскар Рог был там. Юный маг, сжав кулаки, направился к Алисе.

– Скажи, ты можешь изготовить для меня ядовитое зелье? – спросил он.

Юная воровка удивлённо посмотрела на него, но вопросов не задавала. Она вытащила несколько паучьих глаз из мешка и принялась за работу. Узнав этот запах, Флуффи подбежал к ней, его ноздри подрагивали, а шерсть стояла дыбом. Она дала ему понюхать составляющие зелья, и пес, поняв, что здесь нет Бануга, их заклятого врага и предателя, вернулся к играм с детьми.

А Фрижель подошел к Хирон.

– Поднимемся туда, – сказал он. – Нам здесь больше нечего делать.

Но в эту минуту Истар подошла к ним.

– Не советую приступать к делу очертя голову, – произнесла она. – Коридор за стеной, скорее всего, кишмя кишит ходячими мертвецами.

А Хирон, указав на целые семьи, нашедшие убежище в погребе, сказала:

– Мы не можем уйти, оставив этих людей без защиты.

– Но я всё уже продумал, – заявил Фрижель. – У меня есть идея. Абель, у тебя остались толуоловые блоки?

– Нет, – ответил тот. – Люд Лоу всё взорвал в долинах Мерема.

И тут в их разговор вмешался Том Сизай.

– У меня есть порох, – сказал он.

– У меня тоже, – сказал один из алхимиков Дерина Свейла.

И они разложили тридцать упаковок с порохом перед собой. Таранкоец нервно хмыкнул.

– А что, если, принимая во внимание всё это, Аскар Рог так и не узнает, что мы пришли… – пошутил он.

Истар пожала плечами.

– Он прекрасно знает, что мы здесь, – сказала она. – Он нас слышит.

Абель собрал весь порох, установил свой верстак и принялся за работу. И пока он изготавливал толуоловые блоки, Фрижель спросил у Истар:

– У нас остался хоть один маг камня?

Когда Истар посмотрела на него, грусть мелькнула в её глазах.

– Нет, – ответила она. – Саргон был последним, а он всё ещё не вернулся.

Фрижель провел рукой по волосам.

– Мне нужна обсидиановая стена, чтобы защититься от взрыва, – рассуждал он вслух.

Абель, повернувшись к нему, сказал:

– Ты вполне можешь её самостоятельно изготовить.

Фрижель не сразу понял, что он имел в виду.

Таранкоец указал ему на Истар.

– Истар – маг огня, а ты – маг воды. Ведь так? Если вы изготовите воду и лаву, вы получите обсидиан[22].

Лицо Фрижеля осветила улыбка. Он попросил одного из воров вырубить яму размером три куба на два. Затем Истар сняла с пояса магическую эссенцию и создала куб лавы, который поместила в яму. А Фрижель тем временем соорудил куб воды, которым залил лаву. Когда дым рассеялся, перед ними лежал чёрный камень, в котором они так нуждались. С помощью бриллиантовой кирки Абель расколол горную породу и построил достаточно широкую обсидиановую стену, чтобы за ней могла укрыться вся группа, и прикрепил шесть толуоловых блоков со стороны, обращённой к зомби. Затем он соединил их с редстоуновым шнуром, чтобы иметь возможность запалить их непосредственно из по- греба.

– Отлично, – произнёс Фрижель. – Теперь всё готово.

Он торопился и взял две эссенции. По одной в каждую руку. Швырнув снаряд в стену, защищавшую вход на лестницу, он тут же подготовился к следующему удару. Камень замёрз, покрылся трещинами и разлетелся на тысячу осколков. Удивлению зомби не было предела, и они, сбившись в кучу, ринулись в помещение, как рагу из опрокинутой кастрюли. Фрижель бросил второй снаряд, от которого они все застыли. Охваченная льдом первая волна зомби заблокировала следующих.

– Давай! – воскликнул Фрижель.

Группа укрылась за прочной обсидиановой стеной. Взяв огниво, Абель поджёг редстоуновый шнур. Раздался взрыв.

Его сила была такова, что дрогнули стены, а пыль наполнила погреб, от которой его обитатели зашлись в кашле. Зато взрывная волна очистила лестницу от всех зомби.

Когда группа уже собралась проникнуть в коридор, ведший в тронный зал, Хирон подошла к Фрижелю.

– Я хочу остаться с ними, – сказала она. – Я всё равно ничем не смогу вам помочь, поскольку у меня нет боевого опыта.

Алиса, оказавшись рядом, бросилась в объятия матери, в то время как Абель с помощью бриллиантовой кирки вырубил несколько обсидиановых блоков, чтобы забрать их с собой. А Алиса с матерью все стояли, прижавшись друг к другу, пока последние солдаты армии Истар не вышли в коридор. И тогда два таранкойских воина разобрали лестницу, прислонив ступени к противоположной стене, и уже собрались заделать входной пролом за собой.

– Хватит прохлаждаться, пора идти, – сказал Фрижель, положив руку на плечо Алисы.

Несмотря на бесцеремонный тон Фрижеля, девушка и не думала обижаться. Она знала, что у них мало времени и что зомби могут вновь нахлынуть громадной волной. И она побежала вслед за всеми.

Девушка прошла перед Абелем, который в этот момент закладывал пролом обсидиановыми блоками, и, прежде чем вставить последний куб, он вынул бриллиантовую кирку и сунул её в отверстие.

– Хирон! – крикнул он, закрывая его вместе с отцом. – Держите кирку, она пригодится вам, когда всё закончится.

А юная воровка застыла на лестнице. Когда Абель повернулся, он нос к носу столкнулся с ней. Дерин тем временем исчез в клубах дыма от взрыва. И таранкоец увидел, как слеза побежала по щеке Алисы.

– Спасибо, – сказала она. – Спасибо за помощь моей маме. И, знаешь, я очень переживала, что ушла вот так, не простившись.

Абель взял её за руку. «Переживала»… Одно это слово значило для него больше, чем тысячи объяснений. Его сердце дрогнуло, сила вновь вспыхнувших чувств вознесла его над землёй, а горечь обиды исчезла как по мановению волшебной палочки.

Юная воровка так близко подошла к нему, что он почувствовал её горячее дыхание на своей щеке.

– Ты не представляешь, как мне страшно, – сказала она. – Я ужасно боюсь. А когда меня охватывает ужас, я защищаюсь и становлюсь жёсткой.

Абель кивнул.

– Мне тоже страшно, – произнёс он. – И разве есть хоть один человек, который бы не боялся Аскара Рога.

Смеясь, она рукой закрыла ему рот.

– Абель, – сказала она. – Абель… ведь ты ничего, совсем ничего не понимаешь.

И она поцеловала его, крепко сжав в объятиях.

– Только не умирай, – шепнула она. – Это приказ.

И Алиса побежала вслед за остальными.

Глава 39

Когда Фрижель вошёл в тронный зал, от страха у него сводило живот. Напрасно он убеждал себя, что у него хватит сил и смелости одолеть Аскара Рога, раз уж он смог, несмотря на куб небытия, расправиться с Людом Лоу. Его ноги всё равно дрожали, а голова отказывалась соображать. Фрижелю показалось, что течение времени замедлилось. Он повернул голову, глаза с трудом успевали за движением, и у него возникло ощущение, будто образы проникали в его мозг с опозданием на несколько секунд.

После взрыва, который они с Абелем произвели на лестнице в погребе, зомбосвины потеряли к ним всякий интерес. Они безучастно блуждали по комнате, как по Нетеру, не обращая никакого внимания на воинов. Истар, Дерин Свейл и все остальные тревожно осматривали зал в надежде увидеть мага мёртвых. Но трон был пуст. Флуффи без удержу лаял на ходячих мертвецов в безуспешной попытке спровоцировать их. Одного из них он укусил за лодыжку, но странно, что ни этот зомби, ни остальные никак не отреагировали. Краем глаза Фрижель заметил, что Алиса с Абелем вошли в зал. Он был уверен в том, что они обязательно появятся вместе. Но их присутствие лишь подчеркнуло отсутствие Эрнальда. Фрижель думал о дедушке, который остался далеко позади вместе с Саргоном, и надеялся, что у них всё хорошо, что они выжили, несмотря на яд визера, и что зомби не разбили каменную стену, которую в качестве защиты воздвиг Владыка.

И в это мгновение маг почувствовал, как судорогой свело всё тело. От страха перехватило дыхание и ужас сковал его. Руки и ноги задрожали, и Фрижель не мог унять эту дрожь. Зубы стучали, а Флуффи, рыча от испуга, жался к нему и не отходил ни на шаг. Фрижель узнал этот неконтролируемый ужас, который проник извне: он уже однажды испытывал такое в Джакаре, когда впервые встретился с Аскаром Рогом.

От внезапно раздавшегося скрежета все повернули головы.

Огромная дверь открылась, и на её пороге появился Аскар Рог. С улыбкой на губах он пересёк зал. Фрижель нахмурился. Что-то в нём изменилось. Белоснежные волосы Владыки мёртвых, как обычно, были уложены в пучок на затылке, хотя несколько непослушных прядей выбились из причёски, и, когда он отбрасывал их назад, Фрижелю показалось, что его рука дрожала. Он заметил также несколько чёрных точек на его торсе, покрытом татуировками. Но больше всего изменилось лицо. Оно вытянулось от худобы, челюсти были стиснуты, а в глазах, напряжённо смотрящих в одну точку, отражалась усталость. Вздувшаяся вена пересекала изрытый морщинами лоб. «Должно быть, ему пришлось много страдать, – подумал Фрижель. – Вот цена, которую ему пришлось заплатить за то, чтобы управлять громадной армией мертвецов».

Аскар Рог поднялся по ступеням, отделявшим его от трона, склонился в приветственном поклоне и сел.

– Спасибо, друзья! – громко проговорил он. – Спасибо за то, что избавили меня от этого предателя Люда Лоу. Это была прекрасная работа.

Истар подошла к нему. За ней последовали Дерин Свейл, Абель, Алиса, Талес и Хима. Истар хотела взять слово, но колдун поднял руку в знак того, что собирается говорить.

– Я хорошо знаю, зачем вы здесь, – сухо сказал он. Его руки вдруг судорожно сжались на подлокотниках кресла, но он тут же расслабил их. Он громко и глубоко дышал, как если бы его мучила одышка. – Я много думал, – продолжал он. – И я решил принять их!

– Что ты решил принять? – спросила Истар.

Владыка мёртвых пожал плечами, как если бы его ответ был очевиден для всех. Смахнув прядь волос с лица, он ответил:

– Разумеется, я принимаю ваши извинения! Ваши извинения за то, что некоторые из вас хотели помешать моему избранию в Совет Шестерых. Ваши извинения за то, что пренебрегли мною в пользу моего брата. За то, что отказались признать моё могущество! И это несмотря на всё то, что я сделал для вас! Так как после бегства всё, что я делал, я делал для вас! Но никто не хочет меня понять. – Он обвёл рукой комнату, разорённую безудержным разгулом зомби. – Посмотрите, я даже подготовил ваш поход. Я захватил город, очистил его от всех этих бездарей, которые поклялись, что сотрут нас с лица земли. Видели бы вы страх в их глазах! Это было приятное зрелище! Но все они погибли. И смею вас заверить, что я лично займусь этими тварями, которые всё ещё населяют наши провинции. Никто в нашем королевстве больше не помешает нам жить так, как нам хочется.

Его речь была встречена мёртвой тишиной.

А далеко за ними, на лестнице, ведшей в погреба, вдруг раздался стук кирки, крушащей каменные блоки. Эрнальд появился в тронном зале в сопровождении Саргона. С мрачной миной на лице и сжатыми кулаками он пересёк комнату. Фрижель выдохнул, когда увидел Эрнальда. Но дед не удостоил внука даже взглядом. Он остановился у подножия трона и смотрел на Аскара Рога. Владыка недоумённо вздёрнул брови.

– Кто ты? – спросил он.

– Я – Эрнальд из Ланньеля.

Аскар Рог провёл рукой по бороде, на мгновение задумавшись.

– А! Вспомнил, – произнёс он. – Я помню тебя. Хотя это было так давно! Не подскажешь, когда?

– В Эндере, где ты зомбофицировал мою жену.

Аскар не выразил ни грусти, ни сожаления по этому поводу. Он вытаращил глаз, вскинув брови, как будто вызывал в памяти на редкость хорошее воспоминание.

– Да, конечно! – воскликнул он. – Сара! Ведь так её звали? Она была удивительной! И какое было удовольствие сражаться бок о бок с ней!

Эрнальд стоял спиной к Фрижелю, и только по напряжению плеч и шеи юноша понял, насколько его дед взбешён. И гнев Эрнальда передался внуку. Он почувствовал, как тоска охватила его, пробежав дрожью по телу.

– Сражаться вместе с ней? – пробормотал Эрнальд. – Но ведь ты использовал её труп как марионетку!

Аскар Рог в ошеломлении положил руку на сердце, и Фрижель остолбенел, отметив про себя, что его глубоко ранили слова деда.

– Совершенно верно! – воскликнул Аскар. – Её труп! Но ведь не я же её убил!

И он с удручённым видом покачал головой. Левой рукой он несколько раз повернул обсидиановый браслет, который всегда красовался на его правой руке.

– Ты несправедлив ко мне, Эрнальд. Ведь тебя огорчает именно её смерть, к которой я не имею никакого отношения. А что именно ты любил в Саре? Её улыбку, её чувство юмора, манеру обижаться, когда ты поздно возвращался домой? Но когда она погибла, что у тебя осталось? И всё, что тебя связывает с её телом, это всего лишь воспоминания, а само тело – всего лишь жалкие останки. И что его отличает от любого каменного куба?!

Огненный шар пролетел по залу. Аскар выставил вперёд устрашающий кулак и отбил шар.

– Замолчи! – воскликнул Эрнальд, рука которого всё ещё пылала от выпущенного им снаряда. – Хватит изображать из себя жертву, всё это действует мне на нервы. Возьми на себя ответственность за все свои преступления вместо того, чтобы изворачиваться и юлить, как последний трус!

Услышав такие обвинения в свой адрес, Аскар Рог помрачнел, и в его глазах сверкнул огонь безумия.

– Пусть так, – сказал он.

И снял две чёрные эссенции с пояса, которые тут же испарились в его руке, а зомби Вальмара и Сары выросли как из-под земли.

Глава 40

Видение так потрясло Эрнальда, что он отступил на несколько шагов назад, не сводя глаз с силуэта своей жены. Потом он закачался, упал на колени и разрыдался. Фрижель хотел было подойти к нему, но ноги не слушались, и он тоже рухнул на пол. Когда он хотел приподняться, то не смог найти в себе сил. Живот вдруг скрутило судорогой, и Фрижелю стало так плохо, что он никак не мог понять, в чём кроется причина этой новой напасти. Наконец он решился посмотреть в лицо своей бабушке, и у него возникло ощущение, что он узнавал черты, которых никогда не видел. Но зрение тут же помутилось, глаза застлало слезами, и он тоже разрыдался. Он оплакивал свои давние, ещё детские страдания, и ему вдруг показалось, что он отделился от тела и наблюдает за всем происходящим издалека. «Что со мной происходит?» – думал он. Но рыдания не стихали, они только становились все сильнее и сильнее, и он ничего не мог с этим поделать. И тогда сквозь пелену горя он увидел, как силуэт Сары сделал шаг назад. И юноша сразу же всё понял.

– Осторожнее! – воскликнул он дрожащим голосом.

Эссенция, которую его бабушка сняла с пояса, испарилась в её лишенной плоти руке, и голубой снаряд отлетел от неё.

– Осторожнее! – крикнул он ещё громче.

Но его дед ничего не слышал. Убитый горем Фрижель все-таки нашел в себе силы подняться, хотя и знал, что не успеет подбежать к Эрнальду.

– Дедушка! – крикнул он ещё раз.

Инстинктивно он снял с пояса эссенцию и выбросил вперёд ледяной шар. Снаряд пересёк комнату. И оба снаряда, снаряд Фрижеля и снаряд Сары, столкнулись и с треском взорвались, рассыпавшись бриллиантовыми брызгами.

И в это мгновение Фрижель заметил Истар, кулак которой был раскалён, как жаровня. Повернувшись к соратникам, она воскликнула:

– Пора с этим заканчивать!

Выйдя из тени, Алиса с Молеоном встали позади Сары и сняли с неё пояс с эссенциями. Но в это мгновение зомби Вальмара повернулся к юной воровке, которую ужаснул вид человека, сопровождавшего их по Нетеру, и она инстинктивно отпрянула с отвращением на лице. Бывший маг растений вызвал из-под пола чёрные корни, которые тут же опутали Алису. Молеон набросился на зомби.

А Фрижель постепенно приходил в себя и протёр глаза. Стоя на возвышении, Аскар Рог поднял руку, и в то же мгновение зомбосвины пришли в движение. Дерин Свейл перегруппировал своих лучников, которые встали единым блоком позади. Герой Эйкана прокладывал путь сквозь поток ходячих мертвецов, нанося во все стороны мощные удары мечом, в то время как солдаты защищали его с тыла. Талес появилась рядом с Владыкой мёртвых и ранила его в бедро. Тот резко развернулся, чтобы нанести ответный удар,

Но сарматка уже телепортировалась. Однако, когда она материализовалась снова, её лицо исказила гримаса ужаса, и Фрижель отметил про себя, что никогда прежде не видел страха в её глазах. И если бы не Хима, служившая ей надёжной защитой, Талес убили бы зомби, взявшие её в плотное кольцо. Громадная воительница Хима, недолго думая, с силой размахнулась и ударила свою вакизу по спине, чтобы та, наконец, пришла в себя.

Фрижель закрыл глаза, чтобы опять вызвать в себе потоки света. Но один из ходячих мертвецов, подкравшись сзади, вонзил ему меч в бедро. От неожиданности маг повернулся вокруг своей оси, успев взять в руку эссенцию. Потом он схватил зомби за костлявую шею. Она заиндевела, лёд покрыл монстра, трещины пробежали по ледяному панцирю, и зомби развалился на части. Когда Фрижель вытащил золотое лезвие из бедра, его лицо исказила гримаса боли.

– Блейз тебя разрази! – выругался он, видя, что кровь хлещет из раны.

Поискав Абеля глазами, он увидел, что тот, вставив стрелу в лук, целится прямо в него. И, по примеру разведчиков отца, Абель прикрепил флакон с микстурой здоровья к её концу. Таранкоец выстрелил, склянка разбилась у ног Фрижеля, и под воздействием зелья рана на бедре начала затягиваться, а зомбосвины, окружавшие его, застонали, издавая гнусное хрюканье.

Сара с Вальмаром тоже не теряли времени даром и направились к Эрнальду. Но Халла вызвала корни из-под пола, и они опутали зомби как раз вовремя. Истар подошла к Эрнальду и воздвигла перед ними барьер из пламени, замедляющий зомби, направляющихся к ним. Фрижель тоже бросился к деду, рубя зажатым в левой руке мечом приближающихся к нему ходячих мертвецов, а в правой он сжимал эссенцию, создавая ледяные снаряды, которыми забрасывал толпу монстров. Он прошёл сквозь огненный круг, схватил Эрнальда за плечи и с силой встряхнул.

– Дедушка! – кричал он. – Дедушка, очнись!

Дед смотрел на него, но, казалось, не узнавал. В его глазах плескалось горе, и он был неспособен сосредоточиться на чём бы то ни было. Дрожащей рукой Фрижель влепил ему пощёчину.

– Ну же! Эрнальд!

Дед наконец пришёл в себя. Он помотал головой и положил руку на плечо внука.

– Осторожно! – крикнула Истар, стоящая рядом с ними.

Тень мелькнула в поле зрения Фрижеля, и у него едва хватило времени отпрянуть в сторону вместе с Эрнальдом.

Напротив юноши стоял Вальмар. Его лицо уже подверглось разложению, и зелёные глаза стали совершенно белыми. Отвратительная улыбка застыла на лице. Фрижель едва сдерживал отвращение, настолько невыносим и омерзителен был запах тления, издаваемый зомби-Вальмаром. И отвращение, охватившее юношу, позволило ему отстраниться от образа Вальмара и перестать ассоциировать зомби с человеком, которого он знал. Вальмар протянул руку к юноше, и, опережая его нападение, Фрижель возвёл в качестве защиты ледяную стену между ними. Отравленные шипы, брошенные магом растений, отскочили рикошетом от белой стены. Зомби совершил головокружительный прыжок, чтобы шипы не попали в него. Но разложение уже достигло таких пределов, что правая нога развалилась при приземлении. Зомби, тем не менее, встал, как будто ничего не произошло, и, хромая, направился к Фрижелю. Маг воды заморозил пол под его ногами, и Вальмар рухнул. Не имея возможности подняться, он извивался, как червяк. Юноша подошёл к нему. Зомби схватил его за лодыжку, пытаясь разрубить ногу пополам. Тогда Фрижель в ответ нанёс удар мечом, но промазал, вонзив меч в пол. Фрижель вытащил эссенцию, которая тут же испарилась в его руке.

– Сожалею, Вальмар, – сказал он.

Кровь застыла в жилах, и произошла трансформация: ледяной остроконечный снаряд стал продолжением руки Фрижеля. Юноша вонзил его между лопаток бывшего мага растений. Лицо зомби побелело и застыло, его движения замедлились, а потом и вовсе прекратились. Он превратился в ледяную статую. Слеза скатилась по щеке Фрижеля, и зомби-Вальмар развалился на тысячи сверкающих осколков.

Справа от юноши маг воды создала ледяной блок вокруг себя, алхимика и раненого солдата. Вскоре их временное убежище накрыла очередная волна зомби. По приказу Дерина Свейла группа таранкойских разведчиков выпустила сноп стрел. Они со свистом пролетели, вонзившись в тело Аскара Рога, который, казалось, даже не замечал их. В это мгновение он яростно сражался с двумя сарматками, которые медленно отступали, сбитые с толку его кошмарной аурой.

А слева от Фрижеля стоял Эрнальд и смотрел на силуэт своей жены. Он смотрел на неё, не отрывая глаз, и его руки безвольно повисли вдоль тела. Сара подошла к нему, испуская дикие крики. Лишённая своих магических эссенций, она размахивала мечом над лысой головой. Эрнальд чуть посторонился, и она промахнулась. Придя в неистовство от неудачи, зомби ринулась вперёд. И тогда Эрнальд схватил её и прижал к себе.

Зомби извивалась, вырываясь из его рук, и попыталась укусить за шею. Сцена представляла собой странное зрелище. Нежность, проглядывающая в каждом движении Эрнальда, резко контрастировала с пугающими и беспорядочными движениями создания Аскара Рога. Они напоминали двух танцоров, танцующих разные танцы. И в этот момент Фрижель увидел, как дед снял с пояса эссенцию, которая испарилась в его руке. Он снова сжал зомби в объятиях. Она сделала несколько неловких движений в тщетных попытках вырваться. Вдруг по телу Эрнальда пробежал огонь, и зомби превратилась в пепел на его руках.

Глава 41

В течение нескольких мгновений Эрнальд в полном изнеможении стоял с поднятыми руками, обнимающими пустоту. Потом он, сжав кулаки и вытянув шею, повернулся в сторону Владыки мёртвых.

– Аскааар! – выкрикнул он.

И, с остервенением рубя зомби, которые осмеливались подойти к нему, он направился к брату-близнецу Люда Лоу.

– Подожди! – воскликнул Фрижель, которому совсем не хотелось, чтобы его дед один на один сражался с Аскаром Рогом.

Но в тот момент, когда он находился в двух шагах от Эрнальда, сильнейший взрыв потряс западную стену зала. Она тут же рухнула, и раздался вопль, от которого кровь стыла в жилах.

Визер появился в облаке ядовитой пыли, поднятой его снарядом. Визера окружала желтоватая аура, и летел он почти над самым полом.

Фрижель на мгновение пришёл в замешательство, не зная, что делать. И в то же самое время Эрнальд швырнул огненный шар в Аскара, стоявшего к нему лицом. А юноше удалось более явственно рассмотреть чёрный куб, прикреплённый в центре тела визера. Он сразу же узнал шлейф фиолетовых частиц. Скорее всего, Аскар Рог воссоздал этого визера[23] с помощью первого сундука Эндера, того самого, который зомби Дракон Эндера отобрал у Фрижеля возле портала в Нетер. Фрижель хотел снять с пояса эссенцию, но с ужасом понял, что у него не осталось ни одной. Появление зомби Сары настолько выбило его из колеи, что он использовал их, не считая.

– Абель! Алиса! Идите ко мне! – воскликнул он.

И ринулся к монстру. Его друзья поспешили за ним.

– Помогите мне расправиться с ним, – попросил Фрижель.

– Может быть, лучше сначала заняться Аскаром Рогом? – предположил Абель.

– Думаю, это было бы правильно, – согласилась с ним Алиса. – Как только мы покончим с колдуном, все остальные твари погибнут вместе с ним.

– А можно ли вообще уничтожить его? – спросил Фрижель.

Друзья не нашлись что ответить. Они просто стояли и выжидательно смотрели на Фрижеля.

– Скажи, а лично у тебя есть план? – сказала Алиса.

Фрижель кивнул головой.

– Абель, отвлеки его. А ты, Алиса, защищай меня.

Таранкоец взял лук, натянул тетиву и выпустил три стрелы в визера. Но он, казалось, даже и не заметил этого. И тогда Алиса бросила лечебное зелье таранкойцу.

– Целься точнее, – сказала она, – не считая твоего, у меня остался всего лишь один флакон.

Абель прикрепил его к концу стрелы, прицелился в монстра и выстрелил. Стрела пересекла зал и вонзилась в тело призрака. Аура визера мгновенно покраснела, и в этот раз он громко взвыл, бросившись на таранкойца. Скорость его движений резко увеличилась. Он так близко пролетел над Абелем, что тот закачался и едва устоял на ногах. Потом он повернулся вокруг своей оси и направил в молодого человека отравленный куб. Он разбился о таранкойца, окутав зеленоватым облаком.

Алиса вскрикнула от ужаса, а Абель, пребывая в полном ошеломлении, встал и, шатаясь, сделал несколько шагов.

– Поторопись! – крикнула Алиса Фрижелю. – Сейчас он гораздо могущественнее!

Фрижель закрыл глаза, встав в поток света, проникавшего через окно. Несмотря на страх, от которого сводило живот, он попытался ощутить внутри себя энергию лучей, согревавших руку. И он ощутил!

– Отойди! – крикнул он Алисе.

Поток света, сила и величина которого продолжали неуклонно расти во Фрижеле, становился всё более ослепляющим. Фрижель почувствовал нестерпимое жжение в глазных яблоках, и слёзы потекли по щекам. Свет взорвался в нём. Фрижель сжал кулаки. Он как бы обратил вспять вспышку и мысленно поместил световой куб в стеклянный блок. Юный маг открыл глаза. Мигрень с такой силой обхватила голову, что он едва устоял на ногах. К счастью, Алиса, оказавшись рядом, поддержала его, пока он не обрёл силы. Всё было тёмным и бесформенным, за исключением огромного куба света, который плыл в воздухе. Его создал Фрижель.

– Дай мне ядовитое зелье, – сказал он, обратившись к Алисе.

И он протянул ей руку. Юная воровка задумалась, простояв в нерешительности несколько секунд, поскольку юноша не сразу почувствовал склянку в руке. Но когда визер взвыл снова, её нерешительность тут же испарилась, и она опустила флакон в его руку. Маг отпил немного микстуры, и резкая боль в животе пронзила тело. Он зашатался.

– Ты что, окончательно крипернулся! – крикнула девушка, отбиваясь от зомби, которые наступали на них. – Помоги Абелю, а то они сейчас его прикончат!

Фрижель открыл глаза. Он снова всё четко и ясно видел. Его друг лежал распростёртым на полу, а визер собирался убить его. Маг встал и описал полукруг рукой. Световой куб с такой скоростью полетел к монстру, что поменял форму, превратившись в ослепляюще яркий луч, который отсёк сразу три головы визера! Тот взлетел к потолку и рухнул вниз, одним махом превратив в пыль не менее двадцати зомби. Бесформенное тело визера ещё несколько мгновений корчилось на полу, потом он повернулся вокруг своей оси и взорвался с таким грохотом, что дрогнули стены зала.

Алиса метнулась к Абелю и поднесла к его губам лечебное зелье. А Фрижель в это время хотел подойти к сундуку, но чародейство окончательно выбило его из колеи. Он закачался в попытке собраться с силами, чтобы пройти расстояние, отделявшее его от сундука. Остановившись на мгновение, Фрижель перевёл дух и поднял сундук с пола. Когда он добрёл до своих друзей, Алиса, увидев его в руках юноши, едва не потеряла дар речи от изум- ления.

– Первый сундук Эндера? – удивлённо воскликнула она. – Значит, Аскар поместил его в визера, который служит защитой сундуку?

Голос Алисы эхом раздался в комнате, и они вдруг осознали, что гробовая тишина повисла над двор- цом.

Все стояли, как парализованные. Эрнальд с Аскаром прервали битву, зомбосвины Владыки мёртвых вновь потеряли всякий интерес к нападающим, а маги и их сторонники во все глаза смотрели на Фрижеля, не в силах скрыть удивления. Кто он? Откуда взялся этот юноша, который одним махом расправился с визером?

– Ты уничтожил моего визера! – заорал Аскар Рог, направляясь к Фрижелю. – Ты имеешь хоть какое-нибудь представление о том, сколько времени мне потребовалось, чтобы понять, как его вызвать. А сколько раз я рисковал собственной жизнью, чтобы контролировать его?

Фрижель положил руку на крышку сундука Эндера.

– Оставайся там, где стоишь! – крикнул он.

Аскар Рог расхохотался.

– Ну и что ты собираешься делать с этим сундуком? – спросил он. – Если ты намереваешься напугать меня киркой правды, то, стало быть, ты перепутал меня с моим братом!

Фрижель улыбнулся.

– А с чего ты взял, что там лежит кирка правды?

И Фрижель открыл сундук и вынул оттуда куб небытия, который он положил во второй сундук[24] в ходе сражения с Людом Лоу на равнинах Мерема. И в то же мгновение действие магии прекратилось, и все зомби Аскара Рога развалились на части. За несколько секунд соотношение сил коренным образом изменилось. Аскар Рог оказался в одиночестве. Один против двадцати выживших магов.

Изнемогая от усталости и головной боли, Фрижель рухнул на пол. Абель помог ему встать на ноги. Благодаря микстуре Алисы Абель уже давно пришёл в себя.

– Алиса, у тебя есть зелье здоровья для Фри- желя?

Девушка ответила ему смущённой улыбкой.

– Последнюю я отдала тебе, – сказала она.

– Тем хуже, – пробормотал Фрижель.

И они подошли к кружку, образовавшемуся вокруг Владыки мёртвых. Примкнув к нему, они увидели, что Истар с Эрнальдом о чем-то оживлённо спорят. А Том Сизай с Молеоном в это время держали Аскара Рога на достаточно удалённом расстоянии, касаясь лезвиями мечей его татуированного тела.

– Заключить в тюрьму? Под стражу? – возмущался дед Фрижеля. – Но, Истар, Люд Лоу уже однажды сделал это. И посмотри, каков результат!

– Давай посадим его в темницу вместе с кубом небытия, – сказала она. – У тебя есть более приемлемое решение?

Яростная ненависть исказила лицо Эрнальда.

– Да, – сказал он. – Смерть.

И только в этот момент Фрижель заметил, что Аскар Рог не обращал никакого внимания на всё то, что творилось вокруг. Он стоял прямой, как крипер, с высоко вздёрнутым подбородком, и, улыбаясь уголком рта, с гордым видом неотрывно смотрел на юношу. Когда Фрижель встретился с ним взглядом, Аскар Рог едва слышно произнёс несколько слов. И несмотря на боль, от которой сводило мышцы, Фрижель сразу же расшифровал послание: «Ты умрёшь».

Если бы противник, стоявший напротив, был не такой опасный, как Владыка мёртвых, Фрижель расхохотался бы ему в лицо. Но это был Аскар Рог, и паника охватила Фрижеля. Что он упустил из вида? Кирка была разбита, влияние куба небытия ощущалось совершенно безошибочно. Он посмотрел на присутствующих, останавливаясь взглядом на каждом, и вдруг понял причину самоуверенности Аскара Рога. Ведь кто-то отсутствовал на этом собрании. Но кто?

«Саргон! – пронзила его внезапно мысль. – Именно Владыка камня был самым рьяным защитником Аскара Рога в Джакаре!»

Глава 42

Фрижель обернулся. Там, где он оставил сундук, он увидел Саргона, который, вооружившись железной киркой, взял блок небытия и положил в сундук.

– Саргон! – воскликнул юноша. – Не делай этого!

Услышав его возглас, Владыка камня на мгновение застыл. Споры тотчас стихли, и все повернулись в его сторону. Слышался только торжествующий смех Аскара Рога. Мгновенно осознав всю опасность ситуации, Истар, указав пальцем на Саргона, крикнула:

– Взять его!

Абель, Алиса, Дерин Свейл и ещё несколько магов бросились к Аскару Рогу. И только обессилевший Фрижель не сдвинулся с места. Разрушив второй сундук с помощью кирки правды, он в глубине души надеялся, что железной кирки будет недостаточно, чтобы разнести в пыль сундук. Лучник выпустил стрелу, которая попала Саргону в плечо. Но было уже слишком поздно. Маг камня, покачиваясь, закрыл ногой крышку сундука. Положив превратившуюся в камень руку на сундук, Саргон ударом кирки навсегда уничтожил его.

Магическая энергия тут же дала о себе знать. А кулак предателя тем временем превратился в обсидиан. По знаку Дерина таранкойские разведчики выпустили сноп стрел, которые рикошетом отлетели от каменного торса Саргона. Взбешённый Саргон ударил Алису в лицо, отбросив её на несколько кубов назад.

– Голем тебя задери! – заорал Абель. – Ты пожалеешь об этом!

И, охваченный бешенством, он нанёс сильнейший удар алебардой, но Саргон отразил его каменной клешней, и деревянная рукоятка сломалась. А её лезвие перевернулось в воздухе и упало на землю возле стены, разрушенной визером.

Воспользовавшись замешательством Абеля, Саргон ударил его в живот. Таранкоец как подкошенный рухнул на колени, и от боли у него перехватило дыхание. Владыка камня поднял кулак, чтобы раскроить ему череп, но Дерин оттолкнул своего сына и принял удар на себя. С раной в плече герой Эйкана выпрямился во весь рост, не выказывая никаких признаков боли. Переложив меч в левую руку, он вонзил его в шею Саргона.

– Не трогай моего сына, мерзкое отродье! – крикнул он.

А в это время толпы зомбосвинов опять вырастали из-под каменных плит, как из-под земли.

Фрижель не мог устоять на одном месте и с искажённым от боли лицом поворачивался вокруг своей оси. От жестокой головной боли пульсировало в виске.

Взглядом безумца Аскар Рог наблюдал за происходящим и громко хохотал, с головокружительной скоростью срывая с пояса чёрные эссенции. А зомби всё появлялись и появлялись и нападали на солдат с отвратительным хрюканьем.

– Неблагодарные! – сквозь смех говорил Аскар Рог. – Я раздавлю вас, как этих бездарей, которых вы так любите!

Выйдя из тени, Том взял в руку золотые ножницы и срезал ими пояс с Владыки мёртвых. Взбешённый Аскар Рог взвыл, и огромный вор застыл, оцепенев под действием ауры ужаса, окружавшей Владыку мёртвых. Колдун вынул жертвенный кинжал, и то, чего Фрижель боялся больше всего, произошло. Он вонзил нож по самую рукоятку в живот вора и вобрал в себя его живительную силу. Безжизненное тело Тома Сизая рухнуло на трон, и в то же мгновение чёрная эссенция затрепетала в руках мага мёртвых. Молеон уж собрался отомстить за их главаря, как услышал голос Фрижеля.

– Нееет! – что есть сил закричал он.

Ловко увернувшись, Молеон избежал удара Аскара Рога, ранив его мечом в бок. И тогда Владыка открыл рот, и тонкая белая нить протянулась из его рта в рот Молеона. От удивления молодой человек уставился на мага, вытаращив глаза и с каждой секундой теряя силы. Окончательно обессилев, Молеон выронил меч из рук, который со звоном упал на пол.

Аскар Рог подошёл к молодому человеку, вонзил ему кинжал в живот, и тот умер, как и его Том Сизай.

Фрижеля охватила паника: у него больше не было ни одной эссенции. Алиса с Абелем находились возле Дерина Свейла и ничем не могли ему помочь. А он окончательно выбился из сил и был слишком слаб, чтобы вызвать поток света без чьей-либо помощи. Теперь он мог рассчитывать только на свой меч да на склянку с ядом. И он прекрасно понимал, что ему нужно выиграть время.

– Аскар! – крикнул он. – Оставь их! Теперь наша очередь сразиться!

Жестокая улыбка растянула губы Владыки мёртвых. Его взгляд на мгновение застыл на юноше, и вдруг толпа зомбосвинов расступилась, образовав широкий проход, по которому Аскар Рог двинулся вперёд.

Сердце Фрижеля замерло в страшном предчувствии.

– Нет, только не это, – сказал он в ужасе от того, что сейчас произойдёт.

Коридор, образованный зомби, вёл колдуна прямо к Эрнальду. Дед Фрижеля швырнул в него огненный шар, снесший добрую половину бока мага мёртвых. Но Владыка лишь улыбнулся, и его тело полностью восстановилось.

Фрижель хотел подойти к деду, но толпа ходячих мертвецов была такой огромной, что он понял, что не сможет пробраться. Что делать? Фрижель обвёл взглядом зал. Нигде не было ни капли воды. А что, если воспользоваться светом? Ведь у него не было другого выбора. Но, зная, что дед находится в опасности, Фрижель никак не мог сосредоточиться, и его внимание постоянно рассеивалось. Страх превратил свет в неконтролируемую сущность, то исчезавшую, то появляющуюся вновь, то вдруг вспыхивающую, то моментально гаснущую. Удар зомби прервал его размышления.

– Истар! – в отчаянии крикнул Фрижель. – Халла! Абель! Алиса! На помощь!

В это мгновение Дерин подал знак, и его лучники пронзили тело Аскара Рога стрелами, но, несмотря на это, тот упорно продолжал идти вперёд, неуклонно приближаясь к Эрнальду. Энлиль выпустила огненный шар в Аскара Рога, тело Владыки воспламенилось. Но оно тут же вновь восстановилось. Колдун, не переставая хохотать, всего лишь повернул обсидиановый браслет, который он постоянно носил на правой руке. Он увернулся от удара мечом, нанесённого Эрнальдом, который, охваченный паникой, пытался воспламенить врага. Но всё это не произвело на Аскара Рога никакого впечатления, он схватил Эрнальда за шею, подняв над ним свой кинжал.

– Нееет! – что есть сил закричал Фрижель.

И он сделал жест рукой, как если бы свет должен был брызнуть из него, придя на помощь и спасая жизнь точно так же, как в Башне мёртвых в Джакаре.

Но ничего не произошло. В полном бессилии юноша увидел, как чёрное лезвие вонзилось деду в живот. Он всхлипнул от боли, его глаза уставились в пустоту, кровь окрасила уголок рта, колени подогнулись, и рукой он инстинктивно ухватился за руку Аскара, чтобы не упасть. Потом на глазах Фрижеля тело Эрнальда рухнуло на пол, покатилось по ступенькам, остановившись в конце лестницы, и открытые глаза застыли в немом изумлении.

Потрясённый Фрижель смотрел, не веря своим глазам, на распростёртое у ног Аскара Рога безжизненное тело. Его подбородок задрожал, рот произвольно открылся, втягивая воздух, и Фрижель стоял, не в силах вымолвить ни слова. Флуффи подбежал к телу Эрнальда и, поскуливая, облизал ему лицо. Но сознание юноши отказывалось верить в произошедшее. Он без конца вызывал в памяти последние минуты битвы, как если бы воспоминания позволили бы повернуть время вспять и изменить ход событий. Ведь Фрижель уже когда-то убедил себя, что его дед умер, но тем не менее обнаружил его живым в Суратане! Однако каждый раз Фрижель вспоминал распростёртого Эрнальда, и Флуффи, яростно облизывающего его лицо, и ошеломлённый взгляд деда, застывший в вечности. Всё было кончено, и он ничего не мог изменить. Совсем ничего. И это новое обстоятельство так грубо и жестоко вторглось в его жизнь, что юноша закачался и едва устоял на ногах. Боль пронзила живот, сдавила горло, дыхание перехватило, и ноги стали как ватные. В ушах стоял звон и отдалённое эхо его собственного крика. Глаза обожгло слезами, от которых затуманился взгляд, и светлые капли влаги побежали по подбородку.

Волна гнева поднялась в нём. Неукротимое бешенство сметало всё на своём пути, поглотив горе, страдания, головную боль, яд. Он сжал кулаки, вытянулся во весь рост и направился к Аскару Рогу. Один из зомбосвинов ударил его по плечу, но он даже не соизволил нанести ответный удар. Фрижель чувствовал, как тёплая кровь струилась по руке, но не ощущал боли. Даже не закрыв глаз, Фрижель увеличил световой поток в своём теле. Ненависть питала пламя, горевшее в нём, и магия взорвалась с неведомой доселе силой. Проведя кулаком круг, Фрижель без усилия сдержал её, оставив куб бедрока парить у себя за спиной, и, продолжая идти вперёд, несмотря на слепоту, вызванную чародейством, создал световой блок. Расставив шире пальцы, он взорвал его. Взрыв потряс всё вокруг, пройдя громадной ослепляющей волной.

Одним махом она уничтожила всех зомби, а тело Аскара Рога разложилось. Фрижель отпил немного из флакона с ядом, и зрение сразу же восстановилось. Он качнулся в сторону, но продолжал упрямо идти вперёд, к колдуну. Он вспомнил о битве со старой королевой Вальдис. Своими собственными глазами он видел, как каждый раз восстанавливалось её тело, и она объяснила ему, что заключила энергию своей жизни в колье. И, как бы опережая его воспоминания, Аскар Рог предстал перед ним живым и невредимым. В ладони он держал эссенцию, полученную в результате убийства Эрнальда. Но у него ещё были две эссенции: от Тома и Молеона. Три зомби в его распоряжении.

– Отойдите от него! – воскликнул Фрижель, опасаясь, как бы случайно не убить кого-нибудь из своих.

Аскар Рог сделал шаг назад. Он решил изменить тактику поведения. Первый магический куб испарился в его руке. Аскар Рог открыл рот, и колдовская нить, извиваясь, протянулась в рот Фрижеля. Его губы раскрылись сами собой, и он ничего не мог с этим поделать. Юноша почувствовал, как силы постепенно покидают его. Аскар Рог надеялся довести его до состояния крайнего изнеможения ещё до того, как нанесёт первый удар. Но Фрижель всё шёл вперёд, движимый гневом. Он взобрался на ступеньки, которые отделяли его от возвышения, на котором находился трон. Но в это мгновение Аскар прервал использование колдовской нити, следующая эссенция испарилась в его руке, и зомби Эрнальд появился за спиной юного мага. Он схватил Фрижеля за плечо, пытаясь повернуть его к себе, чтобы встретить врага лицом к лицу. Почувствовав это, Фрижель оттолкнул его рукояткой меча, чтобы тот не мешал ему сосредотачиваться. И в этот момент алебарда Абеля вонзилась в плечо Эрнальда. Он издал дикий вой, в котором уже не было ничего человечес- кого.

– Я займусь им! – крикнул таранкоец.

Фрижель повернулся и сосредоточил всё своё внимание на Аскаре Роге. Зомби Тома Сизая встал между ним и Владыкой мёртвых. И тут же бриллиантовый кинжал вонзился в торс зомби Тома, и огромный вор бросился на Алису, которая ловко увернулась от удара, отпрыгнув в сторону. Фрижель улыбнулся. Аскар Рог использовал свои последние козыри.

Но всё происходящее не произвело на Владыку никакого впечатления, и он разразился громким хохотом.

– Ты так ничего и не понял! – сказал он. – Я – бессмертен!

Фрижель погладил эфес своего меча.

– Бессмертия не существует, – произнёс он. – Как и королева Вальдис, ты перенёс жизненную энергию в амулет.

Лицо Владыки исказила гримаса ужаса. Он оцепенел, животный страх промелькнул в глазах. Глубокое смятение, от которого лоб покрылся морщинами, охватило его, и вдруг он изменился до неузнаваемости, превратившись в дряхлого восьмидесятилетнего старца, каким и был на самом деле.

Аскар Рог вынул свой жертвенный кинжал. Фрижель отступил на шаг. От страха, что он может стать зомби, у него судорогой свело живот. У колдуна больше не было эссенций. Но, даже будучи загнанным в угол, он представлял собой большую опасность. Если его лезвие коснётся юноши, жизнь покинет Фрижеля навсегда. Фрижель обнажил меч, отразил удар колдуна и собрал воедино все частицы света, парившие вокруг. И чародейство, ослепив его, не замедлило проявиться во всей своей мощи. Фрижель стиснул зубы, чтобы не поддаться панике, кроме того, ему нужно было действовать очень быстро, поскольку его внимание постоянно рассеивалось. Он расставил пальцы и направил световой луч перед собой. Потом он выпил из склянки с ядом и с гримасой боли на лице вновь обрел зрение. Фрижель был так истощён, что его колдовство не было очень мощным. Но его всё равно хватило для того, чтобы ослепить Аскара Рога, который тёр глаза, вопя от бешенства. Юноша подошёл к Аскару Рогу.

– Ты сейчас умрёшь, – шепнул он Аскару Рогу, потерявшему ориентацию и хватавшему руками воздух в попытке поймать Фрижеля. – Я отомщу за бабушку Сару, за дедушку Эрнальда, за свою мать, за себя и за многих других, чью жизнь ты разрушил.

И он уверенным движением руки нанёс удар по обсидиановому браслету, который Аскар Рог носил на правой руке и до которого часто дотрагивался. Украшение разбилось, и Аскар Рог издал леденящий душу крик. Его тело разложилось на части и исчезло в завитках чёрного и тошнотворного дыма.

Несмолкаемые крики радости прогремели в зале. Истар, Халла, Дерин, Алиса и Абель, подняв руки к потолку, устремились к Фрижелю, чтобы поздравить его с победой.

А Фрижелю было так плохо, что он выронил меч из рук. Его одновременно терзали головная боль, боль от ран в плече и яд, бежавший по венам, мучили нестерпимые спазмы в животе, а в результате потери энергии, украденной Аскаром Рогом и вызвавшей упадок сил, он едва не лишился чувств. Но всё это было пустяками по сравнению с болью утраты единственного и последнего родственника, близкого человека, особенно при мысли, что он сам разрушил его тело и что у его деда никогда не будет могилы, места, где можно было бы оплакать его тело или просто вспомнить об Эрнальде. Сражённый наповал горем, Фрижель покачнулся и упал у подножия трона. И так он лежал, неподвижный и без сознания. Флуффи подбежал к хозяину и больше не отходил, издавая душераздирающий вой.

Глава 43

Сидя на балконе королевского дворца, Абель рассеянно смотрел на город. Чёрные тучи рассеялись сразу же после смерти Аскара Рога. Солнце вставало над Cпокойным морем, прогоняя лёгкую дымку, окружавшую Семь Островов. День обещал быть великолепным. Но у таранкойца было несладко на душе, и он грустил.

– Флуффи! – позвал он. – Ко мне!

Но белый пёс оставался безучастным: он не повернул головы в ответ на его призыв. На протяжении четырех дней Флуффи отказывался от еды, неподвижно сидя возле двери комнаты, где лежал его хозяин. Талес вызвала шамана Сахала из Айянны, чтобы тот занялся лечением Фрижеля. Юноша погрузился в кому, и никто не знал, как ему помочь. Главный алхимик Дерина Свейла без конца критиковал шаманские методы сармата, который, притворяясь глухим и к тому же немым, качал головой и улыбался, не обращая никакого внимания на упрёки в свой адрес.

Абель окидывал взглядом Улан Варку. Все принялись за восстановление пригорода Улана, используя блоки, поставляемые со всех концов королевства. Каждая провинция жертвовала чем могла, чтобы заново отстроить королевский город. И одновременно с восстановлением решили куб за кубом снести крепостные стены запретного города. Решение пришло само собой. Ярость сражений и потери сблизили жителей Улана и Варки, и они, не сговариваясь, начали снос Варки, как бы уничтожая тем самым символ ушедшей эпохи.

Вдруг что-то привлекло внимание таранкойца.

Некто пробрался в самый центр главной площади «Королевского блока», поставил блестевший золотом в лучах солнца куб и взобрался на него. Этот человек кого-то напоминал таранкойцу, особенно его белые одежды и такие же белые волосы.

– Неужели Магнус, – пробормотал он.

Это был именно он. Настоятель широко расставил руки и пустился в длинный монолог. Прохожие, которых становилось всё больше, останавливались и слушали.

– Король умер! – начал Магнус свою речь. – Аскар Рог умер! Не видите ли вы в этом некоего знака? Великие Строители говорили со мной этой ночью во сне! Они не хотят больше видеть на троне тех, кто не уважает мир, который они построили для нас!

Часть его приверженцев устроили ему овацию.

– Вы только посмотрите, до какой нищеты Люд Лоу довёл Улан! – продолжал он. – Пригород стал хуже выжженной пустыни!

– Однако это тебе не помешало требовать от его бедняков подношений в виде кубов, которые они складывали возле твоего алтаря, – раздался голос в толпе. – И стать лучшим другом короля!

Послышался смех среди собравшихся.

– Всё это исключительно для того, чтобы заставить его поменять точку зрения на многие вещи! – продолжал врать Магнус. – В частности, я хотел, чтобы он уважал кубы и ресурсы, которыми Великие Строители снабдили нас. И потом, согласитесь, Люд Лоу был не так уж неправ. Ведь это он запретил магию! Магию, которая угрожает существованию нашей планеты, потому что именно из-за магии планета может превратиться в огромный и бесплодный куб бедрока наподобие островов, окружающих Эндер!

Какой-то мужчина в угрожающем жесте поднял кулак.

– Как ты можешь такое говорить? – воскликнул он. – Ведь ты сам маг! Я собственными глазами видел, как ты однажды воздвиг каменную стену вот на этом самом месте!

Кто-то бросил в лицо Магнусу золотистое яблоко.

– Лицемер! Наглый врун! – послышалось из толпы.

– Вы сами – наглые вруны, – раздался ещё один голос. – Он прав. Магия опасна! И нужно ли это доказывать?! Вы только посмотрите, в какие руины она превратила наш город!

И среди собравшихся вспыхнула ссора. Магнус воспользовался суматохой и поспешно скрылся, спрятавшись в тени здания. А за ним уже бежали несколько его верных сторонников, среди которых он продолжал с жаром проповедовать, размахивая, ради большей убедительности, руками. Абель вздохнул. Победы было явно недостаточно, чтобы примирить всех. И хотя Магнус уже не пользовался таким огромным влиянием, как раньше, но по-прежнему был опасен.

Чья-то рука легла на его плечо. Он вздрогнул и резко обернулся. Это была Алиса. Она стояла и смотрела на него, скрестив на груди руки.

– Есть ли новости о Фрижеле? – спросила она.

Абель покачал головой.

Юная воровка вздохнула и положила голову на плечо таранкойца, и он обнял её.

– Сожалею, что всё это время я как будто избегаю тебя, – сказала она. – Но моя мать, как никогда, действует мне на нервы. Она не отпускает меня от себя ни на шаг, постоянно волнуется за меня, спрашивает, что я собираюсь делать, куда пойду, где я буду через час, через два дня, через полгода…

Абель улыбнулся и поцеловал её чёрные волосы.

– Ты только представь, что бы было, если бы я ей рассказала о нас. Она способна на всё и готова дойти до того, чтобы арестовать твоего отца и допросить.

Абель расхохотался. Но Алисе было не до веселья, и она умолкла, погрустнела, погрузившись в задумчивость и не сводя глаз с деревянных плит пола на балконе.

– Она мне показала… – пробормотала она, – она мне показала, где похоронен мой отец. Он… – И девушка разрыдалась. – Люд Лоу бросил его в общую яму вместе с бедняками Улана, которых отец защищал. Он и сейчас там лежит под тремя блоками земли рядом с незнакомыми ему людьми, без могилы, без памятника!

Абель ещё крепче сжал девушку в объятиях. И таранкоец, который обычно за словом в карман не лез, сейчас не нашёлся что сказать. Да и были ли такие слова, которые могли бы облегчить её горе.

Поскуливание заставило их обернуться. Флуффи не находил себе места от беспокойства, он лаял, царапал дверь. Абель и Алиса посмотрели друг на друга и вздохнули с облегчением. Дверь вдруг открылась, и Сахал знаком попросил их войти.

Глава 44

Первый, кого увидел Фрижель, был Флуффи, как метеор ворвавшийся в комнату. Пёс так спешил, что поскользнулся на плитах пола и завалился на бок. Затем он тут же запрыгнул на одеяло. Пес лизал Фрижелю лицо, радостно лаял и одновременно с такой силой вилял хвостом, что лапы сами собой расползались в разные стороны, и Флуффи чуть было не упал на пол.

– Тише! Тише! – сквозь смех повторял Фрижель. – Флуффи, ведь ты лаешь мне прямо в ухо.

Абель с Алисой вошли в комнату, и пёс, вне себя от радости, бросился к ним, хотя вообще не обращал на них внимания на протяжении четырёх дней.

Друзья встали рядом с Фрижелем, взявшись за руки.

– Я так рад видеть вас! – сказал маг.

– А мы-то как рады! – ответил Абель. – Тебе удалось нас здорово напугать!

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Алиса.

Но в то время как Фрижель собирался ответить, дверь открылась, и вошла Хирон. Вскоре появились Истар с Халлой, а также Талес, Нельв, Хима, Дерин Свейл и Ронни с Эрмелиной, которая бросилась к Фрижелю, задыхаясь от плача. Ронни ласково потрепал Фрижеля по волосам. Эмоции переполняли Фрижеля. Много народа набилось в комнату, но единственное, что он замечал, так это отсутствие Эрнальда. И Фрижель прилагал огромные усилия, чтобы не разрыдаться. Он положил руку на плечо Эрмелины и стоял так до тех пор, пока слёзы на лице старушки не высохли.

Как только она успокоилась, к ним подошла Абигейль-Хирон.

– Фрижель, не передать словами, как мы рады, что ты выздоровел, – сказала она. – И теперь, раз уж ты вышел из комы, мы должны поговорить…

Тут в их разговор вмешалась Алиса.

– Мама! Неужели ты не можешь оставить его в покое? Ведь он только что потерял дедушку!

Юноша грустно покачал головой.

– Ничего страшного, Алиса, – сказал он, повернувшись к Хирон.

– Я очень сожалею, – смутившись, ответила Абигейль. – Но ситуация не терпит отлагательств, и мы опасаемся, как бы положение не ухудшилось. В стране нет больше короля, и нам предстоит провозгласить нового. Все королевство, Фрижель, в курсе твоих подвигов, и многие требуют, чтобы тебя короновали. И мы решили, что…

– Я отказываюсь, – заявил он.

Все до единого были изумлены его отказом, и в комнате повисла гнетущая тишина. Люди ждали его выздоровления, и никто не мог и предположить, что, если он выйдет живым и невредимым из всех этих передряг, то может отклонить столь лестное и почётное предложение.

– Все эти приключения свалились на мою голову помимо моей воли, – объяснял он. – Теперь мне просто хочется полной грудью вдохнуть воздух свободы. И эта ноша слишком тяжела для меня.

– Но как же нам поступить? – пробормотала Истар.

Абель и Алиса встали лицом к посетителям, плотной стеной стоявшим напротив юноши, закрыв от них Фрижеля, поскольку, не сговариваясь, решили, что он сейчас нуждается в защите.

– Всё очень просто, – сказал таранкоец таким уверенным тоном, как если бы они с юной воровкой уже успели всё обдумать и обсудить. – Организуйте выборы.

– И кто же представит свои кандидатуры? – спросила Хирон.

– Ты, – ответила Алиса, – ты и Магнус.

Все застыли в изумлении, услышав такое предложение.

– Его секта пользовалась большим влиянием. Пусть после смерти короля оно и заметно уменьшилось. Если мы расправимся с ним, как с Аскаром, всё это сыграет на руку нашим врагам. Проведите выборы. Вы, Абигейль, будете замечательной королевой. Вы обладаете необходимой культурой, хорошо знаете работу протокольной службы, и вас беспокоит судьба народа.

– Не перехвали ее, – пробормотала Алиса.

Абель едва сдержал душивший его хохот и с ласковой улыбкой посмотрел на девушку.

– Когда тебя коронуют, советую избрать военачальниками Дерина Свейла и Истар. Они будут следить за тем, чтобы Стражи Света Пуабы не оказывали сопротивления магам и чтобы солдаты обучались вместе с ними и вместе развивали технику боя. Если Хима с Талес согласятся, то советую тебе назначить их на такие посты, где они бы могли использовать свои знания Нетера и Эндера.

Когда она закончила, то заметила, что у всех слушавших её застыло выражение удивления на лицах.

Фрижель, который до сего момента сидел на кровати и не вымолвил ни слова, вдруг приподнял голову и сказал:

– Пожалуйста, оставьте меня одного.

Один за другим посетители вышли. Когда очередь дошла до Алисы с Абелем, Фрижель знаком попросил их остаться.

– Абель, Алиса, – сказал он, – вас не затруднило бы ещё немного побыть со мной?

– Разумеется! – ответил таранкоец.

Фрижель попросил их подойти ближе, и трое друзей бросились друг другу в объятия.

– Спасибо, – произнёс он. – Спасибо за то, что вы сделали для меня.

И в это мгновение горе захлестнуло его, и он разрыдался.

Он долго оплакивал смерть деда, вспоминая о его безумных экспериментах со страусами, с выращиванием гигантских грибов, о его смущённой улыбке, когда он возвращался из своих «командировок», об их последнем спектакле в кукольном театре в тот день, когда Эрнальд вручил ему сундук Эндера, об их встрече в Суратане, о спорах относительно магии, о его откровениях о семье. И мало-помалу слёзы облегчили боль утраты, и воспоминания стали менее болезненными.

– Проводите меня в порт, – попросил он своих друзей.

Они помогли ему встать и повели, поддерживая под руки, по пригороду. Похудевший, обессиленный, Фрижель не мог сделать и шага без помощи Алисы с Абелем. И он с благодарностью принимал помощь. Ведь сейчас ему помогали те, кого он очень хорошо знал. Люди, встречавшиеся им по пути, узнавали Фрижеля и расступались перед ними, уступая дорогу. Они снимали перед ним головные уборы, иногда любопытство мелькало в их взглядах, и тишина сопровождала их на всём пути до набережных Улана.

И здесь, следуя указаниям Фрижеля, Абель построил лодку и выстлал её дно подзолом. Фрижель посадил в него гриб и удобрил почву костяной мукой[25]. Растение мгновенно начало расти и скоро достигло гигантских размеров. И на его красно-белую шляпку Фрижель водрузил меч Эрнальда. И потом они спустили лодку на воду. Она медленно уплывала, покачиваясь на волнах. Потом её подхватил поток, и вскоре она скрылась за горизонтом.

– Думаю, ему бы это понравилось, – сказал Фрижель. – Ведь он не любил сидеть на одном месте.

Друзья пробыли на набережной до заката. Разговор не клеился. Да и о чем было говорить? Когда небо потемнело, Алиса вдруг вскочила.

– А ты можешь построить ещё одну лодку? – спросила она у Абеля. – Я хочу вам что-то показать.

Поддерживая Фрижеля, Алиса с Абелем усадили его в барку. Ночь была тёплой и почти беззвучной. Время от времени они замечали быструю тень от стайки летящих чаек, которые возвращались в гнезда на архипелаге. Иногда до друзей доносились их тихие, но возмущённые крики, они как будто упрекали их в том, что шум от вёсел, рассекающих морскую гладь, нарушает покой. Маг окунул руки в воду и наслаждался нежными прикосновениями солёной воды к коже.

– Мы на месте! – вдруг воскликнула Алиса в тот момент, когда они достигли небольшого островка в форме куба, самого маленького из Семи Островов. Причалив лодку, она дотронулась до одного из выступов. Пошарив рукой, она нащупала почти невидимую на тёмной поверхности кнопку. Алиса нажала на нее, и у самой кромки воды открылась дверь.

– Пойдёмте! – сказала Алиса. – Мама рассказала мне про это место.

Абель с Фрижелем вытащили факелы, зажгли их и пошли вслед за девушкой. Остров был полым и представлял собой большую комнату, напоминавшую огромный сундук. Причем пустой сундук. По поверхности были разбросаны изумруды и валялись несколько золотых мечей.

– Из криперов крипер, – разочарованно прошептала Алиса.

Абель подошел к ней.

– Что ты намеревалась здесь найти?

– Мама рассказала мне, что Люд Лоу прятал здесь свои сокровища, среди которых был удивительный куб, над которым парила книга и который давал возможность создавать колдовские оружие и доспехи! Вы, наверное, уже не раз задавали себе вопрос, как Люду Лоу удавалось воспламенять лезвия мечей, изготавливать шлемы, позволяющие его инженерам дышать под водой, или сапоги, в которых ходят по морю, как по суше?

Фрижель с Абелем обменялись хитрыми взглядами.

– Что?! – спросила девушка, сбитая с толку их насмешливым видом.

Абель не мог удержаться от хохота.

– Когда мы были в Вароге, – объяснял он, – гоблин Стекс привёл нас в свою деревню. И там у него был точно такой же куб, о котором ты нам только что рассказала.

– За исключением того, что он назывался магическим столом! – добавил Фрижель. – А книга, которая висит над ним, кружится, когда до неё дотрагиваешься.

Эта новость так потрясла Алису, что ей было не до смеха.

– Надеюсь, у тебя хватило ума стащить его? – спросила она Абеля.

В ответ он только отрицательно помотал головой.

– Но ведь гоблин даже не знает, как им пользоваться! – воскликнула Алиса, вне себя от ярости.

– Зато он нам сказал, где их производят. Один человек из Фарленда отдал этот стол Стексу.

Алиса на мгновение задумалась.

– Значит, их изготавливают в Фарленде, и вполне возможно, что он не единственный…

И она принялась ходить кругами.

А Фрижель тем временем едва держался на ногах. Он глубоко вздохнул и сел.

– Не знаю, как вас, но меня все эти приключения вымотали, – произнёс он. – А вы помните о домике на равнинах Мерема, о котором мы однажды с вами говорили. Мы бы могли жить там втроём.

Алиса посмотрела на него, испепелив взглядом.

– Ты что, смерти моей хочешь? – спросила она. – Торчать на этих скучных равнинах, в то время как мы теперь знаем, что Фарленд, оказывается, населён?! Что там живут люди, изготавливающие артефакты, которых сам Моргон-Эрудит никогда не видел?

И тогда Фрижель подмигнул Абелю, и они разразились громким и заразительным хохотом. Они смеялись как ненормальные, смеялись до слёз, не в силах остановиться.

КОНЕЦ

Примечания

1

Знаменитому налётчику Ларсену Дюпену первому пришла в голову мысль надеть на голову тыквенный светильник. Таким образом, люди, с которыми он встречался на улицах, не могли его узнать. Говорят, что он мог сталкиваться лицом к лицу с эндерменами, не вызывая в них агрессии. Однако это требует подтверждения. Но что является общепризнанным фактом, так это то, что его идея однажды сыграла с ним злую шутку, так как в тот момент, когда его схватили, светильник перевернули задом наперёд и прорези для глаз в тыкве оказались у него на затылке. Полностью лишившись зрения, он не смог понять принцип действия механизма открывания дверей тюрьмы, и побег из неё превратился в несбыточную мечту. («Энциклопедия приблизительных знаний Моргона-Эрудита», с. 155.)

2

Когда освещённость падает до такой степени, что невозможно отличить блок от блока, у нас принято говорить: «ни одного блока не вижу». Впоследствии это выражение было заменено сокращённым вариантом: «ни блока не вижу». («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 86.)

3

Многие дети боятся темноты. Чтобы успокоить их, родители часто устанавливают тыквенный светильник в их спальных комнатах. Выражение «мне наплевать на это, как на мой первый тыквенный светильник» ведёт происхождение, по моему мнению, именно отсюда. Я позволяю себе неслыханное злодейство – сомневаться в эффективности данной лампы. Лично мне она, наоборот, мешала бы уснуть. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 84.)

4

Как часто говорит один мой давний и очень хороший друг, пути алхимика неисповедимы. Иногда мякоть арбуза сравнивают с человеческой плотью. И тот факт, что арбуз является одним из ингредиентов эссенций восстановления здоровья, не лишён логики. Но одного арбуза явно недостаточно, чтобы изготовить желанную эссенцию. Вот почему я преисполнен безграничного восхищения человеком, которому пришла в голову идея положить арбуз на верстак и окружить его золотыми самородками, чтобы получить сверкающий фрукт, а затем подвергнуть его дистилляции и изготовить всем нам хорошо известное зелье здоровья. Уверен, подобные интуитивные открытия не просто дело случая. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 165.)

5

Я никогда не понимал и не разделял всеобщего восторга перед храмами джунглей. Эти здания, встречающиеся в тропических лесах, являются самыми непонятными и мистическими сооружениями. Мы не знаем, кто их построил и с какой целью. Не хотел бы вас шокировать, но не этот вопрос не даёт мне спокойно спать по ночам. Я нахожу их настолько безобразными, что мне всё равно, у кого был столь дурной вкус, что он решился на их возведение (или, наоборот, у кого был настолько скрытый хороший вкус; в зависимости от вкусов). И, будь моя воля, я бы отдал приказ разрушить все эти храмы до основания. («Энциклопедия Моргона-Эрудита», с. 273.)

6

Думаю, настала пора лишить ведьм мистического ореола. Вы, наверное, не раз спрашивали себя, каким образом они изготавливают порох, который часто находят на их останках, или как при помощи дистилляции они производят летучие зелья? И я вам сейчас объясню: они вообще ничего не производят и ничего не изготавливают. Во-первых, ведьмы на это неспособны (вы заметили, что они никогда не скрещивают руки?). А, во‑вторых, по моему скромному мнению, ведьмы – это просто деревенские жительницы, которые истосковались по приключениям и которые покупают зелья, как и все мы, в деревнях. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 155.)

7

Многие мои коллеги видят в мумифицированных зомби подвид классических зомби. Исследователи полагают, что коричневая кожа этих зомби и песочного цвета одеяния являются приспособлением и реакцией на жаркую среду пустыни Кинзира. Но как в таком случае объяснить высокий рост и нечувствительность к солнечным лучам? Я склонен полагать обратное: классические зомби, равно как и остальные ходячие мертвецы, ведут своё происхождение именно от мумифицированных зомби. Но наши научные руководители не желают сдавать своих позиций и настаивают на том, что ни один монстр не мог зародиться в таком малонаселённом и непригодном для жизни регионе. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 1022.)

8

Крепость Эндера – это хорошо скрытая от посторонних глаз структура, которая, по сути, является порталом, проникнув через который вы окажетесь непосредственно на пастбище Дракона Эндера. Некоторые фанатики пытаются его обнаружить, повсюду разбрасывая глаза убитых ими эндерменов. Честно вам признаюсь, я ни разу там не был, и что, несмотря на несомненный научный профессионализм, я не отправлюсь туда ни сегодня, ни завтра. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 7691.)

9

Никто не знает, является ли хорус растением или грибом. Он напоминает фиолетовый блок, который встречается на внешних островах Эндера. Мне выпал шанс наблюдать один такой экземпляр, и я думаю, что я просто потерял время. Это растение с отвратительным вкусом и, если не считать его пищевых качеств, абсолютно бесполезно. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 1087.)

10

Шалкеры имеют обыкновение прятаться в городских стенах Эндера и могут из-за угла наброситься на вас, как только вы повернётесь к ним спиной. Их тела окружает панцирь, делающий их похожими на блоки. Это создание является одним из пяти самых ненавистных для меня существ во всей вселенной наряду с кубами магмы, слаймами, эндермитами и курами. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 1087.)

11

Эндермиты являются самыми маленькими существами на свете. И это не больше и не меньше, как чешуйницы Эндера. Они появляются в тот момент, когда о землю разбивается жемчужина Эндера. Единственное их различие и, кстати, весьма существенное: они настолько глупы, что не способны прятаться в блоках, как их кузены, проживающие на поверхности. Эндермитов так много, что, если вы умираете от голода, то вполне можете их попробовать. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 1087.)

12

Нет, это не злой дух Эндера, ненавидящий несовершенство во всём и взрывающий плохо сделанные кровати! Все кровати, изготовленные в этом измерении, взрываются. Почему? Думаю, что камни Эндера крайне восприимчивы к шерсти и дереву и что их близкое соседство вызывает химическую реакцию, следствием которой является взрыв. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 1087.)

13

Я не раз слышал, что сигнал редстоуна даёт возможность очень быстро активизировать рычаг или ручку управления. Но я не могу с этим согласиться. Если вы приведёте в действие рычаг, пустив сигнал редстоуна вокруг планеты и соединив его с поршнем, расположенным рядом с рычагом, то могу побиться об заклад, что этот поршень будет приведён в действие с несколькими секундами опоздания. Впрочем, это всего лишь гипотеза, и у меня и без того хватает гастов, которым следует врезать, поэтому я даже не собираюсь приводить какие-либо доказательства своей правоты. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 155.)

14

Не представляю себе, как голова крипера может служить декоративным элементом. Очень в этом сомневаюсь. Хотя в домах можно встретить самые разные «головы»: визер-скелетов, зомби и даже драконов. В основе этого обычая лежит традиция забирать в качестве трофеев останки врагов и с гордостью демонстрировать их у себя дома. Я нахожу этот обычай не только варварским и устаревшим, но и крайне опасным. Должен ли я напоминать, что эти головы, расположенные на достаточно прочных для их удержания предметах мебели, могут вызывать к жизни таких страшных монстров, как, например, визеры. Не хотелось бы на страницах этой книги приводить более точные и подробные описания из опасения, что они могут породить самые сумасбродные идеи в юных головах. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 572.)

15

Организмы некоторых существ функционируют по принципам, весьма отличным от наших. Как, например, объяснить тот факт, что зомби прекрасно обходятся без пищи? Но самое странное заключается в следующем: ходячие мертвецы получают телесные повреждения под воздействием микстур здоровья, хотя ядовитые зелья являются благом для них. Короче говоря, все, что их питает, убивает нас. Но заставляет ли их плакать то, что нас радует? В данный момент я занят составлением сметы расходов на проведение исследований в этой области. Надеюсь приступить к ним в ближайшее время. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 1023.)

16

Вчера я присутствовал на сеансе весьма захватывающего сражения. Один из бойцов являлся обладателем меча с голубой аурой. И когда соперник приближался к нему, то нужно было сделать всего лишь одно-единственное движение, чтобы противника отбросило назад. После боя я обратился с вопросами к этому незнакомцу. К сожалению, он отвечал более чем уклончиво. Именно поэтому я взял на себя смелость дать имя этой замечательной энергии, назвав ее «аурой обратного хода». Однако я до сих пор не могу себе объяснить, почему держащего это оружие не отбрасывает назад. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 1022.)

17

Язык развивается так быстро, что даже я иногда теряюсь. Моя бабушка часто говорила: «Из волка оцелота не сделаешь» или «Яблоко от яблони недалеко падает». И по мере одомашнивания животных возникла ещё одна поговорка: «От собак кошек не получится». Благодаря снижению цен на зелья здоровья и росту количества авантюристов, являющихся производной этого процесса, до меня стали доходить и другие версии этого выражения, смысл которого не изменился: «Из зомби крипера не сделаешь», «Из скелета визера не получится» (что мне кажется весьма спорным утверждением) или «Из кролика голема не сделать». («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 84.)

18

Мне говорили, что это отвратительное создание, каким и является визер, исторгает из своего нутра отравленные снаряды в форме голов визер-скелетов. Хотелось бы иметь больше сведений по этому вопросу, так как я не могу понять, зачем такой жестокий монстр теряет время на то, чтобы придать определённый вид бомбам, которые он разбрасывает. Может быть, сознавая, насколько он безобразен, он думает, что тем самым ещё больше напугает врагов? («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 1702.)

19

С давних пор люди задаются вопросом относительно того, какая роль отводится огромному пятачку на лицах зомбосвинов, или зомбофицированных свиней-гуманоидов. Могу с полным основанием утверждать, что он играет большую роль в период завязывания романтических отношений, поскольку во всех остальных случаях он абсолютно бесполезен. У зомбосвинов обоняние простуженной свиньи. В силу того, что их здоровый глаз находится под непосредственным влиянием разложившегося глаза, они регулярно принимают других зомби за светильники. Не имея возможности добыть себе еду, они голодными блуждают по Нетеру. Вот почему их считают безобидными. Но они не более безобидны, чем все остальные. Даже наоборот! Их существование зависит от поведения искателей приключений, у которых вошло в привычку нападать без разбору на всех, встречающихся им на пути, не задумываясь о последствиях. Понимая, что добыча может ускользнуть из рук, зомбосвины всем скопом набрасываются на безумца, чтобы устроить пиршество. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 275.)

20

Мы до сих пор не знаем, где и как зомбосвины добывают себе золотые мечи. Хотя хорошо известно, что они могут менять оружие в ходе сражения. Говорят, что много золотых мечей есть в крепостях Нетера. И я думаю, что часто необоснованно обвиняют некоторых исследователей в том, что они обворовывают донжоны, которые посещают, и что именно зомбосвины, проводящие время в ожидании, когда очередной искатель приключений доставит им удовольствие, пощекотав по пятачку, ограбляют их ради развлечения. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 275.)

21

Мотыга – это один из тех редких инструментов, которая, если её использовать в качестве оружия, причинит не больше вреда, чем человеческий кулак. И в силу этого часто забывают, какую роль она сыграла в развитии нашей цивилизации. Наряду с киркой мотыга является одним из самых древних изобретений человечества. С ее помощью возделывают поля, увеличивая тем самым производство сельскохозяйственной продукции. А сокращая количество времени, проведённого на охоте, она предоставила инженерам возможность с максимальной самоотдачей предаваться своему искусству. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 68.)

22

Возьмите ведро воды и несколько кубов лавы. Всё смешайте. Вы только что получили обсидиан. Этот чёрный и очень прочный камень выдерживает любые взрывы, а добывают его только при помощи бриллиантовой кирки. Для чего он служит? Главным образом для создания порталов, враждебных нашему измерению. Последуйте моему совету: выпейте ведро воды, а лаву оставьте в покое. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 281.)

23

Меня буквально засыпали письмами, в которых умоляют описать способ вызова визера. Я никогда не откликался на эти просьбы, но, так как некоторые из вас начали сомневаться в моих знаниях и даже подвергают сомнению достоверность моего главного труда, я вынужден предоставить его вашему вниманию*: расположите четыре песчаных блока из Нетера в форме буквы Т, поместите три головы визер-скелетов на них и… в добрый час! *Автор считает своим долгом предупредить читателей, что он не несёт ответственности за действия отдельных лиц, и что, если наша планета будет разрушена по их вине, поскольку они не приняли мои предупреждения всерьёз, то пусть пеняют на себя. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 1703.)

24

Я бы не удивился, если бы узнал, что первый человек, разгадавший тайну сундуков Эндера, был также первым, понявшим, как происходит телепортация эндерменов. И действительно, если кто-либо из людей помещает блок в один из этих невероятных сундуков и находит точно такой же чёрный сундук в другом конце света, он должен всего лишь открыть его, чтобы обнаружить в нём свой блок! И мне кажется, что этот процесс как бы генетически связан с тем, кто пользуется этим предметом. И я недалёк от мысли, что речь идёт о том же явлении, которое позволяет эндерменам полностью восстанавливаться во время их телепортации, не теряя ни единой частицы тела, и моя интуиция также подсказывает мне, что и жемчужинам Эндера не чуждо это явление. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 557.)

25

Грибы растут благодаря разложению органики. Вот почему костяная мука способствует их на удивление быстрому росту в наших лесах. И именно поэтому ходячие мертвецы не испытывают к ним никакого интереса. Если бы ходячие мертвецы употребляли грибы в пищу, растения бы питались их полуразложившимися останками и росли бы до тех пор, пока не взорвали бы их изнутри. («Энциклопедия приблизительных знаний» Моргона-Эрудита, с. 281.)

Content

Фрижельи Николя Дигар
Битва при Мереме

Действующие лица

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Примечания