Джиллиан

Сказки моей осени (СИ)

Сказки моей осени. Джиллиан

Первая глава

Настя вылетела из родной квартиры, грохнув напоследок дверью, и помчалась по лестницам вниз, проигнорировав лифт.

“Нервов не хватает на этих психов! - с трудом удерживая слёзы и на бегу застёгивая пуговицы на лёгком болеро, наброшенном поверх футболки, думала она. - Неужели так трудно принять друг друга, если живёте в браке уже двадцать с лишним лет и не собираетесь разводиться?! И могли бы не при дочери орать друг на друга! Хоть бы раз меня в расчёт приняли! Да и…”

На площадке первого этажа она постояла немного: надо было подтянуть джинсы, нормально завязать шнурки на кедах, поправить ремень сумочки на плече. И всё это чисто механически - глядя из подъездного окна на внутренний двор, темнеющий августовским вечером, - и стараясь успокоиться, удержать слёзы. В прозрачном, слегка запылённом стекле бледно отразилось лицо человека, который хочет выглядеть спокойно, но у него это плохо получается: губы подёргиваются в плаксивой гримаске, а растрёпанные короткие тёмные волосы… Она машинально пригладила их, приводя в порядок и в подобие причёски, и не сразу заметила, что вновь вздохнула…

Родители поссорились в очередной раз. И в её присутствии нападали друг на друга с обвинениями из-за Несбывшегося Лучшего в своей жизни, пытаясь обелить себя и облить грязью другого, заставляя дочь страдать от полного впечатления, что во всём виновата лишь одна она. А она… Дура, блин!.. Настя от вновь подступающего плача сморщилась… Она взяла - и попробовала их помирить. Мягко говоря, тут же попала под горячую руку. Грубо - под асфальтовый каток. “А чего ты хотела? Знала же!..” - всухую всхлипывая, задалась она лишним вопросом, вспоминая, как родители без паузы накинулись с обвинениями на неё. “Коза отпущения, блин…” Это было привычно и это было так… гнусно, что Настя снова сбежала, лишь бы не слышать… Ничего не слышать.

“Кого ты любишь больше? - задавали ей в детстве посторонние глупый вопрос. - Папу или маму?” И родители снисходительно смотрели, как растерянная девчушка хлопает глазами, не умея ответить. Как можно разделить родителей и любить кого-то из них больше? Но чем далее она росла, чем чаще зажимала уши ладошками, едва в доме вспыхивали скандалы и стычки, в которых каждый из взрослых яростно отстаивал своё место в семье - главенствующее место, тем больше понимала, что ответ может быть и таким бескомпромиссным: “Ни одного из них!”

Глубоко вздохнув и окончательно убедившись, что слёзы больше вроде как не напрашиваются, Настя нажала кнопку домофона и вышла. Лето. И даже сбежать в университет нельзя - подальше от этих разборок. “Наверное, если бы я умерла, они бы обрадовались и развелись!” - сердито подумала она и снова стиснула зубы, почувствовав прихлынувшие к глазам горячие слёзы. Быстрей бы закончить ещё два курса - и уехать куда-нибудь подальше…

Она быстро прошла дом, сумев даже приветливо улыбнуться идущей навстречу соседке, и повернула к остановке. Не слишком ли часто она вынужденно гуляет по городу? С другой стороны: а что делать?.. Шаги умерила, минуя небольшой сквер. Ещё пройти небольшой магазин - а там и остановка, вдоль которой так спокойно гуляется…

Агрессивный птичий крик в сквере прервал размышления и вывел из уныния. Вороны. Что это они разорались так? Настя остановилась. Надо бы идти дальше, обдумывая, как жить дальше с теми, кто на неё внимания не обращает, когда в доме тихо, но использует в качестве живого доказательства, вопя о своих достоинствах…

А проклятое любопытство требовало заглянуть за кусты, окружающие небольшой сквер, и узнать, что там происходит. Сквозь ветви заметила, что вороны резко слетают с деревьев на лужайку и так же резко взмывают в безопасное место. Вспомнив, как однажды спасла больного грача от ворон, едва не заклевавших его, Настя вновь вздохнула и обречённо полезла в просвет между кустами шиповника. А вдруг там котёнок? Эти бандитки и на мелочь нападают… Зашипела, сквозь зубы втянув воздух, когда иглы куста внезапно проехались по коже ниже локтя… На человека, который решил вмешаться в их развлечение, птицы сначала не обратили внимания. Хотя нет. Уже секунды спустя заорали ещё враждебней и начали летать над ней, ругаясь и… не подпуская к объекту своей агрессии.

Уже удивлённая и даже рассерженная, Настя погрозила кулаком разъярённым птицам.

- А ну цыц! Ещё и вы орать будете на меня!

И ахнула, присев, когда две птицы с резким карканьем пролетели над ней - с полным впечатлением, что вот-вот ударят своими клювами по голове!

Вскинув руки закрыться от их крепких клювов, девушка вспомнила о сумочке и, решительно взявшись за ремень, раскрутила её над головой. Птицы, всполошённо завопив, шарахнулись в стороны. Но парочка ворон продолжала атаковать густую траву возле толстого ствола берёзы. Потрясая сумочкой, как оружием, Настя подбежала к дереву. И остолбенела.

Нечто древесного цвета и размером с небольшую кошку - нечто, которое сознание наотрез отказалось… идентифицировать… Оно то и дело стремительно нагибало узкую маленькую голову на длинной гибкой шее, прячась от вопящих агрессорш в траве. А при виде Насти тихонько и, показалось, жалобно взвизгнуло, закрывшись кожистыми крыльями. Девушка заворожённо шагнула вперёд. Вороны тяжеловесно расселись на ветвях - прямо над её головой - и горласто обсуждали происходящее. Насте вдруг почудилось - она понимает птиц: они ждут, что человек сам уничтожит существо, которое просто не имеет права на существование в реальном мире.

Но девушка, с замирающим сердцем, присела на корточки, пытаясь рассмотреть прячущегося в траве. Ни одной мысли. Просто дикое любопытство: “Неужели?!”

Когда существо поняло, что вороны больше не атакуют его, а человек помалкивает, а возможно, и вовсе ушёл, оно медленно разомкнуло крылья. На первый взгляд - у него змеиная мордочка, гладкая, в сухих чешуйках, с удлинёнными жёлтыми глазами, которые глянули на Настю, от страха увеличились в размере и тут же обречённо зажмурились.

Девушка, ничего не боясь: “Такой маленький!”, протянула руки и осторожно взяла покорно принявшего судьбу дракончика под передние лапы - как ту же кошку, но стараясь не смять сложенные крылья и вытягивая следом за ним из травы длиннейший хвост. Хм. Лёгонький. А тот отчаянно жмурился, словно мечтал: “Вот открою глаза - а вокруг всё так, как мне хочется!” Настя встала на ноги, ничего не понимая. Мысль первая: сбежал из какого-нибудь личного экзотического зоопарка. А что? Заводят же всяких крокодилов! Почему бы не завести…

- Ты… кто?!

Дракончик распахнул глаза, всмотрелся в Настю - и внезапно стремительно обвил её руку своим хвостом, расположившись гибким телом ближе к ней самой и продолжая вглядываться в её глаза. Вороны мгновенно замолчали, пялясь на странную парочку. Теперь уже растерянная, девушка невольно спросила:

- Ты хочешь… - И замолчала сама, не понимая, что надо бы сказать.

Она уже внимательней рассмотрела странное существо, обнаружив на нём длинные рваные порезы, некоторые кровоточили. Вздохнула.

- Ладно. Начнём с того, что сотрём тебе кровь и высушим твои ранки.

Осмотревшись, она медленно пошла к ближайшей скамейке. Та оказалась занята целой компанией подростков. Зато рядом была детская металлическая горка. Оглядевшись и сообразив, что в сквере пока нет ни одной молодой мамы с ребёнком, Настя присела на краешек горки - боком, чтобы ребята не увидели дракончика. Не очень ловко, из-за того что дракончик не хотел отпускать её руку (и она, между прочим, этого совсем не боялась!), девушка открыла сумочку, из которой вынула пачку сухих салфеток и промокнула раны существа.

Вороны молча перелетели на верхние поручни горки и продолжали следить за ними, очевидно слегка ошарашенные действиями человека.

Пока Настя оказывала первую помощь, дракончик следил за её единственной рабочей рукой с опаской. А когда понял, что делает девушка, воспрял духом. Дождавшись, когда она закончит свою работу, он быстро перемотался хвостом на её руке головой в другую сторону и схватился передними лапками за пальцы. Приподнятые крылья помогли ему создать убедительную фигуру - указатель. Причём указатель, который ещё и, выпустив крылья, намекающе потащил к нужному месту. Изумлённая Настя спросила:

- Ты хочешь, чтобы я пошла туда, куда ты показываешь?

Он оглянулся на неё и снова изобразил стрелу, вытянувшись вперёд с её руки.

Девушка насторожённо проследила луч, который начинался точкой от его узкой головы. Дракончик показывал на густую поросль кустов, ближе к стене дворца культуры, чьей собственностью и являлся сквер. Что-то прячется там? Что-то, о чём знает только дракончик?.. Настя передёрнула плечами. А вдруг там жуть какая-нибудь, пострашней, чем небольшое и, кажется, всё-таки дружелюбное существо?

Не увидишь - не узнаешь.

Прижимая руку к себе, чтобы выглядеть обыденной в глазах всех, кто отдыхал в сквере, она встала с горки и неуверенно пошла к зарослям. Здесь был угол, образованный стеной ДК и его же хозяйственными постройками. И в этом углу заросли были настолько плотными, что образовали непроходимые джунгли.

Когда Настя вступила в эти джунгли, позади раздался смех и свист: подростки со скамейки, наверное, решили, что ей приспичило. Но девушка закусила губу и не обернулась: главное, чтобы к ней не подошли и не увидели дракончика, который теперь тянул её в эти заросли так сильно, что чуть руку из плеча не рвал!..

Уже в самих зарослях он расслабился и только вглядывался вперёд, будто желая в чём-то убедиться. Отодвигая тонкие стволы и порой переплетённые между собой ветви, Настя убедилась, что вороны в эту чащу залететь не смогут. И больше не обращала на них внимания, продираясь вперёд. Про себя она давно решила: хоть чем-то заняться, только не думать о доме, о родителях и их проблемах, к которым они намертво приклеивают и её.

Впереди показался просвет, и девушка сделала один широкий шаг, чтобы побыстрей выбраться из места, в котором сделай не тот шаг - и споткнёшься. Ух ты… Между чащобными зарослями и стенами образованного строениями угла оказалось не хилое такое пространство. На земле - часть асфальта и россыпь битого кирпича. И на этом кирпиче, прислонясь к бетонной стене, лежал человек в странном одеянии: в облипку тёмные штаны, типа узких джинсов, и свободная белая рубаха в тёмных пятнах. На зашуршавшие кусты он резко вскинул голову с длинными светлыми волосами, кажется взятыми в хвост, и попытался поднять… меч!.. А ошеломлённая Настя открыла рот, глядя то на него, то на оружие в его руке. На странную одежду. На руки… ой… в крови. Если сначала мелькнула было мысль о толкиенистах, разыгрывающих какие-то свои эпизоды из знаменитого романа, то потом…

Дракончик вдруг задрал длинную узкую морду - и пронзительно заверещал!

Ничего не понимая, Настя снова шагнула - к лежащему, поневоле следуя воплю и чувствительно тактильному требованию крылатого существа.

Шорох слева - и она отпрянула в сторону: чувствовала себя жутко глупой, но только и могла моргать на второго “толкиениста”, который неожиданно оказался в этом же ограниченном пространстве. И тоже с мечом - с длинным таким!.. От первого отличался лишь одеянием - чёрным!.. Он быстро и злобно глянул в её сторону из-под тёмных косм (явно давно пора подстричься!), лезущих на глаза, и почти прыгнул к лежащему, как его там - игроку, что ли… А в следующий миг - в миг, когда второй воздел оружие над головой первого, беспомощно прижавшегося к битым кирпичам, Настя закричала - охрипло от страха:

- Ты с ума сошёл, да?! Не трогай его!

Дракончик с её руки вякнул что-то жалобное, а через секунды… Второй, страшный в своём гневе, исказившем его тёмное (в тенях деревьев?) лицо, снова обернулся к девушке взглянуть на неё слепыми от бешенства глазами, а потом, резко опустив оружие и склонившись, рванул первого за грудки. Он оказался таким сильным, что легко поднял светловолосого, который беспомощно повис на его руке и только что-то сипло выдохнул. Насколько внутренне поняла перепуганная Настя, в его плачевном положении это могли быть слова: “Ты не посмеешь этого сделать!” Или всё-таки он умолял не убивать его?

Второй что-то зарычал - на незнакомом языке! - прямо в лицо первому и бросил его снова на землю. Испуганная Настя бросилась к ним и чуть не завизжала, ничуть не сомневаясь - цапнув его за рукав:

- Не трогай его! Не видишь - он ранен! Не трогай!

Она вскрикнула, когда второй даже не обернулся, а по впечатлениям, дёрнулся вполоборота и резко уколол дракончика кончиком меча в бок. Причём он явно старался убить зверюшку, потому что его движение вышло длинным! Но Настя не просто растерялась: инстинктивно отследив его замах, боком отшатнулась вместе с прижавшимся к груди крылатым существом, закрывая его другой рукой. И крылатый получил лишь царапину! Правда, он заплакал от боли (у неё сердце зашлось от его тоненького плача!), но остался жив!

А в следующий миг Настя чуть не упала, когда вокруг внезапно посветлело!

До боли вглядываясь в заросшую мхом стену, высокую, из громадных кирпичей, больше похожих на обтёсанные камни; в лес неподалёку, с трудом удерживаясь на подламывающихся от неожиданности ногах, Настя начала заикаться от ужаса. Где она?! И как здесь очутилась?!

Сердце больше не бушевало, а, по ощущениям, обмерло, забыв, что должно биться.

Но долго Насте ужасаться за себя не дали.

Эти двое с мечами тоже оказались здесь.

И второй злобно взглянул на первого, который всё ещё лежал и теперь лопатками опирался на эту стену - точней, на земляной, заросший травами пригорок у её подножия. Под взглядом противника он сумел встать, хотя девушка видела, какую боль он испытывает. После чего темноволосый решительно поднял оружие. Он всё ещё хочет его убить?!

На ватных, будто распухших ногах она попыталась шагнуть к “толкиенистам”, но тут её поразил дракончик. Он зашипел, вывернув длинную шею и глядя в её глаза, а потом… она ахнуть не успела, как он быстро склонился к её уху и просто-напросто укусил в мочку! Больно! До крови!.. А затем, как будто так и надо, размотался с её руки и взвился над ней, вцепившись затем коготками в плечо и с этого насеста уже вызывающе вереща на темноволосого…

Больно, но пора вмешаться в это странное противостояние, пока не поздно! И Настя крикнула темноволосому с мольбой:

- Пожалуйста, не надо! Потом сам пожалеешь об этом!

Так и не поняла, услышали ли её.

Второй разъярённо обратился к светловолосому:

- И не смей больше вставать на моём пути!

Похолодев, Настя испытала новое потрясение: она поняла, что он сказал!

Темноволосый клинком - не лезвием! - плашмя ударил по плечу светловолосого, который стоял, пошатываясь. Затем раздражённо развернулся и, не глядя на Настю, пошёл куда-то к деревьям, на ходу вкладывая в ножны меч. А первый постоял-постоял и медленно, глядя ему вслед, словно не веря, с трудом держась свободной рукой за стену, снова осел на месте.

Почувствовав, что дракончик уверенно и даже удобно пристроился на её плече, девушка машинально вытерла засыхающую кровь, щекочуще спускавшуюся с уха, и бросилась к раненому. На зверюшку она больше не сердилась - как тогда, почувствовав её неожиданный укус. Теперь-то Настя догадалась, что этот болезненный укус помог понимать здешний язык. Правда, недоумение осталось: такое возможно? Ну, с укуса начать понимать чужие слова?

Первым делом она отобрала у раненого и отложила в сторону меч, который, впрочем, парень держал очень слабо. А то, что перед ней был именно парень, лет двадцати, её ровесник, а не мужчина, как сначала показалось, Настя уже не сомневалась.

- Где тебя ранили? Куда? - суматошно заговорила она.

- Плечо… - прохрипел светловолосый, пытаясь взглянуть на рану.

Новый шок. Спросить-то она спросила. Но не сообразила, что её языка могут не понять. А светловолосый очень даже её понял. Они здесь что - все укушенные?!

- Сиди и не двигайся, - велела Настя, усаживаясь рядом на траву и снова запуская руку в сумочку, чтобы найти ту же пачку салфеток. - Я тебе сейчас расстегну жилет и остановлю кровь. Только не двигайся, а то хуже будет.

- Ты… умеешь целить? - с паузой на вдох спросил светловолосый.

- Нет, - хмуро сказала девушка. - Но некоторые навыки первой помощи у меня есть.

Только пять бумажных салфеток, сложенных вместе, сумели более или менее остановить кровь в глубоком порезе на плече. Разорванный на несколько полос носовой платок (Настя предпочитала большие мужские) из сумочки пошёл вместо бинта на перевязку. Парень всё поглядывал на неё во время перевязки, а потом негромко сказал:

- Мой дом неподалёку. Поможешь… дойти?

Она открыла было рот узнать, а где они вообще находятся, но спохватилась: рану ему надо обеззараживать, а не болтать. Да и кровь наверняка не засохла, так что неизвестно ещё, что будет с парнем, когда он начнёт передвигать ноги!.. Она помогла ему подняться, прихватив его оружие. А светловолосый неловко навалился на неё, еле ставя ноги в попытке шагать. Ничего, выдержала обоих - и дракончика, восседавшего на плече, и раненого, то и дело чуть не падавшего на другое плечо. В движении же выяснилось, что парень не очень тяжёл, да и росточком оказался лишь чуть выше, если учесть что Настя и сама не слишком высокая. Правда, теперь стало не до вопросов, которые до сих пор просто рвались быть высказанными вслух. На первом же десятке шагов Настя запыхалась так, что не до любопытства стало: раненого на каждом втором шагу несло… Тем более - повёл он её за стену, которая явно была развалиной от какого-то здания, судя по следам каменных плит, полузасыпанных землёй и почти заросших жёсткой травой.

Нет, светловолосый очень старался не наваливаться всем телом, но порой охал, и тогда Насте приходилось останавливаться, иначе она и сама шагнуть не могла. Ладно ещё - дракончик спустя секунды с плеча слетел. Возможно, сообразил, что ей тяжело. А может, и не сообразил, но в любом случае Настя была ему даже благодарна - меньше тащить… Ну-ну! Только обрадовалась, а крылатый взял и вернулся! Впрочем, и это девушка поняла: тоже слабый - раненый да расцарапанный и воронами, и тем злыднем.

А за стеной оказалась большая лужайка. Далее - ограда, за которой - парк и двухэтажный дом, длинный-длинный. Слегка оробев, Настя попыталась рассмотреть место, куда направлял её парень, но всё внимание пришлось уделять именно ему, поскольку он явно терял силы из-за потери крови.

Когда они приблизились к калитке в ограде, от дома к ним побежали двое мужчин в одинаковых костюмах под старину. Или здесь в таких ходят? Они выскочили из калитки к бредущим и приняли раненого из рук Насти. Она растерянно остановилась было, но светловолосый, повисший на руках мужчин, оглянулся на неё и с усилием кивнул. И девушка поспешила следом.

“Где я? - ёжась от мурашек по спине при виде странного места, опять ужасалась Настя, тем не менее жадно осматриваясь. - Куда я попала и как?” Словно подбадривая, дракончик провёл мордочкой по её щеке, и, даже ошеломлённая, она снова вспомнила, что он тоже ранен. Проверила ранки - вороньи тоже. На ходу, входя в просторный холл, а затем поднимаясь по широченной лестнице следом за мужчинами, вынула из пачки последнюю салфетку и приложила к единственной царапине, едва заметно сочащейся кровью. Остальные порезы на дракончике уже заживали.

Ещё один зал - огромней того, что на первом этаже.

Так огромен, что она не сразу увидела в его глубине невысокую фигурку, которая торопливо встала из кресла и поспешила к группе людей. И, только когда фигурка очутилась перед мужчинами, девушка, затаив дыхание, захлопала глазами. Женщина, довольно пожилая (правда, старушкой не назовёшь), наверняка чуть старше Настиной мамы, была одета… “Ой, мне бы так…” Длинное платье не то широким поясом, не то корсетом плотной вышивки подчёркивало её талию и грудь. Тонкое лицо с вдумчивыми голубыми глазами - чуть ли не копия лица светловолосого. Мама? Бабушка?

- Что случилось, Тиган? - ахнула та, устремив глаза на рану светловолосого, кое-как перевязанную, а затем на Настю. - И кто эта юная дама рядом с тобой?

- Что-о?!

Мужчины, ошеломлённые не менее, чем парень, опиравшийся на их руки, вместе с ним мгновенно повернулись к Насте. Девушка сначала смутилась, не понимая, почему они так на неё пялятся, лишь потом сообразив, что её, в джинсах и в болеро, приняли за мужчину. А женщина укоризненно покачала головой.

- Ты не разглядел в этом милом юноше переодетую девушку? Впрочем, пусть сначала посмотрят, что с твоим плечом. Отведите его в комнаты и пошлите за лекарем, - велела она мужчинам, и те послушно развернулись. - А вы, милая девочка, идите за мной.

Через полчаса Настя, которой для начала предложили умыться и привести в порядок волосы, пила чай, заваренный из трав, с нежнейшими пирожными, таявшими на языке, и рассказала всё, что произошло недавно. Дама Летиция оказалась настолько дотошной, что девушка невольно решила: ей бы в полиции служить - на допросах она была бы лучшей! Девушка мысленно призналась: сама бы ни за что не догадалась задать столько вопросов. Пока же дама Летиция уже задумчиво сидела напротив, медленно покручивая свою чашку с чаем… Дракончик Тигана, Киллин, весь в пятнах лекарственного снадобья, которым его тоже попользовали, расположился на подлокотнике Настиного кресла и усердно грыз небольшое яблоко, отданное ему бабушкой Тигана, то и дело поднимая голову и радостно глядя на девушку.

А у Насти гудела голова. То, что в неё запихнула в качестве начальной информации бабушка Тигана, дама Летиция, плохо укладывалось по полочкам. А неясности Настя не любила. Тем более в такой ситуации. Поэтому и решилась тоже спросить:

- А почему тот тип хотел убить Киллина?

- Милая барышня Анастасия, - вздохнула дама Летиция (кажется, ей очень нравилось имя Насти, потому что она постоянно его произносила), - Ристерд - однокурсник Тигана на факультете магов-пространственников. Он старше нашего мальчика. Оба вечно ссорятся по пустякам. Кажется, сегодня они в очередной раз разругались из-за девушки. Причём, как мне уже рассказали, именно мой внук весьма основательно разозлил Ристерда. До такой степени, что тот был готов убить его. Тиган сбежал в ваш мир, чтобы однокурсник отстал от него. Но Тиган слабей Ристерда в перемещениях по мирам. Только Киллин, фамильяр моего внука, мог бы вывести его из вашего мира. Если бы дракончик погиб, Киллин навсегда остался бы у вас. Судя по всему, именно этого исхода добивался Ристерд.

- Но однажды я ему всё-таки задам! - упрямо сказали от одной из дверей в зал.

Прихрамывая и опираясь на руку пожилого слуги, вошёл Тиган.

Пока он прихрамывал к чайному столику, Настя успела подумать: “Спросить - не спросить? Я половины не поняла из того, что она мне сказала!” Но один взгляд на Тигана - и она растерялась: чумазый и в крови, парень ей показался молодым человеком лет чуть за двадцать. Но этот аккуратно причёсанный, умытый до розового личика, переодетый в чистую одежду голубоглазый мальчик слишком очевидно был младше того, кому она помогла дойти до дома его бабушки.

Насте повезло. Тиган всё ещё злился на своего однокурсника, а потому продолжал болтать, здорово разочаровывая её замашками задиристого мальчишки.

- Что у вас сегодня случилось? - спокойно спросила дама Летиция. - Мне сказали, что вы поспорили из-за барышни Камиллы?

- Он её не достоин, - заявил Тиган и кивнул слуге, который подал ему чашечку с чаем. - Он грубый, самоуверенный и вообще тёмная личность! А барышня Камилла слишком наивная, чтобы позволять ему дружить с ней!

- Тебе не кажется, мой любимый внук, что ты не должен вмешиваться в личные дела своих однокурсников? - с усмешкой спросила дама Летиция.

- Это дело не личное! - насупился Тиган. - Такой студент, как Ристерд, не должен являться частью светского общества!

Дама Летиция закатила глаза и вздохнула. Насте показалось, ей хочется обозвать внука наивным и глупым, но она сдерживается. Но эта часть беседы девушке была неинтересна. И она осторожно вклинилась в этот диалог:

- Простите, пожалуйста, а как бы мне вернуться домой?

Бабушка и её внук взглянули на неё - оба с бесстрастным, загадочным выражением лица. Тиган, наверное не умеющий долго молчать, сдался первым. Он поставил чашечку на край столика и чуть не виновато объяснил:

- Мне очень жаль, но… пока не получится. По крайней мере - сейчас.

- Почему? - прошептала Настя. Она-то решила, что легко сюда попала - легко вернётся! И от внезапного сообщения она осипла.

- Понимаете, - замялся юноша, на которого дама Летиция смотрела взглядом: “Ну, вот такой он у нас - растяпа!” - Когда я оказался в вашем мире, я бы даже с помощью Киллина (он взглянул на дракончика) не сумел бы вернуться домой, если бы не вы, барышня Анастасия. Киллин был ранен и потерял много сил. И, боюсь, он призанял немного сил у вас - тем более что вы были симпатичны ему, да и расположены к нему в те мгновения. Да и держали его в руках в тот миг. В общем… Чтобы вернуть вас домой, Киллину надо вас проводить. Но пока он не в силах.

- То есть, когда он поправится, я вернусь в свой мир?

Бабушка и внук переглянулись. Тиган опустил глаза, прежде чем ответить:

- Ну-у… Дело в том, что всё теперь зависит от моего фамильяра. Если он захочет, он, придя в себя, вернёт вас. Но, если вы ему понравились, он может… закапризничать и специально оставить вас здесь.

- А что… - Настя хотела было сказать: “Были прецеденты?”, но сумела вовремя прикусить язык и выразиться проще: - Киллин уже кого-то переносил сюда?

- Как правило - иномирных птиц и зверушек, которые ему понравились, - не слишком довольно ответила дама Летиция.

- А что же мне теперь делать? - растерялась девушка, сначала обратив внимание, что дракончик Киллин замер, всматриваясь в её глаза, будто понимая, что речь идёт о нём. А потом обернулась к даме Летиции. Похоже, хозяйка дома здесь самый здравомыслящий человек. - Разве у вас не найдётся взрослый маг, который сумеет это сделать? Уж у него-то сил точно будет больше! Например, преподаватели Тигана?

- Проблема в том, что только Киллин знает, куда именно вас возвращать, - виновато сказал Тиган. - Возьмись за ваше дело взрослый, опытный маг, первым делом он потребует указать координаты переноса, а их знает только мой фамильяр.

Настя съёжилась в кресле, борясь с подступающими слезами. Честно говоря, домой не очень хотелось, если учесть, что там творится с родителями. Но там - привычная квартира, её личная комната - почти гнёздышко, где можно спрятаться и надеть на голову наушники, чтобы не слышать злых криков. А здесь-то, где все незнакомы, где всё неизвестно, ещё страшней. И она… без денег, без поддержки, без дома… Бомжиха!

Женщина (язык не поворачивался называть её бабушкой) задумчиво повертела в изящных длинных пальцах опустевшую чашку и наконец высказалась:

- Тиган живёт у меня, пока обучается в академии. Он приехал из довольно глухого места, где нет учебных заведений. Вы, баряшня Анастасия, тоже можете воспользоваться его историей. Итак, ко мне приехала провинциальная дальняя родственница, которая будет жить у меня неопределённо долгое время. А там - посмотрим. И не думайте, что будете мне в тягость. Я вам весьма, весьма благодарна за то, что вы спасли жизнь моего непутёвого, но любимого внука.

Как ни странно, Тиган тут же просиял.

- Барышня Анастасия, поскольку мы с вами потаённые родственники, почему нам не начать общаться более близко? - весело спросил он.

Вытаращившись на него, Настя не сразу поняла, что он всего-навсего предлагает ей перейти на “ты”. И медленно ответила, стараясь приветливо улыбаться:

- Хорошо. Я согласна.

Вторая глава

Уже с первых минут Настя поняла, что хлопот с нею у дамы Летиции будет много. Едва только девушка согласилась и на гостеприимное предложение хозяйки дома, и на дружеское - её внука, как дама Летиция тут же, словно молоденькая, вскочила с кресла и, прежде чем побежать куда-то, кивнула Насте:

- За мной, барышня!

Через пару шагов дама Летиция громко назвала ещё три имени.

Пока две дамы мчались к двери из зала, к ним присоединились ещё три - только не дамы, как поняла девушка, чуть даже напуганная переполохом в её честь, а служанки в одинаковых одеяниях, в униформе. Вся орава пронеслась к громадному коридору за стенами зала, пробежала его, потом свернула и снова пробежала ещё довольно много, пока дама Летиция не остановилась перед широкой дверью. Сверкая улыбкой, она выждала, пока ей откроют эту дверь, боком встала на пороге и вытянула руку в помещение.

- Барышня Анастасия, это ваши апартаменты!

Хлопая глазами, Настя осторожно вошла в апартаменты и столбом встала после парочки шагов. Ух ты, ничего себе… Да тут заблудиться можно!

Будто догадавшись о её сомнениях, хозяйка дома решительно бросилась вперёд и на скорости провела целую экскурсию, объясняя, где какие помещения расположены.

- Ой, здесь и ванная комната есть! - обрадовалась девушка, заглядывая в блистающий чистотой чуть ли не кабинет с грандиозной ванной в центре.

- О, барышня чистоплотна! - обрадовалась и дама Летиция. - Вернёмся в вашу гостиную и посидим, поболтаем немного, пока мой неуёмный внук дожидается нас в парадном зале.

Выяснилось, что, по мнению хозяйки дома, слово “посидим” должно относиться только к ней самой. Насте же пришлось всё время разговора или прятаться за ширмой, принесённой служанками, или выходить из-за неё, чтобы показать даме Летиции платье, в которое переоделась.

Только здесь девушка и разглядела гостеприимную хозяйку дома. Да, даму Летицию издалека нетрудно было принять за довольно молодую женщину. Высокая, стройная, с необыкновенно тонкой талией, она двигалась энергично, как жизнерадостная девчонка. Правда, как подозревала Настя, так она вела себя только со своими, когда рядом нет чужих, особенно - людей своего круга. Одевалась она, судя по всем тем платьям, которые примеряла девушка, в одежды светлые, мягких пастельных тонов. Особую любовь испытывала к оранжевым и зелёным краскам. Её тонкому лицу Настя, которая отличалась широкими скулами, со вздохом восхищения позавидовала. А эти голубые глаза, которые, как оказалось, являются визитной карточкой бабушки и внука!

А ещё Настя восторгалась её причёской: светлые волосы были уложены в некую конструкцию, больше напоминавшую изысканные, направляемые твёрдой рукой округлые струи невысокого фонтанчика, перевитые тонкими нитями с крохотными драгоценными камешками, искрами блистающие из-под прядей. Аристократка до кончиков ногтей!

… Сначала переодеваться было довольно весело, но после десятого платья только разговор любознательной дамы спасал Настю от желания бросить все тряпки и рухнуть в кресло, чтобы отдохнуть. Никогда не думала, что примерка может быть такой нудной, несмотря на ободряющие и восхищённые возгласы хозяйки дома.

А восхищалась дама Летиция не только тем, как выглядит Настя в её платьях. Особый восторг у неё вызвал ответ девушки на вопрос, училась ли она где-нибудь.

- Сначала закончила общеобразовательную школу - одиннадцать классов, - отрапортовала Настя, выглядывая из-за ширмы. - Ну, кроме этого, была детская музыкальная школа, где я училась играть на… - хотела сказать “на фортепьяно”. Но решила, что в таком времени, возможно, его пока нет. - На клавесине, - уточнила она, видя, что дама с недоумением морщит лоб. Опять подумав, сообразила: лёгкие длинные платья, вон шляпки лежат. Фортепьяно вроде должно здесь появиться? - На пианино, - решилась добавить она.

- О, как вы образованны, барышня Анастасия! - ахнула дама Летиция. - А что вы делаете сейчас, после окончания этой общеобразовательной школы?

- Закончила три курса университета. Осталось ещё два. Отдыхала на каникулах! - отчеканила девушка.

- Университет?! И что же вы там изучали?

- Мировую историю. - Добавлять, что собиралась преподавать историю в школе, Настя не стала. Не хочется сейчас даже думать о будущем, не то что говорить о своих мечтах. А вдруг не сбудется? Вдруг она застрянет здесь надолго? И всё из-за какого-то своенравного дракончика… Эх…

- Да-а… - уважительно сказала дама Летиция. - Видимо, ваши родители весьма богатые и уважаемые люди, раз они сумели дать своей дочери такое разностороннее образование. Что ж… Барышня Анастасия! - решительно сказала хозяйка дома. - Вот в этом платье вы выглядите потрясающе! Снимайте! Я сейчас отправлю прислугу в лавку портнихи.

Настя подошла к большому настенному зеркалу. Хм. Она-то думала - дама Летиция просто отдаст ей свои старые шмотки!.. Ей, конечно, тёмненькой и кареглазой, эти пастельные тона не идут, но девушка была готова смириться с этим цветом: ладно ещё - хоть эти одёжки дают! А теперь… Настя неудержимо заулыбалась.

Хозяйка легко встала с кресла и встала позади неё. Улыбнулась.

- У вас хорошие волосы, барышня Анастасия, - густые и шелковистые. Когда они подрастут, с ними можно будет делать любые причёски. А пока мы съездим к мастеру-куаферу, и он завьёт вам волосы, чтобы никто не придирался к их длине. А потом мы поедем в шляпную лавку и найдём вам несколько верхних уборов на все случаи жизни. Ах, как давно я не бывала в центре города! Завтра же поедем и покутим в своё удовольствие! Ведь вам, милая девушка, надо купить столько всякой мелочи! - и закончила решительно и даже строго, глядя на босые сейчас ноги девушки: - Туфельки обязательно! И не одну пару!

Из этой восторженной речи Настя усвоила два момента: дама Летиция не верит, что девушка вскоре отправится в свой мир, и она же искренне радуется, что Настя остаётся в её доме. По первому поводу девушка тайком вздохнула. По второму - вдруг подумала: “А если это… шанс? Начать жизнь с чистого листа? Именно в этом мире? - Она застыла, глядя в зеркало. - Что ждёт меня дома? С Мишей я поссорилась в прошлом году, и мы так и не сумели помириться. Дома - жить рядом с родителями устала, давно подумывала перебраться в общежитие или на частную квартиру…”

Она отправилась за ширму снять платье и надеть домашний комплект из простого прямого платья и верхней накидки, которая, чуть затянутая пояском, превращала комплект в нечто изысканное. Снова глянув в зеркало, Настя пожала плечами: и никакого платья не надо. Ну, пока она здесь, в доме. Вернулась за ширму сложить свои вещи и, оглянувшись на шорох сверху, увидела: на ширме, как на насесте, уселся Киллин. Прислушавшись к голосам дамы Летиции и её прислуги, которой та отдавала распоряжения, девушка тихонько позвала:

- Эй, Киллин!

Дракончик уставился на неё узкими глазищами.

- Скажи честно: ты меня домой отправишь?

Зверь загадочно посмотрел на неё и, опять как кошка, принялся вылизывать себе подмышку, изогнув длинную шею и отставив в сторону одно крыло.

Настя вздохнула и сложила стопкой свои вещи. Выпрямилась и грустно сказала:

- А ведь мне оставалось всего два курса… А здесь? Кому нужны мои знания?

“Научишься! Новым!”

Она медленно выпрямилась от вещей на стуле. Голос был высокий и с небольшим нажимом на горло. Киллин смотрел на неё с ширмы, словно слегка ухмыляясь полуоткрытой пастью. “Ну ничего себе… - мысленно охнула Настя, таращась на дракончика. - Здесь ещё и звери умеют говорить на человеческом? Ну, здОрово…”

“Не! Все!” - чётко и разделяя каждое слово, ответил дракончик.

“Ух ты… Ты меня слышишь! А какие звери говорят?” Странно думать и слышать ответы на свои вопросы. Будто слишком плохой звук мобильника.

“Магические”.

Выйдя из-за ширмы, Настя с огромным уважением взглянула на даму Летицию. Вот, значит, как у них тут. Тиган - маг, учится на мага. Значит, умеет общаться со своим фамильяром! С трудом, но девушка вспомнила, что фамильяр - зверь-помощник ведьм и магов… Поэтому Тиган так уверен, что Киллин не захочет помочь Насте вернуться? Успели поговорить? Любопытно, а Летиция - маг? Слышит ли она магических зверей?

- Оставьте все ваши вещи здесь, - скомандовала дама Летиция, кивая в сторону кровати под балдахином. - Прислуга потом разберёт.

- Зачем же… - смущённо начала Настя, собираясь договорить: “Я и сама всё сделаю, без чужой помощи - уж в таком-то простом деле!”

Но хозяйка дома ждать не собиралась. Она так нетерпеливо едва не подпрыгивала на месте, поторапливая своею гостью, что Настя вынужденно бросила-таки на покрывало свои вещи и побежала к ней.

Обе вылетели из апартаментов и снова оказались в парадном зале, где их ждал Тиган. Светловолосый мальчик при виде вошедших немедленно встал и заулыбался. Отчего, как заметила Настя, стал выглядеть ещё более по-детски. Да, копия бабушки. Такое же тонкое лицо, пока ещё даже с припухлыми щеками, которые подсказывали, что ему лет семнадцать или восемнадцать. Интересно, на каком он курсе в своей академии?.. Но глаза его были такими наивными, что Настя сообразила, каким образом он ссорится с однокурсниками. Наверняка всегда говорит в лицо всё, что думает. Не умеет быть по-взрослому, скажем так, учтивым и дипломатичным. Ну, пока. Может, потом научится.

… Чувствуя себя слишком примитивной простушкой, которая не знает элементарного этикета в богатых и аристократичных домах, и в то же время мысленно пожимая плечами: “И чё? Я такая и есть!”, она внешне спокойно подошла и села в “своё” кресло перед столиком, с которого убрали чайные принадлежности и поставили толстую, кажется, хрустальную (Настя не разбиралась) вазу с фруктами. Киллин тут же приземлился на подлокотник её кресла, и девушка ощутила неловкость: не рассердится ли Тиган, что его фамильяр предпочитает сидеть рядом с нею, а не с ним - его хозяином?

- Вы Киллину понравились! - радостно сообщил Тиган то, что девушка уже знала. - Барышня Анастасия, так что вы ответите на моё предложение быть в дружеских отношениях?

- Можешь называть меня Настя, - улыбнулась и девушка. - И на “ты”.

- Насти? - с интересом повторил Тиган, и девушка не стала поправлять его: а вдруг в этом мире есть такое имя?

- Да, Насти.

- Насти, хочешь, я покажу тебе город, в котором учусь? - чуть не подпрыгивая, спросил Тиган, азартно блестя на неё наивными голубыми глазами.

- Город девочке покажу я, - ледяным тоном произнесла дама Летиция (“Ишь, чуть игрушку не отобрали!” - внезапно едва не фыркнула от смеха Настя) и тут же проговорила мягче - когда лицо обескураженного Тигана обиженно вытянулось: - Милый мальчик, у тебя столько друзей, с которыми ты гуляешь по городу после занятий в академии. А нашей Насти надо научиться манерам, чему я и собираюсь уделять внимание, гуляя с нею. А уж потом, когда Насти будет вести себя подобающе общественному положению нашей семьи, тогда и ты сумеешь показать ей то, с чем не смогу её познакомить я.

Дама Летиция говорила доброжелательно и легко, так что Тиган быстро вернулся к своему жизнерадостному настроению. Он не отказался прогуляться по дому дамы Летиции вместе с ними, слушая свою бабушку, которая с удовольствием рассказывала о своей семье.

Так Настя узнала, что бабушка Тигана вдовеет. Муж погиб на войне, которая закончилась двенадцать лет назад. Сама дама Летиция явно считала себя столпом рода, и поведение Тигана в некоторых случаях это подтверждало: мальчик относился к женщине не только почтительно. Бывало - он взбрыкивал, сердясь и противясь некоторым замечаниям бабушки, но, едва голос дамы Летиции становился твёрдым, как металл, Тиган тут же отступал от своих высказываний… У хозяйки дома было трое детей. Тиган - внук от младшего сына. Старшая дочь жила в городе же, и дама Летиция пообещала обязательно посетить её вместе с Настей.

Дом оказался таким большим и потребовал столько времени на его осмотр и знакомство с его историей, как и с историей его хозяйки, что Настя, уже и так уставшая от обилия потрясений и впечатлений, была готова попросить даму Летицию прервать познавательную экскурсию для отдыха. И только она собралась это сделать, как вдруг обнаружила, что Тиган странно смотрит на неё. Сначала девушка мельком поймала его взгляд и не сообразила обратить на него внимания. Но потом что-то заставило её вновь Оглянуться на Тигана. Теперь она точно видела, что он как-то тревожится, поглядывая на неё. Да и… Пока дама Летиция с упоением рассказывала историю одного из портретов в удалённой галерее дома, Тиган пару раз дёрнул Настю за руку, едва замечал, что она открывает рот что-то сказать.

А когда они шли за хозяйкой дома в небольшом отдалении от неё, мальчик прошептал Насте:

- Никогда не прерывай её. Она не любит этого.

Только Настя было хотела объяснить, что никто этого не любит, что она не собирается беспардонно влезать в чужую речь, как Тиган добавил:

- Лучше быть послушной и поменьше болтать. Злая, она тебе не понравится.

“Злая?! - поразилась Настя. - Эта милая дама может быть злой?!”

Первым делом она решила, что Тиган ревнует: всё внимание бабушки не ему, а ей. Глупо, но ведь всё может быть?

Но в библиотеке кое-что заставило вспомнить его слова.

Заинтригованная: “Если я понимаю их устную речь, может - и читать сумею?”, девушка вынула одну книгу из ряда на стеллажной полке и открыла.

- Верни книгу на место! - холодно сказала дама Летиция.

Настя вздрогнула и неловко сунула книгу назад. После чего, удивлённая, взглянула на хозяйку дома и попыталась объяснить:

- Я не…

- Без моего разрешения ничего в моём доме не трогай! - так же холодно отчеканила хозяйка дома и тут же уже спокойней скомандовала: - Дети, нам надо осмотреть мою оранжерею, а потом мы идём ужинать!

Тиган исподлобья бросил взгляд на Настю. Она улучила момент и кивнула ему: “Я всё поняла!” Она и правда кое-что поняла. Нельзя расслабляться. Нельзя доверяться больше, чем нужно для дела. Нельзя рассчитывать на доброжелательное отношение к себе только потому, что ты из другого мира. Пока чуть не бежали по лестницам из помещения в помещение, девушка постоянно себе напоминала эти простые истины.

Спасибо Тигану. С истинами, которые появились невольно, благодаря внуку хозяйки, жить оказалось легче.

… Нет, дама Летиция выполнила все свои обещания. Она оставила Настю в роскошных апартаментах. Наутро она взяла нежданную-негаданную гостью из иного мира в город и обула-одела, протаскав почти весь день за собой - ладно ещё в открытой карете. Правда, пришлось выслушивать её постоянные нравоучения, которые хозяйка дома использовала вместо чётких правил этикета. Пришлось быть немой, как рыба, слушая бесконечную историю рода дамы Летиции, - и лучше, если делать это с открытым от внимания ртом. Пришлось постоянно себе напоминать, что её, Настю, приютили, а не взяли в семью на равных. Она в этом мире никто. И, если будет на то воля хозяйки дома, может остаться вообще ни с чем. И куда тогда деваться?

Правда, Настя решила втихаря узнавать: где можно найти работу, если вдруг произойдёт такое, что её вытурят из этого богатого дома.

Начала с чтения. Ведь грамотный человек, сведущий в том, что происходит вокруг, лучше ориентируется в жизни. Чтение выручит всегда. Но читать, к сожалению, Настя не умела. Поэтому решилась научиться буквам, как ребёнок. Дама Летиция говорила ей, выглядывая из окошка кареты:

- О, вот лавка портнихи! Видишь, что на вывеске написано? “Лучшие домашние платья в городе от мастерицы Делмы”! Запоминай эту лавку, Насти. Мы здесь часто будем делать покупки! А дальше, через два дома, будет лавка “Шляпки для дам”…

И Настя украдкой старалась запомнить, как написаны (благо латиница, как ни странно!) слова на вывеске, а уж название она запоминала мгновенно. Дома же она, пока хозяйка не видела, выпросила у Тигана несколько чистых листов и странную ручку, похожую на шприц, потому что в полое тело этого предмета надо было втягивать чернила при помощи колпачка, который затем, по мере использования чернил, опускался, напоминая о необходимости снова наполнить ручку красящей жидкостью. И эти листы Настя экономно заполняла мелким почерком, пытаясь самостоятельно научиться читать.

Правда, как она подозревала, а затем прозревала, читать целые книги ей вряд ли дадут. Книги из библиотеки дамы Летиции оказались весьма ценными, из-за чего их и запрещали брать в руки.

Лишь недели две спустя после своего появления в этом мире Настя отчётливо поняла, кем её при себе определила дама Летиция. Компаньонкой.

Протестовать девушка не могла: слишком сильно зависела от хозяйки. А та прекрасно сознавала эту зависимость. И использовала её напропалую. Будучи весьма болтливой, дама Летиция требовала, чтобы Настя внимательно слушала её рассказы о прошлом. Так внимательно, чтобы потом обсуждать вместе с хозяйкой те или иные события. В любимой оранжерее дама Летиция командовала Настей, направляя её работу по уходу за цветами. Выезжая в гости к кому-нибудь в городе, она постоянно обращалась к Насте с какими-нибудь просьбами - что-то подать или посмотреть, всё ли в порядке с хозяйским одеянием. И Настя шла позади неё, неся в руках как хозяйский несессер, так и все мелочи, которые необходимы светской даме во время прогулки и которые не вмещались в этот несессер. Гуляя по лавкам, дама Летиция весь товар оставляла в руках Насти, которая покорно несла их за собой.

В общем, Настя отрабатывала своё вынужденное гостевание в этом доме на все сто.

Лишь по вечерам её освобождал Тиган - под предлогом дружеской болтовни, чему его бабушка почти не мешала, правда требуя, чтобы разговаривали при ней. Но и парень не всегда приходил вовремя, чтобы девушка могла переключиться на что-то иное. Иногда ему приходилось задерживаться в академии очень уж допоздна. Настя в такие вечера изнывала, потому как переизбыток хозяйки угнетающе влиял на неё. Иногда спасал дракончик Киллин: он мог своевольно оставить юного хозяина, чтобы поболтать с Настей.

Дама Летиция удивлялась прилётам дракончика к Насте, но позволяла ему “забирать” свою компаньонку, и громогласно поражалась своей доброте. Правда, Настя была разочарована. Несмотря на то что ранки и царапины дракончика зажили неимоверно быстро, он ни за что не желал даже говорить о переходе в мир девушки.

Самым сложным было дело со сном. То ли из-за довольно преклонных лет, то ли в силу своего здоровья дама Летиция ложилась так поздно, но вставала так рано, что Настя поражалась: а может, хозяйка вообще не спит? А вместе с нею не спала и компаньонка. Ведь кому-то надо было забавлять хозяйку в её бессонные часы. В некоторые дни, когда дама Летиция принимала гостей - это называлось чайные посещения - Настя по благосклонному кивку хозяйки отправлялась в свои апартаменты, где мгновенно валилась в кресло и засыпала. Впечатления были такие, что девушке казалось - она буквально выпита излишним стремлением дамы Летиции загрузить её многочисленными делами и заботами, пусть мелкими, но бесконечными.

Со служанками Настя быстро подружилась. Тех трёх, что помогали ей обустроиться в апартаментах, не обмануло положение девушки при хозяйке. И они Насте сочувствовали, хоть и говорили с нею мало…

Пару раз заезжали родственники дамы Летиции - старшая дочь со своими детьми, уже взрослыми - старше Тигана. Родственники быстро сообразили, кем состоит Настя при хозяйке дома, и мгновенно принялись бы гонять её, глядя на даму Летицию, если бы не одно “но”: покушения на личную собственность хозяйка дома не потерпела. Родственники оказались умными и Настю больше в упор не замечали.

Скоро девушка заметила, что воспоминания о доме и родителях постепенно стираются. Судя по всему, их вытесняла каждодневная суета и занятость чужими делами.

С третьей недели Настя начала худеть. Дама Летиция заявила, что даже без корсета она должна выглядеть стройненькой, а потому теперь гостье из иного мира за столом подавали порции, уменьшенные вдвое. И так достаточно худощавая, Настя озадаченно представила, какой видится хозяйке её компаньонка, соответствуя слову “стройненькая”. И передёрнула плечами: скелетиком она точно будет!.. Как ни старался спасти положение Тиган (даже он изумился: “Зачем, бабушка?!”), даму Летицию никто не мог переубедить. Настя же, в конце концов только вздохнув, спокойно приняла очередную блажь хозяйки. Единственное, что она сделала, это попросила Тигана (когда дама Летиция не видела) помочь ей с изучением букв и чтением.

С третьей же недели её пребывания в этом мире началась непогода. Всё правильно: Настя-то из лета в осень перешла. И дама Летиция с удовольствием, естественно, прихватив компаньонку, вновь отправилась по одёжным-обувным лавкам - обеспечить своей гостье тёплую одежду.

Измученная мотанием по магазинчикам, немного даже отупев от постоянного мелькания одежды, обуви, продавцов и их хозяев, а также от пронзительного голоса Летиции, которая в лавках почему-то предпочитала кричать, а не говорить, Настя чуть не восстала вечером после приезда в дом Летиции, который находился на окраине, в богатом пригороде, когда хозяйка вдруг встрепенулась и жалобно запричитала:

- Мы забыли коробку с ботиночками в лавке мастера Мозеджи! - Передохнув от собственного вопля, дама Летиция деловито сказала: - Ты забыла мне напомнить об этой коробке, моя милая Насти! Тебе и ехать в лавку. Так что возвращайся к кучеру. Во двор пошлю с тобой дворецкого, который велит ему снова отправляться в город - за твоими ботиночками! И побыстрей, пожалуйста! Мне давно пора ужинать!

Дворецкий молча прошёл к двери зала-прихожей и стал ждать Настю.

Девушка прикусила губу, лишь бы не закричать: “Дама Летиция! Можно, я съезжу в город завтра? Но не сейчас, когда на улицах темно и сыро от дождя?!” Глубокий вдох - раз, два… Настя пришла в себя и лишь кивнула, поворачиваясь к дворецкому.

Опустив глаза, она выслушала недовольное бурчание кучера, которому дворецкий дамы передал её приказ. Вытерпела его злой взгляд исподлобья. “Да, я виновата, - мысленно согласилась она, едва удерживая слёзы. - Да, забыла. Но, клянусь, это в последний раз! Мне тоже не хочется ехать по этой мокрети и холодрыге!”

Дворецкий подал ей руку, помогая зайти в карету, в которой кучер снова поднял верх, и лошади уныло стронулись с места. Попытавшись найти что-то хорошее в этом глупом случае, Настя угрюмо решила: “Заставлю её саму научить меня не только читать, но и писать. Тогда я буду записывать всё, что надо купить, и всё, что куплено. И мы никогда и нигде не будем опаздывать, потому что не будем ни о чём забывать. - Несколько секунд сидела, мрачно глядя на соседнюю скамейку, а потом вздохнула: - Но и ты, голубушка, дура первостатейная! Не могла записывать всё хотя бы на своём языке?.. Неужели вся моя жизнь так и пройдёт, пристёгнутой к Летиции? Не просто компаньонкой, но секретарём-компаньонкой!”

Лавка мастера Мозеджи находилась в противоположной стороне города, не в самом лучшем районе. Но Настю сейчас удручало лишь одно: сколько же времени пройдёт в поездке и даст ли хозяйка по возвращении время на поужинать? С неё станется сказать что-то вроде: “Ой, какая прекрасная возможность похудеть ещё немножко!” И прикажет сесть рядом с ней и выслушать впечатления о сегодняшней прогулке.

Шмыгнуть носом и наврать себе, что шмыгаешь не потому, что начинаешь реветь, - легко. И только девушка сформулировала эту мысль, как тут же затряслась от горького смеха: а что будет, если она заболеет? Не загонит ли её в гроб дама Летиция своими посещениями и недовольной болтовнёй о том, как ей стало скучно, потому что некого больше, кроме слуг, посылать по мелким поручениям? “Она тебя кормит. Одевает, - напомнила себе девушка и стёрла слёзы. - Не заставляет тяжело работать. Перетерпи!”

К громыханию колёс по мощёной дороге прибавился шепчущий шелест по крыше. Прислушавшись, Настя вздохнула: снова дождь заморосил!

Но через пять минут колёса кареты ощутимо замедлили свой ход, и кучер, постучав кнутовищем по крыше (чего он никогда не делал при хозяйке), хмуро сказал:

- Приехали, барышня!

Настя открыла дверцу и осторожно спустилась на тротуар. Два окна в лавке мастера-обувника светились, и у девушки отлегло от сердца. Сейчас она заберёт ботинки и сразу поедет домой, к даме Летиции.

Третья глава

Вечер чернел особенно глубоко из-за дальнего фонаря на этой улице. Шагая по опавшим листьям, промокшим после дождя, к двери в лавку, Настя продумывала первые слова, которые надо сказать хозяину лавки… Мелкий дождь, почти морось, начал ощутимо густеть, но намочить её круглую шляпку, больше похожую на старинный чепец, и длинную накидку, отороченную по краям короткими меховыми полосками, не успел: Настя заскочила под крышу крылечка. Таща на себя тяжёлую дверь, она мысленно проговорила, придирчиво слушая, как это звучит: “Добрый вечер! Простите, я от дамы Летиции. Мы забыли взять коробку с женскими ботинками!” Да, так хорошо. И тогда неясно будет, кто, такой забывчивый, виноват. Виноватой Настя быть уже устала.

Её окутало вырвавшимся из помещения теплом, наполненным резкими запахами кожи, клея и краски, а также дымными ароматами горящих свечей. Тепло, из-за которого она заспешила вовнутрь, чуть не сбило с толку, и девушка упрямо проговорила про себя: “Добрый вечер! Я от дамы…”

Она закрыла за собой дверь, чтобы та не хлопнула, и та тяжело вошла в пазы.

Теперь Настя прочувствовала не только тепло. Слишком резко вошедшая из темноты в мягкий свет, она не сразу проморгалась и снова напомнила себе, как мантру: “Добрый вечер - в первую очередь!” Затем спустилась по трём ступеням в полуподвальное помещение и остановилась. Прямо перед ней, шагах в десяти, - небольшой стол с конторкой, за которой стоял смутно знакомый человек - мастер? Сбоку, в углу, куда не доходило освещение от зажжённых канделябров, установленных на конторке, несколько человек негромко беседовали между собой - слышны были мужские и юношеские голоса. Хозяин лавки, вероятно, к ним прислушивался, потому что не сразу заметил тихо вошедшую гостью.

Боязно. Тут все незнакомые. И все мужчины, судя по голосам.

Настя собралась с решимостью: “Ничего. Там, на улице, кучер остался. Он хоть дядька хмурый, но на крик, если что, прибежит. Куда ему деваться! Дама Летиция ему такой втык за меня устроит!.. Так, я говорю - добрый вечер, и…”

“Добр-рый! Вечер-р!”

“Ой! Ой-ё-ёй! Добрый вечер!”

Она не успела испугаться. По каменному полу лавки к ней быстро кинулся кто-то маленький и шустрый, а сверху свалилось на плечо что-то легкое и, радостно распахнув клюв, заглянуло ей в лицо. Оторопев и пока не зная, пугаться ли, Настя, ощутила, как маленький и шустрый быстро обласкался о подол её платья и ощутимо о ноги и поднял длинную мордочку с подёргивающимся носом.

“Ты кто? Как тебя! Зовут? Почему! Раньше! Я тебя! Не видела?”

“Давай-давай! Говори-отвечай!” - проворчали с плеча, а потом поморгали на неё круглыми, нескрываемо любопытными чёрными глазами.

Ошеломление выбило из головы всё, что связано с забытыми вещами в этой лавке. Ведь к ней, кроме дракончика Киллина, никто не относился так ласково, не встречал так радостно!.. Шустрое существо внизу, опираясь передними лапами на подол её платья, резво встало на задние лапы, тянясь к Насте всем телом и всё так же восторженно принюхиваясь к ней. Машинально вспомнив, как взяла Киллина на руки, Настя нагнулась - бережно, чтобы птице на плече было удобно, - и подняла ласковую и вертлявую лисичку, прижимая к себе подвижное шерстистое тельце. Всё машинально! Как подняла бы кошку! Как осторожничала бы, чувствуя на плече дракончика. Хм… Повезло: зверушка на руках сухая, видимо, оказалась в помещении до дождя, а вот у птицы перышки на голове были чуть влажные.

Лисичка извернулась и лизнула девушку в подбородок.

“А как! Тебя зовут?”

“Да-да-да! Имя твоё! Имя, Слушающая!”

“Меня зовут Насти. А как звать вас?”

Девушка мягко провела пальцами по сухой голове лисички, и та принялась тыкаться в ладонь мокрым носом, извиваясь всем телом: “Ещё! Ещё! Я Алиса!”

“Я Карран! Я Карран! Меня! Погладь меня!”

Вот так, гладя Каррана одной рукой по голове, другой почёсывая Алисе шейку, Настя, уже пришедшая в себя от неожиданной встречи, вынужденно медленно и торжественно прошествовала ещё несколько шагов и оказалась посередине помещения, освещенного не очень ярко.

Девушка не сразу разглядела, кто здесь присутствует, кроме мастера Мозеджи. Впрочем, посторонние её не волновали и не интересовали. Несмотря на удивительную встречу сразу с двумя фамильярами (раньше Настя видела фамильяров только издалека и довольно редко), которые, кстати, своим присутствием подсказали, что в лавке могут быть и маги, Насте всё-таки хотелось побыстрей добраться до дома. Даже далёкая сейчас, дама Летиция для неё была опасней, чем все маги города вместе взятые. Поэтому, рассмотрев наконец несколько человек сбоку, она несколько смущённо пролепетала всем сразу:

- Добрый вечер! - и тут же устремилась к прилавку, за которым стоял полноватый мужчина с добродушным лицом; у него была аккуратная бородка и спокойные большие глаза, по которым Настя его с облегчением вспомнила.

У самого прилавка Настя вернула на пол лисичку, а чёрного ворона мысленно попросила: “Карран, пора спуститься с моего плеча. Я спешу - прости!”

- Добрый вечер, барышня, - неторопливо отозвался мастер-кожевник.

- Я… - Она запнулась, чуть не высказав вслух то, что о себе постоянно думала: “Компаньонка дамы Летиции”. Но вовремя спохватилась: - Я от дамы Летиции. Мы покупали у вас обувь и забыли одну коробку.

- Вы барышня Насти, - улыбнулся хозяин лавки. - Я вспомнил, как называла вас дама Летиция. Да, одна коробка оказалась забытой. Сейчас её вам вынесут. Эй, Мюргис! Принеси коробку из кладовой! Ту, что с розовой лентой!

Плохо видимый ученик мастера, стоявший до сих пор в тени, бросился в задние помещения, а Настя выдохнула: она немного побаивалась, что безо всяких платёжных документов или записок в лавке ей могут дать от ворот поворот, и придётся возвращаться домой не солоно хлебавши, без коробки.

- Барышня, на улице холодно, - учтиво сказал хозяин лавки. - Могу ли я предложить вам чашку чаю, пока мой подмастерье ищет вашу коробку?

“И плюшку! Попр-роси!” - велел Карран.

“Но я не хочу плюшку!” - возмутилась Настя, слабо представляя, как она будет есть и пить на глазах у посторонних. Но тут же увидела в воображении эту свежую, румяно пропечённую плюшку и непроизвольно сглотнула голодную слюну.

“Тем лучше! Отдашь плюшку! Нам! - обрадовалась Алиса. - Мы же видели! Ему недавно! Свежую выпечку! Привезли!”

Алиса снова потёрлась о ногу девушки, а слетевший на прилавок чуть в сторону Карран пробежался по нему до девушки и тоже очень очевидно снова принялся выпрашивать ласку.

Покосившись на магов и сообразив: никто не возражает, - Настя погладила ворона.

Просить плюшку не пришлось: мастер Мозеджи сам предложил поздней гостье не только чашку с дымящимся в прохладном воздухе напитком, но и блюдечко с той самой плюшкой. Алиса нюхнула кверху и расплылась в поразительно собачьей ухмылке, чуть не мурлыкая: “М-медо-овая…” Извинившись перед Настей, хозяин лавки убежал в закуток, где только что скрылся его помощник и раздался резкий грохот, словно что-то - и не в единственном числе - упало. Девушка еле уловила его пропадающее вдаль бормотание: “Да что ж он никак не найдёт!..” И обрадовалась: теперь никто не помешает по-братски разделить плюшку на троих.

Ворон цапнул данный ему кусочек и, давясь, принялся, по впечатлениям, заталкивать плюшку в горло, заглатывая его, словно удав кролика. Алиса придавила свой ломтик лапой и аккуратно откусывала от него по кусочку, громко затем чавкая. Настя глянула за прилавок: мастер всё ещё ворчал где-то там. И быстро сунула в рот остатки плюшки. Сладковатый белый хлеб почти растаял на языке, оставив впечатление медового привкуса. Запила кусочек с облегчением: никто не помешал насладиться вкусностью, пусть её и мало было.

- Барышня Насти? - послышался сбоку приятный низкий голос. И к девушке подошёл высокий мужчина, с длинноватыми тёмными волосами, смуглый и довольно симпатичный. Разглядев его, Настя сообразила, что он похож на итальянца с картины известного художника. Вот только имя художника она запамятовала. - Позвольте представиться: меня зовут Лоркан. Я магистр государственной академии Сифры. - И он слегка поклонился.

Сифра - столица здешнего государства. Девушка это уже знала. Не зная, как здесь проходит церемония знакомства, Настя машинально ответила, чуть присев, благо длинное платье буквально призывало к последнему движению:

- Приятно познакомиться.

Ничего, не поморщился. Значит, и так можно. Настя вообще была ему благодарна, что он подошёл только после того, как она съела плюшку. Ведь ещё неизвестно, что её ждёт по приезде домой - точней, в дом дамы Летиции. А так - осталось на языке сладковатое и сытное, несмотря на малость, счастье.

Почти одновременно с ним подошли ещё трое парней, до сих пор сидевшие на скамейке поодаль, - наверное, студенты. Ещё три человека - все мужчины среднего возраста (“Похожи на моего отца, - решила Настя, - а значит, им ближе к сорока? Не умею определять возраст…”) - остались сидеть там же, издалека с любопытством наблюдая за магистром. Среди подошедших Настя неожиданно для себя заметила человека, явно когда-то знакомого ей. Быстро отведя глаза, чтобы не таращиться на него в попытках узнать, некоторое время она размышляла, где же видела это худощавое, скуластое лицо, эти тёмные космы, которые почти закрывали поблёскивающие из-за них небольшие глаза. Правда, этот парень глядел на неё доброжелательно, а потому… Память внезапно исказила его лицо до гримасы бешенства, и Настя едва не вздрогнула. Это Ристерд! Тот псих, который на полном серьёзе чуть не убил Тигана! А она - только что объявила, что приехала от дамы Летиции!

И попыталась успокоить собственное зачастившее дыхание. Нет, он не мог узнать Настю, чьё лицо сильно преображала шляпка, да и наряд на ней отнюдь не мужской. Так что Ристерд, может, даже и не знает, что защитником Тигана выступала девушка. И не полезет же он в драку при всех - на девушку. Ну, если узнает… Впрочем, парень слышал, что она от Летиции, но смотрел на неё бесстрастно. В конце концов, не кровная же у него месть с семейством дамы Летиции!

- Можно задать вам вопрос, барышня Насти? - между тем довольно заинтересованно обратился к ней магистр Лоркан. - Почему наши фамильяры, мой и моего студента, подбежали к вам, когда вы вошли?

- Наверное, почувствовали, что я люблю животных, - неуверенно ответила Настя. В вопросе магистра она, напряжённая, учуяла подвох. Только вот - какой? Если фамильяры принадлежат этим магам - вообще-то, это именно они, маги, должны спросить у своих помощников, почему они так поступили, а не у неё!

Девушку внезапно бросило в жар: если в этом мире только маги понимают своих фамильяров, значит, она тоже маг?! Это открытие так ошарашило, что Настя не расслышала следующих слов собеседника. А потому неловко переспросила. Тот довольно снисходительно повторил, будто потеряв к ней интерес, но не желая быть невежливым:

- Итак, вы просто любите животных?

- Да, - уже с трудом удерживаясь от нервного смеха, ответила Настя. Смех шёл по нарастающей и вот-вот грозил взорваться хохотом, ведь Карран после её “да” небрежно заметил: “Он такой! Жмот! Ты не пр-редставляешь! Я люблю! Булочки с маслом! А он вечно кор-рмит! Меня! То кусочками мяса! То чер-рвями! Это, конечно! Хор-рошо! Но!”

“Так попроси своего хозяина, чтобы он давал тебе твои любимые булочки!”

“Магистр-р Лор-ркан! Глухой! - заявил ворон. - Он меня! Не слышит!”

“Мой Силлак! Тоже глухой! - отозвалась Алиса. - Насти! Скажи ему! Пусть он меня! Иногда расчёсывает!”

“Но кто я такая, чтобы просить?” - смущённо напомнила девушка.

“Но ты пр-росишь! Не за себя, а за меня! За несчастного вор-рона!” - резонно заметил Карран.

“И за несчастную! Лисоньку! - хихикнула Алиса. - Мой вон тот - рыжий дылда! Сам постоянно! Причёсывает свои вихры! Прихорашивается! А мне, бедной! Ни разочка! Ни одного моего колтунишки! Не расчесал! Не разгладил!”

И, слегка сбитая с толку, Настя обратилась к Лоркану. Она выбрала момент, когда наступила пауза в его возобновлённой беседе с парнями (девушка ему уже точно была неинтересна), и вклинилась в разговор:

- Уважаемый Лоркан, не могли бы время от времени угощать вашего Каррана булочками с маслом? Он их очень любит! - Затем отыскала глазами тёмно-рыжего высокого парня и обратилась к нему: - Уважаемый Силлак, Алиса просит, чтобы вы иногда её расчёсывали! - И она снова взглянула на фамильяров: - Всё?

“Всё! Больше! Ничего!” - совершенно счастливый, ответил Карран.

А вот Настя была снова заинтригована: почему маги не слышат собственных фамильяров?.. Обернувшись на звуки приближающихся шагов, она увидела сияющего мастера Мозеджи, который торопился к ней с обувной коробкой.

И даже хозяин не сразу уловил: в лавке вдруг стало так тихо, что слышно было, как на улице порывом ветра швырнуло во входную дверь россыпью дождевых капель… Не понимая этой странной тишины, Настя с благодарностью приняла коробку и поспешила на улицу: пока она тут чаями угощается, кучер её там наверняка на все корки чехвостит! Замёрз, небось! А уж что думает о ней дама Летиция!..

Шелест крыльев и лёгкий топоток сопроводили её до двери.

“До свиданья, Карран и Алиса!”

“До свиданья, Насти! Спасибо тебе! За всё-всё!”

Закрыв за собой дверь, девушка от неожиданности замерла на месте: дождь свирепо хлестал по мостовой - настолько плотный, что очертания кареты с трудом угадывались сквозь пелену грохочущей воды. Настя вдохнула и, задержав дыхание, будто собираясь бросаться в водоём, бросилась к карете.

- Подождите!

На мокрети под ногами она чуть не упала от зовущего крика за спиной. Обернулась слишком резко и не догадалась вернуться и спрятаться под крышей крыльца. Косой прямоугольник света обозначил дверной проём лавки, в котором шевелились несколько теней. Невысокий (потому что пригибался, ёжась под ливнем?) парень мгновенно догнал её и кивнул:

- Барышня Насти, мы раньше не встречались?

- Я недавно приехала из Алаоиса! - вырвалась у неё затверженная с помощью дамы Летиции легенда. - Вы там бывали?

- Нет, не бывал. - Ристерд даже головой качнул, показывая, что понял свою ошибку. А потом, разбрызгивая падающую с головы воду, даже кинулся вперёд, чтобы открыть ей дверцу кареты. Извинялся таким образом, что обознался? Или вежливость?..

Девушка прыгнула в салон. Дождавшись, пока хлопнет дверца, и оставив коробку на противоположном сиденье, она принялась ладонями быстро-быстро сбрасывать капли дождя с себя, а потом сорвала шляпку, отяжелевшую от воды, и затрясла ею. Когда карета стремительно взяла с места разгон, Настя чуть не упала и схватилась за притолочную перекладину, а затем и вовсе села, поймав поехавшую с сиденья обувную коробку. Она даже обняла её поначалу, но затем пришлось одной рукой вцепиться в поручень рядом с дверцей: кучер гнал лошадей немилосердно. Сосредоточившись на том, чтобы не свалиться в подпрыгивающей на булыжниках карете, Настя сначала не заметила, что промокла насквозь. Её больше волновало самое настоящее приключение и несколько поразительных открытий, в одно из которых было сложно поверить: “Если я маг, то что я умею? Ну, фамильяры - понятно. Но с ними - плохо ли, хорошо ли - общаются все маги. Как бы узнать, что я собой представляю, как маг?” Где-то на обочине размышлений болтался Ристерд. Но его мельтешение там вызывало лишь вздох облегчения: “Не узнал! С этой стороны мне нечего бояться!”

Но ближе к дому дамы Летиции Настя прочувствовала промозглый холод, который будто облеплял её тело вместе с промокшей одеждой. Она даже попыталась сделать несколько упражнений на пресс из физкультурного комплекса, который преподавали в университете в первые два года тамошней учёбы. Стало легче, а потом и карета замедлила ход и явно начала разворот, а значит, они уже приехали. Ко всему прочему Настя с радостью восприняла, что по крыше кареты перестали лупить бесконечные струи воды.

Она повеселела. И, как выяснилось, прибытию на место был рад и кучер. Он даже смилостивился и собственноручно открыл ей дверцу. Правда, руки так и не подал, но девушка выпорхнула из кареты, обрадованная уже тому, что впереди её ждут тепло и сушь. Кучер подсказал ей, как пройти из конюшни к парадному входу. Пока она бежала по каменистой дорожке, огибая угол дома, ей встретилась служанка с корзиной белья. Женщина пожалела замёрзшую компаньонку дамы и повела её за собой, чтобы завести в дом служебным ходом, который оказался гораздо ближе. Там Настю передали с рук на руки дворецкому, который забрал у девушки обувную коробку и лично провёл её в её апартаменты…

Строгий и вытянутый, как манекен, он ушёл, едва она стянула с себя накидку, заикаясь от пронизавшего её холода, пока благодарила его. И Настя так и не осмелилась спросить его, подадут ли ей ужин отдельно, или придётся сидеть голодной до утра, до завтрака. И постоянно со слабой улыбкой вспоминала фамильяров из лавки, благодаря которым сумела заморить червячка… А потом реальность вдруг выпала из памяти. Или это Настя выпала из реальности? Девушка стояла неподалёку от комнаты с одеждой, опустив руки, и тупо смотрела на слабый огонёк единственной свечи. На столе. Ей даже показалось, что пламя такое маленькое, что оно скулит от страха в этих огромных помещениях… Она явственно услышала это тоненькое поскуливание и не сразу поняла, что скулит она сама, сжав собственные плечи, которые почему-то трясутся…

Потом реальность снова вытолкнула её из своих событий. И снова Настя очнулась в пространстве, суженном до малюсенького мирка, слабо освещённого, лишь тогда, когда кто-то негромко приговаривал:

- Садитесь, садитесь, барышня… Вот так. Сейчас мы с вас снимем мокрое и переоденем в сухое. Тогда вы согреетесь и перестанете плакать…

“Я плачу?” Настя сумела поднять трясущуюся руку и потрогать лицо. Точно. Мокрое. Плачет. От слабости. От высокой температуры. Нос не заложен, но дышать тяжело. Ну вот… Заболела… Что-то уж очень быстро.

- Барышня, - зашептали рядом. - Там вам пейдн Тиган оставил пирожки, купленные в городе. Дама Летиция не знает. Будете ужинать?

- Мне бы горячей воды… Пить… Много… - откашлявшись, прохрипела-таки Настя, вспомнив, как лечила её мама: “Больше горячего питья - и много лекарств не понадобится! Хватит одного аспирина с витаминами!”

- Где она?! - Резкий, пронзительный голос ударил по ушам. И начал приближаться, убивая привизгиваниями: - Ничего нельзя поручить!.. Никто не может без меня!.. Что это такое?! Почему вы до сих пор?..

Чёрная пелена перед глазами увеличилась, и Настя благополучно уплыла в беспамятство, в котором бегали люди, каркали вороны, жались к ней тёплые лисички, а дракончик Киллин голосом своего хозяина Тигана тихонько, точно боясь, что его подслушивают, утешал: “Ничего… Выздоровеешь… Сейчас целитель приедет - он умный и сильный. Снова станешь здоровой…” А его утешающий голос тонул в громе с молниями: “Соберите её! Хорошенько оденьте, чтобы меня не упрекали потом, что я не берегу своих дальних родственниц и держу их в чёрном теле!”

Насте было стыдно: кто-то большой, как медведь, поднял её тяжёлое вялое тело, завернул его тяжёлые тёплые шкуры (как показалось) и понёс куда-то в долгой темноте с промельками свечных огней, болезненно бьющими по глазам. И такое она чувствовала невыносимое изнеможение, что даже выговорить ничего не сумела: ни спросить, куда её несут, ни запротестовать… А потом медведь сидел в карете - она поняла это по уже привычному подпрыгиванию - и продолжал держать её на руках. Было много света, отчего хотелось плакать и невнятно жаловаться, а потом вдруг кто-то сказал:

- Отнесите её в комнату, но света не зажигайте.

И Настя была так благодарна этому невидимке, что, очутившись в той безмятежно тёплой темноте, мгновенно уснула по-настоящему. Посреди ночи её разбудили, но заплакать она не сумела, потому что к губам притиснули край чашки, в которой находилось удивительно свежий на вкус напиток с небольшой кислинкой. Это было невероятно вкусный напиток, если учесть, что девушка горела в жаркой истоме, отнимающей силы. Она жадно выпила его, слыша над головой странное приговаривание, но воспринимая его лишь как звуковой фон, к которому необязательно прислушиваться.

Наутро она проснулась, мокрая от пота, и, как должное, приняла помощь в переодевании от совершенно посторонней женщины смутно догадываясь, что это не служанка дамы Летиции. Весь день проспала…

На следующий день она уже могла разговаривать. Хозяин дома, куда её перевезли, пейдн Стиана, оказался целителем. Он потребовал от дамы Летиции, чтобы ему было позволено перевезти заболевшую родственницу к себе домой, где он мог бы обеспечить ей надлежащий уход и нужный режим лечения. Дама Летиция возразить не могла. Пейдн Стиана был одним из немногих людей, которые могли заставить капризную даму сделать что-то не по её желанию.

На третий день к болящей приехал навесить Тиган. Он так радовался её постепенному выздоровлению, что Настя смутилась. А дракончик Киллин от восторга летал так суматошно вокруг да около, что напомнил девушке о вопросе, который так хотелось задать Тигану.

- Тиган, - кутаясь в старенькую накидку, присланную для домашнего использования дамой Летицией, сказала Настя, - а ты часто разговариваешь с Киллином?

“Могла бы спросить и у меня! - проворчал дракончик. - Где ему со мной говорить, если он меня не слышит? Я только часть его работы по магии. Не больше…”

Но девушка ждала, что ответит внук дамы Летиции.

Тиган подёргал кончик своего беловолосого хвоста и пожал плечами:

- А что с ним говорить? Хватит того, что он мне помогает с магией и выполняет все мои распоряжения. А почему тебе стало это интересно?

- Лежу, делать нечего, - с хитринкой вздохнула Настя. - Мысли всякие в голову приходят. А откуда он у тебя?

“Откуда, откуда! Вызвали - откуда…”

- Ой, я догадался! - засмеялся Тиган. - Ты хочешь побольше узнать о нашем мире? Ну ладно. У нас есть Вызывающие - это такие специальные маги, которые умеют призывать духов, чтобы ввести их в разные существа, которые подходят как вместилище для бесплотных существ. Вот и Киллина - это дух такой - вызвали в тело дракончика, чтобы он стал моим фамильяром.

- А кто такие Слушающие?

- Где ты слышала о Слушающих? - удивился Тиган.

- Когда твоя бабушка послала меня в лавку мастера-обувщика, там сидели маги и разговаривали о Слушающих, - объяснила Настя и отпила витаминизированное питьё - то есть компот с фруктами, который пейдн Стиана готовил специально для неё.

- Слушающие - это те же Вызывающие, - сказал Тиган. - Только они высшие в этом деле. В нашем государстве их очень мало. Таких даже в столице осталось лишь трое - и то, все старики.

- А чем они отличаются - Слушающие от просто Вызывающих?

- Когда духа в подходящее для фамильяра тело вызывает Слушающий, фамильяр может разговаривать со своим хозяином на равных. То есть… ну… Я бы слышал Киллина. А не только бы приказывал ему то, что надо делать.

- Вот как… - прошептала Настя, озадаченно размышляя, что ей самой даёт эта особенность. Решив пока не заморачиваться с новым открытием, она успокоилась на том, что знает теперь, что собой представляет в качестве мага.

А на следующий день после этого разговора Тиган ворвался к ней, абсолютно ошарашенный. Он свалился на стул, всегда стоящий рядом с её кроватью (Настя порадовалась, что стул солидный и не может развалиться от такого отношения к нему), и выдохнул:

- Ты! Слушающая?!

Насторожившись (а так не хотелось выдавать личную тайну!) и не решаясь сразу отвечать, Настя для начала суховато спросила:

- Откуда ты знаешь?

- К бабушке приезжали представители магической академии. Они искали тебя! Бабушка в таком бешенстве! - И Тиган расхохотался. - Она-то уже решила, что ты теперь будешь!.. - Он внезапно осёкся и виновато посмотрел на девушку.

- Компаньонкой? - машинально подсказала Настя, раздумывая о другом: она пыталась вспомнить, что произошло в лавке мастера-обувщика. Кое-что соединилось в целую картинку: одно дело - просто думать, что есть маги глухие и не глухие. Другое - узнать, что Слушающие - это отдельная категория магов.

- Ага. Ты не обижаешься?

- Я слишком многим ей обязана, - негромко напомнила девушка.

Тиган поджал губы, глядя в сторону, а потом повернулся к ней и довольно спокойно возразил:

- Это она тебе многим обязана. Со мной она хоть и обращается, как с мальчишкой, но, если бы я погиб от меча Ристерда, мои родители бы не простили ей этого.

- Но разве она была бы виновата в том, что ты… - Теперь осеклась Настя и тут же улыбнулась своей горячности в попытке найти справедливость. - Тиган, а что дальше будет со мной? Ну, узнали про меня - что, впрочем, ещё спорно - про способность Слушающей. Какова будет моя жизнь? Зачем приходили представители академии? Чего они хотят?

- Они хотят сделать из тебя мага Слушающего! - торжественно сказал Тиган и засмеялся от удовольствия. - То есть тебя хотят зачислить в академию и обучать. Что-то из общих предметов ты будешь изучать вместе со всеми первокурсниками, а что-то - на личных уроках с единственным преподавателем Вызывающих. Бабушка улыбалась им и радовалась при них, что в государстве нашёлся сильный Слушающий, а когда они ушли… она так орала!

- Тиган, скажи честно. А ты бы хотел разговаривать с Киллином?

“Он пытался, - вздохнул дракончик. - Но всё равно меня не слышит!”

- Что сказал Киллин? - с любопытством спросил Тиган, который внимательно проследил за своим фамильяром, сидевшим на коленях Насти.

- Он ответил на мой вопрос, - вздохнула девушка. - Ты пытался говорить с ним.

- Ну, тогда я отвечу тоже. Но только на тот вопрос, который ты, Насти, только прячешь в этом - про Киллина. Да, сильная Слушающая может перевызвать духа и пробить преграду между хозяином и его фамильяром. И я теперь буду ждать, когда ты выучишься и когда Киллин сумеет заговорить со мной! - счастливо сказал Тиган и протянул к Киллину руку, на которую дракончик немедленно перебрался и вокруг которой обмотался длинным хвостом.

“Эгоист! - смешливо подумала Настя. - Не Киллин должен с тобой заговорить, а ты должен его услышать!”

А Тиган между тем тоже сделал открытие, которое ему тоже понравилось:

- Насти! Мы будем учиться в одной академии!

Четвёртая глава

Пейдн Стиана потребовал, чтобы больная прожила у него десять дней - до полного выздоровления. За эти дни Настя пережила нашествие академического начальства, которого так и не увидела, потому что целитель никого из руководителей категорически не пустил к ней. Радовалась чуть не каждодневным посещениям Тигана с дракончиком, при которых девушка стала настоящим переводчиком. А как радовался юный маг-пространственник хотя бы такому, через посредника, общению со своим фамильяром!

И за те же дни Настя продумала всё, что с ней произошло и будет происходить. Пришла к выводу: если не сумеет вернуться в свой мир, здесь она будет неплохо вписана в существующее общество. У неё будет востребованная профессия. За время в академии она наверняка успеет подружиться с однокурсниками, а значит, изоляции теперь не будет. Смущал единственный вопрос: что делать с дамой Летицией? Та ни разу не проведала недавнюю компаньонку.

Ой… Зато приехала забирать её от целителя!

Хорошо, что пейдн Стиана не робкого десятка человек и, как поняла Настя, имеет вес в здешнем обществе!.. Как они, целитель и дама Летиция, орали друг на друга, упорно отстаивая каждый свою позицию по тому, как надо относиться к бедным, но одарённым и ценным с государственной точки зрения родственницам! При первых же звуках голосов на повышенных тонах Настя осторожно приоткрыла дверь из своей комнаты в коридор, который вёл в зальчик, где целитель обычно принимал гостей. А через минуту, заворожённая, просто открыла рот, с интересом слушая грозные и раздражённые вопли, долетающие до неё, и размышляла над насущной проблемой - выходить? Или не стоит - чтобы не попасть под горячую-то руку? Поразмыслив, девушка решила: надо будет - позовут! Самой выйти - ни за что!

Но, в конце концов, вопли затихли и даже, как ни странно, перешли в довольно негромкую беседу с мирным оттенком. Отдельные слова уже не прослушивались, и Настя тихонько вернулась в комнату, надеясь, что пейдн Стиана сумел отстоять её.

Тот зашёл через полчаса и, сев на стул у кровати, с шумом выдохнул.

- Ну у вас и тётя, барышня Насти! Сущий крокодил - простите, если задел ваши чувства! Так наглухо не слушать собеседника - я ещё такого не видывал!

- А что теперь со мной будет? - спросила Настя, затаившись в ожидании ответа.

- Завтра она снова приедет, чтобы уже точно увезти вас к себе, - сердито сказал пейдн Стиана. - Но я строго предупредил её, что буду ездить к вам всю следующую неделю, опасаясь за ваше здоровье. Не беспокойтесь, барышня Насти! Больше к вам такого отношения не будет!

- Какого?! - изумилась девушка, испугавшись, что, возможно, в горячке выболтала целителю лишнее.

- Да вы на себя посмотрите! - осердился тот. - В доме дамы Летиции служанки толще вас! Я бы понял, если б вы похудели за время болезни! Но вы же в первый день выглядели так, словно голодали не один день! Вы же из-за этого в считаные часы и заболели, лишь раз промёрзнув в холодный дождь! Из-за того, что ослабели, голодая! Я понимаю, когда девушки пытаются похвастать своей талией! Но вы же, барышня Насти, и так субтильная - по строению своему! Неужто вы мне соврёте, что дама Летиция кормила вас вдоволь! Соврёте мне - целителю!

Соврать Настя не могла, но рассказать всё - тоже. Какая бы ни была дама Летиция по характеру, но она оставила её, неизвестно кого из неизвестного здесь мира в своём доме, выделила угол, где можно жить, кормила-поила, одевала-обувала. Быть неблагодарной Настя не умела.

Но пейдн Стиана не сказал девушке главного, что Настя узнала только в день встречи с дамой Летицией.

Та приехала, как и ожидалось, поздним утром. Привезла с собой вещи.

Надевая чуть ли не шубку под критическим оком дамы Летиции, Настя только глазами хлопала на вынутые женщиной из отдельной коробки сапожек с меховой оторочкой, на тёплое платье и вязаный шерстяной жакетик. Дама Летиция без малейшей ругани и претензий оглядела Настю одетую и закутанную поверх “шубки” в нечто вроде палантина и удовлетворённо кивнула - ненароком объяснив девушке, каковы теперь её мысли и настроение:

- Никто и никогда не обвинит меня, что я не умею обращаться с ценнейшим в государстве человеком, милейшая моя Насти!

Благо что стояла боком, Настя успела очнуться от изумления, вызванного этими потрясающими словами, и закрыть рот, пока никто не видит.

Привезли её в дом дамы Летиции быстро, без остановок у любимых женщиной лавочек, и сразу отвели в личные апартаменты. Целый день дама Летиция общалась с девушкой бережно, как с драгоценнейшей хрустальной вазой, но к вечеру не выдержала. Настя, вообще-то ожидала этого: терпения у дамы Летиции маловато, но то, какой сюрприз та может преподнести, - не думала никогда!

Они сидели втроём: Настя, Тиган и дракончик Киллин - и, смеясь, болтали обо всём на свете, причём Настя уже привычно за двоих - за себя и дракончика. Спасибо служанке, которая быстро стукнула в дверь, а потом просунула в проём голову и вполголоса предупредила:

- Барышня Насти, к вам хозяйка!

И смылась - видимо, от греха подальше.

Тиган тут же открыл прихваченный учебник, по которому он уже открыто при бабушке учил Настю чтению. Молодёжь серьёзно насупилась и склонила головы над книгой. Новый стук в дверь раздался одновременно с её распахиванием.

- Милая Насти! - страстно сказала дама Летиция и махнула рукой на внука, поспешно поднявшегося с кресла: - Сиди-сиди, ты нам не помешаешь!

- Что-то случилось? - поднялась и девушка, с тревогой глядя на какой-то свёрток в руках хозяйки дома.

- Прости меня, милая Насти, но мне кажется, пока ты вновь не растолстела, тебе надо примерить удивительной красоты платье, которое я, к сожалению, так мало носила в юности, что оно сейчас почти как новое! А мне так хочется любоваться им и часто видеть его - пусть и на другой! Пожалуйста, согрей моё сердце, потешь меня, Насти! Надень это платье и носи его в парадные, торжественные дни!

Ошарашенная Настя взяла протянутый ей свёрток и убежала в гардеробную. Оглянувшись у двери, она отметила заинтересованные глаза Тигана. Зато у дракончика был такой вид, будто он вот-вот покрутит лапкой у виска, глядя на хозяйку дома.

Когда девушка надела платье, которое и впрямь выглядело новым, посмотрела на себя в зеркало - и прикусила губу, чтобы не расхохотаться. Наконец скрепила свои чувства и вышла к невольным зрителям. Встала перед дамой Летицией и голосом послушной бедной родственницы предупредила:

- Если вы так любите это платье, дама Летиция, я готова носить его!

Улыбка медленно пропадала с уст хозяйки дома, а Тиган сдавленно бросил:

- Простите, я выйду на минутку! - и опрометью бросился к двери из апартаментов.

А обескураженная дама Летиция задумчиво сказала, обходя Настю и морщась:

- Вот как… А мне казалось, ты должна была похудеть? Но это значит… - Её брови вздёрнулись на немыслимую высоту: - Неужели за эти годы я подзабыла?.. Неужели это значит, в твоём возрасте я была?..

“На три размера толще! - мстительно высказала Настя, снова еле удерживаясь от смеха при взгляде на ближайшее зеркало. - И смысл был - меня голодом морить? Только ослабела и заболела зря!”

Но вечером за ужином Настя тоже выдохнула: она боялась, что дама Летиция заставит её обжираться, но та, как выяснилось, заказала поварам отдельные блюда для своей “племянницы”, причём, все довольно лёгкие. Поудивлявшись неожиданному для хозяйки дома решению, Настя вдруг чуть не кивнула на виду у всех: это не дама Летиция! Это пейдн Стиана прописал даме Летиции, чем кормить выздоравливающую девушку! Сообразив всё это, Настя втихаря начала приглядываться к поведению хозяйки дома и с облегчением поняла, что та готова принять её уже как полноправного члена семьи.

А вечером Тиган прояснил ситуацию. Когда Настя тихонько поделилась с ним своими наблюдениями, парень улыбнулся и рассказал ей, что в тот вечер, когда дама Летиция приехала забирать “племянницу” у пейдна Стиана, он, Тиган, стал свидетелем того самого разговора между дамой и целителем. Так вот… Целитель сумел объяснить даме Летиции, что Насти - не просто будущая Вызывающая-Слушающая, а человек, который сумеет изменить атмосферу в нынешнем высшем обществе к лучшему, поскольку именно от девушки сейчас зависит очень многое в королевстве.

- Общие слова, - заметила Настя. - Что может зависеть от меня?

- Ну чисто практически пока только всё упирается во время, - задумчиво сказал Тиган и признался: - Я пока тоже не во всём разобрался. А насчёт времени - я ведь, если буду творить заклинания или какие-нибудь ритуалы, сейчас могу только что-то приказать Киллину, а он - или выполнить приказ, или отказаться его выполнять. А вот если бы он мог со мной говорить, сумел бы объяснить причину отказа. Или объяснить, что я делаю не так. Он же дух - больше моего знает. Поэтому я и говорю: маги, которые могут общаться со своими фамильярами, выигрывают во времени. И в чистоте ритуалов или проводимых обрядов. Больше тебе скажут преподаватели в академии. Мы едем уже завтра - тебе бабушка сказала?

- Да, говорила. - Настя встала, походила по комнате и хмыкнула:

- Честно говоря, я бы лучше поехала туда, в академию, вместе с тобой, но без неё.

- Хорошо тебя понимаю! - Тиган фыркнул, как мальчишка, а дракончик зашипел на него. - Но - увы. Правда, потом ей не надо будет ездить с тобой. Как только тебя примут, мы будем ездить вдвоём.

- Ты так уверен, что примут? Я даже читать плохо могу! - напомнила Настя.

- Ха! Спишут на провинциальную дремучесть! - махнул рукой парень. - Ты думаешь, все девушки из провинции умеют читать, как ты - уже сейчас? Там у нас в основном занимаются рисованием, игрой на гитаре, вышиванием, вязанием и выклеиванием красивых альбомов!

- Ну, вязать и играть на гитаре я тоже умею, - задумчиво вспомнила Настя. - Правда, на гитаре знаю всего лишь знаменитых три аккорда. Ой, даже четыре. Но что-то спеть под них… О, а я ведь не знаю ничего из вашего музыкального… ну, из песен!

- Тогда лучше промолчи, если спросят, - посоветовал Тиган. - А потом мы с тобой выучим несколько романсов из тех, что популярны в моём городе.

Наутро, когда начали собираться в академию, Настя и Тиган получили общее потрясение, любовно приготовленное для них любящей бабушкой и хозяйкой.

Каждый день они все встречались в столовой, во время завтрака. Так было и на этот раз. Но с нюансами. Едва молодёжь уселась за стол, напротив дамы Летиции, та обвела их хищно радостным взглядом и вздохнула от полноты чувств:

- Дети! Вы так прекрасны, когда сидите рядом!

Слегка обалдев для начала, парень с девушкой переглянулись, а затем вопросительно уставились на хозяйку дома, которая просто сияла, не в силах скрывать чувства, переполняющие её.

- Вы такая красивая пара! Вы так гармонично смотритесь вместе!

- Бабушка, я не понимаю… - начал было ошеломлённый Тиган, но насторожившаяся при виде ласковой, как кошка, хозяйки, Настя уже сообразила, в чём дело, и стукнула по его ноге под столом каблучком домашнего башмачка. Он зашипел от неожиданности - ладно хоть, хозяйка дома, горевшая новой идеей, ничего не заметила.

Пока дама Летиция перекладывала салфетку, лежавшую у тарелки, Настя шепнула:

- Молчи, Тиган. Сейчас лучше молчи!

- Да? - прошептал тот, хлопая глазами. - Хорошо. Но ты потом мне скажешь? Ты понимаешь, что происходит?

- Скажу…

Вот когда и Настя пожалела, что Тиган не слышит Киллина!

- Милая Насти, - обратилась между тем к ней хозяйка дома. - Почему ты надела это тёмное платье? Немедленно переоденься в то светлое, которое мы недавно заказали тебе!

- Но, дама Летиция, Тиган сказал, что девушки, которые обучаются в академии, носят только тёмное. Это необходимо, чтобы они не отвлекались от учёбы!

- Ну что ж… - легко согласилась хозяйка дома. - Положение обязывает. Хотя очень, очень жаль! В том платье ты выглядишь прекрасно!

Минутка общения без дамы Летиции у девушки и Тигана объявилась, когда они первыми уселись в карету и принялись ожидать даму Летицию, которая оставляла немногословному дворецкому последние распоряжения по дому.

- Ну? - подтолкнул Тиган. - Что такое?!

- Кажется, твоя бабушка слишком прониклась известием о том, что я очень нужный в государстве человек, - лихорадочно прошептала Настя. - Она решила меня оставить в вашей семье.

- Это как? - насупился ничего не понимающий Тиган.

- Просто. Она думает, что из нас получится отличная пара.

- Что… То есть она хочет… - Тиган быстро отодвинулся от Насти, а дракончик Киллин насмешливо прошипел что-то над его головой.

- Не переживай - отобьёмся, - вздохнула девушка. - Не думаю, что для вашего государства будет выгодно, чтобы меня сразу выдали замуж. Дама Летиция слишком торопится. И не бойся за меня: я уж точно не собираюсь выходить за тебя замуж.

Парень подумал и снова подвинулся, озадаченно моргая на неё.

- Почему? Я тебе не нравлюсь?

“Милый, наивный мальчик…” - с новым вздохом подумала Настя и только хотела объяснить, что у каждого из них явно разные дороги, как дверца кареты распахнулась, и в салон влетела радостная дама Летиция. Глянула на них и, основательно устроившись напротив, вновь умилилась. Но на этот раз промолчала. Смутило ли её то, что Тиган немедленно отвернулся к окошку, или то, что Настя сидела, слишком очевидно сосредоточенная на своих мыслях, но до академии доехали в безмолвии.

На территории академии появились уже пешими, оставив карету за оградой - на небольшой площадке, где останавливались и другие средства передвижения. Настя вышла последней: сначала Тиган выскочил и подал руку бабушке, а потом уже и ей.

Оглядевшись мельком, Настя услышала: “Насти, Насти! Смотри-ка! Вон тот на тебя глядит - ты его знаешь?” После сообщения Киллина девушка немного помешкала, а потом обернулась, как будто просто изучая незнакомое место. Здесь везде были небольшие группки студентов, но после указания дракончика она легко отыскала направление, в котором надо смотреть. Да, этого студента, точней - студентов, она знала. Ристерд и рыжеволосый Силлак. Ристерл смотрел на неё в упор, а потом что-то сказал Силлаку - и тот тоже оглянулся. Едва он это сделал, как из-за его ноги вывернулась Алиса и мгновенно бросилась к Насте.

“Насти, Насти! Привет тебе! Слушающая!”

Лисичка быстро приласкалась к платью девушки, и Настя рассмеялась, нагнулась погладить её по мокрой шёрстке.

- Что это? - недовольно поморщившись, сказала дама Летиция. - Насти, прекрати! Ты испачкаешь перчатки!

Алиса остановилась и задрала хитрющую мордочку на женщину. Буквально одну секунду Насте казалось, что лисичка вот-вот высунет язык подразниться, но с плеча Тигана слетел дракончик, и оба фамильяра полетели-поскакали к Ристерду и Силлаку.

Пока дама Летиция оглядывалась, забыв о фамильярах, Тиган помахал рукой Ристерду и Силлаку. Те ответно поприветствовали кивками однокурсника, а затем, переведя взгляд на девушку, учтиво поклонились ей.

“Они с Тиганом больше не ругаются?” - подумала Настя.

Тем временем, проводив лисичку, вернулся дракончик.

“Вы, оказывается, уже знакомы, - довольно сказал Киллин. - А то я удивился!”

“Киллин, а твой хозяин больше не ссорился с Ристердом?”

“А чего им ссориться? Нет, конечно, ещё пару раз ругались, но до драки больше не доходило. Так, по мелочи, из-за положения в обществе, кое-что было. Не больше!”

- Дама Летиция! - Перед бабушкой Тигана внезапно появился человек в ливрее. - Прошу вас с вашей воспитанницей за мной. Директор академии ждёт вас.

- Насти, удачи! - прошептал Тиган и с дракончиком на плече побежал к лестнице главного входа следом за Ристердом и Силлаком, которые торопились вместе со всеми - кажется, прозвенел звонок.

А Настя поспешила за торжественно шествующей дамой Летицией - заворачивая за главный корпус. Административное здание оказалось отдельным пристроем. В отличие от главного, представлявшего собой высокую тёмную (пусть и от дождей) трёхэтажную коробку с величественными колоннами при входе, административное поражало лёгкими архитектурными формами. Оно походило на изящную беседку, слишком огромную, но декорированную таким множеством балкончиков и небольших лестниц, что эта огромность не замечалась, пропадая в мелких деталях, которые увлекали за собой взгляд и не давали отрываться, заставляя блуждать по всему орнаменту архитектурных украшений.

Дама Летиция, сжав губы и держа Настю под руку, поднялась по лестнице следом за служителем. Не глядя на девушку, напомнила:

- Пусть ты и нездешняя, но помни главное - будь скромна и побольше помалкивай. Тогда никто не догадается, что ты мне не племянница. А все недостатки воспитания и неловкость в манерах припишут именно твоей провинциальности.

- Спасибо, дама Летиция, - с трудом сохраняя серьёзность, прошептала Настя.

Она ожидала, что их приведут в кабинет, но служитель прошёл в небольшой зал - в рекреацию, которая сплошь была уставлена громадными сосудами с декоративными деревьями и кустарниками, а под подоконниками широких окон тянулись настоящие газончики. Здесь обнаружились несколько кресел, два из которых были пусты, а остальные заняты солидно выглядевшими мужчинами. Не дожидаясь предложения присесть, дама Летиция тут же потянула за собой Настю к пустым креслам. Её уверенность оказалась справедливой, хотя девушка и попыталась для начала пролепетать присутствующим хотя бы обычное: “Здравствуйте!”

Зато на её мысленное приветствие из длинных плотных листьев дерева, под чьими ветвями она присела, выскользнула змеиная голова и воззрилась на неё, глядя прямо в лицо и качаясь частью дерева. Дама Летиция охнула и снова брезгливо поморщилась.

“Здрасьте!” - робко сказала девушка. К змеям она относилась… Никак не относилась, мало встречаясь с ними в жизни вообще. Может, потому и не испугалась.

“С-сздрас-сте! - ответила та. - Приятно познакомитьс-ся, С-слуш-шающая!”

И увильнула наверх, потерявшись в густых ветвях. А к девушке не спеша подошёл грузный косматый пёс и сел напротив, тяжело глядя на неё.

“Здравствуйте, - уже смелей обратилась к нему девушка. - Меня зовут Насти”.

“Меня зовут Виччи, Слушающая. Доброго утра тебе!”

“Доброго”, - откликнулась Настя, следя, как пёс уходит от неё.

Пока дама Летиция разговаривала с начальством, к Насте слетели два дракончика и подбежал один кролик. Все с огромным интересом поздоровались с девушкой, назвав свои имена, но не стараясь занять её разговором. Настя неожиданно поняла, что её приняли. Не в том смысле, что она так сразу станет студенткой. А приняли фамильяры. А благодаря им, начальство академии поверило, что она Слушающая.

Когда все фамильяры оставили её в покое, собравшись под дальним кустом и явно обсуждая перемены в своей жизни с появлением Слушающей, девушка сумела, наконец, обратить внимание на академическое начальство. Сначала ей трудновато было даже подсчитать их: напряжение, которое она испытывала в этой ситуации словно смазывало количество людей. Но затем, как ни странно, благодаря даме Летиции, беседующей с ними, не давая ей открыть рот, она успокоилась и сумела сосредоточиться.

В рекреации присутствовало трое мужчин и две женщины. Директором оказался русоволосый мужчина чуть за тридцать. Он был очень хорош собой: симпатичный и наверняка любимец женщин, широко расставленные серые глаза искренне улыбались, когда он общался с собеседниками, а говорил он мягко, но достаточно сильно. Настя заметила, что даже дама Летиция быстро подпала под его обаяние, разговаривая только с ним. Второй мужчина, беловолосый от седины и морщинистый, - владелец косматого пса Виччи - был стар и обладал цепким взглядом. Несмотря на то что представился только директор, Настя интуитивно поняла, что перед ней Вызывающий - тот, кто персонально будет обучать её, как творить фамильяров. Третий мужчина посматривал на девушку скептически. Он был высок, даже сидя в кресле. Черноволосый и с тонким лицом, он смотрел слегка раздражённо, будто не верил, что перед ними Слушающая. А женщины были похожи друг на друга: обе чуть младше дамы Летиции, они спокойно смотрели на Настю и одинаково ровно улыбались как ей, так и её “старшей родственнице”.

Предупреждение дамы Летиции оказалось ненужным. Помалкивать так и так пришлось: “старшая родственница” соловьём разливалась, долго и со вкусом обряжая Настю в такое множество подробностей о бедной ветви рода, пришедшего в упадок, что даже девушка заслушалась.

Но и академическое начальство оказалось не лыком шито. Пристально глядя на даму Летицию, внимательно слушая её и покачивая в нужным местах головой, директор академии лишь раз взглянул на старика и кивнул, после чего всё своё внимание опять обратил на “старшую родственницу” будущей студентки.

Старик встал - фамильяр немедленно приблизился к нему. Лишь взглянув на Настю, старик бесстрастно зашагал куда-то в коридор, скрываясь за зеленью рекреации. Девушка вопросительно взглянула на даму Летицию, та на автомате махнула на неё рукой и продолжила повествование. Девушка быстро встала с кресла и побежала следом за стариком с собакой. Дракончики бросились за ней, а потом, проводив до коридора, вернулись к своим хозяевам.

- Иди за мной, - монотонно сказал старик, и Настя поспешила догнать его.

“А куда мы? - спросила она Виччи. - В кабинет? И как зовут твоего хозяина?”

“В кабинет, - медлительно отозвался Виччи. - Его зовут Файонн”.

“Спасибо, Виччи”.

Старик открыл перед ней дверь, и девушка, насторожённо оглядываясь, вошла в кабинет. Больше всего она сейчас побаивалась либо оплошать, как будущая студентка, либо сделать что-то не так в качестве нездешнего человека. Но старик показал рукой на стул у крепкого стола, за который уселся сам.

Первый вопрос стал первой проверкой.

- И как меня зовут?

- Пейдн Файонн.

- Прекрасно, - всё так же вяло сказал старик. - Значит, тебя зовут Насти.

- Да.

Преподаватель выдвинул ящик стола и покопался в нём. Настя с любопытством следила за его действиями, пытаясь угадать, чем они сейчас будут заниматься. Пока она думала о том, что её просто будут оформлять в качестве студентки. Но старик вытянул из ящика стола какой-то ярко-синий камешек в небольшой оправе и на тонкой цепочке и протянул его девушке. Удивлённая, она приняла подношение и посмотрела на пейдна Файонна вопрошающе: объяснит - не объяснит, зачем эта штука ей?

Объяснил. Пожевав губами, старик заглянул в её глаза и сказал:

- Терпеливая. Дома-то не сладко было, да? Ну, что сюда, к этой тётке сослали?

Настя опустила глаза. Врать не хотелось. Пусть сам остальное додумывает.

- Это защитный оберег для Вызывающей-Слушающей, - кивнул он на кулончик, который девушка пока держала в руках. - Ты скажешь - зачем он? Всё просто. Вот тебе два урока. Первый. Фамильяры тебя слышат, пока ты не думаешь, а мысленно говоришь. Это понятно?

Настя вспомнила, как она зашла в лавку мастера-обувщика и мысленно проговорила приветствие. Поэтому её услышали Алиса и Карран? Значит, только мысленно произносимые фразы слышат фамильяры?

- Понятно, - подтвердила она.

- Урок второй. Как любой человек, ты бы хотела, чтобы твои сокровенные мысли оставались только при тебе, не так ли?.. Но Вызывающий, а особенно Слушающая, привыкают к постоянному общению с фамильярами и могут ненароком выдать им то, что им нельзя слышать. Повесь кулон на шею. Вот так. Теперь ты защищена. Только обязательное обращение к фамильяру даст ему возможность услышать тебя. Носить оберег всегда необязательно. Можешь снимать его при плотной работу с фамильярами, когда отвлекаться некогда.

Настя погладила камешек и подняла глаза на пейдна Файонна.

- А это очень трудно - общаться со своим фамильяром не в полную силу?

- Со временем привыкаешь, - уже живей отозвался старик, - и уже интуитивно чувствуешь своего фамильяра, понимаешь, что он хочет сказать. Но это хорошо только для тех, кто внимателен к ним. Есть маги, которые не очень сильно чувствуют своих питомцев. И именно таким магам необходима двухсторонняя связь с фамильярами.

- А у меня? - затаив дыхание, начала Настя - и вдруг испугалась: а если он сейчас спросит, почему раньше она не замечала своей способности?

- Барышня Насти, - торжественно сказал пейдн Файонн, - фамильяр будет и у тебя. Ты же об этом хотела узнать? - А когда она качнула головой, невольно улыбаясь его торжественной интонации, он добавил: - Не знаю и знать не хочу, почему ранее никто не догадывался о твоём даре, Слушающая, н сейчас нам придётся весьма быстро осваивать все его тонкости. Итак, сможешь ли ты начать занятия уже с завтрашнего дня?

- Конечно! - вырвалось у Насти. Но, будучи предусмотрительной, она с тревогой спросила: - А как быть с общими курсами? Куда меня причислят?

- Ты имеешь в виду определённый факультет? - сообразил пейдн Файонн. - Ничего страшного, если твои магические способности не такие, как у всех. В академии есть курс общего магического направления, где ты узнаешь элементарные сведения по магии. Но основные уроки буду давать тебе я. И, учти сразу: все эти мои занятия, начиная с завтрашних, будут практическими.

- То есть уже завтра я начну творить фамильяров? - спросила Настя, едва дыша от волнения.

- Именно, - кивнул старик.

А Настя, глядя на него, вспомнила, что ей сказал Тиган о Вызывающих-Слушающих: их по всему государству осталось всего трое. Значит, этот старик тоже из них? Судя по тому, как он тяжело дышит, он и впрямь собирается побыстрей научить её всему, боясь, что больше для неё не найдётся преподавателей. Что ж, в каком-то смысле, скорейшее обучение выгодно и для неё. Чем больше она занимается, тем меньше бывает в доме дамы Летиции. Пусть это несколько и неблагодарно по отношению к ней, но, право слово, слишком уж много бывает дамы Летиции для одной Насти. “Хотя… - подумала девушка, шагая следом за стариком в рекреацию. - Хотя теперь, может, дама Летиция и не будет больше ко мне придираться и вообще меня дёргать. Ведь теперь она знает мне цену! - И чуть не расхохоталась вновь, вспомнив несчастную физиономию Тигана, узнавшего о матримониальных планах бабушки. - Ничего. Выживем!”

Пятая глава

Даме Летиции пришлось уехать домой в одиночестве. Ей объявили, что “её племянница” уже получила своего наставника, который начал работу с Вызывающей-Слушающей, а поскольку девушка пропустила два месяца учёбы, то ей придётся навёрстывать упущенное в весьма плотном режиме. Внук же, естественно, всё ещё был на занятиях.

Настя, ожидавшая, что после отъезда “её тёти” она будет заниматься с преподавателем Файонном, сначала очень удивилась, что её привели в кабинет другого преподавателя - к одной из тех женщин, что сидели в креслах, принимая даму Летицию. Дама Лаоиз, несмотря на седину, оказалась женщиной стремительной и энергичной. Она усадила Настю через стол от себя и кратко рассказала о том, как появляются фамильяры.

Поражённая девушка узнала о бессмертных астральных сущностях и духах, которых, по договорённости с ними, можно не просто вызвать, но ввести в тело любого, совместимого с будущим магом животного или птицы. Это было основное, что пока запомнила Настя. Многое другое - классификация этих духов и сущностей, например, - прошло мимо её внимания, хотя она смутно запомнила, что их есть множество различных видов. Ещё она запомнила, почему эти сущности и духи соглашаются служить человеку. Бессмертным надоедает порой их бесплотность, а потому они и соглашаются “поиграть” в службу для человека: несколько десятков лет в плоти - для них беспечные мгновения на фоне той вечности, которую им приходится проживать. Это так было удивительно и смешно - особенно про “поиграть” для бессмертных, что эту информацию Настя запомнила чуть не наизусть.

Нет, кое-что она уже, конечно, знала от Киллина. Но… Не совсем практично, а порой и даже пугающе выглядела информация, полученная от дракончика. Так он рассказал, например, что фамильяр в теле животного или птицы живёт столько, сколько живёт его хозяин. Дух быстро перенимает все привычки своего носителя, а потому становится кем-то вроде очеловеченного питомца. Настя тут же вспомнила хитроватые повадки самого Киллина или Алисы. А когда хозяин умирает, вместе с ним умирает и вместилище духа или сущности, которые снова оказываются свободными.

Под конец лекции дамы Лаоиз Настя робко спросила:

- А когда я буду создавать фамильяров? Тогда, когда всё узнаю о них?

- Что вы, барышня! - добродушно засмеялась дама Лаоиз. - Вы начнёте творить фамильяров или убирать преграды между ними и их хозяевами уже с сегодняшнего дня. Вас будет направлять в ритуалах пейдн Файонн. То есть вы будете одновременно теоретически изучать данный предмет и привыкать к практике.

И коротко рассказала о пейдне Файонне, предварительно заметив, что он о себе ничего не скажет, но единственной его ученице надо бы знать кое-какие вещи о нём. Преподаватель так постарел, что ослабел. Ведь в ритуал Вызова вкладываются и личные магические силы. Если раньше, когда-то давно, весь преподавательский состав академии имел настоящих фамильяров, то теперь они оставались лишь у высшего руководства. Даже государственные маги из молодых, недавно появившихся, вынужденно брали лишь тех фамильяров, которых им могли достать нынешние Вызывающие. То есть фамильяров, которые плохо, лишь односторонне связаны со своими хозяевами. Духи не отказывали Вызывающим, но им тоже не нравилась создавшаяся ситуация.

Далёкий звонок возвестил о конце первого занятия, и Настя поднялась вместе с дамой Лаоиз, которая повела её в кабинет пейдна Файонна.

Здесь, кроме старика и его фамильяра, Настю дожидался, сидя в кресле, ещё один незнакомый преподаватель, на коленях которого лежала пушистая кошка. Не сразу девушка поняла, что её привели на первый практикум - на восстановление полной связи между человеком и его фамильяром. Настя так разволновалась, что, когда её представили такому же взволнованному преподавателю, она мгновенно забыла, как его зовут.

Тщетными оказались и попытки запомнить, каким был ритуальный круг и какие в нём оказались магические знаки и символы, какие слова были использованы для заклинаний, да и как, собственно, проходило само действо. Но в конце ритуала кошка, скептически смотревшая на своего хозяина, вдруг застыла на месте, а потом бросилась к нему, присевшему на корточки. Как она ласкалась к нему! Как обтиралась мордочкой о его лицо! Как она обнимала его лапками, пытаясь залезть на плечи и снова спускаясь, чтобы ещё раз “поцеловаться” с ним! Преподаватель радостно смеялся, без остановок спрашивал своего фамильяра, что он хочет прямо сейчас, и обещал обязательно сводить его туда, куда тот скажет.

И, только когда прозвенел звонок, такая же радостно ошеломлённая Настя поняла, что на ритуал ушёл целый час.

Когда преподаватель ушёл, оставив засмущавшейся девушке красивый браслет (пейдн Файонн, строго покачав головой, велел взять его), прослезившаяся дама Лаоиз с прерывистым вздохом обратилась к Насте:

- Ваш кузен учится по своему расписанию, но мы сделаем вам личное расписание, чтобы оно на первые дня обучения совпадало с его занятиями. Так вам будет легче добираться домой - вместе с пейдном Тиганом. Поэтому следующие ваши пять часов будут использованы для проведения того же ритуала установления двухсторонней связи между фамильяром и его хозяином.

- Браслет, - тихо просипел пейдн Файонн.

Дама Лаоиз спохватилась.

- Ах да!.. Не отказывайтесь от подарков, которые вам будут оставлять! У этих предметов несколько значений. Это и конец ритуала. Завершённость. И плата за возвращённую собственность - ведь по магическим законам считается, что не доведённый до конца ритуал держит фамильяра в некотором отдалении от хозяина, а подарок делает фамильяра полной собственностью мага. И есть третье, немаловажное значение этого подарка для Слушающей: фамильяров заводят маги. И каждый подарок - это оберег с силой, которая может пригодиться Слушающей в будущем. В конце сегодняшнего учебно-практического дня я расскажу вам, как пользоваться силовыми оберегами.

Именно в конце личного учебного дня Настя поняла, что силы ей и в самом деле необходимы. Под руководством и даже с подсказки пейдна Файонна дама Лаоиз объяснила, какие заклинания работают для усталого Вызывающего (а Настя успела вызвать двух духов!), если он воспользуется подарками хозяев, получивших своих фамильяров… Под конец практического применения нового совета взбодрившаяся девушка надела оставленный в кабинете пейдна Файонна плащ с меховой оторочкой, нахлобучила на голову уже привычную шляпку и, простившись со стариком и его псом, вышла на парадное крыльцо академии в сопровождении дамы Лаоиз. Та быстро огляделась и кивнула в сторону.

- Там ваша карета, барышня Насти. Но мы подождём вашего кузена. Ведь негоже вас оставлять здесь в одиночестве.

- Дама Лаоиз, - обратилась к ней Настя. - Сначала все решили, что я буду вписываться в общее расписание. Теперь пейдн Файонн и вы говорите, что у меня будет личное расписание. Но почему? Ведь мне обещали факультет общего направления.

- В нашей академии учатся по триместрам, - сказала преподаватель. - Пока мы переводили в двухстороннее общение первого преподавателя и его фамильяра, Академический совет решил, что вы, барышня Насти, всё же сначала, то есть за последние дни первого триместра, обеспечите всех преподавателей общением с их фамильярами, а общими предметами будете заниматься час в день - со мной. Домашних заданий вы пока получать не будете - я слышала, что ваша тётя говорила о вашей плохой грамотности и чтении. Так что ваша учёба будет проходить в беседах со мной.

Настя насупилась при словах о грамотности, а потом с насмешливой горечью улыбнулась: вот так - окончишь три университетских курса, а окажешься безграмотной! И упрямо пообещала себе, что будет учиться читать дома - если дама Летиция позволит. Книги у Тигана есть. И есть возможность спросить у “кузена” всё, что будет непонятно.

Когда дама Лаоиз замолчала, Настя с новым смущением подумала, что этот мир, пусть и ограниченный рамками дома дамы Летиции, а теперь и академии, ей нравится всё больше и больше. Это… не предательство по отношению миру своему?

На улице быстро стемнело. Осень всё же. Настя с изумлением оглядела академический двор, который неожиданно вспыхнул фонарями, до сих пор прятавшимися среди высоких деревьев и кустов. Небольшие заморозки к вечеру, видимо, не только высушили землю, обледенив недавние лужи с впаянными в них яркими листьями деревьев, но и кое-где отбелили пятнами инея чёрные до сих пор клумбы.

Звонок возвестил об окончании последней пары. Минута, другая… На крыльце распахнулись солидные высокие двери, и на улицу хлынули студенты.

О, вот и Тиган! Настя восприняла его появление с облегчением: не надо думать о своём мире и возможном предательстве.

Хм… Кажется, он расстроен? Чем же это, интересно?

В громкоголосой, а то и хохочущей толпе вышедших после звонка студентов Настя втихомолку от дамы Лаоиз разглядела любопытную сценку. Тиган вытянул из толпы хорошенькую девушку с круглым, сердечком, личиком и невероятно большими глазами, которые весело блестели. Отведя неизвестную чуть в сторону, Тиган начал, как показалось Насте, ругать её! А та только посмеивалась и закрывала лицо ручками в перчатках. Ладошки девушки парень сердито отводил в стороны и продолжал что-то выговаривать.

Оглянувшись на даму Лаоиз, спокойно созерцавшую шумных молодых людей, Настя осторожно сказала:

- Я вижу кузена. Можно - мне пойти к нему?

- Конечно-конечно, барышня Насти! До встречи завтра утром!

- До встречи, дама Лаоиз!

Как и предполагала Настя, дама не стала выискивать или выспрашивать, где находится искомый кузен новой студентки. Преподавательница, не прихватившая верхней одежды, быстро зашла в главный корпус. А Настя принялась ждать Тигана. Ожидание ей сократил Киллин. С плеча хозяина оглядывавшийся вокруг дракончик быстро заметил Слушающую и мгновенно снялся со своего насеста. Девушка сначала удивилась: на ней же оберег, который не даёт фамильярам услышать Слушающую! А потом сообразила: Киллин не услышал её - он увидел!

От неожиданности непредупреждённый Тиган дёрнулся ему вслед и проследил полёт фамильяра до Насти. Точно так же, как и студентка-хохотушка. После чего Тиган торопливо и коротко что-то сказал девушке, а та кивнула. И оба заторопились к Насте, которая всё так же неприметно стояла у последней колонны на крыльце корпуса.

- Насти, позволь представить тебе барышню Камиллу, - чопорно сказал Тиган. - Камилла, это моя кузина - барышня Насти.

- Очень рада с вами познакомиться, - улыбнулась Настя.

- Ой, мне вы показались такой строгой, когда о вас рассказал Тиган! - тихонько рассмеялась девушка. - А вы совсем другая!

Даже в свете фонарей стало заметно, как покраснел Тиган. Он было даже сурово насупился, но вовремя спохватился.

- Кузина, я провожу тебя к карете, а потом усажу барышню Камиллу в её карету и вернусь. Идёмте, барышни!

Девушки подхватили его под руки, и, сияющий и гордый, парень повёл своих дам к “автостоянке” с каретами. Решив по дороге расспросить Тигана о Камилле, предчувствуя новую информацию и вообще довольная, что сегодня было много любопытного, Настя спокойно приняла, что “кузен” чуть не запихнул её в карету - так торопился оставить её, а сам побежал провождать барышню Камиллу. Кое-что Настя уже поняла, но ей не терпелось узнать подноготную от самого Тигана. Поглаживая дракончика, оставшегося с ней (пока он на плече - она легко болтала с ним), девушка в открытое окошко кареты с любопытством присматривалась к студентам, которые не обращали на неё внимания. Кто-то быстро уходил за ворота, огораживавшие главный корпус академии. Кто-то вливался на “автостоянку”, садясь в ожидающие средства передвижения. Увидев на плече одного из студентов, который поднимался в соседнюю карету, ещё одного дракончика, Настя улыбнулась: интересно, спросить - не спросить Киллина, где его родина?

Потом она вспомнила пейдна Файонна и вздохнула: старый пёс, старик, который старается поменьше двигаться. Скоро они уйдут в мир иной. Вместе. Есть что-то в этом странное, но чарующее. Горечь ухода. Радость ухода. Вместе…

… Что-то сильно мешало сосредоточиться на мыслях. Какое-то упрямое внимание со стороны. Стараясь не показывать, что она уловила это внимание, Настя не сразу повернула голову в нужную сторону - к краю крыльца, ближайшего к “автостоянке”. Даже в неверном свете фонарей, тени из-за которых косматой паутиной болтались по земле или по зданию (ветер качал деревья), девушка узнала, судя по всему, неразлучную парочку - рыжеволосого Силлака, вокруг ног которого крутилась Алиса, и Ристерда. Но на неё смотрели не оба. Только Ристерд, лохматый, как всегда, - даже не потрудившись убрать волосы с глаз. Скользнув взглядом по нему и снова уставившись на какой-то предмет в другом месте, Настя задумалась: узнал? А потом её занял вопрос другой: а что будет, если этот парень узнает её? Узнает в ней человека из иного мира? Будет шантажировать? Но чем её можно шантажировать? Своего у неё ничего нет - разве что целая куча артефактов с магической силой сегодня впервые в этом мире стала её личной собственностью. Но нужны ли ему эти штуковины? Ой, лучше не думать…

Настя осторожно стрельнула глазами в сторону двух студентов - и даже с каким-то разочарованием вздохнула: оба уходили к воротам.

Зато вернулся наконец Тиган, и крикнул кучеру ехать домой. В салоне кареты дракончик Киллин перебрался на его плечо, и Настя решила, что настало время доверительной беседы - беседы, когда рядом нет дамы Летиции.

- Тиган, раз я теперь студентка академии, мне кажется, я должна побольше знать и об академии, и о студентах, - осторожно начала она.

- Насти, я так рад за тебя! - с восторгом воскликнул Тиган. - Извини, что сразу этого не сказал. Как прошёл твой первый учебный день?

Девушка коротко рассказала о практикумах, и Тиган ожидаемо спросил:

- И когда ты сможешь помочь нам с Киллином?

- Эх, Тиган… - вздохнула Настя. - Меня сейчас используют почти вслепую - для меня. Я пока для преподавателей - один из элементов ритуала. Но, думаю, если даже мне пока ничего не будут объяснять, я вскоре научусь этому ритуалу сама и сумею помочь вам. Но. С тебя помощь другого рода.

- Всё, что захочешь! - заверил обрадованный Тиган.

- Мне нужны тетради для учёбы - с дамой Летицией я не успела это обговорить…

- Подожди, Насти! - перебил парень. - Мы сейчас с тобой едем через полгорода, так что заехать в лавочку, где продаются всякие учебные предметы, нетрудно. Подожди, я сейчас! Просто сделаю предупреждение кучеру.

Кучер сегодня был другой - не тот, что в прошлый раз привёз простудившуюся Настю в дом. Он легко подчинился Тигану, велевшему ему ехать по маршруту, который обсказал примерно. И вскоре они остановились у лавочки. Внутри, едва оглядевшись, Тиган поспешил в самую глубь лавки. Здесь парень, чувствовавший себя старше, потому как знал, что именно необходимо для студентки академии, быстро набрал письменные принадлежности. Когда он оглянулся на Настю, та стояла у полки с большими и тонкими книжками с яркими картинками. Тиган подошёл к девушке с охапкой покупок и вопросительно кивнул.

- Тиган, пожалуйста, купи мне пару детских книжек, - прошептала Настя. - Здесь тексты небольшие. Мне будет легче выучиться чтению вашего письменного языка по этим текстам. Пожалуйста!

- Да ладно, - снисходительно сказал Тиган, - они дешёвые. Куплю. Какие хочешь - выбрала? Нет, бери штук пять. Эти ты быстро прочитаешь.

Странно, но Насте почудилось, что парень и сам не прочь почитать сказки, которые ей понравились внешне…

У прилавка продавец, прежде чем посчитать набранный Тиганом товар, предложил все предметы сложить в небольшую холщовую сумку. И Настя обрадовалась: вот и сумка для учебников! И с трепетом рассматривала все покупки Тигана по очереди. О стипендии, что полагалась необычной студентке, дама Лаоиз ей уже сказала, так что в долгу перед “кузеном” девушка точно не останется.

Поймав впечатление, что Тиган после щедрых покупок чувствовал себя чуть не героем, Настя слукавила и принялась якобы просто расспрашивать о жизни в академии.

- Тиган, помоги мне освоится. Хотелось бы постепенно узнавать о твоём мире. Я видела, как ты спокойно общался с Ристердом. Вы помирились?

- Давно уже, - беспечно ответил тот.

- А почему ты взъелся на него? Тебе самому нравится барышня Камилла? - нахально спросила Настя, в полной уверенности, что на это он может рассердиться.

Но Тиган, кажется, считал себя абсолютно правым, а потому ответил на полном серьёзе, причём по его ответу стало ясно, что он часто обдумывал ссору с Ристердом:

- Понимаешь, Насти, род Ристерда угасает. А он сам ведёт себя так, словно родился не в почтенном семействе, а в портовых трущобах. В порядочном обществе, в достойном доме его просто-напросто не пустят на порог. Поэтому я просто был вынужден спасти от дружбы с ним барышню Камиллу. Он ей понравился, как понравился бы благородный разбойник из красивых романов о разных приключениях. Но он не благороден.

- Почему ты так думаешь? - А когда Тиган поднял брови, удивлённый, она объяснила: - У нас такого делания нет. Мне надо это понять.

- Ну, он не воспитан, у него нет благородных манер. И держит себя так, как будто… - Тиган брезгливо поморщился. - Ну, человек не нашего круга.

- Тогда почему ты вообще с ним разговариваешь? - поразилась Настя.

Кажется, её изумление задело парня. Он задумался и немного растерянно сказал:

- Ну, он лучший маг пространства на нашем курсе. Я уважаю его за то, что он не отказывается учиться. И не просто не отказывается, а учится так, как будто… как будто…

- Как будто маг из бедного рода тоже может быть талантливым, - задумчиво подсказала Настя. - Как будто ему каждый день приходится доказывать то, что тебе, например, даётся легко.

- Ну, наверное… - теперь уже озадаченно согласился Тиган.

Некоторое время они ехали в молчании, обдумывая сказанное, а потом девушка вспомнила, что путь довольно короток, а там дама Летиция не даст поговорить по душам.

- А что барышня Камилла? - с любопытством спросила она. - Она приняла твою точку зрения? Не дружит больше с Ристердом?

- Ну, я не совсем именно так говорил ей, - смутился Тиган - и Настя заподозрила, что парень со смешливой девушкой был не совсем откровенен.

- А что ты сказал ей? - настаивала она.

- Я сказал, что Ристерд, возможно, дружит с ней не из-за того, что она ему нравится, - неохотно выдавил Тиган. - Я напомнил ей об общественной разнице между нею и им. О том, что она богата, а он беден, и именно эта пропасть может быть тем, что привлекает его к ней. Кто-то же должен был ей сказать о столь очевидных вещах!

“Кажется, ты всерьёз думаешь, что Камилла этого не понимает!” - удивилась Настя. Камилла ей не показалось такой глупенькой и наивной, как её видел Тиган.

- А на каком факультете учится Камилла?

- На нашем же, - ответил парень. - Она тоже маг пространства. А почему у тебя есть фамильяр, а у неё нет?

- Она тоже хочет дракончика. А их привозят редко. Они вообще редко попадаются охотникам. И трудно. А живут довольно далеко - в скалистых предгорьях. Разве Киллин тебе этого не говорил?

“Нет, не говорил! - пискнул дракончик. - Я не люблю вспоминать, как меня легко поймали. Глупо это!”

“Почему - глупо? И почему ты, фамильяр, говоришь как дракончик, а не как дух вызванный в тело дракончика?”

“Столько вопросов… - хмыкнул Киллин. - Когда мы долго живём в теле вместилища, поневоле сплетаем свои души. Тот дракончик, которого поймали, и я - одно целое… А поймали его - на горную рыбку, которую эти крылатые обожают…”

Девушка пересказала беседу с дракончиком, а потом снова не выдержала.

- Тиган, прости мой любопытство. А ты не думал, что со стороны Ристерда к барышне Камилле была влюблённость?

- Нет, - решительно сказал парень, а потом фыркнул. - То есть я хотел сказал, что думал. Но Ристерд быстро успокоился и больше к барышне Камилле не подходил.

- А барышня Камилла?

- Ну, с тех пор она ходит со мной, - скромно признался Тиган.

“Отбил девчонку - и рад”, - проворчал Киллин, а Настя подавила смешок.

Но Тиган не забыл о главном своём беспокойстве.

- Насти, что будем делать? Я боюсь бабушки! А вдруг она и правда решила нас соединить? Но ведь мы… - и он беспомощно замолк.

Настя размышляла недолго.

- Обманывать нехорошо, - задумчиво сказала она. - Но ведь военная хитрость имеет право на существование? Если дама Летиция заговорит о нас с тобой как о паре, я тут же расскажу ей, что Слушающей, пока она учится, не разрешено соединяться узами брака с кем бы то ни было! Ведь твоя бабушка вряд ли знает о всех законах академии. Как ты думаешь, Тиган, эта военная хитрость сработает?

Парень очень серьёзно обдумал идею и выдохнул.

- Я думаю - эта военная хитрость замечательная! А потом бабушка может и забыть про это. Ведь тебе учиться целых четыре года!

В доме дамы Летиции Настю ждал сюрприз. Пока она отсутствовала, бабушка Тигана велела переделать одну из комнат её апартаментов под кабинет. И теперь сияла от счастья, что сумела быть нужной Насте - Слушающей. А когда увидела письменные принадлежности и книги, возмутилась:

- Это не Тиган должен покупать, а я! Мы б вместе съездили по лавкам и купили всё, что твоей душе угодно, барышня Насти!

- Мне тоже жаль, - откликнулась девушка, - но у нас бы всё равно прогулка не получилась. Вы же видите, дама Летиция, во сколько я вернулась. Теперь я всегда буду возвращаться так поздно. У меня будут и уроки, и практикумы - весь день занят. А в той лавке, в которую мы заехали, продавец уже собирался закрывать помещение. Ладно хоть так успели. А то бы я назавтра осталась бы без всего.

- Без всего не осталась бы, - назидательно сказал Тиган. - У нас при академии тоже есть лавочка, которая работает допоздна. Я виноват. Вовремя не догадался, что Насти нужны все эти предметы.

Потом был ужин, прошедший в атмосфере “Тысячи и одной ночи”, в которой главная роль досталась Насте: под давлением дамы Летиции девушка рассказала не только о том, чему стала свидетелем, но и о том, что она думает об академии. Наконец ужин закончился, и Настя несмело попросила:

- Дама Летиция, можно я посижу в вашем прекрасном кабинете? Мне задали много домашнего задания. Хотелось бы успеть всё сделать до сна.

- Милая Насти! - умилилась хозяйка дома. - Кабинет твой личный - это раз. Два - ты всегда можешь распорядиться свободным временем так, как тебе того хочется! А уж о домашних заданиях я промолчу - это святое! Иди, моя милая девочка, и работай так, чтобы все хвалили мою милую племянницу!

Настя искоса переглянулась с Тиганом. О своих матримониальных планах дама Летиция забыла! Так её взволновал рассказ об академии и о том, как там приняли её “племянницу”. Нет, потом она вспомнит, но Настя в любой момент была ознакомить хозяйку дома с легендой о жёстких правилах для Слушающей.

Уже в кабинете Настя осмотрела три полки сбоку от солидного письменного стола и, тихонько хихикая, поставила на них купленные тетради и детские книжки. Затем прикинула своё время. И серьёзно принялась за домашнее задание, правда, не полученное в академии, а придуманное ею самой.

Она взяла одну тетрадь и принялась быстро и старательно выписывать все знаки и символы, которые визуально запомнила по магическому ритуальному кругу Вызывающей-Слушающей. Причём она не просто рисовала их, но сразу расставляла в том порядке, который запомнила. Когда память отказалась вспоминать знаки, она перевернула страницу и начала записывать слова заклинаний. Пусть она не все запомнила, но в следующий раз она запишет ещё парочку фраз, и тогда в тетради окажутся полные заклинания.

Когда поняла, что больше не в силах вспомнить что-то ещё, закрыла тетрадь и поставила её на полку к пустым тетрадям. Посмотрела на начатую. Прикусила губу. Пусть в академии преподаватели со слов дамы Летиции думают о ней, как о наивной провинциалочке, которая даже читает плохо, так что нечего убить её основам будущей специальности. Но сама она собирается изучать всё, в чём её заставляют участвовать. Она не хочет ждать милости от тех, кто думает, что она ведомая. Она изучит ритуал двухстороннего общения фамильяра и хозяина и сама проведёт его с Киллином. Но только тогда, когда убедится, что всё выучила не просто наизусть, а будет понимать подоплёку всех этих знаков и действие заклинательных слов.

Если уж ей суждено здесь остаться, она намеревалась стать лучшей в своей странной специальности.

А пока она притворится ребятёнком и будет наслаждаться здешними сказками. Если насладиться получится… По слогам, где-то - сверяясь с алфавитом, давно нарисованным для неё Тиганом и почти выученным, Настя сумела одолеть две страницы с сказки о прекрасной принцессе, а потом её саму начала одолевать зевота.

Перед самым сном прибежала заботливая дама Летиция, спросила, не надо ли чего перед сном, и на удивление, быстро пожелала тихой ночи.

Слегка ошарашенная Настя легла в спальне и закрыла глаза. Первым делом она увидела Виччи - пса старика Файонна. Он лежал у ног своего хозяина. Потом увидела кошку-фамильяра, которая радостно сказала вокруг своего счастливого хозяина. Последним увидела Ристерда. Во сне лениво подумалось, что он довольно симпатичен. Узнать бы только, почему он глазел на неё во дворе главного академического корпуса.

… Силлак поднял Алису, и та свернулась на его руках калачиком. Немного хмурясь, он спросил:

- Ты уверен?

- Не был бы уверен, не решился бы, - ответил сумрачный Ристерд.

- Но это нехорошо по отношению к невинной девушке! Тем более - она Слушающая!

- Да она сама пойдёт на это! - раздражённо ответил парень. - Хочешь - на спор?

- Не надо, - вздохнул Силлак. - Всё равно это нехорошо.

- А Тиган хорошо поступил? - огрызнулся Ристерд.

“Дураки вы оба!” - подумала Алиса и смежила веки.

Шестая глава

Две недели на то, чтобы соединить полной связью всех преподавателей, кроме высшего руководства, со своими фамильярами, а также самых значимых старших студентов академии - самых взрослых, именно тех, кто мог не выдать страшную тайну, что в академии обучается Вызывающая-Слушающая. Затем между “академиками” неожиданно стали появляться и государственные чиновники высшего ранга, а также родовитые маги, насколько Настя поняла, из богатеев.

Когда Настя узнала, что её пребывание в стенах академии в качестве определённой студентки строго засекречено, она поразилась. Да и как не поразиться, если о том, что она Слушающая, знает множество людей! Например, из-за её нечаянного раскрытия своих способностей в лавке мастера-обувщика. Но её заверили, что, благодаря преподавателю, магистру Лоркану, который запомнил всех, кто в лавке был, ситуацию с невольным афишированием, что в городе появилась Слушающая, сумели преодолеть. Им всем - кроме студентов, естественно, - была заплачена определённая сумма за согласие стереть память о незначительном эпизоде в их жизни. Со студентов же взяли строгую клятву о неразглашении.

- Но зачем? - искренне недоумевала Настя, пока старик Файонн не просипел понятное даже для неё:

- Самое малое из всех неприятностей, которые с вами могут случиться, - это похищение, барышня Насти! Ведь Слушающие исчезают не только в нашем королевстве!

Проникнувшись собственной ценностью, девушка тут же забыла об этом чувстве. Под конец второй недели, хоть ей и рассказали, каким образом она может компенсировать свои силы без зависимости от магических подарков, она ощущала себя выпитой. Учиться всем предметам, что ей полагались на курсе ознакомительной магии, она не могла по той же простенькой причине: времени нет, а уж после всех ритуалов ещё и уставала насмерть! Она наизусть выучила весь ритуал - со всеми подробностями: под чтение каких заклинаний чертить магический круг, какие символы, значения которых пока не знала, вписывать по его внешнему краю, а какие - по внутреннему. Она могла провести весь обряд с закрытыми глаза - от рисунка на полу и до установления полной связи между фамильяром и его хозяином. Дома проверяла себя, рисуя заново магические круги в тетради и вписывая в них нужные знаки, после чего машинально подписывала их теми заклинаниями, которые надо проговаривать… Только решила, что у неё сейчас примут экзамен, как не успела опомниться, а старик Файонн, убедившись, что она может с закрытыми глазами перечислить все элементы ритуала, да и провести его самостоятельно, тут же начал её обучать уже Вызову духа для вместилища-фамильяра.

В карету - ехать домой - её часто выводили за десять минут до звонка с занятий Тигана, чтобы Слушающая могла поменьше попадаться на глаза других студентов… Она крепилась, шагая ровно и твёрдо, пока за ней не закрывали дверцу. И, лишь убедившись, что никто не подглядывает за ней в закрытом маленьком помещении, бессильно падала на скамью и немедленно сникала, сутулясь. Легко сказать - можно восстановить силы тем приёмом, который её заставили выучить. А если даже думать ни о чём не хочется - так она уставала?

Сегодня дама Лаоиз втихаря от старика напоила Настю укрепляющим травяным чаем с мёдом, прежде чем вывести её к “автостоянке”. Девушка с благодарностью выпила предложенное питьё и спокойно дошла до кареты. Дама Лаоиз, которая отпустила её на пять минут раньше обычного, попрощалась с девушкой, и та закрыла за собой дверцу, погружённая в раздумья. Полное впечатление, что её только используют. Нет, старик Файонн, конечно, проверяет, запоминает ли она, как проводится следующий ритуал, но… Это не урок.

Впрочем, всё потом. Сегодня она не свалилась на скамью, как делала привычно, а осторожно присела, готовая немедленно, при первых признаках опасности выскочить из кареты и завопить, призывая на помощь. А всё потому, что последние три дня она находила в карете свежие розы. В закрытой карете, потому что ключа от дверцы не было даже у кучера. Есть только два ключа - у Тигана и у Насти. Девушка уже спрашивала Тигана - небрежно, чтобы он не понял, - не бегал ли он в карету во время уроков. Нет, не бегал. Появление роз поначалу Настя себе самой объясняла так же, как объясняла наличие подарков-артефактов: подарили в знак благодарности те, кому она помогла.

Но сейчас она решилась проверить, так ли это, чтобы перестать сомневаться Ну и в придачу - перестать бояться и нервничать, помня о словах старого Файонна.

Скамья пустая. Сегодня с подарком запаздывают. Но… Роза наверняка должна появиться вот-вот. И, если её не принесут и осторожно не сунут в карету, то… Затаив дыхание, Настя старалась не моргать, пристально глядя на уголок возле двери. Света от вечернего фонаря на улице достаточно, чтобы поймать момент появления розы. Или момент, когда кто-то подбросит цветок - например, отодвинув раму.

Цветок словно выпал из пространства.

Даже не шелохнулся, лёжа на скамье так, будто его давно здесь оставили.

Крупная роза. Бархатные в полутьме тёмно-красные лепестки, длинный стебель со свежими листьями - её будто только что сорвали!..

До прихода Тигана времени достаточно: пока у него закончится последняя пара, пока он проводит Камиллу к её карете… Настя легонько покусала губу. Возможно - из-за усталости, а может - из-за постоянной работы с магическими артефактами, но её восприимчивость к магии повысилась. Но не только к магии. Она стала очень чуткой к движению вокруг. Посидев с опущенными глазами пару минут и прислушавшись к пространству в карете, девушка утвердилась в мысли, что рядом кто-то есть. К закрытому узкому шкафу для багажа, спрятанному над скамьёй в противоположной стене, она не встала, хотя очень хотелось резко открыть двери, почти невидимые среди панелей салона. Слишком глупо - искать там, где человек нормального роста не поместится. Но психоз заставлял верить, что некто сидит там, с трудом вытянувшись по узкому помещению.

Наконец не выдержала, прошептала - сипло от страха:

- Кто здесь?

Секунда, другая… Наверное, прошла минута, и Настя начала думать, что она просто напугана, что её всего лишь показалось, но… В карете будто воздух всколыхнулся. А на скамье напротив появился… Ристерд. Да, именно он спокойно сидел на скамье так, словно давно дожидался её здесь. В темноте кареты, со свисающими на лицо волосами, привычно скрывающими его глаза, он сумрачно (свечу она не зажгла - привыкла, что это делает Тиган), но с еле намеченной улыбкой смотрел на неё. На плечах короткого плаща и на тёмных волосах блестели редкие снежинки, которые постепенно сплавлялись в круглые капли. Он только что прятался снаружи, за каретой, но подглядывал, ожидая?.. Но чего он ждал? Пока она возьмёт розу? И что потом? Уходил? Но зачем он это делал?

Настя даже разозлилась. С первым мгновением его появления она отшатнулась. Хоть и предполагала, что здесь окажется кто-то из магов-пространственников, но ведь предполагать - это не значит быть готовой к внезапному появлению!.. Разозлилась она внутренне, потому что на внешнее проявление злости сил не было. Просто не улыбнулась. Но и не скривилась от злости, а продолжала смотреть на него так, словно неожиданное появление почти незнакомца, вдруг севшего напротив, было для неё не в новинку.

- Зачем ты здесь?

- Я приношу тебе розы, - серьёзно ответил он.

- Мне не нужны твои цветы!.. - сердито начала было Настя, а потом запнулась.

Хм. Он-то не знает, почему она на него злая. Ведь он так и не вспомнил - точней, не узнал… Хотя… Злая ли она на него? Она, которая привыкает к здешней жизни и уже не мыслит себя вне её?.. Настя перевела взгляд уставших глаз на мутное из-за вечернего света окошечко кареты. Да ещё надышали… Но это движение оказалось слишком напрягающим, требующим силы, и Настя снова взглянула на Ристерда, после чего уставилась в боковой край его скамьи. Посидела, подумала, пока темноволосый парень продолжал спокойно смотреть на неё. Да, она жутко устала. Но пока на ногах её держало понимание, что она нужна всем в этом мире. И ещё держала твёрдая уверенность: как только будет следующий выходной, она самостоятельно проведёт ритуал для обоюдной связи между Тиганом и Киллином. А счастье фамильяра, которого слышит хозяин, - она уже испытала во всех эмоциональных красках много раз. Как и счастье мага, переставшего быть “глухим”. И потому знала, насколько это замечательно.

… И глупый вопрос: а правда ли ей хочется, чтобы он не приносил цветов?

Поэтому она задала этот вопрос, надеясь сбить этой глупостью Ристерда с толку:

- Зачем ты даришь мне цветы? Зачем?

Он не задержался ни на секунду с ответом:

- Мне нравится их тебе дарить.

Насте захотелось уязвить его. Что бы такого обидного придумать, чтобы он разозлился? Она насупилась и проворчала:

- Лучше бы ты мне чай приносил вместо цветов.

И подняла глаза. Чуть не расхохоталась: глаза ошеломлённого парня просто нарывались на смешливую ответку! Но на хохот сил не было, хотя девушка и отметила, что усталость потихоньку начинает куда-то испаряться. Вспомнив, что смех продлевает жизнь, она решила, что попросит дракончика Киллина почаще смешить её. Это, “кстати, о птичках”, как говорят в её мире.

Но Ристерд тоже оказался отнюдь не дураком. С его лица пропало выражение глубочайшего изумления, и парень почти сочувственно спросил:

- Замучили?

- Угу… - буркнула Настя.

- Держи. - Он протянул ей ладонь, на которой лежало что-то явно растительного происхождения. Фрукт? Ягода? Или вообще овощ?

- Что это?

- Это бисера - ягода для тех, кто нуждается в силах. - Насте показалось - он удивился её неведению. Но быстро успокоился. Видимо, вспомнил, как командовала ею дама Летиция, и сообразил, что всех лакомств бедная родственница знать не может.

- А почему она у тебя в кармане? - подозрительно спросила Настя, осторожно снимая ягоду с его ладони.

- У меня есть младший брат. Он очень любит бегать и прыгать, - еле-еле улыбнулся Ристерд. - Я часто покупаю ему эти ягоды, чтобы восстановить его силы.

- И как это едят? - Настя уже с интересом рассматривала круглую штучку, похожую на жёлудь, с жёсткой зелёной кожицей, сквозь трещинки которой проглядывала полупрозрачная фиолетовая мякоть. И спохватилась, что он может удивиться, а потом догадаться, кто она на самом деле. Поэтому неловко добавила: - Я таких ещё не ела!

- Снимаешь в одном месте кожицу и выпиваешь всё до шкурки.

- А если ты меня отравить решил? - усмехнулась Настя. - Нет уж. Давай съедим вместе по штучке. Я не верю, чтобы ты покупаешь эту бисеру по одной ягодке.

Странная смутная тень прошла по лицу парня (девушка даже успела испугаться: неужели и в самом деле отравить хочет?!), но он тоже усмехнулся и вынул ещё одну ягодку. Оглядел её будто бы с сомнением.

- Ладно. Съедим вместе, - улыбнулся он.

Чуть склонившись к Насте, он показал, как рвать кожицу, поддевая её ногтем, как пить сладкий, с кислинкой сок, очень похожий, как ни странно, на сок грейпфрута.

- Тебе понравилось, - заметил он, улыбаясь, когда она сжала жёсткую кожицу бисеры, выпивая последние капли.

- Да, спасибо! - откликнулась Настя и лукаво спросила: - И что? Теперь ты будешь всегда оставлять мне вместо цветов бисеру?

Ристерд, кажется, плохо умел притворяться, если его заставали врасплох. Улыбка мгновенно слетела с его губ, которые сжались в жёсткую тонкую линию. Правда, ненадолго. Вскоре он взял себя в руки. Не успела девушка удивиться его преображению, как он вздохнул, явно пытаясь расслабиться. А потом даже озорно подмигнул.

- Цветы достать легче!

До Насти не сразу дошло, что розы он, кажется, где-то ворует! Хм. Он пространственник - ему это легко. Но ведь и ягоды, по идее, тоже таким манером стащить нетрудно. Настя скептически хмыкнула: это что - она настраивает парня на воровство?.. Машинально, всё ещё катая на языке свежесть поразительно вкусной ягоды и очень отчётливо чувствуя, как она расслабляется, а мир становится ярче, она наконец взяла лежавший рядом цветок и поднесла к носу полностью раскрытый бутон. Роза. Пахнет медовой, чуть холодноватой свежестью. Потом пожала плечами. Если ему это нравится… Да и ей - среди всей этой пока беспросветной гонки - развлечение. А ягоды… Что-то насторожило её в последней фразе Ристерда. Не показывая виду, что заподозрила что-то, она кокетливо кивнула:

- Прекрасно! Значит, ты будешь и дальше приносить мне цветы!

- То есть они тебе всё-таки больше нравятся, чем бисеры? - уточнил, посмеиваясь, парень. Он сидел, откинувшись на спинку скамьи, и выглядел успокоенным.

И Настино подозрение перешло в уверенность: она вспомнила, что говорил Тиган о погибающем или нищающем роде Ристерда. И ей стало совестно, что она заставила его отдать ей, судя по всему, дорогое лакомство, да ещё потребовала от него съесть то, что он нёс братишке. Остались ли у него ещё ягоды?

- Как тебе живётся в доме бабушки Тигана? - между тем задумчиво спросил он. - Дама Летиция тебя не обижает?

- Нет, что ты! - удивилась странному вопросу Настя. Неужели он думал, что она ему вот так сразу всё и расскажет о жизни в доме дамы Летиции?

- Прости, я вспомнил, как увидел тебя впервые в лавке мастера Мозеджи. Ты была такая замёрзшая, что я представил: ты живёшь в какой-то каморке, которую тебе выделили и куда тебе придётся возвращаться, чтобы отдохнуть, - посмеиваясь над собой, объяснил Ристерд.

Странно, но Насте показалось, что за этими его словами таится нечто гораздо большее, чем сочувственные фантазии парня, которому симпатична бедная родственница богатой дамы. Тем не менее, так и не представив себе ничего страшного, девушка беспечно откликнулась:

- Что ты! Дама Летиция так обрадовалась моему приезду, что выделила мне настоящие апартаменты! У меня есть своя спальня, а после того как я поступила в академию, получила от тёти кабинет, где делаю уроки.

- Ты делаешь уроки в кабинете? - задумчиво переспросил Ристерд.

- Да. Хотя задают мне пока мало.

- Но ведь, наверное, тебе приходится многое из ритуалов запоминать? - настойчиво спросил Ристерд. - Наверное, ты записываешь, как проводятся эти ритуалы. И это и есть твоё домашнее задание?

- Нет, пейдн Файонн требует, чтобы я запоминала всё на слух, - ответила Настя и вдруг задумалась: а ведь и правда - странно, что от неё не требуют записей. Это же обычная практика в любом учебном заведении. Вон сколько таскает тетрадей Тиган! А ей выделили всего час в день на усвоение материала, да и тот урок дамы Лаоиз частенько сворачивают и сокращают, когда в академию привозят мага, которому обязательно прямо сейчас надо создать обоюдную связь с фамильяром.

А потом вдруг тихонько удивилась: парень подкидывал ей цветы, вроде как ухаживает, но почему они разговаривают не о том, о чём обычно говорят на свидании? И почему она совсем не думает о том, нравится ли ей Ристерд? Ведь, судя по розам, Ристерду она нравится? Или…

Ристерд вдруг насторожился и резко встал с места. Даже в тесноте кареты он сумел поклониться Насте и вполголоса сказал:

- Надеюсь, однажды мы с тобой ещё встретимся, барышня Насти!

- Ристерд! - успела встать она. - Не приноси больше цветов! Совсем! Приходи сам - поболтать!

Он мельком улыбнулся и пропал. Только воздух снова поплыл, как будто сильно нагрелся.

А буквально через секунду открылась дверца кареты. И в проёме появился Тиган с дракончиком на плече. Парень взлетел по трём ступенькам в карету и быстро захлопнул дверцу. Только сел, как карета дрогнула, разворачиваясь, и затряслась по мощёной дороге.

- У тебя поклонник? - уже традиционно улыбнулся Тиган, глядя на розу в руках Насти.

- Да нет. Всё то же, что всегда - подарок от благодарного мага, - хмыкнула девушка и тут же, пока не забыла, спросила: - Тиган, я видела у дамы Лаоиз такие интересные ягодки. Она называла их бисерами и дала мне одну, чтобы восстановить мои силы. Что это за ягоды? Они очень дорогие?

- Почему ты так решила?

- Ну, они маленькие, а дама Лаоиз дала мне только одну.

- Бисеры очень дорогие. Но не только потому, что они снимают усталость. Они немножко… - Тиган задумался. - Ну… Понимаешь, в них содержится небольшой наркотик. Если ты съела одну ягодку - это ничего. Ты и впрямь приободряешься. Но если уже две…

- А эти бисеры - их маленьким дают? - озадаченно спросила Настя.

- С чего ты так решила? - удивился парень.

- Ну, они же сладкие. Значит - детям тоже можно?

- Я ел бисеры только раз, когда был маленьким, - поморщился Тиган. - Меня ими кормили, когда я сильно заболел. Целитель сказал, что я должен их есть. Да, потом, когда я вырос, они мне казались сладкими. Я ещё удивился. Ведь тогда, в детстве… Для детей бисеры противные. Очень! И меня от них тошнило! - эмоционально закончил парень.

“Значит, братишка Ристерда болен? - размышляла Настя, пока они молчали. - Если целители прописывают детям лекарства с наркотиками, то эти лекарства нужны, чтобы утихомирить боль? Чем же болеет братишка Ристерда?”

Призвав на помощь военную хитрость, когда разведчик узнает нужные сведения, используя обходный манёвр, девушка равнодушно сказала:

- Помнишь, я решила спрашивать тебя обо всех, кого ты знаешь в академии? Тиган, а кто такой Силлак, который ходит с Ристердом?

- Его друг, - спокойно сказал Тиган. - Они росли на одной улице. Правда, Силлак - из цеха мастеров, насколько я знаю, а Ристерд - из старинной семьи. Сейчас Силлак стал богаче, но на их дружбе это не сказалось.

- А почему семья Ристерда стала бедной?

- Помнишь, бабушка рассказывала о деде? Он погиб двенадцать лет назад на войне. А отец Ристерда умер через два года после этой войны. Он получил раны, которые никак не заживали. - На изумлённый взгляд девушки Тиган счёл за лучшее уточнить: - Война была не столько с применением обычного оружия, сколько магической. Отец Ристерда получил магические раны, которые и привели его к могиле.

- А ваше правительство не помогает… бывшим военным и их семьям? - спросила Настя. - В нашем мире такое распространено. Например, если военный, член семьи, умирает, его семье выплачивается пособие.

- Пособие выплачивается, если в семье нет взрослых детей. Как только Ристерд стал совершеннолетним, им прекратили платить. Я слышал, что его семья сдаёт свой дом каким-то богачам, а сами они ютятся в дальнем крыле.

- Подожди, что-то я не понимаю, - перебила его Настя. - Если семья Ристерда бедная, то как он поступил в академию?

- Как и ты, - бесхитростно сказал Тиган. - У него не способность, а настоящий дар пространственника. Среди студентов четырёх курсов нет ни одного такого талантливого, как он. Ко всему прочему он получает стипендию, близкую, как мне говорили, по сумме к пособию. Так что он будет до конца курса учиться, хотя было одно время, когда он чуть не сбежал.

- Я другого не понимаю, - задумчиво сказала девушка. - Почему ты и он на одном курсе. Ведь он старше тебя?

- Когда он стал совершеннолетним, он не хотел учиться, а устроился на работу в цех, где управлял отец Силлака. Его взяли, и он работал, пока один из академических преподавателей нечаянно не заметил его силы.

“Ристерда долго уговаривали уйти с работы, - фыркнул дракончик. - Поэтому он на три года старше Тигана. Насти, а когда ты поможешь нам с Тиганом?”

“Попробую сегодня, - рассеянно ответила девушка. - Мне кажется, я идеально усвоила проведение ритуала. Только одна закавыка: вам придётся таиться, чтобы никто из преподавателей не узнал, что вы слышите друг друга. Иначе мне попадёт”.

“Мы будем прятаться! - заявил обрадованный Киллин. - Конечно!”

- О чём вы говорите? - поинтересовался Тиган, глядя на захлопавшего крыльями дракончика. - Мне кажется, он чему-то рад.

Настя ему пересказала мысленный разговор с Киллином, и вспыхнувший от счастья Тиган пообещал, что он и фамильяр никогда не выдадут тайны!

Дальше ехали в молчании.

Настя думала о Ристерде. И о себе. Она честно призналась себе, что Ристерд ей неясен. Она не уловила его интереса к ней, как к девушке. А сама… Она вдруг вспомнила свою однокурсницу Машку, которая однажды, смеясь, сказала: “Ну, девчонки! Я легко определяю, нравится мне парень или нет. Всё просто. Если рука во время общения с ним тянется в сумку за косметичкой, чтобы наложить заново помаду или поправить тени, значит - тебе хочется понравиться ему. Логично - значит, он тебе нравится!”

А Настя вспомнила, как во время разговора с Ристердом поймала себя на беглом сожалении: эх, нет в этом мире ни помады, ни карандаша для век!.. Ведь она довольно невыразительна на лицо, ничего выдающегося. А Ристерд - он такой яркий, хоть и чёрный. Последнее - чёрный, - как-то само собой пришло на ум. Думая о парне, Настя видела его чисто графически - тени и свет. Если напрячься и вспомнить - да, губы у него красноватые, как у каждого. Но, когда она смотрит на него, почему-то черты смазываются, и она видит графический рисунок чёрной тушью.

“Фу-у, о чём думаю! - засмеялась она, а потом вздохнула. - Если ему не хватает денег на бисеры - а по его реакции, явно не хватает, попросить, что ли даму Летицию, чтобы она покупала мне эти ягоды? А я буду оставлять их Ристерду!”

Подъезжая к дому, Настя с Тиганом уговорились: час на ужин и на отдых, а потом они втроём - с Киллином - уединяются в одной из самых мало посещаемых комнат в доме дамы Летиции, чтобы их никто не потревожил, и проводят ритуал воссоединения. Дракончик так обрадовался, что начал суматошно бить крыльями, и девушка испугалась.

“Киллин, если ты сейчас так радуешься, сумеешь ли ты потом скрыть связь с Тиганом?! Ты меня пугаешь!”

Но Киллин не желал слушать разумных доводов.

Впрочем, не было бы счастья, но несчастье помогло.

Всерьёз испуганный за тайну, в раскрытии которой может пострадать Настя, Тиган придумал кое-что.

- Насти, может, нам немного подождать? - спросил он, и Киллин возмущённо заверещал, но хозяин махнул на него рукой. - Да подожди ты! Знаешь, что я придумал? Я пожалуюсь бабушке! - торжествующе сказал он.

Настя смотрела на него с недоумением, пока не сообразила, что задумал “кузен”. И захлопала в ладоши: как же она сама раньше об этом не подумала!

Сбитый с толку Киллин уселся на плечо хозяина и потребовал объяснить ему причину всеобщего веселья.

- Киллин, - всё так же торжественно сказал Тиган и погладил дракончика, - завтра в академию вместе с нами поедет дама Летиция и устроит скандал директору! Насти - моя кузина, но почему-то родственник не получает от её способности ничего, хотя должен бы получить в первую очередь! - И фыркнув, засмеялся. - Надеюсь, я правильно представляю ход мыслей моей бабушки после моего бурчания!

Они посмеялись, шутливо обсуждая, как гневно влетит дама Летиция в кабинет директора академии и какую взбучку устроит руководству академии.

“Бурчать” Тиган принялся за ужином и дама Летиция в самом деле быстро настроилась по-боевому, проникнувшись обидой любимого внука. Да ещё на себя рассердилась: как же так - она сама до такого не додумалась, что родной крови мучиться приходится, когда под боком кровиночка талантливая!.. Молодёжь усмешливо да исподлобья переглянулась, а Киллин вылетел за дверь столовой, чтобы не выдать свои чувства победными воплями и верещаньем.

Настя, успокоившись, что тайком ритуал проводить не придётся, успокоенно пошла в апартаменты. По дороге, благо путь неблизкий, она раздумывала, не записать ли последний приём восстановления сил после ритуалов… Так же задумчиво подошла к полкам с тетрадями и детскими книгами. И сдвинула брови: у неё было двенадцать тетрадей. А сейчас… Девушка, старательно ведя пальцем по корешкам, снова пересчитала стопку тетрадей. Одиннадцать. Сердце вздрогнуло, когда она сняла тетради с полки и снова пересчитала-пересмотрела их. Пропала та самая тетрадь, в которой она записывала подробности ритуала!

Седьмая глава

Сначала было тупое оцепенение. Это когда Настя бессмысленно смотрела на стопку чистых тетрадей в своих руках.

Потом оцепенение взорвалось горячей яростью.

Ристерд! Это Ристерд!

Он?! Воровства от него она не ожидала!

Но, когда чуть подостыла, горестно хмыкнула. Как - не ожидала? Она же сама, не называя воровство воровством напрямую, предложила ему воровать и дальше - для неё. Те же розы! Легко так предложила!

А потом пришло понимание. Будто лёгкое обезболивающее. Однажды, сомневаясь, правильно ли видит (ведь с умением говорить, как здешние, она так ничего и не поняла), она показала дракончику Киллину свои записи, а рядом положила детскую книжку с раскрытой страницей.

“Киллин, буквы одинаковые?”

“Совсем-совсем разные!” - подтвердил её подозрение Киллин и упорхнул.

И это соображение, что Ристерд стащил бесполезную для него тетрадь… Хотя… А если ему заклинания не нужны? Если ему нужен только ритуальный магический круг со всеми знаками и надписями? Надписи-то Настя старательно записала так, как их видела! Здешними буквами!

Она бросила взгляд на напольные часы.

- Ну, и чем ты сейчас занимаешься? - сквозь зубы прошептала она. - Пытаешься прочитать написанные русскими буквами ваши заклинания? Или рисуешь магический круг? Неужели ты думаешь, что без способностей Слышащего сумеешь провести ритуал? Или у тебя есть вторая способность, кроме магии пространства?

Снова забывшись, она постояла немного, тупо уставившись в стену и не видя её. Зачем? Зачем он это сделал? Тот же вопрос, что она задавала ему, говоря о розах… Потом резко поставила тетради на полку и стиснула губы в тонкую ниточку.

Хватит! Сколько можно?! Предложили учёбу - а взамен поставили на поток, используя как часть ритуала, чтобы усовершенствовать связь между магами и их фамильярами. Предложили не то дружбу, не то ещё что-то близкое, а оказалось… Глаза наполнились слезами обиды… А оказалось - это была разведка! Она отчётливо вспомнила, как Ристерд расспрашивал её о том, как ей живётся в доме дамы Летиции. Она думала - сочувствует! А он!.. Он так понимающе, как ей почудилось, смотрел на неё!.. Так, что она ощутила в нём что-то близкое!..

Она сердито вытерла слёзы.

Её все используют. Начиная с дамы Летиции - и заканчивая человеком, который легко попадал в закрытую карету и шифровался тенями. Который ей начинал нравиться! Вот так и начинаются все эти романы, когда послушные хорошие девочки влюбляются в плохих мальчиков!.. А те легко вешают им лапшу на уши, зная, на какие точки надо давить!.. Она шмыгнула, стараясь приглушить всхлипывание, и снова вытерла слёзы.

Ещё не хватало! Она не влюбилась. Она его пожалела, потому что уже знала, что он из семьи, которая очень нуждается. А потом - по её же просьбе! - Тиган рассказал ей ещё немного про Ристерда и тем самым вызвал в ней ещё большее сострадание к этому… к этому вору!..

- Неужели он думал, что я не догадаюсь? - прошептала она. - Что после его расспросов я не пойму, что именно он стащил эту чёртову тетрадь?!

Она снова представила, как он сидел в карете. И его лицо в тенях вызвало у неё гнев. Особенно когда она вспомнила саркастичные тени вокруг его рта. Он уже тогда ухмылялся над нею, наивной и глупой, так легко поддавшейся его вранью!

Вскрикнув от боли, с силой разжала кулаки с будто занемевшими пальцами. Прикусила губу, глядя на раскрытые ладони. Ногти вонзились в кожу, и кровь сначала робко, а затем нетерпеливо выталкивалась из коротких, но глубоких порезов. “Чтоб тебе так плохо было, как мне сейчас!” - всхлипывая, прошептала Настя, снова вызвав перед мысленным взглядом образ Ристерда.

Успокоилась не сразу. Но сообразила, что вот-вот перепачкает бегущей кровью всё вокруг, и помчалась в ванную комнату. Пара сухих салфеток закрыли ранку. Она посидела на небольшом табурете, на который обычно складывали чистое бельё. Выждала, когда кровь подсохнет. Хорошо, что ужин прошёл, и дама Летиция, заметив неладное, не будет приставать с нудными расспросами, что случилось.

За дверью поскреблись.

“Насти! Открой!” - пискнул Киллин.

“Зачем ему открывать?” - устало подумала девушка, вставая.

Дракончик влетел в ванную комнату и встревожился.

“Ты пахнешь горечью, - сказал он. - Что произошло, Насти? Хочешь, я приведу тебе Тигана? Поболтаете, а потом будет легче!”

Настя чуть усмехнулась. Киллин думает, что она скучает по дому. Зря. Ей нравится здесь - особенно с тех пор, как дама Летиция не обращается с ней, как с прислугой. Здесь она чувствует себя необходимой многим. В своём мире такой востребованности она не ощущала. Но вот ведь в чём штука: ей эгоистично хочется что-то иметь с этого - со своей необходимости! Хоть что-то!

“Спасибо, Киллин, - мягко сказала она дракончику. - Но я всего лишь очень устала сегодня. Поэтому не тревожь Тигана. Спокойной ночи, Киллин. Попробую уснуть пораньше, чтобы выспаться. Тогда не буду такой горькой”.

“Спи, Насти, и пусть твои сны будут сладкими и мягкими!” - пожелал Киллин и улетел. Девушка же отправилась к даме Летиции предупредить, что ляжет пораньше. Иначе хозяйка дома вполне может ворваться посреди первых сновидений, самых важных для спящего, и тогда - привет, бессонница!

Вернувшись к себе, Настя, старательно не думая о происшествии, быстро разделась и, потушив свечу, легла. Думала - быстро заснёт. Как же. Злые слёзы нахлынули горячим потоком, и пришлось использовать постельное бельё не по назначению, промакивая “солёную водичку”, не желающую останавливаться.

Как ни странно, остановило слёзы удивление.

Она не ревела из-за отношения к ней дамы Летиции: за то, что та приютила неизвестно кого, кормила и одевала, можно было потерпеть снобизм богатой дамы.

Она не ревела, пока её использовали в академии: было жаль “глухих” владельцев и их фамильяров.

А тут… Они даже толком не поговорили - и вот, пожалуйста: она расценивает его воровство как предательство… Она прерывисто вздохнула… И уснула.

… Ближе к полуночи воздух в кабинете Насти качнулся.

Среди множества теней (фонарь всё ещё освещал часть улицы) притаилась, вслушиваясь в пространство апартаментов, ещё одна тень. Спустя мгновения она решилась и шагнула к столу, за которым Настя обычно записывала заклинания или читала детские книги. На этот раз на столе одиноко и небрежно валялся тот самый берет, который очень нравился девушке и который сегодня она забыла убрать на полку в одёжном шкафу. Кроме всего прочего, на столе высился резной деревянный стаканчик для ручек и сидела чернильница в форме толстой лягушки (подарок Тигана), а посередине стола громоздилась большая шкатулка, специально купленная дамой Летицией Насте для магических артефактов-подарков. Настя складывала в шкатулку всё, что ей приносили на ритуалы и что становилось бесполезным с магической точки зрения после того, как предметы “разряжались”…

Тень мягко погладила берет, а затем положила ладонь на крышку шкатулки. Потом приподняла шкатулку над головой, провела пальцем по краям, которые были похожи на небольшие изящные мебельные ножки, поднимавшие коробку над поверхностью стола. Замерла. И спокойно сунула под шкатулку принесённую с собой, похищенную было тетрадь. Сунула так, чтобы краешек виднелся из-под шкатулки, которую ещё и сдвинула с места, поставив самую чуточку косо-криво - так, чтобы либо владелице, либо прислуге, убиравшей в комнатах, захотелось поправить предмет, поставить на привычное место.

Затем эта тень мягко, почти без шороха, перешла в спальню девушки. Стоявший рядом с кроватью табурет привлёк внимание тени. Она осторожно села напротив спящей Насти. Садовый фонарь неподалёку от незашторенных окон позволял разглядеть измученное лицо девушки, мешки под глазами после недавних слёз. Тень еле слышно вздохнула и удалилась в кабинет, откуда, оглядевшись, снова пропала.

… Сбитая с толку Настя стояла у стола и чувствовала себя совершенно тупой.

Буквально перед самым отъездом в академию она заметалась по комнате, где стояли одёжные шкафы, в поисках оригинального берета, который так ей нравился. Но куда она его девала? В шкафу - нет! В спальне, куда иной раз девушка заносила его с вечера, не переодевшись в домашнее сразу, и забывала до утра, - тоже нет.

На всякий случай девушка забежала в кабинет и обрадовалась при виде потери - схватила вещичку, а заодно машинально поправила стоявшую неровно шкатулку с “бижутерией”. И обмерла при виде утраченной, казалось бы, тетради с записями ритуалов. Не веря, взяла в руки, раскрыла. Привычные страницы с рисунками и заклинаниями. Так тетрадь всё это время валялась под шкатулкой?!

Настя задумчиво присела у стола, не отпуская тетради из рук. Да, она часто открывала шкатулку, чтобы положить в неё новую вещичку или чтобы перебрать собранное “богатство”, которое без магии особой ценой не отличалось. Что-то она даже примеривала в качестве женской безделушки… Да, двигала шкатулку. Да, порой оставляла её не на месте, которое придумала для неё - в середине довольно широкого стола, благо шкатулка очень красива, богато декорированная разноцветными деревянными детальками - кажется, такое декорирование называлось интарсией.

Значит, зря грешила на Ристерда? Виновата сама?

Она ещё раз внимательно оглядела тетрадь в целом и отдельно - страницы. Всё чисто. Никаких признаков, что записи побывали в чужих руках. “Но ведь с ней могли обращаться очень аккуратно, - напряжённо размышляла девушка. - С другой стороны - зачем? Если уж похитили, так, наверное, не возвращали бы. Значит… Значит, я сама засунула тетрадь под шкатулку. И забыла об этом”.

“Насти! Насти! Тебя дама Летиция ищет! - В комнату ворвался Киллин. - Пора ехать! Опаздываем!”

Настя слетела со стула, не забыв прихватить беретик. Несколько торопливых шагов к двери за дракончиком - и на скорости вернулась к столу взять тетрадку. Быстро огляделась. Господи, куда же её спрятать?! Если учесть, что в апартаментах очень старательная прислуга! Шкатулка! Она огромная! И Настя никогда не закрывала её на ключ! Но… Девушка выдохнула, вспомнив секрет шкатулки. Рывком вывалила из шкатулки все предметы, в вместе с ними небольшую фанерку, втиснула на дно тетрадь, а сверху ту самую фанерку, а потом уже горстями наложила “бижутерию”. Прислуге эти вещички тоже ни к чему: девушки и женщины знают, что эти неброские дешёвые украшения - магические, направленно подаренные внезапной племяннице хозяйки дома, а среди служанок нет ни одного мага. Так что им ни к чему. Не тронут.

Захлопнув крышку шкатулки и выдернув с полки первую попавшуюся чистую тетрадь, Настя помчалась к выходу из апартаментов, на бегу нахлобучивая на уложенные в причёску, завитые волосы берет, а потом натягивая перчатки: благовоспитанная молодая дама, вне зависимости от уровня богатства, не должна выходить из дома без перчаток и с непокрытой головой! Даже если она очень спешит!

В коридоре нетерпеливо ожидавший её Киллин шустро полетел над нею, и так они выскочили на крыльцо, поскольку дворецкий, провожавший даму Летицию, заблаговременно открыл входную дверь.

- Что же ты, Насти? - укоризненно попеняла дама Летиция.

- Тетрадь забыла! - помахала чистой тетрадью Настя.

- Но у тебя же занятий нет! - удивлённо напомнил Тиган.

- Будут, - спокойно сказала девушка. Несмотря на найденную тетрадь, отступаться от того, что вчера было весьма серьёзно обдумано, она не собиралась. И со вздохом добавила: - Только вот ручку забыла.

- Поделюсь, - сказал Тиган и полез в свою учебную котомку. - Я запасливый.

- Спасибо! - обрадовалась девушка.

За минуты до приезда дама Летиция хищно сощурилась и высказалась:

- Ну что, дети? Надеюсь, мы сейчас сумеем быть убедительными в кабинете директора академии?

Тиган покосился на бабушку и почему-то слегка втянул голову в плечи. Предполагавшая гром и молнии со стороны дамы Летиции, Настя лишь в сотый раз попробовала мысленно представить, как будет выглядеть её собственное выступление в этом кабинете. “Главное - не молчать, - убеждала себя девушка. - Надо выговорить всё - и обязательно при Летиции. Что-то мне подсказывает - она меня поддержит!”

Когда дама Летиция решительно бросилась по административному коридору, то и дело оглядываясь на “своих деток”, Настя, как и взволнованный Тиган, чуть не бежала за ней, с трудом сдерживаясь от нервного смеха: так сейчас “её тётя” напоминала Золушкину мачеху из старого фильма! Так неужели этот стремительно мчащийся танк, на пути которого все встречные-поперечные шарахаются в стороны, не добьётся своего?!

Дама Летиция ворвалась в кабинет директора и оглянулась, чтобы плотно закрыть за “деточками” дверь.

- Добрый день, уважаемый пейдн Эинри! - властным тоном, подавляющим любую попытку протестовать, начала женщина.

Настя всё-таки чуть не расхохоталась, когда обескураженный Тиган машинально шагнул так, чтобы директор академии его не видел за спиной бабушки: “Я не трус, но я боюсь!” Девушка же держалась рядом с дамой Летицией, настраиваясь на личный бой.

Ничуть не напуганный директор академии спокойно отозвался на агрессивное приветствие дамы Летиции и гостеприимно предложил внезапным посетителям сесть в кресла напротив своего стола. Вспомнив, как они сидели в небольшом зале среди зелени, Настя подумала: “Это у него такая привычка - своих гостей утихомиривать, если что?”

Удобно устроившись в кресле, дама Летиция, несмотря на то что директор не стал слушать её, сидя за столом, а пересел в соседнее кресло - так, чтобы видеть всех, не менее властно сказала:

- Моя племянница, барышня Насти, - Слушающая. И помогает многим высокопоставленным магам обрести полновесную связь со своими фамильярами. Вопрос в том, почему этой связи до сих пор лишён мой внук? Почему и другие студенты лишены возможности полнокровно общаться со своими фамильярами?

Директор помолчал, бесстрастно оглядывая ворвавшуюся к нему компанию. Настя решила: он раздумывает, почему охрана на входе пропустила их. И хмыкнула втихаря: ещё бы им не впустить разгневанную даму Летицию!

Тем временем уважаемый пейдн Эинри, кажется, продумал тактику беседы с трудными посетителями и заговорил:

- Дама Летиция, интересовались ли вы когда-нибудь, почему в нашем государстве, как и в соседнем, так катастрофически мало Слушающих?

- Никогда не интересовалась, - прямо ответила женщина.

- Я немного слышал о том, что у нас Слушающие всё-таки есть, но они почему-то боятся заявить о себе, - тихонько проговорил Тиган.

- А между тем - всё просто, - вздохнул пейдн Эинри. - Первого убитого Слушающего нашли двадцать лет назад (дама Летиция ахнула, а Настя передёрнула плечами от жути). Простите, что при вас, при дамах, приходится говорить о столь…. неприятных вещах. Сначала Слушающих убивали без объявления причин. Потом выяснилось, что в государстве действует банда (по-другому и не назовёшь). Она считает, что духи, внедрённые в тела фамильяров, не должны говорить со своими хозяевами. Вроде как это слишком опасно для людей.

Дама Летиция ошеломлённо уставилась на Настю. В округлившихся глазах читалось: “Немедленно - охрану!” Директор продолжил:

- Пока мы разобрались, что к чему, в нашей стране остались лишь несколько Слушающих, до которых бандиты не добрались. Всех последних Слушающих, известным нам, обеспечили охраной. Но другие Слушающие, которых об опасности оповестили слишком поздно, либо затаились, либо были тоже убиты. Мы знаем, что в городе, например, и в самом деле, как подсказал юный маг, есть Слушающие, но они скрываются, остерегаясь убийц. Королевские ищейки пытались найти их, чтобы и их взять под охрану, но поиски оказались слишком сложным делом. Вот поэтому мы и стараемся обеспечить барышне Насти безопасность всеми способами. Ведь вы, барышня, наверняка даже не предполагаете, что с момента, как вы выезжаете из поместья вашей тёти, а затем возвращаетесь, находитесь под той же охраной.

Мысль первая: “Ой, увидят Ристерда!”

Вторая: “Меня?! Охраняют?!”

Когда директор понял, что его слова в полной мере дошли до сознания потрясённых слушателей, он продолжил:

- Преподавательский состав размышлял над проблемой ритуала для всех наших студентов. Были предложены такие меры безопасности, например, как спрятать Слушающую под маской, чтобы затем юные маги её не узнали и не проболтались. Но многие из старшекурсников слишком опытные. Они могут по пространству вокруг Слушающей опознать её потом. Даже сейчас идут поиски решения этой проблемы. Ваш внук, дама Летиция правомерно претендует на нормальную связь со своим фамильяром. Но сумеет ли он потом сделать вид, что общается с ним, как остальные? Не выдаст ли собственную родственницу, пусть и дальнюю, послав её затем на смерть?

Тиган смертельно побледнел, глядя на Настю. Даже на даму Летицию последние слова произвели заметное впечатление: она сжала руки, а потом прижала ладонь ко рту…

Сделавший паузу пейдн Эинри кивнул, подтверждая свои слова, и закончил:

- Все маги, которым помогла барышня Насти, дали клятву на крови о неразглашении. О том, что будут осторожными и никому под страхом смерти не расскажут о Слушающей. Да, в нашем государстве Слушающие есть. Но они прячутся. Это никого не удивляет. Совсем недавно, например, наша полиция на месте преступления обнаружила убитого мага, жена которого подтвердила, что он Слушающий, который тайком помогал другим магам. О чём это говорит? О том, что Слушающие до сих пор находятся под пристальным наблюдением той банды. Бандиты собирают сведения о магах по крупицам, а потом провоцируют Слушающих раскрыться, приходя к ним со своими фамильярами.

- И что теперь делать моему внуку? - встревоженно спросила дама Летиция.

- Увы. Доучиться до старшего курса - и тогда только с него можно будет взять клятву на крови о молчании. Так что сейчас, пейдн Тиган, вы идёте на занятия, а барышня Насти - к пейдну Файонну.

Тиган, совершенно подавленный, встал, понимая, что вынужденная аудиенция директора академии закончилась. Собралась было встать и дама Летиция, но Настя, сидевшая рядом, положила руку на её ладонь, буквально пришпиливая её к подлокотнику.

- Нет, пусть Тиган идёт на занятия. А вот дама Летиция, которая отвечает за моё пребывание в её доме, должна остаться. Есть ещё вопросы, которые надо прояснить.

Уже изумлённый Тиган, трогая своего дракончика, словно удостоверяясь, что он на плече, вышел из кабинета директора, который обратил свой доброжелательный взгляд на Настю так же, как и откровенно заинтригованная дама Летиция.

- Уважаемый пейдн Эинри, я не собираюсь идти к пейдну Файонну, чтобы проводить очередной ритуал. Сейчас вы или тот, кого вы позовёте, отведёт меня в аудиторию, где обучаются первокурсники с факультета ознакомительной магии. Я знаю их расписание. Они занимаются всего две пары в день. Как только меня представят в качестве опоздавшей на обучение студентки из другого города и допустят к занятиям, вы не только официально оформите меня своей студенткой, но и назначите мне стипендию. - Она вскинула голову, опасаясь резкого отказа, и заговорила торопливей, чтобы успеть высказать: - Да, меня обучают, как использовать магию Слушающей. Но одновременно меня используют в ритуалах связи - причём очень часто. Почти три недели я соединяла магов и их фамильяров. Особой платы я не требую. Всего лишь полагающейся мне стипендии. Ведь, насколько я понимаю, я неплохо справляюсь с теоретическим материалом, тут же используя его на практике. Итак, мне необходимы две вещи - учёба и стипендия.

И она замолчала, со страхом, всматриваясь в равнодушное лицо директора.

Настя боялась обоих: и дамы Летиции, которая может возмутиться, что её подопечная требует независимых денег за свою работу, пусть эти деньги - крохи (Настя помнила, как посмеивался Тиган, получив стипендию); и пейдна Эинри, который может присоединиться к даме Летиции, типа: “Зачем вам деньги - вы и так на иждивении богатой дамы-родственницы!”

Но дама Летиция поглядывала на девушку с любопытством и без гнева. А директор морщил лоб, глядя на входную дверь. Собирается снова выгонять?

- Барышня Насти, - внезапно сказал он, - вы предложили тот вариант действий, который почему-то у нас не проговаривался. Мы уже пытались вам назначить вам стипендию, но не знали, как оформить это действо. Вы правы. Ваши поездки сюда без появления на занятиях выглядят подозрительно. Пусть мы теряем около четырёх часов без ритуала связи, но в дальнейшем ваше участие в ритуале окупится. Без спешки. Вы правы - именно без спешки. Вы наша студентка. Вы ходите на занятия, получаете стипендию. И никто не будет подозревать в вас Слушающую. Попробую объяснить всем жаждущим соединения с фамильярами простую истину: им придётся подождать. Но теперь у них появилась потенциальная возможность закрепить связь. А ради этой возможности готовы ждать многие маги. Дама Летиция, простите, пожалуйста, что мы довели ситуацию до напряжения. Со следующей недели барышня Насти будет ходить на лекции. - И, прямо взглянув на девушку, кивнул: - Обычно зачисленные на занятия ходят с начала недели. Так удобней. Поэтому сейчас вы идёте к пейдну Файонну, а со следующей недели появляется студентка Насти.

Попрощавшись с директором, обе дамы вышли за дверь. По коридору шли в полном молчании. Настя без согласования провожала “свою тётю”, потому что так полагается даже студентке. Перед тем как выйти на улицу, дама Летиция обернулась к ней и порывисто сжала её в объятиях.

- Насти, ты великолепна! Я так рада, что ты стала другой! Эта девочка, умненькая и смелая, мне очень нравится! Как ты думаешь, стоит ли нам сегодня, дождавшись Тигана, отпраздновать в ресторации твоё возвращение в настоящее студенчество?

- Дама Летиция! - засмеялась Настя. - У Тигана сегодня шесть пар! А я всегда заканчиваю ритуалы одновременно с ним. Мы выйдем со двора академии тогда, когда на улице будет ночь!

- Тогда я устрою вам праздник дома! - пообещала сияющая “тётя”, и Настя с изумлением поняла, что теперь дама Летиция никогда не позволит себе приказного тона в беседах с нею.

Настя проводила “тётю” до “автостоянки” и помахала ей на прощание.

И лишь после этого вдруг вздрогнула и заставила себя не оглядываться в поисках своих невидимых охранников. Хотя о-очень хотелось увидеть тех, кто невидимкой ходил за нею следом. Стреляя глазами по сторонам, она забежала в административную часть академии и уже спокойней пошла в кабинет пейдна Файонна.

Тетрадь и ручка не понадобились. Но Насте показалось, что эти два предмета были магическими. Не будь их с собой, неизвестно, как бы прошло с её настойчивостью. Да, она была косноязычна и слишком много говорила от волнения, что её перебьют. Но ведь получилось! Всё, как она задумала, получилось! “Я суеверная! - засмеялась Настя про себя, шагая по пустому коридору. - Уже и какие-то тетради с ручками возвела в ранг предметов удачи!”

Пейдн Файонн встретил её ворчанием из-за долгого опоздания. Правда, незнакомый маг, пришедший с кроликом-фамильяром, скромно промолчал, лишь с любопытством взглянул на девушку. А Настя прошла в закрытый от посторонних глаз закуток в кабинете Слушающего, где пол был абсолютно чист после вчерашнего ритуала.

Прихватив уголь и краски на растительной основе, Настя начала рисовать круг и вписывать в него магические знаки. Когда закончила с ними, взяла мелки, пропитанные веществами, выданные ей алхимиками, и старательно вписала сначала в круг, а потом вне круга формулы будущей связи. Всё. Она обошла круг, придирчиво изучая, ровен ли он, все ли знаки она вписала.

Что ж. Теперь осталось пригласить незнакомого мага и попросить его встать в круг, на два символа, а потом заставить фамильяра пробежать по границе круга. Впрочем, фамильяры сами охотно бежали по границам, зная, что после этой пробежки их хозяева перестанут быть “глухими” к ним.

Это день для неё прошёл быстро - в предвкушении, сколько новых лиц ей предстоит увидеть на следующей неделе. Сколько придётся исписать тетрадей - и вспомнить свой университет! Время учёбы!..

После пятой пары Настя отпросилась у старика Файонна по “своим” делам и сбегала на “автостоянку”, где уже стояла кареты дамы Летиции, посланная за Тиганом и ею. Уболтав кучера, что она хочет оставить свою сумку в салоне кареты, девушка быстро выложила на сиденье, где обычно появлялась роза, три бисеры. Ягоды она обнаружила в кухне дамы Летиции, заглянув туда ещё до ужина и до того, как решила, что Ристерд похитил тетрадь. На кухне были две девушки из тех, что благоволили ей. И Настя пожаловалась им на усталость, упомянув, что в академии ей дают бисеры. Девушки-служанки подтвердили, что дама Летиция тоже охоча до этих ягод, и выделили из общего блюда три штуки. Она, вернувшись в апартаменты, сразу положила их в учебную котомку-сумочку. Да так и забыла о них, спрятанных в сумке, пока после очередного ритуала не вспомнила о том, что в карете вот-вот появится роза. А с ней, возможно, и сам Ристерд. Ведь надо же ему посмотреть, куда положить цветок. Вдруг на этот раз обычное местечко занято? Настя надеялась, что, увидев бисеры, он сообразит, что ягоды приготовлены для него. Вот пусть и передаст своему младшему брату вместо тех, что вчера съели на пробу.

Стирая с пола использованный круг и нацеливаясь на очередной, Настя задумалась: а чем болен младший брат Ристерда, если тот кормит его обезболивающим? Впрочем, не зная обстоятельств, есть ли смысл думать об этом? Ристерд, кажется, умный парень. Он наверняка сам всё знает… И Настя начала думать о том, как через полтора часа она сядет в карету, найдёт новую розу, а потом, вероятно, сумеет немного поболтать с Ристердом. Застыв и глядя на чисто вымытый пол в кабинетном закутке, она вздохнула. А ведь ей нравится всё это, придуманное Ристердом! И цветы, таинственно попадающие в закрытую карету. И он сам, который легко переходит пространствами, не попадаясь на глаза секретной службе её охраны. Взяв очередные уголь и краски, она снова задумалась: говорить - не говорить парню, что её охраняют? С него, как и с Силлака, взяли клятвы на крови, что они не выдадут её, Слушающую. Но надо ли Ристерду знать об охране?

Впрочем, вскоре она уже рисовала магический ритуальный круг и думала только о ритуале.

Восьмая глава

Старый Файонн привык к её вопросам, иногда наивным до глупости, как считала и побаивалась сама Настя. Правда, он-то их глупыми не считал.

- Пейдн Файонн, а вот такой вопрос, - уходившая было, остановилась у двери кабинета Настя, задумчиво пытаясь сформулировать желаемое не слишком косноязычно. - Сейчас, в наше время, этот ритуал… выглядит строгим и жёстким. То есть и круг, и магические знаки, и заклинания - всё проходит по очень жёсткой схеме. Но ведь когда маги впервые поняли, что можно вызвать духа и заключить его в плоть живого существа, этот ритуал… он ведь зарождался только-только! Не сразу все поняли, как его проводить. Как же тогда выполняли введение духа в живое существо?

Старик усмехнулся.

- Обычными словами призывали духа, стоя в круге. Это я помню ещё по тем временем, когда в отдаленных селениях нашего государства наблюдал за ритуалом. Да, сейчас заклинания очень важны, потому что они облегчают вызов. Но сильный маг с громадной способностью Слушающего может обойтись и без заклинаний. И даже без круга. Но при том может потерять огромные силы. Вдвое большие, чем сейчас, с помощью круга и заклинаний.

- А я? - спросила Настя, вспоминая своё состояние после ритуалов в первые дни проведения. - Настолько ли сильна, чтобы обойтись без заклинаний?

Старик посмотрел на своего пса, затем поднял усталый взгляд на девушку.

- Барышня Насти… - наконец заговорил он. - Это интересный вопрос. Но узнавать практический ответ я бы не советовал. Не забудьте, что и простые Вызывающие, и сами Слушающие во время ритуала имеют дело с потусторонним миром.

- А если… - начала Настя, сдвинув брови и не зная, как бы поточней обозначить вопрос, который интересовал её с вечера, когда она решила, что тетрадь с записями похищена. - Нет, не так. Помните, вы говорили, что нельзя записывать, как проводится ритуал. Но ведь были те Слушающие, которые погибли, они же наверняка оставили свои записи. Или после их смерти они тоже пропадали?

Старый Слушающий вздохнул.

- Старинные книги с ритуалами и простые рукописи - всё было потеряно, прежде чем власти государства спохватились. Последние записи хранятся в королевских библиотеках и в архивах таких учебных заведений, как у нас, под строгой магической охраной, закрытые от прочтения посторонними - теми, кто не получил разрешения на доступ к ним.

- А как же те Слушающие, которые, как вы сказали, прячутся в городе? - удивилась Настя. - У них же, возможно, эти записи остаются?

- Под угрозой, что их самих могут распознать, они не будут вызывать духов. Нет, все Слушающие, думаю, поступают так, как я. Совершают ритуал Вызова, помня все его части наизусть. А если появляются ученики, делают то же, что я: заставляют заучивать, как проходит ритуал без обращения к записям. И не забудьте, барышня Насти, меня повсюду, как и вас, тоже сопровождает невидимая охрана.

- Барышня Насти, вы готовы дойти до кареты? - заглянула в кабинет дама Лаоиз.

- Да, конечно! - заторопилась Настя, жалея, что не успела уточнить несколько моментов по ритуалу, и улыбаясь своему желанию досконально разобраться в том, что её интересовало. - До свидания, пейдн Файонн.

Пока обе шли по коридору, Настя помалкивала, а вот когда подошли к лестнице, спросила:

- Дама Лаоиз, если я с будущей недели буду учиться на общих основаниях, я больше не буду приходить лично к вам?

- Почему же, - спокойно сказала дама Лаоиз. - Если у тебя появятся затруднения, я всегда буду готова помочь тебе. Барышня Насти, нам осталось пройти ещё несколько коридорных поворотов. Поэтому выслушайте меня внимательно. Итак, вы не сразу приступили к учёбе со всеми. Почему?

- Потому что я из провинции и малограмотна, - послушно повторила Настя объяснение, вбиваемое дамой Лаоиз в её память с самого начала обучения. - И мне надо было преодолеть свою неграмотность, чтобы уметь писать лекции, как и другие студенты, а также бегло читать учебники.

- Прекрасно, - оценила мгновенный ответ девушки преподаватель.

- Но почему всё-таки учиться я начну только со следующей недели? - спросила Настя. - Почему не с завтрашнего дня?

- К следующей неделе мы найдём ещё одну девушку, которая согласится учиться в нашей академии и на этом курсе, - улыбнулась дама Лаоиз. - Мы стараемся максимально защитить вас, барышня Насти, поэтому решили, что вы появитесь в общей аудитории не одна - новичком.

- А сколько новичков будет? - поразилась девушка.

- Ещё пятеро.

Настя хотела было спросить, а понимает ли благодушно настроенная дама Лаоиз, что академия всех новичков подставляет - возможно, под удар убийц. Но промолчала. Наверняка понимает. Но дар Слушающей для неё, как и для старика Файонна, ценней нескольких человеческих жизней. “Небось, ребят тоже нашли в бедных семействах, - сердито подумала она. - И они наверняка обрадовались, что им вдруг предложили такую удачу, как бесплатное обучение. Обязательно поинтересуюсь, дадут ли им стипендию, или внушат, что они и так осчастливлены поступлением в академию!”

Уже в молчании они спустились во двор академии, где дама Лаоиз распрощалась с Настей до завтра. Пересекая двор при учебном здании, девушка тяжело размышляла о судьбах тех, кто вместе с ней впервые переступит порог аудитории для первого курса.

“А они? Знают ли они, чем для них чревато неожиданное обучение в академии?”

Настя вздохнула. Сейчас надо бы настроиться на другое, на личное, а она продолжает тревожиться о судьбах неизвестных ей людей. Тем более ещё неизвестно, настолько ли академия равнодушна к судьбам будущих студентов. А если слежка-охрана будет установлена и за ними? Ведь этих бандитов в любом случае надо поймать!

Не доходя до кареты, Настя машинально вынула из кармашка мехового пальтишки такую же меховую муфточку и, натянув её на руки, сжала в замок пальцы. И лишь когда очутилась перед каретой, сообразила, что руки за столь короткое время здорово замёрзли. По прикидкам, такая погода здесь - в её мире близка по температуре к сухому холодному ноябрю. Кучер, который оглянулся, быстро спрыгнул с облучка и открыл отпертую ею дверцу. Нововведение дамы Летиции? Потому что такое впервые случилось - перед ней почтительно открыли дверь. Настя нехотя усмехнулась. Как ни странно, своей “программной” речью она заслужила уважение “своей тёти”. Даму Летицию не смутило даже то, что вскоре Настя будет независима от неё в финансовом положении. Хотя… Крыша над головой и завтраки-ужины останутся для неё бесплатными. То есть за счёт хозяйки дома. Самостоятельность ли это? Но один из уроков Настя усвоила: дама Летиция любит напористых и следующих своей цели.

Впрочем, не до этого! Что там - внутри кареты?

Влетев в карету, она первым делом глянула на сиденье. Пусто! Ага! Он забрал ягоды! А затем нетерпеливо выждала, пока кучер закроет за нею. И ещё раз огляделась. Цветов нет. Если роза появится, она немедленно скажет Ристерду, чтобы он больше не приносил их. Не хотелось бы быть в ответе за то, что из-за неё его могут поймать как вора. А ещё надо ему сказать, чтобы он просто “приходил” поболтать.

Она прикусила губу. Глупо. Всё глупо. Она себя до сих пор чувствует не в своей тарелке в этом мире, а уже готова завязывать дружеские связи. Но ведь… “Во-первых, прекрати думать канцеляритами, - велела она себе, неотрывно, в нетерпеливом ожидании глядя на соседнее сиденье. - А во-вторых, живи, как можешь! Почему я должна оглядываться на всякие условности? А может, я хочу, чтобы он приходил! Пусть я пока не знаю точно, нравится ли он мне. Но знаю другое: мне нравится, что он решил дарить мне цветы! Что я ему симпатична! Что он… мной заинтересовался!”

Но прошла минута, другая. Противоположное сиденье оставалось пустым.

Облизав в очередной раз суховатые губы, Настя уже с тревогой подумала, не попался ли всё-таки Ристерд на воровстве цветов? Ведь последняя роза была очень крупной, а значит - её выращивали где-то либо в закрытой оранжерее, либо в любом другом закрытом здании. Поздняя осень же! И если его поймали… Настя судорожно вздохнула. Он и так из обедневшей семьи. Что будет, если его ещё и вором назовут?

И подпрыгнула от неожиданности.

Белый клочок бумаги будто упал на скамейку. Некоторое время Настя смотрела на него, боясь притронуться. Потом кивнула себе: “Всё правильно. Он не может прийти и предупреждает об этом!” И, немного, но отчётливо разочарованная, склонилась к скамье и дрожащими пальцами схватила бумажку, побаиваясь, что не сумеет прочитать почерк: письменные записи до сих пор давались ей с трудом. А уж если это написано неразборчивым почерком!.. Но Ристерд, кажется, тоже знал о легенде, согласно которой дальняя родственница дамы Летиции едва грамотна. Записка гласила крупными печатными буквами: “Сегодня в десять у бассейна. Порви”. Коротко и ясно.

Пока Настя рвала записку, губы сами собой разъехались в предвкушающую улыбку. Её пригласили на настоящее свидание!

Бассейн в поместье дамы Летиции был только один - в парке, причём далековато от дома, так что, если она сумеет сбежать после часа, когда в доме все обычно ложатся спать, там её никто не застанет. Насколько она уже знала расписание сторожей и места их дежурств в поместье, в парк, громадный, расположенный на нескольких небольших холмах, с длинными аллеями и нежданными выходами на поляны с беседками, они не выходят далеко. Прогуливаются лишь по краю. И в чём-то Настя их понимала. Какой грабитель польстится на позднеосенний парк? Что в нём есть? Мелкие скульптуры, украшавшие местность, месяц назад убрали в подвалы дома - уберечь от дождей и морозов. Большие - издавна вросли в землю, на которой их основание укрепили всякими растворами. А уж цветочные кусты редких сортов все высажены возле самого же дома…

Продумав будущий вечер, Настя улыбнулась. Ну, первое свидание - это всё-таки больше её фантазии, чем то, что будет на самом деле. Они погуляют, поболтают… Но почему руки сразу потянулись к голове? Сняли берет и принялись старательно расчёсывать чуть спутанные из-за жёсткой завивки, отросшие за время пребывания в этом мире волосы? Она снова улыбнулась. Хочется быть если не красивой, то… ну, приятной для взгляда человека, который ей всё больше и больше начинал нравиться.

Далёкий звонок возвестил об окончании последней пары в академии. Сейчас прибежит Тиган с Киллином, чтобы оставить дракончика Насте, а сам помчится провожать Камиллу. Может, выйти и глянуть одним глазком, как вместе спустя время после звонка вместе со всеми третьекурсниками-пространственниками выйдет и Ристерд? Она покачала головой. Он сразу поймёт, почему она стоит в сторонке. А пока не хочется признаваться ему, что ей нравится смотреть на него. Очень нравится. Он не то что красив, но какое-то в нём обаяние она почувствовала сразу. Ещё тогда, когда он шлёпнул клинком по Тигану, даже не ранив того.

Дверца с грохотом распахнулась, и в салон влетел Киллин.

- Я сейчас! - привычно крикнул Тиган, и Настя, пожав плечами, услышала топот его ног: побежал к Камилле.

“Ну, какие новости? - тоже привычно спросила дракончика Настя. - Что сегодня интересного было в академии?”

“Болтали много, - недовольно ответил Киллин. Под болтовнёй он имел в виду лекции. - Мало дела. Скучно”.

“Что? Никто даже не подрался?” - рассмеялась девушка.

“А с кем? - горестно всплеснул крыльями фамильяр. - Даже Ристерда сегодня не было! А без него ни одной драки нет!”

Ошарашенная Настя почувствовала, как её покидает веселье. Две довольно-таки интригующие информации. Ристерд всегда дерётся. Ристерда сегодня не было.

“Что - он отсутствовал с самого утра?” - с недоумением спросила она.

“Весь день!” - ответил Киллин.

Девушка сделала вид, что засмотрелась в окошко на выходящих студентов, и Киллин не стал приставать с вопросами или рассказами о чём-либо другом. Впрочем, как он уже и говорил - рассказать было не о чем. Так что Киллин уселся на спинку сиденья и принялся охорашиваться, вытягивая крылья и поклёвывая с них что-то совсем уж мелкое, невидимое для Насти.

“Целый день пропустил, но пригласил на свидание?” - недоумевала про себя девушка, машинально трогая магическую цепочку пейдна Файонна и проверяя, закрылась ли она от Киллина.

Тиган вернулся хмурый. Когда карета выехала со двора академии, Настя не выдержала любопытства.

- Что случилось?

- Камилла меня дразнит, - после небольшой паузы признался он. - Пока я с ней прощался, она всё охала и ахала, куда девался Ристерд. - И, пока Настя думала, признаваться ли, что она уже знает о пропаже его однокурсника, он мрачно добавил: - Он сегодня не пришёл, а Камилла обрадовался, что появился повод рассердить меня.

“А если это не повод? - вдруг замирая от неожиданной догадки, подумала Настя. - А если она до сих пор влюблена в него? - Спустя секунды попыталась себя успокоить: - Но на свидание-то он пригласил меня!.. Правда… Всё равно странно…”

Лучшей причиной для перехода от тревожных мыслей о Ристерде (всё сильней появлялось впечатление, что она ответственна за него. С чего бы это?!) на иное, тоже не слишком радующее, оказалось ворчание Тигана, ещё не отошедшего от поддразнивания барышни Камиллы:

- А сейчас ещё дома что-то будет…

- А что будет? - не сразу поняла Настя.

- Бабушка обещала праздник в честь тебя, - замогильным голосом напомнил Тиган.

- И ты думаешь… - Настроение превратилось в странный предмет, готовый вот-вот взлететь и тут же рухнуть, разбившись на мелкие осколки.

- Я думаю, она пригласила кузин, - буркнул Тиган.

Ага! Тиган тоже не очень любил появление девушек - внучек дамы Летиции!

Как только эта мысль дошла до Насти, девушка взбодрилась и принялась утешать юного “родственника”. Остаток пути до поместья проехали в творческом настроении - создавая самые коварные планы, как заставить кузин с воплями умчаться домой. Так что к дому подъехали повеселевшие и даже готовые выдержать все ужасы предстоящего домашнего праздника.

Увы, бабушка Тигана переиграла их самые смелые предположения, как пройдёт вечер. С порога она объявила, что справлять новое положение Насти будут в городе - в выходные, обязательно пригласив родственников. Когда она ушла, убеждённая, что сделала “молодёжи” отличный подарок, Настя, отметив, как грустно повесил нос Тиган, пообещала:

- Зря, что ли всю дорогу придумывали? И, в конце концов, ты пространственник! Неужели не сумеем сделать так, чтобы твои кузины не захотели побыстрей сбежать от нашего общества? Нос выше! Мы им такое устроим!

- Но бабушка…

- Слушай, что тебе трудней - сидеть рядом с кузинами или мотаться по лавкам со всякими мелочами? То-то и оно! Если твои кузины заторопятся уйти, дама Летиция вряд ли разозлится. Она скорее обрадуется возможности погулять по торговым пассажам, а ты можешь отпроситься (она озорно улыбнулась ему, понимая, куда именно он захочет отлучиться), потому как боишься за Киллина, который может нахулиганить в этих лавках. И ещё, Тиган. Я привыкла, что дома у нас у всех есть возможность связаться друг с другом. Это называлось телефоны. После ужина я всё-таки установлю нормальную связь между тобой и фамильяром. Только возьми с Киллина слово, что он не проболтается!

- Я на него заклинание наложу! - торжественно пообещал воспрявший духом Тиган. - Такое, которое не разрешает фамильяру болтать с другими фамильярами.

Дракончик скептически фыркнул. Но, как поняла девушка, не на заклинание запрета, а на то, что Настя всё же решилась провести ритуал.

Но они это и правда сделали!

Радоваться им не помешала даже непрерывная болтовня-монолог до сих пор удивлённой дамы Летиции, которая во время ужина всё ахала, что Настя оказалась совсем иной по характеру - не смиренная мышка, а скромная, но серьёзная девица, умеющая отстаивать свои права.

После ужина они традиционно посидели с дамой Летицией у камина, пока она рассказывала историю их рода и семьи, одновременно под ярким светом многорожкового канделябра проворно вышивая очередную наволочку для “думки” (Настю всегда завораживала эта тонкая работа и удивительная скорость тонких пальцев дамы), а затем она милостиво отпустила “молодёжь” заниматься уроками на завтра.

Киллин не поверил глазам, когда Тиган с ним на плече прокрался в кабинет Насти.

Та уже начертила на полу ритуальный магический круг и готовила заклинания, медленно проговаривая каждое, чтобы убедиться: она не споткнётся на полуслове. Для ритуального круга она стащила мелки в кабинете Файонна, собираясь чуть позже обзавестись такими же в магических лавках, торгующих различными магическими ингредиентами. Торговцы вряд ли узнают в ней Слушающую, ведь многие ингредиенты одинаковы для разных магических ритуалов.

Сидя на корточках, Настя откинула со лба чёлку и велела:

- Дверь закрой на щеколду, чтобы никто не мешал.

Тиган бросился к входной двери в апартаменты, раздался щелчок. Обалдевший от происходящего, Киллин слетал на пол и стал следить за рисованием знаков, хлопая на них неверящими глазами. Настя мельком глянула на дракончика и кивнула: “Да, через полчаса ты будешь слышать Тигана!”

Пока она рисовала, в голову пришёл вопрос, глупый - из тех, что она обычно задавала старому Файонну.

- Тиган, а ведь все маги-пространственники - потенциальные воры и грабители? Как справляется с такими магами полиция?

- В конце пятого курса мы даём клятву на крови не использовать свои способности преступным образом. А если будет случай, когда преступление похоже на работу пространственника, то полиция немедленно вызовет тех магов, что работают на неё. Они умеют определять по остаточным силам, кто именно был на месте преступления.

“Вот как? Надо предупреждать Ристерда? Или он сам всё знает?”

Киллин, очарованный предстоящим, ничего не ответил, простецки раскрыв клыкастую пасташку на круг… Отступив от круга, Настя придирчиво оглядела его, повторяя про себя последовательность рисованных знаков и проверяя себя, а потом скомандовала:

- Тиган, становись вот на эти два знака!

Парень чуть не упал - так поспешно кинулся встать на указанные символы. Киллин уселся на плечо Насти, жадно заглядывая ей в лицо, а потом таращась на взбудораженного и немного растерянного хозяина. Девушка решительно сняла его с плеча и усадила на линию круга. Предупредила, кивая и Тигану:

- Киллин, как только я начинаю читать заклинание, беги по этой линии и выкликай имя Тигана - так долго, пока не услышишь, как он тебе отвечает! Понял?

“Понял!” - нетерпеливо подпрыгивая, ответил фамильяр.

- Беги!

Одно заклинание, второе, третье.

Чтение магических слов пошло по второму кругу, а Тиган всё молчал - и с лица его постепенно пропадала предвкушающая улыбка… Киллин бежал уже тяжелей - столько он никогда не бегал. Он даже помогал себе полураскрытыми крыльями, но уже чувствительно переваливался с боку на бок.

Он споткнулся и полетел кувырком, когда Тиган внезапно прошептал:

- Киллин! Я слышу тебя!

И заплакал, когда дракончик замер на полушаге, вглядываясь в него, а потом, пересекая круг, вперевалку поплёлся к хозяину, чтобы ткнуться головой в его ногу. Тиган осторожно сел на колени и, взяв Киллина на руки, прижал к себе.

Ощущая пересохшее от нервного напряга горло, Настя отошла к письменному столу и схватила чашку с приготовленным загодя тёплым чаем с мёдом. Она опустилась на мягкий стул, пила чай и, еле улыбаясь, смотрела, как, усевшись на полу, прямо в магическом круге, который заметно побледнел, Тиган пристально смотрит в глаза дракончика и улыбается, явно беседуя с ним мысленно.

Она потрогала свою цепочку, блокирующую фамильяров от неё, а её от них. Нельзя снимать. Первый разговор между хозяином и фамильяром самый сокровенный. Лучше не вмешиваться. Да и не до неё этим двоим, наконец воссоединившимся.

Сколько Настя видела таких парочек в кабинете старого Файонна, а всё никак не могла привыкнуть к тому, как человек и фамильяр в первые секунды смотрят в глаза друг другу. Как будто после долгой разлуки…

Входная дверь чуть дёрнулась, и Настя поспешила открыть её.

- Что вы тут запираетесь?! - сердито заговорила дама Летиция. - Не смейте запираться от… - И оборвала себя на полуслове, глядя на Тигана, который осторожно обнимался с дракончиком.

Присобрав край подола, хозяйка дома неловко подошла к кругу. Настя подошла к ней и, улыбаясь, посмотрела на неё. Дама Летиция помешкала немного и поцеловала её в щёку. Обливаясь слезами, она глубоко вздохнула:

- Ты послана нам, чтобы изменить нас и нашу жизнь, милая девочка. Я так благодарна тебе за моего внука, Насти! - И заплакала уже в голос.

Когда Тиган с бабушкой ушли, пожелав Насте спокойной ночи, она, не раздеваясь, потушила свечу и долго сидела у окна, глядя на ровно подрезанные кусты, на клумбы, по-осеннему пустые, но всё же строгих форм, из-за того за ними заботливо ухаживали…

В коридоре напольные часы пробили десять.

Девушка прикусила губу и сидела ещё несколько секунд. Затем встала, обулась и надела приготовленное загодя короткое меховое пальто, проверила, в кармане ли стащенные со стола бисеры, а потом захватила берет и юркнула в спальню, через одно из окон которой и выпрыгнула. Окно находилось не очень высоко, и Настя сумела прикрыть его так, чтобы не было видно, что оно открыто.

Оглядевшись, замирая от страха, что её увидят, и от предвкушения встретиться с Ристердом, она короткими перебежками от куста к кусту добежала до аллеи высоких кустарников, которые по мере ухода в сам парк сменялись высокими же деревьями. Здесь бежать было легче. Тени от деревьев были чёрными, потому что на небе едва тлела тёмно-жёлтая луна. И Настя нисколько не сомневалась, что охрана поместья её не разглядит - тем более не ожидая, что в поместье может появиться человек, который на ночь глядя бросится сломя голову неизвестно куда.

До бассейна она добежала быстро, ещё издали приметив, что на низком бортике сидит чёрная фигура. “Не обманул! Пришёл!” Она и запыхалась, и в то же время не могла удержаться от идиотски глупой улыбки. Видятся близко, один на один, всего лишь в третий раз, но почему у неё впечатление, что это не первое и не последнее свидание?

Человек обернулся на быстрый шелест её шагов и встал, неуверенно сделав шаг навстречу. Немного сомневаясь: а вдруг это не Ристерд? - Настя замедлила шаг, но в свете луны сразу узнала его и снова заторопилась.

- Добрый вечер, - скованно от неловкости поздоровалась она.

- Добрый.

Её улыбка снова начала исчезать. Почему он такой серьёзный? Почему не улыбается ей? Не рад? Или он полагал, что она должна была отказаться от свидания - слишком быстрого в их развитии отношений? То есть он считает её легкомысленной?

Но, приглядевшись, она заметила, что он странно похудел. Те чёрные тени, которые лепили его лицо, стали гораздо больше. И Ристерд смотрел на неё, тоже довольно необычно - будто искал что-то в её лице, будто проверял, та ли она, кто ему нужен. И… можно ли на неё положиться.

Странные впечатления. Откуда они? Из-за его испытующего взгляда?

И что дальше? Они так и будут стоять здесь, у бассейна, глядя друг другу в глаза? Расчёт на прогулку по парку оказался безнадёжно глупым?

Но Ристерд шевельнулся и согнул руку в локте.

- Погуляем по этой тропе?

Этот жест вдруг напомнил Насте, что она приготовила для него скромный подарок, скромно стащенный со стола. Впрочем, заметь дама Летиция, она бы сегодня не возражала. И девушка протянула Ристерду ладонь с бисерами.

- Это твоему братишке!

Он сначала не рассмотрел, а потому чуть склонился к её ладошке. Настя готовилась услышать искреннюю благодарность, но Ристерд внезапно отшатнулся.

- Насти! Прости меня! Прости! Если бы ты не предложила ягода для моего брата, я бы и в самом деле погулял бы с тобой - и всё… Всё… Но ты так добра… И я надеюсь… Насти, прости! Я надеюсь, что ты поможешь нам!

- Что случилось? - испугалась девушка, опустив руку с бисерами.

- Брат умирает, - отрывисто сказал Ристерд. - И помочь ему может только Слушающая. Прости, я вор. Я стащил твою тетрадь с записями, полагая, что они помогут нам вытащить брата - и ты никогда не узнаешь, что я воровал у тебя. Но я признаю, что это сделал, потому что просить о помощи могу лишь чистым от вины перед тобой.

- Простишь ли ты мне моё воровство?

- Прощу, - всё ещё с недоумением ответила Настя и добавила: - Ты же сделал это ради жизни брата. Но что с ним?

- Я не могу рассказать, - жёстко сказал мгновенно собранный Ристерд. - Это можно только показать. Я могу перенести тебя в помещение, где находится мой брат.

“А если его младший брат тоже маг-пространственник и попался на воровстве? - испугалась Настя. И тут же нахмурилась. - Но при чём тут тогда Слушающая? И что мне теперь делать?”

Совершенно растерянная, она мысленно металась от опасения попасть в дурную историю до насторожённости, не попасть бы в какой-нибудь розыгрыш.

- Как зовут твоего брата? - наконец решилась она.

- Ичан.

- И сколько ему лет?

- Двенадцать. Он натворил дел из-за семьи. - Ристерд сам смотрел, лихорадочно блестя глазами. - Я просил его, умолял не делать этого, но он не мог видеть, как страдает наша мать. Насти, помоги! Помоги, Насти!

- Переноси! - выдохнула девушка.

Ристерд тут же шагнул к ней и обнял, крепко прижав к себе.

- Закрой глаза, - предупредил парень. - Не смотри, пока я не скажу открыть глаза. В первый раз переноса будет муть и даже тошнота. Но это ненадолго. Закрой глаза.

Она подчинилась, слушая собственное, беспокойно зачастившее дыхание, а потом неожиданно стало страшно холодно, а из-под ног словно выдернули опору. И только тёплое дыхание Ристерда в её макушку позволяло понимать, что она ещё существует, несмотря на то, что тело явно растворилось в пустоте.

Девятая глава

“Почему в прошлый раз я этого не почувствовала?”

Чувствительность проснулась. Ноги коснулись твёрдой поверхности, но Ристерд всё ещё не отпускал Настю, поневоле уткнувшуюся носом в его грудь.

“Если он меня похитил, его быстро найдут. Значит, похищать меня он не будет”, - подумала девушка, сознавая, что не совсем логична.

Тем временем её ноги полностью приняли груз её тела.

“Почему я ему доверилась? Странно, но всё из-за тех же бисер. Не свяжи он свою просьбу с ягодами, ни за что с ним никуда не пошла бы!”

- Теперь можешь открыть глаза, - прошептал Ристерд.

- Ты уверен? - прошептала она, почувствовав, как в ответ отдалось уже её тёплое дыхание от его тела.

Он промолчал, а она, вспомнив его отчаяние, быстро открыла глаза. Прежде чем Настя огляделась и что-то увидела, в нос ударил сильный запах потной лошади и застарелый, какой-то обветренный запах конюшни. Наездившись в карете дамы Летиции, девушка запомнила этот порой сильно бьющий “аромат”. Правда, на этот раз запах был каким-то…. Устоявшимся, да - тем самым, обветренным. Отпрянув от всё ещё поддерживающего её Ристерда, она быстро осмотрелась. Тоже хорошо знакомо. Пару раз в конюшне благодетельницы своей Настя уже побывала. Из любопытства.

Почему он перенёс её в конюшню, если просил о помощи брату?

Спрашивать не стала. Ему надо - значит, объяснит. И Ристерд, как будто вспомнив, тут же заторопился. Не чинясь, он снял с ближайшего дверного косяка чадно горящий факел (видимо, масляной пропитки осталось маловато), а потом взял Настю за руку и повёл мимо пустых стойл. Покопавшись в памяти, девушка выудила воспоминание о том, что семья Ристерда живёт в отдельном крыле отданного кому-то дома. Значит, проблема с младшим братом, которая его сильно тревожит, не в доме?

Они дошли до последнего стойла. Остановившись, Ристерд очень напряжённо сказал, с сомнением вглядываясь в глаза Насти:

- Только… не бойся. Ты… сумеешь помочь.

И шагнул в сторону, пропуская девушку в стойло побольше остальных - наверное, потому что оно было последним. Поскольку внутри него помигивали небольшие огоньки, Настя поняла, что там есть свечи, и вошла.

Сначала даже испугалась. Хотя картинка, представшая глазам, была не очень страшной. В центре пустого стойла, на земле, лежал мальчик. На спине, под которую постелена какая-то тряпка. Первой движением было позвать Ристерда, чтобы он помог мальчику подняться. Но, когда она обернулась к Ристерду, сообразила, что он видел лежащего, а значит - именно его и хотел ей показать. Не сразу отведя взгляд от студента-пространственника, она вдруг испугалась. Не из-за того, что он придумал что-то страшное. А потому, что в его глазах, бликующих из-за резких порывов огня в его руке, уловила отчаянную надежду.

Догадалась, что от неё он ждёт помощи именно в этой ситуации.

И заторопилась к лежащему на земле мальчику.

Надо было сделать всего три шага. Уже на втором Настя споткнулась и застыла на месте. Мальчик лежал, не просто упав. Он лежал ногами в магическом круге, а телом - вне самого круга - точней, перекинувшись, словно последним броском, через линию круга. И ноги его… они будто… Девушка почувствовала, как маленькое помещение закачалось перед глазами. Ноги пропадали… в земле! Будто мальчика закопали по пояс!

- Что… случилось? - прошептала она, не оборачиваясь.

- Месяц назад у Ичана проявился дар Слушающего, - тем же шёпотом, слишком отчётливым в большой пустой конюшне, откликнулся Ристерд, медленно подходя к ней. - Один старик, маг, объяснил ему, что он может вызывать духов без круга и заклинаний. Потому что Ичан очень сильный. Я не знал про это, пока в доме не появились деньги. Мама обрадовалась, потому что наша одежда… - Ристерд споткнулся на полуслове. Облизал губы. - Ичан сказал, что нашёл работу для мальчиков на городском рынке. Это я его летом водил туда на помогать мне с разгрузкой телег. А потом он и сам… До сих пор пару раз он там и правда работал. И мы с мамой поверили ему. Мама зарабатывает вышиванием. Одна из лучших вышивальщиц города, потому что её вышивки тончайшие. Но у неё начали портиться глаза, и она… - Он сглотнул. - Она обрадовалась его деньгам. Что некоторое время может не брать заказы. На прошлой неделе я узнал, что он проводит ритуалы с призывом - так, как ему объяснил тот старый маг, с рынка. Но старик не знал всего ритуала. - Ристерд опустился на колени за головой брата. - Он однажды в детстве всего лишь присутствовал при нём, а сейчас, как смог, объяснил его Ичану. Сначала брат проводил ритуал раз в двое суток. И то уставал. Потом у него начало болеть тело. Не просто рука, там, или нога. Всё тело. Он не выдержал - признался мне, что проводит призыв. Я велел ему перестать это делать и купил бисеры. Лучше бы я этого не делал! - с горечью сказал Ристерд. - Он тут же решил, что может зарабатывать деньги, оправляясь после ритуалов ягодами бисеры. А позавчера…

- Бо-ольно, Ристерд… Больно, - застонал мальчик, не открывая глаза.

Ристерд мгновенно вынул из кармана ягоды, принесённые Настей, и выдавил содержимое одной из них прямо в рот брата. Тот сглотнул и затих.

Девушка с ужасом вспомнила слова Тигана о том, что бисера содержит наркотик. Вспомнила всё, что слышала о наркотиках в своём мире. Сколько ягод Ристерд уже дал братишке?! И сколько наркотика содержится в них? И чего ждёт от неё Ристерд? Что случилось с мальчиком во время ритуала? А то, что страшное событие явно произошло во время вызова, она уже не сомневалась.

Искривлённое от боли лица Ичана почти разгладилось, разве что две морщинки пролегли вокруг рта.

- Позавчера он нашёл двух магов, которые хотели полную связь с фамильярами. Привёл их сюда. Первый ритуал вызова прошёл, как обычно. Это Ичан мне сказал. Он позавчера ещё мог говорить со мной по-настоящему. А второй… Когда второй маг получил своего питомца и ушёл, Ичан провалился в землю… Когда он не пришёл к ужину, я сказал матери, что пойду, поищу его на улице. Сказал ей - возможно, Ичан заигрался со своими друзьями. Он иногда забывает о голоде, когда играет на улице. А сам прямиком отправился в конюшню.

Ристерд замолчал, с горечью глядя на брата. Ещё две ягоды он держал наготове. И, судя по всему, они должны вскоре ему понадобиться: лицо Ичана всё ещё оставалось напряжённым, и рот постепенно начинал кривиться.

- И нашёл его здесь. В этом состоянии. Он мне рассказал всё, даже отдал деньги для матери, а потом… Я понял, что он… застрял в том мире, откуда появился фамильяр второго мага, и попробовал пройти туда. - Ристерд внезапно улыбнулся улыбкой сумасшедшего. - Я, наверное, был полным идиотом, когда решился на это. И удивляюсь, как сумел вернуться. Но встать тоже не сумел. Всю ночь мы пролежали здесь, рядом. Пока наша мать бродила по улицам города, искала нас.

Он замолчал, угрюмо глядя на Ичана и машинально крутя бисеру в руках. А Настя смотрела на него, с мурашками по спине представляя, как братья лежали на холодной земле, и никто не знал об этом. И понимала теперь, почему Ристерд, так легко, почти не замечая, перенёсший когда-то из одного мира в другой не только её, но и Тигана с его дракончиком, сегодня испытывал трудности с её переносом даже по своему миру. Тот самый холод, от которого немело тело, - это он подсказывал, что Ристерд ослабел.

- А утром я сумел встать и набраться сил. Нашёл нашу мать и рассказал ей, что отправил Ичана к дяде. Тот живёт на другом краю города - это слишком далеко отсюда, чтобы проверить мои слова. А в конюшни она не ходит. Что делать ей здесь, в пустых помещениях? Я сказал ей, что задержался там неожиданно надолго, что дядя не отпустил меня в ночь в обратный путь. Она поверила. А что ей оставалось? Сначала я думал, что Ичан справится. Ну, как я. Полежит и встанет, вернув силы. Но он лежал и не мог выдрать ноги из земли, которая его удерживала, а на деле - не мог выдрать ног из чуждого нашему миру пространства.

Он передохнул от долгого объяснения: говорил быстро и тихо, будто удерживаясь от желания сказать всё эмоциональней, но боясь, что его эмоции могут помешать брату или причинить ему новую боль.

- Прошлой ночью я украл тетрадь, в которой ты описывала ритуал и заклинания. Но ты писала на своём языке, хоть и нашими буквами…

- Ты знаешь, кто я… - от страха Настя охрипла.

- Знаю. - Ристерд хмуро взглянул на неё. - Я вспомнил ещё тогда, в лавке мастера-обувщика… Сначала не поверил, но потом… Нет, сейчас главное - мой брат. Насти, помоги! Сделай что-нибудь, чтобы вытащить его оттуда!

- Но если ты знаешь, кто я, то должен понимать, что я не настолько обучена! - сердитым шёпотом выпалила девушка. - Прошло всего несколько недель, как я начала заниматься вызовом! Я не понимаю многого! Только самое главное! Для меня положение твоего братишки - тьма тёмная (слышала она, как выражался Тиган в таких случаях)!

- Ну хоть что-то сделай, Насти! - взмолился Ристерд, быстро выжимая бисеру в рот снова заплакавшему брату, который явно не видел и не слышал их. - Посмотри! Он уже по пояс в земле! А позавчера - только по колени был! Его продолжает втягивать! Прочти хотя бы те заклинания, которые ты выучила!

- Ристерд, не говори чушь! - шёпотом обозлилась Настя, сама чуть не плача из-за тонкого поскуливания Ичана. - Все заклинания основаны на принципе вызова, а тут, как минимум - должен быть принцип отторжения!

- Ты права… - сник Ристерд, отчаянно кривясь при взгляде на братишку. - Но неужели… Неужели Ичану не выжить?

Оба замолчали ненадолго, а потом Ристерд бесстрастно сказал:

- Последняя надежда на то, что я вцеплюсь в него и попробую остановить процесс выскальзывания в другой мир.

- А если тебя самого втянет? - безнадёжно спросила Настя.

Опять замолчали. Девушку уже трясло. Несмотря на недолговременное пребывание в этом мире, и она пыталась найти хоть какой-то мало-мальски приемлемый выход из убийственной ситуации.

- Ристерд, - наконец решилась она. - Если ты хочешь, чтобы твой брат жил, есть одна возможность помочь ему.

Он быстро обернулся к ней.

- Какая? - выдохнул он.

- Обратиться к ещё одному человеку. Но есть затруднение: этот человек захочет оставить твоего брата при себе на время обучения. А может, и вовсе спрятать его, пока он не вырастет и не сумеет сам остерегаться тех, кто убивает Слушающих, - протараторила она, лишь бы он не перебил и дал высказаться.

- Ты имеешь в виду пейдна Файонна? - пристально вглядываясь в Настю, спросил Ристард. - Его?

- Да.

Он осторожно, всё так же, на коленях, придвинулся к брату - положить его голову на ладони. Судя по мучительно сдвинутым бровям, он серьёзно размышлял.

- Но тогда брат окажется под стражей.

- Зато останется жив, - чуть дыша, напомнила Настя.

- Мы с мамой редко будем его видеть.

- Зато он останется жив! - упрямо повторила девушка.

- Но как мы его сюда?.. - решился Ристерд. - Я не в силах больше сегодня переходить пространствами!

- Это уже моя проблема, - с облегчением сказала Настя, стараясь не выдать страха: ей, внимательно приглядывавшейся к Ичану, показалось, что земля снова надвинулась на его тело, пожирая его. - Потерпи немного, пока я переговорю с его фамильяром. Надеюсь, Файонн приедет сюда и сумеет помочь твоему брату.

Она вышла из стойла, чтобы не терять внимания из-за сосредоточенности над тем, что происходит с мальчиком.

Прислонилась к стене напротив и, сняв с шеи блокирующую фамильяров цепочку, закрыла ладонями глаза. Вызвала образ старого, серого от седины пса.

“Виччи!”

Пёс словно обрёл краски. Она увидела его будто воочию: и он спал в каком-то углу, на половичке.

“Виччи!”

Фамильяр старого Файонна поднял лохматую голову. Блеснули жёлтым отсветом глаза. Пёс склонил голову, прислушиваясь.

“Виччи, это Насти. Я нашла ещё одного Слушающего. Но с ним беда. Он самостоятельно решился на ритуал, не зная тонкостей. И чужой мир забирает его к себе. Сумеет ли пейдн Файонн помочь ему?”

Пёс тяжело встал и не спеша потрусил ближе к свету.

Не говоря мысленно, просто думая, Настя поторапливала его: “Ну же, Виччи! Побыстрей! Дело жизни и смерти!” И понимала, что старый фамильяр по-другому не может. Но вот она, держа образ Виччи перед глазами, увидела, как тот подошёл к столу, за которым сидел пейдн Файонн. Пёс поднял голову, и старик обернулся к нему.

Выслушав мысленный рассказ фамильяра, Файонн взялся за его ошейник.

“Хозяин говорит, что поможет, но Слушающего он возьмёт под свою опеку, в дом под охрану своих стражей. Согласен ли он?”

“Это мальчик. Он без сознания, только плачет от боли. Рядом его старший брат. Я его предупредила о возможном переезде мальчика в дом пейдна Файонна. Он согласен”.

“Хорошо. У тебя есть с собой мелки?”

Немного помешкав и смущённо улыбаясь, Настя ответила: “Есть, но не все. Нет тех - самых редких, которые с кровью”.

Виччи, наверное, пересказал слова Насти хозяину, потому что помолчал, а потом снова заговорил: “Кто старший брат Слушающего?”

“Пока не могу сказать, - уклончиво ответила Настя. - Мне надо спросить, готов ли он… - она запнулась: рассекретиться? Просто назвать своё имя? А вдруг Ристерду нельзя этого делать? - Я сейчас спрошу у него”.

“Мы подождём”, - медленно и даже величественно ответил пёс.

Настя оттолкнулась от стены и быстро заглянула в стойло.

- Ристерд, пейдн Файонн желает знать, кто старший брат мальчика.

- Скажи, - кивнул тот, всё ещё бережно держа в руках голову Ичана.

Она снова выбежала в коридор и назвала имя Ристерда.

“Пространственник?!” - удивился пёс и вскинул голову к старику, который внимательно слушал переговоры.

Ничего себе… Ристерда настолько хорошо знают в академии?

Неожиданно для Насти пейдн Файонн резко выпрямился и поспешно закивал, что-то говоря фамильяру. У того аж глаза блеснули сильным чувством. Да что у них там?!

“Барышня Насти! Его кровь - самое лучшее, что может быть для мелков в этом ритуале! Кровь пространственника! Если он не пожалеет её для брата, ритуал можно будет совершить в считаные минуты!”

“То есть я должна попросить у Ристерда кровь для мелков - и мы тут же начинаем вытаскивать мальчика?”

“Именно!”

“Я думала - приедет сам пейдн Файонн”, - не сдержала удивления Настя.

“Лучше, если мальчика привезёте вы сами, - ответил Виччи. - Охрана не должна знать, что появился ещё один Слушающий!”

Настя удивилась, но промолчала. Все вопросы - потом. Сейчас - жизнь мальчика на временнОм кону! И она вошла в стойло и передала пояснение старого Файонна о крови Ристерду. Тот пару секунд смотрел на неё, а потом спросил:

- Всё-таки ты будешь проводить ритуал вызволения?

- Пейдн Файонн приехать не сможет.

Ристерд молча встал и отогнул в сторону край куртки, позволяя тем самым увидеть на поясе ножны небольшого кинжала. Краем клинка он надрезал кожу на мякоти ладони, и Настя торопливо подставила вынутые мелки под быстро бегущие капли крови. Мелков было мало - огрызки, которые, как она надеялась, не были нужны в академии, но которые ей хотелось иметь с собой на всякий случай.

А далее последовал ритуал.

- Что делать мне? - тихонько спросил Ристерд, глядя, как Настя примеривается к магическому кругу.

Выслушав ответ фамильяра на его вопрос, она сказала:

- Найди, сколько сумеешь, свечей и зажги их так, чтобы в круге не было тени. А потом продолжай держать Ичана, но за подмышки. Не забывай, что ты не должен при этом заходить за край линии. Не должен попадать ногами в круг.

Пока Ристерд бегал за свечами, Настя обновила линию магического круга, вышла сама за его границы и принялась вписывать в круг, вокруг Ичана, подсказываемые фамильяром знаки и символы. Вернулся Ристерд, обошёл стойло, где смог - укрепил свечи и зажёг их. Настя придирчиво осмотрела круг: ни одной тени, как и требовалось.

“Виччи, спроси пейдна Файонна: если мальчик начнёт высвобождаться, можно ли Ристерду его тащить?”

“Можно, - отозвался пёс. - И даже нужно. Если он будет медленно выходить из иного мира, измотает тебя и вымотается сам!”

Настя немедленно передала слова фамильяра Ристерду, и тот снова уселся за Ичаном, просунув руки ему под мышки. Поднял глаза на девушку. Та кивнула и начала писать заклинания под диктовку фамильяра Файонна над линией круга. На этот раз заклинаний было много. Закончился первый ряд слов. Начался второй. Когда до конца третьего осталось немного места, Виччи сказал, что это было последнее письменное заклинание. Теперь пора переходить к устным.

И начался второй этап.

Настя на корточках передвигалась вне круга и, зачёркивая окровавленным мелком его линию, чётко произносила все слова, которые озвучивал ей фамильяр Файонна.

Когда она обошла круг в третий раз, Ристерд вдруг дёрнулся назад и чуть не упал. А Ичан, всё ещё не открывая глаз, болезненно охнул.

- Не торопись, - бесстрастно от напряжения напомнила Настя. - Иначе причинишь брату лишнюю боль. Лучше ощути его тела. Как только ослабеет хватка того мира и тело Ичана станет податливым, потихоньку его вытаскивай.

На седьмом кругу Ристерд привстал и попятился, мягко и даже вкрадчиво вытаскивая братишку из круга. Это и правда выглядело вкрадчиво: юноша словно боялся, что тело Ичана вот-вот снова рванут в землю.

Когда ступни Ичана оказались на линии круга, у Ристерда сдали нервы: он всё-таки изо всех сил ломанулся назад, одним рывком с силой стащив брата с опасного места. Свалился на утоптанную землю стойла и, не мешкая, втащил брата к себе на колени. Настя, тоже без сил, уселась рядом. Дышал Ристерд часто-часто, не замечая собственных злых слёз, бегущих по щекам. Медленно повернул голову и, задыхаясь, тихо сказал:

- Я думал… - И затих, снова глядя на Ичана, на лице которого не сразу, но пропадала гримаска боли.

Но девушка и без продолжения сообразила, о чём думал старший брат юного Слушающего. И только вздохнула.

- Насти, и что дальше?

- Сейчас узнаю.

“Виччи, мы вытащили Ичана”.

“У вас есть деньги на извозчика?”

- Ристерд, - смущённо обратилась к нему Настя. - У тебя хватит денег взять карету до дома пейдна Файонна?

- Хватит.

“Доезжаете до переулка, где живёт пейдн Файонн, а потом идёте по улице, пока не увидите наш дом. Я встречу вас и помогу обойти здание и попасть к нам чёрным ходом”.

Настя пересказала объяснение фамильяра Ристерду и озадаченно спросила:

- Ты понимаешь, что происходит?

- Нет. Но если пейдн Файонн не объяснит мне причины столь странного распорядка проникновения в его дом, Ичана я у него не оставлю.

Он встал на ноги, помог подняться Насте, а потом легко взял на руки брата. Девушка потушила огарки свечей и пошла впереди с единственной свечой, открывая все двери перед братьями, вновь озадаченная: а как же они в полуночном городе будут искать карету? Часов нигде нет, естественно, но Настя предполагала, что время довольно позднее. Но Ристерд шёл уверенно, и она положилась на эту его уверенность.

Вскоре свеча погасла - воск закончился, и теперь впереди шёл Ристерд с братом на руках. Он вывел девушку сначала в подмёрзший в ночь сад, а затем - на улицу. Пришлось пройти ещё минут десять, прежде чем они очутилась на довольно широкой улице, где, как ни странно, нашёлся извозчик, который даже не спросил, что делают на улице в такой поздний час молодые люди с мальчиком на руках одного из пары. Он лишь открыл дверь кареты и кивнул на переданный ему адрес.

Дальше всё было так, как обещал фамильяр. Карета остановилась выпустить своих поздних пассажиров, а потом исчезла в тёмной городской дали. Ристерд и Настя некоторое время слушали пропадающий перестук колёс и лошадиных копыт, а потом переглянулись и поспешили вперёд. Поглядывая на Ичана, Настя, честно говоря, побаивалась, всё ли с ним в порядке, потому как на руках старшего брата мальчик лежал безвольно и до сих пор не приходя в себя. Оставалось надеяться только на старого Файонна, что он наслышан о таких состояниях. Недаром старик так быстро откликнулся с объяснением, как вырвать мальчика из чуждого мира.

Поглядывая на идущего сбоку Ристерда, Настя размышляла и о том, как ей вести себя с человеком, который знает, кто она и откуда. Но больше всего её беспокоил другой вопрос при взгляде на Ристерда. Он, судя по всему, единственный человек, который может легко доставить её в свой мир. И тут Настя терялась: а хочет ли она возвращения?

В конце концов она помотала головой и решила: не будет пока даже думать о том. Слишком много проблем, которые надо решить. Например, свиданий теперь не будет? После сегодняшнего? И устало усмехнулась: так себе шуточка…

- Ты что? - скосился на неё Ристерд.

- Ничего.

- Насти… Прости меня. Можно, если с братом всё будет хорошо, я завтра приду к тебе?

- В каком смысле? - не сразу среагировала она. И смутилась. - Зачем придёшь?

- Сегодня мы не смогли погулять, - напомнил Ристерд.

Она посматривала на него и втихомолку удивлялась: как он быстро пришёл в себя! Уже нет в интонациях обречённости. А есть твёрдая уверенность человека, который знает, чего хочет. А она? Хочет ли она повторения… Впрочем, нет. Повторения не хочет. Да и…

- Почему бы и нет? - прошептала она и уже вслух добавила: - Приходи.

Он ничего ответить не успел.

Из-за угла забора, окружавшего нужный им дом, выплыла тень, и Настя услышала: “Насти, идите за мной!”

Фамильяр и в самом деле провёл юношу и девушку вокруг здания и показал небольшую дверь. Та открылась перед их носами, и старый Файонн тихо сказал:

- Постарайтесь не шуметь, чтобы вас не услышали.

Первым вошёл Ристерд с братом на руках, потом - Настя. Старый Слушающий закрыл за ними дверь, перед тем внимательно оглядевшись.

Виччи длинным коридором, который, казалось, тянулся вокруг всего дома, провёл ночных гостей в небольшую каморку, где из мебели присутствовали лежанка у стены, за которой, как объяснил старый Файонн, топился камин; тут же была скамейка - видимо, вместо диванчика, а в стене напротив торчали несколько крюков для одежды. Ристерд, посомневавшись, положил младшего брата на лежанку и обернулся к старику, который догнал их и тоже вошёл в комнатушку.

Слушающий протянул ему руку, и удивлённый Ристерд взял два ключа на кольце.

- Что это?

- Один ключ от чёрного хода, которым вы вошли и которым сейчас выйдете. Второй - от двери в сам дом. Я провожу вас и покажу эту дверь.

- Но зачем? Почему вы не хотите, чтобы охрана знала про Ичана?

Настя понимала эмоции Ристерда, который уже был готов смириться с потерей брата и который теперь насторожился, едва почувствовал неясную угрозу для Ичана.

- Я стар и неинтересен убийцам Слушающих, - спокойно усмехнулся старик. - Но юный Слушающий - это огромный соблазн для них. Даже при той охране, которая у меня есть. Мальчик будет жить в этом доме и обучаться. Но только вечером и ночью. Днём он будет жить, как обычный человек без капли магии в крови. Сумеешь ли ты, нетерпеливый Ристерд, добиться от младшего брата такого послушания?

- Ради брата я готов стать терпеливым, - хмуро сказал тот.

- В таком случае, выслушай меня внимательно. Три дня Ичан проживёт здесь, чтобы прийти в себя. Потом ты появишься и заберёшь его домой. И будешь переносить его вечерами ко мне, на обучение. Ты всё понял, Ристерд?

- Да.

- Тогда поговори с братом - он сейчас очнётся. А ты, барышня Насти, иди со мной. Чтобы не мешать беседе братьев. Ристерда после разговора приведёт к нам Виччи.

Старый пёс качнул головой и уселся у изголовья братишки Ристерда, а Настя послушно последовала за стариком.

В большой комнате горела лампа, чуть чадящая, но дающая достаточно света, чтобы видеть глаза собеседника.

- Девочка, давно ли ты знаешь Ристерда?

- Он видел меня в лавке, где я нечаянно проявила свои способности Слушающей, - послушно ответила Настя, сумев, поразившись тому, обойти опасное место в беседе. - А потом узнал в академии. Но там он не подходил ко мне.

- Теперь понятно, почему он обратился именно к тебе за помощью, - задумчиво сказал Файонн.

Настя на всякий случай кивнула. До слёз не хотелось говорить, что она-то предполагала свидание с Ристердом. Из того же “на всякий случай” она осмелилась спросить:

- Мне не стоит больше разговаривать с ним?

- Ну почему же? Я слышал о юноше, что он сильнейший пространственник на своём курсе. И здесь ситуация оборачивается тем же полезным, что и для его младшего брата. Ристерд будет твоим защитником там, где придётся действовать очень быстро. Да и, насколько я наслышан о нём, он и отбиться сумеет от тех, кто решится напасть на тебя.

“Итак, меня благословили на дружбу с Ристердом! - с трудом удержавшись от смешка, решила Настя. И вспыхнула. - Мне… нравится это!”

Десятая глава

Эту ночь Настя чуть позже считала чем-то вроде порога. Из одной эпохи в другую.

После ночного приключения всё покатилось как-то не очень привычно для той жизни, что была у неё здесь до сих пор. Ристерд доставил её домой - всё тем же загадочным способом нашёл ещё одного извозчика, но велел ему ехать не к дому дамы Летиции, а к соседнему. Настя была ему благодарна, потому что, как и в случае со старым Файонном, карета остановилась задолго до нужного здания, а дальше она и Ристерд погуляли, как парень и обещал, - улицу. И никто не узнал, что она отлучалась из дома. Ведь уже в поместье, где они то и дело приседали и оглядывались на каждом шагу и на каждый шорох (а вдруг сторожа увидят?), он помог девушке залезть в окно её спальни и распрощался, хотя она втайне опасалась, что он будет напрашиваться в гости.

Утром приключение продолжалось, но уже в ином виде.

Дама Летиция за завтраком охала и ахала. Она придумала праздник для своих “малолетних” родственников, а для него не хватало небольшой мелочи - они должны уметь танцевать! Тиган насупился, но признался, что основные светские танцы он знает. Так что проблемой для его бабушки стало лишь Настино неумение танцевать. Настя помалкивала. Она не совсем поняла, в чём дело с танцами, и решила расспросить “кузена”, когда появится возможность.

Судя по встревоженному Тигану, он знал, что задумала бабушка. Так что по дороге в академию Настя сразу спросила:

- Тебе что-то не нравится - из того, что дама Летиция готовит для праздника?

- Мне очень не нравится… - с досадой начал было Тиган и махнул рукой. - Ты-то пока не знаешь, а она хочет привести нас завтра в зал дамы Оноры. Обычно именно там встречаются все студенты, если кто-то хочет что-то отметить и у него есть на это деньги. Или родители устраивают праздник для своих детей - в честь чего-либо. Единственное, что плохо, - родители студентов всегда остаются на этот вечер.

- Но они же платят за этот праздник! - сообразила Настя.

- И что? - буркнул Тиган. - Вот честно, Насти! Я люблю танцевать, и мне наверняка разрешат пригласить на этот праздник барышню Камиллу. Но танцевать под пристальными взглядами бабушки - ой, как не хочется!

- Цена за танец с Камиллой небольшая, - заметила Настя, улыбаясь тихонько, чтобы он не обиделся. - И потом. Когда бы ты смог потанцевать с ней вообще? А сейчас будет повод.

Тиган серьёзно поразмышлял над её аргументом и признал, что девушка права. И тогда Настя воспользовалась его приподнятым настроением и спросила:

- А зачем нужно, чтобы я умела танцевать? Могу и просто посидеть в уголочке, рядом с дамой Летицией.

- Это твой первый бал, пусть и не самый значительный, - хмыкнул Тиган. - И бабушка отлично это знает. А поскольку ты, как бабушка придумала, из бедной семьи, то у тебя своего первого бала не было. О чём все знают. Ты просто обязана будешь танцевать в зале дамы Оноры! Ну, ладно, - решился он. - Знаю, что бабушка будет к тебе сегодня приставать, чтобы научить тебя нашим танцам. Но, думаю, я сам сумею показать тебе после ужина несколько па, чтобы она не слишком придиралась к тебе и оставила в покое.

Про себя Настя подумала, что обучение танцам - это всё-таки не так страшно. Тем более, в средних классах она ходила в студию народного танца и довольно быстро и легко училась любым, которые там преподавали. Поэтому, внутренне согласившись даже на такого учителя, как дама Летиция, и обрадовавшись Тигану, она успокоилась и выбросила мысли о будущем празднике из головы. Пока заворачивали на академическую “автостоянку”, девушка всё поглядывала в окошко кареты, стараясь разглядеть на крыльце учебного заведения Ристерда. И нашла его! Он стоял со своим другом Силлаком и нетерпеливо оглядывал приближающиеся кареты. При виде кареты дамы Летиции он даже невольно шагнул вперёд, но вовремя опомнился и встал рядом с другом, делая вид, что ничего особенного не происходит.

Он искал её!

На сердце стало тепло и радостно.

Затаённая улыбка, которую Настя рассмотрела на его спокойном лице даже из кареты, подсказывала, что с его младшим братишкой явно всё хорошо. И девушке оставалось лишь гадать: только ли этому обстоятельству в своей жизни рад парень, отчего он и сделал этот шаг, едва приметив карету, в которой ехала она.

Обходя угол академии, чтобы попасть в административное здание, она размышляла, что рада даже тому, что с Ичаном всё в порядке, что он вне опасности. И даже если узнает, что Ристерд её использовал - только использовал! - для его спасения, то она нисколько не огорчится. Наверное. Но лучше, если всё будет не так.

День прошёл, как по накатанной.

Впрочем, Настя не скрывала от себя, что с нетерпением ждёт момента, когда дама Лаоиз проводит её к карете. И наступил вечер. И дама не спеша зашагала рядом с Настей, которой хотелось бегом броситься к карете, свалиться на сиденье скамьи и… И выяснить, в самом ли деле она была нужна Ристерду только из-за погибающего брата. Но заставила себя спокойно и “достойно”, как любила приговаривать дама Летиция, попрощаться с дамой Лаоиз, а затем без спешки подняться по ступеням в салон кареты. И, дождавшись, когда кучер закроет за нею, и расправив складки юбки, сесть на скамью.

И выпалить первый вопрос:

- Как ты сбегаешь с последнего занятия? А вдруг увидят?

Появившийся из ниоткуда на скамейке напротив Ристерд улыбнулся.

- Мы с Силлаком сидим на последнем ряде. А поскольку последним занятием чаще бывает лекция, то никто не замечает моего исчезновения. Спасибо, Насти!

И протянул ей три розы. Чувствуя, как теплеют её щёки от румянца, девушка приняла цветы и тут же сунула нос в бархатные, тёмно-красные лепестки. Вдохнула холодноватый, царственный аромат и спросила:

- Где ты берёшь такие чудесные цветы?

- В нашем старом цветнике, - ответил Ристерд. - В нём сейчас, конечно, не так тепло, как раньше. Мы закрываем трещины в его стенах, защищая их от осенних морозов, всем, чем только можно. Но мама до сих пор ухаживает за кустами, и потому я могу приносить их тебе.

“Цветы достать легче”, - сказал он однажды.

Настя глубоко вздохнула, расслабившись: Ристерд носит ей не ворованное! Хм. Оказывается, хоть она много и не думала об этом, мысль о его воровстве её очень тревожила. Да и неприятно было.

- У вас очень красивые розы, - с силой сказала она, вдыхая морозно осенний запах.

В полутьме кареты Ристерд вдруг вскинул голову и, глубоко вдохнув, сказал:

- Насти, мне надо попросить у тебя прощения. Ведь я…

За дверцей внезапно слишком близко раздались голоса.

- Мне пора, - отчаянно сморщившись, тихо сказал Ристерд, наклонился вперёд и взял её свободную ладонь.

Настя пожалела, что она в перчатках: так захотелось почувствовать тепло его рук! А он ласково будто побаюкал её ладошку в своих, кивнул и пропал. Даже звонка с последней пары не дождался - снова пожалела она. А потом сообразила: ему ж надо до звонка вернуться в аудиторию, чтобы не заметили, что он пропадает по личным делам.

А голоса тех, кто испугал его неожиданным появлением, отзвучали, затихая в сторону, словно беседующие просто проходили мимо кареты.

Пока рядом никого, Настя вдруг вспомнила, как в своём мире гуляла с Мишей, высоким и широкоплечим студентов, целеустремлённым и продумавшим всю свою жизнь до последнего парнем. Он учился на физмате, а встретились они в день студентов, на празднике, организованном администрацией университета. На два курса старше, он часто заводил разговоры о совместном будущем, нисколько не сомневаясь, что Настя не откажет ему, если он захочет предложить ей руку и сердце. И для неё всё тоже было определено этой его деловитой самоуверенностью. Поэтому, когда однажды они поссорились из-за пустяка, а потом не сумели помириться… Для неё такое положение дел стало потрясением. И теперь она пыталась сравнивать. Миша. С ним было спокойно, потому что никаких загадок в его жизни не было и нет. Он всегда планировал что-то наперёд и тут же делился планами с нею, словно проверяя себя, всё ли он правильно решает. Полностью предсказуем. А Ристерд… Настя криво усмехнулась. И что - Ристерд? Не считать же его “своим” парнем? Но… он приносит ей цветы!.. А если только в благодарность за Ичана?.. Трудно быть логичной, когда мало что понимаешь - в жизни этого мира и его обитателей…

“Начнём с самого начала, - вздохнула Настя. - Ристерд мне нравится? Да, нравится. А я ему? Цветы же приносит! И что из того? Эх, научил Миша в первую очередь быть практичной. И как может не понравиться Ристерд? Не скажешь, что он красив. Но его внешность притягательна. Ну, и… Не только для меня, если вспомнить его короткую дружбу с барышней Камиллой… Господи, о чём я думаю! Меня больше должно волновать то, что сейчас волнует Тигана! Завтрашний праздник-бал! А потом - учёба на одном курсе с теми, кто только знакомится с магией, как я!”

И через секунды чуть не рассмеялась: проблемы Тигана, может, волновать и должны, но волнует почему-то только Ристерд! Сам! Без его личных проблем! И тут же вспомнила: за что он хотел попросить у неё прощения? За то, что украл тетрадь? Но он уже объяснил, что эта кража для него была жизненно необходима. Настя уже озадаченно сомкнула брови. Или он что-то натворил, из-за чего может пострадать она?

Вскоре примчался Тиган, и Киллин сразу уселся на плечо Насти.

“Мы проводили барышню Камиллу! - сообщил он, будто Настя и не знала об этом. - И пригласили её на праздник, потому что она нам нравится!”

Тиган, смеясь, взглянул на фамильяра.

- Болтун!

“Ох! - испугался дракончик. - Я совсем забыл, что хозяин меня слышит!”

Настя и Тиган расхохотались.

- Что? - улыбаясь, спросил Тиган. - Есть и свои трудности в общении с неглухим хозяином, а, Киллин?

“Настя - твоя кузина! - придя в себя после конфуза, заявил дракончик. - При ней нам можно болтать о чём угодно, да?”

- Здесь ты прав, - кивнул парень. - А ещё нам придётся с кузиной сегодня порепетировать - научить её танцевать!

И после ужина Тиган бесстрашно отбил “кузину” у бабушки, вознамерившейся было самолично проследить за обучением дальней родственницы. В кабинете Насти Тиган, напевая какую-то детскую песенку, показал основные па здешнего танца, по мнению девушки, близкого к вальсу, а также научил движениям танца, в котором пары меняются партнёрами.

- А ты быстро запоминаешь, - удивлённо сказал парень, запыхавшись, после того как оставил девушку у предполагаемых кресел для отдыхающих.

- А что тут такого? - пожала плечами Настя. - Честно говоря, я не думаю, что на том празднике, который устраивает нам твоя бабушка, мне придётся вообще танцевать.

- Ну, один партнёр для танца у тебя уже есть, - серьёзно пообещал Тиган. - И, я думаю, если другие юноши увидят, как ты танцуешь, они тоже подойдут к тебе.

- Посмотрим, - улыбнулась девушка.

Но такого сюрприза, который им приготовила дама Летиция, они оба не ожидали!

Она пригласила на праздник в доме дамы Оноры курс Тигана!

Когда Настя под руку с “тётей” вошла в зал, где уже вполголоса разговаривали юноши и девушки, она даже легонько так почувствовала себя ошарашенной. От внезапного созерцания целой толпы, как ей показалось, она напряглась и двигалась довольно скованно. А вот сияющая и довольная дама Летиция улыбалась, как хитрая кошка, но не выдержала, обернулась-таки к внуку, шедшему позади, и гордо спросила:

- Как тебе, Тиган, придуманный мной праздник?

- Бабушка… - только и сумел выдавить тот, ошеломлённо глядя на всех, которые при виде однокурсника загомонили и радостно потянулись к нему.

Дама Летиция повела Настю к креслам, где их уже дожидалась полненькая и весёлая дама Онора, с которой “тётя” и познакомила “племянницу”.

Распорядитель праздника для молодёжи быстро навёл среди собравшихся порядок, а приглашённый оркестрик из двух скрипачей, арфистки и музыканта, игравшего на чём-то, похожем на странной формы аккордеоне, принялся тут же исполнять жизнерадостную мелодию, создавая настроение. Хотя Настя себе сразу призналась, что праздник она прочувствовала быстро: светлый от множества свечей зал переливался из-за стеклянных украшений, а закрытые окна щеголяли шелковистыми светло-кремовыми шторами. По стенам тут и там виднелись небольшие столики-полки, крепящиеся на одной ножке, с тарелками и вазами со сладостями и окружённые стеклянными бокалами такие же прозрачные кувшины - видимо, с напитками. Юноши, одетые одинаково и строго: чёрный низ - белый верх, чуть не во фраках, если считать чёрный жилет на каждом, и девушки в лёгких разноцветных платьях, смеялись и взбудораженно оглядывались, разговаривая со всеми, на кого падал взгляд.

Настя, собравшись с духом, попыталась найти Ристерда - он же тоже однокурсник Тигана! - но не сумела разглядеть его, и с трудом удержала на месте предвкушающую улыбку. Ну ладно. Наверное, дама Летиция не захотела приглашать того, кто едва не убил её внука, и Настя понимала её мотивы в этом случае. Но… Рассказал ли Тиган бабушке, что он помирился с Ристердом? Наверное, забыл… Старательно натягивая на губы улыбку, девушка чувствовала, как настроение падает, несмотря на все доводы рассудка.

А праздник начался.

Распорядитель, предупреждённый, к Насте не подходил. Зато среди всех остальных студентов устроил такой фейерверк разных игр, что даже девушка наконец пришла в себя и заинтересовалась происходящим. Она даже примеривала на себя эти шуточные задания: сумеет ли она сделать то, что студенты делают с огромным азартом?

Между играми - танцы!

И тут уж Тиган оторвался! Он первым вывел кокетничающую с ним барышню Камиллу в круг возле музыкантов, а за ним повели свои партнёрш другие юноши. Один танец, второй… Настя вздохнула, когда был объявлен третий, и радостно засмеялась, когда Тиган чуть не бегом бросился к ней, оставив Камиллу рядом с дамой Летицией, которая принялась благосклонно беседовать со студенткой. Оказывается, Тиган выбрал самый лёгкий для Насти танец, за что она, сообразив это, была ему очень благодарна.

Праздничное настроение полностью вернулось к ней, когда, оттанцевав, Тиган привёл её к бабушке, а сам побежал к распорядителю с просьбой побольше включать в программу вечера танцы попроще, чтобы могли участвовать все желающие, не всегда умеющие совладать с фигурами сложных танцев.

Настя не успела сесть, а барышня Камилла, которой её представили, уже встала, когда в зале произошло кое-что.

Распорядитель объявил следующий танец, после которого, как он намекнул, приглашённых ждала ещё одна игра.

Счастливый Тиган ожидаемо обернулся к Камилле, которая обрадованно встретила его взгляд. И тут же посмотрела в сторону, явно растерянная. Настя оглянулась по направлению её взгляда и затаилась.

Через весь зал к ним шёл Ристерд. Шёл уверенно и с полным осознанием своего права здесь находиться. Настя даже испугалась за него: а вдруг его отсюда со скандалом выгонят?! Но услышала голос дамы Оноры:

- Сорок второй! Наконец-то! Не надо бы на такие праздники опаздывать!

- Симпатичный юноша, - одобрительно заметила дама Летиция. - Барышня Камилла, кажется, он идёт к вам.

Тиган застыл, глядя на однокурсника такими совершенно очумелыми глазами, что Насте стало жаль его. Неужели Ристерд при всех решил пригласить Камиллу потанцевать, чтобы насолить однокурснику, с которым часто цапался?

Остальные студенты на Ристерда внимания не обращали. Ещё бы. Половина собравшихся уже танцевала, встав двумя рядами, - тот самый танец, в котором надо меняться партнёрами. Студенты шутили по поводу обмена в танце, и каждый старался переманить к себе наиболее симпатичных. И через десяток шагов, идущий через зал Ристерд был вынужден слегка отклониться в сторону. Увы. Даже в этом случае Тиган не успевал перехватить свою барышню Камиллу.

Настя бросила взгляда на девушку.

Та стояла тоже в растерянности, глядя то на торопящегося к ней Тигана, то на неотвратимо (как вдруг подумалось Насте) шагающего к ней Ристерда. Но ведь, кажется, она может отказать Ристерду? Настя лихорадочно вспоминала правила общения на балах и на молодёжных праздниках, о которых кратко рассказывал Тиган. И ничего не могла вспомнить о том, что бывает, если к одной даме направляются сразу два кавалера. Сама она тишком-молчком отступила к креслу дамы Летиции, чтобы не быть вмешанной в скандал, если он, конечно, будет.

Ристерд уже в нескольких шагах от Камиллы, которая покусывает губы, глядя на Тигана, который торопился, но не успевал. Неужели она пойдёт танцевать с Ристердом? Зачем? Поддразнить Тигана? Или… Или размышления и догадки Насти и впрямь не лишены истинности, и девушку до сих пор привлекает “симпатичный юноша”?

Тиган уже бежал, и его спешка всё-таки заставила однокурсников остановиться в весёлом танце, чтобы присмотреться к происходящему.

Обогнув одну пару, Ристерд приблизился к креслам с дамами, коротко склонил голову, приветствуя всех, а потом резко шагнул к Насте. Его ладонь легла на её талию, и парень властно увлёк ошалевшую от неожиданности девушку за собой - к ближайшему ряду танцоров. Разворот на месте - фигура ей известная, так что можно бросить и взгляд на Камиллу. И Настя быстро отвернулась, едва не рассмеявшись в голос. На лице студентки было ясно написано возмущение: “Ты должен был пригласить меня, а не эту!..”

Уже краем глаза Настя отметила, как к студентке подбежал взволнованный Тиган и тут же схватил её за руку, приглашая на танец, но оттаскивая Камиллу подальше от того ряда, где теперь танцевали Ристерд и Настя. Впрочем, ещё несколько секунд - и Настя забыла о них. Строгий Ристерд не давал ей отвести взгляд от себя, ко всему прочему жёстко следя, чтобы девушка попадала только к тем партнёрам по общему танцу, от которых быстро возвращалась к нему же. Правда, и удивлённые студенты, хоть и представленные будущей студентке издалека, не особенно желали танцевать с девушкой, которая пока не совсем уверенно выполняла все нужные фигуры.

Наконец по движению обоих рядов Настя вспомнила, что этот танец - довольно долгий. А вовсю болтающие между собой парочки подсказали ей, что и она может вступить в беседу со своим партнёром.

- Почему ты опоздал? - вполголоса спросила она, улыбаясь ему.

- Переводил Ичана к пейдну Файонну, - так же тихо ответил Ристерд. - Мама беспокоилась, пришлось утром вытащить его из дома Файонна пораньше, чтобы она успела с ним поговорить.

- Ты рассказал брату, что он должен говорить маме?

- Да, он при мне сказал ей, что был у родственников.

- А как теперь вы объясните ей, почему он должен уходить на вечер и на ночь?

- Мы сказали правду, - спокойно ответил Ристерд. - Ичан - ученик мага, который согласился его некоторое время содержать за свой счёт. Мама обрадовалась, потому что в нашем мире надо платить за такую учёбу.

- И надолго это? - уже тревожно спросила Настя. Её беспокоило, что братьям приходится врать матери. Да и положение Ичана не совсем нравилось. А вдруг мальчика и днём подстерегут?

Ристерд понял её тревогу.

- Я разыскал того старика, который рассказал ему про ритуал без заклинаний. - И улыбнулся. - Поэтому опоздал. Старик клянётся, что находил для Ичана-Слушающего магов проверенных - то есть тех, кто давал клятву не рассказывать о мальчике. А ещё я успел поговорить с пейдном Файонном. Он считает, что Ичан должен находиться в более защищённом месте, а не у нас дома, где его могут выследить те самые убийцы. Он обещал подумать, где спрятать моего младшего брата. Так что недалёк тот час, когда за Ичана можно будет не волноваться.

- Я рада, - просто сказала Настя.

Он кивнул и передал её следующему партнёру. Через минуту они встретились, и Настя решилась спросить:

- Ты сегодня в карете не договорил. О чём ты хотел мне сказать?

Ристерд неожиданно смутился и вздохнул.

- Я думал - ты забыла, - признался он. - Но теперь, мне кажется, то, о чём я думал тебе рассказать, не стоит твоего внимания.

Танец закончился для Ристерда вовремя. Настя даже ответить не успела - он отвёл её к креслам и снова учтиво поклонился даме Летиции. После чего, ровно держа спину, в отличие от других, которые держались очень свободно, подошёл к одногруппникам.

Распорядитель объявил следующую подвижную игру, и Настя, запыхавшаяся, но о-очень довольная, села в своё кресло. Дама Летиция склонилась к ней.

- Кто это был, Насти?

- Тот самый Ристерд, - со смешком ответила Настя, пряча лицо от собеседницы за небольшим веером.

- О! - поразилась дама Летиция. Она снова отыскала взглядом Ристерда, долго всматривалась в него и всё же подтвердила своё первоначальное мнение: - Очень симпатичный юноша!

Видимо, Тиган был того же мнения. Он крепко держал хихикающую в веер Камиллу за руку, надув губы и всем видом показывал, что не собирается расставаться с нею… Тем временем дама Летиция заметила:

- Насти, ты не хочешь попробовать угощение, приготовленное для праздника? Иди, погуляй, девочка. Нечего сидеть с нами, когда в зале веселятся и угощаются.

Настя поблагодарила и поднялась с места. Незамеченной она добралась до ближайшей стены с откидными столиками-полками и обнаружила на некоторых из них фамильяров. Некоторые, летающие и умеющие взбираться по стенам, не только аккуратно поедали угощение - конфеты и сухие кусочки засахаренных фруктов, но и сбрасывали их тем, кто хотел полакомиться, но не мог дотянуться до угощения.

Настя огляделась, пытаясь понять. Но все присутствующие спокойно относились к тому, что среди полноправных гостей оказались и фамильяры. На всякий случай проверив, на месте ли блокирующая её цепочка, она осторожно взяла с блюда полупрозрачный кусочек, похожий на яблоко, и попробовала его.

“Насти, не оборачивайся на меня, - предупредил её Киллин.- Но к тебе несётся рыжий фамильяр Силлака!”

Предупреждённая Настя спокойно улыбнулась лисичке, которая тут же начала крутиться вокруг неё, напрашиваясь на ласку.

Направив на неё пристальный взгляд, девушка мысленно спросила: “Алиса, ты не забыла, что вместе с хозяином дала клятву молчания? Почему ты здесь? Почему прибежала именно ко мне?”

“Фи! - чуть не тявкнула Алиса. - Все знают, что я люблю бегать к тем, кто может меня погладить! Никто ничего не заподозрит! Не бойся!”

“Так ты ко мне только за лаской? - рассмеялась Настя и присела так, насколько удобно было приседать на таком празднике. Издалека она из этого положения разглядела встревоженного рыжего Силлака и помахала ему рукой, успокаивая. - Или хочешь что-то ещё сказать?”

Лисичка, крутившаяся вокруг её платья, замерла под ладонью девушки, а потом, оглядевшись и вонзив затем взгляд в Настю, велела: “Не отпускай ладони! Пока ты с этой штучкой на шее, остальные фамильяры меня не слышат. Но всё же так будет лучше! Насти, я хочу предупредить тебя! Не верь Ристерду! Что бы он тебе не говорил - не верь! Он что-то задумал, чтобы отомстить Тигану! Из-за этой Камиллы!”

Задержавшаяся на губах улыбка спасла Настю от немедленного желания занюниться. Только что всё было так здорово! И Алиса… Зачем? Пусть бы Ристерд что угодно сделал потом, но сейчас, здесь - в этом сверкающем радостью зале!..

“Спасибо, Алиса…”

“Ты огорчилась, - констатировала лисичка. - Извини, я иногда слишком прямая”.

“Да ничего”.

Настя встала и, забыв о кусочке фрукта, забыв об Алисе, медленно вернулась к даме Летиции. Ощутила мимолётную радость, что “тётя” болтала с дамой Онорой и на “племянницу” внимания не обратила.

Дальше вечер катился так, словно внутри девушки был какой-то мотор, не позволявший ей сломаться. Ристерд снова и снова приглашал её на танец, обходя вниманием Камиллу, которая сначала злилась, а потом, возможно, махнула на него рукой и бросилась в веселье однокурсников, которое становилось всё более бурным.

Настя отказала Ристерду в третьем танце, сославшись на усталость и на головную боль из-за необычного вечера. Он поверил и больше не подходил. Но в конце вечера она заметила, что его подозвал к себе Силлак и что-то убедительно начал говорить ему, то и дело кивая на Алису, бегавшую по залу с остальными фамильярами. Вот тут Настя снова встревожилась: “Не причинили бы парни злого бедной лисичке!” Но вот Силлак подозвал Алису к себе и достаточно строго допросил. Та, грациозно, мотала головой и переступала чёрными лапками, и Насте изо всех сил захотелось услышать, что она отвечает им. Вцепившись в цепочку, прикрываясь веером, девушка всмотрелась в фамильяра Силлака.

“… Сколько можно спрашивать одно и то же! - ахала лисичка и фыркала: - Ещё раз говорю вам: я только попросила её приласкать меня! Силлак, ты же знаешь, как я люблю, когда меня гладят по голове!”

С облегчением убрав руку от цепочки, Настя вздохнула: а всё же Алиса попалась! Ведь девушка выдала её своим упавшим настроением. Но что?! Что задумал Ристерд?! Как он хочет отомстить Тигану, отыгравшись на ней?! И почему она? Почему, например, не Камилла? Ведь у него на сегодняшнем “мероприятии” была прекрасная возможность щёлкнуть Тигана по носу, уведя его девушку хотя бы на время танца! Или Ристерд задумал что-то более серьёзное?

“Но при чём тут я?” - вновь и вновь задавалась Настя вопросом, сидя в карете и вспоминая, как Ристерд проводил на улицу её, одетую, по подмороженной дороге, под белыми звёздами. Как попрощался, улыбаясь. Как дождался, пока она зайдёт в салон кареты. Неужели всё это враньё?..

- Насти, ты очень устала? - тихонько спросил Тиган, пока расшалившийся Киллин прыгал с его плеча на её - и назад.

- Нет, не очень, - ответила она бесстрастно. - Просто для меня такой праздник впервые. Он очень необычный. - И улыбнулась сидящей напротив даме Летиции. - Очень необычный, и мне очень понравился. Спасибо за него!

Дама Летиция благодушно покивала ей и вздохнула от полноты чувств.

Одиннадцатая глава

Студентку Насти Катроин, племянницу дамы Летиции, подвели к группе парней и девушек и кратко представили её:

- Это барышня Насти. Она, как и вы, тоже опоздала с учёбой, но по причине малограмотности (Настя чуть заметно поморщилась: надо было об этом говорить?!), так что вы все будете учиться в одной группе. - Закончив представляющую речь, директор кивнул всем новичкам и проводил их в аудиторию, значившуюся первой в расписании первокурсников факультета общего ознакомления с магией. Распахнув перед новичками дверь в кабинет, он добавил: - Преподаватель объяснит остальным студентам, почему вы начали заниматься позже.

Последнее Насте было неинтересно, поэтому она просто дождалась, пока новичков (её в том числе) рассадят на свободные места - курс был маловат, а потом, когда дошла очередь до знакомства с нею, послушно встала и легонько поклонилась всем, кто смотрел на неё. Её представляли чуть дольше, напомнив, что студентка целый месяц ходила заниматься чтением к даме Лаоиз, оттого, возможно, некоторые студенты её запомнили.

Едва преподаватель переключился на других новичков, Настя немного отвлеклась, вспоминая, чему стала свидетелем с полчаса назад.

Когда она приехала, а затем начала в сопровождении Тигана пересекать академический двор, от крыльца академии, от главного входа, к ней было шагнул Ристерд. Но сбоку от него вдруг появился человек, одетый так, что глаз странно соскальзывал с него, не запоминая, и перехватил парня за рукав. Тот, удивлённый, обернулся к нему, а незаметный мужчина коротко что-то проговорил, а потом, будто подтверждая свои слова, качнул головой. Нахмурившись, Ристерд отступил к колонне, возле которой стоял встревоженный Силлак с фамильяром на руках. Хотя девушка даже испугалась, что Ристерд будет сопротивляться неизвестному и поступит по-своему, и тогда этот мужчина, который, несмотря на неприметность, выглядел очень сильным, может силой заставить его подчиниться.

- Ты видел? - тихо спросила Настя Тигана.

- Видел. Хочешь узнать, что происходит? Я узнаю, - не дожидаясь ответа, пообещал “кузен”. - Мне самому любопытно.

- А как узнаешь?

- Спрошу у Ристерда.

“Вот ещё! - презрительно сказал Киллин. - Хозяин, когда ты привыкнешь, что у тебя есть я, а твоей глухоты больше не существует?! Идите на занятия! Я всё сейчас же узнаю у Алисы!” И снялся с плеча парня.

Тиган и Настя переглянулись и, посмеиваясь над собой, несообразительными, зашли в главный корпус академии. Мельком Настя поймала взгляд Ристерда - очень странный. Только внутри помещения поняла, что тот смотрел на неё довольно необычно - насторожённо, будто не понимал чего-то. “Удивился, увидев меня в полной форме студентки академии? Или тому, что ему не дали подойти ко мне? Мог бы сообразить сразу, что так будет”, - мысленно пожала она плечами, сама до сих пор недоумевая.

Пока они стояли в вестибюле, оглядываясь в поисках группы Насти, подоспел и дракончик, спикировал на привычный насест - на плечо Тигана.

“Ристерд хотел подойти к тебе, Насти. Но тот человек велел ему не приближаться к тебе. Он сказал, что знает о ваших дружеских взаимоотношениях. Но сейчас лучше оставить тебя в покое”.

- Дружеских? - повторил Тиган, во все глаза глядя на Настю.

- Так не дерёмся же, - объяснила девушка и, не выдержав, снова засмеялась, а “кузен”, сообразив, что она пошутила, засмеялся следом.

- И всё-таки… - уже задумчиво сказал Тиган, принимая меховую накидку Насти, - кто же это был? Сторож академии? Но они в таких одеждах не ходят… Насти, представляешь, я уже не помню, как он выглядел. Ладно. Пойдём, я покажу, где находится твой кабинет.

… “Здешний спецназовец? - тоже размышляла Настя, вполуха слушая преподавателя, который начал лекцию. - Из тех, кто должен меня охранять? Ристерд обиделся, наверное. Но, может, это и к лучшему”.

Она открыла тетрадь и постаралась сосредоточиться на записи. Сначала получалось плохо. Столько мелких событий, которых она не понимала! Особенно с Ристердом. И эти его странные взгляды, которых не поймёшь. Но взгляды волнующие - смущённо улыбнулась она… Вскоре она хмыкнула: по старой привычке почти не вникая, она конспектировала лекцию, благо уже умела писать довольно споро на здешнем языке и благо лекция была рассчитана всё-таки на первый курс, который ещё не приноровился к скорописи. И продолжала размышлять. Что-то беспокоило её во вчерашнем предупреждении Алисы, казалось не совсем внятным. Нет, то, что Ристерд решил добраться до Тигана через неё, - это понятно. В смысле, она теперь в курсе была. Но… При чём тут она? А ещё… Сколько ни видела Настя Ристерда рядом с Тиганом, что-то незаметно было, что они до сих пор куксятся друг на друга. Да и к Камилле парень относится так, словно она - что-то вроде знакомого… А если Ристерд разыгрывает спектакль? А на деле у него на уме другое?..

- Барышня Насти… - послышался шёпот слева.

Она оглянулась и улыбнулась - одной из новеньких студенток, которая села за одни стол с нею. Беленькая, с кругловатым, но худеньким глазастым личиком, девушка, одетая строго, как полагается, но в подобие формы академии. Судя по всему, на ней наскоро перешитые под форму не самые новые вещи. Кажется, её зовут Ита?.. Наверное, улыбка Насти подбодрила соседку по столу.

- Простите, но мне нечем писать, - совсем на шелесте прошептала девушка, виновато глядя на неё.

Насти кивнула и открыла учебную котомку, в которую сунула подаренный дамой Летицией кожаный ридикюльчик для мелочи. Здесь, кроме платочков и салфеток, зеркальца и флакончика духов, подаренного “тётей”, Настя носила всякие ручки и карандаши. Вынув ручку, она протянула её Ите. А потом, когда девушка склонилась над потрёпанной тетрадкой, в которой уж точно не хватало нескольких листов, спохватилась и тихонько оглянулась. Двое парней-новичков сидели, ссутулившись над своими столами и исподлобья поглядывая на остальных студентов. Перед ними не было даже тетрадей. Третий угрюмо сидел со второй новенькой девушкой, которая нервно покусывала губы, тоже не смея поднять глаза на окружающих. И перед ними - пустой стол.

“Расходный материал нашли!” - обозлилась Настя, сообразив, что у ребят нет денег на учебные принадлежности и что новеньких нашли, как она и предполагала, среди самых бедных “дворянских семей”, то есть достопочтенных - так их здесь называют.

Улучив момент, когда преподаватель отвернулся, чтобы написать что-то на доске, она быстро обернулась к новичкам и быстро положила перед ними тетради и ручки. Чего-чего, а этого добра в её котомке и в ридикюльчике хватало. Всегда была запаслива.

- Передайте и назад тоже! - шёпотом велела она парням, которые озадаченно смотрели то на неё, то на учебные принадлежности.

“Если их взяли из-за меня… Если они подвергаются опасности, не зная о ней… - думала страшно возмущённая Настя. - Если администрация даже не удосужилась помочь им с тетрадями и ручками! То я возьму их под своё покровительство! И не забыть узнать у директора, будут ли они получать стипендию! Потому как, если буду получать ни за что я, то уж они тем более должны эти деньги получить - за смертельную опасность, которой они подвергаются и о которой они даже не подозревают! А если им стипендию не дадут, - мстительно додумала она, - буду брать за ритуалы деньги! И отдавать ребятам! Придумали, тоже мне, защиту! А замаскировать не сообрази!”

В спину осторожно, даже деликатно толкнули. А когда она обернулась, быстро сунули клочок бумаги. Она немедленно сцапала его и, пряча под столешницей, прочитала: “Мы вам очень благодарны!” Хмыкнула. А на перемене села лицом к соседям и по секрету сообщила:

- У меня тётя богатая. Могу себе позволить поделиться с вами!

- Нам всем с вами повезло, - философски сказал один из парней, высокий и смугловатый. - Но чуть позже отдадим вам деньги за тетради. Нам не сказали, что в первый же день надо будет сидеть и писать.

- Ну-у… Это мне повезло, - сказала Настя со слабой улыбкой и замеченной ребятами насмешкой над собой. - Я приехала сюда издалека. Тётя должна была найти мне пару - жениха, чтобы выдать меня замуж. Но мой кузен, который учится здесь же на третьем курсе, обнаружил у меня слабые магические способности, и тётя решила, что я должна закончить хотя бы два года курса. Мне это понравилось. Вот и всё. А почему вы согласились учиться здесь?

- На курсе ознакомительной магии учатся те, у кого слабые способности, - объяснил Грег, широкоплечий рыжеватый парнишка, который поглядывал на всех диковато, стесняясь своего чёрного костюма явно с плеча взрослого мужчины. - Но я слышал, что если проучиться несколько месяцев, если серьёзно поработать даже на этих облегчённых практикумах и лабораторных, то можно развить свои способности, а потом найти частного учителя-мага. Всё - считай, у тебя есть работа в будущем.

Хватило пятиминутной переменки, чтобы все пятеро и Настя с ними заодно освоились. Теперь они не выглядели чужаками среди остальных, хоть и старались держаться ближе друг к другу. Повеселели, и глаза ярче стали. Перемена хоть и маленькая, но успели заново перезнакомиться между собой и даже немного поболтать. И договориться остаться после лекции. Предложила Ита - беленькую девушку-соседку Насти и правда так звали. На что Настя отозвалась:

- А если посидеть в читальном зале?

- А ты знаешь, где он находится? - спросил Грег.

- Нет, но можно спросить у преподавателя после второй лекции.

Что они и сделали. Преподаватель, читавший вторую лекцию, оказался магистром Лорканом - тем самым, чьим фамильяром был ворон Карран. При виде Лоркана Настя обрадовалась, но затем быстро стёрла улыбку, наткнувшись на каменно спокойное лицо, напомнившее ей своим бесстрастным выражением: новоиспечённая студентка не должна знать магистра! Карран с его плеча приветственно каркнул, поклонившись Насте, и в начале занятия они даже перекинулись словечком.

В конце пары магистр вполне доброжелательно выслушал взволнованную Иту и, выйдя с новичками в коридор, указал направление, в каком надо идти до библиотеки и читального зала… Всё бы хорошо, но напряжённая в первый учебный день Настя заметила, как многие из однокурсников не слишком дружелюбно смотрят им вслед: кто-то - с ухмылкой, а кто-то - с презрением. Особенно после оглядывания их одежды и обуви - сверху донизу. Ребята терпели, опуская глаза, и старались держаться ближе к Насте. И девушка твёрдо решила всегда вступаться за новичков. У неё-то за спиной сильнейшая крепость - богатая семья, во главе которой умеющая метать гром и молнии дама Летиция.

В читальном зале им не разрешили посидеть, хотя студентов в читалке было маловато: основные курсы не закончили учебный день.

Но повезло опять. Перемена-то побольше, чем другие. Мимо шли другие студенты, и, пока расстроенная и обиженная Настя раздумывала, что делать дальше, её окликнули:

- Барышня Насти! Эй, Тиган! Здесь твоя кузина!

И неразлучная парочка из “кузена” с Камиллой поспешила к девушке.

- Что случилось, Насти? - жёстко глядя на студентов-новичков, спросил Тиган.

Ахнуть не успела, а под его строгим взглядом вся команда новичков сникла и чуть отступила, будто пытаясь стать невидимыми.

Издали, приглядываясь к ситуации, наблюдали, остановившись, Ристерд и Силлак. Но эти-то ладно. А чего это вдруг Тиган так повзрослел? Неужели думает, что его “кузину” может кто-то обидеть? Настя внезапно увидела картину полностью: новички, которые и так всего побаиваются в незнакомом месте, наткнулись на мальчика-аристократа, который не только выглядит надменно, но ещё и говорит высокомерно, заранее подозревая их всех в неподобающем поведении! Чёрт… Сбегут ведь!

- Тиган! - сказала она так решительно, что парень поневоле перевёл взгляд на неё. - Нам надо посидеть всем вместе и познакомиться! Это новенькие - такие же, как я. Мне будет легче учиться, если я начну запоздалый учебный год с такими же опоздавшими. Найди нам место, где можно посидеть и поболтать. В читальном зале нам не разрешили!

Тиган растерялся. Вот уж о чём он никак не мог подумать, так это о том, что Насти захочет просто поболтать с кем-то. Зато Камилла сразу вполголоса напомнила:

- Кофейня.

- О, точно! - обрадовался Тиган. - Насти, помнишь, я однажды водил тебя в кофейню, когда у нас не было пары? Помнишь, где она находится?

- Пусть Киллин покажет, - предложила Настя, кивая на дракончика, и тот немедленно слетел на её плечо. - Я не очень помню, куда идти. А потом он вернётся.

“Покажу! - пообещал тот. - А ты мне вкусняшку купишь за это!”

- Насти, а ты… - услышав дракончика, начал было смущённый Тиган.

Сообразив, что его смущает денежный вопрос, она засмеялась.

- Тиган, дай мне столько, сколько не жалко, - усмехаясь, попросила она. - А я тебе со стипендии отдам.

Пока “кузен” с облегчением лез в карман, Настя неожиданно обнаружила, что Камилла, таясь, смотрит за её плечо, где стояла притихшая группка студентов-новичков.

- Та-ак, - сказала Настя, - нас шестеро…

Она обернулась, словно собираясь снова пересчитать “своих”, и мысленно охнула: барышня Камилла пристально смотрела на того высокого смугловатого парня - его Бран, кажется, зовут. Причём выражение её глаз было задумчивым, как будто студентка разглядывала картину известного художника, пытаясь разгадать её… Бран перед богатой барышней глаз не опускал, и чем дольше смотрел на Камиллу, тем мягче и нежней становились его глаза… А-а… Ой… А как же Тиган?!

- Вот, возьми, - сказал Тиган, отдавая монеты “кузине”.

Настя заторопилась было, не желая, чтобы Тиган получил душевную рану, поскольку Камилла… И снова про себя ахнула. Если Камилла смотрела на Брана спокойно и уверенно, то Тиган!.. Тиган коротко взглядывал на беленькую Иту! И с каждым взглядом на неё он дышал всё учащённей! Да что с ними такое?!

Воспользовавшись тем, что пришлось засовывать деньги в ридикюльчик, спрятанный в котомке, она быстро посмотрела на Иту: та стояла сбоку от неё - буквально полыхая румянцем, не смея поднять глаз! Причём заметно вздрагивала, когда Тиган посматривал на неё. Вздрагивала - не видя его!

“Не весна вроде, - с недоумением сказал Киллин, и Настя чуть не захохотала с нервов. - Что это с ними со всеми?!”

“А что ты видишь?”

“Они тянутся друг к другу!”

“Это называется симпатия”.

“Не думаю! - категорично заявил дракончик. - Симпатия - это когда они тёплые! А тут - горят вспышками, как будто к ним масла подливают!”

“Ты не слишком откровенен? - стараясь удержать деловое выражение лица, спросила Настя. - А если Тиган услышит?”

“Я на твоём плече, да и закрылся от него!”

“Фамильяры такое могут?” - изумилась девушка, ведя группу новичков за собой.

“Заметь: Тиган молчит, - лаконично ответил Киллин. - Не слышит”.

“Успокоил!” - буркнула Настя.

Когда все шестеро вышли из стен академии и зашагали по длинной улице под пасмурным небом, Киллин сорвался с плеча Насти и полетел вперёд. Третий парень-новичок проводил его дёрганый полёт мечтательными глазами, а потом сказал:

- Всегда желал иметь фамильяра. Барышня Насти, почему он так легко идёт к вам?

- Я здесь, в поместье бабушки Тигана, живу больше трёх месяцев, - ответила девушка, спеша за Киллином. - Тигану было некогда - из-за занятий, и мы с Киллином часто играли вместе. Вот и привык ко мне.

- Он понимает вас?

- Нет, что ты! - засмеялась Настя. - Тиган сказал ему, что надо сделать, - он и выполняет, знает, что я его потом угощу. О, смотрите - кажется, мы дошли!

Киллин вился рядом с дверью соседнего с академией дома. Вывеска заведения гласила: “Про(за)гулявший студент”. Прочитав её, ребята рассмеялись и вошли. Проходя небольшой тамбур - что-то вроде прихожей, Настя заметила чуть в стороне узкий коридор. Подумала, что там темновато. Если будет в коридоре человек, например, Ристерд, его и не увидишь. И забыла об этой мысли …

Заняв лучший стол, благо опять-таки для остальных студентов учебный день не закончился, они дождались девушки-разносчицы, которая показала им не слишком шикарное, зато сытное меню, и новички попросили Настю заказать то, что можно взять на деньги “кузена”. Немного подумав, девушка продиктовала разносчице самые калорийные блюда на всю компанию, а заодно для дракончика свежую рыбку. К таким заказам в кофейне привыкли, так что вскоре Киллин подхватил принесённую ему “вкусняшку” и шмыгнул в открытую Настей дверь кофейни, а студенты-первокурсники распробовали кофе и выпечку к нему.

Пока все насыщались, Настя всё раздумывала о Тигане и Камилле. Киллин сказал - “они тёплые”. Значит, эти двое не влюблённая пара? А она-то думала… Нет, понять, почему Тиган может влюбиться в Иту, нетрудно. Она беленькая, как и он. И она физически даже выглядит слабей, чем крепкая и стремительная барышня Камилла. Если Камилла для Тигана - подруга, которая может за себя сама постоять, то Иту ему захочется защищать. А для Тигана это немаловажно. Он и так чувствует себя слишком хилым, когда приходится сталкиваться с Ристердом или с бабушкой, а тут - девушка, которая смотрит на него так, словно он рыцарь в сияющих доспехах. Но почему Ита смотрела на него, “горя вспышками”, по словам дракончика? “Ишь, - скептически подумала Настя, - психолога из себя воображаю! Тоже мне… А объяснить Камиллу с Браном сумеешь? Разве что оба тёмненькие… Угу, как психологично. Вот именно! Так что - цыц! И беседуй с ребятами!”

После того как все наелись вволю, все шестеро расслабились и принялись делиться впечатлениями о первом учебном дне, потом Настя рассказала, как приехала к даме Летиции, как та заставляла её голодать из-за платья… Девушки плакали от смеха, но на Настю глядели понимающе даже мокрыми от смешливых слёз глазами. А потом пошли и их истории.

Как и предполагала Настя, все оказались либо из разорившихся семей, либо обнищавших “из-за подножек злой судьбы”, как поэтично выразился рыжий Грег… Бран из семьи, которая обеднела из-за отца, игравшего в азартные игры - в надежде разом разбогатеть. Ита рассказала о сестре матери: на замужество той пошли все деньги семьи. Та обещала вернуть, а сама с мужем уехала на край королевства и с тех пор не отвечает на письма. А семья, надеявшаяся с её помощью выбиться из бедности, медленно, но неотвратимо скатывалась в бездну нищеты… Грег уже пошёл работать ремесленные цеха, когда ему посчастливилось вынуть удачный билет и попасть в академию. Правда, он пожимал плечами: удачный ли билет-то? Если семья, которая буквально вытолкнула его в академию, только заслышав предложение для него, теперь не получает даже тех грошей, которые он приносил, будучи недолгим подмастерьем-кузнецом.

- А вам ничего не говорили о стипендии? - обеспокоенно спросила Настя, у которой уже голова болела от мыслей, как бы им всем помочь.

Пятеро переглянулись.

- А тебе? - на правах почти подруги спросила Ита.

- Мне обещали, - сказала Настя и хмуро проговорила: - Если мне обещали, значит, и вам должны дать. Мы же все в один день пришли…

- При чём тут это? - вздохнул Грег. - Ты-то на попечении. Тебе легче.

- Тогда завтра я приду к директору и спрошу про вашу стипендию! - сердито объявила Настя. - И попробуют мне только не объяснить, почему у всех по-разному!

Ей только снисходительно и недоверчиво улыбнулись, и личные истории студентов-новичков продолжались.

Третья девушка, Алида, русоволосая и настолько скромная, что о ней все всегда забывали, рассказала, что её семья разорилась, потому что в ней было много дочерей. Пока выдали замуж старших, три младшие остались не только без приданого, но и без денег вообще. А Калбхак - тот, что спросил про Киллина, коротко сказал, что в его семье часто умирали, а дом, в котором жила семья, был слишком огромен, так что вскоре его описали за долги, а семья очутилась в окраинном доме, который бы отремонтировать, но откуда деньги взять на ремонт?

Помолчали немного, а потом Алида с любопытством спросила у Грега, каково было работать в ремесленном цехе, и тут же призналась, что соседка предложила ей ткать полотно для продажи. Грег с пониманием отнёсся к просьбе девушки и начал так интересно рассказывать о своей работе в кузнечном цеху, что его не только слушали внимательно, но и забрасывали вопросами. Насте было скучновато, но новых друзей она понимала и не мешала узнавать друг друга. Кроме всего прочего, она старалась вникать в их рассказы, чтобы лучше понять этот мир…

Резкая боль в сердце. Настя замерла, стараясь не дышать глубоко. А потом чуть не ахнула вслух, но собралась с силами, извинилась перед одногруппниками и спокойно вышла из-за стола. Ей кивнули и продолжили активное и увлекательное обсуждение, есть ли возможность учиться и одновременно зарабатывать. Насте даже стыдно стало, что её такие вопросы не интересуют.

А она украдкой огляделась и, стараясь выглядеть обыденной, вышла в тот самый тамбур, где мельком видела тёмный коридор. После ярко освещённого помещения кофейни этот коридор показался совсем непроницаемым.

- Ристерд… - прошептала она, чувствуя себя глупой, а ещё - наивным ребёнком, который надеется на несбыточную сказку. Нисколько не сомневалась, что все странные впечатления ей всего лишь показались.

- Здесь… - прошелестели из коридорной тьмы.

Она, больше не колеблясь, шагнула в коридор и почти не испугалась, когда её запястья коснулись холодные с улицы пальцы.

- Ещё три шага - и нас никто не увидит, - прошептал Ристерд.

Сердце торжественно отбивало что-то возвышенное и колокольное. Следуя руке парня, тянувшего её в темноту, она сделала те самые три шага и остановилась, потому что остановился Ристерд. А он помолчал немного и снова прошелестел:

- Ты не испугалась.

- Нет.

- Но должна. Ты Слушающая, Насти.

- А ты Ристерд, - не совсем логично ответила она.

Он поднял её руку, и его мягкие губы коснулись её ладони. Мурашки по телу. В темноте. Она вздрагивала от неясного чувства на грани слёз и безудержного счастья. Она видела его контурами, но постоянно думала о словах дракончика и спрашивала себя: “А мы с Ристердом? Видит ли что-нибудь Киллин, когда мы вдвоём? Деликатен ли он, помалкивая о нас?” Ристерд ещё чуть-чуть приподнял её руку и ткнулся лбом ей в ладонь.

- Я не знаю, что это такое, - прошептал он, и тёплое дыхание отдалось в край её ладони. - Но мне почему-то так плохо, когда ты далеко. А когда ты близко, мне хочется уходить вместе с тобой в далёкие пространства… Вместе. Почему так…

Она осторожно положила другую руку ему на голову. У него мокрые волосы - от редкого снега, который неспешно ниспадал с пасмурного неба, пока она с новыми друзьями шла по улице. Который растаял, пока Ристерд ждал, когда она почувствует его и сама придёт к нему.

- Если бы не студенты, - с небольшим разочарованием прошептала она. - Если бы не твои занятия… Я бы согласилась… Ристерд, тебе пора возвращаться.

- Насти… Можно, я приду вечером? У нас не получилось погулять в прошлый раз, но мы можем побродить хотя по саду дамы Летиции.

Она представила, как это будет, и невольно улыбнулась. И просто сказала:

- Я буду ждать тебя сегодня.

Снова почувствовала, как его губы коснулись её ладони. Потом его тень отпрянула - и пропала во тьме. Настя постояла, надеясь, что неправильно поняла его исчезновение… Вздохнула и медленно вернулась в зал кофейни.

Оказалось, пока её не было, пятеро успели перебрать огромное количество возможных работ на дому или на подхвате в цеху и даже поспорили, какой цех предпочтительней. Даже девушки слушали парней с воодушевлением.

Настя извинилась перед одногруппниками и напомнила, что ей пора возвращаться во двор академии, потому что для неё присылают карету из поместья “тёти”. Поскольку она заплатила за угощение, против её ухода никто возражать не стал, хотя Ита робко предложила проводить её до академии.

- Спасибо, Ита! - обрадовалась Настя. - Но я сама дойду. Что уж тут - всего один дом пройти! Но за предложение спасибо!

Она распрощалась с ребятами. И только на улице поняла, почему Ита предложила проводить её. “Ой, и дурёха же я… - попеняла она себе. - Она же хотела снова увидеть Тигана! С другой стороны… Стоит ли им знакомиться ближе? И кто я такая, чтобы решать за них? Сама-то попала, а о других забочусь…”

Напряжённая до невероятной степени, она шла короткое расстояние до академии, так чутко ощущая почти безлюдную улицу, что даже разок ей показалось - она чувствует того незримого сторожа-охранника, который следует за ней по пятам… Забравшись в карету, она оставила в ней котомку и, выйдя, потопала к административному корпусу - вновь работать с теми, кто пришёл к ней с фамильярами. Для посторонних глаз - шла ждать Тигана, с которым должна ехать домой. И, только идя по знакомому коридору к кабинету пейдна Файонна, Настя вдруг сообразила: “Ну ты и тупая, Настёна! У тебя, в отличие от всех твоих знакомых есть прекрасный и лёгкий способ узнать, любишь ли ты. Любят ли тебя! А ты себе голову ломаешь напрасно. Сегодня же не забудь спросить Киллина, что происходит между мной и Ристердом! Чтобы не сомневаться!”

- Вы слишком поздно, барышня Насти, - проворчал старый Файонн.

В углу его кабинета, в кресле, сидела черноволосая женщина, которая сердито посмотрела на девушку. Про себя усмехаясь, Настя подумала: “Ей одолжение делают, снимают глухоту. А она сердится, потому что я опоздала по деликатной причине. Ну-ну”.

- Сегодня мой первый учебный день, - напомнила она, подходя к столу с ингредиентами для ритуала. - Мне надо было познакомиться со своими однокурсниками.

Ритуал начали без опозданий, минута в минуту, как Настя пришла.

Так что, когда женщина, чуть не плача от счастья и обнимая своего фамильяра, кошку, льнущую к ней, вышла из кабинета, Настя уже свободно спросила:

- Пейдн Файонн, как там Ичан? У него получается?

- Да, - очень довольный, сказал преподаватель. - Теперь вы работаете попеременно. Мальчик - по утрам. Ты после обеда.

- Пейдн Файонн, такой вопрос: а ему платят за ритуалы?

- Пока сумели выбить для него деньги на уровне стипендии. А что?

- Он вам обо всём рассказал? Нет? Тогда вы должны знать, что Ичан довольно упрямый мальчик. Он может продолжить проводить свои ритуалы, о которых вы не узнаете. Ему очень нужны деньги, пейдн Файонн. Или руководство академии будет платить ему хорошие деньги, или его убьют те бандиты.

- Всё понимаю, - тяжело сказал старик. - Сегодня ещё раз поговорю с директором.

Настя с сомнением посмотрела на него. Сумеет ли он убедить администрацию? Больше всего она боялась, что директор, вместо того чтобы помочь Ичану материально, возьмёт с него какую-нибудь клятву, а то и устроит какой-нибудь магический блок его способностям Слушающего. Но ведь Ичан - совсем мальчик. Что будет, если он взбунтуется? Он ведь многое понимает по-своему… Надо поговорить с Ристердом!

Двенадцатая глава

Голова начала болеть уже на третий день. Настя никому не хотела признаваться, хотя понимала, что головная боль возникла от страха за новичков. Она ходила на занятия в академию, обмирая от каждого резкого движения неподалёку: а вдруг рядом убийцы, которые, чтобы не промахнуться, на всякий случай поубивают всех новичков - вместе с нею, естественно? Очень жалела, что в этом мире нет ничего похожего на мобильники: она бы звонила всем ребятам группы, едва только они после занятий добирались бы до своих домов! Ну, чтобы проверить, живы ли. А то приходится ждать до утра, чтобы лихорадочно выискивать их в толпе студентов, входящей в двери академии.

Успокоило одно. Как только Настя вспомнила, что ей сказали о личной охране, она, стараясь делать это незаметно, что называется, огляделась. Вычислить охрану было трудно, но Настя вспомнила шпионские фильмы, вспомнила, как одеваются те профессионалы, которые не хотят, чтобы их замечали. И выяснила, что незаметные (те, с кого глаз соскальзывал) люди постоянно сопровождают её. Если увидеть одного, можно увидеть и остальных. Ещё парочка походов в полюбившуюся кофейню и по дороге выслеживание следящих за ними - и девушка выдохнула: охранники (телохранители?) сопровождают всех новичков, не только её. Немного поразмыслив, сообразила: полиция может найти бандитов, если те будут покушаться на жизнь хотя бы одного новичка. Вот приставленная охрана и следит за всеми.

Как опоздавшим к началу учебного года, всем новичкам дали список книг и лекций, которые ребята должны выучить. Среди всех материалов приоритетными являлись правила работы с магией, а также основные законы той же магии. То есть то, что Настя заучивала с дамой Лаоиз и пейдном Файонном чисто практически. В теории этих законов и правил оказалось намного больше. Ладно, хоть Тиган помогал “кузине” с ними разобраться. Ему-то учёба на курсе магов-пространственников давалась легко.

Как Настя и предполагала, новичков выделили в отдельную группу и занимались, на удивление, плотно. Новички, которые поначалу уныло думали, что от них не будут ничего требовать, мгновенно собрались и буквально накинулись на учёбу. Особенно после практического занятия с тестированием по магии. Насколько Настя поняла, это занятие не просто определяло, есть ли у студента магические способности, но и развивало их. После полутора часа тестирования девушка поняла смысл Греговой фразы о том, что даже после таких занятий можно стать учеником мага: едва заметные способности выявлялись почти мгновенно и тут же заметно увеличивались в силе. После этих занятий новички только раз тихонько пожаловались друг дружке, что таких методик нигде не найти, но, с другой стороны, все понимали, что развивать способности лучше под контролем опытного преподавателя. Настю не тестировали. Она объяснила своим, что прошла тесты, пока её обучали чтению, и что магические способности у неё очень малы. Поэтому она не собирается их развивать, а собирается лишь получить образование, чтобы знать хотя бы основы магии.

А вот ребята воспряли духом, после того как выяснилось, что у Иты магические способности буквально пробили естественную, блокирующую их броню, под которой таились, - и это после единственного урока! Преподавателя, ведшего практикум, забросали вопросами, что надо делать, чтобы развить магический дар, и старательно записали все названия книг, которые он им продиктовал, а потом объяснил, что их можно взять в академической библиотеке. Насте даже показалось, что пятёрка ребят побаивается, как бы их не выперли из академии так же неожиданно, как и пригласили, поэтому одногруппники и торопятся узнать побольше о своих магических возможностях.

Эта неуверенность прошла в конце недели, когда им всем выдали стипендию.

Они переглядывались такими ошарашенными глазами, что Настя не выдержала.

- Я думала - вы будете радоваться!

- А мы и радуемся, - вполголоса, словно боясь спугнуть удачу, откликнулся темноволосый Бран. - Тебе, Насти, хорошо: ты получишь образование, а потом выйдешь замуж. Но эта стипендия для нас - шанс, что нас могут устроить на государственную службу. Пусть на малых чинах. Но у нас будет работа! Магами! И тогда мы сможем поддержать свои семьи! А там, как знать, может получится укрепить и свой род.

- Я не знала, - призналась удивлённая девушка, промолчавшая, что сама она получила сразу две стипендии - за два месяца. Но не забыла предупредить: - Мне за кофейню не возвращайте. Пусть будет угощение. Когда-нибудь угостите и меня.

Она старалась не отставать от своей группы и получать знания наравне с ними. Но… Кроме учёбы, у студента всегда найдётся пара свободных часов для личной жизни. Мало того, что сдружились Грег и Алида - эти на “почве” весьма практичных характеров и желания упорядочить свою жизнь, выйти из бедности, так ещё… Настя просто округляла глаза, когда Бран выходил из кабинета, а за дверью его поджидала нетерпеливо подпрыгивающая Камилла, после чего парочка неожиданно спевшихся студентов быстро улетучивалась из стен академии куда-нибудь погулять (а в случае Камиллы - частенько и прогулять).

Тигану было не до того, чтобы отслеживать своевольную Камиллу: он преданно дожидался на перемене Иту, чтобы погулять под руку с нею по длинным коридорам академии, а в последнюю перемену договориться с ней о встрече уже после занятий магов-пространственников: пока бабушка думала, что вечером, после ужина, он усердно занимается в своих апартаментах, он “линял” прямо из комнат в город, вновь появляясь дома строго к десяти, когда дама Летиция обходила апартаменты студентов, чтобы пожелать им спокойного сна.

Насте, конечно, долгие занятия пространственников были на руку: она успевала в кабинете пейдна Файонна провести ещё парочку-тройку ритуалов до поездки домой, куда возвращались всё равно вдвоём с “кузеном”.

Очень хотелось узнать у Киллина, влюблён ли в неё Ристерд. Увы. Либо Настя, замотавшись в вихре событий, сама забывала спросить, когда выпадал удобный момент; либо дракончик находился в поле её зрения только вместе со своим хозяином… В конце концов она решила: что бы там ни задумал Ристерд, она не позволит ему распускать руки. А ведь это главное?

И бросилась в пожар собственного чувства.

А то, что её влюблённость (а как это состояние ещё назвать?) походила на пожар, Настя признавала сама. Она забыла, что Алиса предупреждала. Она забыла, что Ристерд не гнушается воровства, если на что-то решился. Главное, чтобы он был рядом. Что он ждал её. Что они могут бродить вместе, взявшись за руки, везде и говорить почти обо всём на свете.

Что не может увидеться с Ристердом днём, Настя не жалела: свои “законные” два часа общения парень навёрстывал по ночам. Ровно в десять часов дама Летиция объявляла для “своих” студентов отбой, а ещё через минут пятнадцать Настя выпрыгивала из окна спальни - в руки Ристерда, сторожившего её под карнизом, и они торопились к бассейну. Здесь, вдали от чужих глаз, Ристерд крепко обнимал её - и они оказывались на городских улицах. Успокоенный тем, что младший брат оказался вне опасности, что можно больше не тревожится о нём, Ристерд водил Настю по городу, знакомил с самыми известными улицами и знаменитыми домами. В первые три вечера Настя посреди прогулки спохватывалась и втихаря оглядывалась: не следят ли за ними незаметные люди, охраняющие её. Но, кажется, телохранители самонадеянно решили, что достаточно проводить свою подопечную до поместья дамы Летиции, а там уж строгая хозяйка дома и сама присмотрит за юными родственниками.

Настя и Ристерд заходили в “круглосуточные” кофейни и сидели там в самых тёмных уголках, потихоньку отпивая из маленьких чашек горячий кофе и делясь впечатлениями от занятий в академии, от прогулок по городу и планировали следующие “экскурсии”, в которых Настя должна не только познакомиться с городом, но и узнать его главные места. То, что сидели в тёмных уголках, да ещё часто тушили все свечи, кроме одной, очень нравилось Насте. Романтично. Таинственно. Волнующе!.. Последнее, как оказалось внезапно, было ещё и очень предусмотрительно, потому что сегодня в такую кофейню вломились Бран с Камиллой.

Они именно вломились. Широко распахнулась дверь, и двое появились на пороге. Держась за руки, они быстро прошли к прилавку и, ни на кого не обращая внимания, попросили приготовить им горячий кофе. Обсыпанные сухим снегом, который лениво сеял с низкого пасмурного неба последние три дня, они стояли у этого прилавка, дожидаясь заказа, и стряхивали друг с друга снег, глядя друг другу в глаза и тяжело дыша, будто так хотели этого кофе, что неслись к заведению сломя голову. Полное впечатление, что они только что пробежали чуть ли не целую улицу. Бран, впившись влюблённым взглядом в девушку, голодно сглатывал, а Камилла глядела на его рот и сама едва не облизывалась. И - для них никого не было в этой кофейне, хотя, кроме Ристерда и Насти, тут же сидели ещё две пары, тихо болтая меж собой, но замолкнув при виде ворвавшейся в помещение молодой четы… И вообще. Пространство вокруг этих двоих так отчётливо искрило и напряжённо гудело, что Настя не выдержала и почти шёпотом спросила:

- Ристерд, а состояние пространственника влияет на пространство вокруг него?

Тот, тоже следивший за вошедшими блестящими глазами поверх края своей чашки, фыркнул, чуть не расплескав кофе.

- Нет, не влияет.

Но видно было, как он сначала смотрел на Камиллу с Браном чуть насмешливо, а потом - показалось даже, мечтательно… Понаблюдав за влюблёнными, которые уселись-таки за столик, дожидаясь, пока девушка-раздатчица принесёт им заказ, Настя решилась спросить о том, что давно её интересовало:

- Ристерд, прости за вопрос. А ты не жалеешь… тебе не обидно, что Камилла… - И замолчала, не зная, как продолжить так, чтобы не влезать в душу парня, если в ней ещё оставалась рана от неожиданного расставания с Камиллой.

Тот помолчал, продолжая смотреть на двоих, которые, сидя чуть не в обнимку, угощались мелким печеньем, поднося его к губам друг друга, а потом тихо сказал:

- За десять дней до твоего появления дама Летиция справляла день рождения Тигана. Пригласила всю группу. Она нам показала свой дом, устроила настоящий праздник с разными вкусными блюдами и с танцами. И на этом празднике Камилла, которая до сих пор ни на кого из нашей группы не обращала внимания, вдруг подошла ко мне. Мы протанцевали всего раз, и тогда она сказала, что я танцую лучше всех. А потом добавила: поэтому она ко мне никого из наших девиц не подпустит и будет танцевать со мной только она одна. В тот день Тиган ничего не заметил, но на следующее утро он увидел, как она меня встречает. В сущности, ничего особенного не произошло. Камилла назло всем нашим богатеньким решила дружить со мной. Назло - обрати внимание. Она вообще любит поддразнить всех. А Тигану это - то, что она везде со мной, - не понравилось. Я бы и не думал вызывать его на дуэль, если бы он не задел меня моим происхождением и нынешним… финансовым состоянием. Он назвал меня… - Ристерд замолк, спокойный и даже с лёгкой улыбкой на губах. - Обозвал меня, - поправился он. - Я обозлился. Вот и всё.

- Значит, ты с Камиллой только дружил? - несколько даже удивилась Настя.

- Я не знаю, можно ли назвать это дружбой. - Он вдруг взглянул на неё, и глаза мрачно блеснули за завесой снова упавших волос. - Я знал, что каждый день увижу её. И… сердце не болело, что однажды… она исчезнет.

Не сразу, но она поняла, что последнее относится к ней. Сама испугавшись того, что сейчас он услышит, она всё же заставила себя выговорить:

- А ты мог бы… вернуть меня в мой мир?

- Нет.

Она захлопала глазами от неожиданности. И от взорвавшейся надежды…

- П… Почему?! Тиган говорил - ты самый сильный на курсе!

- Одно из правил магов-пространственников: при дальних расстояниях возвращают человека только туда, куда он стремится. А если он туда не хочет, вернуть его тяжело. Насти, скажи откровенно: ты хочешь вернуться?

Вздохнув, она подумала в очередной раз о прошлом и покачала головой. То, что она ожидала от него услышать, она не услышала. Но, ощутив сильнейшее разочарование, мысленно решила не переживать из-за этого: а вдруг однажды он скажет самые заветные слова? Или хотя бы о том, что просто не хочет отпускать её домой, в свой мир… А он ей - о законах магов-пространственников…

- Я пространственник, - напомнил Ристерд. - И что - что, а это желание или стремление вижу сразу. В твоём личном пространстве нет желания уйти из нашего мира, что ты и подтвердила сейчас. Насти, тебе правда здесь нравится?

- Правда, - кивнула она. - Здесь всё так… неспешно. Наши скорости - это, конечно, хорошо, но я, наверное, человек такого характера, что здешняя жизнь по мне.

Они допили свой кофе и терпеливо ждали, когда уйдут Бран и Камилла. Глядя на них, Настя задумчиво сказала:

- Будет жаль Брана, если Камилла с ним ненадолго.

- Не уверен, что жалеть придётся… - так же задумчиво откликнулся Ристерд, с улыбкой наблюдая, как двое стремительно встают и, взявшись за руки, уходят - не глядя под ноги, но не сводя глаз друг с друга.

- Как ты думаешь, куда они? - прошептала Настя.

- Наверное, в “Беличьи пляски” - это кофейня, куда приходят музыканты. Там можно и потанцевать. Когда-нибудь и мы с тобой туда сходим.

- Обещаешь? - лукаво спросила Настя.

- Обещаю, - серьёзно отозвался Ристерд.

Посидев ещё немного, они тоже встали и вышли на улицу. Снег жестковатой, крупитчатой порошей укрывал дороги, но чувствовалось, что он скоро растает: сильного холода погода пока не обещала. Погода очень была похожа на ноябрьскую - в мире Насти… Ристерд взял её руку в тонкой перчатке и сунул к себе, в карман короткого плаща. Идти под небом, почти невидимым из-за летящего снега, в тусклом свете уличных фонарей, молча и любуясь таинственными улицами, хотелось бесконечно.

- Вернёмся сразу? - предложил парень. - Погуляем по парку. Ты его видела днём?

- Нет. А ты… - начала было Настя, но вспомнила, что он говорил о дне рождения Тигана. - Думаю, у нас обоих есть время для прогулки. - Послезавтра выходной день в академии, так что можно и погулять подольше.

Но, пока шли, согласились на следующее: они дойдут городскими улицами до пустынных дорог, а потом перенесутся в парк поместья и погуляют и там. Недолго. Ристерд обещал показать Насте парковую дорогу Беседок и так увлекательно рассказывал об аллее, которая даже зимой выглядит причудливо из-за неожиданно подстриженных кустов, что Настя даже заторопила его побыстрей вернуться. Смеясь, они всё же прошли ещё несколько шагов, прежде чем увидели удобное для возвращения в поместье дамы Летиции место: этот глухой тупик можно было бы пройти совершенно спокойно, не заметив его, если бы они не искали укромного местечка для переноса.

Здесь, у начала тупичка, они сначала придирчиво оглядели улицу от начала до конца, а потом поспешно шмыгнули в тупик, под склонившиеся от заснеженности ветви. Здесь было так темно, ведь даже свет ночного фонаря не умел достать сюда. И было странно видеть первые тёмно-белые сугробы - здесь, куда ветер не добирался. Здесь же Ристерд, прижимая к себе Настю - собираясь совершить перенос, вдруг тихо сказал:

- Я дурак, да?

- Ты о чём? - удивилась девушка, сдувая снежинки с его щеки.

- Я… Я не хочу, чтобы ты возвращалась. - Он смотрел на неё, выглядывавшую из-под капюшона и засиявшую от радости. - Я не хочу тебя отпускать. Когда я вчера подумал… Насти, я никогда не спрашивал тебя, но… Ты правда хочешь вернуться?

- Ни за что! - решительно сказала Настя.

Он смотрел на неё, словно высматривая что-то в её глазах, словно не поверил, а потом осторожно склонился к ней и, отогнув капюшон, поцеловал её в губы. Настя зачарованно закрыла глаза: его губы были горячими, а дыхание опаляло так, что ей показалось: все снежинки мгновенно испаряются в этой горячей ласковой волне, которой её обвевала. Но Ристерд, как ей почудилось, только прикоснулся к ней и тут же отпрянул. И тут же виновато сказал:

- Я сделал это… - И смутился. - Мне захотелось… Ты не сердишься?

- Нет, - коротко ответила снова разочарованная Настя: она-то настроилась на долгий поцелуй там, где их никто не увидит. Поэтому она и попросила: - Ристерд, пора!

- Пора, - вздохнул парень.

Как обычно в последние дни, перенос не вызвал никаких тошнотворных ощущений. После того как с Ичаном всё образовалось, Ристерд быстро набрал нужные силы и мог не только сам переноситься, но и в паре с кем-нибудь. И не раз, а множество раз. Так что Настя огляделась и хмыкнула: прогулка всё ещё продолжается, но возвращение в парк поместья всегда означало, что скоро расставание. Но, подумав, что Тиган, например, вообще не гуляет с Итой так долго, как они с Ристардом, повеселела. И сразу зашагала следом за тянувшим её Ристердом. Аллея с кустами, которые были подстрижены под различные фигуры, и человеческим, и звериные, и птичьи, ей очень понравилась, несмотря на то что стричь её, чтобы вернуть отчётливые формы, предполагалось лишь весной.

- Главное, что сугробов нет! - азартно сказала она, в очередной раз обходя очередную кустовую фигуру, чтобы разглядеть её с обеих сторон, и едва не поскользнувшись на каменных плитах дорожки.

А про себя добавила: “Главное, что ты меня поймал!”

Это правда: Ристерд, шедший за ней в двух шагах, мгновенно поймал её, чуть только она суматошно замахала руками, и теперь Настя шаловливо думала: “А если попробовать упасть ещё раз? Он сильный! И поймает, и подержит на руках!”

Когда вернулись к бассейну, Настя неожиданно для себя захихикала и кинулась катать снежный ком. Удивлённо следивший за ней Ристерд подошёл и спросил:

- Что ты делаешь?

- А в вашем мире дети не собирают снежные… - она затруднилась объяснить точно, что именно хотела, но вывернулась: - Снежные фигуры из шаров? Один большой, для основания, другие два - ещё меньше?

Через минуту, уяснив игру, Ристерд принялся докатывать первый шар, пока Настя начал второй. Водрузив по её команде три шара друг на друга, Ристерд, обойдя и скептически осмотрев фигуру, хмыкнул:

- Ну да. Если слегка обтесать, что человеческая фигура, может быть, и будет, но…

- Нечего тут - но! - смешливо ответила Настя. - Для классической снежной бабы не хватает двух вещей - ведра на голову и морковки для носа!

- Ты вся мокрая! - смеясь, заметил парень. - Как сушиться будешь?

- Ничего страшного! - заявила девушка. - В спальне через одну мою стену, близко к кровати, проходит большая труба от нижнего камина. Поставлю там стулья - и все вещи будут сухими к завтрашнему дню. - И внезапно сказала то, о чём долго думала, но побаивалась сказать: - Ристерд, мне пора. Да и тебе тоже. В общем, с тебя ещё один поцелуй - и мы расходимся.

Он улыбнулся - в свете луны, которая наконец появилась между тучами. И Насте так понравилась его улыбка, что она первой шагнула к нему и запрокинула лицо, подставляя под поцелуй. Парень одной рукой осторожно придержал её за талию.

На этот раз поцелуй был так долог, что у Насти начали подкашиваться от его властного и волшебного обаяния. И глаз она не закрыла, мягко принимая жёсткий взгляд Ристерда, который вдруг стал не просто серьёзен, но томительно властен…

И снова он первым шагнул назад, бережно оставляя её.

- Мы так никогда не уйдём, - прошептал он.

- Если бы можно было, я бы никогда… - строптиво начала она и оборвала фразу на полуслове, ничего не понимая.

Ристерд вздрогнул, и сладкая мука на его лице резко сменилась на бесстрастное выражение. Он снова отступил, будто прислушиваясь к чему-то. А губы начали складываться в странную, мучительную гримасу.

- Беги…

Его шёпот ударил по ушам. Но Настя стояла на месте, плохо соображая. Слишком резкий оказался контраст между поцелуем и внезапным равнодушием парня, который требовал от неё беспрекословно бежать.

- Зачем? - наивно, чувствуя себя туповатой, переспросила она.

Он вдруг закашлялся, странно трясясь всем телом, но будто стараясь держаться по стойке “смирно” и задирая при этом голову. Ужаснувшаяся Настя замерла: из полуоткрытого рта Ристерда быстро побежала чёрная струйка. Но он сумел-таки ещё раз прошептать - шелестом одних губ:

- Беги…

И рухнул у её ног.

А за его спиной - бежали к ней изо всех сил две тёмные фигуры.

Настя ошеломлённо застыла на них бессмысленным взглядом. Кто… это?

Потом бросилась было к Ристерду, но на полушаге ахнула: скрючившись, он упал на живот, а из его спины торчала короткая стрела!..

Что происходит?! Что?!

Дошло, когда чёрные фигуры оказались в пяти-шести шагах от неё. Мало того, что они были в надвинутых на глаза капюшонах, так в свете луны Настя разглядела закрытые тряпками лица. Вскрикнула от страха и помчалась назад. Обернувшись раз, поняла, что лучше ей больше не оглядываться: оглядка - заставляла замедлять шаг, а бандиты, обежав неподвижное тело Ристерда, бросились следом за ней.

“Почему я не маг-пространственник?!”

Бежать было легко - ноги не скользили даже на подтаявшем снеге, но преследователи были быстрей. Один из них стремительно обогнал её и встал на дороге, широко раскинув руки в стороны, словно приглашая броситься в объятия. Уже завизжав от страха, Настя кинулась мимо него и закричала уже в голос, получив резкую подножку. Хорошо - в перчатках: вытянув руки вперёд, она пролетела несколько метров по мокрой дорожке, проехавшись животом и всем телом по проснеженной грязи, а когда остановилась и попыталась подняться, чьи-то сильные руки взялись за её подмышки и подставили на ноги. А потом по лицу ударили меховой рукавицей, закрывая безобразно разинутый в бесконечном крике рот. Закрыли так, что она сначала чуть не задохнулась, забыв, что можно дышать и носом. И запах рукавицы врезался в нос, едва она заполошно задышала, стараясь захватить как можно больше воздуха: мокрая кожа, мокрый мех с тонким привкусом лежалости и затхлости.

- Ещё раз заорёшь - прирежу, - спокойно сказал мужчина, приблизив к ней свою голову. - Тихо - поняла? Кивни!

Она закивала, вздрагивая от ужаса. Он был слишком большой и сильный, чтобы даже попытаться выдраться из этих рук. А мужчина безразлично бросил её, ахнувшую от неожиданности, на плечо и развернулся снова идти к бассейну. Девушка опасаясь слишком очевидно шевелиться, всё-таки попыталась посмотреть на то место, где упал Ристерд. Жив ли он? А если мёртв… Глаза наполнились слезами - сначала из-аз парня, а потом от нового страха: а если этот мужчина заподозрит, что она не плачет, а собирается что-то сделать, чтобы сбежать от него?! И тогда… Убьёт? Зачем она позволила уговорить себя гулять по ночам?! Зачем? Ристерд был бы жив! Это она виновата в том, что он лежит неподвижно! Что мужчина, бандит обходит его тело, не оглядываясь, и, сопровождаемый вторым бандитом, уносит её в неизвестность.

Обливаясь слезами, мельком, как о посторонней, думая, что её ждёт впереди, она продолжала реветь, изо всех сил напрягаясь, чтобы не вздрагивать при плаче.

А немного погодя её бросили, как какую-то поклажу, в повозку, где второй бандит связал её руки и оставил лежать на грязном покрытии повозки, здорово воняющей коровьим дерьмом и гнилой соломой - помнила Настя такие запахи, после того как съездила в деревню по приглашению подруги. И так промокшая, девушка ощущала, как её одежда постепенно тяжелеет, намокая уже той “ароматной” жижей, которая присутствовала в повозке.

В какой-то степени Настя успокоилась. Если её в доме дамы Летиции хватятся, найдут Ристерда и сумеют ему помочь. Этой мыслью она утешалась, стараясь забыть о том, что Ристерда найдут под утро. И тогда… Если он сам не встанет, если он пролежит всю ночь на снегу, да просто на холодной промозглой земле, ему не жить!

Эти думы были слишком беспощадны, и девушка, крепко зажмурившись, попыталась думать о другом. Например, о том, одну ли её похитили. Если и остальных… Боль уколола в сердце. Если остальных, то - бедная Камилла! Преступники наверняка собрали информацию по всем новичкам, а значит - понимают, что именно маги-пространственники опасны для их планов. Поэтому они… убили Ристерда!.. Глава вновь наполнились слезами. “Хватит! - яростно закричала она мысленно. - Хватит! Думай лучше о том, что ты можешь сделать в этой ситуации! Ну и дура! - уже злобно плюнула она. - Трудно было заранее придумать что-то?! Ведь знала, что могут похитить! На что надеялась, курица безмозглая?!”

Она снова силой заставила себя перейти от укоризны к мыслительной деятельности и лихорадочно размышляла, что можно сделать, чтобы сбежать - и помочь Ристерду.

Вызвать фамильяров? Ведь все те, кому она помогла освободить хозяев от “глухоты”, она легко могла мысленно увидеть, а следовательно и позвать. Но не причинит ли она зла ещё и их хозяевам? “Пустоголовая дура! Не могла раньше об этом подумать?!”

Все мысли перебивала лишь эта мысль. Раньше. Раньше надо было думать!

Всё, что она ни придумывала, натыкалось на возражения из опасения, что бандиты могут хладнокровно поубивать всех магов, которые проходили через её ритуал.

“Почему у меня на ритуале не было ни одного мага-полицейского?! - злилась до слёз она. - Поговорила бы с его фамильяром - уж полиция бы по-своему отреагировала на похищение. Хватит! Хватит думать впустую! Пока на тебе блокирующий кулон, ты для бандитов неизвестно кто, а значит, надо как-то исходить из этого положения!”

Повозка внезапно остановилась.

- Ещё один? - тихо спросил грубый мужской голос.

- Ещё, - подтвердил другой.

Рядом с Настей свалилось тело - судя по длине и весомости, мужское. Бран? Грег? Или Калбхак?

- Кто рядом? - прошептали чуть выше её головы.

- Насти, - выдохнула она. - Ты кто?

- Бран…

- Камилла… жива?

Рычащий вопль раненого зверя был таким, что повозка, двинувшаяся было с места, снова остановилась, и бандиты вывалили Брана из неё, чтобы заткнуть ему рот. Слушая скрип колёс и злые стоны плачущего Брана, Насти плакала сама, бездумно уставившись в перекладину напротив её глаз. И не знала, что делать. Постепенно пробившаяся мысль о том, что она может что-то сделать, но не знает - что именно, угнетала больше всего.

Тринадцатая глава

Тающий снег постепенно впитывался в плащ на животе, вкрадчиво расползаясь по телу промозглым холодом. Медленно возвращалось сознание. А с ним разгорался страшный огонь под правой лопаткой.

Сначала Ристерд попробовал проползти. Хоть немного. Хоть с места сдвинуться. Хоть выпрямлять ноги, а потом ими отталкиваться. Не получилось. В любом случае приходилось двигать руками - и мышцами, что значило - задевать впившийся в тело арбалетный болт. И тот будто ворочался в мышцах, раздирая их и погружаясь всё глубже. Ристерд обессилел и расслабился, лихорадочно соображая, как быть дальше. Сил на то, чтобы перенестись… Даже подумать - смешно. Но что-то надо делать! Переместиться бы в полицию - он часто там раньше бывал, до поступления в академию. Может, попробовать? Нет, даже и думать не стоит об этом.

Дом дамы Летиции высился небольшим неразборчивым холмом неподалёку. Что делать… Как добраться хотя бы до него… Нет, ползти - это самоубийство. Да и сумеет ли доползти? Только время потеряет. А там Насти…

Не думать о ней!.. Не думать… Мысль о том, что произошло, швыряла в отчаяние. А это расход сил, которых мало и которые нужно использовать рационально.

Он снова закашлялся. Кровь, выплеснувшая изо рта и оставшаяся на подбородке, здорово раздражала. Он сумел подтянуть к себе левую руку и вытер пальцами подбородок. Тяжело дыша после этого привычного и не замечаемого ранее жеста, Ристерд устало выпрямил руку. И замер. Края рукава оказались белыми от снега - правда, быстро потемнели, едва только он начал таять. Вот оно… Сразу вспомнилось, как смешно Насти катала снежные шары и смеялась над фигурами, которые в её мире делают из снега.

С трудом шевельнув глазами, он протащил руку чуть в сторону и сжал в пальцах, испачканных в крови, холодный влажный снег. Надо бы сделать это быстро, пока получившийся ком не растаял. Сосредоточив все силы на снежке - как это называла Насти, - Ристерд с перерывами прошептал заклинание и послал ком в комнату Тигана. Что - что, а замечательную память магам-пространственникам развивали с первого курса. И дом дамы Летиции Ристерду был известен очень хорошо.

Послал не в определённое место. Сил направить в такое маловато. Послал просто в спальню. Тиган там не один. Что знал о дракончиках Ристерд, так это об их невероятной чуткости. Да и не раз видел, как Киллин охотится на мушек и комаров: сидит в аудитории, нахохлившись, и вдруг - стрелой метнулся в сторону: хамк пастью - и комар, чья заунывная песня редко кому слышна, заканчивает своё выступление в глотке дракончика.

Пришлось ждать. И больше всего после похищения Насти Ристерд жалел только об одном - что лежит на животе, упираясь подбородком в грязно-снежную укладку плит вокруг бассейна. Жаль, что нельзя перевернуться на спину, чтобы смотреть в небо.

Ристерд очень старался думать о чём угодно, только не о Насти и не о своём состоянии. О себе тоже думать нельзя. Сразу ослабеешь. А вот смотреть в небо - набираться сил от страшенной его глубины… Но и о небе не думалось. В мозгах крутилось только одно: Тиган не очень силён практически. Но отличный теоретик. И переходы по зову крови заучил наизусть. И на последних практикумах лабораторную с переходом по крови вроде сдал на “отлично”. Хорошо, что с ним будет фамильяр. Этот - сумеет его подправить, если однокурсник сделает что-то не так.

Что потом? Потом нужен будет Силлак. Он хороший целитель. Он поможет встать на ноги немедленно. Ведь в первую очередь надо решить: похищение Насти - это дело рук тех, кто охотится на Слушающих? Или здесь просто бандиты? Таких в городе и его окрестностях, конечно, маловато - слишком боятся полиции. Но ведь всё может быть… Насти, вполне возможно, приняли за богатую барышню…

Ристерд понимал, что он себя утешает. Но возникает столько мыслей, пока он лежит без движения, Быстрей бы появился Тиган!

И будто в ответ на его мысленное отчаянное восклицание раздался шлёпающий по мокрому снегу быстрый шаг.

Тиган остановился, не доходя. Справедливо - опасается неизвестности.

- Эй! Ты кто? - испуганно окликнул однокурсник.

- Ристерд… - выдохнул он и скривился: слишком тихо сказал - услышит?

Однокурсник мгновения стоял на месте, а потом бросился к нему с ворчанием:

- Не сказал бы Киллин, кто ты, я бы не подошёл! Ристерд, что случилось? - А потом он потрясённо спросил: - Кто тебя подстрелил?!

- Насти… похитили…

Он не знал, услышал ли Тиган последние его слова. Веки, будто выкованные из толстого куска металла, схлопнулись, и сознание уплыло в полный мрак… Сколько так пролежал - не знал. Очнулся, оттого что по губам и в рот потекло что-то сладковато-кислое - не сразу узнал сок бисеры. Сглотнул. Начало возвращаться зрение. Почувствовал, что лежит на чём-то твёрдом, но сухом. Но опять пошевелиться не может из-за сжигающей боли под лопаткой… Когда сумел разлепить веки, обнаружил, что находится в помещении, а рядом сидит кто-то на коленях и безнадёжно, со слезами в голосе бурчит:

- Очнись, Ристерд, очнись!

- Тиган, - прошептал он, и сидящий на коленях, ахнув, немедленно склонился к нему. - Вызови Силлака.

Маги-пространственники - в большинстве своём будущие воины. Они учатся всем наукам, которые помогут выживать взрослыми в экстремальных условиях. Многие из них целители. На курсе Ристерда лучший целитель из пространственников - Силлак. Витая в клочьях тумана беспамятства, выныривая из них время от времени, Ристерд слышал, как Тиган посылает Киллина к Силлаку, а потом ощущал, как он снова давит ягоды бисеры, чтобы облегчить боль ему, раненому однокурснику.

Вскоре появился Силлак - с котомкой, в которой обычно носил не только учебники и тетради. Рыжий, ассистентом которого по первому его слову бегал взволнованный Тиган, быстро разрезал одежду на спине друга… Потом была резкая боль, от которой Ристерд снова чуть не потерял сознание, но сумел выдержать подобие обжигающего удара, словно пробившего его тело насквозь. Между колыханиями тумана, прячущего от него реальность, он прочувствовал, как Силлак заливает ему рану своими снадобьями, а затем зовёт на помощь Тигана. Не сразу Ристерд понял, что Силлак вместе с Тиганом усаживают его, чтобы перевязать рану. Мелькнула рыжая шерсть, потом чёрный нос Алисы, которая заглянула в глаза Ристерда и тоненьько взвыла с сочувствием… К концу перевязки сок бисеры начал действовать, и Ристерд сумел прислониться к подушкам, которые для него сбросил с кровати Тиган… Огляделся. Вокруг - множество свечей, комната ярко освещена - так, что свет даже режет глаз.

Пока он приходил в себя, однокурсники заспорили. Тиган хотел одеть Ристерда в свою куртку вместо разрезанной, Силлак раздражённо шипел, что размеры у них не те, чтобы одевать одно и то же. В конце концов Тиган успокоился на том, что Силлак перевязал плотным слоем чистых тряпок спину Ристерда - на столько слоёв, чтобы тот не чувствовал холода, продолжая ходить в испорченной одежде.

- Пришёл в себя? - негромко, но резко спросил рыжий. - Что случилось, Ристерд? Рассказывай. Раньше ты в такие опасные дела не вляпывался.

Чуть сбоку, из-за его спины, встревоженно смотрел Тиган с дракончиком на плече.

- Насти похитили, - хрипло повторил Ристерд сказанное ранее.

- Что-о?.. - Тиган будто прыгнул с корточек и ринулся из комнаты.

Как понял Ристерд - в апартаменты девушки, чтобы проверить, правду ли говорит сокурсник. Пока его не было, он с одышкой, с паузами на отдых рассказал всё, что помнил, Силлаку. Алиса, смотревшая на него испуганными глазами, снова тоненько заскулила, а Киллин, оставшийся в спальне хозяина, шипел неизвестно на кого.

Вернулся Тиган. Ошеломлённый, приблизился к Ристерду, снова сел на корточки.

Силлак быстро пересказал ему случившееся - всё, что запомнил со слов Ристерда.

- Надо сообщить в полицию, - решительно сказал Тиган, наконец-то собравшись с силами и мыслями.

- Нет! - хрипло и громко, а оттого безапелляционно отрезал Ристерд, и оба однокурсника с изумлением уставились на него.

- Почему? Это же нормально, - возмутился Тиган, придя в себя. - Они лучше нас знают, как искать похищенных!

- Насти - Слушающая, о чём мы, все трое, знаем, - напомнил Ристерд и откашлялся. - В первую очередь надо узнать, что с Камиллой!

- Почему… Камилла? - поразился Силлак, пока Тиган, совершенно запутавшийся, хватал ртом воздух.

- Насти - Слушающая! - уже раздражённо напомнил Ристерд. - А что, если вместе с ней схватили остальных новеньких студентов с курса по ознакомлению с магией?

- Ничего не понимаю, - побледнел Тиган.

- Тиган! Духи тебя остуди… - озлился Ристерд. - Неужели ты не понял, что набранные в академию пятеро новеньких - это щит для Насти? - По растерянным глазам догадался, что Тиган и впрямь не понимает. Так же, как и Силлак. - Объясняю! - уже рявкнул он, вполне ощущая себя здоровым, хотя и соображал, что эта эйфория и ощущение силы из-за ягод бисеры. - Академия нашла пятерых новеньких для первого курса, чтобы Насти могла спокойно учиться и чтобы никто не предполагал, что Слушающая находится в академии. Или чтобы никто не вычислил Слушающего среди шестерых новеньких. Что мы скажем полиции? Похитили Слушающего? Нам огласка не нужна! Насти - тоже! А если уточним, что похитили группу студентов, - это уже кое-что!

Тиган внезапно выхватил из-за пазухи какой-то мелкий предмет, взглянул на него и пропал. Дракончик только пискнул от негодования, что хозяин свалил без него.

К своей новой пассии, к Алиде, - сообразил злой от происходящего Ристерд. Значит ли, что Тиган уже побывал у неё дома?.. А потом махнул рукой: быстрое оглядывание в доме Алиды - тоже способ уточнить, кто именно похищен.

- Найди Камиллу! - велел, задыхаясь от ярости, Ристерд растерянному Силлаку.

Тот кивнул и встал.

Третий курс, как и все остальные курсы пространственников до и после них, отличался от других специализаций тем, что все студенты, потенциальные воины, были связаны друг с другом личными артефактами. Мелкие, потому что их много, порой с виду никому абсолютно не нужные предметы имелись у каждого. Они были необходимы на всякий случай, если будет ситуация, когда понадобятся вся группа, например. До сих пор артефакты использовались, только для того чтобы устраивать военные игры среди пространственников. И даже Ристерд не мог предполагать, что однажды придётся использовать их в реальности. Судя по всему, Тиган втайне использовал ту же способность пространственника, чтобы связываться со своей новой подругой именно с помощью артефакта.

Ристерд устало оглядел комнату. Глаза ожили, когда наткнулись на небольшой кувшин, стоявший, как ни странно, неподалёку. Кажется, хозяин комнаты хотел напоить его водой? Но как же теперь?.. Ага, вот кто поможет!

- Киллин, - позвал он, и дракончик резко обернулся. - Пожалуйста, очень хочется пить. Ты сумеешь поднести поближе ко мне этот кувшин?

Он думал - Киллин будет подталкивать сосуд с питьём к нему, но дракончик обеими лапами вцепился в узкое горлышко, приподнял кувшин и, подталкивая животом его тулово, круглое, словно крупное яблоко, заковылял к Ристерду. Поблагодарив - искренне! - Киллина, Ристерд прильнул к краю кувшина и, захлёбываясь от сухости в напряжённом горле и жадности, выпил всё сразу. Опустевший сосуд Киллин легко поднял за ручку и доставил его на стол неподалёку. Вернулся к Ристерду и присел рядом с ним, прижимаясь к бедру человека, словно сердясь на хозяина, но собираясь ждать того до последнего.

Первым появился именно он - Тиган. Побледневший не меньше своего раненого сокурсника, он будто медленно вышагнул из ничего. По потрясению, выразительно нарисовавшемуся на его лице, Ристерд угрюмо догадался, что Алида тоже пропала.

Опустившись на ковёр рядом с Ристердом, не обращая внимания на фамильяра, который немедленно уселся на его плече, словно боясь, что хозяин опять сбежит без него, Тиган бесстрастно спросил:

- Почему ты спросил о Камилле? Из-за того, что она сдружилась с тем парнем - из новеньких?

- Не только из-за этого, - хмуро сказал Ристерд. - Однажды мы с Насти видели, как Камилла с Браном гуляют поздно вечером по городу. Если Брана похитили тоже, Камилла может оказаться в опасности. Как и я, например.

- Гуляли ночью?.. Ристерд… - Голос Тигана дрогнул. - А если их… убили?

- Нет, - угрюмо отрезал Ристерд. - Если бандиты не будут уверены, что убьют Слушающего, они не успокоятся. Поэтому сначала они должны будут выяснить точно, попал ли Слушающий к ним, или нет.

- Утешает, - пробормотал Тиган, старясь скрыть нервное дрожание пальцев. - А где Силлак? Куда он делся?

- Я послал его за Камиллой. Тиган, будь добр. Мне хочется пить. Воду из того кувшина я уже выпил. Но меня продолжает мучить жажда. И принеси побольше. Вдруг Силлаку тоже захочется пить после нескольких переносов?

Последние слова он сказал уже в спину недавнего недруга, который поспешно вскочил, чтобы схватить кувшинчик и выбежать из комнаты. А Ристерд начал мучительно и горько размышлять о младшем брате. Неужели Ичана ждёт незавидная судьба человека, которому поневоле приходится скрывать от всех очень востребованную специализацию? Или, благодаря Насти, эти страшные дни окажутся переломными для их государства, а заодно и для Ичана?.. Слишком страшная цена…

Сначала через порог спальни перешагнул Тиган - с большим кувшином в руках и с тарелкой, которую еле удерживал, настолько она была наполнена чем-то. Всё это он поставил перед Ристердом, буркнув:

- Ешь. Голодный, небось.

А в следующее мгновение из воздуха появился Силлак со взъерошенной Камиллой на руках. Она подняла голову посмотреть на сокурсников: правое ухо в крови, которая испачкала её скулу и щеку вплоть до подбородка. Судя по прилипающим к потемневшей коже растрёпанным локонам, ещё одна рана наверняка пряталась на затылке. Одежда промокшая, отчего её светлый плащ темнел большими тёмными пятнами.

Ахнувший Тиган бросился к ним.

Силлак огляделся и шагнул к ближайшему стулу - посадить на него девушку, которая обнимала его за шею. Посадил и тут же принялся расстёгивать на ней плащ. Едва только основательно сев, Камилла зарычала сквозь зубы:

- Я хочу убить их всех! Дай мне воды!

- Что случилось? - суховато спросил Ристерд.

- Мы с Браном гуляли по проспекту, а на нас выскочили из глухого переулка! Схватили Брана - я хотела его отбить. Но меня ударили так, что чуть не упала. - Судя по всему, девушка преувеличила это “чуть”. Помолчала немного, собираясь с мыслями, а заодно сообразив это преувеличение, и сердито добавила: - Да, там был фонарный столб. За нами. Один из нападавших меня ударил так, что меня кинуло на этот столб. Если бы я не разбила голову, то сумела бы… - Она потрогала затылок, сморщившись от боли (Силлак тем временем готовил свои предметы для оказания первой помощи). - Я потеряла сознание. Силлак вовремя меня нашёл.

- Там крутились двое каких-то подозрительных бродяг, - объяснил рыжий пространственник, недовольно зафиксировав голову девушки, которая нетерпеливо кивала на каждое его слово. - Мне пришлось быстро вмешаться, иначе они бы, по меньшей мере, ограбили её.

- Силлак врезал им так, что они улепётывали до конца улицы! Наши маги-пространственники - лучшие бойцы в академии! - гордо сказал Камилла и тут же добавила, дрожа и от восторга, и от негодования: - Но как дрался Бран! Как лев! Против троих! Он защищал меня до последнего, пока эти бандиты его не скрутили! Тиган, дай мне расчёску!

- А как его скрутили? - спросил Ристерд.

- Со спины подкрался четвёртый, - мрачно сказала Камилла и принялась распускать волосы, недавно сложенные в изысканную причёску.

- Бандиты - одним словом, - заключил Ристерд. И оглядел всех. - Что будем делать? Мы только что доказали, что похищена группа студентов.

- Я бы предпочла убить их своими руками - бандитов, я имею в виду, - сказала Камилла, склонив голову и, кривясь от боли, пытаясь расчесать свои тёмные волосы, хотя насупившийся Силлак вполголоса уговаривал её повременить с причёской. Хотя бы на то время, пока он обработает раны и ушибы.

- Но… - начал было Тиган.

Не обращая на него внимания, разве что предупреждающе подняв перед ним руку в жесте “Молчи!”, девушка посмотрела на Ристерда, который осторожно поднимался, стараясь не налегать на левую руку.

- Силлак сказал - Насти тоже попала к ним. Зачем они бандитам нужны? Насколько я поняла - все новенькие там?

Студенты переглянулись и уставились кто куда, только бы не глядеть в требовательные глаза Камиллы. Клятва молчания держала всех троих.

- То есть вы знаете, но не скажете?! - мгновенно вскипела девушка, а потом зашипела от боли - Силлак начал промакивать рану на её затылке тряпками, увлажнёнными дезинфицирующим зельем.

- Мы дали клятву, - решился хотя бы поверхностно объяснить Тиган.

- Вот как? И как случилось, что вы знаете какие-то секреты, а я нет? Впрочем, всё это и не нужно. Силлак! - вскипела Камилла, дёрнувшись обернуться. - Потише ты там! Ну, говорите, что делать дальше!

- Дальше - в полицию, - неохотно сказал Ристерд. - Мы выяснили всё, что нужно. Теперь пусть полиция отбивает их у бандитов.

- Подождите-подождите! - Кажется, Камиллу охватило озарение. - Бандиты? Вы уверены, что бандиты? Не в том ли дело, что… - Она замолчала, кажется обдумывая промелькнувшую идею, а потом подняла потрясённые глаза: - Кто-то из новеньких студентов Слушающий?!

- Как ты… - начал Тиган и заткнулся, испуганно глядя на девушку.

- Она сама догадалась, - ровно сказал ему Ристерд. - Мы тут ни при чём.

- Вы все об этом знали?! Все трое?! - возмутилась Камилла.

- Так получилось. Всё случайно, - спокойно ответил Ристерд и наконец укрепился на ногах. Он даже прошёлся немного, проверяя себя. Силлак отлично выполнил целительские работы. И да - с левой рукой придётся поберечься.

Тиган, сидевший на ковре, поднял запавшие от тревоги глаза.

- Мне кажется, нам сначала всё-таки надо выяснить, где находятся эти студенты. И только потом обращаться в полицию. А вдруг вмешательства полиции не понадобится?

- Я согласна, - быстро вставила Камилла. - Надо всё узнать, чтобы потом послать людей из полиции по верному следу или к нужному месту! - Но глаза её горели таким яростным огнём, что никто из троих студентов не сомневался: или спровоцирует драку, или влезет в неё.

- Но мы… - начал Силлак.

Камилла снова перебила:

- А если полиция не успеет? Что тогда? - Она требовательно вглядывалась в глаза сокурсников. - Если к их приходу все шестеро будут мертвы? Что тогда? Мы маги-пространственники! Что нам стоит туда всего лишь переместиться?

- А что стоит взрослыми пространственникам переместиться туда с полицейскими? - спросил Ристерд.

Камилла взглянула на него уничижительно.

- Ристерд, от тебя такого не ожидала! Просчитай время! Пока мы придём в полицию - ну ладно, перенесёмся. Пока те вызовут магов-пространственников - сколько времени зря потеряем?! Нет уж, давайте для начала удостоверимся, что полиция успеет прийти на помощь бедным студентам.

- Бедному Брану… - не выдержав, шёпотом съязвил Силлак.

- Скажи спасибо, что твоей девушки там нет! Хоть бы друзьям посочувствовал! - накинулась на него Камилла.

- Камилла права, - глядя на всех умоляющими глазами, высказал Тиган.

- Предположим, что мы в самом деле туда направимся, - высказался Силлак. - Но как мы найдём это место?

- Легко! - пренебрежительно сказала Камилла. - Когда мы шли с Браном, он был первым, к кому подскочили. От неожиданности он сначала не подумал защититься. Так что… Капли его крови - на мне. Вот. - И она указала на пятно между пуговицами левой полы, которое сливалось по цвету с промокшим плащом.

- Ты уверена, что это не дождь вымочил?

- Нет. Пусть твоя Алиса или Киллин проверят, кровь это или дождевая вода! Только побыстрей, пожалуйста!

Фамильяры прибежали сами, и девушка опустилась на колени, чтобы они проверили пятнышко и подтвердили, что это кровь.

- Тиган, тебе задание, - проворчал Ристерд. - Рассчитай место переноса в пустоту, без присутствия людей, но рядом с носителем крови. Камилла, снимай плащ, чтобы Тиган поколдовал немного с ним.

- Лучше это сделаю я, - предложил Силлак. - А Тиган пусть сходит за оружием. Насколько я помню, в его апартаментах есть и небольшая оружейная. Я-то, предупреждённый, уже с оружием. А вот у вас…

- Ну почему же, - спокойно сказала Камилла, с которой Тиган стягивал верхнюю одежду. - Кое-что у меня всегда при себе.

Когда Тиган остался с плащом в руках, Камилла приподняла боковые складки пышной юбки, словно собираясь светски раскланяться, и показал на них прячущиеся внутри тонкие кинжалы.

- Так что мне к экипировке нужен только или учебный меч, или рапира.

Тиган молча передал её плащ Силлаку и быстро ушёл. Вернулся быстро. Пару пластырей Силлак успел налепить на ушибы девушки. Как и проверить состояние раны у Ристерда. Вскоре целитель-пространственник отошёл чуть в сторону с плащом Камиллы, к столу Тигана, на котором были разбросаны учебники и тетради, и начал изучать его.

Остальные быстро разобрали принесённое оружие.

- Я впервые вижу тебя такой… агрессивной, - заметил Тиган, подпоясываясь ремнями для учебного меча и для кинжалов.

- Я слегка возбуждена предстоящей прогулкой, - хмыкнула она. - Ничего больше.

- Давайте об этом потом, - вмешался Ристерд, с тревогой думая, как там пленники бандитов. - Тиган, с твоим Киллином вы слышите в обе стороны. Попробуй попросить его дозваться… - Он споткнулся на полуслове, виновато глядя на Камиллу, которая навострила уши. И добавил, надеясь, что Тиган его понял: - Может, получится и без переноса туда что-то сделать?

Прислушавшись к дракончику, который, сидя на его плече, склонился к его уху, Тиган со вздохом сказал:

- Киллин уже пытался вызвать. Глухо. Впечатления такие, словно… Слушающий просто исчез с лица земли.

- На Слушающем блокирующая цепочка, - напомнил Ристерд. - Может, из-за неё?

- Нет, - после паузы, после мысленного разговора с фамильяром, отозвался сокурсник. - Киллин много общался… - Он спохватился и взглянул на Камиллу: у той расширились глаза, но она кивнула и продолжала молчать. - Он очень хорошо чувствовал Слушающего, когда тот был и с цепочкой. А сейчас - пустота.

- Что это может быть? - обеспокоенно спросил себя Ристерд. - жаль, что мы мало знаем о Слушающих. Да, кстати, а если Киллин объединится с Алисой? Они оба знают Слушающего! Может, они вместе пробьют эту пустоту?

- Нет, - покачал головой вернувшийся Силлак. - Если бы я Алису слышал в обе стороны, тогда это было бы возможно. Но сейчас она намного слабей Киллина. Вот на месте - Киллину неплохо бы прислушаться и дозваться… - Он тоже осёкся, не желая выдавать своё знание.

Камилла, резко успокоенная, вдруг фыркнула.

- Да ладно! Можете при мне не прятаться. Ристерд избит - так же, как и я. Похищена Насти. С кем ещё может часто общаться твой фамильяр, Тиган? Только с ней. Ну что… Я готова к походу. Силлак, ты вычислил, куда нам нужно? Покажи нам свои расчёты!

Все четверо сгрудились над листком, который был расчерчен рукой Силлака.

- Понятно, - сказал Тиган, который придирчиво изучил расчёт. - Ну что, переходим?

- Лучше по одному, - покачал головой Силлак. - Так будет лучше: первый перешедший может подвергнуться нападению, зато предупредит остальных.

- Тогда, значит, иду я, - подняла голову Камилла.

- Нет, первым иду я, - угрюмо возразил Ристерд. - Кроме меня, никто из вас не умеет драться с обеих рук. Всё, я пошёл.

Он снова заглянул в листок, сосредоточился на нужном месте, которое пока ощущал лишь как точку в пространстве. И пропал.

- Почему вы его отпустили первым?! - накинулась на оставшихся двоих парней Камилла. - Мало ли что - с обеих рук он владеет оружеим! У него же левая плохо работает из-за арбалетного болта!

- Духи… - пробормотал Силлак. - Я об этом и забыл.

Четырнадцатая глава

Как забыли о том, что Ристерд довольно сильно ослабел из-за раны под лопатку. Он встречал их, появляющихся в одной точке переноса - теперь уже ориентируясь на него самого, согнувшись в три погибели из-за трудностей собственного перехода, но при этом, морщась от боли, вызванной переносом, успевал ещё прижимать палец к губам и шёпотом требовал немедленно склониться ниже, чтобы пространственников никто не увидел.

Когда все четверо оказались за каким-то пологим холмиком, Ристерд с долгим вздохом осел за маленькой преградой и так же долго пытался отдышаться. Когда его дыхание успокоилось - чему поспособствовал Силлак, с ворчанием сунувший ему шарик из лекарственных трав и ягод, он вместе со всеми прильнул к вершине холмика. Несмотря на ночное время, многое можно было разглядеть, благодаря тому что луна время от времени появлялась в просветах между тучами.

- Но здесь ничего нет… - разочарованно прошептала Камилла, разглядывая странное место: перед ребятами предстали явные развалины какой-то старой постройки. - Что это? Кто-нибудь узнаёт это место?

- Старый храм стихий, - отозвался Силлак. - Сначала был центральным, но потом город отошёл в сторону, и это место стали плохо посещать. Ну и затем его служители переехали в другой, специально построенный для них храм - вы его знаете, на площади Новой звезды. А этот постепенно разрушался без пригляда за ним.

- А где же похищенные? - спросил Тиган.

- В нижнем храме, скорее всего, - ответил Силлак. - Я слышал, одно время там жили бездомные, а значит, он должен неплохо сохраниться.

- Откуда ты столько знаешь? - тихонько поразилась Камилла, запихивая выбившуюся из причёски прядку за ухо.

- После окончания курса я хочу стать полицейским, - не оглядываясь на девушку, объяснил Силлак. - Дядя у меня там служит. Жалуется, что маги-пространственники не очень хотят идти в полицию, хотя они там очень нужны. Поэтому я и начал изучать город, чтобы перемещение шло легко в любую точку.

Камилла взглянула на него уже с уважением. Затем спохватилась.

- Но если они здесь, почему Насти не отзывается на зов Киллина?

- Зов фамильяра идёт по поверхности земли, - откликнулся Тиган, торопливо обшаривающий глазами словно бы взрыхленную поверхность развалин, - а они под землёй. Только вот… Ристерд, как ты сумел переместиться? Я понимаю, что мы сумели вычислить местонахождение Брана и расстояние чуть дальше от него, но как можно было перенестись, если Бран в подземелье нижнего храма?

- Мне повезло, - хмуро ответил тот. - Его спускали вниз во время моего перемещения (Камилла тихонько зарычала). Как повезло и вам: после моего переноса я послал импульс, по которому вы и переходили. Не по крови Брана - по моему импульсу.

- А я думаю - почему так легко всё прошло… - высказался Тиган и тут же с надеждой спросил: - А если их не всех собрали здесь? Может, сейчас привезут кого-то ещё - и тогда мы будем точно знать, где находится вход в подземелье?..

- Глупо, - спокойно ответил Силлак. - Вход найти нетрудно. Моя Алиса быстро сбегает туда, а потом покажет, где находится лестница вниз.

- Но как мы узнаем… - начал было Тиган, но рыжеволосый студент перебил:

- Алиса скажет твоему Киллину, а он переведёт для нас. - И насмешливо улыбнулся. - Думаешь, это сложно - заметить, что в последнее время ты не только прислушиваешься к своему фамильяру, но и слышишь его?

Тиган сердито фыркнул, но согласился на разведку фамильяра-лисички.

Молча студенты следили за рыжим зверьком, который, пригнувшись, как на охоте, вился призрачной тенью вокруг руин старого храма, время от времени останавливаясь, чтобы обнюхать подозрительные места.

- Как вы думаете, а вдруг это не просто место, куда привели ребят, а настоящее бандитское логово? - прошептала Камилла.

- Тогда дело плохо, - чуть покачал головой Силлак.

- Почему?

- Если здесь только временная темница, то оружие будет лишь то, что на них. Но если логово, тогда вдвойне опасно, потому что, кроме своего оружия, они могут воспользоваться и тем, что награбили и здесь сложили.

Ристерд молчал, но не потому, что говорить тяжело - лекарственный шарик Силлака подействовал. Нет, парень беспокойно размышлял: несмотря на то что сам уверенно заявил о том, что бандиты не прикончат ребят, пока не узнают, точно ли убьют Слушающего, сам он в этом сомневался. Это же бандиты! Что им стоит убить всех шестерых, а потом выждать и узнать, был ли среди них Слушающий? Будь Ристерд таким же беспощадным, как бандиты, он бы так и сделал. Чтобы не терять время. Так что же… Живы они все? Или?.. Что там с Насти?.. Как же быстро она стала частью его жизни. Неотделимой частью - до боли.

… Настя лежала на дребезжащей повозке и с содроганием думала о том же. То, что бандиты отловили или отлавливают всех шестерых новеньких, - она уже поняла. А если их всех сразу уничтожат? Может, ей признаться, что она Слушающая? И тогда ребят отпустят? Но перед глазами вставали фильмы и книги из своего мира, а также политические новости, в которых говорилось о том, что важного для них человека бандиты убивают вместе со свидетелями. И смысл тогда признаваться? Правда, эти бандиты прятались под капюшонами. Нижняя часть лица время от времени мелькала в свете огарков, но не более. Может, они не такие вероломные, как в её мире, раз их лиц не видно?.. Но об этом не хотелось думать. Хотелось только навзрыд реветь, видя перед внутренним взором неестественно спокойное лицо Ристерда, а потом его, подло подстреленного, падение.

Пару раз колёса повозки замедлили свой бег, скрежетнули и подпрыгнули на камнях, а вскоре и вовсе остановились. Замирая от страха, Настя проморгалась, убирая слёзы, чтобы видеть всё, что с ними сейчас случится. Дрогнул рядом Бран. Глядя в сторону, Насти прошептала:

- Здесь, наверное, было какое-то здание. Теперь оно разрушено.

Тот вздохнул. Ответить не мог: кляп во рту мешал.

Сначала с повозки стащили Настю, развязали ей руки и подтолкнули к чему-то светлому и квадратному впереди:

- Спускайся, да не шали! Мигом подстрелим!

Девушку передёрнуло, но она быстро побежала к двери, как поняла. Это и в самом деле оказалась дверь, только очень странная: и впрямь квадратная и открытая в глубину разрушенного дома. На первой ступени Настя на секунды задержалась, с испугом вглядываясь в лестницу, уходящую довольно глубоко. А потом, жалея, что по бокам этой лестницы нет перил, осторожно принялась спускаться. Было страшно, потому что многие ступени оказались стёртыми - и либо отсутствовали, либо были настолько плоскими, что нога резко скользила по ним, девушка теряла равновесие и суматошно махала руками, чтобы не упасть.

Но до последней ступени дошла и встала, вопросительно и с тревогой глядя наверх. Дело в том, что спустилась она в небольшой, как почудилось ей, закуток, тёмный до такой степени, что, даже упорно вглядываясь в темень, Настя не могла различить, есть здесь входы-выходы в другие помещения. Честно говоря, искать, дотрагиваясь ладонями до невидимых сейчас стен, очень сильно не хотелось. Поэтому и ждала, пока спустится Бран, а с ними - и похитители.

И вздрогнула от грубого крика:

- Ещё валандаться с ним!

Настя застыла, всматриваясь в мельтешение теней наверху, которые настолько были неразборчивы, что глаза начинали болеть от попыток разглядеть…

Но секунду спустя после резкого вопля она услышала глухой стук, который, неравномерно нарастая, приближался к ней. Ахнув, она бросилась подняться хотя бы на несколько ступенек, чтобы остановить падение тяжёлого тела: бандиты, которым, видимо, надоело возиться с избитым и связанным Браном, просто-напросто скинули его со ступеней, наплевав, что парень может разбиться. Девушка столкнулась с падающим телом и едва сама не полетела вместе с ним вниз. Затормозить беспорядочное падение Брана Настя сумела лишь почти в самом низу лестницы, едва не плача от сочувствия, потому как представляла, каково это - удариться несколько раз всем телом об ухабистые ступени, по сути - о камень.

Прислушиваясь к тому, как неспешно спускаются бандиты, Настя торопливо пыталась поднять парня, который лишь мычал от боли.

- Бран, пожалуйста! Встань, иначе они снова…

А потом спохватилась и, нащупав импровизированный кляп, вытащила его у парня изо рта. Бран говорить всё равно не мог. Только прерывисто вздыхал и охал. Настя заставила его встать так, чтобы он обнимал её за плечи, и отошла к ближайшей стене.

Заметался, словно стучась о стены, огонь факела, который нёс один из нескольких человек, - сколько всего спускалось, Настя так и не сумела пересчитать: тени дёргались и увеличивали количество идущих.

- Живой, что ли? - пренебрежительно спросил факелоносец, близко к студентам сунув подпрыгивающее пламя, и, не дождавшись ответа, обошёл их, чтобы взяться за ручку неприметной двери.

Когда дверь открылась, к ней в первую очередь подтолкнули студентов. Настя заспешила, жутко опасаясь, как бы Бран не упал. Мало ли чем закончится его падение здесь. А вдруг эти озлятся? А упасть парень мог в любую секунду: ноги переставлял с трудом. Единственное, на что надеялась девушка, так это на то, что он пытался не слишком сильно опираться на неё. А значит, силы у него ещё оставались.

Внутри подземного обиталища им пришлось ещё немного спуститься - на этот раз по огромным плитам. Потом их развернули налево, к какому-то узкому коридору, из которого они вышли на тусклый свет двух чадящих факелов. Поначалу из-за этого тусклого света показалось, и здесь помещение тесное. Но из тёмно-жёлтой темноты вдруг их позвали боязливыми голосами:

- Насти! Бран! Сюда!

Не видя говорящих, девушка повернулась на зов и, только сделав пару-тройку шагов, сообразила, что её зовёт Алида. Её голос, высокий и мягкий, она узнала сразу. Господи, неужели все остальные новенькие тоже здесь? Но почему они тогда не помогут ей с Браном?

- Кто-нибудь… - прошептала она. - Помогите мне…

Настя услышала шепчущие неподалёку голоса, а потом из полумрака к ней вышел Грег. Он ахнул при виде двоих и быстро взвалил на себя Брана, который тут же, с явным облегчением, навалился на него. Тяжело дыша, Настя последовала за ними. Сюда свет факелов доставал, но настолько смутно, что Настя не сразу увидела: да, здесь все.

Они сидели на длиннющей широкой скамье, словно вдавленной в стену. При виде Грега с Браном вскочили и уступили место. Грег свалил высокого и тяжёлого парня на скамью, а потом остальные помогли Брану сесть. Оглядевшись, Настя заметила, что Ита скукожилась от холода: она стояла, обняв себя руками. Кажется, её похитили во время сна. Девушка была одета в тонкую ночнушку и лёгкий халат-разлетайку - и босиком!

Настя почувствовала, что мёрзнет - уже только глядя на Иту. Когда реальная дрожь пробежала по спине мурашками, она без особых раздумий сбросила свой плащ и тут же надела его на Иту, даже не застёгивая, а просто закутав дрожащую девушку в одёжку, словно укрывая шалью. Та вцепилась в края плаща и всхлипнула.

- Спасибо, - спустя время просипела Ита. - Меня наши грели, пока мы сидели. Но всё равно было студёно. Но, Насти… А ты?

- Я пока ещё не замёрзла… Они… эти бандиты не сказали, почему нас… похитили? - прошептала Настя.

- Нет, - ёжась, ответила Алида.

Девушки присели на конце скамьи, противоположном тому, где лежала какая-то ветошь. И сразу прижались друг к другу, чтобы не потерять остатки тепла. Здесь, в этом небольшом помещении с единственным выходом, как разглядела Настя, стыл промозглый холод. Она даже подумала, что, если посветить на стены, наверняка они окажутся заиндевелыми от их дыхания.

- Меня подловили в поместье, - прошептала она, собираясь не столько рассказывать о похищении, сколько всего лишь не молчать. Молчать - страшно. В ожидании. - Мы гуляли с Ристердом, и на него напали. Убили… - последнее она буквально прошелестела, но её услышали, и Ита снова всхлипнула. - А потом меня бросили на повозку и повезли сюда. По дороге бросили рядом и Брана. Он не сказал напрямую, но я поняла, что, возможно, Камиллу тоже убили.

- Я спала, - прошептала Ита и вздрогнула, вспоминая. Настя подсела вплотную и обняла её. - Вдруг услышала, что разбилось что-то рядом. Оказалось - это было окно. Они, наверное, заранее узнали, что я сплю в отдельной комнате. Даже не старались сделать так, чтобы войти тихо. Везли долго. Потом они поймали Грега с Алидой и тоже бросили в повозку. А потом мы увидели здесь Калбхака. Он был так избит, что до сих пор не приходит в сознание. - И она кивнула на другой конец скамьи.

Удивлённая Настя чуть нагнулась и только сейчас поняла, что груда ветоши напротив - это не ветошь, а скрючившийся парень, которого положили на скамью, чтобы он там лежал. На слёзы сил не осталось… Но отрадой на душу легло кое-что, что она отметила мельком: Бран сумел выпрямиться и сел нормально, хоть изредка и вздрагивал, заваливаясь набок, но стремясь сохранить равновесие. А ещё… Настя рот открыла, когда поняла: ближе к стене Грег прятал кучу камней! Сначала девушка не догадалась, откуда та здесь, а потом сообразила, что Грег набрал камни, чтобы… обороняться! Причём почти пришедший в себя Бран тоже поглядывал на эти камни. Неужели они думают, что сумеют отбиться от бандитов этим примитивным оружием?!

В чёрном проёме входа в этот закуток вдруг задвигались, заметались огни и тени. Студенты насторожились, а потом сдвинулись друг к дружке, причём так, чтобы рядом оказался и беспамятный Калбхак.

Вошли трое. Один поднял факел с ярким пламенем, осветив пленников. Присматриваясь к нему, наполовину скрытому тьмой, Настя заметила, что этот третий очень сильно отличается от своих спутников: если двое других, вставших по сторонам от факелоносца, одеты в простое платье, как здесь говорят, то этот выглядел как истинный горожанин: лёгкий, кажется кожаный плащ - вместо чуть ли не ватников у сопровождающих; широкополая шляпа, с которой сбоку свисает тряпка, закрывающая его лицо, довольно зауженные книзу брюки вместо широких штанов у сопровождающих. Если двое стояли в сапогах, то этот щеголял в ботинках.

- Среди вас есть Слушающий, - неприятно пронзительным голосом высказал факелоносец. - Если он отзовётся или если вы скажете, кто из вас Слушающий, остальных мы отпустим. Сразу. Живыми, - ухмыльнулся он.

- Слушающий? - поразился Грег. И посмотрел сначала в одну сторону - на девушек, жмущихся друг к другу, потом в другую - на избитых парней.

- Да! Глухие, что ли?! - рявкнул факелоносец.

- А вы кто? - дерзко спросил Грег. - Не те ли бандиты, которые Слушающих убивают? Неа. Тогда не скажу, хоть я и сам не знаю, есть ли среди нас Слушающие.

- Почему не скажешь? - оторопел факелоносец.

- Да я с детства мечтаю о собственном фамильяре! - ответил уже рассерженно Грег и даже резко рубанул рукой перед собой, подтверждая свои слова. - И с чего бы это, объясните мне, пожалуйста, я должен выдавать вам того, кого вы убьёте?

- Так ты знаешь или нет? - обозлился факелоносец.

- Не знаю и не скажу! - в ответ рявкнул Грег не совсем логично. - Я преклоняюсь перед Слушающими, ясно?! И, если кто-то здесь и в самом деле Слушающий, я не буду вам помогать искать его!

- А если мы вас всех… - полувопросительно спросил один из сопровождающих факелоносца. - Тогда как запоёшь?

- Друзей не выдаю, - сказал Грег спокойно и тут же добавил, глядя на спросившего: - А что? Ты бы сразу всех своих выдал?

Тот взревел разъярённым медведем и бросился было к Грегу, но факелоносец ухватил его за шкирку и выговорил, чуть не визжа:

- Ты не понимаешь, что он тебя дразнит?! Стой на месте?

- А вы уверены, что я дразню? - осведомился Грег. - Что-то этот ваш бандюга так подпрыгнул, словно ему уже приходилось предавать своих!

- Выйди! - приказал взвывшему сопровождающему факелоносец.

Тот поорал, поорал ещё немного, ругаясь и грязными словами объясняя Грегу, что намерен сделать с ним позже, но приказу подчинился-таки. Теперь в закутке остались двое бандитов, но из того же узкого коридора доносились невнятные голоса. Судя по всему тот, выгнанный, говорил с кем-то ещё.

- В последний раз спрашиваю: кто из вас знает, кто здесь Слушающий? - размеренно произнёс факелоносец. - В последний раз предлагаю: если мы найдём Слушающего, остальных отпустим.

- А если мы не знаем, кто из нас Слушающий? - тоненько заплакала Алида. - Что нам тогда делать?

- Убьём всех, - деловито сказал факелоносец, и в закутке тишину будто заморозило. - А вы как думали? Убьём шестерых, потому что знаем: кто-то из вас Слушающий!

- А может, вы ошиблись? - жалобно спросила Настя. - С чего вы решили, что среди нас есть Слушающий?

- Вон как запели! - протянул факелоносец. - Ну, что ж… Будем говорить по-другому. Эй, приведите этого!..

Ребята снова затихли, с изумлением перед тем переглянувшись: они уже поняли, что схватили только их шестерых - именно новеньких. Кто же ещё там есть, на кого надеется факелоносец, что он поможет узнать Слушающего среди студентов?

Факелоносец сказал: “Приведите!”

Нужного ему человека приволокли. Его, наверное, били не меньше, чем Калбхака или Брана. А может, и больше. Факелоносец наклонил к нему факел, и два бандита приподняли этого человека. Настя вцепилась зубами в губу, чтобы не закричать и не заплакать: даже в ужасающе избитом человеке она узнала одного из тех магов, которые приходили к ней с фамильярами.

- Да что он может сказать… - тихо проговорил Грег, впечатлённый зрелищем полумёртвого человека. - Мне кажется, он без памяти…

- А от него и не требуется что-то говорить, - хмыкнул факелоносец и снова обернулся. - Ну? Долго ещё?

Следующие два бандита втащили в закуток пса, не стоящего на ногах.

- Мы его резали, - сообщил факелоносец. - Чтобы выглядел пожалобней. Но если у него останется время, кровушкой он не успеет истечь. Эй, Слушающий! Перед тобой две твои будущие жертвы. Ты понял? Если ты сам не выйдешь - мы прикончим мага и его псину прямо на твоих глазах! Ты будешь виноват в смерти этих двоих!

- Ах вы! - рассвирепел Грег, вставая, но один из бандитов бесцеремонно ткнул ему под дых какой-то палкой, больше похожей на оглоблю, и парень, задохнувшись, упал на скамью. Согнувшись от боли, он прохрипел: - Слушающий, не выходи!

Быстро-быстро моргая, Настя сняла с шеи тёплый платок, который использовала вместо шарфика, завязала его на шее удивлённой Иты и встала.

- Я Слушающая.

- Нет, она врёт! - закричал Грег. - Это я Слушающий!

- Эй, псина! - позвал факелоносец, присев перед фамильяром. - Ну-ка, глянь, который из этих двоих Слушающий. Иначе мы твоего хозяина сейчас прирежем!

Собака с трудом подняла слезящуюся и окровавленную морду. Факелоносец встал на ноги и осветил сверху Настю и Грега. Фамильяр знал, чего хотели от него. Вбили в мозги, пока измывались над хозяином.

“Прости, Насти…” - мысленно проскулил фамильяр.

- Ничего, Дэр, - сняв цепочку, мягко ответила девушка. - Ты не виноват, что тебя поставили в такие условия. Главное, что твой хозяин будет жить.

- Возьмите её! - радостно заорал факелоносец.

Грег хотел поймать Настю за рукав, удержать её, но она быстро шагнула вперёд, и он не успел… Уходя - точней волоча ноги (так ещё сильно тащили вперёд двое бандитов) чуть не на лету, она оглянулась: полумёртвого мага и его фамильяра оставили в закутке, и Грег уже присел перед ним, а к нему подходили девушки. Ита подняла ладони к заплаканному лицу, глядя на Настю, и Настя кивнула ей: “Прощай, Ита. Тебе повезло больше моего. Будь счастлива с Тиганом. Прощайте, ребята. Пусть вам повезёт, и вас всё же оставят учиться в академии… Прощай, Ристерд… Не знаю, любила ли я тебя, но мне никогда не было так плохо… без тебя…”

Рывком её дёрнули в следующий коридор, и девушка сообразила, что наверх её вытаскивать не собираются. Но куда её ведут? Плохо освещёнными коридорами шли так долго, что Настя не раз и не два открывала рот спросить, когда же её убьют. Но после третьего или четвёртого поворота она вдруг услышала странный шум. Не сразу, но догадалась, что бандиты устроили обвал одного из коридоров. И только тогда мелькнула мысль: “А не подземными ли тайными ходами ведут меня? И завал устроили не для того ли, чтобы нас не догнали? Но… что происходит? Почему меня здесь не прикончат? Вроде такое удобное место…”

После очередного коридорного поворота её перестали тащить. Двоих по-богатырски мощных стражей догнал факелоносец и торопившийся за ним второй его телохранитель. Именно он, под приглядом факелоносца, неожиданно для Насти надел на неё длинный плащ и застегнул его, после чего девушка вдруг поняла, что подбородком она упирается в теплейший мех. Что… происходит?! Как будто добавляя недоумения, тот же телохранитель обмотал её поверх мехового воротника нежной шалью.

От оторопи, охватившей её, Настя брякнула напрямик:

- А когда вы меня убьёте?

Факелоносец заглянул в её глаза и ухмыльнулся.

- Кто ж такого ценного человека, как ты, убивать будет, девочка? Ты ж у нас единственная в государстве Слушающая! Единственная!

Она смотрела на шевелящиеся под капюшоном губы и ничего не понимала.

- Но вы же сами сказали!..

- Для всех, кто тебя знал, ты убита, - уже жёстко сказал факелоносец. - Лишь несколько человек будут знать, что ты жива. Не бойся, девочка. Ты будешь работать на меня. Будешь жить в достатке и комфорте. И делать то, что тебе нравится - создавать фамильяров для магов. Только вот для них для всех вместо погибшей девочки фамильяров будет создавать неизвестная девушка в маске.

Настя смотрела на него, чувствуя тошноту от понимания: это ж каким надо быть мерзавцем, чтобы убить всех Слушающих, оставить стариков - и всё только для того, чтобы забрать в рабыни молодую и зарабатывать на ней!

- А… А вы не боитесь, что я возьму - и расскажу магу или фамильяру, кто я? - растерянно от ужаса происходящего спросила она.

Факелоносец усмехнулся так самодовольно, что и без озвученного ответа она поняла, что делать этого не будет. Но выслушала:

- Кузена не жаль? Теперь его жизнь в твоих руках. Попробуй - скажи кому-нибудь, кто ты, и мальчишке не жить. Поняла, барышня? Кстати, как тебя зовут?

- Насти, - сглатывая слёзы, ответила она.

- Ведите её дальше, - скомандовал факелоносец, и девушку снова слегка приподняли над полом и поволокли вперёд по коридору.

Но слёзы Настя лила уже злые.

“Так со мной, да?! Так?! - бушевала она мысленно. - А если сбегу?! Что будете делать? Убивать Тигана? Да я заранее до Киллина дозовусь и скажу, чтобы “кузен” спрятался!”

И размякла, всем своим видом показывая, что покорилась неизбежному. А её стражники, не обращая внимания на худосочную добычу, продолжали легко тащить её в неизвестное.

Пятнадцатая глава

Ягоды бисеры, взятые Тиганом для Ристерда, теперь пригодились в основном самому Тигану и Силлаку. Только эти двое, здоровые и невредимые, могли (не без помощи свои фамильяров) переводить в укрытие полицейских.

Перейти же в полицейский участок было легко, благодаря Силлаку. Рыжеволосый студент-пространственник напомнил, что его дядя - полицейский, а потому можно сразу, без вычислений, появиться в помещении полиции - именно там, где им, с рассказом о похищении, незамедлительно поверят. Ведь если там не будет его дяди-полицейского, Силлака хоть несколько человек, да знают в лицо. Так и случилось. Хотя первый уход двоих студентов был долгим: они объясняли дежурным полицейским ситуацию и ждали, кого из стражей порядка отрядят вернуться с ними к укрытию при храмовом подземелье.

За время первого ухода однокурсников Ристерд и Камилла успели переброситься словечком. Темноволосая девушка не оборачивалась к собеседнику, потому что оба пристально следили за тем местечком, что показала Алиса.

- Когда ты узнал, что Насти - Слушающая?

- Камилла, это знание входит под щит клятвы о молчании.

Она фыркнула.

- Ну и ладно. Ристерд, а когда вы начали дружить? Я знаю, с чего началась наша с Тиганом дружба с новенькими студентами, но никогда бы не подумала, что ты можешь сдружиться с этой девушкой. Как давно ты с ней гуляешь по ночам?

- Так же, как и вы с Тиганом, - спокойно ответил тот. Ристерду не очень нравилось говорить с однокурсницей на эту тему, но он видел, что она сильно встревожена, а разговор отвлекал её от беспокойных мыслей о Бране. - Почти один в один.

- Хм… Я понимаю, почему Тиган подружился с той девушкой… как её зовут?

- С Итой.

- Они в чём-то похожи. Я понимаю, почему я подружилась с Браном. - Она прервалась, чтобы перевести дыхание и дышать глубже, пытаясь заставить себя не расплакаться. - Мы тоже похожи. Ты не представляешь - насколько! Мы оба вспыльчивые и очень любим гулять по ночам. Но ты? Почему ты с ней?

- Мне с ней спокойно, - тихонько вздохнул Ристерд после паузы. В отличие от Камиллы, свои чувства он не пробовал анализировать, но, сейчас отвечая на её вопрос, понял, что привлекало его в девушке из иного мира. В последние годы он постоянно жил в напряжении, что кто-то из студентов академии специально или ненароком ткнёт его носом в состояние его семьи. Такое происходило не часто, но бывало. Даже одно время дружившая с ним Камилла могла нечаянно уязвить его, например, угостив чашечкой кофе в элитном кафе. Кроме всего прочего, Ристерду приходилось следить за младшим братом и постоянно думать о том, где найти работу, которая бы не затрагивала посещение академии, чтобы не переживала мать. Он знал, что Насти себе не позволит даже замечания сделать по всем поводам, заставлявшим его волноваться. И не потому, что сама без денег. А потому, что она ждёт, куда её приведёт он, Ристерд, и что предложит. Она относилась к нему, как к мужчине, позволяя решать, какими будут те небольшие часы ночной прогулки, и Ристерду это нравилось.

- Ты ищешь покоя? - то ли спросила, то ли удивилась Камилла, но переспрашивать или уточнять, что он имеет в виду, не стала. Её больше волновало другое. Она покачала головой, прошелестев краями шапочки по вороту короткой шубки. - Надо же… Никогда бы не подумала. Слушающая… Как ты думаешь, зачем их всех похитили? Искать именно её - Насти?

- Не знаю, Камилла. - Он ответил спокойно, но внутри всё перевернулось. Не впервые они раздумывают над этим вопросом, но чем больше предположений, тем страшней становится за всех похищенных.

А ночь постепенно переходила в полный мрак. Снеговые тучи полнились и уплотнялись, скрывая даже возможность появления луны в небесах. И Ристерд начинал всё больше нервничать, потому что даже исчезновение луны ему теперь казалось плохим признаком… Рядом внезапно раздался звук, от которого у него дрогнуло сердце. Он скосился на Камиллу. Та яростно оттирала слёзы с лица.

- Он не посмеет умереть! Только не он!

Ристерд опустил глаза. “Только не он”. Странно быть такой эгоисткой, думая лишь об одном из шестерых. Но Камилла - собственница, и упрекать её в таком желании нелепо. Её не переделаешь.

Как будто услышав его мысли, девушка медленно обернулась.

- Не смей осуждать меня! - шмыгая распухшим от плача носом, велела она. - Я… ещё никогда и никого не теряла.

- А ты не думай, что теряешь, - угрюмо посоветовал Ристерд. - Думай лучше о том, что через несколько минут мы будем с вооружённой и опытной подмогой и ворвёмся в подземелье, чтобы освободить всех!

- Глупо… - прошептала Камилла, снова глядя вперёд.

- Совсем нет, - отозвался Ристерд. - А вдруг мы ворвёмся, а Брану будет нужна помощь? А ты тут разнюнилась! И, вместо того чтобы положиться на тебя, ему придётся тебя утешать. И ещё… - помолчав, добавил он. - Не забывай, что Бран может думать о тебе, как о погибшей. Он же не видел, что с тобой, когда его увозили.

Камилла встрепенулась.

- Я и забыла! Ты прав. Надо взять себя в руки!

Она даже плечи расправила, готовясь то ли к штурму подземелья, то ли к тому, чтобы предстать перед Браном не только живой, но и уверенной.

А Ристерд вспоминал нападение на него и Насти в подробностях и предполагал, что и она, его девушка, думает о том же. О том, что он погиб из-за неё.

На условленном месте из ничего появились несколько фигур, и разговор с полицейскими, приведёнными студентами-пространственниками, пошёл уже на деловых нотах: где именно находится место входа в подземелье? Не выходил ли кто-нибудь из бандитов на поверхность за время отсутствия Тигана и Силлака? Сколько времени прошло с момента, как студенты вообще здесь сидят?

Пока первые полицейские это выясняли, Тиган с Силлаком, съев ягоды бисеры и прихватив фамильяров, снова “пустились в путь” перехода. Почти сразу после их ухода двое полицейских покинули притихших Ристерда и Камиллу, велев им так же не показываться на глаза, и пропали в ночи, проследовав к входу в подземелье. Девушка некоторое время пыталась их отслеживать на чёрно-серой смутной поверхности развалин, но не сумела: так быстро пропали они из виду.

- Кажется, в полиции и правда работают умелые люди, - прошептала она Ристерду и тут же вскинулась: - А почему мы здесь остались?! Пойдём за ними!

- Нам надо встречать остальных, - покачал головой Ристерд, чувствуя ноющую боль под лопаткой и стараясь не выдать себя: ягод бисеры слишком мало, и они нужны для Тигана и Силлака, переводящих полицейских. А то и для Камиллы: девушка хоть и съела их недавно, но вскоре тоже должна почувствовать боль.

- Когда перейдут все полицейские, мы пойдём с ними, - мрачно сказала Камилла. Помолчав, удивлённо спросила: - Почему ты молчишь? Разве тебе не хочется побыстрей узнать, что с Насти?

- Мне не хочется быть обузой, - буркнул тот. - Или помехой. А вдруг случится что-то, когда мы с тобой, покалеченные, будем мешать спасать наших друзей?

Камилла насупилась и теперь промолчала сама.

Показалось - небо опустилось настолько близко к земле, что скоро можно будет потрогать грузные тучи. А потом горизонт, и так плохо видный, скрылся в густом снегопаде… Вернулись полицейские - как раз вовремя, чтобы встретить следующую партию спасателей. Потом, пока первые объясняли всё, что увидели, вновь перешедшим, появилась последняя партия. Всего полицейских оказалось шесть человек.

Это напомнило Ристарду недавний разговор с Силлаком, когда Камилла гневно обрушилась на горе-охранников, которые следили за студентами лишь в дневное и вечернее время, а рыжеволосый студент уверенно объяснил, что полицейских в городе слишком мало, чтобы заниматься круглосуточным наблюдением за подопечными студентами… Шесть полицейских сумели сейчас прийти на помощь студентам. Наверное, даже это должно радовать…

- Так сколько, вы говорите, похитителей видели? - спросил командующий спасательной операцией полицейский.

- Примерно, человек семь, - ответил Ристерд. Это было первое, что он обсудил с Камиллой, когда они остались наедине. Сравнив свои впечатления, они убедились: несмотря на то что Насти и Брана похитили близко по времени, несмотря на то что похитители прятали свои лица за низко надвинутыми капюшонами, среди них были одни и те же люди.

К радости Камиллы, полицейские велели всем идти следом за ними - во избежание нападения на оставшихся снаружи. Хоть студенты и уверяли их, что сумеют постоять за себя. Ристерд тоже обрадовался, хоть и тщательно скрывал свои эмоции, настроившись на самый худший вариант того, что происходит в храмовом подземелье.

Алиса побежала, а Киллин полетел впереди спасательной экспедиции к двери в подвалы храма. Пока шли, Тиган отдал последние ягоды бисеры Ристерду и Камилле. Но Ристерд свою съедать не стал. Заметившая это девушка спросила:

- Почему ты не хочешь утишить боль?

- Я ещё не знаю, что там с Насти, - шёпотом ответил Ристерд. - Да и с остальными. А если им бисера нужней? Подожду.

Камилла, ни слова не говоря, тоже опустила ягоду в карман.

Под землёй самым нужным существом оказалась Алиса. Мало того что фамильяр Силлака прекрасно видел без света, так он ещё и отлично вёл по следу. Ристерд, плетясь в конце вытянувшейся цепочки полицейских и студентов, даже подумал: не потому ли Силлак, думая о службе в полиции, взял в фамильяры именно лисицу с её тончайшим нюхом? Или… Странно, что он до сих пор не спросил об этом у рыжего.

Они прошли по узкому коридору, не раз свернув в боковые ответвления. После третьего или четвёртого поворота Алиса, за которой шли с факелами над головами, вдруг остановилась и злобно зафыркала.

Протиснувшись мимо полицейских, Силлак спросил:

- Что случилось, Алиса?

Та обернулась к прицепившемуся к неровной поверхности стены дракончику. И Силлаку ответил Тиган, выслушавший ответ Киллина:

- Здесь кровь. Много крови.

Услышав ответ дракончика, Ристерд почувствовал, как похолодело его лицо от его собственной отхлынувшей крови. Неужели…

Но Тиган, сам осипший и вынужденный откашляться в полу своей куртки, чтобы их не услышали бандиты, договорил, видимо, следующую реплику Киллина:

- Она говорит, что здесь была сильно раненая собака. Крови очень много.

- Возможно, фамильяр? - предположил один из полицейских.

- Но у новеньких фамильяров не было, - возразил растерянный Тиган. - А бандиты вряд ли бы пытались убить своего фамильяра.

- Идём до конца, - кивнул руководитель группы полицейских. - Там выясним.

Странно, но после его слов всем участникам спасательной экспедиции показалось, что земляной пол под ногами всех как-то едва заметно дрогнул… Они даже остановились, потому как остановились полицейские, чутко прислушиваясь. Но Алиса передала магам-пространственникам, что где-то, вполне возможно, произошёл обвал и ничего более.

Как оказалось, идти от этого места до закутка, где содержались пленники бандитов, было недалеко. “Гражданских” полицейские вновь услали в конец цепочки студентов, причём послав и одного полицейского, чтобы тот охранял их. Ристерд ещё про себя подумал, что этого мужчину прислали в конец цепочки, чтобы он охранял их с Камиллой, раненых. Как ни странно, присутствие широкоплечего мужчины рядом с ними успокоило его. А Камилла, молчавшая всё это время, пока шёл разговор с фамильярами, прошептала:

- Я испугалась, когда Силлакова лиса сказала про кровь.

Ристерд прошёл несколько шагов, прежде чем ответить:

- Я тоже.

Наконец по цепочке передали, что нашли закуток с пленниками. Камилла ринулась вперёд не обращая внимания на всполошившихся полицейских. С воплями:

- Бран! Бра-ан! - она ворвалась в закуток и уже здесь растерянно огляделась, потому что в полутёмном помещении не сразу можно было разглядеть - и сколько здесь человек, и почему некоторые сидят на коленях…

- Бран здесь, - тоненько сказали из угла.

И Камилла бросилась на отклик.

Ристерд втиснулся следом, пока полицейские расходились по закутку, проверяя, кто здесь и в каком состоянии.

- А где бандиты? - спросил их руководитель, присев перед человеком, распростёртым на полу, и перед лежащим там же окровавленным животным, в котором Ристерд с трудом узнал собаку.

- Они увели Насти, - мрачно сказал Грег, с тяжёлым вздохом поглядывая назад, на скамью, где Камилла причитала над Браном, а Тиган обнимал Иту. - Она призналась, что она… - Он осёкся, глядя на полицейских, а потом перевёл вопрошающий взгляд на студентов. - Ну… в общем, она…

- Им говорить нельзя, потому что они под клятвой, - сердито сказала Камилла, обнимавшая своего Брана, настолько ослабевшего от потери крови, что он с трудом не падал на неё. - Мне - можно, потому что я догадалась сама. Насти - Слушающая. А разве вы не знали? - с укором обратилась она к полицейским.

- Камилла, не злись! Они с охранниками Насти из разных участков, - объяснил Силлак, быстро освобождая полумёртвого мага от верхней одежды. Котомка с медикаментами и средствами для перевязки стояла рядом с ним. - Конкретно эти полицейские ничего не знают о ней.

Между тем руководитель полицейских, кажется, в звании капитана, быстро распорядился своими подчинёнными: троих он отправил по следу уведших Насти бандитов - пришлось послать с ними ещё и Тигана с Силлаком (впрочем, Силлак только был рад), поскольку Алиса вела всех, а Киллин служил переводчиком; остальные же двое полицейских помогали студентам, благо они тоже умели использовать медицинское содержимое котомки Силлака, да и с собой кое-что принесли. Капитан же начал опрос.

В результате этого опроса Ристерд узнал следующее: бандиты следили за теми магами, у кого есть фамильяры, но сами маги оставались “глухими”. Затем маги неожиданно начали спокойно общаться со своими фамильярами. И бандиты поняли, что появился Слушающий. Их настойчивая слежка показала, что Слушающий появился в магической академии. Начали следить за академией и выяснили, что Слушающий обитает именно здесь: ведь время от времени именно в академию приезжают “глухие” маги с фамильярами, после отъезда маги становятся слышащими. Убедившись в своих подозрениях, бандиты схватили одного мага, но ничего не смогли добиться ни от него ни от его фамильяра - пса. Тогда они проверили составы преподавателей и студентов и узнали, что в академию поступили среди учебного года сразу шесть студентов, причём одна из них уже училась грамоте последний месяц здесь же, в академических стенах. И вот - студентов похитили и начали шантажировать смертью однокурсников. И Насти отвела беду от сокурсников, объявив, что она Слушающая, и доказав это, коротко переговорив с собакой-фамильяром первого похищенного мага.

Прижимая к себе Иту и внимательно слушая всех, Тиган вдруг разрыдался.

Ристерд стоял, от слабости прислонившись для опоры к стене, скрытый тенями и мечущимся факельным светом. Он не выказал ни одной эмоции, глядя бесстрастно на всех…

А потом пришли полицейские, которых вела по следу Алиса, и один доложил:

- Бандиты обрушили за собой коридор, по которому прошли.

Вспоминая дрогнувший под ногами пол, Ристерд угрюмо опустил голову.

Они всё ещё шли к этому закутку, когда Насти уводили отсюда.

Между тем капитан поговорил со своим людьми и велел Силлаку снова “сгонять” в полицейский участок и передать сбор у развалин по тревоге.

- Сумеете ли вы вытащить своих однокурсников наверх? - спросил капитан.

- Сумеем, но… - начал было удивлённый Грег.

Капитан перебил:

- Мы попробуем разбиться по одному и, насколько сумеем, окружить развалины. Если кто-то из полицейских увидит бандитов, его задача - не останавливать их, а проследить, в какую сторону они уведут Слушающую. А там, может быть, нам удастся отбить её и спасти.

Перед “уходом” Силлак с безнадёгой в глазах взглянул на Ристерда. Тот понял: кажется, рыжий знает что-то, что делает слова капитана сказанными впустую. Что же? Примерно, Ристерд предполагал: наверняка здесь, в храмовом подземелье, есть и другие тайные ходы. А если они выводят из подземелий дальше границ развалин? Скорее всего, Силлак имел в виду именно это, безмолвно предупреждая сокурсника и друга… Ристерд ссутулился. По словам ребят, найденных в этом закутке, они думают, что бандиты собираются Насти убить. Неужели это так… И оттолкнулся от стены. Пока не будет доказано, что девушка мертва, он будет продолжать искать её!..

Но пока… Полицейские сказали, что бандиты обрушили стену за собой. Значит, есть маленькая надежда, что они не собираются убивать Насти. Или не собираются делать это сейчас же.

Взглянув на затихшего, но вздрагивающего от плача Тигана, Ристерд пожалел, что тот успокоится не скоро. Неизвестно, как полицейские, но Ристерд собирался по-своему искать бандитов-похитителей. Если полицейские сами не сообразят и привлечь студентов-пространственников к поиску Насти. Если не сообразят, то Ристерд не собирался им подсказывать. Он собирался сам казнить это отребье. В чём - в чём, а в том, что бандиты - люди неподобающего поведения и жизни, он не сомневался.

Присмотревшись, он нашёл Камиллу. Алида и Грег, убедившись, что полицейские оказывают первую помощь полумёртвому магу и его фамильяру, перебрались к девушке-пространственнице, чтобы помочь Брану снадобьями из котомки Силлака. Они даже сумели оттеснить Камиллу от него под предлогом, что она им мешает.

Поэтому Ристерд тихо, но спокойно позвал:

- Камилла…

Та оглянулась и неохотно подошла к нему.

- В доме Тигана множество вещей Насти.

- Я с тобой, - хмуро сказала на краткую информацию девушка. - Я хочу отомстить этим бандитам за всех за нас!

- Будем говорить Тигану?

- Надо подумать. Он слишком слаб, хоть и рад, что с его задушевной подругой ничего не произошло.

- Ему ещё объяснять с бабушкой, - равнодушно заметил Ристерд. - Но я согласен: он может быть слаб тогда, когда мы постараемся убить бандитов.

- Ты серьёзно настроен на убийство? - изумилась Камилла.

- А разве ты - нет?

Он не стал говорить ей о второй тайне - о собственном братишке, из-за которого теперь его, как он знал и как бывало ранее, ждала бессонница. Насти, Ичан… Кто следующий? И сколько их было в прошлом - молодых и даже юных? Погибших из-за каких-то фанатиков? Ристерд судорожно, до боли сжал кулаки. Не, он и правда настроен серьёзно. И, в отличие от других, не думает чувствовать себя убийцей. Это благородное дело - избавить людей от таинственных убийц, которые не щадят никого, лишь бы по своим надуманным причинам избавиться о Слушающих.

Но теперь у него была одна тайна на двоих с Камиллой. Если Тиган под вопросом, то, наверное, Камилла не откажется от участия в их тайне Силлака. Тот не только умён, но и знающ. Будущий полицейский-пространственник и друг очень даже пригодится в будущем поиске Насти и её похитителей.

Они переглянулись, а потом Камилла легонько, почти незаметно кивнула. Тайна простая. Если Тиган не будет участвовать в их авантюре, надо будет попасть в дом его бабушки, а точней - в апартаменты Насти, и взять оттуда несколько личных вещей девушки. То есть найти её так, как студенты нашли избитую Камиллу и как обычно ищут друг друга.

Ристерд не сомневался, что они найдут Насти в ближайшем будущем.

… Он не знал, что этот фокус пространственников не сработает из-за мелочи, которую учли и бандиты.

… Настю, с завязанными глазами, завели в следующее помещение. Она услышала, как закрылась дверь, а потом главный бандит потянул её за руку - уже не так жёстко, как обращался с ней ранее.

- Ну, что… Думаю, тебе, привыкшей к роскоши своей бабушки, здесь понравится, - невероятно самодовольным тоном сказал он и сдёрнул повязку с глаз Насти.

Девушка невольно зашипела от боли, когда несколько волос, попавших под повязку, бандит легкомысленно выдернул. Только открыла глаза, как снова зажмурилась. Слишком ярко горело множество свечей в многочисленных канделябрах, расставленных по комнате, в которой она оказалась. Потихоньку привыкнуть к этому свету, она осторожно огляделась.

Громадная спальня, судя по балдахину над роскошной постелью, и впрямь похожа на ту, в которой она жила у дамы Летиции. Вдали виднелась полуоткрытая дверь в другую комнату, тоже ярко освещённую. Что там? Кабине для проведения магических ритуалов?

- Почему у тебя короткие волосы? - внезапно спросил главный бандит, несколько брезгливо оглядывая девушку.

- До приезда к бабушке я очень сильно болела, и мне пришлось состричь волосы, - рассеянно ответила Настя, благо легенда выучена давно.

- Была срамная болезнь? - насторожился бандит.

- Нет, просто вшей очень много было! Я собак очень люблю! - наивно и с долей мстительности отозвалась девушка, и тот невольно отступил, когда Настя пошла на него, а на деле - к кровати.

В спину ей бандит всё так же брезгливо сказал:

- Если бы ты хотя бы немного была симпатичной, я бы на тебе женился, и никто не осудил бы меня.

- Это почему же? - усмехнулась девушка. Намёк, что она некрасива, её не смутил. Помнила, что в глазах Ристерда она почти… прекрасна.

- Похищение из страсти, - пожал плечами бандит и ухмыльнулся, - не является подсудным делом.

- Нет, так нет, - ответила она, трогая шёлковые наволочки подушек, а потом машинально поправляя сморщенное в одном месте покрывало. - Не помру от огорчения. Эй, а как мне тебя называть? Так и звать - “эй, ты”?

- Не зли меня, - холодно сказал тот. - Моего настоящего имени тебе знать необязательно. Зови меня Бераак.

- Как пожелаешь, Бераак. - Теперь уже Настя пожала плечами: нашёл, из-за чего злиться. Отметила, что на переход на “ты” он то ли не злится, то ли не понял ещё, как она к нему обращается. - Бераак, а в этих апартаментах есть ванная комната?

Он кивнул на небольшую дверцу справа от кровати. Настя немедленно подошла посмотреть, где надо будет умыться перед сном. Когда открыла дверь, её лицо (она сама почувствовала это) вытянулось от недоумения. Перед ней оказалась простенькая комнатушка, метров так два на два. В ней один пустой таз, два ведра с водой; пустая бадья - явно для слива грязной воды. На стене нашлось маленькое зеркало, подвешенное на пару гвоздей, словно вбитых впопыхах. Рядом с зеркалом - полочка, на которой устроились две мыльницы с разноцветным мылом, две губки - большая и маленькая, и бутылочка - кажется, с мыльным раствором, заменяющим здесь шампунь. С другой стороны от зеркала - пара полотенец. Под самим зеркалом - ночной горшок, прикрытый квадратной дощечкой.

Настя медленно обернулась к ухмыляющемуся Берааку. Озадаченно спросила:

- Это ванная комната?

Она спросила и впрямь даже озабоченным голосом, но добавив едва уловимой издёвки. Но Бераак эту издёвку уловил и насупился.

- Тебе достаточно и этого!

Настя хотела было сказать: “Хочешь, чтобы курица несла золотые яйца, но хочешь держать её на голодном пайке?”, но вовремя опомнилась. Ладно, хоть это есть.

- А что в той комнате?

Выяснилось, она сообразила правильно: комната для проведения ритуалов с магами и их фамильярами. Спросив разрешения (что Берааку очень понравилось), она подошла к кабинету и заглянула в него. Пустота. Только по стенам богатые гобелены, хоть и чуть старенькие - видно было по потёртостям на краях.

- А… служанка у меня будет? - неуверенно спросила она.

- Завтра познакомишься, - зловеще ответил Бераак. - А пока - сама умывайся и ложись спать. С завтрашнего дня начнём ритуалы, Слушающая.

Она вернулась в спальню, проследила, как он закрывает дверь.

Явственно щёлкнул замок.

Пленница.

Ну что ж…

Вывод пока один: она может капризничать, потому что она нужный этому бандиту человек. Почему-то вспомнилось, что её пятеро сокурсников - ребята из бедных семейств. А что, если этот Бераак - тоже из разорившихся? И нашёл такой странный способ разбогатеть? И что он там, в храмовом подземелье, сказал? Что он и не собирался никого убивать! Так, значит… Он не из тех убийц, которые убивали всех Слушающих подряд? Ведь его люди били магов, но так, чтобы те не умерли! Значит ли это… Настя задумалась. Надо будет поразмыслить над своим поведением здесь. Что-то ей не очень нравится, когда ею настолько брезгуют…

Пора умываться.

Но прежде девушка села на кровать и закрыла глаза.

“Киллин! Килли-ин!!”

Странная тишина. Может, дракончик спит? И поэтому до него пока нельзя докричаться? Но обычно фамильяр Тигана мгновенно просыпался, если была на то необходимость! Она посидела ещё немного, попеременно выкликая Киллина или Виччи, фамильяра старика Файонна. Молчание со всех сторон.

Вздохнув, Настя встала и подошла к умывальне - назвать это место ванной комнатой она не смогла. Слишком тесно и слишком бедненько - по сравнению с великолепием ванной комнаты в доме дамы Летиции. Пока умывалась, с облегчением поняв, что в одном ведре вода горячая, постоянно поднимала голову, пытаясь понять, чем в этом месте пахнет. Что-то она сомневалась, что раньше в этом месте кто-то мылся или хотя бы умывался, но пахло как-то странно знакомо.

И только войдя в спальню и переодевшись в найденный комплект для сна, догадалась, чем пахнет: сырым кирпичом и чем-то вроде бетона. Ничего себе… Она снова в подвальном помещении! Сжав руки, Настя со слезами взмолилась: “Ристерд! Если ты жив, найди меня, милый! Я не хочу! Слышишь?! Я не хочу думать о тебе, как о мёртвом!”

Шестнадцатая глава

Несмотря на возбуждение и страх, Настю, наверное, от усталости и множества событий, быстро сменяющих друг друга, потянуло на сон. Она ещё успела выпить чашку остывшего чая, найденную на столике рядом с кроватью, распробовав сначала и сообразив, что это травяной отвар, а потом нырнула под мягкое и явно заранее разогретое одеяло. Только закрыла глаза - и провалилась в сон. Последнее, что заметила: на том же столике, в низком подсвечнике, догорала свеча. Огарок. Видимо, специально оставили, чтобы огонь потух сам, если она забудет его сдунуть. И слабым эхом первое недоумение во сне, тут же растаявшее в бурном течении, несущем её в тёмные глубины: “Я же хотела осмотреться, нельзя ли отсюда сбежать!..”

Сколько бы она ни спала и как бы глубоко ни заснула, видимо, сна всё же было маловато, когда её буквально выдрали из небытия.

- … Вставай!.. Вставай!.. - бил по ушам противный голос, как будто орущий из-за стены, но почему-то при этом больно бьющий по ушам. Голос был “толстым”, но принадлежал точно не мужчине.

С трудом разлепив ресницы, Настя вяло начала освобождаться от одеяла, отодвигая его от себя, как вдруг его выдрали из слабых со сна пальцев, а её саму схватили за руку и резко заставили сесть.

“Почему я не могу проснуться? - беспомощно спросила себя девушка, жмурясь и стараясь полностью войти в реальность. - Не заболела ли, часом? И почему они так?..”

Наконец глаза вроде освоились с полутьмой, которая продолжала давить на сознание, мешая проснуться. Настя оглядела толстого высокого человека, который стоял перед ней, уперев руки в бока. Судя по очертаниям головы, волосы которой были упрятаны в кокетливую тканевую шапочку, и по длинной юбке, надетой будто на обширную колонну, перед ней стояла та самая служанка, обещанная ей Берааком. Но Настю пока беспокоило другое. Запястье, за которое схватила эта по-медвежьи тучная женщина, чтобы поднять девушку, отчётливо ныло. Так что Настя прижала сдавленную руку к себе и пару секунд укачивала её, слабо надеясь, что боль вот-вот пропадёт. Сообразив, что лучше бы сдавленное запястье чем-нибудь подлечить, она сипло со сна спросила тоненьким и жалобным голосом:

- Обязательно было хватать за руку? Больно же!

- Вставай! - прикрикнула та. - Сейчас придёт мой господин! Ты должна умыться, одеться и поесть! Быстро!

Со сна плохо соображая, Настя послушно встала. Высота кровати была довольно приличной. Вставая, пришлось опереться руками о постель. Настя вскрикнула от боли в ноющем запястье, на которое, забывшись, тоже надавила, и снова свалилась-села на постель. Развернувшаяся было от неё туша стремительно развернулась и заорала:

- Встава-ай!!

Голову будто разбило этим воплем. Зато мозги прочистились, и какая-то муть, витавшая в них, наконец-то пропала. Настя внимательно взглянула на женщину, продолжавшую гнать в её сторону звуковую волну, болезненно пронизывающую голову. Воспользовавшись краткой паузой, пока та набирала воздух для нового вопля, девушка коротко и быстро сказала:

- Будешь ещё орать - постель подожгу.

Тётка будто захлебнулась началом собственного крика. Пока она откашливалась - воздух “не в то горло попал”, - Настя спокойно поднялась с постели и мигом оделась, спрятавшись от толстухи за боковым пологом кровати.

Выйдя из-за него, она проследовала мимо тяжело дышащей служанки в “ванную комнату”. Горячая вода в одном из вёдер заставила её довольно хмыкнуть. Через минуты, умытая и причёсанная (сделала на макушке задорный хвостик из слегка отросших волос), вышла и огляделась. Так, завтрак ей, кажется, приготовили в комнате, которую назвали кабинетом. Ладно. Посмотрим, что там есть.

Настя перешагнула порог в ту секунду, когда толстая тётка, стоявшая к ней боком, подняла два пальца от неглубокой тарелки и тут же облизала их. Замерев, девушка шаркнула ногой, чтобы её заметили, и медленно приблизилась к столу.

- Ешь, - недовольно сказала служанка и отодвинула стул от стола, приглашая садиться. Отодвинула от того места, где стояла та самая тарелка. Толстые губы, измазанные то ли маслом, то ли жиром, скривились в ухмылке.

Остановившись за два шага до стула, начиная закипать от возмущения, Настя при свечах пятирожкового канделябра осмотрела поднос и выложенный на стол прибор из нескольких блюд. В той тарелке, куда опускала пальцы служанка, серело что-то похожее на кашу. Настя неуверенно взяла тарелку. Серое качнулось. Ей предлагают на завтрак эту жижу? Неожиданно для себя чужим, низким голосом Настя сказала, глядя в узкие щёлки глаз, которые едва скрывали издевательское торжество:

- Вам это понравилось - ешьте сами.

Все округлости жирного лица отвердели, а глазки стали ещё уже.

- Завтракай, шлюха!

Настя ощутила, как ноздри её собственного носа раздулись. В следующий миг, сама плохо осознавая свои действия, чисто на инстинктах она взяла и легонько качнула тарелку едва уловимым движением по круговой, после чего без паузы резко послала жидкую кашу в лицо служанке. Та всплеснула руками, но закрыться от шлепка жижей не успела. А Настя бросила тарелку на стол, схватила следующую чашку - с чем-то сиреневым (свёкла с чем-то?) и швырнула цветное содержимое чашки в лицо тётке.

- Ах ты!.. - взревела толстуха и, подняв сжатые кулаки, пошла на девушку.

Та быстро обежала стол, снова схватила в охапку теперь уже опустевшую посуду. Тётка прикрылась руками, готовясь отражать более серьёзную атаку, но Настя выскочила из “кабинета” - и посуда полетела во входную дверь спальни.

Грохот бьющихся тарелок привлёк внимание тех, кто был за дверью, быстрей, чем вопли тётки.

В спальню ворвался Бераак с двумя громилами.

В момент, когда распахнулась дверь, Настя хотела швырнуть последнюю чашку в противника, а потом кинуться к кровати, вокруг которой собиралась побегать, чтобы утомить толстуху. Но сейчас она опустила чашку и, тяжело дыша, скептически смотрела на быстро входящих в её “апартаменты” “гостей”, которые с недоумением осматривались, опасаясь наступить на битую посуду. Бераак сурово взглянул на девушку.

- Что здесь происходит?

- Ничего особенного, - дерзко ответила Настя. - Я требую, чтобы все трапезы проходили в вашей компании!

- А то что? - Глаза Бераака похолодели.

- Ничего! - выпалила Настя, потом кое-что вспомнила и добавила: - Если совместных завтраков-обедов не будет, я устрою голодовку в знак протеста!

Бераак перевёл взгляд на служанку. Его глаза расширились при виде разноцветного лица в крошках и потёков на большущем фартуке.

- Я спрашиваю, что здесь произошло?!

- Пусть расскажет она, - предложила Настя, кивнув на тётку и приподняв руки с чашкой как ни в чём не бывало. - Хочу услышать её версию!

- Странное выражение, - проворчал Бераак и круто обернулся к служанке: - Мор, что случилось?

Под его гнетущим взглядом служанка зашипела было, а потом одышливо засипела и не сразу, но выпалила:

- Я принесла ей позавтракать, а она - вот! - И обвела рукой всю площадь с разбитой посудой. - Сбрендила! Как накинулась на меня!

Настя решительно состроила наивное-пренаивное лицо и заявила:

- Бераак, как хотите, но я со слугами не завтракаю!

- А кто тебе сказал… - начал тот, но девушка, в несколько шагов очутившаяся рядом с хозяином, резко перебила:

- Она пробовала мою кашу! А поскольку (“Скотина она невоспитанная!” - хотелось добавить ей, но в последний момент сдержалась) она не умеет пользоваться ложками или вилками, то залезла в неё - в кашу! - руками! Грязными! Фу-у! - В последнее междометие Настя вложила столько презрения и брезгливости, что аж самой захотелось передёрнуть плечами. И ту же внутренне затаилась: поверит ли похититель в рассказанное ею?

Но, вероятно, Бераак отлично знал эту толстуху. Он поморщился и рявкнул:

- Вон отсюда, Мор!

- Ты меня не выкинешь! - снова упёрла руки в бока толстуха. - Не посмеешь! Я про тебя столько всего знаю, что ты меня не выпроводишь на улицу! И не разговаривай со мной, как с этой шлюхой, которую ты привёл сюда для своих утех! Я для тебя слишком дорого встану, попомни это!

- Да я тебя!.. - рассвирепел Бераак.

Не успел договорить, как Настя, резко вспомнившая всякие бандитские сериалы, вставила, благо стояла за ним, как за защитой:

- Нож ей в бок! А потом похоронить где-нибудь на заднем дворе. Никто и не узнает, куда она пропала! Будет ещё орать в приличном обществе да при хозяине!..

Толстуха икнула, выпученными от ужаса глазами глядя на девушку.

Пришедшие же с Берааком громилы открыли рты и с громаднейшим уважением взглянули на Настю. А тот обернулся, ошарашенный, и медленно спросил:

- Так ты… не барышня? Ты из… простых?

- Обрадовался, - надменно вскинула голову Настя. - Просто в нашем городе - провинциальном - из таких бандитов, как вы, мы покорных ягнят делали на раз!

Странная эйфория кружила голову. Хотелось смеяться и издеваться. Мужчины и в самом деле выпроводили притихшую толстуху из комнаты, а Настя впервые увидела в лицо Бераака. Убийца Ристерда оказался весьма симпатичен собой, а может, даже красив: тонкое большеглазое лицо с такими мягкими линиями, словно его рисовал художник, что особенно подчеркнули длинные пепельно-русые брови, прямой нос с чуткими ноздрями и отлично очерченные губы - наверняка любимчик женщин… Но для Насти он оставался ненавидимым убийцей, с которым придётся уживаться, пока девушка не получит шанса рассчитаться с ним. Ну, хотя бы сбежать и выдать место его расположения.

Толстуху Мор выпроводили довольно-таки притихшей. Уже у двери она бросила испуганный взгляд на Настю и тут же отвернулась, словно боясь смотреть ей в глаза.

Настя ожидала, что теперь Бераак предложит ей руку и проводит в другую комнату, хотя бы на первом этаже, где они вместе и позавтракают, но хозяин велел позвать другую служанку - и не одну. Пока две убирали осколки посуды, третья быстро перенесла в “кабинет” новые блюда. На двоих. Так что Настя села напротив Бераака и оглядела стол, который на этот раз выглядел совсем иначе.

Два прибора со всем необходимым содержимым для нормального поглощения еды. Никаких подносов и тарелок с жидкой кашей. В обеих тарелках кусок отварного мяса (у Бераака побольше - но это справедливо, он мужчина) с парой ложек салата и овощной поджарки. Чашки с горячим чаем и вазочка со сластями. Настя вооружилась вилкой и столовым ножом и с удовольствием принялась за завтрак, про себя размышляя: “Могут же и сразу нормальный завтрак устроить. Зачем надо было присылать эту жуткую Мор?”

За завтраком она обнаружила, что Бераак внимательно следит за её руками. Проверяет, господских ли она кровей? Пусть проверяет. Если Настя раньше не совсем уверенно пользовалась приборами, то время, проведенное в поместье дамы Летиции, оказалось весьма обучающим: вилка с ножом в её пальцах работали как надо!

Доев отбивную, Настя спокойно спросила:

- Так что вы обо мне сказали этой Мор, если она меня не только воспринимала шлюхой, но успела даже обозвать ею?

- Как?.. - поразился Бераак. - Как она вас назвала?

Настю позабавило: они только что говорили друг другу “ты”, а тут вдруг перешли на “вы”. Обстановка за столом требовала соблюдения этикета?

Немного подумав, Бераак раздражённо хмыкнул и попробовал объяснить:

- Она решила: раз я вас поместил сюда, значит, я вас прячу именно как любовницу.

- Женаты? - чуть свысока спросила Настя, логично сплетая это объяснение и поведение нахальной Мор. Но, выпалив предположение, вдруг вспомнила его слова, что он был бы готов жениться на ней, если бы не… некоторые причины.

- Я? Нет. С чего вы решили? А, понял, - поморщился Бераак, потянувшись за чаем.

Они разговаривали светски и чуть безучастно, изучая друг друга. Под конец завтрака Бераак сказал:

- Барышня Насти, ещё раз приношу свои извинения за поведение служанки. Надеюсь, остальные будут относиться к вам соответственно.

- То есть как к пленнице? - не замедлила с вопросом девушка.

- Как к гостье! - рявкнул Бераак. Кажется, добродетель терпения ему была неизвестна.

Он дождался, сидя за столом пока девушки не уберут со стола, и лишь после этого встал и распрощался с Настей, предупредив, что вот-вот к ней придут, чтобы она провела ритуал. Возле двери из подвала хозяин помедлил и всё-таки спросил:

- Что вам нужно, чтобы не проводить время в скуке?

- Книги, - решительно ответила девушка. - И лучше пусть будут приключения, а не любовные романы.

Кажется, она слегка озадачила его.

- Что ж, - наконец сказал он. Ваше пожелание я исполню, но придётся немного подождать.

- Я терпелива, - спокойно ответила Настя, с трудом скрывая рвущуюся изнутри радость: уходи же быстрей! Мне это ожидание необходимо!!

Наконец её оставили в одиночестве.

На всякий случай Настя поспешила оставить у двери стул, поставленный на две ножки, - то есть таким образом, чтобы он с грохотом свалился, если дверь неожиданно для неё откроют. Немного обезопасив своё время препровождение и даже отмахнувшись в мыслях от объяснений, зачем она так сделала, девушка помчалась сначала в спальню.

Она руками обшлёпала все стены, потолок (где могла дотянуться), залезла на балдахин кровати, потом пролезла под кроватью и даже пол простукала лёгкими домашними туфельками, нетерпеливо прислушиваясь, где он будет звучать иначе. Подвела итог: из спальни сбежать невозможно.

И, не задумываясь о том, плохо ли это, бросилась в “кабинет”. Горевать будет потом - когда выясниться, что сбежать вообще нельзя!

“Кабинет” почти незаметно был поделён на две части. Одна, видимо, предназначалась для скудной мебели - для стола и стульев, и создавала впечатление жилой комнаты. Вторая - без ковровых покрытий на полу - предназначалась для проведения ритуала. Для начала Настя попробовала сдвинуть стол с места. Увы… Сдвинула и легко. Затем снова тщательно обыскала помещение. Ни капельки надежды на потенциальный побег. Взъерошенная, она постояла в раздумье посреди “кабинета”, а потом вспомнила и помчалась в “ванную” - то бишь в умывальню. Потом сообразила и сначала вернулась к входной двери, где убрала от той же двери стул, приткнувшийся к ней на двух ножках. В умывальне-то она может закрыться безо всяких подозрений, что делает нечто непозволительное.

Умывальня. Последняя надежда. Настя осторожно, но плотно простукала и прошлёпала стены, потолок. Перенесла с места таз для умывания и вёдра. Умудрилась даже отогнуть от стены полочку для мыла и других средств гигиены.

Бессильно села на табурет, где утром стоял тот же таз для умывания. Нет. Из подвала сбежать трудно. Если и вовсе не возможно.

Ристерда нет. Она сама почти в тюрьме - и неизвестно, как долго здесь будет. Убить столовым ножом Бераака? Что это даст? Его слуги тут же схватят её. Да и хватит ли у неё духу убить?

Настя позорно разревелась, а потом долго плескала холодной водой в лицо, чтобы не было видно опухших от плача глаз.

- Но звать буду каждую минуту свободного времени, - прошептала она себе и горестно всхлипнула, снова не удержавшись. - Ведь меня наверняка будут искать!..

Через три дня она убедилась, что странный сон, из которого её вырвала нахалка Мор в первую ночь после похищения, не был странным. То, что ей не хотелось просыпаться, то, что просыпалась ужасающе трудно, а потом еле-еле привыкла к такому режиму - всё говорило, что для неё поменяли впечатления дня и ночи. Она теперь спала днём, а бодрствовала по ночам.

А Бераак выполнял свою мечту: он зарабатывал на ней, да ещё как!

Бывало, что по ночам, которые для неё стали днями, он приводил на ритуал к Слушающей по пять-шесть человек.

Поначалу Настя едва сдерживала свои эмоции: это люди с поверхности земли! А если она скажет им хотя бы словечко, кто она и откуда здесь? Но глядя на лица, чьи глаза завязаны, понимая, что им приказали молчать в присутствии Слушающей, она постепенно сникла. Сначала испытывала счастье, слушая заикающуюся речь фамильяров, которые с преобразившимися хозяевами начинали говорить быстрей, без растягивания звуков, потом тоже стало всё равно - и ритуалы, во время которых думала, как бы сбежать с помощью магов, проходили чисто машинально… Сутки сменяли другие, а девушка всё убеждённей приходила к мысли, что для неё жизнь в этом месте - медленная смерть. Пару раз она поплакала при Берааке, чуть не с ненавистью рыдала, выплёскивая на него свою злость, а потом успокоилась.

Как-то очень легко успокоилась. Стало всё равно. Когда думала о тех, кто остался наверху и пропал для неё навсегда, просто вспоминала события, которые проходили совместно с ними. А потом и вспоминать перестала. Жила тупо от одного “дня” к другому. Просыпалась с кратким ритуалом: “Доброго утра, Ристерд”. Засыпала с тем же ритуалом: “Спокойной ночи, Ристерд”. Ещё один ритуал: ей принесли книги, и в самой толстой, которую, как надеялась, не сразу заберут назад, потому что в ней постоянно торчала закладка, она на предпоследней странице начала ногтем отдавливать чёрточки, чтобы считать дни, проведённые в самой настоящей темнице.

Читала первые два дня. Потом и книги опостылели.

Небольшое разнообразие вносили служанки, которые под контролем мужчин-громил приходили мыть полы в её комнатах и прибираться или менять постельное бельё. Но с ними даже поговорить не удавалось: кажется, им тоже строго-настрого приказали, чтобы не смели общаться с нею.

Раз, отчаявшись, она попросила Бераака хотя бы раз вывести её на воздух.

Он категорически отрезал:

- Нет. Такого не будет!

- А что будет? - безучастно спросила она.

- Ты всегда будешь подчиняться мне! - самоуверенно объявил он. - Что я ни скажу - сделаешь! Понятно?

- А если пропадёт дар Слушающей?

- Тогда ты… - Он ухмыльнулся. - Получишь нож в бок и будешь похоронена в дальнем углу моего двора.

Однажды, проснувшись среди ночи, Настя долго смотрела на огонёк свечи, которую зажгла перед сном. Голова чистая и ясная. Никакой тупости. Девушка встревожилась, но не сумела сделать нужный вывод, решив, что всё прояснится “утром”. А на завтрак снова выпила травяной чай и забыла обо всём, что коротко пережила ночью.

И снова её больше ничего не интересовало. Вскоре Настя, как ей показалось, научилась отключаться от своих переживаний. Могла сидеть на стуле или на кровати и бездумно смотреть в стену напротив. Сначала боялась клаустрофобии, но эта боязнь медленно утонула в том же безразличии.

Когда на предпоследней странице толстой книги накопилось четырнадцать чёрточек, Настя с трудом пробилась сквозь странную апатию и во время завтрака с Берааком монотонно сказала ему:

- Сегодня проводить ритуал не буду.

- Как это?! - вскинулся хозяин темницы.

- А вот так.

- Не хочешь объяснить? - разгневанно потребовал тот.

- Не хочу. Да и зачем?

- Твой кузен… - вкрадчиво и угрожающе начал Бераак, вглядываясь в её глаза.

Девушка пожала плечами.

- И что? Что - мой кузен? Убьёшь его, что ли? И? Мне от этого ни холодно, ни жарко, честно говоря. Можешь, кстати, и даму Летицию убить. И меня заодно. И вообще… - Она равнодушно посмотрела на него, с трудом держа глаза открытыми. - Мне спать хочется. Постоянно. Проводи сам свои ритуалы. Мне они опостылели. А я усну…

Она потянулась за привычной чашкой с чаем. Бераак неожиданно выхватил чашку из её вялой руки и зарычал:

- Потом выпьешь! А сейчас… - Он встал из-за стола и потащил её к входной двери. - И не смей звать кого-то на помощь, поняла?!

- А мы куда? - нисколько не удивляясь его внезапной активности, спросила Настя.

- Гулять!

Перед входной дверью он туго завязал ей глаза, а потом легко поднял на руки и вынес на улицу. То, что она оказалась на улице, стало понятно сразу: в нос ударил свежайший морозный воздух конца ноября с едва уловимыми ароматами промёрзшего дерева. Бераак, ругаясь, стащил с её глаз повязку. Настя, ёжась подняла глаза к ночному небу и замерла. Бесконечная чёрная синь с белыми искрами звёзд будто взлетела с земли. Девушка вдруг покачнулась и чуть не упала, когда небо резко поехало перед глазами, а ноги дрогнули от слабости. Бераак больно сжал ей плечи, помогая устоять.

- Хватит на сегодня, - угрюмо сказал он. - Завтра выйдем и постоим подольше. Но сегодня ты должна провести ритуал. Иначе я больше тебя сюда не выведу!

Учащённо дыша, боясь, что за сутки ей больше не глотнуть этого прекрасного воздуха, девушка позволила снова повязать тряпку на свои глаза и отнести себя в подвал.

И только в спальне, где отдыхала после проведённого-таки ритуала, додумалась и принялась отчаянно ругаться сама с собой: “Ты же была на поверхности! Почему ты никого на помощь не позвала, дура?!” И отчётливо сознавала - почему. Наслаждение от свежего морозного воздуха, от созерцания неба, от взгляда по сторонам, которые не были закрыты преградами в виде стен, перекрыло все давние мысли о побеге. “Ничего, - уговаривала она себя. - Он обещал и завтра меня вывести. Значит - время ещё есть!”

Дни покатились с новой частью обыденного ритуала: каждую ночь Бераак выводил Настю наверх, и она жадно всматривалась в окружающий её ночной мир. Но… не звала на помощь, как хотела. Три дня прошло, прежде чем она поняла. Нет в живых Ристерда. И ей не хочется туда, где кипит жизнь, но нет единственного человека, с которым хочется быть рядом. С некоторых пор любые мысли о Ристерде вызывали у неё слёзы. Горячие и, тем не менее, безразличные. Она оплакивала его, как будто оплакивала собственную жизнь. А как иначе? Он был её жизнью, хотя она только недавно догадалась об этом.

Чай ей продолжали подавать на завтрак. Где-то внутри она уже сообразила, что он лекарственный, что он успокаивает её, и даже была благодарна Берааку, что не может выплакать по-настоящему своё горе. Оплакать Ристерда.

После третьей недели в темнице она перестала отдавливать чёрточки на странице книги. Безразличие засело так глубоко, что она порой чувствовала себя исполнительной машиной. Больше не протестовала против проведения ритуалов и бездумно наслаждалась кратковременными выходами в открытый мир…

Проведя очередной ритуал и поняв, что наверху скоро утро, Настя неохотно поужинала - привычно в одиночестве, без Бераака. И прошла в свою спальню. Села на кровати и уставилась в стену. Пора спать. Правда, сегодня её что-то беспокоило. Но она недавно поняла одну мудрость: в жизни должен быть твёрдый распорядок дня. Так легче жить. Особенно, если скована рамками темницы. Жить от известного события к другому известному событию удобно… Так что она медленно подняла руки, чтобы снять с волос все заколки и начать готовиться ко сну.

Глаза необычно стремительно скользнули к стене слева.

Показалось, что там кто-то появился.

Нарушение её покоя. Уже давно такого не было. Даже склочную Мор заставили покориться для услужения “девицы из темницы”. И та больше неприятных сюрпризов не устраивала. Но что, если… а вдруг? Настя машинально встала и подошла к подозрительной стене. Не хотелось бы вляпаться в нечто грязное…

Но стена была пуста, и она вернулась к кровати. Сняв с волос все заколки, Настя опустила руки и посидела немного, думая о своём завтрашнем дне, известном ей досконально, до мелочи. “Как белка в колесе…”

Краем глаза снова уловила что-то странное с той стеной, но на этот раз не встала, а продолжала следить. Вскоре она поняла, что стена, которую, между прочим, плохо видно из-за свечей, поставленных только рядом с кроватью, время от времени покрывается вертикальными полосами, которые трудно увидеть, потому что они мгновенно исчезают.

Уже озадаченная, Настя снова заставила себя встать и подойти к загадочной стене.

Внезапно полосы заколыхались, а ещё внезапней наполнились цветом и формой, и перед девушкой появился страшно окровавленный Ристерд. Он покачался, напрасно пытаясь улыбнуться разбитыми губами, а потом прошептал:

- Ну и понаставили тут тебе… блоков от нас… Не прорвёшься…

Она бросилась к нему обнять. Вовремя - он закрыл глаза и повис на ней, чуть не свалившейся вместе с ним.

Семнадцатая глава

Но едва девушка укрепилась на ногах, как тело Ристерда отвердело, он перестал опасно пошатываться и давить на неё, стараясь устоять на ногах самостоятельно.

- Всё, всё… - прошептал он. - Не держи меня. Это только в первые секунды, а потом я уже сам… Я и правда не думал, что будет так трудно прорваться к тебе.

- Ты… - не веря глазам, прошептала Настя. - Ты… живой?!

Она погладила его по спине, по плечам. Настоящий. Не бред. Не галлюцинация. Потрогала затылок, заглянула в блестящие глаза, выглядывающие из-под привычно слишком длинных, слишком отросших волос, - и расплакалась, сама прильнув к нему.

А потом поверила - яростно. До потрясения.

- Ты живой! - пробормотала ему в плечо, в которое уткнулась лицом. - Живой!

Пелена странного плывущего состояния, когда ей было всё равно, мгновенно исчезла. Она с удивлением почувствовала, что начала мыслить ярко, и тут же реальность ворвалась в эти очищенные секунды: Настя спохватилась, отшатнулась от Ристерда, всё ещё крепко держась за его плечи.

- Ты ранен! - быстро сказала она, всматриваясь в его лицо с размазанными по нему потёками крови. - Что с тобой и как тебе помочь?

- Я не ранен, - всё ещё шёпотом отозвался он, радостно глядя на неё чуть сверху вниз, и она снова приникла к нему, страшась, что он вдруг вот-вот пропадёт.

- А что с тобой?

- Когда пробивался в твою комнату, сквозь защиту от магии пространства, кровь пошла носом. А когда всё-таки пробился - размазалась по лицу.

- Тогда пойдём, я тебе сейчас лицо вымою…

- Насти…

Он вдруг оглянулся на входную дверь, а когда снова посмотрел на девушку, вопросительно кивнувшую ему, наклонился и коснулся её губ. Она чуть не заплакала, когда это мягкое прикосновение, замершее было на её губах только горячим дыханием, внезапно превратилось в требовательный поцелуй мужчины, который долго и настойчиво искал свою женщину. И нашёл. Ноги не подгибались - Настя с каждым едва уловимым движением Ристерда будто становилась сильней. Выступившие было слёзы высохли, когда она наконец осознала, что вот он - человек, смерть которого она оплакивала. Из-за которого ей было всё равно, останется ли она здесь, под землёй, или выйдет наверх, на свободу.

Поэтому, когда Ристерд неохотно выпрямлся, не спуская с девушки глаз, она хрипловато сказала:

- Не бросай меня здесь.

- Не бросай меня там, - ответил он и снова коснулся её губ, но уже коротко, после чего вздрогнул и снова встревоженно уставился на входную дверь.

- Идём в умывальню, - шёпотом велела она.

Когда она открыла дверь, а он перешагнул порожек и огляделся, Настя услышала его прошелестевший по комнатушке смешок:

- И в самом деле - умывальня…

Они чуть не поссорились - тем же шёпотом. Настя пыталась осторожно протереть его лицо, а он всё порывался брать горстями воду из ковша и просто умыться над тазом. Она уступила, а потом, пока он вытирался, с новым изумлением смотрела на него. Он жив. И он здесь. Невероятно!

- Но как? Как ты остался в живых? Я же видела… - И независимо от неё глаза наполнились жгучими слезами. Никогда не думала, что такое привычное выражение “жгучие слёзы” можно прочувствовать на практике. Но слёзы и впрямь жгли глаза, пока Ристерд не велел ей вытереться тем же полотенцем, которым сушил своё лицо. И она благодарно прижала влажное полотенце к себе, промакивая глаза.

Оглядываясь на дверь, Ристерд быстро рассказывал - вполголоса, благо дверь всё-таки закрыта:

- Мы долго не могли найти тебя. Потом сообразили, что тебя, возможно, держат под землёй. Полицейские пускали собак по следу из подземелья - они нашли-таки, где похитители вышли наверх. Но дальше собаки не смогли повести - фамильяры сказали, что след присыпан каким-то веществом, сбивающим со следа. Вызвали пространственников из военной части - из полка при королевском дворце. Они раскинули пространственную сеть над всем городом и пригородом. И однажды - это было несколько дней назад, сеть дала сигнал, что ты появилась на поверхности.

- Не поняла, - прошептала Настя. - А на что сеть раскидывали? Ну, если так можно выразиться?

- На твои вещи. Дама Летиция сразу отдала магам-пространственникам несколько вещей из твоего гардероба. На сохранившуюся магию вокруг них и ставили сеть.

Девушка хотела спросить, а разве такое возможно, но сообразила, что это лишний вопрос. Главным оставался другой вопрос:

- Ристерд, и что дальше?

- Дальше я должен подготовить тебя к переходу-переносу в другое, надёжно защищённое место, а для этого…

- Подожди, - прервала она его. - Кто-то сюда идёт.

- Откуда ты знаешь? - прошептал Ристерд.

- Видишь эти две свечи? Я давно заметила: когда кто-то идёт в мою комнату, они начинают волноваться. Из-за сквозняка. Где-то открыли дверь наружу. Где тебя спрятать?

Последний вопрос был обращён Настей к себе же. Она лихорадочно обдумывала, какое место в её довольно бедном мебелью подвальном помещении может быть скрытным для чужого глаза. Ристерд терпеливо ждал, застыв глаза на двери в умывальню и не опуская руки с рукояти учебного меча.

- Под кроватью, - сказала наконец Настя, выдохнув с облегчением. - В моей кровати внизу есть ящик для постельного белья. Меня постель два дня назад. И это было впервые. Значит, ещё, как минимум с неделю туда никто не заглянет. Бежим!

Они выскочили из умывальни и бросились к кровати под балдахином. Глянув наверх, Ристерд усмехнулся.

- А если…

- Нет, он очень непрочный, - сразу догадалась о его предложении девушка. - Я туда пару раз лазила, чтобы найти выход. Увы. Быстрей забирайся в ящик!

Она подняла край покрывала, и Ристерд, разглядев тёмное нутро кровати, шмыгнул в импровизированную нору и мгновенно лёг, отодвинувшись в самую глубину плоского ящика. А Настя подёрнула край, разглаживая покрывало, а потом поспешно отошла от кровати - к кабинету. Уже на пороге она услышала, как открылась входная дверь.

- Куда попёрлась?! - грубо прикрикнула Мор, внося в комнаты ведро с шваброй. - После твоих вчерашних делишек с дурацкими ритуалами там столько грязи, а ты ещё и натоптать мне хочешь? Уйди оттуда! Сиди на своей кровати, вон, богатой!

- Хорошо, Мор, - покорно сказала Настя, подражая той послушной девушке, которую служанка привыкла видеть, и боясь, как бы та не расслышала в её голосе новых, ликующих и даже счастливых ноток.

Под внимательным и скептичным присмотром грузной служанки она отошла к кровати и присела на краешек, с трудом давя смешливую улыбку. Надо же, как сошлось! Он внизу - она наверху. Нет. Не так. Она здесь - и не одна. Вот так. Настя снова заулыбалась во весь рот и отвернулась, чтобы идущая мимо Мор не заметила её радости. А та, бурча, вразвалку прошагала к кабинету и принялась там громыхать, готовясь к влажной уборке. Настя вздохнула. Обычно Мор очень быстро заканчивала уборку, но девушка заметила: если та что-то заподозрила, будет возиться долго. Так что Настя сделала скорбное лицо и принялась плести косичку из бахромы, свисающей с балдахина.

Трюк с маской грусти и покорности судьбе удался. Мор, ругаясь на все корки: “Я должна ещё за этой куклой убираться! Приводит всяких барышень, а мне потом…”, выволокла в коридор подвала ведро и свою швабру, смачно хлопнула дверью, и её шаги начали утихать.

Настя мигом соскочила с кровати и присела на корточки, задирая покрывало.

- Ты не уснул там?

- Ну и тётка, - покачал головой моментально вывалившийся на пол из кроватного ящика Ристерд. И вздохнул. - Нет, я слышал, конечно, как ругаются тётки на рынке, но чтобы так - с тобой!

- Забудь о ней, - нетерпеливо сказал девушка, снова обнимая его за плечи и жадно всматриваясь в его глаза. - Ты сказал, что должен меня приготовить к переходу. Что надо делать? Чем я могу помочь?

- Ничем, Насти. Сиди и слушай, как бы кто не пришёл неожиданно, а заодно наблюдай за своими свечами-подсказчиками.

Он встал возле кровати и огляделся. После чего внезапно сделал странное: оттянул рукав меховой рубахи и, не успела Настя испугаться за него, на запястье быстро соединил несколько вытатуированных точек царапинами, которые быстро наполнялись кровью.

- Ага, вот они, - пробормотал он уже рассеянно, не обращая внимания на девушку, и стремительно пошёл к стене рядом с дверью в кабинет.

Осторожно, поглядывая на свечи, оставшиеся на столике, Настя последовала за ним. Видимо, понимая, что ей тоже хочется знать, что именно он делает, Ристерд вполголоса начал объяснять:

- Прежде чем тебя похитили, здесь не просто устроили комнаты для твоего будущего проживания, но заранее обезопасили их магическими рисунками, которые не дают магам-пространственникам сюда пройти.

- Но ты же прошёл… - шёпотом напомнила девушка.

- Я сильней тебя чувствую, чем остальные, - не оборачиваясь, ответил Ристерд, но Настя услышала в его голосе улыбку. - Поэтому для меня магический рисунок не слишком большая помеха.

Настя вспомнила его окровавленное лицо, так напугавшее е в первые секунды его появления здесь, в подземелье. Но только вздохнула. Он мужчина. И может лучше, чем она, оценивать степень опасности. Тем более - он выполнял то, чему его учили. Так что она встала рядом, одновременно слегка развернувшись, чтобы вовремя заметить нечто опасное или услышать что-то подозрительное… И, пока он снимал руками невидимое её глазам, она вдруг сообразила:

- Ристерд, получается, никто не знает, где я нахожусь? Никто не знает, где ты…

- Никто, - подтвердил он, продолжая заниматься своим делом, странным на первый взгляд. - Мы, несмотря на сеть, пока не знаем, чей это дом. Но наверху, там, где сеть дрогнула на твои вещи, уже собираются взрослые маги-пространственники, а полиция начинает выяснять, кому принадлежат эти земли.

- Это не убийцы, - категорически сказал Настя. - Этот, который меня похитил, он назвался Берааком. Но он сразу сказал, что его люди наблюдали за всеми “глухими” магами, а когда некоторые стали слышать своих фамильяров, они сразу же определили, куда эти маги ходили, после посещения какого места они стали слышать фамильяров.

- Вот оно что… - не очень сильно удивился Ристерд, придирчиво проверяющий стены и переходя на другую сторону мимо двери в кабинет. - Значит, этот тип просто бандит, но не убийца.

- Ристерд… - не услышав его последних слов, Настя дёрнула его за рубаху, обернувшись к входной двери. - Ты слышишь? Свечи не мелькают, но, мне кажется, где-то там слышно что-то…

- Замолкни.

Девушка послушно замолчала.

Ристерд в первую очередь взглянул на свечи. Огонь тех и в самом деле горел ровно, без колебаний. Зато где-то (девушка так и не расслышала, где именно. Показалось - со всех сторон) раздавались глухие звуки, в которых с трудом можно было узнать голоса и треск чего-то сломанного. Настя только было обернулась к Ристерду, чтобы спросить, не вошли ли взрослые пространственники в поместье Бераака, как неожиданно услышала громкие вопли - болезненные и умоляющие.

- Что это? - не выдержала она.

- Не знаю, - прошептал тот, обеспокоенно прислушиваясь. - Это не маги. Они должны дождаться, пока я тебя вынесу отсюда, а потом уже входить в дом, чтобы арестовать хозяина и его подельников. Но это…

- Может, его охрана обнаружила магов? - предположила Настя, прижимаясь к Ристерду: было не по себе от криков, которые становились всё громче. Раньше она даже не знала, что крики с верхних этажей могут достигать её подвала.

Ристерд посмотрел на неё, покусывая губу, а потом решительно сказал:

- У тебя здесь есть тёплая одежда?

- Есть, но…

- Быстро одевайся.

- Но ты не распутал магические рисунки! - испугалась девушка. - Думаешь, тебе удобно будет проходить через их слои, да ещё со мной в качестве груза.

- Мне не нравится то, что происходит наверху.

- Но ты уверен…

- Уверен, - спокойно сказал он.

Чувствуя, что он врёт, успокаивая её, Настя, тем не менее, поспешила к кровати. Там ей Бераак оставил ту одежду, в которой выводил погулять по ночам. Накинула шубку и схватила широкий шарф-палантин, тут же кинувшись обратно, к Ристерду, суеверно испугавшись, как бы он не перенёсся наверх без неё.

Он крепко обнял её, как бывало, когда он ждал её в саду, чтобы перенестись в город. Заглянул в лицо и подбадривающе кивнул.

- Не бойся. Насти, слушай меня внимательно…

Внимательно трудно было слушать: внезапно девушка не только расслышала умоляющие вопли, но и почуяла отчётливый запах горелого дерева. И страшно перепугалась, оглянувшись на входную дверь: дом Бераака горит?!

Но Ристерд ладонью повернул её голову лицом к себе.

- Думай о месте, в которое бы тебе сейчас хотелось попасть. Ты не прилагала только что никаких магических сил для магических действий. Я могу опереться на твои силы, поскольку ты ко мне расположена. - Он улыбнулся, словно не чуя дымной горечи. -И смогу перенести нас обоих куда угодно.

- Но что потом? - умоляюще просила Настя.

- А потом я перенесу нас в любое место. Главное - выбраться отсюда.

И он хорошенько прижал её к себе, поправляя на ней шарф, небрежно накинутый на голову. Настя покивала, а потом спросила:

- Что? Прямо сейчас?

- Посмотри на свечи.

Огни свеч трепетали так, что девушка сразу сообразила: настежь открытая где-то дверь в подвал пропускает бегущих к ней людей. Кого? Бандитов Бераака? Или тех, кто напал на него?

- Что надо делать? - с трудом подавляя дрожь, спросила она.

- Думай о том месте, если ты его вспомнила.

Последнее, что увидела Настя, это распахивающуюся дверь, схлопнутые резким сквозняком огни свечи, которые словно специально потухли, чтобы ворвавшиеся в спальню агрессивные люди не заметили двоих. А потом снова затошнило - как это было, когда Ристерд, обессиленным, переносил её… И завертелось перед глазами. Как во сне…

… Ристерд рухнул, принимая на себя её вес. В темноту, в холодное, в снежное. Настя ахнула, испугавшись, что давит на него, и попыталась откатиться в сторону. Руки парня не пустили, прижимая к себе. Будто Ристерд сам испугался, что девушка немедленно сбежит.

- Где мы? - прошептала она, оглядывая кусочек мира, который был виден: за спиной - высокая стена, прямо перед носом - деревья, а сквозь них светятся жёлтые лампы фонари, а ещё дальше - проглядывают строения, какие-то однотипные.

- Это ты мне скажи, - в ответ прошептал Ристерд.

Она снова пригляделась, прислушалась. Где-то недалеко, совсем близко, смеялись и говорили, показалось даже - послышалась музыка. Услышала странный шум, который был всегда известен ей, но позабылся, пока она жила в мире…пока жила в мире… Шум множества машин на дорогах.

- Ристерд, я вернулась… домой! - ошарашенно сказала Настя. - Это мой город, это сквер, где я нашла Киллина! Я даже не ожидала, что сбудется… И это место, ну, где мы сейчас… Вы с Тиганом дрались здесь! Точно! Это оно!

Она разглядела в свете фонарей, которого было достаточно, что здесь, как и тогда, мало кто бывает. Снег, выпавший за это время и продолжавший падать, был совершенно чистым и ровным. И утро. Слишком раннее, а потому вокруг сизо-тёмные тени. Оттого и фонари горят немного раздражающе… Она так увлеклась разглядыванием вокруг себя, что не сразу заметила: Ристерд осторожно высвободил свою руку, давая ей возможность встать. Сам не поднимался, бесстрастно следя, как она постепенно завозилась, чтобы встать на ноги.

Наконец она вспомнила и обернулась к нему, подавая руку.

- Вставай. Что разлёгся? Мы в безопасности.

- Ты уверена? - ровным голосом спросил Ристерд, поднявшись без помощи её руки и тут же протерев под носом вновь выступившую кровь.

- Что ты имеешь в виду? - снова мгновенно испугалась она. - Что за нами могут погнаться и сюда? Что среди тех поджигателей тоже есть маги-пространственники?

Он ничего не отвечал, хотя видел, как она растеряна. А потом и она замолчала, изумлённо глядя, как он, морщась, стряхивает с себя снег, отступив чуть в сторону. Даже не подошёл, чтобы помочь её почиститься!.. Не выдержала и спросила:

- Ристерд, что случилось?

- Ты захотела вернуться.

- Я?! Вернуться?! - потрясённо повторила она и тут же обозлилась. - Да я перепугалась, как не знай кто! Откуда мне знать, что происходит в доме дамы Летиции или даже в академии?! Когда ты сказал вспомнить место, где безопасно, я решила, что для нас будет легче оказаться в моём мире!

- И что дальше? - всё так же равнодушно спросил он. - Ты пойдёшь… домой?

- Попробуй только уйти без меня! - с угрозой произнесла изрядно обозлённая Настя. - Меня несколько недель держали в заточении, заставляли жить чуть ли не во сне, я так обрадовалась, что появился ты! А ты мне тут всякую ерунду!.. Возвращай меня к даме Летиции! Мои родителям наплевать, где я и что я делаю! Так что…

Она была так возмущена, что не могла подобрать нужных слов.

- Ты мне говорил, что я дорога тебе, а сейчас, когда я всего лишь так здорово спрятала нас от фиг знает кого, ты мне тут такие заявочки устраиваешь! Верни меня в свой мир! Меня там слишком многие ждут, если ты сам не хочешь быть для меня лучшим из лучших! Верни меня!

Она зарыдала от слабости, от необходимости ему что-то объяснять, когда он сам должен понимать, а он, твердолобый, дурак и псих, придумал там себе что-то - и собирается оставить её здесь! Где-то в глубинах памяти сохранялись его объяснения о том, что человек может вернуться туда, куда захочет при одном условии: что он действительно хочет вернуться. И что теперь? Ристерд решил, что она в самом деле хочет остаться здесь, в своём мире? Дурак!

Настя решительно шагнул а к нему и просунула руки так, чтобы обнять его за пояс.

- Переноси! - шмыгнув, велела она. - К Тигану! В дом его бабушки. Быстро!

Она почувствовала, как медленно поднялись его руки, обнять её в свою очередь. И ещё крепче вцепилась в него, щекой упираясь в его меховую рубаху, хотя щеке было холодно и мокро. Мгновенное помутнение сознания - и оба еле устояли на ногах, хотя на этот раз под ногами был паркетный пол. Ристерд разомкнул объятия и отступил, слепо глядя на девушку и повторяя одно и то же:

- Я совершил преступление, взяв тебя с собой. Я не должен был этого делать. Я… должен был оставить тебя там.

- Я тебя сейчас… ударю! - обозлилась Настя. - Если ты не замолчишь!

Не успела.

Ристерд исчез.

И в памяти девушки остался лишь смутный образ мрачного парня с выражением на лице, которое можно было трактовать лишь одним: “Я преступник!”

И Настя в отчаянии закричала: “Киллин! Киллин! Где ты?! Я здесь!”

Перед ней немедленно возник Тиган и бросился к ней обнять. Настя ответно сжала его изо всех сил, плача, но не от радости, а от счастья, что хоть кто-то искренне рад её появлению. Она так ревела, что даже Тиган отстранил её от себя и беспокойно спросил:

- Насти, а где Ристерд? Он первым рванул за тобой!

- Он меня-а броси-ил! - зарыдала девушка, и ошеломлённый Тиган поневоле снова обнял её, успокаивая.

На шум прибежала, ведомая дракончиком, дама Летиция и при виде плачущей Насти сама заревела и бросилась к девушке обнять её. Тиган, совершенно сбитый с толку, тишком-молчком удрал из апартаментов Насти, прихватив изумлённого фамильяра.

… Раннее зимнее утро переходило в тусклый рассвет, когда в доме дамы Летиции всё успокоилось. За поздним завтраком Насте рассказали всё, что произошло с момента её похищения. О том, как полиция нашла похищенных студентов. Как успели спасти сильно избитого мага и его фамильяра, пса Дэра.

- А что случилось с Ристердом? - взволнованно спросила дама Летиция.

- Когда Ристерд предложил мне найти безопасное место, я вернула нас в свой мир, - угрюмо сказала девушка. - А он решил, что меня сюда, к вам, нельзя возвращать. Я всё-таки уговорила его. Но он считает, что совершил преступление - по меркам магов-пространственников. Тиган, это так?

- Сразу не скажу точно, - задумчиво отозвался “кузен”. - Но как по мне, так здесь небольшой заворот очень интересный. Ристерд поступил неправильно - по строгим правилам магов-пространственников. Да это есть. Но с другой стороны - ты потребовал его вернуть себя к нам. С третьей стороны… Я не понимаю его. Ведь, кроме нас и его самого, никто не знает, что ты не из нашего мира!

- Какие глупости, - вновь взволнованная, сказала дама Летиция. - Насти, почему тебя так тревожит поведение Ристерда?.. - И тут же ахнула. - Я слепая и глухая! - объявила она. - Бедная моя девочка! Бедная моя Насти! Вот в чём дело!

Тиган вопросительно уставился на бабушку. А та задумчиво пожевала губами и вскинула брови.

- Ничего, - дотянувшись до девушки, дама Летиция погладила её по плечу. - Посчитай эту ситуацию испытанием.

- Но дама Летиция, - вдруг сообразила Настя, что имеет в виду “тётя”. - Разве вы не возражает против моей дружбы с Ристердом?

- Ка-ак? - снова ахнула дама Летиция. - Тиган, ты не рассказал нашей Насти последние новости про Ристерда?

- Бабушка, - с упрёком обратился к ней внук, - мы совсем мало времени общались!

- Итак, милая Насти, - радостно объявила дама Летиция. - Если ты выйдешь за Ристерда замуж, ты сделаешь замечательную партию!

Настя была просто ошарашена. Замуж? О таком она так быстро не задумывалась!

Но даме Летиции так не терпелось поделиться новостями, что она мгновенно перекинулась именно что на новости!

- Ты знала, что у Ристерда есть младший брат, который тоже Слышащий? - накинулась на девушку “тётя”. И чуть не закричала торжествующе: - Знала?! Чтобы Слушающего сохранить и уберечь от бандитов и убийц, сам король принял в мальчике участие!! Он быстро решил дело! Знаешь ли, милая Насти, что он сделал?! Он велел разыскать среди дальних родственников семейства Ристерда близкого к ним по родовой линии! И такого нашли! Среди королевских министров! Этот твой Ристерд теперь будет не только важной персоной, но и весьма богатым человеком, ведь его дальний родственник очень и очень богат, не говоря уже о влиятельности! Мать с младшим братом теперь переехали в дом этого министра - дай стихийные силы мне памяти, не помню, как его звать, но не это суть важно!! Этот министр не знал о своей бедной родственнице, но теперь горит желанием отремонтировать её дом, поскольку это старая постройка, но очень важная, со своими удивительными преданиями и историей! А его дом - всего лишь обыкновенный дом! Ничего особенного!

Далее “тётя” не сообщила больше ничего нового, утонув в восторгах.

Настя, честно говоря, не знала, как оценивать эту информацию в свете того, что Ристерд гордо… бросил её! Обескураженно переглянувшись со смирившимся Тиганом, который всё пытался вставить словечко, но никак не мог, Настя сумела-таки втиснуть свою фразу в восторженный монолог дамы Летиции:

- Простите, дама Летиция. У меня немного голова заболела от стольких новостей. Можно, я немного полежу у себя?

Было дано милостивое разрешение, и Настя поплелась в свою спальню, размышляя о том, что настолько быстро события в её мире не изменялись, как здесь.

Восемнадцатая глава

Настю с трудом сумели разбудить ближе к обеду. Она забыла предупредить, что, будучи подневольной, две с лишним недели жила по иному расписанию. Так что даже сейчас, вроде проснувшись, но вслепую тараща глаза на Киллина, она просто-напросто не понимала, что происходит и что от неё требуют.

“Насти, к тебе пришли! - надрывался дракончик, прыгая перед ней, распялив крылья. - Почему ты спишь?! Меня послали разбудить тебя! Быстро вставай! Там столько людей - и ты всем нужна!”

- Да, я сейчас… - сонно пробормотала девушка, откидывая одеяло и вставая, одновременно ладошкой прикрывая зевающий рот. И - услышала-таки Киллина. Встрепенулась. - Ты сказал - столько людей? А кто пришёл?

“Полиция и лекарь, пейдн Стиана. Он хочет посмотреть, здорова ли ты”.

- А чего хочет полиция?

Спросила и тут же хмыкнула. Уж она-то это и сама должна знать.

“Она хочет поговорить с тобой!” - взволнованно сообщил Киллин

Что ж. Как и думалось - ожидаемый ответ.

Посмотрела на халат-накидку, который привычно схватила и в котором обычно бегала по дому, и покачала головой. Нет, если бы пришёл только пейдн Стиана, тогда бы она спокойно вышла в этом лёгком домашнем платье. Но полиция… Кинулась в гардеробную, чувствуя тяжёлые с недосыпа ноги. Но кровь постепенно разгонялась по жилам, и двигаться становилось всё легче. Всё. Слегка деловое тёплое платье, тёмное и скромное, и длинный жилет в тон. Комнатные туфли. Потом рывок в ванную комнату и сожаление, что нельзя залезть в саму ванну. Успела причесаться и умыться - и помчалась к гостиной дамы Летиции, сопровождаемая ворчащим Киллином, который во время её деловых перебежек еле удерживался на её плече. Замедлила бег лишь раз, когда показалось - дверь в её апартаменты дрогнула. Ристерд?! Сердце зашлось от бешеного стука, а глаза наполнились слезами, злыми и бесполезными… “Нет его здесь. Забудь о нём! Хотя бы пока… И отвлекись на предстоящее дело…” И поспешно заговорила с дракончиком, лишь бы не думать о… предателе.

- Киллин, а Тиган тоже здесь?

“Да, его вызвали как свидетеля преступления”.

- Свидетеля преступления?!

“Я плохо понимаю, что происходит, - откровенно признался фамильяр. - Плохо понимаю, как определяют людей вокруг тебя. Но все, кто относится к твоему похищению, как Слушающей, являются свидетелями. Так сказал главный полицейский!”

- Вон как… - пробормотала Настя, стоя перед входной дверью в коридор к гостиной и собираясь с силами, чтобы предстать перед “гостями”. И страшась: а как отреагировала дама Летиция на столь нежданных-негаданных гостей, которых она просто вынуждена принимать у себя из-за девицы, которую вынужденно приютила?

Поэтому первый взгляд она бросила именно в сторону любимого кресла дамы Летиции. И успокоилась. Глаза “тёти” горели неподдельным энтузиазмом. Кажется, ей нравилось быть в самом центре страшной преступной тайны. Правда, будучи умным человеком, дама Летиция предпочла отдалиться от ситуации и только блестела любопытными глазищами на всех, кто собрался в её гостиной, и всякий раз останавливала взгляд на любом заговорившем о деле.

Сидела дама Летиция так, чтобы сразу увидеть входящую Настю. Остальные - лицами к ней. Так что Настя спокойно сумела подойти к ней, пока шла негромкая беседа. И поздороваться со всеми сразу, встав сбоку от кресла “тёти”. Судя по одобрительному взгляду дамы Летиции, девушка правильно выбрала наряд для встречи со специфическими гостями.

Первым к Насте рванул весьма озабоченный пейдн Стиана.

- Барышня Насти, я должен осмотреть вас, чтобы убедиться, что вы здоровы и можете выдержать предстоящий допрос!

- Ну что вы, - вкрадчиво произнёс мужчина лет тридцати, но совершенно седой, сидящий ближе к даме Летиции, а следовательно - рангом всех выше, насколько понимала такую расстановку необычных гостей Настя. Он сидел, явно возглавляя пятерых других мужчин, которые выглядели на его фоне слишком невзрачными. - Никаких допросов мы не будем проводить. Добрый день, барышня Насти! Я представитель магического отдела столичной полиции - пейдн Ултан. С вашего позволения, нам бы хотелось услышать всю историю вашего похищения. В состоянии ли вы сейчас объяснить нам, что произошло, каким образом - и почему? Ну, и нам нужны ответы на некоторые другие вопросы.

“Киллин, спроси у Тигана… - Настя с трудом разыскала прячущегося в этой компании “кузена”. Он стоял у самого окна. И тогда она задала вопрос, который должна была озвучить ещё в своей спальне: - Все эти люди знают обо мне, как о Слушающей?!”

“А чего спрашивать? - пробурчал дракончик и переступил лапками на её плече, явно не собираясь перелетать к хозяину. - Я и сам скажу. Они всё-всё про тебя знают!”

Дама Летиция кивнула Насте на соседнее кресло рядом. Сидящий здесь был бы в центре внимания. Настя осторожно присела на краешек сиденья, после чего Киллин сорвался с её плеча и переметнулся к хозяину, который, так получилось, стоял чуть сбоку от всего почтенного общества. К девушке же торопливо подошёл пейдн Стиана и быстро проверил её, взяв за руку и прослушав пульс. Настя уже знала, что по пульсу лекарь легко узнает главное. И, когда пейдн Стиана довольно хмыкнул и отпустил её ладонь, все, замершие во внимании, с облегчением зашевелились.

- Барышня Насти, почему вы так долго спали? - осведомился лекарь. - Насколько я слышал, сегодняшний эпизод вашей история произошёл в считаные часы!

- Похититель заставил меня изменить порядок сна и бодрствования, - объяснила Настя. - По ночам я проводила ритуалы, а днём спала.

- Чем похититель угрожал вам? - со своего места спросил пейдн Ултан.

- Жизнями любимых людей, - со вздохом обернулась к даме Летиции девушка.

Та порывисто схватила её за руку, поддерживая.

Пейдн Стиана, значительно оглядев присутствующих, важно отошёл от подопечной и пристроился рядом с Тиганом.

- Простите, - неуверенно сказала девушка, глядя на представителя магического отдела. - Но я бы хотела убедиться, знаете ли вы, что я… - И она беспомощно замолчала. Неужели они заставят её признаться, что она Слушающая?

- Мы знаем, что вы Слушающая, - серьёзно сказал пейдн Ултан, и плечи Насти будто сами по себе опустились, расслабившись.

Все присутствующие подтвердили слова своего начальства.

Настя начала рассказ. Он оказался очень длинным, потому что пейдн Ултан ловко, даже не перебивая, вставлял в её повествование уточняющие вопросы. Но и дама Летиция оказалась хорошей хозяйкой. Она издалека жестами командовала действиями дворецкого, а тот - прислугой, и вышколенные служанки то и дело обносили гостей чаем с выпечкой.

Когда Настя выдохлась и рассказывала, уже только отвечая на вопросы представителя магического отдела полиции, пейдн Стиана, сердитый, тоже вставил пару словечек о том, что его подопечная с непривычки - после недель одиночества - наверняка испытывает усталость от общения со множеством незнакомых людей. Пейдн Ултан кивнул и уже сам кое-что рассказал, что было воспринято с огромным интересом дамой Летицией и Тиганом. Теперь, после этого рассказа полицейского, Настя поняла, почему Тиган так расстроен.

Начали с конца.

Ристерда освободили от занятий в академии - в наказание за нарушение правил магов-пространственников. Заблокировали личную магию пространственника. Ко всему прочему это нарушение чревато ему исключением.

- За что его хотят исключить? За какое нарушение? - с тревогой спросила Настя. Слова Ристерда она помнила, но хотела услышать версию из уст представителя властей.

- Своим выбором безопасного места вы показали, что хотите вернуться на родину, - ответил пейдн Ултан. - Юноша же не внял вашим доводам и вернул вас сюда.

- Не хотите ли вы сказать, - недовольно начала дама Летиция, - что девушка испытывает неприязнь к моему дому?

- Тут очень тонкая грань между правилами и желаниями самой вашей племянницы, - объяснил пейдн Ултан. - С одной стороны, если она чувствует себя дома в безопасности, если подумала о доме в первую очередь, то юноша должен был её там и оставить. С другой стороны, барышня Настя затем настаивала, чтобы он перенёс её сюда же, в ваш дом. С этим маленьким казусом будут разбираться опытные маги-пространственники.

- Всё равно это несправедливо, - буркнул от окна Тиган.

Пожав плечами, пейдн Ултан заметил:

- Решение данного вопроса не в моей компетенции.

- Глупо как-то… - вздохнула Настя.

- Отнюдь, - уже решительней покачал головой представитель магического отдела полиции. - Я не очень сведущ в тонкостях правил магов-пространственников, но пару раз приходилось решать дела с насильственным уводом невинных людей преступниками из пространственников, которые утверждали, что уводили тех по их же доброй воле. А на деле всё было иначе.

- То есть всё зависит от меня? - уточнила Настя и пожала плечами. - Хотите, я напишу заявление, что моего насильственного увода не было, а было насильственное требование к Ристерду доставить меня туда, куда я хочу?

Несмотря на вырвавшийся смешок дамы Летиции, пейдн Ултан серьёзно кивнул.

- Возможно, такое заявление будет сильным аргументом. - А потом улыбнулся и сказал: - Барышня Насти, думаю, теперь у вас всегда будет прекрасное настроение, поскольку у меня для вас замечательная новость. Прятаться от бандитов вам больше не придётся. Никогда.

И дальше рассказал о том, о чём Настя смутно догадывалась: в момент, когда полицейские, взрослые маги-пространственники из военной части и простые военные нашли тут точку, в которую перенёсся Ристерд, и приготовились штурмовать дом Бераака, на тот же дом нацелилась группа неизвестных, которая не просто пыталась ворваться в намеченное здание, но и сразу, без промедления подожгла его со всех сторон.

- Мы не думаем, что бандиты собирались уничтожить всех, - сказал пейдн Ултан. - Мне лично, например, кажется, они хотели выгнать наружу всех обитателей дома, а затем какими-то своими путями отыскать Слушающего. Причём мы до сих пор не знаем, каким образом они узнали, что именно ваш похититель пытался устроить собственные дела, эксплуатируя ваш дар Слушающей.

Внимательно слушавшая его, Настя мельком подумала: “А если… А если Бераак был одним из них, а потом придумал, как обогатиться за мой счёт, и отошёл от банды?”

Будто подслушав её, представитель полицейского ведомства сказал:

- Мы прорабатываем версию, что похититель ранее входил в банду, но она пока в разработке. Ничего конкретного по нему сказать не могу.

- А все жильцы его поместья живы? - с тревогой спросила Настя.

- Все, - кивнул пейдн Ултан. - Мы подоспели вовремя и сумели предотвратить ненужные смерти. Зато бандиты так отчаянно отражали наши атаки, что нам пришлось поневоле уничтожить их всех. Последний из них, раненый, не сумел ускользнуть от нас. Именно он и подтвердил, что мы уничтожили всю банду. Кроме него, разумеется. Так что, барышня Настя, ещё раз могу заверить в том, что вам уже можно не скрываться в качестве Слушающей.

- А как же мои однокурсники?

- Все живы, - сказал Тиган. - Мы зашли в храмовое подземелье буквально в ту же минуту, когда тебя уводили. Но про это я тебе расскажу потом, когда будет время.

Между тем гости прояснили последние тёмные моменты в истории с похищением Слушающей, после чего раскланялись (кроме лекаря Стиана, оставленного обедать), и дама Летиция, весьма довольная увлекательнейшим времяпрепровождением, лично, под руку с Тиганом и скромно шествующим позади дворецким, проводила их до кареты.

А вернувшись, скомандовала обедать и уже во время десерта спросила у лекаря:

- Как вы думаете, пейдн Стиана, как долго надо будет барышне Насти приходить в себя и когда моей племяннице можно будет вновь посещать академию?

- Думаю, дня три достаточно, - серьёзно сказал пейдн Стиана. - Она выглядит довольно здоровой, но вот душевные раны должны зажить.

- Пейдн Стиана, - робко вмешалась в диалог Настя, - а может, мне уже завтра пойти в академию? Среди своих однокурсников мне будет легче прийти в себя.

- Я бы согласился, - откровенно сказал лекарь, - но под душевными ранами, барышня Насти, я имел в виду и вашу невольно выработанную привычку спать в ненадлежащее время. А трёх дней и регулярного приёма в оные успокаивающих зелий будет достаточно, чтобы вы пришли в себя. Имея всё это в виду, я и говорил о трёх днях. Это минимальный срок.

- Да-а, - задумчиво сказала дама Летиция, - думаю, пейдн Стиана очень даже прав, Насти. За три дня ты придёшь в себя и снова сможешь посещать академию.

После обеда Настю отпустили в спальню досыпать то, что она не успела из-за важных гостей из полиции. Не переодеваясь, девушка поднесла руку к груди. Замерла. Вздохнула: Бераак отобрал у неё блокирующую цепочку. Ну что ж. Нет - так нет. Потом старик Файонн либо сделает её сам, либо принесёт сделанную для неё кем-то из магов другую цепочку. А пока…

“Киллин! Киллин! Тиган может на минуточку ко мне зайти?”

Они появились оба - немедленно, как будто ждали от неё приглашения. Едва Тиган очутился в её спальне, он тут же пошёл к кровати, возле которой стояло кресло, как и раньше оно здесь было, когда пейдн Стиана приходил к больной. “Кузен” сел в кресло, а Настя так и осталась стоять, только прислонившись к краю высокой кровати.

- Ты обещал про наших рассказать, - напомнила девушка.

- Ита выздоровела, - радостно сказал Тиган (Настя чуть не рассмеялась: кто о ком, а Тиган о своей пассии!). - Ты не представляешь, как она болела!

“Может, этого и не представляю, - спокойно подумала Настя, - но как ты к ней бегал и угощениями и зельями дорогими заваливал - представить легко! Интересно, кто будет следующим в его рассказе? Камилла?”

И оказалась права.

- Камилла тоже выздоровела, хотя ей пришлось хуже, - вздохнул Тиган. - Но родители ей нашли превосходных лекарей, и она уже неделю ходит в академию на занятия. С её поклонником, Браном, тоже обошлось, как и с девушками твоей группы. Хуже всех пришлось тому парню - Калбхаку. Выяснилось, что избитым, до того как он попал в подземелье, он пролежал несколько часов на холодной земле. Лекари думали, что он не выживет. Но мы все сложились на некоторую сумме и упросили пейдна Стиана заняться им. Пейдн Стиана оказался очень добрым человеком. Он не знал про Калбхака, но, когда узнал, что он перенёс, отказался от наших денег и помог парню из милосердия.

- Подожди, а разве Калбхака не могли лечить, потому что он пострадал… ну… - Настя замялась, не зная, как выразиться.

- Его лечили, - правильно понял девушку Тиган. - Но это лекари военные, с трудными случаями им справляться нелегко. А пейдн Стиана - он ещё и учёный. И он не только лечит такие случаи, как у Калбхака, но и изучает их. В общем, Насти, не бойся. Сейчас все здоровы. Ну, Калбхак - не совсем конечно, - торопливо добавил он. - Но быстро идёт на поправку. Всё? Я побежал?

- Подожди, Тиган! - с трудом остановила она его, поймав за рукав уличной куртки (ишь, небось, к своей Ите помчался - с новостями!). - Как ты думаешь, что будет теперь с Ристердом? Разберутся с этими странными правилами?

- Если честно - не знаю, - снова вздохнул Тиган, - но мы с Камиллой договорились, что будет ему каждый пропущенный день рассказывать, что изучали, и носить ему домашние задания.

- А это правда, что он… - она опять замялась от неловкого вопроса.

- Да, это правда, - немного скептически скривился “кузен”. - Он, его брат и мать сейчас живут в доме того родственника, а тот с огромной скоростью ремонтирует их дом. Он и правда не знал об их существовании! Слишком дальние родственные связи. Своя жена у него умерла, детей не было. Для него появление родственницы с детьми - огромное счастье. А особенно… - Тиган подмигнул. - Особенно получить в своё владение такой прекрасный дом!

- А почему - счастье, Тиган?

- У нас есть обычай: если министр после смерти жены три года остаётся одиноким и несемейным, с него слагают служебные обязанности. Но теперь на его попечении целая семья! Бывшего военного, отличившегося на войне! Да ещё младший брат Ристерда - Слушающий! Этот их дядя очень счастлив - получить такую семью!

- Как ты думаешь, он поможет Ристерду вернуться в академию? - с беспокойством спросила Настя.

- Конечно, поможет! - возмутился “кузен”. - Он и так в восторге, что племянник прошёл в академию по конкурсу и считается у нас лучшим на курсе!

- Откуда ты знаешь?! - поразилась она.

- Его знает бабушка, - снисходительно сказал Тиган. - И она уже ездила к ним в дом, чтобы поболтать со старым знакомым и познакомиться с матерью Ристерда. - Тиган вдруг скорчил обиженную рожицу и протянул: - Насти-и! Мне пора-а!

- Ладно, беги! - засмеялась Настя, глядя, как он чуть не подпрыгивает от нетерпения вместе с недовольным Киллином на плече. - А мне пора спать. До вечера!

- До вечера, Насти!

Чуть уставшая от потока информации, девушка легла, натянула на себя одеяло и мгновенно уснула. Сколько она спала - не знала: проснувшись, не разглядела в темноте напольных часов, которые на время сна обычно ставила ближе к кровати. Но ей показалось - спала чуть-чуть, и всё это время она ругалась с Ристердом, бегала по длинным низким коридорам от Бераака и даже плакала, когда бандит снова брал её за руку и отводил в подвальные комнаты. Проснулась и села, свесив ноги к полу. Щёки что-то раздражало. Потрогав их, Настя мрачно обнаружила, что они мокрые от слёз. Значит, плакала она на самом деле.

Через три дня она пойдёт в академию.

А Ристерд будет проходить мимо, как чужой.

И злиться, что на три дня из-за неё ему блокировали магические способности.

И что теперь? Доказывать ему, что она не виновата?

Настя покачала головой.

А ведь она разгадала загадку. Ну, почему он вдруг так с ней поступил… Он решил: раз она переправила их в свой мир, значит - этот мир, её родина ей дороже, чем он, Ристерд. Дурак!.. Она же прихватила его с собой… Она шмыгнула носом и быстро вытерла подступившие слёзы.

- Из-за тебя плакать я не буду! - твёрдо пообещала она. - Только, Ристерд… Нам будет очень тесно вместе в академии. Я буду везде видеть тебя - даже там, где тебя не было и нет. А ты… Что ты… Ты не будешь меня замечать, потому что стал богатым и важным. Ну и фиг с тобой! Ну и не замечай! Обойдусь без тебя и твоих заморочек! Тоже мне - обидчивый нашёлся! Ничего, что мне тоже досталось?!

И от острой обиды разревелась до судорожных заиканий.

Три учебных дня, которые она должна была провести дома, прежде чем пейдн Стиана разрешит ей снова отправиться в академию, совпали с выходным днём. Настя, которой в доме дамы Летиции дали полную свободу распоряжаться личным временем, лишь бы быстрей наладилось её собственное время, пару раз даже вышла в сад.

Когда добежала до бассейна в первый раз, хоть и стояла полумгла, время от времени расходящаяся из-за луны, выглядывающей из-за туч, ожидаемо увидела, что снежная баба превратилась в подтаявшую лепёшку: стояло потепление, и везде полнились страшные водно-снеговые талые лужи. Настя махом очистила край бортика от тяжёлого мокрого снега и уселась на него. Смотрела бездумно на эту снежную лепёшку и вспоминала, как они смеялись, толкая растущие шары для снеговика по белоснежным лужайкам, как появлялись тёмные полосы там, где снег пропадал, становясь частью будущей фигуры…

На второй день выяснилось, что даме Летиции понравилась формулировка пейдна Стиана “душевные раны”. И хозяйка поместья решила по-своему лечить их.

В первый день Настя вся иззевалась, пока катались по городу, не пропуская ни одной лавочки, где продавались женские безделушки и одежда. Сначала девушка старалась слишком уж откровенно не показывать, что ей хочется спать. Но потом зевание пошло одно за другим, и Настя постыдно заснула прямо в карете - ладно ещё, на обратном пути. Девушки-служанки, знавшие её историю, помогли испуганной даме Летиции вывести спящую на ходу Настю и довести её до спальни.

Ничего. Дама Летиция не смутилась провала на поприще целителя душ и на следующий день, во время завтрака, объявила Насте, что пригласила к ней однокурсников - всех пятерых. У Тигана глаза загорелись, когда он это услышал. Но чувства свои сдержал и тут же смиренно спросил:

- А можно, и Камилла придёт? Настя ведь тоже её хорошо знает. И Камилла оже помогала искать её. А ещё с нами был Силлак!

- Можно, - добродушно ответила дама Летиция. - Чем больше друзей рядом с нашей Насти, тем быстрей она восстановится. А почему ты не упоминаешь Ристерда?

- Ну, я и ему скажу, - озадаченно сказал Тиган и виновато посмотрел на Настю.

Она поняла. Камилла нужна, чтобы сидеть с Браном. Тогда и Тиган сможет, будто так и надо - из гостеприимности, посидеть рядом со своей ненаглядной Итой.

Когда наступил долгожданный для взволнованного “кузена” вечер, Настя почти пришла в себя. Днём почти не зевала, разве что пару раз за эти дни устроила себе “тихий час” с твёрдым обещанием о прислуги разбудить её в назначенный час. Причём разбудить так, чтобы обязательно проследить, как бы барышня снова не шлёпнулась головой на подушки и не заснула бы снова.

И начался вечер!.. Неожиданно для Насти, ожидавшей неловкость и личное нежелание в этом вечере участвовать, эти часы оказались для неё лучшими на свете!

Дама Летиция устроила так называемый частный вечерок.

В гостиной апартаментов Насти, уставленной цветами, был накрыт стол с различными мелкими закусками, со сладостями и напитками. Был приглашён квартет музыкантов-тапёров, профессионально играющих на таких вечерах.

Что больше всего поразило Настю: дама Летиция с удовлетворением оглядела праздничную гостиную, а потом повернулась к девушке и спокойно сказала:

- Развлекайтесь. Я мешать не буду.

И ушла!

Настя похлопала глазами на дверной проём, глядя, как хозяйка поместья пропадает в одном из коридоров. Дама Летиция это серьёзно?

Впрочем, исполнять обязанности хозяйки помог Тиган.

- Не беспокойся, - легкомысленно сказал он. - Я умею проводить такие вечера.

- Но ведь… - начала Настя.

- Ничего страшного, - заверил “кузен”. - Эти вечера проходят так: кто что хочет - тот и делает. Танцы у нас будут. Стол есть. Всё замечательно, Насти!

И его слова оправдались.

Когда пришла довольно смущённая компания студентов, они поначалу стеснялись немного, а потом, когда сообразили, что “взрослых” в гостиной не будет, расслабились.

Как будто запланировано, все уселись за стол с угощением - и битый час рассказывали о страшных событиях, в которых пришлось поучаствовать, и о своих переживаниях. Как ни странно, пришёл даже Калбхак. Он единственный из всех однокурсников до сих пор был бледен и двигался так осторожно, что Настя снова почувствовала себя виноватой.

Но за столом выяснилась любопытная вещь. Ребята знали, что их использовали как щит для Слушающей, но не обвиняли Настю в этом.

- Да ты что?! - поразилась Ита, когда услышала слова девушки. - Благодаря тебе, мы учимся в академии! Благодаря тебе, мы все (она взглянула на Тигана и покраснела) передружились между собой!

Компания ребят просто наперебой объясняла Насте, как все они счастливы, что на них обратили внимание, как на шит для неё. Разве что Бран, прижимая к себе счастливую Камиллу, кормившую его виноградом, отщипывая ягоды с веточки, насмешливо сказал:

- Ну, я бы, конечно, согласился и без мордобоя обойтись. Но что было - то было. Однако же больше не будет, не так ли? Но мы-то продолжаем учиться! И нас заверили, что будем учиться до конца курса! Насти, не сомневайся! Мы выполнили ту часть, которая нужна была для поступления. И всё. Мы это поняли.

А потом, когда стол из-за волнения был опустошён, когда прислуга осторожно принялась менять пустые блюда на полные, пришли музыканты и принялись за свою танцевальную программу. Тиган немедленно вскочил с места и предложил руку Ите. Камилла соскользнула с коленей Брана, а Грег и Алида так и пошли со своих мест, держась за руки. Остались лишь Калбхак и Настя.

- Калбхак, если я приглашу тебя, не откажешь? - улыбаясь, спросила она.

- Но только если медленно, - предупредил студент. - Я ещё плохо на ногах стою, - признался он, когда поднялся с места следом за ней.

- Калбхак, прости за неприличный вопрос, - танцуя с ним, вздохнула Настя. - У тебя девушка есть?

- Есть.

- Она учится в академии?

- Нет, что ты, Насти!

- У меня просьба. Ты не мог бы в академии сделать вид, что дружишь со мной? Ну, что я твоя девушка.

Пару минут они танцевали молча. Калбхак хмурился и словно пытался что-то разгадать. Судя по всему - дошло. Лицо просветлело, он снова поднял глаза на Настю.

- Ты хочешь кому-то отомстить?

- Не совсем так, - спокойно ответила она. - Не отомстить, а скорей доказать кое-кому, что я не нуждаюсь в нём. Наверное, это одно и то же. Просто я не испытываю злых чувств к этому человеку, но мне надо, чтобы при нём я не чувствовала себя… одинокой.

- Я помогу, - пообещал Калбхак. - Как ты мне помогла с поступлением в академию.

Она улыбнулась ему, и они пошли на свои места к столу.

Девятнадцатая глава

К утру Настя остыла. То есть поняла, что погорячилась и что можно было бы не просить однокурсника участвовать в наспех задуманном ею спектакле. Одеваясь, Настя подумала и решила, что лучше сказать Калбхаку всё, как есть. Он поймёт, и они снова будут только однокурсниками.

Но уже на подъезде к академии выяснилось несколько вещей.

Отпустив Тигана первым бежать в здание, Настя осталась на “автостоянке” нетерпеливо ожидать приезда однокурсника. Ита на вечере втихаря сообщила, что тот вынужден приезжать, потому что двигаться ему ещё сложно - так Настя узнала, у него, оказывается, была сломана нога, сейчас плохо заживающая. Пока ждала, увидела, как из остановившейся неподалёку богатой кареты вышел Ристерд. “Ага! - сообразила девушка. - Ему разрешили ходить на занятия. Интересно, а магические способности ему разблокировали?” И усмехнулась себе: конечно разблокировали! А иначе - что делать студенту-магу в академии?

Она было хотела подойти к нему, окликнуть, но Ристерд закрыл за собой дверцу кареты и ушёл к крыльцу парадного входа - не оглядываясь, но так, словно за ним гнались. Удивлённая Настя, сделав пару шагов за ним, вдруг вспомнила, что он даже не оглядел “автостоянку”, чтобы удостовериться: она уже здесь! А ведь карету дамы Летиции легко узнать по гербовым знакам на ней…

Задумчиво ловя редкие снежинки, быстро тающие на перчатке, Настя колебалась: а может, подбежать к нему и спросить, как у него дела? Лучший способ быстрого примирения - подойти к человеку так, словно и не ссорились. Это она помнила по прошлой жизни - со своими родителями. Но, пока она думала и сомневалась, Ристерд вошёл в толпу на крыльце и скрылся в ней.

Машинально проследив, как пристроилась ближе к крыльцу наёмная карета без отличительных знаков, девушка вдруг поняла, что кучер не просто так спрыгнул с облучка и побежал открывать дверцу. На всякий случай Настя подошла ближе - и оказалась права: кучер помогал выходить Калбхаку.

Вид однокурсника, вздрагивающего от стараний спуститься по каретной лесенке в три ступеньки, был настолько плачевен, что девушка немедленно бросилась ему на помощь. Быстро поздоровавшись, она предложила:

- Обопрись на моё плечо!

Смущённому Калбхаку пришлось только повиноваться, а кучер, который, как объяснил он сам, часто привозил студента, сунулся в салон и достал для парня трость. Её Настя мельком видела вчера вечером, но как-то не обратила внимания. Танцевали-то - однокурсник был без трости. Кажется, именно поэтому Калбхак, едва он сумел опереться на трость, первым начал разговор:

- Насти, сумею ли я… Ведь я в таком состоянии, что тебе не поверят.

- Не беспокойся, Калбхак, - ведя его под руку с другой стороны, - задумчиво сказала девушка. - Необходимость в моей глупой задумке отпала. Но, чем смогу - я тебе помогу. Мы же не всегда сидим в одной и той же аудитории. Буду помогать при переходах, если не возражаешь.

- Спасибо! - от души сказал парень.

Настя улыбнулась ему и взглянула на вход, далеко ли ещё.

Ристерд равнодушно смотрел на неё в упор, а когда она машинально и радостно (“Ой, ты на меня смотришь!”) улыбнулась и ему, сделал шаг назад и снова пропал в толпе. “Ну и не больно-то и хотелось”, - уже сердито подумала Настя, приноравливая свой шаг к медленному шагу Калбхака.

А когда они появились в аудитории, где сразу несколько человек радостно поздоровались с ней, а кое-кто бросился к парочке помогать побыстрей дойти, Настя заметила два обстоятельства. Поздоровалась с ней не только группа новеньких, но и остальные. Хм. Уже знают, что она Слушающая!.. А второе наблюдение заставило призадуматься. Группа сидела за теми же столами, куда их в первый раз посадили. Только на этот раз с Грегом села Алида, а Бран сидел вместе с Итой. Чуть позже Настя поняла, почему: им вдвоём было о чём поговорить, поскольку оба “ходили” с магами-пространственниками.

А место рядом с Калбхаком, естественно, досталось теперь ей.

А… если это судьба? Ну, что она должна расстаться с Ристердом?

Про себя пожав плечами (поживём - увидим!), она усадила уставшего от ходьбы по лестницам Калбхака, а потом устроилась рядом. Здесь - так здесь. Переживёт этот стол, близкий к преподавателю. Она не болтушка и не лентяйка, чтобы прятаться от преподов. Зато Калбхаку, по её вине ковыляющему с повреждённой ногой, удобно… До занятия осталось немного времени - судя по настенным часам, и Настя забеспокоилась: надо бы заранее узнать, что сейчас проходит группа и намного ли она сама теперь запаздывает по программе. Ведь знать то, что преподают, обязательно: должна же она разбираться в собственной магии хотя бы на уровне основ!

Грег и Алида вручили ей свои записи, и Настя вместе с Калбхаком склонились над ними - парень тоже недавно начал ходить в академию. А потом поспешно переписали главное, что успели понять, и договорились с Грегом, что в следующие перемены его тетрадь (его почерк оказался разборчивей, чем у Алиды) опять будет лежать на их столе.

Осталось переписать пару предложений, когда Настя почувствовала упорный взгляд. Она подняла голову, всё ещё рассеянная, витая среди абзаца об особенностях универсальной магии. Смотрели от входной двери - это она почуяла. Но, взглянув туда, никого не увидела и снова опустила голову, торопясь за Калбхаком, который переписывал быстро и теперь нетерпеливо ждал, когда она закончит дописывать фразу.

Прозвенел далёкий звонок, и в аудиторию вошёл преподаватель. Бросив взгляд на студентов за первым учебным столом, он приветливо улыбнулся Насте, а потом поздоровался со всеми студентами, и лекция началась.

В перемену между парами Настя не выдержала, благо ты была побольше чем внутренней - между учебными часами пары. Сидеть рядом с Калбхаком - её не напрягало, но хотелось немного подвигаться. Тем более - ей на зависть, две парочки одногруппников, сидевших за спиной, со звонком моментально улетучились в коридор: одна парочка - просто прогуляться, другие двое - к своим половинкам, которые нетерпеливо дожидались их в уговоренном месте.

Извинившись перед Калбхаком, Настя встала и вышла. План простой: дойти до одной из рекреаций, где можно спрятаться среди комнатных цветов и посидеть, думая о своём, неотвязном и глупом… Десять минут - всего, но эти отрезки времени оказались длинными, пока девушка сидела на небольшой скамейке в одиночестве, пытаясь привести в порядок мысли. Те метались так, что она не успевала додумать до естественного вывода хоть одну. Но, в конце концов, поразмыслив, покорно приняла положение дел, при котором она, кажется, превратилась в нечто вроде старой игрушки. Вроде и выбросить бы нужно за ненадобностью, а жалко. Кто она теперь? Привычная единица семьи для дамы Летиции. Привычная подружка для “кузена”. Ристерд, судя по его поведению, полностью отошёл от неё, и ему плевать, есть она на свете или нет. Может… Может, зря она не приняла его предложение оставить её в своём мире? Может, в этом он был прав?

От несправедливости этих уверенных вопросов, которые всё больше и больше завладевали её думами, глаза наполнились злыми слезами. Есть выход. Она шмыгнула носом, стараясь остановить непрошеные слёзы. Надо попросить взрослого мага-пространственника, чтобы её вернули. В родительский дом. К маме и папе. Пусть они ругаются дальше - терпела раньше, потерпит тем более и сейчас… Приставать к Ристерду с глупостями, типа: “Давай объяснимся!”, она не собирается. Он мужчина и должен решать. И, если Ристерд решил, что она ему не нужна до такой степени, что можно с нею не объясняться, то почему это делать должна она?

Девушка вздрогнула.

“Насти! Насти! - завопил Киллин, врываясь в её уединённое, как она думала до сих пор, местечко. - Почему ты здесь одна?”

“Она уже не одна! - звонко возразила Алиса, приветственно помахивая пушистым вычесанным хвостом и подпрыгивая так, словно ловила мышь под снегом. - Насти, мы с тобой посидим? А то - хочешь, позову Силлака? Он тебе составит компанию!”

- Разве Силлак тебя слышит? - от нового потрясения медленно выговорила Настя.

“Пока тебя не было, нам Ичан помог! Ристерд его попросил!” - радостно сообщила лисичка, ластясь к ней.

Девушка медленно встала.

- Простите, но сейчас будет звонок на лекцию.

“Насти, что с тобой?” - встревожился дракончик, кажется уловив её настроение.

“Ничего, Киллин. У меня всё хорошо”, - ответила она, быстро-быстро моргая, чтобы не дать слезам пролиться.

Нырнула под густые ветви кустарника и почти побежала к аудитории. “Вот как… Теперь я и в качестве Слушающей не очень-то здесь нужна… - Добежав до кабинета, она утишила шаг и покачала головой. - А не эгоистка ли ты? Решила, что всегда будешь единственной и неповторимой? Что, кроме тебя, некому будет соединять хозяев и их фамильяров? Самонадеянная дура…” Но обида оставалась. Пришлось сжать кулаки, перебарывая слёзы, а когда Настя более или менее успокоилась, как раз и прозвенел звонок… Движение и напряжение сжатых мышц помогло - слёзы не пролились.

И следующий учебный час будто отозвался на её желание подольше прятаться ото всех. Преподаватель читал лекцию для самых слабых магов, в которой давал советы для неопытных, как спрятаться за завесой защиты - приём этот назывался “отсутствие присутствия”.

На следующей, пятиминутной перемене, Настя, захватив тетрадь с записясми, снова устроилась в рекреации, на этот раз постаравшись уйти к окну, чтобы её никто не заметил. Здесь стояла узкая, длинная скамья. Девушка села на конец и, раскрыв тетрадь, прочитала заклинание и, пока никто сюда же не вошёл, провела перед лицом руками, как было записано в разделе магические пассы… Теперь осталось проверить, найдёт ли её здесь случайно, или всё же она стала невидимкой. В маленькую рекреацию забежали две парочки незнакомых студентов - и Настя сжалась, ожидая, что они вот-вот на неё взглянут. Но её не заметили. Мало того - смотрели в её сторону, но взгляды скользили без сосредоточенности на ней, одиноко сидящей. Приём она сумела провести!

И тяжело задумалась о том, почему она так расстроилась, что ещё один Слушающий помогает людям. Зависть? Ревность? Никогда бы о себе не подумала… А может, это ещё один камешек в копилку доводов к тому, чтобы вернуться в свой мир? Ведь теперь есть кому…

Звонка на последний час она не услышала, задремав.

… Тревогу поднял Калбхак. Через пять минут после звонка, воспользовавшись тем, что преподаватель чертил какую-то съему на доске, собираясь объяснять один из практических магических приёмов, Калбхак обернулся.

- Бран… Бран!

- Что? - оторвался от записей темноволосый парень.

- Ты не видел в коридоре Насти?

На имя однокурсницы подняли головы все новенькие - посмотреть и убедиться, что Калбхак сидит один. С недоумением переглянулись, а потом забеспокоились. Ита прошептала, глянув разок на преподавателя:

- Я отпрошусь ненадолго.

Группа Иту поняла: она сбегает к магам-пространственникам и расскажет о происшествии Тигану. Одобрили кивками. Родственники - а значит, Тиган может найти Насти быстро по каким-нибудь предметам из дома.

На всякий случай прихватив листок из тетради (любила выдирать и что-нибудь рисовать на клочках бумаги, пока писать не надо) и ручку, Ита осторожно подняла руку.

Сначала она обегала свой этаж в поисках девушки и, только убедившись, что её и впрямь нигде нет, в то время как сумка с учебными принадлежностями, которую сторожит Калбхак, лежит на скамейке, девушка кинулась к магам-пространственникам.

Ите повезло: она прибежала на третий этаж, где занималась группа Тигана, самую чуточку приоткрыла дверь - и её увидел Киллин, фамильяр Тигана. Дракончик сразу сообразил, что в начале занятия подружка хозяина появилась бы не понапрасну, и тут же помчался к ней. Сообразив, что дело можно сделать, не отвлекая от лекции преподавателя пространственников и не вызывая Тигана, Ита торопливо набросала несколько слов на клочке бумаги и отдала дракончику. Зная, что фамильяр слышит речь любого человека, но не может ответить, она объяснила ему:

- На этот час Насти не пришла, хотя её вещи в аудитории. Я просмотрела первый этаж - её нигде нет.

Дракончик пискнул и стремительно юркнул во вновь приоткрытый дверной проём. Дождавшись, пока Тиган возьмёт в руки записку и взглянет на дверь, Ита кивнула ему и закрыла дверь.

… Тиган, прочитав записку Иты и увидев её взволнованное лицо, сообразил, что шуткой эти тревожные слова не могут быть. Да ещё Киллин порхал вокруг так беспокойно, что на поведение фамильяра обратил внимание не только преподаватель. Тиган не сразу догадался, что записку надо спрятать, и преподаватель недовольно сказал:

- Неплохо бы заниматься личными делами во время перемены!

А Камилла засмеялась, посмотрев на Тигана сбоку - сидела на соседнем ряду. Тиган мельком глянул на неё и склонился над тетрадью, лихорадочно обдумывая ситуацию. Что он может сделать? Если он сейчас выйдет, препод решит, что он вышел из-за записки. Вообще-то положение дел таково, что можно не обратить на его слова и недовольство внимания. Но… Поможет ли его выход найти Насти? Что делать, духи стихий?! Где искать “кузину”? И что с ней произошло? Неужели полиция поймала не всех бандитов?

“Киллин, сядь! А то сейчас нас отругают!”

“Как же я сяду, если Насти пропала?!” - завопил дракончик, яростно обмахивая хозяина крыльями.

И Тиган сообразил-таки.

“Киллин, я тебя очень прошу! Возьми с собой Алису и сбегай в коридоры! Обыщи их! Может, ты найдёшь или она - Насти!”

На крутом вираже Киллин метнулся вниз и шлёпнулся перед Алисой - та от неожиданности аж отшатнулась. Но дракончик, словно она убегала от него, агрессивно надвинулся на лисичку и вполголоса, как умел, заверещал на неё. Удивлённый Силлак свесился со своей скамьи, пытаясь понять, что происходит. Но Алиса, не оборачиваясь на хозяина, бросилась к двери. Киллин - за ней.

Преподаватель не заметил. Немного успокоенный Тиган принялся записывать и схему с доски, и объяснения к ней, а потом застыл. Мысли о пропаже Насти мешали полностью сосредоточиться на занятии. Если бы на занятии не было Ристерда, он бы понял, куда она делать, но… Позади его осторожно ткнули пальцем в спину. Он оглянулся. Записка. От кого? Не успел вычислить автора, Камилла, уже взволнованная, бросила скомканную бумажку - тоже явно записку. Прячась от преподавателя, Тиган прочитал обе. Один и тот же вопрос: “Что-то случилось?”

Выждав момент, когда преподаватель обернётся к доске, Тиган оглянулся к Силлаку так, чтобы его видела и Камилла.

- Насти пропала, - одними губами и очень выразительно двигая ими, сказал он.

И взглянул в сторону на резкое движение. Ристерд.

Фамильяры вернулись не скоро. Но, судя по вялым шагам, Насти не нашли.

Что и подтвердил Киллин.

“Мы облетели и обежали все этажи академии - её нигде нет. Но Ита права. Мы забежали в их кабинет: вещи Насти на месте!”

Забывшись, заскулила Алиса, просительно глядя на Тигана.

- Господа, - недовольно воззвал преподаватель, - успокойте своих фамильяров!

“Выйдите за дверь и ждите там звонка с учебного часа, - велел занервничавший Тиган. - Потом обойдём вместе все этажи. А пока пусть Алиса посмотрит, есть ли следы Насти на выходе из академии!”

Дракончик обрадовался и снова полетел к двери, старательно огибая зону внимания преподавателя, чтобы лишний раз не подставлять своего хозяина. Следом, перебегая от стола к столу, проскочила Алиса.

- Тиган…

Он с трудом расслышал шёпот. Обернулся. Камилла добавила:

- Ристерд! Пусть он! - и оглянулась.

Тиган исподлобья покосился на одногруппника. Тот сидел так, словно на его глазах ничего не происходило странного. Писал лекцию и смотрел только на преподавателя.

Силлак тоже смотрел на Ристерда. Поскольку он сидел неподалёку, ближе всех к нему, Тиган заметил: рыжеволосый поглядывал на Ристерда так, будто только что узнал о его преступлении. Так. Кажется, Тиган что-то пропустил, пока волновался о судьбе пропавшей Насти? Ладно хоть, Силлак Алису отпустил вместе с Киллином на поиски… Но что между закадычными друзьями произошло?

Заговорил преподаватель, и Тиган отвернулся, машинально записывая за ним.

Вся группа подпрыгнула от внезапного грохота и звона, а преподаватель вздрогнул, глядя в самый конец аудитории. Тиган во все глаза смотрел на Силлака, чьё лицо горело бешенством, а Ристерд выглядел так, словно вот-вот взорвётся от ярости. А рядом с его скамьёй валялись несколько крупных монет.

Студенты загомонили, пытаясь понять, с чего вдруг такое противостояние.

- Что случилось? - прошептал Тиган оглянувшейся Камилле.

Ты тоже выглядела довольно злой.

- Силлак попросил Ристерда найти Насти! Он отказался, а Силлак спросил - почему. А Ристерд ответил: больно надо - чью-то бедную родственницу разыскивать!

Тиган понял, что в его повседневной лексике не хватает слов, чтобы обругать Ристерда в достаточной мере. Он сжал кулаки.

- И откуда деньги?

- Силлак бросил - сказал: плата за ритуал с Алисой. А то вдруг потом Ристерд ему попеняет, что он тоже бедный, потому что за проведённый ритуал денег не дал!

Тиган был благодарен Силлаку до слёз!

В озабоченно гудящий кабинет влетел было Киллин и снова всполошённо удрал: кажется, его напугали слишком громкие в неурочное для этого время голоса. Потом в полуоткрытый дверной проём осторожно влез чёрный нос Алисы. Ноздри вздрогнули, и лиса перебежками, скрываясь под столами от недовольного преподавателя, который не мог успокоить магов-пространственников, добежала до Тигана. Дракончик же не решился на такой путь и остался, трепеща крыльями, возле двери, вцепившись в неё лапами и квадратными глазами созерцая галдёж в кабинете.

Тиган чуть склонился к Алисе, которая удивлённо оглянулась на дракончика: чего, мол, застрял там? Лети сюда!

“Что? Нашли?”

От двери ответил Киллин:

“Есть следы Насти, которая заходит. Нет следов, которые уходят”.

- То есть Насти здесь, в академии, - задумчиво прошептал Тиган.

Он с трудом сидел на месте: неизвестно, мог бы найти “кузину”, нет ли, но бездействие убивало. Хотелось пробежаться вместе с фамильярами по этажам ещё раз: а вдруг бы ему повезло больше? С одной стороны, вроде ничего страшного, если “кузина” здесь. С другой - после похищения как не волноваться о ней? Он посмотрел на Камиллу. Та вперила злой взгляд в Ристерда, который не поднимал глаз от тетради. Потом Тиган перевёл взгляд на настенные часы кабинета.

До конца занятия пятнадцать минут.

Но ведь иногда и минуты решают всё!

И Тиган решился и встал рядом со своим столом.

- Пожалуйста, мне очень срочно надо выйти! - умоляюще сказал он.

Видимо, вкупе с волнением студентов фраза Тигана прозвучала для преподавателя весьма убедительно. Он кивнул, хоть и смотрел недовольно.

Тиган побросал вещи в сумку и пошёл к выходу.

- Простите! - решительно сказал Силлак и бросился вдогонку.

Завершила великое переселение за дверь Камилла.

- Он что - с ума сошёл? Я Ристерда имею в виду! - громко высказала она, несмотря на то что дверь в кабинет ещё не закрылась. А может - именно поэтому.

- Камилла - тише! - попросил её Тиган.

- Нечего - тише! - бунтовала девушка. - Тут дело серьёзное, а он как маленький! Была бы я парнем - на дуэль бы вызвала! С чего начнём поиски?

- Думаю - с первого этажа, - предположил Тиган, опасливо косясь на дверь в кабинет и стараясь увести от неё Камиллу и обиженного Силлака, между ногами которого вилась Алиса, изумлённая его состоянием.

“Но мы там всё проверили!” - напомнил Киллин, усаживаясь на его плечо.

- На всякий случай, - чуть не молитвенно сказал Тиган, и двое согласились.

Они побежали по лестницам, стараясь не думать о самом страшном и успокаивая себя тем, что Насти где-то в здании академии.

На первом этаже наткнулись на Брана и Иту, которые стояли посредине коридора и о чём-то бурно шептались.

- Эй, мы сейчас к вам присоединимся! - окликнула их Камилла и чуть не бегом ринулась к первокурсникам.

- Ну что? Не нашли? - с надеждой спросил Тиган, хватая за руку Иту.

Та покачала головой, прикусив от тревоги губу.

- Давайте начнём вот с чего, - хмуро сказал Силлак - он дышал так часто, словно пробежался по пересечённой местности, на которой стояла блокировка для магов-пространственников. - Какое занятие у вас сейчас было?

- Простейшие магические приёмы ухода от постороннего взгляда, - сразу ответил Бран - и замер, хлопнув себя по лбу. А потом медленно опустил руку. - Ну и что? Мы всё равно пока не знаем приёма, который помогает его реактивировать! Или… Вы же на третьем курсе! - с надеждой посмотрел он на магов-пространственников. - Вы ведь знаете реактивацию, да?

- Для неё надо хотя бы примерно предполагать место, где находится маг, использовавший это заклинание, - вздохнул Силлак.

- Но сам-то приём вы знаете, - настаивал Бран. - Скажите нам слова и действия заклинания, и мы пойдём по всему этажу, проверяя все укромные уголки!

- Но зачем она это сделала? - уже спокойней недоумевала Камилла.

- Могу предположить, - задумчиво сказал тоже слегка успокоенный Тиган. - Она отвыкла от людей, пока две с небольшим недели жила в подвале. Но ещё большее объяснение в том, что она там жила по непривычному времени: днём спала, ночью - бодрствовала. Возможно, она решила проверить, как получается приём, а потом нечаянно заснула. Если это так, то, наверное, мы зря пошли? - Он растерянно посмотрел на всех.

- Не думаю, - высказался Бран. - Ты сам посуди: если она заснула, долго ли ей ещё спать - мы не знаем. А вдруг она до вечера будет спать? И, если выбрала плохое место…

Они снова переглянулись.

- Это ты Калбхака вспомнил? - понимающе кивнула Ита. - Я согласна. Надо поискать Насти. Обязательно.

Первокурсники тщательно записали слова заклинания и прослушали маленькую лекцию о том, какими действиями надо сопровождать заклинание, после чего разделились на две группки и побежали исследовать два коридора, тянущихся от центрального входа академии в противоположные стороны. Обычно именно здесь учились первокурсники от факультета ознакомительной магии.

… Настроившись на Насти, Ристерд, не спрашивая разрешения преподавателя, легко перенёсся к девушке. Когда очутился в рекреации, среди кустов и высоких растений и цветов, легонько пожал плечами. Да, он до сих пор влюблён, если мгновенно, без всяких усилий попал в нужное место. Но это ничего не значит. Девушка его не любит и доказала это, когда выбрала свой мир, вместо того чтобы довериться ему.

Но, оглядевшись, озадачился. Никого в рекреации нет. Странно. Почему же он здесь, если он ожидал увидеть Насти? Не может быть, чтобы он промахнулся! Или… Или он не любит её? И только понапрасну себя расстраивает? Сбоку что-то прошелестело, и Ристерд резко обернулся. Ручка. Откуда она выпала?

Не сразу, но он догадался, в чём дело. Прочитать заклинание реактивации и проделать несколько пассов - легко. И вот она, Насти, - сидит на узкой скамейке для отдыха студентов во время перемен. Сидит полубоком, опустив скрещённые руки на низкий подоконник и положив на них голову. Спит. Ничего не понимая, Ристерд присел перед ней и заглянул в лицо. Нет, не смеётся, не притворяется. Спит. Причём так крепко, что не почувствовала, как он сел рядом. Не выспалась?

Едва слышные голоса заставили его встать и выглянуть из декоративных зарослей. Узнав Камиллу с Браном и сопровождающего их Силлака, немедленно нырнул назад и быстро поднял на руки Насти. Та даже не шелохнулась. Только вздохнула и прислонилась щекой к его плечу. Если она так хочет спать… пусть выспится!

Ристерд со своей спящей ношей мгновенно пропал из рекреации.

… Алиса забежала в кусты и пулей вылетела из них.

“Здесь! Она была здесь только что!”

- Что? - растерялся Силлак.

- Что она говорит? - встревожилась Камилла.

- Она говорит - Настя была здесь только что! А потом, что её уже нет!

- Но… почему её сейчас здесь нет?

- Не знаю. Алиса, ты можешь ещё раз обнюхать это место?

Алиса метнулась в заросли и вышла секунды спустя - с ручкой в зубах. Опустив предмет для записей на пол, лисичка повиляла пышным хвостом.

“Там запах Ристерда!” - сообщила она.

- Интересно, - после недолгого молчания пробормотала Камилла. - Готова спорить, что Ристерда в кабинете сейчас нет.

И тут прозвенел звонок с учебного часа.

Двадцатая глава

Ристерду в течение получаса пришлось со своей спящей ношей переноситься трижды. Ладно хоть - повезло. Недалеко. И в своём мире. И ноша лёгонькая и не мешала во время переносов ни болтовнёй (хотя на Насти и ранее жалоб не было), ни страхом перед переносами.

Сначала он доставил Насти в свои апартаменты. Жил здесь, как и вся их семья, благодаря Ичану, уже полторы недели и по привычке всех пространственников не только освоил помещение, но и хорошенько, до мельчайших деталей закрепил в памяти интерьер всех своих комнат. Отлично знал, что пригодится в будущем. И пригодилось. Слуги, предупреждённые, в его комнатах всегда прибирались только в течение первого утреннего часа, когда он уходил в академию. И никогда не трогали с мест предметы мебели. Так что наткнуться на кого-то или на что-то в своих комнатах он не боялся.

Мысль о странном крепком сне Насти заставила его в первую очередь подумать о кровати - и он появился в своей спальне. Здесь осторожно, чтобы не разбудить, он уложил девушку на свою постель и некоторое время, присев рядом, размышляя, что с ней. Может, у неё была бессонница? Может, лекарь, пейдн Стиана, прописывает ей какие-то успокаивающие средства? Но почему тогда её отпустили в академию, на занятия? Из-за её дара Слушающей? Не слишком ли часто её используют, не давая отдохнуть? Ичана-то, возможно, по его малолетству, так пока не использовали.

Но всё это пустые вопросы. Выспится или нет - надо отнести её отсюда. Куда?

Ристерд задумался, пока не обратил внимания на собственные пальцы. Они отбивали по мягкой поверхности кровати неслышную дробь в ритм музыке, которую он напевал про себя, даже не давая себе усилия сообразить, что именно напевает. Мысленно замолчал. Он барабанит пальцами и поёт про себя, когда хочется сделать что-то необычное… Когда пришло понимание - что именно, Ристерд кинул испытующий взгляд на спящую девушку.

В арсенале любого мага-студента, если он хочет быть практиком, с первого курса накапливается довольно много таких магических приёмов, которым не обучают. Обучение в академии - это высшее знание. А то, что студент узнаёт вне занятий, - это мелкие приёмы, которые пригодятся в жизни, хотя порой даже сами студенты удивляются, понадобится ли им это. Но эти приёмчики передаются от поколения студентов к новым поколениям, без дум, будут ли они когда-нибудь востребованы. Понадобилось - решил Ристерд и оттолкнулся от кровати, встал.

У этого приёма нет названия. Пара пассов, простенькое заклинание - и можно узнать сокровенное желание человека, который спит. Это не очень хорошо - сознавал Ристерд. Но как ещё узнать об этой девушке, которая его злит, но которая привлекает, из-за которой хочется драться со всеми, кто рядом с ней находится - в то время как он вынужден быть на расстоянии от неё?! Как узнать самое сокровенное - для себя? Как утихомирить бурю сомнений, которая в душе, уставшей от внутренней борьбы, всё ещё бушует, не переставая, уже несколько дней?!

Когда она решила за него, за мужчину, главное… Когда даже не подумала спросить его в ответ: “Но ведь у тебя-то есть такое безопасное место для нас? Есть? Ты же не с бухты-барахты ко мне свалился? Ты мужчина - я тебе доверяю! Неси меня туда!” Когда он рухнул под её тяжестью, потому что старался опрокинуть её на себя, чтобы она не ударилась при падении, и, похолодев, понял, где они находятся… Когда из-за её решения пришлось пойти наперекор всем значимым правилам магов-пространственников и потерять веру в то, что она к нему тянется, как и он, всей душой… Ристерд почувствовал себя таким изгоем!.. Он-то думал - она чувствует то же, что и он, а она…

А потом… Потом она появилась чуть не в обнимку с одним из новеньких! Ристерд пережил потрясение, наблюдая, как бережно она к нему прикасается, как помогает идти… Нет, он знал, что новенький сильно пострадал, когда его поймали, чтобы найти Настю. Но не слишком ли сейчас Настя близка к нему?! Не слишком ли заботливо помогает ему?! Ристерд специально заглянул в её аудиторию до занятий и пришёл в настоящее замешательство: она даже села с ним! И даже плечом к плечу прижималась, заглядывая в тетрадь, откуда оба что-то переписывали!..

Мельком появилась мысль, что девушка, наверное, видит всё происходящее иначе, чем он. Может… Может, там, в другом мире, откуда Насти родом, всё это нормально? Ну, внешне близкие отношения с однокурсниками? Точней - непринуждённые, без оглядки на строгие законы общества, которое делит всех на тех, у кого есть богатая семья, и на тех, у кого такой семьи нет? На мужчину и на женщину, между которыми обычно стоят законы общественной этики?

Сейчас появился шанс понять Насти.

Парень тихонько, почти бесшумно вздохнул и мягко положил ладонь на затылок спящей. Она лежала на боку, чуть скорчившись. Наверное, ей прохладно. Но укрыть её одеялом - и она, возможно, проснётся. На руки-то брать - и то страшновато. Но Ристерд задумал и был готов ко всему. Для начала он присел перед нею на корточки, чтобы уяснить, крепок ли её сон. Крепок. Она слегка посапывала. Его внезапно окатило нежностью: такое чистое лицо, такой мягкий рот. И волосы отросли, а то мальчишка мальчишкой - он не сразу тогда и понял, что защищает этого высокомерного Тигана по-мужски одетая девушка…

Он сглотнул и выпрямился. Ладонью провёл над её фигуркой, чуть скорченной в попытках сохранить тепло. А потом начал читать заклинание, поспешно снова подняв девушку на руки и ощущая её постепенно согревающееся от него тело.

Беспокойно дыша, Ристерд произнёс последнее слово заклинания, почувствовал резкое движение пространства, показавшее, что приём начался.

Где… Где они сейчас будут?..

И очутился в темноте.

Замер, прислушиваясь. Где-то неподалёку говорили и смеялись. С противоположной стороны слышались деловитые перестуки, шаги и позвякивание посуды. Но сам он, с Насти на руках, стоял в очень маленьком помещении. Едва он захотел прислушаться, для чего пришлось повернуться вместе с девушкой на руках, как услышал, как её ботинки носками проехались по стене напротив, а когда попытался вернуться в то же положение, в котором появился здесь, понял, что видит стену сбоку.

Ничего не понял. Куда его “привела” Насти? Почему она здесь была счастлива?

И застыл, когда догадка блеснула открывшейся далеко впереди дверью.

Кофейня. Та самая, куда Насти повела группу новеньких студентов, которые были выбраны властями для неё в качестве Щита. И тот отрезок тёмного коридора, когда он неожиданно для себя не только вызвал Насти к себе, но так же внезапно вдруг ткнулся лбом в её ладонь - движение вышло спонтанно, но оно принесло странное удовольствие - удовольствие всего лишь стоять вот так, держа её тёплую нежную ладонь, прижатой к своей голове. Значит… Она была счастлива в эти мгновения? Счастлива стоять, прячась с ним от всех в этом тесном помещении?.. Но почему именно здесь?

Они встречались в саду дамы Летиции. Они танцевали на званом вечере. Они гуляли по городу. Смеялись, гоняясь друг за другом и стреляя друг в друга снежками, а потом вместе лепя снеговика. Украдкой от остальных сидели в кофейнях и уплетали сладкую выпечку, запивая её горячим кофе.

Так почему же она больше всего хотела вернуться сюда?

Из-за поцелуя? Но они целовались и в других местах.

Прижав к себе Насти, чтобы было удобней держать, Ристерд вздохнул и “шагнул” в следующее место - уже запланированное им заранее. Насти должна спать на своей кровати, а уж когда её найдут, пусть сами думают, будить ли её… И он, пережив привычную тьму перемещения, оказался в её спальне. Затаив дыхание от боязни разбудить, он уложил девушку поверх покрывала, а потом укрыл спящую с обеих сторон краями того же покрывала. И быстро “ушёл”

Надо забрать вещи из кабинета и попробовать успеть на следующее занятие. Перемена между парами хоть и большая, но он успел потратить столько времени… Правда - признался он себе, - не зря.

Когда он встал возле своего учебного стола, выяснилось, что в опустевшем кабинете его дожидались. Преподавателя нет, зато сидели его однокурсники и та парочка из группы новеньких, с кем подружились его одногруппники, маги-пространственники. Задумчивый Силлак стоял, опираясь на учебный стол. В ногах у него бегала Алиса, используя ноги своего хозяина вместо столбов, вокруг которых удобно виться, задрав пушистый хвост. Камилла, блестя на Ристерда любопытными глазами, помалкивала, держась за руку своего Брана. И Тиган не выглядел не таким злым, как прежде. Может, потому что рядом с ним сидела беленькая девушка из магов-универсалов. Тиган даже неуверенно подошёл и сказал:

- Ристерд, я благодарен тебе, что ты всё-таки решил найти Насти.

Он замолчал, но во встревоженных глазах всё ещё тлел недоговорённый вопрос. И Ристерд неохотно сказал:

- Я оставил Насти в её апартаментах. Она всё ещё спит. Что с ней?

- В том подвале ей поменяли режим дня и ночи, - с облегчением объяснил Тиган, и на его плече вздохнул дракончик-фамильяр, - и Насти до сих пор не привыкла к обычному времени. Я думаю, она решила поэкспериментировать с приёмом “отсутствие присутствия”, о котором первокурсникам только что рассказали, а потом не заметила, как уснула. Может, просто хотела отдохнуть…

Силлак, сидевший, не глядя на Ристерда, повернулся и, хмуро насупив брови на него, сказал:

- Прошу прощения за мой выпад, Ристерд. Я был не прав.

Он кивнул ему и уже молча вышел. Только Алиса оглянулась на пороге, прежде чем прыгнуть за хозяином и оскалилась в весёлой улыбке.

- Мы тоже пойдём, - неловко сказал Тиган, а беленькая улыбнулась Ристерду, и они, взявшись за руки, покинули кабинет.

Ристерд вспомнил, как Тиган накинулся на него в начале учебного года, когда увидел, что Камилла дружески с ним разговаривала… Скосился на Камиллу. Девушка улыбнулась ему и ободряюще кивнула, прежде чем выйти с Браном… Он взял свои вещи и направился к выходу из кабинета, машинально вспоминая, в какой аудитории будет следующая пара. И остановился в шаге от двери. Что же произошло? Только ли потому, что он всё же нашёл Насти, отношение однокурсников к нему изменилось до такой степени, что даже Силлак простил ему “бедную родственницу” Тигана?

Он не знал, что в его отсутствие, успокоившись и хорошенько поразмыслив надо ситуацией, именно Камилла дала втык однокурсникам: напомнила, что презрительное “бедная родственница” Ристерда отозвалось эхом на старую ситуацию с ней самой - с Камиллой. Это эхо было перенесено Ристердом на сегодняшнее положение дел. Камилла так яростно накинулась на однокурсников, что им поневоле пришлось вдуматься в её интерпретацию происходящего и признать, что она, в общем-то, права. А уж когда вернулись в кабинет, где только что был Ристерд, и убедились, что он “ушёл”, оставив учебные вещи, и что он явно “ушёл” искать Насти, то уже полностью, хоть некоторые и нехотя, согласились с видением Камиллой ситуации.

… До конца перемены оставалось немного. Ристерд слепо смотрел на кабинетную дверь, снова зацепившись за интригующий вопрос: почему Насти была счастлива в том тёмном коридоре? Но так ни до чего не додумался и вышел в коридор.

… Настя проснулась оттого, что кто-то легонько тряс её за плечо.

“Насти! Барышня Насти!” - негромко говорил кто-то писклявым голоском, и девушка с трудом разлепила ресницы.

Сначала со сна удивилась, что лежать мягко. Заснула-то на твёрдой скамье.

Потом с трудом дошло, что лежит, кажется, головой даже на подушке, и всполошённо открыла глаза.

Перед самым носом увидела драконью голову с выпученными от любопытства глазами. Когда Киллин увидел её открытые глаза, он радостно развёл крылья.

“Проснулась! Проснулась! - обрадовался он. - Я тебя бужу, бужу, а ты всё никак не проснёшься! Сядь быстрей, а то опять заснёшь! Я тебе всё расскажу - и потом ты можешь снова заснуть!”

Настя, ничего не понимая, села на кровати - и ахнула, оглядевшись.

- Киллин! Я… А как же!..

“Меня Тиган послал к тебе, чтобы ты не испугалась! - затараторил дракончик, суматошно взмахивая крыльями. - Ну, чтобы когда проснёшься - не испугалась. А то вдруг проснёшься - бац, и не поняла, где ты! Вот и послал! Ты ведь не испугалась? Я же сумел тебя успокоить?”

- А… где я? - Настя огляделась, сообразила кое-что и тут же спросила: - Меня сюда Тиган привёз? Ну, перенёс?

Дракончик захихикал, да так заливисто и обаятельно, что девушка не выдержала - улыбнулась.

“Насти, смешная! Где ему тебя перенести? У него ни магических сил столько не будет, ни обычных физических! Тебя перенёс Ристерд!”

- Ничего не понимаю, - прошептала Настя и склонилась, привычно выискивая домашние туфли, чтобы переобуть уличные ботинки.

Киллин коротко рассказал всё, что произошло на его глазах и что было сказано однокурсниками Тигана и самой Насти.

- И Ристерд больше ничего не сказал? - озадаченно спросила Настя, поражённая в самое сердце: он обозвал её “бедной родственницей”! В общем и целом, фактически-то он прав, но… Обидно же! Но… Он же нашёл её и перенёс домой, дал поспать…

“Он нам только сказал, что унёс тебя домой. - Дракончик немного помолчал, въедливо глядя на девушку, а потом важно сказал: - Тиган велел тебе передать, чтобы ты не злилась на Ристерда. Тиган сказал, что он не виноват”.

- В чём? - изумилась Настя.

Фамильяр вздохнул и попросил:

“Насти, а можно - Тиган сам тебе всё объяснит? Я ведь только смотрю, что делается, а что там за причины всему - мне самому непонятно”.

- Но ведь ты прислан Тиганом!..

“Тиган меня прислал, чтобы ты не испугалась, - в который раз объяснил дракончик. - А не объяснять”.

- Ну ладно, - растерянно пробормотала Настя. - И что мне теперь делать? Пейдн Файонн меня ведь ждёт, а я дома. Попросить даму Летицию, чтобы она мне карету дала? Или дозваться до Виччи, чтобы он передал пейдну Файонну, что я вдруг оказалась дома?

“Тиган сказал, что со старым Слушающим он сам всё уладит, - строго сказал Киллин. - Сбегает к нему в преподавательскую часть и всё объяснит! А тебе велел отдыхать. Ну, всё, я ухожу”.

- Как? - поразилась Настя. - Ты собираешься лететь назад, в академию?

“Нет, что ты! - ухмыльнулся дракончик и расправил крылья, потоптался на покрывале, словно собираясь подпрыгнуть. - Лететь мне не придётся. Тиган меня закинул сюда. Он вместе с Камиллой и Силлаком рассчитал, сколько мне надо будет времени, чтобы передать тебе самое главное, а потом я… Ой…”

Дракончик исчез. Настя ошеломлённо похлопала глазами на вмятину на постели, где только что был фамильяр Тигана, а потом, вздохнув, пожала плечами и пошла переодеваться. Надо ещё сказать даме Летиции, что “племянницу”-студентку вернули домой раньше положенного срока.

Размышляя о Ристерде и невольно улыбаясь - с небольшим разочарованием, что не проснулась на его руках, а заодно недоумевая насчёт “бедной родственницы”, Настя переоделась в домашнее и пошла искать даму Летицию.

Нашла её быстро - в гостиной собственных апартаментов.

- Насти? - нисколько не удивилась “тётя” её внезапному появлению дома. - Подойди и присядь рядом. Нам с тобой поговорить надо.

Она сидела за столиком, чья столешница всегда привлекала внимание Насти, настолько была изящной её инкрустация из мелких деревянных деталей различных оттенков кофейного цвета. Точней - сидела хозяйка дома чуть дальше от столика, в одном из кресел, почти полулежала в нём, рассматривая небольшой листок бумаги с гербовой печатью внизу.

- Как ты оказалась дома? - рассеянно спросила дама Летиция.

Настя коротко пересказала сегодняшние события.

- Ну, что ж… - пробормотала хозяйка поместья. - Может, это и к лучшему. Насти, насколько я понимаю, ты теперь моя законная племянница… - Споткнувшись на слове, она поправилась: - В глазах света - законная. С тех пор как ты стала работать на благо государства, оно, государство то есть, тобой заинтересовалось. И мне пришлось срочно написать в Алаоис, чтобы у тебя появились документы.

- Но какие у меня могут быть документы? - растерялась и встревожилась Настя. - Мы ведь только придумали для меня легенду, что я там жила!

- Ну, Алаоис я взяла не просто так, - всё так же задумчиво откликнулась дама Летиция. - Там у меня и знакомые, и о-очень дальние родственники. Мне пришлось послать туда доверенного человека, чтобы он сумел отыскать… - Она заглянула в листок. - Кое-какие документы, которые пригодятся для тебя.

Настя, удивлённая, не стала встревать в паузу, пока дама Летиция напряжённо изучала листок, а решила дождаться, пока та сама всё расскажет.

- Итак, сейчас мой человек едет из Алаоиса с документами, - снова заговорила дама Летиция. - Ему пришлось подзадержаться, а письмо с информацией он выслал заранее. Насти, тебя надо узаконить официально, и мы это сделали. Итак, моя девочка. В Алаоисе на старом кладбище пропала надгробная плита с именем девушки, чья последние родственники умерли недавно. Теперь ты со спокойной совестью можешь рассказывать всем свою легенду, потому что в Алаоисе появились свидетели, что тебя, совсем маленькой, передали на попечение другим моим дальним родственникам, после чего ты приехала сюда. Это основное, что ты должна знать… Кажется, мы ничего не упустили, ни одной мелочи.

Длинный палантин, который Настя взяла, чтобы оживить слишком скучное по цвету домашнее платье, одним рывком перекочевал на плечи, которые враз замёрзли от такого неожиданного известия. Она теперь и впрямь племянница дамы Летиции! Но что даёт ей это положение? Легальное проживание в поместье своей “тёти”? Легализацию вообще всего? А чего именно? Ну, в академии теперь она будет по-настоящему своей, а что ещё? И как воспримет это Тиган?

- Свои документы получишь через несколько дней, - продолжила “тётя” и строго посмотрела на “племянницу”. - Насти, ты рада?

- Конечно, - неуверенно сказала девушка.

Дама Летиция некоторое время пронзительно смотрела на неё, ошарашенную, и кивнула, успокаивая и улыбаясь:

- Какой лучший способ отдохнуть? Проехаться по лавкам! Насти, одевайся! Едем отмечать твоё узаконенное присутствие в нашем мире!

Кутить - так кутить! Настя вылетела из гостиной и принялась торопливо одеваться. А что? Неплохо придумала дама Летиция! Столько проблем - разом можно забыть! Тем более теперь у Насти есть свои деньги! Две стипендии-то свои, полученные до похищения, она так и не трогала до сих пор!

Поездка оказалась настоящим праздником! Модные лавки чередовались с парфюмерными и кофейнями, так что Настя устала от пира для глаз, как выражалась дама Летиция, но порадовалась, что “тётя” не оставила её дома и не дала снова заснуть - было такое желание, пока переодевалась дома к поездке.

Вернулись домой к ужину. И, хоть Настя не была голодна, но она с удовольствием поела в присутствии Тигана (даме Летиции пришлось принимать какую-то гостью). Внуку хозяйка дома сама сообщила о новом статусе Насти. И тот, как ни странно, обрадовался не меньше бабушки. Так что Настя легко выспросила у него всю подоплёку странных событий в академии.

Обдумав всё сказанное “кузеном”, она неуверенно сказала:

- Насколько понимаю, теперь надо бы спокойно жить. Так?

И подняла на него вопрошающие глаза. Тиган только вздохнул и пожал ей ладошку, только этим и утешая.

Когда по давней привычке дама Летиция обошла внука и племянницу и пожелала им спокойной ночи, Настя полежала ещё немного, а потом, привычно бодрая, вскочила с кровати и бросилась одеваться. Всё равно - придёт Ристерд или нет. Хотелось подышать свежим воздухом, побродить, чтобы развеять смутные и немного печальные мысли. Одевшись, она осторожно открыла оконную раму и выскользнула на двор. Огляделась и медленно поплелась к бассейну.

Остановилась, когда прошла заснеженные кусты, отграничивающие подворье от сада. В темноте плохо видно. Может, ей только показалось, что возле бассейна кто-то есть? А похолодела от страха. А вдруг там сторожа дамы Летиции? Увидят её и расскажут хозяйке дома. Нет, у Насти, конечно, есть отговорка, что спать до сих пор она не может нормально спать, несмотря на снадобья пейдна Стиана. Но ведь всё равно неудобно…

Девушка было повернула к дому, но замерла. Может, ну их, этих сторожей? В конце концов, она ничего преступного не делает! Ну, бессонница. И что? Погуляет в пределах усадебной территории - и всё. И даже на глазах у свидетелей, так сказать…

Обернулась. Чёрная фигура всё ещё неподвижно стыла возле бассейна.

И её сердце внезапно подпрыгнуло и выдало такую барабанную дробь, что Настя поспешно приложила руку к груди. А если там… А если…

Она не заметила, в какой момент ноги сами понесли её к бассейну.

Зато уловила мгновение, когда чёрная фигура сделала один шаг навстречу ей, потом другой - и неожиданно сорвалась с места, помчалась к Насте.

Она влетела в его объятия и засмеялась от счастья.

- Так долго! - пожаловалась она ему прямо в ухо, сама не понимая, на что. Потом сумбур мыслей пришёл более или менее в порядок, и девушка добавила: - Я так долго ждала тебя, а ты всё сердился, не знаю, на что!

- Насти, прости! - только и твердил он, прижимая её голову сильной ладонью к своему плечу. - Мне так неловко, прости, пожалуйста!

- Ты обещал не бросать меня здесь! - напомнила ему Настя и вдруг испугалась, что разозлит его этим напоминанием.

- Обещал - и ещё раз пообещаю, - твёрдо сказал он и уступил ей, помог съехать на землю укрепиться на ногах.

- Я так ждала тебя… - повторила Настя, влюблённо глядя в его лицо, похудевшее и странным образом повзрослевшее, в его глаза, которые стали такими глубокими…

- Я знал, - сказал он, проводя пальцами по её щеке и наслаждаясь этим движением. Она видела это наслаждение в его глазах и чувствовала, как по собственной спине от этого его прикосновения бегают мурашки. - И поэтому пришёл.

- Только давай сегодня никуда, - попросила девушка.

- Согласен, - быстро сказал он.

- Мы только по саду, - снова с просительными нотками проговорила она, прислоняясь головой к его плечу. - Расскажи мне…

- Что?

- Ты обо мне всё знаешь, а я только мельком что-то слышала о тебе. Говорят, у тебя изменения в жизни? У тебя, у твоей мамы и братишки?

- Да, у нас появился богатый родственник. Он нашёл дом для тех, кто купил мамин дом, а теперь ремонтирует его. Где-то через месяц мы все въедем в обновлённый дом… Насти, но разве тебе это интересно?

- Мне интересно всё, что с тобой связано, - смущённо сказал девушка. - Чем больше я тебя узнаю, тем больше мне хочется о тебе знать.

- Ну, парочка вопросов у меня есть и к тебе, - пробормотал он.

- Хочешь - расскажу кое-что смешное? - вспомнила Настя.

- И что это?

- Вчера вечером я решила тебе отомстить, - серьёзно сказала она. - Ты меня так резко бросил… Мне было так обидно - до слёз, и я решила тебе отомстить. Я попросила своего однокурсника помочь мне. А сегодня я остыла и подумала, что это делать необязательно. И вдруг… как будто всё специально. - И она рассказала обо всём, даже о том, что всё стечение обстоятельств ей, ставшей поневоле суеверной, показалось весьма серьёзным, а это значило, что она должна была подчиниться им.

- Глупая… - проворчал он, тесней прижимая её к себе. - Какие это обстоятельства… Забудь о них. Мы вместе - и никакие обстоятельства нам теперь не страшны.

Она промолчала, но в душе согласилась с ним. Потому что хотелось не говорить, а тихо ходить по заснеженным дорожкам и думать о будущем, где они всегда будут вдвоём.

Двадцать первая глава

(вместо эпилога)

Праздник в честь трёх помолвок был задуман двумя дамами - Летицией и Мирой, матерью Ристерда. Когда курс Ристерда и Тигана, а потом и группа Насти узнали об этом, все обрадовались. Разве что Настя и Ита некоторое время приставали к Грегу и Алиде, чтобы те не стеснялись и объявили о своей на том же празднике. Кольца-то на их пальцах давно замечены. Так что за два дня до праздника устроительницы были слегка озадачены ещё одной парой, но потом, наоборот, обрадовались: праздник-то ещё пышней можно сделать! Ведь на это праздник придут не только студенты, но и родители помолвленных.

И вот наступил долгожданный вечер. Настя в скромном сером платье, от цены одной только ткани чуть не падала в обморок - три её здешние стипендии! И боязливо помалкивала, хотя сгорала от тревожного любопытства: а сколько заплатила дама Летиция за пошив? Но при виде заблестевших глаз Ристерда, который встретил её в прихожей своего дома, она забыла обо всех своих беспокойствах. Тем более едва Ристерд успел поздороваться с нею и дамой Летицией, как навстречу Насте заспешила сияющая толпа всех тех, кто приехал раньше, - поспешила к ней не только поздороваться, но и обнять, поцеловать. Дама Летиция тут же заявила, что не собирается мешать молодёжи, и стремительно куда-то улетела.

Первыми подошли Бран и Камилла. За эту пару Настя переживала больше, чем за остальных, ведь Камилла, как узнала она, происходит из очень древнего и богатого рода. Захотят ли её родители, чтобы их дочь вышла замуж хоть и за аристократа, но из сильно обедневшей семьи? Но потихоньку, пока группа новеньких сплачивалась и во время учёбы, и во время совместных времяпровождений вне занятий, выяснилось, что для обеих семей этот брак взаимовыгодный. Камилла - младшая в семье, где пять девочек. Сёстры давно повыходили замуж, а вот Камилла… И её возраст в двадцать один год - это возраст девушки, которая вот-вот может распрощаться с возможностью стать супругой достойного человека. Пока её выручала учёба в академии. А вот Бран в своей семье - старший из троих сыновей. По здешним обычаям, после свадьбы он должен будет переселиться в дом Камиллы и в будущем возглавить семью. Два младших брата Брана при этом раскладе получают возможность “выйти в свет” и поймать удачу в виде будущего брака, который позволит им удержаться в рамках своего общественного круга.

Узнав обо всём, Настя с облегчением выдохнула…

… Издалека ей улыбнулся Тиган, стоявший рядом с Итой. Он тоже доставил ей массу тревог. А вдруг у них с Итой не очень серьёзно?.. А увидев на пальчике Иты колечко, испугалась уже за “кузена”: что скажет строгая дама Летиция? Что скажут его родные? Родные восторженно сказали: “Наш парень - супер!” Пока Настя хлопала глазами на это известие, дама Летиция бегала выяснять подноготную Иты и за ужином поделилась своими сведениями. Да, семья обеднела. Но старший из четырёх дальних внуков дамы Летиции, который собирался оставаться в стольном городе Сифре, может не только породниться с древним родом, но и даром приобрести дом с поместьем, о продаже которых семья Иты уже подумывала. А ведь дом находится в черте столицы! Вспомнив всё, что говорил о своём доме Ристерд, дополнив его слова информацией от дамы Летиции, Настя пришла к выводу: кажется, в здешнем мире старинные дома чуть ли не на вес золота! И успокоилась как за довольного Тигана, так и за счастливую Иту.

И вот она шагала по роскошному вестибюлю дома Ристерда - дома его родителей, ведомая им, и очень отчётливо сознавала, что в каком-то смысле люди, которые ценят здания, правы. Этот великолепный дом поражал её с самого начала, едва она вошла. И не роскошью, хотя та тоже легко угадывалась в небольших вещицах, вписанных в интерьер, но и в целом. Возможно, это необычное впечатление создалось оттого, что этот дом принадлежал магам? Ристерд-то пошёл по стопам отца, хотя способность к пространственной магии у того была слабо выражена.

Но, что самое странное… Этот дом, совершенно ей незнакомый, заставлял вспоминать всё то, что происходило с ней в этом мире.

… Вспомнила, например, как испугалась, когда Ристерд во время помолвки осторожно надел ей на палец кольцо и рассказал кое-что о себе. Именно тогда она узнала, что он младше её на три года! А сначала Настя думала, что они сверстники. Думала по инерции, что он закончил школу, и вот его три курса, но… Школы-то здесь - не десять или одиннадцать классов, как в её мире. Когда Ристерду предложили пройти тесты на мага-пространственника и уговорили покинуть цех Силлакова отца, ему было всего шестнадцать. Но за три года учёбы парень так наработался на рынке, что выглядел молодым человеком далеко за двадцать лет!.. Ошарашенная Настя чуть не сбежала от Ристерда. Два дня она отказывалась с ним видеться, лихорадочно размышляя, что же делать, и плача по ночам. Для неё эта разница - около четырёх лет между нею и им - показалась чудовищной. На третий день, догадавшись, что её смутило, парень решился на необыкновенный шаг: он приехал к ней домой и при даме Летиции повторил, что ему девятнадцать и что он просит её стать его женой. Хозяйка дома только подняла брови и добродушно спросила Настю:

- И что же тебе, барышня Насти, в этом не нравится?

Взволнованная Настя угомонилась и не сразу, но перестала думать о том, как бы поделикатней отдать кольцо Ристерду. Он-то вёл себя в этой ситуации настолько спокойно, что Настя даже отказывалась верить, глядя на него: девятнадцать?! Да ладно! Физическая работа вылепила из него широкоплечего, пусть и не очень высокого парня. Неудивительно, что в академии за ним шла слава первого драчуна: он никогда не задумывался, насколько силён противник, вставший перед ним, потому что знал: его силы - это не культивируемые силы тех, кто привык к богатству. Его мышцы - настоящие.

А вот дама Летиция по-своему подошла к этой ситуации. Она уже вечером пришла в кабинет к Насте, которая писала за столом, конспектируя учебник, взятый в академической библиотеке. Пришлось встать и выслушать от хозяйки дома возмущённое:

- Насти! Тебе чуть ли не с небес такой подарок, а как себя ведёшь ты?

Вспомнив насмешливо-горестные рассуждения Камиллы о своём возрасте, когда им однажды повезло посидеть вдвоём в кофейне, Настя сразу сообразила, о чём говорит дама Летиция. Да, она старше Ристерда, но он не собирается сдаваться, значит, надо принять его предложение. Правда, под конец своей возмущённой речи дама Летиция вдруг нахмурилась на девушку и спросила вполголоса:

- Или ты не собираешься оставаться?..

… Когда Ристерд ввёл Настю в зал, к ним поспешил незнакомый мальчик. Но, пока он шагал к ним, Насти сразу узнала Ичана - он словно брат-близнец Ристерда, только в те детские годы, в которые Настя его не видела. Такой же невысокий, с теми же небрежно упавшими на глаза отросшими тёмными прядями.

- Добрый вечер, Ичан, - улыбнулась ему Настя.

- Добрый вечер, Насти! - радостно поклонился мальчик.

Сейчас он выглядел совсем иначе, чем в первый раз, когда Настя выручала его из жуткой ситуации. Не таким измождённым, не таким беспомощным. Работа и учёба у пейдна Файонна его изменили. Ичан стал гораздо уверенней в себе.

- Меня послала мама, - сказал мальчик. - Она ждёт вас возле большого камина.

И Ристерд повёл её к камину.

Это и впрямь был камин из каминов. Насте он напомнил пещеру, в которой дикари разожгли костёр, чтобы запечь мамонта. Но его задача была согреть зал, и он с этой задачей справлялся на все сто. Настя ещё мельком удивилась, что можно стоять рядом с этим великаном, но чувствовать только мягкое тепло, а не обжигающий жар, как на первых порах представлялось при виде огненного зёва камина.

Две дамы встретили пару улыбками.

Ристерд познакомил Настю со своей матерью.

Дама Мира чем-то была похожа на даму Летицию. Правда, если от дамы Летиции веяло властностью и уверенностью, то дама Мира, наверное, всё никак не могла привыкнуть к новому для себя положению. Она улыбалась с едва уловимым сомнением и казалась такой хрупкой, что Настя ощутила себя грубой крестьянкой рядом с ней. Но тепло, которое она почувствовала, когда дама Мира взглянула на неё, заставило забыть обо всём, и вскоре три дамы, деликатно оставленные на время братьями, легко беседовали обо всём, что происходило в зале и будет происходить.

Потом снова появился Ристерд и спросил у матери, где дядя.

- Он обещал приехать к середине вечера, - объяснила дама Мира. - Сегодня он очень занят во дворце.

- Насти, нам пора к Тигану и Ите, - обратился Ристерд к девушке и предложил ей руку.

Взрослые дамы с умилением смотрели, как они разворачиваются и уходят. С таким умилением, что Насте немедленно захотелось споткнуться и шлёпнуться. Рассмеявшись про себя, она торопливо поспешила прочь от них, таща за собой Ристерда.

- Ты что? - удивился он. - Кого-то увидела?

- Нет, просто немного хочется постоять в сторонке. - Подумав, Настя таинственно добавила: - И спросить кое о чём у тебя.

- А почему не на ходу?

- А вдруг разговор будет серьёзный? Я на ходу серьёзно говорить не умею, - пошутила Настя, увлекая его к ближайшей стене.

- Ну вот, мы остановились, - насмешливо сказал Ристерд. - О чём ты хотела поговорить - стоя?

Собравшись с мыслями, девушка вздохнула и выпалила:

- Помнишь, дама Летиция устроила нам праздник у дамы Оноры?

- Ну, помню. И что?

- Алиса сказала, чтобы я тебе ни в чём не верила! - ещё быстрей протараторила Настя, боясь, что не сумеет сказать всё сразу, и он оборвёт её реплику. - Что она имела в виду? То есть что имела в виду Алиса?

И замолчала, с удивлением наблюдая, как щёки Ристерда покрываются заметным румянцем. Он сам опустил глаза и явно обдумывал, как бы мягче сказать ей то, что она хочет услышать. Медленно начал:

- Возможно, ты не поверишь… Это такая глупость, что в неё трудно поверить…

- А ты скажи - предложила встревоженная Настя. - Может, и поверю.

- Ладно. Я скажу, но при одном условии.

- Каком?

- Ты мне тоже кое-что скажешь - в обмен.

- Ну-у… Согласна, - решилась Настя, хотя было немного страшновато: мало ли что он там придумал.

- Я сказал Силлаку, что создам с тобой романтические отношения, а потом тебя брошу, не объясняя причин.

Настя оторопела, глядя на него. Потом подумала и спросила:

- Это ты сказал при Алисе, после того как мы с тобой танцевали?

- Нет, это было намного раньше.

- Но почему… - начала Настя и сбилась, не зная, как сформулировать вопрос. - Почему ты… Но ведь…

- Насти, я хотел проучить Тигана, - смущённо сказал Ристерд. - В тот момент эта мысль показалась мне хорошей идеей. Но потом…

“А потом - мне неинтересно, - всполошённо подумала Настя, нервно сжимая в руках веер. - Эта первая твоя мысль - мысль мальчика, который намного младше меня! Господи, что ждёт меня дальше?”

- Потом был Ичан? - попробовала угадать она.

- Нет. Потом была ты.

- Не понимаю, - после паузы призналась Настя.

- Может, это тебе покажется странным, но я повторил своё желание Силлаку. Правда, теперь я прятался от него. В том смысле, что я сказал одно, но собирался сделать другое. Я хотел, чтобы он видел, как я с тобой дружу, и думал, что это месть. А я хотел… - Он улыбнулся. - Просто дружить. Камилле я наших роз дарить не мог. Она не любит цветов. По крайней мере, пока была со мной, - пожал он плечами, глядя на Камиллу, который болтала с Браном, держа в руках небольшой букетик. - А ты… Тебе так понравилось находить в карете цветы, что я готов был приносить их тебе два раза в день.

- Глупый… - прошептала Настя так, чтобы слышал только он. - Ты не представляешь, как ты меня пугал этими цветами, пока я не узнала, что приносишь их ты!

- Почему пугал? - поразился Ристерд.

- Я уже ходила на занятия с пейдном Файонном, - объяснила девушка, - а он мне постоянно напоминал, что на меня могут охотиться бандиты и убийцы. Цветы мне нравились, но я страшно боялась, что это намёк от бандитов. Ну, вроде как: ты от нас никуда не денешься!

Ристерд сконфуженно хмыкнул и взял её за руку.

- Прости, Насти…

- А что ты хотел услышать от меня? - успокоившись, спросила она.

Парень помялся, а потом и вовсе оглянулся, словно его позвали, а не сразу расслышал. Потом снова посмотрел на девушку.

- Насти, помнишь, ты с новенькими первый раз пошла в кофейню? Тебя ещё сопровождал Киллин. Точней - дорогу показывал.

Она медленно подняла ладони - скрыть пылающие щёки - и тихонько фыркнула.

- Помню. И появился ты… Для меня это место драгоценно.

- Почему? - немедленно спросил он.

- Когда ты меня поцеловал, я поняла, что… люблю тебя.

Последнее она даже не прошептала, а прошелестела, опустив глаза. Ристерд крепко сжал ей ладошку.

А потом они танцевали почти все танцы. И те, в которых менялись партнёршами, и одиночные, для пар… И эти танцы в сияющем огнями зале кружили голову, хоть и не были слишком быстрыми. Танцевала Настя легко - научилась за время подготовки к вечеру. И снова вспоминала. Когда Ристерд рассказал ей о своём детстве, о своей судьбе, она решила поведать и о себе. Он жадно слушал о жизни в ином мире, задавал вопросы, удивлялся. Но разговор пошёл серьёзней, когда он спросил о родителях.

- Тебе их не жаль, что они ничего о тебе не знают?

- Не думаю, что для них моя пропажа стала великой потерей.

- Почему?

- Их всегда больше интересовали они сами и причины, которые им давали возможность ссориться и кричать друг на друга. Я же - всего лишь приложение к их семейной жизни. Здесь, у вас, жизнь не настолько поспешна, как у нас. И я сумела немного подумать, почему они так живут. И вспомнила, как читала о таких семьях. Это для них нормально - ругаться каждый день. А я за них переживала, пыталась вмешиваться и помирить, из-за чего доставалось и мне. А это так обидно.

- Но ты хотела бы их увидеть и хотя бы объяснить, что жива и здорова? - настаивал Ристерд.

- Хочешь честно? - с улыбкой взглянула на него Настя. - Тогда так: не знаю.

… Почему она вспомнила этот разговор? Нет, дом Ристерда точно магический, раз заставляет обо всём вспоминать.

Они в очередной раз вышли из рядов танцующих друг против друга и отошли к стене, к креслам. Настя, раскрасневшаяся от удовольствия, заметила, как издалека смотрит на них Тиган, и помахала ему.

- Кто там? - спросил Ристерд: ему обзор загораживали студенты, которые не желали садиться в кресла, потому что ждали следующего танца.

- Тиган.

- Прекрасно, - пробормотал он и тут же, быстро склонившись, поцеловал её. - Подожди меня немного здесь. Я быстро сбегаю к Тигану.

- Не боишься? - лукаво спросила Настя. - Что я пойду танцевать с кем-то другим?

- Попробуй только, - усмехнулся парень. - На дуэль его вызову! Этого другого!

Настя смотрела ему вслед с счастливой улыбкой. Нет, она точно счастлива! Что ещё надо? Музыка, танцы, болтовня знакомых тебе людей - и рядом те, кого она любит. Даже дама Летиция стала ближе с последними днями, хотя вдруг, ни с того ни с сего, забеспокоилась о ней, о своей “племяннице”… Она так задумалась, что вздрогнула, когда в соседнее кресло чуть не свалилась запыхавшаяся Ита.

- Я так устала! - шутливо пожаловалась беленькая девушка. - Тиган ни оного танца не пропустил. Видите ли, за сегодняшний день он соскучился без меня! Как будто все перемены мы вместе не ходили! А сейчас сбежал! Насти, ты будешь танцевать “Шаль из малиновых роз”?

- Буду, обязательно, - откликнулась она, вспомнив чудный танец, в котором партнёр держит партнёршу не за руки, а за концы малиновой шали, накинутой на её плечи. С каким удовольствием они с Ристердом репетировали этот танец! - А что?

- Да нет, я просто смотрю: не только мой Тиган пропал, но и твой Ристерд. Куда они делись?

- Не знаю, - покачала головой Настя. - Я видела Тигана - он на нас посмотрел, а потом Ристерд побежал к нему. Я думала - ты с ними.

- Наверное, сюрприз готовят, - задумчиво предположила Ита. - Интересно, какой.

Оба появились одновременно, но с разных концов зала - вовремя: музыканты начали танец “Шаль из малиновых роз”, будто дожидались их появления. Быстро подошли к своим партнёршам и протянули им шали. Девушки накинули шали на плечи и заторопились в круг, теперь уже сами ведя своих партнёров.

Когда танец закончился, Настя заметила, что Тиган отвёл Иту к одному из столиков, а сам ушёл куда-то в сторону. Удивлённая Настя обернулась было к Ристерду, который стоял рядом, но замолчала, не успев сказать и словечка. Тот задумчиво смотрел вслед её “кузену”.

- Что с вами сегодня? - не выдержала девушка. - Бегаете оба какие-то загадочные.

- Насти, нам бы надо уйти, - с виноватыми нотками сказал Ристерд, подавая ей руку. - Ненадолго.

- Уйти? Но ведь сейчас обещали танцевальные игры!

Но, поворчав, она оперлась на его руку и покорилась его движению из зала.

Когда они вышли в коридор, противоположный тому, из которого входили в зал. Прошли совсем немного до лестниц, ведущих на второй этаж, и добрались до двери, которую Ристерд уверенно открыл.

- Насти! - поднял руку Тиган, а Киллин слетел с его плеча.

Апартаменты Ристерда были великолепны, но парни проводили Настю в кабинет, где на столе лежала целая куча густо исписанных бумаг. И девушка поняла, что оба вычисляли какой-то маршрут - уже видела примерно такие же вычисления.

- Что вы задумали? - строго спросила она, в душе предвкушая приключение.

- Надень, - сказал Тиган и протянул ей взятую в вестибюле её пальто с меховой оторочкой.

Только сейчас она заметила, что на спинке стула, отодвинутого от стола, высятся их верхние одежды. Без слов она быстро натянула на себя пальто и проследила, как они быстро оделись. После чего взяли её за руки, и Ристерд серьёзно сказал:

- Насти, я понимаю, что ты в обиде на своих родителей. Но я пережил потерю отца, а потому мне трудно понять такие отношения. Пожалуйста, Насти. Мы с Тиганом хотим, чтобы ты всего лишь объявила своим родителям, что жива.

Она впервые видела их настолько серьёзными… А потом внезапно к глазам подступили горячие слёзы. Ристерд хочет, чтобы в их отношениях была гармония… Да, для этого необходимо, чтобы и в её душе была гармония. Он прав.

- Что нужно сделать? - спросила она, поглядывая то на “кузена”, то на Ристерда.

- Представь место, от которого легко приблизиться к твоему дому. К двери в твой дом, - торжественно сказал Тиган. - Когда мы увидим это место в твоём воображении, мы сумеем переместить тебя туда.

- Но отправишься ты не одна, - добавил Ристерд. - Я не хочу, чтобы ты оставалась в своём мире в одиночестве.

Она задержала взгляд сначала на одном, потом на другом. “Увидела” двоих парней в строгих одеянии примерно девятнадцатого века и себя между ними: слегка подвитые волосы, которые выглядывают из-под любимого большущего берета; длинное платье, подол которого виден из-за короткого пальто странного для её мира покроя. Ботики с бархатными завязками. Поверят ли родители, что она действительно живёт теперь в другом мире? Одно точно известно: они не посмеют ругаться в присутствии двух серьёзных юношей!

- Закрываю глаза! - выдохнула она, нервно сжимая руки Ристерда и Тигана и чувствуя на плече переступающего лапками дракончика. - Вижу место!

- Не бойся, - спокойно сказал Ристерд, и она ему поверила.

По необычному холодку и ощущению гулкого пространства Настя поняла, что они перенеслись. Что-то сказал Киллин - она не услышала, потому что оглохла от странного впечатления, что задыхается. Открыла глаза. Насмешливо сумела хмыкнуть - перед глазами электрощит. Штукатурка и краска на стенах. И металлическая дверь. Подъездная площадка. Она чуть оглянулась. Вот она - дверь в квартиру родителей.

Она посмотрела на Тигана. Он улыбнулся.

Она перевела взгляд на Ристерда. Тот поднял бровь.

Она вздохнула и решительно подняла руку нажать на кнопку звонка.

Content

Джиллиан Сказки моей осени (СИ)