Николаичева Е.А

Часть 2. Безумие Силы

ПРОЛОГ

Небо было возмутительно голубое, и сосредоточиться никак не выходило. Кроме того, донимала жара, дыханием тёплого ветра проникая через распахнутое окно.

— Вот вам и долгожданное лето… — с досадой проговорил Мастер, захлопывая створки.

В комнате наступила желанная прохлада. Однако собеседника Мастера это отнюдь не обрадовало, — наоборот, в наполненном полумраком помещении он почувствовал себя более чем неуютно.

— Ну и что вы надумали теперь делать, Мастер? — поёжился он.

— Интересно? Знаю, сам порой страдаю любопытством… — добродушно, если это слово можно применить к данному человеку, улыбнулся Мастер.

— Как вам может быть интересно, если вы сами всё продумываете?

— Даже зная, как будут развиваться события, можно увидеть много интересного. Да и вообще, я продумываю только декорации. Актёры ведут себя, как хотят.

— Не верится как-то, — недоверчиво произнёс собеседник Мастера. — Вы так уверенно говорили в прошлый раз, что всё так и должно быть.

— Уверяю вас, если что-то пойдёт не так, это сразу станет понятно.

— А мне кажется, вы просто забавляетесь, — собеседник Мастера злобно сощурился. — С детьми играетесь. Вот в былые времена…

Мастер пару минут внимательно разглядывал подавившегося его взглядом и потому замолчавшего собеседника.

— Я так понимаю, это провокация?

Ответ пришёл не сразу.

— Да.

— Ну что ж… в принципе, основного плана это не меняет. Любуйтесь же!.. Только потом не жалуйтесь.

И Мастер нехорошо улыбнулся.

Глава 1

ПРИЗРАКИ ПРОШЛОГО

Люди — добрые и отзывчивые существа. Особенно — эдакие милые старушки лет семидесяти отроду, маленького расточка и с голубыми выцветшими от времени глазами божьего одуванчика, в жизни не обидевшего ни единой пчёлки.

Люди — самые милосердные, сопереживающие и понимающие. Особенно, люди пожилого возраста. В конце концов, даже если они кого и обидят, так это не со зла, верно? Ну, получилось так, получилось… С кем не бывает?

— Что, милок, пробрало? — злорадно захихикала "милая старушка".

Не знаю, может, пчёлок она и не обижала, зато меня она явно решила "обидеть". До смерти, ага… Я с тоской посмотрел на ночное небо. Светила почти полная луна, на которую хотелось театрально завыть, тем самым подтверждая довод старушенции — да, пробрало. А кого бы не пробрало, если бы его привязали ко вкопанному посреди полянки столбу и методично обкладывали отчего-то не слишком сухими дровами?

— Это чтобы ты подольше подёргался, — улыбнулась совершенно целыми белыми зубами "старушка".

Я сглотнул. Вот, ей-ей, чего в ней страшного? При свете белого дня — ну чисто этот самый одуванчик! А вот ведь как, сейчас смотрю — ни клыков, ни страшного вида, ни метлы какой, как у заправской ведьмы из детских страшилок, ни страшных пронзительных глаз, как у сирен, даже голос, и тот, весь такой ласковый, добрый…

А ведь страшно. Притом страх — какой-то странный, не подавляющийся. Казалось, чем больше я боюсь — тем сильнее это страх во мне укореняется, и совершенно невозможно с этим бороться. Да и зачем? Выхода-то нет.

Стоп!! Ну что за ерунда, почему мозги отказываются работать? Никогда такого не было — чтобы я так легко сдался. Что ж, дрова ещё не собраны до конца, можно и порасспросить не в меру прыткую бабульку.

— Уважаемая, — у, бестия ненавистная! — А могу я узнать, зачем вы всё это? — Да, на кой… леший ты меня, старая крыса, облезлая сволочь…

Старушка на время прекратила свой бег в поисках дров и задумчиво на меня уставилась.

— Нехорошо, — прищёлкнула она языком. — Мало боишься, — и тут же задорно прищурилась. — Ничего, вот запылает костёр-батюшка, эх, как заверешчишь! — она мечтательно закатила глазки. Но тут же остро на меня глянула, да так резко, что сердце ухнуло в пятки. — А шиш я тебе скажу зачем. Догадаешься — всё наслаждение испортишь.

И, довольно усмехнувшись, бабулька помчалась за новой связкой дров.

…Всё началось как всегда, внезапно, — с жаркого, наполненного до смерти надоевшей духотой летнего дня.

Как говорится в таких случаях — ничто не предвещало беды: ни солнечное затмение вне очереди, ни жуткое пророчество об апокалипсисе, ни упавшая накануне на землю-матушку звезда-метеорит, ни чёрная курица, перебежавшая дорогу в самом неподходящем месте, которое не обойти… И уж тем более не предвещала беды практика в богом забытой избушке на краю Леса, на расшалившуюся нечисть которого и пожаловалась Адана Топийская, владелица этой самой избушки, прислав письмо не кому-нибудь, а самому директору Школы Магических Искусств.

Сложно поверить, что на подобное предложение кто-нибудь согласился бы. Но тут, на свою беду, оказалось, что я совершенно не представляю, где мне отрабатывать практику. К слову, распределять нас должны были преподаватели, но, в силу того, что нас было мало (одиннадцать человек, кто не помнит) и мы все поразительно хорошо сдали экзамены, нам решили сделать "подарок". То есть, место практики мы выбирали сами. Всё бы хорошо, но вот, честное слово, из предложенного "списка", состоящего из толстого тома немаленького веса меня не устраивало ничего. Вот так просто "ни-че-го". Хоть во дворец к самому Раэннолу идти… А что? Никто из наших не решился. Разве что, из других курсов. Четвёртый с третьим, правда, всё ещё готовился к экзаменам — там у них какой-то особый усложнённый вариант сдачи.

Но тут, значит, мне попалось это самое письмо. Да как попалось! Директор наш, когда понял, что я единственный, кто ещё не выбрал место, решил меня просветить насчёт ответственности, долга и прочая, прочая… Вот спрашивается — зачем? Что я, маленький — не понимаю? Девятнадцать годков недавно стукнуло.

И только спустя пару минут я понял смысл его распинаний. Директор ну просто мечтал, чтобы я поскорее убрался из ШМИ и не нервировал его своим постоянным нахождением в библиотеке! И это только после трёх дней моей там ночевки… Ну да, зачитался, заснул — глядь, а там и утро уже. А зачем куда-то уходить, если всё равно вернусь?

И так, директор продолжал ездить мне по ушам, а я от нечего делать разглядывал вещи на его столе. Большинство просто не привлекало никакого внимания, а в некоторых угадывались артефакты — притом мощные. И, значит, поверх прочих бумаг лежало это письмо, видимо, недавно пришедшее и потому только что прочитанное. Ну, я и зачитался. Писала Адана хорошо, с чувством и толком. И не поверишь, что бабулька-то из глубинки… Но суть она излагала интересную. О том, что Лес шалить начал, я сам догадался — старушка же жаловалась на беспредел нечисти, до недавнего времени вёдшей себя тише воды ниже травы. В общем, уговаривать директора долго не пришлось.

Телепортировали меня крайне неудачно — прямо на дорогу. Казалось бы, чего такого? Но в том-то и дело, что время было за полдень, солнце стояло в зените — а до леса ещё топать и топать… К слову, лес этот находился возле небольшого городка на приличном расстоянии к западу от столицы. Пришёл я к избушке, что понятно, взмыленный и переутомлённый до чёрных пятен перед глазами. Казалось бы, чего стоит наколдовать лёгкий ветерок там или же ещё чего полезного? Так ведь нет… энергию жалко.

Пришёл я, значит, к избушке и говорю ей: "Избушка-избушка, стань…" Ой-ёй, это не отсюда…

Так вот, пришёл я. Хозяйка встретила меня с распростёртыми объятиями и — свежей холодной окрошкой на обед. Старушка была со мной весьма добра и мила, из чего я сделал вывод, что практика пройдёт просто замечательно. И лёг спать, сам удивившись собственной сонливости… Проснулся, что примечательно, ночью и привязанный к столбу на поляне среди того самого леса, хоть и не слишком далеко: сквозь деревья виднелась та самая избушка. Ну, кто скажет, что мне теперь делать? Что-что? Наколдовать что-нибудь покруче и надавать злобной бабке по мозгам? Ага, щаз! Только вот заднюю ногу почешу…

Хотел бы я знать, что сделала со мной эта тварюга. Ведь сколько я не пытался — совсем не мог ощутить в себе и капли силы.

— Ты не стесняйся, кричи, если что, — ободряюще сообщила мне Адана, подкладывая последнюю связку.

Как догадался, что последнюю? Так ведь, полный круг закончен — со всех сторон обложила, гадина.

— А можно последнюю просьбу?

Адана вытаращилась на меня, как на сумасшедшего.

— И не надейся — не отпущу, — фыркнула она наконец.

— И не надо, — заверил её я. — Просто отложите моё сожжение ещё на часок, а? — быть может, за это время магия ко мне вернётся? — Ну пожалуйста…

И побольше трагизма в голос. А то ещё и не поверит, с неё станется.

— Ну хорошо… — со вздохом ответила старуха. — Я пока не голодна.

И, развернувшись, направилась в сторону избушки. Стоп… НЕ ГОЛОДНА???! Сердце глухо ёкнуло, свёрзшись с подавляющей высоты и распластавшись у моих ног. А со стороны избушки послышался довольный до умопомрачения злорадный хохот, которому позавидует любой мало-мальски крупный злодей.

— Это бывает. С каждым случается.

Что-то находится, что-то — теряется.

Только, вот что-то уже никогда

Больше к тебе не возвращается!

Это бывает. Но что же останется?

Незаменимого нет! Но, увы…

Пламя в груди без огня разгорается,

Словно осенние жгутся костры,

— проговорил я темноте пришедшие в голову из ниоткуда строчки.

Магия так и не вернулась, после чего я пришёл к выводу, что всё дело в верёвке. Крепкой такой верёвке, толщиной с три моих пальца и пропитанной каким-то раствором. По запаху состав определить не удалось — одно точно: моя кровь там явно присутствует… а это уже серьёзно.

Наверное, я должен был испугаться до сумасшествия, завыть на луну или же просто биться затылком о столб, чтобы умереть не от огня, а гораздо раньше — от (хе-хе) сотрясения мозга. За этот час я уже десять раз понял: никто не придёт ко мне на помощь, а я сам себе помочь — не в состоянии. Должно быть, у меня с психикой что-то не так, но от осознания того, что всё неизбежно, я успокоился. Страх куда-то отступил на второй план, захотелось совершить что-то эдакое… безумное и не поддающееся объяснению. Кроме того, мысли явно легли на философский лад. Вон, стихи сочинять стал! Или у кого-то стырил… не помню.

— Мда, похоже, я зря дала тебе час! — с досадой произнёс старушечий голос над самым ухом.

Я вздрогнул от неожиданности и приложился головой о столб. Старуха злобно захихикала.

— Ничего, сейчас живо в норму вернёшься! Вот тогда-то будет благодаааать!! — и засуетилась с растопкой.

Я следил за ней совершенно безумным взглядом. Дрова всё никак не желали заниматься. Старушка ругалась, но упрямо продолжала заниматься явно бесполезным делом. В конце концов, происходящее начало меня раздражать.

— Да полей ты дрова настоем Греммы!! — не выдержал я.

И понял, что натворил, только тогда, когда старушенция радостно подскочила и помчалась к своему дому, благо настой был одним из самых распространимых товаров ШМИ. Через пару минут она уже снова увлечённо меня поджигала. И на этот раз у неё получалось, огонь весело занимался, перескакивая с палки на палку. До меня пока добралось лишь отдалённое ощущение тепла, но и этого было достаточно, чтобы взгляд мой оцепенел, а сам я замер, как кролик перед удавом — заворожено любуясь пляской пламени… и чувствуя, как внутри с неведомой доселе силой разгорается страх.

Тонкими ледяными щупальцами сжимая жалобно трепыхающееся сердце, страх подкрадывался к горлу, парализуя и расползаясь всё выше… добираясь до мозга.

— Сссладко, — промурлыкал невиданной силы голос, продравшийся сквозь плену страха, застилающую глаза. — Как слааааадко!!! Мрррр… — наконец я смог что-либо разглядеть, проморгавшись и обнаружив, что дыма стало гораздо больше, чем огня, пока до меня так и не добравшегося. А вот дым добрался, это да. Я содрогнулся от приступа кашля. — Ещщщёооооо!!! Ах-ха-ха-ха… — сквозь дым я еле сумел разглядеть дико пляшущую перед столбом старуху.

Впрочем, назвать её сейчас старухой было бы непростительно — Адана молодела буквально на глазах, глаза всё больше сверкали, движения становились всё чётче и чётче, на лице расплывалась блаженствующая улыбка.

— О, как давно, как давно мне не приходилось питаться страхом мага!!! — вибрирующим голосом ввинтилась мне в уши её торжествующая фраза.

…И тут до меня дошло. Совершенно внезапно я чётко и ясно понял, кто передо мной… Это было безумие, сумасшествие… но теперь я знал, что мне делать. Я выпрямился и, преодолевая замучивший кашель, распахнул рот и заорал:

— В краю далёком, в краю чудесном

Жил как-то рыцарь молодой,

И полюбил одну прелестную

Девицу он. С минуты той

Он глаз с неё уж не сводил,

Так сильно он её любил! — вряд ли этот ор, перемежающийся с кашлем, можно было назвать песней, но результат он дал — страх чуток отхлынул, давая место ярости и другим не самым дружественным страху чувствам. — И вот однажды мимо шёл

Той деревеньки один бард:

Девицу ту с собой увёл…

— ЗАТКНИСЬ!

Визг перекрыл все возможные звуки — треск костра, моё хрипенье… Адана, уже вновь более походящая на ту старушку, что я увидел впервые на пороге избушки, злобно на меня уставилась.

— Что, думаешь, если разобрался, кто я — это тебе поможет? — злобный смешок вновь пробрал до костей, как ни пытался я вновь настроить себя на боевой лад. — Ты всё равно сгоришшшь… И другие чувства тебе не помогут!!!

Пламя взметнулось с новой силой, в лицо мне дохнуло дымом, и я почувствовал, что теряю над собой контроль. Словно со стороны я увидел, как первый язык пламени осторожно подбирается к ногам. Как тело, оставленное разумом, корчится от боли, а с губ срывается крик.

— Красиво, — хмыкнул я, глядя на это всё как будто бы со стороны. — Ничего не скажешь.

От подобного заявления, не знаю, слышала она или нет, йаллу бросило на землю и выгнуло в судорогах пострашнее моих. Прошло пару минут и всё затихло. А на земле лежала полностью принявшая свой настоящий вид йалла[1]…

А костёр всё разгорался, поглощая тёмную фигуру, привязанную к столбу.

— Живой? — в который раз переспросила Эно, терзая Ласа за рукав.

— Живой, что ему сделается, — отмахнулся тот. — Не мешай, видишь, ожоги на лице и на руках лечу.

— Там же такой кострище пылал… как?

— А у этого полудурка на одёжке защита от огня, воды, воздуха и земли стояла. Ему ещё повезло.

— От воды — понятно, от огня тоже, земля — это от грязи, а воздух зачем?

— Ты меня спрашиваешь? — отмахнулся черноглазый. — Ты бы ещё спросила, что он делал на костре посреди леса и какого лешего рядом валяется дохлая йалла, за которой мы, собственно, сюда и пришли.

— А что тут непонятного? — фыркнула Эно. — Лас, ты меня поражаешь, вроде как, обычно ты у нас быстро соображаешь. Что он здесь делает? Так, практика у первого курса уже началась, как и у нас. Почему на костре? Йалла постаралась, чтобы напугать. А почему она дохлая… Ну, не удалось ей его напугать, — тут девушка пожала плечами.

— Ни чего себе "не удалось". Это что же надо почувствовать, чтобы начисто убить эту тварь? — Лас неприязненно покосился в сторону мёртвой йаллы.

В настоящем своём облике нечисть представляла собой нечто вроде крылатой собаки раза в два так крупнее, с мордой свиньи и хвостом-клешнёй. Ах да, на голове у неё были рога.

— А самое интересное, как такой умный и расчётливый парень, как Мир, попал в такую дряную ситуацию, — сумрачно закончил Элиас. — Всё, теперь он полностью здоров.

— А почему тогда не очухивается? — подняла бровь Эно.

— Это ты у него спроси.

— А что? И спрошу, — девушка озорно улыбнулась. — Всё равно защиты я не чую…

И сосредоточилась. Прошла минута, две… брови Эноллаиры поползли наверх.

— Эгей, Эно, что случилось? — забеспокоился парень.

— Ничего, — глядя куда-то поверх головы Ласа, ответил девушка.

— Что? — озадачился Лас, понимая, что это не ответ на его вопрос.

Эно перевела на него свои голубые глаза, в которых обозначилось потрясение.

— Там ничего нет.

— Где — там? — взвыл Лас.

— Там, — невразумительно ответила девушка, но потом сжалилась над парнем. — В общем, можно смело заявить — Мир сошёл с ума.

Костёр, йалла, столб с моим многострадальным телом — всё исчезло, растворившись во тьме. Я умер. По крайней мере, мне так подумалось.

Но вечно продолжаться темнота не могла. Ведь не могла же? Я всмотрелся в окружающую тьму и задумался над весьма философским вопросом: что такое смерть?

Ну… наверное, смерть это всё-таки чувство. И, самое интересное — чувство, которое можно испытать только раз в жизни. Вот как я. Сейчас я ощущаю смерть. Другой вопрос — что я буду ощущать потом — меня сейчас даже как-то не волнует, хотя и приходит в голову.

Забавно. Разве у меня есть голова? Я попытался поднять руки и пощупать данную часть тела. Пришлось признать, что ни рук, ни головы у меня попросту нет.

А что у меня есть? Душа? Сознание? Разум… что интересно, ни одно из перечисленных выше абстрактных явлений нельзя пощупать, как и все, в общем-то, абстрактные явления. Странно, я никогда не задумывался над тем, что ждёт меня после смерти и ждёт ли вообще что-нибудь. Вот интересно — столько раз блуждал на грани, а не задумывался! Верно, потому, что не верил.

Не верил в существование смерти. К слову, когда-то давно (даже раньше, чем остров, на котором находилось наше королевство, превратился в континент) весь мир верил в Богов. А потом как-то один умник (или не один — не суть важно) взял и доказал, что Богов не существует. Как и почему он это сделал — не знает никто. Но поверили все… какую-то он сногсшибательную и совершенно правдоподобную теорию изложил о существовании и происхождении нашего конкретно мира. Стоит сделать ударение на последних словах — по мнению этого неизвестного, у каждого мира своя История и Основа. Сейчас, после долгих лет… после тысячелетия "умирания" (как я про себя прозвал Запретную Магию) магии это всё забывается, и люди вновь возвращаются к старой вере.

Вот Шикр например. Из-за чего у нас с ними все конфликты? Их магия основана на вере. Наша — на изначально заложенной в человека силе.

Темно. И самое забавное — не закрыть глаза, закрывать-то нечего! Я попытался вздохнуть и вспомнил — нечем. Проклятье, если это продолжится ещё хотя бы минуту — я сойду с ума!!!! Ох… зря я так.

Окружающая тьма мигнула и растворилась. Не спрашивайте — в чём. Вместе с ней растворился я, в одно мгновенье становясь частью чего-то… давно забытого, притом — даже не мной.

…Погружённая в сумрак комната. Кровать посреди неё, и два горящих алым глаза. Тишина, наполненная чем-то большим, чем воздух. Тёмная фигура совершенно неподвижна, абсолютно белые волосы свободно рассыпаны по плечам, достигая лопаток и непослушно падая на лицо. И среди этого царства абсолютной тишины и спокойствия изредка разворачивается шелест перелистываемых ветром страниц.

— Элдара, хорош ерундой заниматься, пошли с нами в город, а? Ну давай, выйди из своего склепа!!! — дверь с грохотом распахивается, и в проёме нарисовывается светлый эльф, сердито скрестивший руки на груди. — В конце концов, сегодня выходной!!! — в глазах цвета морской волны вспыхивает праведное возмущение, а солнце, ворвавшееся через окно в коридоре позади эльфа, золотит рыжий хвост посетителя, ни много ни мало достигающий пояса и закручивающийся в локоны даже ниже.

Сидящая на кровати дроу медленно поднимает голову от толстенного тома, с удобством расположенного на коленях. Глаза причудливо меняют цвет с алого на янтарное золото. Лицо с острыми и совсем юными чертами выражает досаду и вселенскую усталость: "…как же ты меня достал".

— Сгинь, — коротко отвечает Элдара, после чего дверь сама по себе захлопывается, ощутимо приложив эльфа по носу.

Слышно, как тот возмущённо воет за стеной. Комната вновь погружается в темноту, после чего на кровати вновь возникают две алых точки глаз. Вой за стеной стихает, раздаётся злобное ругательство на светлоэльфийском (что-то о свихнувшихся на почве учёбы дроу), после чего вновь настаёт блаженная тишина. Эльф уходит.

Проходит минута, другая. Страницы ещё пару раз прошелестели в этом осязаемом и таком странном сумраке.

— Вот гад, ведь знает же, как сбить настрой!! — с досадой восклицает дроу, с шумом захлопывает том и решительным шагом выходит из комнаты.

Свет бьёт по глазам, небо в распахнутом окне в коридоре одуряющее манит весенней лазурью, а рыжеволосый эльф, сидящий на подоконнике, пакостно улыбается с видом победителя. Впрочем, недолго…

— ААААААААААА!!!

— И чего орать, второй этаж же? — недоумённо морщится Элдара.

— Так ведь колю-у-у-учки!! — воет "мягко" приземлившийся остроухий.

— Так "договорился" бы с ними, пока падал! — ехидно отвечает дроу, выпрыгивая в то же окно и мягко приземляясь рядом с рыжим. — Ну, и чем ты объяснишь своё поведение? — грозно нависает над запутавшимся в колючках, и потому совершенно беспомощным, светлым эльфом. — Отвлекать меня накануне экзаменов! Это ж тебе уже не второй, а третий курс! Тут так просто не отделаешься…

Но эльф уже ловко освобождается от пристыжено втягивающих колючки кустов, встаёт на ноги, отряхивается и нагло ухмыляется.

— Чем я оправдаю? Элдара, милая, я, конечно, всё понимаю, но неужели эти экзамены заставили тебя забыть о НЁМ?

— О чём о "нём"? — настораживается тёмная.

— О моём дне рождения!!!

…и вновь меня окружает только темнота, поглотив собою всё: Элдару, такую странно молодую и с короткими волосами, незнакомого рыжего эльфа, а также стены незнакомой мне школы магии.

Ну, и что это было? Не понимаю, я же умер, какого демона мне видится всякая дребедень? Время для предсмертного бреда давно прошло! Или так и должно быть?.. Странно. И, если задуматься, по всему выходит, что я видел прошлое. В голове (или что там у меня теперь) мелькнули шальные мысли. Если я могу здесь видеть прошлое, то не отказался бы от…

Не успел я закончить мысль, а тьма уже вновь растворилась в новом видении.

…Куда ни кинь взгляд — руины. Пыль всё ещё не осела и мёртвым облаком выцветает в небе. У полуразрушившейся стены зашевелилась груда камней, из-под которой, чертыхаясь и отряхиваясь, выполз рыжеволосый эльф. Но не успел он подняться на ноги, как откуда-то сбоку взметнулся чёрный луч, отбросив тело ничего не успевающего сделать остроухого обратно.

— Признаться, я почти испугался, что проиграл, — прозвучал со стороны, откуда ударил луч, спокойный голос. — Запаниковал, начал играть в открытую… и наткнулся на кучку детей. Заигравшихся детей.

К лежащему на груде камней эльфу медленно приближалась фигура в тёмном плаще. Рассмотреть лицо мешал глубокий капюшон. Наконец, фигура оказалась рядом с эльфом.

— И я разочарован, — из-под плаща показалась бледная рука. — Особенно тем, что даже ты, Владыка… — эльф вскинул отчаянные зелёные глаза. — Да-да, теперь ты — Владыка, последний из правящего рода. Так вот, я весьма разочарован твоей слабостью. Так не интересно. О да, я вижу какой ненавистью горят твои глаза. Поэтому-то и оставляю тебе твою жалкую жизнь, — тут неизвестный маг коротко хохотнул. — Думаю, это будет интересно…

Он спокойно развернулся спиной к скорчившемуся на камнях эльфу и не видел, как тот в бешенстве сжал камень, подвернувшийся под руку. Зато увидел нового противника, возникшего перед ним. Элдара была само спокойствие: ни следа алого в янтарных глазах, ни дрожи в сложенных крест на крест на груди руках… и до странности неподвижные белоснежные волосы — это при том, что порывы ветра вокруг набирали обороты, отчего облако пыли, до этого было опускавшееся, начало сносить в сторону.

— Ещё один ребёнок? — пренебрежительный, усталый голос. — Право слово, это начинает надоедать.

— Элдара, он… — прохрипел эльф, пытаясь предупредить, но маг в плаще дёрнул плечом, и рыжий, дёрнувшись, безвольно затих.

— Я знаю, — упало в пространство. Дроу грустно улыбнулась. — Не вини себя. Ты до последнего защищал Школу. И ты сумел дать нам время, чтобы мы нашли то, ради чего всё это затевали, — взгляд Элдары скользнул к магу, скрывавшему лицо за капюшоном. — Вы — Мастер, — признание, данное с некоторым трудом… и довольная усмешка, переходящая в оскал. — Но в этот раз мы вас переиграли!! — вознёсся к небу торжествующий рык, и оттуда, переплетённый с лучами солнца, выглянувшего из-за облака пыли, ринулся сверкающий невиданной силы меч, огромный и величественный, устремившийся к изумлённо замеревшей фигуре в плаще.

Впрочем, маг быстро нашёлся — и его всего, с ног до головы, окутал мощнейший щит — щит, которому суждено было вынести этот удар… если бы он был направлен в него! Меч рухнул позади фигуры в плаще, воткнувшись точно в центр тени мага. Мгновенье ничего не происходило — и вот уже маг резво оборачивается, неверяще смотрит на меч, вошедший в тень по самую рукоять, и вот он уже кричит, яростно и злобно: тень корчится у его ног, шевелится и растворяется!

После чего та нить, которая соединяла мага и ту Силу, которую он черпал и использовал, оборвалась. Хрипя и с трудом дыша, маг поднялся с земли, на которую его бросила дикая боль.

— Победили они, — выдавил презрительно. — Глупцы! Посмотрю я на вас спустя несколько лет, когда… — тут он не договорил — закашлялся, задрожал всем телом.

И еле успел выставить щит, тут же сметённый мощнейшим магическим ударом.

— Брист… — с ненавистью выдали губы мага. От следующего удара он предпочёл увернуться. — Набросились всем скопом и рады — они победили!! — фыркнул маг, кутаясь в плащ поплотнее и оглядывая поле сражения.

Его молча и сосредоточенно окружали — лица магов совсем юные, но решительные. И среди них, ведя их, возглавляя, — сам Брист. Маг в плаще злобно захихикал, глядя как к эльфу, лежащему на камнях, бросается дроу, как пытается помочь.

— Вам никогда не понять, что я всегда выиграю, всегда выйду победителем, даже в случае своей смерти, ведь и тогда, даже тогда я не уйду просто так: это будет мой, который, в конце концов, покажет, что вы все ошибались, — бледная рука скользнула к капюшону. — Мне жаль вас… но и только.

Брист, не желая больше ждать, выбросил руку вперёд, однако серое облачко, которое он направил в сторону противника, захватило пустоту. В центре выстроившихся кругом учеников четвёртого курса больше никого не было.

— Как же так, учитель? Мы разорвали связь с Источником его силы! Он не мог иметь к ней доступ!! — Фильоана была зла, как никогда. — Мой брат погиб, защищая школу в наше отсутствие, пока мы искали способ победить это чудовище, он вместе с другими вызвал огонь на себя! Но они все погибли, были убиты, и что? Их убийца ушёл?

— Это всего лишь значит, что всё так, как он говорит, — внезапно проговорила Хорна, и чёрные волосы её рванул ветер. Все невольно поёжились — в чёрных глазах их подруги застыла Вечность. — Он снова нас переиграл. Хотя и ушёл, как побитая собака. Я поняла, в чём дело, просто…

— Источников было два, — произнёс светловолосый парень, сверкнув красными глазами. — И один из них, тот, что помощнее, был приобретённым. Эту связь мы и оборвали, а его настоящая сила осталась при нём.

— Значит ли это, что он вновь может приобрести связь с этим Источником? — встревожился Кхарнеол.

— Не думаю, — подошла Элдара. — Наше заклинание отрезало ему путь к этой Силе навсегда. Хотя, я не уверенна в том, что он не найдёт обходного пути. И всё же, — тут дроу слабо улыбнулась. — Мы победили, и даже Владыка… — тут с губ её слетел горестный смешок. — Даже Владыка светлых эльфов будет жить.

— И что же теперь? — заломил брови Орэн.

— Найти и закончить начатое, — сурово проговорил красноглазый парень.

— Это бесполезно, Крис, ты только заманишь себя в ловушку, — сурово попытался облагоразумить его Брист. — Остановись.

— Остановись? — вампир резко обернулся и оскалился, показывая клыки. — Он уничтожил мою расу, очернил её имя, убил мою семью, опозорил мой клан! И вы, учитель, говорите мне сейчас "остановись"?! Глупостью будет вас послушаться! Я пойду по его следам. Кто со мной? Ну? — из толпы учеников отделилось пять фигур. — Я закончу своё дело, — вампир белозубо усмехнулся. — А вам — удачи.

Брист ещё долго смотрел в спину своим ученикам.

— Ну что же, — он обернулся к оставшимся и печально улыбнулся. — Начнём жизнь с чистого листа?

— Скорее уж, с пожёванного и обслюнявленного, — простонал очнувшийся Владыка светлых эльфов.

Ответом ему был слегка нервный и истерический, но дружный смех.

И снова темнота. Будь у меня сейчас тело, я бы бился головой об стену. Ничего не понимаю, если всё было действительно так…

Как они сумели вызвать Мастера на открытый бой? Что это было за заклинание — меч из солнечных лучей? И что за болтовня про Источники? Я о таком впервые слышу. И кто тот парень с красными глазами? Неужто вампир? Но их же не существует! Точнее… сейчас не существует. И, похоже, все сказки про них — не больше чем сказки. Тот парень спокойно стоял под солнцем и не дёргался. И, судя по тому, что Мастер всё ещё жив, у них ничего не вышло. А рыжий эльф — Владыка? Стал им, хотя непонятно как… жив ли сейчас? Ничего не понимаю. И в чём же суть запретной магии?

Есть у меня подозрения, что были тупо запрещены все те заклинания, которыми когда-либо воспользовались "во зло" и оценили это как вмешательство Мастера. Нет, я всё понимаю, но…

А может, я действительно что-то не понимаю? Тогда… тогда я хочу понять. Я хочу увидеть, КАК ЭТО БЫЛО. Увидеть, как мир вокруг в одно мгновенье теряет свою привычную опору, и как обычное понятие магии — такой безопасной и доступной — превращается в хаос!

Темнота послушно растворилась, подчиняясь моему не до конца оформившемуся желанию.

— …Ваш родовой замок, как и всё, что находится к югу, затоплено. Теперь я могу точно сказать, что добраться туда не представляется никакой возможности, — досадливо морщась, докладывалась Элдара Бристу.

Тот грустно смотрел из окна новой школы на пустырь с редкими домами, простирающийся вокруг. Ещё не скоро сюда потянутся люди, а пока — пока они сами находятся в поисках тех, кто захочет провести здесь часть своей жизни…

— Почему?

— Что? — сбилась Элдара. — А, почему никакой возможности? Уж больно местные жители там… специфические.

— В море-то?

— В море, — мрачно подтвердила дроу. — Если бы своими глазами не видела — не поверила бы. Натуральные сирены.

— Сирены? — Брист иронично поднял бровь. — Их же не существует!!

В ответ ему был нервный смешок.

— Ладно, это ничего. Нашла себе ученика?

— Никак нет, Учитель, — дроу печально улыбнулась. — И вряд ли когда-нибудь найду.

— Что за упадническое настроение? — нахмурился Брист.

— Вы же знаете — все универсалы погибли на войне, даже я — не полный универсал.

— Родятся новые. Уже родились, даром, что уж десять лет прошло.

— Сомневаюсь я. Что там с проблемой, на которую наткнулась Хорна?

— Не знаю, — на лице Бриста мелькнула тревога. — Она отправилась в бывшую Скальную, чтобы проверить всё с помощью Излучателя…

— А что она почувствовала конкретно?

— Что-что, не знаешь нашу некромантку? Смерть она почувствовала, да в таком количестве, что проще повеситься, чем встать на пути той Силы, что за раз убила стольких.

На миг видение снова наполнилось темнотой, а затем вернулось, но — уже новое.

— …ара, бегом сюда!! Кхар, держи щит, я попытаюсь пробиться! — золотоволосый худощавый парень выхватил из воздуха сияющий щит, меч и рванул на пролом.

Вокруг стояла ночь. Страшная, наполненная жутким шипением и смертью ночь. На дороге, в кругу неровно мерцающего щита стояли пятеро: Элдара, Кхарнеол, Орэн и Фильоана. Пятый, златовласый парень в ореоле света, прорубался к чему-то тёмному, лежащему на дороге в пяти шагах от остальных. А вокруг вились материальные тени, шипели, изрыгали тьму из беззубых, полных тьмы ртов.

— Хорна! — попытался докричаться до неподвижного тела блондин. — Хорна, очнись! Останови их!

Девушка подняла голову, впившись полностью почерневшими глазами в фигуру парня, и не узнала. Взметнулся вихрь теней, миг, другой и…

Из оторванной вместе с щитом руки хлещет кровь.

— Раэн, — в изумлённом отчаянии восклицает Фильоана. — Раэн, она тебя не узнаёт, возвращайся!

Но поздно: следующий удар завершает дело.

И вновь темнота мигает в сознании.

— …А потом, после недолгой борьбы, мы разорвали твою связь с Источником, — завершает фразу безжизненный голос Элдары.

Вокруг незнакомая поляна. Дорога осталась где-то в стороне, а вместе с ней и страшные, исковерканные магией тела. Среди которых, истерзанное до неузнаваемости, тело их друга.

— Ты, надеюсь, понимаешь, что мы не убили тебя, хотя могли, когда поняли, что ты действительно не с нами, — продолжил за Элдару Орэн. — Ты не виновата. Не надо этого делать. Не надо сводить счёты с жизнью… пусть даже ты теперь не сможешь использовать магию.

— Раэн, — упрямо, глядя в одну точку перед собой, повторила Хорна, но тут Фильоана перебила её.

— Он бы хотел, чтобы ты жила! — воскликнула она в отчаянии.

— Твой брат, — не слушая её, продолжала выводить своё бывшая некромантка.

— Постойте, — внезапно встрепенулась Элдара. — Сначала нужно разобраться, ПОЧЕМУ это произошло!

— Почему? — Хорна резко повернула к ней голову. — Так почему?!! — голос стал холодным и требовательным.

— Там Раэн, мёртвый, а вы… — не выдержал накала Орэн. — Он же наш друг!

— Учитель вызывает! — резко встряхнулась Элдара, к чему-то прислушиваясь. По мере рассказа учителя её лицо становилось всё более и более мрачным. Наконец она повернулась к друзьям. — Господа, у нас проблемы. Это… — кивок в сторону Хорны. — Был не единичный случай сумасшествия некромантов. — Она прикрыла глаза, решаясь. — Это случилось по всему королевству. И до сих пор происходит.

— Но как? — не поверила Фильоана, сощурив серые глаза, и тут же собралась. — Что мы должны сделать?

— А что мы можем? — горько усмехнулась дроу.

— Использовать Связующий меч можно только раз в стуки, — шёпотом отозвался Кхарнеол. — При более частом употреблении заклинание начнёт "сбоить". А мы — единственные, кто в силах его осуществить. И один раз уже использован на сегодня. Нужно подождать, — с усилием продолжал он. — А завтра…

— Никакого завтра — не будет, — резко перебила его Элдара. — Уже сейчас сотни безумных некромантов убивают ни в чём не повинных жителей… и их надо остановить. Любой ценой.

Пятеро друзей согласно склонили головы. Кто знает, какие мысли терзали каждого из них? Цель была ясна: и она будет достигнута… во что бы то ни стало.

Меня выкинуло в темноту со свистом. В голове (или где у меня там) царил полный сумбур. Хорна была некромантом? Она потеряла доступ к своей Силе?

Тогда какого же лешего она — провидица? Кто тот светловолосый парень?.. брат Фильоаны? Но это что же, получается, Хорна его убила? Почему сошли с ума все эти некроманты? Сколько времени это продолжалось и чем закончилось? Почему некромантия запрещена?.. Люди с этим даром (а это именно дар) не могут прекратить рождаться… или могут? А если рождаются, они по-прежнему сходят с ума?

Или же…

Ничего не пойму. Сколько непонятного. Что будет, если я займусь некромантией? Я сойду с ума? Или… Виной всему — Мастер, я не сомневаюсь. И что-то подсказывает мне, что некромантию не сразу запретили. Ну-ка, ну-ка.

Темнота, покажи-ка мне, что было даль…

— …Это неразумно Цинн, — укоризненно увещевала нервного парня с каштановой короткой гривой волос женщина с почти полностью седыми, но всё ещё кое-где чёрными волосами. — Ты не понимаешь, что делаешь… всё может повториться.

— Ненавижу, — зарычал Цинн, оскаливая дюймовые клыки. Глаза его стремительно чернели. — Вы убили моего деда, разрушили мою семью. На всех нас до сих пор смотрят как на монстров! Вы, проклятые маги ШМИ, виноваты, и я отомщу!

— Ты зря пытаешься мне мстить, — спокойно продолжила женщина, чуть устало опираясь о каменную стену. — Я тогда ещё не поступила в ШМИ. И твою тётю я не убивала, как и деда…

— Всё равно, вы все виноваты!

— Кто тебе это сказал? — вздёргивает бровь женщина.

— Неважно, — скалится Цинн. — Расслабьтесь, вы просто сейчас умрёте, а как будет потом использовано ваше тело — для вас будет уже не важно, — тихий смешок. — Ведь смерть должна быть красивой.

Но женщина уже не слышала окончания набившей оскомину фразы. Она медленно сползала по стене, оставляя тёмный кровавый след.

Ох-хо-хо! Но разве это может быть причиной запрета? Не понимаю. Впрочем, не ошибусь, если узнаю, что эта женщина была кому-то очень дорога. Нет, ещё пара таких сцен, и я ударюсь в тяжёлую беспросветную депрессию! Может, посмотреть чего-нибудь весёленькое?

О! Свадьба Элда…

…Свет. Лучи солнца тёплыми крылами скользят над Лесом, и, в обрамлении этих лучей, — хрустальный дворец в переплетении изумрудной листвы и в изгибах вековых деревьев. Вечный Лес…

— Элдара, я знаю, что ты где-то здесь! Хватит ломаться, идём! — возмущённо восклицает Фильоана, растерянно оглядывая окружающие её заросли дивных кустарников.

Элдара закатила глаза и попыталась устроиться на ветке поудобнее. Надеяться ЗДЕСЬ на магию было бы глупо. Она тряхнула головой, отгоняя настырные мысли о том, где она находится. Волосы, небрежно забранные в хвост, зацепились за сук. От боли, стрельнувшей в голову, дроу сдавленно зашипела.

— Во-о-от ты где! — мигом сориентировалась Фильоана. — А ну слазь! — Элдара в ужасе посмотрела вниз (десяток локтей высоты) и отрицательно замотала головой. — И не говори, что боишься высоты — не поверю! Слушай, — тут она смягчилась. — Ты сама согласилась на эту свадьбу. Потом может быть поздно. К тому же, — тут она словно бы сдалась. — Ацирэлю нужна поддержка, после всего, что случилось. Так ты идёшь? Нет? Ну что ж… — она развернулась в сторону дворца. — Ему придётся самому взвалить на себя это бремя.

— Стой! — прыжок с головокружительной высоты и плавное приземление. — Я иду.

Фильоана с хитрой улыбкой повернулась к дроу…

— АААААА!!! Три часа до церемонии обручения, а ты ещё не причёсана, не надушена, не одета и не обута!! А что у тебя на голове-е-е?

Лицо Элдары исказила страдальческая гримаса.

И вновь переход через темноту.

…Она идёт медленно, не спеша, идёт через огромный, полный света и хрустальной чистоты зал. Она не смотрит по сторонам: ей и так ясно, что она увидит.

Недоумение. Потрясение… восхищение. Белое на тёмном — ей всё-таки всучили это демоново платье. А что у неё на голове — даже думать страшно! А на ногах трёхдюймовые каблуки. И всё равно её шаг плавен и беззвучен, ни звука не раздаётся при её шаге, а зеркальный пол, отражающий прозрачный, пронизанный солнцем купол, не звенит, как должен был бы звенеть: возмущенно, недоумённо… восхищённо. Но вот, первый путь пройдён, осталось ещё два. Церемония и сама ЖИЗНЬ. Бок обок. Рядом.

Она дошла. И это значит… нет, она не будет ждать! Она не станет отступать тогда, когда в этом нет нужды. Это ЕЁ выбор, и он — верен. Улыбнувшись краешком губ, она уверенно вскидывает голову. Глаза в глаза. Напротив неё, с такой же лёгкой улыбкой на губах и бесконечным счастьем в глазах — ОН. Рыжий непоседливый эльф с глазами цвета морской волны и неизменно насмешливым отблеском на дне.

Владыка Вечного Леса, отныне и навсегда принадлежащего светлым эльфам… с тех пор, как тёмные отдали свой остров во владение им.

Вот тебе и весёленькое, так недолго и с ума сойти! Так этот остров ранее принадлежал дроу? А где сами дроу? ВМЕСТЕ С СВЕТЛЫМИ? А Элдара…

Так вот почему она носит такие длиннющие волосы, и никто ей ничего не говорит! Но, с другой стороны… Что она здесь-то делает? Она ж Владычица! Поссорилась с мужем? Наскучила семейная жизнь? Не понимаю. НЕ ПОНИМАЮ!!!! Так, надо что-нибудь успокаивающее… успокаивающее!

О! Хочу посмотреть, как создавался тот фонтан на малой дворцовой площади!! Ну, тот, который с неизвестными знаками по…

Пустырь. Ветер бешено рвёт осеннюю траву, швыряет из стороны в сторону редкие крупинки снега и воюет с отощавшими после осенних дождей тучами. Бескрайний пустырь унылого вида простирается до самого горизонта. Здесь балом правит ветер, и нескоро ещё здесь появится что-нибудь кроме этой примёрзшей травы и серых, свинцовых туч, обрывками украшающих небо. Казалось, этот пустырь способен существовать вечно в своей пустоте, как замкнутый круг, как круг в круге.

…и нигде ни души. Вот уже слышно, как крадётся, прижимаясь к земле и тоскливо протягивая к небу свои ледяные руки, зима.

— Ну и погодка, — поёжился, закутываясь в плащ, внезапно появившийся посреди пустыря мужчина.

Орлиный нос, гордо выпяченный подбородок и упрямые серо-стальные глаза выдавали в нём представителя высшей аристократии. Под капюшоном невозможно было рассмотреть цвет и длину волос, но ветер, пару раз атаковав единственную возвышающуюся цитадель на его владениях, вырвал из-под него отдельную прядь, тут же скрывшуюся. Цвет пряди был тёмным.

— Та-а-ак… что тут у нас? — мужчина склонил голову, будто к чему-то прислушиваясь. — Замечательно, на много лиг вокруг — пусто. То, что нужно.

И он резко, без всяких предисловий и метаний, скинул с себя плащ. Ветер обрадованно взвыл, пытаясь зацепиться за тяжёлую ткань, но потерпел неудачу и с яростью проигравшего рванул на обладателя не поддавшейся его власти вещи. Седые волосы с единственной тёмной прядью бешено развевались в воздухе. Могучая, как казалось, фигура не сдвинулась с места ни на пядь, а резко вскинутые к небу руки уже светились магическим светом, выписывая в воздухе причудливые рисунки.

Это было как гром посреди ясного неба. Тучи над магом (а судя по всему, это был маг) пронзила широкая трещина, и из неё полился… свет. Целый столб солнечного света, к земле уплотняющийся, сужающийся и становящийся невыносимо тонким.

И в месте, которое пронзил этот невероятный луч, стало рождаться НЕЧТО. Луч солнца перестал сужаться и начал рассеиваться, превращаясь в обыкновенный столб света, а в этом столбе причудливо клубились странные изгибы, земляная пыль перемешалась с редкими пучками травы, всё возвышаясь и возносясь над маленьким ничтожным в этом великолепии человеком, способным пробудить ТАКИЕ силы.

Че6рез минуту пыль осела, и в уже гаснущем, заслоняемом тучами свете посреди пустыря возникло каменное Древо.

Человек окинул своё творение оценивающим взором и удовлетворённо хмыкнул.

— А теперь немного антуража… — пробормотал он, взмахивая руками в стороны от себя.

Земля стремительно меняла форму, представая в виде прочных каменных плит, кое-где даже просматривался причудливый узор. То тут, то там возникали каменные фигуры фонтанов.

— Ещё чуть-чуть, — с усилием произнёс маг, опуская руки к земле и встряхивая ими, после чего в фонтанах появилась вода.

Человек явно устал, но отдыхать не спешил, повернувшись к главному: к Древу. Ещё пара взмахов — и оно тоже стало напоминать фонтан, а под ним возникли странные знаки, выстроившиеся в круг.

— Опять выпендрился, как сказал бы один не в меру наглый маг, — развеселился внезапно мужчина, утирая пот со лба. — Ну что ж, пора делать ноги и… что? — он резко развернулся, вперившись взглядом куда-то в пространство, гневно искривил тонкие губы и резко свёл обе руки…

Он меня увидел! Точнее, не увидел — почувствовал. И выкинул, честное слово! Я так и не узнал, для чего эта штуковина. Как? Какой силы должен был маг, чтобы провернуть всё это, а потом взять и увидеть…

Мёртвого? Ведь я же там не присутствовал на самом деле? Это всё мне привиделось!! Я не мог… ТУДА ОТПРАВИТЬСЯ!

Но этот маг всё равно почувствовал. И, сдаётся мне, бесполезно пытаться снова что-либо увидеть. Это что-то совершенно непонятное и чуждое мне. И было всё так давно… когда на месте малой дворцовой площади, как и далеко вокруг, был пустырь (а сейчас леса, луга и поля), когда людей вообще там не было.

На том острове. И был ли этот остров — островом? Или когда-то, во времена создания этой площади, там всё ещё был материк? А потом, в результате чего-то, он исчез под водой, оставив остров, а рядом возник другой материк, после опять утонувший.

А может, это цикл? Хе-хе, надеюсь, он не в тысячу лет. Опять одни непонятки… чего бы ещё узнать? О!

Как насчёт какого-нибудь запрещённого заклинания? К примеру, почему запретили заклинание стирания памя…

…Элдара потянулась, зевнула и распахнула окно. В комнату ворвался свежий утренний воздух. Солнце тепло золотило россыпь луговых цветов далеко внизу. С высоты десятого этажа дроу прекрасно видела каждый отдельный цветок. Было бы хоть на один этаж выше — уже бы не видела.

Именно поэтому Элдара выбрала эту комнату: самое высокое место во всей школе, с которого видно её любимые цветы… А кто это там внизу? Лея? Поразительная женщина — ухаживать за магическим садом в одиночку, это что-то!

Дроу счастливо вздохнула. Уже давно никто не нарушал спокойствие их школы. Дети почти забыли о страшных временах словно бы какого-то хаоса, когда один будто бы сошедший с ума ученик старших курсов обнаружил, что такое узконаправленное, как ранее думалось, заклинание уничтожения кайлаа можно употреблять на разумных. И то, что было результатом такого использования заклинания… нет, Элдара никогда этого не забудет. Дроу встряхнула головой, отгоняя печальные мысли, и втянула носом воздух.

— Неземной запах, — промурлыкала она. — Ну что ж, пора.

Она хотела было пойти пешком, но подумала, что давно не использовала мгновенную телепортацию, и мигом очутилась рядом с Леей, осторожно осматривающей цветы и о чём-то задумавшейся. Та невольно вздрогнула, почувствовав рядом чьё-то присутствие, и повернула голову навстречу.

— А, это вы, — светло улыбнулась она.

На глаза ей упала золотистая чёлка. Небрежным движением Лея отбросила непослушные пряди назад. Выцветшие светло-зелёные глаза в свете солнца казались такими же жёлтыми, как и волосы.

— Лея, я же просила называть меня на "ты"! — возмутилась Элдара, взмахнув в воздухе отросшими почти до пола белоснежными волосами. — Из-за такого обращения я чувствую себя старой каргой, которую терпят только из уважения! Что ты делаешь? — тут же переменила она тему, видя смущение Леи.

— Мне кажется, они чем-то заболели… — с облегчением переменила тему та. — Ну, если это опять третий курс начудачил, то я их! — она с возмущением тряхнула короткими, чуть прикрывающими уши волосами.

— По-моему, они не слишком тебя боятся, — полушутя-полусерьёзно возразила Элдара.

И внезапно наткнулась на горящий решимостью взгляд.

— Это потому, что для наказаний я не использую магию Разума, — сердито произнесла Лея, решительно поднимаясь.

— Может, не надо? — напряглась Элдара. — Как-никак, время не самое лучшее, чтобы переходить к строгим мерам.

— Ах, оставьте! — фыркнула преподаватель магии Разума. — Восемьсот лет прошло со времён войны магов, а последняя вспышка возмущений была почти пять лет назад!.. Никому от этого не будет ни тепло, ни холодно, а цветы, — тут она вспомнила, с чего всё началось, — наконец смогут распуститься во всей своей красоте. Хотя… вы правы, — тут она внезапно пошла на попятный и тепло улыбнулась. — Вряд ли это третий курс, да и вообще кто-либо из учеников, так что, в наказании нет нужды.

— Ну что ж, удачи тебе, — вежливо кивнула дроу и переместилась в большой холл центральной части здания на третьем этаже.

Здесь её ждал кабинет, где она преподавала первому курсу Теорию магии. Прозвучал сигнал к началу занятий.

— Итак, все на местах? — спокойным голосом вопросила Элдара, оглядывая всё ещё гремящий мебелью курс.

В это момент дверь распахнулась, и в неё заскочили двое: вихрастый темноволосый паренёк небольшого роста и высоченная (по сравнению с ним) русоволосая зеленоглазая девица со стопкой книг в руках. Естественно, разминуться в столь узком проёме двери они не смогли.

— Куда смотришь, придурок! — завопила девушка в отчаянии, созерцая разлетевшиеся по всему помещению конспекты и книги.

— Не в моей привычке смотреть, что у меня там под ногами мешается! — ядовито отрезал парень, не промолчав в ответ на оскорбление.

— Дион, Нэвэрианэ!! — одёрнула опять сцепившуюся в словесной перепалке парочку Элдара. — Собирайте всё это… ВМЕСТЕ и немедленно садитесь!

Эльфийка злобно покосилась на Диона (а тот — на неё), но послушалась. Вскоре дело было закончено и все расселись по местам.

— Итак, на прошлой лекции мы начали разбирать тему "Магия Разума". Сегодня мы переходим к разделу "Память, и влияние магии Разума на неё". Как вы уже знаете, магия разума — это магия, которая…

Три часа спустя Элдара сидела в кабинете директора и выслушивала жалобы Орэна.

— Скинул всё на меня и смылся! А если у нас тут опять беспорядки начнутся? — возмущался Орэн Хеннаврит, стоя у окна.

— От меня-то вы чего хотите… архимагистр? — чуть небрежно вопросила Элдара.

Орэн, совсем недавно получивший этот уровень, остро на неё глянул.

— Ну, поскольку я ранее был заместителем Бриста, а теперь сам — директор, мне самому нужен заместитель. И ты им будешь, — в последней фразе прозвучало давление.

Дроу с сомнением приподняла бровь, но натолкнулась на требовательный взгляд директора и сдалась. Встряхнула волосами, поднялась и направилась к двери.

— Ты куда? — озадачился архимагистр.

Элдара чуть обернулась, искривив губы в усмешке.

— Обустраивать новый кабинет. Он должен соответствовать моему новому статусу, не так ли?

И вышла, аккуратно прикрыв дверь. Однако в ушах директора продолжал звучать грохот этой самой двери, с размаху впечатавшейся в косяк.

Телепортировавшись к себе в комнату, Элдара подошла к окну, за которым уверенно расправлял свои тёмные крылья звёздный вечер.

— Странно, — пробормотала она, отметив, что Лея вновь находится в саду. — Наверное, цветы оказалось не так-то просто вылечить.

Тут она протяжно зевнула и захлопнула окно. В её комнате итак всегда свежий воздух, а заклинание против комаров без побочного эффекта никто пока ещё не придумал.

— А если бы и придумали, — тут дроу невольно хихикнула. — Что-то мне подсказывает, что Мастер нашёл бы этому заклинанию достойное применение. Кто бы мне лучше сказал, какой придурок напортачил с заклинанием левитации так, что теперь эти кровососы взлетают даже на десятый этаж? — она поморщилась. — Да уж, на месте Мастера, если б я знала об этих комарах, то такое здесь устроила бы!

Тут она снова зевнула, решила не затягивать и легла спать. Сквозь прикрывающие окно плотные занавеси проник слабый зеленовато-жёлтый луч.

…на следующее утро.

Элдара потянулась, зевнула и распахнула окно. В комнату ворвался свежий утренний воздух.

— …Что это там Лея делает? — заинтересовалась Элдара, вдыхая запах любимых цветов.

Подумала, что давно не телепортировалась и оказалась рядом с ней.

— …А, это вы!

— …Лея, я же просила называть меня на "ты"!.. А что ты делаешь?

— …мне кажется, эти цветы заболели… но если это опять третий курс, то я их!

— …По-моему, они не слишком-то вас боятся…

— …Это потому, что я не использую магию разума в наказаниях!..

Поспорив на эту тему с Леей и выиграв спор (точнее преподавательница магии разума сдалась первой), дроу телепортировалась в здание, где её ждал урок…

— …Итак, все на местах?

В дверь вломилась парочка: парень невысокого роста и русоволосая эльфийка. Парень в последний миг попытался увернуться…

— …Куда смотришь, придурок!

— …Не в моей привычке смотреть, что у меня там под ногами мешается!!

— …Дион, Нэвэрианэ!!.. Собирайте всё это… ВМЕСТЕ и немедленно садитесь!

— …Итак, на прошлом уроке мы начали разбирать тему "Магия Разума". Сегодня мы переходим к разделу "Память, и влияние магии Разума на неё". Как вы уже знаете, магия разума — это магия, которая…

— …Скинул всё на меня и смылся! А если у нас тут опять беспорядки начнутся? Ну, поскольку я ранее был заместителем Бриста, а теперь сам — директор… мне самому нужен заместитель. И ты им будешь…

— …Странно. Наверное, цветы оказалось не так-то просто вылечить…

Захлопнув окно и недобро подумав про комаров, Элдара легла спать. Сквозь занавеси на окне привычно пробился тонкий луч.

…Так прошёл ещё один день. 2-ой, 3-ий, 4-ый… история повторялась. Рано утром Элдара вставала, любовалась цветами… замечала Лею и телепортировалась, помня, что давно этого не делала. Болтала с Леей о цветах (та почему-то уже называла её чаще на "ты", чем на "вы, хотя первая фраза неизменно звучала на "вы"). Дроу немного спорила с ней на тему наказаний и телепортировалась на свои занятия. Там в дверях неизменно сталкивались закадычные враги — Нэвэрианэ и Дион, хотя последний всё больше и успешнее пытался увернуться и всё равно не успевал. А лекция неизменно начиналась с одной и той же темы… С той разницей, что с каждым разом ученики всё быстрее и быстрее её усваивали, чему Элдара не могла не удивляться. Дошло до того, что за час они успевали пройти сразу несколько разделов магии Разума. Каждый раз Орэн сообщал дроу интересную новость о её повышении, и она до позднего вечера занималась обустройством нового кабинета. Возвращаясь в комнату (телепортом), Элдара удивлялась, что Лея всё ещё в саду — но уже как-то вяло. Окно закрывалось уже без всяких мыслей. А ложась спать, дроу думала о том, что помнит, как ВЧЕРА легла рано… Почему же она не выспалась?

Так прошло около месяца.

Элдара потянулась, зевнула и распахнула окно.

— Как замечательно… — несколько растерянно произнесла она.

Ожидаемой радости от прекрасной картины, развернувшейся перед ней, не ощущалось. Внизу с цветами привычно возилась Лея.

— Пора идти, — задумчиво глядя вниз, произнесла дроу, но не сдвинулась с места.

Внутри разрасталось какое-то странное чувство, от которого тошнило и хотелось выть. Элдара наморщила лоб, пытаясь понять, в чём дело, но голова неожиданно заболела, после чего думать расхотелось вообще.

— Ладно, потом подумаю над этим, — кивнула она самой себе и развернулась, чтобы удобнее было телепортироваться…

Взгляд зацепил зеркало и отражение в нём.

— Не понимаю, — чуть заторможено провозгласила дроу. — Я же только вчера перезаплетала волосы! Почему они снова, как после урагана?

Она спешно привела себя в порядок и подумала, что опаздывает, так что на разговоры с Леей у неё нет времени. Дроу собралась было телепортироваться прямо в класс, но…

— Леший, у меня такое ощущение, будто бы я целый месяц пешком не ходила! — эльфийка озадачилась. — И, всё-таки, пойду пешком.

Чем дальше она шла, тем меньше в груди становилось противное чувство безысходности.

— Что-то здесь не так, но что? И почему мне так не хочется говорить с Леей? Нет, надо идти к ней, ╛- и тут прозвучал сигнал к началу занятий. — Но потом!

И, плюнув на все ощущения, Элдара телепортировалась в класс.

— И так, все… — и тут же задавила эту фразу в себе, задумавшись.

В дверь вломилась опоздавшая парочка — Дион и Нэвэрианэ. Разминуться в столь узком проёме они никак не могли, однако Дион ловко и как-то даже привычно поднырнул под стопку книг, которые держала эльфийка, — столкновения удалось избежать.

…И что-то случилось в этот момент. Что-то сломалось в окружающем пространстве, как ломаются давно прогнившие подпорки в подземных шахтах, как срывается первый камень в горной лавине, как появляется первая дырочка в такой прочной с виду плотине. И всё остановилось, замерло, как перед каждым из этих случаев: обвале, лавине, прорыве…

Но лишь на мгновенье.

— Ловко ты, — улыбнулась Нэвэрианэ вполне мирно.

— Ничего сложного, — пожал плечами Дион, сам удивлённый. — Тебе помочь?

— Была бы не прочь! — и они улыбнулись друг другу так, как это могут делать только закадычные друзья.

— Садитесь, — поторопила их Элдара, чувствуя, как некая невидимая лавина начинает набирать скорость. — Итак, приступим? Кто знает, какую тему мы будем проходить? — вверх взметнулся лес рук. — Замечательно… а ОТКУДА вы знаете?

Никто не помнил…

— Да знаю я, тебе очень тяжело, и ты хочешь сделать меня своим заместителем, — заглянула к директору Элдара и тут же выскочила, оставив того в полном ступоре и недоумении. — Так, что бы я потом делала? Ну, вспылила б и отгрохала такой кабинет, местонахождение которого знаю только я. Итак, если я права, такой кабинет уже существует и, возможно, не один.

Спустя три часа Элдара уже знала, СКОЛЬКО времени она провела в этом замкнутом сумасшествии.

— Двадцать девять кабинетов! — тихо хихикая, сползла Элдара на пол. — Кто бы знал, что такое возможно! И все ещё не обставлены моими вещами — вот почему я не могла вспомнить, что что-то пропало! Но…

Что-то не ввязывалось в эту картину. Она ещё не помнила, ещё не понимала, не могла вспомнить.

— Пойду, пройдусь по саду, — пробормотала дроу, телепортируясь.

И, так вышло, что она оказалась рядом с Леей, после чего наткнулась на тревожный взгляд последней.

— А, это вы… — как-то уж слишком неуверенно произнесла она.

В голове Элдары что-то щёлкнуло, но мозаика по-прежнему не складывалась.

— Я, — не стала возражать дроу и замолчала.

Лея совсем растерялась.

— Я вот тут… цветы заболели. Третий курс, наверное, постарался.

— Не думаю, — хмуро ответила Элдара, глядя на цветы.

Как же раньше она не замечала? Они же уже ОТЦВЕЛИ… и успели зацвести вновь.

— Какое сегодня число?

— А? — не поняла Лея.

— Число, говорю, какое? — стала раздражаться дроу.

— А, это… девятое Предрассветного месяца.

— Мда? — скептически подняла бровь эльфийка. Лея часто закивала. — Пойду, схожу в город, на снег посмотрю.

— Так ведь, погодники же…

— Ах да, в городе нет снега и теплее, чем за его пределами, — кивнула тёмная. — Ничего страшного, если я телепор…

Договорить она не успела. Что-то тяжёлое опустилось ей на голову, после чего разум её накрыла темнота.

— Прости, Элдара, — глухо произнесла Лея, отбрасывая в сторону тяжёлую ветвь. — Но мне жизнь моего брата дороже.

Она склонилась над тёмной эльфийкой и положила руки ей на виски. Глаза её засветились желтовато-зелёным светом…

— Стойте!!! — резкий окрик заставил её нервно вскинуться.

Чуть левее, резко очерченными фигурами в свете заката, воинственно сверкая глазами, стояли двое. Эльфийка с толстой русой косой, непримиримым огнём во взгляде и коренастый, криво усмехающийся парень со спокойными, но такими серьёзными глазами.

— Детишки, — хмыкнула Лея. — Первокурсники. Ничего, скоро вы всё забудете, — она вскинула руки вверх и между ладонями засветилась жёлто-зелёная молния. — Арео…

ХРЯСЬ!!!

Молния бесславно погасла. Руки ослаблено упали вдоль тела, а затем и сама Лея рухнула на так лелеемые ею цветы.

— Прежде чем бить кого-нибудь по голове, убедись, что это надолго! — победоносно провозгласила Элдара, поморщившись от стрельнувшей от этого боли в висках.

— Вы в порядке? — вежливо осведомилась Нэвэрианэ, хотя на дне её зелёных глаз мелькнула насмешка.

"Небо, меня спасла первокурсница! Да ещё она!" — взвыла про себя Элдара.

— Благодарю, — через силу выдавила она.

Внезапно рядом прямо из ничего возникла фигура Орэна.

— Элдара, у нас катастрофа! Я внезапно вспомнил…

Ответом ему был тройной скептический взгляд.

— Глупцы, — раздался безумный смех позади. — Глупцы, это всё бесполезно — вам всё равно никуда от него не деться! — Лея безумно улыбнулась. — Он до всех… до всех доберётся. Ха!.. вы все умрёте! И вам повезёт, если эта смерть будет хотя бы красивой.

— Ты! — дёрнулась Элдара, но вокруг Леи внезапно возник сверкающий чёрно-красный обод — мерцание, вспышка…

И на примятых выжженных цветах уже нет никого. Лишь немного позже её найдут мёртвой, обнимающей труп своего брата, а на осколках их смерти возникнет безумный культ Вечной Памяти, после уничтожения которого и будет запрещена большая часть заклинаний Разума.

Поразительно. Одно не пойму: к чему был этот цикл? Разве что… они потеряли целых полтора месяца. И наверняка в это время как раз и создавался этот дурацкий культ Вечной Памяти, знание о котором у меня возникло в голове совершенно непонятным способом.

И вообще, что это всё такое? Типа, возблагодарение за правильную жизнь? Сомневаюсь я, что правильно жил. Ну, как нравится, так и жил. А это, типа, ответы на все вопросы? Ну, так вопросы у меня могут и не кончиться никогда, только новые появляются!

А вообще, честно, то не вижу смысла в знании, которое нельзя использовать. И, если выбирать между жизнью без этих знаний и смертью с ними, то я выбираю жи…

— Что будем делать? — наконец оттаял после минутного ступора Лас.

— Не знаю, — растерянно пожала плечами Эно, с ужасом и недоумением вглядываясь в лицо Мира.

— Нужно отправить его в ШМИ, может, Элдара всё исправит!

— Не выйдет. Это не лечится, — в отчаянии вздохнула Эно.

— Но что-то же надо делать! — не сдавался Лас.

— Если такой умный, сам Элдаре и говори, что её ученик свихнулся! — взорвалась Эно.

— Ну, так не я же специалист по магии Разума!

— Ой-ой-ой! Давайте повесим всех собак на бедную Эно, она это заслужила!

— Вот только не надо переводить стрелки! Между прочим…

— Ребята, не ссорьтесь. Итак голова раскалывается.

Оба спорщика невольно заткнулись и уставились на Мира огромными глазами. Эно пару раз моргнула и полезла парню в голову. Получила по… ну, по рукам, и успокоилась.

— Он, — уверенно заявила она, глядя на Мира как на экспонат, требующий тщательного изучения.

— Вполне нормальный? — настороженно переспросил Лас.

— А, леший его знает. Он не даётся, — развела руками Эноллаира.

— А нечего свои щупальца куда не надо тянуть, — буркнул Мир, приподнимаясь. — У меня в голове такое… Эй, а где это я? И что вы здесь делаете?

Лас и Эно переглянулись и приступили к рассказу.

— Сколько-сколько? — переспросил Мир после окончания рассказа. — Сколько я пробыл в таком… бессознательном состоянии?

— Ну, — Лас задумался. — Если учитывать время, которое ты был на костре, полчаса, может, чуть больше, но — не намного. А что?

— Да ничего, бред просто всякий виделся, казалось, у меня там недели прошли.

— Где — там? — наморщил лоб Элиас.

— Там, — невразумительно ответил Мир.

Лас посмотрел на него и на Эно…

— Два сапога пара, — буркнул он раздражённо. — Ладно. — Он поднялся. — Тебе, наверное, нужно вернуться в ШМИ. Нам — в город, принесём э-э-э… голову этой твари властям. Детишек её мы уже изловили, они в городе промышляли. Эно, свяжись с Элдарой, пусть она телепортирует его.

— Нет! — перебил его Мир.

— Нет? — настороженно хором переспросили парень и девушка.

— Нет, — уже более спокойно подтвердил Мир. — В конце концов, я сюда практику отрабатывать пришёл! Тут, говорят, нечисть в Лесу расшалилась. Поболтаю с местным Духом, отдохну от суеты. На практику месяц отводится, вы помните? Если я вернусь, меня на другое место закинут, а я другого не хочу.

Лас и Эно обречённо переглянулись и кивнули.

— Ну ладно, бывай, мы пошли.

— А голова йаллы?

— Тьфу ты… сейчас… всё, готово! Теперь точно пока.

— Угу.

Лас и Эно скрылись за поворотом дороги, к которой они вытащили моё бессознательное неразумное тельце. Я вздохнул и повернулся к притулившейся на опушке избушке. Заходить туда не хотелось совершенно. К тому же, боязно. Я сделал первый шаг по направлению к ней и вспомнил.

Вот леший, мне же ещё эту йаллу хоронить! Обезглавленную! Ну, Лас, хитрюга, вот почему ты так пакостно улыбался… Я наконец подошёл к избушке и уселся на деревянное крыльцо. Подставил лицо свежему ночному ветру.

Дурак я, каких поискать. Ну что мне стоило ещё чего-нибудь поспрашивать, а потом уже говорить, что жить хочу? Э-э-эх… знать бы ещё, это способность или же просто сумасшествие?

И было ли это всё на самом деле.

Глава 2

ОБЪЯВЛЕНИЕ ВОЙНЫ

Немного необычное чувство. Вот он — мой дом. Мой новый родной дом. Сюда я буду возвращаться каждый раз, когда больше некуда будет пойти. Здесь всегда будет огонь в очаге, дожидающийся моего прихода (немного магии). Всегда сухо и тепло, а непрошенныё гости, будучи таковыми, не смогут и шагу ступить через порог. Да что через порог! Я по всей опушке защитные руны начертил. Признаться, подобная работа была куда интересней, чем та, которой мне пришлось заниматься вначале. С виду такой уютный и чистенький дом оказался настоящим мусорным кошмаром. Убираться я не любил, но пришлось.

Зато потом вспомнил парочку бытовых заклинаний, которые мне взамен на подготовку к зачёту показал Хэйтэн, и с чистой совестью понавешал всяких "стирателей пыли", "убивателей мышей и мух" и так далее. В конце концов, обнаружилось, что я даже посуду могу не мыть, сидя в кресле и блаженно вздыхая.

Затем вспомнил о защите моего нового дома. Сейчас на магическом уровне избушка представляла собой довольно впечатляющее зрелище. Мне это не очень понравилось, и я, в заключение, скрыл все следы своей магической деятельности заклинанием, вычитанным в новой библиотеке. Комар носа не подточит. Да, кстати, о комарах. Не пора ли придумать защиту и от них? Что-то не припомню такого заклинания. Но ведь надоели, сволочи. Так, основу возьмём из стихии ветра…

Спустя три часа я, удовлетворённый, навесил защиту на дом (ну и что, что ещё неизвестно, как она работает? Сейчас и проверим) и отправился в Лес звать Духа. Гад не откликнулся даже после десятого раза. Разозлившись, я сплёл воздушный топор (модификация молота) и размахнулся над вполне здоровым и толстым деревом…

— Ты что, ирод, творишь? — взвыл Дух, высовываясь из этого самого дерева.

На меня впечатление сие действие не произвело — закалённый.

— А ты чего не откликаешься? — я с любопытством разглядывал местного Духа.

Старичок благообразной наружности, с короткой тёмной бородкой и живыми чёрными глазами. Орлиный нос, ручищи, как у кузнеца, маленького роста. Натуральный гном.

— Дык ведь эта, ведьма, пламя её дери, ка-а-ак повыскочит, да как запрыгает!

— Нет больше йаллы, — успокоил я Духа, и тот заинтересованно выскользнул из дуба. — Я за неё… — Дух нырнул обратно с головой. — Ну, сирены, шуток, что ли не понимаешь? — возмутился я.

— Так, а кто ж тебя знает? — Осторожно высунул нос Дух.

Пугливый он какой-то.

— Йалла уничтожена, — я покачал головой. — Теперь избушка моя, а я не нечисть. Я — маг.

— Тиран, значит, новый, — понимающе закивал Дух.

— Маг, — возразил я.

— Да какая разница? — фыркнул гном, а я даже растерялся. — Ты вот что, топор-то убери, — расхрабрился Дух. — А то смотри, — и погрозил пальцем.

— Я прекрасно знаю, что такое Лес Духа, — перебил его зло я. — И не тебе меня учить, как себя вести в нём.

Дух пригладил себе бороду, довольно усмехнулся, прищурился, меряя меня взглядом.

— Нет, — не стал дожидаться вопроса я.

— Ну ладно, может, как-нибудь передумаешь, — не слишком разочаровался Дух. — А ты чего хотел-то?

— Да вот, сообщить, что йалла мертва, а заодно — чтобы подданные твои не шалили.

— Я своё дело знаю!

— Это я к тому, чтобы ты сообщил им, что я теперь здесь жить буду и шуток с "пуганием-блужданием" не понимаю.

— Скучный какой, — скис Дух. — Ладно, простой смертный, уговорил. Но чур ты тоже шутки свои… попридержи. У нас тут тоже водятся такие непонимающие.

— Понятно. Ну, бывай, мир твоему дому, — склонил я голову и развернулся, собираясь уходить.

— И твоему, — бросил мне вслед Дух. — Кстати, можешь звать меня Кроном.

Я на мгновенье замер, а потом с ускорением отправился прочь, размышляя о превратностях судьбы. Вот дела! Вот свезло так свезло. Знание краткого имени Духа даёт тебе его покровительство… надо же. Надеюсь, оно мне не пригодится.

А теперь — займусь тем, ради чего приехал в такую глушь!! Я, с вожделением глядя на сумку, которую держал в руках, отправился на полянку возле дома. Расстелил покрывало, снял одежду, оставшись в одних штанах. За зиму превратился в бледную немочь — кошмар какой! Ни одна девушка не позарится. Та-а-ак. Я хищно засунул руку в с виду небольшую сумку, нащупал то, что надо, и извлёк на белый свет… стопку магических фолиантов, стыренных из библиотеки по особому договору с её "хранителем". В конце концов, кто сказал, что, будучи на практике, невозможно учиться?

Я спокойно улыбался, всматриваясь в строчки книг. Захватил совсем немного и собирался растянуть удовольствие, потом поэкспериментировав с новыми знаниями. Директора ШМИ сердечный приступ хватит. С другой стороны, какого лешего он так против моего обучения?

— Нэвэрианэ, как там с твоей проблемой? — хмуро поинтересовался Орэн, оглядывая место, где будут проходить испытания для четвёртого, выпускного курса.

— Об этом я и хотела поговорить, — нейтральным тоном ответила эльфийка. — Дело зашло дальше, чем мы думали. Ситуация требует моего личного присутствия или… Элдары.

— Ты же знаешь, что она скорее повесится, чем вернётся туда хотя бы ненадолго, — также хмуро ответил директор.

— Вы говорили с ней? Она по-прежнему дуется на Владыку?

— Да причём здесь это? Только предлог. На самом деле, ей просто нравится учить детей магии.

— У нас, ну, у эльфов, тоже есть школа.

— Видимо, человеческие дети ей больше приглянулись.

— А в данный момент — один деть, — хмыкнула Нэвэрианэ.

— Тебе это ничего не напоминает? — осторожно, будто боясь об этом говорить, переспросил Орэн.

— Напоминает, — уголки губ эльфийки горько опустились. — Но ведь она не совершит одну и ту же ошибку дважды?

— Кто знает? — пожал плечами директор. — Но если смотреть со стороны и сравнивать — очень даже похоже на то, что совершит. Всё идеально повторяется, с той лишь разницей, что тогда была любовь.

— Она никогда не изменяла Владыке! — возразила Нэвэрианэ, защищая Элдару. Она могла себе это позволить, но только тогда, когда та не слышала.

— Но любовь имела место, — хмыкнул директор.

— Давайте вернёмся к прежней теме, — раздражённо перебила Нэвэрианэ. — Мне нужно отправляться в Вечный Лес, но я не могу показаться там одна!

— Тебе нужна свита?

— Не совсем. Если я приеду туда одна, то… сами знаете, как там меня примут. А мне надо, чтобы меня приняли как представителя ШМИ и действительно прислушивались к моим словам, а не кивали головами и вежливо улыбались.

— Возьми кого-нибудь из учителей.

— Кого? — взорвалась Нэвэрианэ, про себя в который раз думая, что могли бы выбрать директора и получше. Элдару, к примеру. — Дион занят экзаменами, Элдара туда не поедет, остальные не менее заняты, пытаясь отследить, чем занимаются их практиканты… Да и вообще, большая часть занимается подготовкой экзаменов для третьего и четвёртого курса! Вы ещё Вестников Трона Фильоаны предложите. Прекрасно ведь понимаете, что среди эльфов некоторые заклинания разрешены, как необходимые, тогда как у нас…

— Значит, возьми кого-нибудь из практикантов! — встрепенулся Орэн, озарённый. — Но лучше не из своих — они у тебя какие-то шальные. Второй курс, думаю, подойдёт. Договорись с магистром Оллом, думаю, он будет не против, если ты заберёшь себе под крылышко кого-нибудь из его курса.

Нэвэрианэ заломила брови.

— Вы хотите, чтобы я взяла учеников на работу с НЕКРОМАНТИЕЙ?

— Ну, отвлеки их чем-нибудь, а сама занимайся делом. Вечный Лес — воистину интересное место. Ну, так как?

— Всё поняла, — обречённо вздохнула Нэвэрианэ.

И уже за его спиной скорчила рожу и показала директору язык. Орэн, не оглядываясь, засунул руку за спину и пригрозил кулаком. Эльфийка чуть не прикусила язык и поскорее смылась куда подальше. Да, пространственная магия была не её коньком, но при таких обстоятельствах…

— Небеса, какая скука, — зевнула Эно, глядя в окно.

— Кто же знал, что в этом городе такой переполох наводит одна-единственная семейка нечисти! По всем сводкам выходило, что это самый интересный город в этом плане, — уныло ответил Лас, пуская в окно очередной самолётик, сделанный из жалобы одного из горожан.

Жалоба была на тему "такая большая, лохматая, страшная, глаза горящие, уши торчащие, да как выскочит из-за угла!..". И таких насчитывалось не менее сотни. Самолётик, поддерживаемый рунами, поднимался всё выше и выше. Наконец достиг пика своей высоты и рассыпался разноцветными обрывками бумаги. Мальчишки, собравшиеся у порога городской управы, радостно завопили.

— Давай тогда вернёмся в школу, — встрепенулась Эно. — Помнится, нам говорили, что если местные власти не довольны нашей работой, они могут отослать нас обратно, запросив в обмен новых практикантов. А нам дадут новое место.

— В том-то и дело, Эно, что нами довольны, — с неудовольствием проговорил Лас, готовя новый самолётик. — И переубедить нам никого не удастся, особенно, после демонстрирования головы йаллы.

Эно невольно хихикнула, вспоминая данный инцидент.

— Правда, есть ещё один пункт. Если ВСЯ работа для магов закончена, то мы можем опять же вернуться и потребовать новое место, — продолжил развивать мысль Лас.

— ВСЯ? — переспросила Эно и в ужасе уставилась на ворох бумажных заявок, лежащих на столе.

Она прекрасно понимала, что даже если они начнут выполнять все эти безумные просьбы… остальные люди, видя такое дело, начнут подсовывать свои новые! И так до бесконечности.

— Слушай, а нам обязательно сидеть здесь? — наконец произнесла девушка.

— А что ты предлагаешь? — встрепенулся Лас.

— Таверну, например.

— Верно, нам давно пора перекусить.

Воздух разошёлся перед ними при выходе из таверны. Края дыры цвели огненными лепестками, а из самого проёма на них с неудовольствием взирала та, кого увидеть сейчас они ожидали меньше всего.

— Элиас, Эноллаира, — Нэвэрианэ нахмурилась. — Как у вас с практикой?

— А разве не магистр Олл… — заикнулась Эно, но под грозным взглядом учителя Лаонэ замолчала.

— Вот что, собирайтесь и возвращайтесь в школу. Нет, ничего не случилось, просто вы отправитесь со мной на практику в другое место.

Лас и Эно переглянулись.

— Без Хэйтэна — не поедем! — хором возвестили они.

— Он уже здесь, — отмахнулась Нэвэрианэ. — Найдите ещё кого-нибудь с вашего курса, на крайний случай — с первого.

— А зачем ещё? — задала вопрос Эно.

— Официальный визит в другое государство осуществляется количеством не менее семи чело… персон, — раздражённо буркнула эльфийка и пространственный экран погас.

— Та-а-ак, Нэвэрианэ, мы двое, Хэйтэн, ещё один практикант, а кто ещё? — подсчитал Лас.

— Не бери в голову. Скажи лучше, кого мы ещё возьмём? Второкурсников поблизости нет, а где весь первый курс мы не знаем.

— Спросим у Мира.

— Точно! Думаешь, он знает?

— Этот? Этот всё знает, — тяжело вздохнул Лас.

Я возвращался из очередной прогулки по лесу. Воистину, это был весьма интересный Лес! Начать хотя бы с того, что в нём находились руины какого-то замка. Они почти заросли и наполовину находились в земле, к тому же, Дух сам никого туда не пускал, поэтому никто его до меня и не обнаружил. Другое дело, что Крон и меня не собирался пускать внутрь. Да и вообще показывать мне развалины не хотел — как он меня водил, как водил! Но я победил. И теперь возвращался к себе домой, размышляя, что бы я мог такого дать Духу, чтобы он мне в благодарность дал туда войти? И выйти, что примечательно.

До избушки оставалось совсем немного, когда до меня донеслись какие-то странные вопли и ругательства. Округлив глаза, я поспешил к моему ставшему мне в последнее время дорогому дому. Однако, вылетев на опушку, я так и застыл на месте, раскрыв рот.

Не знаю, что понадобилось у меня Ласу и Эно и совершенно не понимаю, каким образом они обошли всю защиту… кроме одной. От комаров. Спустя миг я уже сползал на землю и корчился там от смеха. Поставив на дом эту совершенно не проверенную связку рун, я тут же о ней забыл — комаров нет, и ладно. Но, видимо, такой хороший эффект не может обойтись без побочных. И теперь можно было определённо точно наблюдать, как Эноллаира и Элиас с бешеным энтузиазмом уматывают от целой тучи этих злобных кровососущих насекомых, наматывая круги вокруг моей избушки. Кстати, а почему только вокруг? А, так это та самая ловушка (одна из многих), которую я установил на случай, если кто-нибудь всё же проникнет внутрь. Фишка в том, что выйти он уже не сможет.

Однако пора заканчивать этот балаган, так и засо… закусать до смерти можно. Да, вот невезуха парочке — у меня там где-то внутри зарыт блокиратор чужой магии, не позволяющий им сейчас магичить. Его мне дед подарил на прощанье, а потом куда-то опять смылся.

Я встряхнул руками, и комаров снесло лёгким порывом ветра, однако вместо этого налетели новые. Я нахмурил лоб и задумался. Спустя пять минут размышлений (парочка по-прежнему дико вопила и размахивала чем попало, отбиваясь) пришлось снять защиту. Комары будто бы испарились. Лас и Эно не сразу это сообразили и по инерции ещё побегали вокруг избушки. Я с любопытством наблюдал, пока…

— Ми-и-и-р! — да, вот это единодушие.

Эй-эй, не надо на меня так злобно смотреть!

— Ну, где находится Хэйтэн, я не знаю. Он с близнецами куда-то умотал, притом, так пытался скрыть от меня своё местонахождение…

— Хэйтэна нам не надо, хотя близнецов можно было бы, — перебил Лас Мира, начавшего увлечённо рассуждать. — Хэйтэна Нэвэрианэ уже взяла, а раз не прихватила с собой близнецов — значит не надо.

— Норой, Дэирк и Шатр — на границе с Шикром.

Лас присвистнул.

— Далеко. Нам и так через телепортационный канал в Ванарину возвращаться, а если на лошадях… — он поморщился.

— Денег не хватит, — хмыкнула Эно. — Не так уж много мы с собой взяли, да и пойди найди этих троих в тамошних лесах. И, сдаётся мне, они не захотят.

— Девчонки все у Кэрин. — Мир пожал плечами. — Всей толпой к ней повалили, будто мёдом у них там намазано, у этих герцогов Креами.

— Ах, хотела бы я оказаться у них на балу, — вздохнула мечтательно Эно.

— Ещё дальше, — покачал головой Лас. — Это сколько же на север переться? А их фамильный замок ещё и в дне пути от города.

Лас и Эно глубоко задумались.

— Эх, не надо было в такую глушь забираться! — вздохнул Лас.

— Не знаю, мне здесь нравится, — улыбнулся какой-то умиротворённой улыбкой Мир, заложил руки за голову и упал на покрывало, на котором они все сидели.

Лас и Эно с остервенением чесали укусы, пока Мир не смилостивился и не вытащил какое-то зелье. Спрашивать, из чего оно — они благоразумно не стали. Пахнет приятно — и ладно.

— Зачем столько защиты понаставил-то? — возмутился Лас. — Чего только не понапихал, подумать страшно!

— Как вы прошли-то?

— Что ни говори, а я на курс старше, — покачал головой Лас. — Даже с твоей феноменальной усвояемостью знаний…

— И ничего она не феноменальная!

— Да? А как же ты тогда целую библиотеку прочитать умудрился? — фыркнула Эно.

— Ха! Ты думаешь, я их все ЧИТАЛ? — и тут Мир прикусил язык, жалея, что проговорился.

— Ну-ка, ну-ка, — глаза Ласа загорелись.

Мир сдался.

— Ну, поначалу я дурью маялся и страницы перелистывал, а потом откопал и подправил интересную связку, в результате которой всё содержимое одной книги моментально оказывалось у меня в голове, а следующие полчаса (а иногда и больше) я всё раскладывал по полочкам.

— Вот… хитрец, — выдохнула Эно. — А я тоже так могу?

— Ты — не алхимик, — возразил Мир. — Хотя можно попытаться разработать вариант для магии Разума, — Эно подалась вперёд, — но мне лень, — честно закончил Мир.

Девушка подавилась воздухом.

— Кстати, почему магия не работает? Пока снимал защиту — действовала, а сейчас нет, — нахмурился Лас.

— У артефакта радиус ограниченный, — поморщился Мир. — А вмешиваться в структуру готовых артефактных заклинаний и параметров я пока не решаюсь.

— Пока, — эхом повторили Эно и Лас.

— Есть будете? — вспомнил о законах гостеприимства Мир.

Парочка дико на него посмотрела. Почему-то в роли домохозяина этот парень воспринимался меньше всего.

— Вы чего? Эй, готовить-то я умею! Я же с вами путешествовал, помните?

— С нами, — опять эхом повторили младший принц и графиня.

Помолчали, потом подскочили, дико уставились друг на друга, затем вслед идущему к дому Миру. Словно почувствовав что-то, тот резко обернулся, оценил размер и выражение глаз…

— Ну нет, не согласен. Я сказал НЕТ!

— Все собрались? — хмуро вопросила Нэвэрианэ.

— Я здесь, — пожал плечами Хэйтэн, недоумённо глядя на растерянно переминающуюся с ноги на ногу Эно.

— Сейчас Лас придёт и приведёт кого надо, — нервно улыбаясь, ответила она. И тут же: — А кто ещё с нами?

— Ещё? — недоумённо подняла брови Нэвэрианэ.

— Ну, вы же сами сказали, что нас будет семеро!

Эльфийка про себя подумала, что некоторые ученики сообразительнее некоторых директоров.

— А вот остальных нам придётся подождать парочку дней, пока они не уладят свои дела. Скоро там Лас? Я хочу объявить, куда мы едем.

— Я сейчас! — донёсся возглас из коридора. — Ну, леший, ну чисто осёл упрямый. Скажи мне, вот чего ты ломаешься, а?

— Оставьте уже меня в покое! Мой дом, милый дом, — донёсся невразумительный возглас, озвученный подозрительно знакомым голосом. — Найдите более подходящую кандидатуру.

Хэйтэн спал с лица, эльфийка застыла, Эно скромно шаркнула ножкой. Из коридора донёсся треск, вся троица переглянулась и высунулась в дверной проём.

— Любишь ты косяки, — задумчиво проговорил Хэйтэн, глядя как Мир, вцепившись в косяк, пытается не дать себя протащить дальше по коридору.

Лас сердито вычерчивал руны на полу и явно не мог догадаться, что можно просто съездить ушлому Миру по пальцам, чтобы отпустил.

— Я пытался, — мрачно возразил Лас на пославшую ему такую мысль Эно. — Он там что-то такое намагичил, что не поймёшь.

— А ты его за ноги просто потяни! — азартно подключился Хэйтэн.

Лас подчинился, а Эно и Хэй начали помогать. Нэвэрианэ в ступоре некоторое время наблюдала всё это дело.

— Так, мне это надоело, — взвыла она наконец, уже жалея, что решила взять ИХ, да ещё, как выяснилось, вместе с Миром. Но кто виноват, что во всём их курсе Эно и Лас считаются… считались самыми спокойными! Похоже, поступление Хэйтэна в ШМИ всё изменило. — Мы отправляемся к эльфам в Вечный Лес!

— Что? — выдал Мир и разжал пальцы.

— Я всё сказала, — коротко проговорила Нэвэрианэ и, переступив через валяющуюся на полу кучу малу (способности Хэйтэна к левитации ему не помогли), отправилась прочь, бросив через плечо: — Собирайте вещи, я сообщу, когда будем отправляться.

— Если все эльфы такие, как она… — договаривать Миру не пришлось, его мысль все поняли без проблем.

— Отец, как ты думаешь?

— Одного я тебя не отправлю.

— Верно, но со мной должен быть ещё кто-то один — одного человека не хватает.

— Хм… кто там у нас из охраны?

— Отец, — укоризненное.

— Что "отец", что "отец"? — король повысил голос. — И ты считаешь, что после случившегося я отпущу тебя без охраны?

— Со мной будут маги.

— ТОГДА тоже были маги!

— А кругом — эльфы. К тому же, у нас совсем никаких отношений не завязано с ними. Это будет весьма взаимовыгодный союз.

— Да? И что же они могут нам предложить? — устало поинтересовался Раэннол, но было видно, что он почти сдался.

— Много чего, — пожал плечами Кирано. — Допустим, сам факт существования этого союза заставит Шикр задуматься над тем, нужна ли им война.

— Это я и без тебя знаю. На этот счёт тебя ждёт женитьба на их принцессе.

— Ты уже отослал сватов? — нахмурился Кир.

— Да, но только для твоего брата. Не округляй глаза, после твоего исчезновения наследником был он.

— А нельзя ли принцессу оставить ему? — страдальчески закатил глаза Кир. — Нет, я всё понимаю, но…

— После известия об этом, он отправился искать тебя и — нашёл. И я не хочу знать, на что ещё способен мой младший сын ради любви к Эноллаире.

Кирано внимательно на него посмотрел. В чёрных глазах мелькнули синие отблески. Раэннол не отводил взгляда, продолжая так же внимательно смотреть в ответ.

— Хорошо ещё, что я не успел влюбиться, — со вздохом согласился Кирано.

Напряжение в комнате упало до уровня нейтрального равнодушия.

— Уезжаешь уже сейчас?

— Надо закончить кое-какие дела, это займёт пару дней, — пожал плечами Кир.

— Удачи, — грустно улыбнулся король.

Его сын улыбнулся в ответ и развернулся, чтобы выйти.

— И захвати с собой Чиа, — пропела бархатная темнота в углу, собираясь в фигуру королевы. — Она тебе пригодится, — лёгкая, чуть заметная усмешка в голосе.

— Хорошо, мама, — ответил Кир, не оборачиваясь, и вышел.

— Ты рискуешь, Миона, — бесстрастно констатировал факт Раэннол.

— Я знаю, милый, но неужели наш сын того не стоит?

Итак, два дня в запасе. Как раз для того, чтобы набрать ещё парочку фолиантов и побольше "прочитать". Я энергичным шагом направлялся в кабинет Элдары. Её здесь не было, я знал: она была на подготовке к экзаменам. Но меня это не волновало. Всё равно она раз в день заглянет в свой кабинет, дабы глянуть одним глазком в зеркало. Что же она там видит? Наверное, в тайне наблюдает за своим мужем.

Леший, я слишком принимаю всё всерьёз! А если это на самом деле не правда? Мне нужно срочно поговорить с Элдарой. Впрочем, это можно устроить. Как? Запросто! Банально попытаться проломить защиту в её кабинете. Плевать, что она на меня настроена, а дроу будет орать, как сумасшедшая. Я сам сойду с ума, если не узнаю правду.

С такими мыслями я оказался в "прихожей", играющей роль настоящего кабинета. За год здесь ничего не изменилось. Лёгким прикосновением открываю потайную дверь… Ну вот, я дома. Э, ещё один дом? Да, пожалуй. Я ступаю на мягкий ковёр и блаженно улыбаюсь. Окна распахнуты — значит, была недавно. Я потянулся, сделал несколько шагов к столу и застыл.

Она лежала на полу, нелепо раскинув руки. Белоснежные волосы обагрены кровью, золотисто-янтарные глаза бессмысленно устремлены в потолок. В груди — обломок клинка, рукоять на полу. Вокруг тела, пропитывая серую мантию и делая её тёмной, бордово-чёрным пятном расплывалась лужа крови.

Недавно убита — тупо подумал я. Запах тления ещё не витает в воздухе, куда больше запаха крови. Настоящей крови.

Заметил ли я, когда упал на колени? Когда в глазах появились предательские слёзы, которые в последний раз там были слишком давно, чтобы я вспоминал об это случае? Окружающий мир я не чувствовал, и лишь как будто со стороны мне смутно виделось, как дрожащие руки тянутся к клинку…

Нет! Миг — и я в другом углу комнаты. Труп совершенно не видно за столом, отчего создаётся обманчивое ощущение, что этого нет. Вот-вот, я чуть поверну голову, чуть приподнимусь и… увижу абсолютно пустой пол, чистый ковёр. Этого нет. Это иллюзия.

Бред. Я всё-таки сошёл с ума. Элдару не убить каким-то дурацким клинком! Она бессмертна. Сражалась против Мастера, против некромантов. Она дроу, она сильная. Это не она, этого не может быть! Но если это не она, то кто? Не понимаю. Кто? В груди ни боли, ни отчаянья. Лишь странная, необъяснимая пустота.

— В такие моменты начинаешь жалеть, что не куришь, — усмехнулся я горько, повторяя фразу за дедом, и опустил глаза на дрожащие руки.

Крови на них не было, значит — коснуться орудия убийства не успел. Небо, о чём я думаю? О чём? Да вообще, чем я думаю? Элдары здесь быть не могло. За столом — труп. Не ЕЁ. Чей? И — зачем? А ещё я могу связаться с Элдарой с помощью магии разума и, если она жива…

Тогда почему я стою и ничего не делаю? Боюсь. Боюсь узнать, что не прав. Дурак, действуй же! И, будто нырнув в холодный омут, я решился.

"Мир, я занята, чего тебе?"

Я нервно хохотнул и сполз на ковёр. А потом долго и со вкусом истерически хихикал.

"Мир? Мир, ты чего?"

Я смеялся.

"Ты сейчас где? Демон, совсем не вменяем. Ладно, сама определю".

Я успокоился. Совсем успокоился. Сидел на полу и тупо смотрел в одну точку. Думать совершенно не хотелось. Наконец, я поднялся и, по стеночке, по стеночке, вышел в "прихожую". Уселся там на табурет и стал ждать.

Прошло пять минут. Видимо, Элдара была действительно занята, раз не смогла оказаться здесь сразу. За время моего нахождения в одиночестве комнаты я начал даже находить в этой ситуации некий юмор. Сижу значит, в липовом кабинете дроу. Рядом находится настоящий, и в нём — труп, как две капли воды похожий на хозяйку кабинета. А я, значит, сижу и жду, спокойно так. Правда, смеяться больше не тянуло.

— Мир! — Она влетела в комнату, как порыв ветра.

— Да всё нормально, Элдара. Ты не волнуйся, — совершенно спокойно остановил её я.

— Нормально? Ты шутишь? Выкладывай давай, — она так разволновалась, что даже не заметила "ты", сказанное мной совершенно случайно.

— Там, — я ткнул пальцем в сторону кабинета.

Элдара внимательно на меня посмотрела и шагнула к двери.

— Ты не пойдёшь со мной?

— Может, позже, — задумчиво ответил я. — Когда в себя приду.

На дне глаз дроу сверкнули красные отблески, и она решительно шагнула внутрь. Пять минут я вслушивался в тишину, а затем мне стало интересно. Элдара стояла над трупом и задумчиво смотрела в потолок. Наконец, тряхнула горловой и, выставив вперёд руки, что-то прошипела. В воздухе полыхнуло, но с трупом ничего не произошло.

— Тогда так, — новое заклинание, и вновь никакого результата.

Потом последовало ещё с десяток вариантов, и я не ручаюсь, что все были разрешённые. Наконец дроу зло выругалась на незнакомом мне языке и, склонившись над телом ниже, просто провела от головы до ступней ладонями, чуть ли не касаясь мёртвой.

Вслед за ладонями Элдары тянулась устрашающая череда изменений. Казалось, тело ломало и выворачивало наизнанку, в коже видны были перемалываемые кости, но всё снова вставало на свои места, возвращаясь к своей настоящей форме. И через несколько минут на полу перед нами, с осколком клинка в груди оказалась… Вариса.

— Всё? — каким-то чужим голосом поинтересовался я.

Дроу вздрогнула и чуть не огрела меня каким-то смертоносным заклятием. Я продолжал равнодушно смотреть на неё и на Варису.

— Что — всё? — дёрнулась Элдара.

— Слоёв могло быть несколько, — ответил я, глядя на мёртвую.

— Их и было несколько, но я сняла их до этого, просто ты не заметил, — голос её звучал бесстрастно, на полу спокойно лежал труп, а в глазах Владычицы бушевала буря.

— Забавно, не так ли? — Не обратив внимание на изумлённо расширившиеся глаза дроу, я склонился над клинком. — Коснись я этого, как собирался сделать в первый момент, то никакое промывание мозгов не доказало бы, что это сделал не я.

— Но никто не знает, что ты здесь бываешь, — возразила Элдара, внимательно глядя на меня.

— Да? Может быть. Тогда КОМУ это? И, главное, как он сюда пробрался? Что здесь делает ОНА, и как её убили? Этой железкой, — кивок на клинок, — не убить такого мага, как она. И что, кстати, за магия? Это же не иллюзия была.

— Магия трансформации. Одна из самых страшных, которые запретили.

— Теперь я знаю, почему, на собственном опыте, — развеселился я.

— Это ещё не самое страшное, — нахмурилась дроу. — Мир, с тобой точно всё в порядке? — Я пожал плечами в ответ. — Слушай, ты иди, я сама разберусь тут.

— Сообщите архимагистрам?

— Сообщу, но тебя это уже не касается, — деланно равнодушное.

— Да, кончено, — не смог сдержать яда в голосе я, выскочил из комнаты, хлопнув дверью с размаха (защита на это почему-то не среагировала), и стремительно пошёл прочь по коридору.

В слепой непонятной мне самому ярости, я рванул в заброшенные коридоры и бежал, пока не уткнулся в тупик. А столкнувшись со стеной, не мог с этим смириться и с размаху впечатал кулак в эту самою кладку, вкладывая в этот удар всю ненависть, всю злость и отчаяние, что захватило меня и утопило в своей силе. В глазах на миг потемнело, а затем заволокло красной пеленой.

Сбитые костяшки отдавали болью. Я, тяжело дыша, попытался прийти в себя. Что же произошло? Почему я так разозлился? Истерика, наверное. Я покачнулся и попытался опереться о стену рукой.

И рухнул на груду камней под ногами, больно ударившись рёбрами и рассадив подбородок. Шипя и ругаясь, я поднялся на ноги и замер, потрясённый.

Стены больше не было. Прямо передо мной зиял огромный проём в стене. Учитывая толщину каменной кладки (полметра, не меньше), можно было только представлять, какая сила это сделала. Более того, захватило даже стены коридора, так что было видно темноту боковых комнат, таких же заброшенных, как и коридор. Пролом, так вышло, вывел на смотровую площадку, и в коридор лился солнечный свет, успокаивая, согревая…

— Что это было? — слегка оторопел я. Если можно сказать "слегка". — Неужто моих рук дело? И это после всех моих мучений над контролем? Банальная злость дала столько силы? И как ей пользоваться? На кой леший она нужна без контроля! Бред! — Соображал я всё хуже. Захотелось смеяться.

Какая ирония! Честное слово, мне не стоило рождаться на свет для того, чтобы узнать, что у меня есть сила, которую я не могу контролировать. Я что, свихнулся? И когда же? Уж не тогда ли… Да, всё началось тогда. Не стоило надеяться, что голос сирены исчезнет во мне бесследно. А украденная сила? Растворится без воспоминания? Такое не забывают. Такое — не забывается. И тут же, тут же — эта проклятая йалла со своим костром, а затем и непонятные видения, истинность которых я так и не утвердил!

Целая цепочка, целый путь. Ещё бы я не свихнулся. Хотя безумные не осознают, что они безумны. Что-то не так с моей силой. Если бы она была человеком, я бы сказал, что с ума сошла как раз моя сила. Сирены! А что если? Я же совершенно не ведаю, что творю, когда злюсь! А если опять сорвусь, что мне в голову придёт? Сегодня я махал кулаками, а завтра? Когда окружающие поймут, что я не контролирую свою силу, они решат, что я опасен. Ну нет, шиш вам. Конечно, можно надеяться, что это был единичный случай, можно. Но я реалист и не буду скрывать: я просто знаю это. Так и будет. И у меня есть кое-что, что поможет мне — знания.

— Мир!

Догнать? Нет, он наверняка захочет побыть один. Элдара устало опустилась в кресло. Кто бы знал, как она удивилась, почувствовав состояние её ученика! Но то, что она увидела, превзошло все ожидания. И что же теперь? Что-то она совсем не понимает. Зачем?

Или Мастер решил поизгаляться лично над ней? Вроде как, увидит себя мёртвую и — околеет от страха? А клинок этот зачем? Или, когда коснёшься его, магия трансформации сама развеется, а на неё бы подумали, что это она убийца Варисы. И правильно Мир сказал: обратного не докажешь. Она сама была бы убеждена в этом.

И на эту удочку чуть не попал Мир.

— Нет, Мастер. Один раз у тебя вышло, но в этот раз я на чеку. Тебе не удастся снова отобрать у меня ученика. — Элдара зло сощурилась. — А сейчас пора бы кое-кому кое о чём узнать. Но не Орэну, пусть готовит свои экзамены, — тяжёлый вздох. — Только где же этого Бриста теперь искать? Та ещё хитрая сволочь, если подумать.

Её взгляд остановился на мёртвой.

— Ты объявил войну, и я принимаю вызов. Но я не из тех, кто придерживается глупых правил. Не в этот раз.

Двумя днями раньше.

— Ну, что за новости вы принесли мне сегодня? — с интересом глянул на своего обычного собеседника Мастер, крутя в руках бокал с дорогим вином.

— Это касается одного из ваших главных врагов.

— Вот как? Думаете, мне это интересно?

— Это — да.

Когда собеседник покинул комнату, мастер поставил бокал на стол.

— Звали? — перед ним материализовалась тень.

— У Элдары появился новый ученик.

— Знаю, — равнодушное.

— Не хочешь испытать его?

В темноте сверкнули серебристые глаза.

— Считаете, похож на меня?

— Ну-у-у, похож или нет — решать тебе. А испытать стоит, — тонкая усмешка.

— Мне всё равно, — безразличное. — Это всё?

— Да.

Вино в бокале блеснуло. В комнате, погружённой в сумрак, остался лишь один человек. Мастер.

— Всё любопытнее и любопытнее. Интересно, что будет дальше? — Лёгкий, полубезумный смех. — Определённо, это будет забавно.

Где, ну где же? Я же точно помню, что положил их сюда.

— Что-то ищешь? — лениво поинтересовался Хэйтэн, лёжа на кровати и с интересом глядя на устраиваемый мною бардак.

— Ищу, — сумрачно ответил я.

— Если это те самые бусы, кои ты столь тщательно прятал, то я их ещё в начале учебного года… кха-кха! — Хэйтэн подавился под моим угрожающим взглядом. — Да целы они, целы! Держи, — он засунул руку куда-то под матрас и вытащил чётки.

— Спасибо, — отрывисто бросил я ему и рванул прочь из комнаты, чувствуя спиной недоумённый взгляд воздушника.

Мой путь лежал в библиотеку.

— Ну-с, молодой человек, принесли книжечки? — начал говорить призрак, но я его перебил.

— Держи! — сунул фолианты в бесплотные руки. Вопреки всему, они не упали. — Найди мне… найди мне самые энергоёмкие рунные заклинания во всей библиотеке!

— Зачем? — вытаращил глаза призрак.

— Буду экспериментировать, — коротко ответил я.

— А-а-а-а, — понимающе протянул призрак и скрылся в глубине лабиринта.

Я же направился к столу, усаживаясь поудобнее и взглядом прикидывая место на чётках. Много поместится, только вот, чем чертить? Я порылся в карманах, ага! Небольшой перочинный ножичек с тонким-претонким лезвием. Прищурился — лезвие накалилось. Будем выжигать. Но это потом, сначала займёмся теорией. Тут передо мной вновь появился призрак и шмякнул мне на стол несколько фолиантов.

— Указывать страницы? — ворчливо поинтересовался он.

— Вот, на закладки, — я протянул ему листы.

— Хм, — сказал призрак, но послушался, после чего завис рядом.

— Чего это ты? — подозрительно поинтересовался я.

— Дык, интересно же!

— Прочшшь! — Зашипел я, делая вид, что разозлился.

Призрака смело. Нет, причинить вред ему никто не может (некромантию надо знать), но когда в тебя бросаются книгами — это неприятно…

— Рыцарь.

— Маг.

— Рыцарь.

— Ведьма козырная.

— Ведьма.

— Тяну…

Хэйтэн зевнул и потянулся, унылым взором осматривая сад внизу. Там кучкой собрался четвёртый курс и что-то яростно обсуждал, явно переходя на личности. Но даже это не могло разогнать сгущающейся, особой скуки — скуки, когда делать совершенно нечего… да и не хочется.

— Вещи мы собрали, так что ещё нам теперь делать? — уныло озвучила его мысли Эно, затягивая очередную стопку карт.

Ласу было ещё скучнее, но он предпочитал молчать, оставляя свою любимую девушку в дураках пятый раз подряд, несмотря на все её хитрые манипуляцией магией разума.

— А вот Миру явно не скучно, — завистливо вздохнул Хэйтэн. — Забился в свою библиотеку и рад.

— А ты чего? Попроси Нэвэрианэ ключик, она будет только рада, если ты возьмёшься за ум, — хмыкнула Эно, попутно пытаясь придумать план срочного спасения — в колоде оставалось не более пяти карт, а на руках у неё до сих пор покоился веер из непревзойдённой мелочи.

— Куда больше меня интересует, почему четверокурсники к экзаменам не готовятся, — с сомнением (а стоит ли говорить — потом проблем не оберёшься?) произнёс Хэй, глядя вниз.

Лас и Эно побросали карты.

— Где? — Хором.

— Там, — и воздушник ткнул пальцем вниз.

"Там", тринадцатью этажами ниже (они сидели в комнате у Ласа), среди кустов и деревьев сада отчётливо виднелось шевеление.

— Ну-ка, — глаза у Эно загорелись, и она к чему-то прислушалась.

После чего её лицо перекосило, и она сдавленно выругалась.

— Четвёртый курс, — уважительно прошептал Лас. — Почти полноценные маги.

Троица лихорадочно переглянулась. С Хэйтэна мигом слетела вся лень, и он заговорщически улыбнулся.

— Вниз?

Ответа не требовалось.

— Уже поздно, — ненавязчиво проговорил призрак из-за угла.

Знаю, но не двигаюсь с места. Смотрю на дело рук своих. На одно сопоставление на совместимость заклинаний ушло полдня. О том, что я подбирал по возможности самые мощные и нужные связки я вообще молчу. А уж их перепланировка и переплетение…

И вот теперь передо мной на столе лежали чётки, деревянные бусины которых были испещрены мельчайшими узорами. Медным тоже досталось, хотя и не так (всё-таки на них было сложнее вычерчивать руны). Невозможное, сложнейшее переплетение. Можно даже с гордостью сказать, что если мне когда-нибудь удастся заполнить его силой на полную мощность, то получится убойный артефакт. А так даже если сильнейший маг спустит туда весь свой резерв, ничего не выйдет.

И, тем не менее, я выстроил всю конструкцию так, чтобы особой сложности контроля она не требовала. Натуральный накопитель, притом, почти бездонный. То, что нужно.

И всё же, чего-то не хватало. Я смотрел на своё творение (не побоюсь этого слова) и не понимал, чего. Незавершённость — ею буквально несло от чёток. Чушь, даже если бы я нашёл нужную связку, мне бы некуда её было чертить! Чего же не хватает? Чего? Я перебрал все данные мне книги.

На стол осторожно легла ещё одна. Я недоумённо вскинул глаза, но призрака рядом не оказалось. Странно, он что, мысли читает? Но тогда… я дёрнулся к книге, попытался её распахнуть и ругнулся. Книга была на маленьком замочке. Ничего сложного — обыкновенный крючок, но промедление взбесило меня. Дрожащими пальцами я наконец открыл книгу, листнул раз, ещё.

Не понял. Что за ерунда? Я растерянно глянул на обложку: "Магические свойства металлов". Это же даже не алхимия. Бред. Я отбросил книгу в сторону, замочек автоматически захлопнулся. В сердце кольнуло раздражением. Что хотел сказать Хранитель библиотеки, подсовывая мне её? Он же даже не понял, чем я занимаюсь.

Или понял? Медь… внутри радостно ёкнуло. Ну я и дурак! А вдруг медь обладает свойством накопления магической энергии? На книгу я накинулся коршуном. В процессе открывания неудачно дёрнул за крючок, оказавшийся неприятно острым. Палец стрельнуло пульсирующей болью, я зашипел, взмахнув рукой, на обложку упало пару капель крови. Призрак меня убьёт. Ладно, это сейчас неважно!

Держа пораненную руку подальше от страниц, я быстро просмотрел оглавление. Медь, медь. Вот оно! Нужная страница словно ждала, пока её откроют. Итак… нет, странно, медь такими свойствами не обладает. Стоп! Прочти сначала до конца. Что там дальше?

Опаньки… Медь — мягкий в отношениях с магией металл, легко поддаётся влиянию энергии и при чересчур мощном давлении может самоуничтожиться, освободив всё, накопившееся в ней. С-сирены! Кажется, у меня новые проблемы. Я перевёл взгляд на чётки и задумался. А что там ещё написано? Ага, вот и выход.

Свойства металла изменимы. Достаточно просто… тут я зевнул, и подумал, что на сегодня хватит. По внутренним часам — эдак скоро солнце взойдёт. Настанет утро следующего дня, тогда как я не спал ещё в этом! Кошмар какой. Завтра подумаю. Я зевнул, уронил голову на "Магические свойства металлов" и уснул. Сквозь дремоту мне послышалось:

— Ну вот опять! И, что самое обидное, его эксперименты так ничего и не натворили. Ладно, пока он спит, займусь его чётками. Мда, я, конечно, люблю неожиданности, но того, что случится в случае освободившейся энергии (даже если её там будет немного) в этих чётках, не желал бы даже Мастер. Наверно. Кто знает этого психа.

— Ну, и что нам теперь с вами делать? — уныло поинтересовалась Ронра, созерцая неразлучную троицу — Хэйтэна, Эноллаиру и Элиаса.

Что примечательно, их застукали только под конец, когда собрание уже заканчивалось. И то случайно: Ойарэю внезапно захотелось проверить, есть ли по близости кто-нибудь из учителей не на магическом, а на физическом уровне.

— Память стереть, — с досадой произнесла Кана. — Райгон, сможешь?

То, что это запрещено, её явно не волновало.

— Сомневаюсь, — буравя взглядом Эно, ответил светловолосый коренастый парень с печатью отрешённости на лице. На дне его глаз плескалось расплавленное серебро. — Эноллаира Харийская, я правильно понял? — Эно осторожно кивнула. — Я слышал о тебе, — лёгкое недоумение. — Что вы здесь забыли, у второго же курса уже началась практика, — тут он перевёл взгляд на Хэйтэна. — Как и у первого.

— Вот ты где! — все вздрогнули от радостного возгласа, а посреди погружённой в предрассветный сумрак поляны возник призрак-хранитель библиотеки. Обращался он к Яру, который тут же недоумённо вскинул бровь.

Призрак подплыл к парню, распространяя вокруг себя сумеречный свет. Медно-красные волосы до лопаток, насмешливый взгляд, радужка цвета стали, резкие черты лица, будто вырубленные в скале, высокий рост и крепкое телосложение. Рядом с не особо колоритным и бесцветным призраком Яр смотрелся внушительно.

— Что? — с интересом поинтересовался он.

— Вот, — призрак осторожно оглянулся на остальных и, скрывая от любопытных взглядов, показал что-то Яру.

При виде расширившихся глаз того (а удивить Яра было действительно сложно — непрошибаемый был парень), всем стало любопытно до смерти.

— И что ты хочешь от меня? — Настороженно вопросил Яр тем временем.

— Медь должна выдержать, — веско провозгласил призрак.

Ответом ему было задумчивое молчание.

— Не сможешь?

— Можно вопрос?

— Да? — насторожился призрак.

— Это будет платой за работу, — хмыкнул Яр. — Я спрашиваю, ты отвечаешь, хорошо? — призрак кивнул. — Итак, зачем?

Призрак расслабился, расплывшись в злорадной усмешке.

— Так не моё это. Я и не знаю, — Яр чертыхнулся, но понял, что деться некуда.

— К утру будет, — прикинул он объём работы.

— Эй, и ещё, — призрак уже начал было исчезать, но вновь проявился. — Я скажу тебе, чьё это, — он хитро прищурился, — а ты сделаешь ещё одну медную бусину.

— Хорошо, — глаза Яра заинтересованно блеснули.

— Вот утром и скажу, — хмыкнул призрак и исчез.

Яр закатил глаза, сунул завёрнутую в тряпицу вещь в карман, обернулся и застыл, пригвождённый к месту горящими любопытством взглядами одиннадцати человек.

— Ничего особенного, — неловко нарушил он тишину и тут же нашёл спасение. — Так что же будем с ними делать?

Все тут же уставились на неразлучную троицу. Наконец, Кана радостно хихикнула и выдала:

— А давайте мы их в сообщество примем, а? Всё равно ШМИ уже заканчиваем, а лишние уши здесь не повредят.

Проснулся я утром с затёкшей шеей и спиной. Болело жутко, хотелось выть и причитать, но я сдержался. В тот же миг меня встряхнуло — где чётки? Сирены!

— Держи своё сокровище, — усмехаясь, передо мной явился призрак, протягивающий чётки.

Я недоверчиво взял их в руки и недоумённо моргнул: незавершённость исчезла, будто и не было её, так что в руках я держал полноценный, готовый к заполнению энергией артефакт.

— Неправильное количество бусин, — пояснил призрак, довольный, что смог выбить меня из колеи. — И медь теперь выдержит любое количество энергии. Кстати, держи: нацепишь на новую бусину, — и он сунул мне старый-престарый, осыпающийся по краям пергамент.

Посерёдке на нём была еле-еле видна странная, незнакомая мне руна.

— Руна накопления, — гордо напыжился призрак. — Я думал, думал — на кой тебе это всё и — придумал! Держи, как ты всё это свяжешь — уже не моя проблема.

Я огненным взором пронзил руну насквозь. Занятно, а если вот тут… Очнулся я через час, довольный результатом и счастливый окончанием работы. Обмотал вокруг руки чётки, окинул взглядом рабочее место. Пока я спал, призрак убрал все книги, кроме той, собственно, которая и послужила мне подушкой. Я весело хмыкнул и левой рукой с размаху захлопнул "Магические свойства". Лучше бы я этого не делал. Захлопывая, я задел тем же порезанным пальцем за тот же крючок и разодрал порез на нём заново. Это было куда больнее, чем в первый раз, я взвыл и сунул палец в рот.

В голове что-то глухо щёлкнуло, обложка книги резко приблизилась, заполняя всё видимое пространство, кровавые капли на ней ожили, задвигались и сложились в непонятный мне знак, сверкнув так, будто бы его активировали.

А потом мир рванул мне навстречу, и наступила темнота, но вовсе не та, которая явилась мне после встречи с йаллой, нет. Здесь царил ужас, кровь и смерть. За гранью восприятия раздался торжествующий смех, и меня окунуло в бешеный водоворот смертей, крови и знаний.

Очнулся я от встревоженного голоса, бившего колоколом мне в уши.

— Очнись, очнись же. В конце концов, ты же не хочешь, чтобы я позвал кого-нибудь из учителей и чтобы он заинтересовался тем, чем ты тут занимаешься?

Я открыл глаза, и голос призрака затих. В ушах шумело и бумкало прибоем. Мне было хорошо лежать так — не двигаясь и не чувствуя тела.

— Вставай, между прочим, — уже вечер скоро! — вновь ввинтился мне в уши голос хранителя библиотеки, и тут на меня накатило.

Я почувствовал всё тело разом, от кончиков пальцев на ногах, до рези в глазах и ломоты в кистях. Казалось, за то время, которое я пролежал в беспамятстве (утро у меня наступило поздновато — где-то в одиннадцать), меня успели распять на дыбе и употребить точечный массаж иглами по всему телу, не оставив ни одного живого места. Всё тело ломило так, будто бы у меня был жар, кроме того, твёрдый пол каким-то непостижимым образом оказался сбоку (ощущение пространства ещё не вернулось в полной мере), хотя я точно помнил, что падал лицом вниз. То есть, я по любому должен был встретиться подбородком со столом.

Подбородок болел, но на общем фоне не выделялся.

— Вставай! — в голосе призрака послышались стальные нотки, руки коснулось ощущение сырого тумана. — Я же вижу, что ты пришёл в себя! Хорошо в библиотеке сейчас никто не бывает — это ж надо, полдня на полу проваляться. И я, дурак, подумал, что ты уже ушёл и не стал проверять.

Туман уплотнился, и вполне материальная рука ухватилась за плечо, вздёргивая вверх. Я, как мог, опираясь второй рукой о пол, стал подниматься. Наконец, получилось, но я стал падать обратно. Шваркнуло, скрипнуло, и под спину мне подставили стул. Я блаженно на него опёрся, вздрогнув от прострелившей позвоночник боли. С языка не сорвалось ни звука — я даже рот открыть не мог, казалось, зубы срослись между собой, и пытаться что-либо сделать бесполезно.

Я медленно поднял глаза на зависшего перед лицом призрака.

— Что случилось? — и тут я вспомнил.

Парень, сидящий перед призраком, побледнел ещё больше, хотя, казалось, дальше некуда. Взгляд окостенел и стал невменяемым.

— Где эта книга? — свистящим шёпотом вопросил он, глядя в одну точку.

— Какая? — заикнулся хранитель.

— Та, что ты мне дал последней, — рычащее шипение — вот это сочетание!

— А, эта. Я её поставил на место. — Мир перевёл взгляд на него, отчего призраку почудилось, что в него вонзили ледяной клинок.

— Где, где ты её взял? — хранитель смотрел в его глаза и понимал, что по какой-то причине не может солгать.

— В закрытом отделе.

— В закрытом отделе? — эхом переспросил Мир. — Ты сошёл с ума?!

— Но она не содержала в себе ничего особенного. Я проверил, — голос призрака становился всё тише и тише.

— Про… проверил, — прохрипел Мир и засмеялся.

То ли из-за хрипоты, то ли ещё из-за чего, смех звучал зловеще и несколько безумно, так, что призрачные волосы хранителя невольно стали дыбом. Он чувствовал, как вокруг сгущается энергия — мощная, злая, требующая действий. Казалось, взрыв был неминуем.

И тут Мир резко замолчал, обхватывая одной рукой запястье другой. Чётки, надетые на руку в виде браслета, на миг полыхнули слабым светом, и всё исчезло, ухнуло в пустоту. Мир медленно поднялся и, пошатываясь, направился к выходу. Призрак замершим взглядом смотрел вслед. На пороге парень медленно обернулся, искривив губы в подобии улыбки и шагнул в темноту коридора. Но призрак успел уловить лёгкий шёпот:

— Закрытый отдел… ну-ну. Надеюсь, там найдётся ещё что-нибудь кроме самых жутких заклятий некромантии.

Хорошая память сыграла со мной плохую шутку. Я уже во в третий раз выползал из ванной, про себя вяло радуясь, что Хэйтэна нет — зрелище абсолютно мокрого меня (искупался не снимая одежды), сидящего на полу, не для чужих глаз.

Я помнил всё досконально, чётко и ясно. Картины, что предстали в моей голове, когда руна на книге активировалась, то и дело возникали перед глазами. Вообще-то, моя память весьма удобна — она как справочник: стоит вспомнить хотя бы относящееся к нужной информации слово, как нужная страница раскрывается. До этого память молчит, иначе в голове у меня царил бы сущий хаос. Но в этот раз всё было не так. Что-то сидело внутри и буквально забрасывало меня воспоминаниями — злобно и упорно, добиваясь чего-то одного. Пожалуй, сейчас я бы не отказался от порции ядрёного гномьего самопляса: спать в эту ночь я точно не буду.

Проклятье! Что за ерунда? Такое ощущение, будто я вижу воспоминания некроманта-маньяка, притом, в своей жизни не использовавшего ни одного заклятия некромантии не для убийства, мучений и так далее! Ведь не вся же некромантия состоит из этих кошмаров?

Как же плохо. А впрочем, я прекрасно помню заклятие стирания памяти. И с удовольствием использую его, плюя на всё. Нет, я этого духа хранителя когда-нибудь угрохаю. Спецом некромантию изучу и — угрохаю!

Не сработало. Я тупо сидел на полу и твердил это про себя. Не сра-бо-та-ло. Не понимаю. Бездна, и сосредоточиться никак нельзя. Право слово, если я раньше не был сумасшедшим, то после сегодняшней истории — точно стал. И как вовремя чётки пригодились. Я глубоко вздохнул и, отметя чередой идущие кошмары, начал сканировать свой разум.

Спустя час я знал, что за…. со мной приключилась. В книге были заключены не знания о некромантии. Там был дух некроманта. И сейчас этот дух был во мне. И упорно стремился подавить мой разум, свести его с ума, чтобы занять моё место. И самое жуткое — я не мог его выставить! Этот гад за что-то прочно уцепился и не отпускал. А идти на радикальные меры… Всё-таки, это мой разум, спалю ещё к сиренам. Но что же делать?

Вновь наросла бессильная злоба. Однако в этот раз к ней причиталось отчаяние. Перед глазами стоял очередной кошмар, меня трясло и выворачивало на изнанку. Я рухнул на пол и скрючился, в последний момент уцепившись в чётки и слив туда полыхнувшую заревом и чуть не сжёгшую меня изнутри энергию.

Перед глазами всё прояснилось. Пол был неожиданно холодный (заклинания сдохли?) и почему-то очень удобный. В голове не осталось и следа от чужого присутствия. Я, ещё не веря, осторожно поднялся. Кошмары нахлынули сплошной волной и с удвоенным рвением. Я рухнул на пол обратно. Видения исчезли.

Не понял? Я осторожно скосил глаз на пол. Опаньки. Раньше, сверху, этого не было видно: тонко, почти наискось врезаясь в пол, перед лицом причудливо переплетались знаки. А прежние хозяева этой комнатки явно не страдали послушанием. Поскольку с некромантией я теперь знаком не понаслышке, могу смело предположить, что это она: знаки-то знако-о-омые! Хотя и задом наперёд. Точно, тогда призывался дух, пожирающий души и за счёт этого материализующийся. А это, значит, наоборот.

Занятно, значит, мне нужна некромантия? Только, боюсь, этот пол мне с собой не потаскать даже в виде листика. Линии слишком глубоки, хоть и тонки. Перечертить? В лежачем состоянии? Сомневаюсь, что в сидячем у меня не дрогнет рука. И скрыть это надо будет тщательно. Вот интересно, как это-то не обнаружили? У некромантии свой специфический привкус. Впрочем, мастеру своего дела сие не помеха. Мда. А другие заклинания, если брать их задом наперёд? Нет, не подходят. Значит, что-то надо делать своими силами, а потом разобраться в некромантии. Притом начать с сокрытия её ауры. Некромантию обычным заклинанием не прикроешь, леший её дери.

Я только усмехнулся. Теперь у меня появился стимул для изучения некромантии. Завтра же стребую с этого подлого хранителя доступ в закрытый отдел. Попробует сопротивляться — сдам, что он оттуда книжки таскает (припугну только, а то сам ещё в проблемы вляпаюсь).

Но как же скрыть своё состояние от других? Я ж теперь точно нервный стану. И с этим постоянным потоком кошмаров надо что-то делать. Думаю, стоит обратиться к магии разума. Да, лёжа это неплохо получится. Лишь бы никто не вошёл. Тогда точно от звания "ненормальный" не отвертеться.

Я перевернулся на спину, посмотрел в потолок и засмеялся. Надеюсь, никто и никогда больше не услышит подобного от меня. Короче, в этот день я успел слить в чётки столько энергии, сколько трачу недели за три. Но всё-таки я собрался и приступил к разработкам нужного мне заклинания. Вся ночь была впереди.

Некромант победоносно улыбался. Он стоял возле королевского трона, возвышаясь своей рослой фигурой и вселяя невольное уважение. На троне, пригвождённый к нему пикой Тьмы, сидел мёртвый король Димер I.

Зал был полон, но отнюдь не придворными. Всюду виднелись чёрные мантии некромантов. Наконец, стоящий у трона поднял руку вверх. Гул голосов затих.

— Братья! — пронёсся по залу мощный голос. — Я обещал вам месть. И вы пошли за мной. Я обещал, что каждый ваш погибший друг будет отомщён. И ваши друзья были отомщены! Всё королевство в наших руках! Я обещал вам власть — вот она. И, самое главное, я обещал, что вас признают, что ваш Дар не будет больше запрещённым и — он разрешён, ибо нет больше того, кто стремился уничтожить его! — кивок в сторону мёртвого короля.

— Да-а-а! — закричали некроманты в ажиотаже.

— Но, — и это "но" заставило всех замолчать. — Самые главные наши враги ещё живы, — повисла недоумённая тишина. — Проклятые маги ШМИ, с которых всё и началось! Они забились в свою школу, спрятались, как мерзкие крысы, готовящиеся ударить в спину! Я собрал вас здесь, вас, тех, кто руководил всей армией некромантов, тех, кто действительно стоит выше рядовых, чтобы решить — кто идёт против них, а кто трусливо сдастся на полпути, как сдрейфившие перед лицом старшего щенки! — ответом ему было гробовое молчание. — Что? — насмешливо переспросил некромант и взял в руки книгу, до этого лежащую в руке мёртвого короля. — Или вы согласны учить подобную чушь, которой занимаются эти маги ШМИ? — и он вскинул руки вверх, показывая обложку и название.

Минутное молчание и…

— Не-е-ет!!! — Громогласный хор.

И тут же всё утихло, вперёд выступил один из некромантов.

— Я не согласен, — тихо ответил он. — Мои люди устали. Их руки в крови и грязи, и это совсем не то, чего они хотели, — он перевёл взгляд на мёртвого короля. — Им не нужна власть и ненависть. Мы просто хотели, чтобы нас перестали бояться и приняли, как равных. Ты обманул нас, — по толпе пробежал согласный шёпоток. — Но мы не станем мешать тебе, а просто уйдём, — и он развернулся спиной к новоявленному властителю королевства.

— Трус, — бросил ему стоящий у трона.

Спина возразившего некроманта закаменела. Но он был мудрым человеком и сделал свой выбор. Он ушёл, неся своим людям печальную весть — о том, что им опять придётся уйти и скрываться.

Такие, как их прежний главарь, не прощают обид.

— А ведь он прав, — после того, как ушёл первый, засомневались все.

— Не думаю, — губы главного искривились. — Лучше подумайте о том, что случится тогда, когда вы останетесь единственными магами. Никого, кроме некромантов, не останется. В вас будут нуждаться, только вы сможете помочь людям. Организуете свою школу — школу некромантии. А потом мы сможем захватить и другие королевства!

И это решило всё. Толпа некромантов подалась вперёд, и по залу разнёсся общий ропот безоговорочного согласия, и тут…

— Это конечно, всё замечательно, — проговорил тихий задумчивый голос, перекрывший все остальные звуки.

У бывалых магов по спинам пробежали мурашки.

— Но мне не нужна империя некромантов, — и между толпой и троном появилась фигура в плаще.

— Да кто ты такой, чтобы… — завёлся главный некромант, но заткнулся, зачарованно созерцая, как толпа некромантов, стоящих перед троном, медленно оседает в пыль.

Человек в плаще тихо хмыкнул, повернулся и махнул рукой в сторону оставшегося. Ничего не произошло. Человек недоумённо глянул на руку, снял с неё кольцо с бирюзовым камнем и посмотрел на свет.

— Заряд кончился, — с досадой произнёс он. — Вот засада, а такой полезный артефактик был. На некромантов так забавно влиял! Они прямо с ума сходили… Ладно, чего уж там, — и, засунув вещицу в карман, вновь повернулся к некроманту. — Будем действовать творчески.

Ни одна защита, выставляемая некромантом до этого, не сработала. Что-то сверкнуло, на месте фигуры стоящего у трона появился дым, чуть поклубился и исчез. На полу осталась лежать закрытая на крючочек книга. Человек в плаще не спеша подошёл, поднял её.

— Забавно получилось. Когда-нибудь это принесёт интересный результат. Любопытно — какой? — Тихий смешок, взгляд в окно, из которого видно было здание ШМИ. И растерянно задумчивое: — Странно, я думал, они справятся. Учтём на будущее, — тяжёлый вздох. — Право слово, так не интересно!

Мастер улыбнулся уголками губ и откинул капюшон с головы.

Я широко распахнул глаза и уставился в потолок. Было темно, горло пересохло. Всё тело ломило от долгого лежания на полу, но вставать не хотелось.

Что это было? И, как назло, проснулся на таком месте! Если это был тот, кто я думаю, то знание этого человека в лицо явно бы мне пригодилось. Леший, так что же это? И та книга, её название. Всё совпадает с реальностью. Это не видения, посланные некромантом, скорее это то самое странное нечто, что случилось со мной после встречи с йаллой.

Так это ещё и не единичный случай? Мда. Способность видеть прошлое, как оказалось, гораздо круче способности видеть будущее. Интереснее, так это точно! Выходит, и про Элдару правда?

Ой-ёй, а если нет, и это у меня на почве случившегося воображение разыгралось? Кстати, я хоть заклинание нужное нашёл? Нет? Так и уснул. Кошмар, после такого — спать. Ладно, на чём я остановился? Ага, нужны одновременно сразу два эффекта — запереть в уголке своего разума этот сволочной дух и притупить собственные эмоции, чтобы не нервировать окружающих внезапными истериками. Можно, конечно, наложить сразу два заклинания, но я предпочитаю проще: объединить их. То есть, пока некромант заперт, тогда и эмоции — притуплены.

Сразу два удерживать будет слишком сложно. Я при этом и другие заклятия должен творить. Автоматику в таком тонком деле полностью настроить невозможно — некромант не сидит сложа руки, и надо быть постоянно начеку.

— Придётся искать нового учителя, — первое, что сказал Брист, выслушав Элдару.

Для начала, он, конечно, налил ей чаю и насыпал туда успокаивающих трав, удобно расположив за столом в своей избушке в далёкой Погранке.

— О чём это вы! — "Травы не помогли", — удручённо подумал Брист. — Тут человека убили, она с нами бок обок…

— Но прежде всего школа лишилась дипломированного специалиста, и это не стоит забывать, — спокойно ответил Брист. — Я тебя понимаю, я сам поговорю на эту тему с Орэном. Кстати, почему ты пришла ко мне, а не к нему?

— А как вы думаете, — фыркнула дроу.

— До сих пор не одобряешь мой выбор?

— На эту роль спокойно бы подошла Хорна. Из неё директор вышел бы куда дальновиднее.

— Ты знаешь, почему не она, — перебил её Брист. — А Орэн единственный из вас, кто согласился взвалить на себя ответственность. Даже ты отказалась.

Элдара помолчала.

— Как вы думаете, учитель, почему?

— Что, почему? Скажи лучше — зачем.

— И это тоже, — тяжело вздохнула Элдара.

— Говоришь, трансформация? — Брист задумался, затем вскинул пронзительные глаза на дроу. — А тебе это ничего не напоминает?

Внутри у Элдары что-то оборвалось.

— Возможность — один к десяти.

— То есть, очень даже возможно.

— Но зачем?

— А ты как думаешь? И вообще, чем ты думала, когда брала Мира в ученики?

Тишина.

— Вы не рады?

— Я рад, — серьёзное. — Но вот теперь, боюсь, у него будут ба-а-альшие проблемы. Кстати, а что он делает в школе, когда у них сейчас практика?

Элдара перевела оторопевший взгляд на него.

— А ведь верно, — изумлённо выдала она и исчезла.

На столе остался недопитый чай. Брист задумчиво посмотрел на него. Пора было выходить на охоту, но он ещё не был готов. Есть ещё пара дел, которые не терпят отлагательства. Например, его родовой замок, всплывший в Пустынном море.

Утром всё было готово, и я самому себе напоминал ледяную статую. Такой же спокойный и неуклюжий. Лежание на полу не прошло даром, и двигался я, как рыцарь в заржавевших доспехах. Зато я твёрдо решил прямо сейчас идти в библиотеку.

Не получилось. На полпути меня перехватила Эноллаира.

— Мир! Только тебя все и ждут! Мы отправляемся уже прямо сейчас.

— Мне никто не сказал, — спокойно отозвался я.

— Ну, так я говорю! — и, схватив меня за локоть, потащила по коридорам.

Ага, знакомый путь — к комнате с готовыми телепортационными каналами. Неужто сразу на остров отправят? Похоже, да.

Все были уже на месте, так же и недостающие двое. Наследный принц и низенькая, пухленькая блондинка с бегающими серо-голубыми глазами и постоянно к чему-то принюхивающаяся. Одета она была, как маг из вестников Трона, но им не была — на шее болтался знак короля. Значит, из дворца, телохранительница принца.

— Рад видеть тебя живым и здоровым, — приветливо улыбнулся Кирано.

— Я тоже рад приветствовать вас, ваше высочество, — нейтральным тоном ответил я.

Кирано невольно дёрнулся, как от удара, сделал шаг вперёд.

— Думаю, приветствия закончены, — мило улыбаясь, схватил его за плечо Лас.

Видно было, что удержать старшего брата от возмущённой тирады ему стоило определённых усилий. Кирано оценивающе посмотрел на меня, затем на брата (тот ему нервно подмигивал, мол, потом объясню) и успокоился. Внешне.

— Простите, мы не знакомы, — лёгкий кивок магичке.

— Просто Чия, — заулыбалась-то как, засияла! Чисто солнышко. И тут же: — Извини, можно вопрос?

— Спрашивай, — я тоже перешёл на "ты".

— Откуда у тебя эти чётки?

Смотрю прямо в глаза сверху вниз (она оказалась на голову ниже меня) абсолютно равнодушно.

— Нашёл.

— Случайно?

— Да.

— Странно. Я это к тому, что такие вещи на дороге просто так не валяются. Редкая вещь, — и невинно заулыбалась. — Красивая. Давно себе хотела нечто подобное.

— Эти чётки — оборвал её я — что-то вроде талисмана, не думаю, что кроме меня они кому-нибудь будут полезны, — и тут же повернул голову к молча наблюдавшей за нами Нэвэрианэ. — Мы отправляемся сейчас?

— Да, а что?

— Просто я хотел бы заскочить в библиотеку.

— Некогда, — обрубила эльфийка. — И ещё: канал стоит прямо во дворец. Чтоб никаких варварских жестов, — и этак на меня внимательно посмотрела. — Эльфы… мы, очень чтим традиции и не любим, когда кто-то ведёт себя не этично.

— Кончено, — склонил голову Хэйтэн. — Я помню свод этических правил на территории эльфов, как и все дворяне нашего королевства.

— Так-то оно так, — эльфийка продолжала жечь меня взглядом. — Но не все из нас дворяне.

Все взгляды скрестились на мне.

— Я буду молчать. Вас это устроит?

Эльфийка неуверенно кивнула. Затем разозлилась и скомандовала:

— Вперёд! — и все отправились к каналу. — Мир, ты чего стоишь?

— Э-э-э… я вещи забыл.

— Мир!

Элдара задумчиво стояла посреди пустой комнаты. Недавно он был здесь, его аура витала в окружающем пространстве. Другое дело, это состояние этой ауры.

Критическое. И это дроу категорически не нравилось. Единственной, кого оставили приглядывать за школой, была Хорна. И десять минут назад Элдара узнала от неё, куда и зачем отправилась Нэвэрианэ с группой учеников.

С одной стороны — хорошо, эльфы умело защищают свою территорию, и не так-то просто пройти туда незамеченным.

Но этот факт перевешивают два просто убойных аргумента:

1) совсем недавно там как раз начались проблемы с этой защитой,

2) Мир вполне способен найти себе проблемы даже в совершенно изолированном месте.

Он сам ходячая проблема. Дроу схватилась за голову. Если дело пойдёт так дальше, ей придётся… Не-е-ет! Она не согласна. "Ничего, — подумала она. — Просто буду регулярно связываться с Эно и интересоваться ходом дел. Всё будет хорошо". Она умиротворённо вздохнула и отправилась в свой кабинет. Травы сделали своё дело, и она не заметила следов экспериментов с магией разума, витающих в комнате.

Вряд ли бы она обрадовалась, распознав суть этого следа.

Письмо выпало из ослабевших рук Раэннола II.

— Раэн, что с тобой? — нахмурилась Миона, заглядывая в кабинет.

Она прекрасно чувствовала состояние своего мужа.

— Со мной — ничего, — задумчиво-отрешённое. — А вот с моим королевством… мда. Представляешь, — он недоумённо усмехнулся. — Они посчитали смену жениха оскорблением и объявили войну.

— Шикр объявил войну? — Миона подобралась. — Тааак, гонца ты не трогал?

— Нет, конечно.

— Замечательно. У меня к нему пара вопросов, — её оскалу могли позавидовать лучшие злодеи этого мира.

— Только, чтоб никто ничего не заподозрил.

— За кого ты меня принимаешь?

Серая тень внимательно вглядывалась в затухающий телепортационный канал. Ступить или нет? Нет. Он умеет ждать, и он дождётся. Лишь бы кто-нибудь не успел раньше. Хм, а ведь верно.

И тень в последний миг рванула в канал. Война была объявлена.

СИРМП

(сообщество информационно-разведывательной магической помощи)

1) Кана Медеро (23 года): боевой алхимик; дар средний. В сообществе: глава и организатор СИРМП. В миру: дочь главы купеческой гильдии в столице.

2) Дилэйла Амихиш (23 года): иллюзионист-теневик экстра-класса, дар сильнейший. В сообществе: разведывательно-аналитический отдел; глава отдела.

3) Райгон Скрит (23 года): боевой маг разума; дар средний. В сообществе: разведывательно-аналитический отдел; подчинённый. В миру: брат Ронры Скрит и сын барона Динара Скрита.

4) Кайр Ши (24 года): пространственник; дар уникальный. В сообществе: разведывательно-аналитический отдел; подчинённый. В миру: неизвестно, скрывает происхождение.

5) Ронра Скрит (22 года): боевой маг земли; дар сильный. В сообществе: архивный отдел; глава отдела. В миру: сестра Райгона и дочь барона Динара Скрита.

6) Тим Лори (22 года): боевой маг воды-воздуха; дар средний. В сообществе: архивный отдел; подчинённый. В миру: сын полковника.

7) Мила Неверская (22 года): бытовой маг земли-воды; дар средний. В сообществе: архивный отдел; подчинённый. В миру: дочь герцога Неверского.

8) Ойарэи Ривари (23 года): алхимик-целитель; дар средний. В сообществе: отдел исследований; глава отдела.

9) Яр Криномирл (22 года): бытовой маг земли-огня; дар сильнейший. В сообществе: отдел исследований; подчинённый. В миру: сын магистра Олла.

10) Юнона Альна (22 года): бытовой алхимик/локально вещающая провидица; дар средний. В сообществе: отдел исследований; подчинённый. В миру: дочь владельца сети трактиров в столице.

11) Элиас I (ха-ха… 18 лет): боевой алхимик; дар сильнейший. В сообществе: отдел новичков, глава отдела. В миру: младший сын короля.

12) Эноллаира Харийская (18 лет): боевой маг разума; дар сильнейший. В сообществе: отдел новичков; подчинённый. В миру: дочь графа Харийского.

13) Хэйтэн Аналорк (18 лет): будущий боевой маг огня-воздуха; дар сильнейший. В сообществе: отдел новичков; подчинённый. В миру: сын главного придворного мага Кхарнеола Аналорка.

Подпись, магическая печать.

Клятва неразглашения.

Документ отдан на хранение в архив сообщества.

Главная на данный момент задача:

— выяснить, кто стоит за вспышками некромантии во владениях эльфов, а так же, по возможности, ликвидация источника.

Лица, занимающиеся этим вплотную:

— весь отдел новичков, остальные на подхвате.

Минуя многие лиги, тонны солёной воды, за краем горизонта, где не слышны раскаты приближающейся войны…

— Хм, — высокий человек в тёмной широкополой шляпе поднял голову. — Мне показалось, или дух Эргралора освободился?

— Его знания весьма бы нам пригодились, — задумчиво ответил его собеседник, всматриваясь в волны на горизонте.

— Орден будет против, — сказал человек в шляпе с досадой.

— Ещё бы, они-то прекрасно знают, что ты не прочь повторить его путь, — насмешка в ответ.

— И толку? Даже если мы заполучим духа.

— Цитадель большая, — возражение. — И тех, кто с тобой — достаточно.

— За спиной Ордена? — губы искривляются в сакраментальной усмешке.

— Именно.

— Ну что ж. Война так война.

И он наклонил голову, скрывая полями шляпы чернеющие глаза.

Глава 3

ВЕЧНЫЙ ЛЕС

Я удивлённо осмотрелся. Проходить через телепортационные каналы мне доводилось не раз, но такого эффекта — полной дезориентации в пространстве — ещё не испытывал. Я непонимающе глянул вокруг.

Светлая с высокими белокаменными сводами комната. Прямо позади меня — ещё не затянувшаяся арка перехода. В комнате никого. Я пожал плечами, бросил растерянный взгляд в окно, вид из которого загораживала буйная зелень каких-то дивных кущерей, и выскочил из комнаты через полуоткрытую дверь, находящуюся прямо передо мной. Ждать меня почему-то никто не стал, и спутников я нагнал только в самом низу изящной, сделанной из белого камня лесенки, обвивающей тонкую башенку, на вершине которой и находилась та комната, где я оказался сначала.

— Что так долго? — хмуро поинтересовалась Нэвэрианэ, но ответа ждать не стала. — Так, слушайте сюда. Мы все здесь находимся в свите его высочества, — кивок Кирано. — Прибывшего в Вечный Лес с дипломатической миссией. Ведите себя, пожалуйста, соответственно.

В другое время меня её "пожалуйста" очень бы заинтриговало, но не сейчас. Я оглядывался. Башенка утопала в обрамлении высоченных не поддающихся определению деревьев. Выглядела она хоть и старинной, но совершенно целой. Никакой охраны не наблюдалось, как ни странно. А ещё откуда-то ощутимо тянуло морем. Стоит отметить, что я ещё ни разу не был на берегу моря. В реальности. Но этот запах принесли с собой сирены. Он въелся в мою память, оставляя там своеобразное клеймо.

Окружающий мир дрогнул и поплыл. Я сам не понял, что случилось, ничего не успел. Однако мне повезло: не поддающая контролю сила, стремящаяся вырваться из меня, скользнула по левой руке и застряла, влилась в намотанные на ней чётки. И никто ничего не заметил. Или нет?

Из окружающих башню кустов метнулись тени. Три, восемь… пятнадцать. И все луки — направлены на нас.

— Спокойно, мы с миром, — подняла руки Нэвэрианэ. И тут же бросила недовольный взгляд в мою сторону. — Тебе не стоит применять магию на этой территории, что бы ты ни хотел сделать.

— Верно, — прозвучал мелодичный голос, и вперёд выступила лучница, видимо, главная в отряде. — В Лесу введён повышенный режим бдительности. Каждый магический всплеск тщательно отслеживается и проверяется. Но здесь ситуация очевидна, — она слегка замялась, а я получил хорошую возможность рассмотреть её.

Чёрные волосы, мерцающие слабым отблеском серебра. Узкие, но раскосые и внимательные серо-зелёные глаза. Острый носик и тонкая ниточка губ. Резко очерченный подбородок, сильное гибкое тело и громадный лук в руках. Рост низкий, мне по плечо. И тройка другая столетий в чересчур глубоких глазах. Она наконец собралась с духом, повернулась к Нэвэрианэ и начала отвешивать поклон, заговорив:

— Приветствую Вас…

— Я прибыла в свите его высочества Кирано, сына Раэннола II, короля Эно, прибывшего в Вечный Лес с дипломатической миссией, — с нажимом перебила её Нэвэрианэ.

Лучница растерялась. Моргнула, но быстро сориентировалась и безошибочным взором прошлась по нашей компании. Вот интересно, она догадается, кто из нас принц? Итак, посмотрим на нас со стороны:

Чуть впереди от всех, с равнодушной и, можно сказать, благородной миной на лице — Лас. Он одет в мантию, так что его за принца не примут. Рядом с ним, не скрывая своей симпатии, обретается Эно, притом, если бы не было сказано слово "принц", то её бы возвеличили принцессой — с таким высокомерным видом она разглядывала эльфов. Эно-то мантию как раз таки сняла. За ними, откровенно пялясь на эльфочку, Хэйтэн. Также в кандидаты не годящийся — на нём тоже мантия. Сбоку от них, так же задумчиво глядя на нас, как и лучница, — Нэвэрианэ. За троицей друзей, хищно втягивая воздух своим изящным носом — Чия. Серые глаза уже не бегают, а сосредоточенно изучают. Да, точно. Опасная девица. И как грамотно стоит: не выпускает из виду никого, ни лучников, ни Кирано, только меня. Просто я стою всё ещё на лестнице башенки, и для того, чтобы увидеть меня, ей придётся задрать голову, вывернув при этом её на сто восемьдесят градусов.

Итак, между Нэвэрианэ и Чией стоит принц. Ну, и я, как упоминалось, на лестнице… Не понял? Почему это взгляд лучницы остановился на мне? Не выдержав, я подмигнул ей и, усмехнувшись, ткнул пальцем в не догадавшегося сделать шаг вперёд Кирано.

В том, что была сбита с толку, лучница признаваться не пожелала и, повернувшись к принцу и церемонно наклонившись, завела:

— Приветствую вас, ваше…

Но я её не слушал. Сердце кольнула нехорошая мысль: я же ставил защиту, притупив свои чувства! В чём дело? Сначала из-за запаха моря сорвался, теперь шучу? Быстро проверив защиту, пришёл в ужас: её искривило и перевернуло чуть ли не на обратные полюса. Таким образом, она уже начала действовать наоборот: вместо того, чтобы притуплять чувства — стала распалять! Хорошо ещё, я вовремя заметил! Хм, а некромант не вырвался. Хоть это хорошо. Но что же могло так повлиять на защиту?

Точно, вот дура-а-к! Телепортационный канал! Видимо, это из-за него. Размышляя, я вернул защиту к первоначальному виду и не сразу понял, что меня окликают.

— Мир! — воззвала Нэвэрианэ в третий раз.

Я равнодушно глянул на неё и спустился вниз.

— Прошу прощения, что заставил вас ждать, — вежливо улыбнулся. — Просто эта телепортация почему-то показалась мне непривычной.

Мои спутники кивнули, признавая объяснение. Кроме Нэвэрианэ. Она, как и пятнадцать сопровождающих нас эльфов нехорошо напряглась. Вы когда-нибудь находились на перекрестье шестнадцати горящих подозрением и недоумением пар глаз? Нет? Вам повезло. Впрочем, мне тоже. Ведь мне, по сути, было абсолютно всё равно.

— Ух ты! — в который раз повторила Эно, восторжённо кружась по комнате.

Сначала нас распределили по комнатам в малом дворце, дав время, чтобы приготовиться к аудиенции. Проводили по странным навесным переходам, полностью состоящих из лиан, покрытых диковинными цветочками самого разнообразного вида. Расстояние до земли было не менее чем пятидесяти локтей, однако никого из нас это не волновало.

Нэвэрианэ явно было не привыкать, Хэйтэну высота не помеха, Лас и Эно были заняты друг другом, а наследный принц и Чия, наверно, сохраняли достоинство. Или попросту не боялись высоты. Мне же, как я упоминал, было всё равно. Сейчас мы все, Лас, Хэйтэн, Эно и я, собрались в "общей зале", находящейся на перекрестье путей из наших комнат. Малый дворец был полностью сделан из живого дерева. Даже мебель была из него и, не смотря на это, была вполне удобной. Из-за причудливых окон доносилась какофония из щебетанья птиц. Невольно я подумал, что заснуть здесь будет довольно сложно.

— Не просто "ух ты", — задумчиво проговорил Хэйтэн, высунувшись из окна. — А УХ-ТЫ!

Ласу тоже стало интересно, что он там увидел, и он выглянул в соседнее окно. Когда я тоже к ним присоединился (вслед за Эно), я понял, что они увидели. Чуть в отдалении, еле виднеясь из-за обступивших малый дворец деревьев, виднелся прозрачный купол. Там, где выходила замуж Элдара. Но уверен я не был, так как видел то здание только изнутри. Однако мои подозрения всё больше укреплялись.

Налюбовавшись, троица расселась по креслам, с удовольствием поедая фрукты, лежащие на столе посреди комнаты. Я остался стоять у окна, задумчиво прикидывая, где будет происходит аудиенция — а вдруг там?

Лас, Эно и Хэйтэн о чём-то увлечённо болтали, но поймал и осознал я только одну фразу, сказанную приглушённым шёпотом и исполненную Хэйтэном.

— А как вы думаете, это правда, что эльфы не видят разницы… между мужчиной и женщиной? — что он имел в виду, пояснять не приходилось.

Его друзья задумались, но ответить не успели.

— Действительно. Среди нашей расы встречаются такие… оригиналы, — раздался насмешливый голос со стороны коридора, ведущего от гостевого крыла к главной части дворца.

Все трое, сидящие в кресле, невольно подскочили, я медленно обернулся, а Хэйтэн открыл было рот, чтобы… не важно, что он хотел, но я его бесцеремонно перебил.

Я медленно, но по всем правилам, отвесил изящный, полный уважения поклон и тихо-тихо произнёс:

— Великая честь увидеть вас, Владыка…

Сидящие в креслах закаменели. А я продолжал спокойно смотреть на застывшего в коридоре эльфа. Рыжие, не совсем аккуратно уложенные волосы, иронично приподнятые брови, благородные черты лица, гибкость и сила в высокой худощавой фигуре. И вечность тысячелетия в глазах цвета морской волны.

Так значит, всё-таки правда. Одного не пойму: почему в глазах Элдары нет такой бездны времени?

— Как интересно, — лицо Владыки всё ещё сохраняло ироничное выражение, но из глаз исчезли последние искры веселья, явив миру острую заинтересованность. — И откуда ты знаешь, кто я?

Про себя я подумал, что это самая большая ошибка в моей жизни, но эта мысль пришла и ушла, не подкреплённая обычным всплеском чувств. Я равнодушно пожал плечами и ответил:

— У вас на голове — венец.

— Да? — эльф с досадой стащил украшение, немного наискось придерживавшее неровно отстриженную чёлку, затем обезоруживающе улыбнулся. — Какая досада, — и стёр все признаки чувств с лица. — Но я чувствую ложь. И это не та причина.

Я не успел отвести глаза. Эльф вперил в меня свой взгляд, а я почувствовал, как что-то врывается в мой мозг, пытаясь выдернуть на поверхность правду. Сирены, ну не говорить же этому параноику, что я сошёл с ума и стал видеть прошлое? Во-во. И я стал поспешно сооружать на пути не в меру прыткого Владыки разнообразные защиты. Думаю, с такой скоростью, с которой он их разрушал, не смогла бы действовать даже Элдара!

А может, у неё просто не было стимула?

Нэвэрианэ тихо скользнула в проём двери. Недоумённо оглянулась.

— Кого-то ищешь, сестрица? — жарко дохнули в ухо, после чего за спину полетело сложнейшее переплетение огненных линий, впрочем, никак не среагировавшее: заклятие беззвучно впиталось в невидимую преграду, установленную небрежным движением тонкой темной руки.

— Какого демона, братец?! — взвыла эльфийка, яростно сверкая полными зелёного пламени глазами.

— Я всего лишь хотел достойно тебя поприветствовать, Нэвэри, — промурлыкал высокий дроу, примирительно поднимая руки. На его небрежно остриженных, до пояса, волосах мерцали нити какого-то воздушного заклинания. — А ты сразу драться. Совсем не изменилась, — то ли похвала, то ли упрёк.

— Ты постригся?! — дошло до Нэвэрианэ. Недоумённое поднятие бровей, насмешка в янтарных глазах. — Отец знает?

— Он первый узнал, — улыбнувшись краешком губ, просветил её дроу.

— О-о-о-о, ты сумасшедший. Хорошо, Элдара не знает.

— Кстати, почему ты без неё?

— Ты же знаешь, она…

— Не хочет меня видеть? — дроу сделал каменное лицо.

— Скорее, отца, — фыркнула Нэвэрианэ. — Ты же помнишь, как было. Ладно, забудем. А где, — тут она кивнула на пустующее кресло кабинета.

— Пошёл встречать гостей, так сказать, самолично, — ожил дроу.

И был снесён порывом ветра — так быстро рванула прочь из комнаты рыжая эльфийка. Кабинет опустел. Дроу скользнул отрешённым взглядом по обстановке кабинета, насмешливо фыркнул и лёгким смазанным движением скользнул прочь. Ему тоже было интересно, чем закончится эта встреча.

Нэвэрианэ мчалась по коридору, боясь одного: она не успеет. Не важно, к чему, но она чувствовала, что встреча Владыки и свиты наследного принца должна происходить только официально и только в её присутствии! Вот, этот поворот и…

— Владыка? — дёрнуло её воскликнуть.

И было отчего. В небольшом светлом зале собрались самые бесперспективные претенденты на близкое знакомство с Владыкой, стоящем над всеми эльфами Вечного Леса: как тёмными, так и светлыми. Здесь были Лас, Хэйтэн, Эноллаира и… Мир. И именно последний привлёк пристальное внимание Владыки. Иначе почему между ними сейчас происходит поединок на ментальном уровне? Притом Владыка нападает, а Мир — защищается.

И, даже несмотря на это, весьма странно, что у него пока это выходит. Эноллаиру от одного магического фона скручивает от головной боли, Лас же и Хэйтэн буквально окаменели от происходящего.

— Владыка! — уже требовательно взвыла Нэвэрианэ, видя, что Мир сдаёт позиции.

Леший его знает, почему, но ей почему-то совсем не хотелось, чтобы Владыка таки добрался до того, что ему было нужно от Мира.

— Да, Нэвэрианэ, — чуть раздражённо и куда более удивлённо произнёс Владыка, нехотя оборачиваясь к эльфийке.

— Что вы делаете? — сдала обороты Нэвэрианэ. — Вы могли бы предупредить о вашем визите, и мы бы устроили вам подобающую встречу.

— Я в этом не нуждаюсь, — легко осадил её Владыка.

— Тогда я могу поинтересоваться, чем насолил вам мой ученик?

— Ученик? — вскинул брови эльф.

— Я являюсь наставницей первого курса ШМИ, — напомнила Нэвэрианэ.

— Первого, — вот и всё, что выловил Владыка из её речи, медленно оборачиваясь к Миру.

На месте его не оказалось. С минуту оба представителя эльфийской расы рассматривали место, где только что стоял Мир. Затем подняли глаза друг на друга.

— Окно, — сдавленно проговорил Хэйтэн, вскидывая потемневшие глаза.

Все пятеро резко переглянулись и кинулись к окну. Внизу никого не валялось.

— По-моему, он обиделся, — с лёгким сомнением проговорил Лас.

— Хе, — сказала Эно нервно. — Не мудрено. Тебя бы вскрывали, как бочку с пивом для срочнейшего опохмеления.

И вся троица с укоризной уставилась на Владыку. Тот смутился, но не подал вида.

— В моих владениях никто не должен ничего скрывать от меня, — высокомерно молвил он.

— Ха, — фыркнула Нэвэрианэ. — Он от Элдары скрывает всё, что ни попадя, а вы хотите…

Фразу она не договорила, споткнувшись о жёсткий взгляд Владыки.

— Нам нужно поговорить, — холодно произнёс он. — Без посторонних.

Несчастную троицу смело мигом. Позже и Владыка, и все эльфы Вечного Леса пожалели, что никто не проследил, куда смылась неугомонная троица самых страшных проказников королевства Эно.

Я шёл прочь от малого дворца, не разбирая дороги. Ветки хлестали меня по лицу, я спотыкался, падал, но вставал и всё равно бежал. Пока не оказался на поляне, выхода из которой не было… совсем. Деревья обступали её могучей стеной, без малейшего просвета и возможности на лаз.

Я резко обернулся и дёрнулся, обнаружив, что за спиной тоже исчез проход. Что это? Очередная штучка Владыки? Или просто охранная магия?

— Ни то, ни другое, поверь мне, — раздался насмешливый голос за спиной, и я резко обернулся.

Передо мной, никаких сомнений, стоял человек. Невысокого роста, лет тридцати, загорелый и сильный. То, как он открыто улыбался, его поза, движения — всё выдавало в нём какую-то… снисходительность и пренебрежение.

— Ты кто? — выдал я пересохшими губами.

— Дух Вечного Леса, — спокойно ответило это чудо, чуть подавшись вперёд, явно желая видеть мою на это реакцию.

— А почему человек? — среагировал я.

Дух задумчиво поднял бровь, на дне его глаз мелькнула заинтересованность.

— Дух Леса, достигнув определённого возраста, может брать себе любую внешность, какую захочет.

— И какой же возраст для этого необходим?

— Такой, какой у меня.

— И какой же? — мне стало жутко любопытно.

— Вечность.

Я обдумал.

— Хм… то есть, ты будешь существовать вечно?

— Э нет, это значит, что я существовал вечно.

— То есть, больше ты вечно существовать не сможешь? — не отставал я.

В голове медленно утихал звон колоколов — остаточный эффект ненормального столкновения с противником, который буквально за секунды смял ВСЕ мои разработки. Непонятно, что он вообще делал последнюю минуту, когда я, по своему мнению, был уже полностью открыт. Дух, явно начиная терять терпение, придвинулся ближе.

— Это значит, что время, которое я существовал до данного момента, является Вечностью.

Я пошевелил онемевшими мозгами.

— Но это время каждый миг увеличивается!

— Вечность — понятие растяжимое, — мурлыкнул Дух.

А я понял, что если мы продолжим в том же духе, то этот день закончится моей полной капитуляцией в пользу безумия.

— Так ты можешь менять свой облик на какой хочешь? — вернулся я к первоначальной теме.

— Именно.

— Превратись, пожалуйста, в эльфа, мне так удобнее, — фух, я это сказал.

Дух недоумённо на меня глянул, но перевоплотился.

— Магия трансформации? — насторожился я, глядя, как изламывает тело Духа.

— Не скажи, — глаза Духа сверкнули. — Трансформация изменяет плоть, я же бесплотен.

— Да? Но как же, — я отлично помнил, что все Духи, которых я видел, могли передвигать предметы, используя своё тело!

— Я могу сделать своё тело материальным, если захочу, — снисходительно улыбнулся Дух, но тут же наткнулся на мой торжествующий взгляд.

— А ведь это и будет трансформация, Запрещённая магия.

Дух посерьёзнел.

— Умный парень, — я польщено наклонил голову. — Слишком умный для человека девятнадцати лет.

— Намекаешь, что мне больше девятнадцати? — Фыркнул я в ответ, не растерявшись. — Или то, что я не человек? — побольше иронии, побольше!

Дух резко приблизился ко мне, так что его лицо оказалось в дюйме от моего. Теперь, глядя в его огромные, полные вечности глаза, я видел: он бесплотен.

— Твой ум, — тычок в лоб. — Твоя память, — взмах рукой над головой. — Твой дух, — взмах другой рукой к сердцу. — Твоя кровь, — резкий оскал, обнаруживший ряд острейших клыков. — Ты никогда не задумывался над тем, откуда в тебе это всё? Задумайся над этим, человек, — последнее он скорее выплюнул, чем сказал.

В ответ на это издевательство, на непонятные, глупые намёки и явное злорадство, во мне поднялась ничем не сдерживаемая волна всепоглощающей ярости, я рванулся вперёд, к уходящему Духу, схватил его за руку. Всё, чего я добился, — он обернулся.

— Контролируй свои эмоции, человек, — рыкнул он мне в лицо, растворившись прямо в руке.

И тут я понял смысл его слов и еле успел слить взбурлившую, вырывающуюся из недр моей глупой злости энергию в чётки. Не понял? И тут до меня дошло: я продержался ту злополучную минуту только за счёт одной, последней защиты, которую машинально выставил, когда больше ничего не осталось. Защиты, ранее стоявшей на моих эмоциях и сдерживающей некроманта!

Что-то странное творится. Эмоции понятно — вот они. А некромант где? я прикрыл глаза и кинулся исследовать мой разум. Бесполезно, вырвавшись на свободу, хитрая бестия притаилась и затихла в ожидании подходящего момента. Ну нет, я так не согласен. Нет, не уйду с этой поляны, пока не откопаю это гниду! Я уже сосредоточился на этом действии, когда…

— Отдыхаешь? — мурлыкнул мягкий, наполненный силы голос, и меня резко вздёрнуло с насиженной кочки.

Изучающее меня рассматривая, на другом конце поляны стоял… дроу.

— Занятно, — сказал я. — Но разве вы не скрываете, что живёте в Вечном Лесу вместе со светлыми?

В этот момент, глядя, как на дне янтарных нечеловеческих глаз расплываются искорки неслабого интереса, я понял, что совершил ВТОРУЮ роковую ошибку.

Однако дроу ничего не успел сделать, хотя я ясно почувствовал, как вокруг него собирается сила, для того, чтобы нанести мне ментальный удар, которого я уже точно не выдержу. Да я и более слабый сейчас бы не отбил. Но, как я уже сказал раньше, ничего у него не вышло.

Потому что поляну внезапно разрезало чёрное свечение, делая окружающий мир размытым, а внутри меня что-то нехорошо ёкнуло — что-то в этом было неуловимо знакомое. Верно. Именно это ощущение появилось у меня за миг до того, как Элдара испробовала на мне принудительную телепортацию.

Э нет, я не хочу! Но поздно: некромант (а судя по силе, это именно он) находился гораздо ближе, чем Элдара тогда, и сопротивление было бесполезно. Краем глаза я успел заметить, как искажается лицо дроу, как он бросается вперёд…

А в следующий момент пространство вывернуло наизнанку, затем полетел страшный калейдоскоп отражений, взорвавшийся в моей голове весёлыми брызгами. И я буквально ощутил, как защиту, поставленную в моём разуме на чувства и на дух некроманта перед самой-самой встречей с дроу, не просто выворачивает наизнанку, а буквально ломает, искривляет, искажает.

Элриссар внимательно огляделся и тихо выругался. Прыгая за незадачливым человеческим магом в телепорт, он явно не ожидал такой подлянки. Все стены темницы, в которую их вынесло, мерцали антимагическими кристаллами бледно-зелёного цвета.

Рядом застонал человек, пытаясь подняться. Тот самый странный парень, выстоявший против Владыки полторы минуты. Странно, что это с ним?

— Не…нави…жу… темницы! — рыкнул парень, приняв вертикальное положение и, сцепив зубы, стукнул кулаком по стене. Несколько кристаллов в тот же момент хрупнуло и осыпалось бесполезной серой пылью. Но это всё, на что хватило парня: он тут же рухнул на пол, хватаясь руками за виски и злобно шипя ругательства.

Но тут он заметил дроу.

— Что ты-то здесь делаешь? — мрачно вопросил он, не переставая морщиться от головной боли.

— Сам не пойму, — хмуро отозвался Элриссар, поминая Владыку нехорошим словом. — Думал, куда это ты один собрался? Мне тоже захотелось.

— А теперь как, по-прежнему хочется? — не сдерживая иронии, выдал парень.

Элриссар присмотрелся к нему повнимательнее, применяя ночное зрение (кристаллы давали мало света). Пепельные волосы чуть ниже лопаток, почти эльфийские каре-зелёные глаза, высокомерное выражение на лице, телосложение гибкое, жилистое. И всё-таки скорее маг, чем воин. Парень в ответ уставился на него, и дроу вспомнил, как выглядит сейчас: огромные алые миндалевидные глаза, тёмная кожа, белоснежные распущенные волосы, обруч, криво сидящий на голове, резкие черты лица, тёмная одежда и ни одного ясно видимого предмета, являющегося оружием.

— Нравлюсь? — оскалился он.

— Так это правда, то, что Владыка сказал про ориентацию эльфов? — встрепенулся парень, отползая к стене и на время забывая о головной боли.

Дроу не знал, что там наговорил Владыка про ориентацию (ясно же, что ничего хорошего!), но поспешил оскорблено фыркнуть и отвернуться.

— Где мы? — спустя пять минут поинтересовался человек.

— Ты меня спрашиваешь? — откликнулся Элриссар. — Уж кто-кто, а я об этом знаю меньше всего. Но если хочешь, мы — в четырёхугольной, состоящей из камня в кристаллическую крапинку комнате, окон не наблюдается, выхода не наблюдается, как и мага, столь успешно взломавшего защиту Духа Леса, и выдернувшего нас сюда!

— Меня, — веско поправил его парень.

— Вот это-то и странно, — откликнулся дроу, исследуя потолок. — Кому ты нужен? Тем более, я так понимаю, это и есть тот некромант, который устраивает в нашем лесу неполадки.

— Э-э-э… неполадки? — парень подался вперёд. — А поподробней можно?

Дроу смерил его недоумённым взором, но решил, что Нэвэрианэ специально оставила его в неведении.

— Всё просто, — пожал он плечами. — Примерно месяц назад произошёл первый случай: умерло дерево на краю Леса, — парень тихо охнул, а Элриссар продолжил. — Умерло очень быстро и просто: засохло. Полностью. А затем это стало набирать обороты: деревья высыхали группами, сначала по краю, потом всё ближе к центру. Пока возле самой сердцевины, у главного дворца, не была выжжена чёрным пламенем целая роща, и на земле — этим же пламенем — начертано проклятие, — дроу помолчал и продекламировал: — "Да будет проклят эльфийский народ, и да сгинет в пучине тёмного моря сей остров, осквернённый смертью…"

— Сильно, — дёрнул уголком губ парень. — Однако не дописано: думается мне, будет ещё второе послание.

— Почему ты так думаешь? — дёрнулся вперёд дроу.

— Так ведь, не написано, чьей смертью.

Они немного помолчали, размышляя каждый о своём.

— Рисс, — протянул руку дроу, легко улыбнувшись.

— Мир, — немного промедлив, принял руку человек. Элриссар поднял бровь. — Имя такое, — со вздохом ответил парень.

— Я поймал его.

— Так быстро? — изумление хорошо скрыто за широкими полями шляпы.

— Есть небольшая проблемка.

— Какая же?

— Он вселился в человека.

— И всё же, каким образом?

— Он сам прибыл в мои руки, мне даже не пришлось уходить с острова.

— Да, кстати, как там с ним? Ты же помнишь, тогда некромантам большую часть преград ставили именно эльфы.

— Всё хорошо, но…

— Но?

— Люди решили наладить с ними более тесный контакт. Как бы чего не вышло.

— Кого они прислали для этой миссии?

— Наследного принца, эльфийскую магичку и четырёх магов-сопляков.

— Ничего пока не предпринимай. Скоро прибуду, дам новые указания.

Тьма в древнем хрустальном шаре мигнула и заволокла собой всё. Невысокий худенький человек, будто замерзая, поплотнее закутался в плащ и повернулся к прозрачной стене, за которой видно было помещение, в котором находился человек, носитель духа Эргралора.

Некромант недоумённо моргнул. Он только сейчас обнаружил, что парень там был не один. С ним в месте, в антимагической темнице находился старший сын Владыки — Элриссар.

— Собирайся, Ваэлл.

— Что, уже? — встрепенулся вампир, следя алыми глазами за передвижениями высокого некроманта в тёмной широкополой шляпе. — А почему мы к нему, а не он к нам?

— Потому что нашему агенту лучше лишний раз здесь не светиться, — сухо ответил некромант. — Живее, у меня нехорошее предчувствие.

— Что теперь? — хмуро поинтересовалась Эно, обернувшись к Ласу.

— А что теперь-то? — со злостью ответил Хэйтэн, глядя на то место, где совсем недавно находился Мир и незнакомый троице дроу. — Нет, вы слышали, он и тут нас опередил! Но леший меня задери, неужели это правда — то, что тёмные живут вместе со светлыми? Абсурд!

— Тебя явно интересует не то, что надо, — покосился на него Лас.

— Да? И что же меня должно интересовать? — Хэйтэн явно начал психовать.

— Нужно решить, что делать, — ответила за Ласа Эно, задумчиво глядя на поляну.

Воцарилась тишина, в которой лёгким шелестом отзывались чьи-то шаги. Лас тонко усмехнулся.

— Кто это? — нахмурился Хэйтэн.

— Эльфы… один из патрулей, видимо, — прислушалась Эно. — Почуяли всплеск магии, но не могут определить, откуда он и кто его хозяин.

— Эй-эй, ты что, используешь магию? — взвыл Хэйтэн. — Они же нас обнаружат! И вообще: почему мы их слышим, они же эльфы!

— А мы с Эно — лучшие на втором курсе, — ответил Лас, тоже прислушиваясь. — Но тебе применять магию не советую: она у тебя слишком очевидна.

— Намекаешь, что я не умею тонко работать со своей стихией? — завёлся Хэйтэн, но тут же сдался. — Но, в общем, ты прав.

— Тсссс! Лас нас прикрывает, Хэй, но лучше поостеречься, — перебила его Эно.

Шаги стихли.

— Не понял, а почему мы прячемся? Разве мы не должны всё рассказать? — внезапно опомнился воздушник. — Только что какой-то гад утащил Мира и этого дроу, притом, неизвестно куда и зачем! Чем мы можем помочь, разве…

— Если помнишь, у нас задание от СИРМП, — перебил его Лас.

— ЧТО? Вы что, всерьёз воспринимаете всю эту ерунду! — взвыл Хэйтэн.

— Задумаемся над тем, что нам известно, — предложила Эно.

— Ну… в Вечном Лесу бесчинствует некий некромант, проклявший весь остров, — напомнил Хэйтэн.

— Верно. Отсюда следует, что Мира утащил некромант! — Эно сверкнула голубыми глазами.

— Минуточку, — перебил их мозговой штурм Лас. — Быть может, вы тогда скажете, ЗАЧЕМ этому некроманту Мир? Не знаете? — его друзья покачали головой, даже не пытаясь предположить. — Тогда… помните, предыдущие случаи?

— Э?

— Тогда Мир был втянут против своей воли, — продолжил мысль Лас. — И именно благодаря ему мы сейчас живы. Кстати, теперь, когда он попал в беду, мы сможем отдать ему долг — ведь тогда мы ничем ему не отплатили, когда он нашёл моего брата.

— Ха! — Перебил его Хэйтэн. — Ещё как отпла… ой.

Эно и Лас изумлённо на него смотрели.

— Ну-ка, говори, — надвинулась на него Эно.

— Ну-у-у… мне ещё в самом начале пришлось пообещать, что мой отец даст ему пропуск в библиотеку старшекурсников.

— Да-а-а-а? Вот неугомонный! — Лас закатил глаза. — Не мог лишний год подождать. — Мне вот с Эно, например, с осени разрешено туда ходить!

— Сомневаюсь, что Миру хотелось ждать год, — задумчиво проговорила Эно.

— Ладно, вы меня перебили, — напомнил Лас. — Итак, если помните, случай с лабиринтом и случай с моим братом оказались связаны. Логично предположить, что…

— И этот некромант — знаком с теми пожирателями силы и просто хочет отомстить? — Продолжила за него Эно.

К концу фразы голос её ослаб и затих, так что последнее слово Лас и Хэй додумывали сами.

— Мы должны спасти его! — Взметнулась девушка, вскинув руку, зажатую в кулаке.

Парни скептически на неё посмотрели.

— Э… да, вы правы, — сникла она. — Мы сами-то никак себя спасти не могли. Всюду он нас вытаскивал. И тогда, в первый раз: он нашёл, как использовать пентаграмму силы, он убил мага, он защитил нас от баньши, он нашёл тот артефакт, по которому нас нашли маги ШМИ. А потом? С его помощью мы сбежали из ШМИ, пробрались к Шикрскому лесу, нашли тебя, Лас, нашли логово Зарга, нашли твоего брата, спасли его!..

— Э-э-э, — сказал Хэйтэн, впадая в прострацию. — Проклятье, такое ощущение, что он — гений. Я как-то и не смотрел на всё это с подобной точки зрения.

— Верно, он умён, — заговорил наконец Лас. — И даже очень, но…

— Ему чего-то не хватает? — Продолжил Хэйтэн.

— Силы? — Поинтересовалась Эно.

Лас поднял голову и внимательно посмотрел на друзей.

— Вы действительно так думаете?

Повисло молчание. Трое друзей молча переглядывались между собой. Вокруг буйно цвела зелень, в вышине, в кронах деревьев пели птицы.

— В конце концов, у нас задание, не так ли? — Заговорил Хэйтэн.

— Верно, а раз так, то почему бы… — подхватила Эно.

— Не убить одним выстрелом двух зайцев? — Поставил точку в обсуждении Лас.

Трое друзей встали с мягкой зелёной травы и направились в сторону поляны. Возле места, где они скрывались, шевельнулась тень. Раз! — и очертания одного из кустов начали меняться, изламываясь, трансформируясь.

— Хорошего же мнения они о моём новом знакомом, однако, — тонко усмехнулся появившийся на месте куста человек. — Похоже, здесь ловить больше нечего. Обидно: только успел чуть-чуть прощупать, а меня уже опередили. Впрочем, почему бы немного не подождать? Может, эти трое сумеют разобраться в ситуации? Как говорит Мастер, "давайте позабавимся".

— Что это значит, Нэвэри?

— Отец, — виновато произнесла Нэвэрианэ, теребя русые волосы.

Владыка взъерошил волосы на голове и устало опустился в кресло.

— Она опять не захотела приехать?

— А почему она должна первой идти навстречу? — Попыталась оправдать свою мать Нэвэрианэ и вдруг зажглась. — Ты же сам несправедливо обвинил её в измене! Ты выставил её перед всем Вечным Лесом предательницей и изменницей! Как она может вернуться, когда ты до сих пор… — столкнувшись с взглядом Владыки, девушка захлебнулась словом и замолчала.

— Но она даже не попыталась возразить, — тихо, на грани шёпота проговорил Ацирэль, опуская голову. — Что я должен был делать?

— Мог бы ей доверять! Ей, которая была с тобой с самого начала всего! — Вновь взорвалась Нэвэрианэ. — Сожалеешь? Так иди же, иди и извинись перед ней!

— Я… не могу, — выдохнул Ацирэль.

— Пап, ты Владыка? — Резко сменила тему эльфийка.

— Да, я Владыка! — Вскинул голову тот.

— О? Не похоже, — задумчиво ответила его дочь. — Владыка не может быть такой мямлей!

— Да не в этом проблема! — Успокоился начавший было подниматься Ацирель. — Я же уже пытался. Просто, когда мы оказываемся лицом к лицу, то безостановочно спорим и ругаемся. В последний раз даже до рукоприкладства дошло, — Владыка поморщился, коснувшись рукой левого уха. — А ведь я честно пытался. Но она вновь забыла о моём дне рождения!

— Всё с тобой ясно, — закатила глаза Нэвэрианэ. — Тогда и не спрашивай у меня, захотела она приехать или нет.

— Но я хотел поговорить немного о другом, — девушка насторожилась. — Этот парень, он действительно закончил только Базовый курс? — Нэвэрианэ осторожно кивнула. — Занятно, не думал, что первокурсник сможет продержаться против меня полторы минуты.

— Он — ученик Элдары.

В комнате повисла тишина.

— Я так и думал, неужели, предыдущий случай ничему её не научил?

— Он не такой.

— Что? — Владыка недоумённо посмотрел на резко возразившую ему дочь.

— Мир не такой, — упрямо повторил самый строгий к Миру учитель ШМИ.

— Вот как? А какой же? С чего ты взяла?

— Да именно так. Какой он, спрашиваешь? — Нэвэрианэ легко улыбнулась, взглянув в окно. Порыв ветра растрепал русую чёлку, в зелёных глазах мелькнуло озорство. — Невыносимый! — От этого восклицания Владыка нервно дёрнулся. — Высокомерный! Самовлюблённый! Надутый! Невозможный! Сумасшедший! И такой… такой… идиот, что просто странно, как он до сих пор ещё жив! — Тут Нэвэрианэ перевела дух, чем и воспользовался Владыка.

— Э-э-э… Нэвэри, ты что, влюбилась? — Вставил своё слово Ацирэль, потрясённо глядя на дочь.

— Ненавижу его, — высокомерно ответила та, медленно поворачиваясь к Владыке. — Хочешь знать, почему я решила, что он не такой, как Аэрк? Да потому, как раз, что Аэрк мне даже очень нравился! — Тут она вновь обернулась к окну. — Мир идёт по той же дороге, что когда-то прошёл Аэрк. Но я думаю, нет, я верю… Проклятье, я знаю: конечный пункт у них будет разный!

— Точно влюбилась, — со вздохом подписал смертный приговор Владыка.

— Да ладно тебе, лучше скажи, что твоя гордость была изрядно потрёпана, когда такой сопляк сумел продержаться против тебя полторы минуты! — Не сдалась Нэвэрианэ.

— Занятная вещичка у него на левой руке болталась, — не остался в долгу Ацирэль. — И последнюю минуту он держался на защите, которую мне было проще сжечь вместе с его разумом, чем взломать.

— Папа! Ты бы разрушил все добрые отношения с Эно!

— Поверь мне, куда было интереснее то, что он скрывал, — в зелёных глазах Владыки на мгновение сверкнуло то несметное количество лет, которое он прожил. — Моя интуиция мне говорит, что в том не было ничего запретного или угрожающего конкретно эльфам, но… По сути, это было как древняя тайна, как обломки нашей первой цитадели, покоящейся теперь на дне океана.

— Ты уверен? — голос Нэвэрианэ дрогнул. — Ничего себе, это что же такое знал Мир?

— Мир? Забавное имя. — Владыка задумался. — Не знаю, что он скрывал, но думаю, стоит попросить его добровольно всё рассказать. Кстати, он вполне мог узнать обо мне по описанию от Элдары.

— Она ничего ему не говорила.

— Тем интереснее. Прикажи найти парня и извиниться как следует. Я потом с ним поговорю. А сейчас, пожалуй, стоит поприветствовать наших гостей. Это будет очень кстати, не так ли, ваше высочество?

— Что? — Нэвэрианэ резко обернулась.

В проёме коридора зашевелилась тень, и через миг перед изумлённой эльфийкой предстал сам наследный принц и его телохранитель — Чия.

— Весьма неразумно было приводить сюда некроманта, ваше высочество, — довольно холодно проговорил Ацирэль, глядя на Чию.

Последняя осталась абсолютно равнодушной к происходящему.

— Зовите меня Кирано, Владыка, — легко улыбнулся принц, однако глаза его остались серьёзными. — И прошу: не обращайте на неё внимания, — короткий взгляд в сторону Чии. — Мои родители били наслышаны о ваших проблемах и таким… своеобразным способом позаботились о моей безопасности.

— Дело рук Мионы, — понимающе кивнул Владыка. — Но что вы стоите? Присаживайтесь, проходите, здесь всё равно никого нет, кроме моей дочери, — Ацирэль злорадно покосился на последнюю, тут же вернувшись к рассматриванию реакции принца на новость.

Но тот никак не отреагировал, удобно устраиваясь в кресле. Чия осталась стоять у окна, внимательно вглядываясь в окружающую зелень.

— Я так понимаю, вы хотите наладить отношения между нашими государствами? — Владыка потянулся к фруктом, взглядом показывая угощаться.

— В первую очередь хотелось бы помочь с вашей бедой, — начал Кирано, но был перебит.

— А потом мы — поможем вам? — Владыка хмыкнул. — Кстати, а вы знаете, что Шикр объявил вам войну?

На миг рука принца, тянущаяся за фруктами дрогнула, но только на миг.

— Нет… вероятно, это случилось совсем недавно?

— Час назад.

— Быстро вы.

— Верно, но я слыхал, у Эно великолепная разведка в Шикре… что же произошло?

— Боюсь, последние три года повлияли на мои знания в этой сфере.

— Ясно, значит, сведений по-прежнему нет.

— Владыка, вы…

— Спокойно, я всё понимаю, — произнес тот, а принц внимательно посмотрел в глаза тысячелетнему эльфу. Прошла минута. — Ну что ж, хорошо. — Владыка поднялся с места, Кирано за ним. — Вы оказываете посильную помощь в поимке некроманта, мы же предоставляем свою посильную помощь в войне с Шикром. Но предупреждаю сразу: на прямое участие в сражениях не рассчитывайте.

— Я и не рассчитывал, — улыбнулся краешком губ принц. — Но предупреждаю сразу: со мной только двое достаточно классифицированных мага.

— Имеете ввиду эту некромантку и Нэвэрианэ? Хм, что ж, ради дела, я разрешу пользоваться некромантией, Нэвэрианэ тоже неплохо справится. Но отчего вы так низко оценили остальных? Я встречался с ними: уровень их силы впечатляет.

— Силы. Но не знаний.

— Думаю, этот недостаток полностью компенсирует Мир.

— Мир? — дёрнулся Кирано.

— Именно. Вы что-то имеете против?

— Имею ли я что-нибудь против этого невыносимого, высокомерного, самовлюблённого типа?

— Странно, Нэвэрианэ точно так же о нём отзывалась, — задумчиво перебил Кирано Ацирэль.

Посмотрел на принца, на Нэвэрианэ, и вдруг искренне и совершенно открыто улыбнулся и протянул руку. Наследный принц хмыкнул в ответ и протянул руку в ответ.

— Ну вот и…

— Ваше высочество, засекла! — Резко перебила самого Владыку Чия, метнувшись от одного окна к другому. — Это некромантия, я чувствую!

— Проклятье, как же вовремя! — Рыкнул Владыка. — Веди!

Я в который раз попытался установить порядок в своей бедной голове. Некромант бесновался и время от времени выдвигал передо мной очередные воспоминания, после которых я узнавал очередное жуткое и отнюдь не радующее меня заклинание. Напротив от меня, в углу, неподвижно сидел дроу. Иногда в сумраке сверкали его алые глаза.

— Можно вопрос? — мурлыкнул он какое-то время спустя, а я поёжился: из головы не выходил ответ Владыки на вопрос Хэйтэна.

— Можно, но только вопрос на вопрос, — равнодушно по мере возможностей ответил я.

— Кто ты такой?

— Ученик первого курса ШМИ.

— Что-то не верится.

— Почему же?

— Ты продержался против Владыки столько времени…

— Недоразумение. Теперь мой вопрос. Кто ТЫ такой?

— Я… — начал было дроу, но дверь, до этого искусно замаскированная в стене, резко отошла в сторону и на пороге возник…

— Не дёргайтесь, ребята, — усмехнулся краешком губ вампир, показывая клык.

Я с любопытством его рассматривал. Некромант затих на задворках моего сознания, забившись куда-то, как перепуганный заяц. В проёме двери стоял самый настоящий вампир. И слабый свет от кристаллов ничуть не мешал его рассмотреть. Лиловые волосы, заплетённые в косу и нагло достигающие колен. Эльфийские глаза с алой радужкой, аристократический нос, тонкие губы, узкое лицо и бледная-бледная кожа. Я наклонил голову набок, рассматривая высокую гибкую фигуру, закутанную в чёрный плащ.

— Как интересно. Я думал, вы вымерли, — придержать язык я не успел, и по тому, как на меня вылупились оба находящиеся в комнате, — вампир и дроу — я понял, что совершил третью роковую ошибку.

— Эй, Ваэлл, чего застрял, вытаскивай его, — раздался за спиной вампира незнакомый голос, в котором проскальзывала лёгкая хрипотца.

— Он не один, — ответил Ваэлл, переводя ещё сверкающий интересом взгляд на Рисса.

— Да, там ещё старший сын Владыки, оставь его Ворку, я уже распорядился на его счёт.

Я моргнул, осознавая услышанное, перевёл расширившиеся глаза на дроу. Тот грустно улыбнулся, извиняюще пожав плечами. А в следующий миг на меня опустилась тьма.

— Ну и зачем было его бить, Ваэлл? — угрюмо поинтересовался очередной гость, заглядывая в комнату с кристаллами.

Элриссар напряжённо наблюдал за вампиром, взваливающим себе на плечо находящегося без сознания Мира.

— Думай, что хочешь, Юис, но на твоём бы месте, я не поворачивался спиной к этому парнишке.

— Не дури, Ваэлл, он же сопляк, — поморщился некромант, стаскивая с головы шляпу.

В свете кристаллов мелькнули растрёпанные светлые пряди. Окинув внимательными синими глазами комнату, некромант улыбнулся, отчего тонкий белый шрам, пересекающий уголок рта и уходящий за ухо, причудливо изогнулся. Вампир выпрямился во весь рост, не выпуская из виду продолжающего спокойно сидеть на полу дроу.

— Этот сопляк теперь имеет доступ ко всем знаниям Эргралора, Юис. Окажись он вне этой комнаты в сознании — и справиться с ним было бы уже гораздо сложнее, — спокойно отозвался он, продвигаясь к выходу.

— Ещё добавь ко всему прочему знания, которые не мог иметь даже Эргралор, вампир, — догнал его у самого порога мурлыкающий голос Элриссара.

Дроу и сам не мог понять, отчего это он решил влезть в чужой разговор, да ещё и на такую тему. Но отчего-то он чувствовал жуткую потребность в этом. В общем, как позже признался сам себе принц, ему просто не хотелось оставаться в этой комнате одному.

Вампир медленно переступил порог и обернулся к тёмному эльфу.

— С этим мы как-нибудь разберёмся, — он открыто улыбнулся, показывая клыки. — А ты… в общем, желаю повеселиться.

— Идём, Ваэлл, — оборвал его Юис, после чего дверь снова захлопнулась.

Дроу попытался прожечь взглядом дыру в стене, но не преуспел. Ему было жуть как любопытно, как связаны Эргралор и Мир, почему последний получил доступ к его знаниям, и вообще, что творится вокруг. Насколько он помнил, Эргралор возглавил восстание некромантов несколько столетий назад, после чего, когда его старания увенчались успехом, пропал вместе со всем своим войском прямо во дворце королевства Эно.

Но он знал точно одно: если через Мира эти некроманты получат те знания, что имел Эргралор… Их острову точно конец.

— Сидишь? — Раздался в комнате скрипуче-насмешливый голос.

От неожиданности сердце принца болезненно сжалось, но виду он не подал, продолжая спокойно смотреть в стену напротив.

— Ну-ну, сиди дальше. Но что-то меня от твоей самоуверенной рожи воротит. Так что, думаю, должен тебя предупредить заранее: помнишь текст проклятия, выжженного в вашей роще? — Элриссар внутренне напрягся. — Так вот, с твоей помощью я завершу его, — некромант злобно расхохотался, его скрипучий, ржавый смех врезался в мозг дроу, заставляя морщиться.

Отзвучал последний смешок, наступила тишина, а Рисс всё продолжал напряжённо размышлять. Что некромант имел в виду? Причём здесь проклятье, с какой такой помощью? Мысль, пришедшая ему мгновением позже, была подобна удару молота.

Как сказал тот парень? Проклятье не было закончено, ведь там не было написано, чьей смертью будет осквернён этот остров. Дроу тонко усмехнулся, запрокидывая голову и опираясь на стену.

— Интересно, и что же мне теперь делать?

Хэйтэн поднялся с колен, отряхивая с себя кучу грязи и клочки паутины. Эно, стоящая радом с ним, оглушительно чихнула.

— Тсс!.. — Лас схватил её за руку.

— Что это было? — сердито пыхтя, прошептал Хэйтэн. — Какого чёрта мы здесь оказались? Ведь только что мы тихо-мирно бродили по той самой поляне!

— Успокойся и говори потише, мне не известно, где мы, — хмуро ответил ему Лас, прислушиваясь к гробовой тишине окружающей их.

— Хорошо, зададим вопрос по-другому, — поддержала Хэйтэна Эно. — КАК мы здесь оказались?

— Я проследил путь и состряпал то же заклинание, ошибившись на пару метров, — рассеянно ответил Лас, на ощупь пробираясь в угол полутёмного помещения, освещаемого слабым огоньком Хэйтэна.

Нащупав угол, парень удовлетворённо кивнул и двинулся по периметру комнаты. Затем резко остановился, удивлённый наступившей позади него тишиной, и обернулся.

— Лас, — тихо проговорил Хэйтэн. — А теперь объясни нормально.

Элиас сжал ладонями виски и сполз по стене на пол, лихорадочно размышляя над ответом.

— Ребята, сейчас не время.

— А по-моему, потом будет поздно, — глядя в потолок, перебила его Эноллаира.

— Эно!

— Что? Разве я не права?

— И ты туда же!.. Ладно, — тут Элиас под напором укоризненных взглядов сдался. — В общем, то, что вы видели на поляне, перед тем, как исчез Мир и тот дроу — некромантия.

— Это мы уже поняли, — ядовито вставил Хэйтэн.

— Не перебивай, — жёстко оборвал его Лас. — Конкретно — какое-то пространственное заклинание, — тут он вздохнул и принялся за рассказ. — В общем, после того случая с моим братом я всерьёз задумался над пространственной магией. Можно, конечно, было дождаться начала третьего курса и получить доступ в библиотеку, но мне не захотелось ждать даже несколько месяцев, и я обратился к… одной моей знакомой, — тут Лас перевёл дыхание, чуть помолчав. — В общем, она — некромантка. — Его друзья тихо охнули. — Так что думайте, что хотите.

Он опустил голову, скрывая глаза за чёрными прядями волос.

— А по-моему, это даже хорошо, — проговорил Хэйтэн, косясь на девушку.

Эно продолжала хмуро смотреть на Ласа.

— Может, и хорошо, но, как ни суди, некромантия — это такое же направление в магии, как алхимия, стихии или провидение, — тут она опустила глаза. — Лас, получается, у тебя предрасположенность и к алхимии, и к некромантии? — Парень продолжал молчать. — Лас, — голос девушки стал ещё тише. — А что если об этом узнают?

Элиас издал горький смешок.

— Ничего не будет, Эно, ни-че-го. Я же принц. Понимаешь?

Наступила тишина, в которой чих Хэйтэна прозвучал оглушительно.

— Знаете что, мне всё равно, что там у тебя с некромантией, — повысил голос Хэйтэн. — Но если мы немедленно отсюда не выберемся, я разнесу здесь всё к лешему. У меня вообще, после предыдущих случаев к помещениям без окон резко отрицательное отношение! А если мы выйдем за дверь и обнаружим за ней лабиринт…

Троица переглянулась и невольно фыркнула. Хэйтэн кивнул самому себе, и огонёк, до этого слабо мерцавший, разросся до размеров огненного шара. Прошла минута, другая… Трое учеников ШМИ в немом ужасе созерцали небольшую каменную залу с неровным потолком и полом, с углами заросшими пылью и паутиной. И не имеющую ни одного намёка на выход.

— Владыка? — осторожно поинтересовалась лучница, впрочем, не решаясь приблизиться.

Рыжий эльф стоял посреди поляны, опустив голову. Вокруг рассыпался отряд лучников во главе с той самой эльфийкой, что встретила гостей человеческого королевства.

— Без сомнений, это был Элиас, — повторила Чия, почерневшим взглядом обводя поляну. — Похоже, мы упустили из виду то, что он сын её величества. Что прикажете делать, ваше высочество?

Кирано отрешённым взором глянул на неё.

— Что он сделал? — хрипло поинтересовался.

— Довольно топорная работа, — недовольно ответила Чия, убирая прядь светлых волос за ухо. — В общем целом, он проследил путь принудительной телепортации и на скорую руку состряпал цепь, с помощью которой их выдернуло куда-то в тот район, куда была направлена принудительная телепортация.

— Но зачем? — растерянно воскликнул принц, взъерошивая чёлку. — Какого лешего?

— Полагаю, он и его друзья хотели спасти того парнишку, — разнёсся над поляной мелодичный голос.

Все резко обернулись и в удивлении уставились на юную эльфийскую девушку, сидящую на краю поляны прямо на траве. Девушка скользнула бесцветным взглядом по собравшимся вокруг и задумчиво прикусила травинку.

— Какого парнишку? — подозрительно осведомилась Нэвэрианэ.

— Как его там… Мир? — и девушка беззаботно усмехнулась.

— Дух? — смутно начиная подозревать неладное вскинул голову Ацирэль. — Что случилось? Ты же давненько не показываешься! Что происходит?

— Ничего, Владыка, чего бы ты не знал, — пожал плечами Дух Вечного Леса, но, видя непреклонное выражение на лице Владыки, сдался. — Всего лишь продолжение проклятия, Владыка. Не знаю, с какого перепугу, но твой сын не захотел оставлять беднягу Мира одного и нырнул вслед за ним. А потом и эти трое туда отправились. Только и всего.

— Ничего не понимаю. Зачем некроманту Мир? И какого лешего Элриссар прыгнул за ним? — Нэвэрианэ схватилась за голову.

— Мне это тоже очень интересно, — бесцветным голосом проговорил Владыка. Затем напряжённо поинтересовался. — Итак, Дух, ты знаешь, где они?

— Они там, куда не распространяется моя власть, Владыка.

— Проклятье, — рыкнул Ацирэль и устремился прочь, в сторону главного дворца.

Дух внимательно посмотрел на остальных.

— Не хочу вас огорчать, но всё, что вам остаётся — это положиться на ту троицу, что нырнула следом.

— Чия, ты можешь сделать то же, что и Лас? — вскинулся Кирано.

— Говорю же: топорная робота. Теперь там даже Мастер не разберётся, что к чему.

— И всё-таки, зачем некроманту Мир? — снова повторила Нэвэрианэ.

— Те трое думали, что это месть, — улыбнулся дух.

— Месть? — напрягся Кирано.

— Да, месть за твоё освобождение.

Последнее слово ещё не затихло, когда Дух растворился в воздухе. Кирано продолжал сверлить пустое место нехорошим взглядом.

— Чия.

— Да?

— Не хочу на тебя давить, но дома никто не должен знать об этом.

— Что-о-о?

— Я всё сказал. Хочешь возразить? — прищурившись, принц глянул на девушку так, что та подавилась следующей фразой.

— Как хотите, но Элдара точно должна знать! — И Нэвэрианэ сорвалась с места.

Открыл глаза я во вполне привычном месте — темнице. Я смотрел в тёмный потолок над собой и с какой-то особой яростью размышлял над тем, что жизни не хватает разнообразия. Темницы, камеры, подземелья! Почему нельзя устроить своё логово в воздушном замке или зелёном процветающем садике? Что за банальщина, скажите мне?

Итак, чувство ярости внутри нарастало с каждой пришедшей в голову мыслью. И тут до меня дошло: ярость растёт, но ничего не происходит. Интересно.

Я попытался подняться и не преуспел. Что-то мешало. Что-то такое очень нехорошее. Я дёрнулся, пытаясь осознать, что же это и, не сдержавшись, застонал от пронзившей меня боли. До сознания начала доходить ситуация: тёмная поверхность перед моими глазами — не потолок, а пол, а руки мои довольно жёстко вывернуты назад и прикреплены к стене под неестественным углом. И довольно давно: поскольку успели затечь до полной нечувствительности…

— Сирены, — прошептал я и вслушался в собственный шёпот.

Тишина. Темнота подкрадывается к глазам, тело практически не ощущается, ни звука, ни шелеста, бессмысленная темнота без единого проблеска. Пустота, одиночество. Чьё-то дыхание. Моё. И ничего больше.

— Нехорошо. Очень нехорошо, — проговорил я, пытаясь разрушить эту давящую тишину.

Никто мне не ответил, естественно. Паника злорадно оскалилась и яростно вцепилась в сердце, раздирая его ледяными когтями. Я облизнул пересохшие губы и внимательно прислушался ещё раз. Ничего.

— Я подожду. В конце концов, это должно когда-нибудь кончиться. Когда-нибудь.

Кажется, я заснул. Или потерял сознание, не знаю. В голове вертелись бредовые мысли, накатывала апатия и какое-то одинокое чувство. Злорадство? Но оно было слишком слабо, чтобы чётко определить.

В какой-то миг я открыл глаза и снова уставился в темноту. Нет, не в темноту — теперь я видел отчётливее. Медленно поднял голову и осмотрелся.

— День добрый, — хрипло проговорил висящему на противоположной стене пожелтевшему костяку.

Попытался выпрямиться, обозрел потолок и хрипло расхохотался. Закашлялся, облизнул пересохшие губы. И из последних сил рванулся, дёрнулся в диком припадке ярости. И ещё, и ещё раз, и ещё! Боль уже не имела значения, звенели невидимые мной цепи, звенело в ушах, темнело перед глазами. Но я не останавливался, выламывая себе руки снова, и снова, не чувствуя, как сталь врезается в запястья, как горячая кровь течёт по коже.

Не помню, когда остановился. Не знаю, сколько времени смотрел в пол, не мигая, не двигая зрачками. Магическая сила не чувствовалось совсем, и это было странно. Даже скорее страшно.

Мыслей не было никаких. Я смотрел в пол и видел: мне не за что зацепиться в этой жизни. У меня нет надежд, которые вернули бы мне жажду жить, которые вернули бы мне разум. Наверное, я смеялся — мышцы лица я не чувствовал, а слух отказал мне. Я думал над тем, как изменилась бы ситуация, имей я что-нибудь… что люблю. То, что нужно мне больше самой моей жизни. То, за что стоит бороться, что принесёт счастье и радость.

Я моргнул, и поднял голову, словно бы очнувшись. Недавние припадки безумия казались диким сном, абсурдом, не могущим быть в реальности. Но я старался не вспоминать об этом: в голове прочно засела одна интересная мысль.

Да, у меня нет того, что заставляло бы меня жить, что в трудные минуты предстаёт перед остальными как свет во тьме, как путеводная нить. Но что стоит мне жить ради того, чтобы найти это "что-то"? Как-то отрешённо я почувствовал, как губы растягиваются в блаженной усмешке. Словно гора тяжести рухнула с плеч, словно камень, тянущий ко дну, оказался сорван с шеи. Я почувствовал, что хочу жить, хочу видеть свет, хочу совершать то, что хочу, пройти свой путь до конца так, как смогу. Глядя в небо и улыбаясь даже тогда, когда за спиной вздымается чёрное пламя, когда впереди — мрак и неизвестность, когда рядом — никого, кто даст подсказку, протянет руку или просто добродушно посмеётся над моей глупостью.

— И для того, чтобы пройти этот путь до конца, я готов ждать сколько угодно, — прошептал я, закрывая глаза и проваливаясь в самый настоящий сон.

— Зачем было его туда запихивать? — недовольно вопросил Ваэлл, внимательно рассматривая лезвие своего клинка.

Юис смахнул невидимую пылинку с шляпы.

— Затем, дорогой мой, что Эргралор, когда мы будем вытаскивать его из сознания этого парнишки, вовсю будет пользоваться его ментальной мощью и силой духа. А мне лишняя морока не нужна. Так что, "Комната страха" более чем подходящее место для этого человека. Там его воля будет сломлена, и никаких проблем с изъятием духа Эргралора не будет.

— Ты уверен? Он там уже три часа. Иные и за час от страха окочуривались: не боишься, что и он…

— Тогда всё ещё проще, — Юис тонко усмехнулся. — Эргралор просто получит полную власть над телом этого парня, когда его собственный дух упорхнёт в далёкие края.

— Тогда не проще ли было его просто прикончить? — вампир всё так же не сдавался.

— Для того чтобы другой дух смог занять чужое тело, нужно несколько условий. И одно из них — душа должна сама расстаться со своим телом.

— А если…

— Послушай, Ваэлл, чем ты недоволен? — некромант поднялся с кресла, стоящего у камина и внимательно посмотрел на лилововолосого. — Помни: Мастер прислал тебя мне на службу, так служи и не задавай лишних вопросов!.. — вампир примиряюще склонил голову. — То-то же. А теперь пора заняться Эргралором. Думаю, паренёк уже спёкся, — по губам Юиса пробежала злорадная усмешка, причудливо изогнув шрам по всему лицу.

Ваэлл неслышно прошёл по коридору к нужной двери. Нашёл невидимый замок и распахнул дверь внутрь. Там было темно, но вампир не нуждался в свете — его глаза были приспособлены как к любому освещению, так и к его полному отсутствию.

— Держу пари: парень мёртв, и Эргралор вот уже два часа — полновластный владелец этого тела. Вот что интересно: о душевном состоянии Эргралора мы как-то не подумали.

Тут он оборвал себя и шагнул через порог, внутренне напрягшись. Но ничего не произошло: как и сказал Юис, защита, которую он поставил на вампира, превосходно сработала. Ваэлл подошёл к прикованному к стене парню и протянул было руку, чтобы открыть кандалы, но невольно вздрогнул, отшатнувшись. Здесь часто бывали гости, в этой "комнате страха". И все они, так или иначе, пытались освободиться, увидев и почувствовав свои самые жуткие страхи.

Но никогда и никто из них не заходил так далеко в своём стремлении освободиться.

— Хотел бы я знать, что же так напугало тебя, — пробормотал он, освобождая парня.

Тот безвольной тушкой рухнул на пол, не издав ни звука. Немного подумав, вампир схватил его за шиворот и волоком вытащил из жуткой комнаты. Проволок по коридору, достиг комнаты, где находился Юис, втащил на диван.

— Живой? — безразлично поинтересовался некромант.

— Не знаю, — пожал плечами вампир.

И тут пленник открыл глаза.

— А теперь, господа, не соблаговолите ли вы наконец объяснить мне: какого лешего я вам сдался?..

— Эр… Эргралор? — хрипло переспросил Юис, не глядя опускаясь в кресло.

— Что? Не знаю никакого Эр… гра… ну, вы поняли, — парень обезоруживающе улыбнулся.

— Но ты же был в комнате страха, — слабым голосом возразил вампир, опускаясь в другое кресло.

— А, ну да, был. Жу-у-уткое местечко, — парень передёрнул плечами. — Уй! Шшш… Что же больно так? — Он уставился на свои руки и недоумённо моргнул. — Кажется, что-то припоминаю.

Тут он смертельно побледнел и поднял глаза на вампира. Пошевелил губами, затем тряхнул головой, убирая падающие на глаза пепельные пряди. С лица его исчезло выражение всяких чувств, взгляд стал высокомерно-равнодушным.

— Так вот оно что. Комната страха? Да у вас, господа, странные наклонности. Может, сначала объясните, что вам надо? — Он поднял правую руку, посмотрел, как дико дрожат пальцы, поморщился.

И, резко ухватившись за левое плечо, вставил сустав обратно. Прозвучал жуткий хруст, на миг лицо парня перекосило, но только на миг: на него тут же вернулась каменная непреклонность, от которой зачесались кулаки и покоробило гордость присутствующих.

А парень, как ни в чём не бывало, покопался в карманах, выудил мелок и накарябал на небольшом деревянном столике какие-то руны. Та засветилась силой, некромант и вампир дёрнулись вперёд. Естественно, вампир оказался быстрее: одно движение рукой — и парень вновь оказался в беспамятстве.

— Что там? — обернулся Ваэлл к Юису, внимательно рассматривающему руну на столе.

— Руны исцеления, — всё ещё растерянно отозвался тот.

Вампир перевёл взгляд на парня и недоумённо моргнул: руки того были снова целы и невредимы.

— И что теперь?

— Что, что. Следовало бы, конечно, обратно запихать его туда.

— Бесполезно.

— Почему? — Юис удивлённо обернулся.

— Теперь он знает, в чём суть. И будет знать, что это — не реальность, а значит, всё действие комнаты пропадёт впустую.

— Не скажи. Многие тоже знали, но…

— Он — не многие, — хладнокровно возразил вампир.

— Весьма лестное мнение обо мне. А нельзя ли всё-таки перестать меня бить и изложить свои требования?

"Тьма забери, какой же он зануда!.." — уныло подумал Ваэлл, чувствуя, что с этого момента в окружающем мире что-то неуловимо, но непреклонно стало меняться.

Вот только, в какую сторону?

Элдара сделала несколько шагов по тёплому и такому родному полу одного из переходов малого дворца. Остановилась, затуманенным взором окидывая окружающий пейзаж.

— Так ты всё-таки вспомнила! — Раздался возглас со стороны, и она резко обернулась.

— Аци? — Неуверенно переспросила она, и тут же отшатнулась назад — так внезапно оказался рядом с ней рыжий эльф.

— Ты всё-таки вспомнила, вспомнила!

— О чём? — Осторожно переспросила дроу, подозрительно глядя на не в меру счастливого Владыку.

Ацирэль моргнул, отступил на шаг назад.

— Понятно, — грустно улыбнулся. Затем выпрямился и холодно глянул в глаза своей супруге. — Хийёрэлдари Лаонэйя Аанмишкхар, Владычица Вечного Леса, моя ценнейшая супруга, не затруднитесь ли вы сообщить мне цель вашего визита на этот гостеприимный остров, столь редко посещаемый вами? — Изящный поклон полный вежливости. — Право слово, я уже потерял надежду увидеть вас здесь когда-либо.

— Пресветлый Владыка Вечного Леса, Ацирэль Лаонэйя Аанмишкхар, со всем почтением спешу вам сообщить, что причина моего появления здесь — пропажа моего сына и моего ученика, — не осталась в долгу Элдара.

— Ах ученика-а-а, — сбился с официоза Владыка. — Ах во-о-от оно в чём дело.

— Аци! Ты опять за старое!

— Я за старое? Это я несколько лет избегаю встречи, а потом по столь жалкой причине совершаю странный во всех смыслах поступок? Это я делаю вид, что никаким боком не отношусь к эльфам, это я забываю о дне рождения своей дражайшей половины души, это я делаю вид, что это происходит совершенно случайно? Это я тайком, через чёрный ход, пробираюсь в малый дворец за каким-то лешим? Это я стою перед тобой с непонимающей миной и даже не думаю оправдываться?

— Вот именно! Оправдываться должна не я, а ты! — Выдернув самое важное из горячего монолога собственного мужа, взвилась в свою очередь Элдара. — Да как ты мог обвинить меня в измене! Как мог мне не доверять! Приревновать к моему ученику! Заподозрить в сговоре с Мастером! И ты ещё хочешь, чтобы я оправдывалась? И твой день рождения я забыла не специально!

— Хочешь сказать, что все эти несколько столетий ты забывала о моём дне рождении ПРОСТО ТАК? — нашёл зацепку в претензиях супруги Владыка. — И вообще, могла бы хоть немного возразить, когда я приревновал тебя к Аэрку! Ты хоть понимаешь, как со стороны выглядишь? Тогда ты до последнего защищала его, отрицая сговорённость Аэрка и Мастера, до самого последнего! А сейчас, чуть что, сломя голову несёшься на спасение этого твоего Мира!

— И на спасение Рисса тоже!

— Ха, так я тебе и поверил!..

— Ты никогда мне не доверял!..

"Ну вот, опять они ругаются, — уныло подумал Аэрк, прислушиваясь, к страннейшему во всех смыслах диалогу. — Непередаваемая парочка. И главное — из-за такого пустяка… Определённо, их отношения изменятся только тогда, когда весь остальной мир рухнет во тьму. И то, только в том случае, если он рухнет не по вине одного из этой парочки. Иначе…"

Лиана, которой притворялся бывший ученик Элдары, располагалась буквально в паре шагов от спорящей замужней парочки — где-то над их головами, на одной из ветвей исполинского дерева. И все возгласы и претензии были прекрасно слышимы верным слугой Мастера. Пожалуй, будь у него сейчас рот, он бы злорадно усмехнулся. Тогда, много лет назад, он так и не сумел перетянуть Элдару на сторону Мастера, не смог сделать её своей. Но определённого успеха он достиг: между Элдарой и Ацирэлем навсегда воцарилось недоверие. И преодолеть его эти эльфы уже никогда не смогут.

— Ты никогда мне не доверял!

— Доверял! Я тебе всегда доверял, пока ты не связалась с этим прихвостнем Мастера!

— Ты так легко потерял своё доверие, как будто его и не было никогда!

— Легко? — Голос Владыки внезапно снизился до шёпота. — Что ты говоришь, Эл, неужели ты действительно думаешь, что это было легко? — Он опустил голову и стащил с головы венец, одним движением бросив его под ноги изумлённой Элдаре. Постоял так немного, а затем рухнул на колени. — Эл, я… даже тогда, когда я говорил тебе в лицо обвинение в измене, я верил тебе. Но я хотел, чтобы ты сама сказала, что никогда не предашь меня. Мы всегда понимали друг друга без слов. Мы всегда верили друг другу без сомнений и сожалений. Но тогда… моя вера действительно поколебалась. Но не в тебя, Эл. Я не верил, что ты перешла на сторону Мастера — я даже представить подобного не мог. Но я подумал… быть может, ты… разлюбила меня?.. В тот день мне нужно было, чтобы ты сказала мне правду, чтобы ты вернула мне веру в себя, в нашу любовь. Но ты промолчала, Эл. Ты просто ушла. — Ацирэль замолчал, продолжая неподвижно стоять на коленях. — И я решил…

У ног Элдары, слабо поблёскивая в лучах закатного солнца, пробившегося сквозь густую зелёную листву, лежал венец. Воцарилась странная, непонятная тишина, казалось, даже неугомонные птицы — и те смолкли. Лишь лёгкий шелест листьев на ветру напоминал о существовании окружающего мира.

На изящном переплетении ветвей, образующих переход от одной части малого дворца до другой, стояли светлый эльф и тёмная эльфийка. Эльф был коленопреклоннен, голова его была опущена, рыжие волосы, не сдерживаемые ничем, легко шевелились на слабом ветру. Прямо перед эльфом стояла эльфийка. Гибкая, изящная тёмная фигура, неподвижная, словно выточенная из древесины, развевающиеся без всякого ветра длинные белые волосы, заплетённые во множество косичек. Янтарные, полные боли глаза, направленные на коленопреклонного эльфа.

"Не нравится мне всё это", — только и успел подумать Аэрк, когда Элдара рухнула рядом с Ацирэлем и осторожно, словно чего-то боясь, обняла его.

— Аци, у меня к тебе вопрос?..

— Да? — Выдохнул рыжий.

— Какого демона, ты, придурок, не сказал мне этого раньше?!

— А когда бы я успел? Ты постоянно начинала скандал, после чего было невозможно даже слово нормального сказать!

— Я начинала? Ах это Я начинала все наши скандалы? Да я… да я тебе сейчас все уши поотрываю, Владыка недоделанный!

— Уши Владыки неприкосновенны! — Эльф резко подорвался с места, увернулся от руки Элдары и помчался прочь.

— А ну стой, трус! — Элдара поспешила следом, скрывшись внутри дворца. Однако до затаившегося на ветви дерева Аэрка всё же донеслось: — И это — тысячелетний эльф? Мир и то повзрослее будет.

Когда всё стихло, на месте лианы возник человек. Чёрные волосы, бледное лицо, чёрные, без единого намёка на чувства глаза. Жёсткий рот, тяжёлый подбородок и немного кривой нос. Он задумчиво смотрел вниз, на то место, где только что разрушилось то, чего он добивался несколько лет. Впрочем, то, чего он достиг, длилось довольно долго. Ситуация просто должна была либо ухудшиться, либо улучшиться. Для кого как, естественно.

Кожу на груди обожгло. Аэрк недовольно поморщился, но послушно извлёк из-за пазухи амулет связи.

— Как дела? — о да, этот голос ни с чьим не спутаешь. Всезнающий, чуточку насмешливый, чуточку понимающий голос Мастера. — Как знакомство прошло?

— Никак. Я с ним ещё не наигрался.

— Ясно, — Мастер помолчал. — Но будь осторожен: этот парень угробил два моих наилучших проекта. Естественно, мой главный план не потерпел неудачи, всё идёт, как и задумано, но тебе ещё рано меня покидать. У меня есть задание.

— Почему вы так уверены, что он меня победит? — Недовольно перебил его Аэрк.

— Я вовсе не сказал, что он тебя победит. Просто это возможно. Кстати, как там у него сейчас дела?

— Никак, он вляпался в большую яму, и вряд ли оттуда выберется. Я даже не успел поразвлечься, как его уже загребли.

— Загребли? — Лёгкое недоумение. — Кто?

— Некроманты, кто же ещё.

— Стоп, откуда в Эно некроманты?

— Мы в Вечном Лесу, Мастер, — лёгкая укоризна. — Я думал, вы куда осведомлённее.

— Что-о-о? В Вечном Лесу? У эльфов?

— Ну да, а что?

— Нет, ничего, — задумчивое. — Похоже, я немного увлёкся двумя другими проектами и забыл про этот. Мда, жаль, такая игрушка сломалась!

— Мастер, вы о чём? — Подозрительное.

— Неважно, — собранный и холодный ответ. — Я так понял, Мира ты потерял из виду?

— Откуда вы его имя…

— В общем, так, забудь пока о нём, у тебя будет новое задание. Не знаешь, как там у эльфов с некромантами, дело продвигается?

— У некромантов — да, — Аэрк усмехнулся. — Наследник эльфийского трона пропал. Но — тут он сделал многозначительную паузу, — в Лес вернулась Элдара, а старший сын Раэннола во всю настроен помочь эльфам выловить того, кто причиняет неприятности их союзникам.

— Союзникам? — В голосе Мастера послышалась насмешка. — Думаю, их доверие к эльфам можно легко поколебать. В этом Лесу есть некий род тёмных эльфов, Аширонэ. Так вот твоё задание: найди Ниархарру Аширонэ. Когда-то она неплохо послужила мне. Сделай так, чтобы об этом узнали. Не разочаруй меня, Аэрк. Один раз ты это уже сделал, помнишь?

Амулет связи погас. Аэрк бросил его за пазуху и зло глянул вниз.

— Ещё бы мне не помнить. Но я ещё не закончил. Элдара будет моей. Я это сделаю.

Миг — и с места, где только что находился черноволосый человек, срывается небольшая, серая птичка. Пара взмахов крыльями — и она скрывается среди листвы.

— Интересные дела творятся, — Дух Леса внимательно проводил птицу взглядом своих бесцветных глаз. — Пойти, что ли, рассказать всё Владыке?

Он сделал движение в сторону дворца…

Казалось, мир вокруг в одночасье содрогнулся. Закат из золотисто-тёплого превратился кроваво-алый. Лучи, ранее нежно, а теперь яростно паляще пронзали листву Вечного Леса. Сами листья, недавно изумрудно-сверкающие, темнели. Всюду змеились бездонно чёрные тени, реальность искажалась. Казалось, стонала сама земля, из глубин которой вырывалась чудовищная боль, от которой мир просто сходил с ума. Небо над головами шло красно-чёрными кругами, искажаясь и выгибаясь. А затем пошёл дождь, и на разом посеревшие, безжизненные листья упали кровавые капли.

Так началась агония Вечного Леса, приостановленная невероятными усилиями Духа. Но это всё, на что его хватило. Сил куда-либо идти и что-то говорить кому-то не оставалось совсем. Всё, что волновало сейчас прожившего Вечность духа — это невероятно тяжёлое небо над головой, готовое упасть в любую минуту. И только он был способен удерживать его от падения. Не важно, сколько это будет длиться.

Однако уже сейчас дух понял, что вот она, настоящая Вечность. Это — то время, которое он удерживает это проклятое небо над всем островом. Вечность была в прошлом. Вечность была в настоящем.

Но он чувствовал, как силы ускользают прочь, и совсем недавно казавшаяся и впереди Вечность оскалилась бездонным провалом небытия.

Он неподвижно лежал посреди пентаграммы и со смешанными чувствами прислушивался к собственным ощущениям. Не помнил, как оказался здесь, знал лишь только одно: казалось, ещё совсем недавно он равнодушно сверлил кристаллическую стену безразличным взглядом — и вот он уже посреди этой зловещей пентаграммы, светящейся чёрным, ужасающим светом и веющей могильным холодом.

Впрочем, этот холод не шёл ни в какое сравнение с холодом, распространяющимся дюйм за дюймом от кистей рук. Сил повернуть голову не было, чтобы хотя бы просто глянуть — что с ними. Накатывало безразличие и ощущение облегчения. Всё кончено, скоро всё исчезнет.

Что было в его жизни такого, чего бы ему хотелось оставить? Нет ничего, что заставило бы его повернуть назад. Смерть — ведь это так легко. Что было в его жизни хорошего? Лес, за пределы которого он никогда не выходил, отец, пытающийся казаться безразличным и медленно сходящий с ума без матери. Мать, изредка появляющаяся на горизонте, смотрящая на него своими равнодушными всезнающими глазами и уходящая всё дальше и дальше. Друзья, искусно скрывающие, что в первую очередь он для них — будущий Владыка. Лес, Дух которого никогда не появится перед ним, не достойным такого почёта. Вечная молодость, практически бессмертие, — жить, пока не убьют — которые дарят невыносимую скуку, непонятно как преодолённую его родителями, прожившими тысячелетие.

Перед затуманенным взором мелькнули тёмные круги. Нет, что-то другое. Русые волосы, заплетённые в толстую косу до пояса, смеющиеся, совсем по-человечески наглые глаза, неповторимое пламя на дне их.

— Сестрёнка, — почти не ощущающиеся губы растягиваются в тонкой усмешке. — Нэвэри… уж ты бы никогда не сдалась.

Движение из последних сил — повернуть голову вправо! И вот уже несколько минут Элриссар со всё возрастающим ужасом созерцал то, что питало силы пентаграммы всё это время. Кровь. Его кровь, уже слабо вырывающаяся из порезанных запястий и послушно выплетающая узор всей пентаграммы. В глазах нестерпимо засвербело от боли, не выдержав, дроу попытался моргнуть. Открыть глаза вновь ему уже не удалось.

— Что происходит? — глухо потребовала объяснений Элдара у замеревшего у окна Ацирэля.

Тот всё не мог оторваться от зрелища того, во что превратился его Лес.

— Владыка, — в кабинет ворвался среброволосый эльф. — Проклятье, выжженное на земле изменилось! Там добавилось имя, чьей смертью будет осквернён наш остров.

— Элриссар, не так ли? — Бесцветным голосом произнёс Ацирэль, не оборачиваясь.

Эльф опустил голову.

— Можешь быть свободен.

— Но…

— Мы ничего не можем сделать. Мы ничего не успеем.

— Зачем же так категорично, Владыка? — Спокойный голос разрезал дикую тяжесть атмосферы, повисшей в кабинете Владыки. — Приветствую вас, Элдара, — Кирано кивнул дроу. — Как бы то ни было, проклятье замедленно. Скорее всего, это дело рук Духа Леса. Скажите лучше: если дать вам время, вы сможете найти источник проклятия?

— Это невозможно, — в голосе Владыки послышалась обречённость.

— Нет, это возможно! — Элдара резко поднялась со своего места. — Где Нэвэрианэ? — Она повернулась к собирающемуся уходить среброволосому эльфу.

— В комнате его высочества Элриссара.

— Позови её.

— Слушаюсь, Владычица.

Дроу повернулась к немного удивлённому таким поворотом дел принцу.

— Каким образом вы собираетесь дать нам время?

— Чия? — Кирано полуобернулся.

— Ваше высочество, — дрожащим голосом попыталась возразить та, но была жёстко прервана.

— Неповиновение? — вкрадчиво, на грани шёпота.

— Но её величество…

— Личное отношение королевы ко мне не должно влиять на дела государства, Чия. Ты всё поняла?

— Д-да.

— Помнится, вы дали разрешение на использование некромантии, — принц обернулся к Владыке.

Тот, не скрывая своего интереса, кивнул.

— Замечательно. Нам нужно большое по площади помещение, пол в котором вам будет не жалко. Поверхность должна быть неживой.

Элдара и Ацирэль переглянулись… в этот миг в комнату влетела Нэвэрианэ.

— Что происходит?

— Позже объясним. Сейчас идём в главный дворец.

Оказавшись в зале с высоким прозрачным куполом и зеркальным полом, Кирано не стал тратить время на восхищение, а, найдя взглядом центр помещения, спокойно стянул с себя рубашку и улёгся на пол, раскинув руки в стороны.

— Начинай, Чия.

Девушка, нервно дёрнулась, словно очнувшись ото сна, вытащила откуда-то из своей мантии нож с чёрным, поглощающим свет лезвием, подошла к распростёртому на полу принцу.

— Последний раз говорю: это приказ, — холодно повторил принц, умудряясь выглядеть величественно даже в таком положении.

Некромантка наклонила голову, задумчиво пошевелила губами. Когда она вновь подняла голову, глаза её, без белка и радужки, были абсолютно чёрными.

— Господа, попрошу вас не вмешиваться, — совершенно неэмоциональным голосом выдала она. — Всё совершающееся здесь происходит исключительно по инициативе принца. В случае постороннего вмешательства последствия будут фатальными.

Затем, даже не глянув на реакцию наблюдателей, она склонилась над принцем и двумя плавными движениями полоснула по его запястьям.

— Зато смотрите, небо почти приняло свой обычный цвет, — ещё не отойдя от увиденного в хрустальном зале, проговорила Нэвэрианэ.

— Нужно поторопиться: чем больше принц теряет крови, тем больше опасность, что он умрёт, а мы так и не найдём Рисса, — напомнил Ацирэль. — Элдара, у тебя были какие-то идеи.

— Нэвэрианэ, — дроу резко обернулась к дочери, внимательно всмотревшись в её зелёные, такие же, как у отца, даже чуть зеленее, глаза. — Нам нужно найти Рисса. Нет, даже не так, ты должна найти своего брата, слышишь?

Нэвэрианэ остановившимся взглядом смотрела мимо неё. Прошла минута.

— Я, я понимаю. Я сама хочу этого, но…

— Я помогу тебе. — Элдара тепло улыбнулась и прижала свою дочь к себе. Впервые за несколько лет. — Просто доверься мне.

А в следующий миг что-то изменилось в Нэвэрианэ, что-то такое неуловимое. Но это неуловимое бешеным темпом перерастало в ясно видимое: глаза стремительно меняли цвет, от зелёного переходя к ядовито-оранжевому, русые волосы резко светлели от самых корней и до самых кончиков, кожа темнела.

И через пять минут перед Владыкой и Владычицей стояла тёмная эльфийка. Впрочем, простояла она недолго. Обведя пустым взглядом окрестности, она неспешным, но уверенным шагом направилась прочь. Владыка знаком показал появившемуся десятку эльфов следовать за ними. Сам он вместе с Элдарой поспешил вслед за дочерью.

— Здесь, — бесцветным голосом проговорила Нэвэрианэ, остановившись на одной из лесных полянок.

— Но здесь же никого нет? — прошептала Элдара, растерянно оглядываясь.

— Здесь, — повторила Нэвэрианэ тем же голосом. Затем по лицу её пробежала судорога. — Вот здесь, — и она уронила правую руку вниз.

Указательный палец этой руки указывал точно в землю. Тут фигура эльфийки бешено затряслась, она дико изогнулась, хватая себе за плечи, вскинула голову к небу и протяжно, страшно закричала. Спустя несколько секунд крик стих, а девушка упала на землю в своём обычном виде. Элдара осторожно приподняла её за плечи.

— Всё будет в порядке, Нэвэри, — улыбнулась, заметив, что она открыла глаза.

— Он умирает… остались мгновенья. Поспешите, — только и ответила Нэвэрианэ, проваливаясь в беспамятство.

— Отнесите её к целителям, — распорядился Владыка, хищным взором окидывая полянку. — Значит, здесь? Тогда приступим!

Он упустил руки вдоль тела и сосредоточился.

— Владыка, быть может, стоит поручить это магам? — Подался вперёд среброволосый эльф.

— Оставь, Диронэр, а я, по-твоему, кто?

— Но…

— Я сделаю это гораздо быстрее.

И Владыка начал поднимать руки, разводя их в стороны. Вместе с руками вверх вздымались пласты земли, издревле находящиеся в данном месте и до сего момента не знавшие, что это такое — гнев Владыки, желание спасти своего сына.

— Вот идиот, прёт, как на таран, — пробормотала Элдара, но послушно включилась в выворачивание пластов земли, но уже с помощью стихии воздуха.

— Сколько мы здесь?

Молчание.

— А я — есть хочу…

Тишина.

— Кстати, вы знаете, что в закрытых помещениях воздух имеет свойство кончаться?

Безмолвие.

— Хорошо хоть, мой магический огонь воздух не жрёт.

Ни звука.

— Эй, вы там умерли уже, что ли?

Ни шороха.

— Ну и ладно, так вам и надо.

— Блин, Хэйтэн, не мешай спать, а?

— ЧТО? Вы ещё спать способны? Вы вообще, слышите, о чём я говорю? Скоро воздух за-кон-чит-ся!

— Мы это и без тебя знаем, — недовольно откликнулась Эно. — Но, вообще-то, ты же маг воздуха, почему бы тебе не…

— Я способен только управлять имеющимся воздухом в некотором радиусе вокруг себя, — не остался в долгу парень. — Я не умею создавать воздух из ничего.

— Ну протащи его через какую-нибудь щель! — не сдавалась Эно.

— Здесь нет щелей, — внезапно успокоился Хэйтэн. — Я чувствую, что поблизости есть место, где воздуха полно, но сюда нет ни одной лазейки. Всё бесполезно. А я ещё не способен пропускать воздух через сплошной камень. Не мой уровень.

— Что? Повтори, что ты сказал? — резко встрепенулся Элиас.

— Не мой уровень, говорю…

— Нет, я не об этом! Ты сказал, что по близости есть место, где полно воздуха! Где оно? — Глаза Ласа лихорадочно горели.

— Там, — Хэйтэн указал пальцем вниз. — Где-то три локтя камня, а затем большое помещение, наполненное воздухом. Ещё воздух есть вон там, — Хэйтэн махнул в сторону стены. — Но там его мало: похоже, когда-то там был проход, но его завалило… э, Лас, что ты делаешь?

— Спасаю наши задницы, конечно, что же ещё? — Раздражённо ответил тот, продолжая упорно вычерчивать на каменном не особо ровном полу вязь рун. — Эно, можешь определить, есть ли там, внизу, кто-то живой?

Эно на минутку выпала из реальности.

— Определённо есть. Но кто и сколько — не скажу. Там экранизирующая силу защита. Это всё, что я могу определить.

— Как минимум, двое нуждающиеся в дыхании, — профессионально подтвердил Хэйтэн.

Друзья на него недоумённо уставились.

— Хэй… — изумлённо проговорила Эно.

— Да знаю я, какой я замечательный, можете не благодарить, — высокомерно улыбнулся воздушник.

— Какого лешего ты сразу не сказал?! — Не выдержали его друзья.

Хэйтэн только развёл руками.

— Так что ты делаешь, Лас? — Повторил он.

— То же, что и в тот раз, когда мы вытащили тебя на выходной из ШМИ, — буднично ответил тот.

— Ты хочешь, чтобы мы прошли сквозь пол, как тогда сквозь стену? — изумилась Эно. — Но мы же просто свалимся вниз!

— Хэйтэн нас подхватит, верно, Хэй?

— О чём вопрос? Кончено, куда вы без меня!

Его друзья были слишком увлечены возможностью спастись, чтобы заметить странный блеск на дне его глаз. Пока на него не смотрели, Хэйтэн мог позволить себе расслабиться и дать возможность внутренним ощущениям проявиться на лице. "Отец бы мне в голову дал, узнай, какую убийственную вещь я сделал, — с трудом стирая боль с лица, обречённо подумал Хэйтэн. — Частичное объединение с доминирующей стихией — три возможных варианта последствий. Первый и самый интересный: я сойду с ума. Второй и наиболее вероятный: я умру от перенапряжения. И третий, самый желанный и самый призрачный: я поднимусь на одну ступень в управлении этой стихией. Проклятье, откуда взялось это самопожертвование? Наверняка ведь можно было спастись другим способом, — Хэйтэн мысленно горько усмехнулся. — Нет, не получилось бы. Мы все втроём сдохли бы здесь, как крысы. А так… пусть хоть они выживут. Пусть. Главное, чтобы они до конца ничего не поняли. Не хочу видеть, как они неправильно меня понимают. Я вовсе не хочу пожертвовать собой ради них. Нет, глупость. Это просто самый рациональный выход. Я… да кому я вру? Я просто хочу, чтобы они жили. У них любовь, а я…"

Закончить мысль он не успел: буквально в тот же миг они втроём рухнули вниз, проходя сквозь камень и испытывая при этом ну просто непередаваемые ощущения.

Подхватить всех он успел только у самой земли. Поднялся с каменного пола, отряхнул одежду.

— Это же тот эльф! — Вскрикнула Эно и рванулась к распростёртому посреди пентаграммы дроу. — Ай!.. — её жестоко отшвырнуло в сторону, а между Хэйтэном, Элиасом и эльфом появилась низенькая фигура в чёрном плаще.

— Ты, — выдохнул Лас, но размениваться на фразы не стал и атаковал первым.

Свечение, темнота, чей-то вскрик, рывок, неясное движение странных пятен, снова рывок. Элиас рухнул рядом с Эно, зажимая кровоточащую рану на плече и с ненавистью глядя на некроманта, триумфально смотрящего на него.

— Лас, — испуганно пошевелилась Эно.

А в следующий миг её полупостроенная защита рухнула под чёрной парализующей сетью, и всё, что могли делать друзья — это наблюдать, как некромант нарочито медленно оборачивается к Хэйтэну. Асолютно спокойно наблюдающим за всем этим.

— Алхимия и магия разума — не самые лучшие силы, способные противостоять некромантии, не так ли? — Насмешливо вопросил Хэйтэн, и отчего-то Ласу и Эно от этого голоса стало не по себе. — Даже немногие знания в некромантии не помогут против тебя, верно? — Леденящий смешок. В этот момент Хэйтэн выглядел действительно высокомерно. Даже высокомернее, чем обычно, но это было совершенно естественно. Сейчас он имел на это полное право. Сейчас он, казалось, должен был быть таким. — Но видишь ли… у некромантии есть заклятый враг в виде стихии огня, — Хэйтэн слегка наклонил голову, и в его глазах сверкнули искорки. Но почему-то не красные, а белые. — А сейчас я покажу тебе, как горит воздух, некромант.

Ворк, а это был он, явно смекнул, что медлить нельзя, и атаковал первым. Вот только Хэйтэн этого ожидал, и просто направил вперёд голую силу. Среди магов это зовётся "воздушный кулак", одно из самых слабых воздушных заклинаний, основанных на голой силе, собранной в комочек.

Но то количество силы, которое вложил в это заклинание Хэйтэн… И ладно бы, если б это была обычная сила. Так нет же, казалось, навстречу некроманту летит пламя, состоящее из воздуха. И концентрация его настолько велика…

В общем, от некроманта ничего не осталось. Хэйтэну повезло: его заклинание достигло некроманта раньше, чем заклятие некроманта достигло его самого. Смерть некроманта развеяла не закреплённые на такой случай заклинания — парализующую сеть и то непонятное, что было запущено в Хэйтэна. В каменной подземной зале воцарилась тишина.

— Лас, Лас, ты в порядке? — Кинулась к Элиасу Эно.

Тот медленно поднялся.

— Пустяки, сейчас всё исцелю.

От начертания нужно руны его отвлёк звук падающего тела.

— Хэйтэн!

Эно бросилась к другу и тряхнула его за плечи. Парень не шевелился.

— Вот леший, — сдавленно произнёс позади неё Лас, тоже проваливаясь в беспамятство.

— Да что же это? — Взвыла несчастная девушка, не имея возможности разорваться.

Итак, ситуация была незавидная: они вновь находились в полностью замкнутом помещении, Эно единственная была способна мыслить и совершать какие-либо действия. Более того, с ней рядом находились трое, находящиеся на грани жизни и смерти. Три полутрупа.

Всё, что она могла сделать — это перевязать их раны и надеяться на чудо. Но какие могут быть чудеса в глухом подземелье, наполненном ужасом проклятия и смерти? Какие могут быть надежды?

Эноллаира закрыла глаза, подняв голову к воображаемому небу.

— Помогите. Помогите… помоги… те.

— Что-что? — Переспросил я недоверчиво. — И это всё, из-за чего вы выдернули меня из самого Вечного Леса? Да сдался мне этот ваш Эргралор! Я только рад буду, если вы избавите меня от него!

— Это, конечно, всё замечательно, дорогой мой, — леший, что за обращение? Этот некромант меня уже достал! — Но нам не нужен ещё кто-то, кто имеет знания Эргралора, а потому, как только мы вытащим этого духа из твоей головы, мы убьем тебя.

Я минуту соображал, переводя взгляд с вампира на некроманта и обратно.

— Замечательно. Тогда мне просто не зачем отдавать вам его дух, — я равнодушно уставился на огонь в камине. — Можете делать со мной всё, что хотите. Пока дух во мне, я нужен вам живой. А жить я ещё хочу, очень хочу.

— Замечательно! — Некромант резко встал, злобно усмехаясь. — Думаешь, мы будем тебя пытать? Ха, судя по твоему лицу, ты был к этому готов. Нетушки, дорогуша. Мы просто вернём тебя в комнату страха. Ваэлл, сделай это.

Последствия я осознал не сразу.

— Эй, э-э-эй. Вы же не всерьёз?

— Ты отдашь нам духа?

Что мне оставалось делать? Я хотел жить. И теперь расплачивался за это желание, находясь в самом страшном месте, в каком я побывал за всю свою недолгую жизнь. На этот раз никто не стал меня связывать. Но порой я чувствовал мучительное желание умереть. И тогда какая-то далёкая часть меня жалела, что у меня не связаны руки. Неужели это — мой страх: вечная темнота, скука и одиночество? Это же моё обычное состояние? Или же…

Так вот оно что! Всё это было у меня до того, как я отправился в ШМИ. Там же одиночество и скука были невозможны. Сирены. Я слишком быстро привык к обществу и незаметно сам для себя стал бояться, что это всё вернётся.

Периодически ко мне приходит этот странный вампир и спрашивает, не передумал ли я. Стоит, пожалуй, честно признаться: с каждым разом всё сложнее и сложнее отвечать "нет". Я уже сейчас не знаю, что скажу в следующий раз, когда он придёт, этот вампир. Ведь время идёт, и мне не на кого надеяться, кроме как на самого себя. Но как мне надеяться на себя, когда я всеми фибрами души чувствую, что сдаюсь? Как справиться с этим чувством? А главное… стоит ли?

Глава 4

ПРОКЛЯТИЕ

Элдара стояла на краю и смотрела вниз, хмуря брови.

— Это никогда не кончится, Эл, — утирая пот со лба, раздражённо отметил Ацирэль, стоя с другой стороны огромной расщелины и смотря туда же.

Дна не было видно.

— Нэвэрианэ не могла ошибиться, — кратко возразила Элдара. — Продолжим.

Взмах тёмной руки, и вверх снова, и снова взмывают пласты земли.

— Определённо, создание здесь новой горы не входило в мои планы, — устало сыронизировал Владыка.

— Заткнись, неудачник, — так же кратко ответила дроу, не расположенная к шуткам.

— Я всего лишь хотел разрядить атмосферу.

— Я знаю.

— Ты думаешь, он ещё жив?

— Я знаю.

Тяжёлый вздох, и вновь наступает тишина, прерываемая грохотом взмывающей земли.

— Ты чувствуешь? — Элдара резко вскидывает голову вверх и пристально смотрит на небо.

Редкие облака стремительно чернели.

— Что происходит? — потрясённый чудовищным зрелищем, Владыка на время останавливается.

— Похоже, ты по-прежнему ни демона не смыслишь в некромантии, — со вздохом выдала Элдара, возвращаясь к дыре в земле. — Очевидно, кто-то остановил проклятье со стороны Рисса. То, что ты видишь сейчас — это свободное от сопротивления проклятие со стороны Кирано.

— Вот как? Надеюсь, они остановятся раньше, чем уничтожат мой остров, — мрачно выдал Ацирэль. — И не говори мне ничего про некромантию, ты же знаешь, что весь род, который ранее противостоял некромантам, сейчас практически уничтожен. Оставшиеся члены этого рода держат общую защиту и пытаются восстановить повреждения. Я же никогда не был силён в некромантии.

— Ха, это вовсе не объясняет то, что при первой же атаке какого-то второсортного некроманта, зарывшегося в подземную нору, вся раса эльфов оказалась под угрозой уничтожения!

— Не надо критики, дорогая, тут есть несколько исключительно важных нюансов, не известных пока никому, кроме меня. Надеюсь, информация об этом не будет распространена ещё довольно долгое время. Но поверь, это много объясня…

Дроу и светлый эльф резко застыли в нелепых позах. В их широко распахнутых глазах стояло одно и то же чувство…

— Эх! — эльф резко рухнул на колени, хватаясь за голову и тряся ею из стороны в сторону. — Эл-дара. Эт-то ещё что-о-о-о?

Лицо дроу искривилось.

— Что-что. Зов о помощи, ты не слышишь?

— Но почему такой громк-кх? Я не могу от него закрыться.

— Ещё бы ты мог. Это же Эноллаира, и, похоже, она просто в панике, — еле удерживая свой ментальный щит, пояснила Элдара. — Сейчас я определю источник.

Она закрыла глаза, и воздух вокруг неё на мгновенье помутнел. Когда дроу вновь посмотрела на своего дражайшего супруга, взгляд её был страшен.

— Ты… олух, а не Владыка! На метр правее!

Пятью минутами раньше в тронном зале главного дворца.

— Ваше высочество, ещё десять минут в таком же духе, и вы рискуете умереть.

— Продолжай, — холодно, но еле слышно ответил Кирано, разглядывая причудливый прозрачный купол над головой.

— Ваше Высочество!

— Это приказ.

Эльфы, наблюдающие за ритуалом, сохраняли каменные и торжественные лица. Чия, находясь в весьма затруднительном положении, отчаянно боролась сама с собой. С одной стороны — приказ принца, с другой — приказ королевы.

— Я ближе, Чия, — не удержался от подколки принц.

А в следующий миг в пространстве что-то дрогнуло. Небо за куполом стало стремительно чернеть, а кровь, которой была начертана пентаграмма, воспламеняться. Энергия, витающая в воздухе, стала тяжелеть, давя на плечи, мешая дышать. Чёрное пламя, рождённое из крови принца взвилось в воздух, выплетая странную фигуру, в которой виднелось что-то смутно знакомое. Но узнать всё равно было невозможно — казалось, что-то разрывает всех изнутри, выворачивая наизнанку реальность, мир, уничтожая всё сущее.

— Ui la sekhaer!!* (*мрак будет повержен) — разрезал чёрное пламя чей-то спокойный голос и всё исчезло.

Наступила странная, нереальная тишина, в которой раздались лёгкие шаги, и к принцу, распростёртому на полу, подошёл высокий черноволосый эльф.

— Приветствую вас, ваше высочество. Хорошая у вас кровь, право слово, — и улыбнулся, прикрывая глаза, за веками которых исчезала чернота.

— Приветствую. Вы эльф-некромант? Я слышал о таком, но… — с помощью Чии Кирано, с грехом пополам, поднялся. — Я думал, в войне с некромантами вы были уничтожены.

— Наш род действительно потерпел страшные потери, но мы ещё существуем, — в голосе эльфа не промелькнуло и отблеска чувств. Чернота глаз исчезла, и на бледном, аристократическом лице ярко вспыхнули синие, наполненные силой глаза. — Я — Эрритар Эзгранэ, глава этого рода.

— Вы остановили проклятье всего парой слов, — вмешалась в разговор Чия. Глаза её были широко распахнуты. — Почему вы не сделали этого раньше, с первым проклятием? — Голос её сорвался, в нём зазвучало возмущение и растерянность. — Его высочество мог погибнуть!

— Всё очень просто, уважаемая, — в слово "уважаемая" эльф вложил столько же чувств, как и во все остальные слова. То есть, речь его продолжала звучать всё так же бесстрастно, не имея ни единого оттенка чувств и интонации. — Минуту назад меня здесь не было.

— Здесь? — Насторожился принц, чувствуя, что теряет последние силы, но яростно желая узнать ответ. — Где это — здесь?

— Вы правильно поняли, ваше высочество. Меня не было на острове вообще. И у меня не было никакой возможности вернуться сюда раньше. Впрочем, вижу, что я вовремя.

Принц невесело хмыкнул:

— Не совсем, — и потерял сознание.

Эльф продолжал равнодушно смотреть на то, как целители подхватывают потерявшего сознание принца и уносят из залы. Наконец маска безразличия на его лице дрогнула и сломалась.

— Где Владыка, Диронэр? — в глазах главы рода эльфов-некромантов разгорался нешуточный огонь.

— К северу отсюда, на пути пятой лесной тропы.

— Хорошо, оставляю тут всё на тебя, я к Владыке.

— Но…

— Что ещё?

— Нет, ничего.

— Помогите, помогите, помогите…

"Да заткнись ты уже, Эноллаира!"

С минуту Эно, оглушённая мысленным воплем Элдары, ошарашено моргала. Потом до неё дошло.

"Учитель! Учитель, помогите, они умира-а-ают! Они все умирают! Я стащила этого странного дроу с пентаграммы и остановила ему кровь, а так же перевязала раны Ласа, а Хэйтэн с виду вообще не ранен! Но они всё равно почему-то умирают! Помогите, помогите! Они уми… — тут девушка всхлипнула, — …рают!"

"Перестань разбрасывать свою силу и передай мне мыслеобраз помещения, в котором вы находитесь".

"Передаю!"

"Что? Так быс… отлично! Ты молодец!"

Миг — и ярдом с вновь обрётшей надежду девушкой возникают две фигуры.

— Владыка? Учитель Аанми? — Разжимает губы Эно, но понимает, что от радости может только плакать. — Вы пришли, вы всё-таки пришли. Вы ведь спасёте их, да?

Ацирэль, даже не бросив на неё взгляда, метнулся к лежащему без признаков жизни Элриссару.

— Жив, — облегчённый вздох. — Просто большая потеря крови, но это можно исправить. Что с остальными? — Ответом ему было молчание. — Элдара? — Эльф в недоумении повернулся к дроу и растерянно замер. Элдара, неподвижно застыв над Хэйтэном, продолжала молчать. Глаза её были размером с две большие тарелки. — Эл?

— Идиот, бездна, какой идиот, — она прикрыла глаза, и отвернулась от Хэйтэна, повернувшись к Ласу. — А, ну тут всё проще, слава небу. Жить будет, — она склонилась над Ласом и резко провела растопыренными, как когти, пальцами над его лицом. — Вот некромант недоделанный. Нашёл, с чем играть. Найду того, кто научил его основам — угроблю.

— Учитель? — тихо окликнула её со спины Эно. — Учитель, а как же Хэйтэн?

— Ничем не могу помочь, — дёрнула плечом Элдара и обернулась к Владыке. — Ацирэль, куда перемещаемся?

— В…

— Вот вы где, Владыка, наконец-то я вас нашёл, — прозвучал в зале вкрадчивый голос.

— Эрритар? — Владыка резко обернулся. — Ты вернулся?

— Именно, и я того мнения, что мне вовсе не стоило отсюда уходить. Это был самый бредовый ваш приказ, какой я исполнял за всё последнее тысячелетие, Владыка! — Эрритар быстрыми шагами подошёл к Владыке. — Определённо, вам стоило бы сначала посоветоваться с Владычицей, а уж потом…

— Эй-эй, Эрри, не будь таким злым, где твоё самообладание? — Совершенно неожиданно возникла между Эрритаром и Ацирэлем Элдара, мило улыбаясь и ложа руку на плечо Владыке. — Аци советовался со мной, так что всё нормально!

— Вот как, — правое веко Эрритара задёргалось. — В таком случае — задание выполнено, Владыка. Я вернул этот демонов артефакт, теперь вы довольны?

И он резко выбросил вперёд левую руку, с которой свисала чёрная цепочка с алыми, почти незаметными отблесками. Лицо Элдары изменилось.

— Ми-и-илый…

— Ась? — Владыка сделал попытку попятиться.

— Из твоей сокровищницы была похищена моя Печать… и я узнаю об этом ТОЛЬКО СЕЙЧАС?! — Левая рука дроу на плече Ацирэля резко сжимается, а правая делает замах. На пути вокруг изящного тёмного кулака собирается и концентрируется воздух.

"Прекратите!"

Все трое падают на колени, сжимая виски. Воздух сотрясается от силы, исходящей из одного-единственного источника, напряжение достигает своего предела.

"Тут люди погибают, а вы!! Вы просто… просто… забывшиеся, заигравшиеся дети, которых волнует только они сами! Я… я… я вас всех…"

В один миг вся чудовищная, невероятная сила исчезает, и в наступившей тишине раздаётся слабый голос, лишь отдалённо напоминающий тот жуткий мысленный вопль, поставивший на колени трёх тысячелетних эльфов.

— Умоляю… спаси… спасите их! — Отчаянный всхлип.

— Вот леший, Эно, успокойся, ты и мёртвого поднимешь своими ментальными выбросами силы, — усталый вздох.

— Лас!! — Девушка бросилась к нему, не замечая трёх немного странноватых взглядов, направленных на неё.

Эрритар присмотрелся к парню, которого обнимала Эно и вновь надел свою маску равнодушия.

— Ясно, ещё один "самородок". Определённо, некромантия опять становится весьма популярной в нашем мире.

— Знаешь, Элиас, я была лучшего мнения о тебе, — начала Элдара, но Лас её перебил.

— Не надо лекций, учитель Аанми, я знал, на что шёл, — тут он повернулся к Эно. — Успокойся, всё нормально, просто небольшая особенность этого вида магии.

— Знал, на что шёл? — Вставил своё слово Владыка, переспросив. — А кто тебе всё это рассказал?

Лас в ответ только хмыкнул, явно отказываясь отвечать.

— Ничего, я поговорю с твоей матерью, и всё разъяснится, — не удержалась Элдара, а бедного Ласа перекосило. — Перемещаемся, все остальные разборки потом, — вздохнула дроу, и в один миг помещение, в котором всё происходило, опустело.

Вечный сумрак, царящий здесь, неожиданно шевельнулся.

— Как интересно. И ведь всё интереснее и интереснее.

Эта тьма окружает меня. Нет, я — часть этой тьмы. Этой безграничной, одинокой тьмы. Без сожалений и сомнений. Без чувств, без мыслей, без дыхания времени. Здесь ничего нет и, в то же время, здесь — всё.

— Небо, что за бред я несу.

Я говорю, но мне не слышен мой голос. Я здесь уже целую вечность. Я ещё жив? Почему? Зачем? Мне больно? Нет. Мне страшно? Нет. Получается, я ничего не чувствую, ничего.

— Нет!

Я резко поднялся с каменного пола, в немом ужасе вглядываясь в окружающий меня сумрак.

— Что это, что? Мой страх изменился?

Сумрак молчал.

— Проклятье. Ах нет, всё верно, даже к самому жутком страху со временем можно привыкнуть, всё верно. Всё верно. Этот страх утратил своё действие, но эта проклятая комната нашла новый, не менее сильный!

Придя к такому неутешительному выводу, я замолчал. Прикрыл глаза и признал, что это конец. Если я уже начал разговаривать вслух с самим собой… Тьма, ненадолго отступившая, когда я так резко сорвался с места, вновь окружила меня. Нет, я — часть этой тьмы. Этой безграничной, одинокой тьмы.

И вдруг эта абсолютная тьма расступилась, и перед моим затуманенным взором предстала наглая, самоуверенная рожа Хэйтэна.

— Так и знал, что ты на самом деле слабак! — Насмешливо провозгласила эта рожа.

— Что? Ах ты!..

Я резко вскочил, взмахнув рукой и попытавшись поймать исчезающее изображение этого гада. И с удивлением уставился в безглазый череп прикованного к стене скелета.

— Не понял. Это что было? — Я прислушался к себе и удивлённо моргнул.

От прежней депрессии не осталось ни следа. Всё заслоняло убийственное чувство досады и злости на это совершенно бессмысленное видение.

— Нет, ну я понимаю, если бы он был моим другом, и я видел его перед смертью именно поэтому, но…

Что-то я не пойму. Почему именно он должен был поднять мне силу духа? Какого лешего, сирены меня задери?

— Ну что такое, неужели у меня нет больше никого, кроме Хэйтэна, чтобы вправить себе мозги? — Взвыл в отчаянии я, хватаясь за голову.

Отступившая было тьма дрогнула и придвинулась.

Сирены. Да что же это такое? Что? Я с усилием отогнал надоедливую тьму. Нужно собраться. Собраться. Ведь не хочу же я, чтобы этот придурок Хэйтэн оказался прав? Вот ещё! Нужно себя чем-нибудь занять, нужно себя чем-нибудь отвлечь. Нужно показать этим уродам, что эта комната на меня не действует!

Я вскинул голову и усмехнулся. Вот оно. Нужно занять свой разум делом, чтобы сохранить его. Когда придёт время, нужно сделать только одно — показать, что эта дрянная комната мне нипочём. Они изменят свою тактику, а дальше… В любом случае, с этим мне уже гораздо труднее справляться. Нужно изменить ситуацию, как угодно, лишь бы изменить. Дальше я разберусь. Уж как-нибудь.

Итак, чем бы заняться? Для начала, стоит проанализировать ситуацию с самого начала. В последнее время я стал себя довольно странно вести. Когда же это началось? Рассмотрим ключевые моменты.

Тогда? Тогда, когда нападки этого Владыки снесли все мои щиты и исковеркали последний щит — наложенный на дух некроманта и подавляющий мои чувства?

Нет.

Раньше? Когда я прошёл через этот странный портал и попал в Вечный Лес?

Тоже нет.

Ещё раньше? Когда я увидел Элдару мёртвой, хотя на самом деле…

Нет!

Вот оно! Нашёл! Бой с этой проклятой йаллой.

Кха, и тоже нет.

Всё началось гораздо раньше. В тот самый роковой момент, когда получил всю ту силу, всю ту невероятную, но чужую силу. Это она изменила меня. С того момента.

На экзамене стихии огня. Тот случай. Я был уверен, что не ошибся, но, может, я потерял контроль над силой? Каким образом? Я ведь контролировал её… А был ли я тогда спокоен? Не помню, не знаю. Что за? Скорее всего, я надорвался. Переоценил свои силы. Да что же это, ведь изначально я вовсе не считал себя всемогущим, а тут… Пара случаев, когда мои действия стали решающими — и вот результат! С этим надо что-то делать, страдать какой-то непонятной ерундой всю жизнь из-за совершенной когда-то ошибки! Определённо, теперь я отнюдь не рад, что владел этой силой.

Но продолжим. Я почти провалил экзамен по стихии огня. Затем я дорвался до библиотеки и тут же был отправлен на практику, где столкнулся с йаллой. Потом… Мда, мне стоило подумать над этим раньше, но дальнейшие события понеслись с такой устрашающей быстротой, что я просто… Да, сглупил, забыл об этом.

Ни одно даже самое сильное чувство не способно уничтожить йаллу. Ослабить, отогнать, погрузить в ступор — да, но не убить.

И что же дальше? Я оказался в какой-то странной коме, притом пробыл в ней несколько минут, но за это время я смог увидеть прошлое. Всё то прошлое, что захотел видеть. И я не просто увидел его. Я побывал в нём. Это доказывает тот случай со странным кругом на дне фонтана. Итак, затем я нехило сглупил и очнулся. Далее… случай с "мёртвой" Элдарой.

А ведь кто-то убил Варису. Взял и убил. Убил учителя, эту "серую мышку", обожавшую яды и различные эксперименты. В один миг её не стало, в одно мгновенье.

А ведь тогда я этого не осознал и сорвался по совершенно другому поводу. Даже стыдно вспоминать. И как сорвался — взял и разбил стену. И перепугался пуще прежнего. Глупец. Помчался клёпать сложнейшую связку заклинаний, забыв о том, что существуют другие способы.

Во время создания этой связки произошёл страшнейший казус, в котором виноват по-прежнему я. Не призрак, охраняющий библиотеку — нет, я. Разбрасываться так своей кровью — глупость. Непростительная глупость.

Что же я сделал потом? Сработал на скорую руку нестабильное, как оказалось, сочетание двух заклинаний — оба, по идее, ментальные.

Но та часть, которая отвечает за удержание в рамках духа некроманта, имеет пространственную составляющую, давшую сбой при эльфийской телепортации. Именно эльфийской: сочетание с обычными телепортационными каналами было учтено изначально и отнюдь не мной. Это значит, что что-то не так либо с местными телепортационными каналами, либо с этим местом вообще.

В любом случае это нехорошо. Итак, я состряпал этот щит и направился к эльфам, где случился казус с телепортацией. Но всё быстро прошло, после чего на меня напал Владыка — нет, ну чисто сумасшедший! После чего я…

Эта встреча с Духом Вечного Леса.

Как я вообще встретился с ним, учитывая военное положение всего острова? Как? Хм, есть только одно объяснение: это дело рук самого Духа. Несомненно, он зачем-то хотел со мной встретиться, хотя я не пойму, почему. Невольно начинаю думать, что я прям какой-то особенный. Впрочем, именно на это и намекал этот Дух. Но глупости, даже если я не человек, это не значит, что я ключевая фигура во всех этих событиях. Зачем же этот Дух так рисковал, пропуская меня через свой Лес, а затем подпустив ко мне этого дроу? Притом, не просто дроу — наследного принца!

В результате мы оба оказались в руках некромантов, что создаёт ощущение, будто бы этот Дух работал на некромантов! Бред… ничего не понимаю.

Далее — опять сплошной пробел понимания. Каким образом нас телепортировали прямо в комнату с антимагическими кристаллами? Впрочем, уже знакомая история. В прошлый раз был использован артефакт, но там было заклинание особой структуры, здесь же, если только не…

Если только этот некромант не имел на руках кристалл с другим действием. Я ещё не знаю, что бы это могло быть, но, если за основу брать алхимию… В общем, здесь у меня недостаточно знаний, так что не стоит заморачиваться.

А дальше вообще какой-то обвал. Пришли совершенно незнакомые мне уроды и забрали меня оттуда. Довольно грубо забрали: я ничего просто не мог сделать. После чего попал сюда, где у меня была небольшая вспышка сумасшествия, после которой я благополучно потерял сознание и очнулся уже в комнате с камином, где и узнал имена своих похитителей. Юис и Ваэлл, некромант и вампир.

И в первую очередь, ещё не соображая, что творю, я использовал руну исцеления. Впрочем, я рад, что это сделал: иначе сейчас мне было бы ну очень неуютно, с вывихнутыми руками-то.

А они оперативно отреагировали: бац-бац, и всё. А потом ещё и сдуру сообщили мне, что убьют после получения духа из недр моего сознания. Идиотский поступок, я же после этого точно не согласился бы отдать некроманта добровольно. А впрочем, всё понятно.

Я усмехнулся собственным мыслям. Скорее всего, они думали, что после этого я жутко перепугаюсь и окончательно паду духом, после чего вытащить из меня Эргралора будет раз плюнуть. Но они явно не ожидали, что я всё ещё могу мыслить разумно. И вот результат. Хм, а может, мне стоит притвориться, что я уже сдался? Тогда меня снова вытащат отсюда и… И. Что я буду делать тогда? Этот некромант, его знания превышают мои. А вампир быстрее в сто раз. Значит, есть смысл придумать атаку, которую они не заметят?

Именно. Вот оно. Но нет, мне не нравится идея притвориться, что мой дух уже сломлен. Лучше показать им, что мне всё нипочём. Тогда, правда, они захотят принять контрмеры, но всё, что мне нужно, это попасть в место, где я могу использовать силу.

Так, это решено. Осталось только одно: продумать свою атаку. Какую же они не заметят? Хм, можно использовать стихии, как например, огонь: лучшее оружие против некромантии. Но огонь, как и все стихии, довольно заметен. Есть ещё воздух, но он… Да, он, прежде всего, как и все стихии, имеет внешнее воздействие. И только в двух вариантах: концентрация силы и точечная атака одного противника и веерная атака, в ущерб силе.

Стоит предположить, что вампир, даже не видя атаку, успеет её почувствовать и увернуться, а некромант сможет ощутить магическую силу и отразить каким-нибудь щитом. Придумывать и осуществлять атаку, подразумевающую скрытие магического фона и самонаводящий ся элемент — идиотизм. Следовательно, стоит остановиться на… Алхимия отбрасывается: если я хотя бы намекну на движение начертания руны, мне конец. Остаётся…

Я торжествующе улыбнулся и по-новому оглядел помещение моего заточения. За работу, вперёд! Но чем же мне чертить? Все пишущие предметы эти гады у меня отобрали. Не кровью же тут всё возюкать. эх, мне бы хотя бы ложку, как ранее!

В задумчивости, я продолжал блуждать взглядом по комнате. По голым, скучным стенам, по скелету, прикованном к стене.

Скелету? Опаньки. Когда это мой взгляд успел стать таким хищным? Ну да, да, это немного… Ну да, не немного а ОЧЕНЬ невежливо. Но что поделать, он уже давно мёртв! Ему будет всё равно.

Через пару минут бедолага скелет был разобран мной на части, а я откопал достаточно прочную и острую кость (скелет был ещё не совсем трухлявый) и с увлечением вычерчивал структуру будущего заклинания. Мне определённо было чем заняться. И я определённо забыл, где нахожусь.

Следует учитывать, что вампир может иметь врождённые способности, то есть, слабо восприимчив к ментальной атаке. Отсюда выведем формулу перехода состояния распределения общего направления на проникновение во внутреннюю ось изначального отторжения…

— Эй, парень, так что скажешь, может, сдашься уже? — Раздался позади меня голос вампира.

Это было столь неожиданно, что я невольно сбился с мысли и с досадой отозвался:

— Уважаемый, не могли бы вы минутку другую подождать, пока я не закончу?

И усилием воли собрал расплывшиеся мозги в кучу. Только что мне в голову пришла интересная мысль: если вот здесь немного усилить концентрацию, а вот здесь и здесь развернуть новые потоки…

— Что? Что ты сказал, я не расслышал? — Вторгся в мои мысли ошарашенный голос вампира.

Но мне было не до него: мысль опять отчаянно ускользала, я пытался поймать её за хвост.

— Эй!

Чисто на автомате, продолжая развивать свою мысль, вычерчивая формулу на полу правой рукой, я повёл из стороны в сторону левой, нащупал валяющуюся неподалёку кость руки скелета.

— Сгинь! — Резкий взмах, и кость отправляется в сторону вампира, точнёхонько в его наглую, заглядывающую в темницу рожу.

Раздался грохот закрывающейся двери, за которым еле слышно прозвучали сдавленные ругательства, а затем быстрые, удаляющиеся шаги. Я же, по-прежнему увлечённый, вернулся к разработке своего заклинания.

Наконец, работа была завершена. Удовлетворенный, я полюбовался получившимся результатом и счастливо вздохнул. И тут до меня дошло. Сирены пусть станцуют на моих костях! Я же забыл показать этому вампиру, что эта комната на меня не действует! Такой шанс упустил, леший меня задери, сколько мне ещё теперь ждать придётся? Эх. И что же мне теперь делать?

Я в полной растерянности уставился на стену темницы. Затем на острую кость в своей руке. И тут же почувствовал, как совершенно против моей воли моё лицо расплывается в злорадной, такой не свойственной мне усмешке.

Вампир с задумчивым выражением на лице вошёл в комнату с камином.

— Что, опять нет? — Со вздохом оторвался от какой-то книги некромант, с выражением неизлечимой скуки на лице поворачиваясь к нему.

— Знаешь, Юис, — всё так же задумчиво ответил Ваэлл. — По-моему, ему всё по барабану.

Некромант, всё ещё не понимая, смотрел на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Он меня прогнал, — пожав плечами, отозвался вампир. — И бросил в меня костью.

Юис внимательно на него посмотрел. Ваэлл в ответ посмотрел на него. Пять минут они переглядывались между собой.

— Ну всё, мне это надоело! — Рыкнул некромант, поднимаясь с кресла и откладывая в сторону книгу. — Плевать я хотел на всё, вытащу Эргралора из этого щенка без всяких нервотрёпок: он даже пикнуть не сумеет!!

— Но почему нельзя было сразу? — Обескураженный подобным поворотом дел, вампир отступил на шаг.

— Потому что так есть опасность повредить находящуюся в чужом теле душу, а следовательно, и информацию, содержащуюся в ней! Но теперь мне уже как-то всё равно: того, что сохранится, должно хватить с лихвой! Вперёд, я самолично вытащу этого мальчишку из комнаты страха, уж тут он у меня попляшет! — Выдавая этот воистину импульсивный монолог, Юис спешным шагом направился по коридору, остановился перед дверью и уверенно её распахнул.

В темнице никого не было.

— Мда, — многозначительно выдал вампир. — Какая первозданная пустота.

— Ваэлл, — вкрадчиво.

— Да? — Невинно.

— Ты последний, кто входил, — в том же тоне.

— Он был тут! — Возмущённое.

— Да?.. — невинно.

— Вы мне не верите? — Оскорблённо.

— А что мне ещё думать? — Разумное.

— Ну-у-у-у-у… — неопределённое.

— Ваэлл.

Тишина, вяжущая на вкус, и спокойное, непоколебимое молчание. Двое, стоящие рядом, не глядящие друг на друга, но чувствующие, как между ними возникают клубы нематериальной, но такой опасной силы.

— Да, Юис? — Спокойное.

— Ты же знаешь, я в любой миг могу связаться с Мастером.

— Знаю, — беспечная улыбка, не обнажающая клыков. — Но, — острый взгляд, глаза в глаза. — Я действительно не причём, — взгляд теряет свою остроту, показывая растерянность. — Этот парень действительно нечто.

Оба вновь смотрят в пустое помещение. Наконец просто пялиться в полумрак надоедает обоим, и они делают шаг внутрь.

— Хр… ха-ха-ха-ха-ха, — с булькающим хохотом сползает на пол вампир. — Ой не могу, ха-ха… Ну и ну, пожалуй, если рассказать, эта история войдёт в века. Ха… ха-ха-ха! Юис, он гений!.. Не удивительно, что он тут не скучал!

Вампир продолжал хохотать, сидя на полу. Рядом с ним, чернее тучи, стоял насупившийся некромант. А прямо напротив него, на каменной стене, чуть повыше головы было размашисто накарябано: "Здесь был Мир". Ну и чуть пониже, как подпись к карикатуре: "Юис — самый тупой некромант в мире". На карикатуре вполне узнаваемо наблюдался сам некромант (по шляпе), глаза его были сведены в кучку, в правой руке он держал бутыль с вином, а левой ковырялся в носу.

— Чего ржёшь, клыкастый, глянь налево, — не выдержал Юис, накинувшись на вампира.

Тот, не ожидая такого резкого перехода, повернул голову и подавился хохотом. На второй карикатуре был нарисован он сам, с застрявшим в бочке с пивом клыком и обнимающийся с каким-то непонятным субъектом. Присмотревшись, в нём можно бы было узнать эльфийского Владыку (по венцу), но кого из присутствующих в комнате это интересовало?

— Идём отсюда, — сумрачно проговорил некромант и вылетел из комнаты.

Всё ещё в шоке, Ваэлл поднялся с пола и направился вслед за ним и лишь у самой двери чуть притормозил и оглянулся, всмотревшись в узоры на полу.

— Как интересно, — на дне его глаз сверкнули алые огоньки.

— Ты что-то сказал? — оглянулся Юис.

— Ничего особенного, — улыбнулся вампир, выдвигаясь в коридор, тем самым загораживая узор на полу, как раз на том самом месте, где он сидел, хохоча.

— Что ж, даже если так, — некромант злобно прищурился. — Ему не уйти отсюда. Вскоре либо мы его найдём, либо он сам объявится.

— А если его найдёт Орден?

— Не смеши, ему даже из этого отсека не выбраться, не то, что из этого уровня.

Где-то пять минут назад в той же комнате.

Пару минут назад я закончил с заклинанием и вот уже две минуты занимался самым приятным для меня делом после составления заклинания. То есть, изрисовывал стены. В первую же очередь вывел "Здесь был Мир", но это было невесело, и я придумал кое-что поинтереснее.

В конце концов, кто сказал, что я должен тут киснуть от безделья? Верно, первое и самое лучшее дело — напакостить этим уродом, пусть даже так. Это, конечно, было ну очень мелко и совсем на меня не походило, но в последнее время я стал склоняться к мысли, что уже давно сошёл с ума. Все события, которые на меня обрушились, включая последнее — комнату страха, — сделали своё дело. Я определённо сошёл с ума, а следовательно, больше не стоит ни чему удивляться: ни своему поведению, ни чему-либо другому.

— Как мелочно, — раздалось сзади задумчиво.

— Ну да, — откликнулся я, дорисовывая Владыку: получался он не очень, но я к этому и стремился — ведь я здесь в первую очередь из-за него.

— Но ведь этим ничего не решишь, — всё так же задумчиво.

— Зато как приятно! — С жаром ответил я и повернулся. — О, привет, — сказал несколько обескуражено, глядя в пустоту перед собой.

— Вниз глянь, придурок! — Возмущённо выдал всё тот же странный голос.

Я глянул.

— Привет, — тупо повторил, глядя на стоящую на задних лапах огромную, в две моих ладони, серую крысу. Передние её лапы были упёрты в… ну, назовём это поясом.

— Прогресс, в обморок не падаешь, — улыбнулась крыса.

Как улыбаются крысы? Ну… как крысы, наверное. В тот момент меня это не интересовало. В тот момент я окончательно убедился, что я сошёл с ума, а это — мой первый глюк.

— Как тебя звать, о, самый стойкий из всех мной встречаемых?

— Мир, — машинально ответил я.

— Мир? Это что, имя такое? Постой, постой-ка, где-то я видел это имя, — крыса задумалась. — Точно! В королевстве Эно, в одной из столичных тюрем! Ты помнишь? Это же я — крыс, живой и говорящий!

Я тихо обалдевал. Но, с другой стороны, это понятно — должен же мой глюк знать всё, что знаю я? Вот вспомнил и подстроился. То есть, это моё подсознание выдаёт информацию мне самому, выдавая её за чужую.

— Так… что тут у нас? — Крыс повернулся к моим художествам и подёргал себя за левый ус. — Не особо, конечно, но для этих сойдёт. Кстати, моё полное имя Саир Тиарэл. А твоё?

— Саир… Тиарэл? — Я насторожился: такого я не знал. — Разве это не эльфийское имя?

— Оно самое, — крякнул крыс. — А ты умён. Но это не важно, лучше скажи своё полное имя.

Занятно. Если он — мой глюк, то должен знать моё имя.

— Моё полное имя? Хм, — я слегка задумался. — Нет у меня такого, просто Мир, и всё.

— Ни чего себе просто. Ну да ладно, я что сюда зашёл — мимо пробегал, смотрю: а в комнатке-то кто-то сидит. Дай, думаю, загляну, что за бедолага, а тут — ты!.. Вот чудо, так чудо!

— Да, такая встреча.

— Да я не о том: чудо, что ты так спокоен, тогда как здесь вся комната оплетена замкнутым самим на себя знаком бесконечного страха, закреплённым поверх стационарного алтаря силы. Эй, что это с тобой? Эй-эй…

Я тихо осел на пол, придя к ошеломляющему, но неоднозначному выводу: крыс настоящий. Такого я уж точно не мог знать. Но тут я встрепенулся:

— Постой, постой! Ты сказал "алтаря силы"?

— Ну да, это древний артефакт, имеющий свойство направленно поглощать магические силы, выплеснутые заключённым в эту комнату существом.

— Так вот оно что, — я потеряно уставился в угол.

Я не чувствовал свою силу просто потому, что не успевал — едва я пытался это сделать, как она тут же исчезала. А тогда, когда эмоции достигали своего пика, выплёскивая неконтролируемый выплеск энергии? Определённо, этот алтарь великолепно напитался силой за время моего здесь пребывания.

— Эй-эй, не надо строить такое странное лицо, иначе я подумаю, что комната наконец на тебя подействовала! — Крыс подобрался ко мне и сел мне на ногу.

Не сдержав вопля, я стряхнул его оттуда, резко подскочив.

— Да нет, ещё не действует, — задумчиво проговорил он, глядя, как я с проклятиями стряхиваю его шерсть. — Слушай, а чего ты здесь сидишь, раз на тебя не действует?

— Издеваешься? Я не могу применять магию! — Мрачно ответил я.

— А, точно! Ну ничего, я сегодня добрый, так что тебе помогу, — и крыс, потерев лапки, выпрямился во весь рост и очертил на стене небольшой круг. Он мгновенно наполнился чернотой и замерцал. Крыс развёл лапы в стороны, и отверстие, появившееся на месте круга, выросло в мой рост.

В него был виден какой-то слабоосвещённый коридор.

— Ну, проходи, — обернулся крыс.

Я продолжал смотреть на отверстие.

— Эй, чего застыл, давай, не тупи, двигай ногами! Что глаза вылупил?! — Начал выходить из себя этот крыс.

— Крыса… колдует… — только и сумел выдавить я.

— Нет, это безнадёжно, — крыс задрожал и начал сдавленно хихикать. Отверстие начало терять стабильность. — То, что существуют говорящие крысы — его не волнует, а то, что крыса может использовать магию… А ну живо в отверстие, пока я не передумал!

— Как замечательно, меня наконец-то пропустили к тебе! — Радостно заулыбалась Эно, как только оказалась рядом с Ласом. — Что с тобой было? Теперь всё в порядке? Я так по тебе скучала, я ничего о тебе не знала, ты должен мне всё рассказать… И сними наконец этот ментальный блок, это нечестно!

— Это не мой, — грустно улыбнулся Лас, сжимая тонкую ладонь Эно. — Это Элдары.

Улыбка сползла с лица Эно.

— Тебе запретили рассказывать?

— Не то что бы. Эта информация изначально была запрещена. Мне итак грозит наказание, а если ещё и тебя впутывать…

— Но это же бесполезно, я всё равно когда-нибудь проникну в твою память! — Надула губы Эно.

— Не хотелось бы тебе говорить, но в моей памяти существует отдел, в котором я храню всё то, что тебе не стоит знать.

— Вот как, — девушка прикрыла глаза, сохраняя спокойное выражение на лице. С минуту она так и просидела у постели Ласа, ничего не говоря. На лицо парня успела набежать тень, а в глазах появиться боль, когда глаза Эно вновь распахнулись и засияли прежним весельем. — А ты знаешь, я столько всего интересного узнала! Всё то время, пока я здесь была, меня не оставлял вопрос — почему здесь так мало эльфов? Оказывается, всё это место — Кареорр, остров внутри острова. Здесь могут постоянно жить только правящая семья и семь старших родов, а так же придворные, которые могут являться выходцами из более младших родов, удостоенные подобной чести за какие-то особые заслуги.

— Но даже если так, здесь всё равно мало эльфов.

— Именно! Меня тоже это интересовало! И знаешь что? Оказывается, нападению эльфов подвергался только Кареорр, земля, находящаяся вокруг огромного озера, где располагается остров, оставалась нетронутой. Ради безопасности жителей острова эвакуировали с Кареорра, оставив небольшое количество стражи и обратившись за помощью к Духу Леса, который, кстати, поначалу не откликнулся.

— Но почему здесь остался Владыка?

— Ну, насколько я поняла, здесь остались главы всех семи родов, кроме одного. Также, тот род, глава которого отсутствовал, остался полностью, хотя и являлся самым малочисленным. Пооставалась и часть остальных родов — она входила в стражу.

— Но это всё равно не объясняет.

— Может быть, — Эно легко улыбнулась. — Этого не понять тому, кто всю жизнь бежал от ответственности?

Лас даже приподнялся на кровати.

— Эно…

— Да ладно, ладно, это же всего лишь шутка! — Широко заулыбалась девушка. — Скорее всего, нам просто не известна ещё какая-то деталь происходящего.

— Вот как? — Лас задумался, затем вновь глянул на Эно. — Постой, а откуда ты всё это узнала?

— А? — Эно моргнула и улыбнулась. — От того дроу, которого мы спасли. Он очнулся раньше тебя, а мне было так скучно. Он такой забавный! Представляешь, оказывается, он сын Владыки и его наследник!! Кстати, Элриссар рассказал мне, что на самом деле дроу и светлые давно живут вместе, просто дроу так мало, что об этом никто почти ничего не знает… Э, Лас, что с тобой?

Лас хмуро на неё смотрел. Эно наморщила лоб и недоумённо посмотрела на него. С минуту они молчали.

— Эй, Лас, да ты ревнуешь! — Изумлённо воскликнула Эно, пробив наконец-таки ментальный блок Элдары. — Дурной! — Она счастливо рассмеялась и кинулась обниматься. — Я же тебя одного люблю и никогда-никогда, слышишь? Никогда не брошу!

— Вот как, я тебя тоже, — грустно улыбнулся в ответ Лас.

— Определённо, забавные они существа, эти люди, — задумчиво проговорил находящийся в соседней комнате Элриссар. — Сломать блок Владычицы из-за такой причины. Хм, — лицо его вдруг помрачнело. — Однако хотелось бы мне знать, что же он прячет в этом отделе его памяти. Ни я, ни мама, ни даже отец не смогли его пробить. Какой-то человеческий мальчишка взял более-менее сложный алхимический щит и вбухал в него уйму энергии! Результат потрясающ. И на вопрос, кто его обучил некромантии, пакостник мелкий, не отвечает.

— Эно, а что Хэйтэн?

— Ну, дело в том, что меня так и не пустили к нему. И на вопросы не отвечают.

— ??

— Лас, ты чего, тебе ещё рано вставать, так учитель Аанми сказала!

— Проклятье, ничего не понимаю! — вздохнула наконец Элдара, тем самым признавая поражение. — Не могу понять, для чего Мир мог понадобиться вампиру и некроманту.

— Для чего? — раздался со стороны входа в комнату голос Элриссара.

Ацирэль и Элдара резко повернулись к нему.

— Я не хотел говорить вам, пока всё не уляжется. Некромант что-то говорил про то, что он имеет доступ ко всем знаниям Эргралора.

Наступила тревожная тишина.

— Чушь! Это невозможно! Откуда?? — Элдара резко поднялась.

— Да откуда он вообще взялся? — Вновь повторил свой вопрос Ацирэль, но на этот раз дождался ответа.

— Брист говорил, что нашёл его в магическом круге с неизвестными ему знаками по окружности, — Элдара нахмурилась. — Естественно, Мир об этом ничего не знает — ему был год от силы. Но даже это, — тут она широко распахнула глаза. — Тьма! Неужели?..

— Что? — Заинтересовался Элриссар.

— Да вот подумала, что единственный источник информации, в последнее время доступный Миру — это библиотека старших курсов.

— Библиотека старших курсов? Это в которой был закрытый отдел? — Насторожился Владыка.

— Именно. Где-то пару столетий назад там произошёл небольшой инцидент, в результате которого директор приказал мне уничтожить его, но…

— Но? — Хором переспросили отец и сын.

— Я была немного занята, — дроу смущённо заулыбалась, что выглядело в её исполнении более чем странно. — И отложила сие действие на неопределённый срок.

— И? — Тихо переспросил Ацирэль.

— Ну, я наложила на него кучу запечатывающих и скрывающих заклятий и э-э-э…

— Ясно, — Ацирэль обречённо вздохнул. — Но не хочешь же ты сказать, что этот парень сумел всё сломать или обойти?

Глаза Элдары потемнели.

— Нет. Дело в том, что в библиотеке присутствует некий субъект, на которого действие всех моих заклинаний не распространяется.

— Хранитель? — Глаза Элриссара стали размером с блюдца.

— Именно.

— Но как? Почему? — Ацирэль всё ещё не понимал.

— Видимо, ему удалось с ним договориться, — на лбу у Элдары образовалась складочка.

— Договориться? Ему? — Брови Ацирэля поползли наверх.

— Ты не поверишь, но этот мальчишка великолепно умеет договариваться, — дроу вздохнула. — Он даже сумел договориться с теми, с кем я много лет назад потерпела крах — с сиренами,

— Забавный человек, — Владыка прикрыл глаза, но тут же остро глянул на Элдару. — Или не человек?

— Ты меня спрашиваешь? — Элдара вздохнула. — Как-то не догадалась взять пробу его крови и определить составляющие. Да и в алхимии я как-то не очень. Ладно, в любом случае меня оч-чень интересует одна вещь.

— Да? — Элриссар насторожился.

Элдара внимательно на него посмотрела.

— Откуда в закрытом отделе все знания Эргралора?

Наступившая тишина так и не дала ответа на сей, несомненно, интересный вопрос.

— Ну ты, парень, попа-а-ал, — задумчиво выдал Саир после моего краткого и только по сути рассказа.

— Ну, самое страшное — позади, — оптимистически выдал я, продолжая оглядываться.

Выбравшись из комнаты страха, я проследовал вслед за шустрым крысом по переплетениям коридоров и залов, пока, по словам Саира, мы не оказались в "месте, где можно поговорить". Версия, предоставленная ему, гласила, что я "случайно" наткнулся на дух Эргралора в библиотеке и вследствие этого был похищен. Ни больше, ни меньше. Однако ни о самом крысе, ни о месте, где я нахожусь, мне ничего известно не было, что не могло не напрягать. Внешне я держался довольно беспечно, но внутренне весь собрался, готовый ко всему.

— Ай-яй, позади! Да что ты говоришь, ты хоть знаешь, где мы? — Фыркнул Саир.

— Ну и где?

— В логове некромантов.

— Да? — Я задумчиво посмотрел по сторонам. — Никогда бы не додумался.

Первым делом, как только я перешагнул через порог той комнаты, мне срочно пришлось ставить разработанный мной ранее щит на место. Дух некроманта тут же вылез из недр моего разума — теперь он мог не бояться, что его поглотит алтарь силы. Но притуплять свои чувства я не стал, полагаясь на чётки. Поразмыслив и проанализировав своё поведение за последнее время, я пришёл к выводу, что отчасти мои ошибки были вызваны резким перепадом эмоционального состояния, из-за чего ситуация, в которой я находился, была весьма опасна и даже глупа. Стою, значит, непонятно где и зачем, разговариваю с крысой.

— А ты, собственно, кто такой? — Наконец выразил я свою мысль. — Несмотря на то, что ты говорящая крыса и не мой глюк, я не могу позволить себе поверить, что это что-то обыденное. Ты, часом, не оборотень?

— Какой оборотень, они все вымерли! — Взвился Саир.

— Ну, вампиры вон, тоже вымерли, и что? — Разумно возразил я.

— Не, ну ты выдумал! Уж оборотни — точно вымерли!

Я тяжело вздохнул.

— Сирен не существует, вампиры вымерли, оборотни вымерли…

— Конечно, сирен не существует, а оборотни вымерли! Не мели чушь! — Перебил меня Саир.

Я склонился над ним и, внимательно рассмотрев, самоуверенно хмыкнул.

— Что поделать, думаю, если я скажу, что своими глазами видел сирен, ты скажешь, что…

— Ты сбрендил!

— Вот видишь, — я пожал плечами. — Так может, объяснишь, кто ты?

— Ясное дело! Я — человек! — И Саир встал в гордую позу.

Хм, надеюсь, не нужно напоминать, что он при этом выглядел как обыкновенная, просто очень крупная крыса, выделывающая акробатические для данного вида животных действия?

— Эй, эй, к чему этот скептический взгляд? Слушай сюда, малец, и учись, — голос Саира понизился, и его интонации невольно настроили на тревожный лад. — Это — он обвёл лапкой над своей головой, — проклятие.

В голове что-то глухо щёлкнуло, и в одно мгновение будто бы завертелись-заработали тысячи тысяч шестерёнок, перебирающих, вычисляющих информацию. Меня повело в сторону, так что пришлось прислониться к каменной стене коридора, в котором мы находились. Перед глазами возникло видение пожелтевшей от времени страницы какого-то толстенного тома, на которую косо падали тени от огня, которого в самом видении не было видно, лишь только свет.

"Проклятие — один из подразделов некромантии, являющийся уникальной принадлежностью части магов-некромантов, прозываемых "проклинателями". Также этой способностью, способностью проклинать, могут обладать люди, не имеющие отношения к этому направлению магии. Однако в данном случае сила их проклятий будет стихийна, нестабильна и опасна больше для самого обладателя этой способности, чем для кого-либо другого. Сила проклятия в идеале — неограниченна. Однако на практике, чтобы достичь стопроцентного соответствия реальности с проклятием, выданным проклинателем, нужно соблюдать огромное количество условностей, правил и символов. Лишь единицы способны претворять проклятия в жизнь без особых затруднений. Но и здесь существует опасность для самого проклинателя — без жёсткого контроля собственных мыслей, желаний и слов он способен уничтожить самого себя, что обыкновенно и происходит спустя какое-то время. Проклятие может как иметь временные рамки, так и быть неограниченным по времени. Естественно, существует деление на обратимые и необратимые. Имеется раздел предсмертных проклятий, доступный всем магам, умеющим управлять своей силой, и даже простым, не имеющим силы людям. Последние способны дать силу проклятию самой своей смертью, так как при каждой смерти в мире появляется определённая энергия, имеющая свой особенный характер. Она соотносится с энергией, используемой некромантами для своих заклинаний, и всё, что требуется от человека или представителя другой расы — иметь силу воли направить эту энергию в нужное ему русло. Проклятие может быть применено как к людям, так и к местности, предметам и даже нематериальным субстанциям, как-то: духи, магические силы, настроения или даже воспоминания…"

— Эй, эй, Мир! Да очнись же ты! Если мы здесь ещё задержимся, то эти двое найдут нас! — Вывел меня из состояния ступора немного озабоченный голос крыса.

— Пока я там был, — тихо проговорил я, чувствуя, как злость во мне закипает.

— Что? Где? — Не понял Саир.

— В комнате. Пока я там был, этот гад полазил в моей памяти и теперь у меня в голове куча знаний по некромантии!

— Не самых приятных, скорее всего? — заинтересовался крыс. — И относящихся только к боевой некромантии, верно? Ну, думаю, тебе это будет полезно — для твоей же защиты. Как-никак, ты — в логове некромантов. Здесь со времён последней войны заседают те, кто отказался идти за Эргралором до последнего. Те, кому не приглянулась идея нападать на ШМИ. Те, кто…

— Единственные спасшиеся, — закончил я за него машинально.

Саир закашлялся.

— Спа… ты это о чём? Что ты знаешь об исчезновении остальной части некромантов? — Глаза крыса загорелись алчным огоньком.

— Э нет, ты лучше скажи, кто ты, что там с проклятьем и почему ты мог применять магию в комнате страха, а я нет? И почему она на тебя не действует? И где я конкретно, сирены тебя дери! Как мне выбраться?

Крыс возмущённо открыл рот, но я вновь заговорил.

— А в обмен я расскажу, что случилось тогда, и куда исчезли все некроманты, а также каким образом дух некроманта сохранился в книге.

— Так он сохранился в книге? — Ошалел крыс.

Меня как молнией ударило.

— Постой, ты хочешь сказать, что и это тебе было неизвестно? — В глубине мозга стала зарождаться одна оч-чень неприятная по своей сути мысль.

— Более того, я уверен: об этом НИКТО не знал, — сумрачно глядя на меня, отозвался крыс.

Но это значит, что единственный, кто кроме меня знал о том, что в пропаже всех тех некромантов и заключении духа Эргралора в книгу виноват Мастер, знал только сам он. О его существовании мог знать только Мастер.

И только он мог сказать парочке, похитившей меня, об этом.

— Эй! Эй, ты куда! Ты же не знаешь, куда идти! И, кроме того, разве ты не хочешь побольше узнать об этом месте?

Я резко остановился и обернулся к Саиру.

— Потом, всё потом. Сперва — расскажи, как выбраться отсюда и убраться куда подальше от этих двоих.

Крыс помялся с лапы на лапу.

— Конечно, раз ты так хочешь. Я, вроде бы, конечно, и не обязан, да только скучно мне здесь. Провожу, так и быть. Ну и расскажу по дороге, что знаю. Иди за мной, спешить ни к чему — я знаю короткую дорогу.

И он пошёл вперёд, рассказывая.

— Начну с себя. Как ты понял, то, что я в крысином теле, — результат проклятия. Но и я, знаешь ли, лыком не шит. Против каждого действия существует противодействие, и, соответственно, у меня имелись кое-какие силишки, чтобы противопоставить их проклятию. Но всё, на что меня хватило — это сохранение разума и способность использовать магическую силу. Должен откровенно тебе сказать — я был некромантом, — тут я споткнулся. — Ну и, соответственно, продолжаю им быть. Почему на меня не подействовала комната страха? Ну, видишь ли, тут всё просто до идиотизма. Вся эта сложнейшая экспериментальная конструкция рассчитана на человеческий разум. Но благодаря проклятию распознать его во мне практически невозможно. Здесь всё понятно?

— Ты был эльфом?

Минутное молчание.

— Да.

— Тёмным?

— Светлым.

— Э? А разве среди них есть некроманты?

— Когда-то был целый род.

— Был…

— Да, но в той войне большинство погибло, осталась жалкая кучка и, чудом уцелевший, — глава.

— А ты?

— А об этом я предпочёл бы умолчать.

— Э?

— Утихни, тебя это никаким боком не касается. Слушай дальше. Здесь располагается Орден Некромантов, назвавшийся так после ухода из завоёванной Эргралором столицы. Тут основана своя школа некромантии, свой быт, своя жизнь. Естественно, об этом известно только самим некромантам. На протяжении всего времени, пока мы скрываемся, Орден тайно выкрадывает детей с даром некромантии и с малолетства обучает их здесь, используя свои методы. Хотя, стоит отметить, что всех украсть не удаётся. К примеру, ваш принц Эновский, который младший. Обладает просто чудовищными способностями к некромантии…

— Так вот оно что! — Я резко остановился, потрясённо уставившись в сумрак коридора перед собой. — Королева Миона! Все в королевстве знают, что она — некромант, но никто не знает, откуда она взялась и считают, что её до сих пор не казнили вовсе не потому, что она не использует свой дар, а потому, что Раэннол в неё страстно влюблён! Ведь даже известно, что при ней существует специальный отдел, где она сама обучает некромантов для королевской службы. А это, оказывается, мирная политика Ордена Некромантов! — Тут я остановился, споткнувшись об усталый взгляд Саира. — Что?

— Ничего, — сумрачно отозвался он. — Только давай я продолжу, а? — И он вновь повёл меня вперёд. — Как ты догадался, всё так и есть (правда, тебе я об этом говорить вовсе не собирался), кроме одного: король действительно любит Миону, а она, соответственно, его. Только благодаря ей и осознанию ситуации королём, ещё не разразилась новая, антинекромантская война. Стоит отметить, что эти двое — Юис и Ваэлл — действуют вне Ордена, точнее, они уже давно ведут тайную подрывную деятельность. Так что, не думай, что орден хотел тебя похищать и всё такое. Но и попадаться на глаза членам ордена не советую.

— Я и не собирался.

— Ну, так вот, этого вашего принца выкрасть не удалось, и в результате Эно имеет у себя наследника, обладающего огромной магической силой, заключённой в его крови, но практически не умеющего ею пользоваться, и младшего принца, пошедшего по другому пути развитию своего дара.

— Не думаю, что это надолго. Лас — он любопытный до знаний.

— А ТАКЖЕ, — перекрывая мой голос, взвыл крыс. — Хоть мы и следим за событиями окружающего мира, из-за невозможности открыто вмешиваться в события, мы обладаем минимальной по сути силой воздействия на сильных мира сего.

— Мастера, что ли имеешь в виду?

Крыс резко остановился, так что и мне пришлось притормозить, чтоб случайно не пнуть его. Не оборачиваясь, он нервно вычертил хвостом на полу странную фигуру.

— Парень, — вкрадчиво начал Саир, — можно вопрос?

— Да?

— Почему ты ещё жив?

Я подумал над его словами. Глубоко подумал, с вариациями.

— Случайность, наверное! — Развёл руками.

Крыс сплюнул (плюющий крыс — то ещё зрелище) и поплёлся дальше. Я направился за ним, размышляя на довольно отвлечённые, но такие насущные темы, как "а давно ли я ел?". А как насчёт жажды? Пить-то хочется! Есть и другие надобности.

— Эй, крыс, у меня вопрос.

— Да, — похоронным голосом отозвался Саир. И тут же взвился: — Я — Саир! Так что ты хотел?

— У меня вопрос один.

— Ну, говори уже!

— Сколько я примерно пробыл в комнате страха?

— Ну, я же не знаю, — Саир задумался. — Ну сколько по твоим ощущениям?

— Неделю.

Крыс присвистнул, и на мгновение меня заинтересовало: что нужно сделать крысе, чтобы засвистеть? Однако следующая его фраза меня убила.

— Полтора дня, не более.

Полчаса мы прошли в полном молчании. И только после какого-то времени Саир вновь заговорил.

— Знаешь ли, у этой комнаты существует такое интересное свойство — растягивать время. Однако должен сказать, что ты довольно крепок. Учитывая, что для полного состояния невменяемости для любого другого достаточно будет двух-трёх часов. Сила твоего разума впечатляет, — продолжил он.

— Я бы не назвал это силой разума, — хмыкнул я. — Скорее это было форменным сумасшествием. Если бы я мыслил разумно, я бы использовал это время для более полезных действий, чем рисование карикатур и прочее. Допустим, мне определённо стоило…

— Вот только давай без этого, меня вовсе не волнует, что бы ты сделал, будь в здравом уме и твёрдой памяти. Знаешь ли, у меня такое неписанное правило: "Нормальных людей в нашем мире не существует. Каждый в чём-нибудь сумасшедший. И только двое сумасшедших, понимающих суть сумасшествия другого, могут искренне полагать, что они нормальны…".

— Да ты философ, — не сдержался я.

— Какой есть, — отозвался Саир. — Ты вот что, осторожнее. Мы проходим через жилые отсеки, если что — держи наготове пару-тройку некрозаклятий.

— Смеёшься? Да если я их использую — мне возврата не будет!

Крыс снова остановился и повернулся ко мне мордой.

— А ты не хочешь?

— ???

— Не хочешь остаться здесь?

— Издеваешься? Зачем? Да и, хотя мне и известны заклинания…

— Дар у тебя есть, как некромант, я чувствую это. Так что? Здесь тебе будет гораздо…

— Забудь! — Я хлёстко оборвал его. Помолчал, собираясь с мыслями. — У меня дела снаружи. Неотложные.

— Это какие же? — Изумился Саир.

Какие же дела ожидают меня? Кто знает. Я просто чувствую, что что-то меня ждёт. Что-то тянет назад, что-то, за что я неосознанно цеплялся всё это время, время моего нахождения в комнате страха. Вот забавно. Интересно, что бы это могло быть?

— А это тебя уже ни коим боком не касается! — Не удержался от шпильки я.

— Воля твоя, — вздохнул крыс, и мы отправились дальше.

Спустя какое-то время (час? два? время здесь шло незаметно, не считая возрастания чувства голода и жажды), крыс шустро метнулся назад, шепча:

— За угол, за угол: сюда идут!

Естественно, я не мог не последовать за ним. Спустя пару минут раздались голоса и, видимо, кто-то прошёл по тому самому перекрёстку, к которому мы подходили. Из чужого разговора — парня и девушки — мне удалось выловить лишь пару фраз, содержавших в себе информацию о том, что где-то там, во столько-то столько-то состоится вечеринка. Голоса удалились. Я выглянул из-за угла.

— Идём?

Крыс стоящий за моей спиной согласно хмыкнул. А в следующий миг на меня опустилась тьма.

Раскалывалась голова, и плыло перед глазами. Связанные руки затекли, а ноги не чувствовались совсем. Потребовалось около десяти минут, чтобы осознать своё положение, и пятнадцать — чтобы различить голоса, доносящиеся до меня из соседней комнаты. Прежде всего, стоит отметить, что я был привязан к стулу, притом, весьма необычным предметом — тонкой чёрной цепочкой, от которой просто несло некромантией. Как назло, в голове вылезла этакая "шпаргалка": "Цепь Силы, некроартефакт, особо жёсткой ограниченности — имеет свойство убивать при попытке использования магической силы". От полученных сведений стало дурно.

— Но почему? Я же столько сделал для Ордена! Вы обещали, что если я буду шпионить за этими двумя, вы можете простить мой проступок! Но я сделал даже больше! Я привёл вам этого парня. В нём — все знания Эргралора! Если бы не я…

— Оставь, Саир. Да, верно, я говорил, что могу простить твой проступок, но ты забыл: предателей нигде не ценят. Ты не заслужил обращения проклятия, хотя и принёс определённую пользу.

— Но вы обещали!

— Я решил. А теперь оставь меня: мне надо спешить на банкет.

— А как же парень? Что с ним?

— Ради процветания Ордена — он умрёт.

— ???

— Ты же понимаешь: он — живое искушение для последователей Эргралора. Я вытащил и уничтожил его дух, но знания всё ещё хранятся в воспоминаниях этого парня. Если он не умрёт при попытке бегства — я сам покончу с этим.

Затем раздались шаги и звук захлопываемой двери.

— Ага, как здорово-то, — выдал я в тишину. — От одной напасти избавился — другая явилась. Как забавно.

— Эй!

От неожиданности я дёрнулся и чуть не свалился со стулом на пол.

— Ты! — Выщерился я на Саира, чувствуя внутри себя зарождающуюся злость.

И еле успел успокоиться. Впрочем, мысль, пришедшая мне в голову, охладила мой пыл почище ведра ледяной воды. Если подумать — стоит мне разозлиться, и моя сила выплеснется наружу, а цепь без проблем меня угробит. Ну что за убойные вещи мне в последнее время попадаются!

— Спокойно, не дёргайся, я тебя освобожу.

Я онемел от удивления. Наконец, цепь ослабла, и я попытался подняться со стула. Естественно, мне это не удалось — затёкшие конечности не желали действовать по воле разума.

— Ну, чего ты хочешь этим добиться? — сумрачно вопросил я, валяясь на полу.

Ко мне приблизилась крысиная рожа.

— Да ничего. Я помогу тебе выбраться, а ты… Всё, что от тебя требуется — взять меня с собой.

— Что-о-о?

— Ну, понимаешь ли, это не первый раз, когда меня вот так кидают. Сегодня это последняя стадия. Всё, я понял: магистр просто не знает, как обратить проклятие. Или же не хочет этого делать — мне всё равно. Больше мне нечего здесь делать.

— Хы… ну ты даёшь. А чем я тебе помочь могу? Ты же наверняка сам с усам: вот что, скажи, ты делал в Эно в той камере?

— На задании я был. Шпионил, короче.

— В камере?

— Да нет, просто здесь есть стационарный телепортационный канал, и ведёт он как раз туда.

— Туда?

— Да, видимо, в старые времена его какой-то школьник сдуру наколдовал. А камеры тогда на том месте ещё не было.

— И где же он?

— На поверхности.

— Что значит, на поверхности?

— Пойдём за мной — там поймёшь.

Я с кряхтением поднялся с пола.

— Ну так, идём?

Крыс взмахнул лапой, и мы вышли через уже знакомую мне дыру.

— Так может, сначала поедим?

И мы оказались в уютной, обитой коврами комнате, хорошо освещённой и, в отличие от остальных помещений, довольно тёплой.

— Это — моё логово! — Гордо возвестил Саир. — Еда на столе. Я сейчас, — и скрылся в каком-то соседнем помещении.

Спустя полчаса он появился — с приглаженной шерстью и пахнущий каким-то мылом.

— Ну-с, вперёд? — Жизнерадостно потёр он лапы. — Сейчас я вещи соберу.

А в следующие несколько минут мой скептический взгляд потерпел качественные изменения в своём выражении. К концу магического действия, воспроизведённого Саиром, я смотрел на него с растерянно-жалким выражением лица с круглыми от непонимания глазами.

— Что смотришь? Никогда не видел процесса свёртывания пространства? — Саир хмыкнул. И с удовольствием оглядел совершенно пустую комнату. — Теперь всё — во-о-от в этом вот кольце на моём хвосте. Здорово, конечно, но есть один недостаток…

— Какой? — Эхом поинтересовался я.

— Его нельзя проносить через обычные телепортационные каналы — это грозит искажением пространства, а последствия данного события могут быть просто катастрофичными. Приходится использовать телепортацию, включающую в себя отражения. А это, как я слышал, запрещено.

Меня словно током ударило.

— Так вот оно что, вот оно что, — я лихорадочно заметался по опустевшей комнате. — Так значит там, у эльфов… эффект свёртывания пространства?

— Не совсем, — влез крыс. — Там несколько другое. Насколько я знаю, реален только маленький, всего в сотню лиг остров, на котором расположен главный и малый дворец. Остальное пространство — находится как бы немного в другом измерении, замкнутом на этом островке. Таким образом, если разрушить этот остров — исчезнет всё остальное. Пространство схлопнется — и все дела. Из-за данного положения дел перемещения на остров и с него возможны только с помощью отражений. По самому же острову возможна лишь та же телепортация отражений или же разработанная самими эльфами система "лесных троп". Но это долго объяснять… тьфу ты! Ну вот, такую информацию выболтал! — Саир хлопнул себя лапой по лбу.

— Нет-нет, это просто замечательно, — отозвался я. — Так вот в чём всё дело. И это всё, конечно же, запрещено во всё остальном мире. Стоп. Не понял, и что — они всегда жили на вот таком маленьком островке?

— Ох, как мало ты всё-таки знаешь, — крыс тяжело вздохнул. — Ну слушай. Ты же знаешь, что остров раньше принадлежал дроу? — я кивнул. — Светлые жили на другом континенте. Но он исчез, и они перебрались на остров дроу. Должен сказать, тысячелетие назад этот остров был несколько больше, но не на много. Дело в том, что он тоже погружается в воду. Медленно, но верно — погружается. Более того, когда-то очень давно на том месте тоже был континент. По сути — тот же, что и эльфов, но другая его часть. Но если эльфы жили в лесах на относительно ровной местности, то дроу жили… в подземельях гор, — он помолчал, а я попытался переварить услышанное. — Но когда континент стал погружаться в воду — довольно резко, надо отметить, — дроу поняли опасность ситуации и стали перебираться выше. И выше, и выше… Погружение стало замедляться и дроу стали обживаться внутри гор: строить лабиринты и помещения, дворцы, залы, мосты. То были воистину прекрасные творения архитектуры. Но время шло, вода поднималась, и…

— Дело дошло до нынешних времён, — завершил я, подумал немного. — Но кто же сотворил такое невероятное заклинание?

— Кто-то из владык тёмных, — крыс развёл лапами. — Мне это не известно — дроу держат это в секрете даже сейчас.

Я ещё немного подумал.

— Надо же, какие невероятные вещи можно узнать, если зарыться в историю поглубже. Кстати, всё хотел сказать и забывал. Ты хотел знать, что случилось с некромантами в столице тогда? — Саир кивнул головой. — Их всех убил Мастер. Ну и дух Эргралора в книгу заточил он, соответственно. Что? Что ты на меня так смотришь?

— Откуда ты это знаешь?

— Слушай, я же не спрашиваю, откуда ты знаешь про своё? — Возмутился я.

— Мы это по истории изучали! — Тут, видимо, моё лицо изменилось. — Что? Чего это с тобой?

— Да вот, подумал, да так как-то и не понял: я-то знаю, что все заклинания запрещённые — результат действий Мастера. А какова официальная версия-то?

— О чём ты?

— Ну как людям объясняют, почему запрещено то или иное заклинание?

— Ну ты дурной. Зачем объяснять, если со временем о заклинании забудут, и его просто невозможно будет использовать? Ведь если всё будут объяснять, то пойдут противоречивые мысли: "А вот я бы не стал, а вот я бы наверняка… ну я же не буду этого делать?".

— Но разве это не так?

Крыс внимательно на меня посмотрел, и на мгновение за этим взглядом я увидел действительно нечто большее, чем просто говоряще-магичащую крысу.

— Может и так. Но, пока жив Мастер — ни у кого не выйдет "не делать чего либо". Видишь ли, он использует любого, кто станет этим заниматься. Любого, даже если он сам об этом не будет подозревать. Понимаешь?

— Ты на что это намекаешь? — Насторожился я.

— На то, что его просто давно пора убить, — крыс дёрнул хвостом. — Но ваши маги почему-то до сих пор медлят. Словно тянут время, боясь столкнуться с Ним лицом к лицу. Боясь, но не желая сдаваться.

— Что за глупость? — Я всё больше уходил в непонимание.

Саир тяжело вздохнул.

— Забудь пока об этом. И идём уже.

— Ну а теперь вернёмся к нашим баранам, — с нажимом начала Элдара, пронзительно глядя на Ацирэля, невольно почувствовавшего себя под этим взглядом неуютно, но внешне никак того не показавшего. — Будь добр, изложи всё с самого начала.

— Кх-кхм, — Владыка собрался с духом и заговорил. — Примерно полгода назад на нашу сокровищницу произошло нападение, — у Элриссара, находящегося тут же, глаза стали размером с тарелку. Эрритар Эзгранэ, глава рода эльфов-некромантов, с отсутствующим видом взирал на лес из окна. — Сначала нам показалось, что ничего не пропало — мы вовремя обнаружили проникновение. Вор, хоть и сбежал, но явно не имел времени что-либо украсть, — на лице Эрритара появились отблески скептицизма. — Но очень скоро обнаружилось, что это не так, — Владыка поднялся с кресла и подошёл к другому окну. — Притом обнаружил это не я, и даже не Эрритар.

— К вам совершенно внезапно заявился Брист, почувствовавший отблески знакомой силы в магическом пространстве, объявивший, что в наших закромах побывал сам Мастер, и поставивший всех на уши?

— Откуда знаешь? — Заинтересовался рыжий эльф.

— Не трудно догадаться, — фыркнула дроу. — Он сам заявил, что был здесь из-за каких-то проблем. Суть их не сообщил, но уже тогда меня терзали смутные подозрения.

— Так вот, он и обнаружил пропажу твоей печати, — вздохнул Ацирэль. — Что тут началось! Несмотря на то, что ты никому не сообщала функции этого артефакта и вряд ли в скором времени должна была появиться на горизонте, я решил перестраховаться.

— И послал за ним Эрритара? — Вздёрнула бровь Элдара.

— Если бы, — усмехнулся Ацирэль. — Я отправился за ним сам.

Воцарилась тишина. Все, кроме самого Эрритара смотрели на Владыку, как на сумасшедшего.

— Но Брист тебя остановил? — С надеждой поинтересовалась дроу. — Вообще, о чём ты…

— Ну, если честно, я не собирался заморачиваться и просто хотел разнести всё к лешему на своём пути, — Ацирэль прищурился, и внезапно перед присутствующими в комнате предстал действительно Владыка, а не просто рыжий с глазами цвета морской волны эльф, вечно весёлый и немного безбашенный. — Видишь ли, меня очень привлекал сам факт того, что за этим всем стоял Мастер. И да падёт мне на голову небо, если я не жаждал встретиться с ним лицом к лицу и…

— В общем, я его отговорил, — сумрачно подал голос Эрритар. — С трудом, но сумел доказать, что вряд ли Мастер планировал тёплую встречу с Владыкой после всех этих "теневых игр". И что наверняка эта печать, всё ещё виднеющаяся на горизонте магического пространства, уже не у него.

— Но я не мог быть точно уверенным в этом, и, для профилактики отправил за печатью самого сильного после меня мага на острове, — закончил своё повествование Ацирэль.

— Идиот, — припечатала Элдара. — Лучше бы сам пошёл, всё больше пользы бы было. Хотя, — тут она подняла руку с цепочкой-печатью и внимательно на неё посмотрела, над чем-то задумавшись.

— Должен сказать, что, несмотря на то, что это было довольно глупое решение, только я смог бы вернуть артефакт, — снова заговорил Эрритар. — Мне противостоял действительно сильный некромант, а Владыка, не побоюсь этого слова, по этой части — дуб дубом.

— Не обижай благородное дерево, Эрри, — очнулась от раздумий Элдара. — Впрочем, если сравнивать нас всех с деревьями, то в данном случае я буду являться… — тут она задумалась, пожала плечами. — Даже дерева такого нет. Все слишком хороши.

Находящиеся в комнате изумлённо на неё уставились.

— Мама, самокритика в твоих устах — нечто, подобное апокалипсису, — вставил своё слово Элриссар.

— Сейчас я всё вам объясню, — хмуро ответила дроу. — Будет вам апокалипсис, — она вздохнула и приступила к сути. — Вот это — она вновь подняла цепочку. — Печать… — выдержала театральную паузу. — Одна из шести Пространственных Печатей Владык, составляющих шестиконечную Звезду Измерений, древнего могущественного заклинания, благодаря которому существует то искусственное пространство, в котором обитает большинство эльфов.

Тишина. Наконец, Ацирэль выдал:

— А Мастер об этом…

— Именно, — кивнула дроу. — Знал.

Нэвэрианэ устало взирала на эту неугомонную парочку.

— Нет.

— Но пожалуйста, учитель Лаонэ! — состроила умоляющую рожицу Эноллаира.

— Нет, — всё также непреклонно ответила та.

— В таком случае, я буду действовать вопреки вашему запрету, несмотря ни на что, — внезапно холодно высказал Лас, которому надоело выслушивать всё это.

Наступила тишина.

— Это что ты имеешь в виду? — Настороженно прищурилась Нэвэрианэ, только недавно отошедшая от остаточных эффектов той магии, что она применяла, чтобы найти Рисса.

Элиас перевёл на неё разом почерневшие глаза.

— А как вы думаете?

Нэвэрианэ чуть отшатнулась назад, потрясённая той невероятной силой, на мгновение мелькнувшей на дне глаз принца. Воцарилась тишина, во время которой эльфийка и человек неотрывно смотрели в глаза друг другу.

— Ла-а-ас, — осторожно выдавила Эно, чувствуя, как накаляется ситуация, но парень не услышал её, продолжая буравить взглядом Нэвэрианэ. Та не сдавалась.

"Да что же это? Что же это с ними со всеми? — взорвалась ослепительно-яркая мысль в голове Эно. — Не могут пустить повидаться с другом? На краю смерти, не видя дальше собственного носа… Так вот они какие, эльфы. Равнодушные к смерти людей. Или ко всем? Ко всему? Козлы просто, а не благородная раса! Если уж на то пошло… будет вам моё проклятие!"

— Эно! Эно, успокойся! Всё нормально, нас пустят к нему, только успокойся! — Донёсся голос Ласа сквозь пелену яростных мыслей до девушки.

— Ммм? — Девушка недоумённо похлопала ресницами, глядя на окружающих.

В той самой комнате, где когда-то произошла их памятная встреча со Владыкой, они были втроём: Нэвэрианэ, Лас и сама Эно. Эльфийка сидела в кресле, держась за голову и явно находясь не в состоянии связно выражать свои мысли. Сам Лас стоял рядом с ней, бледный, дёрганный и видимо неслабо перепугавшийся.

— Эно, ты больше так не делай, хорошо?.. Я, конечно, всё понимаю, припугнуть там кое-где, надавить авторитетом, но…

Дверь в комнату распахнулась и на пороге появилась шатающаяся Элдара. Оглядела представшую её взору картину и вяло пошутила:

— И никаких Мастеров, к сиреновой матери, не надо.

Следом за ней в комнату спокойно вошёл сам Владыка, лишь немного взъерошенный, впрочем, как и всегда. Неспешным шагом он подошёл к девушке и внимательно посмотрел той прямо в глаза.

— Да-а-а, вот что значит наследственность. Маг разума в десятом поколении со стороны матери, если не ошибаюсь? — Эно машинально кивнула. — Весь остров на уши поставила.

— Кх-кхм! — Вежливо напомнил о себе Лас. — Как насчет нашего пропуска к Хэйтэну?

Владыка перевёл взгляд своих чудных глаз на него и минуту вдумчиво его рассматривал.

— Эл, ты что, ничего им так и не объяснила? — Полуобернулся к Элдаре.

— Когда? — С досадой поморщилась та.

Тут в комнату заглянул Элриссар.

— Эрритар уже в порядке, но разговаривать с ним в ближайшее время я не советую, — с оттенком иронии отметил он. — Уж очень он к магии разума восприимчив, а тут ещё и… — но быстро сник под пристальным взглядом Элдары.

— Постойте-ка, что вы должны были нам объяснить? — Не выдержала Эно.

— Это о Хэйтэне, — дроу дёрнула плечом и присела рядом с Нэвэрианэ, сочувствующе глядя на оказавшуюся в эпицентре мысленного урагана дочь. — Знаете ли вы что такое частичное объединение с доминирующей стихией?

Лас отрицательно покачал головой.

— Я знаю, — робко подала голос Эноллаира.

Эльфы в изумлении воззрились на неё.

— У меня было случайное… в тринадцать лет.

— Но случайных объединений не бывает! — Выдал Элриссар, потрясённо глядя на девушку.

— А это было не совсем случайное, — Эно отвела глаза. — Просто я оказалась в ситуации, когда моих сил и возможностей оказалось недостаточно и… в общем, я не осознавала, что делаю, но хотела именно этого.

— Понятно, — с выражением лица, прямо говорящим об обратном, выдал Рисс. — И как, помогло исправить ситуацию?

— Нет, — голубые глаза Эно заледенели. — Мой брат к тому времени уже умер. — Присутствующие в комнате невольно дёрнулись. — И с тех пор я не могу самостоятельно блокировать свою силу, из-за чего постоянно слышу чужие мысли, — она помолчала. — Даже во сне.

Лас расширившимися глазами взирал на неё. Наконец он отвёл взгляд.

— Я слышал, что твой брат погиб, но…

— Ничего, — глаза девушки словно оттаяли. — Давайте вернёмся к Хэйтэну, — она гордо выпрямилась и в упор посмотрела на Владыку. — Я знаю, что грозит окружающим в подобном случае. Но я всё равно настаиваю, — она подалась вперёд. — Настаиваю, чтобы нас пропустили!

— А что Элиас? — Прищурился Владыка.

— Полагаю, ему тоже всё равно, что с ним будет, Владыка, — раздался голос Кирано.

Все обернулись и узрели того, живым и здоровым, в сопровождении всё той же Чии.

— А что будет-то? — Нахмурился Лас.

Эно скосила на него свои голубые глаза и со свойственной ей беспечностью ответила:

— О, всего лишь небольшое лишение магической силы недельки эдак на две. Чем это обуславливается, никто так разгадать и не смог — да и как, если сила пропадает? А за те пять минут, что дозволяются, ничего сделать не успеваешь. Ну как?

— И всё? — На лице Ласа отобразилось выражение недоумения. — Ну и ну, и из-за такого вы…

Присутствующие в комнате обречённо переглянулись.

— Выйдете сейчас из этой комнаты южной дверью, пройдёте три поворота, затем свернёте влево, пройдёте три двери и пересечёте небольшой холл. После него центральным коридором до комнаты с огромным цветком посредине. Там будет семь дверей: три справа, три слева и одна по центру. Войдёте в третью справа — он там… — договорить Элдара не успела — Элиаса и Эно и след простыл. — Дети, — вздохнула она. — А всё туда же.

— Не будь так строга с ними. Он ведь их друг, — возразил Ацирэль.

— Кто знает, что будет, если он умрёт, — имея в виду Эноллаиру, проговорил Элриссар.

— Меня больше интересует что будет, если он выживет! — Мрачно возвестила Элдара.

— А такое возможно? — Подняла голову Нэвэрианэ.

— Леший его знает, это же сын Кхара! — Дроу пожала плечами. — Такая наследственность!

— Простите, я вам не мешаю? — Не выдержал Кирано, съехидничав.

— Да ладно, ваше высочество, — Нэвэрианэ поднялась. — Я же их наставница. Будьте уверены: шиш он умрёт. Вот увидите, — убеждённо проговорила она. — Выкарабкается. Вот только проблем прибавится. Пойду отдохну, рано мне ещё на поле боя.

Она встала и, потянувшись, вышла. Кирано, кивнув на прощанье головой, отправился к себе, Чия за ним. Рисс, пребывая в задумчивости, также покинул комнату.

— Выкарабкается, — зло усмехнулась дроу, и многочисленные белые косички со свистом рассекли воздух. — Как же! Не знаю, что там у Эноллаиры было в её тринадцать, но Хэйтэн не был готов к подобному и вряд ли был бы готов в ближайшее пятидесятилетие. А если и выживет — то разум его даст крутой сбой, да так, что лучше бы умер.

— Не злись, — нехорошим взглядом скользя по зелени за окном, отрешённо перебил её Ацирэль. — Лучше так и скажи, что волнуешься за него. При мне-то можно.

— Заткнись.

— Сразу два ученика, за которых ты волнуешься, как за собственных детей. Стареешь, а? — Всё так же отстранённо продолжил эльф.

— Заткнись! Сама знаю, что… — тут голос дроу упал до шёпота и совсем затих.

— И ещё Мастер этот. Ловко он над нами издевнулся. Вроде как, хотел бы — давно бы уничтожил, а так живите, живите, пока добрый.

— Ну, разве нельзя сказать то же самое о нас? — Голос Элдары приобрёл незнакомые ученикам ШМИ, но такие близкие Ацирэлю оттенки.

— Конечно же нельзя, Эл, ты же знаешь.

— А ты скажи мне это. Мне нужно, чтобы кто-нибудь мне об этом напоминал. Желательно, почаще.

— Кто бы МНЕ напоминал, — иронично хмыкнул Владыка.

— Скажи это.

— Как хочешь, — он минуту помолчал. — Мы не способны победить Мастера хитростью, — небеса, голубыми обрывками просвечивающие сквозь зелёные кроны вековых деревьев, были спокойны. — А открытое столкновение приведёт к разрушению мира.

— Вот здорово.

— И не говори.

— А может, ну его?

— Может и ну его.

— Смешно.

— Очень.

Минуту они помолчали. Затем переглянулись и кивнули друг другу, рассмеявшись. Ведь это был не первый раз, когда они говорили об этом. И ещё ни разу дело не шло дальше разговоров.

Я стоял на песчаном берегу и взглядом попавшего в абсурдную ситуацию человека озирал представшую передо мной картину. Крыс явно был доволен произведённым впечатлением.

— Итак, перед нами простираются воды Пустынного моря! Позади нас торчит верхушка некогда главной школы всех магических школ островного королевства Эно! Весь остальной корпус этого монументального, но всеми забытого здания, находится под водой. Благодаря древним, но невероятно мощным заклинаниям, вода не проникает вовнутрь, а сама постройка не поддаётся влиянию времени. Постепенно её заносит песком, из-за чего вокруг образовывается песчаная коса, но на внутреннее строение замка это не влияет. Замок был занят некромантами и прихватизирован в качестве основной базы. Благодаря специфическому расположению посреди логова мифических сирен…

— Саир…

— …наше существование…

— САИР, — с нажимом перебил его я, медленно пятясь от набегающих солёных волн. — Где твой телепортационный канал?

— Э-э-э, видишь ли, я тебе соврал. На поверхности его нет.

— Саир…

— Понимаешь ли, вход в него — только по разрешению главы ордена, а так он запечатан…

— И как ты собирался…

— Ну, понимаешь ли, из-за того, что я стал крысом, я утерял способность сам строить каналы. Но ты-то, ты!..

— Я не умею.

— Так я научу!

— У меня нет на это сил.

— Так на кой они тебе сдались! Я тебе такое покажу, когда…

— После чего Вестники Трона меня живьём съедят и не подавятся.

— Да как они узнают!

— Поверь, эти — узнают.

— Да я на территории Эно только так запретную магию использовал и — ничего.

— Прости за прямоту, но ты, прежде всего, — крыса.

— Я эльф!

— Крыса.

— Эльф!

— Крыса.

— Эль… слушай, там всё просто, парочка отражений, и…

— Видишь ли, я потом не смогу объяснить, как отсюда выбрался.

— Эй, ты что, собираешься рассказывать кому-то, где ты был?

— Конечно! От меня же за версту некромантией несёт. Не беспокойся, это будет надёжный чело… эльф.

— Эльф? — В голосе крыса зазвучал священный ужас.

— Дроу, — пояснил я, спешно выстраивая магические конструкции.

— А-а-а, — облегчённо вздохнул крыс. — Ух ты, а что это ты такое делаешь? Впервые вижу.

— Защита.

— От кого?

— От… неважно, — затравленно глядя на море, ответил я. — Слушай, а других каналов нигде в этом замке нет?

— Есть, но они не использовались тысячелетие, неизвестно, куда ведут и правильно ли работают вообще.

— Веди.

— Но…

— Веди!

— Ладно, но если мы умрём… — крыс послушно потопал в направлении одного из высоких окон, служащих входами и выходами.

— Слушай, а некроманты что, никакой стражи здесь не ставят?

— От кого? Да и кроме того, здесь магическая защита.

— А?

— Я её взломал, всё нормально.

— Я и не заметил.

— Так я её давно взломал, не сейчас, — крыс подошёл к нужному окну, принюхался. — Вроде здесь. Да, похоже — именно там я в последний раз наткнулся на заброшенную комнату с каналами. Никто кроме меня здесь не ходит — все опасаются бродить по непроверенным коридорам, так как из старого тут много опасного сохранилось. Даже я не знаю десятой доли всего здания. Древние маги, они совсем сумасшедшие были. Даже для тех, кто без колебаний пользуется запретной магией, то, чем промышляли они, по-настоящему страшно. Порой думаешь: и хорошо, что нет больше древних знаний. То, что сейчас — мелочёвка. Да, кое-где опасная, кое-где нехорошая, но по сравнению с тем — баловство. Иногда чудится мне, — Саир обернулся ко мне, значительно махнув хвостом. — А может оно и к лучшему…

— К лучшему что? — Напрягся я.

— Забудь, — словно очнулся крыс. — Идём, — и прыгнул в темноту проёма.

Я, ещё не отошедший от такого количества подозрительной информации, шагнул было за ним.

— А куда это мы собрались? — Раздался позади до дрожи знакомый насмешливый голос. — Я только-только тебя нашёл. Может, останешься, поговорим?

Я, не оборачиваясь, скосил глаза, вбок, затем обратно в проём. Оттуда высунулась мордочка крыса, он картинно развёл передними лапами в стороны, печально вздохнул, извиняющее помахал хвостом и, сделав лапкой на прощанье, скрылся в темноте.

Я обернулся к некроманту и без удивления обнаружил рядом Юисом явственно скучающего вампира.

— Во мне больше нет духа Эргралора, — мрачно оповестил я их.

— Да-да, — закивал головой Юис. — Но мне и не нужен Эргралор, — он предвкушающее улыбнулся и поправил шляпу, съехавшую немного на бок. — Мне нужны его знания.

Я с тоской посмотрел мимо него на набегающие на берег волны, на лазурное, без единого облачка небо, на приветливо жмурящееся полуденное солнце. А правая рука тем временем с ужасающей скоростью чертила и чертила на древней каменной стене защитные руны.

— Хо, — сказал Юис, склонив голову на бок. — Что же, уважаю твою силу духа. Ваэлл, не вмешивайся, — вампир даже не отреагировал, задумчиво всматриваясь в горизонт.

Некромант снял шляпу и аккуратно надел её на голову клыкастого. Повернулся ко мне.

— Начнём, пожалуй?

Глава 5

ЛИВЕНЬ

— Мастер.

— Да?

— Насчёт моей просьбы.

— Всё идёт по плану, — усмешка.

— Но вы явно отвлеклись.

— В конце концов, это не единственное дело, которым мне стоит заняться, — лёгкое недовольство. — Кроме того, стоит отметить, что я и так оставил часть событий без присмотра.

— Это вы об Ордене? Бросьте, там и без вас всё хорошо.

— В принципе, это уже пройденный этап, особенно теперь.

— Что вы имеете в виду? — Досада в голосе. — Ваше поведение всё больше и больше походит на абсурд! — Собеседник Мастера всё больше распалялся. — Мало того, что…

— Тсс… — в голос Мастера заледенел. — Не понимаешь — так сиди и молчи в тряпочку.

Наступила тишина. Обречённый вздох.

— Боюсь, так мне придётся молчать всю мою оставшуюся жизнь.

— Великолепно! — Произнёс Юис, любопытствующим взором следя за пепельноволосым парнем. — Это последнее — просто чудо сообразительности, — он улыбнулся и чуть наклонил голову на бок, наблюдая, как тяжело дышащий Мир поднимается с земли (не забывая при этом обновлять защиту, которую, вот уже в шестой раз пробил некромант).

Вампир невозмутимо смотрел на море, изредка кося взглядом на сражающихся магов — битва продолжалась всего минуты три, но разнообразие атак и защит могло заинтересовать кого угодно.

Особенно, если учитывать то, что парень, по сути своей, применял довольно простые, не имеющие никакого отношения к запретной магии заклинания, тогда как Юис ни о каких запретах и не вспоминал. Другое дело — и довольно сложное — это то, что парень нужен был Юису живым. Нет, конечно, можно было бы его убить и достать нужную информацию из оживлённого трупа или же позвать дух паренька и допросить его. Вот только в первом случае большинство знаний будет утеряно, а во втором — степень подчинения духа зависит от силы воли умершего. Вот-вот. И именно поэтому Юис всё никак не мог подловить Мира. А тот уже явно смекнул, что к чему, и пользовался своим преимуществом вовсю, используя "простенькие" заклинания, трансформированные порой в такое НЕЧТО, что мозги закипали от одной только мысли о том, что такое вообще возможно.

Наконец Юис остановился (чего не скажешь о Мире, который использовал короткую передышку для возведения очередной защиты).

— Хорошо-хорошо, раз уж ты так упорно сопротивляешься, предлагаю сотрудничество, — некромант развёл руки в стороны. В синих глазах мелькнуло насмешливое уважение. — Ты ведь владеешь магией разума, не так ли?

— С чего ты взял? — Сохраняя на лице выражение абсолютного высокомерия, отозвался Мир (вампир мог лишь удивляться его самообладанию).

— С такой-то силой воли — и не владеть данным видом магии, — по лицу Юиса пробежала самодовольная усмешка, чуть испорченная искривившимся шрамом. — Предлагаю обмен: ты нам — знания, мы тебе — жизнь.

— Скорее смерть, — зло усмехнулся парень. — Ведь я жив только потому, что у меня есть эти знания.

— О-о-о, — глаза некроманта стремительно почернели. — Скоро их не будет.

Он резко выкинул правую руку, сжатую в кулак, вперёд. Небо над головой Мира раскололось, и вниз опала тонкая ветвь чёрных молний. Тонкая — но смертельно опасная. Молнии, словно не видя круга рунных защит, прошли сквозь и ударили в парня, пройдя до самой земли. В воздух взвились клубы песчаной пыли, загораживая собой вид.

— Хм, — Юис задумчиво почесал подбородок. — Нехорошо как вышло, я думал, он хоть немного увернётся.

— Ты его убил, судя по всему, — в голосе Ваэлла не было ни тени иронии, но это, несомненно, была она.

Песок медленно оседал, некромант продолжал наблюдать за этим. Наконец видимость стала более менее ясной, так, что можно было прекрасно разглядеть — Мира на том месте не наблюдалось.

— Как ты думаешь, Ваэлл, где он? — Задумчиво поинтересовался Юис, явно не считая ситуацию критической.

— Предлагаете мне помочь вам? — Вампир повернул голову, но тут порыв ветра сорвал с него шляпу, а лиловые волосы Ваэлла, заплетённые ранее в косу, превратились в нечто не поддающееся описанию.

— Паршивец, — прошипел вампир, пытаясь вернуть своей причёске былую элегантность. — Хулиганить вздумал?!..

— Ваэлл! Моя шляпа! — Ужас в голосе некроманта.

— К чёрту шляпа, где этот придурок?..

— Я здесь, — раздался насмешливо-ледяной голос со стороны моря.

Оба — и Юис, и Ваэлл медленно обернулись. Парень стоял по колено в воде, левой рукой небрежно удерживая шляпу некроманта. Ветер бил ему в спину, и лица никак нельзя было разглядеть, но отчего-то чудилось, что он улыбается — зло и торжествующе, как может улыбаться только победитель.

Вампир мгновенно забыл о прическе и со свойственной только этой расе скоростью оказался на довольно приличном расстоянии и от Мира, и от некроманта.

— Ваэлл? — Проводил его краем глаза Юис.

— Вы просили не вмешиваться, — бархатным голосом отозвался тот. — Я всего лишь выполняю ваш приказ.

— Ну-ну, — хмыкнул некромант. — В таком случае…

И в этот момент со стороны Мира раздался лёгкий возглас. Ветер продолжал бить со странной в эту спокойную погоду силой, вампир продолжал пытаться привести свои волосы в порядок (не забывая настороженно следить за Миром), некромант… А вот некромант так и не смог завершить свою фразу и теперь отрешённо-пустым взглядом смотрел куда-то в сторону.

— Верно думаешь, некромант. То есть, думал. Я действительно владею магией Разума, — в голосе Мира продолжало звучать неприкрытое злорадство. — Но ещё лучше этой магией владеют сирены.

Вампир невольно отшатнулся назад, когда за спиной парня прямо из воды стала возникать чья-то фигура, и, по мере её возникновения, становилось ясно, что это — девушка.

— Так ты всё-таки решил не применять то заклинание, — прищурился Ваэлл.

По губам Мира пробежала полубезумная усмешка.

— Не хочешь же ты сказать, что я совсем дурак — оставлять схему заклинания прямо на полу комнаты? На самом деле в неё закралась ошибка, которую я нашёл слишком поздно. Заклинание не сработало бы.

— Предупреждаю сразу: я абсолютно не подвластен магии Разума, — вампир медленно пятился назад, тревожно наблюдая за приближающейся к Миру сиреной.

— Вот бы мне так, — совершенно внезапно вздохнул парень и поднял голову.

И вампир подивился тому ужасающему контрасту, что предстал перед ним: на губах парня продолжала сиять злорадствующая усмешка, а вот его глаза были полны испепеляющей ненависти. Сирена наконец оказалась рядом с Миром и по-хозяйски обняла того за плечи, кося своим жутким взглядом на вампира.

Ветер усилился.

— Десять минут, я помню, — сирена сладко улыбнулась, прижавшись всем телом к Миру, даже не повернувшему к ней голову и продолжавшему смотреть прямо перед собой. Ненависть в его глазах при этом ничуть не утихла. — А этот, — сирена вновь глянула на Юиса, — уже.

Тело некроманта прямо на глазах начало превращаться в воду, пара минут — и его не стало. Сирена вновь скользнула взглядом к Ваэллу и торжествующе улыбнулась, прижавшись щекой к Миру, глаза которого начали медленно закрываться.

— Наконец-таки… мой.

И тут Мир распахнул глаза, наполненные синевой.

Некоторое время спустя.

— Ну, и что это было? — требовательно поинтересовался у меня вампир и, присев рядом со мной на песок, стал дожидаться ответа.

С неба продолжал лить дождь, хотя уже не так интенсивно. Сквозь ещё недавно чёрные грозовые тучи просвечивали лучи солнца и, ниспадая полосой света вниз, преломлялись в грозно ударяющих о берег волнах, брызги которых чудно искрились и создавали ощущение нереальности происходящего. Ветер всё ещё бешено завывал и клубился вокруг стен затопленного здания.

— Безумие силы.

Мне даже не пришлось думать, чтобы ответить. Я и не думал в этот момент, просто созерцая представшую передо мной картину. Где-то у горизонта пролегала резкая граница между миром дождя и солнца, из-за чего линия горизонта казалась краем всего мира. Там — обрывается этот мир, чудилось мне. За этой гранью ничего нет… И никогда не будет.

— Да-а-а, это было форменное безумие, с этим я согласен! — Хмыкнул вампир, уже не пытаясь привести в порядок насквозь вымокшую причёску. — Но что-то я не совсем понял, причём здесь сила, и откуда её у тебя столько?

— Да что здесь непонятного? — Ветер вновь взметнулся над побережьем, и я внезапно ощутил, что тоже жутко промок и теперь рискую получить простуду. — Когда я злюсь или у меня возникают другие, не менее яркие эмоции, моя сила выходит из-под контроля. Притом количество этой силы прямо зависит от того, насколько сильна моя злость, — я оглянулся и скользнул усталым взглядом по зданию старой школы. Омытое огромным количеством воды, оно казалось возрождённым, восставшим из пепла, как легендарная птица феникс, хотя и немного ошеломлённым. Или мне это только казалось? — И, что примечательно, последний факт стал известен мне только что.

Я замолчал, Ваэлл, больше не пытающийся на меня нападать, переваривал информацию. А я невольно задумался над тем, что всё-таки большая сила предпочтительнее большого ума. Несмотря ни на что, она способна решить проблемы, которые невозможно решить одним разумом. Даже если ты не имеешь возможности управлять этой силой.

От размышлений меня отвлёк смех вампира. Я скосил на него взгляд.

— И ты… только сейчас разозлился? — Сквозь хохот поинтересовался он.

— Не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Ну как же! Какие-то уроды выдернули тебя из эльфийского леса, стали докапываться насчёт какого-то духа, посадили в комнату страха, гонялись за тобой по всему зданию, да ещё не пожелали отстать, когда ты почти выбрался на свободу!

Я помолчал, вспоминая, действительно, злился ли я и насколько сильно.

— Ну почему, я и раньше злился.

— Тогда…

— В комнате страха это было бесполезно, как и в комнате, где все стены были усыпаны антимагическими кристаллами. По крайней мере, моей злости было недостаточно. А потом, — я вспомнил момент предательства крыса. — Это было невыгодно.

— Постой, так ты всё-таки можешь управлять силой, которая приходит вместе со злостью?

Я покосился на него.

— С чего ты взял?

— Ты же говоришь, что было не выгодно, а значит, каким-то образом сдерживал силу.

— Я не могу сдерживать эту силу. Но зато я неплохо могу подавлять свои собственные эмоции, — хмуро оповестил его я.

Вновь подул ветер, и я невольно поёжился — сидеть на мокром песке становилось всё холоднее.

— Великолепно, — хмыкнул Ваэлл и поднялся, демонстрировано разводя руками в стороны. — И что же тебя ТАК разозлило, что буквально десять минут я наблюдал натуральный шторм невиданной мощи, притом появившийся буквально мгновенно, в тот же миг, когда ты открыл глаза! Да леший меня задери, если бы я не знал, что это невозможно, я бы решил, что передо мной чистый стихийник воды и воздуха, притом сильнейший, вступивший в обряд объединения со стихией и не сумевший справиться с самим собой!

Очередная волна прибоя с шумом ударилась о берег и добралась до меня. Я не сдвинулся с места, каким-то отстранённым взглядом созерцая, как одежда, итак далеко не сухая, тяжелеет и леденеет под злым, не желающим успокаиваться ветром.

— Бедную сирену вообще на водяные клочки разорвало.

По губам невольно пробежала злобная, торжествующая усмешка. Я помню, так я улыбался, когда стащил силу Зарга. Помню и последствия. Но суть не в этом.

— Её больше нет.

— Что? — Ваэлл сделал вид, что не понял. — Ты имеешь в виду… Но она помогла тебе, и…

— Ненавижу сирен.

Вампир запнулся и замолчал. Пристально на меня посмотрел (я не отрывал взгляда от горизонта) и продолжил.

— И, я так понял, ты сам вызвал её.

— Ненавижу сирен.

— Она помогла тебе, а значит, ты должен был отплатить за по…

— Я. Ненавижу. Сирен.

— Тогда…

— Что тут непонятного? — Несмотря на хлёсткие слова, внутри я не ощущал никакого подъёма чувств, даже наоборот. Созерцая эту картину — картину медленного затихания бури, — я не ощущал внутри ничего. Это напоминало мне состояние ступора, но всё же чем-то неуловимо отличалось от него. В глубине меня всё же присутствовало некое чувство, просто я ещё не мог дать ему названия. Одно я мог сказать точно: это чувство было мне по душе. — Я не мог справиться с тобой и Юисом ни умом, ни голой силой. Зато это могла сделать сирена, — я помолчал, опустив голову вниз и начертав на песке слово "сирена". — Эта тварь почувствовала меня сразу, как только я вошёл в воду, — тут я усмехнулся. — Правда, я не мог знать наверняка, и всё же, не прогадал. А когда… — все нужные слова внезапно испарились, и я замолчал, не в силах продолжить.

— Вот значит как, — Ваэлл отошёл от меня на несколько шагов, внезапно наклонился и поднял что-то с земли, отряхнув от тяжёлого слоя песка. — Надо же, даже носить ещё можно. Если правильно высушить, — добавил он, хмыкнув, и засунул то, что осталось от шляпы некроманта, за пазуху. — Выбирая между двух зол, ты выбрал большее. Оригинально. Ты действительно умён и умеешь рисковать. А самое главное, — тут он обернулся ко мне и клыкасто улыбнулся. В дождливых сумерках блеснули алым его глаза. — Тебе просто невероятно везёт. Ты никогда не задумывался, почему?

Я отвёл взгляд от его гипнотизирующих глаз. Поднялся, хотя с некоторым трудом — непривычное к такой непогоде тело затекло и дрожало мелкой противной дрожью. Где-то у горизонта простиралось царство света и тепла, здесь же выл и стенал ветер, бросая в лицо последние капли холодного дождя, играла леденящая душу музыка прибоя и странно шуршал мокрый, потемневший песок под ногами. И отчего-то в голову пришла довольно диковинная, необыкновенная по своей сути мысль. Я словно освободился от чего-то тяжёлого, пригибающего меня к земле, как камень на шее, тянущий ко дну, но невидимый и неуловимый. А мысль раскрывала за моей спиной свои крылья и дарила странное ощущение почти позабытой внутренней свободы: я никогда бы не подумал, что море может быть таким красивым… совсем как степь.

— Почему духу, засевшему внутри меня так и не пришло в голову, что он свободно может получить доступ к моей силе без моего ведома и править балом? Почему вместо того, чтобы заняться мной всерьёз, некромант пустил дело на самотёк и до самого последнего момента не считал меня реальной угрозой? Почему его сообщник, вампир, не проявил инициативы и буквально плевал на всё с высокой колокольни даже после того, как некромант умер? — Внешне равнодушный, уточнил вопрос Ваэлла.

— Ну вот видишь, ты сам прекрасно всё понимаешь, — улыбнулся вампир. — Так что ты думаешь?

— Когда-нибудь, ему удастся меня разозлить, — обречённо вздохнул я и, повернувшись к вампиру спиной, пошёл в направлении здания школы.

— Ты о ком? — Догнал меня голос клыкастого.

Я притормозил перед самым проходом внутрь школы и посмотрел на него, как на больного.

— О Мастере, о ком же ещё?

И, уже не ожидая реакции, шагнул внутрь.

— Звучит самоуверенно, а? — Хмыкнул крыс, глядя снизу вверх на меня, а я как-то беспристрастно отметил про себя, что и его шкура не избежала встречи с водой. Но Саир взгляд мой заметил. — Да против твоего негодования даже защита от воды на здании дала сбой! Тьфу, ну и натворил же ты дел.

— А, говорящая крыса! Так и знал! — Хмыкнул позади вампир и тоже протиснулся в коридор. — Ты вот что, парень, не убегай, нам ещё о многом надо поговорить.

— А если я не хочу ни о чём говорить? — Устало вопросил я.

— Что, даже не хочешь узнать, кто такой на самом деле Мастер?

— Честно? — Глянул я на него и не сдержал зевка. — Нет.

Краем сознанья отметил, что в моих устах это звучит как-то странно. И в то же мгновение окружающий мир съела тьма.

Крыс и вампир недоумённо переглянулись. Затем вновь уставились на только что сползшего по стене парня. Саир приблизился и возмущённо фыркнул.

— Ба, да он спит!

— Притомился, — задумчиво проговорил вампир.

— Так, ты вот что, глазастый, давай, хватай этого непутёвого и за мной!

— Это ещё с какой стати! — Подивился его наглости Ваэлл.

— А с той, что сейчас сюда повылезет весь Орден, нехило подмоченный, разозлённый тем, что кто-то посмел подпортить им банкет, да ещё и "слегка" нетрезвый! Я уже не говорю о родственниках той красотки, которую с таким апломбом ухайдакал наш герой!

— А я здесь с какого боку?!

Саир внимательно на него посмотрел.

— Ну, ты ведь хотел с ним о чём-то поговорить?

Вампир обречённо вздохнул и закинул на плечо не приходящего в себя парня, послушно следуя за юрким, шустрым крысом. Наконец, спустя полчаса метаний по коридорам, он притормозил у одной из дверей, таких же непримечательных, как и множество других, и махнул лапой.

— Сюда.

Дверь открылась без каких-либо затруднений.

— Действительно, просто непрошибаемый иммунитет против магии разума, — пробормотал Саир, юркнув в комнату следом за вампиром. — Клади этого непутёвого на кровать.

— Что за место?

— Комната одного из учителей, скорее всего — магии Разума.

Вампир осмотрелся. Казалось, хозяин ушёл только вчера и даже не успел забрать необходимые для преподавания вещи — мантию, небрежно оставленную на простом удобном стуле, лекционный материал. Вопреки всевозможным суждениям, что раньше маги всегда жили и купались в роскоши, комната была относительно скромно обставлена, что вовсе не исключало ощущение необычайного тепла и домашнего уюта. Магический светильник под потолком загорелся сразу же, как только они вошли, и глаз радовал приятный, тёплый цвет добротно обработанного дерева, основной составляющей мебели в комнате.

— Ну и, естественно, приличная доля бытовой магии земли и воды, — принюхавшись, возвестил Саир. — Хорошо жили маги раньше… Да, хорошо.

— Нас здесь не найдут? — Вампир с любопытством склонился над раскрытой прямо посередине книгой, так и оставшейся лежать на столе.

— Не строй из себя невинную простоту, Ваэлл, я шпионил за вами, и знаю всю твою подноготную, — крыс одним резким движением оказался на столе прямо перед вампиром.

— Да ну? — Вполне натурально изумился тот. — А я вот, не поверишь, всё это время думал: что за странная крыса вечно под ногами шастает — туда-сюда, туда-сюда…

— Ну, и? — Саир наступил передними лапами на раскрытую страницу книги и в упор глянул на лилововолосого.

— Что? — Поднял бровь тот.

— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.

— А-а-а… А! — Ваэлл радостно улыбнулся (не скрывая при этом клыков), отошёл от стола, порылся в шкафу древнего мага и с возгласом удовлетворения вытащил целёхонькое, нетронутое временем полотенце, после чего тут же приступил к сушке волос, не забыв ответить, чуть пожав плечами. — Я всего лишь выполнял приказы Юиса, а среди его приказов не было ни одного, говорящего, что я должен не то что бы проверять, шпион крыса или нет, а вообще искать всяких шпионов вокруг.

— Не понял? — Крыс в шоке распластался по книге.

— Подожди, мне некогда объяснять всяким блохастым такие простые вещи, — отмахнулся Ваэлл, с неудовольствием разглядывая свою причёску в овальное, не запылившееся даже спустя тысячелетие зеркало.

— Это ещё кто тут блохастый? — Взвился Саир. — Я, в отличие от некоторых, такую гриву не растил, так что, может быть, единственный блохастый в этой комнате — это ты!

— Ч… что? — Предположение крыса задело вампира за живое. — Да как ты!..

Он резко отвернулся от зеркала, подскочил к столу и выдернул книгу из-под Саира. Тот, извернувшись в воздухе, вцепился в край обложки зубами.

— Фмею, ефё как фмею! Я швободный от вшех обяжателштф некромант, фмею утфершдать, што вампир, находяшы…

— Да заткнитесь вы уже оба и перестаньте терзать ценную книгу! — Раздался вялый, но всё равно ощутимо сердитый голос Мира. — Иначе оба сейчас будете блохастыми…

Наступила минутная тишина. Вампир и крыс, поразмышляв, пришли к выводу, что, хотя им и неизвестно, в силах ли Мира натравить на них блох, рисковать всё же не стоит. Наконец, вампир решил заговорить (небрежно отпустив книгу, тем самым поручив её Саиру, еле успевшему сориентироваться).

— Как себя чувствуешь?

— Отвратительно.

— А чего так? — Жизнерадостно подивился Ваэлл.

Мир чуть приподнялся на локте (видимо, полностью встать с кровати он ещё не мог) и глянул прямо в глаза вампиру.

— Что здесь вообще творится? Проклятье, и я ещё надеюсь остаться в здравом уме! — Он рухнул обратно и схватился руками за голову, при этом убитым голосом проговорив: — Всё, это конец. Несомненно. Есть только два варианта: либо с ума сошёл я, либо весь мир.

Ваэлл и Саир переглянулись.

— Чего это он? — Растерянно выдал вампир, заплетая в косу свои длиннющие волосы.

Проклятый некромант недоумённо повёл усами.

Я нахожусь в затопленном посреди Пустынного моря здании древней школы магии, в одной из комнат её бывших учителей. В здании, где скрывается целый орден некромантов. Рядом с некромантом, превращённым в крысу.

Это понятно. Это вполне разумно объяснимо, но…

— Что, сирены тебя задуши, ты здесь делаешь? — Как можно спокойнее поинтересовался я у вампира, безуспешно пытаясь нацепить на лицо обычное выражение непрошибаемого равнодушия, тем самым пытаясь загладить недавнишний нервный срыв.

— Ну, я… — вампир призадумался. — О! Волосы сушу! — И с улыбкой во все клыки указал на полотенце, лежащее на столе.

Я понял, что сейчас снова сорвусь. Закрыл глаза. Глубоко вдохнул.

— Кстати, тебе бы тоже не помешало высушиться! — Достиг моего усталого мозга жизнерадостный голос Ваэлла, и в меня кинули полотенцем.

Я сцепил зубы, открыл глаза, сверля лиловолосого нехорошим взглядом. Да-а-а… вряд ли на всём белом свете найдётся ещё хоть один субъект, могущий настолько вывести меня из себя. Мне кажется, даже Мастер не смог бы. Сохраняя на лице зверски-равнодушное выражение, я сжал в руке полотенце…

Но ничего сделать с этим с виду неопасным предметом я не успел.

— А-а-апчхи!! — В носу невыносимо защекотало. — А-апчхи! Апчхи-апчхи…

— Ну вот, простудился! — Огорчился Ваэлл. — Надо тебе было раньше высушиться.

— Вообще-то, — авторитетно влез в "разговор" Саир. — Для сушки одежды и волос существует специальное бытовое заклинание.

— Апчхи! — Сердито перебил его я, закрывая лицо полотенцем. — Мы бытовую магию такого уровня ещё не проходили.

Саир и Ваэлл безмолвно на меня уставились. Я непонимающе глянул в ответ. В носу снова засвербело, но я попытался сдержаться (таких уморительных рож, — крысячьей и вампирьей, — с одинаковым выражением на них, я ещё никогда не видел), решительно не понимая причину их удивления. Наконец вампир и крыс смущённо переглянулись(!), и вампир, кашлянув, проговорил:

— Вообще-то, именно об этом я и хотел с тобой поговорить.

Наверное, сейчас моё лицо было не менее уморительным, чем их мгновенье назад. Я попытался взять контроль если уж не над эмоциями, то над своей мимикой. Преуспел я в этом или нет — не знаю, меня сразил новый приступ чихания. Вампир вежливо дождался, пока я прочихаюсь и вкрадчиво так поинтересовался:

— Послушай, Мир… А ты, собственно, какой уровень имеешь?

Его вкрадчивость меня успокоила. Да, именно так и должен говорить слуга Мастера. А не так, как этот полудурок минуту назад — по-идиотски жизнерадостно. Его же так всерьёз никто воспринимать не бу… На этой мысли я споткнулся и нахмурился. Рассматривая сложившуюся ситуацию немного по-другому, ответил вампиру:

— Вообще-то, я всё ещё учусь. Я не говорил? — Что за глупый вопрос, если я ещё не проходил сушку одежды, то точно ещё учусь!

Вампир продолжал свой допрос. Э-э-э… допрос? Нужно обдумать эту мысль.

— А, собственно, на каком курсе?

Я посмотрел на него как на идиота. Краем глаза отметил, как крыс зачем-то хватает себя за хвост и сосредоточенно его кусает. Глаза у него при этом такие, будто бы хвост этот ему внезапно откусили, и он просто не знает, как теперь жить. Чего это он?

— Я на практике, — начиная подозревать неладное, осторожно ответил я.

— А курс какой окончил? — Голос у Ваэлла звучал, как у целителя специализирующегося на психических заболеваниях.

Мне пришедшее в голову сравнение не понравилось.

— Школьный, — ещё осторожнее.

Уголок рта вампира дёрнулся.

— А точнее?

— Магический…

Ваэлл не выдержал и расхохотался, оперевшись рукой о стол, при этом неосмотрительно придавив Саиру оставленный им в покое хвост.

— А-а-а-а-а-а-а-а!!

Вы когда-нибудь слышали, как кричат крысы? Нет? Вот и я не слышал. Внезапно крик крыса оборвался. Он ещё немного недоумённо пооткрывал позакрывал рот и изумлённо уставился на меня. Наконец каким-то хитрым образом сплёл между собой передние лапы, затем резко разорвал.

— Значит, сушку вы ещё не проходили, а заклятие онемения — да? — Сердито засопел он, немного хрипя.

— Ну, вообще-то я сам разработал алхимическую формулу, — хмуро возразил я.

— О, это многое объясняет! — С сарказмом отозвался хвостатый. Затем повернулся к вампиру. — Зря ты его таким тоном спрашиваешь, он на такое отрицательно реагирует.

— Я заметил, — задумчиво разглядывая меня, хмыкнул Ваэлл.

Саир фыркнул.

— Он "заметил"! Тьфу! Так я тебе скажу, он лично мне говорил, что закончил первый курс!

Оба в превеликой задумчивости на меня уставились. Я чихнул. Попытался снова вернуться к анализу ситуации, но внезапно резко разболелась голова и думать расхотелось. Вообще.

Это немного меня напугало. Почему? Потому что значило только одно: я заболел, притом серьёзно. Помню, ещё когда у деда был, болеть приходилось редко, но всё же приходилось, несмотря на то, что дед… тьфу ты, Брист, был великолепным травником. И одним из ярких признаков тяжёлой простуды было нежелание думать. Неожиданно захотелось спать. Глаза слипались, всё передо мной расплывалось и кружилось. Я попытался моргнуть и прояснить сознание, но чуть закрыв глаза, понял, что теряюсь в пространстве и куда-то падаю.

Пощупав лоб отключившегося парня, Ваэлл присвистнул.

— Слушай, крыс, ты в целительстве шаришь?

— Я Саир. И нет, в этом я дуб дубом.

— Ты же некромант!

— Ну, так он ещё не мёртв…

— Тьфу!

— Не плюйся, прокляну.

— Тьфу!

— Я же сказал…

— Да тьфу, не могу я, привязалось! От тебя, между прочим.

— А-а-а.

Наступила тишина.

— Слушай, что, совсем…

— Нет, — отрезал крыс. Запрыгнул на кровать к Миру. — К тому же, у него простуда. Здесь травы нужны.

— И ты знаешь, какие?

— Приблизительно, — задумался Саир. — Правда, полностью может и не вылечат — но должны немного помочь.

— Вот как. Что ж, осталась одна проблема, — вампир задумался. — Найти в этой громадине комнату целителя.

Крыс посмотрел на него, как на сумасшедшего.

— Что? — Не понял Ваэлл.

— Зачем тебе парень, вампир? — Оскалился крыс.

— А тебе? — Лукаво усмехнулся клыкастый.

На мгновение вновь повисла тишина.

— Ладно, идём за мной, без меня ты тут точно заплутаешь, — буркнул крыс и юркнул в дверь.

Вампир последовал за ним. Комната опустела.

— А он? — Донёсся из коридора голос Ваэлла.

— Комната защищена убойной магией Разума. Только такой тупица, как ты, мог пройти, её не заметив. Да, отсутствие мозга ска-а-А-А-ААААА! Мой хвоооост! Будь ты про…

Голоса затихли. Комната погрузилась в сумрачную тишину. В этой тишине немного неровное и хриплое дыхание Мира звучало тревожно. Только теперь можно было ощутить нечто странное. Казалось, комната, как живая, всматривается в того, кто лежит на кровати её бывшего владельца.

Та же комната, но более живая, обрамлённая жизнью, дышащая ею. Комната пуста и наполнена лёгким сумраком. Слабый свет излучает картина, висящая на одной из стен: на ней изображён закат летнего вечера, деревья и листья шевелятся, как живые, по комнате то и дело проносится звук волнуемой ветром листвы, щебета птиц и чьих-то шагов.

Внезапно посреди комнаты возникла фигура, и под потолком вспыхнул свет. Невысокая черноволосая девушка лет двадцати пяти разочарованно вздохнула.

— Ну вот, так и знала, что его здесь нет! Нет, ну что за подлость житейская! — Jна сердито фыркнула, кинула равнодушный взгляд на картину и собралась было телепортироваться, когда перед ней возник высокий, одетый в серую с фиолетовым мантию человек.

— Да, Эсмиора, ты что-то хотела? — Он пригладил немного взлохмаченные русые волосы и сурово глянул на ученицу старших курсов своими пронзительно-голубыми глазами.

— А-а-а… — девушка сжалась. — Учитель Дариэн, там вас на совет по поводу проекта номер ка эль триста семьдесят четыре по расширенному допуску разработки… — по мере высказывания фразы, голос Эсмиоры становился всё увереннее. — …вызывают!

— Передай, что у меня важная лекция, я не могу, — чуточку рассеянно отозвался Дариэн, роясь у себя в столе. Наконец, он нашёл то, что ему нужно, и выложил необходимую книгу на стол, раскрыв на странице, где подробно описывалась теория взаимодействия магии разума с другими видами магии.

— Э-э-э, — Эсмиора замялась. — Глава отдела расширенных исследований, магистр Этриа, просила передать, что если вы не придёте, наука потеряет — тут она споткнулась и сконфуженно продолжила: — одного из самых лучших исследователей в области магии разума.

— Понятно, — не сдержал тяжёлого вздоха Дариэн. — Хорошо, я иду. Ты можешь быть свободна.

Ученица обрадовано кивнула и растворилась в воздухе. Дариэн несколько минут задумчиво постоял над книгой, затем решительным движением скинул мантию, подошёл к картине, начертал пару символов прямо на ней, после чего та стала резко бледнеть и вскоре совершенно исчезла в стене. Затем он глянул в зеркало, ещё раз пригладил волосы и телепортировался, оказавшись в широком, освещённом серебристо-синим светом коридоре, идущем мимо высоких резных дверей, лестниц и узорчатых цветных окон. Из них открывался потрясающий вид на белокаменный город, расположившийся далеко внизу у кристально чистого озера, из которого вытекала широкая полноводная река и сновали туда-сюда кажущиеся мелкими корабли.

Наконец коридор закончился высокой изящной аркой, и Дариэн оказался в главной зале, буквально кишащей магами самых разнообразных направлений и рас.

— Как я и думал, — хмыкнул Дариэн, и, чуточку помедлив, стал пересекать это громадное помещение, уставленное длинными рядами столов и заваленное магической литературой, напополам со всяким барахлом.

Яркий солнечный свет, струящийся из магически настроенных окон, то и дело где-нибудь странно преломлялся прямо в воздухе и превращался в свет холодного, сырого осеннего утра.

— …Говорю, же, это цель всей моей жизни! — Вылетела фраза из невообразимого хаоса перемешавшихся между собой голосов.

Настройка заклятия внешней тишины опять давала сбой, но говорящих это мало волновало — важное они прикрывали своими собственными, достаточно убойными щитами.

— …Ты слышал? Лидэй открыл новую область для исследований, в которою ещё не совал свой нос ни один маг! — Разорялся женский голос, прилетевший совсем откуда-то издалека. — Ненавижу этого задаваку, в нём нет никакого благоразумия!..

— Ах, сама подумай, зачем оно нам? Магия всё исправит, — ленивый и слегка заспанный голос.

— А если не исправит?

— Ну-у-у… слушай, давай поговорим об этом завтра, сегодня я…

Голос канул в новой волне голосов, а может, дело в том, что Дариэн уже во второй половине зала.

— …Как всегда, я всё ещё не уверен, но определённые предпосылки есть. Будущее туманно, и даже более чем… всё ещё не могу понять исходную точку. Я вижу, вижу, как существующий порядок разрушается, но когда это произойдёт, и, главное, по какой причине — совершенно непонятно…

— Да брось, ты, Эльвар, у тебя не первое предсказание не сбывается! И все — именно такого толка. Взять, хотя бы, это твоё: дроу и светлые как один народ! Ха! Да чтобы эти собачатники жили вмес…

Снова исчезновение. Но в этот раз разговор перекрывает возмущённый, довольно оживлённый диалог.

— Нет, я тебе точно говорю: завалили, гады! Утопили, угрохали, затоптали! Убили мой талант! — Отчаянно-возмущённый (при этом явно что-то жующий) голос.

— Не будь так самоуверен, вспомни, скорее всего, ты просто не выполнил основное задание для перехода на новый курс, — мученически-усталый ответ.

— Да составил я новое заклинание! Силой клянусь, составил!!

— Ну-у-у… вполне возможно, оно оказалось недостаточно сильным.

— Ха! Тоже мне! Да от него даже экзаменаторы защититься не смогли!..

— Эх, молодо-зелено… — радуясь, что не он принимал экзамен у этого юноши, вздохнул Дариэн и вышел из зала на широкий балкон. Перепрыгнув через перила, маг разума легко слевитировал на площадку соседней крыши, пересёк её по диагонали, спустился на несколько пролётов по винтовой лестнице, возникающей перед ним и тут же исчезающей за спиной. Оказался на уровне необходимого этажа и телепортировался.

— А вот и его величество! — С нескрываемым сарказмом встретила его глава отдела расширенных исследований, магистр алхимии, специалист по конструированию магических конструктов и основатель нового направления магии, связанного по своей сути с аурой, Мирим Этриа, низенькая пухленькая женщина лет тридцати. — Ты бы ещё вечером пришёл, я как раз бы успела написать жалобу, чтобы ректор тебя уволил.

— Да, право слово, Тесс, тебе не стоило так задерживаться, — поднялся из кресла в углу просторной круглой комнаты коренастый, с грубыми чертами загорелого лица… гном. — Мы ждём уже около часа, — он иронично хмыкнул. — Надо сказать, за это время можно успеть десять раз сбегать к ректору с заявлением.

— Помолчи, Рорн, — оборвал его недовольный голос с противоположной стороны комнаты.

— О, я вижу, все действительно давно в сборе, — слегка удивлённо отметил Тессаэр Дариэн, оглядывая с десяток магов, с удобством расположившихся на обилующей в комнате мягкой мебели. — Мне пришлось идти через главный зал, вот и всё.

— А телепортироваться тебя не учили, — насмешливо проговорила высокая шкафообразная женщина с тяжёлым, пригибающим к земле взглядом и непередаваемой аурой сумрачности. Она была единственной, кто продолжал стоять.

Дориэн вздёрнул бровь.

— Если бы кое-кто удосужился почистить магический фон и убрать пространственное искажение вокруг главного зала, я бы телепортировался.

— Мммм? — Невысокий, самый молодой в комнате юноша сорвался с места на диване. — А что, уже пора? — Он хлопнул раскрытой ладонью себя по лбу. — Вот недотёпа, уже как неделю там не бывал — стоило понять, что без меня этому месту просто зад… ну, конец, в общем.

— Ладно, сейчас не об этом, — оборвала его магистр Этриа. — здесь и сейчас мы собрались, чтобы решить очень главный вопрос и провести, вполне возможно, один из самых рискованных и великих экспериментов.

— Вот так, с бухты-барахты? — Влез кто-то из магов, но замолчал под взглядом Мирим.

— Мы очень долго разрабатывали необходимый алгоритм и искали нужные условия. Большинство из вас в этом не участвовало, но это и не важно: вы, можно сказать, здесь как одно из условий эксперимента. Конечно, я объясню необходимые подробности, но сейчас об основном: эксперимент будет проводиться этим вечером, в малой зале… Раэн, что скажете? — Она резко обернулась, и все невольно посмотрели за её спину.

Черноволосый, среднего роста, немного бледноватый, с синими с серебряными прожилками глазами парень двадцати пяти лет задумчиво отряхнул серую, со странной радужной вышивкой на ней мантию, и, искривив тонкие губы в недоумённой усмешке, поинтересовался:

— А почему, собственно, я? Как маг я не очень силён и изобретателен.

— Всё дело в том, что вы — один из самых лучших универсалов в области управления своей силой. Вам доступно то многое, на что не способны другие. И, если что-нибудь пойдёт не так, у вас больше всего шансов исправить ситуацию.

— Что ж, если я такой уникальный, — Раэн пожал плечами, всё ещё иронично усмехаясь. — Я вам помогу, но с одним условием.

— Да?..

— Если вы не против, я бы одолжил из вашей коллекции пару особо интересующих меня артефактов.

— Что-о-о?

— Иначе…

Магистр Этриа нахмурилась, потёрла виски и с усилием кивнула. Обратный отсчёт пошёл.

Я открыл глаза и увидел уютный, украшенный незатейливой лепниной потолок. Царила тишина… Кхм, то есть, не совсем.

— Ты что делаешь? Что делаешь? — Полуистерический голос вампира.

— Не видишь, сушёную травку сыплю! — Раздражённо пыхтящий ответ.

— Какую, в бездну, травку? Ты лечить его собрался или как? — Голос Ваэлла повысился.

— Для начала ему расслабиться надо! — Авторитетный отклик.

— К лешему расслабиться! Если он так "расслабится", от всего замка одни клочки останутся! — Возмущённо-заинтересованное возражение.

— Это ещё почему? — Искреннее недоумение.

— Нет, ну ты тупой! Сам подумай своим крысиным мозгом: помнишь недавний шторм? И это у него от эмоций. А что он почувствует, выпив это, "расслабившись", а потом придя в себя?

— Предлагаешь обращаться с ним, как со взрывным зельем?

— Именно!

— Тьфу, тоже мне, взрывное вещество нашёл! Сейчас я ему ещё кой-какую травку подсыплю и…

— Слушай, усатый, ты откуда такие рецепты взял? — Задумчиво-подозрительный вопрос Ваэлла.

— Обижаешь! Я же эльф!

— Да?.. — потерянное. — И все эльфы такие образованные по этой части?

— Ну-у-у, вообще-то, всем эльфам даются основы травологии. Другое дело, что меня интересовала только эта часть.

— Тогда понятно, почему тебя с острова попёрли.

— Никто меня не пёр! И вообще, не суй нос не в своё дело! Ещё неизвестно, действительно ли ты не по собственной воле Мастеру служил или наоборот! Может, ты мне тут дурь втираешь, выполняя хитрый план этого гада, а я уши и развесил! И вообще, с какого это перепугу ты ему служил, а теперь — бац! — и перестал?

— А это уже не твоё дело… И вообще, я же уже объяснял: всё дело было в некроманте!

— Так что же ты ему шею не свернул-то потихоньку?

— Ты что-нибудь слышал об артефакте под названием "Кровь Повелителя"?

Саир присвистнул. Помолчал.

— И что же тебе было приказано?

— Не убивать некроманта и слушаться его.

— И всё?

— И всё…

Тишина. Затем тяжёлый вздох.

— Либо этот Мастер конченный дурак, либо…

— Либо этот парень ему зачем-то нужен, притом живым.

— Э? Ты думаешь…

— И именно поэтому я хочу поговорить с ним. Мне жутко любопытно, что же в нём такого важного для Мастера. С другой стороны, он наверняка хочет узнать что-нибудь о Мастере.

— Ты его видел? — Жадный вопрос.

— В каком-то смысле — да…

— Что значит, в каком-то смысле?

— А то и значит, дубина, что он даже иллюзию не стал накладывать и трансформироваться, а просто напросто натянул на голову капюшон, и все дела! Всё, что я могу сказать, это то, что выглядит он молодо, голос молодой (мужской, что примечательно), да характер у него отвратительный. И ещё: такое ощущение, будто ему на самом деле на всё наплевать.

— Возраст сказывается, — негромко проговорил я.

— Что? — Слегка опешил вампир.

— Говорю, возраст сказывается, — с усилием повысил голос я и закашлялся. Сирены, похоже, горло простудил, — За тысячу уже перевалило, как-никак.

В тот же миг почувствовал на себе оч-чень нехорошие, можно даже сказать, подозрительные взгляды. Я, всё так же пялясь в потолок, дёрнул плечом и попытался встать. Состояние было аховое, потому что, приподнявшись сантиметров на десять, я тут же рухнул обратно.

— Что вы там откопали? — Хриплым голосом поинтересовался. — Только давайте без этих всяких… "расслабляющих".

Послышалось пыхтение Саира, и надо мной с задумчивым видом появился Ваэлл, подошедший совершенно бесшумно. В руке он, с явным недоумением и неодобрением держал стакан с чем-то мутно-зелёным. Вампир помог мне сесть и после недолгих раздумий достал откуда-то ложечку, зачерпнул зелёное варево…

— Не смешно, — сказал я, вырвал у него ложку (что было в моём состоянии нелегко), отбросил в сторону (по тихому "ох" Саира определил, что я сегодня невероятно удачлив), схватил стакан и…

Понюхал.

Ой, лучше бы я этого не делал.

Полчаса спустя. Коридор возле комнаты учителя магии разума. Вампир и превращённый в крысу эльф сидят на полу и удручённо смотрят друг на друга. Из дверной щели комнаты идёт слабый дымок.

— Я же тебе говорил, — с укором произнёс Ваэлл.

— Да ничего я туда не добавлял! Я ту бурду вылил и составил новое зелье, а так как не знал, что туда сыпать и в каких количествах — насыпал всё.

— Понятно… но это не объясняет, почему после того, как парень его всего лишь ПОНЮХАЛ, у него поехала крыша!

— С чего ты взял, что поехала? Подумаешь, дымок какой-то! Подумаешь, нацепил на стакан левитацию и заставил его гоняться за нами по всему этажу! Подумаешь, запер дверь на магический замок, в котором я даже разобраться не могу, не то что открыть или, не дай небо, взломать! Подумаешь, обзывался так, что даже у меня, просвещённого эльфа, усы завяли… ой… ой! — Речь Саира сбилась и он завертелся на месте.

— Что? — Насторожился Ваэлл, потерев плечо.

Крыс почесал лапой за ухом. Сел на пол и потерянно-несчастным взором уставился на вампира.

— Кажется, у меня блохи…

— ЧТО-О-О???..

Я лихорадочно осматривал стену, на которой некогда, около тысячелетия назад висела одна просто невероятная, просто потрясающая вещь. Нужно было торопиться — блохи явно привели и вампира, и некроманта в бешенство, а это грозило скорым превращением одной из стен в дыру и проникновением через неё двух не самых весёлых личностей. Что они со мной сделают — не суть важно, но вот им вовсе не обязательно знать, что у меня глюки на почве прошлого, и что они реальны. Реальные глюки, мда… это сильно. Где же? Как? Как мне достать эту вещь? И что с ней делать дальше?

С…сирены, если это то, о чём я подумал, если это то самое! Тогда мне никакие телепортационные каналы не понадобятся. Тогда… Точно!

Тщательно покопавшись в памяти, я выудил из неё необходимые символы и по-быстрому начертал на стене. Ничего не произошло. Я нахмурился. За дверью раздавалось подозрительное шушуканье. И в тот же миг меня как громом поразило. Это было глупо и необоснованно, но попробовать стоило. Я отошёл и, внимательно глядя на стену, прошептал:

— Hardo re morro…

Подействовало, сирены меня побери, подействовало! Заклинание "сбоя", несмотря на то, что по идее, от него должна стоять защита, подействовало! Похоже, поспешность того мага была мне на руку — сквозь стену, всё ярче и виднее, проступали краски. Я чувствовал, как лицо моё расплывается в улыбке, а на душе становится светло-светло. Простуда моя, сковырнувшись ещё от запаха Саирового зелья, почти исчезла, впереди меня ждал долгожданный отдых.

Ну и не мог же я оставить такое сокровище? А? Что — вампир, что — крыс? Выдумали.

Они мне не нужны, я итак задержался здесь дольше, чем следовало.

— Вот паршивец! — Только и сказал вампир, впрочем, не скрывая восхищения, оглядывая пустую комнату.

Саир глухо выл, схватившись за голову.

— Конец мне, конец! Ох, Орден меня заживо съест!

— Да ладно тебе, — рассеянно отозвался Ваэлл, отметив отсутствие книги и ещё парочки оч-чень важных мелочей. — В конце концов, у нас с тобой есть одна замечательная вещь.

— Да? — В голосе крыса прозвучал намёк на надежду.

Вампир коварно улыбнулся и посадил крыса себе на плечо.

— Артефакт телепортации, который я позаимствовал у Юиса.

Молчание. А затем сокрушённо-убитое:

— Что происходит? Только что меня два раза обставили, да как! И это меня, признанного мастера подлости и обмана! Тьфу!

Я встал с травы, отряхнул одежду и пришёл к выводу, что выгляжу потрясающе. В том смысле, что появляться перед Владыкой в таком виде — будет просто невероятной наглостью. Но делать было нечего: я находился в Вечном лесу, и это само по себе подразумевало, что сейчас здесь окажется орава ничего не понимающих эльфов, жаждущих истыкать такое чудо, как я, многочисленными стрелами.

Ситуация складывалась аховая. С одной стороны, всё было просто замечательно: увидев в прошлом эту картину и осознав её назначение, я сразу понял, куда ведёт этот артефакт: в Вечный лес. Что маг разума забыл у тёмных (на то время) эльфов, и откуда у него вообще подобный артефакт, я не знал. К работе с такими мощными и древними артефактами меня подготовило знакомство с зеркалом Элдары, а также некоторое количество теории, почерпнутой из библиотеки старших курсов. Работала картина по тому же принципу, что и памятное по моему сумасшедшему путешествию вслед за Ласом зеркальце. Вероятно, побывав в Вечном лесу и каким-то образом создав связь между этим местом и полотном, Дариэн (кажется так) смог установить что-то вроде постоянного телепортационного канала из своей комнаты сюда посредством прохождения сквозь картину.

Другое дело, что мне очень не хотелось оставлять её в комнате на просмотр крыса и вампира. Пришлось действовать творчески. Я по-быстренькому снял картину со стены, достал из рамки полотно, постелил на пол (при этом запихав раму за шкаф и наскоро прикрыв иллюзией тени) и… наступил на картину. Варварство? Как бы не так! Нога прошла сквозь изображение, и я понял, что если не поспешу, то провалюсь в неизвестность.

Тогда я лёг на живот и буквально вполз (ногами вперёд) в неизведанное пространство. Когда же снаружи оставались только плечи, руки и голова, рискуя по-страшному, ухватился за уголки и стал заворачивать их за собой…

Теперь я держал в руках абсолютно чистое полотно и с досадой размышлял над причинами подобного казуса. В конце концов, я пришёл к выводу, что это естественно: по идее я словно бы вывернул картину (да и пространство) наизнанку, и нужно просто благодарить небеса, что со мной не случилось того же, что и с картиной.

Пока я сокрушался над утерянным сокровищем, набежали эльфы. Я поспешно свернул полотно и с невинным видом уставился на направленные в мою сторону стрелы. По-моему, моя наглость эльфов смутила. Однако же, их решимость меня убить явно не поколебалась — наоборот, как всегда в таких случаях с моими недоброжелателями, возросла. Эта мысль меня позабавила, и я невольно улыбнулся. Тренькнула тетива, и я был вынужден выставить воздушный щит. Я вновь вежливо (по идее) улыбнулся.

Просвистело ещё с десяток стрел.

Наконец я не выдержал и рассмеялся, чуть не рухнув на зелёную, сочную траву. Наверное, выглядел я довольно жутковато, а, хохочущий, и того пуще, так как эльфы стрелять в меня перестали и с суеверным ужасом начали озираться.

И действительно: ветер внезапно усилился, деревья ужасающе закачались, а на солнце набежали пока ещё лёгкие, но предвещающие бурю тучи. Тучи меня отрезвили, и я поспешил немедленно прекратить истерику, с досадой цепляя на себя одну не очень хорошо сказывающуюся на моём характере защиту. Да-да, ту самую, приглушающую эмоции.

Ветер стих, тучи ещё некоторое время виднелись, но затем с удивительной скоростью испарились. Эльфы подняли луки и посмотрели на меня. Я на них. Они на меня. Я равнодушно пожал плечами и зевнул.

— Пропустите! Разойдитесь! — Раздался чем-то знакомый голос, и сквозь толпу как-то незаметно набежавших эльфов (среди них наблюдались и чисто праздные гуляки — без оружия и с характерно-любопытной рожицей (не всегда светлой) охотника до необычных зрелищ) продрался Дух Вечного леса.

Как я его узнал? Интуиция. А кем ещё может быть единственный эльф так радостно мне улыбающийся?

— Мир! Какая неожиданная встреча! — Заявила точная копия Владыки.

Я равнодушно на него посмотрел.

— Ты переигрываешь.

— Ну и ну, какой же ты зануда! — Хмыкнул Дух и превратился в Элдару.

Эльфы зашевелились и зашептались, явно узнав в непонятном существе легендарного Духа. Я, спокойно на всё это взирал.

— Какого лешего они так на меня пялятся? — Отстранённо поинтересовался у духа.

— Ты воняешь, — ехидно выдал тот.

Я довольно скептически скосил на него глаза.

— Занятно. То ли твой лексикон с возрастом обеднел, то ли твоё чувство юмора.

Взгляд Духа, принявшего вид какого-то незнакомого эльфа (а может, даже свой вид) стал острым.

— Я говорю, что думаю, человек. От тебя за версту несёт некромантией, — в голосе его звучал лёд.

Я пожал плечами.

— Тебя не понять. То я человек, то — не человек. Определись уже, — немного помолчал, подумав. — Слушай, я голоден, как не знаю кто, так что прошу: давай разгребём сложившуюся ситуацию как можно быстрее, — я повернулся к с интересом прислушивающейся к нашему разговору толпе, невольно отметив про себя, что эльфы, в общем-то, вылитые люди, если не считать специфической внешности и ушей. — Эй, вы! — Я чуть принахмурился, прикинув количество прошедшего времени. — Мне нужно видеть Владычицу.

Эльфы обмерли. Дух хмыкнул. Невдалеке послышался чей-то возмущённый возглас. Моё терпение (несмотря на приглушённые эмоции) кончалось.

— Ого-го, какие мы важные стали, надо же! — Раздался за моей спиной вкрадчивый, но такой знакомый голос. — Зачем тебе Владычица-то?

Я обернулся и с невыразимым облегчением посмотрел на Элдару.

— Как интересно. Неужели вы здесь уже больше не Владычица?

Да, только ради этого выражения её янтарных глаз стоило себя так подставить! Только ради этого! Впрочем, у меня уже был проверенный план.

Я собирался рассказать ей всё. От старой доброй неудачи на экзамене по магии огня (первом признаке нестабильности моей силы) до последней крысы в Ордене Некромантов. А там — будь что будет. В прошлый же раз прокатило.

Элдара помолчала.

— И давно ты знаешь?

— С первого дня моей практики.

— Откуда?

Я вздохнул.

— Вы правда думаете, что я буду говорить об этом здесь?

Элдара в упор смотрела на блаженно развалившегося в кресле Мира. Говорить прежде, чем вымоется, переоденется и поест, он отказался. И теперь явно тянул время, не желая описывать свою, несомненно, поразительную историю. Пока он ел, в комнате объявился Ацирэль, за ним — Элриссар и Нэвэрианэ.

— Ну? — Хмуро вопросила она.

— Что? — Невинно поинтересовался в ответ Мир, и Элдара с ужасом обнаружила в нём признаки той, прежней линии поведения — "никто мне не нужен, а значит, пошли все на…".

Такое положение дел магичку просто взбесило. Столько времени она убила на "очеловечивание" этого парня, а теперь из-за какого-то некроманта всё рушилось! И опять перед ней сидел совершенно не поддающийся внешнему воздействию (стена, да и только) субъект, быть может, уже перешедший на сторону Мастера!

Одна из белоснежных косичек угрожающе вспорола воздух и вонзилась в стол перед Миром.

— ЧТО с тобой произошло? ПОЧЕМУ от тебя несёт некромантией так, будто ты сам ею пользовался? И КАК ты сумел вернуться? И вообще, КАКОГО ЛЕШЕГО ты смотришь на меня так, будто ты снова первокурсник, которого я собираюсь убить каким-то воздушным молотом только за то, что ты меня бесишь?

Ацирэль, стоящий у окна, закашлялся. Мир, явно впечатлённый речью дроу, растерянно моргнул. Выпрямился в кресле, некоторое время помолчал, а затем, скроив максимально равнодушную (синоним: презрительную) рожу выдал:

— Прошу прощения, но говорить в присутствии Вашей семьи, Владычица, я не намерен.

Ацирэль захлебнулся кашлем. Элдара, застыв каменным изваянием, пристально смотрела на Мира. Наконец она кивнула.

— Прошу, Аци, Рисс, Нэвэри…

Все трое поражённо на неё уставились.

— Эл? — Настороженно переспросил Владыка.

— Прошу, — с нажимом повторила та.

Все трое подозрительно переглянулись, но вышли. Мир проследил за ними странным взглядом.

— Как я и думал, Нэвэрианэ тоже твоя родственница… дочь?

— Откуда?.. — уже ничему не удивляясь, глухо спросила Элдара.

— Вы похожи, — скупо улыбнулся Мир. Затем вздохнул, провёл над головой рукой, как бы снимая липкую паутину. И в тот же миг всё переменилось. Взгляд, поза, выражение лица. — Сирены, Элдара, неужели так трудно догадаться, что общество вашего мужа и сына мне, мягко говоря, неприятно?

— Неприятно? — Подняла бровь Элдара.

Мир нахмурился.

— Они даже сейчас пытаются проникнуть в мой разум.

— Леший, — выдохнула Элдара и взмахом руки оборвала невидимое сражение, которое грозило закончиться весьма печально. — Как ты до сих пор держался?

Мир грустно усмехнулся.

— Вы не поверите: они так друг другу мешали! Этим невозможно было не воспользоваться.

— Понятно, — вздохнула Элдара.

Наступило неловкое молчание.

— Ну? — Спустя пару минут высказалась дроу.

Мир грустным взглядом скользнул в окно, отчего у Элдары возникло невольное ощущение ностальгии. Но то, о чём начал говорить Мир, ввело её в настоящий ступор.

— Вы даже не представляете, как мне хочется вернуться в ваш кабинет, Элдара, — произнёс он тихо. — В уютную шестиугольную комнату, куда даже Брист не пробьётся ни при каких обстоятельствах. Где на полках стоят старинные книги, которые мне строго запрещено читать, и которые я давно уже затёр до дыр, — в голосе его прозвучала грустная усмешка. — Где пушистый мягкий ковёр и большое подозрительное зеркало, от которого мороз по коже. А в углу — черепа чем-то не угодивших вам бедолаг, так и не осознавших, с кем связались. Попить чаю из вашего летающего сервиза и поспорить с вами на тему нового, изученного мной заклинания. Рассказать всё без утайки, вам, чужому мне по сути чело… существу. Существу, которому за тысячу перевалило, а оно всё такой же ребёнок, что и десять столетий назад, и…

— Хватит! — Тихо, но угрожающе прервала его Элдара, наблюдая сплошную стену дождя за недавно освещённым ярким солнцем окном. — Что это? — Мир молчал. — Мир, что ЭТО? — Она резко обернулась к своему ученику и столкнулась с до смерти усталым и полностью невменяемым взглядом.

— Безумие силы, учитель. Моей силы, — он запрокинул голову назад и улыбнулся. — Как оно вам, а? Впечатляет? — Его поведение невольно заставило Элдару задуматься над устойчивостью человеческой психики. Но внезапно смех оборвался, как и дождь за окном — по капле, всё реже… и исчез. На Элдару глянули пустые, до ужаса равнодушные глаза. — Вот и всё, — выдал он. — Нет эмоций — нет силы. Вас ещё что-то интересует? Ах да, моя история. Что ж, начну по порядку.

Элдара вышла из комнаты Мира спустя полчаса. Вид у неё был, как будто по голове её ударили пыльным мешком. Встретило её три недовольных взгляда.

— Что? — Устало подняла она бровь.

— Рассказывай, — потребовал Ацирэль.

— Шиш вам, — отмахнулась дроу, выуживая из пространства бутыль с вином. — Это дело вас не касающееся.

— Прошу прощения, а кого касающееся? — Влез Элриссар.

— Ну уж точно не тебя, Рисс! — Фыркнула эльфа. — Единственный, кого это может касаться — Брист, но я пообещала, что он ничего не узнает.

— Вот как? — Владыка подозрительно прищурился. — А ты можешь гарантировать, что этот парень не последователь Мастера и что он не врёт?

Элдара сделала глоток прямо из бутылки, отчего её муж, Нэвэрианэ и Элриссар ошарашено переглянулись.

— Вот надо же, — как-то рассеянно проговорил в пустоту Элдара. — Ну обыкновенный человек, девятнадцати лет отроду, со сложным характером — да, но ведь абсолютный пацан! И столько проблем, — она покачала головой и сделала ещё глоток. — Какой тут, к сиренам, Мастер, без него проблем завались. Ну и ну, — тут она вздохнула и собралась. — К Миру никого не пускать — пусть спит. Ко мне тоже — я буду размышлять. И кстати, Аци, если к тебе прибегут маги-погодники, успокой их и скажи, что это я ради развлечения небольшой дождик устроила, — и она, не забыв взять с собой бутылку, величаво удалилась.

Не успела дверь за ней закрыться, как в комнате нарисовался "спящий" Мир. Он заговорщически огляделся и прошептал:

— Она ушла?

Три венценосных особы заторможено кивнули. Мир крадущимся шагом подошёл к ним и вновь поинтересовался.

— А можно вопрос?

— Да? — Настороженно произнёс Владыка, сбитый с толку поведением человека.

— А что тут без меня произошло?

Я, как можно быстрее, шёл по коридору. Чётки на моей левой руке опасно накалились, и у меня возникали подозрения, что сила просто не успевает уходить туда, а нехороший шаловливый ветерок, сопровождающий меня во время пути — остаточная энергия.

Я был зол, и у меня на то имелись веские причины. Владыка, с нескрываемым выражением любопытства на лице, показывал мне дорогу. Позади меня, буравя мою спину огненными взглядами, шла сладкая парочка — Нэвэрианэ и Элриссар. Наконец мы достигли места назначения, и я уверенным движением руки толкнул вычурную дверь, ведущую в нужную мне палату. Над Хэйтэном, держа его за руку, боком ко мне, склонилась Эноллаира. Лас сидел рядом и ледяным взором смотрел в стену, явно ненавидя её всей душой. Именно он первым меня заметил.

— Мир?

Эно, услышав, удивлённо оглянулась.

— Пять минут, — донёсся до меня голос Владыки.

— Мне больше и не надо, — отрывисто бросил я, быстро подошёл к Хэйтэну, лежащему на кровати и не подающему признаки жизни.

Выглядел он довольно ужасно: обычное высокомерное выражение на его лице сменилось невыносимым выражением гордой готовности умереть. Цвет кожи сравнялся с цветом простыни, и тёмно-синие волосы на фоне этой мёртвой белизны выглядели, слабо говоря, мрачновато. Я несколько мгновений пристально на него смотрел, затем вздохнул, рывком развернулся и вышел, не сказав ни слова, чувствуя, как в спину мне упираются недоумённые взгляды. Другие взгляды — любопытные — встретили меня в коридоре. И я не выдержал.

— На вашем месте, Владыка, я бы задумался над возможными последствиями смерти этого человека. Поверьте, государство эльфов обретёт немалое количество врагов.

— Угрожаешь? — Прищурился высокородный.

— Советую, — холодно улыбнулся я, на этот раз сознательно нацепляя равнодушную мину и покидая общество эльфов — существ, жизнью которых правит их природа. Однако у поворота я притормозил, оглянувшись. — А от вас не ожидал, учитель Лаонэ.

И ушёл. Для Хэйтэна я сделал всё, что мог. Теперь мне оставалось только делать то, что давно было пора сделать (как-никак, заклинание накладывала сама Элдара) — спать.

Едва Мир скрылся с их глаз, лицо Нэвэрианэ исказилось.

— Проклятье, но я действительно ничего не могу сделать.

— Спокойно, Нэвэри, он не прав, — положил ей на плечё руку Рисс. — Просто он огорчён, вот и сказал, не подумав.

— Он всегда думает, что говорит, — скинула его руку Нэвэрианэ. — Демоны его задери, и в данном случае он прав!! — Она резко развернулась и ворвалась в комнату Хэйтэна. Лас и Эно нехорошо на неё покосились. Эльфийка хмыкнула, дёрнула плечом и пододвинула к кровати Хэйтэна ещё одно кресло. Уселась на него и с видом гордым и в то же время смущённым, уставилась на Хэйтэна. Эно и Лас продолжали на неё смотреть. — Что? — Наконец не выдержала Нэвэрианэ.

По щекам Эно потекли молчаливые слёзы. Лас обнял её и отвернулся. Рисс, взирающий на эту картину, невольно нахмурился и двинулся было в комнату.

— Стой, — холодно проговорил Владыка, и дроу невольно остановился. Ацирэль глянул на него в упор и, прищурившись, выдал: — Привыкай, Элриссар. Твоё место — здесь.

— Благодарю за напоминание, отец, — так же прохладно отозвался Рисс и исчез из поля зрения Ацирэля.

Тот кинул последний взгляд на Нэвэрианэ и тоже поспешил покинуть это опасное для всех магов место. Но не успел он пройти и пары шагов, как прямо перед ним возник Дух Вечного леса и встревожено заговорил:

— Владыка, у нас, похоже, неприятности.

— Ну что ещё?

— Кирано каким-то образом узнал, что одна из нас участвовала авантюре с его похищением и заманиванием его брата в Шикрский лес.

— И?

— Он требует объяснений. Похоже, ему не очень-то приятно узнать, что виновница злоключений его брата Элиаса спокойно живёт себе на нашем острове, так и не ответив за свои, несомненно, неоправданные поступки.

— Проклятье. Когда же эти люди уедут из моего леса?

Я стоял в зале малого дворца и со смешанными чувствами взирал на неё. И думал: лучше бы я её убил тогда. Проблем сейчас было бы меньше. Рядом стоял Кирано и ледяным безжалостным взглядом смотрел то на неё, то на Владыку. Подле него стояли Эрритар и Элриссар, явно недовольные происходящим.

— И как вы мне это объясните? — Сухо поинтересовался Кирано.

Владыка закатил глаза.

— Ты зачем сюда явилась? — С досадой поинтересовался он у Ниархарры.

Дроу пожала плечами.

— Один из стражей сообщил мне, что вы звали меня, и мы столкнулись, — равнодушно сообщила памятная мне дроу.

Кирано некоторое время помолчал, затем покосился на Чию, безмолвной тенью стоящую за ним и с момента моего возвращения (полдня всего) не спускающую с меня своих подозрительных глаз.

— Знаете, я, пожалуй, закрою глаза на возможную подоплёку всего происходящего, но только в том случае, если она — он презрительно кивнул в сторону дроу, — будет казнена.

Повисло тяжёлое молчание. Владыка смотрел на принца, принц на Владыку. Тут я не выдержал:

— Нет, ну это у вас явно семейное! — Сделал пару шагов вперёд и оказался в поле зрения Ниархарры. Глаза у неё забавно расширились. — Прямо не знаю, чуть что — так казнить.

Но Кирано меня перебил.

— Владыка, не слушайте его, он всё ещё находится под действием зелья, и разум его помутнён.

Кажется, я чего-то не понял.

— Какого зелья?

— А ты забыл? Приворотного! — Сердито отозвался Кирано.

Я фыркнул.

— Не смеши меня: прошло уже много времени.

— Это ничего не значит! Она заслуживает смерти, а ты просто приворожён!

— А по-моему, нам стоит разобраться в ситуации, прежде чем казнить её! — Не выдержал я, повышая голос.

Принц невольно опешил, а я продолжил.

— Я тут недавно посетил местную библиотеку…

— И когда только успел? — Риторически вопросила Элдара, быстрыми шагами приближаясь к нам. Наконец она подошла, окинула нас всех тяжёлым взглядом и произнесла: — Продолжай, что ты там откопал?

Я вздохнул и продолжил.

— Так вот, там есть одна такая очень интересная книжица, — мой голос переливался всеми оттенками ехидства, и эльфы напряглись. — Не беспокойтесь, тома о "нетрадиционном взгляде на романтические отношения" я не читал, — Владыка дёрнул ухом, остальных перекосило. — Называлась эта книжица вроде как "Придворный этикет" или что-то похожее. Так вот, — я пристально глянул на изображающую независимость Ниархарру. — Там существует один ну просто очень забавный пункт, — я помолчал, чувствуя, как накаляется атмосфера в зале. И улыбнулся. — Ни один из подданных эльфийского государства… не имеет права служить существам других стран без разрешения на то самого Владыки.

Наступила нехорошая тишина, в которой отчётливо слышался шум деревьев и пение птиц, таких беспечных, что даже не верится, что на свете существуют такие проблемы, как те, что возникают в моей жизни. Впрочем, почему тишина нехорошая? Мне как раз было великолепно. Я отчего-то даже подумал, что, несмотря на отвратительное поведение эльфов, несмотря на то, что Хэйтэн, мой самый главный противник в жизни, валяется при смерти, а где-то далеко-далеко коварный Мастер создаёт очередной бессмысленный план, мне нравится это место.

— Значит, она действовала без вашего разрешения? — Кирано, чуточку бледноватый с виду, попытался наладить ситуацию, при этом бросив на меня такой взгляд, что, умей он им поджигать, от меня бы и кучки пепла не осталось.

А я блаженно улыбался. Эльфы, они, по сути, такие же люди, и это даже странно: то, что, кроме меня, этого никто не замечает — ни люди, ни эльфы.

— Ну, думаю, это так и было бы, — кивнул я, а все присутствующие нехорошо на меня уставились с явным желанием задушить.

— Мир, — попыталась меня остановить Элдара, но я не собирался сдаваться.

— Если бы не одно "но". Это правило имеет под собой магическую подоплёку, благодаря которой, ни один эльф не может покинуть остров без ведома Владыки, а следовательно…

— Элдара, и после этого ты будешь утверждать, что он не служит Мастеру? — Перебил меня высокородный. Владыка гордо выпрямился и гордо посмотрел почему-то на меня. — Да, я разрешил ей служить у Мастера. Что теперь?

Кирано глянул на меня. В его глазах читался тот же вопрос. Я вздохнул. Косички Элдары угрожающе взвились в воздухе.

— А не могли бы вы объяснить причину этого поступка, Владыка? — Заинтересованно выдал я.

Глаза их нужно было видеть.

— Ты, — внезапно подала голос Ниархарра. — Ты что делаешь? — Голос её повысился. — Какого лешего ты вмешиваешься? Ты… да вообще, кто ты такой? Ты, да ты… Владыка вовсе не обязан отвечать тебе!

У меня невольно возникло желание рассмеяться. Эта Ниархарра больше походила на ту воровку, которую она играла, чем на ту ядовитую змею, коею она предстала перед нами потом.

— Не поверишь, Ниа, — насмешливо ответил я. — Но я не знаю, кто я. С некоторых пор меня терзают смутные подозрения в том, что я на самом деле Мастер.

Немая сцена.

— Да ладно вам, я же пошутил! — Я попытался улыбнуться как можно невиннее, но это не сработало. Тогда я стёр все признаки улыбки с лица и повторил вопрос, который просто не мог остаться без ответа. — Так что вы скажете, Владыка? Почему вы разрешили Ниархарре покинуть остров и служить самому Мастеру? Кирано, — я повернулся к нему, — неужели тебя это не интересует?

Принц пристально на меня посмотрел, и на дне его глаз я обнаружил слабые признаки понимания.

— Да, меня это крайне интересует, Владыка. Прошу вас, если это сможет развеять мои подозрения.

— Замечательно, — голос Владыки словно разрезал воздух. — Я расскажу. Ниархарра принадлежит одному из старейших родов тёмных эльфов. Род Аширонэ, — я поперхнулся воздухом. — Надо же, похоже, нашему "гению" уже всё ясно, — не смог не съязвить Владыка. — Так вот, достаточно давно, ещё в ту пору, когда светлые эльфы жили отдельно от тёмных, а магия не имела никаких ограничений, этот род попал в беду — не будем вдаваться в подробности. Однако эта беда грозила полным уничтожением всего рода. И только благодаря помощи одного человеческого мага род Аширонэ был спасён. Глава рода поклялся отплатить долг магу, — тут Владыка замолчал. — И спустя тысячелетие от этого мага приходит послание с просьбой о помощи. Как оказалось, этот маг служил Мастеру. Вот и всё.

Он замолчал. Молчали и остальные. Естественно, картина складывалась понятная: клятву нарушать нельзя, но и покинуть остров — незаметно от Владыки — никак… Род обратился к нему открыто, и Владыка, в силу своей мудрости, значит, не мог погубить целый род (результат нарушения клятвы, вероятно), отказав им.

Об этом думали остальные. Меня терзали другие мысли.

— А могу я узнать, — все обернулись ко мне, — как звали этого мага?

Владыка нахмурился, но ответил:

— Мне не известно его имя.

— Раэн, — позволила себе перебить его Ниархарра, с интересом за мной наблюдающая. — Его звали Раэн.

Наверное, в этот момент у меня было забавное выражение лица. Или не очень — не важно. Главное, что мне нужно было срочно кое-что проверить.

— Мир, ты куда? — окликнула меня Элдара.

— В библиотеку.

"Кровь Повелителя — артефакт, обладающей силой, способной управлять расой вампиров, за исключением самого Повелителя вампиров. Также существует предположение, что власть Повелителя сильнее власти данного артефакта. Но, так как Повелители не рождались у данной расы довольно долгое время, предположение проверить не удалось. Через три года после создания этого артефакта был создан артефакт перекрывающий действие "Крови Повелителя". Он был вручен вампирам в качестве подтверждения лояльности отношения других рас к вампирам, и дальнейшее его местонахождение неизвестно. "Кровь Повелителя", по последним данным, находится в руках одного из самых заядлых коллекционеров особо редких артефактов — магистра Мирим Этриа…"

— Как всё оказывается просто, — промурлыкал я, предчувствуя интересное продолжение событий. — И в то же время…

— Мир! Собирайся! — В читальный зал библиотеки вихрем ворвалась Нэвэрианэ. Я невольно вздрогнул. — О! Не знала, что ты читаешь по-эльфийски! — Она хлопнула меня по плечу. — Собирайся, мы возвращаемся в ШМИ… Хэйтэн очнулся! — И в том же темпе удалилась.

Я взирал на раскрытую книгу перед собой и всё никак не мог понять, чему поражаться больше. То ли тому, что Хэйтэн, гад такой, всё-таки выкарабкался, то ли тому… что я действительно умею читать по-эльфийски.

Хотя готов поклясться, что никогда его не учил.

— Нет, ну у меня просто было такое ощущение, будто я растворяюсь в воздухе! — С жаром объяснял Хэйтэн друзьям, а они, всё ещё не веря, наблюдали за ним, машинально собирая вещи и глупо улыбаясь. — А потом я решил, всё, хватит! И ветер растворился во мне!

— Да, так и должно быть! — Кивнула Эно. — При частичном объединении с доминирующей стихией определяется, чья воля сильнее: стихии или человека. Хотя я так до сих пор не могу понять, то ли мысль по мне растворилась, то ли я — в мысли.

— А знаете, знаете, почему у меня получилось? — Всё так же весело вещал Хэйтэн. — Не поверите: я уже почти растворился в воздухе, уже почти исчез, как вдруг… появляется передо мной эта невыносимая наглая рожа, рожа Мира, и вещает: "Так и знал, что ты на самом деле слабак!". И тут меня такая злость взяла, прямо не могу, чтобы этот гад, да оказался прав… что?

Эноллаира и Лас переглянулись и только покачали головами.

— Нет, ничего. Просто мы рады, что ты вернулся.

— А уж как я рад!..

Затих последний отголосок суматохи, наведённой в этом прекрасном уголке царства природы. Отзвучали суетливые человеческие шаги, и воцарилось долгожданное спокойствие…

— Владыка.

— Ну?

— Он ушёл.

— Эх ты… тоже мне, Дух.

— Но у меня важные сведения.

— Да?

— Подтверждаю: Мастера интересовал именно он.

— А почему?

— А разве вы ещё не поняли?

— Да… ты прав. Несомненно, этот парень — занятная личность.

— Но…

— Но?

— Вы заметили…

— Ах, ты об этом. Пусть с ним. Когда-нибудь, лет через двести-триста, всё это обретёт своё значение, всё встанет на круги своя, и только в небе этом чистом пылать будет своя заря…

Дух и Владыка молчали. Каждый думал о своём: кто — о Вечности, понятии растяжимом, а кто — о любви, тоже, в общем-то, понятии не слишком категоричном. А за стенами комнаты, где проходил данный разговор, думали об одном и том же Эрритар и Рисс.

И каждый пытался понять: что за бред только что несли эти существа?

Глава 6

СОКРЫТОЕ ЗАНАВЕСОМ

Я сидел в библиотеке и лениво перелистывал страницы толстого фолианта.

Ничего. Ничего, что говорило бы о возможности заглянуть не в будущее, а в прошлое. Казалось бы, видеть прошлое гораздо проще, так ведь нет! Судя по всему, о таком никто даже и не думал! Действительно, зачем нужно прошлое? Неужели, в нём никто никогда не нуждался? Взять, хотя бы, такой случай: умер человек — как узнать, как это случилось?

В памяти всплыл впечатляющий список заклинаний по вызову духа умершего, оживления трупа и правила надлежащего допроса. "Тут всё ясно" — скис я, усиленно начиная думать о чём угодно, только не о некромантии. Но в голову ничего не приходило, и я, захлопнув бесполезную книгу, обратился к витающему надо мной любопытному призраку.

— Слушай, а среди запрещённых заклинаний предвидения ничего нет? — как бы невзначай поинтересовался.

Тот хитро прищурился.

— Ну-у-у… я не знаю, ведь я туда не заглядываю.

— Э-э-э? — я поднял бровь. — Знаешь, это ведь я попросил Элдару не наказывать тебя за ту книжицу, что ты мне в прошлый раз подсунул.

Хранитель что-то невнятно пробормотал и исчез с поля зрения. Я вернулся к закрытой книге и вздохнул. Призраки… ими так легко управлять.

— А что если я сообщу о твоём любопытстве кому следует? — прошипел этот проклятый призрак над ухом, коснувшись ледяными пальцами моей шеи.

Я поморщился.

— Вот только давай без этого, тоже мне, шантажист, — я почесал шею. — В конце концов, если Элдара тебя не наказала, это не значит, что "тот, кому следует" этого не сделает, когда узнает о твоих проделках. И вообще, если я правильно помню, Элдара запретила тебе говорить о закрытом секторе "кому следует"?

— Какой ты скучный, — дёрнулся хранитель библиотеки. И тут же злорадно оскалился. — Нет по твоему вопросу ничего.

Я тупо уставился на книгу передо мной. Мысли скакали, как горные бараны и издевательски блеяли. Я потёр виски.

— Шёл бы ты спать, провидец, а то смотреть на тебя тошно, — изобразил участие призрак, поймал мой скептический взгляд и заткнулся.

Я задумался, усилием воли прогоняя мыслей-баранов.

— Послушай-ка, а есть ли среди заклинаний… Вообще, есть ли в библиотеке заклинания, связанные со временем?

— Со временем?

— Ну-у-у, — мысль ещё не сформировалась, но определённо маячила на задворках разума. — Что-нибудь, вроде остановки времени, отмотки его назад или даже вперёд, замедление, ускорение.

Я с надеждой посмотрел на хранителя библиотеки.

— Даже смотреть не буду, — хмыкнула призрачная гадина. — Заклинаний подобного типа не существует вообще. Это всё, что ты хотел узнать?

Я задумчиво кивнул. Мысль, только зародившись, увяла на корню. Жаль, такая теория вырисовывалась! Что же, если призраку верить… Ммм? Какой интересный поворот мысли. А, действительно, стоит ли ему верить? Я медленно скосил глаза на призрака. Тот, столкнувшись со мной взглядом, поёжился. Нет, этот врать не будет. Ведь это идея Элдары была — посмотреть сведения о моём необычном "даре" в библиотеке, а значит, он получил точные указания… точные указания.

А что если ему было указано не говорить мне самого-самого?

Я в очередной раз внимательно посмотрел на призрака. Тот уже несколько обиженно посмотрел в ответ. Я подавил вздох, зевнул и с видом мученика уставился на гору фолиантов, которые выложил передо мной хранитель библиотеки. Услышав историю о том, как я не сумел высушить собственную одежду и простудился, Элдара пришла в ярость и отправила меня сюда, заполнить пробелы в бытовой магии и заодно узнать о моих видениях. И если с видениями я, куда ни шло, справлялся, то учить бытовую магию не хотелось вообще. Тому, как я полагал, было несколько причин: это и не прошедшая полностью простуда, это и общий упадок настроения… Причиной последнего являлся тот факт, что в ШМИ в это время никого не было… почти.

Первым и самым ужасным субъектом, присутствующим в здании, был Хэйтэн. После перехода на новый уровень владения своей стихией от него не стало никакой защиты. В руки избалованного, великовозрастного ребёнка попала опасная, практически непобедимая игрушка — стихия. И если во владении своей стихией Хэйтэн весьма преуспел, то ума у него никак не прибавилось. Пока единственными моими убежищами оставалась библиотека и кабинет Элдары. Спать я тоже собирался в библиотеке (шли как раз вторые сутки моего местонахождения здесь). Вместе с Хэйтэном, пытаясь его урезонить, но не особо преуспевая в том, по замку бродили Эно и Лас, наверняка в тайне забавляясь моими мучениями, а госпожа Элдара заперлась в своём кабинете и занималась не пойми чем (я справедливо подозревал, что просто попивала чай с Хорной и обсуждала последние, или же грядущие, события). Ну, вот, пожалуй, и всё. Хорна также оставалась в ШМИ, так как её присутствие на сдаче экзаменов третьего и четвёртого курсов не было необходимым — хватало других преподавателей предвидения.

Третий и четвёртый курсы, несмотря на общее военное положение, продолжали сдавать экзамены, и я мог только предполагать, что же это за испытания, длящиеся неделями. Как я понял, часть учителей, не принимавшая участие в экзаменах, находилась при армии, так же как и подавляющее число Вестников Трона. Первый же и второй курсы, за исключением вышеперечисленных, всё ещё были на практике, и им, как я понял, ничего пока не угрожало.

И вообще, если верить слухам, никакого объявления войны будто бы и не было. Шикр не нападал, а нашему королевству это было невыгодно. Всё это было очень интересно… Но никто не собирался подпускать меня ко всем этим таинствам. Впрочем, сам я не имел никакого желания куда-то рваться, кого-то спасть и вообще, вмешиваться не в свои дела. Хотя, вполне возможно, это был результат влияния некоторых факторов.

Плавный ход моих размышлений был прерван грохотом ударившихся о стены дверных створок. В читальный зал с ветерком ворвалась Элдара, вихрем пронеслась вокруг, резко остановилась и пристально на меня глянула. Волосы вокруг неё нервно извивались, показывая значительную степень раздражения и волнения.

— Слушай сюда, Мир, — довольно угрожающим тоном начала она. — Мне нужно отправиться по кое-каким делам, — тут она умолкла, явно соображая, что бы такого сказать ещё.

— А, понятно, — я подпёр голову кулаком и ленивым движением руки стащил первую книгу из стопки, открыл на первой странице и прочёл название.

— Оставляю школу на тебя и на Хорну. Смотри, чтобы, когда я вернулась, всё было в порядке!

И, высказав мне это, она телепортировалась прямо с того места, где стояла. Я некоторое время созерцал образовавшуюся на её месте пустоту. Затем всё тем же ленивым движением закрыл книгу. Возвращать её в стопку было лень.

— А ты изменился, — задумчиво проговорил призрак, глядя на меня.

— Правда? — зевнул я, удобно положив голову на книгу.

— Стал как-то более спокойным, что ли, — продолжал развивать свою мысль хранитель. — Можно сказать, повзрослел. Похоже, случившееся у эльфов пошло тебе на пользу.

— Ага, — вяло отозвался я, закрывая глаза.

— Хм, — в голосе призрака послышалось недоумение. — Даже не знаю, к лучшему это или нет.

Смысл его слов до меня уже не доходил. Убаюканный его голосом, я засыпал, погружаясь в темноту сна всё глубже и глубже. И только когда сон уже практически полностью завладел моим усталым разумом, мелькнула одна чёткая и довольно ехидная мысль.

Вернувшись из эльфийского государства и познав все минусы заклинания приглушения эмоций, я решил пойти немного другим путём. Действительно, такое убойное количество успокоительного не может не изменить человека!

Двумя днями ранее.

Кэрин задумчиво посмотрела вниз из высокого узкого окна и вздохнула. Определённо, сложившаяся ситуация ей не нравилась. Она резко развернулась и быстрыми уверенными шагами направилась прочь по коридору. Остановилась возле нужной двери и легко постучала.

— Входите.

— Папа, — Кэрин тихо подошла к сидящему за бумагами герцогу.

— Ты чего-то хотела? — невысокий коренастый человек устало откинулся на спинку изящного резного стула и внимательно посмотрел на дочь своими карими, такими же, как и у дочери, с золотистыми искорками глазами.

— Нам нужно идти.

— Что-то увидела? — герцог сразу же насторожился.

— Совсем немного, но этого достаточно, — в голосе Кэрин послышалось лёгкое сомнение, но тут же угасло под напором решимости.

Герцог продолжал внимательно смотреть на свою дочь.

— Как знаешь, детка, — наконец вздохнул он. — Только маме не говори — придумай что-нибудь отвлечённое.

— Думаешь, она поверит? — грустно улыбнулась юная провидица, любопытно глянув из-под кудрявой каштановой чёлки.

— Ты права. Но всё равно…

— Я пойду? — Кэрин наклонила голову в сторону.

— Думаю, бесполезно спрашивать — куда. Явно не обратно в школу.

— Туда мы тоже пойдём, — в голосе Кэрин появилась сталь.

— И что, вот так, вчетвером, и пойдёте? — иронично переспросил герцог.

— Смешной ты, папа. Ну да, вот так, вчетвером, и пойдём. Потом — всемером. А дальше нас будет всё больше и больше. Мы сделаем то, что должны.

— А те, кто будут с тобой…

— Как всегда.

— Всё ещё упорствуешь.

— Это мой выбор.

По лицу герцога пробежала волна противоречивых чувств.

— Хорошо, но помни: ты у нас одна.

Кэрин снова грустно улыбнулась и, кивнув, направилась к выходу из кабинета. На пороге остановилась, чуть обернувшись.

— До встречи, папа, — и вышла, тихо прикрыв за собою дверь.

Её отец ещё долго продолжал вслушиваться в уверенные удаляющиеся шаги, даже тогда, когда их звук затих вдали и наступила вечерняя тишина. Наконец он вновь обернулся к лежащим на столе бумагам.

— Удачи, — всколыхнул тишину усталый шёпот.

— А-а-а-а, как же не к месту эта невозможная война! — Моника зло глянула в красиво отделанное овальное зеркало во весь её рост. — Проклятье! Да за одно это я готова весь Шикр в землю втоптать!!!

— Моника, я понимаю твои чувства, но уж слишком ты разоряешься, — вяло откликнулась Вириэна, вальяжно развалившись на пышном тёмно-бордовом диване, заваленном подушками.

— Но ведь она права, — робко откликнулась Раона, сидящая возле окна и с грустью наблюдающая за погружающимся в сумерки старым садом. — Как только началась война, все балы, расписанные на два месяца вперёд, были отменены, гости разъехались, и нам стало совсем скучно, — она печально-печально вздохнула, и в её больших серых глазах показались слёзы.

— Ну вы дурные, — фыркнула Вириэна. — Хорош комедию ломать, лучше так и скажите, что хотите в этом поучаствовать.

— Поучаствовать в чём? — Моника резко повернулась к Вириэне, а из глаз Раоны мигом исчезли все признаки печали.

— В войне, — многозначительно выговорила Вириэна, приподнявшись на подушках и воинственно сверкнув своими синими глазами.

Чёрные встрёпанные волосы, за зиму немного отросшие, создавали на её голове незабываемый эффект вороньего гнезда, но Вириэне это удивительно шло, как, впрочем, и вся её одежда: бежевые обтягивающие бриджи и простая тёмно-зелёная рубаха без всяких украшений, подпоясанная плетёным шнурком. Некогда бледная кожа была тронута лёгким загаром, а на лице появилось какое-то новое, немного непривычное выражение, не исчезающее даже во сне.

— Ты единственная, кто желает поучаствовать в этом варварском предприятии, Вира, — хмуро отозвалась Моника, чуть прищурившись, глядя на Вириэну.

В ярко-алом, изысканном и прекрасно сидящем на её миниатюрной фигуре платье, с высокой, украшенной драгоценностями причёской и величественной, тщательно рассчитанной позой, она представляла полную противоположность Вириэны, и, если бы не смуглая от природы кожа, эта разница переросла бы в удивительный по своей сути контраст.

— Думаю, она имела в виду кое-что другое, Мони, — задумчиво вставила своё слово Раона.

Она по-прежнему грустно смотрела в окно, и подруги не пытались мешать ей в этом, несомненно, важном для девушки делом. У Раоны была своя трагедия — на одном из проводимых семьёй Кэрин балов она повстречала одного молодого, красивого… В общем, понятно. К несчастью, он оказался офицером какого-то полка, и, как только была объявлена война, покинул гостеприимный замок отца Кэрин.

— И что же я такое имела в виду? — Осторожно переспросила Вириэна, высказавшаяся так согласно некой древней поговорке "у кого что болит, тот о том и говорит".

— Вероятно, ты имела в виду, что эта война затрагивает всех, включая даже нас. Мы просто не можем остаться в стороне, — раздался со стороны двери спокойный голос Кэрин.

Она была одета в дорожную одежду, волосы были заплетены в простую косу, а через плечо перекинута дорожная сумка.

— Ммм? — Моника наклонила голову набок, отчего драгоценности на её волосах интересно сверкнули. — Дай я догадаюсь, мы должны немедленно собраться и отправиться в путь, воевать за родину?

— Да! Наконец-то мы займёмся настоящим делом!! — Вириэна сорвалась с места. — Право слово, я была с самого начала против нашего здесь нахождения!

— Да-да, мы помним, ты предлагала ехать в какое-то урочище на краю света в дикой глубинке, кишащее нечистью и упырями, — не отрываясь от вида за окном, проговорила Раона.

— Раона? Мне показалось, или ты иронизируешь? — Изумилась Моника.

— Тебе показалось, — успокаивающе отозвалась светловолосая.

— Та-а-ак, — Моника начала закипать. — Похоже, все здесь, кроме меня, рады сложившейся ситуации? — Ответом ей было тройное молчание. — А, ну и ладно! Подождите, сейчас, только переоде… — и она скрылась в своей комнате.

— Кэрин, — тоскливо взвыла Вириэна.

— Да? — Обречённо переспросила та.

— Определённо: сегодня мы никуда не идём, — философски изрекла Раона, распахивая окно и вдыхая свежий запах летнего вечера.

— То есть, как? Что вы хотите этим сказать? — На Нороя было жалко смотреть, казалось, будто из него разом выдернули прочный стальной стержень, удерживающий его высокую фигуру в вертикальном положении. Сгорбившись, отчаянно размахивая руками, он пытался сказать что-нибудь достаточно разумное, но вместо этого выходили одни отрывистые, не имеющие особого смысла предложения. — Вы же сами! Да мы! Хоть понимаете? Почему? Мы втроём… да лучше всех! Как же так, вы же сами говорили! Мы можем помочь! К тому же, врага не было видно всё это время. Мы не подведём!.. Да как вы! Как у вас язык повернулся, сказать такое? Вы же… ну нельзя же так…

— Остынь, Нор, предоставь дело нам, — перебил его уверенный голос Шатра, и в комнате, в которой до этого момента находилось всего два человека — Норой и его собеседник — возникли ещё двое.

— Определённо, мы сумеем договориться, — поддержал Шатра Дэирк, сверля командующего заставой своими стальными серыми глазами.

— Послушайте, уважаемый, есть же разумная разница: вы будете контролировать наши действия, — начал медовым голосом Шатр.

— …Или же мы сами займёмся разведывательной деятельностью, выйдя из-под вашего командования, — припечатал Дэирк, завершая фразу.

Командующий в бессильной злости смотрел на неугомонную троицу. Его застава, по идее, считалась самой безопасной, и именно поэтому здесь не имелось ни одного толкового мага, а на практику разрешили прислать первокурсников. Но эти трое… выходили далеко за пределы контролируемой заставой территорией, притом, делая это так, что никто, даже маги соседних застав этого не замечали. И вот теперь, когда он попытался отослать их всех обратно в школу, по причине начавшейся войны…

— Уговорили, — вздохнул он.

Шатр и Дэирк ободряюще хлопнули друга по плечу, и все трое мгновенно исчезли из помещения. Оставшись один, командующий хитро усмехнулся.

— Ничего, всё, что от меня требуется, — это отправить кого-нибудь с просьбой к одному из самых влиятельных магов на соседней заставе… А может, даже в саму ШМИ.

— Как думаешь, Амит, что будем делать? — Ниам уныло смотрел на запад, грызя семечки и небрежно развалившись на подоконнике.

— От Хэя по-прежнему никаких вестей, — вздохнул в ответ Амит. — Определённо, не стоило позволять Нэвэрианэ забирать его одного. Нужно было учесть, что это надолго. Кроме того, что-то тревожно мне… И здесь стало совсем скучно.

— Ха, ещё бы! Ведь это Хэйтэн всех местных красавиц подцеплял! Подумать только, ему не магом надо было становиться, а заправским придворным ловеласом!

— Одно другому не мешает, — пожал плечами Амит. — Кроме того, мы сейчас не при дворе.

— Далеко не при дворе, — иронично усмехнулся Ниам. — Слушай, напомни мне, чья это была идея, отправиться сюда?

— Хэйтэна, чья же ещё…

— Тогда что мы здесь делаем?

Амит грустно вздохнул.

— По идее, должны вынюхивать прошлое Мира.

— Тебе это так интересно?

— Мы узнали всё, что могли, — пожал плечами Амит и подошёл к Ниаму. — Официальная версия гласит, что Мир — сын погибших от рук сирен художницы и кузнеца…

— После их гибели он был отдан травнику, живущему в лесу, — подхватил Ниам. — И зажил там, мирно и счастливо.

— Но…

— Почему-то никто совершенно не может вспомнить, как звали его родителей, когда это было точно и кому они оставили годовалого ребёнка.

— Отсюда следует одно, — вздохнул Амит.

— К правде это не имеет никакого отношения, — заключил Ниам.

— Или же у всех здесь поголовно плохая память, — иронически хмыкнул Амит.

— Травник этот опять куда-то ушёл, и нам здесь больше нечего делать, да? — Задумчиво проговорил первый близнец.

— Кстати, помнишь того мага, который был в тронном зале после истории с Киром?

— Брист, кажется?

— Именно.

— Ты думаешь…

Близнецы переглянулись, на миг задумались и вновь уставились на запад. Над деревней, находящейся в Погранке, витал вечер. Тёплый ветер с моря причудливо шевелил кроны деревьев в лесу за деревней. Ниам глубоко вдохнул и спрыгнул с подоконника наружу.

— Идём? — Поинтересовался он, не оборачиваясь.

— Куда? — Вскинул бровь Амит.

— Ну… думаю, стоит сначала заглянуть к кое-кому.

— Да, ты прав, пожалуй, стоит.

— Вам не кажется это странным? — Дэирк хмуро всматривался в темноту леса, но сходить с тропы, как и двое его друзей, не спешил.

— Что ты имеешь в виду? — Норой внимательно посмотрел на друга. Хотя была почти ночь, но они прекрасно могли друг друга рассмотреть — для всех троих, провёдших в этом лесу уже довольно много времени, заклинание ночного зрения было чем-то само собой разумеющимся.

— Эта война — несусветная глупость, — пояснил свои сомнения Дэирк.

— Действительно, — задумчиво проговорил Шатр, прислушиваясь к окружающему миру.

— А, вы об этом, — Норой пожал плечами. — Мне как-то всё равно. В конце концов, пусть этим занимаются вышестоящие.

— Эй-эй, Нор, с такими амбициями ты никогда не выбьешься из рядовых! — Шатр хлопнул его по плечу. — Тебе стоит быть немного понаглее!.. Куда бы ты пошёл без нас, вот скажи? Правильно, обратно в ШМИ.

— Не думаю, что у нас и сейчас другой путь, — рассудительно возразил Норой. — Стоит ему только обратиться к кому-нибудь из магов, да хоть к тому, который отправил меня в прошлом году на поступление в ШМИ…

— Вот именно поэтому мы сейчас, до того, как это случится, сделаем всё, на что только способны, — резко оборвал его упадническую речь Дэирк. — Вернёмся к этой глупой войне, вернее, к её объявлению. С тех пор, как её объявили, прошло довольно мало времени — чуть меньше недели. Это не суть, да и Шикр всё ещё не нападает, — Дэирк уверенным движением руки извлёк из кармана карту и развернул. — Взгляните: это — граница между королевством Эно и королевством Шикр.

— Ну и? — Хмыкнул Шатр, всё ещё не видящий сути.

— По всей границе нет ни одного места, где бы Шикр мог совершить нападение с правом хотя бы на минимальный успех.

— Точно, — Норой почесал затылок. — Нападение сквозь Шикрский лес, хоть и возможно, но неразумно, — о том, что в лесу больше нет мага, который вылавливал всех подряд, известно только узкому кругу лиц.

— И лишь благодаря мне, такому неповторимому и умному, это известно и нам, — вставил своё слово Шатр.

— Да и куча всякой расплодившейся за годы отсутствия человека нечисти и непроходимость самого леса как такового играет свою роль, — продолжал Норой. — Дороги и тропы полностью под нашим контролем. Есть два варианта возможных нападений: враг делит свою армию на три части и едёт по трём главным дорогам. Остановить их с оборонительной позиции будет проще простого. Ну, а если они рассредоточат войска по тропам…

— Здесь достаточно вполне квалифицированных отрядов, чтобы остановить подобные поползновения, — кивнул Дэирк.

— Даже если у них есть свои разведотряы… — задумался Шатр.

— Как у хозяев этих мест у нас неоспоримое преимущество, — продолжал Дэирк.

— Но… — нахмурился Норой.

— Но, — утвердил Дэирк.

— Но! — Подхватил Шатр и все трое уставились друг на друга.

— Нам всем троим достоверно известно, что вплоть до самых Шикрских застав нет ни одного намёка на вражеского лазутчика, не говоря уже о самой армии, — по мере продвижения мысли вперёд, голубые глаза Нороя становились всё больше.

— Что бы это могло значить? — Вопросил Дэирк.

— Что враг нападёт в другом месте? — В зелёных глазах Шатра мелькнуло раздражение, ему явно начало надоедать бездействие.

— Это невозможно! — Норой передёрнул плечами. — На северо-западе Шикрский лес вплотную примыкает к Гномьим горам, с которых спускается река Тир, и единственное место, где её можно перейти — Саэнский мост, построенный магом Саэном четыреста с лишним лет назад в честь заключения мира между Шикром и Эно. Этот маг, что примечательно, уже умер, но свойства, которые он вложил в конструкцию этой монументальной постройки…

— Да-да, вспомнил: любой, кто несёт в своём сердце вражду… — Шатр сдул со лба светлую чёлку. — Историю я всё же неплохо знаю. А на юго-западе?

— Ещё лучше! — Хмыкнул Дэирк. — Там же Пустынное море! Обиталище сирен!

— Но их же не существует? — Поднял бровь Шатр.

— Существует, или нет… — Норой хмуро всмотрелся в указанное место на карте. — Но ещё никто не возвращался оттуда.

— Кроме того, — не сдавался Шатр. — Между Шикрским лесом и Пустынным морем довольно большое расстояние, и местность, которая там расположена, представляет собой степь с редкими перелесками.

— И ни одной заставы, как со стороны Шикра, так и с нашей. Примечательно, не так ли? — Оборвал его Дэирк. Шатр нахмурился, не понимая. — Как бы то ни было, но взгляни сам: вот расположение деревушек нашего королевства. Самая крайняя расположена в нескольких верстах от некой невидимой границы. А Шикрский лес заканчивается куда дальше неё. Понимаешь?

— Что за ерунда? — Шатр тряхнул головой. — Но тогда эта война не просто глупость — это абсурд!

— Вот именно, — Дэирк кивнул. — Что думаешь, Норой?

— Есть же ещё и магия, — Норой продолжал задумчиво глядеть на Пустынное море.

— Если имеешь в виду телепортационные каналы — отметай сразу. Постоянные каналы можно выборочно запечатать с одной стороны, что и произошло немедленно, как только была объявлена война. Непостоянные могут перекидывать ограниченное количество людей и их легко проследить, да так, что к тому времени, как такой канал будет построен, на месте его выхода уже будут те, кто запросто отразит подобное вторжение. — Дэирк на мгновение замолчал, задумавшись. — С первого взгляда Эно магически неуязвимо и во всём остальном то же.

— И что же мы можем сделать? — Шатру явно не терпелось начать действовать.

Дэирк глянул на него, и в темноте сверкнули его серо-стальные глаза.

— О, совсем немного. Пойти и узнать, что же на самом деле задумали эти уроды…

Наступила тишина.

— Э-э-э, Дэирк, мне кажется, на этот случай у Эно должна быть своя шпионская сеть в Шикре, — Норой был явно не в восторге от этой идеи.

— Ах да, совсем забыл, — голос Шатра внезапно понизился и стал вкрадчиво-насмешливым. — Пока ты там перед командующим распинался, я кое-что разузнал, — он хитро улыбнулся, и в темноте его обычно ярко-зелёные глаза сверкнули чёрным. — Связь со шпионской сетью в Шикре… всей сетью полностью пропала. Так же не было никаких известей от тех, кого послали в Шикр для проверки. Все, кто туда ушёл исчезли. Бесследно. Безвозвратно.

Вновь наступила тишина.

— Наверняка ведь туда отправляли не профанов, да? — Норой продолжал упираться. — С чего вы взяли, что если пойдём мы…

— Дружище! — Шатр радостно заулыбался. — Нужно больше верить в свои силы! Поверь, да мы втроём горы свернём! Правда, Дэирк?

Дэирк со вздохом на него посмотрел.

— Вот мне интересно, ты хоть осознаёшь, на что мы идём? — На фоне ночных шорохов леса голос его прозвучал особенно внушительно.

Улыбка на лице Шатра стала ещё шире.

— Конечно, друг, а как же, — но тут он прищурил глаза и вмиг стёр улыбку с лица.

— И на что же? — продолжал давить Дэирк.

Шатр немного помолчал…

— На смерть, — ответил за него Норой, отрешённо глядя во тьму леса.

И никто из них не спешил возразить. Ветер колыхнул верхушки деревьев, и музыка, порождаемая этим действием, проникала в самую суть, пробуждая в глубине сердца что-то столь неуловимо тревожное, сколь и прекрасное. Вот какой-то ночной зверёк быстро пересёк узкую лесную тропу и исчез в гуще зарослей. Никто не слышал разговора трёх теней. Никто не видел, как они исчезли… Никто не знал — куда.

— Ку… куда! Сюда нельзя, да послушайте же! Погодите, дайте я хотя бы доложу…

Командующий заставой, Ор Гаэнри задумчиво прислушивался к беспомощным воплям кого-то из его подчинённых, раздающимся из-за двери. Наконец он вздохнул и вновь повернулся к своему собеседнику.

— Право слово, вам не стоило лично приходить сюда, магистр. Побег трёх магов-практикантов, безусловно, дело достойное внимания, но…

— Оставь, Ор, не время для церемоний, — резко перебил его собеседник, в отличие от главнокомандующего пытающийся на слух определить причину переполоха. — Эти трое — весьма перспективные маги, кроме того, это единственное хоть немного значимое происшествие за эту неделю, способное дать хоть какую-то зацепку, — тут он нахмурился и в его бордовых, почти алых глазах мелькнуло удивление. — Эй, ты же говорил, что те трое — единственные маги, которые были на твоей заставе, — маг резко встал со стула и подошёл к окну. Утреннее солнце тонким лучом сверкнуло в волосах цвета стали. — Но я чувствую присутствие ещё как минимум четырёх…

— Право слово, Дрэн, не понимаю, — тоже начал подниматься Ор, но тихий возглас главы всех магов армии Эно резко его осадил.

— Даже больше! Шестеро, и если первые совсем и не думают скрываться, то двое последних…

И тут вопли за дверью резко стихли, и в наступившей тишине раздался недовольный женский голос, наполненный бархатным высокомерием.

— Достал уже, пусть теперь немного отдохнет!..

— Моника, это же жестоко! — Робко и немного недоумённо.

— Ах, оставь, Раона! Молодец, Мони, так держать!! — Жизнерадостно и весело.

— Вириэна, ты в своём репертуаре, — философски и устало. — Прошу вас, ведите себя прилично, нас ожидает серьёзная встреча.

— Ну вот, Кэрин, ты опять? Не знаю, о чём это ты, а я сюда пришла повидаться с Дэирком, остальных же можешь оставить себе! — не стала отмалчиваться Вириэна.

— Ладно уж, поспешим. Как бы то ни было, но я тоже буду не очень рада, если этот ретивый подчинённый очнётся, — вздохнула Кэрин. — Моника, чем ты его?

— А, зелье сна. Не беспокойся, будет спать, пока его не разбудят. Вириэна! Не наступай на него!!

За дверью раздался приглушённое "ох", затем грохот и шебуршание, наконец, дверь резко распахнулась, и в довольно небольшое помещение ворвалась четвёрка чересчур оживлённых и, по-видимому, изрядно веселящихся девушек.

Однако первая из них тут же резко остановилась, обвела присутствующих внимательным взглядом своих карих, с золотистыми искорками глаз и довольно улыбнулась.

— Приветствую Вас, магистр Виолрт, командующий Гаэнри, — лёгкий кивок, намёк на поклон. — Я вижу, мы опоздали?

Дрэн Виолрт, известный в довольно узком кругу как один из совета семи архимагистров, спокойно встретил её взгляд.

— А, дочь герцога Креами. Что и следовало ожидать, — он слегка усмехнулся — А что, вы имели цель успеть? И кстати, может, объясните, куда же вы так спешили?

— Спешили? — Влезала в разговор Моника, откровенно разглядывая стоящего перед ними мага, чьё телосложение указывало скорее на принадлежность к воинам. Рассмотрев всё в подробностях, девушка в задумчивости надула губы. — Ну я бы так не сказала…

— Ммм? — Дрэн, немного сбитый столку, вопросительно глянул на Кэрин.

— Что сказать, — та пожала плечами. — Наша цель немного иная.

— Эй, так где Дэирк? Что-то я немного не понимаю!.. — не выдержав, влезла Вириэна. При этом выглядела она ну очень воинственно. — Я не чувствую его присутствия, и мне это не нравится.

— Его здесь нет, Вира, — ответила Кэрин.

— Что значит "нет"? — Взмахнула ресницами Раона, заинтересовавшись.

— Вчера вечером все трое исчезли с территории, контролируемой данной заставой, — откликнулся командующий. — А так же, как выяснилось после диагностики магического фона магистром Виолртом, с территории всех остальных застав.

— Ну, существует ещё возможность того, что они всего лишь мастерски скрывают своё присутствие, — заговорил Дрэн. — Но эта возможность очень мала. До моего уровня им ещё расти и расти. Ни куда они отправились, ни зачем — нам не известно. Но — тут он резко глянул на Кэрин, — чувствую, что…

— Тыц-тыц, какой кошмар, готов поклясться, эта троица в одиночку штурмует Шикрские войска! — Раздался со стороны окна насмешливый голос.

Все резко обернулись в ту сторону, но ничего не увидели кроме видимой части двора и леса неподалёку.

— Так и знал, что на практике от скуки страдаем только мы! — Раздался второй голос, лишь немного отличимый от первого, да и то, только интонацией.

— Даже девчонки, и те отрываются по полной! — Поддержал его первый.

— Может и нам рвануть за этими тремя, а? — Оживился второй.

Кэрин склонила голову и иронически хмыкнула.

— Эй, Амит, Ниам! Хорош дурачится, лезьте сюда. И никуда вы не рванёте…

— Это ещё почему? — Возмутился Ниам и вниз головой показался в окне.

— И кто нам помешает? — Снизу показался Амит.

— Ну, если вы хотите умереть, то — вперёд, никто вам действительно мешать не будет, — развела руками Кэрин.

Близнецы переглянулись (в их положении это выглядело ну очень занимательно) и проворно влезли в помещение. Однако когда они вновь оказались лицом к лицу с Кэрин, глаза их, обычно насмешливо-беззаботные, были серьёзны.

— Это ещё почему нас ожидает смерть? — В голосе Амита послышалась сталь.

— И если нас ожидает смерть, то что ожидает Нороя, Дэирка и Шатра? — Продолжил мысль Ниам.

Кэрин тонко улыбнулась и повернулась так, чтобы оказаться лицом ко всем. В глазах её сверкнуло удовольствие.

— Поживём — увидим. А пока… давайте выпьем чаю! Я как раз захватила с собой сладкое!

Всех присутствующих словно пыльным мешком по голове огрели. У Вириэны задёргался глаз. Моника закатила глаза, Раона печально вздохнула. Близнецы переглянулись и синхронно поднесли левую руку, сжатую в кулак, ко лбу, тем самым давая друг другу знак, понятный только им. Командующий заставой тихо отходил от шока на своём месте.

— Хо, раз так говорит наша великая провидица, — Дрэн Виолрт развёл руками, сдаваясь. — Почему бы и нет?

"Демоница, — мелькнуло в его мыслях. — И ей ещё предстоит стать настоящим кошмаром для этого мира…".

— Что скажете? — хмуро поинтересовался Дэирк, с выражением полного разочарования на лице оглядывая вражескую заставу.

Для того чтобы подобраться на достаточное для этого расстояние им даже не пришлось напрягаться. И, как видели все они сейчас, им ничего не стоило пройти, тем самым проникнув в Шикр незаметно.

— Подозрительно, — откликнулся Норой. — Учитывая, что другие разведчики не вернулись…

— Ловушка, — уверенно заявил Дэирк. — Вот только какая?

— Определённо, не узнаем, пока не попадёмся, — философски заключил Норой. — Да и то — не факт, что узнаем, даже попавшись.

— Но попробовать-то надо? — с энтузиазмом возразил Дэирк и двинулся вперёд.

— Стой, — ледяным холодом окатил его шёпот Шатра.

Его друзья вздрогнули от этого неожиданно жуткого ощущения и резко повернулись к Шатру.

— Что? — Одними губами вопросил Норой.

Шатр, не отрываясь, продолжал смотреть на заставу. Его друзья, в свою очередь, не могли отвести взгляда от него. Что могло быть причиной столь непонятного поведения? Кто знает, быть может, они не решались двинуться с места целых пять минут, потому что в глазах Шатра отражалось нечто иное? Не потому ли, что в этом отражении не было ни заставы, ни даже леса? Ни утреннего, еле греющего солнца.

— Это… — заговорил Дэирк.

— Иллюзия, — коротко ответил Шатр. Он протянул руку вперёд — и впереди, словно разрезаемая его рукой, стала меняться реальность. Лучом, по ширине равном руке Шатра, но не имеющим ограничения по высоте, перед троицей разведчиков представала истинная картина окружающего мира. Невесть откуда взялся холодный пронизывающий ветер, ударивший так, что заслезились глаза. Наконец луч перестал дрожать и изламываться, и блондин резким движением растопырил пальцы в стороны. Луч разошёлся веером, и реальность наконец-то стала узнаваемой.

Дэирк тихо присвистнул.

— Невероятно, — поддержал его слабеющим голосом Норой.

— Спасибо, Шатр, — задумчиво выдавил Дэирк. — Ещё бы шаг, и я…

В шаге от него начиналась пропасть. Просто пропасть. Земля уходила вертикальным обрывом вниз и дно этого "оврага" скрывалось в клубах серого тумана. В ста локтях от печально вляпавшейся троицы виднелся другой край земли. И лишь ещё через какое-то расстояние, состоящее из сплошной голой земли, начинался лес.

— И так на протяжении всей границы в Шикрском лесу, — ответил на невысказанный вопрос Шатр.

Голос его едва заметно дрогнул.

— Даже если так, — в голосе Нороя вдруг послышалось недоумение. — Если это заметили мы, то и другие разведчики наверняка…

— Ха, — Шатра покачнулся и стал заваливаться на бок. — То, что это смогли заметить мы — невероятное чудо.

Иллюзия волной вернулась на своё место.

— Эй-эй! — Дэирк еле успел подставить другу плечо. — Ты это чего?

— А ты сам подумай, олух! — Слабо огрызнулся Шатр, еле держась на ногах. — Представь себе силу заклинания и мастерство мага, установившего ТАКОЕ. И вспомни, сколько я учусь в ШМИ. И всё сразу же поймёшь.

— И что делать? — Нахмурился Норой.

— Думайте, что хотите, но сам я дальше вряд ли смогу идти, — отозвался Шатр. — Пропасть, насколько я могу судить, обойти нельзя…

За их спинами раздался шорох.

— Проклятье, это ещё что? — Ругнулся Дэирк.

— Шикрцы, — прищурившись, отозвался Норой. — Ни с чем не спутаешь. Человек десять. Естественно, не с мирными намерениями.

— Но леший дери, откуда? Да ещё за нашими спинами! — Дэирк оглянулся, и на лице его, обычно бесстрастном, отразилась усиленная работа мысли. — Точно! А ведь если бы мы не заметили иллюзию, как бы мы попытались скрыться от них?

— Пересекли бы границу, — ответил Норой.

Они переглянулись.

— Значит, — начал Дэирк.

— Да, опять иллюзия, — хрипло влез в разговор Шатр. — Но будьте осторожны, это иллюзия, управляемая вручную. В отличие от общей стационарной маг контролирует все её передвижения и видит всё то же, что и иллюзорные существа. Я попытался взломать и эту иллюзию, но… — тут он потерял сознание.

— Вот леший, — Дэирк взвалил его на плечо, прикинул расстояние, которое осталось пройти иллюзиям, чтобы они втроём оказались в пределах их видимости, и что-то ловко извлёк из потайного кармана.

— Что? — Настроился на активные действия Норой.

— Идём через пропасть, — Дэирк крутанул извлечённый предмет, и он тускло сверкнул на солнце.

— Гномское кольцо! — Встрепенулся Норой. — Так вот как ты у Шатра в карты выигрывал! Стоп, это же просто иллюзии, почему бежим? И как ты себе это всё представляешь, здесь же пропасть!

— Потом объясню! — Нервно отозвался Дэирк, выставил руку с кольцом вперёд, глядя в круглое отверстие, создаваемое им, и, видя реальность, рванул вперёд. — Двигай за мной и не отставай, иначе свалишься.

Пожав плечами, Норой двинулся за ним на расстоянии двух шагов.

Пожалуй, не будь иллюзии, со стороны это смотрелось бы так: из глубины пропасти поднимался жуткой густоты туман, и по небольшому пятачку тумана, постоянно передвигающемуся вперёд, через эту пропасть бежали двое парней, неся на плечах третьего.

— Так почему? — Переспросил на полпути Норой.

— Я чувствую магию воды. Не уверен, но…

— Раздел Высшей магии иллюзий, — напомнил о себе Шатр. — Иллюзия, умеющая творить магию. Ребята, если мы встретимся с этим магом лицом к лицу — нам конец.

— Помолчи лучше, и без тебя весело, — огрызнулся Дэирк. — Значит, как минимум, нам противостоят два сильных мага. Один водник, другой — иллюзионист.

— Похоже на то, — кивнул Норой. — Эй, они нас увидели и уже нагоняют.

— Плохо дело, — Дэирк нахмурился. — Как далеко?

— Десять шагов до предела досягаемости магией.

— Я попробую…

— Хватит с тебя, ты уже пробовал, — оборвал Шатра Дэирк. — Норой!

— Да?

— Сможешь отвести им глаза?

— Если ненадолго.

— Давай, — чему-то обрадовался Дэирк.

И через пару мгновений над пропастью никого не стало.

Тяжело дыша, они приземлились на край земли.

— Тьфу, Норой, ты чудо. — Дэирк, еле успев сгрузить Шатра, устало рухнул на землю.

— Еле успели. Ещё б чуть-чуть и всё сорвалось, — находясь не в лучшем состоянии, Норой рухнул рядом.

— Эге, Нор, да ты понимаешь, что ты сделал? — Шатр, собравшись с силами, поднялся. — Отвести глаза иллюзии! Жуть просто, я начинаю подозревать в тебе монстра.

— Это же элементарно. Ты сказал, что они напрямую управляются магом, создавшим их. Я отвёл глаза не иллюзии, а ему. Если бы это была обычная автоматическая — ничего бы не вышло.

— Ты всегда был самым умным среди нас, — философски изрёк Дэирк. — Спасены…

— Я бы так не сказал, — хмыкнул Норой. — У меня по-прежнему ощущение, что мы лезем в пасть к дракону, и чем дальше, тем жарче и невозможней вернуться.

— Спасибо тебе, Нор, за моральную поддержку! — Хмыкнул Шатр.

— Да ничего, обращайся. Кстати, я, конечно, всё понимаю, но ничего, что мы совсем недалеко от этих иллюзий? И вы заметили, с этой стороны иллюзии заставы нет.

— О, точно, я и не заметил, когда перестал кольцо использовать, — задумался Дэирк.

— Кольцо я тебе ещё припомню, — заворчал Шатр.

— Вот ещё, если ты сам честно не играешь…

Вслушиваясь в нарастающую перепалку, Норой с ностальгией вспоминал минуты опасности, когда эти двое действовали как одно целое. И тут спор двух друзей был бесцеремонно прерван глухим звуком и сотрясанием земли. Все трое резко вскочили со своих мест.

— Три, — констатировал Норой.

— Что — три? — эхом переспросил Шатр, глядя на дугой обходящую их трещину в земле, тем самым вновь отделяя их от Шикра.

— Мага три, он имеет в виду, — отозвался Дэирк. — Маг земли добавляется.

Шатр громко сглотнул.

— Действительно, стоило задуматься, откуда здесь такая "достопримечательность", как огромная трещина в земле на протяжении всей границы, — рассудительно поддержал его Норой.

— Подумаешь, воспользуемся старым трюком — и все дела, — успокаивающе похлопал Шатра по плечу Дэирк.

И словно в ответ на его ободрение из утреннего тумана с той стороны, где появился новый разлом, выступили фигуры того самого десятка иллюзий.

— А теперь что? — Не теряя надежды, вопросил Шатр.

Дэирк обернулся.

— Да, теперь, — Хмыкнул он.

— Теперь? — Поднял бровь Норой.

— Теперь за нами выбор: либо отступить, пока есть возможность, либо идти вперёд, зная, что пути назад нет! — Дэирк уверенно улыбнулся и вопросительно глянул на друзей.

— Хо, если ты знаешь способ пройти вперёд… почему бы и нет? — Пожал плечами Шатр. — А ты что скажешь, Норой?

— Если этот способ — не я, как жертва, отвлекающая на себя противника…

Дэирк в ответ только успокаивающе хмыкнул.

— Просто следуйте моим указаниям.

Он резко щёлкнул пальцами, и в одно мгновенье окружающую местность заволокло густым туманом.

— За мной! — Дэирк схватил за руки Шатра и Нороя, и они вновь побежали.

— Кхе-кхе, Дэирк, я, конечно, всё понимаю, но разве мы не назад бежим? — Спустя пару секунд скромно поинтересовался Норой.

— Именно, — отозвался Дэирк. — Так, слушай мою команду: сейчас я резко крикну "давай!", мы все сворачиваем направо под прямым углом, и за мгновенье до этого ты, Норой, отводишь этому чёртовому магу глаза. А ещё через некоторое время мы возвращаемся на сторону Шикра. Всем ясно?

— Тьфу ты, я думал, ты тут гениальный план придумал! — Не удержался от шпильки Шатр.

— Всё гениальное — просто, — не остался в долгу Дэирк.

Спустя какое-то время они вновь были на той стороне, но на этот раз никто не препятствовал их продвижению, и вскоре вся троица оказались на широкой лесной дороге.

— Здорово. У них тут ни души, птички поют, деревья растут, а мы, значит там, всей армией на иголках торчим, — задумчиво выдал Дэирк. — Ну, идём что ли, выведаем, где их войска затерялись?

— Раз уж назад пути нет, — пожал плечами Норой.

— Стоять, — резко окликнул их Шатр.

— О, ну что ещё? — Взвыл Дэирк.

— Опять иллюзия? — Заинтересовался Норой.

— Именно, — кивнул Шатр. — Но уже гораздо более простая.

Он легко махнул рукой, как бы отмахиваясь от чего-то, и иллюзию буквально сдёрнуло, как не слишком прочную занавеску. Перед троицей друзей предстала другая картина: голая земля без единого намёка на растительность ещё шагов на двести впереди и трое, стоящих перед ними.

— Они? — Коротко поинтересовался Дэирк.

— Не нравится мне это, — дёрнул уголком губ Шатр. — Один — действительно маг земли, но другой и водник, и иллюзионист одновременно. Кто третий — вот что непонятно.

— Я бы не сказал, что он маг, — напрягся Норой.

— Замечательно, — заговорил крайний справа и выступил вперёд. — Вы действительно невероятны, парни. Вы первые, кто прошёл эту полосу препятствий такими оригинальными способами. Но — по губам незнакомого мага пробежала змеиная улыбка. — Дальше никто не пройдёт.

Он сделал небрежный взмах рукой, и лёгкий туман, стелющийся по земле, развеялся, открывая трупы людей. Иные — сгнившие до костей, другие — ещё совсем свежие.

— Эй, Корх, давай закончим побыстрее, меня уже корёжит от этого запаха, — выдвинулся крайний слева.

— Маг земли, — отметил Дэирк.

— Ты же сам вещал, что так будет эффективнее. Хотел бы — давно б организовал всё так, чтобы не было этой дряни, — отозвался Корх. — Кроме того, взгляни на этих молокососов, вон как побледнели. Действует. И кто таких сопляков послал? Впрочем, не нам марать об них руки. Эй, синеглазый! Твой выход.

Вперёд шагнул третий. Синие распущенные волосы, достигающие земли, бледная, с синеватым отливом кожа, сине-чёрные губы и абсолютно синие, не имеющие ни зрачка, ни белка глаза.

— Ч…что ещё за?.. — дёрнулся Дэирк.

— Конец вам, ребятишки, — усмехнулся Корх и картинным движением закрыл уши. — Не хочу слышать, как вы визжать будете! — Ядовито улыбаясь, пояснил он.

Синеглазый, равнодушно посмотрел на троицу и открыл рот.

— Чего-о-о? — Взвыли двое магов следом за ним.

— Шатр, ты как, в порядке? — Тревожно переспросил Норой, глядя на друга.

— А ты как думаешь? — Блондин закашлялся, и вытер кровь с прокушенной губы.

Они находились в двухстах шагах к северо-западу от нахождения опасной троицы вражеских магов. Их окружал лес, довольно мрачный и неуютный.

— Они уже разгадали мою иллюзию, — хрипло оповестил друзей Шатр. — Сматываемся. Проклятье, всё это слишком далеко зашло, вы не находите?

— Я… — Дэирк не знал, что сказать. Видя плачевное состояние друга, столкнувшись с неизвестным врагом, потеряв власть над ситуацией, он, вместо того чтобы собраться, впал в растерянность, вряд ли простительную в данном случае. — Что делать будем?

— Они идут, — к нему повернулся Норой. — Я отвожу их от этого места, но… Кажется, тот синеволосый обладает какой-то особой способностью.

— Я всё, — внезапно произнёс Шатр, и друзья с нехорошим предчувствием обернулись к нему. — Что хотите думайте, но я сдох, — на лице непривычное для него выражение — искренняя насмешка над самим собой. — Мои силы, если честно, ещё на том безумном переходе через пропасть кончились.

Раздался шорох приближающихся шагов. Враги даже не пытались скрыться — они шли уверенно и веско, зная, что их жертвы никуда от них не денутся. Друзья переглянулись между собой, не смогли не улыбнуться (пусть и криво), хлопнули друг друга по плечу и приготовились.

О небо, что за бред? Ну конечно же не умирать! Ведь никто из них не собирался сдаваться.

— Ну так, какова истинная цель вашего прибытия сюда? — Поинтересовался Дрэн Виолрт у Кэрин, в задумчивости созерцающей природу за окном.

— Да в общем-то, никакой цели и нет, — пожала она плечами. Её подруги, пьющие в это время чай, разом поперхнулись. — Дождёмся Нороя, Шатра и Дэирка и вернёмся в ШМИ.

— Вы так уверенны в том, что они вернутся? — Поднял бровь архимагистр. — Что-то увидели?

Кэрин оторвалась от любования леса и глянула на него.

— Нет, — задумчиво пошевелила пальцами в воздухе. — Просто я абсолютно уверенна, что этим троим, когда они собираются вместе, ничего не грозит. Уж больно гремучая смесь получается, — лицо Виолрта нужно было видеть. — А вот в Амите и Ниаме я просто убеждена. Они, конечно, принесут много пользы и прочая, но ведь умрут на поле битвы, как и положено безумным экспериментаторам, не щадящим жизни своей ради получения результата очередной безумной идеи, — она насмешливо скосила глаза на собеседника. — Я просто знаю их характеры и сужу по ним.

— А силу вы в расчёт не берёте?

— Хо, ну вы и сказали. Чего им всем не занимать, так это силы. Однако у них есть один большой недостаток, и этот недостаток может обернуться большой проблемой, — девушка повернулась к подругам, внимательно прислушивающимся к разговору. — Э-э-э… постойте, а где близнецы?

Присутствующие в комнате переглянулись.

— Вот леший, так и знала.

Амит задумчиво глянул на пустую, мирно притихшую вражескую заставу. Зацепил ногой валяющуюся рядом ветку и мощным пинком отправил в сторону подозрительной картинки. Ветка послушно стукнулась оземь и покатилась.

— Фу-х, — к нему, чуть запыхавшись, подошёл его брат. — И на юг, и на север — всё то же самое.

— Подозрительно, — рассеянно выдал Амит. Пнул ещё пару листьев и философски вздохнул. — Ну что, как обычно?

Ниам достал из сумки сосуд с зельем, исчерченный ну оч-чень интересными рунами, и, широко размахнувшись, закинул куда-то в небо над безлюдными укреплениями. Сам он последовал примеру брата — отбежал на десяток шагов, нырнул в кусты и затаился.

Прошла минута, ничего не произошло.

— М-да, — задумчиво почесал затылок Амит, а Ниам присвистнул. — По крайней мере, враг понял: мы идём.

И в этот момент из кустов вынырнули воины Шикра.

"Леший, вот вляпались! А всё я виноват. Ещё и ребят за собой потащил, — суматошно думал Дэирк, прислушиваясь к приближающимся шагам магов. — Ну на кой ляд мне сдалась эта истина? Ведь никаких особо патриотических мыслей и в помине не было. А теперь… Эх!"

Мир вокруг показался каким-то нереальным, зыбким и туманным.

"Бездна, красота просто. Даже не верится, что нам не повезло. Не может быть, чтобы это был конец! Мы всегда выходили сухими из воды. Я не хочу, чтобы мы умерли здесь, вот так, по собственной глупости, — Шатр всё пытался собрать разбегающиеся мысли в кучку, но сильное магическое истощение и подступающая паника ощутимо мешали этому процессу. — Я не хочу умирать! Можно, нужно что-то делать".

"Вот мне и самое время сказать "а я предупреждал", — внезапно с некоторой иронией подумал Норой. — Шатр больше не может магичить — сильное истощение, Дэирк, похоже, просто растерялся. Да и против того, синеглазого, сдаётся мне, никто из нас и не сможет выстоять. Леший, вот бы хотя бы узнать, кто тот маг вообще такой? Точно! Как я заметил, двое других шибко любят потрепаться".

Мгновения, отмеренные на переоценку жизненных ценностей, оборвались. Из кустов, полные своего собственного достоинства и издевательского торжества, появились маги.

— Ну и заставили же вы нас побегать, — проговорил тот, которого звали Корхом. — Скажи, Истар, может, немного развлечёмся и убьём их сами?

— Не дури, пусть сирена разбирается, — брезгливо поморщился Истар.

И ничего удивительного, что следующая мысль всех троих друзей была одинаковой: "Леший меня задери! Сирен же не существу…"

Додумать они не успели, так как "несуществующий" сирен открыл рот, чтобы навсегда оборвать мыслительный процесс в их головах.

"Во всём виновато образование", — подумал Дэирк.

"Потрясающий козырь", — с завистью решил Шатр, уже мало что соображающий.

"На стороне Шикра — сирены! Нужно предупредить командующего", — одновременно с этой мыслью под взглядом Нороя за вражескими магами ожила какая-то коряга, деформировалась в птицу, обросла листьями-перьями и беззвучно взмыла в небо, направляясь в сторону королевства Эно.

А затем раздался жуткий грохот, в ушах у бедовой троицы противно зазвенело, и всё покрыла жадная, безликая тьма.

— Мне кажется, или это было специально? — Задумчиво поинтересовался Амит у Ниама, глядя вверх, на узкую щель света, обозначающую края пропасти.

— Хорошо, что у нас было подходящее зелье левитации, — считая главным именно это, отозвался Ниам.

— И что теперь?

— Ну, ты же у нас главный мыслитель.

— Не иронизируй, — возмутился Амит, но тут же резко замолчал, глядя во тьму небольшой узкой пещерки, выходящей к ним (на дне пропасти оказалась каменистая тропа шириной шагов в шесть).

Ниам кивнул и швырнул в пещерку следующее зелье. Спустя миг раздался глухой взрыв, пещерка на миг осветилась, показав совершенную пустоту, и обвалилась.

— Проклятье, — только и успел выдохнуть Амит, уворачиваясь от стремительно, за миг до взрыва, вынырнувшей из пещерки тварь.

— И не говори, — кивнул Ниам, с интересом со стороны наблюдая, как Амит, использовав припасённую на такой неординарный случай рунную связку, размазывает неразумную тварь по стеночке.

— Скучновато здесь, — огорчённо выдал парень, даже не глядя в сторону тварюги, на которую не ушло и минуты.

— Да? — Так же кратко, с лёгким сомнением в голосе, переспросил его брат, и Амит обернулся в ту сторону, куда он смотрел.

Из темноты, сверкая сиреневатыми глазами, щёлкая внушительными челюстями, с выражением абсолютного голода на тупых квадратных мордах на них двигалась сотня другая (судя по количеству сверкающих огоньков) четвероногих волкоподобных монстриков. Видимо, глубоко оскорблённых родственничков первой твари. Притом двигались они с двух сторон.

— Вот поприще для экспериментов! — Не смог не восхититься Ниам.

— Ага, — рассеянно отозвался Амит, кивком указав на приближающуюся проблему. — На шеи их глянь…

— О-о-о, — глубокомысленно изрёк Ниам, созерцая ошейники из антимагических кристаллов. — Вот делать кому-то нечего было, как наряжать их в это.

Они переглянулись между собой — два брата-близнеца — и одним слитным движением выхватили из-за пояса клинки, предусмотрительно захваченные ими в это, несомненно, весьма опасное место.

— Кэрин, мы не можем отправиться на их поиски, это неразумно, — увещевала подругу Моника, незаметно для себя сильно волнуясь и оттого часто повторяясь. — Мы не можем!

— Мне надоело ждать, — воинственно сжав кулаки, заявила Вириэна. — Что за манера — пускать всё на самотёк, при этом зная, что там наши погибают!

— Это неразумно, — твердила своё Моника.

Кэрин в это время пустующим взглядом смотрела в пространство, и выражение её лица сложно было с точностью определить — что-то среднее между "караул" и "ну вот опять".

— Кэрин, ответь, пожалуйста, — нарушил царящий хаос спокойный голос Раоны, задумчиво смотрящей в окно. — Есть что-нибудь, что можем сделать МЫ?

Дрэн Виолрт, оставив гостей на командующего заставой, лично отправился на поиски уже пятерых учеников первого курса ШМИ, естественно, захватив наиболее опытных магов с собой.

— Ничего, — опустив голову так, что каштановая чёлка полностью закрыла её глаза, ответила Кэрин.

Присутствующие в комнате обречённо вздохнули.

И никто не заметил пляски лукавых золотистых искорок на дне этих глаз, обладающих слишком хорошим зрением.

— Приве-е-ет! — Мило улыбнулась Шатру худенькая голубоглазая девушка, сдув рыжую прядь со лба, смешно поморщившись и поправив соломенную шляпу.

Веснушки яркими пятнами выделялись на удивительно бледной коже.

— Ты кто? — Довольно тупо поинтересовался Шатр, в обычное время никогда бы не допустивший собственной неуклюжести в присутствии представителя слабого пола.

— Туэнэа Лари, — отозвалась девушка, разом как-то потеряв весёлость и беспечность, с которой она только что приветствовала открывшего глаза парня. — А вы как здесь оказались, ребятки? Что-то я не слишком-то представляю первокурсников в роли разведчиков.

— Не вы одна, — подчеркнув это "вы", зашевелился лежащий в паре шагов от Шатра Дэирк. — Мы здесь самовольно.

Туэнэа внезапно сдавленно захихикала. Затем не выдержала, и в голос расхохоталась.

— Ну и влетит же вам, ребята, когда вы вернётесь!

— А собственно, что произошло? — Все — Дэирк, Шатр и девушка — обернулись на голос Нороя и увидели его, задумчиво осматривающим каменную стену, со всех сторон в форме полусферы располагающейся вокруг троицы друзей и непонятной подозрительной девушки, от которой так и веяло не особо тщательно скрытой опасностью.

— А, вы о том глазастике? — Девушка сняла шляпу, отчего волосы, заплетённые в косу и собранные на затылке под ней, тяжело упали на спину. Она подошла к стене и, постучав по ней, с гордостью пояснила: — Звуконепроницаемая… Сама придумала, когда в школе кое-что праздновали, а разрешения на то не было. Глушит абсолютно все звуки без разбору: что содержащие магию, что нет.

— Умно, — впечатлился Норой.

— Умно? — Туэнэа задумчиво склонила голову. — А что это за пташка была, которую ты послал на восток?

Друзья с удивлением воззрились на Нороя.

— А, это. Сообщение о сирене.

— Да я не о том, — поморщилась девушка. — Ты мне лучше скажи, каким образом ты сделал это без заклинания?

Лицо Нороя надо было видеть.

— Учтём, — пробормотала сама себе Туэнэа. — Ладно, ребята, а теперь слушайте сюда. Я — человек, до недавнего времени возглавлявший шпионскую сеть во всём Шикре. Сеть королевства Эно, разумеется. Недавно произошло одно очень неприятное событие, в результате которого я вынуждена была покинуть свой пост и попытаться вернуться в Эно. Но тут возникла одна проблема. Я — без прикрас скажу — довольно сильный маг. Но есть одно огромное "но". В иллюзиях я полная дубина.

Минутная тишина.

— А как же вы тогда главой шпионской сети… — спотыкаясь на каждом слове, поинтересовался Шатр.

— При мне был великолепный специалист по этой части, — нахмурилась девушка, и в её голубых глазах появилась сдержанная ярость. — Но меня переиграли, и он погиб.

— Но зачем же вам разбираться в иллюзиях? — Всё ещё недоумевал Норой. — С таким владением магией Земли…

— Если я применю более сильную магию, сюда сбегутся все маги Шикра, и будет очень горячая встреча.

— А нельзя просто передвигать этот купол в сторону границы?

— Мы так и сделаем, — кивнула девушка. — Но есть одно, опять же, огромное "но". Для того чтобы передвигаться, нужно видеть, куда.

— А вы не можете? — Недоверчиво хмыкнул Дэирк.

— Иллюзии, подобные тем, что созданы магами Шикра, способны обманывать не только человека, но и растения, и животных, — хладнокровно пояснила Туэнэа.

Шатр подавился воздухом и кашлял минуты три, пока не высказал то, что думал:

— Невозможно! Магия иллюзий не предусматривает…

— Это магия иллюзий в Эно не предусматривает подобных нюансов, парень, — покровительственно хмыкнула голубоглазая девушка. — В Шикре всё по-другому. Здесь даже нет магов. Люди, которых у нас называют магами, здесь являются монахами и жрецами. И их "магия" зависит не от исходного источника силы, а от веры. Именно таким образом удалось создать эту огромную трещину вдоль границы без последующих изменений мирового… — тут она споткнулась и продолжила говорить, но уже немного о другом. — Благодаря особенностям этой магии у Шикра очень много сильных магов, а сами результаты их заклинаний (или молитв, как посмотреть), практически не поддаются нашей магии. Например, та же иллюзия, прикрывающая трещину в земле. Ощутить её может практически каждый смекалистый маг. А вот развеять… Только тот, кто имеет среди своих предков не менее двух-трёх уроженцев Шикра. Что? — Невольно прервала свою лекцию Туэнэа, глядя на Нороя и Дэирка, во все глаза уставившихся на Шатра. Наконец до неё дошло, и она задумчивым взглядом измерила парня с головы до ног. — Ого, да вам чудовищно повезло.

Шатр невольно дёрнулся.

— И что теперь? — Наконец проговорил он с трудом.

— А теперь, — девушка лукаво улыбнулась. — Ты будешь читать изображение из моего разума и определять, что иллюзия, а что нет и куда идти. А я буду наблюдать с помощью стихии земли за всем снаружи и двигаться по твоим указаниям.

Наступила минутная тишина.

— Это, конечно, хорошо, — задумчиво произнёс Дэирк. — Но никто из нас не владеет магией разума настолько, чтобы осуществить вышесказанное.

Девушка закатила глаза.

— Первокурсники, что с вас возьмёшь? Лады, я сама залезу к тебе в голову, — она подмигнула Шатру, который слегка побледнел. — Куда идти, говорить будешь вслух — не разорваться же мне ещё и на чтение твоих мыслей.

И они двинулись. Истар и Корх в бессильной злобе наблюдали, как каменная полусфера сдвинулась с места, абсолютно неприступная (они уже не раз опробовали её не прочность) и, по-видимому, не пропускающая звуки, сдвинулась и… резко встала.

— Что? — Переспросила Туэнэа с недовольством в голосе.

— Боюсь, я не смогу применять магию ещё около двух суток, — повторил Шатр. — Я в глубоком минусе.

Лицо главы шпионской сети в Шикре осталось бесстрастным, однако Шатру от этого легче не стало. Дэирк, хлопнув друга по плечу, зачем-то полез в карман.

— Вы стену прозрачной с этой стороны сделать можете?

— Ну, — сделав требуемое, кивнула Туэнэа. В следующий миг она, не сдержавшись, вытаращила глаза, моргнула пару раз и захихикала.

Дэирк с выражением торжественности на лице протягивал бывалому архимагистру, одной из семи архимагистров, входящей в ограниченный совет, простое гномское кольцо, хоть и редкое по своей сути изделие, но в данном случае до смешного простое.

— И никакой магии разума не нужно, — вздохнул Норой.

— Что делать будем? — Глядя вслед нарушителям, поинтересовался Корх.

— Молиться, — хмуро отозвался Истар.

И в этот миг в каменной стене, за которой скрывались нарушители, образовалась узкая щель. Маги даже не успели понять, что произошло, как в одно мгновение их окутало голубое марево, а затем их сознание погрузилось в небытие.

— Что это? — Слегка окосевшим взглядом созерцая, как корёжит вражеских магов, поинтересовалась Туэнэа.

— Артефакт, — пожал плечами Дэирк. — Я увлекаюсь их созданием — хотя мы ещё не проходили подобного — этот должен был телепортировать. Но что-то пошло не так, и в результате получилось небольшое искажение пространства. Хорошо, что я на них испытал, а не на себе, как хотел сначала. Буду теперь знать.

— А, — понимающе кивнула девушка. — Тогда понятно.

— Вряд ли это их надолго задержит, — отметил Норой. — Поспешим.

— А через пропасть как? — опомнился Шатр.

— Вот когда доберёмся до неё, тогда и будем решать, — отозвалась Туэнэа, про себя размышляя о превратностях жизни. Ей очень хотелось узнать, на что ещё способны эти парни, и что-то внутри упрямо твердило ей (это что-то не раз спасало ей шкуру в прошлом), что то, что вытворяют эти дети сейчас, — цветочки по сравнению с тем, что будет спустя парочку сотен лет.

— И всё-таки, почему? — Внезапно поинтересовался Норой на одном из коротких привалов, которые понадобились троице друзей, полностью выложившейся при пересечении границы. — Разве не проще, использовав мгновенную телепортацию, пространственными прыжками достигнуть этого самого барьера против пространственной магии, пройти его пешком и вновь, оказавшись на территории нашего королевства, телепортироваться дальше?

Со стороны Туэнэа раздался задумчивый хмык.

— Конечно, звучит логично. Но есть одно огромное "но". Барьер — это тебе не тонкая полоска магии на границе. Насколько я могу судить, барьер по ширине и длине своей располагается как раз в этой искусственной расщелине, — она задумчиво посмотрела на клонящееся к горизонту солнце (продвигались они медленно и дело близилось к вечеру, а полностью прозрачные стены позволяли свободно за всем этим наблюдать) и добавила: — И именно поэтому я не могу просто сомкнуть края пропасти. Несмотря на разные виды магии, они все между собой связаны, и, если я всё-таки сделаю это, барьер сломается.

— Но ведь это хорошо? — Вскинул бровь Дэирк.

— Да, это было бы хорошо, — так же отрешённо подтвердила Туэнэа.

Друзья недоумённо переглянулись.

"Вот ведь, — думала тем временем архимагистр. — Лезут именно туда, куда не надо. Нужно срочно их отвлечь чем-нибудь, не менее запретным", — и, улыбнувшись про себя, она как бы невзначай отметила в пустоту:

— Нужно поспешить, у меня срочные сведения, — она поднялась и сдвинула полусферу, тем самым объявляя конец привала.

Пять минут они шли молча, и всё это время Туэнэа ощущала на себе заинтересованные взгляды троицы.

— А почему всё-таки мы? — Будто толкнул её в спину назойливый голос Нороя.

— Вы? — Рассеянно поинтересовалась она, не оборачиваясь.

— Ну — мы. Насколько я могу вспомнить, связь с вами оборвалась довольно давно. Да и некоторые ваши фразы говорят о том, что вдоль границы скитаетесь довольно долго. Неужели вы не могли прийти на помощь другим разведчикам и выбраться вместе с ними? Только не говорите, что среди них не было иллюзионистов, — продолжил мысль Нороя Дэирк.

— Хм, — Туэнэа дёрнула плечом. — А если я скажу, что блуждала всё это время в иллюзиях и на вас наткнулась случайно?

— Как специалист имею все основания возразить, — впервые за долгое время подал голос Шатр. — По моим ощущениям область, напичканная иллюзиями, начинается в десятке шагов от того места, где вы нас нашли. И вы в эту область вообще не входили.

— Что я, дура, соваться в то, в чём совершенно не разбираюсь? — Фыркнула голубоглазая.

— Ну и? — Холодно напомнил о сути вопроса Дэирк и тут же невольно отшатнулся, столкнувшись со ставшими совершенно ледяными глазами девушки.

— А то и "ну", что вы — единственные, кто смог выйти из этой иллюзорной области.

Наступила недоумевающая тишина.

— Но, но как же? — Напомнил о себе Шатр. — Неужели среди наших разведчиков не было никого, в чьих жилах бы текла шикрская кровь?

— Даже если и была, — довольно равнодушно пожала плечами Туэнэа. — Никто из них не ожидал встретить здесь сирену. Дело в том, что у нас были достоверные сведения о том, что сирены больше никогда не появятся на земле, — тут она неопределённо хмыкнула. — Впрочем, это так и есть, просто отступников хватает везде. Этот, похоже, просто изгнанник или что-то в этом роде.

— Нам просто невероятно повезло, — выдохнул Шатр.

— Повезло? — Туэнэа резко остановилась и по своей неизменной привычке неожиданно рассмеялась. — Ха, повезло, тоже мне! Да если бы не тщательный отбор всех кандидатур на первый курс в прошлом году…

Пожалуй, в этот момент всех троих посетила одна и та же мысль (что в последнее время происходило довольно часто). Эта мысль заключалась в потрясающей уверенности, что всё-таки они не зря совершали эту безумную вылазку.

— А что? — Туэнэа насмешливо улыбнулась. — Думали, это по чистой случайности вас так мало набралось? Наивные. Всех тщательно выбирали, за вами тщательно следили, за всеми вашими достижениями и неудачами наблюдали. Немало тех, на кого изначально обратили внимание, но отвергли позже. Вы — лучшие из лучших. Как вы думаете, неужели у нас в Эно так мало молодых богатых дворян, жаждущих стать магами? Вот ещё! К семьям желающих, как к просто богачам, так и к дворянам, приходили люди ШМИ и уговаривали отдать своих родственников туда не сейчас, а, допустим, на следующий год.

— Но зачем? — Перебил её Дэирк.

Девушка насмешливо на него глянула.

— Ну, это была идея одной очень влиятельной среди магов особы. Обучение магов, способных привести мир в порядок. В последнее время нечисть весьма оживилась, и за этим стоит нечто странное…

— Почему вы нам об этом говорите? — Выразил свои сомнения Норой.

— Ну, поскольку сей эксперимент удался, нет смысла скрывать это, — пожала плечами Туэнэа. — Всё равно уже давно пора знать, раз вы уже начали вмешиваться во все эти распри.

Договорить она не успела. Её перебило немного истерическое, но, несомненно, издевательское хихиканье Шатра.

— Что? — Недовольно поинтересовалась неудавшаяся шпионка.

— Да вот, вспомнил… А Мира вы тоже отбирали?

По лицу Туэнэа понять ничего было нельзя. Впрочем, она всё же ответила.

— До недавнего времени у нас не было никаких сведений о его родственниках или хотя бы просто знакомых. Влиять было не на кого, пришёл он в последний момент, подпись поставил раньше, чем принимающий маг успел сообразить, что к чему, — тут она тяжело вздохнула. — А бумага-то была магическая! Та, о надписях на которой говорят "что написано пером — не вырубишь и топором". И что оставалось делать? Только попытаться мягко влиять на него самого, чтобы он сам отказался от учёбы.

— Но он не отказался, — с какой-то радостной ехидцей заметил Шатр. К нему стремительно возвращалось былое расположение духа, на лице появилась озорная ухмылка, а глазах заплясали искорки лукавства. — И теперь…

— Пришли, — как бы невзначай перебила его Туэнэа.

Она произвела нехитрые манипуляции, и каменная стена исчезла совсем.

— Что делать будем? — Поинтересовался Шатр, на глаз прикидывая расстояние. Цифра выходила неутешительная.

— Я бы построила мост, — с лёгким недовольством проговорила Туэнэа. — Но где-то посреди всего этого великолепия, — она кивнула в сторону пропасти, — заклинания оповещения, настроенные специально на меня.

— Откуда знаете? — Поинтересовался Дэирк.

— Чувствую.

— А на других эти заклинания оповещения не распространяются? — Полюбопытствовал водник.

— Не думаю, что тот, кто их ставил, подразумевал, что кто-нибудь, кроме меня, сумеет зайти настолько далеко.

— Как просто, — несколько разочарованно вздохнул Шатр, лениво пнув камешек в пропасть.

— Подозрительно просто, — согласился Норой, в задумчивости глядя в небо.

— Ладно, была не была, — дёрнул плечом Дэирк. — Идём, пока эти трое не явились? — И перед ними, поднимаясь откуда-то из пропасти, сформировался густой клок тумана, подобный тому, по которому троица друзей пробралась на эту сторону.

"Действительно, всё до ужаса просто, — с невыразимой обречённостью подумала Туэнэа. — Мы, застрелые маги, за тысячелетие не додумались до простой истины: раз уж не суждено нам управлять мировыми потоками, то и леший с ними! Есть куда более простые пути — и вот они, перед носом! Вот только додумываются до них вот такие вот… Хотя в этом нет ничего удивительного. Их спасает незнание. Пройдёт ещё пара-тройка столетий, и их будут занимать те же проблемы, что и на…"

Пока она думала о своём, друзья-первокурсники собирались ступить на хоть и зыбкую внешне, но надёжную дорогу. И они бы ступили, если бы совершенно внезапно туман не разорвался, а из глубины пропасти раздался непонятный шум. Девушка и трое горе-разведчиков переглянулись и склонились над пропастью, во все глаза рассматривая…

А посмотреть было на что. По практически отвесной стене, при помощи уже значительно подпорченных мечей и ножей, а так же упираясь в камень почему-то совершенно не соскальзывающими ногами, с довольно большой скоростью продвигались два рыжих парня. При этом они каким-то образом успевали отбиваться от постоянно наступающих им на пятки зверского вида тварей (использующих в качестве средства передвижения внушительные когти). Да ещё и перекидывались между собой короткими, но едкими фразами. Вскоре они оказались у края и с успехом его пересекли, насквозь игнорируя невольных наблюдателей, еле успевших увернуться.

— Амит? Ниам? — Произнёс наконец пришедший в себя Шатр, и только тогда близнецы (а не узнать их было бы довольно трудно) обратили внимание на них.

— Что стоите, дурные, делаем ноги!

И они делали ноги. Как не трудно догадаться, в сторону Шикра.

— А почему мы бежим? — Соизволил поинтересоваться спустя пару минут Норой у близнецов.

— Антимагические кристаллы, — кратко ответила за них Туэнэа.

Амит с интересом скосил на неё взгляд. Встретил прищуренный насмешливый и тут же резко отвернулся.

— Что-то я не понял, — нахмурился Норой. — А почему тогда не рушатся все заклинания, что понаставили здесь шикрцы?

— Это же элементарно, — хмыкнула магичка. — Я разве не говорила, что принцип построения заклинаний в Шикре малость другой? Это у нас эти кристаллы называются антимагическими. Здесь же это обычный минерал, используемый для красоты. Хотя непонятно, откуда его так много.

Твари их постепенно нагоняли, и разговаривать стало некогда.

— Что-то я не понял, а как вы по стене-то карабкались? — Не сдавался Норой.

— А, это, — в голосе Ниама послышались горделивые нотки. — Зелье скалолазания. Исключительно натуральные вещества — никакой магии.

Минуту они бежали молча.

— А у вас больше ничего такого не найдётся? — С неуверенностью в голосе поинтересовался Норой.

— А что? — Как бы недоумевая, отозвался Амит.

— Не хочу нагнетать ситуацию, но впереди нас ждёт кое-что пострашнее орды непонятной нечисти, — сумрачно поддержал друга Дэирк.

Амит и Ниам притворно вздохнули.

— Нет, ничего нет.

— Амит! Ниам!

— Не орите, мы поняли.

Но не успели они что-либо сделать, как воздух вокруг них поплыл, затем всё заволокла мерцающая тьма. Короткая дезориентация в пространстве, и…

— Дрэн, тебе придётся объясняться перед Учителем, — донёсся до первокурсников крайне недовольный голос Туэнэа.

— Вот я и буду объясняться. Ты-то что взбеленилась? У тебя, между прочим, свои проблемы. Как ты умудрилась выпустить из рук столетиями создаваемую сеть?

— Я на пустом месте яму не рою. Против меня вышел сам Мастер, а тебе вовсе не обязательно было ломать пространственный барьер и применять принудительную телепортацию. Ты хоть представляешь себе последствия?

— Я посчитал, что это было необходимо.

— Ну-ну. Значит, берёшь ответственность на себя?

— Беру.

— А если завтра на этом самом месте образуется море?

— Вот тогда и будем паниковать.

— Ты невыносим.

— А ты слишком много нервничаешь.

Тихий смешок.

— Леший тебя, Дрэн, ты даже не представляешь, как близко я была от него!

— О-о-о, — в голосе Дрэна послышались подначивающие нотки. Но они тут же исчезли. — Видела его?

— Как всегда.

— Что, так и не снимает своего капюшона? Наверное, и спит в нём.

Шутка явно была очень старой, так как смеялись говорящие, хоть и с огоньком, но несколько устало.

— Кстати, нас тонко и ненавязчиво подслушивают, — голос рыжей.

— Ну и что? Всё равно ничего не поймут.

Шатр проморгался и поднялся с не слишком уютного пола. Рядом поднялись его друзья.

— А что тут непонятного? — Норой отряхнул потерявшую всякий вид одежду от пыли. — Не знаю, что там про Мастера и последствия от разрушения барьера, но, проанализировав кое-что из ваших слов, сказанных ещё ранее, я отметил одну важную вещь. Вы сказали, что у вас есть достоверные сведения о том, что сирены больше не появятся на суше? — Туэнэа кивнула, внутренне напрягаясь — догадливость парня ей не понравилась. — Судя по всему, так стало совсем недавно. И известно об этом только узкому кругу лиц в нашем королевстве. Но, побывав в Шикре, мы встретили представителя этой "несуществующей" расы, как вы сказали — отступника, — Норой осмотрелся и пришёл к выводу, что они находятся на заставе, к которой они втроём были приписаны. — Так что мешает этому отщепенцу сообщить Шикру о том, что южная граница теперь абсолютно свободна??

С минуту присутствующие осмысливали сказанное.

— Туэнэа? — С деревянными интонациями вопросил Дрэн Виолрт.

— Да. Это именно то, что я собиралась тебе сказать.

Прервав разговор, перед одним из семи архимагистров королевства Эно возникло переговорное окно.

— Элдара, у меня срочное сообщение, — с предельной серьёзностью проговорил пепельноволосый маг-мечник. — Передашь всем, кто будет в пределах досягаемости — нам нужно как больше магов, умеющих быстро строить телепортационные каналы. Шикр атакует с юга. Мы забыли о самом главном — сирены больше не лезут на сушу. Все подробности при встрече.

Окно мигнуло и исчезло, Дрэн устало посмотрел на пятёрку первокурсников.

— Это будет интересно, — проговорил Амит, с хищным прищуром глядя на двух архимагистров. Те на мгновение потеряли дар речи.

— Ничего интересного не будет, — раздался холодный голос, и в комнату, распахнув дверь, спокойно вошла Кэрин. За ней, с лёгким недоверием на лице — Моника, Вириэна и Раона. — Мы все возвращаемся в ШМИ.

— С какой это стати? — возмутился Ниам, уже настроившись на самое "интересное".

— А с той, — дочь герцога ледяным взглядом пригвоздила его к месту. — Что завтра у нас всех очень важный день.

— Важный день? — Поднял бровь Шатр.

— Именно, — девушка светло улыбнулась. — День основания ШМИ!

Минута молчания.

— А, точно, — дёрнула уголком рта Туэнэа.

— Помню, в прошлом году мы здорово набуха… — договорить Дрэн не смог, получив под рёбра неслабый удар локтем. — Но в этом году праздника не выйдет.

— Ну так что? — Кэрин требовательно глянула на отличившуюся пятёрку парней. Увидела их колебания и коварно улыбнулась. — Обещаю, это будет интересно, — и таинственно сверкнула глазами.

Ничего удивительного, что ей поверили.

— Ну, вы же отправите нас в ШМИ? — Провидица вежливо обратилась к Дрэну Виолрту.

— Да, конечно.

И уже когда все первокурсники покинули заставу, в комнату вихрем заявился её командующий.

— Стойте! А как же заслуженное наказание??!

Я с трудом оторвал голову от предательски жёсткой книженции. Обвёл осоловелым взглядом библиотеку. И тут до меня дошло.

— Сирены! И я даже не спросил у Элдары, что случилось!

— Не расстраивайся, ведь теперь ты можешь спать в её кабинете, а не здесь, — утешил меня мигом явившийся призрак.

— Нет, больше никакого успокоительного! — Негодовал я, взмахом руки отгоняя его. — Будь что будет, но от всех этих "глушителей" одни проблемы. Кстати, хранитель, ты часом не знаешь, что случилось?

— А, это. Да вроде как, Шикр прознал, что сирены на сушу больше ни ногой и решил этим воспользоваться. Эй-эй, ты это куда?!

Я мчался по коридорам в комнату телепортационных каналов и мечтал лишь о том, чтобы Элдара не догадалась их запечатать. Однако когда я оказался на пороге этого столь необходимого мне помещения…

— Встречаешь нас? Как мило, — улыбнулась Кэрин, огибая мою застывшую фигуру.

Следом за ней из туманного прохода вынырнули её спутники, причём некоторые — изрядно потрёпанные.

— Мир, какая встреча! — Не сдержали ехидных улыбок Амит и Ниам. — Похоже, в этот раз самое интересное досталось нам, Шатру, Норою и Дэирку!

Шатр успокаивающе хлопнул меня по плечу, и вся весёлая и жизнерадостная компания, включая девчонок, покинула комнату. Я остался один.

— Самое интересное, да, — пробормотал я. — Самое интересное… — появилось довольно безумное желание расхохотаться. И было отчего. Самое интересное!

Сирены меня побери, если взгляд этой кареглазой бестии не обещал это "самое интересное" в ближайшем будущем при непосредственном моём участии.

Далеко-далеко, среди тёмных морских волн.

— Я иду, иду, дорогуша, — еле различимый шёпот волн странно волнующейся воды, всё больше и больше похожей на чью-то фигуру. — Я иду. Просто подожди ещё немного. Совсем чуть-чуть. И ты снова будешь моим.

— Остынь, влюблённая, — насмешливо перебил слабый шёпот властный голос. — У нас есть проблемы поважней.

Немой вопрос.

— Море, — в мысленном голосе говорящего послышалась торжествующая усмешка, — движется на север. Вскоре Безлюдье перестанет существовать.

Глава 7

ПРАЗДНИК, ОСТАВШИЙСЯ В ПАМЯТИ

— Стойте! Да стойте же!!! — окликнули парня, идущего по улице, две девушки.

Тот недоумённо обернулся.

— Мы видели ваше будущее: вам грозит опасность, не ходите сегодня в трактир! — Парень недоумённо моргнул, но послушался.

— Фу-ух, — сказала вторая девушка, когда он скрылся из виду. — Теперь он умрёт завтра.

(из истории чьей-то короткой жизни).

Я сидел в кабинете Элдары и с выражением полного равнодушия наблюдал за суматохой, царящей в замке. Наблюдал при помощи всё того же зеркала-артефакта, отчего порой казалось, что люди, за которыми я наблюдаю, обернувшись, увидят меня и, ткнув пальцем, интеллигентно заорут:

— Что стоишь, как истукан? Давай, помогай!

От властного вопля Вириэны я невольно вздрогнул. Ещё бы! Голос у этой дамочки колоритный: стёкла в зале для проведения мероприятий задрожали, но заклинания прочности уверенно выполняли свои функции, и всё осталось в порядке. Я поудобнее устроился в кресле и попытался наконец чётко осмыслить свою жизнь. Да-да, именно осмыслить и именно жизнь. Это иногда бывает полезно — помогает отбросить всякую ненужную шелуху и определиться с будущим. А то что-то в последнее время со мной бред какой-то происходить стал.

Итак, первое. Начнём с са-а-амого начала. В далёкой приграничной деревушке, забытой всеми, кроме тех, кто в ней живёт, а также кроме неких жутких и, вроде как, никому не известных сирен, жил-был я. Жил не тужил в учениках у хранителя леса. Пока в один прекрасный (или наоборот, как сказать) день этому травнику не пришла в голову гениальная мысль: а почему бы не отправить своего ученика на настоящую учёбу, при этом тем самым осведомив коллег-архимагистров о своём местонахождении.

Ученик, то есть я, с неохотой, но отправился в путь. В те времена у меня ещё имелись замашки провинциала — я десятой дорогой обходил населённые пункты и оживлённые тракты, особо не спеша и ни о чём не заботясь. Пока (тут стоит подчеркнуть этот момент как судьбоносный) не встретил двух преподавателей ШМИ, произведя на них неизгладимое впечатление и, в свою очередь, впечатлившись этой встречей по самое не могу. Несмотря на всё вышеперечисленное, мне всё же удаётся поступить в ШМИ, и вот тут-то начинается самое интересное. Меня "вежливо", но настойчиво пытаются оттуда выпнуть, я выбираю метод наибольшего сопротивления и иду напролом. С грехом пополам мне удаётся оставаться наплаву, когда происходит первое событие, инициатором которого является Мастер. Это тоже стоит подчеркнуть — все следующие события, собственно, являются результатом действий Мастера, а значит… стоп. Выводы потом.

На дне Пустынного моря оказывается странный камень-артефакт, прогоняющий, в общем-то, ни в чём не повинный народ на сушу. Логика у них своя, и они совершают нападения на людей. Эти новости доходят до меня, и я, слегка заплесневевший в этих стенах, несусь, так сказать, "на спасение родины". Сейчас разумно предположить, что на самом деле мне просто очень хотелось сбежать из ШМИ. Стоп, я же хотел выводы потом. Впрочем, не важно. Главное, что было далее… Я успешно срываю план Мастера, договорившись обо всём с этой до сих пор снящейся мне в кошмарах сиреной и, немного не в себе, возвращаюсь в ШМИ. Надо сказать, с не меньшей охотой, чем тогда, когда я из неё "убегал". Тут у меня окончательно завязываются дружеские (открыто признаю) отношения с госпожой Элдарой, и жизнь начинает возвращаться в своё русло. Но не тут-то было.

Почти сразу же за первым событием следует второе, и я, по чистой случайности (по чистой случайности!) оказываюсь прямиком в центре этого события. Опять Я срываю планы если не самого Мастера, то его слуги. При этом невольно сближаясь с этой троицей: Эноллаирой, Элиасом и Хэйтэном. Тут уже начинаются проблемы с высшей государственной властью — меня начинают подозревать в использовании Запретной Магии, и (что очень неприятно) практически сразу же чуть ли не казнят. Благо я вовремя опомнился и оправдался.

Не удаётся избежать допроса архимагистрами, из которого обнаруживается, что мой "дед" на самом деле большая шишка. Я психую и наталкиваюсь на другие любопытные вещи. Во-первых, наличие второй библиотеки в ШМИ. Во-вторых, предательское отношение Элдары. В-третьих… сирены, что-то ещё было. Но что?

Вот оно. Несмотря на то, что директор ШМИ узнал, кто является моим "покровителем", он по-прежнему против моего дальнейшего развития в области магии. Притом очень против. Хотя о чём я? Ведь они (всем скопом) считали меня всего лишь пешкой в руках деда, то есть Бриста.

И тут, не успеваю я вдоволь посокрушаться о судьбе своей… Стоп, немного поспешил. Момент, очень важный. Разоблачение меня любимого близнецами и неприятный удар по самолюбию — как, не я один здесь такой умный? И, между прочим, вопрос довольно животрепещущий: как насчёт остальных? Десять учеников ШМИ, обладающих уникальными способностями, обучаемых по программе, разработанной специально для них — по ускоренной программе. Хотя, весьма забавно то, что в какой-то момент я их обогнал и этого сам же не заметил. Однако обогнал как-то однобоко: только в том, чему обучают или будут обучать в ШМИ. Но если судить всё по тем же близнецам, наверняка ведь у каждого есть что-то своё, чем он владеет в совершенстве. Или хотя бы просто тайна, ставящая их всех на одну ступень. Где-то так. Взять хотя бы Хэйтэна. Раздолбай раздолбаем, а ведь (судя по некоторым обмолвкам) обладает весьма богатым на события прошлым. Кэрин, к примеру. Ещё тогда, когда мы за Ласом в Шикр лезли, — ну откуда эта непоколебимая уверенность в собственной правоте? Про близнецов, опять же, молчу.

У каждого из этой "десятки" в прошлом что-то такое, что делает из них, как бы это сказать, великолепный материал. Вот только для чего? И, ну конечно, я никак не вписывался в эту картину. Но я немного зациклился на одном месте. Итак, после обнаружения второй библиотеки меня втягивают в другую историю — поиски брата Ласа. И (надо же такому случиться!) опять все планы Мастера рухнули благодаря мне.

Мда. На месте этого Мастера я точил бы на меня огромный, острый, ядовитый зуб. Но вернёмся к осмыслению жизни моей. С этого момента, момента заполучения мной количества силы больше, чем я могу удержать, начинается новая, параллельная линия развития событий. И эта линия уже касается только меня. Внутреннее равновесие моего источника магической силы, по-видимому, серьёзно нарушается. Сила выходит из-под контроля и, более того, совершенно не нуждается в восстановлении. Количество этой силы колеблется в зависимости от эмоций, что, как я заметил, очень плохо. Я к тому, что когда эмоции практически отсутствуют, уровень моей силы даже меньше, чем у меня есть изначально! Тревожный факт.

Но вернёмся к событиям. Я создаю себе нечто вроде накопителя магической силы и отправляюсь на эльфийский остров, где давно точащий на меня зубы Мастер отыгрывается по полной. Я оказываюсь замешан в историю с некромантами (впрочем, не стоит забывать, что первоисточником проблемы, всё же, является не Мастер, а некий призрак), надо мной буквально издеваются — ну как объяснить этот "тонкий" намёк в виде Пустынного моря, где обитают сирены, с коими я столь дружно познакомился в Безлюдье? Да, согласен, там был Орден Некромантов, там скрывались эти двое — вампир и некромант, служащие Мастеру. Но думаю, основной целью было просто поиздеваться надо мной. Мол, раз уж ты тут, букашечка, ползаешь, то почему бы и не наступить? Раздавить не раздавлю, но зато позабавлюсь.

Мне чудом удаётся вернуться в Вечный Лес, где у меня свои проблемы — из-за несдержанности языка. Там, пока меня не было, произошла другая история, и тоже — благодаря Мастеру. И вот, когда я возвращаюсь, происходит третье событие: обнаружение давно забытой дроу, которую я, ввиду некоторых собственных странностей, отпустил. И опять же всё это — с лёгкой руки Мастера.

А тем временем Шикр объявляет войну нашему королевству. Хитро объявляет — в момент, когда большая часть магов ШМИ, включая директора (идиотизм), принимает экзамены у четвёртого и третьего курса, а остальные маги находятся на границе в Шикрском лесу. Часть магов, оставшаяся в ШМИ, во дворце и раскиданная по всему королевству, срывается с места, когда нашим чудом удаётся узнать о самом важном: Шикру известно, что южная граница Эно полностью открыта.

Таким образом, ШМИ остаётся в руках у, несомненно, уникальных, но совершенно обезбашенных учеников первого курса, включая Эно и Ласа, тогда как второй курс по-прежнему разбросан по королевству в качестве практикантов. Ах да, в ШМИ же ещё и Хорна. Но что-то её не видно, не слышно. Были ещё повара — они готовили для нас еду, но девчонки решили устроить праздник в честь основания школы и взять готовку на себя, так что повара были отправлены в отпуск. Надо сказать, отправлялись они туда с большой неохотой. Уж очень подозрительно выглядели невинно улыбающиеся ученики первого курса, освоившие бытовую магию ровно на том уровне, чтобы не взорвать что-нибудь ненароком. Вот странно, я помню, в начале первого курса каждый рассказывал, на какое направление магии пойдёт — и среди нас были те, кто хотел идти в бытовые стихийники. Да ведь как получается: в течение года все как-то плавно увлеклись боевой магией и совершенно забыли о бытовой! В том числе и я.

И я с грустью посмотрел на последний непрочитанный учебник по бытовой магии.

Итак, Шикр объявил войну, и преимущество пока на его стороне — переброска войск, пусть даже с помощью магии, на юг займёт и много сил, и много времени. Тот факт, что юг королевства почти безлюден, ничего не решает — с некоторых пор это весьма ценные земли (особенно после ухода сирен).

С-сирены, нетрудно предположить, кто был автором сего хитроумного плана. Всё тот же Мастер. И вот тут ребром встаёт несколько оч-чень важных вопросов.

Первый, и самый интересный. Где же находится этот гений, раз имеет полную информацию обо всём происходящем не только в нашем королевстве, но и, может быть, в мире? Каким образом он успевает быть, буквально, в нескольких местах сразу и где скрывается? Но всё это к первому.

Второй вопрос куда забавнее. Я неплохо знаком с историей нашего и нескольких прилежащих государств за последние пятьсот лет. К примеру, наше королевство. Несколько сотен лет назад была война с Шикром — в горах и, частично, во всё том же Шикрском лесу. Война, в результате которой граница отодвинулась на запад и часть лесостепи и половина Шикрского леса отошла к нам. На севере, что примечательно, граница стала совпадать с руслом одной очень бурной и глубокой горной реки, через которую нашим магом, после, кстати, умершим, был перекинут магический мост. Естественно, никакой возможности напасть и победить у Шикра после этого не имелось. Разве что магически — у них, как я слышал, весьма специфичная система магии, что для нас не очень хорошо. Но что-то я не припомню особых магических побед со стороны Шикра в прошлом.

Итак, подведя черту, сообщаю: война с Шикром была закончена несколько столетий назад. С тех пор в королевстве Эно не происходило ничего настолько крупномасштабного, чтобы войти в историю. Всё было спокойно до недавнего времени. Но теперь Мастер принялся за дело с невиданным энтузиазмом, будто бы до этого он спал, а теперь его что-то разбудило. Что бы это могло быть? Что-то должно случиться в ближайшем будущем. Что-то очень занятное.

Мои сокурсники с той стороны зеркала наконец угомонились. Зал было не узнать — украшен по последней моде и надраен до блеска. Посреди этого великолепия был установлен стол. К вечеру на нём собирались расставить всё необходимое для празднования. Не знаю, кто как думает, а, по-моему, оставлять им замок на растерзание было настоящим безумием. Нет, я понимаю, но война войной — а за тылом всегда должен кто-то присматри…

О, сирены всего Пустынного моря. Если я правильно помню, Элдара оставила присматривать за школой меня.

Хэйтэн, с чувством выполненного долга оглядывавший зал, внезапно резко обернулся.

— Надо же, похоже, кое-кто решил вылезти из своей норы, — тонко усмехнулся он.

Все остальные, занятые разработкой будущего празднования, удивлённо на него глянули.

— Мир, — пояснил воздушник.

Спустя пять минут в зале появился и он.

— Да, Хэйтэн, что ни говори, а путешествие на эльфийский остров пошло тебе на пользу, — слегка ошалев, проговорил Амит.

Мир, не придав значения этой фразе, ледяным взором обвёл всех присутствующих.

— Думаю, я обязан сообщить, что перед тем, как уехать, Элдара оставила школу на меня. Надеюсь, я не должен пояснять, что это значит?

— А что это значит? — громко возмутилась Вириэна, показываясь из боковой двери, где располагался самый короткий путь в столовую.

Мир хотел было ответить, но был перебит Хэйтэном.

— А это значит, что если здесь что-нибудь случится, влетит только ему, — ехидно заулыбался он.

— Это значит, — в свою очередь перебил его Мир. — Что я не позволю случиться чему-нибудь. Теперь понятно?

Из той же двери, что и Вириэна, показались Ниам и Лас.

— Эй, чего ты такой злой? — повёл бровью первый. — Ничего не случится, отпразднуем потихонь…

В этот момент прозвучал глухой "бум", и Ниама с Ласом отбросило от двери взрывной волной.

— Ой, — сказал Ниам. — Похоже, в последнем заклинании я что-то напутал.

— Идиоты, — проговорил Мир, схватившись за голову. — Кого вы на кухню пустили!

И решительным шагом направился к дверце.

— Эй, Мир, — окликнула его Кэрин.

— Что?

— Меню.

Внушительных размеров список взмыл из рук провидицы и поплыл за парнем, даже не обернувшимся. Дверь, выбитая взрывной волной, встала на место, едва он оказался в коридоре. Пару мгновений царила тишина.

— Ммм, Рин, ты это что, тоже предвидела? — неуверенно поинтересовалась Моника, занимающаяся сервировкой стола.

— Да нет, всего лишь банальная логика.

Друзья переглянулись и весело расхохотались, вновь принимаясь за свои дела. Время близилось к вечеру, дел оставалось по горло: как всегда, к началу празднования всё сделать не успевали. В замке, несмотря на малолюдность, царило оживлённое веселье; и только где-то у себя в башне, у всегда пылающего камина в полной тревоги тишине в своём любимом кресле сидела Хорна и остановившимся взглядом, в котором отражалось будущее, созерцала переливы пламени.

Почему знание будущего, которое она видела в тот момент, так и не покинуло этой сумрачной комнаты, никто так и не узнал. И лишь кареглазая, весело улыбающаяся девушка, в этот момент отсылавшая близнецов в город в который раз (они постоянно что-нибудь забывали купить), могла понять её странное молчание.

— Эй, Мир, а как же праздник? — окликнула меня Эноллаира, когда я, сдав плод моих трудов девушкам (подумаешь, немного попрактиковался в бытовой магии, большинство заклинаний которой я узнал накануне), направился в кабинет Элдары.

— Как-нибудь без меня, — и показал захваченный с собой поднос, на котором был салат, мясо, фрукты и прочее.

— Ну ты и…

— Да леший с ним, Эно, — успокоила её Вириэна. — Пусть идёт, без него управимся.

Я пожал плечами и перед тем, как вернуться в кабинет Элдары, заскочил в библиотеку старших курсов.

— Эй, хранитель, найди мне по-быстренькому что-нибудь о пространственных перемещениях при помощи вспомогательных предметов.

— С помощью артефактов, что ли?

— Ну если ничего другого нет.

— Держи.

Руки были заняты, поэтому пришлось использовать левитацию. Книга была тяжеловата, и сил приходилось использовать довольно много, а если учитывать, что общий эмоциональный настрой был достаточно низок, сил у меня на тот момент было маловато. Кое-как добравшись до кабинета, сгрузил всё на стол и глянул в зеркало. Там (в зале) уже всё близилось к, собственно, началу грандиозной (как я подозревал) пьянки. К слову, почему я решил заняться пространственной магией. Дело в том, что когда я рассказал историю своего бегства из Ордена Некромантов Элдаре, то полотно, с помощью которого я, собственно, сбежал, она у меня забрала. И вот сейчас, пока я сидел здесь и читал бытовую магию, на глаза мне попалось… да, оно самое. И меня крайне заинтересовал тот факт, что же это за вещь такая. Об этом в эльфийской библиотеке я как-то не додумался, посмотреть. Я поудобнее устроился в мягком кресле и углубился в чтение, иногда на ощупь что-нибудь забирая с подноса. От книги меня отвлёк нарастающий шум в зале, где праздновали, и я, недовольно поморщившись, отключил звук (такая функция присутствовала) у зеркала и вновь с головой погрузился в книгу. Сведения там представлялись захватывающие, хотя некоторые артефакты были уничтожены или вообще никогда так и не были созданы (только намечалось их создание, но…). А насчёт странного полотна я отыскал целый раздел.

Время летело незаметно. Очнулся я тогда, когда рука уже не смогла нащупать ничего на подносе, и, чтобы убедиться в том, что есть больше нечего, пришлось поднять голову.

Я так и замер с протянутой к подносу рукой и широко распахнутыми глазами. Изображение в зеркале показывало совершенно пустой зал. И в этот момент меня кольнуло очень нехорошее предчувствие, как будто ледяным ветром провеяло в спину, а под одежду забрался холод.

— Глупости, — спустя миг сказал я себе вслух. — Просто, наверное, уже поздно.

Однако столь зыбкий довод успокоить меня не смог. В голову с упорством долбилась мысль — надо пройти и проверить. Другая мысль — что могло случиться? — ураганчиком кружила вокруг. Случиться могло всё, что угодно. От банального похода всей толпой в трактир, до массового самоубийства вследствие эксперимента близнецов.

— Нужно пойти проверить, — наконец твёрдо произнёс я, но не сдвинулся с места.

Пришла третья мысль, очень даже здравая. Да ну их к сиренам! Глупости какие, нянькой я ещё не нанимался!! Мысль была здравой только на первый взгляд, однако развить я эту мысль не успел — на смену ей пришла другая.

— Я волнуюсь за них? — пробормотал я зеркалу. — Бред, чудится!

И сел обратно в кресло, откуда вскочил, взбудораженный ворохом мыслей. В комнате заметался ветер, и я с запозданием вспомнил, что мне, вроде как, волноваться нельзя. Впрочем, бытовой магией Элдара владела безукоризненно, поэтому развалины, в которые всё превратилось (за исключением некоторых особо устойчивых предметов — зеркало, например), постепенно возвращались в свой первоначальный вид.

— А, плевать, — мудро решил я, выуживая из воздуха бутылку вина. Трюк был в целом простой, но энергоёмкий, поэтому обычно я на такие фокусы не тратился, но сейчас — случай исключительный.

Однако не успел я сделать глоток, как в дверь постучали. Вино пошло не в то горло, и я долго и с чувством кашлял, попутно пытаясь сообразить, кто же такой умный, обнаружил вход в кабинет Элдары. Вывод напрашивался только один — Хэйтэн. В праведном возмущении я подскочил к двери кабинета и резко её распахнул.

Все заранее заготовленные фразы увяли на корню. В совершеннейшем молчании я отступил в сторону, пропуская внутрь нежданных гостей.

— Можно вопрос? — Предельно вежливо осведомился я, настороженно глядя на заполняющих, в общем-то, не такую уж и большую комнату сокурсников, поразительно бледных и весьма растерянных. Более-менее сохраняли хладнокровие Элиас, близнецы и Дэирк. — Как вы нашли эту комнату?

Лас молча кивнул на Хэйтэна. Вопрос был исчерпан.

— И зачем же вы сюда пришли? — С ещё большей вежливостью поинтересовался я у этой странно молчащей и (что самое необыкновенное) совершенно трезвой толпы.

И тут вперёд выступила Кэрин, к слову, внешне совершенно невозмутимая.

— Мир, ты, конечно, можешь нам не верить, но там — маги Шикра. — И замолчала.

Я переваривал.

— Вы шутите?

— Сам посмотри, — и провидица кивнула на зеркало.

Все недоумённо уставились на неё, я на зеркало, в этот момент показывающее всё тот же зал. Зеркало под моим взглядом сменило место наблюдения. Ещё раз.

— Никого нет, — с нескрываемой иронией заметил я.

— Так ты за нами следил, — подала голос Моника.

— Нужны вы мне! — Не выдержал я напряжённости, так и висящей в воздухе. — И вообще, чем вы думаете? Как сюда могли попасть маги Шикра? Школа защищена от всех пространственных заклинаний, а мгновенная телепортация возможна только внутри стен. Да и как шикрцы могли подобраться так близко? У вас что, массовая галлюцинация?

— Сядь, Мир, и успокойся, — оборвал Лас мой возмущённый монолог, во время которого я вспомнил о своих чётках и сумел скрыть нестабильность своих магических сил от нежданных гостей. — Сейчас я тебе всё по порядку расскажу

Я сел за стол и налил себе чаю с травами, имеющими слабый "умиротворяющий" эффект. И тут вспомнил о гостеприимстве.

— Вы садитесь, садитесь.

Присутствующие уселись кто куда: в основном на ковёр, могущий поспорить своей мягкостью с подушками. Лас остался стоять.

— Мы, как ты знаешь, — тут Лас покосился на зеркало, — праздновали. — Я кивнул. — Но затем в какой-то момент нам стало душно в помещении, и мы решили выбраться на площадку на крыше, со всеми яствами и столами, — про себя я подумал, что к этому моменту, все они, вероятно, были в довольно невменяемом состоянии.

— И кто же всё это осуществил? — Перебил Ласа я.

Тот молча кивнул на Хэйтэна. Вопрос был исчерпан.

— Но только мы расположились на верху, как к нам подошли пропадающие где-то всё это время Вириэна и Дэирк, — все как по команде глянули на эту парочку. Вириэна выглядела весьма раздражённой, выражение лица Дэирка свидетельство о напряжённой работе мысли. — И сообщили, что кто-то есть в комнате телепортационных каналов.

— Конечно же мы переполошились — думали, что это учителя возвращаются! — Перебил Ласа Шатр. — Срочно привели в себя в порядок, — тут он поморщился, и я понял причину всеобщей бледности: да, заклинание, изгоняющее хмель, — жутко болезненная штука. — Пошли встретить — ну, надо же поприветствовать, что ли.

— А там, — в разговор, нервно хохотнув, вмешался Амит, — эти.

— С чего вы взяли, что это маги Шикра, и как вам удалось скрыться незамеченными? — Нахмурился я. Дело складывалось нехорошее, и я всё ещё не мог определить: розыгрыш это, или нет.

— Да с того, что пока мы были у эльфов, — ответил Хэйтэн. — Близнецы, Дэирк, Шатр и Норой побывали на границе с Шикром, самовольно отправившись в разведку, где столкнулись лицом к лицу с их магами, и принесли новость о нападении Шикра со стороны Безлюдья.

— И это сведение достоверно? — Прищурился я.

— В смысле? — Не понял Хэйтэн.

— Вы уверены в том, что то, что Шикр нападёт со стороны Безлюдья, — не ложная информация? — Я повернулся к Дэирку и остальным.

— С той стороны, — отозвался Дэирк. — Нам встретилась девушка, представившаяся главой шпионской сети, расположенной в Шикре.

— Девушка?

— Бледная кожа, хрупкое телосложение, голубые глаза, веснушки, рыжие волосы.

— Понял, — перебил его я, машинально увеличивая концентрацию настоя на травах в чае.

Память у меня хорошая. Если не ошибаюсь, только что Дэирк описал знакомого мне архимагистра. Сирены, всё это становится слишком похожим на правду. Вот только…

— Если шикрцы действительно появились здесь, — я глотнул чаю. — То что тогда на юге? Отвлекающий манёвр?

— Что значит "если действительно"?! — Взорвалась Вириэна. — Мы тут не в игры играем! По нашей школе ходят какие-то уроды, неизвестно что делают, а ты ещё и сомневаешься, действительно ли это так?!

Я посмотрел на неё задумчивым взором.

— А с какой стати мне вам верить?

Девушка захлебнулась следующей фразой, её синющие глаза сверкнули еле сдерживаемой яростью.

— Давайте мыслить логично, — начал я, но был перебит.

В этот момент мне пришлось пережить все те ощущения, которые получает человек, получивший по голове неожиданный и оч-чень неприятный удар.

— С-с-с-с-с-с, — сказал я, сползая под стол. Наконец, когда смог связно выражать мысли высказал: — Эно, ещё раз так сделаешь, и я расскажу кому надо о том, что ты используешь запрещённые заклинания разума.

Девушка насмешливо фыркнула.

— Ты дослушай до конца, а потом ругайся. И вообще, до этого "кого надо" ещё добраться нужно.

Я страдальчески вздохнул, решив про себя, что двенадцать против одного — это нечестно, и вообще, не надо было мне их впускать. Пусть бы их там всякие шикрские маги поубивали.

— Слушаю.

— Так вот о том, как мы поняли, кто они, — продолжил Лас. — Хоть мы были ещё слегка неадекватны, но додумались послать одного из нас проведать, кто решил вот так, с бухты-барахты, заявиться в школу. — Тут мне пришла в голову мысль, что, скорее всего, разведчика послали именно потому, что все они были "слегка неадекватны". — Послали Нороя. На этом, в общем-то, и всё. Хэйтэн предложил найти тебя, так как смог отследить раньше твой путь досюда, но не смог проникнуть магией сюда.

— Хэйтэн, значит, да? — Я нахмурился.

Нужны были доказательства.

— Можете сказать, где эти маги сейчас? — Я прищурился, кивнув на зеркало. — Я должен убедиться, что Норою не почудилось.

— Ему не почудилось, — возразила Эно. — Я читала его мысли, когда он был в разведке. А определить реальность от галлюцинации я вполне в состоянии.

— Да? — Не поверил я.

— Да, — с нажимом возразила девушка.

Я вздохнул.

— Надеюсь, ты не додумалась попытаться прочесть мысли этих магов?

— О! — Эно моргнула. — Точно, я же могу попытаться определить, где они, если попытаюсь отследить их мысли, — она прикрыла глаза.

— Стой, — неожиданно оборвал я её, причём — неожиданно даже для самого себя. И лишь только после того, как Эно недоумённо на меня глянула, понял причину своего сопротивления этой идее. — Если там действительно маги Шикра, сумевшие проникнуть в ШМИ, то им ничего не стоит "поймать" твою мысль и, в свою очередь, отследить. Не знаю уж, как они Нороя упустили, но то, что пока им не известно, что в ШМИ есть мы, и более того, не известно, где мы вообще есть, — пока что единственное наше преимущество.

— Ну, в таком случае, я могу ещё раз отправиться в разведку, — поднялся с ковра Норой.

— Сиди, — оборвал его я, нахмурившись. Мысли метались как сумасшедшие. Одна из них настойчиво билась в уставший за день разум. "Вот будет забавно, если всё это окажется розыгрышем…". И, словно в ответ на эту мысль пришла другая, куда более страшная.

…Вот будет забавно, если всё это действительно правда.

Рука машинально нащупала чашку. Лишь только после того, как был выпит весь чай, я позволил себе глянуть на остальных.

— Ну а ты что скажешь, Кэрин? — Я внимательно посмотрел в эти издевательски невозмутимые золотисто-карие глаза.

— Скажу: это просто невероятно удачно для ШМИ, что здесь оказались мы.

Тишина.

— Кэрин, — чуть охрипшим голосом проговорила Моника. — Кэрин, ты что, специально выдернула нас из своего замка, а парней с границы, чтобы…

— Ну, я не была уверена, — девушка пожала плечами. — Но если бы здесь оказались только Мир, Лас, Эно и Хэйтэн, то войне очень быстро пришёл бы конец. Притом, Шикр вышел бы победителем.

Все смотрят на провидицу. Кэрин смотрит на меня.

— А теперь? — Интересуюсь я.

— А теперь всё зависит от нас, — тепло улыбнулась девушка. — Притом действовать мы должны вместе.

— А учителям ты сказать не могла? — Сумрачно вопросил Шатр.

— Нет, — пожала плечами Кэрин.

— Нет? — Ожил Амит, рассматривавший до этого коллекцию черепов в одном из шести углов комнаты.

— Нет, — прозвучало с непоколебимой уверенностью.

— Ну и? — Не выдержал я. — Чего вы от меня-то хотите?

Эти горе-маги растерянно переглянулись, а я вздохнул.

— Ну, вообще-то, — начал Лас. — Ты у нас мастер по решению затруднительных ситуаций.

Но возмутиться на эту фразу я не успел.

"Мир, пламя бездны тебя задери, ты меня слышишь? Ответь немедленно!"

"Да, слышу тебя, — сразу же выпал из разговора с Ласом я. — Что случилось?"

"Можешь думать, что угодно, но одно могу сказать с уверенностью: прямо сейчас в библиотеку, порученную мне, ломится толпа весьма могущественных шикрских магов и ломится с весьма определённой целью. И ещё один очень важный пунктик, который тебе следует знать: в таком темпе меня хватит минут на сорок!"

Дослушивать слегка путанную и постоянно затихающую речь призрака я не стал. Мысленно отправив указание зеркалу показать вход в библиотеку, я некоторое время созерцал представшую передо мной картину.

— Та-а-ак, — глубокомысленно выдал я в наступившей тишине. — А теперь заново и поподробнее всё, что произошло с момента, как вы, Дэирк и Вириэна, поняли, что в ШМИ кроме вас ещё кто-то есть.

— Значит, около двадцати магов, которые пытаются пробиться в библиотеку, — подвёл итог я.

— Зачем им это? — Нахмурился Хэйтэн. — Хотят выведать какие-то тайны?

— Полагаю, нет, — возразил Лас. — Насколько я помню, Шикр не приемлет нашей магии. Их магия основывается на вере, притом, для каждого вида магии — свой бог. Бог иллюзий, бог ветра, бог исцеления, бог предвидения и так далее. Благодаря этому совершенно не важно, какой силой обладает маг, или, как у них говорят, монах. Или жрец, я в этом не разбираюсь. Так вот, благодаря силе веры, их магическая сила будто бы умножается сама на себя. Правда, это происходит только в той области магии, к которой принадлежит бог, в которого верит маг. — Тут он подумал. — Наша магия основывается на совершенно других принципах, поэтому, как с нашей стороны, так и с их, очень затруднено разрушение заклинаний. Хотя есть одно "но": это касается только высокоуровневых заклинаний, так что все наши усилия против этих магов заведомо обречены на провал. Я всё это к тому, что шикрцы скорее стремятся уничтожить библиотеку, чем проникнуть в тайны нашей магии.

— Не проще ли уничтожить саму ШМИ? — Хмыкнул Ниам. На него нехорошо покосились. — А что? Проблем-то! Взять побольше…

— Нет времени, — перебил его я, лихорадочно размышляя и краем глаза следя за полупрозрачной дрожащей стеной, преграждающей проход шикрцам в библиотеку. Стена становилась всё прозрачнее и, следовательно, тоньше. — Мы должны предотвратить это любой ценой. Сомневаюсь, что где-нибудь ещё хранятся копии той информации, что находится здесь!

— А как же наша библиотека? — Нахмурилась Раона, до этого не вымолвившая ни слова.

— Книги в ней, являются копиями некоторых книг из этой библиотеки, — отозвался я. И тут глянул на Ласа. — Слушай, а если использовать тип магии, бога которой у Шикра нет?

Глаза Ласа сверкнули странным огнём.

— Единственный тип магии, на которого у них нет бога, насколько мне известно, — некромантия.

— Замечательно! — Не слушая его, воскликнул я. Лицо Ласа вытянулось, но я не стал обращать на это внимания. — Хотя, конечно, любой щит, установленный на библиотеку, может быть банально сломан, мне известна весьма любопытная связка заклинаний. Если немного подправить вот тут и вот тут… — я быстренько начёркал пером на первой попавшейся бумажке схему. — Получится то, что надо. Если завязать заклинание на ауре кого-нибудь из нас, то щит будет держаться независимо от того, сколько сил в него вложено и сколько сил используется для его устранения. Он рухнет только в том случае, если маг, на котором завязано заклинание, умрёт. Та-а-к, готово! — Я развернулся ко всем остальным. — Не надо на меня так смотреть, если бы не библиотека, никогда на это не пошёл. Хм, — тут я задумался. — Придётся идти на место, чтобы закрепить щит именно над библиотекой. Впрочем, там имеется удобный угол, из-за него можно незаметно применить заклинание (правда, после его применения присутствие в замке нас станет очевидным), если, конечно, грамотно прикрыть наше присутствие. Времени у нас немного, так что…

— Ты уже применял некромантию? — Перебил мои размышления Лас.

Я нахмурился.

— Нет, но я уверен, что…

— Дай сюда, — этот невоспитанный принц выдернул у меня из рук лист и, всмотревшись, нагло заявил: — Пойду я.

— ???

— Видишь ли, я уже применял некромантию, и могу с уверенностью сказать, что заклинание сработает.

— Я тоже уверен, что сработает, если пойду я…

— А ты знаешь, что при первом применении этого типа магии происходит с самим магом? — Я поднял бровь — таких подробностей в памяти Эргралора не наблюдалось. — Этот эффект называется "паутина жизни", если рядом не окажется мага, умеющего её снимать и вовремя это сделавшего, ты умрёшь от истощения энергии жизни. Никто из нас этот эффект снимать не умеет.

Я присвистнул.

— Ну, тогда мне нечего сказать, кроме как "удачи", — несколько иронично заметил.

— Благодарю, — несколько высокомерно кивнул младший принц и направился к двери.

— Я с тобой, — кинулась за ним Эно, а Хэйтэн, даже не считая нужным что-либо говорить, уже стоял у выхода.

Я хмыкнул.

— Стоять, — двенадцать пар удивлённых глаз были мне ответом. — Пусть с Ласом идут Норой, Дэирк и Шатр, как те, кому приходилось сталкиваться с шикрцами. Кроме того, они лучше, чем кто-либо, обеспечат маскировку.

Эно открыла рот и закрыла, Хэйтэн страдальчески поморщился, но не стал (не стал!) возражать. Были и несогласные.

— Эй, тогда мы тоже идём! — Праведно возмутился Амит.

— Действительно, а то что это за дискриминация такая? — Не остался в стороне Ниам.

— Их и так уже много, а такая толпа привлечёт больше внимания, — попытался возразить я, но мои аргументы были сметены в сторону.

— Ха, ты сам сказал, что после применения заклинания нас обнаружат, а значит, мы должны будем как-то отходить, заметая следы и задерживая всеми возможными способами противника, — начал Амит.

— А кто как не мы сумеем посеять в рядах врага панику и хаос! — Закончил широко улыбающийся Ниам. — Оного Ласа не хватит, а Дэирк, Шатр и Норой будут заняты заметанием следов.

— Идите, — дёрнул уголком рта я. — Но если приведёте за собой хвост, не ждите, что я открою, — и кивнул на дверь.

— Тогда я тоже иду, — совершенно внезапно поднялась с кресла Моника.

Минута молчания.

— Не смотрите на меня так, — холодно изрекла девушка, и в её тёмных глазах мелькнуло нечто ранее не замечаемое за туманом кокетства и самовлюблённости. — Если кто-нибудь из вас будет ранен, то я способна почти мгновенно вылечить любую рану без заклинания или зелья. Вы просто обязаны взять меня с собой.

В этот момент со своего места начала подниматься Вириэна.

— Сиди, — коротко глянул на неё Дэирк.

Не сказав ни слова, девушка рухнула обратно. Лас повернулся ко мне.

— А что я? — Фыркнул. — По мне, идите хоть всей толпой, всё равно.

Но больше никто не пошёл. За всеми семерыми закрылась дверь, и в кабинете Элдары стало тихо.

— Теперь можно и о другом, — вздохнул я. — Ты пыталась связаться с Элдарой? — Вопрос Эно.

— Вокруг всей школы стоит барьер, отражающий мои попытки. Притом двусторонний барьер — с нами тоже нельзя связаться, — дёрнула плечом девушка, лихорадочным взором следя за семёркой учеников, которых, несмотря на все их маскирующие заклинания, показывало зеркало.

Сирены, подумал я. Всё любопытнее и любопытнее. Очевидно, что Шикрцы пришли через один из телепортационных каналов, настроенных на ШМИ. Вариантов возникает несколько. Первый: был захвачен наш город, через телепортационные каналы которого и проникли маги. Но насколько я знаю, в случае захвата такие магические структуры самоуничтожаются. Иначе кранты: телепортационные каналы связывают почти все большие города нашего королевства. Второй вариант, пожалуй, не менее неприятный: среди нас предатель. Притом "среди нас" — это среди тех магов, которые имеют личный доступ (а может, и сами участвовали в их создании) к каналам. Высокая шишка, однако. Проклятье.

Я сел в кресло и налил ещё чаю. Предложил девушкам.

— Успокоительные травы? — Принюхалась Раона, а я почувствовал себя неуютно. — Что ж, весьма уместно, — задумчиво кивнула она, делая глоток.

Хэйтэн, наблюдавший за нашим чаепитием, не выдержал.

— Да как вы можете…

— А ты попробуй, — пожала плечами Эно, тоже глотнувшая чаю, но продолжавшая наблюдать за происходящем в зеркале. — Тебе полезно.

— Ну уж нет, — буркнул воздушник.

Итак, у нас большие проблемы. После того, как маги Шикра поймут, в чём хитрость этого щита, они станут искать нас. И рано или поздно найдут. Вот засада. Успеют ли Элдара и другие учителя за это время понять, что здесь что-то не так? Кроме того, королевский дворец в двух шагах, неужели там не осталось толковых магов, которые могли бы понять, что в ШМИ творится что-то ну уж очень странное?

Надеяться на авось не стоит. И есть только один способ исправить ситуацию. Один из нас должен покинуть территорию школы и сообщить обо всём властям. Это можно сделать несколькими способами. Первый, и, с виду, самый простейший — покинуть здание через ворота. Попробовать стоит, но очень осторожно. Второй, но уже гораздо более замысловатый — комната телепортационных каналов.

Вот леший, совсем забыл! Ведь где-то здесь, в школе, находится архимагистр Хорна! И вот тут встаёт ряд иных вопросов. Почему провидица не предвидела этих событий? Или предвидела, но так же, как и Кэрин, никому не сообщила? Почему она ничего не предпринимает, здесь ли она вообще, и как всё это понимать? Вот бездна, надо ещё чайку попить. Такими темпами вскоре придётся придумать новый рецепт. Этот настой уже не действует, как надо.

И в этот момент мои размышления были прерваны стремительно развивающимися событиями, передающимися зеркалом. С некоторым запозданием я вернул артефакту звук.

За два поворота до заветного угла Амит их остановил.

— Господа смертники, предлагаю разработать план. Не смотри так на меня, Лас, всего лишь шутка, — усмехнулся рыжий близнец на прищур Элиаса.

— Да нет, дело не в шутке, — парировал тот. — Просто слыша слово "план" от тебя, я невольно вспоминаю…

— Перейдём лучше к плану, — перебил его Ниам.

— Выкладывайте, — нахмурился Дэирк, которому всё это надоело.

— Прежде всего, дело, — заговорил приглушённым голосом Амит, хотя в этом не было смысла — в радиусе пяти шагов глушились все звуки, производимые группой. Из тени вынырнула фигура Нороя, все вздрогнули, но успокоились, опознав его. — Что там? — Поинтересовался Амит.

— Пока держится, но стоит поспешить.

— Так вот, для надёжности, Ласа, когда он будет использовать заклинание, прикрывать будут одновременно и Норой, и Шатр. Как близко тебе нужно подойти?

Лас призадумался.

"Щит должен окружить библиотеку со всех сторон. Воспользуйся эффектом замещения заклинаний. Замени щит, установленный призраком, на свой. Для этого достаточно мысленного контакта с источником первого заклинания, а так же зрительного контакта. То есть ты должен видеть прежний щит. Расстояние соответствующее всем условиям, — прозвучал бесстрастный мысленный голос Мира в голове у Ласа. — Объяснить принцип действия или?"

— Достаточно просто выглянуть из-за угла, — хмуро отозвался на вопрос Амита Лас.

— Замечательно, тогда всё проще. Итак, Лас, Норой и Шатр выполняют задание. В это время мы с Ниамом готовим всё для отступления: ловушки там магические, ну, вы поняли. Главное, когда будете идти назад по коридору — держитесь левой стороны. Моника вообще остаётся здесь. В случае чего позовём. Итак, вопросы?

— А я? — Прищурил льдисто-серые глаза Дэирк.

— Будешь ждать на развилке в качестве страховки, — предложил Ниам.

— В смысле? — Вмешался Шатр, и в его зелёных глазах заплясали злые огоньки.

— Понятно, — не обращая внимания на встрепенувшегося блондина, кивнул Дэирк. — Если что, уведу за собой.

— Идём, время не ждёт, — кивнул Норой.

И они двинулись вперёд — бесшумно и невидимо.

— Здесь не все, — отметил Норой, когда пришло время расходиться на свои "посты". — Будьте осторожней, по замку бродит ещё около десятка их магов.

Слышно было, как ругнулся Амит, затем рубеж в пять шагов был преодолён, и наступила тишина. Прижимаясь к стене, Лас приблизился к самому углу. В общем-то, расположение комнат в этом крыле было очень удачно для них всех: полутёмный лабиринт широких коридоров перемежался просторными высокими залами и холлами, один из которых и находился перед библиотекой: в его стене возвышалась вычурная арка, сейчас подвергаемая тщательному магическому штурму. Причём подвергалась не только она: маги Шикра, видя, что попытки пройти напролом пока безуспешны, пытались идти в обход, но призрак-хранитель был не лыком шит, защита стояла круговая. Именно её нужно было незаметно подменить. Но при этом необходимо было согласие призрака.

"Эй, ты меня слышишь?" — Осторожно послал ему свою мысль Лас.

"Наконец-то! Давай своё заклинание, Мир уже обо всём мне сообщил".

"Тогда, может, сами его и примените?" — Невольно огрызнулся Лас.

Нервное напряжение росло с каждым мгновением. Около десятка магов слонялось по холлу: пять из них целенаправленно "вскрывали" щит, видимо, не поддающийся простым силовым атакам. Остальные… а кто их знает: иностранцы.

"Мечтай. Я мёртвый, а заклинание цепляется только на живых".

"Понял", — кратко отозвался Лас и резким движением высунулся из-за угла.

И так случилось, что именно в этот момент мимо прошёл один из вражеских лазутчиков, заслоняя весь вид. Всё могло пойти крахом тут же — магическое взаимодействие между призраком и Ласом уже пошло, а прекратить его без выдачи их присутствия — невозможно, да ещё и не выполнив задачи. Чувствуя, как у него едет крыша, Лас полностью вышел из за угла, увеличивая таким образом обзор и ловя взглядом с помощью истинного зрения видимую структуру щита хранителя.

Сухие жесты, слова, магическое сплетение формул — дело сделано. Всё произошло за мгновение, показавшееся Ласу целой вечностью. И вот он уже резко разворачивается и летит обратно по коридору, мимо бледных Шатра и Нороя, держась левой стороны, мимо Амита и Ниама, мимо Моники.

— За ним, — услышал сзади короткое Лас и внезапно осознал, что всё это время не дышал. Он притормозил и обернулся. Его догоняли остальные. — Где Ниам? — Внезапно его пробрало нехорошим предчувствием.

— Остался для подстраховки, — с видимым хладнокровием отозвался Амит. — Тихо-тихо, — с усилием остановил Ласа, рванувшегося обратно. — Думаешь, я бы оставил его одного, если бы не был уверен? Он нас догонит.

И они впятером двинулись прочь по заранее оговорённому маршруту. Первым — Норой, отвечающий за предотвращение столкновения с оставшимися магами Шикра. Следом — Моника и Шатр, прикрывающий тылы доброкачественной иллюзией. За ними — Амит и Лас. Амит походя оставлял небольшие связки рун, рассыпал смеси, притом заходя порой в боковые коридоры. Лас подчищал магический фон. "Следы" их магической деятельности были гораздо опаснее, чем всё остальное вместе взятое. Но уйти далеко они не успели. Когда до очередного поворота оставалось всего несколько шагов, позади прозвучал взрыв, и всю компанию с силой бросило на стену.

Когда брат с остальными скрылся за поворотом, Ниам последний раз проверил начертание рун и неспешным шагом последовал за ними. Однако за следующим углом остановился и присел на корточки, чутко прислушиваясь к происходящему за поворотом. При этом он использовал маскировочные руны — и, хотя надежды на них особой не было, чувствовал себя всё же спокойнее, чем без них.

— Сюда, — раздался негромкий голос. — Раз заклинание пришло извне, его исполнитель мог уйти только этим путём.

— Установили тип используемой магии?

— Да, магия Смерти.

— Какое кощунство! Теперь понятно, почему все попытки разрушить щит оказались бесполезны. Но если я не ошибаюсь, этот тип также запрещён…

— Стойте.

— Ты тоже заметил? Похоже, нам всем стоит держаться левой стороны коридора.

— Именно. Кажется, наш неизвестный противник не так силён, как могло показаться.

— Но он весьма умён. Пентаграмма, представленная здесь — нечто потрясающее. Но, к счастью для нас, она недостаточно скрыта.

Шаги приближались. "Бездна! — С досадой ругнулся про себя Ниам. — Мы на эту пентаграмму столько времени потратили, что… Всё понятно, слишком поторопились. И что же теперь?"

Всё это он обдумывал, тихонько отползая назад. Но в определённый момент ему такое положение дел надоело, и Ниам попытался взять себя в руки. "Нужно что-нибудь… кардинальное", — справедливо решил он и залез в потайной карман мантии. В руке его оказалась небольшая склянка с серебристо-синей жидкостью внутри. На поверхности склянки багровым холодным пламенем пульсировали руны, связанные между собой в странную паутину. "Ещё не испытанное средство. А впрочем, чем не испытание?" — Подумал Ниам и решился. Подскочил к повороту и, выкинув из-за угла руку, метнул склянку примерно туда, где, как он предполагал, двигались маги (то есть, по левой, с их стороны, стене коридора). Последним, что слышал Ниам, был странный, серебристый звон, рождающий какое-то необычное чувство. Иронию, наверное.

— Проклятье, Ниам! — Дёрнулся Амит и сорвался в обратную сторону.

Остальные, не сговариваясь, поспешили за ним.

Я со смешанными чувствами смотрел в зеркало, изображающее сплошную серую дымку. О том, ЧЕМ кинул Ниам в магов, я догадывался. Вот только не догадывался разрушительной силе, заключённой в нём. Наконец я отошёл от минутного шока и перенаправил зеркало на остальных. Стоило догадаться — они бежали обратно! В следующий миг я пошатнулся от сильного толчка в бок (я стоял перед зеркалом).

— Сирены тебя задуши! — Рыкнул Хэйтэн, прорываясь к зеркалу.

А в следующий миг случилось невероятное. Вот только что воздушник пытается ухватиться рукой за резную раму — и уже нет его, исчезает, а по комнате пролетает тихий ветерок.

— Что… что? — Прохрипела Эноллаира, поднимаясь с кресла.

— Мгновенная телепортацияя. Великолепно, — машинально отозвался я, всё ещё глядя ошалевшим взором на то место, где только что стоял Хэйтэн.

— Вот. И этот туда же смылся! — Взвыла Вириэна, отставляя в сторону чашку. — Мне это надоело, — лицо её было бледно, но взгляд горел жутковатым огнём. — Всех, поджар-рю!

— Ниам, — перебил её шёпот Раоны. — Ребята…

В наступившей тишине прозвучал звук опущенной чашки на стол. Кэрин спокойно пила чай. Затем с места поднялась и она.

— Что будем делать, Мир? — И этак требовательно глянула на меня.

— Ждать, — равнодушно отозвался я, усаживаясь в кресло.

В это время Лас и остальные оказались в области, не просматриваемой зеркалом.

— Ты-ы… — завела Вириэна, но заткнулась, столкнувшись с моим взглядом.

— Хэйтэн разберётся, — не скрывая иронии, высказал я. — А если что, — сузил глаза. — Мы все будем помнить его геройский посту…

В этот момент по комнате пролетел небольшой ураганчик, и внезапно стало тесно. Вся компания "смертников" наблюдалась в кабинете Элдары, перед нашими потрясёнными очами, включая Ниама. Ну, дальнейшее описывать не стоит. Крики, слёзы, смех, лобзания…

— А теперь потрудитесь разъяснить ситуацию, — поспешил я навести порядок в воцарившемся бедламе.

И внимательно посмотрел на Ниама. Через всю левую половину лица у него шёл косой розовый шрам. Правой руки не было совсем — только ровная культяпка, заканчивающаяся чуть ниже локтя.

— Моника просто чудо, — криво усмехнулся он, видя мой пристальный взор. — Оказывается, она наложила на нас всех заклинания исцеления ещё до того, как всё началось. Таким образом, я продержался, пока не подошли они, — он кивнул в сторону Ласа и Амита. — Ах да, первым заявился Хэйтэн, — тут Ниам поморщился. — Ему особая благодарность — он очистил воздух от яда, а то бы все там и скончались в судорогах.

— Хэйтэн? — поднял бровь я.

— Я просто очень захотел оказаться там, — пожал плечами фиолетовоглазый. — Ну а обратно было уже делом техники…

— Здорово, — я уронил голову на сложенные на столе руки. Не выдержал и злобно рассмеялся. — За-ме-ча-тель-но!

От еле сдерживаемых эмоций мысли у меня смешались. Дурацкий чай после всех успокоительных средств, применяемых мной, оказался просто бесполезным — организм приспособился и просто игнорировал всё воздействие! Поэтому мне приходилось усилием воли одновременно следить и за тем, что я говорю, и отправлять клокочущую внутри энергию в чётки.

— Теперь, — я, тяжело дыша, поднялся. — Теперь, конечно, они знают, где мы! О да, ТАКОЙ магический след ни один маг не способен замести! Что смотрите? Конец нашему укрытию!

— А что мне было делать? — Резонно возразил Хэйтэн, вклинившись в мою гневную речь, явно впечатлённый эмоциональным взрывом, наблюдавшимся у обычно спокойного (внешне) меня.

— С… с сиренами танцевать! — Я резко обернулся к зеркалу и мысленно перенаправил его на холл перед библиотекой.

Изображение всё ещё было нечётким, но то, что магов там было ещё достаточно, чтобы ухайдакать всю нашу компашку, было совершенно ясно.

— А где Дэирк? — Наконец высказала свою претензию Вириэна, до этого молча остававшаяся в стороне. Огонь в её синих глазах пылал уже нешуточный.

Я прикрыл глаза, успокаиваясь.

— Его я попросил о кое-чём другом, — выдохнул и попытался собрать мысли в кучу.

Нужно было срочно пересматривать планы.

— О чем? — Чуть ли не хором высказались присутствующие, вперив в меня свои требовательные взоры.

— Найти магистра Хорну.

Путь Дэирка был недолог. Где находится магистр Хорна, он примерно представлял. Но вот что ждало его там… Впрочем, он был готов ко всему. Точнее думал, что был готов.

— Заходи, чего ждёшь? — Раздался голос из-за двери, перед которой застыл парень, и в груди у него похолодело, хотя, казалось бы, он уже давно должен был привыкнуть ко всякого рода нехорошим ситуациям.

Дверь раскрылась легко.

— Л-леший! — Посреди некогда уютного кабинета на полу лежало тело. Мёртвое тело, что было очевидно: глаза мертвецки-остекленело устремлены в потолок, а из груди торчит ледяная сосулька.

— Да, впечатляющее зрелище, не так ли? — Раздался где-то над ухом шелестяще-насмешливый голос.

— Ма…магистр Хорна? — Шарахнулся в сторону Дэирк, но никого не увидел.

— Она самая.

— Вы…

— Мертва.

— Как же…

— Когда-то я была сильнейшим некромантом. Но затем источник силы, которым питался мой дар, был отсоединён от меня. Отсоединён, но не уничтожен. Поэтому, когда моё тело умерло, моя душа соединилась с ним.

— А так со всеми?

— Нет, конечно. Для того чтобы сделать это, нужно предвидеть свою смерть.

— Вы… так вот почему вы!

— А, этот умный парень, Мир? Вероятно, он решил, что предатель — я. Ничуть. Передай ему это.

— И что с вами теперь? — Голос Дэирка приобрёл прежнюю твёрдость, к нему возвращалась его обычная уверенность и хладнокровие.

— Есть кое-какие планы. В любом случае, я рада, что избавилась от этого жуткого дара — предвидения. Как ни крути, не моё это. Пойду я. И ещё, передай Миру, что наш мир, как и человек: способен терять равновесие. А, проклятье, совсем забыла… Прощай.

— Что? Стойте!..

Но последний шорох потустороннего голоса исчез, а дверь кабинета с грохотом распахнулась.

— Так и знал, не показалось, — раздался странно знакомый насмешливый голос. — Однако какая встреча!

— И то верно, — согласился другой, не менее знакомый. — Судьба.

Дэирк медленно обернулся к распахнутой двери. Он знал, что или, вернее, кого увидит. Двух печально знакомых ему магов, с которыми в один "прекрасный" момент пересеклась его дорога. Двух магов-пограничников, очевидно, запомнивших их прошлую встречу до мелочей.

— Ну, сейчас мы тебе припомним то перемещение в самый центр эльфийского острова…

— Ты-ы-ы, — голос Вириэны перешёл в низкий, вибрирующий рык. — Да как ты…

— Хэйтэн, у меня к тебе просьба, — перебил её начинающуюся истерику Шатр.

— Понял, — кивнул воздушник и сосредоточился: его глаза приобрели глубокий синий цвет, показалось даже, что в его зрачках кружатся маленькие вихри.

— Нас с Вириэной возьми, — вперёд выдвинулся Норой.

С моего положения было сложно рассмотреть его лицо. В зеркале стремительно развивались события — Дэирк ставил защиту, но заклинания, естественно, не были высокоуровневыми, и результат был плачевен: одна защита исчезала за другой.

И вот каким-то образом через пару секунд в комнате остались только я, Раона, Моника, Эно, Кэрин и близнецы.

— А вы что не пошли? — Я злобно прищурился, чувствуя, что теряю контроль над ситуацией. — Было бы здорово: ведь чем вас больше, тем лучше!

— Не злись, Мир, — поморщившись, усмехнулся Ниам. — Я бы пошёл, но, боюсь, — он кивнул на руку. — Ещё не привык к своему положению. А Амит не пожелал оставлять меня одного в этот раз.

— Замечательно. Замечательно! — Я заметался по комнате, уже абсолютно не понимая, что делать.

Определённо, слишком много на меня свалилось.

— Мир, что это? — Вырвал меня из мыслей голос Кэрин. Я недоумённо оглянулся. Провидица с любопытством рассматривала что-то на моей руке. Я проследил за её взглядом…

Сирены всего Пустынного моря! Кто бы мог подумать?

— Ничего, — как можно равнодушнее отозвался я, мигом надевая привычную маску безразличия ко всему окружающему. Да-да, та самая кирпичная стена.

Как завертелось, как завертелось-то, а? Пока я занимался всеми нахлынувшими проблемами, рунные связки на моих чётках наполнялись энергией. Это поначалу надо было с усилием контролировать всё — чтобы выходящая из-под контроля сила шла туда, куда надо, а не расплёскивалась в окружающем мире. Ведь сила, как вода: если её слишком много, она не желает идти по руслу и выходит из берегов. Но, в отличие от воды, если силу несколько раз подряд направлять в одну и ту же сторону — сколько бы её ни было, то с каждым разом будет всё проще и проще направлять её. Она словно проложит русло, подходящее ей по величине. Ну, конечно, с моей силой — случай особенный, тут она практически никакому контролю не поддаётся, когда эмоции перехлёстывают через край. Поэтому мне каждый раз приходилось следить за ней. Но, похоже, в этом больше нет нужды! Увлёкшись составлением рунных переплетений, жрущих наибольшее количество энергии, я совсем не обратил внимание на то, что у меня получилось в итоге. И сделал серьёзную ошибку. Потому что сила не стала равномерно распределяться по всему плетению. Нет, каким-то образом она скопилась в одной из связок и активировала её! Ей-ей, это было нечто… ужасное! На моих глазах артефакт (теперь я не сомневался, что именно он у меня и получился) словно приобрёл разум: он теперь самостоятельно поглощал мою силу! Более того он поглощал её не тогда, когда она выходила у меня из-под контроля. Он поглощал её строго до определённого уровня, таким образом, что я буквально превратился в обычного человека. Уровень моей магической силы не мог подняться выше! Теперь, если какому-то магу придёт в голову взглянуть на мою ауру, то всё. Он будет уверен в том, что я не маг!..

Да, всё верно, я действительно больше не маг. Я больше не могу использовать силу, так как её у меня теперь нет! Конечно, до тех пор, пока я не сниму чётки с руки. Но в том состоянии, что я сейчас, если я их сниму… Проклятье!

Все эти мысли пронеслись где-то глубоко внутри меня. Внешне я был спокоен, даже слишком. Казалось, ко мне вернулась моя обычная сила духа. Я глянул в зеркало.

— Так, значит, маг земли и маг воды…

— Он ещё и маг иллюзий, — добавил Амит, внимательно следя за тем, как прибывшая толпа отбивается от наседающего противника. — Похоже, у них дела не так уж и плохи.

— Да, но разве с ними не должна быть сирена? — Внезапно встрепенулся Ниам, до этого с удручённым видом рассматривающий то, что осталось у него от правой руки.

— Что?.. — Прохрипел я, чувствуя, как всё моё приобретённое спокойствие летит в тартарары. — Какая сирена? Почему?

— Так это ж те самые маги, что Норой, Дэирк и Шатр видели на границе, — пояснил Амит. — Мы их не видели, но Норой их перед тем, как Хэйтэн всех туда телепортировал, узнал и сказал нам. Кстати, разве мгновенная телепортация не рассчитана только на одного человека?

Я пропустил мимо ушей его последний вопрос.

— Эно, — я резко повернулся к девушке. — Передай Ласу про сирену! Если они увидят синеглазое нечто, пусть затыкают уши!

В этот момент изображение в зеркале заслонила высокая стена пламени. Маг воды поспешно отступил — такого ответа он явно не ожидал: Вириэна явно использовала не заклинание, а чистую силу, что оказалось довольно неблагоприятным фактором для шикрцев. И тут меня осенило:

— И вот ещё что, передай Ласу, пусть Вириэна и Хэйтэн объединят свои силы и ударят по врагу огнём!

— Сейчас?

— Да!

Но не успела Эно ничего сделать, как огонь погас. И неудивительно, по комнате промчалась мощная волна воды, сбила всех с ног и отхлынула, собираясь в водоворот вокруг странной фигуры.

— С-с-с… — только и смог сказать я, чувствуя, как изнутри поднимается волна ненависти, перемешанной с силой. Поднимается и исчезает.

Всё произошло мгновенно: вот все только поднимаются из-под воды, даже вражеские маги — и те сбиты с ног. А вот уже по нечеловеческим губам пробегает холодная усмешка. Каким-то невероятным чудом я успел, успел сорвать проклятые чётки с руки и отключить звук у зеркала (все широко распахнутыми глазами смотрели на изображение и не заметили небольшой волны силы, вырвавшееся из плена чёток).

Чутьём, где-то внутри я понимал, что все сражавшиеся в той комнате обречены. Но когда я поднял глаза на зеркало (до этого было страшно смотреть), то понял одну очень важную вещь: этот день ещё долго будет сниться мне в кошмарах.

Между потрясённо замершими Дэирком, Нороем, Ласом, Хэйтэном и Вириэной, как всегда улыбаясь своей немного ненастоящей усмешкой стоял Шатр. Постояв так некоторое время, он рухнул на пол уже равнодушным, безжизненным потоком воды.

— Шатр, — как сквозь подушку до меня донесся голос кого-то из девушек.

— Эно, передай им: пусть уходят, — машинально возвращая на руку чётки, попросил я.

— Д-да…

Но прежде чем они ушли, утянутые за собой Хэйтэном (Дэирк и Норой сопротивлялись, явно желая отомстить), на троицу врагов, ещё не совсем сориентировавшуюся в обстановке, обернулся Лас. И вот уж не знаю, что он там сделал, но точно могу сказать: это было что-то запретное из области алхимии.

По крайней мере, после этого зеркало отказывалось показывать что-нибудь кроме кроваво-красной дымки, сквозь которую изредка проходили лёгкие вспышки голубых молний.

— Ну, и где они? — Через пару минут молчания поинтересовался я.

— Лас передаёт, что Хэйтэн хотел вернуться, но его что-то сбило, и он оказался на крыше, — хриплым голосом отозвалась Эно.

— Ну, так пусть вновь попытаются, — каким-то чересчур равнодушным голосом высказал я.

Девушка покачала головой.

— Похоже, Хэйтэн выдохся.

Ничего удивительного, подумал я. Мгновенная принудительная телепортация… Интересно, она случайно тоже не под запретом?

— Пусть отдыхает, а потом пробует ещё раз.

Я повернулся к зеркалу и задумчиво потёр лоб. В голове стремительно складывался новый план. Теперь было совершенно ясно, что покинуть пределы школы ни одним из ранее выбранных мной путей невозможно. Осталось только одно. Сирены, но если хоть одна ошибка… Точно!

Я рванул через всю комнату к креслу, за которым читал сегодня. Пошарил вокруг него, нашёл упавшую во всех этих перипетиях книгу, пошарил под столом, нашёл то самое полотно. Да, то самое, с помощью которого я выбрался из Ордена Некромантов. Вся идея состоит в том, что, оказывается, этот артефакт многоразовый. Если на нём запечатлеть чёткое изображение какого-либо места, а потом сделать его "объёмным", то в этом случае получившаяся картина станет своеобразным стационарным односторонним телепортационным каналом.

Но здесь присутствуют две проблемы. Честно говоря, я бы может и наплевал на них, и ушёл этим путём сразу — но! Библиотеку надо было срочно спасать. А теперь можно и уходить. Правда, с другой стороны, сейчас я абсолютно уверен: эта сиренова библиотека вовсе не стоила того, чтобы за неё умирал Шатр. Но… леший меня задери, я вовсе не просил никого мне помогать! Ушли бы и ладно, сирены с ним, я бы сам тут разобрался! Тот же Дэирк — ну кто его просил искать Хорну? Я всего лишь связался с ним мысленно и поинтересовался, не знает ли он, где она может быть! Ведь он — последний, кто её видел, случайно столкнувшись с ней в одном из коридоров перед праздником! А этот придурок взял и попёрся её искать! У-у-у, зачем, спрашивается? И вот теперь как всё обернулось.

Так, спокойно, мысли логически. Мысли логически…

Я замер. По щеке, абсолютно не зависимо от самого меня ползла предательская слеза. Какого… Тряхнул головой и продолжил заниматься нашим последним шансом на спасение, теперь уже совершенно не обращая внимания ни на что, как бы отрешаясь от всего мира. Итак, как я упоминал, с этим артефактом существуют две проблемы. Первая: в момент рисования изображение должно быть предельно точным. Именно поэтому его обычно рисуют на том месте, куда нужно перемещаться, а уже потом относят в место, откуда перемещаются. Нарисовав изображение и сделав его объёмным, в точности, как и в реальности, можно не беспокоиться — артефакт далее сам осуществляет изображение перемен. Если что-то изменилось в том месте, которое изображено, изображение тоже меняется. Прямая нить. Пространство, наложенное на бумагу. Произведение искусства, а не артефакт. Итак, первая проблема: если изображение неверно, то тех, кто проходит сквозь него ждёт смерть. Вторая проблема: как сделать изображение объёмным?

Я вздохнул. Сейчас, пожалуй, стоит изобразить что-нибудь, а потом уж думать об остальном. Авось, что-нибудь придумаем.

Про себя я мысленно усмехнулся. Вся жизнь на этом "авось" построена!

— Эно, — окликнул я девушку.

Стоит отметить, что из всех присутствующих она была наиболее адекватна. По крайней мере, внешне. Моника рыдала на плече Раоны, та тихо всхлипывала и говорила ей какую-то чушь (я даже не пытался вслушиваться, подозревая, что от этого будет только хуже), Кэрин… Кэрин пила чай и с ожесточением заедала булочкой. Выглядело это так, как будто она хапает стакан самопляса, а затем закусывает. Притом пила она наверное уже чашку пятую. В широко распахнутых глазах бешено метались золотистые искорки.

А вот Эно была подозрительно спокойна. Она сидела на ковре и равнодушным взглядом обводила помещение.

— Эно, — повторил я, видя, что она никак не реагирует.

— Они уже близко, — невпопад ответила Эноллаира, но я её прекрасно понял.

— Сирены, — похоже, эти сволочи нашли наше убежище. — Где они?

— В зале, где мы праздновали. Вскоре будут здесь. Минут через пять.

— Вот как. Что с Хэйтэном?

— Им нужно ещё минут десять.

— Проклятье. Так, Эно, позволь тебя отвлечь, — девушка перевела на меня свои холодные глаза, и от того безразличия ко всему сущему, что я увидел в них, по спине у меня пробежали мурашки. Кажется, с адекватом я поторопился. — Видишь это полотно? — Эно кивнула. — Заклинание преобразования воспоминания в видимую для глаза других форму ты знаешь. Тебе нужно поместить сюда изображение какого-нибудь помещения вне стен школы, но при этом это изображение не должно быть изменено за то время, которое ты не видела его. Ну, ты меня поняла? — В отчаянии вопросил я, не видя никаких изменений в выражении её лица.

— Да, — равнодушно отозвалась эта ледяная статуя. — За то время, что я не видела его, тронный зал измениться не должен. Его оформление установлено законом, перемещать и изменять что-либо запрещено. Сейчас там никого не должно быть — время позднее, ночь как-никак.

— Ночь? — Я моргнул. Действительно, за окнами темно. А я и не заметил. — Ладно, действуй.

Я потёр виски. Прошло уже где-то полторы минуты, осталось три с половиной. Нужно больше времени. Направился к двери, чувствуя, как внутри всё переворачивается от странного предчувствия. Мне предстояло снять чётки и работать в полную силу. Десять минут. Ну, уж десять минут я продержусь.

— Постой, Мир, — догнал меня возле двери голос. Поразившись его силе, я медленно обернулся. На меня, с необычным на лице выражением упрямства смотрела Раона. — Я пойду. И нет, не возражай! Ты нужен здесь, без тебя никто не разберётся, что с этим делать дальше, — она подняла книгу, которую я забыл на столе, открытой именно на нужной странице. — Никто не поймёт! И я здесь единственная, кто ещё ничего не сделал. Я смогу задержать их, сколько понадобится.

— Нет, — я прямо глянул на неё. — Там всё понятно, так что иду я.

— И надолго ты их задержишь? — Подала голос Кэрин. Чай и булочки кончились, но выглядела она собравшейся. — Из всех нас только у неё есть шансы дать именно столько времени, сколько нужно. Все остальные умрут на третьей-пятой минуте.

Губы Раоны растянулись в такой непривычной для неё саркастической усмешке.

— А я умру как раз на десятой!

— Постой, — окликнула уже собравшуюся уходить Раону Моника. Подбежала, обняла её — на мгновение обе девушки засветились желтоватым светом. — Теперь, даже если ты получишь смертельную рану, сможешь продержаться пять минут, пока… — голос её сорвался.

Легко отодвинув меня в сторону, Раона вышла из комнаты. Я остановившимся взглядом смотрел ей вслед.

— Готово, — донеслось со стороны Эно. — Что теперь?

Я её не слушал, направив свой взгляд на зеркало, не понимая, какого лешего её отпустил. Ничего не понимая, но чувствуя, что впервые ничего не могу сделать. Ни-че-го… ничего, чтобы остановить это безумие.

Раона шла по коридорам и на удивление спокойно размышляла.

"Кажется, кто-то говорил, что только высокоуровневые заклинания эффективны против них. Да, именно так. Какая жалость, что здесь нас им так и не обучили. Придётся что-нибудь из старого запаса. Ну и передряга же! Попасть в такую западню просто из-за того что оказались не в том месте и не в то время или наоборот, как раз там, где нужно. Кэрин, как всегда, всё точно рассчитала. Наверное, Мир и остальные её ненавидят. Интересно, а что чувствует она сама? Каково это, точно рассчитывать, смерть кого из друзей принесёт больше пользы? Ведь наверняка, если была бы возможность победить, избежав этих смертей, то… то она бы нам помогла? А впрочем, какая разница".

Так размышляя, она дошла до какого-то просторного холла и замерла у входа.

— Итак, — вслух проговорила она. — Земля или вода? А может, и то, и другое? Впрочем, всё равно выхода нет.

Чувствуя, что враги близко, она тонко (но довольно нервно) улыбнулась. В коридорном проёме напротив показались тени. Раона прошла на середину холла и, как раз, когда шикрцы вывалились из коридора, раскинула руки в стороны, коротко рассмеявшись.

— Ввысь, к солнечным небесам, Древо Смерти.

В тот же миг вверх, ломая, круша, выворачивая каменные плиты из пола, потянулись сильные, могучие ветви. Жадные, пробивающие всё на своём пути. И не только вверх — в стороны, с силой и скоростью, невероятной даже для магии земли. Маги Шикра просто не успевали ничего сделать, ветви и корни беспощадно рвали их тела, пробивали насквозь, игнорировали все заклинания и продолжали, продолжали расти. И вверх, и вниз, пробивая этаж за этажом, заполняя собой здание, обрушивая комнаты, переходы, лестницы…

А в центре всего этого безумия, просвечивая сквозь толщу коры и ствола — сияющая силой фигура светловолосой девушки. Со слегка безумной улыбкой на уже никогда не заговоривших губах.

— Что это? — словно очнулась ото сна Эно, поднимаясь со своего кресла. — Что ЭТО?

Растущее дерево сотрясало здание, комнату потряхивало, и я начинал подозревать, что очень скоро всё здесь будет разрушено.

— Магия друидов, — пояснил, чувствуя, как будто некая тонкая нить внутри меня обрывается. — Пользоваться ей могут только те, в ком течёт кровь друидов. Чем чище кровь, тем сильнее магия. Это они в далёком прошлом сумели наладить контакт между духами леса и людьми, после чего появились Хранители. Но в том-то и дело, что даже в то время, когда наше королевство было островом, их раса была уже вымирающей. Странно, что в ком-то ещё течёт их кровь, и ещё более странно, что кто-то знает, как пользоваться этой силой. Я никогда не слышал о Древе Смерти, только о Древе Жизни. Но название мне не нравится.

— Скорей всего, это предсмертное заклинание.

— Что? — Я резко обернулся к Кэрин.

— Я больше не вижу её будущего, — прикрыла глаза девушка.

— Но с какой стати ей использовать именно это заклинание? — Взорвался я. — Какого лешего она решила умереть за нас?

— Не за нас, — поправила меня Моника, остановившимся взглядом наблюдавшая за той феерией, что творилась в холле. — За Шатра.

Я споткнулся на полуслове. Сказать было нечего. Дрожащими руками я сорвал чётки и как можно быстрее отключил зеркало. Смотреть дальше не было сил. Сзади раздался шорох, и, обернувшись, я увидел жутко бледного Хэйтэна, не держащегося на ногах, и не менее бледную от всего пережитого компанию. Лас тоже не отличался здоровьем — видимо, брошенное в сирену заклинание выжало его досуха. Каким-то невероятным усилием я набросил на лицо маску спокойствия и глухо поинтересовался, указывая на картину.

— Кто сможет придать этому объём?

В ответ было только молчание.

— Шатр бы мог, — какими-то посеревшими губами проговорил Норой.

Я отвернулся. Кэрин поднялась со своего места и подошла к картине.

— Тронный зал, да? — В её голосе послышалась какая-то затаённая усмешка. — Мне известно нужное заклинание, да и в этом направлении я кое-что могу.

Спустя пять минут всё было готово.

— Что теперь? — Спросил Лас.

Я положил картину на пол.

— Лезьте. — И для наглядности наступил на полотно. Нога прошла насквозь. — Я последний, нужно завернуть проход.

Кэрин кивнула и полезла первой. За ней Лас, Норой… Вскоре в комнате я остался один. Вздохнул, чувствуя, как невыносимая тяжесть спадает с плеч. Шагнул к картине. И в этот миг дверь слетела с петель.

Всё, что я смог — разорвать проклятое полотно напополам. Залезть и проделать прошлый трюк я уже просто не успевал. В комнату ввалилось четверо магов. Самый первый окинул помещение бешеным взглядом, увидел меня, порванное полотно и сплюнул.

— Ушли, значит?

Что было потом — не помню.

Очнулся в комнате телепортационных каналов.

— Судя по всему, ты не маг, — произнёс стоящий надо мной человек.

Перед глазами всё плыло, в ушах раздавался какой-то посторонний шум. Реальность, казалось, была слишком тяжела, чтобы восприниматься разумом.

— Так что закрыться от меня не сможешь, — в голосе говорящего сквозила едкая усмешка напополам с досадой. — Говори, куда и как ушли остальные. И что вы сделали с библиотекой. Предупреждаю: я служитель бога Разума, так что запросто определю, лжёшь ты или нет. Скажешь правду — трогать не буду, а нет — вскрою твой мозг так, что уже никогда не будешь нормальным.

Я про себя усмехнулся.

— Остальные ушли в королевский дворец. На библиотеку мы повесили щит, — охотно сообщил.

Маг долго рассматривал меня своими серо-зелёными глазами.

— Как любопытно. Ты не маг, но я не могу прочитать твои мысли.

В этот момент пол сотрясло, посередине прошла широкая трещина, и из неё вынырнула ветвь Древа Смерти. В тот же миг она стала хищно расползаться по комнате.

— Спроси его, что это за… — прохрипел один из магов, как я теперь рассмотрел, державший круговую защиту: с другой стороны из стены ползли такие же ветви.

— Магия друидов, — не стал я ждать вопроса.

— Ты прав, — вздохнул допрашивающий меня. — Мы действительно продули этот бой, и никакая информация положения не исправит. Вот только, — и он злобно оскалился, — это значит, что и живой ты нам больше не нужен!

Комнату вновь сотрясло. Эта встряска была столь неожиданной, что я невольно сбился, и вся та мысленная конструкция, которую я выстраивал всё это время в своём усталом разуме, дала ма-а-аленькую трещину. Но и её было достаточно: глаза мага расширились, в них появился хищный огонёк.

— Любопытно…

Но его тут же перебил другой маг.

— Сейчас наша защита будет сломлена, нужно уходить!

Его голос был еле слышен в нарастающем шуме, но разумник всё прекрасно понял и кивнул. Другой маг взглядом поднял мою еле шевелящуюся тушку в воздух. Тот, что призывал уходить, первым нырнул в воронку канала. За ним — тот, что перемещал меня. Следом за мной направился маг разума, последним должен был идти тот, что держал защиту.

Но ему не суждено было шагнуть в спасительный проём. Дело в том, что телепортационный канал — штука очень сложная. Даже слишком. После того, как я прибыл из эльфийского государства, я очень заинтересовался вообще всеми видами пространственных перемещений. Так вот, телепортационный канал — это "сборка" пространства. Маг, который его создаёт, как бы стягивает полотно пространства. Что такое затяжка на ткани, кто-нибудь знает? Так вот, пространство, как занавеска, стягивается в гармошку и закрепляется узлами с двух сторон. И это очень прочная, но в то же время хрупкая конструкция. "Нить", на которой всё висит, если её не обновлять, очень скоро "перетрётся". Но, конечно, телепортационный канал в ШМИ — всегда целёхонький и туго натянут!

А теперь представьте, что будет, если туго натянутую нить легонечко подрезать.

Верно, пространство раздвинется. А вместе с ним "раздвинутся" тела тех, что шли по нему. И их частички окажутся в том или ином далёком месте. "Ножницами" послужил мой "артефакт", который после того, как одна из связок на нём активировалась, перестал быть совместимым с данной конструкцией. Да, вот именно поэтому разрабатывают новые заклинания не ученики первых-вторых курсов, а магистры. Потому что они, в отличие от таких олухов, как я, учитывают все возможные контакты своего изобретения с остальными видами магии.

С каким-то обречённым чувством собственной глупости я смотрел, как впереди идущего шикрца разрывает буквально пополам, затем всё это исчезает в сером вихре, а потом…

Темнота.

Когда вышли все, кроме Мира, Хэйтэн сполз на пол, и, уставившись в потолок, высказал:

— Ну, сейчас выйдет, я его убью.

— Не забывай, это благодаря ему мы выбрались, — как-то неубедительно возразил Лас.

— И именно благодаря ему погибли Шатр и Раона! — Взвыл в ответ Хэйтэн. — Ты понимаешь, их больше нет, они умерли! Умерли! Совсем умерли!

— Прекрати истерику, Хэйтэн, — перебил его холодный голос Эно.

— Не нравится мне это, — поддержал её странно смотрящий на место, откуда они все вышли, Амит. — Он уже должен был выйти.

Наступила тишина, в которой раздались лёгкие, нервные шаги.

— Идиот! — Взорвалась Кэрин, обрушивая на пол прихваченную зачем-то с собой чашку. — Придурок! Он… он!!

И, развернувшись, выбежала из зала. Что примечательно, никто не вышел на шум, никто не обнаружил проникновение в святая святых королевства.

— Что такое? — Переспросила Моника, до которой ещё не дошло.

— Он остался, — растерянно и неверяще глядя в пространство, выдал Хэйтэн.

— А проход-то односторонний, — каким-то надтреснутым голосом произнёс Лас.

Но тут откуда-то со стороны раздался крик Кэрин. Все сорвались с места и помчались на голос. Поворот, поворот, какая-то зала… Свет брызнул в глаза привыкнувшим к темноте друзьям. На полу, нелепо раскинув руки, лежал Раэннол II. Из груди его торчал красиво украшенный кинжал. Сомнений быть не могло: король Эно был мёртв. Кэрин стояла рядом с ним, и в глазах её читалось настоящее потрясение.

— Надо же, какие гости к нам пожаловали, — раздался голос со стороны, и из тени выдвинулась чья-то фигура.

— Мама? — Совершенно ошалевшим голосом выдавил Элиас.

По губам женщины пробежала полубезумная усмешка.

— Ма-ма? — Переспросила Миона и расхохоталась. — Ты и твой брат — мой позор, так что не смей меня так называть!

— Но как же…

— Всего лишь искусная игра! Но теперь я сделаю так, что некроманты вновь станут свободны. Нам больше не придётся скрываться! Чия! — Она резко обернулась.

Из бокового прохода появилась её подчинённая. За собой она небрежно волокла тело брата Ласа.

— Кир! — Лас дёрнулся вперёд.

— Живой он, — презрительно скривила губы Миона. И добавила, явно чувствуя наслаждение от всего происходящего: — Пока.

Всех словно парализовало предчувствие чудовищной беды, нахлынувшее на всех одновременно. Вот в воздух взвилась тонкая рука, в которой мелькнула маленькая чёрная шаровая молния, и…

— Так я и знала.

Все медленно обернулись назад и недоумённо застыли. Прислонившись к стене, промокшая до нитки и, видимо, до лешего злая, на них всех смотрела Нэвэрианэ. В зелёных её глазах плясало пламя.

— Оставлять вас одних было сущим безумием!

Когда я очнулся, не знаю. Знаю только, что ещё долго находился в полубессознательном состоянии, пока наконец не осознал, что то, что держит меня на поверхности бытия — боль. Жуткая, расползающаяся по всему телу боль, эпицентром которой было моё правое плечо. Я разлепил глаза и попытался определить, где нахожусь. Было забавно то, что располагался я в вертикальном положении. Напротив меня была каменная грязная стена, уходящая далеко влево и вправо. Что было там дальше, я знать не мог — но, кажется, слева был тупик… а справа светилась узкая щель выхода. Похоже, на улице всё ещё ночь. Я попытался определить причину боли в плече. Определил.

Жуть какая. Похоже, из телепорта меня выкинуло целиком, но… выкинуло весьма неудачно. Так, что насадило на железный штырь, непонятно зачем торчащий из стены вверх. Благо пострадало плечо, а не, допустим, сердце, а то бы точно умер. Другой вопрос: как отсюда слезть? Я попытался двинуться, но боль оказалась такой страшной, что я тут же потерял сознание. Очнулся уже от чьего-то голоса.

— Эгей, вот это картинка! Кто ж тебя, бедолага, насадил на штырь-то?

— Госпожа, может, помочь?

— Разве что добить… ммм? Где-то я его уже видала.

— Так что, добивать?

В этот момент я открыл глаза.

— Что? Нет, конечно! Сколько лет, сколько зим! Старина, вот жизнь тебя потрепала-то!

Дальше рывок, и вновь темнота. И только запоздалая мысль: где-то этот самоуверенный голос я слышал. Но где?

С мокрых волос стекала вода. В груди пылало какое-то странное, давно забытое чувство. Не понимая, почему она стоит и ничего не делает, не понимая, откуда это чувство бессилия, Элдара смотрела на Школу Магических Искусств.

А сквозь её руины к небесам, освещённым лучами восходящего солнца, пробивались всё новые и новые ветви Древа Смерти. На которых распускались кроваво-алые цветы.

Глава 8

ПЕРЕКРЁСТОК

Нэвэрианэ с холодным прищуром следила за Мионой, а та — за ней.

— В сторону, — сквозь зубы проговорила эльфийка, и выпускники первого курса поспешили покинуть потенциальную зону поражения. Один Лас остался неподалёку, но обе женщины будто бы его и не замечали. — Ну и что ты сделал с Мионой, уродец? — Младший принц недоумённо дёрнулся, услышав эту фразу.

— Ай-ай, а ты стала куда сообразительней, чем раньше! — Лицо Мионы исказилось и преобразилось в бледное и не слишком-то симпатичное мужское. — Милашка Нэвэри…

— Язык прикуси, Аэрк.

— А то что, к мамочке побежишь жаловаться?

— Тебе и меня с головой хватит.

— Как стра-а-ашно.

— Что с Мионой, клоун?

Кривая усмешка, придающая вытянутому лицу просто отвратительное выражение.

— Мертва, естественно.

Эльфийка скрипнула зубами.

— Давно?

— А самой слабо догадаться?

— Сейчас ты мне сам скажешь, — мягко проговорила Нэвэрианэ, и в зале внезапно стало жарковато.

Тем временем девушка, следящая за бессознательным телом Кирано, побледнев едва ли не больше Аэрка, пятилась назад, в коридор. По её взгляду было видно, как она потрясена преображением своей госпожи.

— Да ладно, можешь не пугаться, — хмыкнул Аэрк. — Я Миону только что подменил. Ну а её подчинённые, едва услышали, что переходят на сторону Мастера, даже не засомневались, — он склонил голову набок, — наивные. Мастеру не нужны такие бесполезные слуги.

И резким движением руки послал в потерявшую всякое понимание ситуации подчинённую Мионы шаровую молнию, которая бесславно разбилась о мелькнувший на мгновение щит.

— Хм, а сынок-то в мамочку пошёл, — растянул губы в своей неприятной усмешке Аэрк, скосив ничего не выражающие глаза на Ласа. Тот едва заметно пошатнулся. В следующий миг Нэвэрианэ атаковала Аэрка. Заклинание нельзя было увидеть, но лёгкая рябь воздуха, кольцом сжимающаяся вокруг, позволила лазутчику заметить атаку.

— Невидимый огонь, да? — Фыркнул он уже в другом конце комнаты и опять усмехнулся. Но тут же дико дёрнулся, так как его настигло новое заклинание, также не видимое простому глазу. В отличие от первого оно сумело стереть с лица бывшего ученика Элдары улыбку. — Вот стерва, — прорычал он, кривясь от боли. — Впрочем, недолго вам радоваться, — и вновь усмехнулся, на этот раз прямо-таки с невероятным наслаждением. — Четвёртый-третий курсы с директором-то тю-тю…

И исчез совсем.

— Проклятье! — Нэвэрианэ с силой впечатала кулак в стену. — Знает же, гад, что я в пространственной магии ноль! И что за бред он нёс? — Она нахмурилась. — Нужно связаться с Эл…

— Постойте, учитель, — раздался рядом тихий голос Эноллаиры. — У нас для вас неприятные новости.

Один из залов королевского дворца был буквально переполнен.

— Вот значит как, — в который раз произнесла Элдара. Подняла взгляд на бледных и молчаливых учеников первого курса. В голове невольно промелькнула мысль о том, что они теперь вряд ли будут столь же беззаботны, как и раньше. "Глупости, — одёрнула она себя. — Время лечит, тебе ли об это не знать?". — Мы попытались связаться с директором, но ответа не получили, так что пока я, как его заместитель, буду отдавать распоряжения. Сейчас займите гостевое крыло дворца и отдохните, думаю, его высочество не будет против, — она глянула на Кирано, но тот лишь кивнул, погружённый в свои мрачные размышления. — Идите.

Ученики нервно переглянулись, потоптались, но вышли. Лас же уходить не собирался, и учителя хмуро на него посмотрели.

— Прошу меня простить, — начал он, но был перебит.

— День добрый, — в зал с тихим шорохом телепортировалась невысокая рыжеволосая девушка. — Дрэн просил передать, что ситуация в Шикрском лесу улажена. Осталось только решить, что делать дальше. Насколько известно, они согласны на мир.

Кирано глянул на брата и вздохнул.

— Я не могу принять решение до коронации. Но не думаю, что мы теперь способны продолжать войну. Фильоана, как дела на южной границе?

Глава вестников трона выдвинулась из тени.

— Всё Безлюдье затоплено. Также затоплено около десятка близлежащих деревень. Их жителей успели эвакуировать.

— Вот как… Орэн Хеннаврит так и не отвечает?

— Нет.

— Послушайте, — резко произнёс Лас, перебивая. — Я использовал некромантию, никто из вас здесь в этом не сомневается. Могу я узнать… — и замолчал, споткнувшись о холодный взгляд Элдары.

— Иди отоспись как следует, а потом приходи. И думай, что говоришь.

Лас усмехнулся краешком губ, и в чёрных глазах его мелькнуло нечто непонятное.

— Вот значит как… учитель Аанми, — лёгкий поклон и неспешные шаги в сторону выхода.

Когда за ним закрылась дверь, магистр Ониа присвистнула.

— Вот это да. Это же благодаря его магии библиотека осталась цела? А конструкция заклинания, кажется, принадлежит тому погибшему парню…

Левая бровь Элдары невольно дёрнулась.

— Туэнэа, ты уже посмотрела?..

— К сожалению, ничего сделать нельзя. Более того, я говорю не только о девушке — само здание…

— Даже несмотря на то, что ты сама наполовину…

— Со зданием, может что и выйдет. Но не с ней.

— Кхарнеол уже прибыл в Эйран? — Дроу потёрла подбородок.

— Только что, — отозвалась Фильоана. — Он сообщил, что выйдет на связь, когда определит, что случилось. Как ни крути, вместе с Орэном находились другие экзаменаторы, да ещё два курса. Что скажете, Ваше Высочество?

— В первую очередь нужно осуществить коронацию, — задумчиво проговорил Кирано. — Чия уже направилась на переговоры с Орденом Некромантов, так что об этом можно не волноваться. Правда, существует одна сложность: их замок, похоже, тоже затоплен. Ситуацию с Шикром можно уладить неофициальными переговорами. Школой Магических Искусств займётесь вы, Элдара. Попробуйте выйти на связь с Бристом, это существенно важно, так как, похоже, Мастер повёл прямую игру. И ещё, Фильоана, задействуйте все средства, чтобы узнать, что могло побудить его к столь активным действиям. И… — взгляд принца ненадолго потерял сосредоточенность, — насчёт тех учеников, которые… — Элдара прищурила глаза, — нужно сообщить их родственникам. В общем, сделать всё по чести.

— Вам тоже не помешало бы отдохнуть, принц, — кивнула дроу. — Этот день был тяжёлым.

— Пожалуй, я ещё улажу кое-какие дела, — не согласился Кирано. — Завтра соберу совет министров, чтобы обсудить некоторые преобразования. Прежде всего, сирены. Они не выходили на берег?

— Нет.

— Это хорошо. В таком случае, устройте мне связь с Владыкой Светлого Леса чуть позже, — Кирано поднялся с кресла и, кивнув всем, вышел.

— Он не из тех, кого легко сломить, — прищурилась Фильоана. — Однако не стоит полагаться во всём на него.

— У тебя есть задание, — перебила её Элдара.

— Ну конечно, — хмыкнула та и растворилась в воздухе.

— Проклятье, — проговорила Ониа. — Ну почему именно мой ученик погиб?

— Кстати, как так вышло? Из рассказа я ничего не понял, — магистр Олл остро на неё взглянул. — От голоса нельзя заслонить.

— Иллюзия тишины, — маска безразличия быстро сползала с лица Ониа. — Создаётся в течение двадцати минут. Парень был гением и справился за пару секунд. Для всех, кроме самого себя. Вот и всё.

Магистр Олл отвёл взгляд от взрослой, но до ужаса усталой женщины, лицо которой выражало нечто среднее между безграничной горечью и отчаянной досадой. Она явно была настоящей, но он предпочёл бы увидеть её настоящий облик при других обстоятельствах.

— Ну, та девушка тоже была гением в своём роде, — склонила голову Туэнэа. — Но третьего подстерегла самая жуткая смерть, какую только можно предположить. Быть разорванным телепортационным каналом, — она вздохнула. — Мастер определённо ударился во все тяжкие. Нужно как можно скорее определить причину такой его активности и предпринять ответные…

— Хватит, — резко перебила её Элдара. — Сейчас этим занимается Фильоана. Туэ, на твоих плечах ремонт здания школы. Я займусь переносом библиотеки. Ониа, держи связь с Кхарнеолом, и пошлите ему поддержку, мне эта история не нравится. А Брист, я уверена, скоро сам заявится. — Она ненадолго замолчала и вновь заговорила. — Поднимите не задействованные до этого резервы — пусть возьмут на себя наблюдение за магическим фоном мира. В следующий раз мы не должны быть застигнуты врасплох очередным катаклизмом: пусть эти погодники оставят столицу и займутся настоящим делом. И ещё, Олл, — взгляд янтарных холодных глаз впился в самую душу мага, — свяжись с Дрэном и передай — пусть не теряет бдительности. Это всё.

Дроу поднялась со своего места и поспешила покинуть переполненную каким-то тяжёлым и неподвижным воздухом залу.

— Ну надо же, как всё свалилось. — Туэнэа невесело хмыкнула. — Если даже у неё нервы сдают, что говорить о нас? Благо потери в этой дурацкой войне минимальны. Что же, приступим к делу? Так, на очереди ремонт здания ШМИ…

Никто из них спать, конечно же, не пошёл. Однако и скандалить всё же не стоило.

— Ты, ты всё знала! — Не могла остановиться Вириэна. — Как ты могла, как?

— Это был лучший вариант развития событий, — равнодушно глядя в угол, отозвалась Кэрин.

— Лучший вариант, да? — Вириэна тихо рассмеялась. — Да плевать я хотела на твои варианты! Если бы ты предупредила, всё бы было по-другому, никто б не умер!

— Умер, — хладнокровно не согласилась Кэрин.

— Вира, — попытался утихомирить девушку Дэирк.

— Оставь меня! — Зло сверкнула та синими глазами. — Ты же и сам понимаешь! Как ты можешь решать, какой вариант был лучший! — Уже провидице. — Ты, да ты… просто бездушная кукла! Из-за тебя Раона!.. Если бы мы знали… — она начала всхлипывать.

Остальные молчали, но было видно, что в чём-то они согласны с Вириэной.

— Если бы я знала…

— О, так ты бы согласилась умереть вместо неё? — Вскинулась внезапно Кэрин.

Вириэна замешкалась, но тут же вспылила.

— Да! И умерла бы!

— Какая жалость, но твоя смерть не принесла бы никакой пользы, — снисходительная усмешка в ответ.

— Ах ты, — но, не выдержав, Вириэна взвыла и выбежала из комнаты.

Дэирк смерил Кэрин холодным взглядом и поспешил за ней. Близнецы тем временем переглянулись и хмыкнули.

— Спасибо, Кэр, — кивнул Ниам, уходя. — Это было незабываемое время.

Веки провидицы дрогнули. Вслед за близнецами комнату покинул Норой — молча, даже не глянув в сторону кареглазой. В комнате остались Лас, Эно, Хэйтэн и Моника. Последняя тихо всхлипывала в углу.

— Идёмте, — кивнул друзьям Хэйтэн.

— Спокойной ночи, Кэрин, — бесстрастным голосом и без тени эмоций во взгляде произнесла Эно.

Комната опустела. В вязкой тишине раздавались затихающие всхлипы. Кэрин продолжала сидеть в кресле и равнодушно смотреть в угол, когда внезапно прозвучал голос Моники.

— Скажи, неужели не было ни одного варианта, где все остались бы живы?

— Ну почему? — Лёгкий хмык. — Был.

— Но тогда, почему?..

— Видишь ли, предвидение имеет свою специфику. Провидцы не всесильны, иначе правили бы миром. Чтобы один из вариантов видимого нами будущего сбылся, нужен "узел событий", так сказать, перекрёсток, с которого можно свернуть в ту или иную сторону. Порой я могу увидеть тысячу таких перекрёстков и не меньшее количество дорог, расходящихся от них иногда даже в обратную сторону. Но перекрёсток, который позволял свернуть на вариант, о котором ты говоришь, остался далеко позади, намного раньше, чем меня посетило видение. Вот и всё.

Моника смотрела на Кэрин широко распахнутыми глазами. Та никогда не говорила ей об этом.

— А где же тогда этот перекрёсток?

Кэрин хмыкнула, потом ещё раз. А затем рассмеялась.

— Год назад, когда мы поступали в ШМИ. Всего этого не было бы, если б не поступление кое-кого.

— Не может быть!

— Может.

— Мир?

— Нет, — взгляд золотисто-карих глаз. — Хотя и он тоже. Перекрёсток у каждого свой, знаешь ли. Тогда их было одиннадцать, — вздох. — Этот вариант был лучший, понимаешь? Если бы я сообщила обо всём заранее, на юге последствия были бы куда катастрофичнее. Не говоря уже о других событиях. Смерть этих троих на моей совести, я согласна. Но не в этом дело, — и опять тихий смех. — Если бы ты знала, о, если бы кто-нибудь знал, чем кончалось дело в вариантах, где я сообщала обо всём другим!

— Вот как, — Моника всхлипнула. — Прости. Я всё равно не могу это принять.

— Я знаю.

И столько всего прозвучало в этих двух словах, что Моника невольно вздрогнула. На некоторое время в комнате воцарилась тишина.

— Скажи, — произнесла пару минут спустя Моника. — А мне… сколько мне осталось жить?

— Ммм? — Кэрин с изумлением на неё глянула. Затем пожала плечами: — Кто знает.

— То есть как?

— А вот так. Несмотря на год учёбы, мой дар не очень-то мне подчиняется, — Кэрин закатила глаза. — На ближайшие четыреста лет я больше ничего не видела. Моё видение о последних событиях закончилось на смерти Раэннола.

Моника рахмазала слёзы по лицу.

— А моя сме-е-ерть? Если бы вместо Раоны пошла я-а-а-а?

Кэрин молчала. А что она могла сказать? Слова утешения были совершенно неуместны в этот момент. Тем более что ещё непонятно, кто в них больше нуждался.

Хэйтэн остановился на пороге комнаты.

— Ну, я пошёл?

— Ты уверен, что ты в порядке? — Скосил на него взгляд Лас.

Хэйтэн невесело усмехнулся.

— Ты лучше за Эно присмотри. Мне-то что.

— Ну ладно тогда, — кивнул Лас и повернулся к девушке.

Та перевела совершенно равнодушный взгляд на него. За Хэйтэном захлопнулась дверь.

— Эно, — из её глаз медленно уходил лёд. Ещё несколько мгновений после того, как она пришла в себя, девушка молчала.

То, над чем мучился ум Мира, — приглушение эмоций — вышло у неё без всяких заклинаний и размышлений. Само собой. Но долго это продолжаться не могло. Губы Эноллаиры задрожали.

— Почему? Почему, Лас? — Парень обнял её, понимая, что не может ответить на такой простой вопрос. На такой простой, но такой жуткий. — Почему? Почему это случилось? По… — вопрос захлебнулся в рыданиях.

За окнами сгущались сумерки. Хэйтэн брёл по безлюдным коридором и ни о чём не думал. Темнота пятнами расходилась перед глазами. Ноги еле шагали от усталости, но остановиться не могли. Спустя какое-то время он вышел на балкон, и свежий ветер привёл его в чувство. В фиолетовых глазах появился первый отблеск мысли.

— Вот и не стало их, — произнёс одними губами. На небе россыпью мерцали звёзды. — Сирены меня… — начал он, но споткнулся. Сжав зубы, опёрся руками о перила, но не выдержал, вскинул голову и во всю мочь заорал в это равнодушное небо: — Будь ты проклят, урод! Сирены тебя… СИРЕНЫ ТЕБЯ ПОДЕРИ!..

Он и сам не знал, кому кричал эти бессмысленные слова. Да и не нужно ему было это знать. Сейчас существовало только это непонятное чувство глубоко внутри.

Открывая глаза, что интересно, я ещё ничего не помнил. Так бывает иногда после сильных потрясений: что-то резко поменялось в твоей жизни, но разумом, сердцем это ещё не осознаёшь, живя, видя мир по инерции, по-старому. Пока не найдёт, не окатит внезапным холодным дождём — изменилось. Нет этого, появилось другое, что-то сломалось, а кое-что просто преобразилось до неузнаваемости.

Так и я тупо глядел в потолок, осознавая, что что-то изменилось, но не представляя, что, не понимая, как на это реагировать. Пока мне откровенно не надоело, и я не решил что-нибудь сделать. Подняться и одеться, например. Пока надевал одежду, оказавшуюся рядом, сразу определил, что беспокоить правую руку не стоит. Но тот факт, что при возникшей от нечаянного движения боли я не взвыл и не грохнулся в обморок, говорил мне о двух очень интересных вещах. Первая — валялся я в моём "нездоровом" состоянии без сознания довольно долгое время. И вторая — даже в этом случае рана слишком быстро затянулась, а значит, надо мной поработал целитель.

И вот тут на меня нахлынуло. Да, это был настоящий "обвал" воспоминаний, придавивший меня к земле, расплющивший в лепёшку. Куда уж там "холодному дождю"! Хотя мурашки по коже побежали, как от холода. Особенно, когда вспомнил, как меня чуть не разорвало на частички в этом проклятом телепортационном канале. Но, пожалуй, это была мелочь. А вот факт смерти двоих однокурсников просто не усваивался. Нет, разумом-то я понимал, что всё, умерли Шатр и Раона, стёрло их с лица земли, но вот в душе никак не осознавалось это кроме как недоразумением. Я упорно не хотел верить, что если вот сейчас вернусь в ШМИ, то их там не будет. А если не будет — то это вовсе не значит, что они мертвы. Они есть, где-то далеко — но есть. Не может человек вот так вот кончиться. Не может.

Я нервно усмехнулся, окончательно поднимаясь с кровати и на ватных ногах продвигаясь к окну небольшого номера, видимо, какого-то трактира. Вся эта ситуация напоминала мне смерть Яны. В неё я тоже не верил долгое время, и привело это к довольно странным отношениям с Ниархаррой. Кстати, до сих пор понять не могу, как я к ней отношусь-то?

Сирены! Я прислонился головой к мутному холодному стеклу и зло сцепил зубы. Тут люди умерли, из-за меня, между прочим, а я! Но вместо чувства вины в груди ощущалась лишь холодная, неестественная пустота. И вовсе не из-за меня они умерли, думал кто-то равнодушный и рассудительный внутри. И ничего-то ты не мог сделать. Это бесстрастное нечто, появившееся внутри меня, пугало. Я точно знал, что должен был ощущать вину. И в ответ на эту отчаянную мысль из этой равнодушной глубины пришёл ответ: я не виноват, что они умерли. Но я виноват в том, что ничего не смог сделать.

До сей минуты я и представить не мог, что это — разные вещи. И действительно, сейчас я взглянул на все свои действия словно со стороны. За последнее время я не продвинулся вперёд ни на шаг. По каким-то причинам я словно бы топтался на месте — и даже не пытался двинуться вперёд! Расслабился, сирены меня задуши. Стою тут, нюни распустил, жалуюсь на судьбу. Не плакать надо, а учитывать ошибки прошлого, анализировать и больше никогда их не совершать. Не сгибаться перед лицом несчастий и бед, а с каждой новой — подниматься и улыбаться, черпая из них силы на то, чтобы сражаться… вновь и вновь. Не на поле битвы — так на поле обстоятельств. Не быть нюней, а улыбаться даже в полной заднице — не для того, чтобы показать, что вот я какой стойкий, а для того, чтобы не сгибаться перед проблемой, чтобы потом с гордостью сказать самому себе: я выдержал. А если и не выдержал, то сделать всё, чтобы выдержать в следующий раз!

Переполненный такими пафосными мыслями, я забыл обо всём на свете, и потому момент, когда окно под давлением моего разгорячённого лба резко распахнулось, стал для меня роковым. Следует немного прояснить ситуацию: окно в комнате, где я находился, было довольно низко расположено, так, что моя голова оказалась на уровне его верхней рамы. А поскольку стоял я, упираясь в стекло лбом, повесив руки вдоль тела…

Хорошо, что комната находилась на втором этаже, а прямо под окном оказалась куча какого-то тряпья. Но всё равно последствия оказались впечатляющими. Я лежал на этой куче и глухо стонал, позабыв про все свои дурацкие размышления на тему несгибаемости перед судьбой, мечтая лишь о спасительном, всепоглощающем беспамятстве. Но плечо дико ныло, в обморок падать не получалось, так ведь ещё и голубое чистое небо, словно издеваясь, было таким спокойным и невозмутимым… Для него, для неба, не случилось ничего — ни смерти двух замечательных людей, ни моего неоправданного, позорного бездействия, ни этой глупой, несуразной боли в моём плече. И так всё это во мне перемешалось — боль, досада на собственную глупость и неумение, злость на бесстрастную голубизну небес, на Шикр, на ноющее без конца плечо, но больше всего… Больше всего я злился на то, что люди, умершие там, в ШМИ, оказались действительно дороги мне. Хотя я узнал об этом только после их смерти.

Пока я вот так в буквальном смысле убивался, раздались неуверенные шаги, и небо заслонила чья-то участливая рожа. Впрочем, что она участливая, я понял по голосу — на лицо падала тень, и разглядеть в деталях его было невозможно. Ну, мне было в тот момент всё равно.

— Тебе помочь? — Участливо осведомилась рожа.

Ага, подумал я с досадливой злобой. Добей, будь добр. Говорить членораздельно не получалось, боль в плече ввергала меня в неприятное состояние, в котором я не мог действовать адекватно. Вот будь у меня сила, я бы себе обезболивающие руны начертал, тогда мигом…

Мда. Обошёлся я и без обезболивающих рун! В одно мгновение забыв о боли, я подскочил на месте, и — ну куда уж без продолжения моих несчастий! — стукнулся лбом о подбородок участливого прохожего. Минуту мы валялись на куче тряпья вместе. Пока окно на первом этаже не распахнулось, и из него не раздался насмешливо-покровительственный голос:

— Эй, болезные! Хорош ерундой страдать, заходите лучше по кружке холодного пива хлебнуть!

Сразу забылись все проблемы. Незнакомец помог мне подняться, и мы, слегка пошатываясь (я был, пожалуй, тяжеловат для этого худощавого долговязого парня) через чёрный ход вошли в здание, оказавшееся трёхэтажным трактиром. Парень представился Алром.

В питейном зале царили полумрак и сонная тишина. Это было довольно странно — по расположению солнца на небе я предположил, что сейчас время обеда, когда трактиры обычно битком забиты. Особенно столичные — а то, что это столица, я не сомневался. Ещё когда в том закутке на штыре оказался, понял, где я — только в этом городе могут быть такие несуразные архитектурные извилины. Девушка, окликнувшая нас, сидела за одним из крепких деревянных столов. Кроме неё в помещении была разве что разносчица, которая молчаливо поставила перед нами по кружке пива и ушла куда-то к себе. Трактирщика нигде видно не было.

— Ну, здравствуй, старина! Давно не виделись, — жизнерадостно произнесла девушка, и это обращение — как к старому знакомому, заставило меня повнимательнее к ней присмотреться и попытаться вспомнить…

Итак, её внешность. Что сказать — ничего особенного. Довольно нескладные черты лица: вздёрнутый нос-картошка, россыпь мелких-мелких веснушек, голубовато-серые, узкие глаза, переполненные наглым любопытством, бледнючая кожа и торчащие в разные стороны, кое-как остриженные тёмно-русые волосы. Ко всему прочему добавить нескладное худощавое телосложение, экстравагантный выбор в одежде (такое ощущение, что ей было наплевать, идёт или не идёт ей та или иная вещица, просто нравилась она — и всё) — и картина готова. К слову, о вещицах, кои не очень шли этой особе: на голове, благодаря чему волосы и торчали в разные стороны, была намотана чёрная повязка, придающая незнакомке совершенно разбойничий вид. Разбойничий?

Вот и пригодилась моя хорошая память.

— Селирна? — Осторожно спросил я. — Южный квартал, таверна "Пьяная ночь"?

— Ну, уже, допустим, не таверна, а моя собственная гостиница, — самодовольно провозгласило это нечто, откидываясь на спинку стула. И тут же похвалила: — А у тебя отменная память! — И без каких-либо переходов звонко расхохоталась.

— У тебя тоже, — пытаясь сохранить хладнокровие и явно не преуспевая, ответил я.

— Да, мы друг друга стоим, — и без зазрения совести выхлебала половину моей кружки.

Я буквально чувствовал, как ломается моя невозмутимость, как брови ползут наверх и таращатся глаза. Да и то верно, после всех событий в ШМИ мне почему-то казалось, что день должен посереть, а всё вокруг должно приостановиться — скорбя и стеная над погибшими, в том числе и я сам. Но вместо этого всё продолжало бурлить, двигаться, смеяться…

Селирна, глядя на меня, присвистнула.

— Что смурной-то такой? Радуйся, что живой остался! Эй, ещё пива! — Крикнула мелькнувшей разносчице. И уже мне: — Я-то, когда тебя увидела, думаю: мертвец, леший его. А пригляделась — старый знакомый! Знал бы ты, как я тебе обязана! Та встреча-то мне удачу принесла, врагов-то моих стража всё-таки загребла, а я вон как поднялась! — Она обвела помещение рукой, а я про себя понедоумевал — каким таким боком имею к этому отношение. — Кстати, ты, я вижу, со своим товарищем по несчастью познакомился?

— Товарищем по несчастью? — Хмуро поинтересовался.

— А ты представляешь, тащим мы тебя по переулкам с друганом моим, бац, смотрим — ещё один ползёт! Ну, я думаю, отчего бы и не захватить бедолагу, тем более что он поживей тебя оказался, да ещё зелья лечебные с собой имел. Мы ими тебя, кстати, и вытянули.

Я покосился на Алра. Тот предпочитал отмалчиваться и убито смотреть в кружку.

— Он практически всегда молчит, — влезла Селирна. — Походу, его где-то нехило пришибло. Глаза смурные, ныкается по углам, не знает, куда себя девать. Смотреть жалко! Да и ты что-то не шибко жизнерадостный, — она хитро прищурилась. — А ну, выкладывай!

— С какой стати… — начал я на повышенных тонах, но Селирна возмущённо взмахнула рукой (а в руке была полная кружка с пивом), и моя возмущённая речь прервалась самым курьёзнейшим способом.

Эта стерва хохотала, гладя на облитого с ног до головы меня. А во мне поднималась такая волна злости, что ей-ей, долбанул бы сейчас воздушной молнией и не пожалел!

Последняя мысль резко охладила мой пыл, и я вновь вернулся к тому, что заставило меня стукнуться лбом о подбородок Алра. Нервничая, я ухватил зубами левый рукав и натянул его до локтя. Так и есть.

Чёток не было. Но если их не было, то куда делась моя сила? Вот теперь я мигом пропитался холодным потом. И стало так паршиво, как ещё никогда не было. Я абсолютно точно ощущал себя так, будто моя сила заперта, но чёток на руке не было, да и на остальных частях тела — тоже. И теперь вспомнил — когда очнулся в закоулке, то их уже не было! Я стал обычным человеком? Чётки сгинули в телепорте, а я стал обычным человеком! Машинально я сделал глоток. Затем ещё и ещё. Краем глаза отметил, как заинтересованно пялится на меня Селирна. В мотивах этой дивы я разобраться уже и не чаял. Вот она вновь раскрыла рот…

— Кстати, когда мы тебя нашли, на тебе была мантия.

Но договорить она не успела, раскрылась какая-то боковая дверь, оттуда высунулась рожа подозрительного вида и сделала пару непонятных знаков рукой. Девушка закатила глаза, но поднялась и посоветовала нам "не стесняться и хавать побольше" (разносчица тут же возникла рядом с подносом, полным еды), а ей нужно отлучиться по делам. Лишь увидев еду, я понял, насколько голоден. Кажется, мой "товарищ по несчастью" был голоден не меньше, и где-то полчаса над столом царило лишь хрумканье да чавканье. Затем всё смолкло. Как человек необщительный, заговаривать первым я не собирался, Алр — тем более.

Опять мысли вернулись в прошлое, опять замкнутый круг. Опять безвыходность. Что ж так на меня свалилось-то всё? И что с силой? Что? С-сирены, как тут можно "улыбаться и идти вперёд", когда такая задница?

Так, спокойно, вдох-выдох…

— Тогда был солнечный, тёплый день, — внезапно изрёк Алр, невольно отвлекая от упаднических мыслей. Помолчал, хлебнул пива и посмотрел на меня уже не участливым, а совершенно отсутствующим взглядом. По этому взгляду я понял только одно: сейчас от меня требуется только слушать. Я отбросил все свои мысли в сторону (хотя это было нелегко, и вообще можно было просто притворяться, что слушаешь, пропуская мимо ушей исповедь незнакомого, в общем-то, человека). Мне нужно было срочно отвлечься, иначе я чувствовал, что всё: ещё немного и сломаюсь. — С юга налетал свежий морской ветер, благодаря чему не было жарко. — Тут он нервно усмехнулся и вновь глотнул пива, подняв на меня потемневшие глаза. — Я был в отряде магов, сражающихся в этот день на стороне Шикра. И через час мы должны были идти в наступление.

Был солнечный тёплый день. С юга налетал свежий морской ветер, благодаря которому и не было жарко. Алр прищуренными бледно-карими глазами пытался высмотреть, сколько же войск у противника, но все попытки были бесполезны — мало того, что у них было потрясающее иллюзорное прикрытие, так ведь и сам он находился слишком далеко. А тратить силы на такую мелочь как увеличение изображения не хотелось.

— Да поможет мне Эйнтар, — пробормотал Алр, обращаясь к своему покровителю, богу воды.

— Что, боишься? — раздался позади насмешливый голос Старшей жрицы, и Алр резко обернулся, еле успев стереть с лица гримасу раздражения.

— Моя вера крепка, — с видимым равнодушием отозвался.

— Надо чтобы не крепка, а сильна! — фыркнула невысокая сероглазая женщина, в простых лёгких одеждах. Солнечное облако волос вокруг её головы из последних сил удерживала соломенная шляпа. Загорелое остроносое лицо выражало хищное ожидание, а пухлые губы то и дело растягивались в коварную усмешку. Узкие, близко поставленные глаза, обрамлённые пушистыми синеватыми ресницами, казалось, леденили саму душу.

— Безусловно, Старшая, — смиренно склонился Алр. — Но пока это всё, на что я способен.

— Поэтому-то ты до сих пор принадлежишь к низшему рангу, — сбоку от Старшей жрицы показалась фигура одного из Высших. Серая неприметная личность, обладающая громадной силой веры, и потому постоянно соперничающая со Старшей в ранге. Пока безрезультатно. — Держи, — Утиар, так его звали, небрежно бросил Алру увесистую сумку. — Будешь таскать зелья.

— А что, служителя Инеира нам не выделили? — скрывая досаду (тех, кто носил с собой зелья, в бой не пускали, а потом, после боя, обыкновенно высмеивали как труса, мол, специально напросился на непыльную работёнку) вымолвил Алр.

— У них и так мало целителей, — недовольно ответила Старшая. — Радуйся, что вообще на нас лекарств хватило. У противника, небось, с этим проблем нет, — Она передёрнула плечами и направилась мимо, дальше, куда и шла, — к палатке штаба, где постепенно собирались все Старшие жрецы. — Ах да, — она чуть приостановилась. — В бой не лезь. Это приказ.

Алр тяжело вздохнул. Ему только пару лет назад удалось определить свою предрасположенность и посвятить себя служению Эйнтару. С самых же первых дней оказалось, что его вера слишком слаба для быстрого продвижения вверх по лестнице рангов, которых насчитывалось девять: четыре низших, четыре высших, и один — ранг Старшего жреца. Сейчас он находился на предпоследнем низшем ранге, то есть, уже был не послушником, а младшим монахом, что, в общем-то, не слишком радовало: на этот ранг он перешёл автоматически после двух лет служения Эйнтару.

И вот теперь грянула война. Надо сказать, Алру было абсолютно всё равно, почему их Шикр нападает на королевство Эно. Главное он уяснил давно: маги этого королевства — враги их Богов. Если их не ставить на место, они лишат шикрцев покровителей. Но никто из них не собирается позволить это сделать. Лучшая защита — это нападение, и ради Эйнтара он будет убивать ненавистных ему магов.

Алр встряхнул головой, выпадая из задумчивости. С тоской глянул на оказавшуюся в его руках сумку. Облом, как говорится. Теперь ему придётся быть ходячей сумкой целителя и в нужный момент подсовывать необходимые зелья. Он вдохнул полной грудью свежий воздух и прояснившимся взором окинул окружающее его пространство. И в стороны, и назад, и далеко вперёд раскинулся их лагерь. Сюда были стянуты все основные силы их королевства. Только некоторые жрецы были отправлены на "специальное задание". По-видимому, это было нечто весьма опасное — отбирали если не самых лучших, то самых хитрых, коварных и так далее. Но это неважно. Главное другое: они победят. Не могут не победить, ведь впервые за многие годы Шикру удалось собрать такую большую армию. И не просто собрать, но продвинуться вместе с ней далеко на юго-восток, туда, где противник никак не ожидал их увидеть. И пусть в конце концов они прознали об их плане, пусть. Всё равно уже слишком поздно.

От мыслей его отвлекла возникшая в лагере суета.

— Что, уже пора? — растерянно пробормотал младший монах себе под нос и невольно вздрогнул от пробежавшего по спине предательского холодка. День совершенно внезапно из солнечного и ясного превратился в серый, промозглый, наполненный туманом. Алр моргнул и отогнал непрошеный страх прочь. Всё нормально: это Высшая жрица воззвала к Эйнтару и призвала тучи и туман. Хорошая мысль — море слишком далеко, несмотря на запах, а поблизости, как назло, ни одной речушки. Конечно же, никто и не подумал располагать армию в угоду служителям Эйнтара, и вообще хорошо, что служители Дариэга, бога огня, будут +достаточно далеко от них.

А над их клочком земли собиралась грозовая буря.

Где-то спустя сорок минут, картина поля боя.

— Алр! Зелье от ожогов сюда, немедленно!!

— Кровоостанавливающее! Сюда! Быстрее!!

— АААА!!! Моя нога! Аааалррр!!! А-а-а-а-аа!!!

Грохот, взрыв, и вот уже жреца с оторванной ногой вообще не стало — только полная проклятого пламени огромная воронка. Непрекращающийся взвывающий рёв магических снарядов заглушает вой смерча по левому флангу: там не на жизнь, а насмерть сцепились маги воздуха и жрецы бога ветра, Сефиара. Впереди сущий мрак: в невообразимую кучу сбилась пехота. Где свои, где чужие — не понять, конница куда-то запропастилась, вдали — зарево огня на фоне голубых молний. Враг хитро поступил: каким-то образом ему удалось узнать расположение служителей огня и воды, и теперь они сражались с противоположными стихиями: маги огня непрерывно атаковали служителей Эйнтара, а маги воды — Дариэга. Думать и осматриваться Алру было некогда: да и страшно, если честно. Кровь, казалось, была повсюду, слева, справа, на нём самом… Уже не первый служитель умер на его руках. И это за такое короткое время! Впрочем, ему казалось, что прошло уже не меньше суток. Небо заслоняли густые клубы дыма вперемешку с тучами. Точнее, с их жалкими ошмётками.

— Рассредоточиться! — рыкнула Старшая жрица на сбившихся в кучку монахов низшего ранга. — Держать барьер!

В самом начале призванная гроза была в пух и прах разнесена потрясающим по своей силе ураганом. Враг, казалось, атаковал всюду, со всех сторон.

— Вот оно в чём дело, — проговорила внезапно Старшая, сумев с помощью построенного монахами барьера разглядеть что-то во вражеских рядах. — Сейчас.

Но договорить она не успела — Алр только и смог заметить, как по земле странной змейкой прокатилось зеленоватое свечение, и всё стихло на миг, как будто он оглох. Как-то нелепо взмахнув руками, Старшая жрица стала медленно оседать на землю. Смазанной тенью рядом с ней оказался Утиар, и Алр скорее догадался, чем услышал, как зовут его.

— Лероново зелье, живо! — коротко скомандовали ему. Смертельная бледность на лице Старшей жрицы показывала, что всё серьёзней некуда.

Арл сунул в сумку руку… Наверное, он был сейчас не менее бледен, чем Старшая.

— Его нет.

— Что?

— Зелья нет!!

Короткий отчаянный взгляд, резкий рывок, и сумка оказывается в руках высшего жреца.

Ситуация на поле боя тем временем ухудшалась: по левому флангу убило несколько его соратников, чуть меньше ранило, и лишь немногие упорно продолжали держать защиту (о нападении можно было забыть, особенно после того как из боя выбыла ещё и Старшая).

— Проклятье!! — взвыл обычно спокойный высший жрец. Скрипнул зубами и уже примерился к знаку Старшего жреца на шее умирающей, когда Алр краем глаза заметил валяющуюся в нескольких шагах от него склянку с зельем. Не помня себя от радости, он тряхнул за плечо Утиара и указал в ту сторону, после чего устремился за зельем. Взрытая магическими снарядами земля существенно затруднила движение. Тем временем над головой яростно прогудел огнешар, и сзади раздался взрыв, отчего Алра швырнуло на пару шагов вперёд, прямо к зелью (видимо, чья-то защита дала сбой). Вцепившись в склянку, как утопающий, Алр сжал зубы и пополз обратно. Мимо вновь пролетел огнешар, но уже не взорвался, а бесславно разбился о защиту Утиара.

— И о чём только думает прикрытие? — прочёл по губам высшего жреца Алр, отдавая зелье.

Их прикрытием и одновременно связью с другими частями войска должны были быть служители Саэтэ, бога Разума. Но где-то через двадцать минут после начала боя связь с ними была потеряна. И именно тогда они начали сдавать позиции — хоть и медленно. А теперь вот ещё Старшая, которая, кстати, начала быстро приходить в себя. Очнувшись полностью, она поднялась и, не теряя времени на слова, раскинула руки в стороны и просто, без всяких молитв и песнопений, свела их вместе. Издалека послышался непонятный, но режущий слух звук: как будто в руках неумелого музыканта, обиженно взвыв, лопнула струна.

И перед потрясёнными служителями Эйнтара предстала совершенно другая картина. В небе всё так же безразлично ко всему, что происходило внизу, светило солнце. Казалось совсем недавно перекопанный, перерытый пустырь был практически целым — лишь кое-где, особенно там, где погибли многие из их соратников, зияли выжженные воронки. Совсем рядом шло сражение — служителей бога воздуха не могли одолеть вражеских магов, как впрочем, и они их. А ещё дальше заревом огня пылала грозовая туча; дым практически полностью застилал небо; всё вокруг словно подёрнулось странной пеленой — такова была концентрация магической энергии; вперёд же вообще страшно было смотреть: там дыбилась и сотрясалась сама земля.

Лишь один клочок неба голубел как ни в чём не бывало — над ними. Точнее, не над ними, а над тремя одинокими фигурами, наблюдающимися напротив. Невысокий пепельноволосый человек в небрежной позе с насмешливым прищуром смотрел, казалось, на самого Алра.

— Ай-яй-яй, — с лёгкой досадой произнесла русоволосая зеленоглазая эльфийка, сидящая на корточках и с тоской оглядывающаяся на зарево грозы. — Похоже, нас раскрыли на десять минут раньше, чем я предполагала.

— Вот видишь, я же говорил, — хмыкнул невысокий мужчина. — Теперь ты должна мне ужин в трактире.

— Ха! Вообще-то ты тоже продул: по твоему предположению, они должны были раскрыть нас десять минут назад!

— Это потому что ты специально сбивала их с толку: не понимаю, какой смысл атаковать противника, который тебя не видит.

— Брось, Дион, это, в конце концов, война, здесь все средства хороши, — фыркнула эльфийка, поднимаясь. — Будь у них возможность, они поступили бы точно так же.

— Безусловно, — рассудительно кивнул Дион. — Вот только что-то мне говорит, Нэвэрианэ, что ты просто злишься из-за того, что тебя не взяли на бой против огневиков.

— Чего-чего?

— Заткнитесь, будьте добры. — И из-за спин этих двоих выступила третья фигура — высокая беловолосая дроу с янтарно-золотистыми, пронзительными глазами. — Такое чувство, что вы решили вспомнить годы учёбы в ШМИ.

— Вот уж точно у кого сегодня плохое настроение, — пробурчала Нэвэрианэ и зловеще усмехнулась. — Но думаю это к лучшему: если ты поможешь нам побыстрее закончить здесь, то можно присоединиться…

— Нет, — отрезала дроу. — Закончим и возвращаемся в школу. У меня, — на дне огромных глаз мелькнули алые блики, — плохое предчувствие.

— Согласен, — кивнул Дион. — Как насчёт тебя, Ониа?

В воздухе раздался переливчатый смех.

— Здесь моя работа закончена. Пойду развлекусь в другом месте. — И всё затихло.

Вместе с исчезновением этого странного голоса со всех сторон ринулся разнообразный шум, и только сейчас служители Эйнтара поняли, что всё это время вокруг царила почти полная тишина — звуки боя не доносились до них. Небо раскололось надвое воздушной молнией: следом за ней по воздуху прошла огненная рябь, по земле — зелёная. Приглядевшись, Алр обнаружил источник этой последней волны: связка рун у ног невысокого пепельноволосого мужчины.

Происходящее до сих пор не укладывалось в голове Алра: всё это время они сражались с иллюзиями. Всё это время им противостояло всего четверо.

Раздался оглушительный взрыв, и Алра откинуло далеко в сторону. Поднявшись, он обнаружил, что левым ухом ничего не слышит. Из носа сочилась кровь. Скосив глаза, он еле разглядел в сиянии странных вспышек Старшую: похоже, она всерьёз схлестнулась с тёмной эльфийкой. Засада. О ней в Шикре слышали, и немало. Чуть ближе к Алру (опасно близко) — Утиар противостоял светлой эльфийке. Решив не обращать внимание на сражающихся, Алр быстро пополз к Орону, также высшему жрецу, почти не уступающему по силе Утиару: в самом начале боя он был подло (как теперь оказалось) выведен из строя огнешаром. Продвигаясь к нему, Алр внезапно задумался. Стратегия врага оказалась в сто раз продуманне. Те, кто противостоял им сейчас, насколько он понял, были магом огня, иллюзий, воздуха и алхимиком. Ещё в самом начале они уже находились в заблуждении о количестве и расположении противника, затем воздушница разогнала тучи Старшей, а эта, огненная, атаковала исподтишка самых опасных служителей. Да ещё этот алхимик чуть не убил саму Старшую. Хорошо хоть, оказалось, что и они не лыком шиты, но всё же, всё же! Сколько сил и времени потрачено на эту иллюзию! Куда пропали служители Саэтэ? Почему никто не догадался всучить им пару служителей Сефиара? На примере врага можно легко убедиться, что комбинированные силы гораздо более эффективны.

Пока он так размышлял, до Орона осталась лишь пара шагов. И он, пожалуй, дополз бы до него, если б не был замечен алхимиком.

— А-а-а-а! — завопил, не помня себя Алр, и, видя, как приближается к нему зеленоватая рябь, последним усилием позвал воду из глубин самой земли. ТАК горячо он ещё никогда не молился. Зелёная рябь споткнулась о барьер и… пошла дальше, но не широкой полосой, а тонкой, еле видимой чертой. Из последних сил оттолкнувшись от земли, парень с усилием её перепрыгнул. И тут же рванул в сторону Орона, уже привычными движениями отыскивая нужное зелье.

— Ну же, ну же, очни-и-ись, — прошипел Алр, хотя даже сам себя не услышал. Невдалеке, с интересом глядя на то, что осталось от его ряби, стоял алхимик.

Орон несмело приоткрыл левый глаз, разглядел Алра над собой и передумал открывать второй. Но в следующее мгновение он резво подпрыгнул, отпихнул монаха и выставил перед собой барьер. Всё та же зеленоватая рябь бесславно разбилась об него.

— О, — произнёс подошедший уже ближе алхимик. — Это уже куда серьёзнее.

— Что здесь творится? — Перекрикивая грохот от сражения эльфийки с Утиаром, спросил Орон.

— Какая разница, просто убей его! — Взвыл в ответ Алр, и бросился на помощь другому монаху, лежащему неподалёку. К нему уже подскочили ответственные за вынос раненных, но тот был так плох, что мог и не дожить до госпиталя.

Однако в разговор внезапно вмешался вражеский алхимик.

— Ваша стратегия не оправдала ожиданий, и вы проигрываете, — хладнокровно активируя уже готовые на земле рунические связки, выдал он Орону. — Притом весьма позорно. Не думал, что Шикр настолько слаб в плане магии. Все разведданные докладывали об обратном.

— Не заговаривай зубы, — прокричал в ответ Орон, каким-то чудом успевая контратаковать. — Нашу стратегию продумал сам Верховный жрец! Она просто не может быть…

— Занятно, — спокойно перебил его алхимик. Как ни странно, ему не приходилось перекрикивать шум боя: всё, что он говорил, было идеально слышно. — Должно быть, ваш Верховный решил от вас избавиться.

Говоря, он не переставал атаковать. Служитель Эйнтара с трудом противостоял ему, но услышав последнюю фразу, резко замер.

— Моя вера непоколебима, — тихо произнёс в ответ Орон.

И по тому, как он это произнёс, стало совершенно ясно, что он сильно разозлился. Это доказывалось хотя бы тем, что сразу же через несколько мгновений алхимику пришлось отступить перед напором его атак, одна из которых, кстати, чуть не задела самого Алра, после чего он решил отодвинуться от этих двоих куда подальше. Но отступив от них, он попал из огня да в полымя: атака эльфийки прошла буквально в шаге от него. Алр метнулся в другую сторону, но и там его ждала засада — клятая дроу, как безумная разбрасывалась жуткими заклинаниями. Впрочем, Старшая от неё не отставала, и ему прилетело уже и от неё: сначала приподняло в воздух, а затем ещё и швырнуло в сторону, после чего ударило оземь и закатило в одну из воронок.

— Да, да что же это? — чуть не всхлипнул он, чувствуя острую боль в рёбрах. Выглянул было из воронки, но тут же нырнул обратно: мимо с треском пронеслось какое-то огненное заклятие, природу которого понять он уже не мог. В стороне, куда оно улетело, что-то дико ухнуло, и землю ощутимо тряхнуло.

— Помоги мне, Эйнтар, — скрипнул зубами Алр и, покрепче сжав рукой сумку, чудом оставшуюся при нём, вновь решился выглянуть из своего укрытия. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как алыми искрами засияла рунная связка алхимика, и от неё широкой дугой (как раз в сторону Алра) разошлась по воздуху бирюзовая рябь.

— Эйнтаааар! — взвыл Алр и, не выдержав, закрыл глаза, каким-то седьмым чувством понимая, что ЭТО ему уже ничем не остановить. Шли мгновенья, но ничего не происходило. В голову приходили одна мысль за другой: и что он уже умер, только не чувствует, и что, должно быть, теперь его будет окружать вечная темнота. Он даже, казалось, ничего не слышал, пока ухо не резанул чей-то насмешливый хмык, и не прозвучал до боли весёлый и жизнерадостный голос.

— Ты смотри-ка куда нас занесло, Саир! Любопытная картинка, а?

— Я тебе покажу "любопытная"! Какого лешего мы здесь оказались? Разве мы не телепортировались из столицы в Аденин, восточный порт королевства Эно?

— Ну, видимо, при последней подзарядке его пространственные настройки сбились.

Ещё не веря, но уже до жути надеясь, Алр медленно разлепил глаза. И узрел чуть сбоку и впереди чью-то фигуру.

— Ваэлл, — угрожающе произнесла крыса на плече фигуры. — Хочешь, чтобы я тебе ухо отгрыз?

Фигура повернула голову к животному и в уже заплывшем тучами, но всё ещё просвечивающем их солнце мелькнули красноватые отблески в глазах и волосах.

— Да грызи, всё равно новое отрастёт! — и незнакомый парень улыбнулся, демонстрируя довольно длинные клыки.

— Вот ещё, гадость такую, — буркнул крыс.

— Спаси меня Эйнтар… — только и смог проговорить Алр.

Лучше бы он молчал: и крыса, и вампир отчётливо его услышали.

— Как интересно, — произнесли они почти хором, подходя ближе, а парень тем временем рассмотрел, благодаря чему он всё ещё жив — вокруг вампира и его "домашнего зверька" чадящей чёрной полосой расходился барьер. Каким-то чудом в него угодил и Алр. Самым интересным было то, что никто из вражеских магов внимания на новых участников неразберихи не обратил, продолжая изощряться в магическом искусстве, правда, уже не так красочно — в основном, противники застыли друг против друга: бой вёлся на уровне, не подвластном взгляду Алра. Правда, не весь бой. Мимо пронеслось светящееся синим пламенем заклинание, ударилось о землю, мячиком отскочило вертикально вверх и рассыпалось там веером огненных молний.

— Ну-ка, друг, давай, расскажи нам, где это мы, — заговорил было крыс, но осёкся, наблюдая за тем, как об их барьер ударилось ещё одно огненное заклятие, но не рассыпалось, а растеклось, жадными огненными щупальцами налипнув на защиту и с чмоканьем высасывая энергию.

— Ийя-хха, — с азартным воплем наскакивала на Утиара эльфийка. Заклинания сыпались из неё, как горох, и, казалось, никаких усилий ей не стоили.

— Гор-рячая штучка, — только и смог выдохнуть вампир.

Крыс повёл усами и выдал:

— Смываемся. Скоро эта "горячая штучка" нас поджарит. — И верно, от барьера уже мало что оставалось, и вампир с крысой на плече поспешил отойти подальше от опасного огня-пожирателя, разрастающегося от поглощающейся им энергии. На ватных руках и ногах отодвинулся оттуда и Алр.

— Так где это мы? — доставая из-под плаща шляпу, встряхивая и надевая её, поинтересовался вампир, сверкнув в сторону монаха озорными красными глазищами.

— На поле сражения. — Выдавил Алр охрипшим голосом и закашлялся: слева горела степь, и дым курился уже довольно густо. — Между королевством Эно и Шикром.

— Да-а-а? — задумчиво протянул вампир, с любопытством наблюдая за эльфийкой. — И кто побеждает?

Левое веко у Алра дёрнулось, но к счастью отвечать не пришлось: со стороны дроу внезапно прилетело какое-то заклинание, разметавшее дым, но при этом сбившее всех с ног.

— О, смотри, смотри! — первым пришёл в себя крыс, благополучно переживший бурю в шляпе вампира: тот так в неё вцепился, что было очевидно: её он не отпустит ни за что.

А посмотреть тем временем было на что. Вражеский алхимик внезапно исчез и оказался прямо за спиной Орона. Тот, конечно, успел среагировать, но это было ещё не всё: пара непонятных взмахов рукой, и мантия врага летит в сторону, на ней внезапно вспыхивает алая вязь и…

Ослепительная вспышка, после которой ветер уносит один лишь пепел.

— Проклятье, если бы хоть немного воды-ы-ы-ы! — не выдержал Алр. — Эйнтар!! — вскочил было, чтобы ринуться в бой, но споткнулся и проехался носом по земле, благодаря чему был замечен алхимиком. Ещё пара мгновений — и лежать бы ему рядом с остальными погибшими, но с левого фланга раздался свист, и атака врага была перебита ледяным копьём.

— Подкрепление? — хмыкнул позади вампир и добавил: — Можешь не дёргаться, кажется, тут и без тебя хватает потенциальных мертвецов.

И снова — грохот, безумный вой, смерть, кровь, пламя, грохот, вой, пламя… И эти двое, бесстрастно за всем наблюдающие.

— Слушай, Ваэлл, давай уже используем твой дефектный артефакт и смоемся отсюда поскорее! — нервничал крыс.

— Не-е-ет, ну ты подожди, гляди как здесь интересно! — не соглашался вампир, блестящими глазами с азартом наблюдая за тем, как русоволосая эльфийка отбивается уже сразу от нескольких противников.

Отрешённым, почти безумным взглядом наблюдал за всем этим и сам Алр. В сердце противными щупальцами вцепилось полное безразличие ко всему происходящему. И тут в какой-то момент в его голове закружились строки какой-то песни, но отбрасывать их он не стал: молитвы Эйнтару в его исполнении пользы не приносили, да и молил он лишь об одном, успев порядком надоесть этим непонятной парочке пришельцев, — о воде. Песня была совершенно незнакомой, но каким-то образом она укладывалась своим ритмом в грохот того безумия, что происходил вокруг.

Та-дам!

Разбит на тысячу осколков мир!

Та-дам!

И боль в груди дотла сжигает всё!!

Та-дам!!

Сражайся: убивай или умри!

Та-да-амм!..

Пока ты жив… Пока живой ещё!

С грохотом разлетелась на осколки земля в пяти шагах от него, и Алр еле успел выставить барьер: ещё чуть-чуть, и снесло бы ему голову.

И руки до плеча твои в крови!..

В крови душа, в крови и разум тоже!

Сражайся: убивай или умри!

Что слышу я? Ты всё кричишь "О боже"?..

Не выдержав, Алр рассмеялся. Сначала тихо, а затем всё громче и громче. Внезапно ему всё показалось до боли смешным: Верховный со своей стратегией, Старшая жрица со своим "надо чтоб не крепка, а сильна…". Но самым смешным ему казался он сам, мелкий, возомнивший себя невесть кем червяк, за каким-то лешим объявивший себя служителем самого Эйнтара.

Да, разорви весь мир рукой!

Та-дам!!

Испей же смерть до дна своей душою!

Запомни: этот мир навеки твой!

Ты здесь рождён одной сплошной войною.

Та-дам…

— Эй, парень, — вывел Алра из какого-то непонятного транса задумчиво-тревожный голос вампира. Слышать подобные интонации от него было необычно, и монах встрепенулся, подняв глаза. — Это не ты тут всё молил "Эйнта-а-ар, воды мне, воды-ы-ы"? — Алр неуверенно кивнул (хотя просил он не так). — Ну так, любуйся, и радуйся, — и с похоронно-мрачным выражением лица Ваэлл указал на юг. — Ты добился своего.

Алр медленно повернул разом задеревеневшую шею и открыл рот, выпучив глаза. Посмотреть было на что: с юга совершенно непринуждённо надвигалась огромная волна. Высота её пока была мало определима, но, учитывая то, насколько она пока ещё была далеко и с какой скоростью двигалась…

— Эйнтар!.. — выдохнул Алр, и в этот раз священное имя бога прозвучало в его устах как ругательство.

Выдав всё до последнего момента Алр замолчал.

— Ну! — не выдержал я. — Дальше-то что было?

За время рассказа шикрец заметно оживился, глаза лихорадочно заблестели, а когда он пересказывал песню, то даже руками размахивал. Сейчас он немного выдохся и с интересом оглядывал стол в поисках закуски — кружку пива он уже выдул, и не одну. Но напрасно его жадные глаза что-либо искали: взволнованный его рассказом, я съел всё подчистую, сам того не заметив.

— А что дальше? Эта дроу, она просто святая, — откровенно признался Алр, отчего меня немного покоробило. — Честно, я и не надеялся оторвать всех от сражения, но она тоже внезапно заметила надвигающуюся катастрофу. Ну, а дальше для неё всё было делом техники: как я понял, она владела также и магией разума — о волне было сообщено всем командующим, притом не только армией Эно, но и нашей. Далее в считанные мгновения была осуществлена массовая телепортация, в которой участвовала и она, и тот алхимик (притом телепортировали всех без разбору, что наших, что ваших в Шикрский лес). — Алр перевёл дух. — Наши тоже подключились к телепортации, притом те, кто осуществлял перемещение, должны были оставаться до конца — пространственные каналы строились быстро, а потому существовало множество ограничений. Затем все отбыли, а эта дроу с группой магов отправилась предупреждать и перебрасывать жителей сёл и деревень — волна обещала дойти даже до них, — тут он тяжело вздохнул. — И так почти по всему южному побережью.

— А ты как здесь оказался? — я подался вперёд.

— Как только началась паника (которую с трудом потом уняла всё та же дроу), эти двое, ну, крыс и вампир, предложили мне руку помощи, — Алр скривился. — А я как-то не обратил внимание на их разговор со сбитыми пространственными настройками.

Я еле сдержал хохот. Вот уж не думал, что когда-нибудь услышу об этой парочке, тем более не ожидал, что они окажутся вместе. Но тут же весёлые мысли угасли под напором одной — существенно важной.

— Постой, ты говорил, что каждый из вас служит одному богу, да?

— Ну…

— А такое может быть, чтобы сразу двум?

Алр призадумался.

— Да, безусловно, но, обычно это идёт в убыток силе веры. Если же всё иначе, то есть, наоборот, то это случается очень редко. У нас, кстати, был такой высший жрец. Но его забрали на специальное задание, — запомнить, кивнул себе я. — Хотя, ты знаешь, ходят слухи, что наш Верховный способен общаться сразу со всеми богами.

Я подавился хлебом и еле откашлялся. Видя недоумённое лицо Алра, поинтересовался:

— А что теперь с войной?

— Хмм, — в каких-то бледно-карих глазах монаха мелькнуло сожаление. — Говорят, главы наших королевств хотят заключить мир, — я слегка опешил. — Но есть пара довольно неприятных моментов. Оказывается, пока мы там сражались на поле боя, группа наших жрецов проникла в столицу Эно и атаковала Школу Магических Искусств, в которой на тот момент оказались одни бывшие первокурсники. Результат — сколько-то из них погибло, а само здание не пригодно для использования: говорят, пока что даже самый сильный маг земли не смог избавиться от огромного дерева, превратившего замок в руины. Хотя это строго скрывают.

— Откуда же ты это знаешь?

— Слухи, — развёл руками Алр. — Но это ещё не всё. Самый неприятный момент это то, что в это же время кто-то проник в королевскую резиденцию и убил действующего короля, так что на трон в спешном порядке возвели его старшего сына. Эй, ты чего?

Я который раз подавился едой.

— Н…ничего, — откашлявшись, выдал я, отводя глаза.

— Знаешь, — внезапно выдал Алр. — Когда тебя нашли, ты был в мантии. И если бы я чётко не видел, что никакой магической силы у тебя нет… Куда ты?

Я поднялся и сверху вниз посмотрел на него задумчивым взглядом. Высокий худощавый парень с бледным веснушчатым лицом и каштановыми короткими волосами. Плюс совершенно трезвый пытливый взгляд. Я растянул губы в улыбке и выдал:

— Душновато здесь, пойду прогуляюсь.

И, чувствуя на спине удивлённый взгляд Алра, вышел на улицу, где уже наступил вечер, и прохладный ветер освежил мою разгорячённую голову. Немного удивлённый непривычным ощущением, провёл рукой по голове. Так и есть. Похоже, телепортационный канал меня постриг. Не налысо, но уши уже не прикрывает.

Я тихо хмыкнул, распрямил плечи, нацепил своё привычное выражение лица (да-да, то самое), сделал два уверенных шага от парадного входа гостиницы, эффектно полуобернулся и вскинул глаза на здание.

И следующие несколько долгих минут хохотал, как безумный.

Над дверью, рядом с зачёркнутой крест-накрест табличкой "Пристанище" красовалась надпись "Пьяная ночь", а внизу мелким почерком приписка…

"Тольк для братвы".

Спустя какое-то время я вновь был в той самой комнате, где очнулся вначале. Я вновь смотрел в потолок, но теперь в голове было предельно ясно. Эмоции отошли на второй план, уступив место бесстрастному разуму, который по полочкам раскладывал не только услышанное, но и всё произошедшее. Вновь. Но уже с более конкретной целью. Ведь верно говорят, когда ты знаешь куда идти, то и идти гораздо проще. Цель и была тем, куда мне надо было идти.

Картина складывалась любопытная. Одна из самых главных, животрепещущих проблем это, конечно, моя сила. Насчёт этого некоторые намётки имеются: нужно покопаться в памяти и вспомнить, какие же конкретно руны я внёс во всю эту безумную конструкцию. Сдаётся мне, что после того, как одна из рун оказалась сама по себе активирована, остальные тоже вполне могут выкинуть такой же номер. И вот тут уже начнутся проблемы.

Вторая проблема, даже, скорее, не проблема, а так… Стоит ли мне возвращаться в ШМИ? Особенно, после того, что там случилось. Ох, что-то мне не хочется туда соваться и встречаться с Элдарой и прочими… лицами. И вообще, смотреть не хочется на эти лица. И так неприятные воспоминания режут душу.

Третья проблема заключается не в том, что мне делать теперь (о чём я думал раньше), а как осуществить задуманное.

Дело в том, что я на сто процентов уверен, что этот шикрский Верховный жрец и есть знаменитый Мастер. Думаю, он сам по себе большая проблема, которую необходимо решить. И опять вопрос… как? Я сжал зубы и потёр виски. Похоже, моя голова не способна родить ни одной достаточно свежей мысли. Высплюсь, потом решу все эти проблемы. Обязательно…

Нужно раз и навсегда избавиться от этой занозы с красивой табличкой "Мастер".

Створки окна с силой ударились о ставни. Грохот от удара растворился в раскате грома.

— Что творится-то. И куда погодники смотрят? — изумлённо проговорил я.

— Говорят, после катастрофы на юге у них появились куда более важные дела, чем слежение за состоянием погоды в столице, — пожал плечами Алр, еле сдержав зевок. Короткие каштановые волосы на его голове представляли собой картину "После боя". То есть, стояли дыбом и никаким попыткам своего хозяина привести их в нормальный вид не поддавались. В одежде, выданной Селирной, с помятой со сна рожей и кривой вилкой в руке он меньше всего походил на монаха. Единственное, что хоть немного намекало на его принадлежность к шикрцам — вдохновенно-фанатичное выражение глаз. Впрочем, всё портил вид крючковатого носа и тонких губ, так и норовивших расплыться в ехидную усмешку. Уже после пары дней знакомства я сообразил, что рядом с наивным и доверчивым парнем в одном теле каким-то образом уживается хитрая сволочь, имеющая какие-то свои, никому не понятные цели. Большую часть времени "хитрая сволочь" спала, уступая место добродушному и слегка пугливому юноше. По какой причине всё это происходило, я понять не мог — ну не умею я разбираться в людях. Впрочем, у меня хватало своих проблем. За окном вновь сурово взвыл ветер. — Да закрой ты уже его, — поморщился Алр, когда стекло угрожающе зазвенело. — Иначе Селирна заставит нас в такую-то погоду переться за новым. Притом за наши деньги, а ты же знаешь, сколько стоит эта ерунда.

Я вздохнул. Деньги у меня были: не такой уж я дурак, чтобы хранить все сбережения в ШМИ. Так что, как только выдалась свободная минутка, по-быстрому сгонял за заначкой. Прошла уже неделя с тех пор, как я очнулся. Сила пока ко мне не вернулась, и я уже знал, почему — передо мной лежал развёрнутый лист бумаги со схемой использованных мной на чётках рунных связок. Связку, отвечающую за вытягивание моей силы я нашёл быстро. Точнее, две связки: сами по себе они были не способны на такое, но вме-е-есте… Похоже, когда я помещал их рядом, то был немного не в себе.

Идиот.

Но худшее было ещё впереди. Когда я составлял вязь, я не обращал внимания на способ распределения энергии, так что он должен был оказаться совершенно случайным. И вот результат: заполнив и активировав тупиковые связки, энергия стала равномерно распределяться по кругу. Тупиковые связки — ответвления, в которых и должна была скапливаться энергия, которую я отдавал чёткам.

Их было три. Две — те самые, которые стали поглощать мою энергию самостоятельно. Третья — отправившая эти проклятые чётки в другое измерение. Да-да, именно так. "Артефакт" по всем признакам всё ещё был на моей руке. Просто в другом измерении. По идее, следующая за этой связка рун, активировавшись, должна была дезактивировать её. Но… Для её активации нужно было заполнить энергией ВСЕ связки. Ну нет, если бы я видел чётки и вязь, то наверняка мог бы изменить положение дел — добавив пару черт. Вот только здесь вставала первая и самая главная проблема. Чтобы это сделать, нужно было вынуть чётки из измерения, в котором они находились. А чтобы вынуть их, нужно было убрать эту связку.

Замкнутый круг. В таком случае, даже если бы я попросил помощи со стороны (то бишь, у Элдары), вряд ли она смогла что-нибудь сделать. А если б и смогла — отобрала бы чётки, а этого мне что-то не хочется. Но силу-то нужно вернуть.

Окно вновь обижено звякнуло стеклом, и я поднялся, чтобы его закрыть.

— При определённом знании магических переплетений и крепости меча можно сделать всё, что угодно, — пробормотал я себе под нос, задвигая щеколду. — Самовлюблённый болван, сирены меня…

Входная дверь хлопнула, впуская внутрь помещения горячий грозовой воздух.

— Сидите, птенчики? — жизнерадостно провозгласила Селирна. — Ух, погода как с цепи сорвалась. Вот это по мне, это мне нравится! Представляете, с крыши дома купца Сафетила черепицу только так посносило…

— Злорадствуешь? — буркнул я, недовольный столь бесцеремонным нарушением моих размышлений.

— Констатирую факт! — отмахнулась веснушчатая. — А что это у нас за гробовая атмосфера? Алрчик, душенька, сострой личико попроще, а то вилка в зубах застрянет.

"Алрчик" подавился куриной косточкой, которую жевал в этот момент. Откашлялся и произнёс с еле скрываемым недовольством:

— И вам приятного вечера, госпожа Селирна.

— Ой, какая я тебе госпожа?! — фыркнула та, примащивая свою тощую задницу напротив Алра. — Пива мне! — и уже монаху: — Хорошие новости: с Шикром заключён мир, так что можешь расслабиться и гулять по городу.

— Типа, выметайся отсюда, пока цел? — хмуро пробубнил Алр, забыв проглотить кусок хлеба. — Хорошо, найду другую гостиницу.

— Эй-эй, что за претензии, уважаемый? — тонкие брови смешно сошлись на переносице. — Я это к тому, что закончился период бесплатного проживания! Сколько можно жить за счёт девушки? А ты там не фыркай, тебя это тоже касается!

— Я предлагал тебе деньги ещё три дня назад. Ты отказалась.

— Ну и что? Я же не сказала, что насовсем. Кстати, об этом, — Селирна развернулась ко мне, вперив в меня пронзительный и от того немного неприятный взгляд. — Мне в команде нужен маг. Приглашаю, — и хитро улыбнулась. — Не отпирайся, мы видели твою мантию. Хоть ты и первокурсник, среди нашего люда даже такие маги в цене.

Я отвернулся к окну, вычёркивая один пунктик из моего плана действий. Так вот какая на самом деле была цель у этой девицы.

— Ну, ты, наверное, слышала, что при нападении шикрцев на ШМИ, в ней находились первокурсники? — спиной я почувствовал, как напряглись Селирна и Алр. — Я был среди них. К сожалению, во время боя я потерял свою силу.

Тишина.

— Странно, ни разу не слышал о молитвах или заклинаниях, способных на такое, — пробормотал Алр. — Должно быть, это ужасно.

Я молчал, пронзённый внезапной, но от этого ещё более жуткой мыслью. А ведь такое заклинание существует. И мне ничего не стоит запудрить голову одному монаху, заставить его активировать пентаграмму (в его случае сила магии равна силе веры, а значит, он сможет…) и вновь стать полноценным магом. От подобной перспективы бросило в жар, и я поспешно распахнул окно вновь, так как воздуха в зале стало внезапно не хватать.

— А чем тебе Алр не подходит? — отдышавшись, поинтересовался у Селирны я. — Хоть он и не совсем маг, но тем не менее…

— Нет. — Я обернулся, удивлённый столь резким отказом. — Знаешь, почему Шикр до сих пор не победил Эно, хотя их молитвы способны на гораздо более сильные атаки, чем ваши? — я вопросительно посмотрел на Алра. Тот развёл руками. — На молитвы, и прочую святую дребедень уходит гораздо больше времени, чем на заклинания.

— Ну не скажи…

— Разница совсем небольшая. Но она есть, и одно это уже спасло многим магам жизнь.

Я задумчиво потёр подбородок. Что-то не заметил. Ну ладно, возможно, уровень тех шикрцев был слишком высок, чтобы можно было сравнивать.

— Ну ладно, нет, так нет, поищем кого другого, — стараясь скрыть разочарование, проговорила Селирна. — Если что, я наверху.

Я проводил её задумчивым взглядом.

— Ты поэтому не возвращаешься к ним? — с интересом проговорил Алр, и его хитрющие глаза вперились в меня. — А если тебе там могут помочь?

Я скептически хмыкнул, выражая тем самым все свои сомнения по данному поводу.

— Ну, дело твоё, — и Алр с аппетитом вгрызся в куриную ножку.

Несколько минут я наблюдал за ним, отмечая отсутствие всяких мыслей в моей голове.

— Знаешь, мы, шикрцы, практически не используем свою силу. — Обгладывая кость, поделился со мной знанием монах.

— Да? — вяло отозвался я, любуясь очередной молнией за окном. Тучи натужно вздыхали, но всё никак не могли разразиться дождём.

— Существует легенда о том, что наши собственные магические силы приводят в движение силы всего окружающего мира, заставляя служить их нам. Так было когда-то давно. Но затем люди стали злоупотреблять своей властью и мир вознегодовал. Он отказался отдавать свою силу на услужение людям и придумал им наказание: каждый раз, когда кто-нибудь пытается воспользоваться его силой, он насылает на всех людей катастрофы — такие, как, например, затопление южного побережья нашего материка. Большинство людей-магов отказалось в это поверить и продолжило с упорством подчинять себе силу мира. Маги были достаточно сильны, чтобы защитить себя, но не простых людей. И возроптали тогда простые люди, воззвали к миру, прося о пощаде, ибо невиновны были они в злодеяниях магов. И явил мир этим людям своего первого слугу, а он поведал им, что есть способ противостоять зарвавшимся магам. И стал слуга мира Верховным жрецом, и научил он простых людей, как взвывать к силам Богов, что вне этого мира. И родился тогда праведный народ Служителей Богов, не пытающийся подчинить силу мира, но изо всех сил защищающий его… — Алр ненадолго прекратил свой монолог, за время которого голос у него стал заунывно-напевным и довольно напыщенным. Парень явно кого-то копировал. — Но были сильны маги, и длилась священная война, когда тайно, когда открыто, ни много ни мало тысячу лет! — и он вернулся к курице, от которой осталось одно крыло. — Священное писание том первый глава вторая страница вторая, — пробубнил он, уже жуя. — Как тебе? Вообще-то это держится в секрете и рассказывается только вступившим в услужение богам. Просто я подумал, что тебе можно будет рассказать. Кроме того, если ты захочешь, то, возможно, и сам сможешь стать служителем. Ммм? Мир, ты чего молчишь?

Очередной порыв ветра с силой и злостью дёрнул створку окна, и стекло, не выдержав, треснуло с обиженным звоном. Мелькнула молния, и шум начавшегося ливня слился с раскатом грома.

Я сидел под этим самым окном на земляном полу, ловил за шиворот холодные капли и глупо улыбался. Много позже я решил — хорошо, что моя сила была заперта. Кто знает, что бы произошло. Но тогда все мои мысли были заняты одним. Знает ли об этой легенде совет архимагстров? А если знает…

Сирены, я был уверен, что знает.

Брист обвёл архимагистров задумчивым взглядом.

— Ваше величество, на вашем месте я бы озаботился материальным обеспечением пострадавших во время катастрофы. Когда я возвращался из… с юга, я заметил, что назревают волнения.

— Вы же понимаете, что после военной кампании казна пуста больше чем наполовину. Кроме того, нарушены морские торговые пути.

— Ничего не поделаешь, придётся влезать в долги. Северные страны, насколько я могу судить, вообще не пострадали, а дипломатические отношения с ними были более чем тёплыми.

— Послушайте, я вполне понимаю сложившуюся ситуацию, не стоит контролировать каждый мой шаг. Эти разговоры бессмысленны: северные страны терпеть не могут веру Шикра, а после того как мы заключили с ним мир, нас приписали к нему как сообщников. Ведь и Вария, и прочие страны уверены, что мы в любой момент могли стереть их с лица земли.

— А это не так?

Усталый взгляд Кирано был ему ответом.

— Давайте займёмся вашими проблемами, ведь это именно из-за них мы собрались. Проблемы государства я обсужу со своими министрами.

Брист нахмурился, но возражать не стал.

— Говори, Кхарнеол.

Главный придворный маг поднялся с места.

— Как было уже сказано, я отправился в Эйран, возле которого располагался полигон для прохождения практического экзамена третьего и четвёртого курса. Там я обнаружил тела мёртвых экзаменаторов и заплутавший в лабиринтах полигона третий курс, — тут он немного помедлил. — Трое учеников погибли, их имена я предоставлял Элдаре, родственникам уже сообщили и отослали тела. Тело Орэна Хеннаврита, а так же тела учеников четвёртого курса обнаружены не были.

— Причины произошедшего? — нахмурилась Элдара.

— Экзаменаторов убил маг, обрывки ауры указывают на Аэрка. Ученики третьего курса погибли от ловушек, установленных на полигоне.

— Такое уже случалось, — кивнул Брист.

— Я проверил ловушки. Их уровень не соответствовал уровню экзаменуемых. — Возразил Кхарнеол.

— Вот как.

Ненадолго наступила тишина. Каждый думал о своём.

— Что с Шикром, Дрэн?

— Постепенно отзывают армию назад. Их страна также пострадала из-за затопления, но тем не менее они предложили оставить в помощь несколько частей своей армии, в частности, служителей Эйнтара — Бога воды.

— Хорошая помощь. Но подозрительная, — прищурилась Фильоана.

— У тебя своё задание, — перебила её Элдара. — Кстати о нём: что ты узнала?

— Только одно. За всеми действиями Шикра стоит Верховный жрец. Он же, вероятно, Мастер. Местоположение — Храм Всех Богов. Причина, по которой он так бездарно использовал войска Шикра, им самим не известна. Исходя из того, что мы знаем о Мастере, можно предположить несколько вариантов. Первый — и мы, и шикрцы ему наскучили, — Фильоана прищурила ледяные глаза и зло сжала тонкие губы. — Второй — он прикрывал этим широкомасштабным действием какую-то другую заварушку. И третий. Возможно, он испугался, что через какое-то время мы станем сильнее него и попытался нас уничтожить. Однако все эти варианты — лишь самые вероятные из многих. Какой бы сволочью он ни был, заметать следы Мастер всегда умел лучше, чем кто-либо другой.

— В общем, ничего ты не узнала, — фыркнула Туэнэа. — Про Храм Всех Богов и Верховного жреца я докладывала уже давно. Остальное очевидно.

— Помолчи, тоже мне, разведчица. Не тебя ли с позором вышвырнули из Шикра?

— Я сама вернулась оттуда.

— О да, чем не отговорка?

— Да я…

— Хватит. — Резко оборвал спорщиц Брист. — Атаковать Храм Всех Богов в лоб — безумие. Во-первых, это святыня наших новых союзников. Во-вторых, это оплот Мастера, так что нас ждёт там только хорошо приготовленная ловушка.

— Значит, опять ждём действий противника и контратакуем? — подняла бровь Элдара.

— Почти. Сейчас самое главное — восстановить страну. И наши ряды. — Брист обвёл всех тяжёлым взглядом. — Теперь нас всего лишь пятеро.

— Кх-кхм, — скромно кашлянула Элдара.

— Шестеро, — вздохнул Брист. — Кстати, ваше величество, как дела с Орденом?

— Они согласны, — проговорил бывший принц, и на его лице впервые за многие дни мелькнуло облегчение. — Как только эвакуация закончится, они прибудут в столицу.

— Вы уверены, что идея о восстановлении этого вида магов разумна? — недовольно проговорила Фильоана. — Кроме взаимной ненависти существует опасность со стороны Мастера.

— Если бы он мог, он давным-давно использовал это против Элиаса и Кирано, — покачал головой Брист. — Время его влияния на некромантов прошло. А у нас появился довольно могущественный союзник.

— Осталось только одно, — хмыкнула Туэнэа. — Убедить народ в их лояльности.

— Это будет трудно, — согласился Кхарнеол, весь погруженный в себя. Смерть друзей — Раэннола и Орэна здорово его подкосили.

— Вот ты этим и займёшься, — кивнул Брист. — Тебе стоит отвлечься.

— Но…

— Элдара, ты как? — Брист повернулся к дроу. — Мне жаль твоего ученика.

— Он жив.

— Секунду, он исчез в разорвавшемся телепорте, а его аура пропала с лица земли! — возразила Фильоана.

— Даже так, — Элдара покачала головой. — Не верю. И вовсе не потому, что привязалась к нему. — Белоснежная косичка прочертила на столе в зале совещаний руну. Дроу подняла на всех янтарно-золотистые глаза. Насмешливые, полные превосходства. — Есть… кое-что, что заставляет меня так думать.

И фиолетовые губы расползлись в поистине злобной усмешке, обнажившей белоснежные клыки.

Селирна с задумчивым и немного растерянным видом смотрела в зеркало в своей комнате.

— Он сказал, что потерял свою силу, Мастер, и я действительно не чувствую её в нём.

— Врёт, — бесстрастно заявила фигура в капюшоне.

— Надеюсь, — вздохнула Селирна. — Но что делать с шикрцем? Он рассказывает ему слишком много.

— Пусть.

— Но…

— Пусть. — В голосе Мастера послышалось раздражение. — Не держи его, если он захочет уйти.

— Почему? Если бы вы захотели, я могла бы убить или доставить его к вам прямо сейчас!

— Ещё рано, Селирна. — Голос Мастера заледенел. — Или ты сомневаешься во мне?

— Н… нет, Мастер. Ни в коем разе. — Лоб девушки покрылся испариной. — Слушаюсь.

Зеркало помутнело и вновь стало показывать то, что должно. Растерянную и жутко испуганную девушку — с одной стороны. Черноволосого бледного парня невысокого роста двадцати лет с виду — с другой.

Раздался стук в дверь, и парень накинул на голову капюшон, скрывая в его глубине кривую усмешку тонких губ, придающую ему невыразимо надменный вид, и тёмно-синие, с серебряными прожилками глаза.

— Входите.

— Мастер, — вошедший не потрудился поклониться, как обычно поступал, и устремил взгляд округлых глаз прямо под капюшон собеседника. — Я давал вам всё это время приют, будучи уверенным, что всё, что вы ни сделаете, пойдёт на пользу нашему государству.

— Но последние события изменили ваше мнение, ваше величество? — голос Мастера поскучнел. — Вот незадача. И что теперь?

— Теперь я вправе требовать, — договорить король Шикра не смог. Обезглавленное тело рухнуло на пол, заливая его кровью.

— Помните, я говорил, что, если в моём плане пойдёт что-то не так, вы первый об этом узнаете? — отвернувшись от трупа и подойдя к окну, проговорил Мастер. — Ну вот вы и узнали.

Минуту он молча стоял у окна, наблюдая за монахами, снующими туда-сюда по двору храма. А затем в ярости ударил кулаком по стене.

— Проклятая девчонка. Да как она смела? Как она смела привести в школу весь первый курс? — прорычав эти слова, Мастер попытался успокоиться. — Ну, если мальчишку ещё можно заменить, то с девчонкой дела плохи. Не ловить же в самом деле эту мелкую рыжую стерву, — он обернулся и задумчиво глянул на труп. — И собеседника нового нужно найти. Кстати, об этом. Нужно избавиться от служителей и магов как можно скорее, пока они не поняли, в чём дело, — внезапно дверь вновь распахнулась и на пороге появилась новая фигура. — Аэрк? Уже вернулся? — тонкие губы мастера расплылись в злорадной усмешке. — У меня для тебя задание.

— Ну так, что скажете? — хмуро повторил свой вопрос Элиас.

— Не, Лас, я пас, — Дэирк отрицательно покачал головой, прижимая к себе Вириэну. — Мы по домам. Норой?

— Я с вами, — глухо отозвался тот, глядя на Ласа, Эно и Хэйтэна. — Я этого так не оставлю.

— Ниам? Амит? — младший принц обернулся к близнецам.

— Всегда готовы к любой заварушке, — усмехнулся Ниам. Руку ему отрастили новую, поэтому никаких сомнений он не испытывал. Впрочем, как и его брат.

— Без меня, — склонила голову Кэрин.

— Надеюсь, у тебя нет никакого видения, где мы все гибнем в этой авантюре? — хмыкает Моника, давно уже принявшая решение.

Провидица покачала головой.

— Что же, до свидания. — Лас церемонно раскланялся с оставшимися. — Идёмте, у меня есть, что вам показать.

Спустя какие-то полчаса они находились в ветхой, но не пропускающей порывы разбушевавшегося ветра таверне. Лас поднялся на второй этаж и осторожно постучал в дверь. Близнецы, Моника и Норой переглянулись.

— Кто там? — глухо поинтересовались из-за двери.

— Элиас.

За дверью помедлили, но затем всё-таки открыли.

— Та-а-ак, — произнесла Кана, наблюдая за учениками первого курса, прошмыгнувшими за Ласом. — А чего это ты ещё и их притащил? И как нас нашёл?

— Я ему помогла, — спокойно проговорила Эно.

Амит за её спиной тихо присвистнул, обводя взглядом просторную залу, заполненную людьми.

— Весь четвёртый курс в сборе, если не ошибаюсь, — расплылся в азартной улыбке Ниам.

— Во влипли, — пробормотала Моника.

— Так что всё это значит? — зелёные глаза главы сообщества информационно-разведывательной магической помощи нехорошо прищурились.

— Это, — Лас махнул за спину, — новобранцы. А это, — в глазах принца мелькнуло нечто непонятное, отчего у присутствующих по спине пробежали мурашки, — информация.

В левой руке алхимик держал небольшую мутно-зелёную колбу, испещрённую мерцающими алыми рунами.

Внутри колбы смутно угадывались очертания трёх миниатюрных фигур.

Глава 9

ПРИГЛАШЕНИЕ

Гроза утихла несколько часов назад, и на омытые ливнем улицы несмело упали первые лучи солнца. Я перепрыгнул через очередную лужу, покосился на Алра, плетущегося за мной, и невольно усмехнулся.

— Да покарает тебя Эйнтар за такое отношение! — пропыхтел монах. Мне от этого стало только смешнее.

Причины для веселья были. После моей эмоциональной реакции на его "легенду" Алр решил, что у меня сдают нервы из-за потери силы. И предложил посвятить себя вере одного из их богов. Не успел я насмеяться, как в обеденный зал заглянула Селирна, которая выгнала нас "прогуляться", так как у неё наметилась важная встреча в этом самом зале.

— Лады, не обижайся, как вернёмся, так сразу и попробуем. Интересно ведь, как вы магичите.

— Мы молимся!

— Да-да…

Всерьёз я его предложение, конечно, не принимал, хотя и был интересен сам механизм работы с энергией других миров — так я понял суть магии Шикра. У нас в основном это преподавали на последних курсах, да и то весьма поверхностно.

Близился вечер, и в углах переулков уже начал собираться промозглый туман.

— Может, вернёмся? — довольно нервно поинтересовался Алр, когда мы миновали парк и вышли на набережную реки Энты, протекающей через город.

Я рассеянно пожал плечами, не в силах оторвать взгляда от виднеющейся на другом берегу крыши полуразрушенного здания.

— Почему бы тебе не пойти и не попросить помощи? — задал, видимо, накипевший вопрос шикрец. — Может, тебе смогут вернуть силу.

— Сгинь, — отмахнулся я, с интересом наблюдая за суетящимися вокруг здания людьми. Это была замаскированная ШМИ. Другими словами, то, что интересовало меня больше всего. — Слушай, а ты сам не хочешь вернуться к своим? Что ты меня достаёшь?

Алр замолчал. Я же стал оглядываться по сторонам, пытаясь найти ближайший мост. Его не было видно.

— И что я им скажу? — буркнул наконец монах. — Извините, я потерялся?

— Почему бы и нет? — пожал плечами я. — Ты ж не виноват. Слушай, ты не знаешь, где здесь можно перейти?

— Так ты всё-таки решился? — оживился Алр, радуясь смене темы.

Я растерянно оглянулся по сторонам. Идти было некуда. ШМИ стала моим домом за всё это время.

— Если пойти налево, через квартал будет Южный перешеек. Там можно будет перей…

Я его не слушал и во все глаза смотрел на человека, который появился у ворот здания за рекой. Брист несколькими быстрыми шагами достиг ворот и вошёл внутрь. Сирены. Что делать? Что мне мешает пойти туда, что? Все проблемы решат за меня. Элдара, может быть, даже обрадуется. Увижусь с Ласом и Хэйтэном, узнаю, в порядке ли все остальные. Но не-е-ет, так не пойдёт.

— Так что ты там про свои молитвы говорил?

Алр посмотрел на меня, как на душевнобольного.

Двери гостиницы Селирны распахнулись прямо перед моим носом.

— Прошу покинуть это заведение и боле меня не беспокоить, господа, — ледяным тоном проговорила хозяйка заведения. — А если вы ещё раз рот на мою территорию разевать будете, порву к демонам. — Последнюю фразу она произнесла шипяще-угрожающим голосом.

Я поспешил отойти от выхода — мимо меня, кося по сторонам мрачными взглядами, прошло с пяток сумрачных личностей, закутанных в серые плащи. Последний вперил в меня холодный взгляд, и я передёрнулся. Арл позади меня нервно сглотнул.

— Вечер добрый, — кивнул я Селирне, прошмыгивая внутрь.

— Давай без иронии, — поморщилась она. — Попозже прийти не могли?

— С чего бы это? — парировал я. — Ты ж не сказала, сколько с ними болтать собираешься. Ладно, забудь, у тебя есть комната, которую не жалко?

— Зачем это?

Я ехидно улыбнулся:

— Молиться будем!

— Вот же язва, — буркнул Алр. — Сейчас как откажусь…

Комната, которую "не жалко" выглядела удручающе заброшенной. Но я не унывал и приступил к плану. Постелил на запыленный пол одеяло и уселся на него, скрестив ноги.

— Издеваешься? — хмуро поинтересовался Алр, глядя на меня сверху вниз.

— Да нет, я серьёзен, — удивился я.

— ААААА! Чёрт с тобой! Короче, закрывай глаза. Нет, постой, какой у тебя дар?

— Средний.

— Направленность?

— Э-э-э-э. — Вот тут стоило призадуматься. Если скажу, что целительство или что-либо подобное, то и Бог, естественно, откликнется такой же (если откликнется, хе-хе). Но тогда всё будет бесполезно — я не собираюсь пользоваться его силой всегда, мне и нужно-то только вернуть чётки в это измерение. А пространственной магии как отдельного вида нет. Сейчас нет, так это точно. — Что насчёт алхимии?

— Понял, за неё отвечает Лейбер. Итак, закрой глаза и поверь.

— Э?

— Ну давай!

— Давай что?

— Верь!

— Ты сам понимаешь, что бред несёшь?

Алр сердито нахмурился.

— Ну вспомни, ты когда сам стал монахом, как всё было?

— Без усилий, — состроил кислую рожу парень.

Я скрипнул зубами, закрыл глаза и стал верить. Итак, Бог Лейбер, это магическая сущность другого мира. Почему бы ей не быть? А раз она есть, почему бы ей мне не помочь? Ау! Лейбер! Лей…

— Проснись, Мир, — похоронным голосом произнёс кто-то в ухо, и я шарахнулся в сторону. — Такого наглого невежу, как ты, ещё поискать надо.

— Не вышло? — зевнул я.

— Ты ещё спрашиваешь?

Я рассмеялся. Да впрочем, и так ясно, что той энергии, которую мне оставили чётки для сохранения жизни, не хватит для вызова потусторонней сущности сюда. Ну, попытка не пытка. Я встал и потянулся.

— Что делать будешь? — мрачно поинтересовался Алр, и я на него непонимающе глянул. — На жизнь как зарабатывать будешь?

— Открою лавку травника, — пожал плечами я. — В травах толк знаю, больных всегда куча есть. Амулеты делать умею без всяких магических сил. Жить будет на что, — сказал, а самого будто молнией ударило.

Ну и на кой леший я тогда мучаюсь? Ауру мою теперь от обычной не отличить. В магический мир путь заказан, но и проблем теперь никаких не должно быть! Да, за друзей не отомщу… Да, камнем всю жизнь лежать будет. А что делать? Магия-то тю-тю. С каких это пор я начал так жаждать найти своё место среди них? Что они дали мне, кроме проблем? Да и с Мастером теперь, слава небу, не пересекусь.

— Мир? — вырвал меня из размышлений Алр. — Ты точно уверен, что всё нормально? Маг без силы — растение… Он больше не сможет жить нормально.

Я улыбнулся и похлопал его по плечу.

— Это не про меня, — улыбка расползалась всё шире. — Сирены меня души, не про меня!!

На следующий день я встал рано утром и пробежался по округе. Возвращаясь в трактир и мурлыча какую-то песенку под нос, столкнулся в дверях с Алром.

— Ага, вовремя! Пойдём поможешь.

— Что, куда, зачем? — но я его не слушал.

— В общем, помещение для своей будущей лавочки я уже нашёл, осталось только уточнить детали сделки — я его купить с потрохами решил. Но будет морока с налогами, так что нужна городская библиотека. Хочу знать всё точно.

— Я-то тебе зачем?

Я остановился и удивлённо на него посмотрел.

— Там же куча документации. Вдвоём быстрее.

Несмотря на то, что силу потерял недавно, я уже прекрасно осознавал: куча преимуществ, которые имелись у меня ранее, помахали мне сиреновым хвостом. Следовательно, нужно использовать другие методы и способы облегчения жизни. А именно — те, которые постоянно использовали на мне мои бывшие однокурсники! То есть, эксплуатационные.

— Идём давай, — не стал ждать я возражений и завернул за угол. И остановился, как вкопанный. — Духи Леса, где это мы?

Селирна лениво перечитала доклад одного из подчинённых. Коряво написан, но написан же! Хоть кто-то из них знает грамоту, и то хорошо. Нет, всё-таки не к добру эта банда из Северного квартала, не к добру и не вовремя. Вот ведь, пожелали один из самых доходных магазинчиков Южного в своё распоряжение. Шиш им! В этот момент входная дверь глухо стукнула.

— Кому в столь поздний вечер неймётся? — раздражённо проговорила девушка, разворачиваясь к дверному проёму.

В помещение ввалился один из её шестёрок, оставленный присматривать за этой самой недружелюбной бандой, которая и главной то в Северном не была.

— Главная, — еле выговорил он, пытаясь встать — на лице не осталось ни одного живого места.

— Спалился? — холодно выдавила Селирна.

— С-с-ообщение от них, — говорящий закашлялся, сплюнув кровь.

— Ну!

— Ес-сли не примите наши усло-кха-хка…вия, ваших гостей будете искать на кладбище.

— А? — Селирна недовольно прищурилась. — Что за чушь, нет у меня…

В наступившей тишине слышно было, как скрипят ставни от порывов ветра.

— Где они? Какие условия? Живее, чего копаешься, остолоп?!

Селирна была в ярости и растерянности. Какого лешего этот ублюдок Мир творит? Везде есть границы, ему что, жизнь не дорога? В мусорку его маскировка с потерей силы — так и сапоги откинуть можно! А ежели он сдохнет, что тогда? Да Мастер ей голову открутит!..….!! А если ей ещё условия придётся принимать эти бредовые?

— Собери людей, пусть окружат здание, но ничего не предпринимают. Ты, проникни внутрь, найди, где их держат! И чтобы волоса… Ааа к демонам! Они у меня за всё заплатят! Особенно эта высокомерная рожа…

В не слишком хорошо освещённом помещении собралась довольно внушительная толпа.

— Рад, что вы откликнулись на моё приглашение, госпожа! — издевательским тоном протянул невысокий мужчина, закутанный в плащ.

— Забирай лавку и гони моих гостей, мелкий, — еле сдерживая накопившуюся ярость, отозвалась Селирна. Несмотря на все усилия, исправить ситуацию без потерь не удалось. Но ничего, как только эти дурни окажутся у неё в руках, она живо даст команду — и просто перебьёт всех лишних.

— Ни-ни, не пойдёт. Документики требуем. А ещё, будь добра, отзови своих осликов. Глаза мозолят. Многовато ты их с собой притащила. Нашему товару может и не поздоровиться…

Бессильная ярость Селирны достигла своего предела.

— Подавись!

— Проверьте. — Ненадолго наступила тишина. — О, действительно послушались. Как неожиданно, не думал, что есть нечто настолько для вас дорогое, госпожа Селирна. Буду знать, буду знать…

Девушка досадливо сплюнула. Если бы не Мастер, в гробу бы она их видала. Но жить то хочется. И хорошо хочется.

— Товар там, — коротыш кивнул в сторону приоткрытой двери, и, захватив бумаги, скрылся в никуда вместе со всей толпой сопровождения. — Гарантирую, всё в порядке, хе-хе.

До Селирны только сейчас дошло, что в ярости она даже не проверила, действительно ли всё в норме. Она рванула к двери, а её подчинённые уже вовсю стягивали ткань и верёвки с тела. С одного.

— Ты… ты что здесь делаешь?

— А, э?

— Ты… Сволочь такая, где Мир??

— А-а-а-а!! Не бей меня! — В ужасе задёргался Алр, итак переживший немало бед за время заключения. — Не было его со мной, когда меня схватили! Не было!! Не пошёл я с ним в эту библиотеку демонову!

Селирна в очередной раз хотела было его пнуть, но застыла с занесённой ногой. Библиотеку? Секундочку, о чём это он? В городе две библиотеки: одна в серебряной части, вторая в золотой. Доступ у горожан, естественно, есть только к первой. Но даже так… даже так попасть туда Миру никак нельзя. Во-первых, это тяжело — через Энту после бури теперь можно перебраться только вплавь. А во-вторых, у библиотеки сегодня выходной…

— Ладно, забыли, — но всё же, где носит Мира? И довольно давно. — Возвращаемся.

Будет очень неприятно, если она его упустила. Вешать на этого типа магические маячки с помощью амулетов она побоялась — недаром Мастер такого высокого мнения об этом маге. Другими словами, если он захотел смыться, ей его просто так не найти. Вот леший! Если он на чужой территории, она бессильна!

Я тяжело вздохнул, пнув подвернувшийся под ноги камень. Солнце лениво зависло на кромке горизонта и оранжевым глазом буравило мне спину. С другой стороны всё ещё клубились грозовые тучи, убегающие вдаль. Какого лешего, я, спрашивается, проделал весь этот путь — чтобы помяться у закрытой двери и развести руками?? Будь у меня сила — взломал бы замок и…

Тьфу, теперь понимаю, почему маги быстро сходят с ума без неё. Само понимание того, ЧТО ты мог бы делать, если бы… а-а-а-а-а!! Исчезните, крамольные мысли! Я решил, что стану травником! Тяжело вздохнув, остановился. Вот ведь, деньги на паром зря потратил. Это что же теперь, завтра опять туда тащиться? Неужели нельзя было поближе к медной части города библиотеку построить? И вообще, почему никто мосты не восстанавливает? Для мага земли это раз плюнуть! Да даже для меня…

Сирены, забудь, забудь! Тьфу… Я резко остановился. Ну надо же… Оглянулся по сторонам: размышляя на столь удручающую тему, не заметил, как достиг гостиницы Селирны. Здание встретило меня унылыми тёмными окнами и незапертой входной дверью. Пожав плечами, я вошёл.

— Э-э-эй, кто-нибудь. — Ни ушлой служанки, ни Алра, ни Селирны. — Хм, занятно.

Солнце на горизонте резко загораживали отдельные чёрные очертания высоких зданий и каких-то башен. Я зевнул, размышляя над тем, что делать дальше. Делать, соответственно, ничего не хотелось, и я решил пойти поваляться в своей комнате. Эй-эй, этак скоро и сей бандитский притон станет мне уютным, родным домам.

Проходя по коридору второго этажа, я слегка притормозил. Это ещё что? Одна из комнат, обычно всегда закрытая, манила тёмной щелью дверного проёма. Нет, я не испытываю мании исследовать чужие комнаты, тем более женские. Но в этот момент во тьме щели что-то неясно мигнуло. Я даже подумал, что мне показалось. Но проверить решил. Осторожно сделав несколько шагов по направлению к двери, я постучал. Ну мало ли, вдруг кто есть? Тишина меня в этом разубедила, и я, боясь непонятно чего, открыл на удивление не скрипучую дверь. Над потолком загорелся шарик магического света. Магия? Не знал, что у Селирны есть вещи подобного рода. Впрочем, с её-то деньгами и положением… Комната поражала своей обстановкой: полупустой книжный шкаф, заваленный жёлтой бумагой справа в углу, окно, пред которым стоял каменный стол с оплавившимися свечами в закопчённом подсвечнике, кресло-качалка и зеркало. Во всю стену слева от двери. Увидев зеркало, я невольно шарахнулся в сторону книжного шкафа, больно ударился об угол и уронил какую-то ветхую бумагу, небрежно свёрнутую в трубочку.

— Вот леший! — призраки прошлого достали. Хотя это зеркало и было поменьше, чем Элдарино, но наличие такой вещи здесь вообще наводило на нехорошие подозрения. — Неужто артефакт? Паранойя, паранойя, ты всегда была со мной…

Я с любопытством вгляделся в на удивление чистую поверхность. Кто-то чистит? Или тоже магия? Эх, была бы сила — определил… Так как я всё это время опирался на шкаф, решил от него отлепиться. Под ногой жалобно хрумкнула бумага. Эй-эй, я же так себя выдам! Нервничая, я развернул бумагу и попытался свернуть её как можно аккуратнее, чтобы избавиться от мятых следов. И застыл, чувствуя, как руки начинают дрожать не от беспокойства, что меня сейчас здесь застукают, а от предвкушения.

На бумаге был изображён рунический узор. Не все элементы были мне знакомы, но общий смысл стал понятен. У меня чуть ли слюнки не потекли, как только я представил, на что способно это зеркало… Мысль о том, откуда у Селирны оно в комнате, меня не интересовала. Но…как это применить? Разбойница вряд ли обладала магическим даром — иначе не просила бы меня присоединиться. Но, тем не менее, я уверен, что она пользовалась этим артефактом. Задумчивость сменилась озарением. Я подполз к зеркалу и внимательнее присмотрелся. Ага, чистота всё-таки не идеальна! Если присмотреться, видны следы пальцев! А ларчик просто открывался! Одно плохо, в каком порядке рисовать на зеркале эту головоломку? Недолго подумав, я нашёл хвостик, с которого следует начинать, и увлечённо стал карябать пальцем по зеркалу. Закончив, я с ожиданием уставился на него. Ни сирены не произошло. Что не так? Видимо, мне этого не узнать. Стоит поторопиться и покинуть эту комнату. Так, как бумага лежала? Ага, теперь всё в порядке.

— Немедленно, обыщите все уголки квартала, — на лестнице раздался шум шагов. — Ты, пошли кого-нибудь в Серебрянку, пусть порыскает вокруг библиотеки. Может, этот болван просто не знал, что она не работает. Тьма, сколько с ним возни!

Сердце ухнуло в пятки. Итить тырыдыть, ты что, позже прийти не могла? Куда деваться? А если она сейчас свет увидит? Я подпрыгнул, пытаясь загасить магический светильник, но сиренов шарик вильнул в сторону. Приземлившись, я потерял равновесие и понял, что сейчас грохнусь, если за что-нибудь не схвачусь. Под руку подвернулось проклятое зеркало, и я попытался опереться об него рукой… Руку обдало леденящим морозом, и я продолжил падать. Сердце неприятно кольнуло, я завалился на бок, и исчез во внезапно помутневшей поверхности зеркала, чудом не завопив, как увидевшая мышь девица, и даже не ойкнув. Зато как я шипел и ругался, когда с грохотом опустился локтем на каменный пол!

Каменный? Все боги других миров! Это что? Портал? Нет, вопрос в другом: где я? И как вернуться? Я покосился на зеркало, из которого вынырнул только что. В отличие от первого, оно было небольшим по ширине, и в высоту где-то с мой рост. В комнате, квадратной по очертаниям, было темно. Локоть, неудачно попавший на единственное голое от мягкого ковра место, саднил. Пахло мятой и чабрецом.

Медленно, словно боясь сдвинуть с места воздушные потоки, я поднялся. Жалкая полоска света из-за двустворчатой двери позволяла увидеть только тёмные громады встроенных в стены шкафов, на полках которых стояли и лежали предметы самых разнообразных форм. Даже при заблокированной силе я ощущал напряжение магической энергии, витающей вокруг. Артефакты? Всё это — артефакты?

Сирены меня побери, да где же я? Неужто пришло время моей смерти? Нет, это недоразумение. Мне точно его надо как-то разрешить… Но для начала, хм. Для начала стоит запастись тем, чем, по возможности, я мог бы отбиться от разъярённого хозяина, несомненно, владельца магической силы.

Я еле сдерживал нервную дрожь. Нужно было немедленно как-то выпутываться. Во рту пересохло, а очертания комнаты стали какими-то нереальными. С трудом заставив себя сдвинуться с места, я на цыпочках (хотя мягкий ковёр и не давал шума) прокрался к двери. Однако щель, дающая свет была слишком мала, чтобы я мог рассмотреть что-либо. Я мгновенно вспотел, представляя, как прямо сейчас за дверью очередной безумный маг (их на моём веку скопилось уже приличное количество) сидит за своим рабочим столом лицом(!) к двустворчатой двери. И вот я пытаюсь открыть створки… А они мало того что скрипят, так ещё и хорошо видны ему. А ещё интереснее другой вариант — я копаюсь в его артефактах, и тут он заходит. Сирены, что-то мне это напоминает. Два раза за день оказаться в ситуации а-ля вор? Я мотнул головой и решительно — была не была! — шагнул к полкам. Однако в следующий миг я серьёзно задумался: во-первых, света явно не хватало, а во-вторых, не все артефакты можно активировать без магии. Я, кончено, на своём веку много читал, но что-то меня редко тянуло на каталоги артефактов, тем более, на каталоги тех, что могут использовать не-маги. Разве что в детстве.

Вот бездна! Я покопался в карманах куртки, которую так и не снял, когда пришёл из библиотеки, и нашёл, что искал — высшее благо цивилизации, огниво! Одна проблема: что разжигать? Я лихорадочно огляделся. Глаза всё больше привыкали к темноте, но пользы это особой не приносило. Вот оно: на одной из полок обнаружился подсвечник с одной-единственной, но практически новой свечой. Отлично, снаружи не будет заметно. Раз-два — и комнату озарил немного неровный свет от огонька на конце чёрной свечи. Э-э-э? Чёрной? Я сглотнул, а в голове послушно всплыла не выводимая теперь никакими усилиями информация. "Чёрные свечи. Особый атрибут в некромантии, применяется как усилитель и проводник при особо сложных в конструкции проклятиях, заклятиях и заклинаниях. Бывают трёх видов по составу: из…" — я поспешно затряс головой. Ну ладно, будем надеяться, ни к чему страшному это не приведёт. Тут есть кое-что поинтереснее.

И это действительно было так. Все артефакты располагались с первого взгляда в свободном порядке. На них не было ни пылинки. Полки, высотой полтора локтя каждая позволяли размещаться вещам самой разной величины, а те же, что не помещались в высоту, лежали горизонтально. И всё-таки разделение было, хоть я и не сразу его заметил. Проходя с довольно таки тяжёлым подсвечником мимо шкафов, я заметил, что одна стена комнаты полностью была завалена предметами бытового обихода. На полках лежало всё, что только можно — стулья, подушки, чайники, зеркала. Следующая сторона — была явно из другой оперы. Книги, свитки, дощечки разных материалов со странными знаками на них (некоторые были мне знакомы). Я долго не мог понять, смеяться или плакать возле полки, на которой лежала могильная плита с вычурной гравировкой. Шкафы в третьей стене действительно содержали нечто непонятное. Какие-то шары, ящички, непонятные конструкции из спиц, колёса от телег, пряди волос, в общем, с первого взгляда — хлам. Но именно от них исходила самая зловещая аура, хотя ощущать её в моём состоянии…

Стена, которую напополам разрубало висящее зеркало, была самой интересной. Здесь были изделия из драгоценных металлов, камни, одежда, украшения, кости… э-э-э стоп. Кости? В памяти зашевелилась "полезная" информация, и я поспешил её прогнать. Впрочем, она мне всё равно понадобится. С моим малым запасом знаний об артефактах сейчас пригодится всё. Всё, даже это.

Я вздрогнул, приходя в себя. Увлёкся, и совсем забыл, ГДЕ нахожусь. Сирены знают, где. Сомнительно, что хозяин этого всего — добрый волшебник, хотя он и знакомый Селирны. Кстати, об этом, кто бы это мог быть? Может, он знает обо мне и, если я не трону ничего, не будет убивать? Я посмотрел на полки и понял, что не могу уйти с пустыми руками. Ни за что. Тряхнув головой, метнулся к первой стене. Ага, значит, бытовые предметы? Не похоже, чтобы они были особо полезными, но такие чаще всего можно использовать без магии. Сто-о-оп, а как же защитные заклинания? Сигнализация? Что если они тут стоят? Я посмотрел на свечу, которая, кстати, стояла раньше среди этих предметов, и обреченно подумал, что в таком случае всё уже кончено. К сиренам всё! Что тут у нас? Подушка? Если я буду держать оборону здесь, можно будет бросить ею во входящего. Отложим пока. Ручное зеркало? Хм? Я в растерянности почесал затылок, такое видя впервые: зеркала как такового не было, зато была ручка и круглая рамка. Взяв загадочный предмет в руки, я повертел его из стороны в сторону, перевернул, направив на входную дверь, да так и застыл. Сквозь "дырку" в рамке я отчётливо видел помещение за дверью. Что интересно, направляя артефакт на стены с шкафами, я видел только их.

— Возможно, дело в каком-то защитном заклятии или излишней концентрации магии? — я весело хмыкнул. И было отчего веселиться — за дверью обнаружился широкий и довольно длинный коридор, уходящий вправо и влево от комнаты. Подсветку обеспечивали молчаливые факелы, закреплённые на стенах. Конечно, была возможность того, что хозяин рано или поздно заявится сюда, но теперь можно было точно сказать, что прямо сейчас его нет за стеной.

Значит, планы меняются. Нет, можно на всякий случай обеспечить пункт обороны здесь, но лучше всего будет набрать как можно больше ерунды с собой и отправиться в путь. Я самодовольно хмыкнул, засунул неожиданно полезное зеркальце в карман куртки и перевёл взгляд на оставшиеся жертвы моего вороватого сердца.

Мастер удовлетворённо вздохнул. Вот теперь можно быть уверенным в правильном исходе плана. Огороженный высокой каменной стеной двор храма был пуст. Все слуги, которыми раньше были шикрцы, теперь безнадёжно мертвы и помешать ему не могут. После убийства короля Шикра, который по всем правилам заявился к нему без охраны, глаза у монахов "открылись", и даже священный трепет, внушаемый Мастером этому народу веками, вряд ли обеспечит их беспрекословное подчинение. А запуганные до лешего дрожащие слуги ему не нужны. Да и вообще Шикрцы ему теперь не нужны. После того, как он достигнет своей цели, их жалкая магия не сможет и тысячной доли того, на что будет способен он.

Но его план ещё не осуществлён, и слуги ещё понадобятся — не делать же всё самому? Из-за опасений в открытии своей личности (у Мастера на этом был определённый пунктик) он мало кого подпускал к себе близко, и выполнял все свои планы чужими руками, то есть, либо руками шикрцев, либо использовал магию для связи и поиска слуг вдалеке. Как показывала практика, большинство из таких слуг были одноразовыми. Были и более-менее постоянные, но в последнее время и они стали сдавать — тот же Зарг, Юис, Ваэлл. Кстати, о последнем: попадись только ему этот вампир на глаза — живо станет шёлковым! Всё-таки держать вязь подчинения через некроманта было неудачной идеей. Однако теперь под рукой у него остался только Аэрк, да и то на задании. Всё-таки рановато он выкинул целое государство, которое, кстати, на плечах принцессы недолго проживёт…

Мастер быстрыми шагами пересёк сад, разбитый во дворе храма — величественного здания-лабиринта, которое никто лучше, чем он сам, не знал. Оказавшись возле парадного входа, он вскинул серебристо-синие с равнодушным прищуром глаза вверх, обозревая мраморные колонны, испещрённые странными чёрными знаками. От здания несло могуществом, силой и магией. Если взглянуть на него с высоты птичьего полёта, то в конструкции любой стоящий маг мог бы узнать пентаграмму. Какая она, кончено, никто не поймёт, но в этом ничего удивительного. В конце концов, жалкая кучка людей, могущая понять, к чему весь этот грандиозный труд, который он в своё время повесил на плечи им же созданного народа, была убита его собственными руками тысячелетие назад.

— Прямо хоть плачь от умиления, — хмыкнул Мастер, и его бледные губы искривились в ухмылке. — Но не стоит делить когти не убитого вурдалака. Я знаю, где достать кучу послушных, но безликих слуг. — И окончательно приняв решение, выглядящий максимум на лет двадцать пять черноволосый невысокий парень взбежал по монументальной каменной лестнице и исчез в черноте проёма огромных двустворчатых дверей.

До места, которое являлось его целью, он добрался за пять минут. Широким уверенным шагом преодолел коридор, с присущей ему энергичностью распахнул двустворчатые двери хранилища и застыл на пороге. Заклятие света, узнав хозяина, послушно зажглось, освещая комнату, отчего-то выглядевшую не так, как обычно. Мастер, гроза всех народов государств и организаций магов, шагнул внутрь, закрыл за собой дверь и с удивлением уставился на свои руки. Они дрожали.

— Чтоб вас, — пробормотал он. — Кто бы это мог быть? И как он сюда попал?!

Он прищурился, вновь оглядел чуть опустевшие полки и резко подошёл к зеркалу.

— Ага, — также тихо и внешне спокойно проговорил маг. — Значит, теперь это портал. И почему я не удивлён новым функциям совершенно обычного артефакта связи? — Мастер тяжело вздохнул. — Поиграем в салочки? — по лицу его расползлась злорадная высокомерная улыбка. — Портал-то односторонний… — личность лазутчика его уже как-то не волновала.

Я бродил по этому зданию и тихо выпадал в осадок. Залы и коридоры сменяли друг друга. Запертые и закрытые намертво ставнями, окна не давали ориентироваться во времени, поэтому я лишь приблизительно мог сказать, что время приближается к полуночи. Или уже давно за полночь? Я прислонился к шершавой стене в коридоре и тяжело вздохнул. Меня одолевали слабовольные мысли, такие как "а с теми тремя по лабиринту бродить было куда веселее" или "если мне встретится какая-нибудь тварь, тащить будет некому".

Путь я свой заранее проверял дырявым зеркальцем — не хватало ещё на хозяина сих апартаментов наткнуться внезапно. Но пока что ни хозяина, ни тварей, ни даже мышей я не видел. Зеркальце исправно работало вне комнаты с артефактами, но у меня всё больше вырабатывалось стойкое чувство, что я единственное живое существо на всё это громадное здание. Кстати говоря, намудрив с зеркальцем, я методом "тыка" обнаружил в нём функцию "обнаружение заклинаний" и мог видеть все энергетические линии, окружающие меня. И, надо сказать, сильно перепугался, когда обнаружил, что заклинания понатыканы на каждом шагу! Оставалось радоваться только, что сигнализационных среди них не было и обнаружить меня раньше времени никто не мог. Одно было жалко — что не обнаружил эту функцию, когда выбирал артефакты. Я в очередной раз вздохнул. Тащить все эти предметы было тяжеловато, однако жадность и страх за свою жизнь не позволяли их бросить.

— Сирены, — выругался я, в очередной раз оказываясь в просторном холле, на этот раз восьмигранном, со странной статуей посередине. Запрятаться бы куда-нибудь и отдохнуть. — О! А это подойдёт! — в одной из граней оказалась неприметная низенькая дверь. Поковырявшись в замке клубком спиц, назначения которого я так и не определил, я проник в небольшое помещение, в котором узнал банальную подсобку. В ней хранились мантии, коробки с запыленными и, судя по отсутствию магического фона, не магическими книгами, свитками, картами, колбами в покосившемся шкафу и алхимическими веществами.

Рухнув на гору мантий, я откинулся назад, облокотившись на стопку книг. Потом поднял руку с зеркальцем и посмотрел на холл по ту сторону двери. Угрозы не обнаружив, уронил руку с артефактом вниз. Как я устал. Сначала мотался по городу, теперь здесь — ни расслабиться, ни отдохнуть. Край глаза задело какое-то странное мерцание, и, невольно дёрнувшись, я скосил глаза вниз. Несколько минут сидел неподвижно, наблюдая за безумным перемигиванием огоньков, мечущихся по энергетической структуре артефакта. Моего. Того самого, несчастного артефакта, находящегося в другом измерении. Как оказалось, зеркальце прекрасно его видит!

Наверное, на лице у меня наблюдалась самая блаженная улыбка за весь прожитый моим бренным тельцем век. Так, Мир, сначала тебе нужно успокоиться! Видя структуру, что ты можешь сделать? Правильно, вытащить эту сиренову безделушку в это измерение. Главное понять, как это сделать, не повредив. Вскочив на колени, я выдернул из свалки свиток и начал лихорадочно чертить на обратной стороне то, что видел перед собой. И оно отличалось от той рунной вязи, что я наносил. Всё-таки с другими измерениями я ещё раньше не сталкивался. Так-так-так, можно ли вытащить чётки без магии? Не похоже, чтобы было легко. Если б я мог проникнуть в то измерение и подкорректировать рунную вязь… Даже тогда без последствий не обошлось бы. Однако есть возможность банально нейтрализовать одну руну — другой. Весь вопрос в том, позволяет ли то, что я вижу, сделать это? Именно так на энергетическом уровне выглядит руна перемещения в другое измерение, хотя это необычно — в большинстве случаев в алхимии внешнее и внутреннее совпадает. Значит, после активации энергетическая структура преобразовалась? Эй-эй, разве это не относится к запретной магии? Но не об этом стоит думать, а о том, как теперь всё исправлять. Что если отзеркалить руну? И куда я её писать буду, да ещё без энергии?

Я ещё раз взглянул на энергетические линии, и меня осенило. Наощупь откопав сумку, в которую влезало больше, чем следовало по внешнему виду, я порылся в ней и вытащил ножницы. Снова взглянув на энергетические линии, нервно сглотнул и перерезал одну из них, самую короткую.

Руки дрожали, в голове стучало, нервы были на пределе. Но ничего не произошло. Чего же я ожидал? Ну-у-у, учитывая, что я только что напрямую нарушил структуру заклинания, через которую постоянным потоком била энергия, как минимум — взрыва. Но, похоже, выбор был сделан правильно, и я разрезал линию, отвечающую за связь между материальной — рунической — частью заклятия и нематериальной. И приятно холодящие руку чётки подтверждали это. Не веря своим глазам, я стащил их с руки и как следует оглядел — общая структура осталась целой, значит, использовать его как накопитель я всё ещё могу. И только потом до меня дошёл весь смысл случившегося. Вот дурак… единственная причина, по которой меня до сих пор не нашли — моя практически "чистая" в магическом плане аура. Теперь же видная для любого сильного мага как на ладони.

— О, — произнёс Мастер, остановившись на месте. — Эта энергия… так вот кто к нам в гости пожаловал. Хм, где же это? Ого, пятый этаж в северной части. Далеко забрёл и теперь решил показаться, — на лице расплылась предвкушающая улыбка. — Приготовил ловушку? Будет интересно! — и совершил мгновенную телепортацию в холл рядом с комнатой, где были обнаружены следы ауры.

Статуя какой-то нечисти укоризненно взирала на Мастера. Накинув капюшон, тот повернулся к нужной двери. Не обнаружив следов магии и разочаровано хмыкнув, маг взмахом руки распахнул её. Несколько мгновений рассматривал пустое помещение, затем ругнулся и исчез из холла, очутившись уже снаружи храма, в саду. Оттуда отчётливо была видна дыра в стене на уровне пятого этажа. Сад тонул в сумерках, следов чужой ауры не наблюдалось. Так же, как внезапно появился, этот парень совершенно запросто исчез, и, как ни старался, Мастер никак не мог его отыскать. Он мог согласиться, что выкормыш ШМИ изобрёл нечто интересное, чтобы скрыть свою ауру, но скрыть его же собственные артефакты бесследно!..

— Как только найду его, вытрясу из этого самородка всю правду. Из него первокурсник как из меня русалка.

Проговорив эту фразу вслух, маг скользнул взглядом по окружающей его местности. Он был уверен, что сможет найти лазутчика, но сам факт того, что ему придётся напрягаться в игре против кого-то вроде ученика ШМИ, вызывал досаду. Достойных соперников он ценил, но сейчас было не время для игр. Определив время до рассвета по звёздам, Мастер нарочито медленно развернулся к саду и проговорил в пустоту, применив соответствующее заклинание:

— Приглашаю на утренний чай, ученик Элдары. Все выходы отсюда под моим контролем… Гоняться за тобой мне некогда, так что, если не хочешь умереть от голода — милости прошу.

И совершенно непринуждённо направился к лестнице, возле которой хлопнул себя по лбу и растворился в воздухе.

— Одно слово — самодовольный гад, — пробормотал я, выглядывая из дыры в стене. — Сам подумай, я что, дурак с такой высоты без магии прыгать? Спасибо этому — я погладил чётки на руке — Не заметил моей ауры, когда я закопался среди этого хлама. — Я осторожно пощупал края стены в локоть, которую еле прогрызло приготовленное мной на всякий пожарный зелье. — Вот вляпался…

Даже без листовки "Разыскивается" я узнал этот намозоливший глаза капюшон. Попасть прямо под нос к Мастеру, когда уже решил, что бросаю это дело, — вот истинная "удача"! Хорошо, конечно, что силу вернул, да только всё равно пользоваться не могу — эта хитрая сволочь заметит! Повезло ещё, что артефакты "не фонят", хотя сам не могу понять почему — заметил только тогда, когда чётки снял. А ведь раньше не подумал, отчего маг меня по их ауре не выследил. Я вздохнул и сел на стопку книг, задумчиво подперев кулаком подбородок. Заочно мы друг друга знаем… может, он меня не убьёт? Нужен же я ему зачем-то? В спину повеяло холодным вечерним ветерком, и мне захотелось смеяться: более абсурдной ситуации представить себе я не мог. В голове складывался "идеальный" план. Пункт первый — поспать. Пункт второй — попить чаю в приятной компании. И пункт третий — предложить сотрудничество…Что? Мне тоже жить хочется. Шучу-шучу.

Я посмотрел в "окно" и нахмурился. С высоты пятого этажа в сумерках мало что можно было рассмотреть. Внизу можно было различить очертания деревьев — сад. И на расстоянии в десять минут ходьбы чернела высокая круговая преграда, как я подозревал, — стена. Смогу ли я выбраться? В принципе, попробовать можно. Я кинул опечаленный взгляд на светлеющую внизу плитку садовой дорожки. Стоит мне задействовать силу, как меня сразу обнаружат, после чего ни о каких вариантах говорить не придётся. Но и оставаться здесь — гиблое дело. Я встал, подхватил мешок с артефактами и осторожно выглянул в холл. Статуя невозмутимо стояла посередине. Прикинув, откуда пришёл, я прокрался в правый коридор. Мне повезло: через несколько поворотов показался лестничный комплекс. По стеночке я подобрался к ступенькам и осторожно взглянул вниз, но не смог всего рассмотреть из-за неровного света факелов. Вздохнул, сделал шаг на первую ступеньку… и пережил один из самых жутких моментов в своей жизни.

Сбоку раздался грохот, и огромное, на всю стену квадратного холла зеркало брызнуло крупными алмазно-острыми осколками. Среагировал я мгновенно, зайцем метнувшись за тяжёлый драп занавесок, прикрывающих закрытые ставнями окна, и только после этого подивился абсурдности своих действий. Во-первых, почему я не додумался зеркальцем посветить? Во-вторых, если это была ловушка-сигнализатор, какого лешего я так близко прячусь? Мои размышления прервал хруст стекла под чьими-то шагами. Быстро же.

— Тебе не кажется, что это было лишним? — прозвучало до жути знакомым голосом. — Что за болезненная тяга к зеркалам?

— А вы, учитель, хотели вежливо в дверь постучаться? — голос Элдары был слегка охрипшим, но вполне узнаваемым. — Я почувствовала его ауру где-то здесь, но обнаружив мощную защиту, выбрала самый удобный способ.

— А зачем было тащить меня? — хмыкнул дед.

— Думаю, даже полный дурак понял бы, что если след ауры обнаружился в центре Шикра, дело не шуточное.

— И что ты будешь делать, если встретишься с Мастером?

— Простите, а зачем здесь вы? — не выдержала вежливого тона тёмная эльфийка, подпустив в голос ехидства.

— Сам удивляюсь, — буркнул Брист. — Подумай, этот, в отличие от нас, в средствах не ограничен.

— Именно поэтому я не стала тащить весь совет архимагистров, толку от них…

— Так что ты собираешься делать? — хруст стекла приблизился. — А неплохо здесь. Будет забавно, если это просто какой-то храм, не имеющий отношения к нашей проблеме.

— Вы здесь как дипломатический довесок, учитель. Он вас опасается, так что переговоры будут на равных, — голос Элдары чуть отдалился. — Под проблемой вы имеете в виду Мастера или Мира?

— Ну, мы же на ауру ученика телепортировались, притом пришлось прыгать через соседние государства.

— С вашими способностями проблем не будет. Не ломать же этот чёртов барьер. То есть, вы хотите сказать, что здесь может быть Мир, но не Мастер?

— Кх-кхм, вообще-то я здесь, и уже давно, — знакомый, высокомерно-насмешливый голос прервал возмутительно светский диалог.

Несколько мгновений было тихо.

— А-а-а, господин Мастер, сколько лет, сколько интриг, — разрезал тишину неожиданно высокий голос, и я только спустя пару мгновений сообразил, что говорит Элдара. — А вы всё в том же капюшоне? Не подскажете заклятие, а то недавно знакомая просила заклясть труп, чтобы даже через тысячелетие сохранился в неприкосновенности…

— Доброй ночи, — спокойно перебил её Брист. — Мы здесь за потерявшимся учеником.

— О ком это вы? — холодно удивился Мастер, и у меня прямо руки зачесались отодвинуть занавесь и посмотреть на эту сцену. Собственно, почему ещё не вылез, я не понимал.

— Не держи нас за идиотов, — добавила в голос шипящих ноток Элдара. — Здесь была аура моего ученика. Твоё враньё…

— Зачем тебе парень? — опять перебил её дед. — Верни его, и мы уйдём с миром.

— Пришли заключить сделку? — неожиданно обрадованно воскликнул хозяин апартаментов. — Так я только "за"… Последняя наша сделка принесла много пользы. Итак, вы хотите вернуть ученичка? Боюсь, у меня другое предложение.

— Что за чушь? — возмутился Брист.

— Какое предложение? — среагировала Элдара.

Я не выдержал и таки нашёл щёлку среди тяжёлой ткани. В обзор попала спина Бриста, плечо Элдары и стоящий прямо напротив этих двоих лицом ко всем нам Мастер. Точнее, не лицом, а капюшоном. Видна была только нижняя половина лица — часть носа и рот. Вернее, предвкушающая, полная превосходства улыбка.

— Вы убираетесь отсюда. А я взамен не трону ваших дорогих эльфов.

В наступившей тишине, казалось, слышно было моё дыхание.

— Э-э-это ещё что за шутки, — слегка запнувшись, проговорила Элдара. — Ты не можешь…

— Как раз таки очень даже могу. Особенно когда у меня в руках это, — и Мастер поднял руку, в которой что-то сверкнуло. Немая сцена начала затягиваться. — Хотите попытаться отобрать?

Я непонимающе смотрел на этих троих, желание выбраться и посветить своим присутствием отпало. Тут уже вопрос не о моей жизни поставлен, о жизни целого народа. Что за безделушка оказалась в руках Мастера, мне было непонятно, но красноречивое молчание двух сильнейших магов Эно говорило само за себя. Пугало уже то, что атаковать Мастера никто и не думал. Неужели фраза об ограничении средств не просто шутка? Если та легенда, которую рассказал мне Алр, имеет под собой реальное основание, получается, что любое заклинание Запретной магии имеет разрушающее воздействие на мир, и использовать их и правда нельзя. Но Мастера, в отличие от Бриста и Элдары это не волнует. Их бездействие означает только одно — победить любителя капюшонов разрешёнными заклинаниями не выйдет.

— Допустим, Элдара уйдёт, — прозвучал неожиданно спокойный голос Бриста, — Но меня-то эльфы не касаются.

— И вы вот так вот станете ответственным за гибель целой расы?

— В последнее время из них довольно бесполезный союзник, — напряжение в холле начало нарастать.

— Хм, в таком случае мне нужно предложить что-то для вас отдельно?

— Как насчёт Мира?

— А кто это? — довольно безразлично поинтересовался Мастер, не переставая улыбаться.

Я прислонился спиной к стене, чувствуя неожиданную усталость. В который раз наступившей тишине мне почудился размеренный звук часового механизма.

— Значит, отпускать ты его отказываешься, — со вздохом произнёс Брист. — В таком случае я вынужден…

По полу бесшумно пробежала трещина, на миг стало невыносимо жарко, а воздух поплыл. Здание дрогнуло, казалось, до самого фундамента, и всё стихло. Мастер, улыбаясь, продолжал стоять на месте. Основатель ШМИ сместился со своей позиции, теперь мне было видно его лицо: раздосадованное и удивлённое одновременно. Дед словно бы опять постарел, спина согнулась, а волосы поблёскивали сединой. Вернув себе невозмутимый вид, он потрогал бороду и исподлобья глянул на Мастера.

— Нет, скучновато, — лениво двинул плечом тот. — Элдара, дорогая, остановите, пожалуйста, своего учителя, если не хотите, чтобы от вашего острова осталась одна схлопнувшаяся ракушка.

— Хватит нести чушь, — ледяным голосом отозвалась эльфийка. — Я не…

— Мы уходим, — перебил её дед. — Но только ответь на один вопрос.

— Слушаю, — Мастер махнул рукой, и в ней оказалась спинка стула, на который тысячелетний маг уселся, закинув ногу на ногу.

— Что ты собираешься делать?

— Сейчас? Вообще-то я хотел бы выпить чашечку чая. — Красноречивая тишина. — А теперь вы не могли бы меня оставить? В конце концов, я думал, что восемьсот лет назад мы договорились: я поставляю вам информацию о запретных заклинаниях, а вы не атакуете меня напрямую.

— Никто не просил тебя доставлять эту информацию ТАК, — взвилась внезапно Элдара.

— Но зато довольно нравоучительно, и на примерах показана "настоящая" опасность! — развеселился хозяин храма. — И, в конце концов, я же не виноват, что вы не можете организовать непрямое сопротивление моим действиям, — голос его сочился ядом. — Зато разрушение мира предотвращено… было, пока один из ваших не рискнул. Кстати, надеюсь, вы сюда непрямым каналом добирались? А то не хочется какого-нибудь землетрясения.

— Тебя-то это не особо как-то волнует! — почти рычала тёмная.

— И никогда не волновало. Всё по договору: я провожу исследования по обнаружению волновых заклинаний, передаю их вам, а вы пользуетесь, платя мне неприкосновенностью.

— Но твои исследования… — Брист всё это время молчал, позволяя словам Элдары разбиваться о самоуверенность Мастера, как прибою о скалы.

— А как иначе? — хмыкнул тот. — У меня нет причин быть добреньким. И разве так было не забавнее? Особенно метод передачи информации, когда я подстраивал интересные случаи с использованием тех самых потенциально опасных энергетических структур… — Внезапно он качнул головой и перестроился на другой лад: — Ну же, я жду, когда вы покинете меня. Что-то мне надоело всё это выслушивать.

Ответом ему было молчание, а я внезапно понял, что сейчас решается моя судьба. На миг стало нехорошо. Если не выйду из укрытия немедленно, эти двое уйдут, оставив меня наедине с ЭТИМ. Постойте-ка, а возьмут ли они меня с собой, если покажусь? Я сжал руки в кулаки. Конечно, это ведь мои учитель и дед, что за мысли? И подозрительный договор-сделка, заключённый леший знает когда, ничего в этом случае не значит. Они просто схватят меня и смоются из-под носа этого мага… Вот только не могут они этого сделать. Нечто в его руках — стопроцентная смерть эльфийской расе, и возвращать он это явно не собирается.

— Что насчёт Печати? — отвечая на мои мысли, поинтересовалась Элдара.

— Э нет, она пока побудет у меня, — издевательски протянул Мастер. — Отдать, чтобы вы потом опять заявились? Что-то я не пойму, — он наклонился вперёд, и под капюшоном зловеще сверкнули белки глаз, прибавляя жути шипяще-насмешливому тону, — Вам что дороже: жизнь какой-то пешки или же целая раса?

Сердитый хруст осколков зеркала, несколько взмахов руками, помогающих при построении телепортационного канала.

— Идёмте, учитель, — кивнула эльфийка Бристу. Тот с некоторым промедлением шагнул в мерцающую воронку. — До новой встречи, — бросила Элдара, исчезая вслед за ним.

В опустевшем холле прозвучал утомлённо-наигранный вздох.

— Пришли, намусорили, значит… и как не бывало, — словно в ответ на фразу, осколки зашевелились, как живые, и поползли, всё больше ускоряясь, к стене, где вновь образовали зеркальную поверхность. — Да, кстати, — убрав стул, Мастер развернулся, — Ты-то почему всё ещё здесь?

Я поджал губы, думая над ответом.

— Да вот, любопытство не дало уйти, — проговорил, отодвигая локтем тяжёлую ткань.

Некоторое время он с интересом разглядывал меня насмешливо прищуренными глазами.

— Любопытство, это хорошо, — затем улыбнулся уголком рта. — Заключим сделку?

Глава 10

ГОЛОВОЛОМКА ТЫСЯЧЕЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ.

За чашкой чая.

Элдара яростным вихрем влетела в кабинет и приземлилась в кресло. Затем резко встала и щелчком пальцев активировала зеркало-артефакт, на котором отобразился утопающий в зелени эльфийский дворец.

— Думаю, он прекрасно понимает, что если уничтожит Печать, тебе будет плевать на любые запреты, — попытался успокоить её вошедший следом Брист.

— Но если мы оставим всё, как есть, скоро точно произойдёт нечто неприятное! — нахмурилась внешне взявшая себя в руки эльфийка. — И причём здесь Мир… Что будем делать?

Первый директор ШМИ сел за стол и развёл руками:

— А что мы можем?

Если б дроу могли бледнеть от ярости, Элдара была бы бледнее простыни. На некоторое время в кабинете наступила тишина, ничем не прерываемая и от того особенно тяжёлая.

— За такое время так и не разобрались, что происходит, — наконец вздохнула дроу. — Никогда ещё меня так не тяготила эта сделка, как сейчас.

— Вот тебе мой совет, — будто приняв тяжёлое решение, произнёс Брист. — Возвращайся в Вечный Лес, сейчас тебе самое время быть с Ацирелем. Хотя есть опасность, что всё схлопнется вместе с тобой, лучше попытаться избавиться от пространственной сети, пока есть возможность. Не можете же вы быть в заложниках у него до конца времён.

— А что насчёт задуманного Мастером? — помолчав, спросила Элдара.

— Если бы знать, что же он задумал. Информации нет. Все наши потуги создать сеть разведки пошли прахом.

— Ну, уж извините, — раздался мрачный голос, и в дверь кабинета проскользнула Туэнэа. — Школа теперь в полном порядке. Можно сказать, даже лучше, чем раньше: заодно обновила ученический корпус. Какие будут дальнейшие указания?

— Нужно прижать эту сволочь к ногтю, — хмуро отозвалась эльфийка. — Чувствую, его план достиг критической точки, и скоро случится нечто грандиозное.

— Насколько я слышала, в Шикрском лесу всё спокойно, — пожала плечами Туэнэа. — Не заклинание же для уничтожения мира он стряпал всё это время.

— Смешно, — без выражения произнесла телепортировавшаяся в одно из кресел Фильоана. — Но с него станется. Я требую разрешение на решительные действия.

— Не выйдет, — качнул головой Брист. — Мы проморгали эльфийскую пространственную Печать.

— Плевать, — в серых глазах похудевшей за последнее время главы Вестников трона горела отчаянная решимость. — Я нутром чую: близится коллапс. Все мы здесь должны определить, кто должен быть в ответе за последующие события. — Она подалась вперёд, и небрежно уложенные волосы упали на плечи. — Нужен кто-то, кто начнёт действовать.

На миг в кабинете всё замерло. Первым шевельнулся Брист.

— Я отправляюсь в Вечный лес с Элдарой. Беру на себя устранение возникшей опасности.

— Каким образом? — дёрнула косичками Элдара.

— Как и в случае с проклятием, эвакуируем всех из искусственного пространства, в том числе с центрального острова, — думая о чём-то пробормотал Брист. — У меня есть идеи насчёт того, куда их всех деть.

— Вот так просто бросить землю? — дроу перестала метаться по кабинету и опустилась в свободное кресло, вперив горящий алым взгляд в своего учителя. — Хорошо. Но кто займётся главной проблемой?

— Я могу…

— Нет, — резко оборвал Фильоану Брист, и та поджала губы, сдерживая бессмысленный вопрос. — Его Величество занят решением проблем, возникших после стычки с Шикром, так что Кхарнеола стоит оставить ему в помощь.

— Но разве проблема с Мастером не заслуживает большего внимания? — как всегда беспечно поинтересовалась Туэнэа, надув губы. Рыжие пряди, обычно придерживаемые шляпой, скрывали её взгляд. — Дрэна нельзя отзывать из Шикра — Мастер не из тех, кто просто так бросает свои игрушки. И кто займётся делом? — Все молча на неё посмотрели. — Шутите? Да я уже один раз провалилась! Вы хоть помните, что случилось при первом моём столкновении с ним?

— Возьми в помощники Фильоану, она сможет урегулировать неполадки, — не стал спорить Брист. — Только надо на кого-то оставить столицу и поиск пропавших учеников.

— Нэвэрианэ и Дион займутся. — Элдара поднялась с кресла. — К делу.

Вскоре в комнате остались только Фильоана и рыжая разведчица.

— Итак, что делать будем? — нервно произнесла первая.

— Что? — в голубых глазах бывшей шпионки сверкнула насмешка. — Ждать, конечно. Или ты предлагаешь заявиться к нему в резиденцию и объявить бой, как я в прошлый раз? Плюнуть на всё и стереть и лица земли парочку островов или континент? О да, просим!

— Ждать? А что если ожидание будет хуже? — зашипела в ответ Фильоана.

— Мастер не идиот, конец света не затеет, дура, — не стала сдерживаться рыжая.

— Ты слишком высокого мнения о его разумности, — её собеседница повела плечами, встала и направилась к выходу, возле которого обернулась. — Наша страна на грани существования, Шикр — тоже, юг затоплен, соседние страны ополчились из-за соглашения с Шикром, ШМИ разрушена, пропал целый курс, директор мёртв, совет архимагистров лишился двух членов и действует в разнобой… Не кажется ли тебе, что конец уже наступил? — и хлопнула дверью. Зря, конечно: почти сразу раздался жуткий вой — заклинание Элдары против чужих сорванных нервов. Ругаясь и зажимая уши, Фильоана упрямо продолжила движение. Ей казалось, что только она видит, насколько катастрофична сложившаяся ситуация.

Оставшаяся наедине с собой Туэнэа думала так же. И у неё были свои планы

— Ты, наверное, думаешь, что самый умный? — поинтересовался Мастер, откинувшись на спинку кресла и размешивая ложкой сахар.

От неожиданности я закашлялся, подавившись горячим чаем.

— Ну-ну, — успокоил меня этот тип, расплывшись в белозубой улыбке. — Не надо так резко реагировать. Я просто сразу хотел обозначить позиции.

— И как, обозначил? — не сдержал я любопытства.

Его синие глаза с непереводимым чувством разглядывали меня в упор. В сердце у меня неприятно ёкнуло.

— Одной фразой? Ты за кого меня принимаешь? — дно его чашки глухо стукнуло о поверхность небольшого круглого столика, находящегося в обыкновенной квадратной(!) комнате без единого зеркала. Кроме стола здесь были два кресла, сейчас занятые нами, четыре угловых тумбочки с канделябрами над ними, ковёр с коротким ворсом коричневато-красного цвета, чёрная люстра и картины.

— Три, — оглядывая последние и пытаясь сохранить равнодушный вид, отозвался я.

— Что? — моргнул Мастер, впервые отводя глаза от меня и прослеживая мой взгляд. — Ты о картинах?

— Я о фразах, — дипломатично поставив чашку на стол, выдал как можно ровнее. — Картины можно оценить на 8 из 10… Ваши?

От его реакции я даже дёрнулся — эта сволочь заулыбалась совершенно бессовестным образом.

— Мило, мило… Поймал ты меня. Один-один. Вот только мой "один" для тебя обернётся куда более крупными неприятностями.

— И когда же я успел пропустить удар? — не мог сдержать я предательской хрипотцы.

— В тот момент, когда остался, — его опустевшая было чашка вновь наполнилась до краёв. — Ты пей-пей. Чай хороший, на местных травах. Кружечки, правда, проклятые, ну да активировать проклятие ещё постараться надо. — Он вновь перевёл взгляд на меня. По спине побежали мурашки. — Я ведь не просто так упомянул про сделку многолетней давности. Почувствовал твоё присутствие… И ведь ты клюнул на наживку, не думая. Мог же расспросить своих учителей позже, разве нет?

Я всё так же пытался сохранить равнодушный вид, но понимал, что с чашкой меня выдаст дрожь рук. Поэтому, скрестив их на груди, откинулся на спинку кресла.

— Эти снобы? Да они скорей удавятся, чем правду скажут какому-то первогодке.

— Кстати об этом, — Мастер оживился. — Как ты скрыл свою и артефактов ауру?

— Э-э-э…

— А, вижу, — оживление исчезло так быстро, что я даже моргнуть не успел, а в руках самого странного человека, какого я видел в своей жизни, оказались мои чётки. Он небрежно поднял их на уровень своих глаз. — Ерунда, — одно лёгкое движение и вещь, так долго меня спасавшая, отлетела в угол. — Самопальный накопитель вздумал сделать и наворотил дел? Полагаю, из-за этого и накрылись телепорты ШМИ. Понимаю, понимаю, — он кивнул своим мыслям. — Наверняка намучился со своей силой. Особенно… — сначала один уголок его рта поплыл вверх, потом второй, и вот он передо мной — чемпион по злорадным улыбкам. — Особенно после того случая в Шикрском лесу, да?

Два — один. Нет, десять-ноль. Какого…

— А ты думал, твои проблемы — случайны? — Мастер поднялся и опёрся руками о стол. — Решил, жив благодаря своей удаче и смекалке? Ох и намучался я с тобой… Больше, чем со всеми архимагистрами разом… — он отошёл к одной из картин, снял её, взявшись за раму, и швырнул в противоположную стену. Я тихо окосел от такого поворота и поспешил отхлебнуть чаю, по привычке ища в нём успокоения. А Мастер, пережив краткий приступ истерики, щелчком воссоздал разрушенный предмет искусства и любовно приладил его на место. — Но об этом потом. Да, потом. Или сейчас? — он обернулся, вопросительно глядя на меня.

— Да вы продолжайте, — сохраняя каменную мину, махнул рукой я. — Главное, по порядку.

— По порядку не выйдет, — хмыкнул этот великий интриган. — Начнём лучше с моей драгоценной ШМИ. С моего детища… Что смотришь? Эта школа существовала только благодаря тому, что я позволял.

Я мысленно застонал. Только откровений тысячелетнего кукловода-изувера мне не хватало… Но было поздно: в чашку чуть ли не падали мои слюни любопытства, а желание доказать этому типу, что не лыком шит, скребло рёбра. Да-да, ты приготовил много сюрпризов на мою голову, но и я знаю куда больше, чем ты представляешь… Забыл что-то, когда это я успел стать таким самоуверенным?

— Итак о ШМИ. Прошлогодний набор учеников с высоким уровнем был заранее мной запланирован, — Мастер вновь присел напротив меня, а на столе появилась вазочка. — Конфеты? Нет? Так вот, не просто набор учеников с высоким уровнем… мною был составлен список тех, кто должен был пройти, а кто нет. — И он выжидающе уставился на меня.

— Зачем? — со вздохом поддержал его игру я, таки закусывая и без того сладкий чай конфетой. По вкусу — с ликёром.

— Мне нужны были маги с определёнными силами. Точнее, определённой предрасположенностью к единению. Например, душка Хэйтен, — я невольно скривился. — Чистейший образец воздуха и огня. К воздуху ближе, но не суть. Кэрин — прорицание. Дэирк — стихия воды, далее Норой — земля, Шатр — иллюзии, Моника — жизнь, Раона — лес, Вириэна — огонь, близнецы — алхимия… Затем Элиас. Некромантия, разумеется. Эноллаира — разум.

— Разве они не…

— Да, они поступили раньше, но от этого ценности не теряют. — Он выжидающе смерил меня ехидным взором.

— И? К чему это?

— Значит, как я это провернул, тебя не интересует? — я пожал плечами. — Ты знаком с тем, кто мне в этом помог. Заочно, правда. Аэрк, бывший ученик Элдары… — я продолжал непонимающе моргать. Мастер вздохнул. — Несколько сотен лет назад она завела себе ученика. Думала, он универсал… Научила его почти всему, что знала. В том числе и магии трансформации. Доходит? — я сдержал желание выругаться. — Но буквально через год после того, как он познал тайны этого искусства, его запрещают. Там был некий инцидент, подстроенный, естественно, мной. Подробности ни к чему. Так вот что я хотел сказать — предрасположенности к этому направлению магии долгое время не было почти ни у кого. Парень чувствовал себя особенным… Мне не стоило труда переманить его на свою сторону. Ещё чаю? — поинтересовался он, заметив, что моя чашка опустела. Но я покачал головой, и он продолжил. — С его помощью заменить директора оказалось лёгким делом. Ведь сделка, заключённая много лет назад, подразумевала редкие, но личные встречи. Точнее, Орэн Хеннаврит думал, что личные, — тихий смешок. — Я уже давно не рисковал являться сам.

— И в одной из встреч вы заменили его? — поддержал я разговор, невольно втягиваясь в историю.

— Да! И никто не заметил, даже наша дорогая Элдара. — Вазочка с конфетами заполнилась фруктами, но ни я, ни Мастер уже не торопились есть их. — И тут знаешь, что случилось? — я продолжал смотреть на него с каменным выражением на лице, а он хищно прищурился. — В мои планы вмешалась одна неординарная личность, — он поднял руку и его указательный палец упёрся мне в грудную клетку. — Ты.

В комнате воцарилось молчание. Я понимал, что теперь моя очередь говорить, но поддерживать игру не хотелось. В голове надоедливыми блохами соревновалась целая куча вопросов, но ни один из них не главенствовал.

— Знаешь ли ты, каково настоящее предназначение артефакта "Арка Силы"? — не дождался моего вопроса тысячелетний маг. — Определение уровня дара? Не-е-ет. Этой штуке больше лет, чем всем архимагистрам вместе взятым. Да и вообще, что скажешь насчёт этой системы: "слабый", "средний", "сильный" и "сверхсильный" дар? Относительно чего устроена эта шкала? Что — ноль? Обычный человек, обладающей почти нулевым уровнем? Вас этому, конечно, не учили и в книгах ты этого не найдёшь. Ведь эта шкала повязана на ауре. Магической ауре, которая есть даже у животных. — Тут он остановился и внимательно посмотрел на меня. — Что-то не так?

Я попытался спрятать улыбку, но не смог.

— А вы, раньше, часом не преподавателем в магической школе были?

Он хмыкнул, откинувшись в кресле.

— В академии, Мир, в академии… правда, меня выгнали спустя какое-то время из-за одного неудачного эксперимента. Моя теория, видите ли, оказалась неверна. Ты наверно думаешь, что я много болтаю? — он наклонил голову назад, вздохнул и вперил разгоревшийся взгляд в меня. — Ты не представляешь, сколько скучных личностей меня всё это время окружало. Я мог их правильно использовать, но рассказать замысел, который выстраивал так долго… Вряд ли бы они поняли. Одни жили настоящим, им было слишком дорого то, что они имели. Другие были слишком скучны, чтобы доверять им тайну. Третьи — ненадёжны, а четвёртые — опасны.

— А я?

— А ты скоро умрёшь, — лениво бросил он, доставая из кармана ещё одно ручное зеркальце, щёлкая по нему ногтем и шепча какую-то абракадабру. — Аэрк! Как дела? Устроился? Великолепно, начинай по сигналу. Помни, твоя цель — Дрэн Виолрт. Он очень опасен, так что убить его может не каждый, подозрение должно пасть только на жреческую верхушку. Да, у меня всё почти готово. Возвращайся, как только закончишь. — Его собеседника я не слышал, но примерно представлял, о чём речь. Ещё щелчок по поверхности зеркала, и бледное лицо этого парня вновь повернулось ко мне. — Так о чём это мы?

— Старость-не радость? Память подводит? — сорвался я на сарказм.

Мастер улыбнулся.

— Решил закончить с Шикром, — кивнул он на зеркало, оставшееся лежать на столе. — Нужно убрать всё лишнее к тому моменту, когда будет активирована пентаграмма привязки источника силы.

— Ничего не понимаю, — сдался я. — Почему раньше не убрал?

— Ха! За кого ты меня держишь? Во-первых, смерть должна быть красивой. А во-вторых, — тут в комнату донёсся тихий переливчатый звон. — Должна приносить пользу… — взгляд Мастера стал рассеянным и заметался по комнате. — Подожди немного, я…

Но поздно: дверь распахнулась и в комнату лёгким, слегка танцующим шагом вошла невысокая хрупкая девушка, с весёлыми рыжими кудрями, тонкими чертами лица и шикрской шляпой в руках.

— Приветствую, о великий Мастер!

— Туэнэа, — поморщившись, проговорил тот, и я только подивился тому, когда он успел накинуть капюшон. — Не видишь, я занят! Чего тебе?

Её голубые глаза бесстыже меня оглядели.

— Кролика потрошишь? Я пришла доложиться. С ШМИ и королевским дворцом покончено. В нужный момент они погребут под собою всех, кто внутри, притом намертво. Никто не спасётся, я постаралась.

— Но личного присутствия это не требует, — недовольно высказался Мастер. — Ты мешаешь.

— Ой ли! — из изящного ротика выскользнул воистину язвительный смешок. — Только не говори, что не хотел от меня избавиться под шумок!

— Раньше так и было, — легко согласился маг. — Но теперь, когда Раона мертва, мне нужен другой кандидат на единение со стихией Леса.

Я судорожно вцепился в подлокотник кресла. Да, этого стоило ожидать. Одного Орэна Хеннаврита не должно было хватить на весь тот хаос, что постоянно устраивал Мастер. А я уже совсем запутался. Кандидат на единение со стихией? Причём тут арка силы? Зачем ему избавляться от Шикра, ШМИ и дворца? Точнее, не от них, а от магов Шикра, магов ШМИ и магов королевства…

— Издеваешься? — на зависть всем змеям зашипела Туэнэа. — Такое единение грозит смертью!

— А ты рискни, — показалось, что в комнате похолодало. — Или забыла мою цель?

Миловидные ранее, черты лица архимагистра исказились.

— Так уж и быть. Кстати, я тут не просто так, у меня подарок. Ты ведь не только Раону потерял, не так ли?

— Верно.

— Я притащила Ониа.

— Как тебе удалось?

— Эта жалкая фокусница уже ничего не может…

— Даже Единение?

— Это может, пусть и со смертельным исходом.

— Тебя волнует?

В ответ раздался неопределённый хмык.

— Ну так оставь меня уже, занят я.

— Без проблем, — Туэнэа развела руками. — Просто позови, когда всё будет готово.

Когда она вышла, Мастер облегчённо вздохнул.

— Терпеть не могу предателей, — ровным голосом обратился он ко мне. — Никогда не знаешь, что они задумали. У тебя, наверное, куча вопросов? — изобразил он любопытство.

— Про ауру, пожалуйста, и поподробнее… учитель.

Мне показалось, что я слышу скрип зубов. Нет, точно показалось. У этого человека хладнокровия больше, чем у кого-либо…

— Что есть маг в своей сути? Живое существо, рождённое из плоти и крови этого мира, вот что я тебе скажу, — совершенно учительским тоном начал этот тип. — При рождении, в зависимости от крови (по идее), ему даётся источник силы. Но это не совсем правда — ему не даётся источник, ему даётся фильтр. Который перерабатывает энергию окружающего мира, делая её своей. В зависимости от предрасположения к стихиям, соответственно, переработка энергии идёт быстрее. К примеру, маг Огня на деле может перерабатывать основу своей магии — огненные Вихри, пронизывающие весь мир и в конечном итоге сливающиеся с огненным Потоком, который уходит за границы нашего мира, где его след теряется. Но это не значит, что он не может перерабатывать энергии других вихрей — воздушных, пространственных, огненных. Просто способность к их "присваиванию" так ничтожно мала, что не имеет смысла. Есть редкие таланты — принимающие энергию сразу двух или более разных потоков на высоком уровне. Весь мир буквально состоит из тесного переплетения потоков и вихрей. Они расположены в определённой закономерности, не доступной нам, и где их начало — неведомо никому. Оно за гранью мира, если вообще есть.

Теперь ко второй части моей "лекции", — позволил себе съязвить Мастер, но я не обратил внимания. Мысли в голове, как пьяные гномы, крушили стены "таверны". — Единение со стихией, как известно, выход на новый уровень во владении магии, к которой есть предрасположенность. По сути же, это увеличение способности "присваивания" энергии — ускорение процесса, если говорить о формальной стороне. И улучшение "качества" энергии — если о содержательной. Мало кто знает — да тьфу! — только "архимагистры" ваши самоназванные что-то помнят. Так вот, на самом деле единение — это прямое подключение к Потоку в обход вихрей. Без подготовки такое грозит смертью. В редких случаях — непродолжительной комой, в течение которой его "фильтр" сходит с ума, вытягивая энергию не только из вихрей и потоков, но и из окружающих людей — то есть, уже из их личного резерва. Наносится удар по самому механизму переработки энергии — и он просто отключается на какое-то время. Но это лишь частичные Единения. Полное же… предполагает не подключение к Потоку, а его притягивание и проведение через фильтр, — тут он замолчал и, прищурившись, глянул на меня. — На него способны единицы, и именно их я отобрал в известный тебе курс.

Он поёрзал в кресле и молча уставился на меня, явно не собираясь продолжать. Я размышлял. Кусочки мозаики не складывались — недостаток информации был ещё слишком велик.

— Эта арка силы… способна определить, может ли человек осуществить единение? — высказал предположение я. — И с моими возможностями что-то не так?

Мастер хмыкнул, но подтверждать ничего не стал. У меня явно возникли проблемы с разложением всего по полочкам, и я решил рассуждать вслух.

— По какой-то причине ты собрал определённое количество людей, способных на полное Единение, при этом дополнительно проверил, использовав арку силы. Но не просто собрал — ты решил развить их способности в краткие сроки. Должно быть, от уровня обладания даром зависят характеристики единения, — маг продолжал на меня смотреть, приглашая взглядом развить рассуждения. — В случае со мной можно сразу сказать: количество "переработанной" энергии довольно мало. Так что же такого показала арка?

— Не так уж ты и умён, как казалось всё время, — хмыкнул Мастер. — Арка, дорогой мой, показывает то, что нельзя узнать простыми методами. Она показывает потенциал…

Мы замерли друг напротив друга, и я осторожно, как у душевнобольного, поинтересовался:

— Разве средний дар можно развить до сильного?

Мастер моргнул.

— Причём здесь это? Ты чем меня слушал? — он картинно закатил глаза. — Какая разница, сколько энергии ты можешь переработать, если напрямую подключишься к Потоку и получишь энергию в концентрированном виде?

— Концентрированном? — совершенно ошарашено прошептал я.

— Именно. Или ты всерьёз веришь, что Вихри, от которых мы постоянно питаем наши ауры, это качественная энергия? Это всего лишь разреженные крохи, перемешенные с "пустыми частицами" — энергией, которая исчерпала свои возможности по преобразованию. Впрочем, вопрос с количеством решается довольно просто. Как думаешь, по каким критериям определяется, сколько именно энергии может переработать твой "источник"? — Какого лешего он меня спрашивает? Я вообще не понимаю, о чём речь. — Помнишь, что случилось, когда ты вытянул слишком много энергии из Зарга? Всё дело в том, что наш организм устроен так, чтобы разум обладал полным контролем над всем, что в нём есть. Но возможности каждого разума ограничены… Поэтому, когда энергии слишком много, твой мозг, пытаясь взять её "в свои руки", делает только хуже. Подробно описывать не буду, но результат… смерть мага и разруха вокруг. Без исключений, — И Мастер замолчал, загадочно улыбаясь.

— Но я же смог избежать этого, телепортировавшись, — чувствуя себя дураком, возразил я. — Выкинул лишнюю энергию и…

— Для того, чтобы "выкинуть", как ты говоришь, энергию, нужно взять под контроль её большую часть. Естественно, для тебя это было невозможно.

— Но я же жив!

— Только благодаря мне.

— Послушай…те, — я полностью осознал, что мой собеседник намного старше и умнее меня. — Давайте быстрее, а? Зачем тянуть сирену за хвост?

Он оживился:

— Кстати о сиренах…

— Шшшшш…

— Тихо, тихо, — он закинул голову назад и легко рассмеялся. — По порядку, так по порядку. Ты не мог выжить в этом случае, твой разум сам тебя бы и убил. Но есть выход, — он вновь глянул на меня и склонил голову набок. — Отключить контроль разума.

Свет в комнате мигнул, на миг наши лица скрыла тень. Этого момента мне хватило, чтобы осознать всю ситуацию до конца.

— То есть, без этого ограничителя маг может пропускать через себя неограниченное количество энергии?

— Да.

— Но если контроля нет вообще, что даст сигнал организму о необходимости восполнения энергетического запаса?

— А зачем?

— Без него маг может истощить себя.

— Не может, — покачал головой Мастер, извлекая из пространства колоду карт. — Сыграем?

Я рассеянно потёр виски, переваривая информацию.

— Хорошо: чтобы истощить себя, ему нужно эту энергию растратить. Без контроля… как это сделать?

— Память ауры.

— А?

— Если у тела есть память, которая может пробудиться без активного участия разума, то и у ауры есть память. Например, она может помнить, что ей нужно отпускать часть энергии, когда маг совершает некоторые действия. Необязательно типичные, достаточно намёка на них.

— А что с истощением? Тоже память?

— А кто сказал вообще, что восстановление энергии как-то контролируется? Это естественный процесс. Закон этого мира: круговорот энергии. Вихри и Потоки заполняют пустоты…

— А что с "пустыми" частицами? Откуда берутся? — заинтересовался я и наткнулся на тяжёлый взгляд. — Что?

— Слушай, давай не будем отклоняться от темы. Если я тебе сейчас буду всю теорию энергий излагать, пройдёт как раз десять лет академического обучения магии.

— Если бы вы просто сами всё рассказали, можно было бы гораздо быстрее разобраться, — огрызнулся я.

Маг смерил меня холодным взглядом.

— Я тебе вообще ничего не обязан рассказывать, — с этими словами он поднялся и быстрым шагом покинул комнату.

Дверь беззвучно встретилась с косяком. Я некоторое время смотрел на её тёмную поверхность. Затем пожал плечами и взял грушу из вазочки. Надкусил, пожевал и задумался. Это был не первый человек в моей жизни, проживший добрую тысячу лет, но не отличающийся особенной взрослостью. Что это? Маразм? Или средство психологической защиты?

Что-то меня не прельщала такая перспектива в свою тысячу лет оказаться слегка истеричным, пусть и гениальным, высокомерным и мнительным… Тут я невольно моргнул. "Свою тысячу"? Разве Мастер только что не говорил что-то про скорую смерть?

Примечания

1

нечисть высшего порядка, питающаяся страхом жертвы, обычно запугивая последнюю до смерти, и не переносящаяся никаких противоположных эмоций, если они, конечно, достаточно сильны.

Content

Николаичева Е.А
Часть 2. Безумие Силы

ПРОЛОГ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Примечания